Лингвокультурный концепт ‘семья’в текстах специализированного журнала «Батя»: методологический и практическийаспекты исследования аксиосферы СМИ

МЕТОДЫ И ФОРМЫ ИССЛЕДОВАНИЙ В ЖУРНАЛИСТИКЕ

УДК 316.77

В. В.Антропова, Е.А. Бурдуковская

Челябинский государственный университет

ЛИНГВОКУЛЬТУРНЫЙКОНЦЕПТ 'СЕМЬЯ' В ТЕКСТАХСПЕЦИАЛИЗИРОВАННОГОЖУРНАЛА «БАТЯ»: МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ И ПРАКТИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫИССЛЕДОВАНИЯАКСИОСФЕРЫ СМИ

Представлена попытка теоретико-методологического обоснования и практического применения междисциплинарного подхода к исследованию контента медиатекста, репрезентирующего определенные ценности, а именно: авторы соединяют методологические посылы новых исследовательских парадигм журналистского и лингвистического толка - аксиологии журналистики и лингвокультурологии. Это позволяет определить ценностные градации аксиосферы специализированных журналов, освещающих широкий круг вопросов института семьи в России.

Ключевые слова: медиатекст, аксиология журналистики, лингвокультурология, концепт, специализированная периодика, ценности, медиакультура, аксиосфера.

Развитие представлений о «гуманной журналистике», или «социальной журналистике» (Т. И. Фролова), на фоне особой ситуации во всем мире, неумолимо вытесняющей человека из естественной среды его обитания в область виртуальных отношений и образов, совпало с началом нового тысячелетия, а также с поворотом к человеку в социальной и общенаучной парадигме, что привело к появлению аксиологии журналистики и лингвокультурологии -новых исследовательских пространств, общим знаменателем которых является понятие 'ценность'.

Аксиология журналистики имеет серьезные исторические предпосылки, ведь для русской журналистики такие понятия, как 'истина', 'правда', 'добро', 'благо', всегда имели первостепенное значение. Во-вторых, ее широкое проблемно-концептуальное поле было подготовлено многочисленными работами теоретиков и практиков журналистики, отразивших различные аспекты творческой деятельности журналиста, акцентировавших свое внимание на ценностно маркированных функциях журналистики, ее культурно-исторических традициях, аксиологической природе института СМИ: В. А. Аграновского, Е. Л. Вартановой, С. М. Виноградовой, В. А. Возчикова, А. И. Волкова, Н. С. Гегеловой, А. А. Грабельникова, И. М. Дзялошинского, И. В. Жилавской,

Я. Н. Засурского, В. Л. Иваницкого, С. С. Ильченко, М. Н. Кима, Н. Б. Кирилловой, С. Г. Корконосенко, А. П. Короченского, Г. В. Лазутиной, Г. С. Мельник, С. А. Муратова, М. А. Найдена, В. Ф. Олешко, Р. П. Овсепяна, З. Ф. Тимербулатова, Е. В. Поликарповой, Е. П. Прохорова, А. Г. Рихтера, Л. Г. Свитич, В. А. Сидорова, С. И. Сметаниной, В. Н. Снеткова, С. Л. Страшнова, В. В. Ученовой, И. Д. Фомичевой, Д. В. Ховалыг, В. Л. Цвика, М. И. Шостак и многих других. И наконец, в-третьих, сама медиареальность на повестку дня ставит проблему господствующего в ней произвола, требующую целостного осмысления «роли современной журналистики в духовно-нравственной жизни общества и человека и определения перспективных тенденций развития самой журналистики» [17. С. 5].

В настоящее время аксиология журналистики как новое поле деятельности для исследователей, претендующее, по оценке некоторых специалистов, на звание отдельной научной и учебной дисциплины, переживает этап становления и утверждения. Научная разработка понятийного аппарата аксиологии журналистики свидетельствует, скорее, о зарождении исследовательской традиции, нежели о ее устойчивом развитии, так как «российское общество только-только снова обретает ценностный язык. <...> Неудивительно, что одним из полей его создания были медиа, с одной стороны,

современные и свободные, а с другой стороны, опирающиеся на традицию» [8. С. 5]. Большой вклад в формирование аксиологии журналистики внесли исследователи СПбГУ, издав коллективную монографию «Аксиология журналистики: опыт становления новой дисциплины» (2009), представляющую собой, по сути, первую попытку систематизировать понятия новой научной парадигмы.

