Гортань. Функции и заболевания гортани у детей и взрослых

Гортань. Функции и заболевания гортани у детей и взрослых

Оториноларингология

Наталия Чучуева

Ассистент кафедры болезней уха, горла и носа Сеченовского Университета

Гюнай Рамазанова:

Добрый вечер. С вами доктор Рамазанова Гюнай, врач-отоларинголог клиники «Медиксити». Сегодня передача посвящена очень важному органу – гортани. Если этот орган 5 минут не будет работать, мы просто умрем. Поэтому внимательно послушайте, что сегодня будем говорить, мы дадим хорошие профилактические советы, чтобы этот орган у вас работал, и очень хорошо работал, чтобы вовремя предотвращать все проблемы с гортанью. Итак, у нас сегодня в гостях очень интересный собеседник Наталия Дмитриевна Чучуева из Сеченовского университета. Несмотря на молодой возраст, она успела стажироваться в больших клиниках Германии и Италии. Здравствуйте, Наталия. Расскажите про функции гортани, что такое гортань?

Наталия Чучуева:

Здравствуйте! Вы назвали самую главную ее функцию, дыхание и дыхательная функция гортани идет на первом месте. Большинство людей встречаются с такой функцией гортани, как голос, потому что возникает охриплость при многих заболеваниях, при острых состояниях, просто ОРВИ, и кажется, что это самая главная функция гортани. На самом деле, это не так. Самая главная функция гортани – это дыхание. Она дает возможность вдыхать воздух, который поступает в легкие. И третья функция – разделительная, она же защитная. То есть пища, которая поступает в пищевод и желудок, благодаря гортани не попадает в легкие. Это 3 самые главные функции, но на первом месте, конечно же, дыхательная.

Гюнай Рамазанова:

Потому что мы не задумываемся, когда дышим. Если бы задумывались, как некоторые наши пациенты задумываются при каждом вдохе, потому что им реально нечем дышать. Скажите, в детском возрасте какие заболевания гортани мы наблюдаем?

Наталия Чучуева:

Можно начать с новорожденного состояния, когда есть мальформации гортани, то есть ткани гортани у ребенка сформированы так, что они очень мягкие, и они в каких-то местах западают. Такая ситуация решается разными способами и путями. Хотела бы рассказать немного про свой опыт в Европе, университетская клиника, где ребенок рождается, где есть ЛОР, и если есть подозрение, что ребенок плохо дышит, первым зовут отоларинголога. Вот это ключевой момент, когда приходит оториноларинголог и уже профессионально на своем уровне решает можно ли ждать или нужно сейчас оперировать. Это очень важный момент.

Дальше, есть очень неприятное заболевание у детей папилломатоз гортани. Но папилломатоз – это отдельная тема, огромная, возникает чаще у детей, и прогноз может быть не такой благоприятный.

Гюнай Рамазанова:

Они заражаются, когда рождаются, через родовые пути?

Наталия Чучуева:

Прохождении через родовые пути — это одна из самых главных причин папилломатоза гортани. Трагическая ситуация для детей – десятки операций, невозможность дышать, трахеостомы. Благо, сейчас есть возможности помочь.

Гюнай Рамазанова:

С другой стороны, сейчас она не до конца лечится, как я поняла, или есть уже выход какой-то?

Наталия Чучуева:

Заболевание остается рецидивирующим, то есть оно повторяется, никто никогда не даст гарантий, что мы вас излечили окончательно.

Гюнай Рамазанова:

Это же вирус.

Наталия Чучуева:

Да. Но все развивается, и добиться рецидива 5-6 лет у детей – это уже огромная заслуга. А у взрослых уже есть 10 лет рецидив, но это комплексная проблема.

Гюнай Рамазанова:

Что еще у детей может быть в гортани, с чем мы сталкиваемся очень часто?

Наталия Чучуева:

Самое частое – это подскладочный стеноз. У детей анатомически так расположена гортань, что именно под гортанью подскладочный отдел, часто возникает сужение, которое затрудняет дыхание. При ОРВИ часто распространен, у детей с аллергическим статусом.

