Основные тенденции развития ситуации на Ближнем Востоке

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. XXVII. ГЛОБАЛИСТИКА И ГЕОПОЛИТИКА. 2016. № 1

Е.С. Васецова*

ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ СИТУАЦИИ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ1

E.S. Vasetsova

THE MAIN TENDENCIES OF DEVELOPMENT OF THE SITUATION IN THE MIDDLE EAST

Статья посвящена анализу основных аспектов развития современной ситуации на Ближнем Востоке, которая становится все более сложной для понимания, анализа и тем более прогнозов.

Ключевые слова: Ближний Восток, «арабская весна», Иран, Саудовская Аравия, Турция, сирийский кризис, курдский вопрос, Израиль, Россия, США.

The article deals with the main aspects of the developing of the modern situation in the Middle East, which is becoming more and more complicated, contradictory and difficult for forcast.

Key words: The Middle East, The Arab Spring, Iran, Saudi Arabia, Turkey, Syrian crisis, The Kurdish issue, Israel, Russia, The USA.

«Арабская весна» пошла на спад, «споткнувшись» на Сирии, и в настоящий момент страны арабского мира находятся в кризисе, вызванном вовсе не теми режимами, с которыми боролись демонстранты-оппозиционеры, а к которому привела волна революций и протестных настроений, начавшаяся в декабре 2010 г. Революции привели к падению светских режимов и борьбе за власть между исламистами и представителями армейских кругов.

В ходе так называемого пробуждения арабского мира потерпела крах или подверглась серьезной эрозии секулярная модель государства, в результате чего начался процесс ретрадиционализации обществ. При этом во многих случаях сохранили свой вес и влияние военные элиты, в течение долгих лет игравшие ведущую роль в управлении государством2.

Авторитарные светские лидеры оказались смещены, но к власти пришли вовсе не либерально-демократические круги, стоявшие у истоков

* Васецова Елена Сергеевна — канд. полит. наук, доцент каф. политологии Востока ИСАА МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: vasetsova.es@yandex.ru

1 Статья выполнена в рамках гранта 15-07-00001 «Международные отношения в контексте глобальных процессов и проблем безопасности и противодействия терроризму».

2 Доклад «Россия и Большой Ближний Восток» // Российский совет по международным делам. 2013. № 9.

протестных движений, а исламисты разных мастей или военные. И если представители военных кругов являются лицами достаточно широко известными и зачастую даже обладают определенным опытом в сфере управления, то большинство исламистов — относительно новые фигуры на политической сцене, и, как правило, не обладают опытом пребывания у власти. Отметим, что феномен исламизма многогранен, представлен течениями различного толка, и провести четкую разграничительную линию между ними крайне сложно. И все же, в настоящий момент с большой долей условности можно выделить три основных направления, сторонники которых играют важную роль в общественно-политической жизни региона (оговоримся, что в исламизме существует гораздо больше ответвлений). Это приверженцы организации «Братья-мусульмане», салафиты и джиха-дисты. «Братья-мусульмане» считают приемлемым участие в парламентских формах политической борьбы, частично признают демократические и даже светские процедуры и институты, салафиты настаивают на необходимости шариатизации всей политической и законодательной системы, а джихадисты выступают против любых легальных методов борьбы и готовы использовать террористические методы для достижения политических целей. Дать однозначную оценку соотношению между названными течениями крайне сложно.

В Тунисе по итогам выборов в парламент «Братья-мусульмане», представленные партией «Ан-Нахда», утратили монополию на власть, а в Египте «Братьев» свергли военные. Уже несколько лет подряд Ливия находится на грани распада, в стране идет ожесточенная борьба исламистов всех течений друг с другом, и ситуация в значительной мере осложняется тем, что враждующие стороны опираются на поддержку Саудовской Аравии или Катара. Египет не остается в стороне от распри, сделав ставку на генерала Халифа Хафтара и его бойцов из бывшей армии Каддафи.

