Морфологическая ассимиляция галлицизмов в современном русскомязыке

УДК 800.61

Т. В. Стрекалева

МОРФОЛОГИЧЕСКАЯ АССИМИЛЯЦИЯ ГАЛЛИЦИЗМОВ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ

Влияние французского языка на лексический состав русского языка значительно. Несмотря на то что проблема освоения галлицизмов всегда привлекала внимание лингвистов, она остается не достаточно разработанной. Рассмотрена морфологическая ассимиляция галлицизмов в современном русском языке.

Лексический состав русского языка постоянно обогащается. Одним из основных способов пополнения лексического состава является заимствование слов из других языков, что обусловливается рядом лингвистических и экстралингвистических причин. Заимствование является естественным следствием установления экономических, политических, культурных и языковых связей с другими народами, когда вместе с реалиями и понятиями приходят и обозначающие их слова.

Источниками заимствований служили либо еще служат как славянские языки (польский, чешский), так и неславянские (греческий, латинский, французский, немецкий, английский и др.).

Значительный след в русской лексике оставил французский язык. Первые заимствования из французского -галлицизмы - проникли в русский язык в эпоху Петра I, и на протяжении времени этот процесс то усиливался, то ослаблялся. Да и отношение к галлицизмам всегда было неоднозначным. Наряду со сторонниками употребления иноязычных слов в русском языке всегда существовали ярые противники галлицизмов.

Взаимодействие русского и французского языков в силу большой культурно-исторической и лингвистической значимости последнего в жизни русского общества всегда привлекало внимание лингвистов. Множество трудов посвящено общему притоку галлицизмов в русский язык (Л. П. Крысин, В. В. Акуленко). Ряд работ посвящен их этимологическому исследованию (Е. А. Барутчева, Л. М. Баш, И. Г. Добродомов и др.). В некоторых исследованиях, объектом которых являются галлицизмы, может затрагиваться всего один аспект. Например, Э. А. Бурова в своей диссертации исследует прагмалингвистический аспект лексических галлицизмов в современном русском языке. Диссертационное исследование А. В. Минасян посвящено терминологии русского языка, заимствованной из французского языка.

И все-таки, несмотря на то что исследованию галлицизмов посвящено большое количество научных работ, есть вопросы, которые разработаны еще недостаточно, например стилистическая роль галлицизмов лишь затрагивается лишь несколькими авторами. По нашим данным, в лингвистической литературе не исследуются и функции галлицизмов во французской литературе, переведенной на русской язык. В то время как большое количество работ лингвистов посвящено роли англицизмов в средствах массовой информации, французские заимствования в современной прессе практически не исследуются.

В данной статье рассматриваются галлицизмы в современном русском языке на примере произведений русских авторов XVШ-XIX вв., французских произведе-

ний, переведенных на русский язык и современной прессы. Объектом исследования являются галлицизмы, прочно вошедшие в русский язык, а также галлицизмы-неологизмы - заимствования последних лет, которые еще не зафиксированы словарями.

Разносторонний анализ галлицизмов невозможно поместить в рамки одной статьи. Поэтому мы будем рассматривать один из аспектов исследования галлицизмов

- морфологическую ассимиляцию слов, заимствованных из французского языка.

Попав в русский язык, заимствованные слова на протяжении времени подвергаются ассимиляции, которая заключается в преобразовании их звукового облика, грамматической структуры и смыслового содержания в соответствии с внутренними законами русского языка. Исходя из этого, языкознание выделяет фонетическую, морфологическую и лексическую ассимиляцию заимствований. Все виды ассимиляции взаимосвязаны и находятся в постоянном взаимодействии.

Фономорфологическое усвоение заимствованной лексики приводит к ее подчинению закономерностям грамматического строя и звуковой системы русского языка. Это выражается, прежде всего, в приобретении заимствованными словами форм словоизменения, свойственных данной части речи в русском языке, в упрощении морфологической структуры некоторых из них. Таким образом, результатом ассимиляции является осмысление морфологической структуры заимствованной лексики.

