Понятие и содержание беспристрастности, объективности и справедливости применительно к сфере уголовного судопроизводства

Гасанова Ульвия Надировна

аспирант отдела международного сотрудничества и сравнительного правоведения Научно- исследовательского института Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации

Понятие и содержание беспристрастности, объективности и справедливости применительно к сфере уголовного

судопроизводства

Анализ вопросов беспристрастности, объективности и справедливости во все времена привлекал к себе внимание ученых вследствие их несомненного актуального теоретического и практического интереса. В теоретическом плане они углубляют наши представления о всесторонности и полноте исследования обстоятельств уголовного дела, механизме воздействия юридических норм на общественные отношения. Для практики, несомненно, важны рекомендации по усовершенствованию обеспечения беспристрастности, объективности и справедливости уголовного судопроизводства.

Ключевые слова: беспристрастность, объективность, справедливость, назначение уголовного судопроизводства.

U.N. Gasanova, Postgraduate of the Chair of International Cooperation and Comparative Jurisprudence of the Research Institute of the Academy of the Prosecutor General's Office of the Russian Federation; e-mail: g.ulviyye.nadir@gmail.com

The concept and content of the impartiality, objectivity and justice in relation to criminal proceedings

Analysis of issues of impartiality, objectivity and fairness at all times attracted the attention of scientists due to their undoubted theoretical and practical interest. From a theoretical perspective they deepen our understanding of the comprehensiveness and completeness of research of circumstances of the criminal case, as well as the mechanism of influence of legal rules on social relations. For practice, of course, important recommendations for improvement to ensure impartiality, objectivity and fairness of criminal proceedings.

Key words: impartiality, objectivity, fairness, purpose of criminal procedure.

Особую значимость для повышения эффективности правовой системы России, укрепления доверия граждан к праву, государству и правосудию имеет деятельность лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, обязанных в процессе правоприменения обеспечивать беспристрастность, объективность и справедливость при принятии решений по уголовным делам.

В современном уголовном процессе эти требования в значительной мере достигаются путем реализации определенных критериев, обязательных условий, которым должны отвечать должностные лица и государственные органы, ведущие уголовный процесс. В известной степени проблема обеспечения объективности и беспристрастности лиц, осуществля-

ющих отправление правосудия, стыкуется с нравственными и этическими аспектами уголовного судопроизводства, что обусловливает пристальное внимание ученых и практиков к ее изучению. Право на справедливое судебное разбирательство - центральное во всей конструкции правового государства [1, с. 9].

Беспристрастность и объективность в рассматриваемом аспекте предполагают, что профессиональные участники уголовного судопроизводства не заинтересованы в исходе дела и их воля полностью подчинена интересам правосудия в строгом соответствии с законом. Только объективный и беспристрастный профессиональный участник уголовного судопроизводства способен реализовать на практике положение УПК РФ о том, что уголов-

175

ное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания (ч. 2 ст. 6 УПК РФ).

Объективность и беспристрастность профессиональных участников уголовного судопроизводства является основой обеспечения законности, обоснованности, справедливости и качества правосудия. Неслучайно в ряде международно-правовых актов (ст. 10 Всеобщей декларации прав человека [2], п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод [3], ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах [4] и др.) получило отражение требование объективности и беспристрастности профессиональных участников уголовного судопроизводства, справедливости судебного разбирательства уголовных дел.

Так, согласно вышеупомянутому п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод обвиняемый имеет право на разбирательство его уголовного дела независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. В данной норме под «судом, созданным на основании закона» понимается соблюдение установленного порядка назначения судей и порядка привлечения к отправлению правосудия народных и присяжных заседателей. Так, 4 марта 2003 г. Европейский суд по правам человека (далее -ЕСПЧ) принял беспрецедентное для нашей страны решение по жалобе гражданина С.В. Посохова, в котором признал нарушение права заявителя на рассмотрение его дела судом, созданным на основании закона. Суд указал, что рассмотрение уголовного дела заявителя народными заседателями, которые были назначены в нарушение порядка, установленного Федеральным законом от 2 января 2000 г. № 37-ФЗ «О народных заседателях судов общей юрисдикции в Российской Федерации», является несовместимым с требованием ст. 6 Конвенции и нарушает право гражданина на рассмотрение его дела судом, созданным на основании закона.