В Йемене ситуация по-прежнему остается напряженной, в стране с

2014 г. продолжается вооруженный конфликт между шиитскими группировками во главе с «Ансар Аллах» и правительственными войсками. В марте

2015 г. коалиция арабских государств во главе с Саудовской Аравией приняла активное участие в конфликте на стороне правительства Йемена. В настоящий момент Йемен остается одним из наиболее опасных для суннитских монархий Аравийского полуострова региональных плацдармов Ирана, хотя противостоят суннитам не иранцы, а йеменские хоуситы и экс-президент Али Абдала Салех.

В событиях «арабской весны» далеко не последнюю роль сыграли Саудовская Аравия и Катар, которые до сих пор борются за лидерство в арабском мире. Впрочем, «арабская весна» имела неоднозначные последствия как для саудитов, так и для катарцев. А вот кто действительно оказался в выигрыше от потрясений в регионе, так это Иран, ситуация в котором в целом стабильна. В январе 2016 г. со страны были сняты международные и односторонние санкции, а также санкции Совета Безопасности ООН, связанные с ядерной программой. Как отразится снятие санкций

с Ирана на отношениях с Россией — вопрос открытый. С одной стороны, есть все основания полагать, что после урегулирования вопроса с ядерной программой, возобновления торговых отношений между Ираном и странами Запада, а также открытия каналов инвестиций заинтересованность Тегерана в поддержании тесных взаимоотношений с Кремлем в том виде, в которых они существовали во время действия режима санкций, резко снизится.

С другой стороны, ситуация гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Так, отмена санкций вовсе не означает, что конфликта между Ираном и странами Запада больше не существует. С обеих сторон есть влиятельные силы, которые совершенно не настроены идти на примирение. В США действует активное лобби, защищающее интересы Эр-Рияда (саудовская биржа рухнула после новостей об отмене санкций) и Тель-Авива (в этом плане интересы враждующих сторон совпадают: и Израиль, и Саудовская Аравия крайне негативно относятся к возможному усилению Ирана). Кроме того, многие американские конгрессмены по-прежнему крайне настороженно относятся к Ирану как к возможному партнеру, считая, что США фактически капитулировали перед опасным противником, отказавшись от санкций.

В Иране также существует немало противников двустороннего диалога с США и нормализации отношений со странами Запада. Иранские аятоллы явно не готовы отказаться от антиамериканизма, и руководство страны опасается, что расширение связей с западным миром в дальнейшем может привести к требованиям демократизации режима. В целом политика Ирана в отношении США сейчас очень осторожная, он явно не заинтересован идти на обострение ситуации. В этом плане показателен инцидент с американскими моряками, задержанными в январе 2016 г. иранской стороной в своих территориальных водах. Если раньше Иран устроил бы показательное шоу, растянув процесс их освобождения, как это было в 2007 г. с британскими моряками, то теперь Тегеран действует по-другому, явно стремясь продемонстрировать готовность идти на компромисс и изменившиеся приоритеты. Команды двух американских катеров были отпущены достаточно быстро, иранская сторона ограничилась требованием извинений со стороны США. Впрочем, извинений принесено не было, более того, официальный представитель госдепартамента Марк Тонер заявил, что в данной ситуации в них нет необходимости.

В целом конфликтный потенциал между Ираном и США по-прежнему остается высоким. Прежде всего речь идет о значительных разногласиях относительно сирийского кризиса и противоречиях между суннитской Саудовской Аравией и шиитским Ираном. Удастся ли противникам Ирана разжечь противоречия и перевести разногласия в состояние конфликта, время покажет. У России же пока что есть все шансы использовать существующие противоречия между Тегераном и Вашингтоном в свою пользу, главное — не забывать о защите своих интересов.

Начало 2016 г. было ознаменовано резким обострением отношений между Ираном и Саудовской Аравией, и причиной тому стало исполнение

смертного приговора в отношении 47 человек, осужденных за терроризм и подстрекательство к нему. Среди казненных был известный шиитский проповедник Нимр ан-Нимр. На казнь богослова иранцы отреагировали проведением массовых антисуннитских и антисаудитских выступлений, а 3 января 2016 г. иранские протестующие напали на посольство Саудовской Аравии в Тегеране, после чего глава МИД Саудовской Аравии Адель аль-Джубейр заявил, что королевство разрывает дипломатические отношения с Ираном и что консульские вопросы страны в Иране будет решать Швейцария. Кроме того, диппредставительство Швейцарии будет оказывать помощь паломникам из Ирана, направляющимся в Саудовскую Аравию3.

