Разрушение памятников церковного зодчества в Иваново-Вознесенской губернии в 1920-1930-х годах

A missionary activity of Russian Orthodox Church in the second half of the XX - beginning of XXI centuries has been examined in this article. There have been studied works of soviet and modern writers estimating missionary activity of the church from different points of view and there have also been included data on scientific conferences devoted to the concerned problem.

Keywords: Russian Orthodox Church, missionary activity of the church, the historiography of the problem, the second half of XIX - beginning of XX centuries..

Получено 12.10.2010 г.

УДК 94(47).084.5

Н.А. Личак, канд. ист. наук, доц., 8

РАЗРУШЕНИЕ ПАМЯТНИКОВ ЦЕРКОВНОГО ЗОДЧЕСТВА В ИВАНОВО-ВОЗНЕСЕНСКОЙ ГУБЕРНИИ В 1920-1930-Х ГОДАХ

Рассмотрено отношение к церковному зодчеству и ценностям Иваново-Вознесенской губернии в 1920-1930-х годах. Изучены исторические условия разрушения конкретных памятников культовой архитектуры в годы первых десятилетий Советской власти.

Ключевые слова: памятники церковного зодчества, культурное наследие, Советская власть, государственная политика, 1920-30-е годы, индустриализация, Иваново-Вознесенская губерния

На современном этапе обострение споров по вопросам реституции церковных ценностей (в рамках проекта Федерального закона «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в федеральной и муниципальной собственности») привели к необходимости изучения событий, связанных с изменениями в сохранении культурного наследия в годы первых десятилетий Советской власти.

Период 1920-1930-х годов в Советской России характеризуется резким усугублением идеологической тенденциозности в отношении к прошлому своей страны. Своеобразная оценка государством роли памятников старины как важного фактора социального развития общества отрицательным образом повлияла на всю охранную, музейную, краеведческую и реставрационную работу. В исследуемые годы наблюдалась борьба различных взглядов на сохранение храмовой архитектуры: с одной стороны, уничтожение «идеологически вредных» ансамблей и усадеб; с другой - активные попытки общественности сохранить памятники искусства и старины для потомков.

Начавшийся процесс массового разрушения памятников архитектуры в Иваново-Вознесенской губернии в 1920-х годах привел к тому, что были уничтожены важные культовые сооружения, разорены дворянские усадьбы.

Первопричиной уничтожения являлась борьба с религиозным мировоззрением. Руководители Советского государства понимали, что памятники «малой родины» играли особую роль в трансляции культуры как для индивида, так и дляобщества в целом, доводя до человека ту информацию, которая для него являлась наиболее значимой.

Многочисленные храмовые комплексы, являвшиеся доминантами в большинстве городов и сел, также мешали возведению новых жилых и общественных зданий в губернии. Исчезнув с площадей и улиц, они в значительной степени изменили облик большинства населенных пунктов и нанесли невосполнимый ущерб культурному наследию родине первых советов - городу Иваново-Вознесенску.

Следует заметить, что активизация процесса разрушения памятников, с одной стороны, не имела под собой каких-либо законных оснований. Нормативно-юридического подтверждения уничтожению не было. С другой стороны, появлявшиеся время от времени законодательные акты напрямую касались «возможных» вариантов охраны памятников искусства и старины.

На ликвидацию частной собственности был направлен декрет от 20 августа 1918 г. «Об отмене права частной собственности на недвижимость в городах» [1], результатом исполнения которого стала национализация дворцов и особняков, переход зданий в собственность местных органов власти, конфискация имущества, принадлежавшего бывшим хозяевам.

Изменения в отношении к собственности церковных организаций следует отнести к декрету СНК «О свободе совести, церковных и религиозных обществ» (об отделении церкви от государства, январь 1918 г.) [2], с которого начинается активный процесс отчуждения храмов в пользу государства. В инструкции к этому декрету подчеркивалось, что все ценности, имеющие художественное значение, переходили в ведомство Наркомпро-са, где должна была проводиться их атрибуция.

Осуществление декрета СНК «Об отделении церкви от государства» выразилось в определении места и роли Православной церкви в жизни общества. Выработанная весной 1920 года инструкция Отдела по делам музеев и охране памятников искусства и старины устанавливала правила проведения учета, хранения и передачи государству того церковного имущества, которое имело историческое и художественное значение [2]. Согласно вышеуказанному нормативному акту сотрудники отдела должны были, прежде всего, тщательно изучить предметы религиозного культа и распределить их по трем категориям:

- уникальные;

- имеющие музейное значение;

- не имеющие музейного значения.

