Уволен по собственному избранию

       Когда этот номер "Власти" дойдет до читателя, Владимир Путин уже подаст в отставку. Провожая первого российского премьера, ставшего президентом, мы решили напомнить читателям, каким он был главой правительства.

       Перед премьером в современной России стоят, в сущности, всего три главные задачи: управление бюджетом, переговоры с зарубежными кредиторами и разработка макроэкономической программы. Рассмотрим по порядку, как Путин справился с каждой из них.
       
       Бюджет. Управлять бюджетом Путин начал с главного. Не с увеличения сбора доходов и уменьшения госрасходов, а с выплаты денег госслужащим.
       Первым делом — в начале сентября прошлого года — Путин объявил, что будет платить ежедневно от 800 до 1000 рублей контрактникам и офицерам, которые воюют в Чечне. Эти деньги действительно платят, без особых задержек и в полном объеме. Ежемесячно на это уходит до 800 млн рублей. Немало. Но зато военные довольны, а среди офицеров даже возник конкурс на командировки в Чечню.
       Затем — уже в ноябре — Путин приказал Виктору Христенко к 15 апреля заставить губернаторов погасить свой более чем семимиллиардный долг врачам и учителям. В федеральном бюджете тут же нашли дополнительные миллиарды на эту, по-существу, предвыборную цель и без промедления направили в регионы.
       Но это было только полдела. Ведь как известно, губернаторы норовят потратить федеральные средства не по назначению. Например, дать их шахтерам с тем, чтобы уже шахтерские зарплаты выдать затем учителям (по размеру эти зарплаты зачастую мало отличаются) и так по кругу. Виктор Христенко под непосредственным влиянием Путина проявил не свойственную ему ранее твердость к губернаторам. Вице-премьер еженедельно наводил справки, кто и куда потратил выделенные им ссуды и трансферты. Уличенных в нецелевых растратах тут же вызывали на ковер к Христенко, а если это не помогало, то и к самому Путину. К тому же сам Путин ездил по регионам и на месте разбирался, как возвращают бюджетные долги учителям и врачам. Результат налицо. Все долги, конечно, к назначенному сроку погасить не удалось. Так не бывает. Но Христенко обещал, что к инаугурации вопрос будет закрыт. И это, пожалуй, единственный безусловный успех Путина-премьера.

      Кредиторы. В переговорах с зарубежными кредиторами Путин оказался не так удачлив. Если его непосредственный предшественник Степашин пожал лавры Примакова и получил первый транш из $4,6 млрд стабилизационного кредита, то Путин до сих пор не получил от фонда ни цента. Конечно, в этом виноват не только он сам с его непопулярной на Западе войной в Чечне, но и все его предшественники, а также скандал с "отмыванием" денег через Bank of New York. Однако второй транш в размере $640 млн можно было успеть получить, еще когда скандал с BoNY только начинался. Для этого аппарат представителя президента по связям с МВФ Михаила Задорнова и аппарат правительства должны были вовремя, то есть в первых числах сентября, отправить в Вашингтон письмо о выполнении ряда требований фонда. Но Путин об этом не позаботился. Скорее всего, тогда он еще просто не знал, каковы условия сотрудничества с МВФ.
       Зато Путин не любит быть чьим-либо должником. Именно поэтому он так хвалил Михаила Касьянова, который в феврале добился списания более трети советских долгов Лондонскому клубу. С $32 млрд задолженность уменьшилась до $21,3 млрд, а пики платежей во время первого и возможного второго президентских сроков Путина резко сглажены. А то, что после этого списания стране придется за тридцать лет вернуть кредиторам целых $40 млрд, а пики платежей вновь появятся в середине следующего десятилетия, уже не столь важно. Ведь это будет уже при другом президенте.
       
       Макроэкономика. В области макроэкономики Путин-премьер предпочитал тактике глобальную стратегию. Еще в ноябре прошлого года крайне недовольный тем, что никто в его правительстве не может сказать ему, что будет с Россией через пять, десять, пятнадцать лет, Путин создал Центр стратегических разработок и направил туда Германа Грефа. Правда, грефовский центр создавался под Путина-президента, но свои первые рекомендации специалисты центра давали еще Путину-премьеру. Оказалось, что центр был создан не напрасно. Советникам удалось удержать премьера Путина по крайней мере от двух грубых ошибок. Так, они выступили категорически против уже одобренного Путиным публично введения 100-процентной продажи экспортной выручки, которое предложил Виктор Геращенко, а также добились отзыва из Думы правительственного проекта поправок к закону о внешнеторговом регулировании, вводящем систему обязательной госрегистрации участников ВЭД.
       
       Путин может с полным основанием сказать своему преемнику на посту премьера, что оставляет ему растущую экономику (4% роста ВВП в этом году и 5-6% в будущем), укрепляющийся рубль и погашенные долги перед бюджетниками. Доходов в бюджет в апреле собрали почти 90 млрд рублей. Первичный профицит достиг небывалой цифры в истории России 6,4% ВВП, а общий — 3,4%. А ведь только год назад Евгений Примаков уговаривал МВФ снизить нам задание по первичному профициту с 3% до 2%.

      Но вот продолжится ли этот рост при следующем премьере, неясно. Дело в том, что никакой особой заслуги Путина во всем этом нет. Наполнение бюджета "живыми" деньгами — не результат слаженных действий подчиненных Путина-премьера, а следствие безудержного роста цен на нефть в начале этого года и расторопности Виктора Геращенко, быстро напечатавшего более 150 млрд рублей, обеспеченных нефтедолларами.
       В любой момент российская экономика, полностью зависящая от экспорта стратегического сырья и почти лишенная инвестиций, может опять рухнуть в яму очередного кризиса. В последнем докладе Еврокомиссии необъяснимый для ее специалистов рост в России назвали "циклическим". Объективных предпосылок для стабильного экономического роста — структурной перестройки экономики, увеличения инвестиций и доходов населения — в России пока нет. И Путин, когда был премьером, для настоящего роста почти ничего не сделал. Но это и не было его прямой задачей. Его задача, с которой он блестяще справился,— пересесть из кресла премьера в президентское. Теперь он может приказывать премьеру и начальнику Центра стратегических разработок обеспечить все необходимое для стабильного экономического развития на протяжении как минимум двух президентских сроков.
       
КОНСТАНТИН СМИРНОВ
       
       Для настоящего экономического роста премьер Путин ничего не сделал. Зато блестяще справился с другой задачей — пересел из кресла премьера в президентское