Сравнительно-сопоставительный анализ романов В. Набокова "Машенька" и г. Газданова "вечер у Клэр"

Библиографический список

1. Харитончик З.А. Очерки о языке. Минск, 2004.

2. Огольцева Е.В. Образный потенциал словообразовательной системы современного русского языка. Автореферат диссертации... кандидата филологических наук. Москва, 2007.

3. Шмелев Д.Н. О переносных значениях слов. Русская речь. 1978; 3.

4. Гюльмагомедов А.Г., Гюльмагомедов Г.А. Лезгинско-русский объяснительный словарь эмотивов. Махачкала, 2010.

5. Словарь русского языка: в 4 т. Под редакцией А.П. Евгеньевой. Москва, 1985 - 1988.

6. Гайдаров Р.И. Система имени прилагательного в лезгинском языке. Москва, 2000.

7. Горина О.В. Метафоризация прилагательных в художественной литературе. Вопросы методики преподавания языка и литературы. Минск, 1973.

8. Гасанова Г.А. Метафорические связи производных признаковых слов с их производящими в современном русском языке. Автореферат диссертации... кандидата филологических наук. Ленинград, 1988.

9. Ермакова О.П. Лексические значения производных слов в русском языке. Москва, 1984.

10. Вольф Е.М. Гоамматика и семантика прилагательного (на материале романских языков). Москва, 1978.

11. Ермакова О.П. О некоторых изменениях в системе аффиксов и производящих основ качественных наречий. Развитие грамматики и лексики современного русского языка. Москва, 1964.

12. Мейланова У.А. Лезгинский язык. Языки Дагестана. Москва, 2000.

13. Эседуллаева Н.Б. Очерки по лексике и фразеологии лезгинского языка. Махачкала, 2000. References

1. Haritonchik Z.A. Ocherki o yazyke. Minsk, 2004.

2. Ogol'ceva E.V. ObraznyJ potencial slovoobrazovatel'noJ sistemy sovremennogo russkogo yazyka. Avtoreferat dissertacii... kandidata filologicheskih nauk. Moskva, 2007.

3. Shmelev D.N. O perenosnyh znacheniyah slov. Russkaya rech'. 1978; 3.

4. Gyul'magomedov A.G., Gyul'magomedov G.A. Lezginsko-russkiJ ob'yasnitel'nyJ slovar' 'emotivov. Mahachkala, 2010.

5. Slovar'russkogo yazyka: v 4 t. Pod redakciej A.P. Evgen'evoj. Moskva, 1985 - 1988.

6. Gajdarov R.I. Sistema imeniprilagatel'nogo vlezginskom yazyke. Moskva, 2000.

7. Gorina O.V. Metaforizaciya prilagatel'nyh v hudozhestvennoj literature. Voprosy metodikiprepodavaniya yazyka iliteratury. Minsk, 1973.

8. Gasanova G.A. Metaforicheskie svyazi proizvodnyh priznakovyh slov s ih proizvodyaschimi v sovremennom russkom yazyke. Avtoreferat dissertacii. kandidata filologicheskih nauk. Leningrad, 1988.

9. Ermakova O.P. Leksicheskie znacheniya proizvodnyh slov v russkom yazyke. Moskva, 1984.

10. Vol'f E.M. Grammatika isemantika prilagatel'nogo (na materiale romanskih yazykov). Moskva, 1978.

11. Ermakova O.P. O nekotoryh izmeneniyah v sisteme affiksov i proizvodyaschih osnov kachestvennyh narechij. Razvitie grammatiki i leksiki sovremennogo russkogo yazyka. Moskva, 1964.

12. Mejlanova U.A. Lezginskij yazyk. YazykiDagestana. Moskva, 2000.

13. 'Esedullaeva N.B. Ocherkipo leksike i frazeologiilezginskogo yazyka. Mahachkala, 2000.

