Хронорезистентность в фазах десинхроноза временной адаптации

Медико-биологические аспекты менеджмента

С.Н.Ежов,

кандидат медицинских паук, доцент кафедры менед:жмента ДВГАЭУ

ХРОНОРЕЗИСТЕНТНОСТЬ В ФАЗАХ ДЕСИНХРОНОЗА ВРЕМЕННОЙ АДАПТАЦИИ

Анализируется роль нарушений циркадианной системы биоритмов в ухудшении сопротивляемости и устойчивости организма. Отмечается значение феномена скрытого десинхроноза в обострении хорошо компенсированных заболеваний и очагов инфекции. Подчеркивается возможность усиления десинхроноза при наслоении дополнительных стрессовых воздействий, в частности значительных психофизических напряжений.

Утверждение о связи нормальной жизнедеятельности организма с сохранностью присущей ему суточной (циркадианной) ритмики многочисленных функций подкреплено наблюдениями физиологов и клиницистов. Нарушение архитектоники циркадианной системы, заключающееся в сдвигах по фазе ритмов различных функций (десинхроноз), постоянно выявляется при заболеваниях и патологических процессах. Примеров сочетаний нарушений суточных биоритмов и различных заболеваний достаточно много [7, 8, 9, 10 и др.].

В этой связи естественный интерес вызывают вопросы хррнорези-стентности организма в условиях поясно-временной адаптации при трансмеридианных перелетах, которые закономерно приводят к рассогласованию строгой иерархии циркадианной системы биоритмов, и в частности роль десинхроноза в этиологии заболеваний. Эти вопросы изучены крайне недостаточно и требуют своего решения.

Хронорезистентность - это ритмические изменения в сопротивляемости организма в различные периоды его жизнедеятельности [1, 2]. На то или иное воздействие организм реагирует как единое целое. Характер этой реакции во многом зависит от состояния циркадианной системы. Кроме того, п'онятие "хронорезистентность" отражает направленность процесса - повышение или понижение сопротивляемости организма в различные периоды его существования и представление о взаимодействии в различные временные периоды организма и стрессового фактора. В процессе этого взаимодействия реализуется включение патогенетического механизма повреждающего воздействия [3].

В качестве методического подхода изучения хронорезистентности мигрантов использовались результаты врачебных наблюдений за дина-

микой объективного состояния молодых здоровых мужчин (спортсменов) в возрасте 20-26 лет с анализом обращаемости за медицинской помощью по поводу различных заболеваний. Обращения к врачу фиксировались на протяжении ряда лет в течение 8 послеполетных учебно-тренировочных сборов с участием 103 спортсменов. В предвыездные периоды многодневных наблюдений за каждой группой исследуемых допуск к послеполетным тренировочным сборам, при обязательном комплексном заключении специалистов врачебно-физкультурного диспансера, получали только здоровые лица.

Для анализа закономерностей суточной периодичности функций использовался метод графического представления материала. На каждом графике среднесуточная фоновая кривая анализируемой функции накладывалась на суточную периодограмму, полученную в условиях нового режима жизнедеятельности. Регистрировались показатели основных вегетативных функций - ЧСС, АДс, АДц, Т°С, ЧД - по общедоступным врачебным методикам в 07, 11, 15, 19 и 23 часа местного времени. Фоновый этап до перелета продолжался 2 недели, послеполетный - 28 суток подряд. Методические подходы сбора и анализа информации соответствовали основным требованиям биоритмологических исследований [20]. С целью повышения объективизации изучения циркадианной регуляции применялся также косинор-анализ (на примере Т°С), позволяющий выявлять амплитудно-фазовые портреты биоритмов при различных сроках адаптации [20].

Особенностью проводимых нами многолетних исследований являлось использование единой программы сопоставлений полученных данных, а также синхронное определение параметров функциональных показателей, отражающих деятельность различных систем организма. В этом отношении стандартные динамические нагрузки субмаксимальной и малой мощности открывали возможность практической реализации идеи "насыщенных срезов", т.е. получения характеристик реакций гемодина-мических показателей, отражающих функциональные резервы организма на этапах десинхроноза при разных напряжениях. В свою очередь методика регистрации сравнительного уровня двигательной активности рук по миокинетической психодиагностике Э.Мира, Г.Лопезу давала возможность для суждения о динамике психомоторной производительности обследуемых в изучаемых условиях [21].