Самым наглядным доказательством того, что заимствование влилось органической частью в систему языка, является существование производных от него слов, образованных по законам русской деривации, т. е. по аналогии со словообразовательными моделями русского языка. Полученные таким образом производные не являются заимствованиями в собственном смысле слова, заимствованным является лишь элемент, ставший продуктивным и влившийся в словообразовательную модель русского языка. Словообразование от заимствованной основы - процесс, свидетельствующий о полном подчинении иноязычного слова строю заимствующего языка.

Если образовывать производные могут только те заимствования, которые стали широкоупотребительными словами русского языка, то фонетические изменения претерпевают практически все заимствования. Фонетическое усвоение французских заимствований приводит их к подчинению нормам фонетического строя русского языка. Фонемы, чуждые звуковому строю русского языка, заменяются наиболее близкими русскими фонемами и их вариантами.

Степень общенародной распространенности заимствований в значительной мере определяет их словообразовательную продуктивность и способность сочетаться со словами исконной лексики. Характерной чертой лексической ассимиляции заимствований является вхождение их в устойчивые словосочетания в русском языке, а также их смысловое сближение со словами исконной лексики.

Заимствованное слово при своей адаптации, как отмечает Б. Н. Забавников [1], проходит процесс от усвоения к освоению. Ассимиляцию заимствованных лексем можно представить в двух аспектах:

- в обращении к дихотомии «язык - речь», понятие которой было введено в лингвистику французским ученым Ф. де Соссюром: «Язык - это клад, практикою речи отлагаемый во всех, кто принадлежит одному общественному коллективу, это грамматическая система, потенциально существующая в каждом мозгу... Речь есть индивидуальный акт воли и понимания» [2]. При двойственном членении разграничивают окказиональное заимствование, которое принадлежит факту речи, и узуальное заимствование, которое принадлежит к факту языка. Факту языка обязательно предшествует факт речи, но не обязательно факт речи становится фактом языка;

- в обращении к триаде «употребление - норма -структура (система) языка». Тройственное членение было введено в лингвистику Э. Косериу. При тройственном членении о заимствовании говорят как о факте употребления, как о факте нормы и как о факте системы языка. К третьей ступени (к системе языка) заимствованные слова могут быть отнесены только в том случае, если они полностью адаптировались в принимающем языке.

Согласно Р. С. Кимягаровой [3], при переходе слова из одной языковой системы в другую его материальная форма претерпевает в принимающей среде различные изменения как в пору его вхождения, так и в течение последующего функционирования слова в новом для него языке, т. е. слово, примыкая к какой-либо парадигме, обретает определенные грамматические и синтаксические связи. Результат взаимодействия языков многообразен: от полного неприятия (варваризмы) до полной грамматической интеграции слова.

Выделяют следующие этапы освоения иноязычного слова в русском языке [4]:

- 1-й этап - начальный. Слово употребляется в тексте в исконной орфографической и фонетической форме, т. е. не подвергается транскрипции или транслитерации. Лексема употребляется в качестве своеобразного вкрапления, например:

Бедная блондинка выдержала самый неприятный tete-a-tete (Н. В. Гоголь, «Мертвые души», далее - МД).

Никто не плакал; слезы, были бы — une affectation (А. С. Пушкин, «Пиковая дама») (пример приводится у Л. П. Крысина).

Цветных платков, чулков a jour,

С ужасной книжкою Гизота,

С тетрадью злых карикатур (А. С. Пушкин, «Граф Нулин») (пример приводится у Л. П. Крысина).