Необходимо заметить, что подобные ситуации имели место во всех субъектах России, поэтому признание ЕСПЧ нарушения права заявителя на рассмотрение его дела судом, созданным на основании закона, дает нам все основания полагать, что в течение двух лет

приговоры и решения в нашей стране выносились незаконными составами судей.

Кроме того, под «судом, созданным на основании закона» понимается суд, к подсудности которого отнесено рассмотрение того или иного дела. Действующий в настоящее время УПК РФ довольно четко решил проблему подсудности уголовных дел, он установил конкретные основания изменения подсудности и процедуру принятия решения (ст. 31-35). Тол -кование таких критериев, как независимость и беспристрастность суда, содержащихся в решениях ЕСПЧ, свидетельствует о наличии при этом как объективных, так и субъективных элементов. К примеру, в деле «Моисеев против Российской Федерации» [5] ЕСПЧ детально проанализировал соблюдение Россией критерия независимого и беспристрастного судебного разбирательства. Жалоба заявителя была связана с тем, что частые изменения в составе суда осуществлялись произвольно и с нарушением требования независимости и беспристрастности суда (по делу гражданина Моисеева одиннадцать раз меняли судей).

Сомнения в беспристрастности суда, по мнению ЕСПЧ, могут иметь место в тех случаях, когда дело рассматривает судья, принимавший решение о заключении обвиняемого под стражу.

Кроме того, ЕСПЧ было обращено внимание на то, что для разрешения вопроса о том, был ли суд независимым в аспекте анализируемого п. 1 ст. 6 Конвенции, необходимо выяснить, каким образом назначаются судьи, срок их полномочий, существуют ли гарантии против внешнего давления, а также имеются ли внешние атрибуты независимости. Что касается критерия беспристрастности, то, во-первых, суд должен быть субъективно беспристрастен, т.е. ни один из судей не должен быть субъективно предвзят или пристрастен. Личная беспристрастность презюмируется, если только не существуют доказательства обратного. Во-вторых, суд должен быть беспристрастным с объективных позиций, т.е. должны быть обеспечены действенные гарантии, чтобы исключить любое законное сомнение в этом отношении. Необходимо убедиться, имеются ли достоверные факты, которые могут подвергнуть сомнению беспристрастность судьи. Суд должен быть уверенным, что передача дела от одного судьи другому либо из одного суда в другой должна быть совместимой с п. 1 ст. 6 Конвенции, в том числе, и

176

с требованиями независимости и объективной беспристрастности.

Думаем, что нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции в данном случае очевидно.

Согласно российскому уголовно-процессуальному законодательству объективность уголовного судопроизводства является одним из обязательных условий, без которых невозможно реализовать назначение уголовного судопроизводства (ст. 6 УПК РФ [6]). Объективность производства по уголовному делу является обязательным условием его справедливого решения. Такая справедливость не может быть обеспечена без установления (доказанности) фактов, отражающих объективные (имевшие место в действительности) обстоятельства события, являющегося предметом расследования или судебного разбирательства.

Законодательное закрепление процессуальных гарантий объективности и беспристрастности профессиональных участников процесса имеет большое значение для защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. На эту проблемную ситуацию обращают внимание не только ученые, но и практики [7, с. 307]. Так, А.Н. Смирнова отмечает, что нормативные предписания, содержащиеся в гл. 9 УПК РФ и представляющие собой метод защиты прав и законных интересов участников процесса, способствуют объективному расследованию и разрешению уголовных дел и тем самым осуществлению назначения уголовного судопроизводства, однако они нуждаются в дальнейшей разработке в целях повышения уровня объективности и беспристрастности правоприменителя [8, с. 126].