Гюнай Рамазанова:

Потому что у детей маленькая гортань по размеру, если там незначительный отек, тут же закрывается. Давайте расскажем, что такое гортань, как это выглядит. Это полая труба, полый орган. Что входит в гортань?

Наталия Чучуева:

Гортань находится между полостью рта и трахеей, то есть в области шеи, если наружные ориентиры брать. Начинается все с надгортанника, который берет на себя защитную функцию, закрывает гортань. Эта часть гортани называется надголосовой, потому что следующая часть – это уже голосовая, там находятся голосовые складки, это основной орган голосового отдела, благодаря которому формируется наш голос. Подголосовой отдел – это один только хрящ, и он опасен, потому что он закрыт, это единственное узкое кольцо, гораздо уже, чем надголосовой отдел, голосовой отдел. Его функция – соединение с трахеей, проведение воздуха. И это самое опасное место как для острого состояния при ОРВИ, так и при хронических стенозах.

Гюнай Рамазанова:

Когда ларингостеноз, стеноз гортани при ОРВИ, это какой отдел?

Наталия Чучуева:

Это подголосовой отдел.

Гюнай Рамазанова:

Значит, у нас есть голосовые складки, что еще?

Наталия Чучуева:

Подголосовой отдел, где хрящи, называется перстневидный хрящ, полностью закрытый, и надголосовой отдел – это вестибулярные складки и надгортанник.

Гюнай Рамазанова:

Можно тогда сказать про инородные тела?

Наталия Чучуева:

Все зависит от того, какое инородное тело. Самое катастрофичное инородное тело, которое не проходит через голосовые складки, а останавливается на их уровне, полностью прекращая дыхание ребенка. Если инородное тело проскакивает голосовой отдел гортани и попадает уже в трахею, и оно имеет меньший диаметр, чем перстневидный хрящ и сама трахея – уходит в бронх. Ситуация плохая, то есть надо обязательно удалять, оперировать, но ребенок может дышать. Единственное, нужно быстро диагностировать, чтобы не выключалась легкое из работы.

Гюнай Рамазанова:

Как может родитель дома диагностировать инородные тела в гортани?

Наталия Чучуева:

Допустим, родитель не видел что произошло. Ребенок задыхается – это первый признак того, что инородное тело. Если все нормально, но ребенок постоянно кашляет, и это появилось резко-резко, рефлекс работает, здесь тоже вероятность, что есть инородное тело.

Гюнай Рамазанова:

Кстати, кашель – это наш защитный рефлекс, гортань хочет себя очищать, поэтому ребенок вот так без конца кашляет. А голос может измениться?

Наталия Чучуева:

Голос может измениться, но это уже от дыхания и кашля идет в третью очередь.

Гюнай Рамазанова:

Мы почти все рассказали про детей: инородные тела, папилломатоз гортани, отек гортани при ОРВИ, что еще?

Наталия Чучуева:

Хронические стенозы.

Гюнай Рамазанова:

Это уже долгая история. Тогда, может быть, профилактический совет, когда идет ларингостеноз, чаще всего что мы видим? Когда есть инородные тела, что надо делать? Если какой-то маневр, который мама может сделать сама?

Наталия Чучуева:

У ребенка, конечно, гортань очень близко расположена, то есть инородное тело при быстром движении из гортани можно удалить.

Гюнай Рамазанова:

То есть выкашлять.

Наталия Чучуева:

Даже просто можно и рукой удалить. У ребенка в гортани он даже может быть виден. Есть, конечно, манипуляции, но они больше врачебные.

Гюнай Рамазанова:

У нас есть 5 минут, чтобы срочно доехать к врачу.

Наталия Чучуева:

Вызвать скорую.

Гюнай Рамазанова:

Я работала в инфекционной больнице и знаю, что когда включаешь обычную горячую воду в душе и дышишь этим, ребенку становится легче, открыть все окна, чтобы чистый воздух попал, и включить горячую воду.

