Мотив пути в романе Ю. В. Бондарева «Берег»

УДК 821.161.1

Шкурат Л. С.

Мотив пути в романе Ю. В. Бондарева «Берег»

В статье рассматривается мотив пути как один из устойчивых мотивов романа Ю.В. Бондарева «Берег», актуализируется онтологическое значение выбора пути и духовного самоопределения личности.

The article dwells on the motif of the way as one of the steady motives in the Y.V. Bondarev’s novel “The Riverbank”, actualizing the ontological meaning of the choice of the way and spiritual self-determination of a person.

Ключевые слова: мотив пути, память, поиск истины, смысл жизни, духовнонравственные искания.

Key words: the motif of the way, memory, searching for truth, the meaning of life, spiritual searches.

Мотив пути, традиционный для русской литературы, является одним из устойчивых мотивов романа Ю.В. Бондарева «Берег». Он возникает уже в самом начале произведения: «Воздушный лайнер гудел реактивными двигателями на высоте девяти тысяч метров, ... а где-то в белой глубине ... оставалась как бы потерянная земля» [2, с. 5]. Здесь это пока еще конкретная реалия изображаемого пространства: советские литераторы Никитин и Самсонов летят в Германию, чтобы принять участие в дискуссии «Писатель и современная цивилизация». Главному герою романа, Вадиму Никитину, участнику Великой Отечественной войны, а ныне известному писателю, не впервые приходилось участвовать в дискуссиях за границей, однако путь в Германию станет для героя отправной точкой, вернувшей его в военное прошлое.

Русских и немцев связывают трагические годы Великой Отечественной войны. Память о них, ответственность перед погибшими Никитин пронесет через всю свою жизнь. Символично, что один из его романов о войне называется «Дорога назад». Спустя четверть века после Победы Никитин помнит своего лучшего друга Андрея Княжко и всех солдат и офицеров, с которыми его связали фронтовые дороги: «Мне порой до тоски не хватает людей, с которыми я встречался на войне... Мы были как братья в одной семье... Прошло много лет, и я почувствовал, что людей лучше тех я потом не встречал» [2, с. 361]. Находясь в Гамбурге, Никитин замечает, что большинство немцев не хочет «беспокоить себя, усугублять комплекс вины» [2, с. 70], старается не вспоминать о прошлых поражениях и рассказывать о них своим детям и внукам. К примеру, герой наблюдает, как немецкий мальчик спокойно, без каких-либо эмоций гуляет около памятника

© Шкурат Л. С., 2013

погибшим во время второй мировой войны немцам, бесцеремонно ходит вокруг по каменным плитам, «балансируя, как на спортивной площадке» [2, с. 30].

По мнению Ю.В. Бондарева, стремление зачеркнуть прошлое может привести к трагедии. Так, трагичен образ хозяина кабачка «Веселая сова» немца Алекса, который во время войны находился в концлагере, а теперь закрывается от воспоминаний о своем военном прошлом, надев на себя маску вечного оптимиста. Алекс проповедует гедонизм как единственно приемлемую форму существования человека. Наблюдения Никитина, сделанные им на экскурсии по Г амбургу, наталкивают героя на мысль о том, что жизненные принципы Алекса не единичны, они широко распространены на Западе, имеют массовый характер. В своем кабачке Алекс стремится уничтожить время, создать мирок, в котором все подчинено удовлетворению только плотских потребностей. Однако клоунская маска героя создает лишь иллюзию безмятежного существования. Интерьер «Веселой совы», придуманный самим хозяином кабачка: «изуродованная пишущая машинка», «обезображенные, вывороченные клавиши пианино» [2, с. 338], - становится отражением внутреннего состояния его исковерканной, поломанной души.

По мере развития действия путь становится не только фоном, на котором разворачиваются события, но и местом, где, по словам М.М. Бахтина, «могут случайно встретиться те, кто ... разъединен социальной иерархией и пространственной далью, здесь могут возникнуть любые контрасты, столкнуться и переплестись различные судьбы» [1, с. 391]. В последние дни войны в немецком городке Кенигсдорф «пересекаются в одной временной точке» [1, с. 391] пути Вадима Никитина и немки Эммы Герберт, происходит зарождение любви между людьми, принадлежащими к воюющим сторонам.

Впервые столкнувшись с русскими солдатами, Эмма пережила целую гамму чувств: это и страх за свою жизнь и жизнь брата, и робость, и благодарность, переросшая в любовь к русскому лейтенанту Вадиму Никитину, спасшему ее от насилия. Эмма искренна в своих чувствах, в ее словах и поступках нет фальши, нет ни малейшего притворства. Любви Эммы и Никитина было суждено пройти много испытаний. Сама мысль о том, что Эмма немка, а он русский офицер, будет постоянно мучить Никитина: «Она была там, во враждебном мире, . на другом берегу, за разверстой пропастью, а он был на этом берегу, залитом кровью, и ничто не давало ему права, ничто не позволяло ему хотя бы на минуту забыть все и перекинуть жердочку на ту опасную противоположную сторону» [2, с. 182]. Но несмотря на все запреты любовь сотворила чудо и соединила эти противоположные стороны.

