Программы посредничества (медиации) в уголовном процессе стран англосаксонского права

ПРОБЛЕМЫ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА ЗА РУБЕЖОМ

ПРОГРАММЫ ПОСРЕДНИЧЕСТВА (МЕДИАЦИИ) В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ СТРАН АНГЛОСАКСОНСКОГО ПРАВА

А.С. Василенко

Кафедра уголовного права и процесса Российский университет дружбы народов ул. Миклухо-Маклая, 6, Москва, Россия, 117198

Статья посвящена медиации в уголовном процессе англосаксонских стран. Освещена история развития медиации в этих странах, перечислены различные программы примирения жертв и преступников. Последовательно изложена процедура медиации. Рассмотрена практика примирительных процедур в уголовном процессе России.

Ключевые слова: медиация, посредничество в уголовном процессе, восстановительное производство, примирение сторон, примирительная процедура.

На сегодняшний день существует убеждение, что жестокое наказание — это единственное, чего заслуживает преступник, и даже не важна тяжесть совершенного им деяния. Как правило, общество стремится к тому, чтобы итогом уголовного судопроизводства было осуждение лица, в том числе к лишению свободы.

Но уже давно не секрет, что лишение свободы не обеспечивает достижения заявленных в УК РФ целей наказания. Исправление осужденного в местах лишения свободы происходит редко, так как невозможно создать условия, при которых на него не будет оказываться негативное влияние со стороны других осужденных.

В соответствии с данными, опубликованными Министерством юстиции РФ, в 2010 г. к лишению свободы впервые осуждено 284 068 лиц, второй раз к этому же виду наказания осуждено 220 794 лиц (в 2009 — 190 149 лиц), в третий и более раз — 217 595 лиц (в 2009 г. — 156 123 лиц) [13].

Как показывает статистика, уровень рецидивной преступности растет, что говорит о том, что цель предупреждения совершения лицом новых преступлений не достигается, а восстановление социальной справедливости в отношении потерпевшего как цель наказания, на наш взгляд, уходит на второй план.

Россия не единственное и далеко не первое государство, столкнувшееся с подобной ситуацией. Многие страны мира давно пришли к выводу о несостоя-

тельности карательного подхода к решению проблемы преступности. В последние 20 лет в мире все больший авторитет завоевывает альтернативное — «восстановительное» — правосудие [3]. Во главу угла здесь ставится не наказание, а примирение правонарушителя с жертвой и возмещение ущерба [4].

Главная идея восстановительного правосудия не нова. К примеру, его основные принципы совместимы с традициями индейского, гавайского, канадского коренного населения, аборигенов в Австралии и маори в Новой Зеландии. Эти принципы также совместимы с ценностями, подчеркнутыми почти всеми мировыми религиями [14].

В США восстановительное правосудие использовалось еще коренным населением. В Англии еще законы Этелберта Кента (600 год н.э.) содержали в себе детально-продуманные правила реституции.

После нормандского вторжения в Великобританию восстановительное правосудие стало вытесняться карательным. Уильям — сын завоевателя Генри I — издал новые законы, которые устанавливали преступления против «мира короля».

К концу XI столетия преступление уже рассматривалось как деяние против государства, а не против гражданина.

И вот в XX в. восстановительное правосудие вновь становится популярным. Считается, что впервые оно проявилось в посредничестве между преступником и жертвой, которое, в свою очередь, впервые использовалось в 1974 г. в Кинчере, Онтарио. С тех пор подобные программы применялись сначала только по делам несовершеннолетних, а позже уже и по делам взрослых преступников, распространяясь как на преступления небольшой тяжести, так и на особо тяжкие преступления (такие как убийства и изнасилования).

Теперь программы восстановительного правосудия действуют в Канаде, США, Великобритании, Австралии и других странах англосаксонского права [16].

