Экономике нужны профессионалы

5(32) - 2006

ПРИОРИТЕТЫ РОССИИ

29 марта 2006 г. Президент россии В.В. Путин провел в Кремле встречу с представителями российских деловых кругов. Предлагаем вашему вниманию стенографический отчет о встрече.

ЭКОНОМИКЕ НУЖНЫ ПРОФЕССИОНАЛЫ

В. ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мне бы хотелось сегодня обсудить ряд вопросов, связанных с модернизацией образования. Мы с вами год назад встречались, обсуждали много проблем. Поэтому прежде всего хотел бы вспомнить о том, о чем мы говорили, и сказать несколько слов о том, как реализуются те договоренности, которые были достигнуты в прошлый раз.

Мы в прошлом году обсуждали проблему выкупа земли под приватизированными предприятиями — но не только, но в том числе как одну из ключевых проблем. И сейчас можно говорить о некоторых результатах, об определенном движении вперед. Прежде всего полностью разделяю вашу точку зрения, что выкуп должен быть необременительным.

Знаю также о компромиссе, достигнутом в ходе взаимных консультаций, о том, что стоимость выкупа земли должна равняться 2,5 процента ее кадастровой стоимости. Я поддерживаю такой подход. И считаю, что этот порядок должен действовать во всех регионах. Знаю также о том, что для Москвы и Петербурга, известных своей городской и столичной спецификой, развитой инфраструктурой, сделано исключение.

Теперь к основной теме нашей встречи. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить вас за искреннюю заинтересованность в реализации приоритетных национальных проектов. Мы с вами прекрасно понимаем, что это не панацея для решения всех проблем, перед которыми стоит страна. Это — я много раз об этом говорил — только сигнал в нужном для всех нас направлении, для того чтобы сделать нашу страну более благополучной, развитие бизнеса в соответствии с этим — более устойчивым. Образование здесь, в череде наиболее приоритетных вопросов, конечно, занимает особое место.

Вы по собственному опыту знаете, что потребности предприятий в современных и квалифицированных специалистах не удовлетворяются. Я даже не хочу сказать: не полностью удовлетворяются — просто не удовлетворяются. Причем это одинаково чувствительный вопрос и для государственных предприятий, и для частного сектора.

И речь идет не только о выпускниках вузов. С каждым годом растет потребность в рабочих высокой квалификации, в мастерах производств, в специалистах среднего звена. Их в стране не хватает, и надо в сжатые сроки готовить их для самых разных сфер.

Поэтому нужно совместными усилиями помочь развитию учебных заведений начального и среднего профобразования. Тем более что сейчас уже немало предприятий, которые, выбрав соответствующие вузы или техникумы, заранее направляют на учебу молодых людей и оплачивают ее в расчете на их возвращение. Пока это, к сожалению, несистемные отношения, которые, прямо скажем, не меняют общей картины.

На прошлой неделе мы касались этой темы на заседании Государственного совета, в частности, говорили о необходимости создания объективного и востребованного нашим рынком заказа на специалистов. И вот Александр Николаевич [Шохин] там выступал, тоже говорил об этой проблеме.

Сегодня требуется участие бизнеса и в разработке профессиональных стандартов. Их могут полноценно сформулировать только сами участники рынка и затем предложить их соответствующим ведомствам, учебным заведениям для подготовки специалистов, отвечающих потребностям рынка. И вообще, конечно, представители бизнеса, и даже вы, конечно, те, кто здесь сегодня присутствует, ваши специалисты могли бы принять прямое участие в образовательном процессе, в том числе и в проведении определенных занятий, в принятии экзаменов. Вы знаете, что я регулярно встречаюсь с коллегами, которые здесь присутствуют, и с другими, я много раз слышал, что, как и было раньше, к сожалению, приходят люди, особенно в высокотехнологичные сферы производства, и практически все приходится начинать сначала. И, конечно, руководители предприятий, менеджеры и собственники заинтересованы в том, чтобы уже на ранней, средней, завершающей стадиях подготовки появлялись такие специалисты, которые без раскачки будут работать и приносить результат.

Кроме того, нужно поддержать институт попечительских советов наших высших учебных заведений. Он является важным фактором не только общественной, но и финансовой помощи вузам.

Теперь несколько слов об образовательных кредитах. они являются важным инструментом повышения доступности высшего образования. Сейчас в Министерстве образования и науки завершается работа над нормативными актами по государственной поддержке такого кредитования. Пока оно будет проходить как эксперимент в нескольких вузах, и бизнес может принять в нем непосредственное участие. Кредиты будут выдаваться банками-агентами, список которых формируется на конкурсной основе.

Еще один вопрос, требующий нашего общего внимания, — это определение критериев, на основании которых должно оцениваться качество подготовки специалистов и формироваться сама номенклатура востребованных специальностей. Эти критерии государство и бизнес должны тоже вырабатывать совместно.

Необходимо ввести систему рейтинговых оценок деятельности вузов. Причем речь идет о развитии независимых рейтинговых агентств, чья информация должна быть доступной для общества, с тем чтобы не просто по факту происхождения вуз считался великим, а чтобы он сегодня отвечал требованиям времени и выдавал на-гора нужный результат. И он, этот результат, мог бы быть объективно оценен.

мы понимаем, что нелегко спрогнозировать развитие рынка труда на длительную перспективу. Но у вас есть немало возможностей для проведения аналитической и экспертной работы, и в этом одинаково заинтересованы как государство, так и отечественный бизнес.

И, наконец, при вашем участии, при участии малого бизнеса можно быстрее и эффективнее обеспечить образовательные учреждения необходимой приборной и современной лабораторной базой.

Знаю также, что вы активно участвуете в создании в России бизнес-школ. У государства тоже предусмотрены средства на их создание, в том числе и в рамках национального проекта. Однако если вам здесь понадобится содействие в реализации тех программ, тех проектов, которые вы сами осуществляете и проводите, мы абсолютно открыты для совместной работы. Прошу вас обращаться в Администрацию Президента, в Правительство. мы постараемся помочь. И, разумеется, как и на нашей предыдущей встрече, мы можем сегодня в ходе нашей дискуссии обсудить любые вопросы, которые вы считаете целесообразными, и поскольку мы не так уж и часто в таком формате встречаемся.

Я всех хочу поблагодарить за внимание. Пожалуйста, уважаемые коллеги, начнем непосредственно работать.

(Обращаясь к президенту Российского союза промышленников и предпринимателей А.Шохину) Александр Николаевич, прошу Вас.

А. ШОХИН: Спасибо, Владимир Владимирович.

