Эволюция длинных волн мирового хозяйства

В. Г. Клинов

ЭВОЛЮЦИЯ ДЛИННЫХ ВОЛН МИРОВОГО ХОЗЯЙСТВАi

В статье рассматривается переход от концепции больших циклов экономической конъюнктуры Н.Д. Кондратьева к современной эндогенной концепции длинных волн. Выявляются особенности долгосрочных тенденций развития мирового хозяйства в XXI в., связанные с обострением конкуренции со стороны крупных развивающихся стран, изменением соотношения сил между передовыми странами и остальным миром и их влиянием на темпы мирового развития. Оценивается роль информационно-коммуникационной техники (ИКТ) в формировании восходящей волны начала XXI в. и перспективы решения проблемы занятости экономически активного населения.

Теоретические представления о циклическом, или волновом характере долгосрочных тенденций в мировом экономическом развитии меняются и уточняются вместе с совершенствованием статистической базы исследований макроэкономических процессов, углублением представлений о механизмах экономического роста, формированием новых направлений НТП и со сдвигами в структурах мирового хозяйства. Особую актуальность приобретает анализ модификации современного большого цикла в связи с особенностями ИКТ как локомотива восходящей волны начала XXI в. и обострением конкуренции между развитыми и крупными быстро-развивающимися странами.

Предыстория. Предположения о существовании больших циклов, или длинных волн экономической конъюнктуры, высказывались исследователями среднесрочных промышленных циклов на рубеже XIX и XX вв. В то время статистические возможности наблюдения за циклическими процессами были крайне ограниченными. О глубине кризисных явлений в рамках среднесрочных циклов в XIX в. судили по описаниям экономических потрясений в прессе, которые свидетельствовали о периодическом умножении числа обанкротившихся предприятий, возрастании массы людей, обнищавших вследствие потери работы, дефляции цен и сокращении экспорта. Даже в наши дни эти сообщения в прессе остаются единственным источником информации о тяжести циклических фаз сжатия национальных экономик в первой половине XIX в.

На основе такого рода наблюдений и статистической информации многие исследователи среднесрочных циклов XIX в. пришли к выводу о регулярной смене длительных благоприятных и неблагоприятных состояний экономической конъюнктуры средней продолжительностью примерно в четверть века. Во второй четверти XIX в. циклические сжатия были более масштабными по сравнению с первой четвертью. В третьей четверти наблюдалось ослабление периодических кризисных явлений по сравнению со второй, а в четвертой четверти кризисные явления усилились относительно третьей.

Отсутствие надлежащей статистической основы для исследования циклических процессов позволяет говорить о догадках, а не сколько-нибудь обоснованных гипотезах существования больших циклов экономической конъюнктуры к началу XX в. Такие предположения высказывали А. Л. Гельфанд (А.Л. Парвус), А. Афталион, Г. Кассель, К. Каутский, В.Т. Лейтон, Ж. Лес-кюр, Г. Л. Мур, А. Шпитгоф [1, с. 175, 208, 294, 299, 455-456, 475-476, 481].

Н.Д. Кондратьев, разрабатывая концепцию больших циклов, мог опереться в основном на динамические ряды цен на продукцию сырьевых отраслей: сельского хозяйства, добывающей промышленности, а также цен на металлы. Сырье, относящееся к категории благ краткого пользования, обладает низкой эластичностью спроса по ценам. Экономика указанных отраслей отличается высокой капиталоемкостью и низкой эластичностью предложения. Спрос и предложение меняются на рынке сырьевых това-

1 Статья подготовлена на основе исследования, выполненного в рамках гранта Российского гуманитарного научного фонда (проект № 14-02-00330).

ров в меньшей степени, чем цены. Соответственно в случае нарушения равновесия спроса и предложения должны измениться в существенно большей степени цены и на достаточно продолжительный срок, чтобы произошло восстановление нарушенного равновесия. Для динамики цен на подобные товары в XIX и начале XX вв. характерны значительные амплитуды колебаний, имевшие долгосрочный характер.

Агрегированные индексы цен товаров указанных групп представлены в докладе Н. Кондратьева «Большие циклы экономической конъюнктуры» (1926 г.). Динамика цен Великобритании (Англии) охватывает период с 1750 г. до середины 1920-х годов, США (САСШ) - с 1790 г. до середины 1920-х годов и Франции - от 1855 г. до середины 1920-х годов. Все они демонстрируют преобладание повышательной тенденции цен в восходящей волне (улучшения) и понижательной - в нисходящей волне (ухудшения экономической конъюнктуры) в сроки, названные Н. Кондратьевым.

Повышательная волна первого цикла продолжалась, по Н. Кондратьеву, с 1789 по 1814 г. (25 лет), понижательная - с 1814 по 1849 г. (35 лет). Общая продолжительность первого цикла составила 60 лет. Повышательная волна второго цикла началась в 1849 и закончилась в 1873 г. (24 года). Понижательная волна - с 1873 по 1896 г. (23 года). Общая продолжительность второго цикла - 47 лет. Повышательная волна третьего цикла началась в 1896 и завершилась в 1920 г. (24 года) [1, с. 180-181].

Схема Н. Кондратьева соответствовала ситуации, когда сырьевые отрасли были доминирующими и наиболее быстроразвивающимися в экономике передовых стран вплоть до первой трети ХХ в. Не случайно мощь экономики стран в то время определялась объемами выплавки чугуна и стали, добычи каменного угля и железной руды. В мировом экспорте доля сырьевых товаров была преобладающей до 1955 г. Соответственно повышение цен на сырьевые товары благоприятно отражалось на положении не только сырьевых отраслей, но и экономики в целом.

