Религиозная лексика в амхарском языке

Вестник ПСТГУ

III: Филология

2007. Вып. 1 (7). С. 53-57

Религиозная лексика в амхарском языке1 С.Л. Кравченко

В амхарском языке имеется значительное количество слов, заимствованных из других языков, проникновение которых обусловлено историческими причинами и языковыми контактами с различными народами. В области религиозной лексики в амхарском языке значителен пласт заимствований из греческого языка.

Древнейшая аксумская культура достигла наивысшего расцвета вГУ—У1вв. Географическое положение обусловило широкие торговые отношения государства Аксум, находившегося на территории северной Эфиопии, с Египтом, Аравией, Грецией и Индией. Приобщение к восточно-христианскому миру способствовало развитию письменности и культуры. В VI в. в Аксум пришла христианская религия, оказавшая благотворное влияние на развитие эфиопского языка, который являлся литературным языком государства Аксум. Постепенно на языке начала развиваться литература, которая в ранний период была, в основном, переводной: с греческого языка на гыыз были переведены Библия, жития святых и др. Вполне закономерно, что в амхарский язык, который заимствовал письменность литературного языка Аксума (гыыз), попали многочисленные греческие слова, относящиеся к области религии, например: papas «митрополит», fasika «пасха», wangel «евангелие», diyaqon «дьякон», episqopos «епископ», pentaqoste «Троицын день», ortodoks «ортодоксальный», ma stir «таинство, тайна», manakuse «монах», qannona «догма», batrayark «патриарх», diyablos «черт, дьявол», fanos «лампа, фонарь», sínodos «синод». Среди амхарских личных имен значительное место составляют библейские имена: Pawlos, Petros, Yohann э s, Sara, Mikael, Salomon и др.

1 Амхарско-русский словарь / Сост. Э. Б. Ганкин. М, 1969; Leslau, Wolf. Concise Dictionary of Geez (Classical Ethiopic). - Wiesbaden, 1989; Kidand WaldKafle. Ma^hafa sawas 3w waga s wamazgaba qalat haddis. Addis Ababa, 1955/56.

Заимствованния из греческого языка слова являются также одним из компонентов в группах сложных слов. Многочисленную и разнообразную группу составляют личные имена, представляющие собой сложные имена, построенные по модели эфиопского «status constructus». Компоненты этой конструкции (чаще всего существительные) выполняют функции определение-определяемое. При этом первое слово — это определяемое с гласной ä на конце слова, а второе — несогласованное определение. Наиболее часто первыми компонентами личных имен бывают слова: wäld «сын», hayl «сила», gäbr «раб», habt «богатство». В качестве второго компонента канонических имен выступают имена святых христианской Церкви или религиозные термины, заимствованные из эфиопского языка гыыз, например: wäldä maryam «сын Марии», wäldä yohannas «сын Иоанна», haylä э s llase «сила Троицы», haylä mäsqäl «сила креста», gäbrä iyäsus «раб Иисуса», gäbrä krastos «раб Христа», wäldä hawaryat «сын апостолов», wäldä mäsqäl «сын креста», gäbrä mädhan «раб Спасителя», gäbrä amlak «раб Божий», habtä mikael «богатство Микаэля», gäbrä mänfäs cpddus «раб Святого духа».

Среди богословской и теолого-философской лексики много заимствований из эфиопского языка (гыыз), например: haymanot «религия», jälot «молитва», maman «верующий», mähala «клятва», mänfäs «дух», hsywot «жизнь», hagg «закон», nassa ha «исповедь», mäsqäl «крест, праздник Креста», saqlät «распятие», tansae «воскресение», hosa a na «вербное воскресенье», bduy «Ветхий завет», m a ss a rae «благая весть», tamqät «крещение (обряд и праздник)», bahtawi «отшельник», ¡jada q «праведник», orit «Пятикнижие», orit zäfa trät «книга Бытия», qa ddäsa «освящение, богослужение», ladät «рождество», yäna ssaha lajj «раскаявшийся грешник», argät «вознесение», kudade «Великий пост». Некоторые из упомянутых лексем были, в свою очередь, заимствованы эфиопским из других языков, сыгравших значительную роль в культурной жизни Восточного Средиземноморья и Ближнего Востока. Так, термины haymanot, jälot, orit считаются заимствованиями из сирийского языка, слово hosa ana — заимствованный через греческий язык (Waavvd) еврейский литургический возглас и т. п.

Многие слова из языка гыыз продолжают существовать в амхар-ском языке без всяких морфологических изменений, а потому эти заимствования легко определить. Например, в амхарском языке у существительных отсутствуют формальные признаки рода, т.о. существительные, которые сохраняют морфологические показатели рода, являются заимствованиями из языка гыыз: qaddus «святой» —

qa dda st «святая», kra stiyanawi «христианин, христианский» — krastiyanawit «христианка, христианская», krastosawi «христианин» — krastosawit «христианка», amlakawi «ангельский» —amlakawit «ангельская», qädamawi «первый (по счету — об императоре, царе, короле)» — qfldamawit «первая (по счету — об императрице, царице, королеве)».

