Некоторые вопросы квалификации и расследования заведомо ложного сообщения об акте терроризма

1. Под регистрацией незаконных сделок с землёй (ст. 170 УК РФ) понимается совершение действий, предусмотренных правовыми актами, для придания сделке с землёй должного юридического значения без надлежащих к этому оснований.

2. Обязательным признаком данной категории преступлений, а именно регистрации незаконных сделок с землёй, является недействительность сделки, определённой ГК РФ.

3. Осознание должностным лицом неправомерности сделки с землёй, использование своего служебного положения при наличии корыстной или иной личной заинтересованности является ещё одним обязательным признаком понятия данного типа преступности.

4. Понятие преступности, связанной с регистрацией незаконных сделок с землёй, следует рассматривать в рамках криминологической характеристики экономической преступности, коррупционной преступности, организованной преступности, а также в их взаимосвязи, что будет представлять наиболее полную характеристику данного типа преступлений.

5. Актуальность изучения с точки зрения криминологии этого состава преступления связана с существованием ряда неразрешённых проблем в области земельных отношений и сделок с землёй.

Примечание

1 См. Скуратов Ю.И., Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу РФ. М., 1998. С. 215.

2 См.: Гаухман Л.И. Коррупция и коррупционные преступления. М., 2000.

3 См.: Криминология: Учеб. для юрид. вузов / Под ред. проф. В.Н. Бурлакова. СПб, 2002.

4 См.: Лопашенко Н.А. Квалификация должностных преступлений в сфере экономической деятельности. М., 1998.

С. А. Дробот, Д.В. Тишин НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ КВАЛИФИКАЦИИ И РАССЛЕДОВАНИЯ ЗАВЕДОМО ЛОЖНОГО СООБЩЕНИЯ ОБ АКТЕ ТЕРРОРИЗМА

На сегодняшний день одной из важнейших задач государства является обеспечение общественного порядка и общественной безопасности. В этой сфере одним из опаснейших преступлений является терроризм. Государство прилагает колос -сальные усилия для предупреждения и борьбы с проявлениями терроризма. И здесь особую значимость приобретает такой вид преступной деятельности, как заведомо ложное сообщение об акте терроризма. Это связано с тем, что происходит отвлечение сил и средств специальных служб от их непосредственных обязанностей и напрасно затрачиваются значительные материальные ресурсы, а также создается напряженная, нервозная обстановка в обществе.

Заведомо ложное сообщение о готовящемся взрыве, поджоге или иных действиях, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имуще-

ственного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, было криминализировано сравнительно недавно. 1 июля 1994 г. Федеральным законом № 10-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уго -ловно-процессуальный кодекс РСФСР» в действовавший в то время Уголовный ко -декс РСФСР была введена статья 2134 «Заведомо ложное сообщение об акте терроризма»1. Ранее действовавшему уголовному закону подобный состав был неизвестен, и подобные деяния квалифицировались как хулиганство по ст. 206 УК РСФСР. В Уголовном кодексе Российской Федерации, вступившем в действие с 1 января 1997 г., ответственность за заведомо ложное сообщение об акте терроризма предусмотрена ст. 207.

Общественно опасное деяние выражается в ложном сообщении о готовящемся взрыве, поджоге или иных действиях, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, т.е. о деянии, содержащем признаки терроризма (ст. 205 УК России).

В русском языке под сообщением понимается: 1) уведомление кого-нибудь о чем-нибудь, доведение до чьего-либо сведения; 2) то, что сообщается, известие 2.

По нашему мнению, в уголовно-правовом толковании под сообщением следует понимать доведение сведений (информирование) лица о готовящемся акте терроризма. Таким образом, преступление может быть совершено только в активной форме - в форме действия. Это обусловлено тем, что сама природа сообщения предполагает совершение лицом активных действий, направленных на то, чтобы информация, содержащаяся в сознании субъекта, стала известна иным лицам.

