Заседание Совета федерации

Заседание Совета федерации

Судьбу верхней палаты ей самой уже не решить

       "Издевка над верхней палатой", "короткий, как пощечина", "смешной и убогий" — это только часть определений, которыми был награжден в верхней палате закон о порядке ее формирования, принятый Госдумой 17 ноября. Его поддержали только 22 члена Совета федерации, 73 высказались против. Сейчас в верхней палате появился новый проект, и вроде бы налицо триумф Владимира Шумейко, неустанно повторявшего, что судьбу Совета федерации должен решать он сам. Однако этот законопроект скорее всего окажется недолговечным — судьбу верхней палаты будут теперь решать Конституционный суд, Дума и президент. А с ее судьбой неразрывно связана и судьба самого спикера. Комментарий ВЕРОНИКИ Ъ-КУЦЫЛЛО.
       
       Отвергнутый верхней палатой закон действительно краток. Он состоит всего из 4 статей (для сравнения: в законе о выборах в Госдуму их 72). Согласно закону, верхняя палата формируется из глав исполнительной и законодательной власти регионов независимо от того, избраны они или назначены. Выборы глав администраций должны быть завершены до декабря 1996 года.
       Верхняя палата предложила новый вариант: законопроект, условно называемый проектом Крестьянинова--Титкина (всего под ним подписались 14 человек), определяет, что представителем региона в Совете федерации может быть любой человек — не обязательно глава местной власти, но обязательно назначенный ее решением. Но сначала субъекты должны принять законы о порядке назначения своих представителей. Совет федерации правомочен начать работу, если набирается не менее трех четвертей его состава. До этого радостного для депутатов второго созыва момента в палате работает первый созыв.
       Впрочем, этот пересказ направленного от имени Совета федерации в Думу в порядке законодательной инициативы проекта достаточно условен. Дело в том, что сенаторы проголосовали за кота в мешке, поддержав следующую формулировку: "Одобряем со всеми предложениями, которые высказывались на заседании". Поскольку предложений, часто взаимоисключающих, было много, сказать сейчас, какой именно текст поступит в Госдуму, довольно сложно.
       Впрочем, это не столь важно. Хотя Дума уже дважды меняла свою позицию — склоняясь от чисто "выборного" варианта к "полувыборному" и к совсем невыборному, маловероятно, что за неделю до выборов она поменяет ее в третий раз; она попробует преодолеть вето. Иван Рыбкин уже заявил: "После 13 декабря СФ может собираться и что-то решать, но это может быть оспорено в судебной инстанции, как только кто-то этого захочет". Кстати, созыв внеочередного заседания Думы, на что надеется Шумейко, маловероятен: в разгар предвыборной борьбы это рискованно — депутатов может не хватить для преодоления вето. А во-вторых, Думе выгоднее дождаться 7 декабря, на которое назначено заседание Конституционного суда.
       Что же остается Шумейко? Уповать на президента, который "как гарант Конституции не может подписать неконституционный закон", да на собственные находки вроде вчерашней: "Полномочия Совета федерации прекращаются не 12 декабря, а 12 января — когда пройдет два года с первого заседания палаты". Однако похоже, что упования эти тщетны. Более того, похоже, что Борис Ельцин уже готов списать со счетов одного из самых лояльных своих сподвижников (достаточно вспомнить историю с движением "Российские реформы — новый курс" и росселевским демаршем или протест Михаила Краснова против "пробиваемых" Шумейко представителей центра). Конечно, мнение интерпретаторов слов Ельцина в ЦКБ и его помощников еще не есть мнение президента, и все же, как говорится, дыма без огня не бывает. Вчера Александр М. Яковлев на вопрос Ъ о судьбе Совета федерации после 12 декабря сказал одно слово: "Кранты". И речь может идти не только о палате.