Разыгравшийся конфликт вызван не столько наличием суннитско-шиитских противоречий, сколько сильнейшим недовольством монархий стран Залива, и прежде всего Саудовской Аравии, усилением Ирана после заключения сделки по ядерной программе. После снятия режима санкций Иран представляет для Саудовской Аравии значительно большую угрозу, чем раньше, что обусловливает все более настойчивые попытки Эр-Рияда получить готовые к бою ядерные запасы из арсеналов Пакистана, которые Исламабад продолжает пополнять, участвуя в гонке вооружений с Индией. Саудовская Аравия чувствует необходимость в наличии боеспособного ядерного вооружения прежде всего для защиты собственной безопасности, так как Эр-Рияд не может больше полагаться на своего прежнего союзника и партнера — США.

В разгоревшемся конфликте Саудовская Аравия стремилась выставить Иран в невыгодном свете, обвинив его в активном вмешательстве во внутренние дела страны. Именно в этом король Саудовской Аравии Сальман бен Абдель Азиз Аль-Сауд и обвинил Иран во время встречи с Госсекретарем США Джоном Керри в Эр-Рияде в конце января 2016 г.

Мировое сообщество, всерьез опасаясь появления еще одного открытого вооруженного конфликта на Ближнем Востоке, выступило за поиск компромисса. Президенты России и США сообща призвали стороны к примирению, продемонстрировав не свойственную им солидарность.

Сирийский кризис, в воронку которого затягивает все большее число участников, уже давно перестал быть чисто сирийским. Одна из причин тому — беженцы, активная миграция которых из зоны конфликта существенно меняет демографическую ситуацию и на Ближнем Востоке (например, в Ливане сейчас каждый третий житель — беженец из Сирии), и в Европе. Фактически страна оказалась раздроблена и по этническим, и по религиозным признакам.

Против режима президента Башара Асада, контролирующего прибрежные районы страны на западе и столицу Дамаск на юге, борются три основные силы, которые одновременно воюют друг с другом. Прежде всего, это «Армия завоевания», подчинившая северо-западную про-

3 Консульские вопросы Саудовской Аравии в Иране будет решать Швейцария. URL: http://www.gazeta.ru/news/seealso/8087291.shtml (дата обращения: 14.02.2016).

винцию Идлиб. Она состоит преимущественно из фронта «Аль-Нусра», «Сирийской свободной армии» и меньших по численности суннитских группировок.

Вторым очагом вооруженного конфликта в острой стадии являются области традиционного проживания сирийских курдов на севере страны. Необходимо подробнее остановиться на курдском вопросе в Сирии, так как он приобрел новое звучание в сирийском конфликте. Курды, которых в Сирии насчитывается около 2 млн человек, были постоянно притесняемым национальным меньшинством, и в ходе нынешних кровопролитных столкновений они продолжают отстаивать свое право если не на создание независимого государства, то хотя бы на создание автономии. Ситуацию осложняет разобщенность курдов и борьба двух самых больших и влиятельных курдских партий Сирии — Партии демократического союза (PYD) и Курдского национального совета (KNC).

Партия демократического союза пользуется большим авторитетом у своих собратьев, так как она объединила значительную часть сирийских курдов и в ходе кровопролитных боев с боевиками ИГ организовала три автономных курдских кантона. Залог успеха партии во многом состоит в активном сотрудничестве с так называемыми Отрядами народной самообороны (YPG), защищающими курдские земли. Достаточно широко распространилось мнение, что YPG являются боевым крылом PYD, однако никаких достоверных подтверждений тому нет.

На международной арене Партию демократического союза воспринимают с большой настороженностью, так как считают ее крылом Рабочей партии Курдистана, признанной террористической в ряде западных стран из-за многолетней борьбы, которую она ведет против правительства Турции. Соответственно, Турция крайне негативно относится к Партии демократического союза и противостоит любым ее попыткам добиться автономии, так как опасается подъема курдского сепаратизма. Сама же Партия демократического союза не признает себя союзницей РПК, что, впрочем, мало влияет на отношение к ней Турции и мирового сообщества в целом.