Деяние как признак объективной стороны преступления состоит в выполнении операций по доведению ложного сообщения о готовящемся акте терроризма до адресата. Форма сообщения и способ его передачи могут быть различными, в уголовном законе они не определены и на квалификацию содеянного не влияют, но зависят от формы выражения содержания сообщения - информации. Сообщение может быть сделано в устной или письменной форме, непосредственно (лицом к лицу с адресатом) или опосредованно (с использованием различных средств связи, третьих лиц).

Минимальный объем сообщения должен соответствовать признакам, указанным в диспозиции ст. 207 УК, т.е. содержать сведения о характере или способе готовящегося акта терроризма (например, для квалификации деяния как преступления достаточно того, что в сообщении будет указано: «Железнодорожный вокзал заминирован!»). Фактически же он может быть шире и содержать сведения о конкретном террористе, террористической организации, мотиве и целях, которые они преследуют, силе взрывного устройства и т.д.

Состав заведомо ложного сообщения об акте терроризма является формальным, и оконченным он должен признаваться с момента доведения ложной информации до адресата. При этом для квалификации данного преступления не имеет значения оценка достоверности сообщения его получателем, т.е. для состава, закрепленного в ст. 207 УК РФ, вполне допустима ситуация, когда получатель не поверил в реальность угрозы.

Если по какой-либо причине, не зависящей от воли виновного, ложное сообщение не дошло до адресата (например, письмо не было доставлено по адресу либо

записка с угрозой взрыва, прикрепленная к двери жилого дома, была сорвана ветром и т.п.), то содеянное согласно ч. 3 ст. 30 УК РФ следует квалифицировать как покушение на заведомо ложное сообщение об акте терроризма.

В диспозиции ст. 207 УК РФ используется понятие «готовящийся». Поэтому, по нашему мнению, сообщение должно содержать сведения не о признаках приготовления к терроризму (о приискании орудий и средств совершения акта терроризма, предварительном сговоре на совершение указанного преступления), а о признаках покушения на совершение взрыва, поджога и т.п. (например, об установке взрывного устройства на каком-либо объекте, заминировании железнодорожных путей, какого-либо здания, транспортного средства и др.). Тем более, ложное сообщение лишь о намерении совершить указанные действия состава преступления, предусмотренного ст. 207 УК, не образует. Данного мнения придерживаются многие исследователи 3.

Важное значение для квалификации исследуемого нами состава преступления имеют содержание и характер сообщаемых сведений. Ст. 207 УК РФ прямо указывает, что сообщение должно содержать в себе сведения о готовящемся взрыве, поджоге или иных действиях, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий.

Под взрывом следует понимать «процесс высвобождения большого количества энергии в ограниченном объеме за короткий промежуток времени» 4. Взрыв в зависимости от его природы, силы и других факторов может сопровождаться возникновением пожара.

Поджог - это умышленное вызывание пожара, т.е. осознанное совершение действий, направленных на воспламенение (возгорание) каких-либо объектов или создание условий для таковых последствий.

Под иными действиями, сведения о которых могут содержаться в заведомо ложном сообщении, подразумеваются самые разнообразные действия, подобные по характеру и интенсивности разрушительно-поражающим свойствам взрыва или поджога. К ним могут быть причислены: устройство обвалов, камнепадов, затоплений, аварий на объектах жизнеобеспечения населения водой, теплом, электроэнергией; блокирование транспортных коммуникаций, устройство аварий и крушений на транспорте; заражение воды, продуктов питания, способное вызвать эпидемию или эпизоотию, а также массовое отравление людей; действия, направленные на радиоактивное, химическое или бактериологическое заражение местности; захват и разрушение зданий и сооружений вокзалов, портов, торговых, культурных, религиозных и иных учреждений; действия, могущие повлечь нарушение производственных или технологических процессов на промышленных предприятиях, и т. д. 5.

Под опасностью гибели людей следует понимать реальную возможность смерти не менее двух человек.

