Формирование мультикультурного общества в регионе

T. H. СУКОНКИНА

ФОРМИРОВАНИЕ МУЛЬТИКУЛЬТУРНОГО ОБЩЕСТВА В РЕГИОНЕ

Ключевые слова: мультикультурализм, поликультурность, мультикультурность, этнокультурный плюрализм, самоидентификация, толерантность, межнациональные отношения, полиэтничность, многоконфессиональность

Key words: multi-culturalism, poly-culturalism, ethno-cultural pluralism, self-identification, tolerance, international relations, poly-ethnicity, multi-confes-sionalism

B последние десятилетия этнокультурная специфика приобретает все большее значение в процессе самоидентификации индивидов и социальных общностей. B этом контексте особо актуальным становится вопрос о бесконфликтном сосуществовании национальных культур в одном государстве или регионе. При этом внимания исследователей требуют не только вопросы индивидуальных взаимоотношений представителей различных культур, но и глобальные проблемы цивилизационного взаимодействия. Существует множество этико-философских, политологических и социо-логических концепций, предлагающих различные способы решения этих проблем. Теория мультикультурализма, предполагающая сосуществование различных культур на основе равноправного диалога, по мнению большинства исследователей, является наиболее адекватным теоретическим ответом на социальные вызовы современности.

Отечественными учеными мультикультурализм рассматривается как либеральная идеология, утвердившаяся в последние десятилетия XX в. в ответ на экономическую, политическую и культурную глобализацию, беспрецедентную

СУКОНКИНА Татьяна Николаевна, научный сотрудник сектора социально-экономических программ Научно-исследовательского института регионологии Мордовского государственного университета.

по размаху миграцию населения (в частности, иммиграцию в страны Запада), кризис национального государства, влияние новейших технологий и глобальных коммуникаций1.

Проблемы, являющиеся предметом рассмотрения идеологов мультикультурализма, многообразны и зачастую противоречивы. Так, заявляя о провале политики мульти-культурализма в Германии и Франции, снижении состояния агрессивности в мультикультурной среде Канады и Австралии или необходимости государственной поддержки этнокультурного образования в РФ, применяются одни и те же термины, но с различными значениями. Очевидно, что здесь происходит путаница не столько в употреблении понятия «мультикультурализм», сколько в интерпретации входящих в его смысловое поле понятий: «поликультурность», «мультикультурность» и «этнокультурный плюрализм».

Для большинства исследователей понятие «поликультурность» применимо к описанию как состояния государства, на территории которого существует множество этноконфессио-нальных групп, принадлежащих к различным культурам, так и нормам поведения гражданина правового государства. По мнению В. И. Матиса, поликультурность — это «сохранение и интеграция культурной самобытности личности в условиях многонационального общества, что позволяет формировать толерантные отношения между разными национальностями, воспитывать культуру межнационального общения»2. Для И. А. Мальковской понятия «поликультурное общество» и «мультикультурное общество» не противопоставляются друг другу, хотя «мультикультурное общество» в отличие от «поликультурного» подчеркивает не множественность существующих культур, а многократность повторения, обмена, квотирования, тиражирования культурных различий. Мультикультурное общество — результат регулируемого обмена различиями3.

В таком случае «мультикультурность» — это такое состояние общества, когда индивид имеет равный доступ к различным культурам и может формировать собственную позицию. Что касается этнокультурного плюрализма, то это сосуществование множества культур в одном государстве, когда при явном доминировании одной культуры представители иных культур не подвергаются угрозе, но и не пользуются государственной поддержкой. В первом случае

мультикультурализм — это идеология, надстраивающая общенациональные ценности над этническими, провозглашающая определенный канон поведения и четко определяющая границы толерантности4. Во втором — это практическая реализации права на своеобразие и свободную, ничем не ограниченную самоидентификацию индивида и, соответственно, государственная политика, направленная на поддержание культурного разнообразия5. К третьему случаю политика мультикультурализма не может быть применена, так как этнокультурный плюрализм является основой, на которой создаются мультикультурное общество и поликультурное государство.