Статья поступила в редакцию 26.03.18

УДК 82-312

Abdusalamova M.M., MA student, Dagestan State University (Makhachkala, Russia), E-mail: Fatimarar@mail.ru

Kadurova K.A., Cand. Of Sciences (Philology), senior lecture, Dagestan State University (Mahachkala, Russia),

E-mail: Karinak701@mail.ru

COMPARATIVE ANALYSIS OF THE NOVELS OF V. NABOKOV "MASHENKA" AND G. GAZDANOV "THE EVENING WITH CLAIRE". The task of the article is to review the features of the poetics of the novels "Mashenka" by V. Nabokov and "The Evening with Claire" by G. Gazdanov. Structural-semantic and method and comparative analysis are used for the research. With the help of these methods, the genre features of the novels are revealed, the researchers define one common conflict. In-depth reading allows to identify worldview of the authors, as well as to understand the basic ideas that are embodied in the ideas and images, in the plot and the characters. The article compares the problems and chronotope of novels, reveals similarities and differences at the level of style and motive structure. The article reveals the specificity of creative connections between Nabokov and Gazdanov. The relevance of the article is due to the consideration of the best representatives of the young Russian abroad in relation to the development of literature of the 20th century and in the context of the problem of national identity.

Key words: motive, structure, memory, real and imaginary reality, chronotope, symbolism.

М.М. Абдусаламова, магистрант 2 года обучения, Дагестанский государственный университет, г. Махачкала,

E-mail: Fatimarar@mail.ru

К.А. Кадырова, канд. филол. наук, доц. Дагестанского государственного гниверситета, г. Махачкала,

E-mail: Karinak701@mail.ru

СРАВНИТЕЛЬНО-СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ РОМАНОВ В. НАБОКОВА «МАШЕНЬКА» И Г. ГАЗДАНОВА «ВЕЧЕР У КЛЭР»

Цель статьи заключается в рассмотрении особенностей поэтики романов В. Набокова «Машенька» и Г. Газданова «Вечер у Клэр». При анализе использовались структурно-семантический и метод сопоставительного анализа. С помощью этих методов были выявлены жанровые признаки романов, определен единый конфликт. Углубленное прочтение позволяет более полно выявить отразившееся в романах мировоззрение авторов, а также понять суть представлений, воплотившихся в идеях и образах, в сюжетных ходах и героях. Сравнивается проблематика и хронотоп романов, выявляются черты сходства и различия на уровне стиля и мотивной структуры. Цель статьи - выявить специфику творческих связей между Набоковым и Газдановым. Актуальность статьи обусловлена рассмотрением творчества лучших представителей русского зарубежья применительно к развитию литературы 20-го века и в контексте проблемы национальной идентичности.

Ключевые слова и фразы: мотив, структура, память, действительная и воображаемая реальность, хронотоп, символика.

Сравнение творческого наследия Владимира Набокова (1899 -1977) и Гайто Газданова (1903 -1971), авторов, покинувших Россию после 1917 года, заслуженно отнесенных в наше

время к выдающимся образцам русской литературы XX века, обусловлено целым рядом актуальных задач современного литературоведения.

В ряду замечательных произведений этих писателей особо выделяются 2 романа: «Машенька» и «Вечер у Клэр». Возможность их сопоставления обусловлена рядом причин: во-первых, это ранние произведения и почти одного периода (1926 и 1929 гг.), романы имеют схожую структуру, в которой присутствуют два временных плана (настоящее и прошлое - жизнь в России и жизнь в эмиграции); названы романы именами героинь, эти женские образы организуют их сюжеты, любовь, желание быть с любимой позволяет постичь внутренний мир; в качестве эпиграфов используются пушкинские строки и т.д.

Подобного рода сопоставления делали уже современники авторов: Г. Струве, М. Осоргин, Г Адамович. Помимо положительных, было довольно много отрицательных отзывов: обвиняли писателей в «нерусскости» и «внутренней пустоте» [1; 2; 3].

