Хабаровская крайность

24 сентября в 3:43 утра в моем WhatsApp появилось пятнадцатисекундное голосовое сообщение от кандидата в губернаторы Хабаровского края от ЛДПР Сергея Фургала: «Еще неделю назад знали результат — примерно 70 на 30. Учитывая, что мы его получили, можно сделать заключение, что: а) мы были правы, а б) — что выборы все-таки прошли честно». Всего три десятка слов, а главное, метод их трансляции стали убедительной точкой в этой избирательной кампании — самой удивительной за последние 30 лет политической жизни на Дальнем Востоке

До оглашения итогов выборов в Хабаровском крае можно было считать необычной и революционной ситуацию в соседнем Приморье, где губернаторская гонка также вышла на второй круг, но в итоге оказалась отменена («Огонек» подробно рассказывал об этом в № 36). В декабре жителям одного из самых беспокойных регионов России предстоит выбирать главу территории опять, вот только из кого — пока не очень ясно (сюрпризом прошлой недели стала отставка «пролетевшего» на выборах Андрея Тарасенко с поста врио губернатора и назначение на эту позицию Олега Кожемяко, действующего губернатора Сахалинской области). Но даже на таком фоне Хабаровск — выстрелил!

Неожиданность или просчет?

Хабаровский край, в отличие от периодически сотрясаемого политическими тайфунами Приморья, с 1991 года демонстрировал редкостную стабильность. Первые 18 лет им руководил тяжеловес ельцинских времен Виктор Ишаев, никогда не набиравший на выборах меньше 76 процентов голосов (а в 2000-м набравший и все 87,84 процента). Следующие 9 лет регион возглавлял Вячеслав Шпорт, приведенный во власть за руку все тем же Виктором Ишаевым, хотя об этом и не любили вспоминать в хабаровском правительстве последние пять лет, после того как господин Ишаев потерял сразу два поста — и полпреда президента в Дальневосточном федеральном округе, и министра по развитию Дальнего Востока. Стабильность губернаторов хорошо сочеталась с долгожителем — мэром Хабаровска Александром Соколовым, который выигрывал выборы с 2000 года 4 раза и только на последние, в сентябре 2018 года, не пошел.

Естественно, на этом фоне победа либерал-демократа Сергея Фургала с результатом 69,57 процента голосов против 27,97 у соперника-единоросса, два губернаторских срока внешне вполне себе успешно управлявшего Хабаровским краем, прогремела даже не громом на чистом небе — набатом на всю страну. В поражение Вячеслава Шпорта не верили до последнего ни он сам, ни его окружение, ни команда политтехнологов из Москвы, ни на самом верху. Однако оно случилось. И главный вопрос теперь: почему?

Еще летом 2018-го, как говорили, кандидат от ЛДПР вообще сильно не хотел участвовать в губернаторской кампании, поскольку один раз уже пробовал, но обжегся (в 2013 году Сергей Фургал проиграл Вячеславу Шпорту на губернаторских выборах: тогда у Шпорта оказалось почти 64 процента голосов избирателей против 19 у конкурента). С тех пор многое случилось, в том числе победа господина Фургала на думских выборах 2016 года, которую многие назвали договорной — политику, выдвинутому либерал-демократами по одномандатному округу в Комсомольске-на-Амуре (родном городе Вячеслава Шпорта) не стали выставлять соперника-единоросса. Сергей Фургал уверенно обошел кандидатов от остальных партий, прошел в Госдуму 7-го созыва, но в местной элите с тех пор воспринимался как человек, прочно вписанный в региональную властную систему. Кто бы знал тогда, что спустя всего пару лет он раскачает ее до состояния коллапса?

Наибольшим удивлением для команды губернатора, говорили многие его соратники, стала реакция на выборы Комсомольска-на-Амуре — Вячеслав Шпорт в первом туре показал там один из самых провальных результатов. А ведь он все 9 лет своего губернаторства уделял этому городу такое внимание, и тени которого промышленная столица региона не видела при Викторе Ишаеве: шутка ли, сам Владимир Путин с подачи краевых властей предложил принять специальный долгосрочный план развития Комсомольска-на-Амуре, который насытили массой полезных объектов и федеральными деньгами и уже начали исполнять. Для господина Шпорта неприятие его политики со стороны жителей малой родины прозвучало самым серьезным звоночком: уж если даже и они недовольны, то что же говорить об остальных?