В этой связи необходимо, прежде всего, ответить на вопрос о том, что именно обусловливает существование обозначенных проблем и необходимость их разрешения. Полагаем, что проблемы беспристрастности и объективности нередко связаны с нравственными аспектами деятельности должностных лиц и государственных органов, осуществляющих уголовное судопроизводство: с профессиональной деформацией, с дефектами правосознания и отстаиванием «корпоративных» интересов. Так, в научных исследованиях неоднократно указывалось, что в настоящее время формируется порочная практика игно-

рирования норм УПК РФ, регламентирующих порядок разрешения ходатайств об отводе, при этом в большей мере также ходатайства относятся к отводам, заявленным участниками процесса судье [9, с. 85].

В системе субъектов уголовного процесса суд занимает исключительное положение, поскольку только он является государственным органом, осуществляющим правосудие. Пре-зюмируется, что, рассматривая и разрешая возникшие правовые конфликты, суд (судья) осуществляет защиту нарушенного права и восстановление его посредством применения закона, а вся его деятельность основана на положениях ст. 6 УПК РФ.

Одной из составляющих правосудия является отсутствие предубежденности относительно обстоятельств дела. Судья должен обладать умением абстрагироваться от негативного воздействия внешних отрицательных факторов. Свое мнение по делу судья должен формировать на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, на основе внутреннего убеждения, руководствуясь при этом законом и совестью.

По мнению Э.М. Мурадьяна, на справедливое правосудие оказывает губительные свойства предвзятость, особенно в тех случаях, когда судья заранее знает о результате рассмотрения и разрешения дела [10, с. 103]. Предвзятость означает неприязненность отношения, заранее сложившееся предубеждение, в то время как само предубеждение представляет собой отрицательное предвзятое отношение, мнение, которое заранее сложилось о ком-либо или о чем-либо [11, с. 513, 515].

Предубеждение соотносится с беспристрастностью. Если судья не является беспристрастным, то он может отдавать предпочтение одной из сторон. Т.Ю. Якимова предлагает рассматривать предубеждение как одну из причин отсутствия беспристрастности [12, с. 29].

В соответствии со ст. 3 Закона РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 (в редакции от 29 декабря 2015 г.) «О статусе судей в Российской Федерации» судья обязан неукоснительно соблюдать Конституцию Российской Федерации и другие законы, осуществляя свои полномочия, исполняя профессиональный долг и принимая меры для того, чтобы дело было своевременно рассмотрено, при этом требуя от работников аппарата суда и иных непосред-

177

ственных подчиненных добросовестности и преданности своему делу. Во внеслужебных отношениях - избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности.

В силу ст. 12.1 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» за совершение дисциплинарного проступка на судью может быть наложено дисциплинарное взыскание в виде досрочного прекращения полномочий. Основанием привлечения судьи к дисциплинарной ответственности является деятельность судьи по отправлению правосудия, которая отражается в судебных актах. При этом правомерность применения судьей действующего материального и процессуального законодательства в рамках рассматриваемого дела свидетельствует о его профессионализме.

Таким образом, из сказанного можно заключить, что гарантией добросовестности является также и ответственность судей.

Беспристрастность, объективность и справедливость обеспечиваются также и посредством выявления допущенных органами дознания или предварительного следствия процессуальных нарушений судом, который вправе принимать предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по их устранению с целью восстановления нарушенных прав и создания условий для всестороннего и объективного рассмотрения дела по существу. Возвращая в этих случаях уголовное дело прокурору, суд не подменяет сторону обвинения - он лишь указывает на выявленные нарушения, ущемляющие процессуальные права участников уголовного судопроизводства, требуя их восстановления. Основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом законного, обоснованного и справедливого приговора или иного решения. Как отметил Конституционный Суд РФ в постановлении от 2 июня 2013 г. № 16-П, подобные нарушения требований УПК РФ в досудебном производстве, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют, в

том числе, о несоответствии обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления требованиям данного Кодекса [13].