Прежде всего я хотел бы поддержать Вашу методологию наших встреч — с одной стороны,

оценивать ход реализации договоренностей, пусть даже они не в виде поручений Президента, но устных договоренностей, которые были достигнуты на предыдущей встрече, и затем ставить новые задачи, которые могли бы явиться предметом совместного партнерского взаимодействия бизнеса и власти.

Если позволите, я хотел бы коротко остановиться на реализации договоренностей, которые были достигнуты в ходе предыдущей встречи. Во-первых, хотел бы поблагодарить Вас за Вашу позицию по земле, по переоформлению прав на землю под приватизированными предприятиями — это давно идущая дискуссия. Наконец-то в ней если и не поставлена точка, то по крайней мере появилась определенность. Мы хотели бы поблагодарить Вас за принципиальную позицию.

Правительство сейчас идеологически стоит с бизнесом на одной позиции. Есть целый ряд вопросов, которые хотелось бы, чтобы в законе были отражены. В частности, это возможность рассрочки платежа хотя бы на два года, имея в виду, что вступление в права собственности будет доступно лишь тогда, когда предприятие полностью выполнит финансовые обязательства.

Во-вторых, для Москвы и Петербурга действительно сделано исключение. Там не 2,5 процента от кадастровой оценки, а 20 процентов, но тем не менее, честно говоря, вызывает сомнение доплата в 80 процентов кадастровой оценки земли за перепрофилирование. Дело в том, что Москва и Санкт-Петербург — это столичные города, которые нуждаются в выводе промышленных предприятий. Это очень большой объем инвестиций в рекультивацию земель, в вынесение предприятий за предел городской черты. И поэтому, дай бог, если эти 80 процентов будут совпадать с объемом инвестиций на расчистку городских земель для других целей. Поэтому хотелось бы внимательно посмотреть на это, тем более что у Москвы и Петербурга разные подходы. Петербург против этой дооценки, и не исключено, что в законе хотя бы в этом отношении придется сделать исключение для северной столицы.

В-третьих, хотелось бы сказать, что налоговые последствия выкупа земли сейчас неоднозначно складываются для разных категорий предприятий. С одной стороны, те предприятия, которые будут выкупать землю, скажем, после вступления закона в силу, они, во-первых, будут за 2,5 процента выкупать, во-вторых, они будут относить соответствующие расходы на затраты, то есть налоговые последствия для них минимальны. А те, кто уже это

сделал, во-первых, они выкупали по более высокой цене, и во-вторых, они это делали из прибыли, поэтому можно было бы найти формулу, дающую возможность тем, кто уже сделал, осуществил соответствующие процедуры, чтобы они в последующие периоды могли относить соответствующие затраты на расходы или это засчитывалось бы при налоговых платежах.

Это в общем-то технические вопросы, но коль скоро трудный самый вопрос по цене решен, все эти технические вопросы могут быть очень быстро согласованы, тем более что большинство законопроектов, в том числе и по налоговым аспектам, внесены в Думу, получено положительное заключение Правительства, и это можно сделать достаточно быстро.

Вторая тема, которую мы очень подробно обсуждали год назад, это тема налогового администрирования. Мы помним, как Вы поддержали этот сюжет нашей встречи, в апреле прошлого года он был одним из ключевых в Послании Президента Федеральному Собранию. Все помнят, какую оценку Вы давали действиям налоговых органов, и сейчас мы уже второй год пытаемся согласовать с Правительством в лице Министерства финансов, Федеральной налоговой службы такие поправки к первой части Налогового кодекса, которые эту идеологию в полной степени реализовывали бы. Должен сказать, что по целому ряду позиций согласования уже достигнуты, но тем не менее мы до конца не знаем, какая же будет концепция закона, который будет принят во втором чтении, чересчур много факторов неопределенности.

И я хотел бы обратить внимание на те моменты, которые нас как бизнес-сообщество не могут не беспокоить.

Во-первых, мы хотели бы закрепить в законе принцип добросовестности налогоплательщика, имея в виду прежде всего невозможность наложения обязанностей на налогоплательщика, прямо не предусмотренных в Налоговом кодексе.

Во-вторых, ответственность должна быть предусмотрена законом только за конкретные правонарушения, и недобросовестным не должен считаться в целом налогоплательщик, если он допустил лишь какое-то одно правонарушение.

В-третьих, мы хотели бы, чтобы налоговые проверки были четко регламентированы, процедуры все прописаны. Это касается и разграничения выездных и камеральных проверок. Это касается и перечня документов, которые обычно бывают затребованы в таком неограниченном варианте

от налогоплательщиков. Это касается и пресека-тельного срока выездной проверки. Мы считаем, что здесь вполне достаточно года. Это касается и четкого прописывания последствий повторной проверки для налогоплательщика.

В-четвертых, что, безусловно, очень важно, это установление процедур обжалования налогоплательщиками действий, решений налоговых органов. Вообще в принципе мы хотели бы, чтобы суды были разгружены налоговыми спорами, но та формула, которая сейчас предусмотрена, так называемая 5 и 50, когда мелкие штрафы 5 тысяч — для индивидуальных предпринимателей и 50 тысяч — для юридических лиц, они во внесудебном порядке рассматриваются, в принципе презумпция невиновности налогоплательщика как бы исчезает. Мы считаем, что все штрафы в принципе могут рассматриваться во внесудебном порядке, даже миллиардные, при одном условии: что они не оспариваются налогоплательщиком. Тогда мы разгрузим арбитражные суды от налоговых споров, но в то же время если налогоплательщик оспаривает действия налоговых органов, только решение суда может приводить к окончательному решению.

И что немаловажно, мне кажется, что для ускорения принятия этого очень важного закона, с тем чтобы он вступил в силу с 1 января 2007 года как минимум, было бы правильно отцепить от него вопросы, которые прямо не связаны с налоговым администрированием. В тексте законопроекта, который внесен Правительством, очень много правильных в принципе вопросов, связанных с понятиями «резидент», «нерезидент» и тому подобными вещами, их можно вполне рассмотреть отдельно, чтобы политически чувствительный вопрос налогового администрирования был урегулирован как можно раньше.

Я хотел бы, Владимир Владимирович, если Вы позволите, своим коллегам по РСПП дать возможность коротких, буквально до двух минут, комментариев по другим вопросам, которые затрагивались на нашей предыдущей встрече, в частности, Алексею Мордашову — по участию бизнеса в переговорах по ВТО и по закону о конкуренции, Владимиру Лисину — по переоформлению земли для тех, кто это уже сделал, Михаилу Фридману — по допуску иностранных инвесторов в стратегические объекты и Виктору Вексельбергу — по вопросам, связанным с имиджем России, эту тему Вы тоже в конце нашей предыдущей встречи поднимали.

