Коллекция славянской литературы Библиотеки Конгресса США в XIX—XX вв

Е.Г. Пивоваров

КОЛЛЕКЦИЯ СЛАВЯНСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ БИБЛИОТЕКИ КОНГРЕССА США в XIX—XX вв.

Появление собрания славянской литературы на полках центрального книгохранилища США, динамика его развития, объем финансирования отдельных проектов напрямую зависели от изменения характера русско-американских отношений в XIX-XX вв. На протяжении первой половины XIX в. славянский мир был мало интересен американской общественности. Лишь немногие политические деятели, журналисты и ученые занимались «русской темой» профессионально, основав первые коллекции славянских материалов в стране. К середине столетия только библиотеки Американского философского общества и Американской академии искусств и наук обладали «богатыми» собраниями «русских научных изданий».1 В других книгохранилищах славянская книга была редкостью. Из 3 тыс. томов первой Библиотеки Конгресса, погибшей в 1814 г., только 10 были посвящены славянским народам. В приобретенной Конгрессом в 1815 г. личной библиотеке Т. Джефферсона, насчитывавшей 6487 томов, славянских изданий было не намного больше - около 15 наименований. Пожар 1851 г. уничтожил многие из этих работ. Новые материалы поступали бессистемно. Развивавшийся со второй половины XVIII в. книгообмен между американскими и российскими научными центрами практически не затронул Библиотеку Конгресса. Некоторые изменения произошли лишь в конце 60-х годов XIX в.

С 1866 г. на полки книгохранилища стали регулярно поступать русские издания. В штате Библиотеки появился сотрудник, занятый предоставлением справочной информации относительно славянского мира, - Л. Сольем. Однако до начала XX в. коллекция «Славики» оставалась незначительной. К 1901 г. на полках Библиотеки было всего 569 томов, которые достаточно условно можно было охарактеризовать как русские.2 Согласно официальным данным по своему объему и значимости коллекция «Славики» Библиотеки Конгресса в это время существенно уступала аналогичному собранию турецких книг.3

Подобное положение вещей не могло устраивать руководство Соединенных Штатов, уделявшее все больше внимания внешнеполитическим вопросам. Поскольку, наряду с расширением своих фондов за счет книгообмена, администрация Библиотеки имела возможность единовременно выделять большие суммы на покупку уже сложившихся книжных собраний, например Г. Юдина и М. Хаттала, буквально за два года коллекция «Славики» центрального книгохранилища США стала крупнейшей в стране, опередив по своему объему и тематическому разнообразию сложившиеся ранее собрания. Актуальность «русской темы» для американского руководства была настолько велика, что Т. Рузвельт лично следил за ходом переговоров между представителем Библиотеки -А.В. Бабиным и Г.В. Юдиным. Он высоко оценил значимость приобретенных материалов, считая, что, «благодаря этой покупке, Библиотека Конгресса сохранила лидирую-

© Е.Г. Пивоваров, 2007

щее положение <...> причем не только в США, но и <...> во всем остальном мире за пределами России в науке, совершенно до сего момента не развитой в США».4

Создание к 1907 г. крупнейшей в США коллекции «Славики», однако, не оказало революционизирующего воздействия на развитие американских славистических исследований. В стране не было достаточного числа квалифицированных сотрудников, способных выполнить обработку более 100 тыс. наименований печатной продукции на славянских языках, поступивших на полки книгохранилища до 1917 г. Юдинская коллекция оставалась недоступной читателям. Процесс ее каталогизации растянулся на десятилетия. Неразработанность уже приобретенных материалов не позволяла осуществлять новые масштабные проекты по пополнению коллекции новейшей литературой. Постепенно снижалась ценность юдинского собрания как источника актуальной информации. Исследовательская работа почти не проводилась.

Важная роль, которую стали играть Российская империя и другие славянские страны с началом первой мировой войны, изменила статус коллекции в глазах рядовых читателей. Свидетельством возросшего интереса к славянскому миру стало появление в 1917 г. специального подразделения Библиотеки - Славянской секции. На работу в книгохранилище было принято сразу несколько специалистов, занятых работой с русской книгой. Их усилия по обработке коллекции позволили сделать ее более доступной для пользователей. К концу 1920 - началу 1930-х годов славянские материалы, собранные в Библиотеке, привлекали десятки исследователей. Для многих ученых русского происхождения, оказавшихся в эмиграции, работа с фондами Библиотеки становится единственной возможностью продолжать исследовательскую работу в отрыве от исторической родины.