Основные теоретические и практические аспекты муль-тикультурализма систематизированы и кодифицированы в ряде нормативных документов. Так, в «Канадском Акте мультикультурализма» (1985 г., с поправками от 21 июля 1988 г.) подчеркивается, что мультикультурализм включает в себя признание и поддержку культурного и расового разнообразия общества. Этот Акт является основной характеристикой наследия и идентичности общества, обеспечивая его дальнейшее развитие; признает свободу всех членов общества; призван сохранять, улучшать и разделять их культурное наследие и т. д.6

В Австралии нет формального документа для национальной культурной политики относительно мультикуль-турализма. Вместо этого правительство определяет общие направления внутренней политики, которые служат основой реализации культурных целей и непрерывно обновляются. Так, в 1989 г. была издана «Национальная повестка дня для мультикультурной Австралии». Через десять лет она была расширена и адаптирована к современным условиям. В этом документе четко прописываются основные принципы реализации политики мультикультурализма7.

Но при этом в канадском и австралийском законодательстве подчеркивается, что осуществляемая там политика мультикультурализма исходит из основных ценностей либеральной демократии. Стабильность жизни современного поликультурного общества недостижима без реализации того или иного вида культурной политики. Мультикультурализм как политика обеспечивает поддержание социальной стабильности, межэтнической толерантности и гармонизацию

отношений между государством и этническими, культурными меньшинствами его составляющими, а также урегулирование отношений внутри этих меньшинств. Однако поликультурное общество может существовать и без специально декларированной политики мультикультурализма (например, в современной России)8.

Так, мультикультуралистские тенденции в России, с одной стороны, обусловлены многонациональным составом населения страны, наличием национально-территориальных субъектов Федерации. С другой стороны, мультикультура-листский комплекс проблем актуален для России в связи с иммиграцией из стран СНГ. Проблемы мультикультура-лизма связаны также с построением в России гражданского общества, которое не может существовать без толерантного отношения друг к другу отдельных граждан и различных социальных групп, их умения приходить к согласию и учитывать взаимные интересы9. В Конституции РФ закреплена основная идея мультикультурализма, поскольку, следуя общедемократическим установкам, Конституция запрещает, с одной стороны, пропаганду расового, национального и языкового превосходства, с другой — предусматривает особые права для малочисленных народов, носящих характер преференций (например, для малочисленных народов Севера). Таким образом, реализуются основные постулаты мультикультурализма — защита государством отдельных групп, культурно отличных от основной массы населения. Также своеобразным проявлением мультикультурализма в РФ стал принятый в 1996 г. Закон «О национально-культурной автономии» (НКА), цель которого — сохранение самобытности, языка и культуры народов на федеральном и региональном уровнях. На 1 ноября 2009 г. по России было зарегистрировано 736 НКА по 59 национальностям10. В 1998 г. создана Ассамблея народов России, региональная деятельность которой вполне соответствует практике муль-тикультурализма11.

К понятиям, означающим многообразие национального состава, добавляется сегодня понятие «многоконфессиональ-ность». Согласно результатам социологического исследования «Резервы гармонизации социальных отношений в Мордовии», проведенного Научным центром социально-экономического мониторинга Республики Мордовия (НЦСМ РМ) в апреле

2008 г. к православным относят себя 88,2 %, мусульманам — 4,2 %, язычникам — 0,4 %. Ни к какой религии себя не относят 7,1 %. При этом среди русских и мордвы имеются 0,3 % мусульман, а среди татар — 10,6 % православных12. Это касается не только крупных городов, но и небольших населенных пунктов. Однако наиболее влиятельной конфессией на территории Мордовии по-прежнему остается Русская православная церковь. На территории республики на октябрь 2009 г. зарегистрированы и действуют 353 религиозные организации, представляющие 9 конфессий, в числе которых Русская православная церковь, ислам, евангельские христиане — баптисты, христиане веры евангельской — пятидесятники, адвентисты седьмого дня, Церковь Ингрии, свидетели Иеговы, сознание Кришны (вайшнавы), иудаизм13. Православие действует во взаимосвязи (иногда сложной и противоречивой) с другими религиозными организациями и явлениями, иногда и с язычеством. Оживление традиционных мордовских языческих верований и обрядов, стремление некоторых лидеров национального движения возродить языческую религию следует считать одной из особенностей современной этноконфессиональной ситуации в Мордовии.