Современная концепция длинных волн. В настоящее время, когда рост мирового хозяйства задается развитием обрабатывающей промышленности как основы модернизации всех отраслей национальных экономик, повышение цен на сырье для обрабатывающего комплекса негативно сказывается на темпах экономического роста. Современная эндогенная концепция длинных волн экономического развития увязывает их динамику не с траекторией движения цен, а с воздействием на экономический рост научно-технического и организационного прогресса.

Авторы данной концепции обратили внимание на циклический характер инновационной активности и связанной с ней изобретательской деятельности. Систематизация данных о крупных нововведениях, распространение которых интенсифицировало экономический рост в восходящих волнах больших циклов в XIX-XX вв., показала, что пики перспективных нововведений приходились на наиболее застойные периоды нисходящих волн долгосрочных циклов. По данным Г. Менша, Я. ван Дейна, К. Фримэна, Х.-Д. Хауштайна и Э. Нойвирта, рекордными по числу крупных нововведений были 1820-е годы (9), 1880-е (26) и 1930-е (31). В предшествующие и последующие десятилетия по отношению к пиковым периодам число крупных нововведений было существенно меньше: в 1810-х - 3 и в 1830-х годах - 6; в 1870-х - 12 и в 1890-х - 18; в 1920-х - 17 и в 1940-х - 20 [2, с. 65, 183].

Выявление определяющей роли технических нововведений в формировании длинных волн не означает, что гипотеза больших циклов Н. Кондратьева устарела. Несмотря на объективные статистические ограничения своего времени, Н. Кондратьев в своих размышлениях по поводу «эмпирических правильностей», или по-современному «стилизованных фактов», предугадал эволюцию концепции длинных волн. Он отмечал, что каждый большой цикл начинается с крупного переворота в технике производства. При этом поиски в области новых направлений в развитии техники усиливаются в нисходящей волне большого цикла, когда резко падает отдача капиталовложений в зрелые и старые отрасли. Крупномасштабные капиталовложения в распространение новой техники, дающие высокую отдачу, становятся основой механизма развертывания восходящей

волны [1, с. 199-202, 219-226]. Современные исследования длинных волн подтверждают мысль Н. Кондратьева о том, что «развитие техники включено в ритмический процесс развития больших циклов» [3, с. 383].

Важным достижением в разработке современной концепции больших циклов, или длинных волн экономического развития, было выделение конструкторских и

технологических нововведений (product & process innovations) как двух ветвей научно-технического прогресса (НТП). Конструкторская ветвь отличается высокой ресурсоемкостью. Она требует вложений капитала в новые производства и модернизацию зрелых отраслей. Технологическая сберегает ресурсы, снижает затраты на единицу продукции. Эксплуатация первой ветви НТП доминирует в восходящей, второй - в нисходящей волне. С особой силой смена длительных состояний конъюнктуры сказывается на занятости рабочей силы, поскольку она менее мобильна по сравнению с капиталовложениями [4, с. 35-36].

Исследования больших циклов экономической конъюнктуры, или длинных волн экономического развития должны основываться на выявлении связей динамики мирового экономического развития с динамикой научно-технического и организационного прогресса. Наилучшей статистической основой может служить система национальных счетов. В первую очередь показательны длительные тенденции динамики производительности труда и реального ВВП в расчете на душу населения. Система показателей, о которой мечтал Н. Кондратьев, начала разрабатываться в Великобритании и США лишь в 1930-х годах, а получила распространение после Второй мировой войны.

Для анализа длительных тенденций развития экономической конъюнктуры и выявления больших циклов нужны ряды экономических показателей продолжительностью во многие десятки или даже сотни лет. Были осуществлены ретроспективные оценки динамики реального ВВП и ВВП на душу населения передовых стран, в частности в работах Э. Мэдисона [5].

Динамика производительности труда народного и мирового хозяйств (реального ВВП на одного занятого в производстве или на человеко-час рабочего времени) позволяет выявить интенсивную составляющую экономического роста, динамика которой меняется в основном под воздействием НТП. В соответствии с тремя методами расчета ВВП появилась также возможность отслеживать изменения под влиянием НТП в отраслевой структуре хозяйства, распределении доходов и структуре конечного потребления.

Показатель производительности труда в расчете на одного занятого (полное рабочее время) занижает эффект НТП, поскольку учитывает рост выпуска продукции, но не учитывает увеличения свободного времени в результате сокращения продолжительности рабочего дня, недели и года. Показатель производительности труда в расчете на единицу рабочего времени отражает эффект не только НТП, но и повышения интенсивности труда при сокращении продолжительности рабочего времени. Эффект НТП, по мнению Э. Денисона, находится в промежутке между темпами прироста в расчете на одного занятого и на единицу рабочего времени [6].

Восходящая волна характеризуется тенденцией к повышению темпов прироста ВВП, а нисходящая - к снижению. Динамика производительности труда в передовых странах связана с интенсивным накоплением научно-технического потенциала в нисходящей волне и масштабным его использованием в восходящей волне большого цикла.

Наиболее проста для расчета и весьма показательна для статистического анализа длинных волн динамика реального ВВП в расчете на душу населения. В длительной перспективе этот показатель мало отличался от динамики производительности труда в XX в. ввиду связи между динамикой численности населения и рабочей силы, что может быть объяснено на основе приводимых ниже формул и подтверждено данными табл. 1:

AGDP = AGDP / L + AL,

AGDP -AL = AGDP / L,

AGDP -AP = AGDP / P,

AL « AP ,

AGDP /P « AGDP /L,

где Д - среднегодовой темп прироста; GDP - ВВП; L - рабочее время, затраченное на производство ВВП (чел.-час); P - численность населения страны; GDP/L - производительность труда; GDP/P - ВВП на душу населения страны.

