Торговые дома как одна из разновидностей торговых корпораций в России в XIX – нач. ХХ вв

УДК 339.923

Красильникова Татьяна Константиновна

кандидат юридических наук, доцент кафедры истории, политических и правовых учений Волжского гуманитарного института Волгоградского Государственного университета editor@hist-edu.ru

ТОРГОВЫЕ ДОМА КАК ОДНА ИЗ РАЗНОВИДНОСТЕЙ ТОРГОВЫХ КОРПОРАЦИЙ В РОССИИ В XIX - нач. ХХ вв.

В статье раскрывается корпоративная структура торговых домов, в роли которых в Российской империи выступали полные или коммандитные товарищества. Автор определяет сословный характер участников такого рода товариществ и акцентирует внимание на том, что в XIX веке торговые дома являлись одной из основных форм консолидации купеческих капиталов. На основе анализа положений действовавшего тогда в России Устава торгового и материалов судебной практики Сената описывается система регистрации торговых домов, отмечаются преимущества и ограничения, которые имели место в их организации и деятельности.

Ключевые слова: торговый дом, торговое товарищество, гражданское товарищество, полное товарищество, коммандитное товарищество, юридическое лицо, явочный (регистрационный) порядок учреждения.

Krasilnikova Tatiana Konstantinovna

PhD in Law, Associate Professor of the Department of History, Political and Legal Doctrines of the Volzhsky Institute of Humanities of Volgograd State University

editor@hist-edu.ru

MERCHANT VENTURES AS A FORM OF TRADING CORPORATIONS IN RUSSIA IN XIX - EARLY XX CENTURIES

This article studies the corporate structure of the merchant ventures, the role of which in the Russian Empire was assigned to general or limited partnerships. The author defines the class character of participants of such partnerships and focuses on the fact that merchant ventures of the XIXth century were one of the main forms of consolidation of merchant capital. Based on the analysis of the then provisions of the Charter of Trade and the Senate jurisprudence materials in Russia the author describes the registration system of merchant ventures, the advantages and limitations that have occurred in their organization and activities.

Key words: merchant ventures, trading partnerships, civil partnerships, general partnerships, limited partnerships, legal entity, attendance (registration) order of establishment.

В Российской империи до 1917 г. основной формой объединения купеческих капиталов являлись полные и коммандитные товарищества. Устав торговый называл эти товарищества «купеческими домами» или «торговыми домами» [1, с. 2].

Российское право о торговых домах не отличалось систематичностью и полнотой. Если торговое товарищество на основании ст. 2127 Законов гражданских могло и не принимать формы торгового дома, то торговый дом мог быть основан только для торгового, а не для фабричного предприятия.

О купеческих товариществах в Манифесте от 1 января 1807 г. Александра I «О дарованных купечеству выгодах, отличиях, преимуществах и новых способах к распространению и усилению торговых предприятий» говорилось, что право участия в таких предприятиях имели лица, входившие в одну и ту же торговую гильдию и имевшие целью своей деятельности вести совместную торговлю путём создания торгового дома под общим именем [2]. Вкладчиками же могли выступать лица, и не являвшиеся купцами. Кроме того, товарищам запрещалось участвовать одновременно в нескольких торговых домах, так как «полный товарищ отвечал за долги торгового дома всем своим имуществом» [2].

В законодательстве Российской империи, как и в законодательстве большинства европейских государств, не содержалось определение понятия «юридического лица», и отдельные виды товариществ законом прямо не квалифицировались как юридические лица. В этом случае на помощь приходила судебная практика и теория. Так, в решениях Кассационного департамента Сената преобладал взгляд, на то, что полное товарищество - это юридическое лицо.

Законодатель в России дал достаточно скудное определение полного товарищества, понимая под ним объединение, состоящее «из двух или многих товарищей, положивших за едино торговать под общим названием всех» [3, с. 7]. Более подробное описание полного товарищества можно было встретить в цивилистической литературе. Под полным товариществом учёными-юристами понималось «договорное объединение лиц», созданное с целью участия в торговом обороте «совместными средствами на началах неограниченной и солидарной ответственности всех участников». Эта солидарная ответственность была установлена, во-первых, в интересах третьих лиц, а никак не по отношению к взаимным расчётам товарищей друг с другом, и, во-вторых, не могла быть исключена соглашением товарищей.