Многоконфессиональность и полиэтничность выдвигают на передний план задачу поддержания толерантных отношений между людьми, принадлежащими к различным конфессиям и этносам. Это требование актуально, оно отражает одну из ценностей современной жизни.

Так, в Конституции Республики Мордовия 1995 г. в ст. 43 п. 3 подчеркивается, что культурная политика Республики Мордовия направлена на создание равных условий для сохранения и развития культуры всех проживающих в ней народов. Республика оказывает содействие в обеспечении национально-культурных и образовательных потребностей граждан мордовской национальности, проживающих за ее пределами14. В Законе РМ от 6 мая 1998 г. № 19-3 «О государственных языках в Республике Мордовия» в ст. 8 говорится, что органы государственной власти РМ обеспечивают на территории республики создание системы образовательных учреждений с обучением на родном языке или изучением родных языков. Право выбора языка воспитания и обучения детей принадлежит родителям или лицам, их за-

меняющим, в соответствии с законодательством РФ15. В ст. 2 Закона РМ от 1 декабря 2004 г. № 93-3 «О государственной поддержке национально-культурных автономий» указано, что органы государственной власти РМ оказывают поддержку национально-культурным автономиям в целях сохранения национальной самобытности, развития национального (родного) языка и национальной культуры, в том числе языка и культуры мордовского народа, компактно проживающего в иных субъектах РФ; создания средств массовой информации в порядке, установленном законодательством РФ и РМ; поддержки национальных традиций и обычаев; возрождения и развития художественных народных промыслов и ремесел; сохранения и обогащения исторического и культурного наследия16.

Население республики не придает принципиального значения этническим различиям в своем социальном поведении, рассматривая их как менее существенные по сравнению с экономическими, классовыми, властными, территориальными, социально-демографическими. Однако потенциальные причины межэтнической напряженности в республике существуют. Хотя этническая неприязнь в республике не имеет массового характера, по данным исследования НЦСЭМ, с ней все же сталкивались около 20 % респондентов, такова же доля опрошенных, декларировавших свою неприязнь к представителям каких-либо национальностей17. Не в последнюю очередь проявляющаяся напряженность связана с увеличением масштабов трудовой миграции в республику иностранных рабочих из стран СНГ. Население республики в основном игнорирует необходимость привлечения рабочей силы из-за рубежа и относится с предубеждением к мигрантам-иностранцам. Устранение этого предубеждения потребует дополнительных мер в области миграционной и внутренней политики Мордовии.

Все проблемы межнациональных отношений находятся под пристальным вниманием органов государственной власти Мордовии. Их главной задачей является предотвращение националистических и экстремистских тенденций в развитии межэтнических отношений, использования «национальной карты» радикальными элементами любого толка.

Возрастает роль этнокультурных организаций, призванных стать элементом гражданского общества, самостоятельно

решающих вопросы сохранения этнической самобытности, развития языка, образования, национальной культуры. Основными общественными организациями республики являются Мордовская республиканская общественная организация «Общество татарской культуры „Якташлар"» («Земляки»), Мордовский республиканский общественный фонд спасения эрзянского языка, Общественная организация «Союз тавлин-ских мастеров „Эрьмезь"», Межрегиональное общественное движение мордовского (мокшанского и эрзянского) народа, Городская общественная организация «Народный фронт эрзян», Мордовский региональный финно-угорский общественный фонд культурного и экономического сотрудничества «Масторава», Местная национально-культурная автономия украинцев г. Саранска Республики Мордовия, Мордовская республиканская молодежная организация «Фольклорно-эт-нографическая студия „Торама"», Молодежное общественное движение мордовского народа Республики Мордовия, Межрегиональное общественное движение мордовского (мокшанского и эрзянского) народа и Некоммерческая ассоциация «Поволжский центр культур финно-угорских народов». Каждое общественное движение республики вносит свою лепту в укрепление межнационального согласия народов республики.