Повышение актуальности «русской темы» для американской общественности, постоянный интерес к информации, поступающей из региона, обусловили быстрое восстановление разрушенных в годы первой мировой и гражданской войн каналов пополнения коллекции. Уже к середине 1920-х годов, несмотря на отсутствие дипломатических отношений между США и СССР, объем закупок литературы на русском и других славянских языках превысил дореволюционный уровень. На протяжении одного десятилетия удалось увеличить объем новых поступлений только в Славянскую секцию -Отдел славянской литературы в несколько раз - с 500 наименований печатной продукции в 1919 г. до 8453 в 1927 г. При достаточно сильном колебании показателей разных лет период с 1927 по 1931 г. можно считать временем динамичного развития коллекции «Славики» (см. рисунок). Однако уже с начала нового десятилетия пополнение собрания по преимуществу литературой дореволюционной или антисоветской стало негативно сказываться на достоверности и актуальности информации, представленной в Отделе славянской литературы. На запыленных полках, протяженность которых к 1934 г. уже составляла 3 мили 300 ярдов,5 хранились «кипы забытых наук, устаревших историй, библиографий людей, до которых никому нет дела», или «гигантские массы мусора <...> который перестали читать».6 Дальнейшее развитие коллекции было невозможно в рамках старых путей ее комплектования, что обусловило некоторый спад объемов книжных закупок в 1931-1932 и 1932-1933 фискальных годах. Поступление новых изданий из СССР сдерживалось уже не столько недоверием к идеологической составляющей советских материалов, сколько отсутствием дипломатических отношений между двумя странами.

Первые попытки наладить постоянные контакты с дореволюционными партнерами Библиотеки относятся к концу 1920-х годов В 1932 г. удалось осуществить масш-

Годы

Поступления в Славянскую секцию - Отдел славянской литературы Библиотеки конгресса в 1919-1934 гг.

табный библиографический проект по созданию каталога русских периодических публикаций с 1815 по 1931 г., который отчасти можно характеризовать как совместный, поскольку к его исполнению привлекались специалисты из числа американских граждан, русских эмигрантов первой волны, осевших в США, а также советские эксперты, которые работали под руководством Г.К. Дерман. Уже в 1934 г. объемы новых поступлений достигли уровня 1927-1930 гг., однако, по сравнению с этим периодом, изменилось соотношение количества новых русских изданий, вышедших в СССР и за рубежом. В отчетах директора Библиотеки Конгресса все чаще упоминались недавно опубликованные в РСФСР работы. Другие республики Советского Союза были представлены на полках книгохранилища хуже.

Установление 16 ноября 1933 г. дипломатических отношений между СССР и США серьезно изменило подходы к комплектованию коллекции, сложившиеся на протяжении предыдущего периода. В дальнейшем важными вехами в истории взаимоотношений двух стран, повлиявшими на темпы развития собрания, стали годы второй мировой войны и идеологическое противостояние конца 1940-х годов. Изменение структуры закупок славянской литературы показало нежизнеспособность многих традиционных форм развития коллекции «Славики». К началу второй мировой войны отдел Славянской литературы Библиотеки Конгресса переживал сложный период. Его сотрудники должны были, с одной стороны, предоставлять справочную информацию, которой все чаще пользовались как правительственные, так и общественные организации и частные лица, с другой - они делали все возможное для полноценной обработки поступавших материалов. Красной нитью в отчетах 1930-х годов, подготовленных руководителем отдела Н. Родионовым, проходила мысль, что возросшие требования руководства Библиотеки к работникам отдела не позволяют им справляться со всеми возложенными на них администрацией функциями. Отсутствие необходимого количества специалистов-слави-стов в штате книгохранилища оставалось одной из основных помех на пути русской книги к своему читателю. Накануне второй мировой войны коллекция насчитывала примерно 125 тыс. томов.7 Материалы находились на хранении Славянского, Музыкального, Научного отделов, в отделах редких книг, периодических изданий и в Юридической библиотеке.8

В отчете директора Библиотеки за 1941 г. дается неутешительная картина: «Вероятно, наибольшую проблему представляют некаталогизированные коллекции Музыкаль-

ного, Славянского и Семитского отделов. В общей сложности они содержат около одного миллиона некаталогизированных единиц хранения».9 Подробнее останавливаясь собственно на коллекции славянской литературы, директор Библиотеки отмечал: «Должен быть налажен более активный процесс книжных закупок <...> Необходимо также расширить штат отдела. За последний год этой проблеме было уделено много внимания, что дает надежду на значительные изменения в этой области в ближайшем будущем».10