Существует несколько моделей (форм) восстановительного правосудия. Самые распространенные из них:

- круги правосудия — программы, основанные на традициях североамериканских индейцев, которые проводятся преимущественно в Канаде;

- семейные конференции, родина которых — Новая Зеландия, где они узаконены и базируются на традициях коренного населения — маори;

- программы примирения потерпевших и правонарушителей (известные также под названиями «медиация» или «посредничество», а также «примирение жертв и правонарушителей», «конференции жертв и правонарушителей» и т.д.) [1].

Главным условием участия в кругах правосудия является признание преступником вины и желание исправиться. Решение о рассмотрении дела принимается местным комитетом правосудия или группой поддержки круга правосудия. В кругах правосудия рассматриваются дела любой тяжести.

С просьбой о рассмотрении обращается сам преступник. Чем серьезнее и запутаннее дело, тем длиннее и сложнее процесс его разрешения. Но, как правило, хватает двух «кругов» для того, чтобы стороны пришли к согласию. На

первом круге происходит обсуждение фактов, а на втором стороны стремятся заключить соглашение.

Существует много различных форм «кругов правосудия». Различия касаются главным образом целей проведения, состава и роли участников [11].

Круги поддержки и ответственности (СоБА) — полностью канадское новшество, теперь используемое на международном уровне. Программы СоБА существуют в каждой канадской провинции. Кроме того, эти программы используются в нескольких американских штатах (Орегон, Огайо, Колорадо, Вермонт), а так же в Соединенном Королевстве. Такие «круги» используются в отношении особо опасных преступников, совершивших преступления против половой неприкосновенности.

В семейных конференциях принимают участие преступник, члены его/ее семьи, жертва и члены ее/его семьи, адвокат по делам молодежи, офицер полиции. Созывает семейную конференцию координатор суда по делам молодежи.

Задача семейной конференции — составить план действий преступника по исправлению. Кроме этого семейная конференция решает вопрос о необходимости применения судом каких-либо санкций.

Суд практически всегда принимает выработанный семейной конференцией план. Но суд может использовать широкий спектр санкций, вплоть до лишения свободы сроком до 5 лет, даже если семейная конференция не рекомендовала их использование. Это особенно важно, когда установленный план исправления не выполняется преступником. Таким образом, суд действует как «конечная остановка», если выполнение плана нарушается, и как «фильтр» для явно неудовлетворительных рекомендаций [12].

Такая форма восстановительного правосудия является оптимальной для несовершеннолетних преступников из-за важной роли семьи в их жизни [16].

Программы примирения потерпевших и правонарушителей являются самой распространенной формой восстановительного правосудия. В качестве основной технологии в таких программах используется посредничество (медиация) [1].

Разумеется, нет и не может быть полного перечня всех используемых медиаторами программ медиации. Разнообразием программ медиации определяется численность и дифференциация медиаторов, а любая из используемых программ может быть в равной степени эффективна [17].

Посредничество, как одна из программ медиации, обычно заключается во встрече «с глазу на глаз» жертвы и преступника, в присутствии посредника. Эта программа вовлекает небольшое количество участников и часто является единственно доступной для заключенных в тюрьму преступников из-за ограничений в количестве посетителей.

Другая программа — диалог преступника и жертвы. Эта программа применяется в отношении преступников, совершивших тяжкие преступления. Программа работает с выжившими жертвами и уже осужденными преступниками [16].

Создателем еще одной модели медиации является Маршал Розенберг — убежденный сторонник использования посредничества в восстановительном правосудии. На основе созданной программы Ненасильственной коммуникации он основал Центр Ненасильственной Коммуникации. В соответствии с его программой жертва и преступник встречаются в присутствии представителя центра. Жертва имеет возможность выговориться, выразить все свои чувства, преступник внимательно все выслушивает и проговаривает все сказанное жертвой, таким образом он хотя бы мысленно встает на место жертвы.

Когда лицо, пострадавшее от преступления, считает, что преступник все услышал и уяснил, возможность выговориться и объясниться дают преступнику. Обычно сессия заканчивается взаимными просьбами жертвы и преступника, которые фиксируются в соглашении [16].