Ну и второй блок вопросов, на которых, я считаю, мы должны и сегодня сконцентрироваться, и

в принципе в будущем брать на себя обязательства готовить свою позицию, — это приоритетные национальные проекты.

То, что образование сегодня является ключевым проектом и для бизнеса, и для власти, это очевидно. И тот факт, что сегодня присутствуют на встрече, в том числе от РСПП, предприниматели, для которых это не просто некая мода или имидж и желание реализовать какой-то проект, а серьезная тема, которой они занимаются, потому что испытывают потребность в решении задач профессионального образования, позволяет нам действительно серьезно и глубоко обсудить эту тему. Я бы хотел, чтобы мои коллеги по РСПП Анатолий Карачинский и Рубен Варданян, Владимир Потанин, Семен Вайншток, Анатолий Чубайс, Андрей Казьмин, Олег Дерипаска высказались на эту тему. У них есть что сказать — и не только рассказать о себе, как они решают эту проблему, но и сформулировать некоторые вопросы для такого партнерского взаимодействия с государством.

Спасибо.

B. ПУТИН: Спасибо большое, Александр Николаевич. Из того, что Вы сказали, я выделю две темы — это налоговое администрирование, закон, о котором Вы сказали. Не буду сейчас вдаваться в детали, я со многим из того, что Вы здесь высказали, согласен и надеюсь, что закон будет принят, все заработает.

Что касается дополнительных выплат за землю в городах при перепрофилировании предприятия, то не буду вдаваться здесь в детали тоже, тема чувствительная. Действительно, города заинтересованы в том, чтобы предприятия выводились за городскую черту. Важно только, чтобы этот вывод был реальным выводом, а не уничтожением самого предприятия и не ликвидацией рабочих мест. Понятно, что существуют и предприятия, которые уже фактически не работают, у них только земля там осталась. И в этих случаях, конечно, фискальные интересы текущего момента, фискальные интересы городских властей должны все-таки уступить бизнес-интересам, потому что это игра вдолгую и это действительно в интересах населения того или иного города, без всяких сомнений. Но, повторяю, это вопрос тонкий, над ним просто нужно дополнительно подумать.

Пожалуйста, Сергей Ренатович Борисов.

C. БОРИСОВ: Уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые участники сегодняшней встречи! Масштаб национальных проектов по уровню сопоставим с национальной идеей, поэтому, конечно же, требует вовлечения широчайшей общественности и предпринимательства в обсуждение и в реализацию. Мы неоднократно на наших площадках обсуждали тему национальных проектов, и должен сказать, что малый бизнес готов к работе, готов включиться в работу широким фронтом по этим направлениям. Но, на наш взгляд, этого мало, нужна корректировка моделей управления проектами, взаимодействия бизнеса и власти.

Что сейчас происходит? Хочу сделать несколько фрагментов, несколько зарисовок. Прежде всего проект здравоохранения. Малое предпринимательство в соответствующей рабочей группе не представлено. Вместе с тем существует немало российских малых компаний, в первую очередь инновационных, производящих высококачественную, конкурентоспособную продукцию и услуги в этой области. Один пример. Российская малая компания, организованная и состоящая из инвалидов на колясках, производит эти самые инвалидные коляски, которые идут в том числе на экспорт. Но получилось так, что она не сумела принять участие в тендере на поставку продукции для государственных нужд в России, потому что она не прошла по обороту и не прошла по лоту, по количеству поставок. Получилось так, что выиграла компания, которая имеет больше оборот и больше возможностей поставить такие коляски из Китая. Но специалисты говорят, что качество здесь просто несопоставимое. Это парадокс, который нас, конечно, очень волнует.

Доступное жилье — важнейшая тема, реформа ЖКХ. И именно малый бизнес здесь способен обеспечить эффективную конкуренцию и качество, прежде всего в услугах, и примеров тому уже много. И инновационный бизнес, малый бизнес, готов предложить решение в так называемой малой энергетике сегодня. К счастью, здесь мы услышаны, нас слышит соответствующая рабочая группа по этому национальному проекту, и здесь у нас есть перспективы.

К обсуждению проекта образования малый бизнес привлекается слабо, а ведь он заинтересован в проекте более, чем кто-либо другой. Крупный бизнес может купить себе, переподготовить любого специалиста, а малый бизнес довольствуется, увы, тем, что предлагает существующая система подготовки кадров. Наши отраслевые союзы и ассоциации уже имеют опыт формирования сис-

темы стандарта в профессиональной подготовке. Например, у меня с собой есть стандарт в сфере ресторанного бизнеса. Это только начало, но это уже первый продукт.

Нам очень важно сегодня такое направление, как специальное образование и повышение квалификации в инновационном предпринимательстве. Это, к сожалению, также не нашло своего отражения в национальном проекте, пока мы этого не видим. Сложные вопросы правовой защиты, охраны интеллектуальной собственности, венчурного инвестирования и многие другие требуют специальных знаний от бизнеса. Сегодня, увы, дилетантизм сплошь и рядом представлен среди предпринимательства. Это требует серьезного внимания профильного министерства и его агентств.

Что вместо этого мы имеем? Абсолютный холод со стороны Федерального агентства по инновациям, фактически можно его причислить к лучшим традициям надменной чиновничьей касты. Как еще объяснить их игнорирование диалога с нами? А на днях мы вообще не были даже допущены на совещание на эту тему в агентстве. Очень обидно.

Между тем инновационные предложения есть. И одна из компаний — членов «Опоры» предлагает для образовательных целей использовать технологии интерактивного телевидения. Этот проект не имеет мировых прецедентов. Это проект, который может продвинуть и сделать существенный прорыв, нужно просто его внимательно посмотреть, нужно внимание государства. Есть и малые российские предприятия, о которых Вы, Владимир Владимирович, упомянули, которые производят уникальную образовательную технику для нужд и высшей школы, и школ, и ПТУ. Однако сегодня закупаемые китайские одноразовые реостаты, конечно же, дешевле, но они одноразовые. В том же Китае для школ покупаются барометры, без анероидной коробочки визуально они выглядят так же, но все время показывают «ясно». Мы не хотим, чтобы национальные проекты превратились, конечно же, в пункты раздачи социальной помощи, мы хотим, чтобы они придали импульс развитию нашей экономики в целом.

