К вопросу об исторической изменчивости категорий стиля и жанра в связи с лингвистическим анализом древнерусских текстов

40

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 811.161.1'0 С.Р. Зайнуллина

К ВОПРОСУ ОБ ИСТОРИЧЕСКОЙ ИЗМЕНЧИВОСТИ КАТЕГОРИЙ СТИЛЯ И ЖАНРА В СВЯЗИ С ЛИНГВИСТИЧЕСКИМ АНАЛИЗОМ ДРЕВНЕРУССКИХ ТЕКСТОВ

Целью настоящей работы является рассмотрение некоторых особенностей становления двух взаимосвязанных понятий - стиль и жанр. Данные понятия рассматриваются в их отношении к современному этапу развития русского языка, а также в историческом плане. Выбор объекта исследования продиктован спецификой лингвистических работ, подразумевающих изучение языковых единиц в конкретных контекстных условиях. Стиль понимается как исторически сложившийся тип функционирования языка. Категория жанра также рассматривается с коммуникативной точки зрения и представляет собой конкретную реализацию стиля. Особое внимание в исследовании уделяется определению содержания понятий стиля и жанра применительно к историко-лингвистическому исследованию. В работе также формулируется ряд проблемных вопросов, касающихся описания стилистических особенностей древних текстов. Описываются перспективы изучения русской жанрово-стилистической системы в диахроническом аспекте.

Ключевые слова: литературный язык, стиль, жанр, норма, историческая стилистика, диахронический подход.

Диахронический подход к изучению языкового материала, думается, не должен ограничиваться простой констатацией тех или иных фактов, «он непременно предполагает наличие объяснения того, как и почему совершались те или иные преобразования» [1. С. 4]. В связи с этим встает вопрос о необходимости выделения двух разделов внутри исторической науки о языке: первый включает дисциплины, изучающие строй языка (фонетику и орфографию, грамматику, семасиологию), второй же -дисциплину, изучающую употребление языка (стилистику). Данную идею выдвигает профессор Г.О. Винокур в статье «О задачах истории языка»: ученый отводит стилистике особое место и подчеркивает, что «в отличие от прочих отделов истории языка, стилистика имеет дело не с одной, а с многими системами» [5. С. 223].

В связи со сказанным можно сделать вывод, что именно стилистике во многом принадлежит исключительное право определения того, «как и почему», поскольку она регулирует процесс отбора тех или иных вариантов употребления. Неслучайно В.М. Марков в «Заметках по исторической стилистике» определяет ее как «область знания, которая исследует различные формы проявления сознательного отношения к языку» [13. С. 149]. «Сознательность» в данном случае подразумевает в частности наличие у автора произведения определенных установок, которыми он руководствуется при написании текста. Именно авторская интенция в конечном итоге играет решающую роль при выборе того или иного языкового средства.

Изучение жанрово-стилистических особенностей древнерусских текстов, основанное на исследовании функционирования языковых единиц представляется нам перспективным: «Стиль - понятие историческое; тем более это относится к понятию функционального стиля» [9. С. 83]. Однако изучение стилистического развития русского языка в диахроническом аспекте неизбежно сталкивается с рядом трудностей. Главная сложность состоит в том, что возможности стиля напрямую зависят от границ нормы, а «норма чем далее от нас во времени, тем все неопределенней по очертаниям» [10. С. 17]. Как утверждает А.И. Горшков, «вопрос о характере стилевой дифференциации и стилевой системе древнерусского языка остается открытым в большей степени, чем другие вопросы, связанные с языковой ситуацией в Киевской Руси» [6. С. 107].

Стиль - понятие не одномерное: это и образ искусства, и индивидуальная манера поведения, и способ построения речи и др. В данной работе мы говорим о функциональном стиле - исторически сложившемся типе функционирования языка, который присутствует в сознании говорящих, представляет собой крупные композиционные типы речи и создается под влиянием комплекса базовых экстралингвистических стилеобразующих факторов (см. работы В.В. Виноградова, М.М. Бахтина, Б.Н. Головина).

