Когда улыбка - стиль жизни

Когда улыбка - стиль жизни

Михаил Богдасаров

советский и российский актёр театра и кино, кинорежиссёр, заслуженный артист Российской Федерации

Сия Адерес:

Всем привет, с вами Сия Адерес и «Кофе-брейк со звездой». Говорят, чем позитивнее человек на экране, тем тоскливее в жизни. Так ли это, мы сегодня проверим, хотя я смотрю на сегодняшнего гостя и мне кажется, что для него улыбка – это, скорее, не образ, а настоящий стиль жизни. В гостях у нас советский и российский актер театра и кино, кинорежиссер, сценарист и драматург, заслуженный артист Российской Федерации Михаил Сергеевич Богдасаров. У меня ощущение, что Вы исключение из правил, потому что самые позитивные, самые яркие, самые веселые люди обычно в жизни являют собой полную противоположность. Как Вы заряжаетесь в такую холодную погоду?

Михаил Богдасаров:

Расскажу историю из жизни. Когда я учился в ГИТИСе, там был великий педагог Баркан, и в этот момент по его режиссуре играли спектакль «Ящерица» по пьесе Володина. Я был первокурсником, сел перед сценой и смотрю. Все хохочут, а я сижу и молчу. Он ко мне подходит и говорит: «А что ты не смеешься? А, ты же комедийный, поэтому от тебя смеха не дождешься».

Сия Адерес:

Стереотип работает.

Михаил Богдасаров:

Я все пропускаю через себя, много всяких образований, поэтому когда ты режиссер, то просто серьезно на это смотришь, я это называю взгляд Бога, не то, что я Бог, а взгляд режиссера сверху, смотришь и анализируешь. А когда артист, ты начинаешь хохотать, как сумасшедший, и всех веселить. Это профессиональная деформация, артисты развлекают, они могут заставить поплакать, и это тоже развлечение. А если начинают что-то серьезное подробно рассказывать, например, один сын сценарист, другой артист, и вот который артист начинает подробно рассказывать, я говорю: «Антон, ну все понятно, давай дальше. – Нет, папа, там было еще вот это и вот это». И рядом сидит старший: «Да, смешно, хорошо», – но при этом не смеется. Так что это профессиональная деформация.

Сия Адерес:

Когда Вы из позиции артиста настраиваетесь на ту или иную роль, настроение действительно ужасное, не хочется ничего, не выспались, погода мокрая, а нужно настроиться на суперпозитивного персонажа, 5 минут до начала съемок, есть какой-то быстрый лайфхак?

Михаил Богдасаров:

Я отвечу как режиссер и как педагог, как настраиваются мои студенты на то, чтобы играть комедию. Это знание предлагаемых обстоятельств, то есть если Остап Бендер, то что с ним происходило и его отношение к этому, и написанная комедия положений, «12 стульев» и «Золотой теленок» – это комедия положений, тогда и возникает комедия, и ты настраиваешься на легкое приключение, чтобы иронично относиться к своему персонажу.

Сия Адерес:

Быстрое погружение в обстоятельства.

Михаил Богдасаров:

Только это спасает, настраивает на правильный лад.

Сия Адерес:

А обычному человеку?

Михаил Богдасаров:

Посмотреть кино со мной.

Сия Адерес:

Кому-то нужно вести передачу, сейчас многие актеры уходят в телеведущие, ведут мероприятия и корпоративы, и нет настроения, а уже 5 минут до начала.

Михаил Богдасаров:

Есть такой анекдот. Подходит к Станиславскому молодой артист и говорит: «Вы знаете, мне в первом акте нужно играть пьяного. – Идите в буфет, долбаните 50 г коньячку. – Понимаете, во втором акте мне нужно играть трезвого. – Ну, милый мой, это уже играть надо». Надо настроиться на игру, чтобы все было легко и просто, играть, это истоки актерского мастерства, а так приходите ко мне, я вас научу, как это делать. Вспомните что-то смешное, спойте любимую песню.

Сия Адерес:

Сейчас в профессию приходит много людей, которые не имеют театрального, высшего образования, очень много блогеров-певцов, сейчас актерство – очень модная среда, модно сниматься, быть везде.