Анализ полученных результатов показал, что из 103 участников послеполетных учебно-тренировочных сборов 45 человек (43,7%) 57 раз обращались за медицинской помощью (в число случаев входили 2-3-разовые обращения по поводу различных заболеваний). Анализ структуры обращаемости за медицинской помощью в контрастных временных условиях выявил, что наиболее частыми являлись заболевания ЛОР-органов - 33,33% случаев. Несколько меньше отмечалось заболеваний органов дыхания - 21,05%, кожи и подкожной клетчатки - 19,29%, желудочно-кишечного тракта - 14,03%. В единичных случаях регистрировались заболевания мочевыделительной системы и прочих болезней, включая травмы. Жалобы в первые дни хроноадаптации, характеризующие состояние острого десинхроноза (нарушения продолжительности и каче-

ства сна, режима мочевыделения, эвакуаторной функции кишечника, снижение профессиональной продуктивности и др.), в общее число обращений за медицинской помощью не включались (учитывалось, что они не входят в понятие "болезнь").

Анализ частоты обращаемости за медицинской помощью на 100 исследуемых выявил, что ведущее место занимали заболевания ЛОР-органов и органов дыхания: фарингиты, ларингиты, тонзиллиты, острые респираторные заболевания, трахеиты, гаймориты, синуситы, катары верхних дыхательных путей. Со стороны желудочно-кишечного тракта -моторно-эвакуаторные дисфункции. Для заболеваний кожи и подкожной клетчатки характерными были фолликулиты, фурункулы, фурункулезы, микозы стоп.

Отмеченные заболевания в большинстве случаев выражались нерезко и значительного воздействия на дееспособность обследуемых не оказывали. Однако особое внимание привлекал тот факт, что из общего числа врачебных обращений более половины составляли случаи рецидивов хорошо компенсированных хронических заболеваний или очагов инфекции (табл. 1, рис. 1) - такие как хронические тонзиллиты, фурункулезы, эпидермофития стоп, гаймориты и др. В нескольких случаях наблюдались обострения хронической пневмонии и хронического пиелонефрита, которые на длительное время отрывали спортсменов от полноценной тренировочной деятельности. В привычных условиях жизни эти заболевания ничем себя не проявляли, поэтому оставались незамеченными при врачебных обследованиях.

Таблица 1

Динамика врачебных обращений и частота рецидивов заболеваний у практически здоровых молодых лиц после перелетов через 7 часовых поясов

Нозологические формы заболеваний Количество обращений

1-я неделя 2-я неделя [ | 3-я неделя | 4-я неделя 5-я неделя Всего 1 1-я неделя | 2-я неделя 3-я неделя I 4-я неделя | 5-я неделя Всего

ЛОР-органов 2 7 6 3 1 19 1 5 4 1 - 11

дыхательной системы 1 5 5 1 12 1 3 3 . 7

кожи и подкожной клетчатки, 4 5 1 1 11 _ 3 4 1 8

желудочно-кишечного тракта 1 3 3 1 8 1 1 _ _ 2

мочевыводящей системы и почек 1 1 _ 2 _ 1 . 1 2

Прочих болезней (включая травмы) 2 1 1 1 5 1 1 1 3

ВСЕГО 6 21 20 8 2 57 2 14 13 4 - 33

Итак, до перелетов обращения за медицинской помощью практически не имели места (к предсоревновательным сборам в центральных регионах России допускались лица без отклонений в состоянии здоровья). В свою очередь, после перелетов в контрастные временные регионы наблюдался всплеск патологических проявлений в состоянии здоровья у 43,7% лиц, свидетельствующий о снижении общебиологической надежности организма, и в частности иммунологической реактивности, в процессе хроноадаптации.

