Социальная деятельность судебных учреждений России в 18 веке (сиротские суды Владимирской губернии)

СИРОТСКИЕ СУДЫ ВЛАДИМИРСКОЙ ГУБЕРНИИ

Короткова Ю.А.

2.4. СОЦИАЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СУДЕБНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ РОССИИ В 18 ВЕКЕ

Короткова Юлия Андреевна. Должность: Старший преподаватель. Место работы: Владимирский государственный университет имени Александра Григорьевича и Николая Григорьевича Столетовых. Филиал: Муромский институт-филиал. Подразделение: кафедра социально-правовых дисциплин. E-mail: djulykor@yandex.ru

Аннотация

Задача. Статья посвящена деятельности и организации работы провинциальных сиротских судов России в XVIII веке на примере Владимирской губернии и ее уездов. Автор сделал попытку исследовать социальную роль судебных учреждений в данный период. Данная работа позволяет расширить знания по темам находившимся в разработке ученых-историков. Впервые предпринимается попытка исследовать роль судебных учреждений в социальной политике государства.

Целью работы является всестороннее изучение деятельности сиротских судов на примере Владимирской губернии и ее уездов.

Модель и методы. При написании научной работы использовались общенаучные принципы. Применялись ретроспективный, проблемно-хронологический, историко-сравнительный методы познания и теоретические разработки ученых-историков.

Рамки исследования / возможность последующего использования результатов научной работы. Исторический опыт позволяет применять накопленные знания и осуществлять преемственность, как в области законодательного регулирования судебной деятельности сиротских судов , так и в практике применения результатов этой деятельности.

Практическая значимость работы проявляется также в том, что материалы исследования могут быть использованы при изучении курсов «Истории государства и права России», ««Семейное право РФ», «Социальное право», Право социального обеспечения».

Оригинальность / ценность. Работа представляет собой комплексное исследование историкоправовых аспектов развития и становления сиротских судов и их судебной деятельности во Владимирской губернии.

Ключевые слова: Сиротские суды, социальная политика государства, судебная деятельность, сироты, благотворительность, закон.

SOCIAL ACTIVITIES OF JUDICIAL INSTITUTIONS OF RUSSIA IN THE 18TH CENTURY

Korotkova Yulia Andreevna. Position: senior lecturer. Place of employment: Vladimir state university named after Alexander Grigorievich and Nikolay Grigorievich Stoletovs. Branch: Murom Institute-branch. Department: social and legal disciplines chair. E-mail: djulykor@yandex.ru

Annotation

The task. The article is devoted to the activities and organization of work of provincial orphan courts in Russia in the XVIII century on the example of Vladimir province and

its counties. The author made an attempt to explore the social role of the courts in this period. This work extends the knowledge on the topics has been in development for scientists. The first attempts to examine the role of judicial institutions at the level of prinzie in the social policy of the state.

The aim is is vsestoronne Izuchenie activities orphan courts on the case of Vladimir region and its districts.

Model and methods. When writing scientific works were used General scientific principles. Promenais retrospective, problem-chronological, historical and comparative methods of cognition and theoretical developments of sci-entists-historians.

The scope of research / the possibility of subsequent use of results of scientific work. Historical experience allows to apply the accumulated knowledge and oueslati continuity, both in the field of legislative regulation of the judicial work of orphan courts , and in the practice of application of the results of this deyatelnosti.

The practical significance of the work is the fact that the research materials can be used in the study courses of "History of state and law of Russia", "Russian Family law, Social law, social security Law".

riginality / value. The work represents a complex study of historical and legal aspects of development and establishment of orphan courts and their judicial activities in the Vladimir province.

Keywords: Orphan's courts, state social policy, judicial activity, orphans, charity, the law.

В Учреждении для управления губерний Всероссийской империи 1775 г. [1], подробно рассматривалось, как каждое сословие обязано заботиться о слабозащищенных слоях населения. Город, ставший самостоятельной административной единицей, получил свои органы управления и опеки. При каждом Городовом магистрате учреждался городовой сиротский суд для купеческих и мещанских вдов и малолетних сирот. В состав суда входили городской голова (председатель), два члена городового магистрата и городовой староста. Городской голова (избирался горожанами каждые 3 года) уведомлял Сиротский суд о малолетних осиротевших детях городских жителей всякого звания, которые находились без призрения, и прилагал соответствующее свидетельство. Кроме него прошение с просьбой о призрении сироты могли подать ближайшие родственники, свойственники малолетнего, два посторонних свидетеля и приходской священник, причем последний должен был донести Городовому сиротскому суду, когда в его приходе оставались без содержания и приюта вдовы или сироты. О сироте мог сообщать и другой суд.

