Единственные и неповторимые

Готовое платье никогда не будет так идеально сидеть, как то, что пошито на заказ. Так и с украшениями. И дело не только в том, что созданные на заказ изделия разработаны с учетом пропорций тела или предпочтений в одежде, они, кроме того, раскрывают личные предпочтения клиента, его эстетические идеалы, увлечения... Многие компании имеют направление bespoke, создающее украшения, часы и письменные приборы, но лишь некоторые сумели преуспеть в этом больше других и предложить клиенту нечто такое, что в бутике по соседству не найдешь. Фирменные техники, уникальные декоративные приемы, нестандартный подход — все это отличает bespoke высокого уровня. А исторические примеры говорят еще об одном интересном явлении: индивидуальные заказы влияют на стиль дома, делая заказчика соавтором не только украшения, но и всей истории фирмы.

1 / 44

Cartier: удивительные трансформации

Cartier — один из самых активных игроков на поле создания украшений по индивидуальным заказам. Их количество измеряется сотнями в год. Так, 29 мая на три дня в Москву приедет один из дизайнеров фирмы, специализирующийся на украшениях haute joaillerie. Клиентам фирмы он предложит лично отобранные им камни (10-20 экземпляров высшего качества), из них можно будет подобрать что-то для себя и придумать вместе с дизайнером, как будет выглядеть созданное на их основе украшение. И это только одна из множества возможностей bespoke-направления Cartier.

Директор по стилю и наследию Cartier Пьер Райнеро лично просматривает и утверждает каждый эскиз и знает об индивидуальных заказах фирмы все.

— Как происходит работа над индивидуальным заказом?

— Все начинается с того, что клиент приходит в бутик, дальше организовываются встречи с дизайнером (у нас нет отдельного дизайнера на bespoke-направление, это те же люди, которые создают регулярные коллекции украшений и часов), количество встреч может варьироваться по мере необходимости. Создается три варианта эскиза: это три разные интерпретации пожеланий клиента, ведь словами сложно точно описать украшение. Иногда нам приходится еще раз переделывать дизайн в зависимости от стоимости заказа (например, камни получаются слишком дорогими). Само изготовление в зависимости от сложности может занять от двух месяцев до полутора лет.

— Сейчас вы привозите в Москву сет камней для индивидуальных заказов, а может ли клиент прийти со своим камнем и попросить оправить его в украшение?

— Разумеется, но камень должен соответствовать определенному уровню качества — не ниже того, что мы используем в украшениях haute joaillerie от Cartier. Иначе мы могли бы испортить свою репутацию изготовлением вещей на заказ! Кроме того, обязательно наличие сертификата, а сам камень дополнительно проверяют наши геммологи.

— Часто ли клиенты, например, получив старинную вещь Cartier по наследству, обращаются к вам, чтобы переделать ее в новое украшение?

— Да. Чаще всего речь идет о трансформации броши в колье и тому подобных вещах. Другой нередко приходящий к нам запрос — заменить камни, например, на камни других цветов.

— Совсем недавно с аукциона было продано колье Хаттон-Мдивани, которое Cartier в 1933-м переделал по заказу Алексиса Мдивани из старинных жадеитовых бус. Сейчас возможна ситуация, когда клиент приходит с заказом на переделку украшения, не созданного Cartier?

— Да, мы можем работать с такими вещами. Тут все опять же зависит от качества материалов.

— Из каких стран поступает больше всего индивидуальных заказов?

— В принципе они поступают из разных стран мира, скорее можно говорить об особенностях самих заказов. Так, например, азиаты, в том числе очень крупные коллекционеры, сами приобретают нефрит и жадеит, а потом просят нас включить что-то из своей коллекции в наше изделие. В Европе, и Россию я отношу в данном случае к Европе, клиенты заинтересованы не только в редкости камней, но и в возможностях для самовыражения. А у американцев это и редкие камни, и возможность создания оригинального дизайна.

— О каком количестве украшений, создаваемых на заказ, мы говорим?

— О сотнях в год! Это большая часть нашей работы!

— И вы все их просматриваете и утверждаете?

— Да, я же директор по стилю! Более того, я утверждаю все три варианта, которые потом отправляют клиенту на выбор,— так что это еще в три раза больше работы.

— Из известных исторических образцов, что бы вы выделили как важный для всего развития фирмы заказ?