Таблица 1

Среднегодовой темп прироста экономики США в 1871-2013 гг., %

Период (годы) ВВП Численность населения Численность работников Длина рабочего года ВВП на единицу:

населения занятой рабочей силы рабочего времени

1871-1900 4,25 2,45 2,5 -0,3 1,8 1,75 2,05

1901-1950 3,1 1,4 1,4 -0,7 1,7 1,7 2,4

1951-1973 3,75 1,45 1,6 -0,4 2,3 2,15 2,55

1974-1995 3,1 1,4 1,75 -0,25 1,7 1,35 1,6

1951-1995 3,4 1,4 1,7 -0,3 2,0 1,7 2,0

1996-2007 3,6 1,3 1,3 -0,6 2,3 2,3 2,9

1996-2013 2,75 1,1 0,8 -0,55 1,65 1,95 2,5

Источник: [2, с. 28-29; 7, p. 385].

В США показатели динамики ВВП на душу населения (табл. 1) были близки к показателям динамики производительности труда в расчете на одного занятого в конце XIX и первой половине XX вв., тогда как динамика показателя производительности труда в единицу рабочего времени была существенно выше. Во второй половине XX в. сблизились показатели динамики ВВП на душу населения и на человеко-час рабочего времени. При этом в восходящей волне (1951-1973 гг.) производительность труда в расчете на единицу рабочего времени росла быстрее ВВП на душу населения, а в нисходящей (1974-1995 гг.) - медленнее.

В восходящей волне начала XXI в. динамика производительности труда в расчете на человеко-час рабочего времени стала намного превышать динамику ВВП на душу населения, что является следствием обострения конкуренции со стороны крупных развивающихся стран и результатом применения ИКТ. Чтобы конкурировать с крупными развивающимися странами, располагающими громадными ресурсами дешевой рабочей силы, следует повышать производительность труда и не в меньшей степени ВВП. Рост производительности труда в расчете на одного занятого, более быстрый, чем ВВП на душу населения, как это было в 1996-2010 гг., вызывает увеличение безработицы. Численность безработных в США в связи с рецессией 2007-2009 гг. увеличилась с 7 млн. в 2006 г. до 14,8 млн. в 2010 г. Норма безработицы при этом повысилась с 4,6 до 9,8% [7, р. 380-381].

Несмотря на негативное влияние Великой рецессии, показатели динамики производительности труда в 1996-2013 гг. были существенно выше, чем в период нисходящей волны 1974-1995 гг., за исключением показателя среднегодового темпа прироста ВВП на душу населения, который оказался ниже. Это дает основание для анализа модификации длинной волны в начале XXI в. Не исключено, однако, что с завершением среднесрочного цикла в интервале 2014-2018 гг. среднегодовой темп прироста ВВП на душу населения США будет выше, чем в нисходящей волне 1974-1995 гг.

НТП выступает главным фактором экономического развития для страны-лидера. В XIX в. лидером была Великобритания, а в XX и XXI вв. - США. Национальные особенности развития оказывают определенное влияние на возможности использования достижений НТП, однако для совокупности передовых стран он остается доминирующим фактором экономической динамики. Соответственно о сроках восходящих и нисходящих волн можно судить по величине среднегодового темпа прироста ВВП на душу населения страны-лидера и совокупности передовых стран. В XIX и XX вв. передовые страны были основной силой мирового экономического развития.

Ретроспективные оценки динамики ВВП передовых стран второй половины Х1Х и первой половины ХХ вв. были существенно, а для США второй половины Х1Х в. - кардинально изменены А. Мэдисоном в 2003 г. [5] по сравнению с оценками, данными им в своей работе 1982 г. [8]. Это, однако, не внесло принципиальных изменений в представление о длинноволновом характере развития передовых стран.

В Х1Х и ХХ вв., как видно из табл. 2, среднегодовой темп прироста ВВП на душу населения страны-лидера и совокупности развитых стран был выше в восходящей волне, чем в предшествующей и последующей нисходящей волне. Признаки модификации длинных волн появляются в ХХ1 в. еще до рецессии 2008-2009 гг.

Таблица 2

Среднегодовые темпы прироста ВВП на душу населения передовых стран

и мира в 1851-2013 гг., %

Страна 1851- 1876- 1897- 1930- 1951- 1974- 1996- 1996-

1875 гг. 1896 гг. 1929 гг. 1950 гг. 1973 гг. 1995 гг. 2007 гг. 2013 гг.

Великобритания 1,6 1,0 0,8 1,1 2,4 1,9 2,8 1,55

США 1,5 1,35 2,1 1,5 2,55 1,8 2,2 1,5

Франция 1,3 0,9 1,7 0,6 4,05 1,8 1,6 0,9

Германия 1,6 1,25 1,2 -0,4 5,0 2,15 1,5 1,35

Италия 0,55 0,2 1,95 0,6 4,95 2,35 1,3 0,25

Канада 1,2 1,2 2,45 1,8 2,8 1,45 2,2 1,6

Япония 1,25 2,0 0,25 8,05 2,8 1 0,7

Средние итоги по

группам стран

Первые шесть 1,45 1,1 1,7 1,2 3,35 1,95 2,1 1,1

Семерка 1,2 1,7 1,05 3,7 2,1 1,95 1,25

ОЭСР 3,2 2,0 2,05 1,5

Мир 2,9 1,2 1,9 1,5

Источники: [5; 9].

В 1996-2007 гг. показатели экономического развития были выше, чем в предшествовавшей нисходящей волне (1974-1995 гг.), только в странах, придерживающихся англосаксонской модели капитализма: США, Великобритании и Канаде. В странах континентальной Европы (модель социального рыночного хозяйства) - Германии, Франции и Италии, а также в Японии - они были ниже. Это говорит о том, что страны «Большой семерки», не принадлежащие к англосаксонской модели, в большей степени пострадали от конкуренции со стороны крупных быстроразвивающихся стран.

