Особенности консервативного лечения переломов дистального отдела лучевой кости у пожилых

Статья поступила в редакцию 22.06.2016 г.

ОСОБЕННОСТИ КОНСЕРВАТИВНОГО ЛЕЧЕНИЯ ПЕРЕЛОМОВ ДИСТАЛЬНОГО ОТДЕЛА ЛУЧЕВОЙ КОСТИ У ПОЖИЛЫХ

THE CHARACTERISTICS OF CONSERVATIVE TREATMENT OF FRACTURES OF THE DISTAL RADIAL BONE IN ELDERLY PATIENTS

Зенин В.И. Ардашев И.П. Ардашева Е.И. Фокин А.П. Остольская Г.Б. Штернис Т.А.

Муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Городская клиническая больница № 1 им. М.Н. Горбуновой»,

ГБОУ ВПО «Кемеровская государственная медицинская академия» Минздрава России,

г. Кемерово, Россия

Zenin V.I. Ardashev I.P. Ardasheva E.I. Fokin A.P. Ostolskaya G.B. Shternis T.A.

Gorbunova City Hospital N 1,

Kemerovo State Medical Academy, Kemerovo, Russia

Переломы дистального отдела лучевой кости относятся к наиболее частым повреждениям и составляют около 40-50 % всех повреждений костей верхних конечностей. Чаще всего страдают люди пожилого возраста, ведущие активный образ жизни.

Цель исследования - изучение результатов консервативного лечения переломов дистального отдела лучевой кости и уровня качества жизни у пожилых пациентов.

Материалы и методы. Проведено консервативное лечение 24 пациентов старше 60 лет с переломами дистального отдела лучевой кости, которое включало обезболивающую терапию, закрытую одномоментную репозицию костных отломков, противовоспалительную терапию, сосудистую терапию, физиотерапию, витаминотерапию, лечебную физкультуру, реабилитационное лечение. Применялись следующие методы исследования: клинический, рентгенологический, оценка работоспособности кисти, мультиспиральная компьютерная томография, ультразвуковая доплерография, электромиография, динамометрия, статистический. Результаты. В 9 (37 %) случаях развился комплексный регионарный болевой синдром (далее КРБС), в 5 (20 %) случаях имела место нейро-патия срединного нерва, в 4 (16 %) случаях - вторичное смещение и неправильная консолидация, страдала функция кисти и уровень жизни пациентов.

Выводы. Консервативный метод лечения переломов дистального отдела лучевой кости у пожилых пациентов приводит к неудовлетворительным результатам и сопровождается высоким процентом осложнений, функциональной недостаточностью и снижением качества жизни пациентов, преимущественно внутрисуставных переломов типа С. Ключевые слова: перелом дистального отдела лучевой кости у пожилых; КРБС; нейропатия срединного нерва; неправильно консолидированный перелом дистального отдела лучевой кости.

Fractures of the distal one-third of the radial bone refer to the most frequent damages. Their rate is about 40-50 % of all injuries to the bones of the upper extremities. The most common category of victims is older people leading the active way of life.

Objective - to study the results of conservative treatment of fractures of the distal radial bone and quality of life in elderly patients.

Materials and methods. The conservative treatment was conducted for 24 patients (older than 60) with fractures of the distal one-third of the radial bone. The treatment included analgetic therapy, closed simultaneous reposition of bone fragments, anti-inflammatory therapy, vascular therapy, physical therapy, vitamin therapy, rehabilitation treatment. The following methods were used: clinical, radiological techniques, estimation of hand functioning, multi-slice spiral computed tomography, ultrasonic dopplerography, electromyography, dynamometry.

Results. The complex regional pain syndrome (CRPS) developed in 9 (37 %) cases, neuropathy of median nerve took place in 5 (20 %) cases, the secondary displacement and wrong consolidation - in 4 (16 %).

Conclusion. Conservative treatment of fractures of the distal radial bone in elderly patients leads to unsatisfactory results, and is accompanied by high rate of complications, functional failure and reduced quality of life in patients with mainly intraarticular fractures.

Key words: fracture of distal part of the radial bone in older people; CRPS; neuropathy of median nerve; malunion fracture of distal metaepiphysis of the radial bone.