В соответствии с традиционным подходом принято выделять пять функциональных стилей: научный, официально-деловой, публицистический, разговорный и художественный. Терминологическое обозначение при этом может выглядеть иначе. К примеру, в «Словаре лингвистических терми-

ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

2015. Т. 25, вып. 2

нов» О С. Ахмановой разговорный стиль назван обиходно-бытовым, а художественный - художественно-беллетристическим [2. С. 456], но суть классификации остается прежней. При этом функциональный статус двух последних стилей современными исследователями все чаще ставится под сомнение. Отмечается, к примеру, что художественный стиль шире самого литературного языка и не имеет специфических стилевых черт (В.Д. Бондалетов, Л.Ю. Максимов, Н.А. Мещерский, А.К. Панфилов, Д.Н. Шмелев и др.). Многие отечественные исследователи называют художественный стиль языком художественной литературы, а разговорный стиль - разговорной речью.

По В.В. Виноградову, стиль представляет собой функциональную разновидность литературного языка [4]. Эта идея получила развитие в работах Д.Н. Шмелева, А.Н. Кожина, А. Панфилова, В.В. Одинцова и др. Именно такой подход к стилю актуален для лингвистического исследования, поскольку он, прежде всего, предполагает отбор языкового материала. Понятие функционального стиля неразрывно связано с понятием нормы: текст только тогда соответствует тому или иному стилю, когда несет в себе черты, обязательные для этого стиля. Поэтому, думается, время складывания системы современных функциональных стилей следует связывать со временем появления русского литературного языка как нормированной, устойчивой, общеобязательной системы.

В древнерусский же период мы можем говорить лишь о предпосылках формирования современных функциональных стилей. Термин стиль нередко можно встретить в исследованиях, касающихся эпохи Средневековья, однако исследования эти не столько лингвистические, сколько литературоведческие, и данный термин определяется в них как определенная манера изображения мира и человека в соответствии с той или иной традицией. Именно таким смыслом наполнено понятие стиль в терминологических сочетаниях стиль монументального историзма и эпический стиль у Д.С. Лихачева. Во вступительных замечаниях к труду «Человек в литературе Древней Руси» ученый замечает: «Здесь и в дальнейшем я говорю о стиле так, как говорят о стиле искусствоведы: в широком значении этого слова. Я говорю о стиле литературы, а не о стиле литературного языка» [9. С. 3].

Получается, что установление хронологической определенности в вопросе о возникновении современных функциональных стилей не вызывает больших трудностей. Однако «где стиль, там жанр» [3. С. 257], и складывание более или менее устойчивой системы жанров представляется нам значительно более сложной проблемой.

В отечественной науке основателем теории жанров считается М.М. Бахтин, русский философ, литературовед начала XX в., являющийся также автором нескольких общетеоретических лингвистических работ и работ по стилистике. Именно он связал понятие жанра с повторяющимися время от времени ситуациями общения. Речевой жанр ученый понимает как особую коммуникативную форму, в которой текст находится в непосредственной зависимости от контекста [3]. Примечательно, что и по прошествии ста лет речевые жанры рассматриваются в зависимости от условий коммуникации. Жанр в современной функциональной стилистике - это форма существования стиля в виде определенного типа текста в процессе речевой деятельности; это своего рода средство конкретизации стиля. Промежуточным звеном между стилем и жанром является под стиль.

Вопрос о выделении жанров в древнерусской литературе практически всеми исследователями признан проблемным. В целом понятие жанр в древнерусской литературе и в литературе современной наполнено сходным содержанием, но описание интересующей нас категории в литературе средневековой Руси представляет определенные трудности ввиду хронологической отдаленности.