Растет и активность общественных объединений республики в сотрудничестве с финно-угорским миром. В РМ все чаще стали проходить заседания Консультативного Комитета финно-угорских народов, а также проведение международных конференций по линии Всемирного конгресса финно-угорских народов.

Особое значение в республике придается изучению национальных языков в дошкольных учреждениях и школах. В ряде дошкольных учреждений организованы кружки по изучению мордовских языков. Ряд детских садов работает на основе специальных программ, позволяющих детям усваивать основы мордовской культуры. Знаковым событием в этом контексте явилось проведение 31 октября 2007 г. в Поволжском центре культур финно-угорских народов межрегионального семинара-совещания работников дошкольных учреждений по вопросам национально-регионального компонента в учреждениях дошкольного образования.

Органами государственной власти Мордовии принимаются конкретные меры по созданию условий для сохранения единства и творческой самобытности этносов, гармонизации интересов проживающих в регионе этнических групп. Деятельность республиканских властей направлена на предотвращение экстремизма, укрепление межнационального, межконфессионального согласия и сотрудничества во всех сферах жизнедеятельности общества.

Не меньшую роль в гармоничном развитии межнациональных отношений в республике играют национальные СМИ («Мокшень правда», «Ислам в Мордовии», «Татарская газета», «Юлдаш», «Якстерь тяштеня» («Красная звездочка») и «Чилисема» («Восход»)). В региональной прессе освещаются основные события сферы этнокультурных отношений, но внимание уделяется не только достижениям, но и проб-лемам (например, в сфере национального образования). Печатные издания являются важным фактором формирования национального самосознания мордовского народа, пропагандирующим ценности культуры, достижения в областях науки, сельского хозяйства, строительства, спорта. Развитие системы межэтнической коммуникации посредством СМИ и использование ресурсов массмедиа для укрепления общенациональных ценностей на региональном уровне — одни из наиболее перспективных направлений реализации этнокультурной политики в Мордовии.

В целом межэтнические отношения в Республике Мордовия являются стабильными, с отсутствием выраженного этнического доминирования, сепаратистских тенденций и конфликтов с федеральным центром, массовых социальных движений под этническими лозунгами и вспышек этнического насилия. Можно утверждать, что стабильная межэтническая ситуация в Мордовии является результатом эффективной деятельности организаций гражданского общества и продуманной государственной региональной национальной политики.

Однако действия общественных организаций и власти пока не скоординированы в достаточной мере, не существует прочных связей между различными сферами реализации национальной политики (культурой, образованием, наукой, СМИ), не всегда используется положительный опыт других регионов и государств, до конца не раскрыт потенциал институтов гражданского общества.

Для развития и укрепления мультикультурных ценностей в Мордовии важной представляется разработка региональной концепции мультикультурного развития, которая задала бы четкие ценностные ориентиры дальнейшего взаимовыгодного сосуществования различных национальных культур. При этом в концепции необходимо учесть как теоретические основания мультикультурализма, разработанные в отечественных и зарубежных философских, политологических и социологических концепциях, так и позитивный опыт взаимодействия национальных культур, накопленный в республике. Создание такой концепции возможно при условии тесного взаимодействия государства и широкой общественности. Работа по формулировке основных положений и признаков этого документа способна обозначить основные сферы, где взаимодействие различных общественных сил будет наиболее плодотворным, а также выявить перспективы будущего культурного развития региона. Эта работа особенно актуальна в преддверии тысячелетия единения мордовского народа с народами российского государства.