Предметы, отнесенные к первым двум категориям, переходили, согласно декрету «Об отделении церкви от государства», в ведение отдела и

уже затем передавались группам верующих в пользование на основании арендных договоров. При этом инструкция подчеркивала, что если условия хранения вещей, признанных историко-культурными памятниками, были недостаточно надежными или предметы требовались для экспозиций музеев, то они могли быть изъяты сотрудниками отдела или уполномоченными местных органов власти.

В декрете ВЦИК от 21 декабря 1921 г. «О ценностях, находящихся в церквях и монастырях» все имущество церквей и монастырей подразделялось на три части [3]:

- имущество историко-художественного значения, подлежавшее исключительному ведению Народного комиссариата по просвещению;

- имущество материальной ценности, подлежавшее выделению в Гохран РСФСР;

- имущество обиходного характера, «где оно еще сохранилось», подлежавшее атрибуции в Наркомпросе во избежание «неорганизованных продаж или передач верующим».

В Иваново-Вознесенской губернии деятельностью по контролю за церковно-музейным имуществом занимался губернский подотдел по делам музеев и охране памятников искусства и старины, созданный 7 декабря 1918 года [4].

Однако изъятие ценностей из церквей и монастырей проходило в атмосфере, описанной местным краеведом В.Д.Сафроновым, «... на ветру порхали церковные архивы и Священные писания, ... уличная шпана облачалась в рясы священнослужителей, а досужие мамаши шили из парчи головные кепки для сыновей» [5]. Поддерживаемые неграмотным населением, лидеры комсомольских и партийных организаций в рамках развернутой антирелигиозной пропаганды, руководствуясь лозунгом: «На родине первого Совета не должно стоять позорного церковного клейма», закладывали основу переустройства города-церкви в город-фабрику [6].

Антирелигиозная политика советского государства явилась идеологической основой уничтожения большей части культовых зданий на местах. Возникшая необходимость решать судьбу закрытых церквей и монастырей Иваново-Вознесенской губернии предопределил тот факт, что с мая 1919 года городские власти постановили передавать на учет ценные архитектурные и исторические памятники губмузею города Иваново [7]. Губернский отдел народного образования ходатайствовал перед Отделом Всероссийской коллегии по делам музеев и охраны памятников искусства и старины с просьбой оказать содействие в пополнении фондов губернского краеведческого музея.

Сотрудниками музея была проведена классификация церковных зданий города по степени их художественной ценности, в результате которой несколько памятников архитектуры были поставлены на учет Главнауки. Все церкви, согласно государственной «Инструкции по учету, хра-

нению и передаче религиозного имущества, имеющего художественное, историческое или археологическое значение», были разделены по степени значимости на четыре категории [8]:

- памятники научно-художественного и археологического значения, которые не могут быть использованы в практических целях;

- памятники, которые можно использовать без особого ущерба их сохранности и нарушения историко-художественной ценности (размещать в них музейные коллекции, сдавать в аренду);

- памятники, используемые исключительно в научных и музейнопоказательных целях, с сохранением их художественно-исторического внешнего облика, обстановки и внутреннего убранства (дворцы, музеи-усадьбы, музеи-монастыри).

Поставленные на учет двенадцать церквей центра города Иваново формально были защищены [9].

Методичный разрушительный процесс уничтожения памятников древнего церковного зодчества на «родине первых Советов» начался в 1923 г., когда была снесена церковь Александра Невского (1882, на пересечении ул. Садовой и просп. Ф. Энгельса), а затем в 1925 г. - Владимирская часовня (1888, ул. 8-го Марта, на месте индустриального техникума)^].

На рубеже 1920-1930-х гг. главный храмовый комплекс города, состоявший из церквей Воздвижения Креста (1795) и Рождества Христова (1858, архит. Н.К. Рейм), освободил место для создания площади Революции. Здание драматического театра разместилось на территории исчезнувшего собора Покрова Богородицы (1693) и церкви Троицы (1817). В центральной части города на улице Ермака был разобран Собор Спаса Всемилостивого (1898-1903, архит. Ф.О. Шехтель), а уничтожение НовоКазанской часовни (1915-1917, архит. И.Е. Бондаренко) стало отправной точкой строительства центрального почтамта. Центр Вознесенского посада остался без церкви Вознесения (1851) [9].

