Избрать протест

После "Марша миллионов" лидеры оппозиции нацелились на новый проект — выборы в Координационный совет оппозиции. "Огонек" разбирался, что это такое

Российская оппозиция существует уже достаточно, чтобы иметь свои традиции и даже предлагать нововведения. Прошедший "Марш миллионов", как бы то ни было,— дань декабрьской традиции и доказывает, что от постылой стабильности никуда не деться даже протестующим. Зато грядущие в октябре выборы в Координационный совет оппозиции воспринимаются уже как нечто новое. "Мы наконец-таки определим, кто имеет право говорить от имени людей, вышедших на улицы",— надеется оппозиционный избирком.

Посвященные и не очень

Вопрос о легитимности лидеров протестного движения действительно с самого декабря волнует как оппозицию, так и ее противников. И идея с выборами — младенчески непосредственный ответ на этот вопрос. По мысли Оргкомитета протестных действий, который сформировал Центральный выборный комитет (ЦВК), 20-21 октября жители всех регионов России смогут проголосовать за полюбившихся оппозиционеров, чтобы те представляли их интересы в Коорсовете. Кандидаты, поделенные на четыре курии (гражданские неполитические активисты, левые, либералы, националисты), уже зарегистрировались на сайте ЦВК, уплатив за эту честь по 10 тысяч рублей. Каждой из трех политических курий придется ограничиться пятью "советниками", общегражданские бойцы займут аж 30 кресел. Итого в Коорсовете будет 45 человек.

Как во всякую эпоху первоначального накопления капитала, финансового или политического, самое интересное в идеальных планах — контекст. Взять, к примеру, организаторов первых альтернативных выборов. Ясно, что за всю процедуру отвечает Центральный выборный комитет, состав которого известен и мало у кого вызовет нарекания: там есть и эксперты по наблюдению за выборами, и ведущие интернет-технологи. Однако сам ЦВК, как следует из официальных заявлений, был создан и контролируется Оргкомитетом протестных действий. А вот что это за Оргкомитет и как он кого контролирует — информация конспиративнее, чем условия залоговых аукционов.

— Про деятельность Оргкомитета спрашивайте у самого Оргкомитета,— поясняет председатель ЦВК, депутат Екатеринбургской городской Думы Леонид Волков.

Титульный состав "тайной ложи", похоже, у всех на устах: Алексей Навальный, Сергей Удальцов, Илья Пономарев, Борис Немцов, Илья Яшин... Однако же массе уличных протестантов как-то невдомек, что Оргкомитет уже покинули и представители творческой интеллигенции, и ряд политиков (например, Рыжков и Касьянов). Когда идея о выборах оппозиции только анонсировалась в "Манифесте свободной России" — резолюции митинга 12 июня, многих смущало, что текст "Манифеста" утверждался на закрытом заседании Оргкомитета, из 20 с лишним членов которого на тот момент почти половина была активистами "Солидарности", а еще семеро — сотрудничали с "Левым фронтом". Тайные заседания продолжаются и по сей день: как пояснил "Огоньку" член Оргкомитета Илья Яшин, на их встречи с ЦВК журналистов не приглашают, чтобы "не разрушить атмосферы неформального общения".

"Атмосфера неформального общения", видимо, сказывается на отношении к этим выборам лидеров многих зарегистрированных партий.

— Нам, знаете, некогда интернет-кампании проводить, на сайтах регистрироваться,— признается Сергей Митрохин, председатель партии "Яблоко".— У нас в октябре много реальных выборов в регионах, я постоянно в разъездах.

Партия "РПР-Парнас" высказалась еще определеннее, в своей резолюции назвав выборы Коорсовета "политической ошибкой", которая рассорит оппозицию. Лидер партии Владимир Рыжков тоже в разъездах: возглавляет список "РПР-Парнас" на барнаульских выборах. Впрочем, его коллеги и сопредседатели — Борис Немцов и Илья Яшин — доказали, что ссор не боятся и, вопреки резолюциям, кандидатствуют на выборах.

