Совместимы ли свобода и порядок в экономике?

СОВМЕСТИМЫ ЛИ СВОБОДА И ПОРЯДОК В ЭКОНОМИКЕ?

Известный российский экономист В.П. Гут-ник дает однозначный ответ на этот вопрос: да, свобода и порядок в экономике совместимы, но для этого необходимы многосторонние усилия, прежде всего государственные. Именно эта на первый взгляд простая идея положена им в основу своей новой книги1, которая фактически является синтезом его многолетних исследований.

Монография во многом уникальна. С одной стороны, она о Германии: в ней собран богатейший и интереснейший эмпирический материал, основанный на германской действительности. С другой стороны, это книга не столько о Германии, сколько о конкретном рыночном порядке, который создается и развивается с помощью государства, имеет много достижений, но и немало ошибок. Из этого вытекают следующие особенности рецензируемой работы. Во-первых, в ней на конкретном материале послевоенной ФРГ рассматривается национальный (германский) тип рыночной системы, многие элементы и характеристики которой весьма полезны и для других стран. Во-вторых, данная система показана с точки зрения активной роли государства в ее формировании. В-третьих, на примере немецкой системы государственного регулирования показано, что именно действенная политика государства обеспечивает возможность полноценного функционирования рынка и что без целенаправленных действий со стороны государства рыночные механизмы либо недееспособны, либо порождают деформации. При этом если в прежних немногочисленных отечественных работах, посвященных механизмам регулирования экономики в Германии, речь в основном шла о том, как они работают, то в настоящей книге речь помимо этого идет и о том, почему они так работают и почему те или иные модели эффективны и что мешает их оптимальному развитию. В целом автор не столько описывает механизмы госрегулирования, сколько обосновывает и анализирует его формы, принципы, качественные особенности и основные направления.

1 Владимир Гутник. - "Политика хозяйственного порядка в Германии", М., 2002.

В. П. Гутник особо подчеркивает, что предметом его исследования является не немецкая модель регулирования, а такое понятие, как "хозяйственный порядок", которое, к сожалению, еще не всегда адекватно воспринимается многими российскими экономистами. На мой взгляд, стоит привести данную им дефиницию этого понятия: порядок - это "взаимосвязанное единство правил, норм и обычаев хозяйствования, институтов, обеспечивающих их соблюдение, форм и механизмов взаимодействия субъектов экономической жизни, регулирования экономики государством и другими организованными структурами" (с.10). На первый взгляд такое определение весьма абстрактно, но по мере чтения книги оно наполняется весьма конкретным содержанием, обретая контуры полноценной системы экономического регулирования.

Монография начинается с обзора концепций свободного хозяйственного порядка, особенность которых в том, что они изначально бъгли далеки от абстрактных теорий и имели непосредственную практическую направленность. Определяющее значение для разработки основ социального рыночного хозяйства как нового хозяйственного и социального порядка имели труды трех групп ученых, исследованию которых автор уделяет особое внимание. Это:

• Фрайбургская (ордолиберальная) школа

(Вальтер Ойкен, Франц Бём);

• неолибералы гуманистической традиции

(Вильгельм Рёпке, Александр Рюстов);

• социал-либералы (Альфред Мюллер Ар-

мак).

Ордолибералы и, прежде всего, Ойкен считали, что не идеологии и не производственные отношения, а принципы и правила хозяйствования и экономического управления отличают одну экономическую систему от другой. Они исходили из экономического обоснования законов, а не из анализа последствий их применения. В.П. Гутник совершенно справедливо замечает в этой связи, что в условиях существенного изменения законодательства и особенно трансформации хозяйственного и правового порядка должен использоваться именно такой подход. Новое хозяйственное законодательство, в том числе и в России, следует, по его мнению, строить не только на юридической основе, но и исходя из

существующих экономических аргументов, которые также должны вести к изменениям в правовой базе. Причем один из важных уроков ор-долиберализма состоит в том, что недостаточно выработать четкие и взаимосвязанные принципы и правила, на которых строится концепция хозяйственного порядка. Одновременно с разработкой такой концепции необходимо находить механизмы реализации данных принципов. Другими словами, эта концепция должна быть технологична с учетом социальных, политических, лоббистских и других факторов.

Неолибералы, не считая рыночный механизм достаточным для успешного развития демократического общества, особое внимание уделяли моральным и этическим принципам в экономике, выступая при этом за жесткую индивидуальную ответственность. Их аргументация того, что без радикального поворота к либеральной экономической политике хозяйственные успехи в послевоенной Германии были бы невозможны, до сих пор весьма значима, в том числе и для политики трансформации в России и других постсоциалистических странах. Либерализм неолибералов в сравнении с представителями Фрайбургской школы был более радикальным, но тем не менее и они считали, что государство должно быть достаточно сильным, чтобы справиться с мощными монополистическими и другими группировками, которые стремятся к господствующему положению на рынке. По их мнению, государство "вместо безудержного перераспределения" должно сосредоточиться на защите рыночных принципов хозяйствования, прежде всего конкуренции. В отношении "социального романтизма" неолибералов В.П. Гутник делает верное указание на то, что их социальные идеи остаются нравственным императивом и предупреждением зарывающимся политикам и группам: они постоянно напоминают, что антигуманная и морально ущербная хозяйственная модель обречена на провал.

