Возможности развития институтов предпринимательства в России

Предпринимательство

Михайлов В. С. М1ШаЮ V. &

аспирант кафедры «Экономика и менеджмент» Института экономики и сервиса, ФГБОУВО «Уфимский государственный нефтяной технический университет», г. Уфа, Российская Федерация

ВОЗМОЖНОСТИ РАЗВИТИЯ ИНСТИТУТОВ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В РОССИИ

Актуальность научных исследований и публикаций, посвященных формальным и неформальным институтам предпринимательства в современной России, насущным проблемам чрезмерно низкого качества существующего институционального обеспечения развития российской инновационной экономики и, что особенно важно, ее частнопредпринимательского сектора, уже практически не вызывает сомнений ни у экономистов, ни у социологов. Происходит это потому, что институциональное обеспечение развития российского предпринимательства на данный момент недостаточно эффективно, и это приводит к замедлению развития предпринимательства, в первую очередь, инновационного в современной российской экономике. Неудовлетворительные институциональные условия развития предпринимательства в современной России создают своеобразную институциональную ловушку, из-за такой ловушки к предпринимательству относятся как к слишком опасному занятию, то есть неэффективные формальные институты негативно действуют на эффективные неформальные институты. Причины неэффективности российских неформальных институтов кроются в российской системе базовых институтов, определяющих природу и характер развития российского общества, то есть в российской институциональной матрице. Исследуя существующую на данный момент российскую институциональную матрицу, учитывая ее многочисленные особенности, мы проанализируем историю развития сложившейся на данный момент институциональной среды обеспечения предпринимательства России с целью найти причины ее недостаточного развития. Исследование поможет установить причины ее современного состояния и установить возможности постепенного улучшения и опасности, угрожающие развитию предпринимательства в России, найти возможности их развития.

Ключевые слова: неформальные институты, предпринимательство, инновации, государство, налоги, занятость, спрос, предложение, труд, земля, капитал.

OPPORTUNITIES FOR THE DEVELOPMENT OF ENTREPRENEURSHIP IN RUSSIA

Today, the relevance of research and publications devoted to formal and informal institutions entrepreneurship in modern Russia, urgent problems of excessively low quality of the existing institutional support for the development of the Russian innovation economy and, most importantly, its private business sector, already practically does not cause doubts neither economists nor sociologists. This is because institutional support for the development of Russian business at the moment not sufficiently effective and it tends to slow down the development of entrepreneurship, first and foremost innovation in modern Russian economy. Poor institutional conditions of entrepreneurship development in modern Russia creates a kind of institutional trap, because this trap to entrepreneurship are treated as too dangerous occupation, that is, inefficient formal institutions are negatively affecting effective informal institutions. Causes of inefficiency of the Russian informal institutions rooted in the Russian system of basic institutions that shape the nature and character of development of Russian society, that is, in the Russian institutional matrix. Exploring existing at the moment the Russian institutional matrix, given its numerous features, we will anal-

УДК 346.26

Innovative development

yse the history of the development of the current institutional environment for entrepreneurship in Russia with the aim to find the reasons for its underdevelopment. Also this study will help to establish the cause of her current state and to enable its gradual improvement, to establish the threats to the development of entrepreneurship in Russia, to find possibilities of development of entrepreneurship in Russia.

Key words: institutions, informal entrepreneurship, innovations, government, taxes, employment, demand, supply, labor, land, capital.