По словам одного из основоположников этой исследовательской области профессора В. А. Сидорова, еще не определен особый ракурс рассмотрения ценностной структуры журналистики, исходящей из самой журналистики, а не аксиологии как части философского знания - нет и каких-либо специфических методов исследования (инструментария) [5. С. 5]; бесспорным же мировоззренческим и методологическим основанием ценностного анализа медиасферы признается мысль о координировании журналистского творчества с пространством «идеальных», «несомненных ценностей - красоты, добра, справедливости» [13. С. 38], при этом «для журналистики вопрос о соотношении добра и зла, прекрасного и безобразного отнюдь не академического свойства. Это повседневная проблема. <...> Иными словами, соотносить добро и зло в журналистской реальности приходится всегда» [12. С. 55].

Неотрефлексированность теоретико-методологических основ аксиологии журналистики оставляет возможность рассматривать её, «во-первых, как метод ценностного исследования масс-медиа; во-вторых, как способ рассмотрения журналистики в качестве источника и ретранслятора ценностей общества; в-третьих, как новую социальную теорию журналистики, соответствующую информационной эпохе начала XXI века, - теорию, которая органично интегрирует в себе надбытийность и онтоло-гичность ценностей, пронизывающих бытие журналистики» [13. С. 38]. Подобные трактовки отнюдь не отрицают друг друга и не вносят разноголосицы в понимание аксиологии журналистики, а представляют, на наш взгляд, попытку целостного, интегративного, предельно полного ее осмысления, высвечивающего все грани ее возможного приложения в журналистской науке и социально-гуманитарных науках в целом, которое объединяет и систематизирует написанные в разное время работы под эгидой ценностного прочтения журналистики.

Вторая вышеназванная научная дисциплина интегрирующего типа, появившаяся на ру-

беже XX и XXI веков, - лингвокультурология

- основывается на том факте, что язык, будучи универсальной формой концептуализации духовного и эмпирического опыта людей, конденсирует в себе культурно-историческую информацию о социально значимых событиях в жизни субъекта и характеризуется целостным, системным рассмотрением обеих антропоцентрических сущностей (языка и культуры) как совокупных единиц. Начало данному направлению, опирающемуся на современный антропоцентрический подход к языку, положили работы Н. Ф. Алефиренко, Е. М. Верещагина,

A. Вежбицкой, С. Г. Воркачева, В. В. Воробьева,

B. В. Колесова, В. Г. Костомарова, Д. С. Лихачева, В. А. Масловой, Ю. С. Степанова, В. Н. Телия, Г. В. Токарева и многих других лингвистов.

Идеи изучения языка в аспекте культуры были выдвинуты еще В. Гумбольдтом, Л. Вайсгербером и Э. Сепиром.

В. Гумбольдт так обозначил связь языка и культуры: «Язык тесно переплетен с духовным развитием человечества и сопутствует ему на каждой ступени его локального прогресса или регресса, отражая в себе каждую стадию культуры» [2. С. 48]. Квинтэссенцией основных положений В. Гумбольдта о взаимодействии языка и культуры можно считать его следующую цитату: «Человек <.. .> живет с предметами так, как их преподносит ему язык. Посредством того же самого акта, в силу которого он сплетает (herausspinnt) язык изнутри себя, он вплетает (einspinnt) себя в него; и каждый язык описывает вокруг народа, которому он принадлежит, круг, откуда человеку дано выйти лишь постольку, поскольку он тут же вступает в круг другого языка» [2. С. 80].

С учетом взаимодействия лингвокультурно-го свойства В. Гумбольдт построил определение языка: язык - это «рассвет всего организма нации», «язык представляет собой саму нацию, и собственно нацию», он есть «воплощение индивидуальной жизни нации» [2. С. 325, 72].

Также В. Гумбольдтом неоднократно подчеркивался деятельностный характер языка в конструировании определенной картины мира: язык «необходим для развития его [человека.

- В. А., Е. Б.] духовных сил и формирования мировоззрения», поскольку он - «одно из тех явлений, которые стимулируют человеческую духовную силу к постоянной деятельности» [2. С. 51,52].

В 30-х годах XX века Э. Сепиром и Б. Л. Уор-фом была представлена одна из основополагаю-

щих научных гипотез этнолингвистики XX века - гипотеза лингвистической относительности, коррелирующая с идеями В. Гумбольдта. Смысл ее состоит в том, что структура языка определяет структуру мышления и способ познания мира. В основе теории лежит представление об особенностях построения картины мира так, а не иначе, поскольку люди являются участниками некоторого соглашения, имеющего силу лишь для этого языка [9].