В целях обеспечения беспристрастности и независимости суда недопустимым считается принятие как самим судом, так и вышестоящими судебными инстанциями решений, предопределяющих в той или иной мере выводы, которые должны быть сделаны судом по результатам рассмотрения находящегося в его производстве уголовного дела. Высказанная судьей в процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела позиция относительно наличия или отсутствия события преступления, обоснованности вывода о виновности в его совершении обвиняемого, достаточности собранных доказательств определенным образом ограничивала бы его свободу и независимость при дальнейшем производстве по делу и постановлении приговора или иного итогового решения [14].

В качестве важной гарантии объективности судебного решения выступает также институт особого мнения судьи. Право судьи на особое мнение - как устное, так и изложенное письменно - выступает процессуальной гарантией принципа его независимости. Особое мнение судьи по уголовному делу формируется на фактической, юридической и нравственной основе. По утверждению Е.Г. Мартынчика, рассматриваемый правовой институт концентрирует в себе мировоззренческие, нравственно-психологические и волевые качества судьи, он призван служить предпосылкой принятия законного, обоснованного и справедливого приговора, поводом для проверки того, присущи ли этому акту перечисленные высшие требования [15, с.14-15]. Особое мнение судьи не является актом, определяющим права и обязанности участников судопроизводства или влекущим для них какие-либо иные процессуальные последствия. Вместе с тем, суды кассационной и надзорной инстанций должны исследовать письменно изложенное особое мнение судьи и учесть приведенные в нем доводы при оценке правосудности принятых по уголовному делу решений [16].

Из всего сказанного можно сделать вывод, что беспристрастность является одним из важнейших условий обеспечения активного непредвзятого и всестороннего расследования, рассмотрения дела и вынесения по нему справедливого и обоснованного решения.

178

Если судья, прокурор, следователь или дознаватель действительно заинтересованы в исходе дела, либо имеются иные обстоятельства, вызывающие сомнения в их объективности, справедливости и способности расследовать или разрешить дело по существу в соответствии с законом, то они не могут беспристрастно разрешить все вопросы по уголовному делу. Следовательно, беспристрастность можно рассматривать и как необходимое качество судьи, и как требование, предъявляемое к судье в процессе рассмотрения и разрешения по существу уголовного дела.

С учетом этого в специальных исследованиях, проведенных Л.Б. Алексеевой, беспристрастность оценивается по двум критериям: субъективному и объективному. Субъективный критерий связывается с личными качествами судьи, его поведением в ходе судебного разбирательства. Однако личная беспристрастность судей, по мнению Л.Б. Алексеевой, презюмируется, пока не будет доказано обратное. Объектив-

1. Европейские стандарты права на справедливое судебное разбирательство и российская практика / под общ. ред. А. В. Демене-вой. Екатеринбург, 2004.

2. Всеобщая декларация прав человека: принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 дек. 1948 г. // Рос. газ.1998. 10 дек.

3. Конвенция о защите прав человека и основных свобод: заключена в г. Риме 4 нояб. 1950 г. (с изм. от 13 мая 2004 г.) // Собр. законодательства РФ. 2001. № 2. Ст. 163.

4. Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 дек. 1966 г. // Бюл. Верховного Суда РФ. № 12. 1994.

5. Дело «Моисеев (Moiseyev) против Российской Федерации»: постановление ЕСПЧ от 9 окт. 2008 г. (жалоба № 62936/00) // Рос. хроника Европейского Суда. 2009. № 3.

6. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 дек. 2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 14 дек. 2015 г.) // Собр. законодательства РФ. 2001. № 52, ч. I. Ст. 4921.

7. Аргунова В.Н. Социальная справедливость: ценностно-институциональный анализ. Иваново, 2004.

8. Смирнова А.Н. Уголовный процесс: проблемы и перспективы. М., 2008.

ные критерии требуют определения достаточности гарантий, исключающих какие-либо сомнения в беспристрастности суда. Объективные критерии практически совпадают с основаниями отвода судей, установленными ст. 61 и 63 УПК РФ [17, с. 23].

Объективность - это и объективное восприятие всего происходящего в ходе рассмотрения дела в суде, и объективность выводов по уголовному делу.