В современном языке a jour существует в форме ажурные;

- 2-й этап - приспособление слова к системе принимающего языка - его транслитерация или транскрипция, а также отнесение к определенной части речи. Слово оформляется в морфологическом и словообразовательном плане и перестает употребляться в качестве вкрапления. По утверждению Л. П. Крысина, несмотря на фонетическое и грамматическое освоение слова, оно может восприниматься носителями языка как не вполне привычное для сознания, сопровождаясь объяснениями или комментариями. Анализ фактического материала подтверждает слова Л. П. Крысина:

Часто ли у тебя бывает дежавю (ощущение, что ты уже бывала в ситуации и в месте, куда попала в первый раз) (журнал «Cosmopolitan», далее - Cosmo. 2005. Авг. С. 267).

Специально для туристов подают лягушек и эскар-го

В приведенных примерах галлицизмы сопровождаются объяснениями. Слова эскарго и дежавю в данном случае нельзя отнести к первому этапу освоения иноязычных слов, так как они передаются в русской графике, т. е. в транскрибированном виде;

- 3-й этап - этап, когда носители языка перестают воспринимать заимствованную лексику как «чужую», она употребляется на равных с другими словами языка. Однако возможно сохранение определенных жанрово-стилистических особенностей;

- 4-й этап - дополнительный (определение Л. П. Кры-сина), на котором слово утрачивает свои жанрово-стилистические особенности: «На этапе выхода иноязычного слова за рамки специальной сферы или какой-либо социальной среды окончательно формируется его семантика»;

- 5-й этап - регистрация заимствованной лексемы в словаре. Фиксация слова в словаре является свидетельством того, что слово принадлежит лексико-семантической системе данного языка.

Анализ работ различных авторов показывает, что можно выделить следующие типы ассимиляции заимствованного слова:

- графическая;

- фонетическая;

- морфологическая;

-лексическая;

- семантическая.

Остановимся на одном виде адаптации галлицизмов

- морфологической ассимиляции.

Иногда в лингвистической литературе встречается термин грамматическая ассимиляция. Процесс адаптации французских заимствованных слов в русском языке выражается в их подчинении его грамматическому строю. Французские заимствованные лексемы с самого начала их существования в русском языке подводятся под активные грамматические категории. Эти слова приобретают формы словоизменения, которые свойственны данной части речи в русском языке, и образуют эти формы по образцу исконно русских слов.

Морфологическое оформление заимствованных существительных

Категория рода. В русском языке для каждого имени существительного обязательна родовая классификация. Решающим фактором при определении рода неодушевленных существительных является флексия. Отнесение неодушевленных заимствованных существительных к какому-либо роду объясняется двумя причинами: 1) слово стремится сохранить род языка-источника; 2) слово приобретет род в принимающем языке в зависимости от абсолютного конца слова.

При заимствовании слов из французского языка отбрасываются такие морфологические оформители, как французские артикли le, la, les, которые служат для выражения рода и числа существительных.

Галлицизмы, оформленные в русском языке как существительные мужского рода. При анализе заимствованных лексем, относящихся к мужскому роду в русском языке, было выявлено, что существительное может сохранять род языка источника, например:

Сейчас ведутся работы по озвучиванию и монтажу этого фильма (журнал «Glamour», далее - Glam. 2005. № 8. С. 149).

Иначе после ужина ты будешь выглядеть как жертва неудачного татуажа (Cosmo. 2005. Сент. С. 90).

Родня залезает в семейный экипаж (Glam. 2005. N° 8. С. 122).

Анализ фактического материала показывает, что большое количество заимствованных слов, имеющих в русском языке мужской род, во французском языке являются существительными женского рода, например:

Он насвистывал старинный марш (А. С. Пушкин, «Капитанская дочка», далее - КД) (от фр. la marche).

Может быть, вы с женихом совершили ночной променад на мотоциклах? (Cosmo. 2005. Сент. С. 46) (от фр. la promenade).

Мой девиз очень прост: Тяжело за компьютером -легко у кассы (Glam. 2005. № 8. С. 71) (от фр. la devise).