B. ПУТИН: А ожидание счастья бывает лучше, чем само счастье. Все время «ясно» — это же хорошо.

C. БОРИСОВ: Национальные проекты вновь возвращают нас к теме диалога бизнеса и власти, но теперь мы вкладываем в это понятие некий

иной смысл. Если раньше речь шла о взаимных претензиях, способах их урегулирования, то сегодня мы оцениваем реальные инструменты и механизмы практического сотрудничества. Активисты «Опоры» составили свой рейтинг эффективности диалога бизнеса и власти.

На наш взгляд, сегодня успешно продвигается диалог с Правительством на площадке Совета по конкурентоспособности и предпринимательству, Комиссии по административной реформе, в Минэкономразвития, Федеральной антимонопольной службе, в Минрегионе.

Нам известны позитивные примеры взаимодействия в регионах и федеральных округах. Это продвижение вперед, и это стоит распространять и обсуждать.

Есть положительные тенденции в силовом блоке. Генеральная прокуратура всерьез занялась защитой прав малых и средних предпринимателей, не только выпустив специальный приказ, но и отработав механизм взаимодействия с бизнес-объединениями. А вот МВД упорно старается сохранить избыточные полномочия, например, на потребительском рынке, фактически сохраняя свое право «шастать по ларькам», Вашими словами. А Минпромэнерго почему-то уклоняется от обсуждения проекта промышленных парков, которые нужны для всего малого бизнеса, для всего производственного малого бизнеса.

Еще важный момент. Национальные проекты — это огромные финансовые потоки. Их реализация, конечно, неизбежно столкнется с проблемами, связанными с коррупцией. И нет ничего другого, как противостоять с помощью публичности в этом вопросе. Здесь уже есть опыт. Тот проект, который в прошлом году был начат, по реализации программы малых и средних предприятий, распределения средств по регионам — уже вместе с Минэкономразвития мы осуществляем обратную связь и мониторинг за использованием таких средств. И это уже работает.

Национальные проекты могут стать полигоном для отработки абсолютно прозрачной системы лоббирования бизнес-сообществом своих интересов. И первым шагом может стать включение бизнес-союза, конечно же, в консультативно-совещательные органы по нацпроектам на всех уровнях.

На наш взгляд, необходимо создать паритетные переговорные площадки по национальным проектам и в регионах, и предприниматели просят это уже делать сегодня.

Мы знаем, Владимир Владимирович, о Вашем поручении Правительству по малому бизнесу, недавнем поручении. Это очень важно для нас и своевременно. И, конечно же, то, что будет рассмотрено в Правительстве в ближайшее время, это важно, но, на наш взгляд, без четкого включения в эту деятельность отраслевых министерств работа дальше серьезно не продвинется. Поэтому мы предлагаем образовать правительственную или президентскую комиссию по вопросам развития малого предпринимательства для координации деятельности министерств и ведомств и для подготовки единого доклада по малому бизнесу, годового доклада. Кстати, такой опыт есть в Южной Корее, они долго топтались на месте, и в конечном итоге, создав такую координационную комиссию, они стали продвигаться вперед, это стало работать.

Еще одна тема, которую я не могу умолчать, предприниматели просто это не поймут: сейчас в регионах активно идет процесс приватизации непрофильного муниципального имущества, который должен завершиться до 1 января 2009 года. Малые предприятия, конечно же, не обладают достаточным капиталом, не имеют льгот, проигрывают приватизационные аукционы, не выдерживая конкуренции и с крупными предприятиями, и с перекупщиками. Есть, конечно, разные подходы к решению этой проблемы. Первое — дать малым предприятиям, добросовестным арендаторам приоритетное право выкупа без аукциона. Конечно, арендаторы «за», но эксперты опасаются массовых злоупотреблений. Второй путь — дать возможность муниципалитетам не продавать часть имущества, а оставить его для целевого развития малого предпринимательства с соответствующими ограничениями и, может быть, по перепрофилированию. Сейчас, когда развитие малого бизнеса отнесено к вопросам местного значения, этот путь мог бы быть интересным и для экономики местного самоуправления, и для предпринимателей и мелких арендаторов. Пока эксперты Правительства и Госдумы спорят, малые предприниматели теряют свой бизнес и остаются часто на улице.

Мы обращаемся к Вам с просьбой дать поручение решить этот вопрос как можно скорее в законодательном порядке.

И самое последнее. Вы нам рекомендовали на последней встрече организовать сотрудничество с ЕС по разному кругу вопросов, создать переговорные площадки. Наш координационный совет предпринимательских союзов России установил контакты с ассоциацией европейских

бизнес-союзов. Мы действуем как от координационного совета всех наших трех организаций, так и в рамках собственной программы, в частности, с Францией и Великобританией. Я только что вернулся из Манчестера, где принимал участие в съезде федерации малого бизнеса Великобритании. Они Вам шлют теплые пожелания и сувенир передали небольшой. Но мы, самое главное, договорились о том, что мы начнем с ними интерактивный образовательный проект, который уже работает в Великобритании, среди малых предпринимателей в том числе. Я думаю, что это будет тоже вклад в национальный проект.

Спасибо.

В. ПУТИН: Спасибо за сувенир. А почему здесь FSB [Federation of Small Business — Федерация малого бизнеса Великобритании] написано?

В. ПУТИН: Сергей Ренатович, спасибо большое. Очень такое короткое содержательное выступление. Мы обязательно постараемся отреагировать на то, что Вы сказали. Особенно, что касается взаимоотношений с муниципалитетами в ходе распродажи непрофильного имущества. Конечно, здесь нужно предпринять необходимые шаги для того, чтобы малый бизнес поддержать. И Ваше предложение по поводу того, чтобы оставить часть имущества именно под развитие малого бизнеса, было бы, на мой взгляд, абсолютно реализуемым. нужно посмотреть, как это законодательно оформить, имея в виду, что мы не можем с федерального уровня вмешиваться в некоторые вещи, которые являются исключительно прерогативой самого муниципалитета.

И еще один момент, он касается взаимоотношений с органами власти. Это Вы нам отдельно отдайте свою часть выступления. не думаю, что мы сразу все решим, но определенные вещи точно совершенно скорректируем. Спасибо большое.

Титов Борис Юрьевич, пожалуйста.