Сторонников нового строя не остановила и общественность города. Так, главный архитектор Санкт-Петербурга, автор первого генерального плана города Иваново Л.А. Ильин писал: «Строить на этом пятачке (территория дворца искусств) здание... немыслимо, будет тесно и дорого. Будет снесена, безусловно, живописная и ценная не только в масштабах Иваново-Вознесенска старинная игрушка. Я считал бы это большой потерей для живописности города и большой ошибкой» [12]. Однако мнение уважаемого человека дальнейшую судьбу храмов не изменило - в 1931-м они были снесены. На месте памятников архитектуры появилась выложенная из кирпича надпись: «На месте очагов классового рабства построим дворец социалистической культуры» [12].

Аналогичные процессы затронули и города всей Иваново-Вознесенской губернии. Создание новых или изменение названий старых

площадей города Шуи, внедрение генплана застройки в архитектуру, привели к тому, что Спасская площадь была переименована в Советскую 16 ноября 1918 года. «Советская общественность требует, чтобы города способствовали той работе, которую ведёт республика. Главная площадь в городе должна иметь свой специальный характер, отвечающий политическим и идеологическим воззрениям современности. Перед зданием советов необходима площадь, на которой могли бы собираться демонстрации, куда бы правильными потоками вливались достаточно широкие улицы, способствующие заполнению и эвакуации площади» [8].

Создание площади для демонстраций в Шуе началось в ночь на 2 мая 1930 года с разрушения Спасской церкви и часовни Креста. Но проект показал, что площадь приспособить для проведения демонстрации невозможно. Единственно возможным вариантом движения демонстраций в центре Шуи оказался маршрут: ул. Соловьёва - Базарная площадь с установкой трибуны на месте часовни Александра Невского. В 1937 году на Базарной площади после сноса часовни Александра Невского и части тортовых рядов было начато строительство кинотеатра «Родина» (из кирпича разрушенной в октябре 1936 года Троицкой церкви), разбит сквер [13]. Перед кинотеатром установили трибуну. Базарную площадь переименовали в Центральную.

Причины сноса памятников древнерусского зодчества в процессе переоборудования площадей назывались разные. Одни, находясь на середине дороги, мешали движению и проведению работ по замощению улицы, другие - стесняли уличное движение, препятствуя прокладке водопроводной линии. Решением президиума губисполкома 27 июля 1923 года Николаевскую церковь закрыли, так как «молитвенное здание находится при государственном лечебном учреждении, и исполнение религиозных обрядов нарушает медицинский режим [14]. В 1925 году снесли колокольню и шатер, завершавший храм. В здании больницы для «мастеровых и рабочих» разместилась Первая губернская больница.

Одним из направлений 1920-х годов являлась передача памятников архитектуры представителям церкви обновленческого толка, призывавших к радикальной перестройке церковной жизни. Однако чаще всего переданные церкви стояли пустыми, а затем оказывались в руках у государственных работников, которые использовали полученные от разборки зданий кирпич и колокола на нужды индустриализации.

Так, Преображенская церковь с 1931 года использовалась одновременно двумя православными общинами - традиционного и обновленческого направлений, перешедшими в Преображенскую церковь из закрытого Покровского собора, а затем и из Успенской кладбищенской церкви. Такое использование храма приводило к постоянным конфликтам. Решением облисполкома 19 мая 1940 года церковь закрыли, внутреннее убранство уничтожили [15].

В 1929 году, в эпоху «великого перелома», ВЦИК принял постановление о религиозных объединениях, по которому местным властям было дано право закрывать храмы, утилизировать их или сносить. До этого «окончательное разрешение на практическое использование церковных зданий» давал ВЦИК с согласия Главнауки. В Иваново-Вознесенске, как и в других городах, началось мощное и стремительное наступление на памятники древнерусской архитектуры города, которое зачастую проводили активисты «Союза воинствующих безбожников». В городах Иваново-Вознесенской губернии подготавливались письма и ходатайства, собирались большие митинги, но здесь, кроме этого, для имитации воли народа использовалась печать. От имени трудящихся члены СВБ размещали в газетах откровенно погромные статьи с броскими заголовками: «Рабочие требуют закрытия церквей», «Церкви и молитвенные дома — на культурные нужды», «В дни пасхи сожжем иконы» и т.п. [16].