В русском языке к мужскому роду в большинстве случаев относятся существительные на твердый или мягкий согласный. Под данное правило подводятся и заимствованные лексемы. Существительное приобретает род в зависимости от его формы, а не от того, какой род эта лексема имела в языке-доноре.

Галлицизмы, оформленные в русском языке как существительные женского рода. В русском языке к женскому роду относятся существительные с окончанием на -а, -я, кроме слов, относящихся к лицам мужского пола. Г аллицизмы женского рода, в языке-источнике имеющие другое окончание, чаще всего приобретают окончание -а, например:

Дизайнеров всех... является та, чье имя стоит на этикетке (Glam. 2005. № 8. С. 30).

Мода на стервозность скоро пройдет (Glam. 2005. № 8. С. С. 42).

Теперь смотрю: спектакль включили в афишу очередной «Золотой маски» («Литературная газета», далее

- ЛГ. 2005. № 28. С. 10).

Приведенные в качестве примеров существительные во французском языке относятся к женскому роду и за-

канчиваются на непроизносимую -е-muet. Для сохранения рода заимствованного слова в русском языке данные лексемы приобретают окончание -а. Однако, как было указано выше, в некоторых случаях существительные женского рода, во французском языке оканчивающиеся на -е-muet, примыкают к существительным мужского рода в русском языке: слово транскрибируется, и согласно форме его относят к существительным мужского рода.

Галлицизмы, оформленные как существительные среднего рода в русском языке. Заимствованные существительные среднего рода представляют особый интерес ввиду отсутствия среднего рода во французском языке. Как показывает исследование, чаще всего заимствованные из французского языка существительные мужского рода, которые оканчиваются в русском языке на -о, -е, -и, приобретают средний род, например:

Я, кстати, с восхищением послушал удивительное эссе (ЛГ. 2005. № 32. С. з).

Литературное жюри присуждает премию гею за роман о страданиях геев (ЛГ. 2005. № 32. С. 4).

. в углу находился женский серебряный туалет и трюмо (А. С. Пушкин, «Дубровский»).

Среди заимствованных существительных Р. С. Кимяга-рова выделяет слова-дублеты, т. е. лексемы, которые на протяжении определенного промежутка времени сохраняют два рода [5]. Причиной дублетности в языке выступает стремление сохранить род языка-источника - его внешнюю орфографическую форму. Слова-дублеты могут исчезать из языка: к примеру, французское существительное мужского рода le voile в XIX в. оформлялось как существительное мужского рода в русском языке. В настоящее время существительное вуаль имеет женский род. Однако некоторые слова-дублеты сохраняются в языке до сих пор: желатин(а), жираф(а), манжет(а) и т. д.

Проблему дублетности в языке освещает также Л. А. Новиков [6]. Он считает, что дублетные, или «родовые» формы возникают в языке в результате различного восприятия одного и того же иностранного слова. Иногда эти слова-дублеты имеют разное содержание и становятся отдельными самостоятельными лексемами. В качестве примера Л. А. Новиков приводит слова карьер (быстрый конский бег; место разработки угля, торфа, песка) и карьера (успешное продвижение вперед в различных областях деятельности).

Категория склонения. Во французском языке данная категория отсутствует. Включение иноязычных слов в тот или иной тип склонения в русском языке происходит в зависимости от финали слова.

К первому склонению относятся существительные мужского и женского рода на -а, -я, например:

Очень похоже на нынешние антрепризы (ЛГ. 2005. № 28. С. 9).

Следует отметить, что сумма взноса должна получить одобрение национальной ассамблеи (ЛГ. 2005. № 28. С. 9).

При анализе лексического материала галлицизмов мужского рода, примыкающих к первому склонению, выявлено не было.

Ко второму склонению относятся существительные мужского рода с нулевым окончанием, существительные

среднего рода на -о, -е. Из существительных, заимствованных из французского языка, ко второму склонению относятся исключительно существительные мужского рода, например:

Длинные ухоженные волосы, ненавязчивый макияж, стильные джинсы, ^osmo. 2005. Авг. С. 34).