Закон не вводил определённые правила в отношения товарищей между собой, а также то-

варищества к посторонним лицам, а предоставлял их регулирование взаимному соглашению товарищей, требуя только, чтобы это соглашение не противоречило законам о договорах [3, с. 9]. Взаимные отношения товарищей должны были основываться главным образом на договоре, а нормы общего права и законодательные предписания имели для этих отношений лишь вспомогательное значение [1, с. 20].

Правила по организации торговых домов содержались в нескольких статьях Устава торгового. Так как по данному вопросу специальных законов не существовало, то важную роль играли решения Сената, которые не всегда соответствовали положениям действовавшего тогда законодательства [4, с. 3-6]. Так, в одном из своих решений Сенат признал возможность учреждения товарищества при единственном товарище, или при «неизвестном» вкладчике и тем самым санкционировал возможность злоупотребления в области торгового кредита, что противоречило ст. 63, 68, 71 Устава торгового, где говорилось об одном или многих товарищах и вкладчиках, либо об одном товарище и об одном вкладчике.

Главные отличия торгового товарищества от товарищества, организация и деятельность которого регламентировались гражданским законодательством, заключались в особом способе создания торгового дома. Договор товарищества должен быть занесён в нотариальные книги, промысловые документы. О создании торгового дома обязательно должно было быть сообщено в купеческую или городскую управу, которые не входили в рассмотрение вопроса о законности учреждения товарищества. На эти учреждения возлагалась лишь обязанность составлять соответствующие ведомости о торговых домах и по окончании каждого года представлять их в Департамент торговли и мануфактур [5, с. 9, 28].

Если товарищество имело своим предметом деятельность, освобождённую от промыслового обложения, согласно п. 16 ст. 371 Устава о промысловом налоге, оно признавалось не торговым, а гражданским товариществом. В этом случае от него не требовалось заявлять о себе в купеческой или городской управе. Такого рода товарищество не подчинялось условиям, установленным в Уставе торговом для торговых домов.

Тем самым, порядок регистрации торговых домов был излишне централизован, не действовал вне городской черты и носил исключительно сословный характер [6, с. 246].

Участники предприятия по своему усмотрению могли устанавливать меру участия в прибылях и убытках каждого товарища. Несмотря на то, что в статье 68 Устава торгового и было указано на то, что товарищи торгового дома отвечали за его долги вместе и порознь, всем своим имуществом, тем не менее, было очевидно, что закон подразумевал такую ответственность членов лишь в том случае, когда у самого торгового дома на покрытие его долгов не оказывалось достаточно имущества, а потому на удовлетворение требований кредиторов призывалось обратить личное имущество товарищей [7, с. 2360-2363]. Если доля участия каждого товарища была равной, долг по обязательствам товарищества разделялся на столько равных частей, сколько было всех товарищей в товариществе. Но, как правило, доли участия товарищей были неравными, и долг товарищества в этом случае следовало распределять между товарищами соразмерно доли участия каждого из них.

Другой организационно-правовой формой торгового товарищества выступало коммандитное товарищество (товарищество на вере), где наряду с полными товарищами имелись вкладчики, которые не участвовали в управлении делами товарищества и по его обязательствам несли ответственность только суммой внесённого ими вклада. Как и в полном товариществе, товарищи в коммандитном товариществе были обязаны брать купеческие свидетельства, но вкладчики не обязаны были этого делать. Вкладчиками могли быть лица любых сословий, и не только физические, но и юридические лица. Вкладчик был обязан внести обозначенный договором вклад, размер которого и срок внесения определялись договором.

Вкладчики, участвуя в товариществе только своими денежными взносами, без прямого участия в деятельности товарищества, отвечали перед посторонними лицами только своими вкладами. Они приобретали право контроля за ходом предприятия, право получать часть прибыли предприятия соразмерно их вкладам.