Категория «справедливость» - очень широкое понятие, включающее в себя иные нравственные, а также правовые критерии. Справедливость тесно связана с правами человека и правом вообще, законностью, объективностью, истиной, правосудием, поэтому в уголовном судопроизводстве невозможно отделить справедливость как «принадлежность нравственности» от правовой, юридической, процессуальной справедливости. Они образуют одно понятие - справедливость в правоприменительной деятельности, справедливость в уголовном процессе.

1. The European standards of the right for fair judicial proceedings and the Russian practice / ed. byA.V. Demeneva. Yekaterinburg, 2004.

2. Universal declaration of human rights: it is accepted by the United Nations General Assembly d.d. Dec. 10, 1948//Rus. newsp. 1998. Dec. 10.

3. Convention on protection of human rights and fundamental freedoms: it is concluded in Rome on Nov. 4, 1950 (as amended on May 13, 2004) // Coll. of legislation of the Russian Federation. 2001. № 2. Art. 163.

4. The International covenant on the civil and political rights d.d. Dec 16, 1966 // Bull. of the Supreme Court of the Russian Federation. 1994. № 12.

5. Case «Moiseyev (Moiseyev) against the Russian Federation»: resolution of the ECHR d.d. Oct. 9, 2008 (complaint № 62936/00) // Rus. chronicle of the European Court. 2009. № 3.

6. Criminal procedure code of the Russian Federation d.d. Dec 18, 2001 № 174-FL (as amended on Dec 14, 2015) //Coll. of legislation of the Russian Federation. 2001. № 52, pt. I. Art. 4921.

7. Argunova V.N. Social justice: valuable and institutional analysis. Ivanovo, 2004.

8. Smirnova A.N. Criminal trial: problems and prospects. Moscow, 2008.

179

9. Яковлев Н.А. Институт отводов в демократическом обществе // Экспертиза. 2008. № 12.

10. Мурадьян Э.М. Истина как проблема судебного права. М., 2002.

11. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. 21-е изд. М., 1983.

12. Якимова Т.Ю. Объективность суда в стадии судебного разбирательства: дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2004.

13. Постановление Конституционного Суда РФ от 2 июля 2013 г. № 16-П // Вестн. Конституционного Суда РФ. 2013. № 6.

14. Определение Конституционного Суда РФ от 1 марта 2012 г. № 425-О-О. Доступ из справ. правовой системы «Консультант-Плюс» (дата обращения: 31.12.2015).

15. Мартынчик Е.Г. Особое мнение судьи по уголовному делу. Кишинев, 1981.

16. Определение Конституционного Суда РФ от 17 янв. 2012 г. № 174-О-О. Доступ из справ. правовой системы «Консультант-Плюс» (дата обращения: 31.12.2015).

17. Алексеева Л. Б. Право на справедливое судебное разбирательство: реализация в УПК РФ общепризнанных принципов и норм международного права: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2003.

9. Yakovlev N.A. Institute of branches in democratic society // Examination. 2008. №12.

10. Muradyan E.M. Truth as problem of the judicial right. Moscow, 2002.

11. Ozhegov S.I., Shvedova N.Yu. Explanatory dictionary of Russian. 21st ed. Moscow, 1983.

12. Yakimova T.Yu. Objectivity of court in a stage of judicial proceedings: diss. ... Master of Law. Krasnodar, 2004.

13. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation d.d. July 2, 2013 № 16-P // Bull. of the Constitutional Court of the Russian Federation. 2013. № 6.

14. Determination of the Constitutional Court of the Russian Federation d.d. March 1, 2012 № 425-O-O. Access from legal reference system «ConsultantPlus» (date of access: 31.12.2015).

15. Martynchik E.G. A dissenting opinion of the judge on criminal case. Kishinev, 1981.

16. Determination of the Constitutional Court of the Russian Federation d.d. Jan. 17, 2012 № 174-O-O. Access from legal reference system «ConsultantPlus» (date of access: 31.12.2015).

17. Alekseeva L.B. Right for fair judicial proceedings: realization in the Criminal procedure code of the Russian Federation of the conventional principles and rules of international law: diss. ... Dr of Law. Moscow, 2003.

180