По мнению Э. Сепира, рассматривавшего культуру с трех различных позиций, этот феномен в роли «группового <...> духовного достояния» целесообразно представлять в виде «специфической матрицы, формирующей национальную цивилизацию» [11. С. 468, 473]. При этом возможно отождествление культуры с «духом нации», «духом или гением народа» [11. С. 469, 470]. Он же выдвинул тезис, раскрывающий диалектическую взаимосвязь языка и культуры: «Культуру можно определить как то, что данное общество делает и думает. Язык же есть то, как думают» [11. С. 193].

Задачу лингвокультурологии исследователи видят в установлении способов и средств хранения культурной информации в языковой семантике.

Лингвокультурология в качестве одного из методологических инструментов выдвигает лингвокультурный концепт, базовой характеристикой которого является ценностность, и такой метод, безусловно, коррелирует с позициями аксиологии журналистики, которая справедливо рассматривает журналистское творчество (при всем многообразии его понимания) как особый способ отражения человеческих ценностей, отличающийся злободневностью и актуальностью.

Анализ концептов активно проводится на базе фразеологии и паремиологии, художественных текстов или же текстов СМИ, при этом в лингвистических работах медиатексты воспринимаются как одна из форм бытования современного национального литературного языка, а в журналистских работах - как «некое глобальное метасообщение, которое заключает в себе медиакультура» [4], в свою очередь, ме-диакультура описывается как «совокупность материальных и интеллектуальных ценностей в области медиа, а также исторически определенная система их воспроизводства и функционирования в социуме» [18].

В качестве рабочего примем такое «суммарное» определение: лингвокультурный кон-

цепт - это «глобальная, многомерная единица ментального уровня, которая характеризуется:

- историческим детерминизмом;

- широкой экстенсиональностью;

- структурированностью интенсионалами научных и обыденных понятий, представлений, культурных установок, идеологем, стереотипов;

- неоднородностью содержания, проявляющейся в синтезе конкретного и абстрактного, рационального и эмоционального;

- разнообразием типов знаковых репрезентаций» [16. С. 8], или «полиапеллируемостью», выражающейся во множестве способов языковой апелляции к лингвокультурному концепту [6. С. 13];

- «аксиологичностью по природе своей» [7. С. 196], или «акцентуацией ценностного элемента», что отличает, по мнению В. И. Карасика и Г. Г. Слышкина, лингвокультурный концепт от когнитивного концепта, фрейма, сценария, скрипта, понятия, архетипа, гештальта, стереотипа. «Центром концепта всегда является ценность, поскольку концепт служит исследованию культуры, а в основе культуры лежит именно ценностный принцип» [6. С. 12];

- переживаемостью, глубокой витальной обусловленностью, так как концепты не только мыслятся, но и эмоционально переживаются, будучи предметом симпатий и антипатий [1];

«динамической неустойчивостью» [10. С. 236], или «изменчивостью» [6. С. 12];

- «условностью и размытостью» в силу синкретичности сознания. Четких границ концепт не имеет, так как «группируется вокруг некой сильной (т. е. ценностно акцентированной) точки сознания, от которой расходятся ассоциативные векторы. Наиболее актуальные для носителей языка ассоциации составляют ядро концепта, менее значимые - периферию» [6. С. 12];

- трехкомпонентной структурой (ценностный компонент, образный и понятийный), организованной по полевому принципу «с инвариантной коллективно выработанной и понятийно структурированной, оформленной ядерной частью и индивидуальной ассоциативно-мерцающей периферийной» [19. С. 165];

- «методологической открытостью» в силу междисциплинарного характера лингвокультурологии и «поликлассифицируемостью»: «лингвокультурные концепты могут классифицироваться по различным основаниям, например, по тематике, по носителям, по типам дискурса, по типам транслируемости» [6. С. 13].

Таким образом, мы использовали методологические предпосылки этих двух новых научных парадигм (аксиологии журналистики и лингвокультурологии) для анализа аксиос-феры медиатекстов. И хотя мысль о том, что бытие журналистики насквозь аксиологично, бесспорна, однако изучением лингвокультур-ных концептов в СМИ начали заниматься сравнительно недавно, и, как справедливо отмечает М. В. Тверских, СМИ активно эксплуатируют базовые для русского национально-лингво-культурного сообщества концепты для увеличения эффективности сообщений, с другой -осуществляют модификацию этих концептов, наполняя их структуру новыми компонентами, вызывая смещение ядерных периферийных элементов [15. С. 72].

