Власть как социально-философская категория в условиях глобализации

УДК 321.8

Канд. филос. наук, И.В. СОЛОНЬКО

ВЛАСТЬ КАК СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКАЯ КАТЕГОРИЯ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

Власть, управление, общество, глобализация

Исторический опыт убедительно доказывает, что власть — необходимый элемент общественной организации, без которого невозможны ее жизнеспособность и функционирование. Она призвана регулировать взаимоотношения как между людьми, так и между ними, обществом и государственно-политическими институтами. Хотя понятие власти и наделяется некоторыми общими, универсальными значениями, в разных социокультурных системах она может иметь особые оттенки. Власть в контексте политических отношений подразумевает наличие субъектов властных отношений — людей, групп, организаций, институтов и т. д. То есть она является социальным институтом. Поэтому естественно, что ее трактовка связана с ценностями, принципами, позициями, установками разных социокультурных групп.

Относительно недавно в отечественной политической философии начала формироваться новая область знания, получившая название — кратология [19], основным предметом изучения которой является сущность, природа власти и все формы ее объективных и субъективных проявлений в окружающем нас социальном бытии. Именно эта наука ставит своим предметом сбор, систематизацию и обобщение знаний о власти, ее природе и сущности властных отношений.

Новейший философский словарь, определяя содержание феномена власти, делает акцент на многообразную структуру власти, выделяя в качестве видов власти «политическую, экономическую, государственную, семейную власть», а также ее формы: «господство, руководство, управление, организация, контроль и методы (авторитет, право, насилие)» [5].

Современные отечественные исследователи В. Ф. Халипов и А. Н. Шишкин рассматривают власть как глобальный социокультурный информационный феномен, имеющий решающее значение в жизни человечества. Они пишут: «Власть — глобальное явление, ядро всей общественно-политической жизни народов и государств, оказывающее огромное влияние на судьбы человечества» [20]. Общество как сложившаяся система требует для своего функционирования упорядоченности и стабильности, а значит, нуждается в управлении и власти. Более того со временем такая необходимость только возрастает, так как с ростом технологической и энергетической вооруженности современное общество без эффективной власти способно к самоуничтожению в кратчайшие сроки. Поэтому главное предназначение власти состоит в реализации целей управления, урегулировании социальных конфликтов и осуществлении связей в обществе.

Известный американский социолог и футуролог Элвин Тоффлер дал следующую обобщенную характеристику власти как следствия коммуникативных процессов: «Несмотря на сопутствующий самому понятию власти дурной запашок, возникший из-за злоупотреблений ею, власть сама по себе ни плоха, ни хороша. Это неизбежный аспект любых человеческих взаимоотношений, и он влияет на все — от секса и работы до машины, которую мы водим, телевидения, которое мы смотрим, надежд, за которыми мы гонимся. И мы — продукты власти в значительно большей степени, чем многие из нас представляют» [18]. Последнее утверждение, на наш взгляд, выделяет значительную определяющую роль, которую играет власть в жизни общества — управление жизнью общества.

Политолог В. В. Мшвениерадзе [3] дает сущностную характеристику власти как способности к реализации волевой деятельности политического субъекта. Основным способом существования власти является ее проявление в различных формах зависимости, независимости и взаимозависимости, т. е. во властных взаимоотношениях. Властные отношения возможны только тогда, когда субъект власти обладает необходимым набором качеств: ответственностью, профессиональной компетенцией, наличием воли, достаточной мерой понимания, устойчивостью по

предсказуемости реакции объекта власти на управляющее воздействие субъекта и давление внешней среды (учет особенностей объекта и факторов внешней среды в динамике).

