В атмосфере нефти и газа

Нефтегазовая отрасль остается ключевой для экономики России — на нее приходятся значительные бюджетные поступления, а цены на ресурсы влияют на стоимость валют. Спустя полтора года работы в санкционных условиях нефтяные и газовые компании чувствуют себя по-разному, отмечают эксперты. Ситуация в нефтяном секторе остается стабильной, а экспортеры выигрывают за счет добровольного сокращения торговли. Газовая отрасль, попрогнозам, напротив, сможет полностью восстановиться только к началу следующего десятилетия.

Сокращение добычи нефти и газа негативно отразилось на объемах поступлений в бюджет РФ и ИПП

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ

Бюджет недосчитался энергоресурсов

Крупнейшим добывающим регионом страны является Западная Сибирь — Тюменская область, Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа (ХМАО и ЯНАО). На них приходится около 60% добычи нефти и 90% природного газа. Еще до начала СВО полпред президента в Уральском федеральном округе (УрФО) Владимир Якушев отмечал, что годовой объем добываемой в регионах нефти мог бы обеспечить все мировое потребление сырья на 20 дней, а газа — на полтора месяца.

Однако после введения беспрецедентных санкций в 2022 году нефтегазовый сектор начал испытывать трудности, с которыми до сих пор не справился до конца. Так, из-за сокращения добычи нефти и газа более чем на 10% индекс промышленного производства в Тюменской области снизился на 6,4% по итогам прошлого года.

По данным Минфина РФ, поступления от нефтегазовой отрасли в бюджет страны по итогам семи месяцев 2023 года составили 4,19 трлн руб., что в 1,7 раза меньше, чем за аналогичный период прошлого года (7,14 трлн руб.). Налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) на нефть и конденсат принес бюджету 3,571 трлн руб. (-38,9%), а экспортная пошлина — 125,2 млрд руб., что в 3,1 раза меньше, чем годом ранее. В то же время НДПИ на газ вырос до 681 млрд руб. (+62%), а экспортная пошлина снизилась в 4,5раза — до 274,7 млрд руб.

Аналитик ФГ «Финам» Сергей Кауфман отмечает, что наиболее существенно изменилась ситуация в трубопроводном экспорте газа. По прогнозам аналитиков, в 2023 году «Газпром» сможет экспортировать около 70–80 млрд куб.м против 185 млрд куб.м по итогам 2021 года. «С точки зрения добычи нефти ситуация лучше — объемы добычи по итогам года могут быть близки к показателям 2021 года. При этом сокращение добычи нефти носит добровольный характер и нацелено на снижение дисконта на российскую нефть»,— пояснил эксперт.

Нефть под ОПЕКой

В условиях санкционного давления и публичных заявлений представителей недружественных стран о намерении полностью отказаться от российских ресурсов, нефтяные компании были вынуждены в короткие сроки корректировать стратегию работы. Появилась необходимость менять рынки сбыта, перестраивать логистику и схемы расчетов, закупать танкеры и налаживать параллельный импорт расходных материалов и оборудования.

Глава Института энергетики и финансов Сергей Кондратьев заявил, что по итогам полутора лет СВО ситуация в нефтегазовом секторе остается стабильной. По оценкам экспертов, основанным на данных международных источников, добыча нефти в июле 2023 года составила 43,4 млн т, что на 4,5% ниже уровня июля 2022 года. Однако, по словам господина Кондратьева, снижение связано не с санкционным давлением, а с более высокими обязательствами, которые Россия взяла на себя в рамках соглашения ОПЕК+.

Снижение добычи в июле — августе привело к сокращению экспорта российской нефти. В августе экспорт по морю составил 2,92 мбд против 3,14 мбд годом ранее. При этом спрос на российскую нефть остается высоким, что подтверждает динамика дисконтов для российских сортов нефти. Так, скидка при поставках ESPO в китайских портах составляет лишь 0,7 долл./барр. (к Brent), что является минимальным уровнем с ноября 2022 года. Скидка на Urals в портах Западной Индии находится на минимальном уровне с февраля 2022 года и составляет 5 долл./барр.

«Китай и Индия стали основными импортерами российской нефти, в августе на них пришлось 75% всех поставок нефти по морю, а с учетом экспорта по ВСТО и через Казахстан их доля превышает 85%. Думаю, что такая ситуация сохранится, пока страны ЕС не отменят введенные ими односторонние ограничения. Но не уверен, что и после отмены ограничений российские экспортеры будут готовы вернуться на европейский рынок “на любых условиях”»,— полагает Сергей Кондратьев. Сергей Кауфман считает, что нефтяной сектор практически полностью завершил переориентацию экспорта с Запада на Восток, а поставки в Европу сейчас носят крайне ограниченный характер. При этом, по его мнению, ни в Китае, ни вИндии спрос на нефть еще не достиг своего пика, на фоне чего в долгосрочной перспективе поставки могут вырасти даже относительно текущего достаточно высокого уровня.