В соответствии с целью нашего исследования все вероятные потенциальные возможности развития институтов предпринимательства мы будем анализировать в разрезе проблем на пути их развития, которые необходимо устранить, а основной причиной недоразвития предпринимательства (капитализма) в России как в российской, так и в зарубежной науке признано консервативное российское мировоззрение (российские общественно-культурные установки). Но, как демонстрирует история, консервативные ценности воздействуют не на саму по себе возможность ведения предпринимательской деятельности, а на методы, конструкции и моральные принципы ведения предпринимательской деятельности [1]. Подтверждениями подобному выводу являются феноменальный успех предпринимателей-старообрядцев и их активная деятельность в золотой век предпринимательства (конец XIX в. — начало XX в.). В этот период старообрядцы, которые обладали активным предпринимательским менталитетом, будучи меньшинством среди населения России, составляли большинство среди успешных предпринимателей того времени. Известно, что данный период активизации предпринимательской инициативы оказал положительное влияние на развитие основных компонентов формальной и неформальной институциональной среды:

— образовательных институтов (процент грамотного населения возрос среди мужчин с 31 % до 54 % и среди женщин с 13 % до 26 %, государственные расходы на образование увеличились примерно в 8 раз);

— институтов урбанистических поселений (число городов увеличилось с 600 до 1000, численность горожан - в 2,2 раза);

— института ярмарки (в 1865 г. их действовало 6,5 тыс., к 1911 г. — 16 тыс.);

— частной собственности (хотя внедрение этого формального института в отношении земли вызывало сильное сопротивление населения, общину покинули всего 24 % дворов);

— института кредитования (к 1914 г. Россия относилась к странам с высокоразвитой банковской системой, быстро возрастало число банков в провинциях, обществ взаимного кредитования, а также кредитной кооперации);

— института вольнонаемного труда (рынок труда развивался довольно быстро, параллельно с развитием института частной собственности, в данном случае на землю).

Если говорить о фенотипах экономических институтов, то можно сказать, что в «золотой век» предпринимательства быстро создавались основные институты Y-матрицы (наемного труда и частной собственности). При этом влиятельными оставались такие устойчивые и традиционные формальные Х-институты, как правительственный протекционизм (широкое привлечение иностранных инвестиций, таможенная защита от конкуренции, помощь финансовая и административная в развитии и расширении организаций) и община. Изучая результаты реформ середины XIX в., одни экономисты результатом считают «российское экономическое чудо», другие — что реформы привели к накоплению противоречий и к Октябрьской революции [2]. По нашему мнению, мысли основателя экономической антропологии Карла Поланьи, изложенные им в исследовании «Наша устаревшая рыночная психология» (1947 г.), очень правдоподобно и точно описывают осуществляемое в России уничтожение традиционного способа производства и ускоренное распространение рыночных институтов: «Либеральная экономика...

Bulletin USPTU. Science, education, economy. Series economy. № 3 (21), 2017

привела к резкому разрыву с прошлым..., земля и труд превратились в товар..., подлинное значение этого события можно оценить, только поняв, что труд - это синоним человека, а земля — синоним природы..., не экономическая система встроена в социальные отношения, а эти отношения встраиваются теперь в экономическую систему». С точки зрения теории институциональных матриц, «революция, в конечном счете, приводит к восстановлению институционального равновесия в обществе и возвращает его в рамки эволюционного развития». Так, в начале ХХ в. революции в России построили в иных институциональных формах «институты раздаточной экономики, деформированные в ходе так называемого развития капитализма».

Резюмировать накопленную ранее информацию можно таким образом: исторически российская институциональная среда была вредна интересам предпринимательства, исходя из положений рыночной парадигмы. «Институциональной поддержкой» для российских предпринимателей и их групп на фоне нехватки требующих формальных институций Y-типа выступали формальные Х-институты государственной поддержки (протекционизма), семейного предпринимательства, а помимо того и неформальные Х-институты персонифицированных связей, общины [3]. Исходя из основных положений раздаточной парадигмы, российское институциональное поле не было и не способно быть иным, по той причине именно Х-институты выступают базовой архитектурой российской экономической системы. Это говорит о том, что раздаточная парадигма соответствует российской форме социальной жизни, существующей на протяжении многих веков.