Процесс посредничества может быть полезным на любой стадии уголовного судопроизводства. С несовершеннолетними преступниками и лицами, которые совершили преступление впервые, посредничество может быть альтернативой уголовному процессу. В этом случае уголовное дело может быть прекращено, если преступник добивается соглашения с жертвой и затем добросовестно исполняет обязательства, указанные в заключенном после медиации соглашении.

В США наиболее распространено (используется в 34% от общего числа медиативных процедур) посредничество на ранних стадиях судопроизводства, которое позволяет избежать дальнейшего уголовного процесса, является его альтернативой. 28% медиативных процедур происходит уже после вынесения судом приговора. 7% программ медиации происходит на любых этапах уголовного процесса, и только в 3% случаев медиация имеет место до уголовного процесса вообще [14].

Хотя нет единой схемы, по которой должна работать программа медиации, и сотни программ действуют под разными названиями, используют они, как правило, тот же основной подход, что и первая программа примирения жертвы и правонарушителя. Помимо этого существует ряд аналогичных подходов, схожих по существу, но с некоторыми вариациями [6].

Процесс медиации начинается следующим образом: лицо, совершившее преступление, изобличено и признает свою вину, жертва или преступник могут заняться поиском программ медиации при помощи полиции, адвоката, службы пробации, службы поддержки жертв преступления или связаться со службой медиации самостоятельно [18].

Как правило, эта процедура используется в отношении правонарушителей, признавших свою причастность к преступлению. Хотя иногда преступник не признает своего участия в преступлении в той форме, в которой об этом сообщалось полиции, а признает лишь ограниченное участие. Иногда встреча жертвы и правонарушителя может оказаться очень полезной для выяснения этого обстоятельства. Тем не менее, чтобы быть принятым в программу, правонарушитель должен признать хотя бы часть вины [6].

В случае с несовершеннолетними преступниками полиция может передать материалы адвокату по делам несовершеннолетних, который рассматривает эти материалы и отсылает в службу посредничества (например, Victim Offender Meeting) [19].

В США, к примеру, программы медиации инициируются: в 29% всех случаев — учреждениями пробации, 23 — судами, 15 — прокуратурой (в российской юридической литературе это правоохранительное учреждение называют по-разному: одни зовут его атторнетурой, другие атторнейской службой, а многие — прокуратурой [2. С. 185]), 13 — различными службами, работающими с несовершеннолетними преступниками, 10 — полицией, 7 — адвокатами, представляющими интересы преступников, 2 — представителями, членами общин, 1% — адвокатами, представляющими интересы жертвы [14].

После того как медиатором установлен факт признания преступником своей вины, посредник опрашивает виновного, чтобы определить уровень раскаяния, а также чтобы определить, что именно преступник ожидает от процедуры примирения [18].

Если преступник не признает вину, не раскаивается в содеянном, имеет алкогольную зависимость или страдает серьезным психическим расстройством — медиация невозможна [12].

Если медиатор удовлетворен результатом беседы с преступником, то посредник ищет возможность поговорить с жертвой. Очень важно, чтобы ожидания жертвы были реалистичны.

Затем посредник принимает решение, каким образом провести обсуждение произошедшего преступления с жертвой и преступником. Это может быть прямая встреча в нейтральном месте, лицом к лицу, или косвенный контакт, то есть письменный или словесный обмен информацией. Вся информация передается через посредника [18].

После достижения согласия медиатор составляет письменное соглашение, и все стороны подписывают его. Затем контракт возвращается в направляющую инстанцию (т.е. в ту, которая принимает решение о передаче материалов уголовного дела на медиацию), и за его выполнением осуществляется контроль. Контрольная встреча проводится после выполнения всех условий заключенного соглашения или раньше в зависимости от желания участников [6].

Ассоциация посредничества запрещает жертвам преступления получать прибыль в результате заглаживания вреда преступником, поэтому может иметь место только фактическое возмещение ущерба. Преступники, соглашающиеся на медиацию, порой готовы принять любые обязательства, лишь бы достичь примирения с жертвой, и существует вероятность, что жертва может этим воспользоваться. Медиаторам необходимо приложить все способности к тому, чтобы привести стороны к такому соглашению, которое бы, с одной стороны, возмещало ущерб жертве, а с другой — не допускало бы необоснованно «кабальное» положение преступника. Поэтому иногда кроме финансового возме-

щения преступник берет на себя еще и нефинансовые обязательства, например, по выполнению каких-либо работ или услуг в пользу жертвы.