перелета неделя неделя неделя неделя неделя

Рис. 1. Хронорезистентность мигрантов в процессе временной адаптации (по данным обращаемости за медицинской помощью; п = 103). По вертикали - процент частоты обращаемости за медицинской помощью. По горизонтали - периоды исследования после перелетов через 7 часовых поясов

Как видно из рис. 1, имеет место волнообразная динамика обращений за медицинской помощью, отражающая направленность устойчивости (сопротивляемости) организма к воздействию измененных условий среды и общебиологического свойства процесса адаптации (всегда осуществляющегося в волнообразном или колебательном режиме) [5]. На модели пересечения 7 часовых поясов минимум хронорезистентности приходился на 2-3-ю неделю новых временных условий (20,4-19,4% врачебных обращений). Следовательно, в период перехода острого десин-хроноза в скрытый наблюдалось наибольшее число случаев неблагополучия в состоянии здоровья перелетевших лиц. На 4-й неделе частота обращений снижалась (7,76%) и на 5-й неделе носила эпизодический характер (1,9%), превышая, тем не менее, исходный уровень характеристик объективного состояния исследуемых в условиях естественного суточного стереотипа.

Таким образом, четко прослеживалась причинно-следственная связь между фазами развития десинхроноза и благополучием в состоянии

Реагирование организма на действие факторов внешней среды (за-датчиков времени) радикально меняется на различных стадиях временной адаптации. В период начального десинхроноза (в силу инерционных процессов) сохраняется "старый" стереотип суточной периодики большинства функций. Длительность этой стадии 1-2, от силы 3 дня, в течение которых еще не успевает развиться "острый" десинхроноз. В следующей фазе (развернутого - "острого") десинхроноза начинается перестройка организационно-временной структуры биоритмов. В первую очередь нарушается фазовая архитектоника, амплитуда и уровень суточных колебаний (вплоть до инверсии). Эти проявления неблагополучия организма, его отдельных органов и систем соответствуют позициям хронобиологии, определяющей суть болезни как нарушения функций нормальных биологических часов или появление нового (патологического) циклического явления [13]. Субъективное состояние ухудшается более чем у 70% практически здоровых лиц, в 50% случаев выявляются гипертермические реакции, общефизическая работоготовность снижается на 12-14%, пульсовая стоимость тест-нагрузок увеличивается на 15-40%, замедляется восстановление ЧСС, психомоторная продуктивность ухудшается на 3,7-8,2% и др. [22]. У здоровых лиц увеличивается число случаев реполяризации миокарда и других изменений на ЭКГ. Если данная патология определялась до переезда, возникало ее отчетливое усугубление. Имеют место изменения со стороны реографических показателей, системы крови, гормональной активности, клинико-биохимических процессов [23]. Хроноадаптационный симптомокомплекс раскрывается в разной степени: от слабых проявлений, мало влияющих на дееспособность человека, до выраженных с понижением работоспособности. Отметим, что в стадии "острого" десинхроноза происходят особенно активные стрессовые реакции, которые сопряжены с резкой (как бы избыточной) активизацией органов и систем, реагирующих на непривычное воздействие среды, причем реакции настолько активные, что сопровождаются длительным разбалансированием гомеостаза организма. Известно, что любое стойкое отклонение гомеостаза есть по определению и существу болезнь. Обязательным условием жизни является постоянство внутренней среды организма [6, 11, 12]. Такое состояние десинхронизации функций и систем организма способно привести к развитию переутомления, перенапряжения, снижению работоспособности и т.д..

