Дела о терроризме передали в Конституционный суд

Конституционный суд (КС) вчера рассмотрел дело о проверке конституционности пакета "антитеррористических" поправок в Уголовно-процессуальный кодекс (УПК), которыми в 2008 году дела о терроризме и ряде других тяжких преступлений были выведены из компетенции суда присяжных. Адвокаты обратившихся в КС обвиняемых по таким делам настаивают на том, что поправки приняты в интересах силовых структур и противоречат целям президентской судебной реформы.

Конституция закрепляет право обвиняемого в совершении особо тяжкого преступления против жизни на рассмотрение его дела судом с участием присяжных. Однако, согласно поступившим в КС жалобам, подсудимые по таким делам в ряде случаев не могут выбрать предпочтительный для себя судебный состав. По ряду преступлений УПК ограничивает их рассмотрение с участием присяжных, а в случае, когда такое право предоставлено кому-то из обвиняемых по групповому делу, остальные члены группы уже не могут от него отказаться (см. "Ъ" от 3 февраля).

На вчерашнем открытом заседании в КС наиболее острую полемику вызвал принятый в 2008 году федеральный закон "О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам противодействия терроризму". Этим законом из компетенции присяжных были выведены дела, касающиеся таких преступлений, как террористический акт, захват заложника, организация и участие в незаконном вооруженном формировании, массовые беспорядки, государственная измена, шпионаж, насильственный захват или удержание власти, вооруженный мятеж и диверсия. Пятеро обвиняемых по таким делам граждан РФ считают, что поправки ставят их в неравное положение с теми, кто подсуден присяжным и, по мнению заявителей, в большей степени защищен от судебных ошибок.

Ограничив сферу деятельности присяжных, законодатели нарушили конституционный запрет на принятие законов, отменяющих или умаляющих права человека, уверены выступавшие вчера в КС адвокаты. Адвокат Татьяна Псомиади отметила, что в группе обвиняемых, лишенных суда присяжных по одному делу, могут оказаться не только террористы. К тому же подсудимым кроме терроризма могут одновременно инкриминироваться преступления, по которым Уголовным кодексом предусмотрена смертная казнь, а лишать права на суд присяжных по таким делам прямо запрещено Конституцией. По мнению полпреда президента Михаила Кротова, эта проблема вообще отпала, поскольку "КС поставил точку в вопросе о смертной казни, и она в России не назначается". "Подсудность уголовных дел — прерогатива федерального законодателя",— единодушно утверждали оппоненты заявителей, подчеркивая, что "преимущества суда присяжных перед профессиональными судьями никем не доказаны, следовательно, говорить об умалении конституционных прав обвиняемых нельзя".

Адвокат Магомед Абубакаров утверждал, что введение поправок в УПК "ничем, кроме политического аспекта борьбы с терроризмом", не обосновано. "При нормальной работе следователей присяжные не будут выносить оправдательные приговоры. Из-за отсутствия доказательств по таким делам силовые структуры и пролоббировали отстранение от них присяжных",— уверен адвокат. То, что поправки были инициированы после доклада МВД о деятельности присяжных в Ингушетии, подтвердил представитель Госдумы Александр Харитонов. Он пояснил, что присяжные на Северном Кавказе слишком часто выносили оправдательные приговоры, ряд которых затем отменяли вышестоящие инстанции, а такая ситуация "подрывает веру населения в возможность правоохранительных органов" противодействовать терроризму. На статистику активно ссылались и другие представители госорганов. Господин Кротов также указал на сложности формирования коллегий присяжных в южных регионах, сославшись на то, что в деле группы боевиков, напавших на Нальчик, не удалось выбрать 12 присяжных из 400 кандидатов. В ответ адвокат одного из обратившихся в КС подсудимых по нальчикскому делу заявил, что это органы обвинения помешали отводами формированию коллегии. На вопрос адвоката Юрия Костанова, какие исследовательские структуры, силы, кроме академии МВД, анализировали ситуацию и принимали участие в разработке спорных поправок, представители законодателя ответить не смогли.

Представители правительства и Минюста на заседании вчера не присутствовали. При этом их коллеги из других органов активно ссылались на опыт ряда развитых стран, отказывающихся от судов присяжных. Представитель Совета федерации Елена Виноградова также настаивала на том, что "ответственность за теракты перед населением всегда несут органы госвласти", а "особое правовое регулирование" в целях безопасности и предупреждения террористических преступлений и вовсе рекомендовано ООН. "Зарубежный опыт не соответствует российским условиям. Если бы уровень независимости судей у нас был как там, не нужны были бы присяжные",— возмутился господин Костанов, напомнив, что "о буксующей судебной реформе постоянно говорит президент". "Ъ" сообщит о решении суда.