Переломы дистального отдела лучевой кости относятся к наиболее частым повреждениям и составляют около 40-50 % всех повреждений костей верхних конечностей [1]. Чаще всего страдают люди пожилого возраста, веду-

щие активный образ жизни [2]. По классификации ВОЗ, население в возрасте от 60 до 74 лет относится к пожилому, от 75 до 89 — к старшему, а от 90 лет и старше — к долгожителям. В пожилом возрасте эти повреждения чаще происходят

48

на фоне остеопороза. Так, почти 10 % 65-летних женщин в США в течение всей оставшейся жизни получают такие переломы [3].

Эти повреждения традиционно лечатся консервативно с помощью репозиции и гипсовой повязки [4].

ПОЛИТРАВМА

При консервативном лечении нестабильных внутрисуставных переломов дистального отдела лучевой кости у пожилых людей возникают остеопения, коллапс костных отломков и неправильная консолидация [5-7].

В настоящее время пожилые люди более здоровые, имеют большую продолжительность жизни и надеются на более активное выздоровление, чем раньше. Неудачная репозиция переломов у пожилых пациентов приводит к их неудовлетворенности, болевому синдрому, ригидности и потере функции [8-12].

Несмотря на рост распространенности, эпидемиология переломов дистального отдела лучевой кости мало описана, а лечение у пожилых пациентов недостаточно освещено в литературе [13].

Цель — изучить результаты консервативного лечения переломов дистального отдела лучевой кости и качество жизни у пожилых пациентов.

Задачи: изучить функциональную способность кисти, качественные и количественные показатели гемодинамики, частоту осложнений и качество жизни у пациентов с переломами дистального отдела лучевой кости.

Все пациенты подписали информированное согласие на участие в исследовании.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

С января 2012 г. по май 2013 г. на базе МБУЗ ГКБ № 1 им. М.Н. Горбуновой было пролечено 24 пациента по поводу перелома дистального отдела лучевой кости.

Все исследования с участием пациентов соответствовали этическим стандартам биоэтического комитета, разработанным в соответствии с Хельсинской декларацией Всемирной ассоциации «Этические принципы проведения научных медицинских исследований с участием человека» и «Правилами клинической практики в Российской Федерации», утвержденными Приказом Минздрава РФ от 19.06.2003 г. № 266.

Все пациенты в возрасте 60 лет и старше, женского пола — 24

человека. У всех пациентов имелось одностороннее повреждение — 100 %, из них правостороннее у

13 (54 %) человек, левостороннее — 11 (46 %) человек.

Переломы типа А были у 8 (33 %) человек, типа В — у 2 (9 %) человек, типа С — у 14 (58 %) пациентов.

Профессиональная принадлежность пациентов распределилась следующим образом: пенсионеры —

14 (58 %), служащих - 9 (38 %), предприниматель — 1 (4 %). В зимний период за медицинской помощью обратились 17 (71 %) человек, в весенний — 7 (29 %).

В период до 1 часа с момента получения травмы обратилось 8 (33 %) человек, в период от 1 часа до 2 часов — 7 (29 %) человек, в период от 2 до 6 часов — 5 (21 %) человек, от 6 часов до 24 часов — 1 (4 %), свыше 24 часов — 3 (13 %) человека.

Применялись следующие методы исследования: клинический, рентгенологический, оценка работоспособности кисти, мультиспиральная компьютерная томография, ультразвуковая доплерография, электромиография, динамометрия.

Клинический метод обследования проводился по традиционной схеме, включающей в себя: жалобы пациента, анамнез травмы, локальный осмотр. Как правило, при поступлении пациенты предъявляли жалобы на болевой синдром в области лучезапястного сустава с ограничением движений в пальцах кисти, наличие деформации в дис-тальной трети предплечья. Преимущественным механизмом травмы являлось падение с упором на вытянутую руку.

Оценку работоспособности кисти проводили с помощью стандартного угломера. Оценивали сгибание кисти, разгибание, лучевое отведение, локтевое отведение кисти. За норму принимали: сгибание 75°, разгибание 65°, отведение радиальное 20°, отведение ульнарное 40°, незначительные ограничения : сгибание 35°, разгибание 30°, отведение радиальное 10°, ульнарное 20°, умеренные ограничения: сгибание 20-25°, разгибание 20-25°, отведение радиальное 5°, ульнарное 15°, значительные ограничения: сги-

бание 15°, разгибание 15°, отведение радиальное 3°, ульнарное 10° [Маркс В.О. 1978 г.]