Снижение функциональных резервов в острой фазе хроноадапта-ции может являться причинно-следственной связью повышения подверженности патологическим проявлениям и рецидивам хорошо компенсированных хронических заболеваний в последующий, латентный (скрытый) период десинхроноза. Продолжительность "острого" десинхроноза на модели пересечения 7 часовых поясов составляет 1-1,5, в отдельных случаях 2-3 недели. Основным признаком перехода его в следующий, третий период - период "скрытого" десинхроноза - можно считать восстановление субъективного состояния (прежде всего, нормализацию

ритма сна - бодрствования). Картина скрытого десинхроноза характеризуется постоянным упрочением нового стереотипа и перестройкой крайне инертных функций. Реакции постепенно минимизируются, возрастают функциональные возможности, т.е. организм менее активно и менее тотально реагирует на адаптирующий фактор. Особенность этого периода заключается в кажущемся благополучии состояния перелетевших лиц. Предъявляемые ранее жалобы исчезают, однако окончательной перестройки циркадианной системы не происходит. Хронорезистентность организма к повреждающим факторам остается сниженной.

На рис. 2 приведены хронограммы показателей основных вегетативных функций организма у практически здоровых молодых лиц в г. Владивостоке и на 26-28-й день после их перелета в регионы московского часового пояса. Как видно, в условиях привычного режима жизнедеятельности выявлялся четкий циркадианный ритм функций гемодинамики (ЧСС, АДс, АДц), внешнего дыхания (ЧД) и терморегуляции (Т°С). Это проявлялось совпадением акрофаз максимумов и минимумов отдельных показателей на временной шкале и почти параллельной конфигурацией хронограмм. Такая четко выраженная циркадианная организация функций являлась показателем внешней и внутренней синхронизации биоритмов и позволяла предположить высокую степень общебиологической надежности и экономичности функционирования организма (хронобио-логическую норму). В свою очередь, на 26-28-е сутки временной адаптации видно, насколько отличаются конфигурации кривых от исходных периодограмм и друг от друга, как несинхронны кривые гемодинамиче-ских функций, температуры и внешнего дыхания. Другими словами, отсутствовала общая исходная закономерность конфигурации исследуемых функций, которая носила разнонаправленный характер: смещение акрофаз максимума ритма Т°С, ЧД, АДс, АДц на первую половину дня или поздние вечерние часы, повышение среднедневного уровня Т°С, АДд, ЧСС, уменьшение уровня ЧД, АДс, увеличение амплитуды (размаха) колебаний Т°С, АДс, АДд, ЧСС и снижение амплитуды ЧД. Косинор-анализ (наряду с методом структурного анализа хронограмм) повысил объективность выявленных нарушений циркадианной регуляции функций, выходящих за рамки 28-дневных исследований (табл. 2).

Как уже отмечалось, общее функциональное состояние и работоспособность человека находятся в непосредственной зависимости от слаженности циркадианных ритмов, устойчивости их фазовой архитектоники и согласованности с внешними циклическими явлениями. Дальние широтные перелеты, вызывая резкий сдвиг всех фаз геофизических и социальных синхронизаторов по отношению к фазам биоритмов организма, существенно меняют процессы взаимодействия человека с окружающей средой.

Рис. 2. Биоритмологические показатели основных функций организма практически здоровых молодых мужчин до перелета и на 26-28-й день после перелета с востока на запад через 7 часовых поясов (п = 42). Пунктир — конфигурация кривой до перелета; сплошная линия - конфигурация кривой на 26-28-й день после перелета. По горизонтали - местное время, ч

До перелета Уровень - 35,9+0,01 Размах - 0,4+0,13 Время МАК-19 ч

МАК = 36,2±0,07

Температура тела в 0 С

36,6 -

Уровень - 11,4+0,08 Размах - 2,8+0,80 Время МАК - 19 ч МАК = 12,7+0,54

7 11 15 19 23

Частота дыхания в минуту

13

12

\

-Ы-

26-28-й день после перелета Уровень - 36,3±0,01; р < 0,001 Размах - 0,6±0,06 (150%) Время МАК-11ч МАК = 36,5±0,05

Уровень - 10,1+0,01; р < 0,01 Размах - 0,5±0,32 (-82%) Время МАК - 23 ч МАК = 10,4±0,32

Уровень -

113,0±0,11 не

Размах - 4,0+1,74 114

Время МАК - 19 ч 112

МАК = 115,0+ 1,66 ' 110

108

109

Уровень - 59,2±0,27 Размах-9,8+3,91 Время МАК -19 ч МАК = 62,4+2,27

Систолическое АД в мм рт. ст.