Выдвижение развивающихся стран на передовые позиции по экономическому росту подтверждается тем, что в 1996-2013 гг. (начало восходящей волны большого цикла) темпы прироста ВВП на душу населения совокупности передовых стран оказались ниже, чем в 1974-1995 гг. (нисходящая волна долгосрочного цикла), а соответствующий мировой показатель оставался более высоким в 1996-2013 гг., чем в нисходящей волне большого цикла, хотя и меньшим, чем в 1996-2007 гг.

Отражение волнового характера развития в структурах ВВП. Более совершенная статистическая база второй половины ХХ в. позволяет проследить развитие большого цикла по динамике нормы вложений в основной капитал, изменениям в отраслевой структуре ВВП развитых стран и мира и распределении первичных доходов.

Средняя норма вложений в основной капитал развитых стран повышалась в восходящей волне большого цикла второй половины ХХ в. с 17,5% ВВП в 1950 г. до 25,4 в 1973 г. (табл. 3).

В нисходящей волне норма снизилась до 21,5% в 1994 г. Начало новой восходящей волны (первой четверти ХХ1 в.) ознаменовалось повышением данного показателя до 22,1% в 2007 г., снижением до 19,1% в 2010 г. под влиянием динамики среднесрочного цикла, а затем вновь повышением до 19,4 % в 2012 г.

Таблица 3

Средняя норма вложений в основной капитал в 1950-2012 гг., % ВВП

1950 г. 1960 г. 1965 г. 1973 г. 1994 г. 2007 г. 2012 г.

Мир 21,6 21,7 24,7 22,4 23,1 21,4

Развитые страны 17,5 21,4 22,3 25,4 21,5 22,1 19,4

Остальной мир 18,9 21,7 25,6 27,6 29,9

Источник: [9; 10].

В восходящей волне второй половины XX в. в развитых странах норма вложений в основной капитал достигла более высокой отметки (1973 г.), чем в мире. В нисходящей волне (1994 г.) и в последующей восходящей волне нового цикла ситуация изменилась в пользу развивающихся стран, и мировая норма вложений в основной капитал стала превышать аналогичный показатель группы развитых стран. В 1995-2007 гг. норма вложений в основной капитал в развитых странах и мира в целом повышалась, что соответствует стандартной модели развития длинных волн.

Под влиянием рецессии 2008-2009 гг. нормы вложений в основной капитал развитых стран и мира оказались ниже показателей предшествовавшей понижательной волны. Это еще один возможный симптом модификации длинных волн в XXI в. Поскольку, однако, 2012 г. не завершает среднесрочного цикла, то не исключено, что в интервале 2014-2018 гг. нормы вложений в основной капитал развитых стран и мира превысят низкие отметки нисходящей волны 1994 г.

Изменения в отраслевой структуре в основном отражают однонаправленные вековые тенденции к понижению или повышению доли отрасли под влиянием НТП. Тенденция к понижению характерна для сырьевых отраслей ввиду уменьшения физических норм расхода сырья на единицу готовой продукции. Поскольку структура ВВП оценивается в текущих ценах, то динамика цен на сырье, превышающая темп изменения общего уровня цен, может ослабить и нейтрализовать сокращение доли, обусловленное уменьшением физических норм расхода сырья и топлива на единицу конечной продукции.

Для сельского хозяйства динамика его доли в ВВП в развитых странах связана также с низкой эластичностью спроса на продовольствие по доходам. Доля продукции сельского хозяйства в ВВП передовых стран снизилась с 8,9 в 1950 г. до 1,9% - в 1996 г., а доля добывающей промышленности в ВВП в те же годы - с 3,1 до 1,1%.

Постоянная тенденция к увеличению доли в ВВП характерна для комплекса отраслей услуг. Они играют все большую роль в формировании научно-технического потенциала и человеческого капитала. Многие услуги обладают высокой эластичностью спроса по доходам. В то же время некоторые отрасли данной сферы отстают в области повышения производительности труда, что ведет к перераспределению рабочей силы в сферу услуг. Совокупная доля этого комплекса в ВВП «Большой семерки» увеличилась с 51,8% в 1950 г. до 71,6% в 1996 г. [11, с. 215-216]. В развитых странах в целом, а тем более в мире, этот показатель в 1996 г. был ниже: 68,2 и 64,4%, соответственно.

Влияние большого цикла сказалось на динамике наукоемких отраслей обрабатывающей промышленности, машиностроения и химической индустрии в третьей четверти XX в. В ВВП «Большой семерки» их доля достигла максимума в 1968 г. и составила 17,3%, увеличившись на 2 проц. п. по сравнению с 1960 г. Доля остальных отраслей обрабатывающей промышленности за это же время снизилась на 3 проц. п. - до 14%. В целом доля обрабатывающей промышленности «семерки» стран снизилась с 32,3% в 1960 до 31,3 в 1968 г.

Восходящая волна второй половины XX в. в динамике наукоемких отраслей завершилась на пять лет раньше, чем в динамике таких определяющих показателей, как ВВП на душу населения и норма вложений в основной капитал. Последний год, за который есть данные, раскрывающие структуру обрабатывающей промышленности в статистике ОЭСР - 1996. Он приблизительно соответствует окончанию нисходящей волны большого цикла. К этому времени доля обрабатывающей промышленности в развитых странах уменьшилась до 20,4%. Снизились доли всех составляющих обрабатывающей промышленности. Доля наукоемких отраслей сократилась в меньшей степени - на 4,3 проц. п., т.е. до 13% ВВП «Большой семерки», а вклад остальных отраслей сократился на 6,6 проц. п. - до 7,4% [11, с. 216-217].