По образному выражению Д.С. Лихачева, жанровые рамки ранних произведений «отличаются младенческой мягкостью и неопределенностью форм» [11. С. 83]. По этой причине возникают и трудности с терминологией: размываются границы таких понятий, как канон, традиция, стиль, собственно жанр, и их производных, что также затрудняет проведение исследования. С определенной долей уверенности можно сказать лишь о том, что русская жанровая система складывалась постепенно: путем создания многих и многих текстов, развивавшихся в русле той или иной традиции.

Ученые, главным образом историки литературы (например В.В. Кусков, И.П. Еремин, Н.И. Толстой, Д.С. Лихачев и др.), говоря о каком-либо древнерусском жанре, зачастую или не указывают признаки, на основании которых он был ими выделен, или нарушают основной критерий этих признаков -специфичность. Многие специалисты в области древнерусской литературы считают, что «жанры средневековой русской литературы были тесно связаны с их употреблением в быту - светском и церковном. В этом их отличие от жанров новой литературы, образующихся и развивающихся не столько из потребностей обихода, сколько под влиянием внутренних законов литературы и литературных тре-

бований» [8. С. 447]. Под жанрами древнерусской литературы здесь понимаются те жанры, которые в современной стилистике обычно рассматриваются в рамках художественного стиля (типа речи). Между тем, упомянутая исследователем связь жанра с «бытом» присутствует и в наши дни. Эта связь реализует себя в некоторых функциональных стилях: официально-деловой стиль удовлетворяет потребность общества в закреплении социально-правовых отношений, научный служит для реализации науки как формы общественного сознания, публицистический - для трансляции в массы общественно-политических идей. Названные стили отвечают потребностям современного человека, их существование функционально оправдано: они «обслуживают» соответствующие им сферы деятельности человека (наука, законодательство и делопроизводство, политика). Особняком стоит разговорный стиль, жанры которого - монолог, диалог, полилог (см., например, Кожина 2008) - не являются жанрами в традиционном понимании данного термина. Согласно концепции М.М. Бахтина, жанр должен характеризоваться триединством композиции, темы и стиля [3]. В разговорных же жанрах нарушено единство темы (диалог может вестись на любую тему с использованием разговорных языковых средств).

Из сказанного следует, что связь с бытом не может являться единственной чертой, которая отличает средневековые жанры от современных: она и теперь довольно явно присутствует в научном, официально-деловом и публицистическом функциональных стилях. Тем не менее, замечание академика Д.С. Лихачева об отношении к быту становится действительно значимым, если обратиться к системе жанров современной художественной литературы, основной функцией которой принято считать эстетическую. Новейшие исследования развивают эту точку зрения: эстетическая функция связывается с этической, и получается, что художественная литература «не только участвует в процессе формирования общественных идеалов, но и распространяет их в социальном пространстве и времени, проявляя тем самым свою коммуникативную функцию» [15. С. 94]. Это подход к созданию текста, не только не совпадающий со средневековым, но противоположный ему: он направлен от литературы к жизни, а не от бытовых потребностей общества к созданию литературных текстов. Следовательно, одним из наиболее значимых событий в истории формирования русской жанровой системы можно считать появление собственно художественных текстов, а затем и складывание художественного стиля.

Сказанное выше позволяет сделать два вывода. Во-первых, нельзя отождествлять древнерусское и современное представления о стиле и жанре. Во-вторых, с тех пор как на Руси появилась письменность, развитие жанрово-стилистической системы не прекращалось, а значит, есть смысл говорить о преемственности в этом процессе, где отправным пунктом является язык эпохи Средневековья, а конечным - современный язык, с его функциональными стилями и жанрами, выделяющимися внутри них.