Б. ТИТОВ: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

Я хотел бы остановиться на главной теме своего выступления — на образовании, потому что для нас, для бизнеса не такого крупного, эта тема еще более, наверное, важна, потому что крупный бизнес может создавать, и сейчас есть практика создания корпоративных университетов. Мы, конечно, в основном зависим от государс-

твенной, национальной системы образования. Поэтому мы его поставили во главу угла нашей работы уже определенное время назад, вели активную работу, у нас такая форма есть, мы проводим бизнес-педсоветы и проводим их вместе с министерством. И вообще я должен сказать, что у нас такое активное государственно-частное партнерство, потому что практически по всем вопросам мы имеем возможность консультироваться, договариваться, обсуждать. И где-то по большинству вопросов мы находим общую точку зрения. И наш бизнес активно вовлечен в обсуждение национальных проектов, в первую очередь «Образования», так активно, что мы даже немножко «кряхтим», потому что времени нам все не хватает. Но очень активно (благодарим за то, что у нас такая возможность есть) мы работаем и в межведомственной рабочей группе по образованию, работаем в Совете по национальным проектам. Мы и через Общественную палату сегодня занимаемся вопросом национальных проектов.

Но, когда мы начинали тему образования, мы, конечно, прежде всего смотрели, что бизнес какими-то конкретными шагами мог бы сделать уже на первом этапе. Мы проанализировали ситуацию и увидели, что, наверное, самым острым моментом является, и Вы это отметили в своем вступительном слове, именно то, что, к сожалению, наша система образования во многом оторвана от рынка труда. Да, сегодня у нас сильная, мощная национальная система образования, есть очень большие традиции, и мы готовим хороших, классных специалистов. Но, к сожалению, она во многом работает как система в системе, система в себе. И мы одновременно с тем, что у нас выходят классные специалисты, имеем большой недостаток на рабочих местах, именно в тех кадрах, которые нам нужны. Поэтому мы обратили внимание на ту возможность, которую предоставляет рейтингование вузов. Вы в своем выступлении уже сказали об этом, я подобрал целый набор аргументации, почему это нужно, но я думаю, что сейчас уже нет смысла, я так понимаю, что все поддерживают это. Хотел бы только сказать о том значении, которое рейтингование могло бы иметь не только в рамках взаимодействия с государственной системой, которая могла бы на рейтинговании вузов в дальнейшем строить свою, в том числе и бюджетную, финансовую политику с вузами. Но и второй момент — это важность рейтингования с точки зрения оценки качества исполнения национального проекта «Образова-

ние». Мы, рейтингуя вузы до начала программы — допустим, инновационные вузы, могли бы после завершения реализации проекта оценить, как же улучшилось качество образования в этом конкретном вузе.

Мы сделали конкретный шаг, мы с экспертами проработали этот вопрос, и сегодня у нас есть уже методология проведения такого рейтинга, которая еще должна дорабатываться. Сегодня мы активно обсуждаем также и с Министерством, со специалистами Министерства, высказываются разные замечания, хотя, в общем, кажется, что общая концепция такого рейтинга одобряется. Там три целевые аудитории, которые отвечают на многочисленные вопросы, это прежде всего работодатели. Мы планируем 400 крупных компаний, в том числе и иностранных, работающих в России. Это профессионалы рынка, это агентства по подбору персонала, которые также отвечают на вопросы, и это сами вузы, которые должны ответить на то, как они реализуют программы работы с рынком.

Поэтому мы хотели бы обратиться к Вам с вопросом о поддержке проведения этого рейтинга прежде всего потому, что это должен быть рейтинг частно-государственного партнерства. Мы всю организационную и финансовую часть подготовили. Бизнес мы, конечно, берем на себя, но, как нам кажется, он имел бы смысл, если бы государство могло хотя бы индикативно использовать его в определении своей политики по отношению к системе образования и в оценке реализации национального проекта. Поэтому, если можно было бы, вот такое решение сегодня нам принять.

В. ПУТИН: У нас Министр здесь, он сразу и отреагирует на то, что Борис Юрьевич сказал.

A. ФУРСЕНКО: Мы используем эти рейтинги. И у нас представители бизнеса сейчас введены как раз в конкурсную комиссию по отбору инновационных подпрограмм развития вузов. Но я хотел бы все-таки сделать одну ремарку. На самом деле рейтинги — это оружие обоюдоострое. И они могут быть использованы в том числе и для манипулирования, для борьбы в рыночной среде. И образование сегодня — это очень существенная рыночная среда. Поэтому эти рейтинги должны составляться с учетом интересов, скажем так, представителей всех групп бизнеса. Потому что иначе это может быть способом давления одних групп на другие.

B. ПУТИН: Можете пояснить, как это с образованием связано?

A. ФУРСЕНКО: Очень просто. Сегодня появились первые рейтинги, и сразу появилось огромное количество претензий, что это используется для того, чтобы приподнять уровень одних вузов, сделать их более привлекательными по сравнению с другими вузами. Причем очень важно, чтобы каждый рейтинг тогда был хорошо обоснован и было понятно почему, по каким критериям. Потому что просто появление рейтинга сразу вызывает ощущение, что идет конкурентная борьба между вузами, а сейчас эта борьба обостряется, потому что гораздо меньше абитуриентов демографически, поэтому мы работаем вместе. И я хотел сказать, что эти моменты тоже должны быть учтены.

B. ПУТИН: Проблема как раз в том, чтобы эти рейтинги были объективными, выработать систему объективных критериев. Но для того, чтобы это было так, как раз и нужно реализовать то предложение, которое Борис Юрьевич сделал. Это частно-государственное партнерство. Государство, с одной стороны, конечный потребитель этого образовательного продукта — бизнес, экономика, с другой стороны, и образовательные сообщества.

A. ФУРСЕНКО: И чтобы все были представлены в равной мере.

B. ПУТИН: Да. Извините, Борис Юрьевич, пожалуйста.

Б. ТИТОВ: Я еще хотел бы остановиться на теме, которая в целом важна для реализации национальных проектов, потому что мы видим огромную социальную важность в проведении таких программ государственных, но для нас, для бизнеса, который работает в основном здесь, на внутреннем рынке России, для перерабатывающего бизнеса, еще очень важна экономическая составляющая, и об этом Вы тоже очень много говорили, — это стимул для развития внутреннего производства у нас в стране. Для бизнеса это возможность диверсификации и возможность развития, внедрения новых инвестиционных программ, новых инновационных программ. Поэтому мы тоже очень активно работаем со всеми по реализации всех национальных проектов. Само в общем-то ничего не происходит. Поэтому, конечно, для того чтобы тот спрос, который создают национальные проекты, был поддержан соответствующим предложением со стороны внутреннего производства, необходима стимулирующая и регулирующая функция государства. И здесь я хотел бы на двух моментах остановиться.