Некоторые из сохранившихся до сегодняшнего дня памятников древнего зодчества смогли дойти до потомков путем переоборудования их под склады, гаражи, овощехранилища и школы. Ивановский Владимирский монастырь в 1918 году был преобразован в трудовую артель, в 1920 году часть помещений монастыря были заняты под студенческие общежития. В 1927 году монастырь был закрыт в связи с тем, что на его территории расположился Ивановский авиаотряд Красной Армии [15].

Храмы села Лежнево Иваново-Вознесенской губернии отличались богатым убранством. Большой интерес представляли древние иконы и сосуды, а также несколько подаренных прихожанами крестов с частицами мощей разных святых.

В 1930 году постановлением ВЦИК была закрыта зимняя Рождественская церковь, которая по решению поселкового совета стала использоваться как картофелехранилище. Службы прекратились и В Казанской летней церкви, оборудованной первоначально под склад, а в мае 1934 г. - под хлебопекарню [17]. А всего через два года райисполком, «принимая во внимание решение общих собраний трудящихся Лежнева», утвердил ходатайство поселкового Совета о закрытии и Троицко-Знаменского храма[18].

В августе 1931 года вышел в свет циркуляр Народного комиссариата коммунального хозяйства, сыгравший трагическую роль в судьбе многих замечательных архитектурных памятников России, - о передаче молитвенных зданий в коммунальные органы местных советов. На совместном совещании горкомхоза, горфо и гормузея было принято решение об изъятии из ведения музея и передаче коммунальным органам перечислением из фонда национализированных в фонд муниципализированных храмов как не имеющих никакой исторической ценности. На учете Главнауки было оставлено только семь церквей, остальные как памятники второстепенной важности, дублирующие друг друга, сняты с учета.

Городские власти могли распоряжаться уникальными памятниками архитектуры и живописи по своему усмотрению.

В градостроительстве в конце 1920-х и в 1930-е годов получил распространение метод замены «памятников прошлого» (культовых построек), которые располагались обычно в узловых композиционных точках - на площадях, пересечениях улиц, набережных, монументами вождям революции. Памятники В.И. Ленина появились на месте взорванных главных соборов Кинешмы, Родников, Шуи и других поселений [10].

Атмосфера социального переустройства жизни, ее политизация, реконструкция городов способствовали тому, что еще с середины 1920-х гг. в Иваново-Вознесенской губернии большое значение приобрело монументальное искусство. Устанавливались памятные знаки, обелиски, стелы на местах революционных событий, и на площадях открывались памятники, как правило, во время праздничных демонстраций.

Родина первого Совета - Иваново-Вознесенск стал первым в стране городом, где 7 ноября 1924 г. был открыт бронзовый памятник В.И. Ленину. Его автор - ленинградский скульптор В.В. Козлов (1887-1940) - внес весомый вклад в создание "Ленинианы" (им выполнен, в частности, памятник В.И. Ленину перед Смольным в Ленинграде); в Шуе была установлена копия ивановского памятника. В 1920-е гг. на создание монументов собирались народные деньги. Таким образом возникли памятники В.И. Ленину в Иваново-Вознесенске и Шуе, а также памятник Арсению - М.В. Фрунзе в Шуе (1927, ленинградский скульпт. М.Я. Харламов) [11].

Показательна история установки памятника В.И. Ленину в деревне Подвязново, где на траурном митинге в январе 1924 г. было решено собрать на него деньги. Уже через полгода в центре деревни был открыт бетонный бюст с надписью на постаменте: «Мировому вождю В.И. Ленину от крестьян деревни Подвязново 12 июня 1924 года». Бюсты Ленина и Маркса были поставлены в 1920-е гг. в Кинешме [11].

Все эти произведения были выполнены в традициях русской реалистической скульптуры. Стремлением к повышенной эмоциональности выделяется среди них памятник В.И. Ленину на центральной площади в Родниках, созданный мастером советского монументального искусства Б. Д. Королевым.

Курс на индустриализацию страны и приоритетное развитие тяжелой промышленности, принятый в 1933-1934 годах, привел к уменьшению значения текстильного производства и сокращению финансовых отчислений в Ивановский регион. Отличающийся особым своеобразием и яркостью период развития ивановской архитектуры 1920 - начале 1930-х годов активный, процесс разрушения храмов завершился. Темпы строительства снизились из-за отсутствия возможностей осуществления проектов. Изменение экономической ситуации совпало со стилистической переориентацией советской архитектуры на освоение классического наследия.

Храмы чаще всего уже не разбирались на кирпич, а переоборудовались под архивохранилище как Ильинская церковь [19] или использовались для общественных нужд как Спасская церковь Иваново-Вознесенка [20].