Машенька» (1926) - первый роман В.В. Набокова. Здесь явно звучат ностальгические нотки, но также есть и биографические элементы. Действие романа происходит в эмиграции, в берлинском пансионе. Набоков воссоздает психологическую атмосферу жизни русских в Берлине. Главный герой романа Ганин Ганин встречается с отставным учителем математики Алферовым и случайно на фотографии узнал в его жене свою первую любовь. С этого момента проходит четыре дня, за которые герой воссоздает в своем сознании и воображение образ покинутой родины, это и есть, как писал Набоков в одном из рассказов, « ...воспоминание любви, переодетое лугом». Россия замещает в его сознании Берлин и становится подлинной истинной реально-стью.Хронотоп расширяется: четыре дня вместили три последних года в России от первой встречи с Машенькой до последнего его письма к нему.

Роман Газданова « Вечер у Клэр» (1929) начинается в Париже с описания встреч Николая Соседова с Клэр, женщиной, которую он давно любит: их разлучает революция и гражданская война. Здесь налицо расхождения между сюжетом и фабулой. В один из вечеров у Клэр он вспоминает всю свою жизнь с детства. Собственно весь роман состоит в вечере у Клэр, который дает толчок потоку воспоминаний, охватывающему десять лет.

Сходство между романами «Машенька» и «Вечер у Клэр» можно обнаружить не только в сюжете, но и на уровне системы образов, проблематики и хронотопа. И Набоков и Газданов продолжают традиции русского классического романа 19 века, изображаются чистые отношения возлюбленных, несостоятельность героя, романтическое восприятие окружающего мира. Множество философских, исторических и литературных реминисценций. Критики говорят реминисцентной организации текста как нового способа художественного освоения реальности.

В этих романах герои соперничают с собственным прошлым. Эпиграфы романов (оба - из «Евгения Онегина») точно акцентируют их ключевые мотивы.

Эпиграф: «Воспомня прежних лет романы, воспомня прежнюю любовь»,-является ключом к поэтике романа и внешним сюжетным мотивом Роман «Машенька» начинается с экспозиции, которая сразу определяет акценты : противоборство двух персонажей - Алферов и Ганин. Темнота, застрявший лифт, раздраженный герой, который «был раздражен дурацким положеньем» и неожиданно оказавшимся рядом соседом, «его бойким и докучливым голосом» [4, с. 35].

Так, в начале определяется главная сюжетная коллизия: это конфликт личностей.

Герой Набокова необычный для 20 века, относится, безусловно, к типу «лишних людей», которые были описаны в 19 веке (Онегин, Печорин).

Как показал Ю.И. Левин, главный герой романа Ганин трижды отказывается от своей возлюбленной, когда она могла бы ему принадлежать: в старом парке через год после начала романа, в Крыму, когда не едет к ней на Украину в условиях гражданской войны и, наконец, в Берлине, когда меняет свое намерение встретить Машеньку [5, с. 180].

Он уезжает из Берлина, а Машенька, а вернее, её образ «остался...там, в доме теней, который сам уже стал воспоминанием» [4, с. 111].

У Газданова же в романе именно обладание Клэр казалось герою тем событием, которое может наполнить его жизнь смыслом. (Клэр - от французского «свет»). Именно Клэр становится «своеобразным магнитом», который стягивает дискретные разнородные фрагменты памяти в единую картину. С именем героини начинается действие, и оно же завершает роман.

Осуществившись в реальности, мечта стала утраченной иллюзией. Романтический конфликт реальности и воображения,

подвижного идеального образа Клэр, воссозданного воображением и памятью, - и статичного ее образа оказался неразрешим.

Мотивировкой повествования являлось стремление восстановить ту бесконечную последовательность мыслей, ассоциаций, которые возникли перед осуществлением мечты. Критики отмечают среди особенностей манеры Газданова его психологизм, который состоит в передаче о внутреннего состояния героя; он проходит путь от счастья до печали, осознания того, что этот этап жизни закончен и теперь будет пробуждение от «прекрасного сна о Клэр»

Почти декадентское представление о действительности Газданова отражается в чем-то и в названии произведения. Хотя вечеров было много (Клэр была больна; я просиживал у не целые вечера и, уходя, всякий раз неизменно опаздывал к последнему поезду метрополитена... [6, с. 22].