Важный вывод, который дает возможность выполнить нам исследования, состоит в том, что открывается определенная преемственность Х-институтов с российской формой социальной жизни - «миром». Если прежде соборность общины сохраняла нерушимое духовное значение, то на данный момент наша «соборная ментальность» проявляется в желании оставаться активным деятелем общины в ее более современной форме —

Предпринимательство

большой сети личных связей, что приводит к тому, что быстро происходит быстрое формирование определенного институционального социального механизма.

В России Х-матрица материализует себя в основном через патернализм, темной стороной которого остается мировоззренческая установка некоторых современных россиян, которые государству отводят основную роль в решении даже некоторых частных проблем [4]. Ярким примером подобного стремления является направленность немалой доли вопросов, получаемых Президентом РФ на прямых линиях и на иных мероприятиях, предполагающих встречу с избирателями [5].

Мы считаем, что главный недостаток российской институциональной среды состоит в том, что она формирует два основных слоя: наружный (поверхностный), формируемый номинально по рыночному типу, и скрытный (глубинный), неформально направляющий усилия экономических агентов по неэффективному раздаточному принципу (Х) [6]. Не является ли это результатом того, что некоторые российские чиновники, увлекаясь перениманием чуждых РФ институтов, пренебрегает некоторыми особенностями российского институционального устройства? Сложно не согласиться с российским историком И.Н. Васевым, изучавшим особенности российской общины как альтернативы западноевропейскому гражданскому обществу, в том, что избавившись от собственного исторического прошлого, Россия стремится реализовать скопированные извне системы местного самоуправления, гражданского общества [7]. Но в том случае, если эти теории, будучи созданными западноевропейскими интеллектуальными силами для западноевропейских же условий, по каким-то причинам не всегда могут приносить положительные плоды в российских институциональных условиях, то сторонники заимствования передового западноевропейского опыта только выражают крайнее недоумение по поводу полнейшей неготовности российского социума воспринимать эти нововведения [8]. Влияние психолого-культурного и ментального слоев экономико-

Innovative development

социальной системы на институциональные особенности поведения людей неоднократно выявлялось исследователями трансформационных процессов разных лет: экономистами, социологами, психологами, антропологами, физиологами, маркетологами [9]. Сегодня уже общепризнанным выступает тот факт, что об устойчивости институциональных изменений в экономике можно говорить лишь тогда, когда они воспринимаются населением на подсознательном уровне, проникают в сферу ментальности, быстро доходят до уровеня глубинных базовых убеждений, символов, ценностей, установок, которыми люди пользуются в своем повседневном хозяйственном поведении.

Результаты проведенного исследования. История становления и развития российской институциональной среды шла по таким путям, что она не может быть включена в концепции либеральной экономики, поскольку из века в век имеет недостаточно развитые формальные Y-институты. Но если до середины XIX в. слабость рыночных институтов была особенно заметна на фоне высокоразвитых базовых Х-институтов и отчасти компенсировалась мощными неформальными Х-институтами, то на данный момент институциональное поле видится нам перевернутым. На этом перевернутом поле на фоне недостаточно развитых базовых Y-институтов сильны и устойчивы неформальные вспомогательные Х-институты, что порождает антигосударственные настроения, недоверие к любой инициативе правительства и, как результат, неэффективность государственной политики.

Вывод

В заключение можно сделать вывод, что в современную эпоху и в ближайшем будущем постепенное усиление влияния неформальных Х-правил будет осуществляться на фоне быстрого развития и усиления формальных рыночных (Y) институтов, применяемых в основном в роли базы институциональной матрицы. Формируется представление о полной бесперспективности развития российского институционального устройства —

замкнутого круга длительной взаимной предопределенности, обусловленности недостаточно развитых формальных Y-институтов и сопряженных с этими институтами неформальных Х-правил, когда последние, уменьшая действие первых, не дают им возможность прогрессировать, а неразвитость У-институтов в еще большей степени способствует усилению неформальных Х-институтов.