Значительный имущественный ущерб является оценочным признаком. Его наличие обычно устанавливается с учетом всех обстоятельств преступного события, характера наступивших последствий, размера причиненного ущерба, имущественного положения потенциальных жертв и т.п. Следует подчеркнуть, что термин «значительный имущественный ущерб» относится не к последствиям заведомо ложного сообщения об акте терроризма, а к действиям, о которых содержатся сведения в сообщении.

Под опасностью наступления иных общественно опасных последствий, по-видимому, надлежит понимать опасность наступления последствий, сопоставимых по тяжести с гибелью людей и причинением значительного имущественного ущерба. Таковыми последствиями могут быть: дестабилизация обстановки в регионе (населенном пункте); нарушение работы транспорта, связи, объектов жизнеобеспечения населения, производственных предприятий; дезорганизация деятельности органов власти и управления; возникновение страха, паники среди людей; распространение эпидемий, эпизоотий, массовых отравлений людей и т.д.

В ст. 207 УК РФ прямо не указан круг адресатов ложного сообщения.

Адресат - это гражданин или организация, которым адресовано сообщение 6. Адресатом заведомо ложного сообщения об акте терроризма могут выступать частные лица

По мнению И.А. Попова, для признания деяния уголовно-наказуемым «необходимо выяснить, был ли адресат обязан или вынужден на них реагировать. Если сообщение передается лицу, которое не обязано было или не имело возможности на него реагировать, то в его действиях отсутствует состав преступления» 8.

Данная позиция представляется спорной, поскольку, во-первых, преступление имеет формальный состав, т.е. для квалификации не важно, наступили ли какие-либо общественно опасные последствия в виде нарушения деятельности предприятия, учреждения или организации, задержки отправления транспортного средства, нарушения покоя жильцов дома и т.д., вызванные необходимостью проведения правоохранительными органами поисковых и эвакуационно-заградительных мероприятий. Уголовно-наказуемым является сам факт посягательства на общественную безопасность в форме заведомо ложного сообщения. А во-вторых, сообщение может поступать в органы, обязанные реагировать на такие сообщения, и опосредованно: от преступника частному лицу (например, жильцу дома), а от частного лица сотруднику правоохранительного органа (и виновный может сознательно на это рассчитывать!). Между тем, ущерб общественной безопасности уже причиняется хотя бы в виде морального вреда гражданину, через которого сообщение было передано.

Таким образом, по нашему мнению, круг адресатов для состава исследуемого преступления принципиального значения не имеет и не может влиять на квалификацию деяния.

В настоящее время, после совершения серии террористических актов в США, достаточно широкое распространение по всему миру, в том числе в России, получил такой способ посягательства на общественную безопасность, как отправление писем, содержащих неизвестное вещество (например, порошок белого цвета). При этом, независимо от природы вещества, также причиняется значительный ущерб общественной безопасности, поскольку обнаружение таких писем влечет за собой необходимость проведения специальных исследований и карантинных мероприятий, дезорганизует нормальную работу учреждений и организаций, порождает в

обществе страх и неуверенность в способности государства противостоять терроризму и т.д. Здесь следует обратить внимание на то, что письма с неизвестным веществом в большинстве случаев не содержат никакого сообщения о природе вещества, причине его нахождения в конверте, возможных последствиях попадания данного вещества на кожу человека или в его организм и т.д., однако получатель такого письма реагирует на него как на опасное. Аналогичная ситуация возникает, когда правоохранительные органы обнаруживают макеты взрывных устройств при отсутствии предварительного сообщения о готовящемся взрыве. В данном случае в деянии отсутствуют признаки состава, предусмотренного ст. 207 УК РФ, так как здесь нет передачи сведений и в практической деятельности правоохранительных органов это приводит к отказу в возбуждении уголовного дела. Однако следует заметить, что смысл рассматриваемой нормы заключается в защите от ложной угрозы совершения террористических действий. Поэтому мы полагаем, что законодатель необоснованно ограничил сферу применения ст. 207 УК РФ. Без всякого сомнения, лица, использующие макеты взрывных устройств и ядовитых веществ, уверены в том, что потерпевший воспримет данные предметы как опасные. Исходя из этого, можно с уверенностью полагать, что общественная опасность заведомо ложного сообщения об акте терроризма не зависит от наличия угрожающих сведений. Таким образом, мы полагаем, что в диспозицию ст. 207 УК РФ следует внести дополнительный признак «имитация». В русском языке под имитацией понимается:

1) воспроизведение с возможной точностью, подражание кому-нибудь, чему-нибудь;

2) подделка подо что-нибудь 9. По нашему мнению, данное понятие достаточно точно отражает суть исследуемого деяния, потому что, во-первых, понятие «имитация» раскрывает сущность деяния, выраженного не сообщением, а иными действиями (демонстрацией, показом и т.п.), а во-вторых, оно указывает на ложный характер деяния, мнимость создаваемого представления. К тому же для действующего уголовного закона данное понятие не является новым. Пункт «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ к числу обстоятельств, отягчающих наказание, относит «совершение преступления с использованием оружия, боевых припасов, взрывчатых веществ, взрывных или имитирующих их устройств...».

Таким образом, в уголовно-правовом толковании под имитацией следует понимать действия лица по созданию ложной видимости совершения какого-либо общественно опасного деяния или созданию ложного представления об истинных свойствах какого-либо объекта, факта или явления.

Исходя из вышеизложенного, ст. 207 УК РФ, по нашему мнению, следует изложить в следующей редакции: «Заведомо ложное сообщение, а равно имитация готовящегося взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий ...».

Субъективная сторона заведомо ложного сообщения об акте терроризма характеризуется только умышленной формой вины в виде прямого умысла. Интеллектуальный момент умысла при заведомо ложном сообщении об акте терроризма определяется осознанием субъектом общественно опасного характера своих действий, т.е. заведомой ложности сообщаемых сведений о готовящемся взрыве, поджоге и т.д. Волевой момент умысла при совершении исследуемого преступного деяния характеризуется желанием совершить эти действия, т.е. сообщить ложные сведения.

Обязательным признаком состава рассматриваемого преступления является осознание виновным заведомой ложности сообщаемых сведений. Заведомая ложность сообщения служит признаком объективно-субъективным, поскольку, во-первых, сообщение не соответствует действительности, а во-вторых, виновный заведомо знает об этом (осознает это) и до, и в момент совершения преступления (даже не просто знает, а, как правило, само сообщение является плодом его вымысла) 10.

Мотивы и цели заведомо ложного сообщения об акте терроризма могут быть различными, так как законодатель не обозначил их в качестве обязательных. Цель, которую преследует виновный, отражает направленность умысла - введение в заблуждение лиц, которым адресовано сообщение. При этом результаты ложного сообщения могут быть самыми различными, например, стремление сорвать проведение занятий в учебном заведении, помешать конкурентам получить прибыль, воспрепятствовать нормальной работе каких-либо предприятий, учреждений или организаций, запугать конкретных людей, не опоздать на авиарейс и т.д. Мотивы заведомо ложного сообщения об акте терроризма также могут быть самыми разными. Чаще всего таковыми являются корысть, месть, ревность, зависть, хулиганские побуждения, националистические или религиозные предубеждения и др.

Если лицо, имея специальную цель воспрепятствовать работе избирательной комиссии, сообщает о готовящемся взрыве избирательного участка и содеянное полностью охватывается умыслом виновного, то речь, по нашему мнению, должна идти

об идеальной совокупности преступлений. Поэтому содеянное следует квалифицировать по совокупности ст. 207 и ч. 1 ст. 141 УК РФ («Воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий»). Аналогичной, думается, должна быть позиция при установлении соответствующей специальной цели при заведомо ложном сообщении об акте терроризма в случаях воспрепятствования осуществлению права на свободу совести и вероисповеданий (ст. 148 УК РФ) и воспрепятствования осуществлению правосудия (ч. 1 ст. 294 УК РФ).