Но с такими нефинансовыми обязательствами впоследствии могут возникнуть проблемы в суде. Большинство судов поддерживают только кредитно-денежные обязательства. Поэтому зачастую сумма финансовых выплат существенно увеличивается на случай неисполнения преступником нефинансовых обязательств [16].

Таким образом, государства, которые используют вышеуказанные программы, наделили общественные образования полномочиями разбирать криминальную ситуацию. Органы государственного управления стараются воздействовать на преступность не напрямую — через государственные учреждения (полицию, суды, тюрьмы, социальные службы и т.п.) — а опосредованно, организуя работу со стороны негосударственных организаций [10].

Несмотря на то что УПК РФ и УК РФ содержат нормы, в соответствии с которыми возможно примирение сторон, медиация в уголовном процессе России законодательно не закреплена. Хотя существует мнение, что именно эти статьи являются базовыми нормативными предпосылками появления медиации в уголовных делах [7].

Тем не менее, в Ивановской области начался эксперимент по примирению преступников и их жертв. С 21 ноября 2006 г. в Юрьевецком районе функционирует координационный Совет по развитию ювенальной юстиции, при котором создана примирительная комиссия, цель работы которой — помочь несовершеннолетнему правонарушителю и пострадавшему достичь соглашения по вопросам заглаживания причиненного вреда. Основной элемент программы примирения — это встреча потерпевшего и обвиняемого, организуемая психологом при комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав [9].

Такие встречи не заменяют судебное разбирательство, тем самым не нарушается принцип осуществления правосудия только судом, но помогают восстановить нарушенную справедливость по отношению к потерпевшему и служат для удовлетворения его потребностей [5].

Механизм работы примирительной процедуры такой: сначала дело попадает к председателю суда. Если несовершеннолетний признает свою вину и раскаивается, а суд не усматривает препятствий к применению примирительных процедур, материалы дела попадают в «примирительную комиссию» и психолог, входящий в состав этой комиссии, встречается со сторонами и пытается наладить контакт [5].

На встрече с обвиняемым потерпевший сможет получить ответ на интересующие его вопросы о случившемся и договориться о возмещении материального ущерба. Достигнутое соглашение о возмещении ущерба и другие важные договоренности закрепляются в договоре сторон [5]. Этот договор приобщается к делу [5]. В результате в суде несовершеннолетний приговаривается к менее строгой мере наказания, чем та, что грозила ему изначально. Но контроль за осужденным, разумеется, осуществляется и после вынесения приговора и, если

он нарушит обязательства, предписанные ему договором, санкция может быть ужесточена.

Таким образом, в нашей стране примирительные процедуры в уголовном процессе уже применяются на практике. И деятельность по примирению находится в рамках именно уголовного процесса. Несмотря на то что в этой практике не применяется термин «медиация», а употребляется его синоним — «примирительные встречи», здесь явно просматриваются все признаки медиации в уголовном процессе.

Сам факт примирения сторон не является в таких случаях основанием прекращения уголовного дела, и мы не сталкиваемся с альтернативой уголовному процессу. Главной целью такого примирения является не освобождение от уголовной ответственности, а перевоспитание преступника, но не посредством изоляции от общества, при котором осужденный попадает в такую среду, из которой крайне тяжело выйти законопослушным гражданином, а при помощи благотворного общественного воздействия, заключающегося в «разъяснении причин и условий, подтолкнувших его к совершению преступления, и необходимости их нивелирования посредством выполнения тех или иных действий» [5].

Также опыт применения медиации существует и в Ростовской области. Здесь практически со всеми несовершеннолетними лицами, попадающими в поле уголовного правосудия, работают помощники судей с функциями социального работника. И на судебной стадии успешно проводятся примирительные процедуры [10].