Или «Я думал о Клэр, о вечерах, которые я проводил у нее, и постепенно стал вспоминать все, что им предшествовало <...> В тот вечер мне казалось более очевидно, чем всегда, что никакими усилиями я не могу вдруг охватить и почувствовать ту бесконечную последовательность мыслей, впечатлений и ощущений, совокупность которых возникает в моей памяти как ряд теней...» [там же, с. 30].

После близости с любимой девушкой, герой испытывает странные чувства, их очень трудно охарактеризовать. Он вовсе не рад, напротив, его охватывает печаль. Почему так происходит, может потому, что цель достигнута и не к чему стремиться. Нет цели, она теперь исчезла. Этот вопрос стал предметом обсуждения критиков в последние годы [7, с. 78 - 80; 8, с. 200 - 202].

Итак, в романах биографический план повествования представляет собой сцены и ситуации, связанные между собой не столько причинно-следственными отношениями, сколько общностью эмоционального тона, лирическими ассоциациями. Как и у Набокова, почти все, о чем повествует Газданов, как бы творится заново в памяти его героя.

Набоков же, как всегда необычен, он назвал роман именем героини, не представив её читателю. Машенька так и не появилась в романе. Она очень разная, это целая галерея образов. Каждый из них появляется в письмах, воспоминаниях, на фотографиях как особая индивидуальность. Например, «...как он помнил эту вот веселую ужимку её, низкий грудной смешок, когда она просила прощения. Этот переход од пасмурного вздоха к горячей живости взгляда.» [4, с. 85]; или: «У нее были прелестные бойкие брови, смугловатое лицо...ноздри раздувались пока она говорила, посмеиваясь и высасывая сладость из травяного стебля; голос был подвижный, картавый, с неожиданными грудными звуками.» [там же, с. 74].

Образ Клэр тоже живеё по законам памяти и воображения Николая Соседова. Лицо возлюбленной замкнуто в пространстве сознания героя. Оно как бы не существует само по себе, оно в вечных превращениях. Оставаясь центром дум и помыслов главного героя, Клэр, тем не менее, меняет свои обличия: «И хотя я хорошо знал ее наружность, но я не всегда видел её одинаковой; она изменялась, принимала формы разных женщин.» [6, с. 71].

Герой Газданова думает о создании нового образа Клэр, к которому он мог бы по-прежнему стремиться - задаче, увы, заведомо невыполнимой:

«- Но во всякой любви есть печаль, - вспоминал я, - печаль завершения и приближения смерти любви, если она бывает счастливой, и печаль невозможности и потери того, что нам никогда не принадлежало, - если любовь остается тщетной. <...> лежа на ее кровати <...>я жалел о том, что я уже не могу больше мечтать о Клэр, как я мечтал всегда» [6, с. 29].

Потом повествования переходит в воспоминание. Но это не затемняет главного: роман назван "Вечер у Клэр" не только потому, что в этот вечер цель героя оказалась осуществленной, но и потому, что этот вечер породил экзистенциальную проблему, к решению которой писатель не стал пока подступать [9].

Воспоминания о Машеньке в романе Набокова - персонализированный образ общей эмигрантской мечты, надежды на возвращение дорогой им России. Но вернуться Россия может лишь к тому, кто обладает даром воспоминаний, для кого воображаемая реальность и память более реальны, чем та реальность, которая их породила. Таков смысл развязки романа. Финальный же отказ героя от встречи принципиально разводит искусство и жизнь, мечту и биографию [10].

Очень много общего можно заметить в повествовательной манере и Набокова и Газданова, опять-таки на первый взгляд:

особый пафос в описании воскресшего воспоминания, эстетизация происходящего.