Современный амхарский язык черпает из языка гыыз не только слова, но и способы словообразования. В амхарском языке существует большое количество сложных слов-терминов, построенных по модели «status constructus», которые нашли широкое применение, в частности, в области религиозной лексики. Эти термины-заимствования не воспринимаются говорящими как инородные слова, так как они созданы на основе старых корней по типичным словообразовательным моделям, например: §älotä hallina «умная молитва» (§älot «молитва», hallina «разум, ум»), §älotä mahbär «соборная молитва» (mahbär «общество»), §älotä ma ad «молитва до и после еды» (maad «еда»), §älota a tan «молитва над кадилом» (a tan «ладан»), mänbärä tabot «алтарь» (mänbär «место, сиденье», tabot «камень или деревянный квадрат, на котором высечено имя святого, ставится на алтарь»), saryätä hatiat «искупление грехов» (saryät «искупление», hatiat «грех»), mä§hafä qändil «молитвенник» (mä§haf «книга» qändil «канделябр»), §älotä fathat «заупокойная молитва» (fathat «отпущение грехов), habtä madar «земные блага» (habt «богатство», madar «земля»), habtä sämay «небесные блага» (habt «богатство», sämay «небо»), haggä wängel «Новый завет» (hagg «закон», wängel «Евангелие»), haggä orit «Ветхий завет» (hagg «закон», orit «Пятикнижие»), mänga stä sämayat «царство небесное» (mäng st «государство», sämayat «небеса»), sämayä sämayat «небо небес, седьмое небо» (sämay «небо», sämayat «небеса»).

В некоторых сложных словах одним из компонентов является слово liq «глава, старейшина, ученый», например: liqä papasat «митрополит», liqä ka ha nnät «старший священник», liqä mälaakt «архангел», liqä diyaqon «архидиакон».

Ряд сложных слов имеют в качестве одного из компонентов существительное bet «дом». Слово bet может являться первым компонентом сложного слова (т. е. по модели эфиопского «status constructus»), где слово bet находится в позиции определяемого и имеет на конце гласный ä, а вторым компонентом является слово в позиции определения, обозначающее местонахождение, месторасположение или место действия, например: betä krastiyan «церковь», betatetennät «духовная семинария», beta §älot «часовня», betä sgzi «скиния Завета».

В некоторых сложных словах, построенных по амхарской модели генитивной конструкции, bet «дом» находится в позиции определяемого, но является вторым компонентом сложного слова, обозначая место действия или местонахождения того что выражено первым компонентом, находящимся в позиции определения, например: maqabar bet «гробница, мавзолей», m a§hat bet «высшая церковная школа», zema bet «школа церковной музыки».

Кроме этого, из языка гыыз заимствован ряд лексем, которые в амхарском языке выступают в качестве префиксов. Например, префикс §ara (противодействовать чему-либо, соответствует русскому противо-, контр-, анти-) произошел от эфиопского слова dar «враг, противник, соперник». В амхарском языке это слово самостоятельно не употребляется, но в качестве префикса встречается в словах §ara maryam «протестант», §ara haymanot «безбожник, атеист».

Слова с префиксом bala обозначают хозяина, обладателя (как одушевленного, так и неодушевленного) предмета, выражаемого основой слова, или занятие человека, указываемое основой слова. Этот префикс происходит от эфиопского слова ba эа1 «собственник, владелец, хозяин, глава семьи, муж». В амхарском языке в области религиозной лексики встречаются следующие слова с этим префиксом: bala haymanot «религиозный, верующий», bala hsgg «тот, кто венчается в церкви», bala qэ ne «поэт, тот, кто сочиняет стихотворения на религиозную тему».

Все это позволяет утверждать, что классические языки (в частности греческий и гыыз) оказывали и оказывают большое влияние на развитие амхарского языка. Из языка гыыз амхарский язык заимствовал многочисленные термины. Большое количество заимствований из гыыза привело к тому, что в амхарском языке возникли новые словообразовательные модели сложных слов, компонентами которых являются как исконно амхарские слова, так и заимствования из языка гыыз и греческого. Среди них следует отметить слова, построенные по модели определительных словосочетаний языка гыыз (status constructus), которая отсутствует в амхарском языке. Построенные по этой модели status constructus сложные слова существуют во всех пластах лексики амхарского языка, в частности в религиозной лексике.

Таким образом, амхарский язык включил в свой словарь значительное количество иноязычной лексики. Эта лексика, а также основы заимствованных слов используются в настоящее время для образования новых лексем и дальнейшего пополнения словаря амхарского языка.

Religious vocabulary in Amharic

S. Kravchenko

A characteristic feature of Amharic setting it apart from many other languages of sub-Saharan Africa is its rich and well-developed Christian religious vocabulary. The main source of terms connected with Christian theology and worship has been the Geez language which has from olden times been performing the function of liturgical language of the Ethiopian Church. This role of Geez and the high prestige this language enjoys in the traditional Ethiopian society have contributed to ample borrowing from Geez into Amharic. Among Geez borrowings we encounter not only single words, but also word combinations which are frequently built in accordance with derivational and syntactic patterns foreign to Amharic grammar proper.