Товарищу, в отличие от вкладчика, запрещалось участие в других товариществах. Статья 69 Устава торгового гласила: товарищ одного торгового дома не мог быть одновременно товарищем другого торгового дома. Запрещение относилось только к участию в другом товариществе в качестве полного товарища, но товарищи могли участвовать в другом товариществе в качестве вкладчика или в качестве акционера. Такого рода ограничение можно было объяснить: во-первых, опасением конкуренции, в силу того, что товарищ становился конкурентом своего же товарищества, что было опасно, если он был знаком с коммерческой тайной; во-вторых, опасением особенно в

отношении товарищей-распорядителей за то, в какой степени им приходилось отвлекаться от управления данным товариществом, участвуя в решении дел другого товарищества; в-третьих, опасением за степень обеспеченности кредита товарищества, в силу неограниченной ответственности полных товарищей. Если товарищ был обязан отвечать всем своим имуществом по одному предприятию, то это могло уменьшить кредитоспособность предприятия, если в то же время он участвовал и в других торговых предприятиях, где обязывался к такой же ответственности [8, с. 331-332]. Если первые два вида опасения имели в виду интересы самих товарищей, то последнее - касалось интересов третьих лиц.

Не все такого рода опасения однозначно принимались законодательствами разных стран. Если законодатель на Западе имел ввиду главным образом опасность конкуренции, а потому вводимое им ограничение действовало лишь в рамках сферы однородной с товариществом торговли, законодательство в России на первое место ставило прежде всего сохранение кредитоспособности товарищества. Законодательства ряда зарубежных стран не знали запрета на участие членов одного товарищества в деятельности других товариществ, а потому позиция русского законодателя вызывала недоумение у некоторых зарубежных юристов. Возможность лица отвечать по своим обязательствам зависела от стоимости имеющегося у него имущества, и для кредиторов главное было не то, являлся ли их должник членом только данного товарищества или нескольких товариществ, а именно то, какой суммой он отвечал по обязательствам своим имуществом в целом. Такого рода законодательные запреты не следовало признавать целесообразными и с точки зрения того, что чаще всего у той или иной фирмы возникала необходимость в создании сразу нескольких полных товариществ в различных отраслях экономики. Кроме того, этим запрещением возникало препятствие для разумного распределения имущества, а также знания и опыта сразу же между несколькими предприятиями.

Организация торговых домов определялась не законодательными нормами, а положениями их уставов. Все товарищи имели одинаковые права на участие в управлении делами товарищества [9, с. 90-91]. На практике же чаще всего дело управления вверялось не всем, а лишь некоторым товарищам-распорядителям (управляющим). В соответствии с товарищеским договором управление делами товарищества могло быть поручено одному из товарищей или постороннему лицу, которое являлось приказчиком и, в качестве такового, нуждалось в доверенности [3, с. 16].

Форма торгового дома давала в определенной степени преимущества как для самих участ-ников-товарищей вне зависимости от того, ставили ли они цель непосредственно управлять предприятием, или только привлечь в общее дело со стороны капитал, так и для вкладчиков.

Один из известных английских экономистов П. Гэтрелл верно заметил, что российский капитализм с помощью торговых домов дал возможность «русским на не корпоративный выход своим предпринимательским энергиям» [10, с. 87].

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Гуляев А.И. Справочная книга по торгово-промышленному законодательству и торговой политике. СПб., 1912.

2. Полное собрание законов Российской империи. Т. XXIX. Ст. 22418.

3. Законы о товариществах. Акционерные общества, товарищества на паях, торговые дома, артели и др. По-

рядок их учреждения и деятельности, с разъяснениями Гражданского кассационного, бывшего 4-го Судебного департаментов и Общего собрания Правительствующего Сената / сост. В. Максимов. М., 1911.

4. Фрейдин В.Е. Новейшая практика Сената по вопросу о торговых домах. Киев, 1910.

5. Горбачёв И.А. Товарищества полные, на вере, акционерные и паевые компании: закон и практика с сенатскими разъяснениями. М., 1910.

6. Удинцев В.Г. Русское торгово-промышленное право. Киев, 1907.

7. Каминка А.И. К вопросу о праве приобретать на имя торгового дома товарищества недвижимого имуще-

ства» // Право. 1899. № 50.

8. Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. СПб., 1908. Т. 1.

9. Квачевский А.А. О товариществах вообще и акционерных обществах в особенности по началам права и русским законам и судебной практики. СПб., 1880.

10. Gatrell P. The tsarist economy, 1850-1917. New York, 1986.