Акты нормативного толкования российского процессуального права

4. Постановление Конституционного Суда РФ от 17.10.2017 № 24-П «По делу о проверке конституционности пункта 5 части четвертой статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Д.А. Абрамова, В.А. Ветлугаева и других» // Российская газета. № 253. 09.11.2017.

5. Сорокин В.В. Модернизация права и актуальные вопросы управления обществом. // Правовая мысль в образовании, науке и практике. 2014. № 1 (3). С. 5-7.

© Морозова Ю.А., 2018

УДК 340.15

Морозова Ю.А.

Юридический факультет Ростовский филиал ФГБОУВО «Российский государственный университет правосудия» г. Ростов-на-Дону, Российская Федерация

АКТЫ НОРМАТИВНОГО ТОЛКОВАНИЯ РОССИЙСКОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА

Аннотация:

Статья автора посвящена актам нормативного толкования, которые преследуют цель совершенствования правового регулирования, повышения его эффективности, путем уточнения и конкретизации действующего законодательства в целях его правильного применения.

Ключевые слова:

Нормативно правовой акт, толкование права, Пленум, Постановление, суд.

Акт нормативного толкования права - это документ, в котором закреплено и внешне выражено решение субъекта толкования, содержащее общие обязательные для всех юридические разъяснения правовых норм, цель которых - повысить эффективность и качество правового регулирования в обществе. В Российской Федерации акты нормативного толкования - это разъяснения Пленума ВС РФ; Пленума ВАС РФ до 05.02.2014; КС РФ.

Иначе говоря, в акте нормативного толкования закреплено решение, к которому пришел субъект толкования, осуществляя деятельность, направленную на уяснение и разъяснение правовых норм. Например, КС РФ, осуществляя анализ соответствия норм федерального закона, принимает решение о том, соответствует ли данная норма конституционной норме или нет, что и фиксируется в акте толкования суда.

Например, КС РФ в Постановлении от 02.03.2017 года № 4-П [1] рассматривал конституционность положений пункта 3 части 1 статьи 24, пункта 1 статьи 254 и части 8 статьи 302 УПК РФ. Гражданин В.Ю. Глазков и гражданин В.Н. Степанов при применении вышеназванных норм усмотрели нарушение своих прав, которые гарантированы статьями 2, 18, 52, частью 1 статьи 46, частью 1 статьи 49, частью 2 статьи 55 Конституции РФ. В заявлении граждане указали, что названные нормы позволяют судам выносить решение о прекращении уголовного дела в случае истечения сроков давности на основании ходатайства подсудимого и при возражении потерпевших на стадии судебного разбирательства. При этом не принимается во внимание требование, предписывающее в случае обнаружения оснований для прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности продолжить рассмотрение уголовного дела в обычном порядке до его разрешения по существу. Гражданин В.Ю. Глазков и гражданин В.Н. Степанов считают, что они, как потерпевшие, лишены возможности реализовать свое право на доступ к правосудию и на компенсацию ущерба, причиненного преступлением.

КС РФ рассмотрел в заседании дело о проверке конституционности положений вышеперечисленных положений УПК РФ, в своем постановлении № 4-П от 02.03.2017 года признал взаимосвязанные положения вышеназванных норм УПК РФ, не противоречащими Конституции РФ. В данном постановлении КС РФ указано, что потерпевший в случае обоснованных сомнений в правильности исчисления срока давности имеет право возразить суду против прекращения уголовного дела, и если суд после исследования обстоятельств вынести решение прекратить уголовное дело, имеет право оспорить его по мотивам незаконности и необоснованности в установленном УПК РФ порядке.