Снижение доли обрабатывающей промышленности в ВВП развитых стран и мира продолжалось и в восходящей волне большого цикла в 1996-2012 гг. Изменение отраслевой структуры передовых стран и мира в отрезке восходящей волны

(1998-2011 гг.) показано на рис. 1 [9].

%

Рис. 1. Динамика отраслевой структуры ВВП развитых стран и мира в 1998-2011 гг.:

Мир Развитые страны

— услуги; — — услуги;

--обрабатывающая промышленность; -----обрабатывающая промышленность;

-А- добывающая промышленность; -л- добывающая промышленность;

-♦- сельское хозяйство -О- сельское хозяйство

В США в восходящей волне 1996-2012 гг. доля обрабатывающей промышленности снизилась в еще большей степени. В 1995 г. она составила 17,4%, в 2012 г. -12,5% ВВП. Доля наукоемких отраслей в целом уменьшилась за те же годы с 10,1 до 8,1%, а машиностроительного комплекса - с 7,5 до 5,4%. В том числе доля выпуска устройств ИКТ снизилась с 1,8 до 1,6%. Доля услуг, связанных с разработкой программного обеспечения (ПО), повысилась с 0,7 до 1,4%.2

Уменьшение доли наукоемких отраслей (табл. 4), несмотря на опережающий рост в реальном выражении, связано с тем, что цены на их продукцию снижались или существенно отставали от повышения общего уровня цен.

Первая причина успешного развития ИКТ в реальном выражении и одновременного уменьшения вклада этих отраслей в ВВП, в текущих ценах, заключается в

2 Здесь и далее показатели по США рассчитаны по [12], исключая случаи, где есть ссылки на другие источники.

чрезвычайно интенсивной эксплуатации технологической ветви НТП. Производительность труда в расчете на одного занятого в производстве устройств ИКТ возрастала в 1998-2012 гг. в среднем на 16,1% в год. Благодаря этому стремительно снижались издержки производства и цены на электронные изделия.

ИКТ играет роль локомотива в развитии машиностроения и в формировании восходящей волны начала XXI в. Это в свою очередь объясняет, почему не только в производстве электронных изделий, но и в машиностроении в целом затраты на единицу продукции и цены снижались или росли медленнее, чем в других отраслях обрабатывающей промышленности (табл. 4).

Таблица 4

Сравнительная динамика* наукоемких отраслей обрабатывающей промышленности США, 1996-2012 гг.

Отрасль Цены

2009 г. Индекс Текущие

1. ВВП 2,4 2,25 4,65

2. Обрабатывающая промышленность (ОП) 2,4 2,1 4,5

3. Наукоемкие отрасли (МX) ** 2,5 1,1 3,6

4. ИКТ 15,9 -11,7 4,2

5. Разница в темпах прироста ОП и ВВП 0,0 -0,15 -0,15

6. Разница в темпах прироста МX и ВВП 0,1 -1,15 -1,05

7. Разница в темпах прироста МX и ОП 0,1 -1,0 -0,9

8. Разница в темпах прироста ИКТ и ВВП 13,5 -13,95 -0,45

9. Разница в темпах прироста ИКТ и ОП 13,5 -13,8 -0,3

* 1-4 позиции — среднегодовой темп прироста; 5-9 позиции — проц. п.

** Машиностроение и химическая индустрия.

Источник: [12].

Весьма интенсивно развивались услуги, связанные с разработкой ПО. В данном сегменте в 1996-2012 гг. среднегодовой темп прироста добавленной стоимости в ценах 2009 г. достиг 9,25%, а среднегодовой темп прироста цен составил всего 0,4%. Производительность труда на одного занятого здесь возрастала в 1998-2012 гг. на 3,8% в год.

Вторая причина успешного развития выпуска и сбыта устройств ИКТ заключается в том, что крупные развивающиеся страны активно включились в развитие ИКТ на условиях международного разделения труда. Значительная часть элементной базы и программного обеспечения создается в развивающихся странах с меньшими издержками производства за счет применения дешевой рабочей силы.

В нисходящей волне доля добавленной стоимости в валовом выпуске устройств ИКТ снижалась. В 1995 г. в США она уменьшилась до 36,8% по сравнению с 39,3 в 1987 г. Это отражало более быстрый прогресс в совершенствовании производства конечной продукции, чем в выпуске комплектующих изделий и программного обеспечения. Повышение доли добавленной стоимости в валовом выпуске устройств ИКТ в восходящей волне начала XXI в. означает более быстрое удешевление комплектующих и программных продуктов за счет их импорта из стран с дешевой рабочей силой. В 2012 г. доля добавленной стоимости в валовом выпуске устройств ИКТ повысилась до 66,3%.

Растущая зависимость США в конце XX в. от импорта услуг, связанных с разработкой ПО, нашла отражение в снижении доли добавленной стоимости в валовом выпуске, которая в 1987 г. равнялась 85,7%, в 1997 - 62,1, а в 2000 - 55,0%. В эти годы наблюдалось отставание в области совершенствования производства данного вида услуг, в результате среднегодовой темп прироста индекса цен за 1978-2000 гг. составил 4,5%.

Резкое повышение эффективности создания программных продуктов нашло отражение в снижении цен в XXI в. В 2001-2012 гг. среднегодовой темп прироста индекса цен составил -0,7%. Это привело к снижению относительной зависимости от импорта услуг, связанных с разработкой ПО. Доля добавленной стоимости в валовом выпуске повысилась до 70,3% в 2012 г.

Темп прироста выпуска устройств ИКТ и ПО в США в 1996-2012 гг. многократно превышал динамику ВВП в реальном выражении, что соответствует логике развития в восходящей волне. Уменьшение доли вклада отрасли в текущих ценах связано с интенсивным снижением затрат на единицу продукции и цен в электронике. Преобладание технологической ветви развития ИКТ над конструкторской, а также интенсификация процесса глобализации являются наиболее важными причинами модификации длинной волны в XXI в. в аспекте влияния на отраслевую структуру.