Михаил Богдасаров:

Не надо путать, актерство и желание прославиться – это совсем разные вещи. Актерство – это тяжелый труд, Вы сейчас думаете, что это какое-то развлечение, но это тяжелая пахота, нужно ежедневно быть в тонусе, нужно быть здоровым психологически и физически, быть образованным, иметь бурную фантазию, чтобы уметь перемещать себя из одного состояния в другое. Количество голосов не говорит о том, что этот человек занял качественную позицию. Чтобы рассмешить человека, нужно затратить очень много сил, а чтобы рассказать драму, например, поместите людей в падающий самолет, и это уже драма, это просто. А рассмешить человека, найти истинно глубокий юмор не всякому дано, Ильф и Петров, про которых мы только что говорили, это умели однозначно. Я не имею в виду Сomed Club, это же ниже плинтуса, но смешно, я ни к коем случае не осуждаю их поклонников, они занимают свою нишу, это совсем другое. Мало того, когда я сам еду за рулем, включаю их, потому что новости уже невозможно слушать, и когда ставят песню, жду, когда же Гарик начнет шутить.

Сия Адерес:

Говоря о профильном образовании, есть стереотип, что ежегодно выпускают очень много актеров, это касается и певцов, и танцоров, и исполнителей развлекательных жанров, и многие боятся того, что они будут одинаковыми. Есть мастер курса, у него свое видение, он лепит, как на фабрике, определенную категорию вокалистов, которые будут петь примерно схожей манерой, а сейчас в тренде уникальность, все хотят хайпануть, чем-то выделиться, быть не похожими друг на друга, и много людей без образования добиваются успеха. Как Вы считаете, есть ли у этого будущее и нет ли такого, что кому-то может мешать образование? Никто же не отменял талант Александры Бортич.

Михаил Богдасаров:

Я к этому отношусь с осторожностью, потому что когда я снимал после окончания высших курсов телевизионные проекты, кастинг-директор, которая всегда была со мной рядом, мне предлагала дешевых артистов, самодеятельных, то есть доморощенных. Мне многие звонят: «Такой талантливый у меня ребенок, он поет, танцует», – но это совсем другое, нежели выступать на сцене. И я спрашиваю кастинг-директора: «Что он делает? – Играет в ростовском самодельном театре Гамлета». Мы пробуем, и я начинаю говорить какие-то вещи и вижу, что он не фиксирует, то есть я ему говорю предлагаемые обстоятельства, внимание (внимание – это основа актерского мастерства), для того чтобы он постиг роль, которую он должен сейчас сыграть, – не понимает, не слышит. Это говорит о том, что у него внутри есть амбиция быть артистом, но он не может, ему не хватает профессионализма, он не понимает важные вещи. Бортич росла постепенно, да и сейчас что такого она делает? Я думаю, не без того, что ей кто-то помогал, я уверен в этом, но ее первые попытки идти по этому пути были не очень удачны, просто она имела харизму, которая нравилась

зрителям, но с ней невозможно было работать. Мой друг работал с ней, и он ей говорит какие-то профессиональные вещи, делает замечания, а она в ответ: «Да отстань, я сейчас сыграю», – и не играет то, что написано в роли, но зато обаятельная.

Я сейчас делаю много радиоспектаклей – «Понедельник начинается в субботу», «Пикник на обочине» по сценарию моего сына, это все произведения Стругацких, сейчас доделываем прекрасный радиоспектакль под названием «Трудно быть Богом», уже музыку пишем, записали все сцены, и это 20 часов звучания. И я понял, что значит уметь играть не просто перед камерой, а перед микрофоном, как можно донести героя, если его при этом не видно. Во-первых, он должен быть ярким.

Сия Адерес:

Когда мы слушаем аудиоспектакль или аудиокнигу, мы же полностью погружаемся за счет аудио, отсутствует зрительный канал чтения либо картинки.

Михаил Богдасаров:

Сцена должна быть зримая, то есть я действую, я должен быть этим героем, должно быть мастерски сделано. Как я могу позвать самодельных артистов? У меня были прекрасные молодые артисты из академии Крутого, дети, но они не могут. Я что только не делаю, как только не монтирую, ищу удачные дубли, ну не получается, они самодеятельные, но при этом они нормальные, выступают, поют у Крутого в академии, они звезды, но у них нет профессионализма.

Сия Адерес:

Они больше музыкальные артисты.

Михаил Богдасаров:

В ГИТИСе есть музыкальный факультет, они тоже артисты, много артистов, которые закончили эстрадный факультет, тот же Винокур, но при этом они серьезные драматические артисты, они пашут всю жизнь, поэтому тоже не показатель, что они только поют, они внутри артисты. У них есть амбиции, но это не то, что включить камеру и начать: «Я тут круто стою, видите, ребята». Друзья, если уж заниматься делом, то заниматься серьезно, с ответственностью и пахать, это не только кривляния. Я понимаю, что у многих амбиции есть, но нужно понимать разницу.