Толком в футбол играть я не умею, но не упускать же такой шанс (Cosmo. 2005. Авг. С. 82).

Существительные, заимствованные из французского языка, которые в русском языке примыкают к среднему роду и оканчиваются на -о, -е, являются несклоняемыми, например:

Интерактивное ток-шоу, сценическая феерия-дефиле, латино-американские танцы (ЛГ. 2005. № 27. С. 10).

Вдоль шоссе - пожалуйста. А под окнами - извините... (ЛГ. 2005. № 32. С. 4).

В качестве аксессуаров добавьте массивные деревянные браслеты, и колье из бирюзы. (Glam. 2005. № 8. С. 3).

К третьему склонению примыкают заимствованные существительные женского рода на мягкий согласный, например:

Я поклялся застрелить его по праву дуэли (А. С. Пушкин, «Выстрел»).

В доме были открыты все окна, антресоли были заняты... (МД).

Обе сестры обожали оперетту, были одинаково коротко подстрижены, носили брюки и страдали от мигреней (Cosmo. 2005. Авг. С. 176).

В словах со сложной морфологической структурой нередко происходит процесс опрощения, т. е. они утрачивают в русском языке значение составляющих частей и воспринимаются как простые слова. Склонение данных слов не отличается от склонения простых существительных, например:

Оказалось, что все это время мой любимый муж спал спокойно в шезлонге (Cosmo. 2005. Авг. С. 82).

Кто-то должен танцевать и в кордебалете (Cosmo. 2005. Авг. С. 224).

Слово кордебалет соответствует французскому словосочетанию corps de ballet (с аналогичным значением «артисты, которые исполняют групповые танцы»). Это словосочетание в русском языке воспринимается как единое целое.

Существительные шезлонг и кордебалет относятся ко второму склонению существительных в русском языке.

Существительное мизансцена, восходящее к французскому словосочетанию mise en s^ne, также воспринимается как одно слово:

Директор, следивший за удачной мизансценой, прикладывал в уме, какие можно было бы получить сборы.... (Э. Золя, «Нана», далее - Н).

Слово мизансцена относится к первому склонению в русском языке.

Слова с нетипичными для русского языка окончаниями в единственном числе именительного падежа склонению не поддаются:

Позволь душа, я тебе влеплю один безе (МД).

Часто ли у тебя бывает дежавю? (Cosmo. 2005. Авг С. 267).

Дело за жюри. (Glam. 2005. Авг. С. 65).

Категория числа. Логическая основа категории числа в русском и французском языках и история их развития имеют много общих черт. Анализ фактического материала показывает, что при переоформлении французских существительных русскими языковыми средствами отклонений практически не наблюдается. Существительные, которые во французском языке употребляются во множественном числе, в русском языке также оформляются как существительные множественного числа, например:

Зал ликовал и аплодисментами лил расставание с дягилевским биеннале на два года (ЛГ. 2005. № 27. С. 122).

Воздух, насыщенный техномузыкой, кромсают лучи. За кулисами, правда, поспокойнее (Glam. 2005. № 8. С. 122).

Однако в некоторых случаях французское существительное имеет единственное число, а заимствованная лексема в русском языке употребляется исключительно во множественном числе, например:

Боску надоели сантименты (Н).

Морфологическое оформление заимствованных глаголов и прилагательных

Если при заимствовании существительных слово может сохранять свой морфемный состав, то при заимствовании глаголов обязательной является субституция морфем. Анализ лексического материала показывает, что глаголы, заимствованные из французского языка, оформляются при помощи русских суффиксов -ирова-,

-изирова-, -ова-, -изова- и др., например:

Из-за нее две дамы, большие приятельницы и даже родственницы, перессорились совершенно именно за то, что одна из них манкировала контрвизитом (МД).

. а Иван Кузьмич не почел за нужное рапортовать о моем поединке (КД).