— Конечно, все такие заказы важны, но мне интереснее всего те, которые оказывают влияние на стиль самого Cartier. Потому что большинство клиентов приходит делать заказ с определенным видением того, что Cartier создавал в прошлом - не важно, в недалеком прошлом или в старые времена. Дизайн отталкивается от того, что уже существует. Есть другие: те, кто хочет чего-то совершенно нового. Таковой была, например, актриса Мария Феликс в 1970-х. Сначала она просто приобретала у нас украшения, потом заказала пантеру, а потом вообще попросила создать новые для нас виды ювелирной фауны. Такие заказы и нам помогают двигаться вперед!

Piaget: дактилоскопия в бриллиантах

В том, что касается индивидуальных заказов, Piaget особенно интересна любителям уникальных часов. У них большое количество ультратонких калибров, открывающих дизайнерам широкие возможности в проектировании корпусов, и опыт в ручном создании оригинальных часовых браслетов, и циферблаты из поделочного камня. Но часами bespoke-направление Piaget не ограничивается, среди украшений, которые фирма способна выполнить на заказ, также есть немало любопытных вариантов. Глава ювелирного направления Жан-Бернар Форо рассказал "Стилю" о возможностях Piaget.

— Кто обычно приходит с индивидуальными заказами в Piaget?

— Прежде всего те, у кого уже есть коллекция украшений, не только наших, разумеется. У каждой ювелирной фирмы есть свой стиль, свое наследие, репутация, наконец. И клиенты выбирают, исходя из имиджа бренда, отношения к регулярным его коллекциям и, наконец, из того, какие отношения у него сложились с консультантом в магазине.

— Сколько времени придется ждать готовое изделие?

— Если не говорить об этапе согласований, то время изготовления зависит прежде всего от того, был ли заказ интерпретацией одного из существующих изделий, или это совершенно уникальная разработка. В первом случае срок будет порядка трех месяцев, во втором — до года.

— Какова цена такого удовольствия?

— Я, конечно, не могу называть конкретных цифр, но, разумеется, то, что опытные ювелиры, геммологи и дизайнеры работают только на тебя, стоит немалых денег.

— Если, скажем, я хочу заказать тиару, то я, скорее всего, отправлюсь в Chaumet. А что такого фирменного может предложить Piaget?

— Ну, во-первых, мы специализируемся как в украшениях, так и в часах, поэтому можем создавать на заказ и то и другое. И различные "комбинации" данных направлений: так, например, в наших регулярных коллекциях нет колье с подвесками-часами, которые мы нередко создавали в прошлом, но такие индивидуальные заказы мы исполняем. Из фирменного — наши часы и украшения с отпечатками пальцев. Мы создаем эскиз на базе реального отпечатка клиента, а потом повторяем эти линии в драгоценных металлах и бриллиантах. Получается очень современный и очень графичный дизайн, ну а к тому же абсолютно индивидуальный. Такие украшения и часы пользуются успехом, были и случаи, когда мы создавали такие уникальные изделия для знаменитостей, чтобы потом продать их на благотворительном аукционе.

Van Cleef & Arpels: как у махараджи

Президент Van Cleef & Arpels Никола Бос рассказывает, почему исполнение заказа может занять и два года, а директор по наследию фирмы Кэтрин Кариу объясняет, почему влияние индивидуальных заказов на формирование стиля фирмы огромно, а современный ориентальный флер в коллекциях дома сформировали именно махараджи и шейхи.

Никола Бос

— Что влияет на время исполнения заказа?

— Создание украшения по индивидуальному заказу — это сложный многоступенчатый процесс, начинающийся с первого разговора клиента с консультантом — эскизы, поиски камней, создание модели... Для спецзаказов на изделия в нашей фирменной технике невидимой закрепки мы всегда создаем модель в натуральную величину, чтобы корректно оценить объем. На сроки исполнения прежде всего влияют два фактора: техническая сложность исполнения и то, какие камни хочет клиент. Поиск и подбор действительно редких камней требует много времени. Срок исполнения заказа может составить и два года в таких случаях, а минимальный срок — это три месяца.

— Индивидуальные заказы — неотделимая часть истории Van Cleef & Arpels, их было много и все они чем-то примечательны, но есть ли те, которые вы бы выделили особенно?