Макс Вебер известен как создатель классической теории бюрократии в качестве института власти [2], которым обозначил специфическое явление — систему организации с ярко выраженным разделением функций, четкими нормами и правилами, формализованным характером отношений, иерархическим строением и управленческой структурой. И в зависимости от ситуации, как полагал Вебер, говорят о власти отца над детьми, о власти денежного мешка, о власти юридической, духовной, экономической и т. д., но в первую очередь под властью подразумевают высшую государственную власть. С точки зрения легитимности он выделял следующие три типа власти:

- власть традиционную (опирающуюся на традиции, социальный опыт и обычаи предков);

- власть харизматическую (опирающуюся на авторитет лидера и харизму носителей власти);

-власть легальную (опирающуюся на силу закона и формальной капиталистической

рациональности).

Формула власти М. Вебера как возможности или способности навязывать свою волю людям, помимо их желаний, включает в себя понятие «способности и возможности». То или иное действие можно назвать проявлением власти, если оно побуждает человека (людей) делать что-то, чего они не сделали бы по своей воле. Значит, речь идет о насилии как механизме власти. Английский философ Дж. Локк считал, что власть по своей природе неотделима от насилия, которое должно применяться исключительно для установления законного порядка. Он писал: «Политической властью я считаю право создавать законы, предусматривающие смертную казнь и соответственно все менее строгие меры наказания для регулирования и сохранения собственности, и применять силу сообщества для исполнения этих законов и для защиты государств от нападения извне — и все это только ради общественного блага» [11].

Согласно воззрениям Б. Рассела, любое достижение намеченного результата действия уже есть проявление власти — независимо от того, приводит такое достижение к столкновению с другими людьми или нет.

A. Г. Здравомыслов [6] выделяет активное начало власти. Она не просто отражает интересы, но и творит новые отношения, конструирует социальный мир, модифицируя социальное пространство. Главное качество власти — ее способность конструировать отношения между людьми. Петербургские философы и политологи И. С. Панченко и Г. В. Стельмашук [12] считают, что основой власти является волеутверждение. Оно может быть в самых разнообразных формах: подчинения, принуждения, взаимоподчинения, взаимопринуждения, убеждения, разубеждения, взаимоубеждения, насилия, ненасилия и т. д. Процесс властвования упорядочивается и регулируется с помощью специального механизма власти — системы организаций и норм их устройства и деятельности. Применительно к обществу механизмом власти выступают государственные органы, органы местного самоуправления и другие социальные и политические институты, а также право как совокупность норм, правил поведения, выраженных в законах и постановлениях государственной власти и регулирующих общественные отношения.

В различных сферах общественной жизни она выполняет ряд руководящих функций: господство, то есть полное подчинение объекта власти воле ее субъекта; регулирование общественных отношений; контроль над поведением индивидов и групп; управление общественными процессами; организация и координация действий по выполнению поставленных перед обществом или группой задач; мобилизация индивидов, групп или общества в целом на достижение каких-либо значимых для них целей. К. С. Гаджиев [4] полагает, что власть является одним из главных (если не самым главным) ресурсом любого человеческого сообщества. Без наличия властных отношений невозможно координирование социальных связей, достижение взаимоприемлемых компромиссов между различными социальными общностями, слоями и индивидами, поддерживание целостности и стабильности общества.

B. Г. Ледяев определяет власть как «способность субъекта обеспечить подчинение объекта в соответствии со своими намерениями» [10]. В сфере власти выделяется множество ее проявлений. Он считает, что в зависимости от источника подчинения объекта субъекту властные отношения могут принять форму силы, принуждения, побуждения, убеждения, манипуляции и авторитета [10]. Власть в виде силы означает способность субъекта достичь желаемого результата в отношениях с объектом либо путем непосредственного воздействия на его тело или психику, либо с помощью ограничения его действий. В принуждении источником подчинения объекта команде субъекта выступает угроза