Уровень - 111,2±0,25; р < 0,0] Размах-9,0+2,93 (225%) | Время МАК-11ч ! МАК = 117,0 ±2,32

Уровень - 68,4±0,08 75 Размах-3,0± 1,13 74 Время МАК-19 ч МАК = 70,0±0,83

Диастолическое АД в мм рт. ст.

Уровень - 72,2±0,08; р < 0,001

Размах-3,0±1,67 Время МАК-7; 19 ч

] МАК = 74,0+1,38

Частота пульса в минуту

Уровень - 59,8±0,48 Размах - 16,3+2,76 (166%) Время МАК -19 ч МАК = 66,6+1,98

Выявленные отклонения структуры хронограмм от исходных (нормальных) конфигураций биоритмов в привычных условиях среды и данные косинор-анализа свидетельствовали о снижении эффективности функционирования организма за рамками 28-дневных экспериментов. Следовательно, во всех случаях патологических проявлений в качестве пусковой причины в конечном счете выступали десинхронизирующие влияния внешней среды. Нарушению "благополучия" организма сопутствовало повреждение фазовой архитектоники функциональных показателей (десинхроноз) или другие (амплитудные) нарушения циркадианной ритмики. Они являлись составной частью патологического процесса либо занимали важное место в их патогенезе.

Таблица 2

Динамика косинор-характеристик оральной температуры при перелете в западном направлении через 7 часовых поясов

Срок исследования Среднедневная температура тела, М+м Амплитуда, °С Акрофаза, ч

До перелета 35,92±0,06 0,23 18,8

п 1-й 36,72±0,17 0,24 12,0

2-й 36,5210,15 0,30 11,8

& 4-й 36,46±0,10 0,30 14,3

8-й 36,37+0,15 0,29 16,2

ё и 11-й 36,38±0,04 0,33 18,0

а 16-й 36,24±0,05 0,27 , 17,6

4 21-й 36,14±0,05 0,28 18,6

28-й 36,18±0,05 0,33 18,5

Снижение эффективности функционирования организма в фазах десинхроноза подробно показано в наших предыдущих работах [22, 24], и дополнительно демонстрируют это примеры реакций гемодинамиче-ских функций (ЧСС и АДс) на стандартные физические нагрузки (рис. 4). Так, процент увеличения пульса на 1-й минуте восстановления после тест-нагрузки малой мощности возрастал на 21,8-17,8% в течение 2-5 сут "острого" десинхроноза и до 40 сут "скрытого" десинхроноза включительно сохранялся на 15,8-5,8% более высоким, чем в условиях постоянного места жительства. В другом, 21-дневном эксперименте реакция ЧСС сразу после нагрузки субмаксимальной мощности составляла 7,0-38,8% на 2-13-й день хроноадаптации и сохранялась повышенной на 10-41,5% в последующие сутки после перелета.

Реакция АДс после тест-нагрузок малой мощности в процентах от величины покоя в подавляющем числе 40-дневных исследований наблюдалась повышенной на 3,7-0,4%. На стандартные нагрузки субмаксимальной мощности в течение 21-дневных экспериментов гиперреакция АДс составляла 11,0-2,2%. Повышение гемодинамических реакций в ответ на стандартные физические напряжения в течение всех экспериментов свидетельствовало о снижении резервных возможностей организма и

позволяло утверждать, что длительность адаптации человека после перелета с востока на запад через 7 часовых поясов выходит за рамки 40 сут.

* ^ 100

Фон 2-3 4-5 6-7 8-9 11-12 15-16 18-19 20-21 22-23 34-35 39-40 Дни после перелета

Рис. 3. Реакция ЧСС на 1-й минуте восстановления у практически здоровых молодых мужчин на тест-нагрузку малой мощности (в % от величины покоя).

Перелет через 7 часовых поясов из Владивостока в европейские районы России

Фон

6-7 8-9 12-13 Дни после перелета

14-15 17-18 19-21

Рис. 4. Реакция АДс на тест-нагрузку субмаксимальной мощности у практически здоровых молодых мужчин в процентах от величины покоя на 1-й и 5-й минуте восстановления.