У нас проект есть «Доступное жилье», и, конечно, та регулирующая законодательная функция, которая не всегда у нас срабатывает правильно, я имею в виду проблемы с реализацией 214-го закона. И то, что у нас долевое строительство, долевое участие в строительстве, во многом негативно повлияло на развитие строительного комплекса, потому что создание спроса происходит, но строительный комплекс не успевает в своем развитии за спросом. И то, что были нарушены связи гарантий под строительство. К чему это привело? Мы активно работаем с Ассоциацией строителей. По их данным, приблизительно на 40 процентов у нас сократился ввод жилья в эксплуатацию и приблизительно на 30 процентов в целом по России увеличились цены с момента выхода этого закона. Я знаю, что поправки уже принимаются, и мы хотели бы обратить на это внимание — чтобы этот вопрос был в ближайшее время решен, потому что это даст новый стимул для развития строительного комплекса.

И, как Александр Николаевич [ Шохин ] представлял членов организации, я тоже хотел бы представить — Туголуков Евгений занимается темой как раз строительного комплекса. Мы разработали здесь некие предложения по проекту «Доступное жилье» — что можно было бы сегодня внедрить новое, чтобы проект проходил более эффективно.

И еще одна тема, которую я хотел затронуть, также касается развития внутреннего производства у нас в стране. Это вопрос модернизации. Мы этот вопрос ставили на прошлой нашей встрече, многое сделано. Мы знаем, что принято постановление о том, чтобы обнулить пошлины на импортное оборудование. К сожалению, это произошло буквально несколько дней назад, мы до конца не сумели даже оценить. По крайней мере, цифры говорят о том, что это очень положительно, потому что из 1200 позиций на 800 пошлины уже обнулены. Мы просмотрели списки. Почти все позиции попадают. Может быть, там есть вопрос по станкостроению, особенно по станкам с числовым программным управлением. К сожалению, я думаю, что мы здесь должны поработать с теми предпринимателями, которые в этой сфере работают. Я думаю, что они, наверное, не будут настаивать на том, чтобы и здесь снять пошлины, потому что у нас, по-видимому, если что и есть, то только какие-то остатки в сфере производства. Это очень важный вопрос для модернизации производств, в том числе и машиностроения.

В. ПУТИН: Это, кстати, по-моему, тоже вопрос, о котором мы говорили в прошлом году.

Б. ТИТОВ: В прошлом году, да. Он решен, он двигался, но, к сожалению, не так быстро, как нам всегда хочется. Но несколько дней тому назад, по-видимому, подписано постановление, хотя мы пока не нашли на сайтах Минэкономразвития.

Там есть другой вопрос. Есть срок реализации обнуления пошлин, который, как нам стало известно (официальной информации тоже нет), составляет 9 месяцев. Я понимаю, что объясняется это тем, что есть международные обязательства России, по которым мы не можем в одностороннем порядке более чем на 9 месяцев менять пошлины. И другая логика, которая «играет», что вот за 9 месяцев мы выясним реально, будет это работать или не будет. Но за 9 месяцев очень сложно выяснить, будет это работать или не будет. Я могу сказать даже на собственных примерах, мы занимаемся строительством химической перевалки на юге России, в Краснодарском крае, срок поставки оборудования, которое мы заказывать должны сегодня, — как минимум 6 месяцев.

В. ПУТИН: Извините, я думаю, что в соответствии с общим правилом главное — заключение контракта, а срок поставки — это уже другое дело. Но это требует разъяснения. Но за 9 месяцев даже человек рождается. Контракт можно заключить, если он крайне необходим для вас. Хотя я понимаю, что эта проблема существует, можно к ней вернуться еще, посмотреть.

Б. ТИТОВ: Спасибо большое.

И последнее. Тоже касается модернизации. Самая большая проблема проведения инвестиционных проектов сегодня — это все-таки найти кредитные ресурсы. К сожалению, очень дорогие пока в стране. И поэтому мы хотели бы здесь тоже наладить некое государственно-частное партнерство, может быть, посмотреть какие-то инструменты, агентства, которые существуют во многих странах мира, по поддержке бизнеса, по закупкам импортного оборудования. Поддержка в каком смысле? Это, может быть, взять на себя часть обеспечения. То есть не деньги, не средства, не конкретные платежи, а взять на себя некую часть гарантий по поставкам импортного оборудования. Это никак не будет сказываться на инфляционном развитии, на инфляции, потому что это будет оставаться как раз за границей, у

нас будут появляться активы в виде оборудования, которые будут использоваться в модернизации наших производств. Поэтому, если можно было бы, такой вопрос тоже рассмотреть, дать поручение рассмотреть.

Спасибо большое.

В. ПУТИН: Борис Юрьевич, можно вернуться к этому агентству? Еще раз, какая поддержка? Я хочу понять, уточнить.

Б. ТИТОВ: Существует агентство, которое бы брало на себя часть гарантий по контрактам, по закупкам импортного оборудования. Например, 25 процентов от объема закупок импортного оборудования гарантировало бы у нас государство через это агентство.

В. ПУТИН: Как бы помогая предприятиям справляться с нехваткой оборотных средств?..

Б. ТИТОВ: Да. Потому что сегодня, чтобы взять ресурсы, предприятию иногда надо 200 процентов от стоимости контракта, обеспечения.

В. ПУТИН: Хорошо. Спасибо большое.

Что касается строительного комплекса, Вы попали в одну из болевых точек. Имели в виду, наверное, 214-й закон, который несколько осложнил ситуацию. Дмитрий Анатольевич [Медведев] подсказал, что сейчас мы как раз работаем над тем, чтобы внести туда поправки, в том числе и отменить солидарную ответственность банков, которая, как я понимаю, является одной из точек, мешающих развитию.

Вы упомянули и по этому сроку (9 месяцев) в связи с нашими международными обязательствами. Александр Николаевич сказал о ком-то из коллег, который хотел бы несколько слов сказать о нашей дискуссии по ВТО. Кто это?

A. ШОХИН: Это Алексей Александрович Мордашов.

B. ПУТИН: Алексей Александрович, пожалуйста.

А. МОРДАШОВ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Уважаемые коллеги! Я хотел просто проинформировать о ходе участия РСПП, о вступлении России в ВТО, о той работе, которая ведется сейчас

по подготовке к вступлению. Группа была создана больше пяти лет назад, и эта тема рассматривалась неоднократно на встречах с Вами, Владимир Владимирович. И в соответствии с Вашими поручениями мы все время работали с Правительством, с уполномоченными органами, с МЭРТом, с рабочей группой по этим вопросам. Нам удалось, как нам кажется, собрать много представителей бизнеса, которые не только входят в РСПП, но и в другие организации, для проведения оценки возможных последствий присоединения России к ВТО. Как нам кажется, все мы пришли к выводу, что мы не ждем особых негативных последствий от этого в силу того, что Россия уже является открытой страной, страной с открытой экономикой. Наверное, те плюсы, которые членство в ВТО даст нашей стране, существенно перевешивают какие-то возможные небольшие минусы, которых, я повторяю, в общем-то мы и не нашли в результате наших анализов, результатов для отдельных отраслей.