Даже справоросс Илья Пономарев, тоже член Оргкомитета, сомневается в целесообразности задумки:

— Нужно, чтобы в Коорсовет прошли представители регионов, где сильны левацкие настроения, — размышляет политик.— А если там окажутся одни москвичи, то получится партия реванша 1990-х годов. Тогда ну их всех к черту!

Атака троллей

Скепсис реальных партий выдает в них пугливую бережливость: раз уж есть какой-никакой политический капитал, то и нечего его ставить на кон.

— Эта разборчивость может им дорого обойтись,— считает Леонтий Бызов, ведущий научный сотрудник Института социологии РАН.— Классические политические партии устаревают не только у нас, но и в Европе, но там это хоть традиция. А у нас велика вероятность, что раз эти партии не сложились, то уже и не сложатся. Общаться с избирателем придется поверх них.

Канал связи с избирателем "через головы надоевшей партийной номенклатуры" как раз и обещает создать Алексей Навальный — политик, первым анонсировавший выборы в Коорсовет. Чего уж тут удивляться, что "партийная номенклатура", с трудом отстоявшая себя в Минюсте, обиделась. Сам Навальный в Коорсовет с очевидностью пройдет, причем не один, а со товарищи: по крайней мере, семеро зарегистрированных кандидатов имеют прямое отношение к проектам, связанным с его именем (РосЯма, РосУзник, партия "Народный альянс").

Хотя стоит признать, что список кандидатов в его нынешнем виде (номер подписывается за два дня до окончания регистрации) гарантирует избрание любому адекватному активисту (при условии адекватного голосования, разумеется). Входной барьер в этот список — 10 тысяч рублей плюс согласие с "основными целями и ценностями российского протестного движения" — оказался достаточно низок, чтобы туда пролезла масса троллей. Вот, например, кандидат Андрей Ким: вся его агитация и биография сводятся к двум словам — "обычный человек". Станислав Шатов, скромно аттестующий себя как "воин света" и "автор свыше тысячи статей", тоже надеется на всенародное избрание. Программист Артур Терегулов в своем проморолике покоряет аудиторию тем, что рассказывает, как правильно готовить яичницу. А самый безотказный способ агитации выбрал, вероятно, кандидат Юрий Моша, сообщивший: "Все, кто хочет жить в нормальной стране — США, звоните мне в skype. Помогу во всем (с документами, жильем, работой)" После ознакомления с таким списком политическая зрелость и солидность тех же удальцовых-навальных представляется просто неоспоримым фактом.

ЦВК, как и следовало ожидать, уже успел стать жертвой собственной интернет-открытости, когда в списке кандидатов попытался зарегистрироваться дважды судимый по 282-й статье экс-скинхед Максим Марцинкевич (Тесак). Отчасти атака удалась — трое из членов Комитета были не прочь зарегистрировать Тесака, но четверо воспротивились, и бывший нацист пролетел мимо избирательного списка.

— Я сочла, что Марцинкевич указал неверные сведения, написав в заявке о солидарности с ценностями демократического движения, - пояснила свою позицию Юлия Дрогова, член ЦВК от "Гражданина наблюдателя" — одна из тех, кто голосовал против. Возможно это и разумный довод, с учетом того, что почтовый адрес, с которого подавались документы Марцинкевича, по версии Леонида Волкова, принадлежал одной из видных "нашисток".

Впрочем, без оскандалившихся кандидатов список все-таки не обошелся: там теперь значится, например, Борис Стомахин, который в свое время был осужден за разжигание межнациональной розни и продолжает ратовать за "уничтожение России и русских".