Наталия Чучуева:

Это первое, что может сделать родитель.

Гюнай Рамазанова:

И успокоиться. Я хочу, чтобы от этой передачи люди практические навыки себе забрали, потому что нигде об этом не говорят, к сожалению. Но мы в практике это видим и знаем. Нельзя никаких препаратов давать ребенку, а хотя бы вот так делать можно. Не укутывать ребенка, а наоборот, открыть все, чтобы он подышал, успокоить и включить воду горячую. Расскажите про заболевания гортани во взрослом возрасте.

Наталия Чучуева:

Во взрослом возрасте мы уже накапливаем разнообразие рисков, и первое, с чем сталкиваемся, это острый ларингит, который сопутствует ОРВИ, это комплексное лечение всего заболевания. А если говорить о хроническом процессе, который накопился с возрастом, то может перейти в доброкачественные образования, такие как хронический отек гортани, отек Квинке, полипы голосовых складок, кисты разной локализации, поэтому у взрослых ранг всех заболеваний гортани очень широкий.

Гюнай Рамазанова:

Интересует самое распространенное, когда идет обычное ОРВИ, утром встал – и голоса нет. Что это такое, когда надо бежать к врачу?

Наталия Чучуева:

Я думаю, что каждый врач никогда не скажет, что нужно заниматься самолечением. Даже если у пациента опыт самолечения огромный, нужно сразу идти к врачу. Это ларингит или все-таки это общее ЛОР-заболевание, когда задействованы и нос, и полость рта. Лечение будет больше симптоматическое, направленное на конкретное удаление симптомов и воспалительных реакций. Но к врачу нужно идти сразу.

Гюнай Рамазанова:

Пациенты с насморком могут дома 10 дней сидеть, а когда они говорить не могут – бегом к врачу. Они в шоке от того, что они не могут говорить, и в первый же день приходят к нам.

Наталия Чучуева:

Много заболеваний гортани, и качество жизни человека снижается от этой дыхательной функции. Я видела очень много пациентов, когда они вдыхают, видно, как включаются мышцы шеи, насколько они тяжело дышат, но они об этом даже не задумывались, что надо обратить внимание, и вокруг люди даже могут сами диагностировать человека с затруднением дыхания. На что обратить внимание, расскажем про это?

Наталия Чучуева:

Я бы еще хотела сказать про втяжение мышц, и что сам человек, как ни странно, не замечает, он привыкает. Это развивается настолько постепенно, и многие люди, которые находятся рядом с этим человеком, точно так же привыкают к этому. Как правило, эти люди обращаются к терапевтам с затруднением дыхания, которое у них хроническое, они не могут подняться на лестницу из-за одышки. Конечно, первое впечатление у человека, что это не ЛОР-патология, не гортань.

А если переходить к факторам риска, то самый главный — курение. От курения надо отказываться, для гортани это очень губительно, плюс ко всему, живя в наших условиях, в нашей загазованности, накладывается еще это фактор риска. То же самое, если человек не дышит носом, вдыхает только ртом, попадает сухой воздух, никто об этом особенно не задумывается, но для гортани это усугубляет ситуацию. И голосом многие очень злоупотребляют, громко говорят, кричат, много говорят, постоянно в шумной обстановке, поэтому факторы риска, которые накапливаются ежедневно, приводят к достаточно плачевным ситуациям.

Гюнай Рамазанова:

Мы забыли про рок-концерты, где очень шумят, у меня пациентка поступила лет 20-ти, молодая девушка, после рок-концерта, и после футбола еще пациент был. Когда мы громко кричим, что случается с гортанью, с голосовыми складкам, когда появляются вот эти образования в гортани?

Наталия Чучуева:

Конечно, нагрузка должна быть постоянная на гортань, и в гортани есть одно место, где самая большая нагрузка на голосовые складки. И когда человек постоянно кричит, громко говорит, пытается перекричать футбольный матч, на это место возникает такая большая нагрузка, что там начинает постепенно формироваться плотная ткань, как мозоль, переходящая в узелки. Узелок имеет стадии развития. В принципе, если человек внимательно к себе относится и приходит к врачу на определенной стадии, то это все можно вернуть обратно просто занятиями с фониатрами.