Масуд Барзани, общепризнанный лидер курдского движения в Ираке, претендующий на роль защитника общекурдских интересов, не может оказывать активную поддержку своим сирийским собратьям из-за того, что благополучие курдской автономии в Ираке во многом основано на благожелательном отношении Турции. Он выступает на стороне другой организации сирийских курдов, не сумевшей должным образом проявить себя в сирийском кризисе, — Курдского национального совета (KNC). Политическая программа обеих партий не имеет принципиальных разно -гласий и содержит требование признания за курдским народом права на самоопределение и автономию, которую планируется закрепить в будущей конституции4. Речь идет скорее о борьбе за власть между партиями.

4 См. подробнее: Мазур О.А. Ближний Восток: На острие противоречий //Век глобализации. 2015. № 1.

Отметим, что курды борются не столько с режимом президента Сирии, сколько преимущественно с вооруженными радикальными исламистами.

Третья сила, которую пока что не удается победить даже усилиями мирового сообщества, — ультрарадикальное «Исламское государство», признанное террористической организацией в ряде стран мира и захватившее обширные территории на востоке страны. В отличие от других радикальных исламистских группировок Сирии, например Фронта «Аль-Нусра», цели ИГ глобальны, организация считает себя своего рода исламистским интернационалом и стремится установить всемирный халифат. Активное сопротивление ИГ в регионе оказывают сирийские курды. Осада стратегически важного города Кобани длилась почти год (сентябрь 2014 — июнь 2015 г.), и благодаря героическому сопротивлению курдов экстремисты ИГ так и не смогли получить контроль над протяженным участком границы между Сирией и Турцией, а также над большей частью севера страны. Летом 2015 г. курды освободили сирийский город Тель-Абьяд и установили контроль над стратегической трассой, соединяющей этот город и провозглашенную ИГ столицей Ракку.

К началу 2016 г. курды Сирии смогли создать автономное образование — Рожава, состоящее из трех кантонов — Африн, Кобани и Джазира с городом Тель-Абьяд и примыкающими к нему территориями. Подобное усиление сирийских курдов говорит не только об их возросшей мощи, но и о слабости правящего режима, который не может предотвратить фактический распад государства.

К осени 2015 г. режим Башара Асада был очень близок к тому, чтобы пасть под напором исламистов, пользующихся поддержкой Саудовской Аравии, Катара и Турции. Если бы не поддержка Ирана и России и прежде всего проведение российской военной операции, проект свержения президента Асада имел бы все шансы на успех. Заинтересованность Тегерана в поддержке алавитского клана Асадов очевидна. Иран никогда не воспринимал Сирию или Ливан государствами в полном смысле этого слова. Исламская республика, используя «Хезболлу», пытается, и не безуспешно, создать шиитский коридор от Ливана до Сирии, а при благоприятном стечении обстоятельств — и до Йемена, тем самым сделав реальностью ночной кошмар суннитских монархов стран Залива.

Какова же позиция Москвы относительно сирийского кризиса? Востоковед В.М. Ахмедова считает, что «Россия защищает не Асада, а именно свое присутствие на Ближнем Востоке»5, указывая в этой связи на два обстоятельства. Первое — «власть в данном случае персонифицирована, и все (российско-сирийские) контракты подписаны лично с ним (Асадом, парламент-то — ручной)»6. Второе — «это (военная база на средиземноморском побережье) стратегически важно после того, как Крым вошел

5 Пименов А. Россия на Ближнем Востоке: «Большая игра» вокруг Сирии. URL: http://www.golos-ameriki.ru/content/russia-middle-east-big-game/3028673.html (дата обращения: 29.10.2015).

6 Там же.

в состав России, — чтобы не оставаться только в Черном море (именно об этом говорил президент Путин)»7. Этими факторами, по мнению эксперта, и обусловлены действия российских ВВС в Сирии.

Многие считают, что несмотря на заявления о том, что для России не существует разницы между суннитами и шиитами, поддержка Ирана и алавита Асада выглядит как союз с шиитами против суннитов, и таким образом наша страна рискует потерять своих союзников-суннитов. Впрочем, если суметь найти правильный баланс сил, то Россия сможет упрочить свое положение в регионе. Можно предположить, что в настоящий момент для России не так уж и важно, кто именно является лидером в регионе сунниты или шииты, главное другое — усилить свое влияние на Ближнем Востоке, по возможности вытеснив оттуда соперников.