Изменения в распределении первичных доходов, как и в отраслевой структуре, носят по преимуществу вековой, однонаправленный характер, несмотря на средне- и долгосрочные циклические колебания. В ХХ в. экономическое развитие в передовых странах, переживших две Мировые войны и Великую депрессию, характеризовалось более быстрым ростом трудовых доходов по сравнению с доходами от капитала. В развитых странах доля трудовых доходов в ВВП больше доли доходов от капитала. В развивающихся странах соотношение противоположное. Развитые страны являются импортерами рабочей силы и экспортерами капитала. Развивающиеся страны импортируют капитал и располагают большими резервами дешевой рабочей силы.

Влияние большого цикла на распределение доходов проявлялось в интенсификации вековой тенденции в восходящей волне большого цикла, а в нисходящей волне наблюдалось регрессивное движение, не перечеркивающее вековую траекторию. В конце большого цикла второй половины ХХ в. доля трудовых доходов

оказалась большей, чем в его начале (рис. 2) [9].

%

Рис. 2. Распределение первичных доходов в США:

--вознаграждение за труд;-----валовый доход от капитала;

-О- прибыль;---амортизационные отчисления капитала;

-л- косвенные налоги за вычетом субсидий

В США доля вознаграждения за труд повышалась при среднесрочных циклических колебаниях в восходящей волне до 58,4% в 1970 г. По этому показателю, как

и по динамике наукоемких отраслей, восходящая волна большого цикла закончилась раньше, чем по динамике ВВП на душу населения и по норме вложений в основной капитал. Опережение составило не пять лет, как в предыдущем случае, а три года. Нисходящая волна, согласно динамике, доли вознаграждения за труд завершилась позже на два года. Минимальное значение показателя, отмеченное в 1997 г. равнялось 55,5%.

Восходящая волна большого цикла начала XXI в. при среднесрочных колебаниях ознаменовалась стабилизацией низкой доли вознаграждения за труд. В 2008 г. она составила 55,3%. Затем под влиянием рецессии возобновилось понижение до 52,4% в 2013 г. Это можно оценивать как проявление модификации большого цикла в XXI в.

Доля прибыли до вычета налогов отражала зеркально противоположную тенденцию. В восходящей волне она понижалась, а в нисходящей - преобладала тенденция к повышению. Доля другого вида дохода от капитала - отчислений на амортизацию -преимущественно повышалась, отражая рост вооруженности капиталом.

Повышение доли доходов от капитала в нисходящей волне так же закономерно, как и накопление научно-технического потенциала. И то, и другое обеспечивает ускорение экономического развития в следующей восходящей волне. Рост сбережений развитых стран способствует финансированию венчурных нововведений в нисходящей волне, а также вложений в основной капитал развивающихся стран, где отдача выше.

Доля третьей составляющей структуры первичных доходов - косвенные налоги за вычетом субсидий - отличается большим постоянством.

Преобладание эксплуатации конструкторской ветви НТП в восходящей волне большого цикла, находящее отражение в появлении большого числа новых отраслей производства, способствует росту спроса на ресурсы и снижению безработицы. Это укрепляет позиции наемной рабочей силы на рынке труда. В конце восходящей волны второй половины ХХ в., в 1973 г. норма безработицы в США составила 4,9%. К завершению нисходящей волны, в 1995 г. она равнялась 5,9%. Средняя норма безработицы за годы восходящей волны 1950-1973 гг. составила 4,5%, за годы нисходящей волны 1974-1995 гг. -6,6%. В восходящей волне до рецессии 2008-2009 гг. в 1996-2007 гг. этот показатель снизился до 4,5%, а за период 1996-2013 гг. достиг 6%.

Начало новой восходящей волны развивалось по классическому сценарию до конца ХХ в. В 2000 г. норма безработицы уменьшилась до 4% [7, p. 380; 13, p. 354]. В дальнейшем стала все больше ощущаться конкуренция со стороны крупных развивающихся стран. Она проявилась в росте спроса и цен на сырье и топливо, а также в увеличении отрицательного сальдо торговли продукцией обрабатывающей промышленности. Так, мировая цена на нефть (в долларах 2008 г.) повысилась с 19 долл./барр. в 1998 г. до 100 долл. в 2007 г. [14, с. 153]. Отрицательное сальдо торговли товарами США с Китаем составило 215 млрд. долл. в 2007 г. и 231 млрд. в 2010 г. [14, с. 182]. Соответственно стала повышаться норма безработицы.

Предприниматели используют ухудшение экономической конъюнктуры для рабочей силы, чтобы в условиях роста безработицы вернуть часть своей доли ВВП, утраченной в условиях низкой нормы безработицы. Обострение проблемы занятости и распределения национального дохода связано также с природой ИКТ. В ИКТ даже в восходящей волне преобладает технологическая, а не конструкторская ветвь НТП. Р. Хардинг, редактор по экономическим вопросам отделения газеты Financial Times в США, опираясь на результаты экономической переписи 2012 г., с полным основанием заявил: «Нововведения в области ИКТ имеют тенденцию повышать производительность в большей степени за счет сокращения существующих рабочих мест, чем путем создания новых видов продукции, требующих увеличения затрат труда для их производства»

[15]. Можно предположить, что в нисходящей волне большого цикла преобладание технологической ветви в ИКТ усилится, как это бывает со всеми новыми направлениями НТП после их вступления в фазу зрелости своего жизненного цикла.

Перспективы коренного изменения соотношения сил между развитыми и развивающимися странами. Алогичное поведение среднегодовой нормы вложений в основной капитал в восходящей волне начала XXI в. - важнейший симптом еще не завершившейся перестройки мирового хозяйства. Ситуация такова, что решающая роль в динамике длинных волн переходит от передовых стран к «тяжеловесам» быстроразвивающихся стран, однако вклад развитых стран в мировой ВВП и во вложения в основной капитал пока больше.