Перелет из Владивостока в европейские районы России через 7 часовых поясов (п = 20). Фон - показатели до перелета. По вертикали - процент увеличения АДс от величины покоя

Выполнение более сложных координационных задач по двигательной реакции рук требовало также более 40 сут пребывания в новом часовом поясе для достижения доперелетного уровня психомоторной производительности (рис. 5). Напомним, что "процесс адаптации нельзя считать законченным до тех пор, пока не будет достигнута устойчивая нормализация всех жизненных функций" [12].

61 60 59 58 57 56 55 54 53 52 51 50 49

Л Л Л ............... ...-•Я

АЛЛ •к к к

*** Л Л * Л Л Л

...........»'"'

/

/

х

¡я ^ - "к к-к X У У

\ ✓ — - -Аг' '

1 к \ / /

\

-1- **

Фон 2-3 4-5 6-7 8-Э 10-11 12-13 15-16 17-18 19-20 21-22 33-34 39-40

Дни после перелета

Рис. 5. Динамика психомоторной активности здоровых лиц по показателям двигательной реакции правой и левой руки (по тесту "линеограммы") после совершения широтного перелета с востока на запад через 7 часовых поясов (п = 64).

Сплошная линия - правая рука; прерывистая - левая рука; по вертикали - значения психомоторной активности в стандартных единицах. Фон — показатели до перелета. Достоверность различий по отношению к фону: *** р < 0,001; **р < 0,01; *р <0,05

Таким образом, роль хроноадаптационных реакций в проявлениях патологических процессов не вызывает сомнений, однако только ими, по-видимому, дело не ограничивается. Оценивая взаимосвязь биоритмических изменений с рассмотренными выше случаями неоднократных заболеваний у высокотренированных людей в период скрытого десинхро-ноза можно одновременно предполагать, что эти случаи возникновения и рецидивов хорошо компенсированных заболеваний отражают явления отрицательной перекрестной резистентности - отрицательных перекрестных эффектов в процессе повторных длительных максимальных физических нагрузок. То есть в нарушении адаптационных реакций и функций систем, не связанных непосредственно с физической нагрузкой (направленных на синхронизацию биоритмической структуры организма). Организм расплачивается за возможность выполнять длительную мышечную работу "неблагополучием" органов, не участвующих непосредственно в этой работе. По существу мы имели дело с комбинированной адаптацией к временным факторам среды и физическим нагрузкам. В целом проблема нарушения хронорезистентности организма в условиях поясно-

временной адаптации и напряженной деятельности заслуживает серьезного внимания. Можно предполагать, что при наслоении дополнительных стрессовых воздействий, в частности психофизических напряжений, выраженность десинхроноза усиливается.

Следует подчеркнуть отчетливую индивидуальность переносимости эффектов временной адаптации. Так, у 70% практически здоровых молодых людей субъективно восстановление самочувствия и сна наступало примерно через неделю после перелета. Мы их выделили как лица с промежуточным (среднестатистическим) хроноадаптационным потенциалом. В 15% случаев нормализация ритма сна - бодрствования происходила в течение 2-3 дней (высокий хроноадаптационный потенциал). Примерно у 10-15% мигрантов выраженные симптомы десинхроноза и снижение работоспособности наблюдались более 1,5-2 нед (низкий хроноадаптационный потенциал). Вместе с тем, несмотря на нормализацию субъективного статуса, объективные данные по биоритмологическому критерию констатировали проявления скрытого десинхроноза за рамками наших исследований. Другими словами, этих сроков недостаточно для полной синхронизации организационно-временной структуры организма. Можно говорить лишь об относительной адалтированности к непривычным временным условиям. Это соответствует, например, утверждениям, что с наступлением неблагоприятного сезона года устойчивость формирующейся циркадианной структуры может нарушаться [25] и проявляться тем отчетливее, чем сильнее климатический контраст [26]. На протяжении первого года адаптации возможно возникновение неустойчивости внутренней синхронизации цирканнуальных ритмов [27].