применения субъектом негативных санкций по отношению к объекту в случае отказа от повиновения, т. е. угроза силы. Побуждение основывается на способности субъекта обеспечить объект ценностями и услугами, в которых тот заинтересован. В отличие от принуждения, связанного с негативными санкциями, в процессе осуществления побуждения нежелание объекта следовать распоряжениям субъекта преодолевается с помощью позитивных санкций, обещания вознаграждения. В убеждении источником власти выступают аргументы, которые субъект может использовать для подчинения объекта. В отличие от принуждения и побуждения, которые внешне могут выглядеть как убеждение, последнее подразумевает отсутствие конфликта между субъектом и объектом. Манипуляция как вид власти основывается на способности субъекта осуществлять скрытое влияние на объект. В отличие от других видов власти, манипуляция может иметь место без команды субъекта и даже тогда, когда объект не знает о самом существовании субъекта. Она осуществляется либо через коммуникацию, в процессе которой субъект делает замаскированные предложения (обычно путем подачи селективной информации), либо путем влияния на окружение объекта. Хотя с точки зрения объекта манипуляция выглядит как убеждение, это разные виды власти.

В процессе убеждения субъект не лишает объекта (сознательно) необходимой информации, а в процессе манипуляции субъект не хочет, чтобы объект мыслил так же, как и он сам, и поэтому сознательно ограничивает поток информации для объекта. И наконец, источником подчинения объекта во властном отношении в форме авторитета выступает определенная совокупность характеристик субъекта, которая делает объект обязанным принять команду субъекта независимо от ее содержания. В отличие от силы и манипуляции, авторитет зависит от восприятия объекта и обязательно результируется в его повиновении команде субъекта. Объект повинуется добровольно, поскольку рассматривает свое повиновение как должное.

Московский политолог А. И. Кравченко считает, что «власть — это совокупность политических или управленческих решений, которые применяет ключевая фигура по отношению к другим людям независимо от их воли и желания» [7]. Петербургский философ В. И. Кравченко дает комплексное определение власти: «Власть в человеческом обществе носит целостный интегрированный характер, внутренне обусловленный действием генетических, биологических, социальных и культурологических факторов как индивидуального, так и группового кратического поведения, подчиненного целостно-мотивационным, нормативно-регулятивным и информационно-коммуникативным механизмам формирования отношений господства и подчинения» [8].

Схожей позиции придерживается и К. С. Гаджиев: «Под властью подразумевается способность ее субъекта (отдельной личности, группы людей, организации, партии, государства) навязать свою волю другим людям, группам, сословиям, классам, обществу в целом, распоряжаться и управлять их действиями насильственными либо ненасильственными средствами и методами» [4]. Философ А. И. Поздняков, синтезируя предыдущие две трактовки власти, пишет: «Власть — это способность, право и возможность распоряжаться, управлять, командовать, приказывать, господствовать, повелевать, оказывать решающее воздействие» [14]. Петербургские политологи В. А. Ачкасов и В. А. Гуторов используют классическую трактовку власти: «Власть (от англ. power) — центральная и многозначная категория политической науки, чаще всего определяется как способность и возможность субъекта осуществлять свою волю, оказывать воздействие на деятельность людей посредством авторитета, насилия, права, принуждения и других средств» [15]. Воля субъекта власти всегда выражается в достижении избранных целей.

Проблема цели и целеполагания является одной из значимых в социальной философии. Любой процесс рассматривается как процесс достижения конечного результата, то есть. — цели. В таком контексте наличие цели — это наличие смысла того или иного процесса или действия (результат совпадает с замыслом). Если цели нет или она не ясна, то действие или процесс теряют всякий смысл. Таким образом, процесс избрания и формулирования цели (т. е. целеполагание) как предварительного идеального желаемого представления о будущем, к которому стремится субъект — это ключевой наиважнейший вопрос управленческой и властной деятельности.