Об усилении позиций России говорит заключенное с США перемирие в Сирии, которое должно вступить в силу в 12 часов ночи (по Дамаску) 27 февраля 2016 г. План перемирия предполагает, что военные действия как сирийских и российских ВВС, так и коалиции, возглавляемой США, продолжатся только в отношении ИГ и организаций, которые названы Совбезом ООН террористическими.

Сложно прогнозировать, насколько далеко зайдет президент Турции Реджеп Эрдоган со своими амбициями по возрождению новой Османской империи и взрывным характером, которые уже не раз приводили к неблагоприятным для страны последствиям. Например, в результате внутриполитических спекуляций президента, разорвавшего перемирие с Рабочей партией Курдистана, поставки нефти и природного газа из Ирана в Турцию находятся под угрозой из-за взрывов трубопроводов на востоке страны, ответственность за которые взяла на себя РПК.

Высока вероятность, что турецкий президент начнет внешнеполитическую авантюру в Сирии. Президент независимого научного центра «Институт Ближнего Востока» Е. Сатановский заявил, что «скоро турки вмешаются в войну напрямую, потому что для них успехи курдов, которые готовятся перекрыть границу в районе городов Джераблус и Аазаз, смерти подобны, они тогда отсечены от своих союзников из ИГ, от своих партнеров, они перестают получать нефть, перестают поставлять туда боевиков и оружие. Соответственно, нас ждет много интересного. Видимо, саудовцы небольшими частями — больших частей у них нет, они завязли в Йемене — будут участвовать в этой авантюре. А дальше посмотрим. Ударят по Асаду — получат ответ от сирийцев, не дай для них господь ударят по нам — есть такая мысль, что вообще авиации у турок может быстро не остаться, там для этого сил хватает, займут приграничную зону — значит, партизанская война курдов, которая будет их истощать, и на длительную перспективу это даже для нас и хорошо. Куда ни кинь, везде для них клин»8.

7 Там же.

8 Сатановский рассказал о перспективах Турции в случае вторжения в Сирию. URL: http://rusnovosti.ru/posts/408867 (дата обращения: 14.02.2016).

По его мнению, успехи сирийских правительственных войск пугают власти Турции и Саудовской Аравии. «В разгаре война, Асад перешел в серьезное наступление, поддерживаемый и российскими ВКС, и перевооруженной армией, и подъемом местных ополчений. Освобождена от террористических группировок провинция Латакия, значительная часть провинции Алеппо, все постепенно разворачивается в пользу Асада, именно поэтому такая истерика в Турции и Саудовской Аравии. Если Турция проигрывает и не добивается свержения Асада, то Эрдогана в его собственной партии просто съедят. То же самое — Саудовская Аравия, если она не дожимает Асада, то может забыть о претензиях на лидерство в суннитском мире», — заметил Сатановский9.

Эрдоган из-за стиля своего поведения (постоянный шантаж и угрозы) оказался в фактической изоляции в руководстве стран НАТО. Политика «ноль проблем с соседями», выдвинутая бывшим главой МИДа и нынешним премьер-министром Ахметом Давутоглу, на деле привела к тому, что сейчас нет ни одного соседнего с Турцией государства, у которого не было бы с ней конфликта в той или иной степени.

Коалиция с США находится фактически на грани распада из-за разногласий между Вашингтоном и Анкарой по поводу сирийских курдов. Эрдоган даже выдвинул ультиматум властям США с требованием определиться, кого же США считают своим союзником — Турцию или сирийских курдов. Таким образом, Эрдоган испортил отношения и с Путиным, и с Обамой. США предлагают (как и Россия) задействовать курдов в переговорном процессе по решению сирийского конфликта и считают, что курды являются одной из самых действенных сил, борющейся с террористами ИГ. Отношения Турции с Евросоюзом также весьма напряженные после того, как Эрдоган пригрозил руководству организации «затопить» Европу мигрантами, если Турцию не примут в ЕС в ближайшее время.