Гюнай Рамазанова:

Какие ткани там образуются в виде мозоли?

Наталия Чучуева:

В конечном итоге там образуются фиброзные ткани, потому что это слой слизистой, сейчас это доказано уже на всех срезах, что это самый поверхностный слой голосовой складки.

Гюнай Рамазанова:

Просто их оперировали одно время, значит оперировать не обязательно?

Наталия Чучуева:

Да, надо сначала провести как минимум 2-3 курса консервативного лечения. Если не помогает, тогда операция. Но обязательно 2-3 курса консервативного лечения должны быть проведены.

Гюнай Рамазанова:

У детей то же самое. Я часто вижу таких детей на приеме, когда хриплый голос, и слышно, что у них проблемы, детский фониатр диагностирует узелки. Я даже видела, что некоторых на операцию отправляют, поэтому я спрашиваю.

Наталия Чучуева:

Нет, с детьми, конечно, надо заниматься консервативно. Как правило, это возникает у детей, которые голосом пользуются.

Гюнай Рамазанова:

Конечно, они кричат без конца, есть такие любители. Кстати, этих детей надо обязательно обследовать на слух, потому что когда ребенок плохо слышит, он громко говорит. Раз мы начали про хирургическое лечение, скажите, пожалуйста, когда требуется хирургическое лечение? Взрослый человек на что должен обращать внимание? Первое — это одышка, если плохо начал дышать, хоть какие-то есть изменения в одышке, и голос, естественно, изменение в тембре, что еще?

Наталия Чучуева:

Поперхивание. Ощущения бывают даже инородного тела. Нарушение голоса, изменение тембра голоса, охриплость – это основное. Все равно чаще всего взрослые обращаются с охриплостью, и чтобы не доводить до того момента, когда появляется одышка, если мы говорим о каких-то новообразованиях, приходить на том моменте, когда еще есть охриплость, то есть еще дыхание сохранено, но голос изменился. Любое изменение голоса должно насторожить.

Гюнай Рамазанова:

Я хочу драматическое отступление сказать для взрослых. Запомните: новообразования в гортани в большинстве случаев злокачественные. Поэтому если любые проблемы с охриплостью, с дыханием, тяжесть в гортани – бегите к ЛОР-врачам, фониатрам и далее. На самом деле, гортань – это очень важный орган, через него мы дышим, и кислород попадает в наш мозг, который может умереть без кислорода за 5 минут. Все наши заболевания гортани, к сожалению, злокачественные, они нарабатываются очень тихо, медленно, поэтому нужно ловить первый момент, потому что если человек будет внимательно к себе относиться, он может подойти к врачу и вовремя оттуда удалить эту опухоль, чтобы дело дальше, до ухудшения состояния, даже до смерти, не дошло.

Еще раз вернемся к тому, при каких случаях надо идти к врачу? Какие обследования должны пройти пациенты? Что именно нужно делать, чтобы диагностировать, чтобы ничего не пропустить? На первых этапах очень часто даже ЛОР-врачи пропускают. Почему? Потому что некоторые пациенты не могут гортань показывать, у многих короткая шея, большой язык. Расскажите, пожалуйста, об инструментах. Как можно сделать эндоскопию через нос? Если не умеет врач смотреть гортань, значит, он должен отправлять к эндоскописту, чтобы не пропустить. Расскажите, пожалуйста, что делать?

Наталия Чучуева:

У гортани есть 2 отдела: есть голосовой отдел, а есть надгортанник, разделительная защитная функция. И проблема в том, что надо бежать обязательно, если голос изменился, охриплость, но есть моменты, когда человек не виноват, он действительно сам не знает, что у него идет развитие, если мы говорим о злокачественном процессе, опухоли в надголосовом отделе. То есть не страдает функция глотания, не страдает функция дыхания, не страдает функция голосообразования, а опухоль развивается. Поэтому ЛОР, диспансеризация – это 2 связанные вещи. Обязательно нужно периодически приходить на осмотр к отоларингологу, потому что у большинства людей такое мнение, что гортань – это только голос, и все идут к врачу, если охриплость возникла. Поэтому обязательные периодические осмотры профилактически нужны.