. которые должны отфильтровывать всех, достигших ЕС, мигрантов и беженцев (ЛГ. 2005. № 32. С. 13).

Для имени прилагательного в русском языке происходит их адаптация с использованием суффиксов -альн-,

-арн-, -ичн-, -ин-, например:

Оказывается, он такой сентиментальный! Никогда бы не подумала (Glam. 2005. № 8. С. 122).

Однако во французском языке до сих пор функционируют неосвоенные французские прилагательные. Р. С. Кимягарова приводит в качестве примеров прилагательные беж и модерн [7]. Анализ фактического материала свидетельствует о наличии в языке параллельных моделей - неосвоенного прилагательного беж и освоенного прилагательного бежевый, например:

Пальто цвета беж (Glam. 2005. № 8. С. 224).

Для губ используй помаду или блеск неяркого розового или бежевого оттенка (Glam. 2005. № 8. С. 213).

.. и никаких темных тонов, особенно коричневого и бежевого (Glam. 2005. № 8. С. 213).

Таким образом, заимствованные слова, попадая в русский язык, проходят сложный процесс адаптации. В данной статье рассмотрен один из видов ассимиляции галлицизмов - морфологическая ассимиляция. Заимствованная лексема приобретает морфологические признаки, свойственные русским частям речи. Некоторые кате-

гории, присущие русским лексемам, во французском языке отсутствуют, тем не менее существительные-галлицизмы приобретают склонение (лишь в некоторых случаях оставаясь несклоняемыми), а глаголы-галлицизмы в русском языке также приобретают новые категориальные значения, например видовые. Таким образом заимствованные слова ассимилируются в русском языке. Анализ фактического материала показал, что существительные-галлицизмы являются наиболее многочисленной группой. Они составляют около 80 % от всех лексем, заимствованных из французского языка. Морфологическая ассимиляция является важным аспектом освоения галлицизмов. Однако другие виды ассимиляции (графическая, фонетическая, лексико-семантическая) также имеют большое значение в исследовании заимствованных слов.

Процесс заимствования лексем свидетельствует не только о контактах между русским и французским языками. То, каким образом осваивается заимствованная лексема, показывает картину глубокого и разностороннего интереса к иным культурам. На протяжении времени этот интерес укреплялся, развиваясь с разной степенью интенсивности в различные исторические эпохи. При помощи заимствования иноязычных слов, освоения поня-

тий, выражаемых ими, обогащается система средств выражения русского языка. Изменения в лексическом составе и семантике являются свидетельствами, а в некоторых случаях - и орудиями ментальных подвижек.

Библиографический список

1. Забавников, Б. Н. Семантическое освоение французских лексических заимствований в современном немецком языке / Б. Н. Забавников // Филологические науки. 1977. № 4. С. 71.

2. Соссюр, Ф. де. Курс общей лингвистики / Ф. де Сос-сюр. М., 2004. С. 15.

3. Кимягарова, Р. С. Типы и виды адаптации заимствованной лексики в русском языке нового времени (XVШ-XX вв.) / Р. С. Кимягарова // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 9: Филология. 1989. N° 6. С. 70.

4. Крысин, Л. П. Этапы освоения иноязычного слова / Л. П. Крысин // Русский язык в школе. 1991. № 2. С. 74.

5. Кимягарова, Р. С. Указ. соч. С. 75.

6. Новиков, Л. А. О семантическом переоформлении заимствованных слов в русском языке / Л. А. Новиков // Русский язык в школе. 1963. № 3. С. 7.

7. Кимягарова, Р. С. Указ. соч. С. 76.

T. V Strekaleva

THE GALLICISMS MORPHOLOGICAL ASSIMILATION IN THE RUSSIAN MODERN LANGUAGE

French influences considerably the vocabulary of Russian is considerable. The problem of The Gallicisms assimilation attracts the linguists’ attention, but there are several unsolved problems connected with this question. This article deals with the morphological assimilation of Gallicisms.