Газдановское повествование тягуче, размеренно, музыкально, а Набоков опирается на живописную деталь. Проза Набокова характеризуется обилием существительных, прообразом ее является живопись, ее метафора - яркое и блестящее зеркало.

Разница особенно чувствуется при характеристике стиля: бесконечная цепочка прилагательных и придаточных предложений, бесконечные перечисления, ряды синонимов и придаточных предложений, повторы: все очень музыкально, можно вспомнить метафору - силу звука дрожащей пилы, которая на последней странице романа заставляет активно работать память.

В обоих произведениях очень важным приемом является сон, как форма отражения действительности. Сон характеризует персонажей, образует парадигму всего существования героев, выражает позицию писателей, т. е. интегрирует психологическую, фабульную и философские функции

Сон в представлении Набокова и Газданова является воплощением мечты, именно поэтому зачастую герои произведений во сне переносятся в свою мечту, в мир Истинный, хронотоп сна чаще всего раскрывается через игровую и мифологическую символику.

Библиографический список

Развязки романов совсем разные: герои движутся в прямо противоположных направлениях. Ганин отгоняет от себя прошлое, оставляет его позади, он устремлен в загадочное будущее, символизируемое морем: ".и с приятным волненьем подумал о том, что без всяких виз проберется через границу, - а там Франция, Прованс, а дальше - море" финал романа открытый.

Николай Соседов плывет по морю, разделяющему его с родиной, возвращается в прекрасное прошлое своей любви к Клэр и грезит о новой встрече.

Итак, оба романа о чистой, светлой и печальной любви. Но эта любовь не только и не столько к конкретной женщине, сколько к своей мечте о ней. И Клэр и Машенька - это сквозные образы. Но если Клэр - это магнит, центр той символической Вселенной, которая создана памятью и воображением повествователя, образное воплощение мифологемы Вечной Женственности, то образ Машеньки живет только в воспоминаниях. Оба романа оставляют еще много поводов для сравнений. И если учитывать, что одной из важнейших категорий для обоих писателей была категория памяти, то охарактеризовать основную мысль этих произведений можно словами Гайто Газданова: «И когда я забуду все, что я любил, я умру» [11].

1. Адамович Г.В. Одиночество и свобода: Литературные очерки. Нью-Йорк, 1955. (Книга переиздана в России. Санкт-Петербург, 1993).

2. Струве Г.П. Русская литература в изгнании: Опыт исторического обзора зарубежной литературы. Сост. и вступ. ст. К.Ю. Лап-по-Данилевского. Изд. 3-е, испр. и доп. Париж: YMCA-Press; Москва: Русский путь, 1996.

3. Осоргин М.А. В. Сирин. Камера обскура. Роман. Современные записки. Парабола. Берлин, 1934.

4. Набоков В.В. Романы. Москва, Правда. Собр. соч. в 4-х т. 1990; Т. 1.

5. Левин Ю.И. Заметки о «Машеньке» В.В. Набокова. Избранные труды. Поэтика. Семиотика. Москва, 1998.

6. Газданов Г. Призрак Александра Вольфа. Москва, 1990.

7. Нечипоренко Ю.Д., Сапрыкин Д.Л. Конференции, посвященные Гайто Газданову. Известия АН. Серия литературы и языка. Москва, 1999; Т. 58; № 4.

8. Семенова С. Два полюса русского экзистенциального сознания. Проза Георгия Иванова и Владимира Набокова-Сирина. Новый мир. 1999; 9.

9. Бабич Д. Каждый может выйти из зала. Театрализация зла в произведениях Набокова. Вопросы литературы. 1999; 5.

10. Федякин С. Вечер у Клэр» Газданова. Опыт медленного чтения. Современное русское зарубежье. Москва, 1998.

11. Кадырова К.А. Автор и герой в произведениях Гайто Газданова. ВестникДГУ. 2005; Вып.6: 40 - 43.