Мы все время ведем диалог, активно участвуем в переговорном процессе от имени бизнеса и с МЭРТом, с соответствующим департаментом МЭРТа, который отвечает за координацию процесса присоединения. Сегодня, как нам кажется, мы вышли на финишную прямую. Насколько мы можем судить, осталась практически одна страна — Соединенные Штаты, с которой осталось завершить переговоры. Все мы ждем, что в ближайшее время переговоры с США завершатся, открывая нам прямую дорогу к завершению в целом переговоров о присоединении России к ВТО. И сегодня главная проблема переместилась из сферы обсуждения вопроса, вступать или не вступать (всем уже ясно, что будем вступать) в сферу, как к этому готовиться и как использовать плюсы от членства в ВТО. Здесь, конечно, много работы, которая должна обеспечить получение нами положительных результатов от присоединения к ВТО. Мы сейчас видим свою задачу в активном диалоге, в активном участии в процессах подготовки кадров, особенно для регионов, особенно для малых и средних предприятий, которые имеют меньший опыт в международной деятельности сегодня. Мы считаем, что это крайне важное направление, которое позволит нам пользоваться преимуществами ВТО.

А также, по всей вероятности, нам предстоит провести ревизию регионального законодательства на предмет его соответствия нормам и требованиям ВТО и приведения в соответствие с этими огромными требованиями всех законов и всех регулирующих вопросов.

В. ПУТИН: Спасибо. Действительно, для нас не стоит вопрос, вступать или не вступать, мы для себя определились. Но то, что Вы сказали дальше, как использовать вступление, это сейчас важнее. Вы сказали, что сегодня для нас важнее все-таки, на каких условиях вступать. Потому что кроме той отрасли, которую Вы представляете, и некоторых других отраслей, которые крайне заинтересованы в этом шаге, есть и другие отрасли российской экономики, которые ждут от нас взвешенных решений.

К сожалению, на сегодняшний день мы получили от наших американских коллег список, требующий дополнительного согласования, который мы считали уже давно пройденным. Нас искусственно возвращают назад в ходе переговорного процесса. Но мы еще раз подтверждаем свою заинтересованность во вступлении, но заявляем, что будем делать этот шаг только в том случае, если он будет устраивать всех участников процесса, прежде всего Российскую Федерацию и нашу экономику. И будем стремиться к тому, чтобы это был такой усредненный показатель, который был бы приемлем для всех отраслей российской экономики. Спасибо большое.

Пожалуйста, Карачинский Анатолий Михайлович.

А. КАРАЧИНСКИЙ: Спасибо большое.

Я хотел бы рассказать о том, что делает рабочая группа РСПП по реформированию образования. Она была создана почти полтора года назад, и идея была — каким образом помочь Министерству образования и науки в реформировании, донеся туда взгляд бизнеса и нужды бизнеса, как это сделать лучше, как получить больше пользы. Работа началась с того, что мы провели исследования, что бизнес волнует больше всего в области образования. И оказалось, что основная озабоченность бизнеса — это повышение качества образования на всех уровнях, не только на высшем, но и на среднем, даже на начальном, и доступность качественного образования. Вот этот ключевой фактор привел к тому, что было сформулировано три направления, которыми рабочая группа будет заниматься и занимается.

Первое — это совершенствование качества рабочей силы с учетом требований рынка труда, обеспечение конкурентоспособности.

Второе — создание совместно с Минобрнауки системы социальных образовательных кредитов.

Третье — это разработка национальной стратегии, развитие национального и среднего профессионального образования.

Была создана рабочая площадка, на которой сейчас работают почти 70 экспертов. Практически все эксперты собрались здесь, площадка незаинтересованная. Могу сказать, что прекрасный пример сотрудничества других общественных организаций: мы очень близко работаем и с «Опорой», и с «Деловой Россией», неконкурентно поделили области, в каких мы можем помочь Министерству образования и науки.

И хотел бы сказать про Министерство образования и науки — это некоторым образом альтернативная точка зрения: мы видим сегодня очень большую открытость Министерства на самом деле. Это сегодня одно из самых открытых министерств, я бы даже сказал, сложно взявших на себя общественное обсуждение этой реформы. Мы все знаем, что реформа образования всегда очень сложная: много умных людей, много разных точек зрения. У нас почти все в рабочей группе сейчас во многих комиссиях Министерства образования и науки. И вот эти споры, вынесение этих споров на общественность, на прессу — конечно, надо иметь, я бы сказал, такое мужество, потому что не всегда приятные вещи там слышатся.

Так как времени мало, я сегодня буду говорить только о проблеме создания профессиональных стандартов. Во-первых, потому что это один из важнейших механизмов повышения конкурентоспособности бизнеса, соответственно, страны. И чем более высокий профессиональный уровень у нас будет, тем, так сказать, более конкурентоспособны мы все будем.

Во-вторых, бизнес-сообщество далеко продвинулось в этом вопросе. И я просто хотел бы доложить, где мы находимся.

И, в-третьих, мы правда нуждаемся в некой помощи руководства страны.

Исследования, которые провели эксперты, показали, что фактор повышения качества образования — это должен быть рыночный механизм построения профессиональных стандартов и мониторинг этих стандартов. Самый главный потребитель выпускников сегодня — это бизнес, и он больше всех заинтересован в качестве трудовых ресурсов. Поэтому и развитие, и мониторинг профессиональных стандартов должны происходить в очень тесном контакте с бизнес-сообществом.

Что нам сегодня требуется дать для того, чтобы эти профессиональные стандарты создать? Мы все-таки хотели бы подойти к этому системно и запустить механизм, который дальше сам мог бы работать и сам мог бы существовать

уже вне зависимости от бизнес-сообщества, от системы образования, то есть механизм саморегулирования (очень похоже на саморегулирующиеся организации). Мы разработали сегодня вместе с экспертами, вместе с Министерством образования и науки модель, в которой должно быть национальное агентство по развитию профессиональных квалификаций. Национальное агентство создано при отраслевой организации работодателей, оно им будет функционировать-ся, оно не входит в систему образования, потому что в принципе это национальное агентство является в какой-то степени формирователем профессиональных стандартов для Министерства образования и науки и вообще для системы образования. И дальше оно является оценщиком качества нашего образования. Почему? Потому что во взаимодействии с отраслями экономики оно должно оценивать и формировать некоторую систему стандартов, которые позволили бы получить качественное образование.