По итогам 2023 года выручка газовой отрасли РФ может сократиться вдвое

Фото: Александр Манзюк, Коммерсантъ

О положительной динамике на российском нефтяном рынке могут говорить и финансовые отчетности крупнейших компаний. Так, чистая прибыль «Роснефти» за первое полугодие 2023 года составила 652 млрд руб., что на 45% больше, чем в аналогичный период прошлого года. Хотя выручка компании по МСФО на 25,3% ниже год к году (3,86 трлн руб.). Показатель EBITDA «Роснефти» составил 1,4 трлн руб. — на 5,1% меньше, чем за тот же период прошлого года. «Лучшая динамика показателя EBITDA по сравнению с выручкой обусловлена увеличением объемов реализации в восточном направлении, повышением прибыльности экспортных операций и контролем над расходами»,— поясняли в компании. Свободный денежный поток вырос на 21,9% год к году — до434млрд руб.

Первая отчетность ЛУКОЙЛа с конца 2021 года продемонстрировала, что за шесть месяцев 2023 года компания получила 565,4 млрд руб. чистой прибыли. При этом за аналогичный период 2021 года компания отразила прибыль в 348,4 млрд руб. Выручка в этом году составила 3,6 трлн руб.

Для повышения нефтяных котировок и уменьшения «санкционных» дисконтов Urals к Brent этим летом российские нефтекомпании сокращали экспорт. Так, в июле — августе Россия уменьшила поставки за рубеж на 500 тыс. баррелей в сутки (б/с), а в сентябре обещает сохранить снижение на уровне 300 тыс. б/с. Кроме того, добровольно снизить добычу решила и Саудовская Аравия. По итогу, цены на Brent в августе держались выше $85 за баррель, а стоимость российской нефти Urals превысила в июле, когда поставки нефти за рубеж были резко сокращены, уровень потолка ($60 за баррель) цен на нефть ЕС и G7. В августе цена поднялась выше $70 за баррель, а дисконт сократился до $13.

По мнению экспертов, стоимость нефти может остаться на прежнем уровне или даже подняться выше при продлении решения стран ОПЕК+ о сокращении экспорта. В конце августа вице-премьер РФ Александр Новак объявил, что российские власти договорились с представителями ОПЕК+ о новом сокращении экспорта нефти на внешние рынки.

Сервису нужны российские возможности

Ситуация на рынке нефтесервиса, по оценке аналитиков, после начала СВО остается еще более стабильной, чем на рынке нефтедобычи. Как рассказал Сергей Кондратьев, проходка в бурении, текущие и капитальные ремонты скважин, проведение операций ГРП остаются на высоком уровне. Проходка в эксплуатационном бурении в 2022 году составила рекордные 28,4 млн м, а за первое полугодие 2023 года — 14,7 млн м (+8%).

«У российских производителей хорошие позиции в базовых сегментах нефтегазового оборудования — доля импортных УЭЦН (установка электроцентробежного насоса), оборудования для ремонта скважин в 2022 году была близка к 0%, на рынке буровых установок — 30%. Но зависимость от импорта флотов ГРП, колтюбинговых установок и другого высокотехнологичного оборудования остается высокой — свыше 80%. Российское производство будет расти, в том числе за счет создания технологических партнерств отечественных предприятий с нефтяными компаниями»,— подчеркнул господин Кондратьев. Он добавил, что в долгосрочной перспективе санкционные ограничения могут создать проблемы при разработке ТрИЗов и морского шельфа, однако это может стать возможностью для российских производителей прийти в эти сектора и предложить свои технологические решения. Сергей Кауфман также считает, что уход западных компаний не стал критичными для нефтесервиса, поскольку импортозамещение в данной отрасли идет с 2014 года: «В то же время санкции, вероятно, замедлят модернизацию НПЗ, а проблемы с добычей некоторых видов ТрИЗов все еще остаются».

Газовые проблемы

Газовая отрасль, по мнению экспертов, пострадала больше нефтяной. Несмотря на то, что Евросоюз до сих пор не вводил санкций в отношении российского газа — как трубопроводного, так и СПГ, в отличие от других видов ископаемого топлива из России, — экспорт по итогам 2022 года упал на 32,3% — до 167 млрд куб. м, а добыча снизилась на 11,8%  — до 672 млрд куб. м. Аналитики «Яков и партнеры» оценивают экспорт трубопроводного газа в 2023 году на уровне 80 млрд куб. м, а еще 46 млрд куб. м будет экспортировано в виде СПГ. Объем внутреннего потребления оценивается в 510–520 млрд куб. м. Вынужденное снижение добычи в текущем году может достигать 30 млрд куб. м, а совокупное сокращение объемов добычи от уровня 2021 года — 120 млрд куб. м.