В официальном письме; подготовленном новым сотрудником Библиотеки С. Якобсоном 28 января 1941 г., содержались рекомендации по улучшению работы отдела, который работает «по общему убеждению <...> неудовлетворительно».11 Основной проблемой, по его мнению, было отсутствие четко сформулированной программы деятельности отдела. Коллекция «Славики» превратилась в хранилище «всевозможных книг, вышедших когда-либо на русском языке».12 Руководство и работники отдела не прилагали «никаких усилий по организации и систематизации коллекции».13 В 1943 г. директор Библиотеки Конгресса Арчибальд Маклиш писал: «Потребности в справочной службе военного периода привели нас к пониманию до сих пор не ощущавшейся слабости наших зарубежных коллекций. Мы уже давно знали о том, что наши славянские собрания неравнозначны по своему составу и трудны для пользования, поэтому мы предприняли ряд шагов по улучшению их обслуживания».14 В 1944 г. он принял решение о прекращении работы этого подразделения книгохранилища и предложил организовать Славянский центр (Slavic Center).15

Планы по расформированию отдела встретили серьезные нарекания со стороны некоторых представителей правительства.16 Так, директор Службы рыбного и охотничьего хозяйства Министерства внутренних дел США направил на имя директора Библиотеки письмо, в котором утверждал, что «существующее подразделение очень работоспособно»,17 и просил не инициировать его ликвидацию. В декабре 1943 г. А. Маклиш вел активную переписку с представителями американской политической и научной элиты, интересовавшимися будущим славянской коллекции. В сообщении, отправленном 24 декабря 1943 г. Джозефу Э. Дэвису,18 он констатировал: «В Библиотеке на протяжении многих лет существовал так называемый Славянский отдел, который обслуживал часть обширной коллекции русских и славянских материалов книгохранилища <...> его сотрудники были заняты хранением и выдачей книг, однако не могли представить общую справочную информацию по всем вопросам, связанным со славянским миром».19

Реформирование славянской коллекции вызывало опасения и у многих ученых, занятых изучением России и славянского мира в целом. Так, в письме, направленном Д. Уайтом 18 апреля 1944 г. на имя Джулиана П. Бойда, директора библиотеки Принстонского университета, рекомендовалось обратить внимание А. Маклиша на то, что «с точки зрения слависта новая организация коллекции вызывает существенные нарекания».20 Руководитель одной из крупнейших университетских библиотек США передал замечания руководству книгохранилища Конгресса. В ответном сообщении Д. Мирнз указывал, что при реформировании отдела речь не идет о распылении материалов коллекции и уничтожении ее как единого целого. Наоборот, дополнительное финансирование, которое должно быть выделено Конгрессом США в будущем фискальном году, позволяло привлечь к обработке коллекции двух дополнительных работников, занятых составлением каталога, что делало славянские материалы только доступнее для пользователей.21 В результате переговоров и консультаций, которые продолжались на протя-

жении примерно трех лет, к весне 1944 г. концепция Славянского центра получила окончательное оформление. В пресс-релизе, выпущенном Библиотекой, резюмировалось, что при поддержке 12 тыс. долл., выделенных фондом Рокфеллера, была начата организация нового подразделения книгохранилища.22 А. Маклиш писал: «Самой важной первостепенной задачей центра должна стать полная доступность всех славянских материалов <...> что подразумевает развитие коллекции самых современных изданий <...> которая может адекватно удовлетворить потребности Конгресса и правительственных агентств в информации, касающейся славянского мира».23

В меморандуме от 10 мая 1944 г. уточнялась структура будущего подразделения книгохранилища. В его должны входить директор Славянского центра, который «должен проводить по меньшей мере шесть месяцев каждые два или три года в славянских странах для установления связей между Библиотекой Конгресса и наиболее важными библиотеками, университетами, учеными и писателями»; консультанты и интерны из числа ученых и библиотекарей, работающих в СССР и других странах региона.24 В письме Б. Прегелю от 14 июля 1944 г. А. Маклиш уточнял, что в первый год существования центра планируется привлечение двух консультантов: гражданина США и выбираемого Ленинской библиотекой представителя СССР.25 В одном из официальных документов этого периода говорилось: «Библиотека Конгресса заинтересована в установлении еще более прочных библиотечных и книжных контактов между США и СССР.26 <...> (Она) имеет большой опыт проведения обменов документальными материалами с русским правительством, а каталожными карточками с основными библиотеками СССР».27