В законодательном акте подробно описывались действия, которые необходимо было совершать для сохранения имущества сироты, говорилось об опекунах над ним. Городовой сиротский суд, подчинявшийся Губернскому магистрату, ежегодно отправлял туда донесения о состоянии имущества сироты и об опекунском управлении. В свою очередь опекуны обязаны были ежегодно присылать в Сиротский суд отчеты о прибыли, о расходах, о содержании и воспитании малолетнего. По достижении ребенком совершеннолетия, когда заканчивалась опека, опекуны представляли Сиротскому суду свой окончательный отчет. В случае отсутствия у сироты всякого имущества Городовой сиротский суд должен был стараться поместить малолетнего в соответствии с принадлежностью к тому или иному сословию. Имелось в виду определение в общественное сиротское училище или помещение в се-

59

3'2014

Пробелы в российском законодательстве

мью «доброхотных людей», чтобы он научился науке, промыслу или ремеслу и ему был бы «доставлен способ учиниться добрым гражданином».

Необходимо сказать, что Сиротский суд мог быть создан не только при Городовом магистрате, но и при Ратуше.[2]

Появившийся в 1785 г. законодательный акт под названием «Грамота на права и выгоды городам Российской империи» [3] утверждает правовое положение органов, занимавшихся попечением сирот. Предписывалось при каждом городовом магистрате учредить Сиротский суд для купеческого и мещанского сословия. Этот Суд оказывал попечение малолетним сиротам городских жителей всякого звания и брал на себя устройство дел вдов. Отдельно говорилось о вдовах и сиротах ремесленников, записанных в Управе в качестве мастеров. Вдова могла сама продолжить дело мужа, иметь подмастерьев и учеников, но в случае нужды управный старшина и старшинские товарищи могли определить женщине и малолетним сиротам попечителя или дать подмастерье, которому нужно было производить платежи от вдовьих или сиротских дел. По прошествии года вдова должна была объявить о своем решении продолжать или нет дело покойного мужа, а малолетние дети ремесленника должны быть обучены ремеслу. В Уставе цехов, принятом спустя 11 лет (уже при Павле I), положения о сиротах ремесленников были конкретизированы.[4]

По указу императрицы Екатерины II с 1785 г. во всех губерниях России вводился единый порядок, когда малолетний любого пола с 14 лет мог сам просить у органов опеки или у Сиротского суда попечителя для совета и защиты во всех делах. А с 17 лет малолетний уже вступал в совершеннолетие и в управление своим имением, но лишь после достижения им 21 года разрешалась продажа и заклад недвижимого имения без согласия и подписи попечителя и опекуна .[5]

Позже структура соподчиненное™ Сиротских судов несколько изменилась. При Павле I были упразднены Магистраты, и Городовые сиротские суды наряду с Дворянскими опеками подчинялись Гражданскому департаменту Палаты суда и расправы. В Москве например сохранился второй временный департамент Московского магистрата, который по указу императора был упразднен в январе 1801 г. Сиротские дела были переданы в Юстицкий гражданских дел департамент. [6]

Некоторое представление о деятельности Городового сиротского суда можно составить на примере его функционирования в Москве, в Муроме и во Владимире.

Во Владимирской губернии сиротские суды были созданы в Вязниках (1778г.), Владимире (1779г.), Юрь-ев-Польском (1779г.), Александрове (1780г.), Муроме (1782г.), Киржаче (1811г.), Суздале (1841г.), и Судогде (1865г.). [7]

После ликвидации судов второй инстанции в 1797г. в соответствии с указом от 13 сентября 1798 г., городовой сиротский суд был подчинен палатам гражданского суда и расправы.[8] Сиротские суды просуществовали вплоть до 1917г., но после реформы 1864г. эти суды стали учреждаться уже при окружных судах.