За последние два десятилетия XX в. и особенно в начале XXI в. проявилось превосходство крупных развивающихся стран в норме вложений в основной капитал и норме отдачи вложений. Норма вложений в основной капитал крупнейших развивающихся стран повышалась, а ведущих развитых стран снижалась (табл. 5).

Норма отдачи вложений в основной капитал в обозначенные периоды снижалась, однако в развивающихся странах она оставалась намного выше показателей развитых стран

Таблица 5

Среднегодовые нормы вложений в основной капитал и их отдачи в крупнейших экономиках мира в 1980-2011 гг., %

Страна 1980-1989 гг. 1990-1999 гг. 2000-2008 гг. 2009-2011 гг.

вложения отдача вложения отдача вложения отдача вложения отдача

Китай Индия США Япония 29,5 20,1 20,4* 33,4Л 32,9 29,0 16,2* 10,9л 35,0 22,6 18,9** 29,5ЛЛ 31,4 25,2 18,1** 3,7лл 38,2 27,2 19 8*** 24,5ллл 26,3 26,1 12 1*** 4 9ллл 41,4 31,7 17 1**** 22 0**** 23,6 23,8 1 2**** -4 1****

* 1982-1990 гг.: ** 1991-2000 гг.; *** 2001-2007 гг.; **** 2008-2011 гг.; л 1974-1992 гг.; лл 1993-1997 гг.; ллл 1998-2007 гг.

Источник: [16, с. 15-17, 24].

Нормы отдачи вложений в основной капитал рассчитаны в соответствии с представленными ниже формулами. В первой формуле основные величины приведены в текущих ценах. Во второй формуле норма отдачи в процентах равняется темпу прироста реального ВВП (в процентах) в отчетном году (AGDP^, деленному на норму вложений в основной капитал в предшествующем году, выраженную десятичной дробью. Норма вложений рассчитана на базе переменных в текущих ценах. Таким образом, если

AGDP, =

то VA, /CF_i = AGDP, (CF_i /GDPW),

где A - среднегодовой темп прироста (%); t - отчетный период; t-1 - предшествующий период; GDP - ВВП; VA - добавленная стоимость; (GDPt - GDPt-1) - прирост ВВП в денежном выражении; CF - вложения в основной капитал; VAt/CFt-1 - норма отдачи вложений в основной капитал; CFt-1/GDPt-1 - норма вложений в основной капитал.

Превосходство в норме вложений и норме отдачи вложений в основной капитал обеспечило быстрое продвижение крупных развивающихся стран по траектории догоняющего развития. В 2010 г. доля Китая в мировом ВВП достигла 9,2%, увеличившись примерно в пять раз по сравнению с 1990 г. Доля развивающихся стран в целом, включая Китай, в тот же период увеличилась почти в 1,7 раза, составив 34,7%. Доля США за это время сократилась на 3,2 проц. п. - до 22,9%. Доля развитых стран (включая США) в мировом ВВП уменьшилась до 65,3% по сравнению с 79,4 в 1990 г. [14, с. 286].

Приведенные данные основаны на пересчете национальных валют в доллары по валютному курсу. При оценке по паритету покупательной способности (ППС) доля развивающихся стран существенно повышается. По предварительной оценке, ВВП Китая, пересчитанный в доллары по ППС, в 2014 г. превзошел объем ВВП США.

В XXI в. крупные развивающиеся страны превосходят развитые в темпах экономического роста и оказывают большее влияние на динамику мирового ВВП. Вместе с тем развитые страны в 2012 г. сохраняли преимущество по объему вклада в мировой ВВП и по совокупной величине вложений в основной капитал. В 2010 г. мировые вложения в основной капитал составили 13,9 трлн. долл. На развитые страны пришлось 54,6%, а на развивающиеся - 45,3%. За 20 лет доля развивающихся стран увеличилась на 26 проц. п., т.е. ее средний прирост составил 1,3 проц. п. за год [14, с. 286]. В следующие после 2010 г. пять лет доля развивающихся стран в мировых вложениях в основной капитал может прирасти на 6,5 проц. п.

Есть основание полагать, что в 2015 г. более половины мировых вложений в основной капитал придется на развивающиеся страны. В последующие годы динамика вложений в основной капитал развивающихся стран будет определять мировой показатель прироста вложений. Вместе с тем восстановится логика повышения нормы вложений и нормы отдачи вложений в основной капитал в восходящей волне большого цикла, которая продлится примерно до 2021-2030 гг.

В табл. 6 представлена динамика ВВП и ВВП на душу населения мира. Для анализа длинных волн более показательна динамика ВВП на душу населения. В восходящей волне в период 1996-2013 гг. динамика ВВП на душу населения мира и остального мира (без развитых стран) показывает ускорение по сравнению с предшествующей нисходящей волной 1974-1995 гг. Прирост в развитых странах замедлился.

Таблица 6

Среднегодовой темп прироста мирового ВВП в 1961-2013 гг., %

Показатель 1961-1973 гг. 1974-1995 гг. 1996-2008 гг. 1996-2013 гг.

ВВП

мировой 5,3 2,9 3,2 2,8

развитых стран 5,3 2,75 2,6 2,0

остального мира 5,5 3,8 5,25 5,4

ВВП на душу населения:

мировои 3,3 1,2 1,9 1,5

развитых стран 4,2 2,0 2,05 1,5

остального мира 3,2 1,8 3,95 3,9

Источник: [9].