Между тем Комсомольск-на-Амуре оказался так же разочарован, как и весь край, поскольку пока что ни одно из обещаний власти о переменах в жизни не исполнилось. Город как был, так и остается логистическим и карьерным тупиком, чуть-чуть прихорошенным на федеральные деньги. Большинство социальных объектов только строится. Работать, получая хорошую зарплату, в Комсомольске-на-Амуре можно только на трех ключевых заводах. Один из них, «Амурметалл-Амурсталь», едва-едва, причем только с помощью Сергея Фургала и его партнеров, выбрался из банкротства. Второй, Амурский судостроительный завод, много лет пытался исполнить заказы Минобороны, с которыми были большие проблемы, и так и не скинул груз советского прошлого в виде огромных нерентабельных цехов, не заполненных объектами производства. А третий, Комсомольский-на-Амуре авиазавод, как раз перед выборами накрыли обещания масштабных сокращений со стороны материнской компании, Объединенной авиастроительной корпорации. Людей возмутило то, что губернатор Шпорт, всегда подчеркивавший, что ратует за оборонку, их не защитил. А нужно понимать, что в Комсомольске-на-Амуре авиазавод — это главное, градообразующее, предприятие и его работники с членами семей составляют базу активного электората, исчисляемую десятками тысяч людей.

Штаб Вячеслава Шпорта сделал выводы из поражения кандидата в первом туре. Но выводы это были странные. У действующего губернатора было две недели перед вторым туром, чтобы показать согражданам свои эмоции — то главное, за что, как говорит и теория, и практика, идет голосовать избиратель. А Вячеслав Шпорт показал растерянность: уволил краевого чиновника Кирилла Фирсова, отвечавшего за рыбную отрасль, с формулировкой «недоосвоение выловов в ходе лососевой путины» и посоветовал отправиться в отставку мэру Комсомольска-на-Амуре Андрею Климову как проваливающему реализацию правительственного плана по модернизации городской инфраструктуры. Хотя всем же ясно было, что мэр поплатится креслом не за это, а перед руководством страны за план отвечает прежде всего сам губернатор.

И даже задуманный губернаторским штабом «ход конем», который должен был обезоружить соперника (предложение сопернику влиться в команду), Вячеслав Шпорт сделал неуклюже.

По задумке два кандидата должны были прийти на предвыборные дебаты (кстати, первые в новейшей политической истории региона), где все и прозвучало бы. А вместо этого состоялся обмен… видеороликами. Вячеслав Шпорт в своем обращении к избирателям сказал: «Я вижу, что вы поддержали не только меня, но поддержали и Сергея Фургала. Поэтому, чтобы в дальнейшем нам не тягаться, не перетягивать канат, я предлагаю Сергею перейти работать в правительство на должность первого заместителя и вместе работать над тем, чтобы реализовывать те обещания, которые мы давали избирателям, и работать на перспективу и развитие Хабаровского края». «Сегодня я услышал предложение губернатора Хабаровского края,— ответил Сергей Фургал на камеру.— Что хотелось бы мне сказать. Я никогда не гнался и не гонюсь за большими звездочками на погонах. Для меня не является важным должность, для меня является важным все-таки возможность выполнить ту задачу и те обещания, которые я вам давал. Поэтому я принимаю его предложение и готов, если нужно, закатать рукава и сделать все для улучшения жизни жителей нашего края».

Ролики широко разошлись в соцсетях, пересылались друг другу в мессенджерах, цитировались СМИ. Казалось бы, ситуация урегулирована. Но вмешался фактор, который до этого никак себя не проявлял,— лидер ЛДПР Владимир Жириновский (потом говорили, что он нарушил какие-то договоренности и его партии предстоит понести за это наказание): отец — основатель ЛДПР публично приказал своим кандидатам (в Хабаровском крае и Владимирской области) стоять до конца и идти вперед — до полной победы.

После этого Сергей Фургал выпустил несколько новых видеообращений к избирателям, в которых повторил, что «никогда не обещал сняться с выборов и пойти работать в правительство». А утром дня голосования выступил еще более резко: Вячеслав Шпорт, делая такое предложение, вообще «уже не был губернатором», а значит, принимать его, предложение, было бы абсурдно. «Народ не хочет сегодня действующую власть. Я хочу сказать власти: уйдите, пожалуйста, вас народ не хочет. Я знаю, что сейчас идут массовые нарушения, наблюдателей не допускают, людей ломают через колено. Я обращаюсь к избирательным комиссиям: остановитесь, не делайте этого. Дайте людям нормально, спокойно проголосовать»,— призывал кандидат, который через сутки стал губернатором.