Стандартная рентгенография в прямой и боковой проекциях при повреждениях дистального отдела лучевой кости дает возможность изучить протяженность и направление первоначального смещения, определить, является перелом внутри- или внесуставным. Все плоскостные рентгенограммы переломов дистального отдела лучевой кости включают оценку укорочения, удлинения лучевой кости, изменений локтевой кости, кривизны лучевой кости. Рентгенографические обследования проводились на аппаратах РДК 56/2 и Fillips diagnost.

Мультиспиральная компьютерная томография с 3D реконструкцией (МСКТ) необходима для определения степени смещения. МСКТ оказывает важную помощь при исследовании внутрисуставных переломов, особенно оскольчатых (с вколоченной суставной поверхностью в центре) переломов с вовлечением ладьевидной суставной поверхности. МСКТ проводилась на аппарате (Somatom emotion, Siemens, Германия) 2 пациентам.

Ультразвуковое исследование проводилось на приборе «Sonoace R-7» компании Medison с использованием линейного датчика L5-12/50 ЕР в режиме импуль-сно-волнового спектрального доплера (ид). Исследовались параметры кровотока в лучевой и локтевой артериях на травмированной и здоровой конечностях из стандартных точек на 3-5-й день после снятия гипса и через месяц после снятия иммобилизации. Оценивались качественные показатели: форма кривой скорости кровотока (кск) и количественные: пиковая скорость кровотока (Vps), максимальная конечная диастолическая скорость кровотока (Ved), индекс пульсации (Pi), усредненная по времени максимальная скорость кровотока (TANx).

Электромиографию проводили пациентам с клиникой нейропа-тии срединного нерва и клиникой КРБС на аппарате «Нейро МВП-4». Всего была сделана 14 пациентам.

Динамометрия проведена всем пациентам после снятия гипса и через месяц после снятия гипсовой иммобилизации с помощью динамометра ДРП-90. Для сравнения с показателями группы наблюдения взята контрольная группа здоровых женщин в возрасте 60 лет в количестве 30 человек.

Материалы исследования статистически обработаны в программе Microsoft Office Excel 2013 (номер лицензии 61524572) и Statistica 6.1 (лицензионное соглашение B092231FAN3). Исследования проводили на достаточном объеме наблюдений. В работе представлены статистически значимые результаты. Для описания количественных данных использовали медиану (Ме) и интерквартильный размах (25-й; 75-й процентили). Для анализа данных применяли методы непараметрической статистики для двух зависимых выборок — критерий Вилкоксона (Т), для двух независимых групп — критерий Ман-на-Уитни (U). В качестве критического уровня статистической значимости при проверке нулевых гипотез принимали 0,05. В случае превышения фактического уровня статистической значимости над критическим (р) принималась нулевая гипотеза.

Всем пациентам при поступлении проводили анестезию места перелома 1 % раствором новокаина 20 мл, при наличии смещения отломков проводили одномоментную, ручную, закрытую репозицию отломков с последующей фиксацией гипсовой лонгетой от пястнофа-ланговых суставов до верхней трети предплечья либо до средней трети плеча, в зависимости от стабильности перелома. Назначали обезболивающую, противовоспалительную терапию, при отсутствии противопоказаний физиотерапевтическое лечение, с 3-4-го дня лфк-движе-ния пальцами в гипсовой лонгете, сгибание, разгибание в локтевом суставе, движения в плечевом суставе. На 7-е сутки после репозиции проводили рентгенконтроль для исключения вторичного смещения.

Через 3 недели после наложения гипсовой лонгеты кисть выводили в физиологическое положение (при необходимости).

Проводили профилактику осложнений с помощью нестероидных противовоспалительных препаратов (найз 100 мг 2 р/сутки, целебрекс 100 мг 1 р/сут. per os); сосудистые препараты: трентал по 100 мг 3 р/сут. per os, витамина с 100 мг 3 р/сут, мильгамма 2,0 в/м № 10, прозерин 0,05 % -2,0 в/м № 10. ЛФК с третьих суток.

Через 4 недели проводили рент-генконтроль, при наличии консолидации гипсовую лонгету снимали. Пациенту назначали восстановительное лечение.

На 2-4-е сутки после снятия гипсовой иммобилизации измерялся и оценивался объем движений в лу-чезапястном суставе, проводилась динамометрия. Те же обследования проводились через месяц после снятия гипсовой иммобилизации.