Исследуя медиатексты с позиций лингвокультурологии, мы остановили свой выбор на этико-социальном концепте 'семья', вербализованном в текстах специализированного электронного журнала «Батя» (http://rusbatya.ru), который транслирует православные семейные ценности, но при этом рассчитан на широкий круг читателей.

'Семья', являясь базовым конструктом русской и российской ментальности, претерпевая значительные изменения, сегодня приковывает внимание многих исследователей. Нам представилось вполне логичным рассмотреть семейные ценности на материале журнала «Батя».

«Батя», пожалуй, единственное на сегодня издание, которое не только по гендерному, но и ценностно-мировоззренческому принципу противостоит мощному потоку женских (реже - «общих») глянцевых журналов, освещающих проблемы семьи и материнства: «Хорошая мама», «Мой маленький», «Кроха», «Мой ребенок», «Мама, это я», «Мама и я» «Супермама», «Между нами, мамочками», «Shape мама», «Я мама», «Девять месяцев», «Mamas&Papas», «Счастливые родители» и др.

Главный редактор журнала Артемий Лебедев, журналист и писатель, и руководители проекта Дмитрий Березин, настоятель храма Казанской иконы Божией Матери села Молокова, секретарь Миссионерского отдела Московской епархии, обосновывают идею создания «Бати» тем, что существует много разнообразных печатных СМИ для мам, однако подобные издания для пап отсутствуют.

«Батя» задумывался как бумажный журнал, но в данный момент существует лишь его элек-

тронная версия и два альманаха: «Отцы, папы, бати» и «Семнадцать лучших дней в жизни», вышедшие в 2012 году в серии «Библиотечка журнала "Батя"». Журнал выходит с 2007 года, на начало марта 2013 года на сайте представлено 34 номера.

Несмотря на некий консерватизм, связанный с православной направленностью издания, темы публикаций достаточно разнообразны. Есть статьи о церковных праздниках, досуге с детьми, образовании, книжных новинках, социальных проблемах (например, алкоголизме, большом количестве разводов и т. п.). Авторы статей широко используют в своих материалах видео-, аудиозаписи, картинки и фотографии, причем последние часто взяты из семейного архива авторов.

Исследуя структуру концепта, для начала обратимся к толковым словарям с целью выяснения семантического объема слова 'семья', которое явилось названием исследуемого концепта. Сравнительный анализ словарных дефиниций лексемы 'семья' по Толковому словарю живого великорусского языка В. И. Даля и Современному толковому словарю русского языка под ред. С. А. Кузнецова позволяет говорить об незначительных исторических изменениях в содержательных признаках данного слова: семы 'совокупность родственников', 'живущие вместе' являются общими для названых словарей; важным условием семьи, по данным обоих словарей, является именно локативный признак ('живущие вместе'), а не признак биологического родства. Современный словарь уточняет структурные признаки семьи: 'муж', 'жена', 'дети', 'другие родственники', словарь В. И. Даля ограничивается формулировкой 'родители сдетьми' [3. С. 173; 14. С. 734].

Итак, полагаясь на словарное значение слова 'семья', составившее ядерные смыслы концептуального поля, а также текстовую реализацию этого концепта в журнале «Батя», мы выделили следующие микроконцепты в структуре концепта 'семья': 'структурные характеристики семьи', 'локальные характеристики семьи', 'акциональные характеристики', 'эмоциональные характеристики', 'социальные характеристики' и 'морально-этические'. Различная плотность микроконцептов и будет представлять ценностные градации современного общества.

1. Микроконцепт 'структурные характеристики семьи'. Семья состоит из отца, матери, нескольких детей, реже - одного ребенка. В ме-

диатекстах фигурируют бабушка, дедушка, тетя и двоюродные братья, сестры. Удивительно, что в данном концепте отсутствует такой структурный элемент, как крестные.

2. Микроконцепт 'акционалъные характеристики семьи'. Акциональная природа данного концепта наиболее полно выражается через описания взаимоотношений отца и детей.