Таким образом, многолетний анализ обращений за врачебной помощью в условиях временной адаптации позволяет утверждать, что десинхронизирующие эффекты трансмеридианных перемещений могут лежать в основе развития патологических процессов либо занимать ведущее место в их патогенезе. Выявленные за рамками 40-суточных исследований отчетливые нарушения циркадианной системы биоритмов, факты ухудшения объективного состояния и функциональных резервов у высокотренированных молодых людей и данные литературы позволяют прогнозировать снижение хронорезистентности организма мигрантов на всем протяжении проявлений скрытого десинхроноза. На модели перемещения через 7 часовых поясов пик снижения общебиологической надежности приходится на 2-3-ю неделю временной адаптации. Общеизвестно, что одним из физиологических критериев адаптации является повышение неспецифической резистентности организма к различным экстремальным факторам среды [4]. Поскольку реакция биоритмов на географические перемещения комплексная, можно утверждать, что при наслоении дополнительных стрессовых факторов, в том числе психофизических напряжений, климатического контраста и др., выраженность десинхроноза и его влияние на хронорезистентность может возрастать. Это подтверждает предположение о значимости в процессе биоритмологической адаптации феномена скрытого десинхроноза, когда за субъективным благополучием и кажущимся восстановлением исходного состояния сохраняется повышенная ранимость организма к стрессорам разной при-

роды вследствие незавершившейся перестройки наиболее инертных процессов организма [28]. По данным наших исследований повышенная ранимость организма в состоянии скрытого десинхроноза может находить свое выражение в рецидивах хорошо компенсированных заболеваний, в обычных условиях ускользающих от внимания врача при тщательном исследовании пациента. Это имеет важное значение при организации ку-рортно-санаторной миграции, туризма, спорта и любой ответственной деятельности, исключающей возможность легкой замены ее участника. Полученные данные заставляют по-новому оценивать значение анамнеза лиц, перемещающихся в новые временные регионы, и оправдывают повышенные требования к методам врачебного осмотра. В частности, очень важен диагностический и прогностический подход к вопросам регламентации уровней напряженности в сфере видов деятельности, где эта напряженность заранее прогнозируется с очень высокой точностью (авиакосмические экипажи, спорт, промышленное освоение отдаленных географических территорий и др.).

В настоящее время мы убеждаемся, что десинхроноз йожяо рассматривать одновременно и как хронофизиологическую норму, и как хронопатологию. Хронофизиологическая норма - потому что он явление закономерное, отражающее не только совокупность морфофункциональ-ных процессов организма в условиях его обычного существования, но и те изменения, которые в качестве реакции имеют место при перемене временных условий среды, а хронопатология - потому что это стойкое нарушение регуляции функций, способное в конечном итоге приводить к снижению хронорезистентности организма и повышению его подверженности заболеваниям. Это соответствует мнению о том, что рассогласование суточных ритмов жизнедеятельности организма может ставить человека в чрезвычайную ситуацию, в ответ на которую формируются либо приспособительные, либо патологические реакции [14, 15], и подтверждает предположения, где в качестве одной из причин заболеваемости групп населения, пользующихся частыми переездами, усматривается определенная роль дальних перемещений [16, 17, 18].

V

Литература

1. Лисицин Ю.П., Березкин М.В. Актуальные вопросы хрономедицины: Науч. обзор. М., 1981.56 с.

2. Березкин М.В. Хронотоксикология и резистентность организма // Хронобиология и хрономедицина. Тюмень, 1982. С. 47-48.

3. Березкин М.В. Хронобиологические аспекты чувствительности и резистентности организма (хронотоксикология) // Хронобиология и хрономедицина. М.: Наука, 1989. С. 105-116.

4. Туркменов М.В, Серохвостов А.П. Временная организация физиологической адаптации к горным условиям // Хронобиология и хрономедицина. М.: Медицина, 1989. С. 157-169.