Самым важным моментом испытания чувств героев стала гибель Княжко. Она явилась для Никитина сильнейшим потрясением. После гибели Княжко на первый план в романе выходит мотив нравственного пре-

дательства, нарастает психологическая напряженность повествования. У Никитина вновь возникнут мысли о своем предательстве, даже вине, а к Эмме он испытает такую сильную неприязнь, что грубо будет прогонять ее, считая и ее виновницей случившейся беды: «У тебя печаль? Какая? Ты, может, скажешь, что тебе жалко русского офицера? Ну, что тебе до него? Что? И какое отношение ты имеешь ко мне? Я сказал тебе - уходи» [2, с. 241]. На эти грубые обличающие слова любимого Эмма ответит таким «страстным порыв сочувствия», такой мольбой, которая окончательно выведет Никитина «из бредового отчаяния одиночества» [2, с. 241].

Г ероям удастся провести вместе всего несколько дней, обстоятельства разведут их пути на десятки лет, но любовь Эммы к русскому лейтенанту останется такой же сильной и чистой, какой она была в мае 1945 года. Весь смысл ее жизни был в ожидании, в надежде встречи с любимым. Вадим Никитин тоже сохранил в своей душе самые светлые воспоминания о первой любви, хотя его чувства в бурное послевоенное время заслонились другими переживаниями и событиями.

Встретившись в Гамбурге, Эмма и Вадим постоянно ощущают связь друг с другом, как будто их души соединены невидимыми нитями. Даже в кабачке «Веселая сова», где джаз «отбивал апокалипсические ритмы» и все происходящее вокруг напоминало вакханалию, не прерывается разговор их сердец. Эмма и Вадим не произносят вслух ни одного слова. Они понимают друг друга без слов и без слов вспоминают о том самом сокровенном, что было в их жизни двадцать шесть лет назад. Следует заметить, что у героев нет и намека на возможную физическую близость. Они целомудренны не только в словах, движениях, но и в мыслях.

Эмма и Вадим расстаются в аэропорту, в месте, где пересекаются и расходятся пути многих людей, и у Никитина мелькнет мысль, будто «оба они жили на разных планетах, случайно встретившись в момент их враждебного столкновения, на тысячную долю секунды, вероятно, счастливо, как бывает в юности, увидев друг друга вблизи, - и со страшными разрушениями планеты вновь оттолкнулись, разошлись, вращаясь в противоположных направлениях галактики среди утвержденного уже мира» [2, с. 367].

Прощаясь, Никитин увидит «разъятые до пронизывающей синевы, будто подставленные ужасу глаза» [2, с. 372] Эммы, услышит ее полный боли вскрик и почувствует, «как воткнутая железными краями пружинка в груди, распрямляясь, подрезает и сбивает дыхание» [2, с. 370]. Никитин видит свою вину перед Эммой в том, что он оставил ее угасать в безвыходном одиночестве. Нравственная привлекательность героя в том и состоит, что он способен сострадать ближнему до сердечных спазм, которые стоят ему жизни.

Постепенно мотив пути в романе «Берег» приобретает онтологическое значение, смыкается с проблемой самоопределения личности, ее духовнонравственных исканий. Определяя своеобразие проблематики своего ро-

мана, Ю.В. Бондарев отмечал: «Берег» - это книга о поисках смысла жизни через познание истины современного бытия» [3, с. 248].

Поиски смысла жизни, стремление к самопознанию и постижению мира, духовная причастность бытию отличают главного героя произведения Вадима Никитина. В последней главе романа на первый план выдвигается сознание героя с его нескончаемой динамикой и психологическими нюансами. Никитин пытается понять, что такое человек и в чем смысл его жизни, его предназначение, и приходит к мысли о бесконечности процесса познания, о том, что стремясь «найти истину», он «ощутил только момент истины», уловил лишь мгновения «какого-то смысла жизни» [2, с. 386].

Вся жизнь Никитина представляет собой этапы пути, вехи постоянного движения вперед, поэтому глубоко символично то, что земной путь героя завершается именно в дороге. Совершая перелет из Германии в Россию, Никитин находится как бы на горизонтальной линии, соединяющей две страны. Однако в момент смерти его душа вырывается из этой двухзвеньевой цепи и поднимается вверх, тем самым заменяя горизонталь вертикалью противостояния неба и земли.

Последние минуты жизни Никитина - это миг слияния прошлого, настоящего и будущего, который ощущается и осознается героем как высшее счастье. В финале романа Никитин медленно плывет (вновь движется) «к тому берегу, зеленому, обетованному, солнечному, который обещал ему всю жизнь впереди» [2, с. 396]. Закончился лишь один жизненный этап героя, но Никитин предчувствует, что жизнь не ограничена пределами земного существования, поскольку душа человека бессмертна.

Итак, мотив пути является сквозным мотивом романа Ю.В. Бондарева «Берег». Путь в нем - это не только фон, на котором происходит действие в произведении, не только место пересечения судеб персонажей, но и непрерывное, порой мучительное движение главного героя в поисках истины и смысла жизни.

Список литературы

1. Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. Исследования разных лет. - М.: Худож. лит., 1975.

2. Бондарев Ю.В. Берег: Роман. - М.: Сов. Россия, 1986.

3. Бондарев Ю.В. Поиск истины. - М.: Современник, 1979.