Во главе Владимирского сиротского суда стоял городской голова, а в его состав входили два члена городового магистрата и городовой староста.[9]

Сиротский суд должен был заботиться о вдовах и осиротевших малолетних детях всякого звания городовых обывателей, которые в этом городе, где он из-

бран «остались после мужей или родителей и без призрения находятся». [10]

Владимирский сиротский суд рассматривал дела в основном об учреждении опеки над детьми и имуществом. Например, в 1792 году 13 июля во Владимирский сиротский суд пришло сообщение о переименовании ратманов в управу благочиния из Владимирского годового магистрата. По этому сообщению заседатели сиротского суда должны объявить, что создается Владимирская управа благочиния, и полномочия здешнего ратмана Василия Малова расширяются, и в его подчинение присылаются Абросимов и Воронцов от городового магистрата. [11]

В 1793 году Владимирский сиротский суд рассмотрел дело об учреждении опеки над имением и детьми отданного в рекруты Хабарова. Это дело началось с прошения его жены Ирины Хабаровой мещанки, которая просит, чтоб имение их не отбирали, так как оно принадлежит ее мужу отданного в рекруты от Владимирского сиротского суда и которым кормится высаживая урожай на земле имения. На это прошение Владимирский сиротский суд выносит решение, что это имение, принадлежащее Хабарову, разделено между его родственниками и до выяснения порядка раздела имения выносит решение, что Ирине Хабаровой живущей без мужа впроголодь оказать содействие в жилье и продовольствии со стороны родственников и соседей живущих поблизости. [12]

По своей инициативе Владимирский сиротский суд не мог возбуждать дела, и для рассмотрения дел в нем нужно было написать заявление вдове или родственников малолетнего. Кроме того, этот суд приступал к рассмотрению и по требованию городского головы или двух посторонних свидетелей и священника. [13]

Для того чтобы Суд принял к рассмотрению дело об учреждении опеки над малолетней сиротой (сиротами считались дети, если умер хотя бы один из родителей), необходимо было наличие соответствующего заявления, написанного на имя императрицы, или предписание вышестоящего органа.

В трех из пяти изученных нами дел речь шла о купеческих сиротах. Документы в Сиротский суд поступили от матерей этих детей, в одном из них было совместное прошение вдовы и деда ребенка. В двух других делах речь шла о сироте сержанта и сироте вахмист-ра.[14] Эти документы рассматривались Сиротским судом по приказу вышестоящих органов. В первом случае такое требование Московскому губернскому правлению поступило из Сената, а оно, в свою очередь, приказало Суду, во втором - само Московское губернское правление потребовало от Суда принять дело к рассмотрению.

Заседание Городового суда в составе городского головы, двух ратманов, старосты, секретаря изучало документ и принимало решение об определении опекунов до совершеннолетия сироты на основании соответствующих положений Учреждения о губерниях и статей Городового положения. Оно записывалось в журнал и скреплялось подписями членов Суда. [15] Опекунами становились мать сироты и один или двое купцов.[16]Эти купцы могли быть как родственниками вдовы и ее ребенка, так и посторонними. В гильдии выяснялось о том, какой торг ведут вновь назначенные, имеют ли свое имущество, не были ли оштрафованы или под подозрением. В последующем опекуны вызывались в суд, где объявлялось о возложенных на них обязанностях по опеке над малолетним и принадлежащим ему имуществом, давалась инструкция, ко-

60

СИРОТСКИЕ СУДЫ ВЛАДИМИРСКОЙ ГУБЕРНИИ

Короткова Ю.А.

торую они принимали под роспись. Если назначенный купец отсутствовал в городе, то Суд определял нового опекуна. Он назначался и е случае смерти прежнего опекуна, причем из семьи умершего должны были передаваться соответствующие документы по опеке. Принималось решение об описи движимого и недвижимого имущества, которое по наследству принадлежал малолетнему.

Опись производилась секретарем Московского городского магистрата при двух свидетелях. Двор и имущество по описи принимались опекунами. В описи двора подробно указывались многие данные: соседи по двору, иконы, находившиеся в покоях дома и их денежная оценка, серебряные веши, их оценка, а также одежда, мебель, их оценка, наличие векселей, наконец, давалась итоговая оценка имущества. Прилагалась также купчая на дом. Например, в описи имущества значилось: «...В покоях того двора божья милосердия два образа: серебряные Спас и Архистратиг Михаил...». [17]

На своем заседании Сиротский суд рассматривал представленные описи и принимал решения. Они состояли в следующем. Во-первых, речь шла об экземплярах описи имущества: один экземпляр документа оставляли в деле, другой отдавали опекунам с распиской. Во-вторых, указывалось, что расписка представляет собой выдержки из соответствующих актов о том, как содержать и воспитывать сироту, а в-третьих, опекунам выдавалась «книга за закрепою, шнуром и печатью» Суда для записи прихода и расхода средств.