В семье отец - главный, отвечает за распорядок семейной жизни. Он обязательно участвует в воспитании детей, несмотря на то, что проводит большую часть своего времени на работе. Открывает мир ребенку и приучает мыслить, используя такие воспитательные средства, как сказка, игра, путешествие, прогулка. Воспитывая, не запрещает, а предлагает альтернативу. Он стремится всесторонне развивать ребенка. Взаимодействуя с ребенком, реализует для него свои детские мечты. Если он провинился перед ребенком, то попросит прощения. Никогда не обманывает. Папа и сын всегда заодно, они защищают маму. Отец мечтает воспитать настоящего мужчину и гордится им. Строгий и сдержанный, но в его любви невозможно усомниться. К дочерям относится особенно трепетно.

Описаны и другие личные качества акцио-нальной природы: отец обладает энциклопедическими знаниями, постоянно совершенствуется. Находчив и креативен: может смастерить прочную, надежную игрушку из подручных средств и починить все в доме; мастерски сочиняет и рассказывает сказки; умеет готовить полезную еду. Его отличает сила духа, способность выдержать тяжелые испытания, найти выход из любой ситуации. Он продолжатель традиций, которые есть в семье. Ради семьи готов преодолеть вредные губительные привычки.

В работе его отличает ответственность, порой - самопожертвование ради других.

При разводе он обязан бороться за свое право на общение с ребенком.

Жена - поддержка для мужа. Она занимается домашними делами, если есть возможность - благотворительностью. Воспитывает больше девочек, нежели мальчиков. Она становится несчастной, кода муж уходит из семьи. Иногда бывает строгой. Детям ее необходимо беречь. Мама для ребенка - самый дорогой человек. Жена мудро подталкивает мужа к изменениям. Для него она - единственная, обаятельная, нежная. Когда мужа нет дома, она волнуется за него. Каждая клеточка мужа ей до боли знакома. Может ругать супруга за то, что он посто-

янно на работе и не уделяет должного времени детям.

В отличие от женщины мужчине простительно не хотеть иметь семью, поскольку он более вовлечен в общественную жизнь, нежели женщина.

Родители - авторитет для детей, только они знают, как правильно воспитывать своих детей. Они могут ответить на все детские вопросы. Заботятся о духовном и телесном здоровье ребенка. Родители всегда честны перед детьми, держат слово. Родители дают детям чувство защищенности и безопасности. Это самые важные для ребенка люди. Они должны приучить ребенка к мысли, что в мире есть страдания.

Родительская любовь способна творить чудеса. Родители и их жизнь - пример для ребенка, они самые главные учителя.

Родители должны оставлять время для общения между собой. При этом они подвержены саморефлексии: например, не могут простить себе многих поступков, связанных с воспитанием детей.

Дети обладают следующими акциональны-ми признаками в пределах рассматриваемого концептуального поля: активностью, жизнерадостностью, изменчивостью, чистотой, послушанием, доверием к родителям. Детей готовят к семейной жизни. Старшие «приглядывают» за младшими. Чем старше ребенок, тем больше обязанностей и привилегий у него. Если ребенок провинился, то чувствует раскаянье, просит прощения. Дети страдают от ссор и разводов родителей. Ребенок осваивает основные виды деятельности под контролем родителей.

Сын - помощник отца, его преемник. Дети -опора родителей в старости. Самые счастливые годы для семьи - рождение детей.

Остальные члены семьи в текстах журнала упоминаются эпизодически. Бабушки и дедушки балуют внуков. Бабушка стремится поддержать, успокоить внуков, помогает матери. Дедушка - «старенький», волнуется о детях, гуляет с внуками.

В случае смерти родителей берет на себя обязанности по воспитанию детей тетя.

Теща - человек злобный, настраивает жену против мужа.

3. Микроконцепт 'локальные характеристики семьи'. Важнейшим локусом, организующим внешнее и внутреннее пространство жизни семьи, является дом.

Кухня - место, где готовится пища, где собирается вся семья, она может быть и маминым личным пространством.

Зимой, когда на улице холодно, папа и ребенок читают в кресле у торшера.

Дома ребенок чувствует себя спокойно. В квартире у каждого должно быть свое индивидуальное неприкосновенное место. Детская - мир, маленькая вселенная, где растет и учится малыш.

В Рождество семья собирается у бабушки.

Большое внимание уделяется проведению времени вне дома: отдых на природе, на даче, походы, прогулки в парке, поездки за город, экскурсии. Если семья путешествует, то сначала по России и только потом - по зарубежью.

Летом детей отправляют в лагерь.