При квалификации преступления, предусмотренного ст. 207 УК РФ, часто возникают вопросы разграничения данного состава со смежными составами преступлений. Здесь следует обратить внимание на разграничения рассматриваемого состава с составом заведомо ложного доноса (ст. 306 УК РФ). Заведомо ложное сообщение об акте терроризма должно содержать сведения именно о готовящихся действиях террористического характера, а не о любом преступном деянии. Именно по данному основанию следует отграничивать заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207 УК РФ) от заведомо ложного доноса (ст. 306 УК РФ). Однако если лицом было сделано сообщение о заведомо ложной причастности к подготовке акта терроризма конкретных лиц, то в зависимости от адресата данное деяние следует квалифицировать по совокупности с клеветой (ст. 129 УК РФ) или с заведомо ложным доносом (ст. 306 УК РФ).

Также сложности у правоприменителей могут возникать при отграничении состава, закрепленного в ст. 207 УК РФ, от состава терроризма. В соответствии с диспозицией ч. 1 ст. 205 УК РФ деяние может выражаться в виде угрозы совершения террористических действий. В данном случае разграничение должно проводиться по цели, которой руководствовался виновный. Для состава угрозы совершения акта терроризма обязательно наличие одной из целей:

1) нарушение общественной безопасности;

2) устрашение населения;

3) оказание воздействия на принятие решений органами власти.

Отсутствие указанных целей исключает уголовную ответственность за терроризм. Заведомо ложное сообщение об акте терроризма не может совершаться для достижения целей, характерных для терроризма.

Кроме указанных составов преступлений, с заведомо ложным сообщением об акте терроризма схож состав хулиганства. Сложности с разграничением данных составов возникают, когда заведомо ложное сообщение передается исходя из хулиганских побуждений. В этом случае рассматриваемые составы схожи по всем признакам состава и налицо возникновение конкуренции норм уголовного закона. Без всякого сомнения, в данной ситуации заведомо ложное сообщение об акте терроризма является частным случаем хулиганства. Т аким образом, рассматриваемая конкуренция норм относится к конкуренции общих и частных норм. В соответствии с правилами разрешения данного вида коллизии норм уголовного закона деяние должно квалифицироваться по ст. 207 УК РФ без ссылки на ст. 213 УК РФ.

Помимо вопросов квалификации заведомо ложного сообщения об акте терроризма в следственно-судебной практике возникают сложности на стадии возбуждения уголовного дела.

По делам о заведомо ложном сообщении об акте терроризма исключительно важен этап получения и проверки сообщения о готовящемся акте терроризма. От грамотности и последовательности действий на этом этапе зависит полнота сбора исходной информации о событии и его участниках, что, в свою очередь, сказывается на оперативности раскрытия преступления (установления лица, его совершившего) и успехе всего расследования в целом.

Вопросы периодизации расследования рассматривались в работах РС. Белкина, И.А. Возгрина, А.К. Гаврилова, И.Ф. Герасимова, В.И. Громова, Л.Я. Драпкина, Е.П. Ищенко, Н.К. Кузьменко, И.М. Лузгина, Н.П. Яблокова, И.Н. Якимова и других авторов. На сегодняшний день в криминалистике сформировалось детерминирующее представление о трехчленной периодизации расследования, в соответствии с которым весь процесс расследования преступления делится на три этапа: начальный, последующий и заключительный п.

Те действия, о которых идет речь (получение сообщения о готовящемся или совершенном взрыве, поджоге и т.д. и его проверка), согласно разд. 7 Уголовнопроцессуального кодекса РФ входят в стадию возбуждения уголовного дела, т.е. в криминалистическом понимании относятся к первоначальному этапу расследования преступления, поскольку «в любом случае расследование начинается в связи с обнаружением признаков какого-либо преступления, что всегда служит отправным моментом для возбуждения уголовного дела и начала расследования» 12.

