Состоятельным гражданам помогут оставить то, что нельзя забрать с собой

В Госдуму внесен законопроект, принятие которого позволит гражданам создавать прижизненные личные фонды для управления их бизнесом и имуществом. Учредить такой фонд получится только у состоятельных соотечественников — минимальный вклад имуществом составляет 100 млн руб. Фонд будет «виден» кредиторам и госорганам, на него возлагается ответственность по долгам учредителя, что, по мнению юристов, снижает привлекательность таких структур и не делает их конкурентами иностранных трастов. При этом личный фонд может быть применим для репатриации активов, и поэтому новшество встраивается в проводимую властями политику деофшоризации.

Председатель комитета Госдумы по законодательству Павел Крашенинников

Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ / купить фото

Вчера группа депутатов и сенаторов во главе с председателем комитета нижней палаты по законодательству Павлом Крашенинниковым внесла на рассмотрение Госдумы законопроект с поправками к Гражданскому кодексу, дополняющими нормы наследного права прижизненными фондами. Поясним, с 2018 года кодекс позволяет создавать наследные фонды после смерти учредителя (опрошенные “Ъ” юристы говорят уже о «нескольких сотнях» случаев готовности документов для создания фондов, учредители которых сейчас живы).

Вчерашние же поправки предполагают создание фондов еще при жизни гражданина. «Личный фонд необходим исключительно для обособления определенного имущества и эффективного управления им в соответствии с теми задачами, которые определяет учредитель фонда, наделивший фонд своим имуществом»,— сказано в пояснительной записке к поправкам. Стоимость имущества, передаваемого в фонд, должна составлять не менее 100 млн руб. Оговаривается, что учредитель личного фонда несет субсидиарную ответственность по обязательствам в течение трех лет со дня его создания (в отдельных случаях срок может быть продлен судом до пяти лет). Все решения, связанные с управлением фондом, принимает учредитель, утверждающий и при необходимости изменяющий устав фонда и условия управления им.

Согласно поправкам, прижизненные фонды смогут действовать и после смерти учредителя — осуществляя управление имуществом как с передачей дохода выгодоприобретателям, так и без.

Поскольку фонд придется регистрировать в едином госреестре, он будет «виден» не только государству, но и возможным кредиторам. «В случае использования такой модели для репатриации активов российских граждан в российскую юрисдикцию будут иметь место очевидные положительные последствия для фискальной системы»,— надеются на бюджетные поступления авторы проекта.

Впрочем, прозрачность фонда, как и положения о субсидиарной ответственности, по мнению юристов, могут препятствовать популярности таких структур у состоятельных граждан. «Полное обособление активов учредителя, переданных в фонд, невозможно, кредиторам будет доступна информация о создании фонда, состав бенефициаров также не удастся скрыть. Если появится наследник, имеющий право на обязательную долю в наследстве, это может стать основанием для оспаривания соответствующих условий наследования в рамках фонда»,— отмечает руководитель практики по работе с частными клиентами KPMG Law в России и СНГ Наталия Гриценко. По ее словам, конструкция прижизненного личного фонда в предлагаемой редакции не предоставляет учредителям и бенефициарам каких-либо ощутимых преференций для того, чтобы личный фонд стал одним из эффективных механизмов управления активами или обособления имущества.

«Личный фонд иностранному трасту пока не конкурент»,— резюмирует Наталия Гриценко.

С такой оценкой согласен и глава направления разрешения налоговых споров Bryan Cave Leighton Paisner Александр Ерасов: «Прозрачность прижизненных фондов для регуляторов и кредиторов кого-то, вероятно, оттолкнет»,— говорит он. Тем не менее, по его словам, наследное право в ближайшее время продолжит развиваться и причина этого — смена поколений в бизнесе. «Мы ее сейчас наблюдаем,— говорит юрист.— Многие из тех, кто заработал капитал в 90-х, пребывают в зрелом возрасте, и для них тема управления активами и передача их наследникам становится все более актуальной». По словам партнера по международному налогообложению «Кроу Экспертиза» Рустама Вахитова, возможность назначения выгодоприобретателя сближает концепцию наследственного и личного фонда с европейскими трастами / личными фондами (стихтингами). Это может помочь заменить последние тем, кто хотел бы решать задачи в рамках российского права и юрисдикции РФ, тем более что в пояснительной записке прямо упоминается возможность репатриации активов. «Представляется, что это расширение возможностей использования личных фондов на периоды при жизни их учредителя логично встраивается в политику деофшоризации и наверняка найдет свою аудиторию»,— говорит эксперт.