Нефти судьбы

29 апреля президент России Владимир Путин провел совещание по развитию топливно-энергетического комплекса (ТЭКа). Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников старается понять, почему главные участники совещания были так уверены не только в себе, но и в ТЭКе.

Владимир Путин считает, что ТЭК устоит

Фото: пресс-служба президента РФ

Совещание называлось: «по вопросам развития топливно-энергетического комплекса страны».

Владимир Путин ничего не говорил про срыв сделки ОПЕК+ и последующее триумфальное возвращение к этой сделке, в результате чего Россия снизит добычу нефти гораздо драматичней, чем от нее сначала добивались. Он не говорил о том, как ситуация с коронавирусом вмешалась в казалось бы просчитанный сценарий выяснения отношений с ОПЕК и прежде всего с Саудовской Аравией. Но по крайней мере президент сказал о влиянии карательных (а не только картельных) мер, которым в связи с ним подвергла себя оказавшаяся глиняной мировая экономика.

Почему Россия идет на крупнейшее в истории сокращение добычи нефти

— ВВП мировой сокращается, спрос на энергоресурсы — как в отдельных государствах, так и в мире в целом — сократился. Вслед за ним пошли вниз и ценовые котировки,— сообщил президент.— В свою очередь отмечу: глобальный энергетический рынок не впервые сталкивается с резкими, драматичными колебаниями конъюнктуры.

Владимир Путин имел, видимо, в виду, что при нем цены уже снижались и что он же с этим справился, но все-таки ясно было, что сейчас ситуация беспрецедентная, и он вынужден был оговориться:

— Правда, такого еще не было. Это правда. Я видел некоторые ваши заявления публичные и согласен: такого еще не было!

Судя по тому, как энергично кивнул министр энергетики Александр Новак, было очевидно: он отдает себе отчет в том, что такие заявления делал прежде всего он.

— Ведущие компании российского ТЭКа входят в перечень системообразующих предприятий,— добавил президент.

С другой стороны, кто еще, если не они, системообразует-то?

— От их ритмичной, стабильной работы зависит деятельность самых разных секторов экономики,— продолжил он.— Нужно сохранить надежность этих кооперационных, производственных связей, в том числе нельзя ни в коем случае допустить дефицита топлива на внутреннем рынке, ограничения энергоснабжения предприятий, населенных пунктов страны.

Поэтому все эти предприятия, собственно говоря, видимо, и так работают.

— И конечно, необходимо продолжить крупные инфраструктурные проекты в энергетике, значимые для российских регионов, для предприятий реального сектора. Потом, мы с вами запускаем новые объекты в сфере, скажем, здравоохранения — они должны быть своевременно подключены к сетям. И генерации должно хватать, и сетевое хозяйство должно соответствовать новым задачам,— продолжил президент.

То есть они должны работать еще больше, лучше и ритмичней, чем даже месяц назад.

При этом мы уже привыкли, что в речах Владимира Путина эпохи коронавируса всегда теперь появляется и эмоциональная, вдохновляющая составляющая:

— И в заключение скажу: отечественный ТЭК всегда умел отвечать на вызовы! — воскликнул он и теперь.

Александр Новак напомнил цифры, которые не стоит забывать в связи с российским ТЭКом (а то некоторые считают, что сельское хозяйство, например, хорошо и много производит, в том числе и за границу, и что это даже в чем-то сравнимо…):

— По итогам прошлого года ТЭК давал 25% валового внутреннего продукта России, также почти четверть всех инвестиций в Российской Федерации и формировал почти 40% федерального бюджета.

Он рассказал, что и правда все работает:

— Отмечу, что ситуация действительно непростая, но не критическая. В настоящее время отрасли продолжают в полной мере выполнять свои обязательства перед потребителями, надежно обеспечивать энергоснабжением население, промышленных потребителей, обеспечивать внутренний рынок нефтепродуктами, газом, углем. Также продолжается реализация продукции в экспортном направлении, и продолжается реализация всех ключевых инвестиционных проектов.

Чем больше становится известно о том, как себя чувствует экономика страны, тем очевидней, что она на самом деле так и не выходила из рабочего состояния.

Хотя, конечно, не может не чувствовать негативное влияние на саму себя снаружи. А изнутри на нее влияет прежде всего то, что меньше стали ездить на машинах и летать на самолетах:

— Что касается нефтегазового сектора, спрос на нефть по-прежнему находится на очень низком уровне в результате падения мировой экономики и снижения мобильности населения всего мира за счет сокращения в том числе и числа авиаперелетов, автомобильных поездок,— продолжил Александр Новак.— Можно констатировать, что мы близки к пику сокращения спроса на нефть (но все же, справедливости ради, у него нет уверенности, что это дно. Потому что ни в чем ни у кого нет уверенности.— А. К.). Сегодня это около 25–30 млн баррелей в сутки относительно уровня прошлого года — и продолжается период беспрецедентной волатильности на мировых биржах!

Александр Новак упомянул и о самом событии, взбудоражившем воображение пользователей социальных сетей:

– В результате того, что продолжают заполняться хранилища нефти и нефтепродуктов, продолжаются неопределенности, связанные и со сроками восстановления мировой экономики. Ярким примером является торговля майскими фьючерсами: недавно, на прошлой неделе, на американский сорт нефти WTI в краткосрочном периоде цены торговались в отрицательной зоне.