Рост интереса к Советскому Союзу в Америке позволил руководству книгохранилища найти дополнительные средства для финансирования программ по унификации методов хранения и обработки публикаций на русском языке. 19 октября 1944 г. при поддержке выделенного фондом Рокфеллера гранта (47 тыс. 800 долл.), был организован новый проект по каталогизации славянских изданий, хранящихся в Библиотеке (Slavic Cataloging Project).28 Привлечение внебюджетных средств позволило расширить штаты книгохранилища на 13 специалистов. К 31 декабря следующего года первоначальный план в 50 тыс. каталожных карточек был превышен: было подготовлено 53 343 предварительные записи.29 Фонд Рокфеллера спонсировал и другой проект (12 тыс. долл.), проводимый в этот период сотрудниками книгохранилища под общим руководством М. Карповича, - составление «Предварительного контрольного перечня основных материалов на русском языке» («А Check List Preliminary to a Basic Bibliography of Materials in the Russian Language»).30

В 1949 г. при поддержке гранта Американского Совета научных обществ (7 тыс. долл.) была инициирована программа по организации обмена дуплетными изданиями с ведущими американскими книгохранилищами, занятыми комплектованием коллекций славянских материалов.31 В распоряжении 12 библиотек32 оказались 13 тыс. 511 монографий, 11 тыс. периодических изданий.33 Уже через год количество организаций-уча-стников программы увеличилось до 30.34

Отчет директора Библиотеки за 1951 г. информировал читателей о создании нового Славянского отдела под руководством С. Якобсона: «В сферу его ответственности входят Советский Союз, Польша, Чехословакия, Болгария и Югославия, а также некоторые неславянские области восточной Европы, такие, как Албания, Венгрия и Румыния. Отдел выполняет функции приобретения, библиографической обработки новых изданий, осуществляет исследовательскую работу и организует внешние сношения, но не имеет никаких обязанностей по хранению материалов».35

Создание новой структуры в составе книгохранилища ознаменовало собой начало очередного периода в истории коллекции. Были инициированы крупные библиографические и исследовательские проекты в области славяноведения, участие в которых приняли десятки американских научных центров. По мнению преемника С. Якобсона, руководителя Европейского отдела Библиотеки, Дэвида Крауса (David Н. Kraus), с этого времени коллекция «Славики» стала одновременно «систематической и всесторонней».36 В.Г1. Сычева отмечает, что к началу 1950-х годов славянское собрание включало 300 тыс. наименований книг, 16 .тыс. журналов и 1 млн 400 тыс. газет, ежегодно увеличиваясь в среднем на 21 тыс. книг, 5 тыс. журналов и 450 тыс. газет.37 Несмотря на приблизительность приведенных отечественной исследовательницей цифр, она в целом точно определила основную тенденцию развития коллекции. Благодаря реформированию работы Библиотеки удалось добиться качественного скачка в ее обеспечении новыми материалами на славянских языках. При новых темпах роста собрания удвоение количества славянских изданий на полках книгохранилища происходило менее чем за одно десятилетие.

Важным результатом реорганизации собрания славянских материалов стало постепенное устранение дисбаланса в его комплектовании новыми изданиями. Р. Бахман, специалист в области польской литературы Европейского отдела книгохранилища, отмечает, что «до конца второй мировой войны комплектование первоклассной коллекции советских и восточноевропейских материалов не было одним из приоритетных направлений развития Библиотеки Конгресса».38 На протяжении всего предшествующего периода, будучи «славянскими» по официальному наименованию, коллекция, секция и отдел были «русскими» по сущности. Русские сотрудники по преимуществу занимались расширением фондов за счет русских изданий. Весь остальной славянский мир был представлен мало и фрагментарно.39 Массовая эмиграция представителей интеллигенции из европейских стран в этот период позволяла решить проблему с кадровым обеспечением Библиотеки специалистами высокого уровня. Дж. Орнштейн, опубликовавший в 1957 г. статью, посвященную развитию славистических исследований в США в послевоенный период, считал, что примерно с середины XX в. практически каждая четвертая книга, выпущенная в социалистических странах Европы, поступала в фонды Библиотеки.40 В наши дни отдельные собрания польской, чешской, сербской литературы насчитывают десятки, а иногда и сотни тысяч наименований, став в свою очередь крупнейшими за пределами славянского мира.

1 Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения, 1815-1832. М., 1975. С. 529-530.

2 Annual Report of the Librarian of Congress (ARLC). 1901. P. 303.

3 Ibid.

4 Letter from Theodore Roosevelt to Herbert Putnam, October, 16, 1906 // Manuscript Division of the Library of Congress (MDLC). Yudin Collection.

5 ARLC. 1934. P. 174-179.

6 Ibid. 1920. P. 14.

7 Без учета Смитсоновского депозита.