Наставление Сиротского суда о содержании и воспитании сироты состояло из 9 или 13 стандартных пунктов. В них говорилось о необходимости человеколюбивого попечения, о хранении вверенного движимого и недвижимого имущества, о воспитании сироты в страхе божьем, о добронравии, об удалении злых примеров, о содержании без излишества. Опекуны должны были сделать состояние малолетнего цветущим, взыскивать деньги по векселям, выплачивать неоспоримые долги, а о сомнительных докладывать Сиротскому суду. Кроме того, опекуны должны были ходатайствовать по судебным делам, ежегодно подавать в Сиротский суд счета для свидетельства, а по достижении совершеннолетия ребенка - представить справедливый отчет. По желанию опекуны могли ежегодно брать в свой счет 5% из прибыли сироты.

В Суд поступали данные из гильдии о том, сколько лет сироте, если ребенок состоял в купеческом звании. В других случаях сведения сообщала мать.

Если опекунами признавалось необходимым продать имущество (двор), то Суд официально запрашивал разрешение на это соответствующего департамента Московского губернского магистрата, обосновывая мнением опекунов, ветхостью здания. Продажа могла преследовать цель не только выручить капитал для приращения имущества сироты, но и для погашения долгов умершего отца ребенка. В случае положительного ответа выяснялось, нет ли препятствий к продаже, не запрещена ли она вообще, нет ли других наследников на это имущество. Необходима была трехкратная публикация в прессе. Если никаких запрещений не было, то двор продавался, а деньги вносились в Сиротский суд при соответствующем рапорте (если не было долгов на имущество). Продажа проводилась аукционом, учрежденным при Московском магистрате. После внесения суммы Суд принимай решение о поступлении денег в торговый промысел, причем, прибыль должна была быть не мене 12%.

Именно из прибыли предполагалось содержать сироту в полном соответствии с предписанным наставлением, записывая растение о поступлении денег в торговый промысел, причем, прибыль должна была быть не мене 12%. Именно из прибыли предполагалось содержать сироту в полном соответствии с предписанным наставлением, записывая расходы в полученную книгу. Двор могли не продавать, а отдать в наем, поместив объявление об этом в газетах.

Достигнув достаточного возраста чтобы обеспечить себя, молодые люди подавали в Сиротский суд прошение с просьбой об исключении из опеки, давали оценку опекунам: «Управлением и распоряжением по опеке, опекунами доволен; показанные ими расходы во время опеки справедливы. Неудовольствия не имею и впредь на них неудовольствия иметь не буду». Сиротский суд рассматривал это заявление и принимал решение об исключении сироты из опеки, как достигшего совершеннолетия. Указ об этом посылался к опекунам.

Осуществляемое таким образом опекунство помогало сохранить и, порой, преумножить имущество сирот. Даже в таких сложных обстоятельствах, когда опекун внезапно умирал, и уже его детей брал под свое покровительство Сиротский суд, старались избежать материального ущерба.

Однако не всегда обстоятельства складывались столь благополучно для малолетнего. Порой на первом месте оказывались имущественные интересы взрослых. Например, женщина вместе с отцом первого умершего мужа, а он был купцом 1-й гильдии, подала прошение в Сиротский суд об отдаче ей опекунства над дочерью. Первый ее муж умер два года назад. Сама она уже замужем вторично. В итоге двор был продан ее второму мужу. В другом случае двор, принадлежавший малолетней сироте, делили ее мать и мачеха умершего отца девочки. Сирота в 15 лет вышла замуж, а исключили ее из опеки почти через 20 лет, причем никакого имущества по опеке у нее не осталось. В третьем случае опекунами двух мальчиков 11 и 14 лег помимо матери были назначены купцы, являвшиеся их родственниками. Отец детей умер 12 лет назад. После продажи дома они использовали капитал в деле. Спустя 11 лет в Сиротский суд обратились вдова и ее старший сын, который вышел из опеки на (8 году, с просьбой вернуть деньги, причитавшиеся им после смерти 21-летнего второго сына женщины, который не был исключен из опеки. Просители хотели решить дело полюбовно и не доводить до присутственных мест.[18]

Так действовал Городовой сиротский суд в Муроме в последней четверти XVIII в. К 1795 г. подобные учреждения были при всех городовых магистратах и при ратуше Владимирской губернии.