— Да, такие есть: это те заказы, которые стали важными вехами в истории дома. Я бы прежде всего отметил украшенную выдающимися драгоценными камнями корону и ожерелье императрицы Ирана Фарах Пахлеви, созданные в 1967 году. И свежее изделие 2011 года: колье Ocean, которое как подарок к собственной свадьбе нам заказал для княгини Монако Шарлен князь Монако Альбер II.

Кэтрин Кариу

— Какие заказы вы бы выделили как главные в истории Van Cleef & Arpels?

— Я бы сказала, что это заказы махараджей и ага-ханов. Ведь именно они повлияли на стиль фирмы. Разумеется, мы известны мотивами флоры и фауны, изделиями, вдохновленными haute couture, но на каждой нашей выставке был раздел, посвященный Востоку: Японии, Китаю, Персии, Индии... Особенно в 1920-1930 годы, в 1940-1050-х это влияние уменьшается, но в 1960-1970-х восточного стиля украшения появляются снова. Ну и прибавьте к этому то, что супруга Клода Арпельса имела пакистанские корни, а она сильно повлияла на формирование стиля нью-йоркского подразделения фирмы.

— Кого из заказывавших украшения вы бы выделили как главного сотворца в истории Van Cleef & Arpels?

— Это, безусловно, махарани Бароды. В ее коллекции было около четырех сотен наших украшений, из которых 270 были созданы на заказ. Когда Индия обрела независимость, махараджа Бароды, один из десяти богатейших людей своего времени наряду с Рокфеллером и махараджей Капурталы, перебрался в Европу и привез с собой знаменитую сокровищницу — известные бриллианты (кстати, колье с одним из них — канареечно-желтым бриллиантом — можно видеть на Мэрилин Монро в "Джентльмены предпочитают блондинок"), другие уникальные камни и изделия с ними. Махараджа с супругой купили квартиры под Парижем, в Монако и Лондоне... Махарани начала активно заказывать украшения у Van Cleef & Arpels. И для того было много причин: и стремление сделать современные вещи нового дизайна, и чисто прагматические соображения — ведь сокровища были спорным предметом, новая власть Индии могла объявить их национальным достоянием. Она просила переогранять камни и создавать новые изделия с ними. Так, например, мы полагаем, что изумруды в колье, которое сейчас является частью экспозиции в Кремле, ранее были частью старинного украшения.

— А почему она выбрала именно Van Cleef & Arpels?

— Наверное, из-за того, что уже знала Жака и Клода Арпельсов. Братья познакомились и с ней, и с махараджей (они тогда еще даже не были женаты), когда ездили в Индию, чтобы купить редкие камни. Видимо, отношения сложились, поэтому, когда махараджа прибыл в Париж, он попросил именно Жака Арпельса провести инвентаризацию своих сокровищ — эти данные и по сей день есть у нас в архивах (а это сотни, даже тысячи предметов). И это очень интересно, потому что махарани не только заказывала новые вещи с камнями из старых, но и напротив — есть случаи, когда дизайн изделий был вдохновлен теми историческими образцами.

— А что потом случилось с коллекцией махарани?

— Она была выставлена на аукцион в Монако в середине 1970-х, но цены были столь высоки, что Van Cleef & Arpels не мог позволить себе выкупить что-то из созданных для нее изделий. Все разошлось по частным коллекциям!

— К современным индивидуальным заказам вы имеете отношение?

— Время от времени дизайнеры обращаются ко мне. Они ищут вдохновения в архивах, и это не только стремление сохранить стиль: в Van Cleef & Arpels есть четкая преемственность идей. Это может быть маленькая застежка, цветовое решение, но все это берет истоки в истории.

Chaumet: тиары и не только

Паскаль Бурдарья многие годы работал как независимый ювелир, держал свое ателье в Париже и сотрудничал с такими мэтрами, как Жоэль Артур Розенталь (JAR) и Виктуар де Кастеллан (креативный директор Dior Joaillerie). По его собственному признанию, когда он принял непростое решение возглавить ателье Chaumet на Вандомской площади, ключевым доводом стала именно возможность продолжать создавать уникальные украшения, решать драгоценные головоломки. А оттого создание изделий по индивидуальным заказам, пожалуй, любимая часть его работы.

— Почему люди, решающие заказать изделие "под себя", делают выбор в пользу Chaumet?