Сия Адерес:

Я не пропагандирую отсутствие образования, но не все поступают, блатные истории, связи тоже никто не отменял.

Михаил Богдасаров:

Хорошо, тебя взяли в институт, ты отучился, и что потом, кто за тебя играть будет?

Сия Адерес:

Понятно, но эти места тоже занимаются порой не теми, вместо талантливых людей периодически попадают блатные люди, а нормальные ребята часто не поступают.

Михаил Богдасаров:

Сейчас такое количество заведений…

Сия Адерес:

Но все хотят в главные театральные учебные заведения России. Вы являетесь мастером курса в Институте театрального искусства имени народного артиста Кобзона.

Михаил Богдасаров:

У меня 26 человек, поступило 29, кто-то не смог продолжать образование в силу финансовых проблем. Девочку, которая приехала к нам из Киева, в начале СВО забрали родители, и знаете, чем она сейчас занимается в Варшаве? Проститутка, мне присылают видео, талантливая девчонка, но пошла не тем путем.

Мой курс пашет, как не в себя, им интересно, я их заразил жаром, с которым я сейчас все это рассказываю, они бесконечно влюблены в профессию, никто с моего курса не уходит. У нас такое случается, что люди с чьих-то курсов уходят в силу того, что не снюхались с худруком.

Сия Адерес:

Личностные отношения и субъективный взгляд тоже никто не отменял, может быть 100 раз талантливый человек, а вот не нравится он лично мастеру курса или наоборот, и все.

Михаил Богдасаров:

Я в каждом вижу свой талант, искру и развиваю ее. Предположим, человек горбонос, лыс, какие роли ему играть? Характерные роли, а у всех же амбиции играть Ромео или Джульетту. Есть необходимость в нашей профессии занимать свое место и понимать, что твоя жизнь сложится при условии, если ты будешь исполнителем воли Бога, того, какие психофизические данные тебе дал Господь Бог, мама с папой, и идти этим путем, а не биться об стенки и говорить, что я круче, чем Брэд Пит, при этом имея мое лицо, это будет неправильно.

Сия Адерес:

Еще Борис Захава утверждал, что самое главное – это органичность, правда о жизни и понимание своего типажа, если переводить на наш сегодняшний язык.

Михаил Богдасаров:

Он один из моих любимых авторов, мои студенты даже мне книгу подарили. Всем рекомендую его прочитать, потому что он пишет кратенько и очень доходчиво, по сравнению со Станиславским, который мудрено все это рассказывает, эпитетами, примерами, а он самую выжимку взял, и можно прекрасно на нем образовываться.

Сия Адерес:

У Вас были такие проблемы, что не сразу понимали свой типаж или хотели что-то другое? Какие роли Вы хотели сыграть, но не удалось?

Михаил Богдасаров:

Сплошь и рядом. Я учился у великого Владимира Левертова, у которого учились Юрий Стоянов, Татьяна Догилева, Витя Сухоруков, Володя Мишуков, и Владимир Наумович небольшого роста, лысый человек, чем-то я его напоминаю, всегда абсолютно точно понимал, какой репертуар у какого студента и что его ждет. Никогда не предлагал мне чужого, я всегда был занят в его отрывках, худруком у нас были Людмила Ивановна Касаткина и Колосов Сергей Николаевич, для них я был непонятен, потому что они набрали курс, где все высокие, здоровые, социальные герои, более-менее интеллигентные, а характерных артистов было трое, и в основном их набирал Владимир Наумович, потому что он понимал в этом толк, он сам характерный артист. Всегда нужно объяснять артисту, артистке что тебя ждет, и не нужно бояться говорить прямо в лицо: если ты таким путем пойдешь, то и получишь.

Мои студенты с самого начала меня мучили: что нам играть? Я говорил, что пока непонятно, внешность героя, значит я в тебе должен развивать героическую психологическую ипостась. У меня есть студент Дима, он пока молодой, неопытный, но Бог дал ему внешность Ефремова Олега Николаевича, и я его в эту сторону двигаю, а он маленький, и ему все время как-то неудобно. Сейчас третий курс, и я чувствую, как он внутренне вырос, стал мощным, голос поменялся, усы отпустил, то есть нужно было разбудить его мужское начало и дальше развивать. Так что у каждого свое место, и не гневите Бога, не пытайтесь переделать обстоятельства под вас.