Если уже все-таки есть охриплость, если уже пришли к ЛОРу, не все показывают гортань. Более того, вернусь к тому опыту, который я получила в Европе, там я нашу обычную непрямую ларингоскопию вообще не видела ни разу. Они говорят о ней, как об историческом методе. «Когда я был в ординатуре, я смотрел гортань зеркалом», – и ординаторы смотрят такими глазами: «Зеркалом!» Конечно, хорошо, что у нас врачи владеют этой методикой, многие очень хорошо видят, некоторые оперируют. Это багаж мастерства наших врачей, которым я лично восхищаюсь. Но есть пациенты, которые ничего не показывают, это факт. Поэтому сейчас практически везде есть эндоскопия. Не могу сказать про регионы, в этом сложность. Когда эндоскопии нет в доступе у оториноларинголога, и он не увидел гортань, нужно отправить обязательно к эндоскописту, потому что эндоскоп гибкий, он проходит через нос, это неприятная процедура, но она у всех проводима, до гортани можно дойти, посмотреть все отделы, и даже можно подскладочный отдел посмотреть при определенном навыке – практически полная диагностика. Если есть стробоскопия — огромный плюс.

Гюнай Рамазанова:

Это специальный аппарат, который показывает движение?

Наталия Чучуева:

Движение слизистой оболочки.

Гюнай Рамазанова:

Увеличение.

Наталия Чучуева:

Да. Он очень важен фониатрам, но он очень важен и для планирования операции и вообще диагностического хода мысли – насколько глубоко, если мы говорим о злокачественном образовании, оно проникло. Стробоскопия нам может в этом помочь. Хотелось бы упомянуть о новых методиках, которые мало где есть пока, но я надеюсь, что они будут набирать обороты. Методики, которые показывают сосудистое русло. Если есть подозрение на злокачественный процесс, то весь злокачественный процесс слизистых оболочек сопровождается развитием усилением сосудистого русла. Появились методики, они уже достаточно хорошо разработаны, которые четко показывают, что вот в этом месте сосудов гораздо больше. Соответственно, это место вызывает подозрения у врача, потом можно взять биопсию, то есть это действительно важные методики. Если у отоларинголога нет этого метода, но он знает, что есть у кого-то рядом, лучше отправить при подозрении.

Гюнай Рамазанова:

Под надгортанником до голосовой складки что мы видим, какие образования?

Наталия Чучуева:

Под надгортанником до голосовой складки – это вестибулярные складки.

Гюнай Рамазанова:

Вестибулярные – это значит, что там злокачественные образования?

Наталия Чучуева:

Злокачественные образования настолько непредсказуемы, они могут быть везде, любая локализация. Тоже отдельная тема, в зависимости от локализации сразу меняется прогноз. Очень интересные сейчас исследования проходят, и план лечения меняется, но самое главное, это прийти к ЛОРу и выявить есть или нет, есть подозрения или нет подозрений — это самое главное.

Гюнай Рамазанова:

Биопсию тоже.

Наталия Чучуева:

Биопсию обязательно.

Гюнай Рамазанова:

Тогда операция и ее влияние на функцию гортани.

Наталия Чучуева:

Если переходим к тому моменту, что выявлено либо заподозрено образование, нужно провести биопсию. Называется это, как правило, лейкоплакия, пахидермия, любая врачебная терминология. Это просто изменение внешнего вида голосовой складки. Требуется биопсия. Тут стробоскопия может помочь. Если в пределах слизистой оболочки, можно провести очень щадящую биопсию, при этом практически полностью удалить весь подозрительный участок, и это впоследствии может даже не повлиять на голос, то есть если затронута только слизистая оболочка.