Оценка функциональной способности кисти проводили с помощью опросника DASH через 2-5 дней после снятия гипсовой повязки и через 1 месяц после снятия иммобилизации. Американская Академия Ортопедических Хирургов (США) и Институт Труда и Здоровья (Канада) разработали валидный английский органоспеци-фический опросник «DASH — The Disabilities of the Arm, Shoulder and Hand» (1994). DASH оценивает неспособности верхней конечности от 0 (отсутствие неспособностей) до 100 (чрезмерная неспособность).

Оценка качества жизни проводилась с помощью опросника SF-36. Все показатели опросника объединены в два суммарных измерения, физический компонент здоровья (1-4 шкалы) и психический (5-8 шкалы).

РЕЗУЛЬТАТЫ

ИССЛЕДОВАНИЯ

Объем сгибания в лучезапяст-ном суставе после снятия гипса на 3-5-е сутки: норма — 1 (4 %), незначительное ограничение — 10 (42 %), умеренное ограничение — 12 (50 %), значительное ограничение — 1 (4 %). Объем разгибания в лучезапястном суставе после снятия гипса на 3-5-е сутки: норма — 1 (4 %), незначительное ограничение — 3 (12,9 %), умеренное ограничение — 12 (50 %), значительное

ограничение — 8 (33 %). Объем лучевого отведения в лучезапяст-ном суставе после снятия гипса на 3-5-е сутки: норма — 5 (21 %), незначительное ограничение — 8(33 %), умеренное ограничение —

11 (46 %), значительное ограничение — 0 (0 %). Локтевое отведение в лучезапястном суставе на 3-5-е сутки после снятия гипса: норма

- 1 (4 %), незначительное ограничение — 4 (16 %), умеренное ограничение — 8 (33 %), значительное ограничение — 11 (46 %). Динамометрия травмированной конечности после снятия гипса на 3-5-е сутки: 0 кг - 19 (79 %), 1-4 кг - 3 (13 %), 5-9 кг - 1 (4 %), 10-20 кг - 1 (4 %), > 20 кг - 0 (0 %).

Объем сгибания в лучезапястном суставе через 1 месяц после снятия иммобилизации: норма - 5 (29 %), незначительные ограничения -19 (71 %), умеренные ограничения

- 0 (0 %), значительные ограничения - 0 (0 %). Объем разгибания в лучезапястном суставе через месяц после снятия иммобилизации: норма - 3 (13 %), незначительное ограничение - 11 (46 %), умеренное ограничение - 8 (33 %), значительное ограничение - 2 (8 %). Объем лучевого отведения в луче-запястном суставе через месяц после снятия иммобилизации: норма

- 11 (46 %), незначительное ограничение - 11 (46 %), умеренное ограничение - 2 (8 %), значительное ограничение - 0 (0 %). Объем локтевого отведения в лучезапяст-ном через месяц после снятия иммобилизации: норма - 3 (12 %), незначительное ограничение -

12 (50 %), умеренное ограничение

- 6 (25 %), значительное ограничение - 3 (13 %). Динамометрия травмированной конечности через месяц после снятия иммобилизации: 0 кг - 12 (50 %), 1-4 кг -4 (17 %), 5-9 кг - 4 (17 %), 10-20 кг

- 2 (8 %), >20 кг - 2 (8 %).

Таким образом, на 3-5-е сутки

после снятия гипсовой иммобилизации преобладает умеренное и значительное ограничение локтевого отведения и разгибания в лу-чезапястном суставе и умеренное ограничение сгибания и лучевого отведения, количество нормальных показателей ничтожно мало. Динамометрия показывает отсутствие

ПОЛИТРАВМА

50

силы у подавляющего количества пациентов.

Через месяц после снятия гипсовой повязки при незначительной положительной динамике преобладают незначительные и умеренные ограничения движений в лучеза-пястном суставе, также остаются незначительные ограничения лучевого отведения, умеренные и значительные ограничения локтевого отведения, в половине случаев имеется незначительное ограничение локтевого отведения. По результатам динамометрии оказалось, что в половине случаев состояние осталось без динамики.

Показатели динамометрии до лечения составляли 0 (0; 0) кг, после 0 (0; 5) кг (Т = 0; р = 0,007). Сгибание до лечения — 30 (20; 35) градусов, после 60 (40; 60) градусов (Т = 0; р = 0,001). Разгибание до лечения — 20 (15; 25) градусов, после 35 (25; 50) градусов; (Т = 0; р = 0,001). Отведение радиальное до лечения — 10 (5; 10) градусов, после 15 (10; 25) градусов (Т = 0; р = 0,001). Отведение ульнарное до лечения — 15 (10; 20) градусов, после 20 (15; 30) градусов (Т = 0; р = 0,001). Таким образом, выявлены статистически значимые различия между показателями объема движений до и после лечения.