Что мы подразумеваем под качественным образованием? Это значит, что люди, которые выпускаются нашей образовательной системой, имеют такой уровень, который позволяет им быть востребованными на рынке труда и легко находить работу.

Мы сейчас находимся на пороге принятия документов по национальному агентству развития профессиональных квалификаций. Мы выбрали несколько отраслей, в том числе и отрасли, которые сами выразили желание. В первых рядах — авиация, атомная энергетика. У них очень остро стоит кадровый вопрос, причем не просто кадровый вопрос, а качество образования в этих направлениях. Мы вместе с ними должны в ближайший год создать 2-3 стандарта полностью по всем профессиям в этих отраслях и дальше запустить механизм создания отраслевых агентств, которые будут взаимодействовать вместе с национальным агентством. Существовать это все будет на негосударственной основе, то есть бизнес будет финансировать эти агентства как главное заинтересованное лицо. И дальше — очень плотная работа с образовательной системой, когда агентства передают в образовательную систему стандарты. Образовательная система на базе профессиональных стандартов делает образовательные стандарты. Дальше эти образовательные стандарты становятся законом для работы наших учебных заведений на всех уровнях. И дальше уже оценка качества. Это те задачи, которые сейчас ставятся.

В чем нужна помощь? Помощь нужна на самом деле во вписывании в структуру государства такого подхода. Такой подход существует в нескольких наиболее продвинутых странах. Мы, честно говоря, его там и подсмотрели, но очень важно вписать его в систему государственного управления. Вот это то, где потребуется внимание первых лиц. Очевидно, это какое-то постановление Правительства о профессиональных стандартах, включение в закон о техрегулировании профессионального стандарта и прописывание процедуры взаимодействия с Министерством образования и науки.

Спасибо.

В. ПУТИН: Спасибо большое. Благодарю Вас. Рубен Карленович, пожалуйста.

Р. ВАРДАНЯН: Спасибо.

Я постараюсь очень кратко рассказать об одном из проектов, который реализуется в рамках приоритетного национального проекта в образовании.

В мае прошлого года начался проект под названием «Московская школа управления». И 15 компаний (на сегодняшний день 14 уже подтвердившихся, от последней мы ждем подтверждение) собрали около 90 миллионов долларов, плюс получена земля недалеко от Москвы. Запускается новый проект по строительству бизнес-школы, которая будет претендовать на роль не только национального, но и мирового лидера. Мы считаем, что у нас есть шанс, несмотря на то что мы начинаем намного позже, чем многие мировые бизнес-школы, у нас есть шанс действительно стать одним из лидеров в XXI веке. Мы считаем это одной из ключевых задач: не просто построить хорошую бизнес-школу для России — хорошей бизнес-школа будет только тогда, когда здесь будут учиться иностранцы. Потому что бизнес-школа — это еще и общение, общение не только между россиянами, но и с людьми других национальностей, с другим опытом.

Я считаю, что у нас есть большой шанс, потому что учредителем этой школы выступил не один человек от организации, а 15 компаний, в том числе и иностранные компании. Иностранные граждане — это очень важно, я считаю, для успешности диалога. И то, что это коллегиальный проект, и 14 компаний, которые подтвердили свое участие, — это как раз та критическая масса, которая позволит также сделать связку между образованием и реальной практической жизнью. Одна из проблем на сегодняшний день — не образовательная система России, а то, что она вообще оторвана от бизнеса,

потому что в большинстве случаев учат те, которые учили раньше социалистической экономике, а не реальному бизнесу. Я, как человек, который закончил МГУ (экономический факультет), могу сказать, что те же люди, которые мне читали научный коммунизм, также читают сейчас практику капитализма или лучший опыт мировых экономических систем.

В. ПУТИН: Универсальные специалисты!

Р. ВАРДАНЯН: Планируется, что более двух тысяч человек будут учиться в этой школе. Строительство школы начнется в сентябре этого года. 300 миллионов долларов проект. Планируется, что будет создан специальный фонд в 40 миллионов долларов, венчурный фонд, для студентов-выпускников этой школы, который позволит им начинать свою новую предпринимательскую деятельность. Потому что одна из проблем сегодняшних бизнес-школ, в том числе и мировых, — реально только три процента в среднем начинают свой новый бизнес после завершения бизнес-школы. Хотя они называются бизнес-школы, реально они готовят управленцев — то, что им было нужно во второй половине XX века, когда были в основном большие корпорации, где нужно было очень много менеджеров. Сейчас, когда больше сервисные индустрии растут, требуется больше предпринимательская культура и лидерство — того, чего не хватает даже в тех школах. Мы объездили 16 топ-бизнес-школ из 20 и посмотрели, что происходит в том числе в Китае, в Индии, в Сингапуре. Было очень интересно. Не только в европейских, американских

школах — это происходит и в Азии, где идет бум образования, где на сегодняшний день, например, сингапурское правительство инвестировало более 600 миллионов долларов в строительство новейшего бизнес-университета. И мы поняли, что у нас есть шанс, у нас есть шанс построить школу, которая может стать центром, потому что Москва, конечно, является привлекательным местом для бизнеса не только россиян, и это очень большое преимущество.

На сегодняшний день, как я уже сказал, у нас готов проект. Мы очень тесно взаимодействуем с государственными структурами. Очень большая благодарность Администрации Президента и Министерству образования и науки, Министерству экономического развития за в общем-то постоянный диалог.

Мы считаем, что здесь очень важно было бы частно-государственное партнерство, но я хотел бы сказать об одной проблеме, которую я считаю ключевой для успеха данного проекта. Это не деньги от государства, которые пошли бы на строительство или на образование, а именно создание механизма «индаумент фаунд», которого не существует. Мы даже не можем найти русский аналог этого термина. То есть это то, что, например, в Гарвардской бизнес-школе — это 1,8 миллиарда долларов, в других школах — где-то 400—500 миллионов долларов, которые не тратятся, а ими управляются, и доходы идут на поддержку школы. Вот этот механизм — если бы нам удалось запустить его как можно раньше — позволил бы реально помочь не только данной школе, но вообще всему образованию и науке.