Стадия возбуждения уголовного дела является первоначальным этапом уголовного процесса. До тех пор, пока в надлежащем порядке дело не возбуждено, не допускается ни дознание, ни предварительное следствие. В рамках стадии возбуждения уголовного дела следственные действия не осуществляются (за исключением осмотра места происшествия, освидетельствования и назначения судебной экспертизы в соответствии с ч. 4 ст. 146 УПК РФ), а создаются лишь необходимые предпосылки для их реализации.

Задачи, стоящие перед правоохранительными органами в стадии возбуждения

уголовного дела, состоят в фиксации первичных сведений, содержащихся в сообщении о готовящемся акте терроризма, в оперативной проверке полученных сведений, в определении наличия или отсутствия необходимых предпосылок для возбуждения уголовного дела и в принятии соответствующего официального решения. Это решение предполагает четкие ответы на вопросы: содержатся ли в деянии признаки преступления; нет ли обстоятельств, которые по закону препятствуют возбуждению уголовного дела.

Возбуждая дело по признакам ст. 207 УК РФ, необходимо быть уверенным в том, что совершенное действие является именно заведомо ложным сообщением о готовящемся акте терроризма. Для этого необходимо четко знать уголовно-правовую характеристику (состав) данного преступного деяния и обнаружить признаки состава преступления в конкретном событии.

Как показывает следственная практика, в большинстве случаев сообщение о готовящемся взрыве характеризуется недостаточностью сведений для решения вопроса о наличии или отсутствии состава преступления. Дело же может быть возбуждено только тогда, когда имеются достаточные данные, указывающие на признаки преступления. Вопрос о достаточности данных решается в каждом конкретном случае по внутреннему убеждению лица, возбуждающего уголовное дело.

Само сообщение о предстоящем взрыве не может рассматриваться в большинстве случаев в качестве повода для возбуждения уголовного дела, поскольку ч. 7 ст. 141 УПК РФ говорит о том, что анонимное заявление о преступлении не может служить поводом для возбуждения уголовного дела (а в большинстве случаев, как мы указывали, сообщение как раз является анонимным). Таким поводом, согласно п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ будет информация о совершенном преступлении от органа дознания, принявшего и проверившего сообщение, о чем в соответствии со ст. 143 УПК РФ составляется рапорт.

Однако помимо повода для возбуждения уголовного дела должно быть основание, т.е. наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Получить же достаточные данные можно лишь путем проверки поступившего сообщения. Поэтому для решения вопроса о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 207 УК РФ, либо об отказе в его возбуждении проводится проверка сообщения, в ходе которой необходимо установить:

1) точное содержание сообщения, наличие в нем сведений о готовящемся акте терроризма (о взрыве, поджоге и т.д. в соответствии со ст. 207 УК РФ), а не об иных преступных действиях;

2) ложный характер сообщения, т.е. несоответствие сообщения действительности (отсутствие взрывоопасного предмета на указанном объекте);

3) наличие или отсутствие оснований для отказа в возбуждении уголовного дела.

Если на этапе проверки сообщения и решения вопроса о возбуждении уголовного дела будет установлено лицо, сделавшее сообщение, то следует обязательно установить: заведомую ложность сообщения; цель совершенного деяния; возраст виновного, а также по возможности и иные обстоятельства (входящие в круг обстоятельств, подлежащих доказыванию), для установления которых не требуется производство следственных действий.

При наличии повода и основания для возбуждения уголовного дела таковое

возбуждается в соответствии с требованиями ст. 146 УПК РФ.

Говоря о подследственности, необходимо отметить, что ранее ч. 4 и 5 ст. 126 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР предусматривали обязательность производства предварительного следствия по уголовным делам о преступлениях, указанных в ст. 207 УК РФ. Причем подследственность по данным преступлениям была альтернативной: предварительное следствие производилось следователями Федеральной службы безопасности и следователями органов внутренних дел.