На основании изучения судеб исторических объектов Иваново-Вознесенской губернии можно сделать вывод, что эволюция и судьба памятников в пространстве культуры были тесно связаны с политическими процессами в советском государстве. Документально подтверждается связь закрытия храмов с фискальной политикой государственных органов. Необходимо акцентировать внимание на неправовых методах осуществления закрытия храмов. К тому же представители государственных структур постоянно пользовались методами подлога, фальсификации, физического и морального воздействия на священников, верующих.

Уничтожение культовых памятников повлекло утрату и многих культурных традиций: забвение духовных основ различных конфессий (ликвидация книг с сакральными текстами), потерям в музыкальном искусстве (невозможность православного хорового пения), уничтожение икон и иконописной школы живописи, полная утрата навыков в декоративно-прикладном искусстве. Ущербной стала и народная нравственность с ограничением влияния церковного права.

Возрождение религиозных традиций на современном этапе свидетельствует о существовании объективных закономерностей в культурных процессах. Но, несмотря на современные процессы реновации в культовом зодчестве и регенерации городской и сельской среды, отечественная культура понесла невосполнимые утраты.

Последствия борьбы с религией можно интерпретировать как трагические для отечественной культуры. Утрата памятников культового зодчества в 1920-1930-х годах повлекла за собой необратимые процессы в культурной среде всей страны и Иваново-Вознесенкой губернии, в частности. Что отразилось как в пространстве города, так и в сфере духовной и материальной культуры в целом.

Список литературы

1. Декреты Советской власти. М.: Издательство политической литературы, 1964. Т. 3. С. 232.

2. Декреты Советской власти. М., 1978. Т. 9. С. 219-220.

3. Охрана культурного наследия России ХУ11-ХХ вв.: хрестоматия. М., 2000. Т. 1. С. 409-410.

4. ГАИО. Ф. 393. Оп. 1. Д. 259. Л. 20.

5. Из парчи шили кепки для сыновей // Иваново-Вознесенск (г. Иваново). 2004. № 41 (26 октября). С. 26.

6. ГАИО. Ф. 2. Оп. 7. Д. 137. Л. 31.

7. ГАИО. Ф. 2669. Оп. 1. Д. 1. Лл. 1-3.

8. Равикович, Д. А. Охрана памятников истории и культуры в РСФСР // История СССР. 1967. № 2. С. 200-204.

9. Негасимый свет: судьбы храмов и судьбы людей земли Ивановской. Иваново: Ивановская газета, 2000. С. 155-160.

10. Дьяков А.Б., Дьяков П.А. История архитектуры площади Ленина г. Шуи// Краеведческие записки. Иваново: Ивановский гос. ун-т, 2007. Вып. 10. С. 201-207.

11. Свод памятников архитектуры и монументального искусства России: Ивановская область. Ч. 1. М.: Наука, 1998. С. 122-123.

12. Сиразиева Л. Как в Ивановской области разрушали церкви// Иваново-Вознесенск (г. Иваново) // Иваново-Вознесенск (г. Иваново). 2004. № 41 (26 октября). С. 26.

13. Тихомиров А. Церковь Александра Невского// Рабочий край. 1992. № 47 (4 декабря). С. 3.

14. ГАРФ. 5263. Оп. 1. Д. 94. Л. 33.

15. ГАРФ. 5263. Оп. 1. Д. 726. Л. 7,10.

16. ГАРФ. 5263. Оп. 1. Д. 117. Л. 5.

17. Тихомиров А. Ансамбль Лежневских церквей// Рабочий край. 1994. № 38 (5 октября). С. 3.

18. Тихомиров А. Как гибли храмы// Рабочий край. 1993. № 21 (18 июня). С. 4.

19. ГАРФ. 5263. Оп. 1. Д. 715. Л. 12.

20. ГАРФ. 5263. Оп. 1. Д. 729. Л. 7.

N. Lichak

The destruction of the Ivanovo-Voznesensk religious monuments in the 1920-1930s

In Soviet Russia the beginning of the 1920s was an extremely controversial time as far as monument conservation was concerned. Cultural heritage was put under protection by the rule of the legislative acts. But in the course of industrialization most antique monument and art monument were destroyed till the end of the 1930s.

Keywords: antique monument, Soviet Russia, the mltural Heritage, 1920-1930s, the Industrialization, Ivanovo-Voznesensk region.

Получено 10.06.2010 г.