12. Научная библиотека диссертаций и авторефератов. Available at: disserCat http://www.dissercat.com/content/poetika-rannei-prozy-ggazdanova-roman-vecher-u-kler-rasskazy-20-30-kh-godov#ixzz4dXYme0Un

13. Дмитровская А. «Стрела, попавшая в цель». Телеология В. Набокова и Г. Газданова.

References

1. Adamovich G.V. Odinochestvo i svoboda: Literaturnye ocherki. N'yu-Jork, 1955. (Kniga pereizdana v Rossii. Sankt-Peterburg, 1993).

2. Struve G.P. Russkaya literatura v izgnanii: Opyt istoricheskogo obzora zarubezhnoj literatury. Sost. i vstup. st. K.Yu. Lappo-Danilevskogo. Izd. 3-e, ispr. i dop. Parizh: YMCA-Press; Moskva: Russkij put', 1996.

3. Osorgin M.A. V. Sirin. Kamera obskura. Roman. Sovremennye zapiski. Parabola. Berlin, 1934.

4. Nabokov V.V. Romany. Moskva, Pravda. Sobr. soch. v 4-h t. 1990; T. 1.

5. Levin Yu.I. Zametki o «Mashen'ke» V.V. Nabokova. Izbrannye trudy. Po'etika. Semiotika. Moskva, 1998.

6. Gazdanov G. Prizrak Aleksandra Vol'fa. Moskva, 1990.

7. Nechiporenko Yu.D., Saprykin D.L. Konferencii, posvyaschennye Gajto Gazdanovu. Izvestiya AN. Seriya literatury i yazyka. Moskva, 1999; T. 58; № 4.

8. Semenova S. Dva polyusa russkogo 'ekzistencial'nogo soznaniya. Proza Georgiya Ivanova i Vladimira Nabokova-Sirina. Novyj mir. 1999; 9.

9. Babich D. Kazhdyj mozhet vyjti iz zala. Teatralizaciya zla v proizvedeniyah Nabokova. Voprosy literatury. 1999; 5.

10. Fedyakin S. Vecher u Kl'er» Gazdanova. Opyt medlennogo chteniya. Sovremennoe russkoe zarubezh'e. Moskva, 1998.

11. Kadyrova K.A. Avtor i geroj v proizvedeniyah Gajto Gazdanova. Vestnik DGU. 2005; Vyp.6: 40 - 43.

12. Nauchnaya biblioteka dissertacij i avtoreferatov. Available at: disserCat http://www.dissercat.com/content/poetika-rannei-prozy-ggazdanova-roman-vecher-u-kler-rasskazy-20-30-kh-godov#ixzz4dXYme0Un

13. Dmitrovskaya A. «Strela, popavshaya v cel'». Teleologiya V. Nabokova i G. Gazdanova.

Статья поступила в редакцию29.03.18

УДК 81

Digtyar O.Yu., Cand. of Sciences (Pedagogy), senior lecturer, Financial University under the Government of Russian Federation

(Moscow, Russia), E-mail: Digtyar@inbox.ru

DEVELOPING CREATIVE IMAGE IN CRITICAL THINKING WHILE TEACHING ENGLISH LANGUAGE AT A NON-LINGUISTIC HIGHER SCHOOL. The article deals with a problem of developing creative image in critical thinking while teaching English language at a non-linguistic higher school. The objective of the paper is to propose a mechanism of development and conditions for the critical thinking, as a personal ability of students in teaching English, as a fact that modern society needs specialists who think unconventionally. The author attaches special importance to the integrative-differentiated approach, which is based on the personality-oriented paradigm. The author points out that both a creative stimulus and a practical constraint can be presented to the process of teaching students, as well as the ability to inspire and restrain activity, to assess the situation on a large scale and discretely, to provide freedom and to exercise latent (hidden) control. The author puts forward conditions, under which the formation of "critical thinking" will be most effective.

Key words: conditions of critical thinking formation, integrative-differentiated approach, innovative educational technology, language competence, motivation.