По нашему мнению, последующее совершенствование институциональной среды по вектору, сложившемуся за последние два десятилетия, будет только лишь усиливать проблему малоэффективного российского рыночного пространства. Быстрым выходом из сложившегося тупика может стать кардинальное переосмысление накопившегося опыта страны с целью обнаружения функциональных в российских институциональных условиях (матрице) комбинаций взаимоотношений базовых Х-институтов и поддерживающих их У-институтов, но никак не наоборот (как это устроено в современной российской экономике).

Теория институциональных матриц говорит о том, что развитие вспомогательных конкурентных институтов (имеются в виду институты У-типа) невозможно без целенаправленных усилий со стороны экономических агентов. Без их активных действий общество, в котором действуют раздаточные институты, неминуемо идет к экономическому застою, кризису, депрессии. Данный факт, подтвержденный историей различных государств, включая Россию, обосновывает высокую актуальность и научную новизну создаваемых концепций и эффективного методологического инструментария для решения как нельзя более актуальной сегодня задачи результативного институционального проектирования. В частности, особенно острым является вопрос развития методологии проектирования институтов правительственной поддержки предпринимательства, приспособленных к основным особенностям российской институциональной матрицы.

ВШИт USPTU. Science, еducation, еconomy. Series еconomy. № 3 (21), 2017

Список литературы

1. Лебедева Н.Н., Ломовцева О.А. Социальный капитал и модернизация этноэкономики Юга России // Общественные науки и современность. 2006. № 2. С. 109-117.

2. Радаев В.В. Российский бизнес: структура транзакционных издержек // Общественные науки и современность. 1999. № 6. С. 5-19.

3. Радаев В.В. Социология рынков: к формированию нового направления. М., 2003. 328 с.

4. Парсонс Т.О социальных системах. М.: Академический проект, 2002. 832 с.

5. Поппер К. Открытое общество и его враги: В 2 Т. М., 1992. Т. 1: 437 с.; Т. 2: 522 с.

6. Норт Д. Институциональные изменения: рамки анализа // Вопросы экономики. 1997. № 3. С. 6-17.

7. Кирдина С.Г. К переосмыслению принципа методологического индивидуализма. М.: Институт экономики РАН, 2013. 54 с.

8. Магомедов А.М. Институциональная среда как фактор развития региональной экономики // Управление экономическими системами: электронный научный журнал. [Электронный ресурс]. URL: http://uecs.ru/ uecs-53-532013/item/2168-2013-05-30-10-55-02.

9. Кирдина С., Кирилюк И., Рубинштейн А., Толмачева И. Российская модель институциональных изменений: опыт эмпи-рико-статистического исследования // Вопросы экономики. 2011. № 11. С. 97-114.

Предпринимательство

References

1. Lebedev N.N., Lomovtseva O.A. Social capital and modernization of the South of Russia Ethnoeconomics // Social studies and the present. 2006. No. 2. P. 109-117.

2. Radayev V.V. Russian business: the structure of transaction costs // Social studies and the present. 1999. No. 6. P. 5-19.

3. Radayev V.V. Sociology of markets: the formation of a new direction. Moscow, 2003. 328 p.

4. Parsons T. About social systems. M.: Academic Project, 2002. 832 p.

5. Popper K. The Open Society and Its Enemies: In 2 t. Moscow, 1992. Т. 1: 437 p.; Т. 2: 522 p.

6. North D. Institutional changes: the scope of the analysis // Voprosy ekonomiki. 1997. No. 3. P. 6-17.

7. Kirdina S.G. By rethinking the principle of methodological individualism. M.: Institute of Economics, Russian Academy of Sciences, 2013. 54 p.

8. Magomedov A.M. Institutional environment as a factor of regional economic development // Management of economic systems: electronic scientific journal [Electronic Resource]. URL: http://uecs.ru/uecs-53-532013/ item/2168-2013-05-30-10-55-02.

9. Kirdina S., Kyrylyuk I., Rubinstein A., Tolmacheva I. The Russian model of institutional change: the experience of empirical-statistical research // Problems of Economics. 2011. № 11. P. 97-114.