Список литературы:

1. ПСЗ. Т.20. № 14392

2. ПСЗ. Т.21. № 15442

3. Там же. Т.22. № 16188.

4. ПСЗ. Т.25. № 19187

5. Там же. Т.22. № 16300.

6. Там же. Т.25. № 18667

7. ПСЗ II. T.XX. № 14392.

8. ГАВО. Ф.22.0П.2. Д.1.

9. ГАВ0.Ф.530.0п.1.Д.201.Л.7,8.;ГАВ0.Ф.549.0п.3.Д.7 22. Л.31,32.; ГАВО.Ф.555.0П.1.Д.228.Л.67.; ГАВО.Ф.548. 0п.2.Д.380.Л.27.;.ГАВ0.Ф.551.0п.4.Д.1433.Л.18.;ГАВ0.

61

3'2014

Пробелы в российском законодательстве

Ф.854.0п.1.Д.12.Л.116.;ГАВ0.Ф.554.0п.2.Д.136.Л.22,23.

;ГАВО.Ф.553,Оп.1.Д.87.Л.13-14.

10. nC3II.T.XXV.№18667.

11. ГАВО . Ф.549. On. 3. Д. 83. Л.1-2.

12. ПСЗ II. t.XX.№14392.

13. ГАВО . Ф.549. Оп. 3. Д. 83. Л.1-2. ГАВО. Ф.549. Оп.3. Д.99 Л.1-5.

14. ГАВО . Ф.549. Оп. 3. Д. 83. Л.1-2., Ф.549. Оп.3. Д.99 Л.1-5.

15. Там же. Т.26. № 19724.

16. Азизова Р.Е. Призрение сирот и незаконнорожденных в России в XVIII века. дисс. канд. истор. наук. Москва - 2004 г. С.330-335.

17. Там же. С.330-335.

18. Там же. С.330-335.

19. Короткова Ю.А. Местные судебные учреждения Российской Империи в первой половине XIX В. (на примере Владимирской губернии) // Черные дыры в Российском законодательстве. - 2010. - №6.

20. Черкашина Н.В. Законодательная хроника о правовом положении незаконнорожденных детей // Бизнес в законе. - 2013. - №3.

21. Черкашина Н.В. Воспитательный дом как мера призрения покинутых детей // Пробелы в российском законодательстве. - 2010. - №2.

Рецензия

на рукопись статьи соискателя степени кандидата исторических наук старшего преподавателя кафедры социально-правовых дисциплин Муромского института (филиала) Владимирского государственного университета имени Александра Григорьевича и Николая Григорьевича Столетовых Коротковой Ю.А. по теме: «Социальная деятельность судебных учреждений России в 18 веке (сиротские суды Владимирской губернии)»

Представленная на отзыв в качестве научноаналитической работы рукопись статьи Ю.А. Коротковой является самостоятельным исследованием, в котором рассматривается развитие судебных учреждений в России во Владимирской губернии в XVIII -XIX в.

Актуальность исследования не вызывает сомнения как с точки зрения исследуемой проблематики и ее значения для развития истории государства и права России, так и с точки зрения социально-политического звучания изучаемой проблемы.

Теоретическую и историографическую основу работы составили монографические исследования и статьи. Автор основательно поработал имеющуюся литературу.

В работе проанализирован процесс формирования и развития судебных учреждений во Владимирской губернии в XVIII-XIX вв. ; исследованы основные, наиболее значительные законодательные акты, регламентирующие их деятельность на различных этапах развития Владимирской губернии.

Содержание работы отражает заявленную проблематику исследования. Работа хорошо структурирована и отражает логику изучения поставленных проблем. Положения работы изложены логично и последовательно.

Несмотря на общую положительную оценку работы, бесспорно соответствующей требованиям к подобного рода научным трудам, в рецензируемой работе все же присутствует спорное положение.

Так интересны были бы и авторские выводы и рекомендации, вытекающие из изучения исторического

опыта и представляющие интерес для развития судебной системы в России на современном этапе.

На основании вышеизложенного, работа Ю.А. Коротковой рекомендуется к опубликованию в открытой печати.

кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин Муромского института (филиала) Владимирского государственного университета С. В. Лобачев

62