Особый интерес вызывает исследование истории формирования официально-делового и публицистического стилей с древнейших времен до настоящего времени, поскольку функции, которые выполняются этими стилями, были востребованы уже в период появления первых письменных русских текстов. Так, в составе древнейшего летописного памятника «Повесть временных лет» (временем создания начального свода которой считается начало XII в.) можно найти первые деловые тексты - договоры Руси с Византией X в. Сегодня все больше исследователей приходит к выводу о том, что «Повесть временных лет» представляет собой не просто хронику с погодным принципом изложения записей, а своеобразный социальный заказ. Существует мнение, что в ПВЛ представлена не столько история Руси как таковая, сколько история её христианизации, история усвоения русичами-неофитами христианских догм; и в утверждении посредством Слова новой, христианской, веры создатель летописного текста видел одну из своих ключевых задач [7]. Согласно данной точке зрения, летописцу интересны не столько события сами по себе, сколько божественная логика, которая руководит ходом человеческой истории. Даже если придерживаться более традиционного взгляда на ПВЛ как на средство выражения политической программы государства или же его княжеств, текст памятника в целом, а также отдельные его фрагменты, на наш взгляд, справедливо рассматривать как соотносимые с современной публицистикой. Неслучайно Средневековье традиционно относят к риторическому типу культуры. Это культура готового слова (термин А.Н. Веселовского), для которой характерно «универсалистское понимание слова как способа постижения, осмысления действительности и как способа закрепления (любого) смысла» [14. С. 409].

Однако не все стили можно одинаково эффективно исследовать в диахроническом аспекте. Так, тексты научного стиля являются более поздними, чем тексты официально-деловые и публицистические. Первые научные тексты появились с возникновением терминологии, часто заимствованной. Не-

ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ

2015. Т. 25, вып. 2

обходимость в них возникла в связи с развитием разных областей научного знания. В древнерусский же период на первом месте стояла вера в Бога, а не в человека, в Высший разум, а не в человеческое сознание и его возможности. Поэтому научный стиль начал формироваться сравнительно поздно - в начале XVIII в. До этого времени лишенные терминологии научные тексты больше напоминали тексты художественных произведений.

Непродуктивным, на наш взгляд, будет также исследование процесса складывания так называемого разговорного стиля. Как было сказано выше, ввиду своей «устной» природы и отсутствия определенного тематического единства, он рассматривается не как функциональный стиль, а как разговорная речь. Но, вне зависимости от того, придаем мы статус функционального стиля разговорной речи или нет, исследование ее развития с древнейших времен не представляется возможным, поскольку до нас не дошли образцы звучащей древнерусской речи. К тому же известно, что средневековые русские тексты создавались согласно традиции, канону. Случайное и индивидуальное в них не норма, но отступление от нее. Элементы разговорной древнерусской речи, думается, можно найти в берестяных грамотах, но это всего лишь элементы, в значительной мере ограниченные как по времени, так и по месту создания.

Неоднозначно выглядит вопрос об истории художественного стиля (языка художественной литературы). В древних текстах довольно много образности, много элементов художественности в том их виде, к которому привык современный русский человек. Несмотря на это, нельзя не обратить внимание на две характерные черты древнерусских текстов: 1) часть элементов выразительности в них (например традиционные формулы) может быть направлена не на создание образности, а на развитие самого языка, выработку новых средств выражения; 2) авторская интенция создателя древнерусского текста значительно отличалась от установок современных писателей и поэтов, это отличие состоит прежде всего в ориентации на выражение не своей, а Божественной воли или же воли главы государства / отдельного политического образования. Думается, вопрос о художественном статусе некоторых древнерусской текстов должен решаться каждый раз заново, в зависимости от того, какой памятник выбран для анализа.