— У Chaumet более чем 230-летняя история, и на всем ее протяжении существовало большое количество подобных заказов. Рафинированный стиль большого дома, его богатые архивы — да, все это важно для клиентов, но, думаю, главное — это доверие.

— Каков пошаговый процесс заказа и изготовления?

— Сначала клиент встречается с креативным директором Chaumet, он выслушивает мысли и идеи заказчика, они обсуждают повод для создания украшения (возможно, это какое-то важное событие в жизни), ну и бюджет, разумеется. Ко второй их встрече студия готовит четыре-пять эскизов и варианты центральных камней изделия. Так постепенно очертания "украшения мечты" становятся все более конкретными. А дальше все индивидуально — может быть еще множество переделок и встреч, прежде чем клиенту действительно понравится идея и подбор камней. И вот после этого наше ателье реализует модель украшения в натуральную величину в воске или ином материале, на котором цветом обозначаются оттенки будущих камней. И уже когда клиент одобрит макет, начинается процесс создания. Очень длительный: время — вот настоящая роскошь, которая нужна для создания уникальных изделий.

— Каково минимальное количество времени на исполнение заказа?

— Разумеется, это зависит от многих факторов, в том числе, например, относительно ли простое это в изготовлении кольцо или сложное колье или тиара, но минимальный срок — это два месяца. А более сложное изделие может потребовать и года работы.

— Сколько примерно таких украшений вы создаете за год?

— От пяти до десяти — в зависимости от того, насколько хорошим был год.

— Наверное, в Chaumet самый популярный спецзаказ — это тиара?

— Разумеется, для Chaumet это уже своего рода фирменные украшения, которые дом никогда не переставал создавать. Но я очень хочу напомнить клиентам: наше ателье — это практически исследовательская лаборатория, мы способны найти решение любой технически сложной задачи, найти любые камни, мы любим трудности и можем сделать все!

Roger Dubuis: камень на выбор

Roger Dubuis в январе нынешнего года представил нечто вроде entry-варианта индивидуального заказа: в Velvet Haute Joaillerie клиент может выбрать, какие камни огранки "подушка" он желает установить на корпус модели в позиции "6 и 12 часов". Остальное за него уже выбрали — весь корпус часов, а также циферблат усыпаны бесцветными бриллиантами. Директор по разработке коллекций Roger Dubuis Мари Шассо объясняет, в чем привлекательность проекта.

— Какие возможности изготовления часов на заказ предлагает Roger Dubuis?

— Мы готовы сделать все возможное, чтобы удовлетворить пожелания клиента. От персонализации механизмов до циферблатов из необычных материалов и создания уникальных часов haute joaillerie. И тут есть два направления: клиент может прийти к нам со своими пожеланиями или же выбирать из предложенных нами вариантов. К последнему относится новый проект Velvet Haute Joaillerie — часы, центральные камни (на корпусе в районе "6 и 12 часов") для которых клиент может выбрать по своему усмотрению. Идея была в том, чтобы предложить проект с множеством вариантов. К тому же среди ювелирных часов не так уж часто встречаются изделия со столь крупными камнями.

— Есть некий список камней, которыми могут быть инкрустированы Velvet Haute Joaillerie, или фантазия клиента ничем не ограничена?

— Это зависит от того, какой именно камень хочет клиент. Среди бриллиантов, рубинов, изумрудов и сапфиров он может выбирать любые оттенки, а если, например, кто-то попросит установить полудрагоценные камни, то мы будем рассматривать каждый такой заказ в особом порядке. Все зависит от типа камня, мы бы хотели сохранять высокий ювелирный уровень данных часов. Но не вижу проблем для реализации Velvet Haute Joaillerie с турмалинами Параиба, например.

— Сколько времени требуется на изготовление Velvet Haute Joaillerie?

— От четырех месяцев, а далее в зависимости от сложности поиска конкретных камней.

— У вас лично есть любимый вариант модели?

— Да, я просто в восторге от Velvet Haute Joaillerie c рубинами — нам удалось найти камни очень глубокого и насыщенного оттенка, они просто-таки завораживают.