Александр Новак, впрочем, сообщил и новость, причем специально для президента (потому что и его нужно время от времени чем-то радовать):

— Также хотел бы отметить и важную деталь. На рынке, Владимир Владимирович, мы видим зеленые ростки увеличения спроса! В Северной и Центральной Европе падение спроса на нефтепродукты сократилось на 10–15 процентных пунктов, то есть с 70% до 55–60% Мы также видим заявления уже ряда стран о постепенном ослаблении ограничительных мер в мае…

Прогноз Александра Новака, который ему, если что, с удовольствием все припомнят (а если сбудется, то, конечно, никто), таков:

— С учетом этого, а также с учетом того, что с 1 мая заработает соглашение ОПЕК+, о котором вы сказали, дисбаланс во второй половине мая должен уменьшиться. И есть оптимистические оценки о начале выправления ситуации на мировых нефтяных рынках начиная со второго полугодия.

Впрочем, он вряд ли может не сбыться хотя бы в какой-то степени: европейские страны и в самом деле «откроются», а соглашение ОПЕК+ и правда, начнет же работать.

— Такие цифры позволяют отсрочить момент затоваривания до начала восстановления спроса, а в 2021 году способствовать ускоренному восстановлению рынка,— позволил себе, возможно, лишнего Александр Новак (но все равно было хорошо ведь это услышать. И даже эти слова сработают, может, где-нибудь на рынке уже сегодня…).— И это позволит сохранить инвестиции в отрасль на приемлемом уровне, повысить предсказуемость, даст возможность сохранить рабочие места и саму отрасль!

Впрочем, на внутреннем рынке ситуация оставляет желать, мягко говоря, лучшего:

— Что касается ситуации на внутреннем рынке, хотел бы отметить, что в розничном сегменте рынка падение спроса на автомобильный бензин в апреле составило от 40% до 50% на автозаправочных станциях, на дизельное топливо — примерно на 30%. Падение потребления авиакеросина составило более 50%.

Нефтесервис тоже в тяжелой ситуации:

— Уважаемый Владимир Владимирович, в соответствии с достигнутыми 12 апреля соглашениями между странами ОПЕК+ в настоящее время компании готовятся к сокращению добычи. В мае это сокращение составит 19% примерно к уровню февраля 2020 года. С учетом работы первых четырех месяцев и постепенного уменьшения со второго полугодия объемов сокращения по итогам года прогнозируется снижение объемов добычи примерно на 10% к уровню прошлого года,— констатировал господин Новак.— Это, в свою очередь, приведет, естественно, к сокращению прокачки нефти по системе «Транснефти», снижению потребления электроэнергии и, конечно, повлияет существенно на нефтесервисный сегмент.

Господин Новак добавил, что лично его нефтесервис беспокоит едва ли не больше всего остального:

— Я хотел бы особо обратить внимание на нефтесервисную отрасль. Падение заказов для нефтесервиса может составить до 30–40%, в некоторых случаях и больше. Нефтесервисный сегмент — это важный сегмент для нефтегазовой отрасли, это сегодня 1,5 трлн (рублей.— “Ъ”) примерно выручки для отрасли и более 150 тыс. занятых в отрасли. И конечно, это важный элемент нефтедобычного сегмента!

Для увеличения спроса что-то придумали:

— Соответствующие предложения подготовлены, и сегодня они будут более подробно озвучены представителями сектора. Хотел бы сказать, что они включают в том числе и нестандартные подходы. Мы считаем, что важно создать условия продолжения деятельности по бурению скважин даже в тот период, когда в этом нет необходимости.

И в целом стало ясно, что:

— Для этого необходимо обеспечить финансирование бурения скважин без их закачивания, чтобы в будущем можно было оперативно запустить этот фонд, когда возникнет необходимость. Нами проведены предварительные консультации с институтами развития, банками и компаниями, и в целом данный подход поддерживается. Прошу вас также, Владимир Владимирович, поддержать.

В электроэнергетике, по словам министра, ситуация тоже не очень хороша:

— Уровень оплаты с начала апреля за электроэнергию составил 88%, за тепловую энергию — 80% от оплаты, поступившей за аналогичный период прошлого года. Основное снижение наблюдается по предприятиям жилищно-коммунального хозяйства: здесь падение платежей доходит до 63% от уровня прошлого года. К сожалению, также и бюджетные организации снизили оплату примерно на 10%.

В этой ситуации в отраслях электроэнергетики возникают кассовые разрывы, которые важно сегодня покрыть за счет кредитования…

В угольной отрасли, судя по его настроению, все более терпимо.

Хотя ясно, что хорошо ведь не может быть нигде.

— Вы сказали: падение заказов у нефтесервисных компаний,— кивнул российский президент.— Большой, конечно, процент… — кивнул российский президент, и можно сказать, напоследок, так как совещание приняло необратимо закрытый характер.

Между тем с такой уверенностью в завтрашнем дне можно далеко зайти.

Причем завтрашний день — это ж как раз тот, когда ОПЕК+ уронит добычу.