«Переориентация экспорта газа требует намного больше времени, чем в случае с нефтью, поскольку для этого необходимо построить соответствующую инфраструктуру. Например, при выводе трубопровода “Сила Сибири — 2” на полную мощность в Китай можно будет отправлять почти 100 куб. м в год, однако на это потребуется время. По нашим оценкам, экспорт “Газпрома” сможет восстановиться до показателей 2021 года не раньше начала следующего десятилетия»,— отмечает Сергей Кауфман.

Власти регионов инициируют меры поддержки нефтегазового сектора

Фото: Эмин Джафаров, Коммерсантъ

Выручка газовой отрасли РФ в 2023 году может снизиться вдвое от прошлогоднего уровня — со $165 млрд до $71 млрд, в 2025 году она сохранится на уровне $73 млрд, считают в «Яков и партнеры». При этом к 2030 году, если цены на газ стабилизируются и будут реализованы основные заявленные экспортные проекты, показатель может вырасти до $97 млрд. Также эксперты считают, что доля экспорта в выручке уменьшится и составит 50–60% против 74% в 2021 году и 84% в 2022 году.

Впрочем, сейчас большая ставка делается на СПГ-проекты. Ведь экспорт сжиженного природного газа (СПГ) является довольно высоким, в том числе в Европу. Так, согласно анализу Global Witness, в 2023 году страны ЕС намерены импортировать рекордные объемы СПГ из России. Относительно 2022 года объем импортированного в январе — июле российского СПГ увеличился на 1,7%, относительно 2021 года — на 40%. По подсчетам аналитиков, компенсировать выпадающие доходы только за счет перспективных СПГ-проектов будет трудно, так как их строительство сопряжено с технологическими ограничениями. «Сокращение газовой торговли отразилось не только на России, но и на Европе. Ущерб от постепенного отказа от российского газа более значителен, чем в случае с нефтью, так как это бьет по европейской промышленности, которая до сих пор вынуждена потреблять меньше газа, чем до 2022 года. В то же время рецессии ни в США, ни в ЕС пока что не случилось»,— пояснил господин Кауфман.

Государство подставило плечо

Вразвитии нефтегазовой отрасли заинтересован не только бизнес, но и власти. За последнее время главы регионов УрФО предложили ряд инициатив по поддержке компаний. Губернатор Югры Наталья Комарова заявила, что мировая конъюнктурная нестабильность оказывает влияние на эффективность развития базовой для России нефтегазодобывающей отрасли, что, в свою очередь, отражается и на смежных отраслях промышленности. В связи с этим она предложила создавать благоприятные инвестиционные условия для деятельности недропользователей, внедрение новых налоговых режимов, сокращение административных барьеров на всех этапах жизненного цикла продукта.

В частности, госпожа Комарова считает эффективной мерой передачу в ведение регионов федеральных полномочий по управлению малыми месторождениями с запасами до 1 млн т нефти и ресурсами до 3 млн т. Благодаря этому получится снизить административные барьеры на лицензионном этапе, простимулировать активность небольших недропользователей и привлечь инвестиции в освоение месторождений, не представляющих интереса для крупных корпораций.

Также Наталья Комарова считает, что появилась необходимость актуализировать налоговые режимы для предприятий отрасли, в частности, расширить применение налога на дополнительный доход (НДД), который платится после получения прибыли с продажи добытых полезных ископаемых. Для стимулирования проведения геологоразведочных работ она предложила внести изменение в Налоговый кодекс, предусмотрев для добывающих организаций вычет из НДПИ в объеме затрат на сейсморазведочные работы, опорное, параметрическое и поисковое бурение.

Губернатор Александр Моор заявил о намерении привлечь крупнейшие нефтегазовые компании к созданию в Тюмени промышленного парка «ДСК 500», который станет одним из крупнейших в России по потенциалу импортозамещения. «Сегодня наша страна оказалась в технологической блокаде со стороны западных стран. Поэтому особую важность приобрела организация и поддержка импортозамещения, нашей технологической независимости»,— пояснил он.

По мнению Сергея Кондратьева, и для добывающих компаний, и для производителей оборудования сейчас важна «стабильность правил игры». «Важно понимать, какими будут налоги, правила выдачи лицензий, экологические платежи и прочее. Не только в следующем году, но через пять, десять лет. Опыт последних лет показал, что нефтяники часто готовы финансировать и НИОКР, и создание опытных образцов оборудования, помощь государства может снизить затраты, но в первую очередь отрасли нужно упрощение регулирования»,— пояснил эксперт, добавив, что это позволит быстрее внедрять разработки на основе «обратного инжиниринга» и проектировать новые объекты.