Montblanc: идеальное перо

В Montblanc можно заказать часы или украшение по индивидуальному проекту, но главная специализация компании, конечно, инструменты для письма. Уровень их персонализации может быть различным: от подбора пера к его разработке с учетом всех характеристик письма клиента (уровня нажима, наклона ручки и т. п.); от персонализации готовой ручки к созданию уникального экземпляра. Каждая уникальная ручка создается на мануфактуре в Гамбурге, а владелец может отслеживать все этапы ее создания — для этого в ателье установлена веб-камера. Управляющий директор по пишущим инструментам, украшениям и аксессуарам из кожи Кристиан Раух рассказал, как Montblanc пишет свою bespoke-историю.

— Когда Montblanc запустил свое bespoke-направление?

— Первый предмет в линии, которую мы именуем Creation Privee, был изготовлен в 2011 году. Вся эта история началась с того, что мы организовали визит на мануфактуру в Гамбурге для коллекционеров Montblanc, и один наш постоянный клиент, увидев, как создаются коллекционные ручки, захотел, чтобы мы изготовили ему ручку по индивидуальному проекту. Нам понравилась идея развить таким образом наше направление коллекционных предметов письма Artisan Editions. Оно существовало десять лет и включало в себя изделия, созданные в единственном экземпляре. А почему бы не предлагать еще более люксовый товар — не просто piece unique, но еще и по индивидуальному проекту! Идея, как оказалось, была очень правильной: мы реализовали более 300 bespoke-проектов за несколько лет, мы бы изготовили и больше, спрос есть, но просто само производство таких изделий ограничено.

— Кто обычно становится заказчиком таких письменных приборов?

— Наши самые постоянные клиенты: те, кто собирает предметы из лимитированных серий и уже является обладателем внушительных коллекций. В основном это мужчины, чаще всего — успешные бизнесмены.

— У вас есть интересная опция — возможность отслеживать процесс создания, даже наблюдать его при помощи веб-камеры.

— Да, процесс создания bespoke-изделий долгий и сложный, но очень захватывающий! С того момента, как клиент утверждает один из вариантов дизайна, начинается процесс изготовления. В то же время заводится веб-страница, клиент может в любое время зайти на нее под своим паролем, чтобы посмотреть на ручку в процессе изготовления или поговорить с мастером, ее создающим. Вместе с ручкой мы отдаем клиенту макеты, выполненные на различных стадиях ее изготовления, и альбом, рассказывающий о ее создании. В нем же есть и фото всей команды, принимавшей участие в изготовлении письменного прибора.

— Какие-то проекты назвали бы наиболее запоминающимися?

— Разумеется, все они интересны — все очень индивидуальны, каждый раз, создавая предмет, ты углубляешься в личные истории и частную жизнь клиентов. Запоминаются самые сложные в реализации: так, мы делали Meisterstuck Mozart shape с эмалевой миниатюрой, изображающей двух панд — и это не были какие-то абстрактные панды, а две реальные панды, которые до сих пор живы, и, мне кажется, их можно даже опознать на ручке. Еще мы создавали ручку, которая выглядит и на ощупь ощущается как сигара! Ну и индивидуально ограняли камни под необычный дизайн ювелирной ручки.

— Часто ли те, кто заказывает ручку по индивидуальному проекту, заказывают к ней и индивидуально разработанное перо?

— Кто-то заказывает, кто-то нет, потому что такие ручки не так уж часто используют для письма. К тому же у большинства клиентов, заказывающих ручку по индивидуальному проекту, уже есть разработанное под них перо, установленное в другую ручку из их коллекции.

Bovet: портрет в миниатюре

Компания Bovet сумела стать главным специалистом по созданию миниатюр на перламутровом циферблате на заказ. Чего только не изображали мастера компании: семейные портреты и лики святых, любимых животных, детей, цветы... Владелец Bovet Паскаль Раффи рассказывает, как создаются подобные часы.

— Bovet предлагает создание уникальной миниатюры на циферблате. Что обычно заказывают клиенты?

— Декоративные ремесла, будь то миниатюра по перламутру, гравировка, горячая эмаль, неразрывно связаны с историей Bovet, миниатюры появлялись с ранних лет существования компании, основанной в 1822 году, так что опыт у нас богатый. Сейчас мы обычно работаем с заказами двух типов. Первый — когда клиент дает нам некое изображение, фото ли, рисунок ли, которое он хочет воспроизвести в миниатюре на циферблате. Второй — когда клиент говорит нам, миниатюру на какую тему он хотел бы видеть в своих часах, а мы предлагаем ему свои варианты изображения. В любом случае сначала создается цифровое изображение часов, которое отдается на утверждение заказчику. И после этого начинается сам процесс создания уникальных часов.