4. Микроконцепт 'эмоциональные характеристики семьи'. Дети получают следующие эмоционально-оценочные наименования: 'дочурка', 'дочура', 'девочка', 'кровиночка', 'сынишка', 'маленький танк' (то есть младший сын). Для детей родители - 'папуля', 'мамочка'. Муж обычно ласково называет жену по имени. Семья наделяется такими эмоциональными характеристиками: взаимопонимание, безграничная, но разумная любовь, терпение, надежда.

5. Микроконцепт 'социальные характеристики семьи'. Семья - патриархальный иерар-хичный институт воспитания детей; школа, отвечающая за возрождение исконных ценностей. Примечательно, что иерархия вербализуется военно-морской метафорой: дедушка -'адмирал', отец - 'капитан', внук - 'матрос', а семья - 'команда', система, где все должны правильно взаимодействовать. Семья - одно целое, несмотря ни на что.

Брак репрезентируется посредством спортивной метафоры и предстает как 'связка альпинистов'. Брак, по данным анализа, не является способом избавления от одиночества, главная его цель - рождение и воспитание детей. Главные в семье - мать и отец.

6. Микроконцепт 'морально-этические характеристики семьи'. В семье прививается патриотизм, разумное хозяйствование над природой. Телесные наказания считаются унижением человеческого достоинства. Каждый честен друг перед другом.

Детям с раннего возраста прививают идею, что счастье - не в материальных ценностях, а в духовных.

Итак, семейные ценности, транслируемые журналом «Батя», мы рассмотрели, полагаясь на метод лингвоконцептуального анализа. В

лиигвокультуриом концепте 'семья' мы выделили 6 микроконцептов, при этом ценностный и понятийный компоненты присутствуют в структуре каждого микроконцепта, образный реализуется далеко не всегда, в частности, микроконцепт 'социальные характеристики семьи' реализуется посредством военной и спортивной метафор.

Наиболее представленным оказался микроконцепт 'акциональные характеристики семьи', в основе которого лежит фундаментальная идея общения, взаимодействия, диалога в том глубоком смысле, который вкладывал в него М. М. Бахтин: «Быть - значит общаться диалогически».

Список литературы

1. Воркачев, С. Г. Лингвоконцептология и межкультурная коммуникация : истоки и цели [Текст] / С. Г. Воркачев // Филол. науки. - 2005. -№4.-С. 76-83.

2. Гумбольдт, В. О различии строения человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человечества [Текст] / В. Гумбольдт// Гумбольдт, В. Избранные труды по языкознанию. - М. : Прогресс, 2000. - 400 с.

3. Даль, В. И. Толковый словарь живого великорусского языка : в 4 т. [Текст] / В. И. Даль. -Т. 4.-М.: Рус. яз., 1999. - 688 с.

4. Деминова, М. А. Онтология современного медиатекста [Электронный ресурс] / М. А. Деминова. - URL : http://www.journ.usu. ru/index.php/component/content/article/418.

5. Ерофеева, И. В. Аксиология медиатекста в российской культуре (репрезентация ценностей в журналистике начала XX века) : автореф. дис. ... д-ра филол. наук [Текст] / В. И. Ерофеева. - СПб., 2010. - 53 с.

6. Карасик, В. И. Базовые характеристики лингвокультурных концептов [Текст] / В. И. Карасик, Г. Г. Слышкин // Антология концептов. - М. : Гнозис, 2007. - С. 12-13.

7. Красных, В. В. Русское культурное пространство : концепт «Я» [Текст] / В. В. Красных // Проблемы вербализации концептов в семантике языка и текста : материалы Междунар. симп. : в 2 ч. -4.1. - Волгоград, 2003. - С. 196-201.

8. Лейбин, В. Модерновый запрос на правду [Текст] / В. Лейбин // Медиатренды. - 2012. -№ 1.-С. 5.

9. Лингвистический энциклопедический словарь [Текст]. - М. : Совет. энцикл., 1990. -685 с.

10. Полонский, А. В. Русская «орк-культура» : модификация концепта «человек» [Текст] / А. В. Полонский // Проблемы вербализации концептов в семантике языка и текста : материалы Междунар. симп. : в 2 ч. - Ч. 1. -Волгоград, 2003. - С. 234-246.

11. Сепир, А. Избранные труды по языкознанию и культурологи [Текст] / А. Сепир. - М. : Прогресс : Универс, 1993. - 656 с.

