Владимир Путин собрался с деньгами

В Сочи вчера премьер Владимир Путин принял иностранных бизнесменов, приехавших на экономических форум, и представил им план решительных действий правительства по защите российской экономики и инвестиций в нее. Специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ увидел в этой встрече презентацию мобилизационного экономического плана правительства.

Первым иностранным бизнесменом, которого Владимир Путин увидел в этот день, стал Герхард Шредер. С ним и главой "Газпрома" Алексеем Миллером он встретился в своей сочинской резиденции "Ривьера". Особнячок в самом центре Сочи выглядит, по крайней мере, свежеотремонтированным (на самом деле он, скорее, свежепостроенный: еще два года назад на этом месте стоял гараж УВД города Сочи). В нем нет той эпичности, того необыкновенного размаха, который присутствует в "Бочаровом ручье", через который проходит даже железная дорога, но на самом деле, как говорится, не очень-то и хотелось. Журналистам, по крайней мере, отдан весь нижний этаж резиденции, и единственное неудобство, которое мы испытываем: там нет сигнала сотовой сети.

Но наверху, у Владимира Путина, Герхарда Шредера и Алексея Миллера и с этим все было в порядке. Переводчик на этой встрече был нужен только господину Шредеру, и то только когда его собеседники говорили на русском.

Владимир Путин интересовался, когда будет готов трубопровод "Северный поток", и Алексей Миллер отвечал, что в 2011 году (раньше были планы насчет 2010 года).

Господин Шредер в ответ на следующий суровый вопрос российского премьера отвечал, что уверен в экологической безопасности проекта и что ни за что бы не возглавил совет акционеров, если бы не был в этом уверен.

В подтверждение своих слов он рассказал о том, что уже готов и в октябре будет представлен "проект, в котором даются исследования, показывающие безопасность прокладки трубы по дну моря, и решение проблемы боеприпасов, захороненных в море после второй мировой войны".

Тут он взбудоражил воображение сообщением о том, что один только этот проект обошелся в 100 миллионов евро. Цифра произвела впечатление на господина Путина, только было непонятно какое.

Другие иностранцы ждали Владимира Путина поздно вечером здесь же, в резиденции "Ривьера". Сюда пришли главы Дойче Банка, "Роял Датч Шелл", "Икеа", "Сименса", "Коноко-Филлипс", "Тоталь", "Мицубиси", "Шеврон", "Би-Пи"... Здесь были люди, для которых понятие "мировой финансовый кризис" — не чужое. Они — его, может быть, и производители, и жертвы. Я бы не удивился, если бы после встречи с господином Путиным, в приподнятом настроении вернувшись к себе в номер в сочинском отеле "Редиссон-Лазурная" и ознакомившись с последними биржевыми сводками, какой-то участник этой встречи принял бы их слишком близко к сердцу и утром его бесчувственное к колебаниям биржевых котировок тело нашла бы в гостиничном номере насмерть перепуганная горничная.

Но сейчас капитаны мировой экономики (некоторые, даже, может быть, полковники) ждали в маленьком фойе господина Путина, который только что встретился с премьер-министром Болгарии господином Станишевым и почти на час уединился с какой-то своей целью.

Бизнесмены проявляли некоторую нервозность. Было уже темно, неожиданно началась гроза, засверкали молнии и — ... нет, Владимир Путин не вошел еще. Он вошел, когда прекратилась и гроза, и ливень.

Речь премьера должна была поселить в душах этих людей покой и уверенность в том, что единственный островок стабильности в этом безумном мире — Россия.

— После событий на Кавказе,— заявил господин Путин,— было много разговоров по поводу возможного закручивания гаек, смены экономической модели развития нашей страны... Но ничего этого не будет.

Господин Путин перестал смотреть в текст лежащей перед ним речи. Теперь он смотрел в листочки, которые исписал сам. Листочков этих было много. Именно их он и заполнял, значит, пока они ждали его. То есть он очень серьезно готовился к встрече с этими людьми.

То, что сказал премьер-министр, по сути было презентацией мобилизационного экономического плана правительства. Кое-что из этого было сказано раньше другими людьми, а кое-что прозвучало впервые.

— Не будет никаких политически мотивированных решений,— заявил премьер.— Мы, конечно, будем стремиться к дальнейшему снижению налоговой нагрузки на экономику. Это наш стратегический выбор. Вместе с тем здесь собрались люди грамотные, профессионалы, знающие, что происходит в мировой экономике. Мы сделаем паузу в отношении возможного снижения НДС.

Господин Путин считает, что после "определения параметров пенсионной системы" может быть снижен единый социальный налог.

— Мы намерены повысить стоимость амортизационных расходов,— заявил премьер,— и считаем это важным шагом.

В ближайшее время будет обнародован порядок зарубежных инвестиций в стратегические отрасли российской экономики.

— Речь идет не о закрытии этого сектора,— заявил господин Путин,— а о разрешительном порядке. На остальные отрасли экономики никаких дополнительных разрешений не требуется. В ближайшее время эта процедура будет запущена.

— Мы видим напряжение на наших торговых площадках, но считаем, что это не связано с нашими проблемами, у нас нет системных проблем,— продолжил премьер.— Все капитальные показатели российской экономики — в норме.

При этом все, что Владимир Путин сказал дальше, свидетельствовало о том, что проблема все-таки есть — хотя бы потому, что он намерен их решать.

— В пятницу,— сказал премьер,— состоятся внеочередные торги на биржах. В понедельник пройдет аукционное размещение свободных средств Минфина на три месяца. Мы раньше не размещали на такой срок.

Он заявил, что правительство будет постепенно стремиться к созданию на рынке так называемых "длинных денег". Правительство, по его словам, поддержит участников ипотечного рынка и рынка жилищного строительства и увеличит на 60 миллиардов рублей уставный фонд Агентства по ипотечному жилищному кредитованию.

— Следующая мера,— заявил Владимир Путин,— будет привлекательной для некоторых из сидящих за столом: правительство считает возможным изменить порядок расчета экспортных пошлин на нефть и скорректировать их — естественно, в сторону снижения. До сих пор мы делали это из анализа за два месяца, теперь за 17 дней. И вместо того чтобы заплатить 485,8 доллара за тонну, экспортеры будут платить 372 доллара, и это позволит им оставить 5,5 миллиардов долларов. Эта сумма будет распределяться так: 4,5 миллиарда — производителям нефти и 1 миллиард перерабатывающим предприятиям.

Некоторых из сидящих за столом это и, правда, должно было заинтересовать.

— Правительство,— продолжил премьер,— считает возможным использовать резервные фонды. Это связано с нашим стремлением поддержать макроэкономические показатели... Я не считаю, что настало время тратить нефтегазовые доходы. Но они у нас есть... — многозначительно предупредил премьер.— И главный шаг Центробанком был объявлен вчера — сокращение суммы обязательного резервирования.

Закончил господин Путин тем, что нынешняя мировая цена на нефть очень комфортна для России, потому что ее положение уникально: она не только крупнейший производитель, но и крупнейший потребитель энергоресурсов.

Звучало все это убедительно. Но не тех, кажется, убеждал.