С 1 июля 2002 г. согласно п. 1 ч. 3 ст. 150 и п. 1 ч. 3 ст. 151 УПК РФ по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 207 УК РФ, предварительное расследование производится в форме дознания. Кроме того, УПК РФ устранил альтернативную подследственность по указанным уголовным делам, отнеся их к компетенции дознавателей органов внутренних дел.

Особенностью нового уголовно-процессуального закона РФ является положение о производстве дознания по уголовным делам, возбуждаемым в отношении конкретных лиц (ч. 1 ст. 223 УПК РФ). Однако в тексте закона не содержится никаких оговорок относительно возбуждения уголовного дела и производства предварительного расследования в форме дознания по делам, по которым производство предварительного следствия необязательно, но при отсутствии подозреваемого лица.

Думается, что возбуждение уголовного дела и производство расследования дознавателем в указанных случаях не только возможно, но и необходимо, поскольку в противном случае возможно появление негативной практики умышленного возбуждения уголовных дел не в отношении конкретных лиц, а по фактам, с целью последующей передачи уголовного дела в следственные органы для завершения расследования. Причем мы полагаем, что в таких случаях должностные лица органов дознания должны осуществлять расследование в рамках предельно установленного срока дознания (в соответствии с ч. 2 ст. 223 УПК РФ - 25 суток) и лишь затем направлять уголовное дело в следственное подразделение (через прокурора) для дальнейшего осуществления и завершения предварительного расследования.

В этой связи считаем необходимым предложить внесение дополнений в Уго -ловно-процессуальный кодекс РФ. Ч. 2 ст. 223 УПК РФ после слов «этот срок может быть продлен прокурором, но не более чем на 10 суток» следует дополнить положением: «В случае невозможности завершения дознания в установленный срок уголовное дело направляется прокурору для решения вопроса о дальнейшем производстве предварительного следствия».

Также ст. 223 УПК РФ следует дополнить ч. 3 в следующей редакции: «Дознание по уголовным делам, указанным в части третьей статьи 150 настоящего Кодекса, возбуждаемым по факту обнаружения преступления, производится в общем порядке, установленном для дознания по уголовным делам, возбуждаемым в отношении конкретных лиц». В соответствии с изложенным гл. 21 УПК РФ «Общие условия предварительного расследования» необходимо дополнить соответствующей статьей, предусматривающей направление уголовного дела для смены формы расследования.

Дознание по делам, отнесенным к компетенции органов внутренних дел, осуществляют дознаватели ОВД, должностные права и обязанности которых определены примерным положением «Об отделе (отделении, группе) дознания милиции общественной безопасности (местной милиции) горрайлиноргана внутренних дел,

органа внутренних дел на закрытом административно-территориальном образовании, режимном и особо важном объекте УРО (8 ГУ) МВД России», утвержденным приказом МВД России от 12 августа 1998 г. № 493.

Процессуальные полномочия дознавателя определены в ст. 41 и гл. 32 УПК РФ. Анализ указанных норм УПК РФ, регламентирующих порядок производства дознания и полномочия дознавателя, позволяет сделать вывод о том, что процессуальные полномочия дознавателя и следователя практически не отличаются друг от друга. Исключение составляют лишь отдельные положения, регламентирующие окончание дознания и обязательность исполнения указаний прокурора и начальника органа дознания.

Новый уголовно-процессуальный закон Российской Федерации устранил обязательность производства предварительного следствия по уголовным делам несовершеннолетних, поэтому в случае установления несовершеннолетнего подозреваемого осуществляется дознание по общему правилу.

Если в ходе дознания будет установлено, что расследуемое деяние совершено лицом в состоянии невменяемости или у него после совершения преступления наступило психическое расстройство, то согласно требованиям ст. 434 УПК РФ уголовное дело подлежит передаче в соответствующее подразделение для производства предварительного следствия.

Примечания

1 См.: Собрание законодательства РФ. 1994. № 10. Ст. 4109.

2 См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. 4-е изд., стереотип. М., 2001. С.624.