Если проводить биопсию нужно глубже, то должно быть понимание, что голос должен уйти на второй план. Если не поставить правильный диагноз, не провести правильно биопсию, удалить не тот участок либо удалить меньше, чем надо, и не получить гистологически злокачественный процесс, это может обернуться катастрофой в будущем. Поэтому даже если приходится провести биопсию в большем объеме, и это потом приведет не к потере голоса, а просто охриплости или изменению тембра голоса, нужно с этим смириться.

Гюнай Рамазанова:

Под наркозом все делается?

Наталия Чучуева:

Да, все делается под наркозом. Есть возможности проведения биопсии небольших участков под местной анестезией, но для этого нужно специальное оборудование, то есть эндоскоп, в который проводятся инструменты со специальным рабочим каналом. Если же требуется больше объем хирургического вмешательства, то без наркоза не обойтись. Гортань так расположена, что нам обязательно нужен к ней доступ, чтобы и под микроскопом сделать. Более того, проводя операции под наркозом, под контролем микроскопа хирург больше видит. Пациент не мешает, он не кашляет, он не убирает руки, не задыхается. Спокойнее оперировать, соответственно, можно щадяще удалить только тот участок, который нужно удалить. Даже касательно папилломатоза, при проведении операции под микроскопом можно увидеть те очаги, которые не были видны при обычном исследовании.

Гюнай Рамазанова:

Там же определенная анестезия, это не эндотрахеальная трубка?

Наталия Чучуева:

Есть возможность без установки эндотрахеальной трубки, и более того, при многих новообразованиях гортани, том же самом папилломатозе, хирургам просто необходимо, чтобы трубки там не было. Тут все зависит от возможностей клиники и показаний к этому.

Гюнай Рамазанова:

Получается, у нас другие есть варианты, кроме эндотрахеальной трубки?

Наталия Чучуева:

Нет, но в основном, конечно, все-таки трубка.

Гюнай Рамазанова:

Все-таки искусственная вентиляция легких?

Наталия Чучуева:

Искусственная вентиляция легких обязательно. Но трубки тоже бояться не надо.

Гюнай Рамазанова:

То есть вокруг трубки можно посмотреть?

Наталия Чучуева:

Вокруг трубки можно посмотреть, ее можно отодвигать, тем более хирурги всегда работают в связке с анестезиологом, всегда обсуждают, какую трубку можно поставить пациенту.

Гюнай Рамазанова:

А послеоперационный период чем-то отличается от других операций?

Наталия Чучуева:

Послеоперационный период после всех операций абсолютно разный. Это то место, где пути всегда очень сильно расходятся. После большого объема операции просят не говорить, потому что есть большой риск возникновения рубцового стеноза, то есть когда возникает рубец, и потом приходится с ним справляться хирургически. Если мы говорим об отеке Рейнке, наоборот, рекомендуется говорить. Очень интересное объяснение этому, и оно очень логичное, поэтому все пациенты, как правило, следуют ему, и у них прекрасно восстанавливается голос. Как правило, с отеком Рейнке пациенты приходят с очень плохим охрипшим голосом, после операции, сразу после наркоза, когда они только проснулись, хирург просит сказать что-нибудь, и у них еще не развился отек, и они моментально говорят прекрасным голосом. Для них даже психологически это так приятно. Потом уже хирург им обязательно говорит, что в последующем, 2-3 дня, голос будет ухудшаться, но запомните, вот этот голос будет у вас такой.

Гюнай Рамазанова:

Отек Рейнке, расскажем об этом поподробнее. В каких случаях и у кого диагностируется, какая клиника?

Наталия Чучуева:

Портрет пациента: курящий человек, плюс много пользующийся голосом и живущий в мегаполисе. На первом месте, конечно, курение, даже если не живет в мегаполисе, курение все равно в конечном итоге приведет к отеку Рейнке. Самое печальное, что после того, как удалили, сделали операцию, они продолжают курить, и опять отек Рейнке. Очень хочется попросить, чтобы все-таки бросали курить, потому что рецидив обязательно будет.