Также потерпевший имеет право на защиту своих интересов в порядке гражданского судопроизводства с учетом сроков исковой давности, если обвиняемый (подсудимый) не освобожден от обязательства по возмещению причиненного его противоправным деянием ущерба; также государство обязано содействовать потерпевшему в получении доказательств, подтверждающих факт причинения такого ущерба, а суд должен оценивать их всесторонне, полно, объективно и непосредственно исследовав. Также КС РФ указывает на право потерпевшего на обращение в суд по поводу компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумные сроки. В резолютивной части постановления № 4-П от 02.03.2017 года содержится указание на общеобязательность толкования вышеприведенных норм, на исключение любого иного их истолкования в правоприменительной практике; на недопустимость обжалования и незамедлительное опубликование акта.

Акт нормативного толкования являются актами, обладающими свойством обязательности, что соответствует их юридической природе содействие установлению порядка в соответствующих правовых отношениях. Обязательность актов нормативного толкования подтверждается статусом и компетенцией субъектов толкования, результат деятельности которых и выражается в издании официальных разъясняющих актов. Последствием невыполнения предписаний актов нормативного толкования в процессе реализации правовых норм влечет отмену правоприменительных актов. Здесь можно наблюдать наличие такой позиции отдельных исследователей (В.И. Ершова, В.О. Лучина и др.), в соответствии с которой государственная обязательность актов нормативного толкования характерна только для актов аутентического толкования. Позиция других ученых (Н.Н. Вопленко, В.Н. Карташова, А.Ф. Черданцева и др.) заключается в том, что не все акты нормативного толкования являются государственно обязательными для применения. Это верно в отношении такого толкования, которое осуществляется уполномоченными на то органами местного самоуправления. Поэтому предпочтительнее указывать, что акты нормативного толкования характеризуются властным, обязательным характером.

Однако в отношении обязательного характера таких актов судебного толкования, как постановления Пленума ВС РФ, мнения ученых разделяются. В этих постановлениях разъясняется смысл и содержание отдельных терминологических конструкций, даются рекомендации в отношении конкретных правоприменительных вопросов. Необходимость в анализе и обобщении судебной практики обусловлена изменчивостью общественных отношений на современном этапе развития общества, вследствие чего в законодательстве могут иметь место пробелы регулирования.

В статье 126 Конституции РФ отсутствует указание на юридическую обязательность разъяснении ВС РФ. Отметим, что при разработке проекта Конституции РФ представители судейского сообщества настаивали на том, чтобы в отношении постановлений Пленума ВС РФ был закреплен обязательный характер, тогда как представители научного сообщества настаивали на юридической необязательности постановлений Пленума ВС РФ, мотивируя это нормами части 1 статьи 120 Конституции РФ. Кроме того, КС РФ рассматривает постановления Пленума ВС РФ как акт толкования закона, который не может выступать самостоятельным предметом проверки КС РФ, то есть допускается необязательный характер рассматриваемых постановлений. Подобной точки зрения придерживаются А.В. Мадьярова, А.И. Рарог, А.Ф. Черданцев и др.

Обязательность постановлений Пленума ВС РФ для нижестоящих судов обусловлена необходимостью правильного толкования законов, разрешения дел в точном соответствии с законом. Исследователи (В.В. Демидов, Н.М. Мусаев, В.А. Петрушев, А.С. Пиголкин и др.) полагают, что

постановления Пленума ВС РФ являются обязательными в силу того, что это официальное толкование, обязанность которого для ВС РФ установлена в Конституции и ФКЗ № 1 о судебной системе; игнорирование этих постановлений может привести к отмене принятого судебного решения.

Мы разделяем это мнение относительно того, что постановления Пленума ВС РФ - это акты официального, обязательного разъяснения правовых норм. Обязательность постановлений Пленума ВС РФ следует и из содержания таких актов. Например, постановлением Пленума ВС РФ от 14.11.2017 года № 44 [4] даны разъяснения по вопросам защиты прав и интересов ребенка при угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав. Указано, что должны учитывать суды при принятии исков по ограничению (лишению) родительских прав и по их восстановлению, по отобранию ребенка и о его возврате в семью. Указаны моменты, которые следует принимать во внимание на стадии подготовки таких дел к судебному разбирательству, при их непосредственном разрешении. В частности, подчеркивается, что суд может принять решение о восстановлении в родительских правах в отношении ребенка, достигшего возраста 10 лет, только с его согласия. Поясняется, кто и в каких случаях может предъявлять иски об ограничении родительских прав. Решение по таким делам суд выносит без указания срока такого ограничения. К усыновителям тоже может быть предъявлен подобный иск.