— И сколько времени занимает изготовление?

— От трех до шести месяцев.

— Кто занимается изготовлением миниатюры по перламутру?

— Мы сотрудничаем с четырьмя мастерами, самый старший по возрасту и опытный из них работает только с Bovet.

— Вы когда-нибудь отказывали в изготовлении той или иной миниатюры?

— До настоящего момента такого не случалось, все же наши заказчики, большинство из которых коллекционеры, хорошо себе представляют, что есть Bovet. Но мы наверняка откажем, если сюжет миниатюры не будет соответствовать нашим ценностям.

— Как меняется спрос на подобного рода изделия?

— Судя по поступающим к нам заказам — растет. В последние годы от 30% до 50% того, что мы производим,— это или персонализированные модели, или часы, созданные в единственном экземпляре по спецзаказу. И знаете, много заказов к нам поступает именно из России.

IWC: свое собственное небо

Самые сложные из когда-либо созданных IWC Schaffhausen часов — Portuguese Siderale Scafusia — оснащены турбийоном, вечным календарем, картой звездного неба, меняющегося в течение суток... Со стороны турбийона можно следить как за солнечным (центральные стрелки), так и за сидерическим временем (малый циферблат на "12 часах"), а на оборотной стороне корпуса лицезреть звездное небо и индикации вечного календаря. Но технической сложностью уникальность Portuguese Siderale Scafusia не ограничивается: эти часы кроме всего прочего изготавливаются только под заказ. Директор группы продуктов IWC Марио Кляйн рассказал, как клиент может персонализировать Portuguese Siderale Scafusia.

— Когда вы приняли решение запустить этот проект?

— Сначала была идея создания уникального механизма: с турбийоном со встроенным в него устройством постоянного натяжения, гарантирующим высокую точность хода. Два заводных барабана дают достаточно энергии для работы турбийона и модуля указателя фазы луны. Мы пять лет трудились над этим механизмом, а потом решили, что он заслуживает и установки в по-настоящему уникальные часы. Так родилась идея карты звездного неба, горизонта, географических координат, солнечного и сидерического времени, индикации восхода и заката, а также индикации дневного и ночного времени и сумерек. Не стоит забывать об интегрированном в часы вечном календаре... На реализацию всего проекта ушло десять лет! Мы разрабатывали часы под искушенного коллекционера, того, кому были бы интересны сложные часы с впечатляющим набором функций, а кроме того, отображающие выбранное им созвездие и карту звездного неба, увиденного из определенной, выбранной этим клиентом точки на Земле.

— А каков весь спектр возможностей персонализации часов?

— Каждые часы производятся для конкретного клиента. Карту звездного неба и время заката и рассвета рассчитывает директор Института теоретической физики Цюрихского университета Бен Мур в зависимости от выбранного клиентом местоположения. На "персональном" небе может быть видно от 500 до 1 тыс. звезд. Ну а кроме того, клиент может выбрать материал для корпуса — розовое или белое золото, платину, сталь и даже бронзу, от одного до трех цветов на циферблате, цвет стрелок, материал и расцветку ремня — для Siderale Scafusia компания Santoni разработала специальные цвета кожи. Разумеется при желании клиента мы можем сделать и гравировку на корпусе. Все это дает около 200 различных вариантов персонализации часов.

— Насколько точна персональная карта неба?

— Очень точна! Я уже упоминал 1 тыс. звезд вокруг созвездия, выбранного клиентом, или выбранных им географических координат. Главные звезды на часах будут казаться ярче второстепенных. Каждый может проверить то, как это выглядит, даже не заказывая Siderale Scafusia: на сайте iwc.com можно ее рассмотреть, а также выбрать свое местонахождение и узнать ваше сидерическое время.

— Как можно заказать часы?

— Кроме очевидного способа — в бутике — можно приехать на нашу мануфактуру в Шаффхаузене в сопровождении консьержа Siderale. Там клиенту проведут индивидуальную презентацию и помогут определиться с выбором опций персонализации.

— Сколько времени занимает создание часов?

— Один год, это объясняется тем, что только два-три часовщика на всей нашей мануфактуре могут собрать Siderale Scafusia.