Гюнай Рамазанова:

Отек Рейнке — это отек каких тканей гортани?

Наталия Чучуева:

Отек Рейнке – это та же область под слизистой оболочкой, как у детей, как узелки, все одно и то же, экссудативные пространство Рейнке на медицинском языке. Поэтому операция по удалению этого отека благодарная, потому что голос возвращается, не затрагиваются важные структуры, которые дают нам голосообразование.

Гюнай Рамазанова:

Я думаю, что все-таки самая деликатная операция в ЛОР-органах — это гортань, потому что настолько там много функций, что если неправильно что-то делать, качество жизни снизится: или голос, или дыхание, или рубцовый стеноз появится, который он будет годами потом лечить. Потому что это такой орган, который каждый день работает, когда мы вдыхаем и выдыхаем, то есть это насколько важный орган, что его надо деликатно оперировать. Как должна происходить операция и какие врачи должны это делать? Насколько врач должен быть профессионалом в этом деле?

Наталия Чучуева:

Гортань действительно деликатный орган, очень маленький, то есть кажется, что он большой, когда мы смотрим на экране при эндоскопии, на самом деле, это миллиметры. Органосохраняющие, если говорить о доброкачественных образованиях, конечно же, нет смысла жертвовать голосом, когда есть возможность им не жертвовать. Поэтому все должно быть выполнено деликатно в пределах слизистой оболочки, если это образование в пределах слизистой оболочки, тогда голос не пострадает. Тут оборудование играет значение, опыт хирурга. Но даже при отсутствии сверхнового оборудования опыт хирурга и обычные инструменты в совокупности дают очень хороший результат.

Если говорить о больших операциях по удалению злокачественных образований, рака гортани, тут о голосе уже не стоит говорить, тут в первую очередь выходят две функции: разделительная и дыхание, чтобы человек не был с трахеостомой, чтобы у него осталась его гортань. То есть разброс операций по удалению злокачественных образований от минимальной, то есть можно удалить миллиметр слизистой оболочки, а можно удалить больше, чем 2/3 гортани, и при этом функции сохранятся. И голос останется, и дыхание. Конечно, голос будет хриплый, но человек дышит, он может спокойно есть. Даже внешне у таких пациентов невозможно понять, что у них была операция, они только плохо разговаривают и хрипят, но почему они хрипят, можно даже и не знать. Это поражает воображение, насколько надо индивидуально подходить к пациенту, и исходить не только из возможностей хирурга или отделения клиники, а из того, что показано данному человеку.

Гюнай Рамазанова:

Что такое трахеостома?

Наталия Чучуева:

Трахеостома — это когда делают сообщение между внешней средой и трахеей, чтобы человек дышал. То есть это дырка в шее, обычным языком, между кожей и трахеей.

Гюнай Рамазанова:

Это уже экстренный выход докторов, когда человек задыхается, когда срочно нужна помощь. А после того, как оперируем гортань, эту дырку зашиваем, чтобы человек начал дышать сам, через дыхательные пути. В Европе Вы много видели трахеостом?

Наталия Чучуева:

Превентивную трахеостому они делают далеко не всем, более того, если они делают превентивно трахеостому, имеется в виду перед операцией, они делают буквально во время операции и буквально на неделю. У пациентов нет этого страха, что если мне сделают трахеостому, я останусь с ней на всю жизнь. Действительно, трахеостому закрывают, не видно даже, что она была. Если трахеостома наложена в экстренной ситуации, совсем другая тема.

Гюнай Рамазанова:

Давайте расскажем про профилактику развития заболевания гортани. У детей сначала в двух словах. Естественно, инородные тела, за ними глаз да глаз. Не пугаться, помочь детям, то есть включить горячую воду и открыть окна. И срочно вызывать скорую помощь. Вообще, что бы с гортанью ни случилось, надо срочно вызвать скорую помощь. У взрослых какие профилактические меры? Что мы можем делать, чтобы не было таких проблем?