В постановлении приведены нюансы отмены ограничения родительских прав и их восстановления. Выделена специфика дел об отобрании ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью. Отмечено, что тяжелое материальное положение семьи само по себе не является достаточным основанием для такого отобрания, если родители добросовестно исполняют свои обязанности по воспитанию детей, заботятся о них, создают необходимые условия для развития исходя из имеющихся возможностей. В тексте рассматриваемого постановления Пленума ВС РФ кроме указаний рекомендательного характера

С признаком обязательности соотносится обязательность обеспеченности актов нормативного толкования разнообразными мерами воздействия.

Например, в постановлении Пленума ВС РФ от 15.11.2016 года № 48 [5] систематизирована судебная практика в сфере уголовного преследования бизнеса и закреплена правовая позиция ВС РФ по основным острым моментам. Принятие данного документа имеет важное значение для реализации декларируемых государством принципов гуманизации и либерализации уголовно-правовой политики в предпринимательской и иной экономической сфере.

В частности, преамбула постановления содержит указание на необходимость ограждения предпринимателей от необоснованного уголовного преследования и исключения возможности использовать уголовное преследование для давления на бизнес, а также для решения споров хозяйствующих субъектов.

Также в преамбуле ВС РФ указывает на установление дополнительных правовых гарантий обеспечения прав предпринимателей, привлекаемых к уголовной ответственности за соответствующие преступления. В целом документ направлен на разъяснение положений уголовного (УК РФ) и уголовно-процессуального (УПК РФ) кодексов, связанных с предоставлением таких гарантий субъектам предпринимательской деятельности.

В постановлении разъясняется, в частности, применение статьи 108 УПК РФ, в которой теперь установлен запрет на взятие предпринимателей под стражу при определенных условиях. Верховный суд высказал позицию о том, что, если подозреваемый в совершении преступления, предусмотренного статьями 159 - 159.6 УК РФ, статьи 160 УК РФ и статьи 165 УК РФ, является учредителем или директором коммерческой организации, а также индивидуальным предпринимателем к нему не может быть применена такая мера пресечения, как содержание под стражей.

Судьи указали, что в действующей статье 108 УПК РФ содержатся значительные процессуальные ограничения на содержание под стражей вышеназванных лиц, однако судами часто применяется оговорка,

предусмотренная статьей 108 УПК РФ в отношении преступлений, ответственность за которые регулируют статьи 159 - 159.6, 160 и статья 165 УК РФ. Как сказано в ее нормах: «если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности», то применяется запрет на содержание виновного лица под стражей. Для того, чтобы избежать подобной практики Пленум ВС РФ постановил признаки экономических преступлений. При выполнении таких рекомендаций Пленума ВС РФ судам придется признавать все случаи мошенничества, связанные с преднамеренным неисполнением договорных обязательств индивидуальными предпринимателями или коммерческими организациями, относящимся к сфере предпринимательской деятельности. Конфликты между партнерами по бизнесу должны трактоваться в рамках гражданского права.

Разъяснения Пленума направлены на строгое соблюдение установленных законом гарантий прав предпринимателей при возбуждении в отношении их уголовного преследования, избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, признании изъятых в ходе следствия предметов и документов вещественными доказательствами, а также при решении вопроса об освобождении их от уголовной ответственности или о назначении виновным справедливого наказания.