Пусть пока такие процедуры возможны только по отношению к несовершеннолетним и не в любом регионе России. Нет никаких преград к тому, чтобы в последующем применять их и к преступникам, достигшим совершеннолетия, а также на всей территории Российской Федерации. Поскольку, как отметил С.Г. Пен, Россия обладает богатым потенциалом для институционализации медиации в рамках уголовного процесса [8].

ЛИТЕРАТУРА

[1] Восстановительное правосудие. URL: http://4prison.ruMain_pages/11_Pressa/Smokovnica/ /Statya_20.03.08-1 .htm

[2] Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Уголовный процесс западных государств. — М.: «Зерцало-М», 2001.

[3] Зер Х. Восстановительное правосудие: новый взгляд на преступление и наказание. — М., 1998.

[4] Карнозова Л., Максудов Р., Флямер М. Восстановительное правосудие: идеи и перспективы для России (Общественный центр «Судебно-правовая реформа»). URL: http://www.lawmix.ru/comm/6542

[5] Куликов В. Приговор по согласию // Российская газета. — 2009. — 1 сент.

[6] Амстутс Л.С., Зер Х. Конференция жертвы и правонарушителя в системе ювенальной юстиции. — Пенсильвания, 1998.

[7] Пахомова С.Ю. Правовые и социальные предпосылки становления примирительных процедур (в том числе медиации) в уголовном процессе России // Третейский суд. — 2010. — № 1 (67). — С. 143-150.

[8] Пен С.Г. Медиация в уголовном судопроизводстве: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. — Караганда, 2006.

[9] Письмо потерпевшему о проведении примирительной встречи. URL: http://yurjevetsky.iwn.sudrf.ru

[10] Проблемы формирования системы пробации в уголовно-правовой системе РФ. URL: http://www.pokolenie-lex.com/ru/materials/articles/175-2010-04-23-13-28-43.html

[11] Барри С. Восстановительный подход в работе с несовершеннолетними правонарушителями (зарубежный опыт): Метод. пособие. — М.: Полиграф сервис, 2005.

[12] Мак-Элри Ф. Новозеландская модель семейных конференций. Восстановительный подход в работе с несовершеннолетними правонарушителями (зарубежный опыт): Метод. пособие. — М.: Полиграф сервис, 2005.

[13] Характеристика лиц, содержащихся в исправительных колониях для взрослых. URL: http://fsin.su/structure/inspector/iao/statistika

[14] Umbreit M.S., Div M., Fercello C., Umbreit J. National Survey of Victim-Offender Mediation Programs in the United States. School of Social Work University of Minnesota. — St. Paul, Minnesota, 2000.

[15] Umbreit M.S. Restorative Justice Through Victim-Offender Mediation: A Multi-Site Assessment // Western Criminology Review. — 1998. URL: http://wcr.sonoma.edu/v1n1/ /umbreit.html

[16] Restorative justice. URL: http://www.search. com/reference/Restorative_justice

[17] Richard Hill. The Dispute Resolution Journal. Non-adversarial Mediation. — July 1995.

[18] Victim / Offender Mediation Programme in association with West Midlands National Probation Service & Brinsford Young Offenders Institution. URL: http://centralmediation.co.uk/VOP.htm

[19] Victim Offender Meeting. URL: http://www.clackamas.us/juvenile/mediation.jsp

MEDIATION'S PROGRAM IN THE CRIMINAL JUSTICE SYSTEM OF THE ANGLO-SAXON COUNTRIES

A.S. Vasilenko

The Department of Criminal Law and Criminal Procedure Peoples' Friendship University of Russia

6, Miklukho-Maklaya st., Moscow, Russia, 117198

The subject of the article is mediation in the criminal justice system of the Anglo-Saxon countries. The article covers history of mediation in those countries and includes different programs aiming at reconciliation between perpetrators and their victims. In addition, a step-by-step description of the mediation procedure is given, as well as mediation procedures practiced by the Russian criminal justice system are described.

Key words: mediation, mediation in the criminal proceedings, restorative proceeding, reconciliation between parties, reconciliation procedure.