Сия Адерес:

Вы строгий педагог?

Михаил Богдасаров:

Я добрый, я люблю всех студентов.

Сия Адерес:

Никого не ругаете, не выгоняете, матом не ругаетесь, книгами не бросаетесь?

Михаил Богдасаров:

А зачем, что за глупость? Я хороший, потому что в каждом вижу талант и хочу разбудить именно его предназначение, а если ты будешь орать на него: «Дурак, ты должен таким быть, а не таким», – значит провал, он пойдет к родителям и скажет, что Михаил Сергеевич меня обижает, и заберет документы.

Сия Адерес:

А как он хочет выживать в профессии, не все режиссеры, педагоги в дальнейшем с ним будут сюсюкаться?

Михаил Богдасаров:

Я им даю метод, как брать в руки сцену, произведение и разбираться, кто ты в этой общей картине и что ты должен делать.

Сия Адерес:

Когда Вам сказали, что вот Ваш образ, Ваши роли, какая у Вас была реакция? Вы были расстроены или наоборот, рады, что интереснее играть негативных персонажей, отрицательных, харизматичных, комических в том числе, чем одного и того же доброго молодца?

Михаил Богдасаров:

Характерный артист может играть и положительных, и отрицательных героев, я могу быть благородным отцом, я могу быть преступником, 300 с чем-то моих ролей доказывают это, но я при этом не могу сыграть Гамлета, кормилицу, хотя, может быть, и ее смогу сыграть.

Сия Адерес:

Вы не расстраивались, когда узнали свой типаж?

Михаил Богдасаров:

Нет, я наоборот искал, но через какое-то время самоубийственное желание попробовать себя в другом, судьба тебя все равно повернет. Предположим, ты начинаешь какой-то проект, а он не идет, и вдруг тебе звонят и говорят: «Роль очередного Армена. – Да надоело уже этих Арменов играть».

Сия Адерес:

У Вас очень часто персонажи кавказцы, хотя фамилия русская.

Михаил Богдасаров:

И ты говоришь: «Ну что ж такое, надоело».

Сия Адерес:

То есть роль Армена в новом проекте Вам не предлагать?

Михаил Богдасаров:

Предлагать, я буду ее играть, но при этом я буду внутри биться расстроенный – ну пожалуйста, дайте мне Гамлета сыграть. На самом деле я не буду так расстроен, но углубить роль Армена я попытаюсь, взять этим.

Сия Адерес:

Что важнее сегодня для актера – педагог-наставник, образование, суперагент со связями или деньги?

Михаил Богдасаров:

Все. Я нужен своим студентам, нужно ли образование моим студентам – да, нужно, агент – обязательно, куда я без агента, без Машки Крыжанской.

Сия Адерес:

Или деньги, просто зайти и купить несколько ролей и начать карьеру, сейчас многие блогеры, певцы начинаю сниматься, чтобы расширить свою медийность.

Михаил Богдасаров:

По необходимости. Год назад у меня был случай, мне поступило такое предложение, не будем называть эту ужасную компанию, двух ужасных продюсеров, которые испортили проект, они предложили мне за 3 недели написать сценарий, потому что есть бабки, детский сериал. Мы с моим сыном, окончившим ВГИК, сели и написали сценарий, причем не просто сценарий пилота, а весь проект описали и сделали это практически за неделю. Я встретился с инвесторами, поговорили с детьми, за которых заплатили родители. Они рассказали свою уникальную историю, мы переделали этот сценарий и весь концепт, который мы с Сережей придумали, конкретно под них, утвердили, и вдруг звонит продюсер и говорит: «Дело в том, что они отказались, мы им предложили условия, а они отказались от них, что делать?» А у нас через 4 дня мотор, уже локации выбраны. Мы с Сережей, понимая, что таких талантливых мальчиков больше не найдем, переписываем эту историю под девочек, находим таких девчонок, Ярославу Дегтяреву, которая пела в детском «Голосе» «Кукушку», она у нас играет главную роль. Продюсерам же важны деньги, и они говорят: «А давай мы перепишем эту роль под девочку, чьи родители дают деньги». Это так не работает, случается, но на практике в итоге не работает. Мы сняли именно ту историю, которую они хотели, но не получалось, и я перемонтировал под Дегтяреву, и вышло отлично. В итоге мы расстались по причинам того, что этот проект был сделан ради бабла и не более того. Я отказался дальше снимать, потому что все перекрутили, условия были ужасные, мой агент написал, что Михаилу Сергеевичу нужно предоставлять стул с надписью «режиссер Михаил Богдасаров», а они сказали, что их компания не может пойти на такое. Это был чисто отмыв денег, они сняли эту историю, она имеет нижайший рейтинг, до сих пор судятся, потому что взяли деньги и не исполнили то, что должны были.