Вместе с тем имеют место случаи отмены и изменения судебных решений в связи с тем, что суды не в полной мере учитывают разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума от 15.11.2016 года № 48. Отмечены факты чрезмерно длительного содержания обвиняемых под стражей без достаточных к тому оснований, в том числе, когда органами предварительного расследования в этот период не производятся следственные и иные действия, предусмотренные УПК РФ, что не отвечает целям уголовного судопроизводства. Практика рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 УПК РФ свидетельствует о том, что суды недостаточно активно осуществляют контроль за законностью возбуждения и расследования уголовных дел в отношении предпринимателей.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 03.10.2017 года № 33 [3] установлено, что необходимо проводить постоянный мониторинг практики рассмотрения ходатайств органов предварительного расследования о заключении под стражу и продлении срока содержания под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, даче разрешений на производство следственных действий по данной категории дел, а также рассмотрения жалоб на решения, действия (бездействие) органов, осуществляющих предварительное расследование в порядке, установленном статьей 125 УПК РФ, результаты обсуждать на совещаниях судей.

Как видим, акты нормативного толкования, как волевым актам, выражающим государственную волю, подлежат охране силой государственного принуждения. Сказанное в полной мере относится и к постановлениям высших судов. Акты нормативного толкования издаются только определенными правомочными субъектами, которые обладают компетенцией по определенным вопросам.

Актам нормативного толкования присуща форма, которая предполагает структурированный текст в соответствии с правилами толкования, установленные четкие временные и пространственные границы, круг лиц, соблюдение требований к содержанию, средствам, приемам, способам и стилю текста акта, обязательным символам, реквизитам и др.

Например, постановление Пленума ВС РФ от 03.10.2017 года № 30 [2] «О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта федерального закона «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации»» имеет свои реквизиты: название акта, наименование органа его издавшего, порядковый номер, дату принятия, а также подписи председателя ВС РФ В.М. Лебедева и секретарь Пленума ВС РФ, судьи В.В. Момото. Это один из признаков актов нормативного толкования.

Акты нормативного толкования преследуют цель совершенствования правового регулирования, повышения его эффективности, путем уточнения и конкретизации действующего законодательства в целях

его правильного применения. В частности, Постановление Пленума ВС РФ от 03.10.2017 года № 30 содержит проект изменений в ГПК РФ, АПК РФ и КАС РФ общего характера, призванных модернизировать сходные процессуальные институты и правовые нормы, регулирующие порядок рассмотрения гражданских и административных дел в судах общей юрисдикции и в арбитражных судах. Кроме того, проект содержит изменения отдельных положений названных кодексов об особенностях рассмотрения некоторых категорий дел, а также вносит изменения корреспондирующего характера в некоторые федеральные законы.

В научной литературе упоминаются и иные признаки рассматриваемых актов. Некоторые авторы подчеркивают вспомогательное, второстепенное значение актов официального толкования права, их зависимость от толкуемого нормативного акта. Если нормативный акт отменен полностью или заменен другим, в котором не содержатся нормы, аналогичные отмененному, то теряет силу и акт его толкования; если новый нормативный акт содержит нормы, аналогичные тем, которые содержались в ранее действовавшем нормативном акте, то сохраняет силу акт толкования; если в новом нормативном акте аналогичная норма подверглась изменению, но в ней сохранились термины и выражения, и их значение, то сохраняют действие соответствующие положения акта толкования. То есть акты толкования в большей степени зависят от судьбы правовых норм, содержащихся в толкуемом нормативном акте, чем от самого толкуемого акта.