Человеческий фактор

Верили ли в победу во втором туре в самой ЛДПР? Хотя Сергей Фургал уже в ночь на 24 сентября утверждал, что однозначно да, косвенные признаки позволяют предположить, что в момент закрытия избирательных участков для партии все висело на самом тонком волоске. Пока голосование продолжалось, было объявлено, что наблюдатель от ЛДПР поймала на вбросе 36 бюллетеней за Вячеслава Шпорта представителя «Единой России». На участок экстренно выехали все, кто только мог,— от самого Сергея Фургала до представителей Общественной палаты и ЦИКа. Даже независимые наблюдатели осторожно начали признавать, что «нарушение, видимо, было», а член избирательной комиссии края, назначенный по квоте действующего губернатора, назвал это «провокацией против Вячеслава Шпорта» и призвал отменить результаты выборов по участку (интересно, что буквально на следующий день из краевого избиркома отозвали все жалобы, кроме шести самых незначительных, причем жалобу про 36 бюллетеней, как сообщил глава избиркома Геннадий Накушнов, отозвал сам Сергей Фургал).

Но главную интригу в ход голосования внесли все же сами избиратели. Самый широкий резонанс в день голосования создали… военные. Утром в Сети и в жалобах наблюдателей появились снимки с одного из избирательных участков, на которых было явно видно, как военные в форме фотографируют военных прямо в кабинке для голосования — из-за плеча голосующего. Соцсети тут же наполнились сообщениями о том, что «солдат заставляют голосовать строем за Шпорта, а командиры фотографируют бюллетени с правильными галочками». К удивлению журналистов, видевших эти снимки, казалось бы, не допускавшие неоднозначного толкования, председатель объединения краевых профсоюзов Галина Кононенко, выезжавшая на проверку сообщений по линии общественности, вернувшись с участка, заявила: военнослужащие так снимали материалы для своей стенгазеты. Руководство УИКа, якобы предупрежденное, снимать для стенгазеты разрешило, рассказала госпожа Кононенко, а сами снимки делались «чистой стороной» бюллетеней. Реакция «широкой аудитории» последовала мгновенно: по соцсетям из рук в руки пошла информация о том, что семьи военнослужащих, «которых нагнули», в массовом порядке стали в отместку голосовать за Сергея Фургала. И не только семьи…

Спустя два часа после закрытия участков, когда на информационном табло ЦИК количество подсчитанных бюллетеней перевалило за 10 процентов, а результат Сергея Фургала начал стабильно превышать результат Вячеслава Шпорта вдвое, сомнений уже не оставалось. По итогам подсчета 100 процентов голосов победитель взял 69,57 процента, проигравший — 27,97.

И если настроения и убеждения 130 тысяч человек, проголосовавших за Вячеслава Шпорта, всем примерно понятны, то 325,5 тысячи жителей Хабаровского края, отдавших свои голоса Сергею Фургала, по-прежнему остаются загадкой. Эффект общей усталости от власти в сочетании с явной растерянностью этой самой власти сделали свое дело — люди отдали свои бюллетени за единственную альтернативу. Но вот за партию ли, за персону или просто «лишь бы против Шпорта», к сожалению и для ЛДПР, и для Сергея Фургала, ответ на этот вопрос не может быть однозначным. Пока же складывается впечатление, что сокрушительное поражение Вячеслава Шпорта — это, как ни парадоксально, победа сразу многих других кандидатов, в том числе формально отсутствовавшего в бюллетене «Господина Против Всех».

Что день грядущий?

Разумеется, сам избранный губернатор уже объявил о своей огромной ответственности перед избирателями — в обмен на их колоссальную поддержку. Своей борьбой на выборах до конца он удовлетворил запрос региона на перемены: заминку с то ли благодарно принятым, то ли гневно отвернутым предложением Вячеслава Шпорта вступить в его команду великодушный электорат пока забыл. Однако спустя небольшой период времени, построив свою команду и начав обещанные преобразования, Сергей Фургал рискует столкнуться со всем тем, за что критиковал действующую власть: ни пенсионная реформа, ни санкции, ни общее удорожание жизни с победой ЛДПР из Хабаровского края не уходят. Обойти те рифы, на которых разбилось судно Вячеслава Шпорта, будет дьявольски непросто, тем более что Сергей Фургал уже успел во всеуслышание заявить: «Я полностью поддерживаю политику президента, но не во всем согласен с политикой правительства».