Сия Адерес:

Такого много на рынке и в медиа, если взять ТВ-сферу, это на каждом шагу, но там хоть меньше художественной истории, а больше журналистской, всегда есть варианты, за счет чего можно вылезти. А если мы говорим о большом кинематографе, то это сложнее, хотя я помню, какой был скандал, когда Ольгу Бузову взяли во МХАТ.

Михаил Богдасаров:

Чисто бабки заработать, но шумиху создали, все ради этого и было, привлечь во МХАТ зрителя. Было еще ужасное кино с каким-то блогером, он там играл человека будущего, потом возвращался в коробку. Пришел полный зал его поклонников, но через 5 минут они стали уходить, потому что он не профессиональный артист.

Сия Адерес:

От чего Вы хотели бы оградить своих детей, предостеречь, учитывая, что какой большой путь прошли?

Михаил Богдасаров:

Бесполезно предостерегать от каких-то ошибок, они уже идут по своим граблям. Старший живет со мной, младший уже женился и отделился. От младшего вдруг узнаю, что он принял решение уйти из театра, причем театр Нонны Гришаевой, совсем неплохой, и он играл там большие главные роли. Он снимается с 4 лет и поэтому остыл к актерской профессии. Закончил большой монтажерский курс, попросил у меня денег на это и сейчас монтирует несколько проектов: для Первого канала новостную часть, на интернет-канале, то есть пошел своим путем. Правильно он сделал или неправильно – я не знаю, зарабатывает, пашет, но ему в кайф.

Недавно делал проект, помогал ему озвучивать кино про человека, который создал чувашский алфавит, он был одним из друзей отца Ленина Ильи Ульянова. Я прихожу к нему домой, у него все отделано поролоном, профессиональный микрофон, специальные прибамбасы, и он круглые сутки пашет. Он хорошо этим занимается, умеет, погружен в это дело, а актерство… Я говорю: «Есть для тебя роль», – присылаю пробы, а он говорит: «Мне неинтересно».

Сия Адерес:

Главное заниматься любимым делом, иногда лучше выйти, потом вернуться, соскучиться.

Михаил Богдасаров:

Надеюсь, что так и произойдет, а старшему говорю: «Ты окончил ВГИК, иди по сценарной стезе. – Нет, мне нравится сказки писать». Он пишет, становится членом Союза писателей, ему это интересно, у него потрясающие стихи, ездит на конференции, встречается с людьми, которые ему дают деньги на выпуск книги, когда Министерство финансирует какой-то проект. Выпустил сейчас очередную книжку, денег много это ему не приносит, но зато получает колоссальное удовольствие. Правильно ли поступают Антон и Сергей – не знаю, думаю, что нет, но они получают от этого удовольствие, идут своим путем, и это прекрасно.

Сия Адерес:

Мне кажется, что люди, которые занимаются искусством, самые счастливые, у них есть возможность делать то, что они любят, и проживать одновременно несколько жизней.

Михаил Богдасаров:

Как сказал Олег Павлович Табаков, заниматься любимым делом, еще за это деньги платят – это такое удовольствие.

Сия Адерес:

Каким Вы видите российское кино через 10 лет, о чем будут снимать?

Михаил Богдасаров:

Мне нравилось наше советское кино, оно говорило о темах, которые волновали русских, разнообразное количество народов, которые проживают на территории России, рассказывает об их интересах, об их темах, о ценностях, патриотизме. Очень много было развлекательного кино в советские послевоенные годы, то есть патриотическое кино не только про войну с автоматом, про смерть, оно говорит о том, чем болеет русская душа. Мне кажется, что будет об этом, хватит американщины, которая уже обрыдла. Я могу точно сказать, включив фильмы, которые идут на платформах, что это американщина, а это наша российская история. Достаточно нам уже схем, по которым мы снимали совсем недавно и которые сейчас продолжаются, разогнавшись. Кино будет нашим, русским.

Сия Адерес:

Спасибо большое, в гостях у нас сегодня был советский актер театра и кино Михаил Богдасаров.