Выход — в Сеть

Обилие троллей, фриков, радикалов и прочего "развлекательного контента", конечно, неизбежное следствие работы с интернет-аудиторией. Другое, еще более очевидное следствие — недоверие к процедуре голосования как таковой. Хотя само название "ЦВК" придумано как бы в пику официальному ЦИК: "выборный" вместо "избирательный" и "комитет" вместо "комиссия", сомнения в том, кто проголосует и как посчитают (без накруток ли?), остаются. Доверие скептикам, по мысли ЦВК, должна внушить экспертная группа из пяти человек, помогающая Комитету в электоральном деле. Само по себе присутствие в числе экспертов Ильи Сегаловича, одного из основателей "Яндекса", и Максима Осовского, в недавнем прошлом возглавлявшего отдел развития избирательных технологий РЦОИТ при ЦИКе, добавляет солидности мероприятию.

— Мы разработали очень понятную технологию: на выборах в Координационный совет люди смогут голосовать, не выходя из дома, совершив минимальный платеж со своей банковской карты через интернет,— поясняет Максим Осовский.— Это решает основную проблему: человеку не нужно идти голосовать в специальное место и предъявлять паспорт. Банк уже проверил его документ, выдав карту — дополнительных гарантий не нужно. И траты избирателя не будут превышать 10 рублей плюс обычная комиссия за перевод.

Юлий Нисневич, профессор кафедры политического поведения НИУ ВШЭ, эксперт в области электронного государства, вспоминает, что похожие технологии интернет-выборов используются на Западе, но обычно для внутрипартийных праймериз, как дополнение к традиционным демократическим процедурам. Мы же, "идя поверх голов", явно минуем скучные вопросы партстроительства, столбя место сразу в информационном обществе.

Тем, для кого идентификация по банковской карте — заоблачно сложная технология, предлагается удостоверить свою личность традиционно, показав паспорт одной из региональных выборных комиссий (РВК). Количество этих комиссий, если повезет, к 20 октября догонит число субъектов РФ: нужна-то только группа оппозиционно настроенных волонтеров, компьютеры с веб-камерами и выход в сеть. РВК регистрируются ЦВК, и информация об их местонахождении будет доступна избирателям на большой электронной карте: милая попытка передразнить ЦИК.

При всем том ясно, что даже если удастся создать и зарегистрировать избирательные участки во всех областных центрах страны, за бортом выборов останутся те, кто не успел освоить интернет-банкинг и не имеет физической возможности добраться до РВК. Поэтому выборы явно не станут всенародным волеизъявлением, скорее они рассчитаны на то, чтобы достучаться до 50-100 тысяч "своих".

— Но такие неформальные подходы к избирателям, обеспеченные новыми технологиями, не превратят интернет-пользователей в сознательных политических активистов,— считает Юлий Нисневич.— Как показало одно из наших исследований, в интернете жизнеспособными оказываются только ситуативные объединения людей. Люди объединяются на короткое время, чтобы решить какую-то текущую задачу, а потом расходятся. Поэтому с помощью безликой массы пользователей можно выбрать Коорсовет, но нельзя обеспечить его постоянную поддержку. Если попытаться это сделать, неформальное объединение тут же превратится в "социальную сеть сторонников", возникнет дух клановости, масса недовольных, а следом — раскол. Поэтому технологии вряд ли что-то поменяют в мучительных попытках оппозиции найти саму себя.

В этом смысле затея с ЦВК, так же как и "Марши миллионов",— просто один из немногих способов на время сплотить разношерстную интернет-аудиторию каким-то общим занятием. Людям скучно выходить на улицы? Людям нравится выбирать? Пожалуйста, теперь у нас будут выборы. Предлагать что-то новенькое неоформленному множеству активистов — теперь, видимо, долгосрочная задача для креативных российских оппозиционеров, и если это новенькое к тому же связано с институтом выборов — что ж, пожалуйста. Во всяком случае, даже тот факт, что массе активной публики интересны выборы, а не столкновения с ОМОНом, что-то меняет в нашем политическом ландшафте.