Будет ли динамика развития экономики передовых стран соответствовать логике восходящей волны, во многом зависит от их экономической политики, цель которой - обеспечить повышение производительности труда, достаточное, чтобы выдерживать конкуренцию со стороны крупных развивающихся стран, располагающих гигантскими резервами дешевой рабочей силы. Необходимы соответствующие росту производительности труда темпы экономического развития для достижения приемлемой степени занятости экономически активного населения. Это задача чрезвычайной сложности. Она связана с повышением нормы отдачи вложений в основной капитал для создания достаточного числа конкурентоспособных по своей производительности рабочих мест.

Страны ЕС взяли курс на снижение ставки налогов на доходы и особенно на прибыли корпораций, чтобы в перспективе нивелировать преимущество крупных развивающихся стран в форме более высокой отдачи вложений в основной капи-

тал. Так, за 1995-2013 г. максимальная ставка на прибыли корпораций уменьшилась в среднем на 12,1 проц. п. - до 23,2%, а среднеарифметическая максимальная ставка личного подоходного налога 28-ми стран ЕС снизилась с 47,2% в 1995 г. до 39,4% в 2014 г. [17, р. 142].

Страны ЕС стремятся наполнить государственные бюджеты за счет введения прогрессивных налогов на потребление (налог на добавленную стоимость, НДС), на недвижимое имущество и эксплуатацию невоспроизводимых природных ресурсов. Прогрессия в ставках НДС может ограничить избыточное потребление в пользу большего сбережения и инвестиций в создание новых рабочих мест. Базовая ставка НДС в ЕС повысилась в среднем с 19,3% в 2009 г. до 21,5% в 2014 г. [17, р. 147].

В США конгрессмены-республиканцы предлагают снизить ставки налогов на прибыли корпораций и личные доходы до 25%, ликвидировав одновременно многочисленные льготы в области налогообложения доходов [18]. Предложение Президента США Б. Обамы в отношении налоговой реформы состоит в том, чтобы снизить федеральную ставку налога на прибыли корпораций с 35 до 28%, а для предприятий обрабатывающей промышленности - до 25% [19].

Передовые страны только вступают на путь приспособления к условиям обострившейся конкуренции со стороны крупных быстро развивающихся стран. Без решения этой задачи невозможна глобализация, играющая все большую роль в развитии производительных сил. Не меньшие проблемы в области обеспечения достаточной занятости связаны с развитием ИКТ, благодаря которым все больший объем рутинных операций в различных отраслях производства подвергается программируемой автоматизации. Прирост занятости рабочей силы инженерного уровня квалификации отнюдь не компенсирует снижения занятости менее квалифицированной рабочей силы, потребность в которой сокращается в десятки раз. После завершения восходящей длинной волны развития мирового хозяйства первой четверти XXI в. проблема обеспечения занятости экономически активного населения обострится, несмотря на демографический процесс старения населения.

* * *

Выявленные проблемы неразрывно связаны с модификацией длинноволнового развития мировой экономики в XXI в. По состоянию на 2013 г. симптомами модификации являются более низкие темпы прироста ВВП на душу населения развитых стран в восходящей волне по сравнению с предшествующей нисходящей волной и выдвижение развивающихся стран на передовые позиции в обеспечении роста мирового хозяйства. Модификация восходящей волны начала XXI столетия затронула структуры ВВП:

- нормы вложений в капитал совокупности развитых стран и мира опустились ниже показателей предшествовавшей понижательной волны; мировая норма может превысить показатель понижательной волны в ближайшие годы, а динамика нормы развитых стран будет во многом зависеть от продолжения реформ в области налоговой политики;

- ИКТ в стране-лидере НТП в реальном выражении росли во много раз быстрее ВВП, но их доля в текущих ценах снижалась ввиду преобладания технологической ветви над конструкторской ветвью, а также под воздействием процесса глобализации;

- снизилась доля трудовых доходов в ВВП развитых стран, что связано с высокой нормой безработицы, а в итоге с обострением конкуренции в условиях глобализации и преобладанием в НТП технологической ветви над конструкторской.

Литература

1. Кондратьев Н.Д. Проблемы экономической динамики. М.: Экономика, 1989.

2. Клинов В.Г. Большие циклы конъюнктуры мирового хозяйства. Проблемы анализа и прогнозирования. М.: ВНИИПИ, 1992.

3. Кондратьев Н.Д. Большие циклы конъюнктуры и теория предвидения. М.: Экономика, 2002.

4. Клинов В.Г. Прогнозирование долгосрочных тенденций в развитии мирового хозяйства. М.: Магистр, 2010.

5. Maddison A. The World Economy Historical Statistics. P.: OECD, 2003.

6. Denison E.F. Measurement of Labor Input. Output, Input and Productivity Measurement // Princeton: Princeton University Press, 1961.

7. Economic Report of the President. Washington: USGPO, 2014.

8. Maddison A. Phases of Capitalist Development // Oxford, Oxford University Press, 1982.

9. World Development Indicators. 2014. http://databank.worldbank.org/data/views/reports/tableview.aspx

10. National Accounts of OECD Countries. Paris, OECD, 1970-2014.

11. Клинов В.Г. Экономическая конъюнктура. Факторы и механизмы формирования. М.: Экономика, 2005.

12. Bureau of Economic Analysis. 2014. http://www.bea.gov/itable/

13. Economic Report of the President. Washington: USGPO, 2000.

14. Мировая экономика в начале XXI века. М.: Директ-Медиа, 2013.

15. Harding R. Technology Shakes up US Economy // Financial Times, 2014, March 26.

16. Клинов В.Г. Актуальные проблемы исследования экономической конъюнктуры. М.: Магистр, 2013.

17. Tax Reforms in EU Member States 2014. Brussels, European Commission.

18. Tax reform. The Economist. L., 2014, Jul 13th.

19. Obama Proposes Deal Over Taxes and Jobs //NY Times, 2014, July 30.