Как бы то ни было, утром в понедельник Хабаровский край проснулся в совершенно другой политической реальности. Случившееся обсуждали все — от таксистов до завтракающих в модных кафе. Я сам стал свидетелем многих подобных разговоров. В одном из них два немалых по меркам региона бизнесмена оживленно обсуждали, «наберут ли сейчас варягов из Москвы» (и сошлись во мнении, что «все равно наберут») и то, что «брат Фургала сейчас попрет» (старший брат избранного губернатора, Вячеслав, возглавляет фракцию ЛДПР в Законодательной думе Хабаровского края, в 2019 году у Заксобрания выборы).

В осиротевшем без Вячеслава Шпорта хабаровском правительстве обсуждают хоть и другое, но, в принципе, то же самое. Новый губернатор рассказал, что на столе у него «уже лежат готовые новая структура и штатное расписание», а преобразования начнутся недели через две, вскоре после инаугурации. Несмотря на транслируемые через разные коммуникационные каналы сигналы о том, что «резких перемен не будет», многие соратники Вячеслава Шпорта понимают, что их дни в исполнительной власти сочтены. Так что региональный Белый дом разрывает между апатией тех, кто думает, что точно уйдет, и лихорадкой тех, кто попытается продемонстрировать готовность встраиваться в новую систему.

Самый сложный урок история с хабаровскими выборами задала региональным элитам некоторых субъектов-соседей, где у власти находятся такие же, как Вячеслав Шпорт, представители испытанной губернаторской когорты, но население так же обеспокоено и недовольно тем, что происходит в стране. Шпорта, казалось бы, было не за что менять: он удачно реализовывал все правительственные меры по привлечению новых инвесторов, создал больше всего территорий опережающего развития — целых три,— и вообще по этой линии был на самом хорошем счету. Как выяснилось — не помогло. И многих его коллег по Дальнему Востоку теперь мучает вопрос: что ж надо делать, чтобы остаться?

В их положении удобно лишь то, что ответ на этот вопрос Хабаровский край начнет давать уже очень скоро…

Скандальный фон

Досье

Уголовные дела и суды, фигурантами которых становились высокопоставленные чиновники Хабаровского края, при губернаторе Шпорте стали привычной частью местного политического ландшафта. Их было много, заканчивались они по-разному, «Огонек» припомнил эпизоды последних трех лет

В сентябре 2015 года Центральный райсуд Хабаровска приговорил к четырем годам условно экс-министра промышленности и транспорта края Владимира Быченко, отстраненного от должности в 2013 году из-за превышения полномочий. Ущерб от действий министра при сделке между краевыми ГУП «Крайдорпредприятие» и ОАО «Хабаровскводтранс» суд оценил в 191 млн руб. В марте 2016 года Хабаровский крайсуд отменил решение райсуда по делу.

В феврале 2016 года были помещены под домашний арест региональный министр строительства Андрей Скоморохов и зампред правительства Сергей Игнатович. Дело о соучастии в злоупотреблении полномочиями было возбуждено ФСБ. Суд по делу продолжается.

В том же месяце бывший министр имущественных отношений края Александр Давиденко был осужден на 7,5 года лишения свободы по 30 преступлениям, связанным с растратами. 5,5 года колонии по делу получил также глава «Фонда имущества Хабаровского края» Андрей Поздеев.

Также в феврале 2016 года к 6 годам колонии приговорили экс-спикера Заксобрания края Виктора Чудова за растрату в особо крупном размере при строительстве космодрома Восточный. В числе еще троих осужденных по делу — глава «Дальспецстроя» Юрий Хризма, получивший 12 лет колонии.

В июне 2017 года УФСБ по Хабаровскому краю возбудило уголовное дело в отношении министра здравоохранения Александра Витько. Речь шла о злоупотреблении полномочиями при закупке дезинфицирующих средств. Дело почти сразу было закрыто прокуратурой, но позже райсуд Хабаровска отменил это решение и постановил возбудить новое дело. В мае 2018 года уже краевой суд отменил постановление о возбуждении дела. Министр продолжает занимать должность.

В феврале 2018 года Центральный райсуд Хабаровска приговорил экс-министра строительства края Андрея Попова к 5,5 года колонии. Суд признал его виновным в превышении должностных полномочий при неправомерном заключении контрактов на строительство жилья для детей-сирот.