Таким образом, актом толкования прав называют правовой акт, разъясняющий правовые нормы. Этот документ обладает юридической значимостью, содержит нормативные предписания, направленные на определение с смыслового содержания правовой нормы. Результат толкования, который закрепляется в соответствующих актах толкования, не должен выходить за пределы толкуемых норм права. Акт толкования является частью многоуровневой системы актов, обладающих различной юридической силой, разным практическим значением. В официальном толковании акты объединены в систему, имеют вспомогательный характер, отличаются следующими признаками: а) государственная обязательность; б) произведение компетентного органа; в) иерархичность; г) целевая направленность; 6) гарантия законности. В Российской Федерации акты нормативного толкования - это разъяснения Пленума ВС РФ; Пленума ВАС РФ до 05.02.2014; КС РФ. Акт нормативного толкования: а) неотделим от толкуемого нормативного акта; принимается в форме толкуемого акта; б) характеризуется теми же признаками, что и нормативный правовой акт, важнейшим из которых является общеобязательность; в) время его действия то же, что и у толкуемого нормативного акта; г) отмена нормативного акта влечет за собой утрату силы акта толкования; д) объемы толкуемого акта и акта толкования совпадают. Игнорирование на практике акта толкования рассматривается как нарушение закона. Создание такого акта осуществляется по правилам правотворчества, юридической техники. Толкование, даваемое различными субъектами в отношении одной и той же правовой нормы, различается юридической силой, которая зависит от статуса этого субъекта. Общедоступная форма актов нормативного толкования способствует развитию положительного правосознания и правовой культуры общества, укреплению законности и правопорядка, дальнейшему формированию правового государства.

Список использованной литературы:

1. Постановление Конституционного Суда РФ от 02.03.2017 № 4-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 3 части первой статьи 24, пункта 1 статьи 254 и части восьмой статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.Ю. Глазкова и В.Н. Степанова» // Российская газета. № 51. 13.03.2017.

2. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 03.10.2017 № 30 «О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта федерального закона «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации»» // http://legalacts.ru/sud/6/?page=1

3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 03.10.2017 № 33 «О ходе выполнения судами Российской Федерации постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2016

года № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности»» // Российская газета - Федеральный выпуск №7398 (232). 13 октября 2017 г.

4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14.11.2017 № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» // Российская газета. № 262. 20.11.2017.

5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2016 № 48 г. «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности» // Российская газета - Федеральный выпуск №7134 (266), 24 ноября 2016 г.

© Морозова Ю.А., 2018

УДК 343

А.А. Решеткин

Магистрант направления «Юриспруденция»

Ростовский Государственный Экономический Университет

г. Ростов-на-Дону, Российская Федерация

ЭВОЛЮЦИЯ РАЗВИТИЯ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ, СОВЕРШАЕМЫЕ В СОСТОЯНИИ АФФЕКТА.

Аннотация

Статья посвящена основным этапам развития законодательства, предусматривающего уголовную ответственность за преступления, совершаемые в состоянии аффекта.

Ключевые слова

Эволюция развития, аффект, преступление.

В настоящее время уголовное законодательство устанавливает ответственность за совершение убийства, а также причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта). Нормы об ответственности за данные составы преступлений имеют свою историю зарождения и эволюции перед тем, как они были определены законодателем в ст. 107 и 113 ныне действующего Уголовного кодекса РФ 1996 года.

Становление российского законодательства об ответственности за преступления, которые совершены в состоянии физиологического аффекта, вызванного неправомерными действиями потерпевшего, и последующая разработка данного вопроса осуществлялись еще в 14-15 вв.

Первое упоминания об убийстве в состоянии аффекта содержала в себе Русская Правда. Преступление определялось как «обида», иными словами причинение морального или материального ущерба лицу, а не как нарушение закона или княжеской воли. Согласно нормам Русской Правды преступником могло быть только лицо, которое обладает свободной волей и сознанием.

Русской Правдой предполагалось, что воля и сознание «деятеля» могут быть на время парализованы, в результате этого деяние утрачивает свой преступный характер, что называется состоянием аффекта. «Если кто ударит другого ботогом, а оскорбленный, не стерпевши того, ткнет мечом, то вины ему в этом нет». Такое состояние отличалось от состояния необходимой обороны. Подчеркивалось, что последний