Таким образом, наиболее перспективным, на наш взгляд, является изучение истории складывания публицистического и официально-делового функциональных стилей. Особый интерес для исторического исследования представляют также тексты, включающие элементы образности, поскольку они внесли свой вклад в развитие того сложного явления, которое сейчас называется художественным стилем (языком художественной литературы). При этом изучение текстового материала должно иметь жанрово-стилистический характер. Такой подход позволяет учитывать связи двух близких категорий - жанра и стиля, где, образно выражаясь, стиль задает игру, а жанр устанавливает для этой игры правила.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Абдулхакова Л.Р. Вопросы истории языка в работах В.М. Маркова // Русский язык: функционирование и развитие (к 85-летию со дня рождения заслуженного деятеля науки Российской Федерации профессора Виталия Михайловича Маркова): материалы Международной научной конференции (Казань, 18-21 апреля 2012 г.). Казань, 2012. Т. 1. С. 3-9.

2. Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. М.: Советская энциклопедия, 1966. 607 с.

3. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. 2-е изд. М.: Искусство, 1986. 444 с.

4. Виноградов В.В. Проблемы литературных языков и закономерностей их образования и развития. М.: Наука, 1967. 136 с.

5. Винокур Г.О. Избранные работы по русскому языку. М.: Учпедгиз, 1959. 492 с.

6. Горшков А. И. Теоретические основы истории русского литературного языка. М.: Наука, 1983. 160 с.

7. Данилевский И.Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (1Х-Х11 вв.): курс лекций: учебное пособие для студентов вузов. М.: Аспект Пресс, 1999. 399 с.

8. История русской литературы Х-Х'УП вв.: учеб. пособие для студентов пед. ин-тов / Л.А. Дмитриев, Д.С. Лихачев, Я.С. Лурье [и др.] М.: Просвещение, 1979. 462 с.

9. Кожина М.Н. Стилистика русского языка. М.: Просвещение, 1983. 223 с.

10. Колесов В.В. Общие понятия исторической стилистики // Историческая стилистика русского языка: межвуз. сб. науч. тр. / Петрозаводский гос. ун-т. Петрозаводск, 1990. С. 16-36.

11. Лихачев Д. С. Зарождение и развитие жанров древнерусской литературы // Исследования по древнерусской литературе. Л.: Наука, 1986. С. 79-95.

12. Лихачев Д.С. Избранные работы: в 3 т. Т. 3. Человек в литературе Древней Руси. Л.: Худож. лит., 1987. 520 с.

13. Марков В.М. Заметки по исторической стилистике русского языка // Избранные работы по русскому языку. Казань, 2001. С. 149-155.

14. Михайлов А.В. Языки культуры: уч. пос. по культурологии. М: Языки русской культуры, 2007. 912 с.

15. Песоцкий В.А. Основные функции художественной литературы в их философском представлении // Вестник МГОУ. Сер. Философские науки. 2009. № 1. С. 71-99.

Поступила в редакцию 30.01.15

S.R. Zaynullina

ON THE QUESTION OF HISTORICAL VARIABILITY OF THE CATEGORIES "STYLE" AND "GENRE" IN TERMS OF LINGUISTIC ANALYSIS OF OLD RUSSIAN TEXTS

The purpose of the following paper is to review some features of formation of such interdependent phenomena as style and genre. The mentioned phenomena are examined in terms of their attitude to the current stage of the Russian language development and through historical perspective as well. The choice of the research object is determined by particular characteristics of linguistic projects that imply examination of linguistic units in certain context conditions. "Style" is regarded as a historically formed type of language functioning. The category of "genre" is also considered in terms of communicative perspective and corresponds to a particular realization of style. The author pays special attention to determining the content of definitions attributed to both "style" and "genre" with regard to historic and linguistic research. The paper brings up some meaningful questions related to the description of some stylistic peculiarities of Old-Russian texts. The paper outlines some prospects to research Russian genre and stylistic system in terms of dia-chronic approach.

Keywords: literary language, style, genre, norm, historical stylistic, diachronic approach.

Зайнуллина Саида Радиковна, соискатель

ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет» 426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп. 2) E-mail: s.r.zajnullina@gmail.com

Zaynullina S.R., applicant Udmurt State University

426034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya st., 1/2 E-mail: s.r.zajnullina@gmail.com