При сравнении показателей динамометрии и показателей объема движений после лечения с нормативными значениями установлено статистически значимое их различие. Показатели динамометрии в группе здоровых женщин в возрасте 60 лет составляли 28 (26; 28) кг, показатели динамометрии в группе наблюдения после лечения - 0 (0; 5) кг (и = 23; р = 0,001). Сгибание после лечения — 60 (40;

60) градусов, нормативное значение — 75 градусов (U = 57,5; р = 0,001). Разгибание после лечения — 35 (25; 50) градусов, норма показателя 65 градусов (U = 34,5; р = 0,001). Отведение ульнарное после лечения составило 20 (15; 30) градусов, при нормативном значении 40 градусов (U = 23; р = 0,001). Не выявлено статистически значимых различий с нормой по значениям радиального отведения (после лечения — 15 (10; 25) градусов, нормативное значение — 20 градусов (U = 218,5; р = 0,312)), что можно объяснить оптимально поведенной репозицией костных отломков.

Ультразвуковое исследование проводилось на приборе «Sonoace R-7» компании Medison с использованием линейного датчика L5-12/50 ЕР в режиме импуль-сно-волнового спектрального доплера (ИД). Исследовались параметры кровотока в лучевой и локтевой артериях на травмированной и здоровой конечностях из стандартных точек на 3-5-й день после снятия гипса и через месяц после снятия иммобилизации. Оценивались качественные показатели: форма кривой скорости кровотока (КСК) и количественные: пиковая скорость кровотока (Vps), максимальная конечная диастолическая скорость кровотока (Ved), индекс пульсации (Pi), усредненная по времени максимальная скорость кровотока (TANx).

В 80 % случаев КСК имели форму, характерную для сосудов с низким периферическим сопротивлением, что, учитывая отсутствие разницы между травмированной и здоровой конечностями, следует отнести к системным наруше-

ниям гемодинамики, характерной для исследуемой возрастной группы.

В 66 % случаев в травмированной конечности отмечено расширение систолического зубца, но эта разница нивелировалась при использовании заявленных качественных показателей. Показатель iHATLE, который мог бы объективизировать выявленный феномен, не был использован.

При повторном исследовании, после курса восстановительного лечения КСК с широким систолическим зубцом уменьшилось до 36 %, снизилась скорость кровотока, что свидетельствует о улучшении периферической гемодинамики в травмированной конечности.

Оценка качественных и количественных Vps, Ved, Pi, TMAx показателей гемодинамики не выявила разницы между локтевой и лучевой артериями травмированной и здоровой конечностей (табл.).

В группах наблюдения изучался уровень качества жизни. При переломе типа С после снятия гипса уровень качества жизни составил 46,3 (35; 64,5), при типах А и В - 50,8 (39,5; 69,5; р = 0,779) (рис. 1). Выявлены статистически значимые различия через один месяц после снятии гипса, при типе С показатель качества жизни находился на уровне 46 (35,5; 66), при типах А и В - 57,3 (41; 71,5; р = 0,017), что можно объяснить тяжестью перелома (рис. 2).

Функциональная способность кисти оценивалась с помощью опросника DASH. Анкетирование проводилось на 2-4-е сутки и через месяц после снятия гипсовой иммобилизации. Результаты представлены на рисунке 3. Функциональная

Таблица

Количественные показатели гемодинамики

Table

The quantitative values of hemodynamics

Конечности Extremities 3-5 дней после снятия гипса 3-5 days after removal of plaster Через месяц после снятия гипса A month after removal of plaster

Vps Ved Рi TAMx Vpx Ved Рi AMx

Здоровая конечность A healthy extremity 27.2 4.6 3.1 12 22 3.2 2.6 8.3

Травмированная конечность An injured extremity 27.2 4.6 3.1 13 22 3.2 2.6 8.5

Рисунок 1 Оценка качества жизни пациентов через 2-5 дней после снятия гипса Figure 1

Estimation of patients' quality of life on the days 2-5 after removal of plaster

Рисунок 2

Оценка качества жизни пациентов через 1 месяц после снятия гипса Figure 2

Estimation of patients' quality of life one month after removal of plaster

Рисунок 3

Оценка функциональной способности кисти Figure 3

Estimation of hand functional 50 capacity

52

ПОЛИТРАВМА

способность кисти при переломах типа С страдает больше, чем при переломах типа А и В, как на 2-5-е сутки после снятия гипса, так и через месяц.