8 ARLC. 1940. P. 214.

9 Ibid. 1941. P. 225. - В предварительном отчете о состоянии Славянского отдела, подготовленном Ф. Вайтфилдом 1 ноября 1940 г., описывался хаос, царящий в подразделении: «В настоящее время самым серьезным барьером на пути правильной оценки славянской коллекции стало полное отсутствие наиболее необходимых справочных средств, таких, как описи полок и каталоги <...> Правдой является и тот факт, что единственное сравнительно полное описание содержимого коллекции отдела может быть найдено только в памяти отдельных сотрудников <...> их работа далека от того, что приня-

то называть правильно организованной <...> Отдел придерживается практики классификации изданий, разработанной мистером Бабиным, которая, однако, никогда не была официально признана в качестве приемлемой ни одним представителем администрации книгохранилища» (Preliminary report of Slavic division, November 1, 1940 of F.J. Whitefield, Fellow in Slavic Languages and Literature // MDLC. The Records of the Library of Congress. The Central File. Container 1073. Slavic Studies «Evans Archives» -beforejuly 1953. Portfolio: 5-1-1.

10 ARLC. 1941. P. 195-196.

11 Letter from S.Yakobson to Dr. Raymond D. Jameson, Jan. 28, 1941 // MDLC. The Records of the Library of Congress. Portfolio 8.

12 Ibid.

13 Ibid.

14 ARLC. 1943. P. 55.

15 Ibid. 1944. P. 23.

16 MDLC. The Records of the Library of Congress. Portfolio 6: «Russian Center» (далее - «Russian Center»).

17 Letter from the Director of the United States Department of the Interior Fish and Wildlife Service to Archibald MacLeish // Russian Center.

18 Джозеф Эдуард Дэвис (1876-1958) - дипломат. В 1918 г. - советник президента Вильсона по экономическим вопросам на переговорах в Версале. Посол США в СССР (1937-1938 гг.). Председатель президентского Контрольного совета по оказанию военной помощи в 1942-1946 гг. В качестве специального представителя президента Рузвельта вел в мае-июне 1943 г. переговоры с И.В. Сталиным, в июне 1945 г. - с У. Черчиллем. Специальный советник президента Трумэна на Потсдамской конференции 1945 г.

19 Letter from Archibald MacLeish to Joseph E. Davies // Russian Center.

20 Letter from Dr. Dmitri White to Dr. Julian P. Boyd, Librarian of the Princeton Univ., April 18, 1944 // Russian Center.

21 Letter from David C. Mearns to Dr. D.White with the enclosed copy to Dr. J. Boyd, April 26, 1944 // Russian Center.

22 The Library of Congress Press Release № 183: Archibald MacLeish Announces the Reorganization of Reference Department of the Library of Congress // Russian Center.

23 Ibid.

24 Memorandum from Lewis Hanke to the Librarian, May 10, 1944 // Russian Center.

23 Letter from AMacLeish to B.Pregel, July 14, 1944 // Russian Center.

26 Согласно информации, представленной в «Ежегодном отчете», за 1942/1943 фискальный год в Библиотеку поступило 155 партий советских изданий (ARLC. 1944. Р. 159-160).

27 Library of Congress Memorandum // Russian Center.

28 ARLC. 1946. C. 48, 103.

29 Ibid. 1947. C. 71.

30 Ibid. 1945. C. 35, 115; 1950. P. 114-115.

31 Ibid. 1950. C. 112.

32 University of California Library (Berkley), Columbia University Library, Columbia Teachers College Library, Cornell University Library, Duke University Library, Harvard University Library, Massachusetts Institute of Technology Library, New York Public Library, Princeton University Library, Stanford University Library, University of Washington Library, Yale University Library.

33 ARLC. 1951. C. 113-114.

34 Ibid. 1952. C. 71.

,35 Ibid. 1951. P. 49.

36 Kraus D. The Slavic collections of the U.S. Library of Congress // UJISLAA 1979. Vol. I. № 3. P. 185.

37 Сычева В.П. Из истории американской славистики: славянское собрание Библиотеки Конгресса США (конец XIX в. - 1960 г.). С. 74-79.

38 Bachman R. The Polish collections at the Library of Congress. Overviews of the Collections of the European Division // <http://www.loc.gov/rr/european>.

39 Memorandum of N.ARodionoff to the Librarian of the Congress. March 31,1942 // MDLC. The Records of the Library of Congress. Portfolio 8; Memorandum of S.Yakobson to the Librarian of the Congress. December 4, 1943 // Ibid. Portfolio 8.

40 Omstein J. The development and status of Slavic and East European studies in America since World War II // Amer. Slavic and East European Rev. ,1957. Vol. XVI. N 3. P. 384.

Статья принята к печати 28 сентября 2006 г.