Кроме того, в социальной философии существует проблема соотношения цели и средств ее достижения. Известны две логические формулы: «цель оправдываЕт средства» и «цель оправдываЮт средства». В разрешении этой дилеммы заложен ценностный аспект соотношения цели и средств, соответственно с выбором и оценкой средств в целесообразной деятельности. Библейское изречение: «Благими намерениями дорога в ад устлана» означает, что бессмысленно рассматривать и оценивать цель и целесообразную деятельность в отрыве от средств и способов ее достижения. Одна и та же

цель может быть достигнута различными средствами и различным способом, которые в свою очередь своими сопутствующими эффектами либо подтверждают ценность цели, либо обесценивают ее. Это означает, что процесс управления и властная деятельность субъекта по отношению к объекту всегда концептуально определены по целям и способам их достижения.

Часто в определениях власти присутствует способность субъекта оказывать влияние или воздействие на объект, но при этом не всякое влияние или воздействие относится к феномену власти. В. И. Курбатов считает, что властное влияние — это харизматическое влияние [9]. Но понятие «харизма» как совокупность исключительных качеств лидера имеет большее отношение к психологии, чем к управлению, хотя Макс Вебер определял этим термином целую структуру социальных отношений (харизматический тип общества). Изначально понятие власти имело сакральный смысл. Великий русский учёный-правовед К. П. Победоносцев, обосновывая идею сакральности власти, писал: «Великое и страшное дело власть, потому, что это дело священное. Слово священный в первоначальном своем смысле значит отделенный, на службу Богу обреченный. Итак, власть не для себя существует, но ради Бога, и есть служение, на которое обречен человек. Отсюда и безграничная страшная сила власти и безграничная, страшная тягота ее» [13]. Безграничная страшная сила власти, по Победоносцеву, — это сила рассуждения и творчества, а безграничная, страшная тягота власти — это ответственность носителя власти перед обществом и Богом. Современный философ В. И. Большаков, развивая идею сакрализации власти, пишет: «Сакрализация власти — это подчинение индивида, народа или государства воле одного человека, основанное на вере этого народа или государства в то, что правитель является законным носителем своих полномочий и прав в силу того, что представляет некие высшие трансцендентные силы, дающие ему эти права» [1]. Таким образом, Большаков рассматривает идею сакрализации власти как придание ей высшей легитимности, что отличает сакрализацию власти на современном этапе от идеи обожествления власти, присущей архаическим культурам. П. А. Сапронов [16] справедливо утверждает неустранимость во власти сакрального момента до тех пор, пока власть не превращается в управление. Мы полагаем, что только управленческое воздействие, которое всегда концептуально определено по целям и способам их достижений, имеет непосредственное отношение к природе власти. Понятие власти и понятие управления всегда неразрывно связаны между собой. Считается общим положением, что когда какой-либо субъект управляет каким-либо объектом, то подразумевается при этом, что этот субъект обладает властью над объектом. То есть управление как социальный процесс естественным образом порождает власть как реализованную на практике способность управлять.

На наш взгляд, наиболее адекватно и полно понятию власти соответствует следующее определение: власть — это реализуемая на практике способность субъекта (социальной группы, организации) к социальному управлению. Данная трактовка позволяет в общем смысле учесть все вышеизложенные аспекты власти как социально-политического явления, но при этом выделяет ее суть как реализованную на практике способность к социальному управлению.

Развивая далее такое понимание власти, можно определить феномен концептуальной власти как двоякое явление: с одной стороны, это власть людей, способных порождать в обществе социальные процессы, охватывающие жизнь общества на протяжении многих поколений и протекающие согласно разработанной концепции, а с другой — это еще и власть концепции (замысла или системы идей), по которой живет общество, над массовым общественным сознанием. Концептуальная власть на цивилизационном уровне разрабатывает замысел жизнеустройства общества (концепцию) и бесструктурно имплицитно внедряет ее в массовое сознание общества [17].

В данном контексте можно рассматривать феномен глобализации как объективный процесс концентрации управления производительными силами человечества, но сценарии и концепция глобализации — это субъективные факторы, которые и определяются непосредственно концептуальной властью. В этом смысле процесс глобальной интеграции общества является только лишь следствием концентрации управления производительными силами человечества, а в управленческом аспекте при дальнейшем развертывании процессов глобализации значительным образом возрастает роль национально ориентированной концептуальной власти, для нас это в первую очередь русская концептуальная власть.