При переломе типа С после снятия гипса среднее количество баллов по шкале DASH составило 65,9 (51,7; 72,5), при переломах типа А и В - 43,9 (34; 40,8; р = 0,04). Через один месяц при типе С среднее количество баллов по шкале DASH составило 58,4 (46,7; 64,2), при типах А и В - 36,1 (25,1; 44,5; р = 0,048), что объясняется тяжестью перелома и большим количеством осложнений в группе переломов типа С.

При изучении осложнений установлено, что КРБС развился у 9 (37,5 %) человек, неправильно консолидированный перелом состоялся как исход у 4 (16,6 %) пациентов, нейропатия срединного нерва диагностирована у 5 (20,83 %) пациентов.

Клинический пример

Пациентка Б. 60 лет, бытовая травма, упала дома на левую кисть. Обратилась за помощью спустя сутки после травмы. Диагноз: «Закрытый перелом дистального отдела левой лучевой кости со смещением костных отломков. Закрытый перелом шиловидного отростка левой локтевой кости».

Проведено: рентгенография, анестезия места перелома, закрытая ручная одномоментная репозиция костных отломков, гипсовая иммобилизация, рентгенконтроль после репозиции.

Рентгенконтроль через 7 суток.

Получила курс лечения: витамины группы В (В6, В12, С), сосудистая терапия (трентал 100 мг 3 р/сут) 7 дней, спазмолитическая терапия (Но-шпа 40 мг 3 р/сут).

Через 3,5 недели отек увеличился, появились ночные боли, развился КРБС.

ВЫВОДЫ:

Консервативный метод лечения переломов дистального отдела лучевой кости у пожилых пациентов приводит к неудовлетворительным результатам и сопровождается высоким процентом осложнений, функциональной недостаточностью

Рисунок 4

Рентгенограмма при поступлении Figure 4

The X-ray image upon admission

Рисунок 5

Рентгенконтроль после репозиции X-ray control after reposition

Рисунок 6

Рентгенконтроль на 7-е сутки X-ray control on 7th day

Рисунок 7

Клиника комплексного регионарного болевого синдрома Figure 7

Clinical course of regional pain syndrome

и снижением качества жизни пациентов, преимущественно внутрисуставных переломов типа С.

При безуспешности закрытой репозиции, при отсутствии общесоматических противопоказаний мето-

дом выбора является остеосинтез блокируемой пластиной с угловой стабильностью.

^MTEPATyPA/REFERENCES:

1. Nana AD, Lichtman DM. Distal-third forearm fractures. URL : www.emedicine.com/ orthoped / topic 79.htm. Accessed 2005.

2. Keller M, Steiger R. Open reduction and internal fixation of distal radius sxtension fractures in women over 60 years of age with dorsal radius. Hand chir. Microchir. Plast. Chir. 2006; 38: 82-89.

3. Gummings SR, Black DM, Rubin SM. Lifetime risks of hip, Colles, or vertebral fracture and coronary heart disease among white postmenopausal women. Arch. Med. 1989; 149: 2445-2448.

4. Beherrie AW, Beredgiklian PK, Bozentka DG. Functional outcomes after open reduction and internal fixation for triatmen of displaced distal radius fractures in patients over 60 years of age. J. Orthop. Trauma. 2004. 18: 680-686.

5. Anzarut A, Johnson JA, Rowe BH, Lambert RG, Blitz S, Majumdar SR. Radiologic and patien-reported functional outcomes in an el-dery cohort with conservatively treated fractures. J. Hand Surg. Am. 2004; 29(6): 1121-1127.

6. Beumer A, MacQueen MM. Fractures of the distal radius in lou-demand elderly patients: closed reduction of no value in 53 of 60 wrists. Acta Orthop. Scand. 2003; 74: 98-100.

7. Greval R, MacDermit JC. The risk of adverse outcomes in extraarticular distal radius fractures is increased with malalignment in patients of all ages bat mitigated in older patients. J. Hand Surg. Am. 2007; 32: 6962-6970.