3 См., например: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. 2-е изд., изм. и доп. / Под общ. ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. М., 1999. С. 470; Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозя-кова. М., 2002. С. 475.

4 Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ ред. В.В. Мозя-кова. С. 475.

5 См.: Антонян Ю.М. Терроризм. Криминологическое и уголовно-правовое исследование. М., 1998. С. 276; Мальцев В. Ответственность за терроризм // Рос. юстиция. 1997. № 11. С. 35.

6 См.: Федеральный закон от 17 июля 1999 г. № 176-ФЗ «О почтовой связи» // Рос. газ. 1999. 22 июля.

7 Балбес из милицейской семьи // Криминал. хроника. 1994. №10.

8 Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ ред. В.В. Мозякова. С. 475.

9 См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. 4-е изд., стереотип. С. 204.

10 См.: Боровиков В.Б. Преступления против общественной безопасности: Лекция. М., 1999. С. 16; Хабибуллин М.Х. Ответственность за заведомо ложный донос и заведомо ложное показание по советскому уголовному праву. Казань, 1975. С. 56; Расследование терроризма: Учеб. пособие / Под общ. ред. О.Н. Коршуновой. СПб., 2001. С. 30.

11 См., например: Драпкин Л.Я. Ситуационный подход в криминалистике и проблема периодизации процесса расследования преступлений // Проблемы оптимиза-

ции первоначального этапа расследования преступлений. Свердловск, 1988. С.8 - 11; Белкин РС. Криминалистическая энциклопедия. М., 1997. С. 271.

12 Герасимов И.Ф. Этапы раскрытия преступлений // Следственные ситуации и раскрытие преступлений: Науч. тр. Вып. 41. Свердловск, 1975. С. 7.

А.А. Раков ПРЕСТУПЛЕНИЯ, СОВЕРШАЕМЫЕ МЕДИЦИНСКИМИ РАБОТНИКАМИ: УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

Проблемы правового регулирования вопросов оказания медицинских услуг населению создали благоприятную почву для проявления свободы действий, что приводит к нарушениям прав человека на реализацию права на здоровье. Сказывается также неразработанность ясной государственной концепции оказания медицинских услуг населению.

Между тем многолетние нарушения законодательства в области медицины не получают должного реагирования со стороны правоохранительных органов, что вызывает в общественном мнении неудовлетворенность и массу претензий к правоохранительным органам. Об этом свидетельствует обилие жалоб и обращений. Можно сказать, что по этой проблеме правоохранительные органы оказались в центре общественной критики.

Недостаточная активность реагирования правоохранительных органов обусловлена рядом обстоятельств, к числу которых относится недооценка общественной опасности и последствий.

Для активизации применения законодательства было проведено исследование, которое включало в себя длящееся в течение года наблюдение и содержательный анализ публикаций по оказанию медицинских услуг населению в центральных и местных газетах, анализ отечественных и зарубежных нормативных актов, регулирующих деятельность медицинских работников и определяющих их ответственность, изучение материалов доследственной проверки, следственных и надзорных производств в органах прокуратуры по делам, где в качестве субъектов преступления выступали бы медицинские работники.

Прежде чем поставить больному диагноз и назначить процедуры, любой врач будет описывать анализ, что означает сбор сведений о развитии заболевания, имеющемся недомогании, условиях жизни пациента, перенесенных больным ранее заболеваниях, а также другие существенные данные, которые необходимы для установления правильного диагноза, что впоследствии поможет выработать правильные мероприятия лечения. Если лечение назначено и выбрано правильно, то нет вопросов ни к медицинскому работнику, ни к государству.

В то же время, если неправильно поставили диагноз и не удалось достичь положительного результата, то имеет место наличие ситуаций, которые в некоторых случаях влекут нежелательные для пациента последствия, а именно возникает проблема уголовной ответственности медицинских работников.

Чем объясняется допущение медицинскими работниками действий, которые неизбежно вызывают правоотношения их с государством в лице правоохранитель-