США не могут без ущерба для своей репутации продолжать вялотекущую борьбу против ИГ на фоне успехов российской военной операции в Сирии, так как это выглядит как потеря инициативы в регионе в целом. Попытки использовать исламистов для свержения Асада в настоящий момент принесли странам Запада гораздо больше минусов, чем плюсов.

На сегодняшний день в регионе оформились два военно-политических и экономических альянса: Турция—Катар и Египет—Саудовская Аравия. Вооруженные силы, промышленность и значительное население, составляющие основной стратегический резерв Анкары и Каира, дополняют финансовые авуары Дохи и Эр-Рияда. Насколько данные союзы стабильны в стремительно меняющихся обстоятельствах, покажет время.

Нельзя обойти вниманием ситуацию, сложившуюся вокруг Израиля, занимающего на Ближнем Востоке особое место. Несмотря на то что Израиль в глазах арабских соседей остается страной-изгоем и воспринимается как чужеродный элемент, до начала событий «арабской весны»

9 Там же.

у него была налажена достаточно стабильная система взаимоотношений со своим окружением. Теперь же из-за усиления позиций радикальных исламистов положение Израиля становится все более зыбким, он стремительно теряет опору в регионе. Наиболее пессимистичный прогноз: Израиль будет вынужден обороняться от террористических нападений на четырех границах — со стороны Ливана, Сирии, сектора Газа и Египта. Но все же главный стратегический противник Израиля, от которого исходит наибольшая опасность, это Иран. Это противостояние определяет региональную политику Израиля. Для обеспечения безопасности региона лучшим выходом стало бы подписание договора о взаимном ненападении, что в настоящий момент не представляется возможным в силу того, что Иран в обозримом будущем пойти на такой шаг не готов.

Изоляция Израиля углубляется и из-за ухудшения отношений с США, которые окончательно охладели после выступления президента США Барака Обамы, призвавшего Тель-Авив вернуться к границам 1967 г. и признать независимое палестинское государство, которое планируется признать в сентябре 2016 г. на Генеральной Ассамблее ООН. Обама настаивает на том, что границы Израиля и Палестины должны быть прочерчены по линиям 1967 г. со взаимными добровольными обменами участками территорий. Одной только риторикой власти США не ограничиваются, вводя изменения в области торговли с Израилем. Так, таможня США опубликовала новые правила, согласно которым только товары, произведенные в пределах международно признанных границ Израиля, могут иметь маркировку «Made in Israel». Все, что произведено за «зеленой чертой», будь то на Западном берегу или в Секторе Газа, не подлежит ввозу в США в качестве «израильской продукции»10. Впрочем, пока что Тель-Авив не собирается выводить многочисленные еврейские поселения, появившиеся вследствие шестидневной войны 1967 г., несмотря на резолюцию ООН, обозначившую их незаконными. Из-за осложнения обстановки Израиль ужесточил оборонную политику и готов принять самые жесткие ответные меры в случае необходимости.

Израиль пытается компенсировать потерю своего главного союзника поиском новых, и у укрепления отношений России и Израиля появился новый стимул. Тель-Авив оперативно наладил взаимодействие с Москвой по вопросам проведения российской военной операции в Сирии. Действия России в Сирии в целом рассматриваются израильским руководством с позиции позитивного нейтралитета.

Итак, Ближний Восток переживает стадию трансформации, и у России есть все шансы укрепить свои позиции в регионе.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Консульские вопросы Саудовской Аравии в Иране будет решать Швейцария. URL: http://www.gazeta.ru/news/seealso/8087291.shtml

10 США запретили ввозить продукцию поселений как «Made in Israel». URL: http:// news.israelinfo.co.il/world/60302 (дата обращения: 29.01.2016).

Мазур О. А. Ближний Восток: На острие противоречий // Век глобализации. 2015. № 1.

Пименов А. Россия на Ближнем Востоке: «Большая игра» вокруг Сирии. URL: http://www.golos-ameriki.ru/content/russia-middle-east-big-game/3028673.html

Сатановский рассказал о перспективах Турции в случае вторжения в Сирию. URL: http://rusnovosti.ru/posts/408867

США запретили ввозить продукцию поселений как «Made in Israel». URL: http://news.israelinfo.co.il/world/60302