Наталия Чучуева:

У взрослых – не курить, стараться не перегружать голос, то есть использовать его в пределах разумного. Мы не говорим о голосовых профессиях, в профессиях люди знают, как правильно пользоваться своим голосом, мы говорим об обычной жизни, когда не надо резко кричать, перекрикивать рок-концерт. Если вы живете в мегаполисе, тут ничего не сделать, но мы говорили до передачи, что увлажнение воздуха – это прекрасно для слизистой.

Гюнай Рамазанова:

Мы про рефлюкс еще говорили.

Наталия Чучуева:

Рефлюкс, конечно, огромное значение играет в формировании таких образований, как гранулема, и вообще поддерживающееся постоянно воспаление, плюс ко всему, если постоянно есть рефлюкс, возникает отек в задних отделах гортани, который просто не дает смыкаться голосовым складкам. Поэтому если есть подозрение на рефлюкс, лечение нужно планировать с гастроэнтерологом, с терапевтом, и в первую очередь избавляться от этого заболевания.

Гюнай Рамазанова:

Пациенты очень удивляются, когда мы их отправляем к гастроэнтерологу. Рефлюкс так скрывается, и первый признак – это то, что ком в горле, стекание слизи, и голос пропадает. У некоторых пациентов даже бронхиальная астма от этого. Пароксизмальный кашель среди сна бывает, ночью начинают много кашлять. Рефлюкс, конечно, тоже играет роль в гортани, то есть все-таки диета, соблюдение образа жизни. То есть газированные напитки, ожирение...

Наталия Чучуева:

Нельзя сказать, что острого никогда не есть, но не злоупотреблять.

Гюнай Рамазанова:

Профилактически мы все рассказали, какие хорошие советы дадим? Про увлажнение воздуха сказали. Кстати, когда у человека проблема с носовым дыханием, некоторые пациенты не оперируют свою перегородку и думают, что так и обойдется, а получается так, что потом приходят с проблемами в гортани.

Наталия Чучуева:

Потому что сухой воздух, поступающий через рот, не увлажняющийся слизистой оболочкой полости носа, также пагубно влияет на слизистую гортани.

Гюнай Рамазанова:

То есть здесь тоже ЛОР должен комплексно обследовать пациента и сказать, что и как.

Наталия Чучуева:

Конечно, нужно сказать о возможных рисках, даже если в данный момент этого нет, через какое-то время это может развиться, чтобы человек понимал, что ему нужно с этим делать.

Гюнай Рамазанова:

То есть один раз в год гортань надо показать врачу. Если получится, даже делают эндоскопию, посмотреть внимательно под увеличителем. Это важно, потому что мы каждый день видим запущенные случаи рака гортани. Никто вас к врачу не пригласит, поэтому надо вовремя показаться, не курить. Кстати, со своей стороны хочу сказать, что курение лечится психотерапией, это один из оральных автоматизмов, его надо убрать. Я пациентам говорю: «Курить не модно. Богатые, ухоженные люди уже не курят». Они меня внимательно слушают. Кстати, вот эти вейперы тоже пагубно влияют, очень температуру повышают в глотке.

Наталия Чучуева:

Когда все перешли на вейперы, пациенты постоянно говорят: «А я не курю, у меня вейпер, он так не влияет». А исследований пока еще нет на эту тему, и доказать им очень сложно, что влияет точно так же.

Гюнай Рамазанова:

Я пациентам всегда говорю о том, что когда мы курим, у нас в глотке 60 градусов, это как раз то, что преобразовывает наш эпителий на злокачественный. Еще там пары, всякий клей, никотин. Конечно же, есть такие профессии, когда есть асбест, строители, это очень опасно. У меня очень много пациентов, которые работали даже с мрамором, эти люди обязаны надевать респираторы на работе. Это очень важно, это тоже играет роль для патологий гортани. Спасибо всем. Спасибо, Наталия Дмитриевна. До свидания.

Наталия Чучуева:

До свидания.