С разрешительными последствиями

Как стало известно “Ъ”, крупнейшие горнодобывающие компании РФ АЛРОСА и ГМК «Норильский никель» вместе с золотодобытчиками Kinross и Polymetal попросили правительство дать возможность «ведущим компаниям» вести первичную разведку запасов в регионах «по разрешительному механизму» — без лицензий. Сейчас такое право есть только у государственной «Росгеологии». В Минприроды против инициативы компаний, опасаясь, что «разрешительный механизм», особенно в случае распространения его на нефтегазовый сектор, приведет к монополизации разведки крупными компаниями.

АЛРОСА, «Норникель», Polymetal и Kinross в декабре 2017 года направили вице-премьеру Александру Хлопонину концепцию регулирования регионального изучения недр за счет частного бизнеса (копия письма есть у “Ъ”). Бюджетное финансирование геологоразведки (ГРР) уменьшается, что приводит «к опасному сокращению поискового задела и востребованных к промышленному освоению объектов», отмечается в письме (по данным Роснедр, на ГРР в 2017 году бюджет выделил 28,5 млрд руб. против 31,6 млрд руб. в 2016 году).

Заявительный принцип получения разведочных лицензий, действующий с 2014 года для низких категорий ресурсов по твердым полезным ископаемым (ТПИ), а с 2017 года и для углеводородного сырья, востребован рынком (на конец 2017 года запроектированный объем финансирования составил 50 млрд руб.), отмечают в компаниях. Но он позволяет изучать только ограниченные площади (до 100 кв. км для ТПИ) и требует «значительной детализации», что неактуально для разведки малоизученных и неизученных месторождений.

Компании предлагают «разрешительный механизм», когда они смогут по решению Роснедр и без лицензий вести региональную разведку «территорий» из нераспределенного фонда недр (кроме флангов месторождений). Это право должно распространиться на участки с высокими категориями прогнозных ресурсов (P1 и P2). Механизм предлагается ввести для «ведущих недропользователей» по количеству ископаемых на балансе, финансовым, техническим и кадровым ресурсам. Заявитель будет получать не более двух-трех территорий общей площадью 1–5 тыс. кв. км. После региональной разведки компании должны иметь право в приоритетном заявительном порядке получить для изучения участок до 500 кв. км по каждой территории, а затем — и преимущественное право освоения (это уже записано в законе).

В «Норникеле» подтвердили отправку концепции. Существующие ограничения не дают права на региональные работы на больших площадях на ранних этапах изучения недр, пояснили там, но это особенно актуально на территориях с низкой степенью изученности. В компании приводят в пример основной регион ее присутствия — Таймыр. В АЛРОСА и Kinross не ответили “Ъ”, представитель Polymetal был недоступен для комментариев. Не комментируют тему и другие горнодобытчики. Источники “Ъ” в нефтегазовых компаниях не слышали об идее, но считают, что она заслуживает внимания.

«Мы в целом поддерживаем предложение о привлечении частных инвестиций при проведении ГРР на самых ранних стадиях, в том числе стадии регионального геологического изучения, но к проекту поправок есть ряд замечаний»,— сказал “Ъ” глава Минприроды Сергей Донской. Министерство не поддержало проект в исходном виде из-за отсутствия корреляции с заявительным принципом лицензирования, ограничением работы юниорных компаний, созданием условий для монополизации ГРР, говорит господин Донской. «Документ не учитывает углеводородные участки, и позиция ТЭКа не учтена. Мы сейчас с Роснедрами готовим аналогичную по целям концепцию, к середине года работу завершим»,— пообещал он.

Сергей Донской, глава Минприроды, 31 июля 2017 года (цитата по «Интерфаксу»)
Мы подготовили законопроект, который позволяет частным компаниям проводить региональные работы, после этого получать право на проведение поисковых работ и разработку участков

В ответе Минприроды Александру Хлопонину от 2 февраля (копия есть у “Ъ”) отмечено, что ТЭК вложил в ГРР в 2017 году свыше 300 млрд руб. и, «несомненно, проявит интерес к концепции». Но распространение на него «разрешительного механизма» приведет к монополизации разведки «квалифицированными компаниями» на обширных площадях. Также там указано, что сейчас по закону региональное изучение ведут «госучреждения в ведении Роснедр», для которых действует упрощенный безлицензионный порядок предоставления участков (то есть «Росгеология»). По словам представителя Александра Хлопонина, ответ Минприроды в аппарат вице-премьера не поступал и находится на проработке в правительстве.

В «Росгеологии» заявили “Ъ”, что не знают об идее разрешительного механизма для частников. Источник “Ъ”, близкий к холдингу, полагает, что идея либерализации процедуры направлена на площади, на которые у недропользователей уже есть планы. «Скорее, государство получит меньше денег при лицензировании по итогам разведки по разрешительному принципу»,— добавляет он. Источник “Ъ” сомневается, что много компаний «охотно пойдут на риск, вкладывая существенные средства в неразведанные площади». Собеседник “Ъ” в горнодобывающей отрасли, знакомый с концепцией, настаивает, что компании не просили исключительных прав. «Идея сводится к частному финансированию легких съемочных работ, интерес в быстрой отбраковке площадей под последующее лицензирование по заявительному принципу на общих основаниях»,— говорит он.

ГРР — самая рискованная часть создания стоимости проекта, отмечает директор по металлургии и горной добыче Prosperity Capital Management Николай Сосновский. По его словам, крупная компания тратит на это десятки миллионов долларов в год, но не менее половины — на доразведку разрабатываемых или перспективных месторождений рядом с производством. То, что крупные компании хотят преимуществ перед другими игроками и «Росгеологией», может объясняться и неудовлетворенностью их работой, и нежеланием проволочек и переплат за перспективные активы на торгах, полагает господин Сосновский.