Социал-либералы в лице Мюллер-Армака придерживались идеи соединения принципа свободы на рынках с принципом социального выравнивания, другими словами, они ставили социальную политику практически на один уровень с политикой хозяйственного порядка. Кстати, именно Мюллер-Армак, не принимая "чистое" рыночное хозяйство, добавил к нему атрибут "социальное". Причем, рассматривая формирование рыночной конкуренции как цель экономической политики, он в отличие от ордоли-бералов открыто выступал за прямое перераспределение доходов государством для достижения социальных целей. Самое трудное в его кон-

цепции "общественной политики" состояло в том, чтобы найти такие формы взаимодействия основных экономических и общественных субъектов, при которых стиль "социального гуманизма" не разрушал бы рыночных механизмов, а меры экономической политики и государственного вмешательства не противоречили бы рынку. Важно, что Мюллер-Армак пытался реализо-вывать свои идеи на практике, причем небезуспешно. Будучи единомышленником Эрхарда, он внес существенный личный вклад в осуществление немецкого "экономического чуда" 1950-х годов.

После анализа основных концепций автор переходит к исследованию эволюции социального рыночного хозяйства, уделяя при этом особое внимание реформам Людвига Эрхарда и особенностям данного хозяйства в послеэрхар-довскую эпоху. В.П. Гутник наглядно показы-вет, что для всей послевоенной истории немецкой политики хозяйственного порядка характерны отклонения и отступления, которые, однако, всегда были более или менее удачным компромиссом между мерой государственного вмешательства в хозяйственные процессы и регулированием хозяйственного порядка. Примечательно, что оппозиция в Германии в своей критике правящих в тот или иной период партий обвиняет их не в ошибочности выбранной модели, а в искажении ее основных принципов. Кстати, наиболее существенные модификации после Людвига Эрхарда хозяйственный порядок пережил в конце 60-х и затем в 80-е годы. В первом случае речь шла о внедрении правительством Шиллера кейнсианских принципов под общим названием "глобальное регулирование". Во втором случае правительством Коля была предпринята попытка активного внедрения методов монетаризма и стимулирования предложения. С конца 90-х годов, по мнению автора, происходит третья модификация под лозунгом "нового центра", который выдвинул канцлер Шредер. Последовательное движение "красно-зеленого" правительства к дерегулированию и политике хозяйственного порядка дается с трудом. В рамках первого легислатурного периода оно действовало в основном под влиянием сиюминутных обстоятельств. И особых успехов в достижении декларированных целей не до-стигло. В этой связи интересно следующее замечание В. П. Гутника: он указывает на то, что для завоевания такого "центра" нужны не только политическая воля и целеустремленность членов правящего кабинета, но и завоевание на свою сторону предпринимателей при одновременном частичном освобождении от крепких объятий профсоюзов. Кроме

того, для этого необходимы восстановление благоприятной экономической конъюнктуры и сохранение мандата правящей коалиции на второй срок. Как показало время, прошедшее после выхода книги, определенный шанс на завоевание желаемого "центра" пока остается: в конце сентября 2002 года мандат был сохранен, хотя и почти на грани "фола". Но использовать его будет крайне трудно. Автор справедливо замечает, что наряду с продолжением налоговой реформы и модернизации пенсионной реформы Германии еще только предстоит болезненная перестройка системы медицинского страхования и далеко идущая бюджетная реформа. И действия правительства Шредера-Фишера в последующие четыре года должны наконец показать, куда всетаки качнется мятник - к порядку сильного социального выравнивания или к постепенному демонтажу конструкций "ползучего рыночного социализма". В этом отношении заслуживает внимания приводимая автором цитата А. Шюллера о том, что "третий путь" только тогда может вывести из тупика, когда за ним стоит программа действий, ориентирующаяся на первоначальную концепцию социального рыночного хозяйства, присущую ей систему ценностей и логику установления соотношения между свободой, конкуренцией и социальным выравниванием.

После анализа институциональной среды и системы (кстати, теория порядка является по существу специфическим немецким вариантом институционализма, который в отличие от его американского варианта ориентирован на практические задачи) В.П. Гутник переходит к рассмотрению ключевых направлений экономической политики государства и принципов ордо-либерализма. На мой взгляд, эта глава является одной из самых содержательных и интересных. Основное внимание автор уделяет политике стабильности денег (в том числе рискам и шан-

сам, связанным с евро как новой валютой, с точки зрения политики хозяйственного порядка), конкурентной политике и финансовой политике. Автор показывает, что в одних сферах (денежной и конкурентной) ордолиберальные принципы реализуются в очень большой степени, в других (финансовой) - в значительно меньшей.

Логическим завершением работы является исследование социального порядка и проблем его реформирования.

Прочитав монографию В.П. Гутника, соглашаешься с его выводом о том, что развитие каждой национальной экономики уникально и нет смысла внедрять элементы чужих систем. Важно учиться на чужом опыте решения схожих проблем, в первую очередь, в сфере формирования хозяйственного порядка. В этом отношении стоит упомянуть технико-консультативную помощь Германии российскому государству в рамках программы ТРАНСФОРМ, которая осуществляется с весны 1993 года. Немецкие консультанты, на мой взгляд, во многом способствовали тому, чтобы российские реформаторы обратили внимание на необходимость формирования целостной политики хозяйственного порядка. К сожалению, в книге не нашлось места для критического осмысления этой уникальной части российско-германского сотрудничества.

В целом настоящая монография должна бы стать настольной и для российских чиновников, и для законодателей. Она не только многому учит, но и заставляет думать, размышлять, особенно о том, как создать действительно сильное государство, которое было бы способно целенаправленно проводить политику формирования нового - свободного, конкурентного и социально приемлемого - хозяйственного порядка в России, а не только макроэкономической финансовой стабилизации и точечного вмешательства.

В.Б. Белов, кандидат экономических наук