Таким образом, мультикультурализм, предлагая легитимацию различных форм культурного разнообразия, выраженную формулой «интеграция без ассимиляции», представляется одним из наиболее многообещающих методов решения проблем в этнокультурной сфере. Однако необходим учет всех концепций, идей, ценностей, предложенных в теории мультикультурализма при определении ориентиров национальной и культурной политики региона. С другой стороны, в процессе формирования основ мультикультурной политики России в целом необходимо активно использовать не только зарубежные концепции и нормативные документы, но и свой региональный опыт, в частности опыт межнационального взаимодействия, накопленный в Республике Мордовия.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: Куропятник А.И. Мультикультурализм: проблемы социальной стабильности полиэтнических обществ. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2000. С. 7.

2 Цит. по.: Федеральное агентство по образованию Российской Федерации. URL: ifl.uspu.ru/.../kafedra_english/tezis2009.doc (дата обращения: 11.03.2010).

3 См.: Мальковская И.А. Глобализация и транскультурный вызов незападного мира // Социол. исслед. 2005. № 12. С. 4.

4 См.: Борисов А.А. Американские консерваторы и мультикультурализм: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Пермь, 2000. С. 5.

5 См.: Kymlicka W. Politics in vernacular: Nationalism, Multiculturalism and Citizenship. Oxford: Oxford University Press, 2001. P. 265.

6 См.: Canadian Multiculturalism Act 1985, c. 24 (4th Supp.). URL: http://laws.justice.gc.ca/eng/C-18.7/20100309/page-0.html?rp2=SEARCHAD-VANCED&rp3=AD&rp4=bool& rp5=Canadian%20Multiculturalism%20Act&rp-

6 = 9&rp7 = 3&rp16 = 2010&rp9=cs &rp10=L&rp13=50#idhit1 (дата обращения: 09.03.2010).

7 См.: National Agenda for a Multicultural Australia. URL: What is mu-lticulturalism? // www.multiculturalaustralia.edu.au/doc/multoff_1.pdf (дата обращения: 09.03.2010).

8 См.: Мальковская И.А. Глобализация и транскультурный вызов ... С. 4.

9 См.: Мультикультурализм и этнокультурные процессы в меняющемся мире / под ред. Г.И. Зверевой. М.: Аспект Пресс, 2003. С. 16.

10 См.: Перечень национально-культурных автономий, действующих в России, по состоянию на 01.10.2009. URL: http://www.minjust.ru/com-mon/img/uploaded/docs/2009.11.30_NKA_na_01.10.2009.xls (дата обращения: 11.03.2010).

11 См.: Дерябина С.Р. Россия и опыт мультикультурализма: за и против // Этнопанорама. 2005. № 1—2. С. 15.

12 См.: Богатова О.А. Религиозность населения Мордовии как фактор гармонизации социальных отношений // Факторы и механизмы гармонизации социальных отношений в Республике Мордовия: моногр. Саранск, 2009. С. 54—55.

13 См.: Прокуратура предупреждает об опасности религиозного экстремизма // Изв. Мордовии. 2009. 15 окт. № 155. С. 4.

14 См.: Конституция Республики Мордовия. Саранск: Тип. «Красный Октябрь», 1997. С. 12—13.

15 См.: Закон Республики Мордовия от 6 мая 1998 г. № 19-З «О государственных языках в Республике Мордовия» // Изв. Мордовии. 1998.

7 мая. № 82. С. 3.

16 См.: Закон Республики Мордовия от 1 декабря 2004 г. № 93-3 «О государственной поддержке национально-культурных автономий» // Изв. Мордовии. 2004. 7 дек. № 185. С. 3.

17 См.: Богатова О. А. Гармонизация межэтнических отношений в Республике Мордовия // Факторы и механизмы гармонизации социальных отношений в Республике Мордовия ... С. 150.

Поступила 11.03.10.