12. Сидоров, В. А. Аксиология журналистики и ценностный анализ медиасферы : парадигма и метод изучения [Текст] / В. А. Сидоров // Вестн. Львов. ун-та. - Сер. Журналистика. -2011.- Вып. 34. - С. 47-65.

13. Сидоров, В. А. Информационная эпоха и аксиология журналистики [Текст] /

B. А. Сидоров // Журналистика в 2009 году : трансформация систем СМИ в современном мире : сб. материалов Междунар. науч.-практ. конф. - М. : Фак. журналистики МГУ, 2010. -

C.37-38.

14. Современный толковый словарь русского языка [Текст] / гл. ред. С. А. Кузнецов. - СПб. : Норинт, 2002. - 959 с.

15. Тверских, М. В. Специфика репрезентации концепта «успех» в рекламе fashion-услуг [Текст] / М. В. Тверских // Тенденции развития языка СМИ : актуальные проблемы : материалы науч.-практ. конф. молодых исследователей. - Тамбов : Изд-во ТГУ, 2011.-С. 72-76.

16. Токарев, Г. В. Дискурсивные лики концепта : монография [Текст] / Г. В. Токарев. -Тула, 2003.- 108 с.

17. Фатеева, И. А. Медиа на Днях петербургской философии [Текст] / И. А. Фатеева // Университет. набережная. - 2011. - № 15. - С. 5.

18. Федоров, А. В. Словарь терминов по медиаобразованию, медиапедагогике, ме-диаграмотности, медиакомпетентности [Электронный ресурс] / А. В. Федоров. -Таганрог : Изд-во ТГПИ, 2010. - 64 с. - URL : http://evartist.narod.ru/text23/0013.htm.

19. Шестак, Л. А. Фреймовая семантика языка и текста [Текст] / Л. А. Шестак // Проблемы вербализации концептов в семантике языка и текста : материалы Междунар. симп. : в 2 ч. -Ч. 1. - Волгоград, 2003. - С. 163-171.

Bibliography

1. Vorkachev, S. G. Lingvokonceptologija i mezhkul'turnaja kommunikacija : istoki i celi [Tekst] / S. G. Vorkachev // Filol. nauki. - 2005. -№ 4. - S. 76-83.

2. Gumbol'dt, V. O razlichii stroenija chel-ovecheskih jazykov i ego vlijanii na duhovnoe razvitie chelovechestva [Tekst] / V. Gumbol'dt // Gumbol'dt, V. Izbrannye trudy po jazykoznaniju.

- M. : Progress, 2000. - 400 s.

3. Dal', V. I. Tolkovyj slovar' zhivogo ve-likorusskogo jazyka : v 4 t. [Tekst] / V. I. Dal'.

- T.4.- M.: Rus.jaz., 1999. - 688 s.

4. Deminova, M. A. Ontologija sovremen-nogo mediateksta [Jelektronnyj resurs] / M. A. Deminova. - URL : http://www.journ.usu.ru/in-dex.php/component/content/article/418.

5. Erofeeva, I. V. Aksiologija mediateksta v rossijskoj kul'ture (reprezentacija cennostej v zhurnalistike nachala HH veka) : avtoref. dis. ... d-ra filol. nauk [Tekst] / V. I. Erofeeva. - SPb., 2010.-53 s.

6. Karasik, V. I. Bazovye harakteristiki lingvokul'turnyh konceptov [Tekst] /V. I. Karasik, G. G. Slyshkin // Antologija konceptov. - M. : Gnozis, 2007. - S. 12-13.

7. Krasnyh, V. V. Russkoe kul'turnoe pros-transtvo : koncept «Ja» [Tekst] / V. V. Krasnyh // Problemy verbalizacii konceptov v semantike jazyka i teksta : materialy Mezhdunar. simp. : v 2 ch. - Ch. 1. - Volgograd, 2003. - S. 196-201.

8. Lejbin, V. Modernovyj zapros na pravdu [Tekst] / V. Lejbin // Mediatrendy. - 2012. - № 1.-S. 5.

9. Lingvisticheskijjenciklopedicheskij slovar' [Tekst]. - M. : Sovet.jencikl., 1990. - 685 s.

10. Polonskij, A. V. Russkaja «ork-kul'tura» : modifikacija koncepta «chelovek» [Tekst] / A. V. Polonskij // Problemy verbalizacii konceptov v semantikejazyka i teksta : materialy Mezhdunar. simp. : v 2 ch. - Ch. 1. - Volgograd, 2003. - S. 234-246.