5. Степанова С.И. Биоритмологический статус как один из критериев отбора космонавтов // Космич. биология. 1980. № 5. С. 20-24.

6. Fries J.F. Aging, natural death, and the compression of morbidity // New Engl. J. Med. 1980. Vol. 303. № 3. P. 130-135.

7. Макаров В.И. Изменения биоритмов в экстремальных условиях // Хронобиология и хрономедицина. М.: Медицина, 1989. С. 175.

8. Бирюкович A.A. К вопросу о суточном ритме частоты дыхания у детей и подростков // Гигиена и санитария. 1972. № 5. С. 40-43.

9. Лебедев В.П., Щербатова Е.И., Буравина Т. А. и др. Значение исследований биологических ритмов для диагностики заболеваний почек и оценки степени нарушений их функций // Суточные ритмы физиологических процессов организма. М., 1972. С. 106-108.

10. Березкин М.В., Грацинский Ю.Н., Кудинова В.Ф. и др. Хроночувст-вительность к абсолютной гиперкапнии при различном световом режиме // Бюл. экспер. биол. 1986. № 6. С. 751-753.

11. Дильман В.М. Большие биологические часы. М.: Знание, 1986. 256 с.

12. Дильман В.М. Хронобиологические аспекты геронтологии и гериатрии // Хронобиология и хрономедицина. М.:. Медицина, 1989. С. 323-334.

13. Князев Ю.А., Беспалова В.А. Хронобиологические аспекты эндокринологии // Хронобиология и хрономедицина. М.: Медицина, 1989. С. 308-320.

14. БюннингЭ. Биологические часы. М.: Мир, 1961. С. 11-26.

15. Шноль Э.С. Биологические часы // Проблемы биофизики. М.: Знание, 1965. С. 55-59.

16. Дембо А.Г. Заболевания и повреждения при занятиях спортом. Л.: Медицина, 1970. С. 143-144.

17. Авцын А.П. Введение в географическую патологию. М.: Медицина, 1972. 96 с.

18. Гребнева H.H., Крившцеков С.Г., Загайнова А.Б. Особенности формирования и функциональные резервы детского организма в условиях Западной Сибири. Тюмень: ТГУ, 2001. 108 с.

19. Меерсон Ф.З., Пшенникова М.Г. Адаптация к стрессовым ситуациям и физическим нагрузкам. М. Медицина, 1988. 256 с.

20. Halberg F., Engeli М., Hamburger С., at all. Spectral resolution of lowfre-quency, small-amplitude rhythms in excreted 17-ketosteroids // Acta en-docr. (Kbh.). 1965. Suppl. 103. P. 5-54.

21. MiraE., Lopez G. Le psychodiagnostic myokinetisne. Paris, 1963.

22. Ежов C.H. Хронофизиология географических перемещений. Владивосток: Изд-во ДВГАЭУ, 2003. 212 с.

23. Иорданская Ф.А. Особенности временной адаптации при перелетах на восток и запад, средства коррекции и профилактики десинхроноза // Теория и практика физической культуры. 2000. № 3.

24. Ежов С.Н., Косолапов А.Б. Рекомендации по оптимизации поясно-географической адаптации спортсменов к условиям муссонного климата Приморья и Корейского полуострова. Владивосток: ДВО АН СССР, 1988. 64 с.

25. Недбаева Н.Д., Фомичева С.М. Некоторые биоритмологические аспекты терморегуляции подростков в условиях Западной Сибири // Физиологические механизмы природных адаптаций. Новосибирск: 1979. С. 27-33.

26. Матюхин В.А., Кривощеков С.Г. Сезонная динамика циркадных ритмов-показателей физической работоспособности в процессе акклиматизации //Циркадные ритмы человека и животных. Фрунзе, 1975. С. 181-184.

27. Матюхин В.А., Разумов А.Н. Экологическая физиология человека и восстановительная медицина. М.: ГЭОТАР Медицина, 1999. 335 с.

28. Алякринский Б.С. Основы научной организации труда и отдыха космонавтов. М.: Медицина, 1975. 208 с.