В качестве вывода, укажем, что в интересующем нас аспекте концептуальная власть достаточно часто использует формы манипуляции, в первую очередь, общественным мнением, а также имеет такой ресурс, как скрытие информации, аккумуляцию информации в своих целях и т. д.

Таким образом, в условиях глобализации социально-философская категория «власть» претерпевает когнитивные трансформации и наиболее актуально проявляется в феномене концептуальной власти.

Л и т е р а т у р а

1. Большаков В. И. Сакрализация власти в истории и современности: Россия и Европа // Аксиология российского конституционализма: история и современность. Коллективная монография / Под. ред. С. И. Дудника, И. Д. Осипова. — СПб.: СПбГУ, 2012. — С. 150.

2. Вебер М. Избранные произведения: пер. с нем. — М., 1990.

3. Власть: Очерки современной политической философии Запада / Отв. ред. В. В. Мшвениерадзе. — М.: Наука, 1989. — С. 19.

4. Гаджиев К. С. Политология (основной курс): учеб. — М.: Высшее образование, 2007. — С. 123.

5. Горных А. А. Власть // Новейший философский словарь: 3-е изд., исправл. — Минск: Книжный дом, 2003. — С. 176.

6. Здравомыслов А. Г. Власть и общество // Социологический журнал. — 1994. — № 2.

7. Кравченко А. И. Политология: учеб. — М.: ТК Велби, Изд-во «Проспект», 2008. — С. 440.

8. Кравченко В. И. Власть и коммуникация: проблемы взаимодействия в информационном обществе: Монография. — СПб.: Изд-во СПбГУЭФ, 2003. — С. 267.

9. Курбатов В. И. «Магия власти»: Харизма и реалии. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1996.

10. Ледяев В. Г. Власть: Концептуальный анализ. — М.: Рос. полит. энциклопедия, 2001. — С. 58; 352; 344-345.

11. Локк Дж. Два трактата о правлении // Сочинения: В 3 т. — М., 1988. — Т. 3. — С. 263.

12. Панченко И. С., Стельмашук Г. В. Актуальные вопросы политологии: Учеб. пособие. — СПб.: ЛГОУ, 2000. — С. 32.

13. Победоносцев К. П. Власть и начальство // Московский сборник. Изд. 5-е, доп. — М: Синодальная типография, 1901. [Электронный ресурс] / Режим доступа: http://gosudarstvo.voskres.ru/pobed11.htm, свободный. — Загл. с экрана.

14. Поздняков А. И. Конфликт справедливости и эффективности в государственном управлении (философско-методологический аспект проблемы) // Конфликт справедливости и эффективности в государственном управлении: Материалы научного семинара. Вып. 6 (44). — М.: Научный эксперт, 2011. — С. 7.

15. Политология: учебник / под ред. В. А. Ачкасова, В. А. Гуторова. — М.: Высшее образование, 2007. — С. 659.

16. Сапронов П. А. Власть как исходный феномен культуры // Вестник ЛГУ им. А. С. Пушкина (Серия Философия). — 2010. — № 3. — Т. 2. — С. 152-161.

17. Солонько И. В. Место и роль концептуальной власти в социальном управлении // Международный издательский центр Этносоциум. Научный и общественно-политический журнал № 2 (34). — М.: Этносоциум, 2011. — С. 88-96.

18. Тоффлер Э. Метаморфозы власти. — М.: АСТ, 2004. — С. 22.

19. Халипов В. Ф. Наука о власти. Кратология. — М.: ОСЬ-89, 2008.

20. Шишкин А. Н., Халипов В. Ф. Власть // Глобалистика: Энциклопедия / гл. ред. И. И. Мазур, А. Н. Чумаков; Центр научных и прикладных программ «Диалог». — М.: Радуга, 2003. — С. 119.