11. Sepir, A. Izbrannye trudy pojazykoznaniju i kul'turologi [Tekst] / A. Sepir. - M. : Progress : Univers, 1993.-656 s.

12. Sidorov, V. A. Aksiologija zhurnalistiki i cennostnyj analiz mediasfery : paradigma i metod izuchenija [Tekst] / V. A. Sidorov // Vestn. L'vov. un-ta. - Ser. Zhurnalistika. - 2011. - Vyp. 34. - S. 47-65.

13. Sidorov, V. A. Informacionnaja jepoha i aksiologija zhurnalistiki [Tekst] / V. A. Sidorov // Zhurnalistika v 2009 godu : transformacija sistem SMI v sovremennom mire : sb. materialov Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. - M. : Fak. zhurnalistiki MGU, 2010. - S. 37-38.

14. Sovremennyj tolkovyj slovar' russkogoja-zyka [Tekst] / gl. red. S. A. Kuznecov. - SPb. : Norint, 2002. - 959 s.

15. Tverskih, M. V. Specifika reprezentacii koncepta «uspeh» v reklame fashion-uslug [Tekst] / M. V. Tverskih // Tendencii razvitijajazyka SMI : aktual'nye problemy : materialy nauch.-prakt. konf. molodyh issledovatelej. - Tambov : Izd-vo TGU, 2011. - S. 72-76.

16. Tokarev, G. V. Diskursivnye liki koncepta : monografija [Tekst] / G. V. Tokarev. - Tula, 2003.- 108 s.

17. Fateeva, I. A. Media na Dnjah peterburgs-koj filosofii [Tekst] /1. A. Fateeva // Universitet. naberezhnaja. -2011.-№ 15. - S. 5.

18. Fedorov, A. V. Slovar' terminov po medi-aobrazovaniju, mediapedagogike, mediagramot-nosti, mediakompetentnosti [Jelektronnyj resurs] / A. V. Fedorov. - Taganrog : Izd-vo TGPI, 2010.-64 c. - URL : http://evartist.narod.ru/text23/0013. htm.

19. Shestak, L. A. Frejmovaja semantika ja-zyka i teksta [Tekst] / L. A. Shestak // Problemy verbalizacii konceptov v semantikejazyka i teksta : materialy Mezhdunar. simp. : v 2 ch. - Ch. 1. -Volgograd, 2003. - S. 163-171.

УДК 316.77

АндрейЛеонидовичДмитровский

Орловский государственный университет

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНАЯТЕОРИЯЖУРНАЛИСТИКИ:

К СУЩНОСТИКОНЦЕПЦИИ. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ РАЗЪЯСНЕНИЯ И СХЕМЫ

Статья посвящена углублению и разъяснению кратко изложенных и потому в некоторых случаях трудных для понимания мест из концепции экзистенциальной теории журналистики (ЭТЖ), предложенной автором в предыдущем номере журнала (Знак, 2012, № 2). В данном тексте приведены схемы, символы и метафоры, визуализирующие теорию ЭЖ и способствующие её лучшему пониманию. Статья является самостоятельным и оригинальным изложением концепции ЭТЖ и публикуется впервые.

Ключевые слова: экзистенциальная теория журналистики, модель личности журналиста, философия журналистики, метатеория журналистики, творческая деятельность, публицистика.

1. Первое, с чего всегда начинается фило-софско-антропологический анализ практически в любом проявлении, - очевидно, с постановки в центр рассуждения или описания мира Человека. Графически это выглядит, возможно, и примитивно, но лишь на первый взгляд.

Окружность, как понятно из рисунка, условно обозначает окружающий нас мир. Однако еще древние мыслители понимали, что он каким-то образом ограничен. Поэтому видимый мир обозначался квадратом (четыре стороны света, четыре направления, четыре измерения и т. д.), а окружность подразумевала

Вселенную в целом, то есть движущийся мир: «крутящийся квадрат», взаимодействующий с человеком (осью мира). И им же (уровнем его понимания) ограниченный.

В этой связи стоит заметить, что в буддизме человек «ценится» гораздо выше ангелов и демонов, поскольку природа последних определенна и неизменна, а человек обладает свободой воли и выбора, и потому может стать кем захочет.

Поэтому, видимо, до нас дошло толкование нашими предками, древними славянами, окружающего мира как предела, кона, меры. А

Мир, окружающая действительность

J

Человек, «Я», экзистенция