8. Chung KC, Watt AJ, Kotsis SV. Treat ment of unstable distal radius fractures with the volar locking peating system. J. Bone Joint Surg. 2006; 88: 2687-2694.

9. Kreder HJ, Hanel DP, Agel J, McKee M, Schemitsch EH, Trumble TE, et al. Indirect reduction and percutaneous fixation versus open reduction and internal fixation for displaced intra-articular fractures of the distal radius: a randomized, controlled trial. J. Bone Joint Surg. Br. 2005; 87(6): 829-836.

10. Orbay JL, Fernandez DL. Volar fixed-angle plate fixation for unstable distal radius fractures in the eldery patient. J. Haud Surg. Am. 2004; 29: 96-102.

ПОЛИТРАВМА

11. Ring D, Jupiter JB. Treatment of osteoporotic distal radius frac-

tures. Osteoporos. Int. 2005; 16(2): 80-84.

12. Handoll HH, Madhok R. Surgical interventions for treatig distal ra-

dial fractures in adults. Cochrane. Database 3 rd Rev. 2003; (4):

CD003209.

13. Chung KC, Squitieri L, Kim HM. Comparativ outcomes studi using

the volar locking plating system for distal radius fractures in both

young adults older than 60 years. J. Hand. Serg. Am. 2008; 33:

809-819.

14. Marx VO. Orthopedic diagnosis : a hands-on-guide. Minsk : Sci-

ence and technology Publ., 1978. 512 p. Russian (Маркс В.О.

Ортопедическая диагностика : руководство-справочник. Мн. :

Наука и техника, 1978. 512 с.

Сведения об авторах:

Зенин В.И., врач травматолог-ортопед амбулаторного травматологического отделения, МБУЗ ГБ № 1 им. М.Н. Горбуновой, г. Кемерово, Россия.

Ардашев И.П., д.м.н., профессор, заведующий кафедрой травматологии, ортопедии и ВПХ, анестезиологии и реаниматологии, ГБОУ ВПО «Кемеровская государственная медицинская академия» Минздрава России, г. Кемерово, Россия.

Ардашева Е.И., ассистент кафедры травматологии, ортопедии и ВПХ, анестезиологии и реаниматологии, ГБОУ ВПО «Кемеровская государственная медицинская академия» Минздрава России, г. Кемерово, Россия.

Остольская Г.Б., зав. амбулаторным травматологическим отделением МБУЗ ГБ № 1 им. М.Н. Горбуновой, г. Кемерово, Россия.

Фокин А.П., врач ультразвуковой диагностики МБУЗ ГБ № 1 им. М.Н. Горбуновой, г. Кемерово, Россия.

Штернис Т.А., к.м.н., доцент кафедры общественного здоровья, здравоохранения и медицинской информатики, ГБОУ ВПО «Кемеровская государственная медицинская академия» Минздрава России, г. Кемерово, Россия.

Адрес для переписки:

Зенин В.И., амбулаторное травматологическое отделение МБУЗ ГБ № 1 им. М.Н. Горбуновой, ул. Весенняя 9а, г. Кемерово, Россия, 650099

Тел: +7 (3842) 36-41-67; +7 (923) 489-29-01

Information about authors:

Zenin V.I., traumatologist-orthopedist, outpatient traumatology department, Gorbunova City Hospital No.1, Kemerovo, Russia.

Ardashev I.P., MD, PhD, professor, head of chair of traumatology, orthopedics and military field surgery, anesthesiology and critical care medicine, Kemerovo State Medical Academy, Kemerovo, Russia.

Ardasheva E.I., assistant of chair of traumatology, orthopedics and military field surgery, anesthesiology and critical care medicine, Kemerovo State Medical Academy, Kemerovo, Russia.

Ostolskaya G.B., head of outpatient traumatology department, Gorbunova City Hospital No.1, Kemerovo, Russia.

Fokin A.P., physician of ultrasonic diagnostics, Gorbunova City Hospital No.1, Kemerovo, Russia.

Shternis T.A., candidate of medical science, docent of chair of public health and medical informatics, Kemerovo State medical Academy, Kemerovo, Russia.

Address for correspondence:

Zenin V.I., Vesennyaya St., 9a, Kemerovo, Russia, 650099 Outpatient traumatology department, Gorbunova City Hospital No.1

Tel: +7 (3842) 36-41-67; +7 (923) 489-29-01

E-mail: zeninvi@ mail.ru E-mail: zeninvi@ mail.ru