Развитие института защиты в сфере уголовного судопроизводства

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 4 (32) 2006

199.1 УК РФ указание на мотив преступления. При этом умышленный характер преступления можно было бы определить с помощью указания на способ его совершения. Для этого можно использовать законодательную модель, описанную в ст. 198 и 199 УК РФ, указав: «Неисполнение обязанностей налогового агента по удержанию или перечислению налогов, подлежащих в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах удержанию у налогоплательщика и перечислению в соответствующий бюджет (внебюджетный фонд) путем непредставления налоговой декларации или иных документов, представление которых является обязательным, либо путем включения в налоговую декларацию или такие документы заведомо ложных сведений, совершенное в крупном размере, - ».

1 См., напр.: Трайнин А.Н. Общее учение о составе преступления. М., 1957. С. 138; Тер-Акопов A.A. Бездействие как форма преступного поведения. М., 1980. С. 10.

2 Глебов Д.А., Ролик А.И. Налоговые преступления и налоговая преступность. СПб., 2005. С. 62.

3 См.: Тенчов Э.С. Объективная сторона преступления // Практикум по уголовному праву: Учебное пособие / Под ред. Л.Л. Кругликова. М., 1997. С. 57-58; Ляпунов Ю.И., Истомин А.Ф. Объективная сторона преступления // Уголовное право. Общая часть: Учебник / Под ред. Н.И. Ветрова, Ю.И. Ляпунова. М., 1997. С. 203-204.

4 Уголовное право России. Общая часть / Под ред. Б.В. Здравомыслова. М., 1993. С. 139.

5 См.: Налоговый кодекс РФ. (Часть первая). М., 2005.

6 Пикуров Н.И. Уголовное право в системе межотраслевых связей. Волгоград, 1998. С. 178.

7 Комментарий у Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева. М., 2004. С. 482 (автор главы - Н.А. Лопашенко).

8 Глебов Д.А., Ролик А.И. Указ. соч. С. 63.

9 Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. М., 1999. С. 5.

H.H. Михайлов*, С.В. Злобин**

Развитие института защиты в сфере уголовного судопроизводства

Принятие в 2001 г. нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в котором назначением уголовного судопроизводства впервые была провозглашена защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения и ограничения ее прав и свобод (п. 2 ч. 1 ст. 6), можно считать новым этапом в осознании важности, необходимости существования и развития уголовно-процессуального института защиты. Большим достижением в этом плане было и принятие в 2002 г. Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Таким образом, сегодня можно с уверенностью утверждать, что наше государство не только декларативно провозглашает ценность прав и свобод человека и гражданина и необходимость их защиты, но и делает необходимые шаги по реализации, действенному гарантированию права каждого на защиту.

Теперь необходимо создать все условия для того, чтобы при производстве по уголовным делам, где возможно наиболее острое вторжение в сферу прав и свобод человека и гражданина, лицу, вовлекаемому в эту область правоотношений, была обеспечена именно квалифицированная юридическая помощь, как того требует Конституция Российской Федерации (ст. 48), чтобы защитник обладал всеми необходимыми правами для выполнения процессуальной функции защиты, чтобы государственные органы и должностные лица, осуществляющие уголовно-процессуальную деятельность, обеспечивали реализацию права на защиту, чтобы уголовно-процессуальный закон содержал необходимые гарантии права на защиту. Ведь, как показывает практика, личность остается недостаточно защищенной в сфере уголовно-процессуальной деятельности.

* Начальник Курского филиала Орловского юридического института МВД России, кандидат юридических наук,

доцент.

** И.о. председателя Красноармейского районного федерального суда г. Волгограда.

Итак, уголовное преследование в отношении конкретных лиц предполагает предоставление этим лицам возможности защищаться. Не говоря уже о них самих, в такой защите заинтересованы и общество, и государство, наделяющее соответствующие государственные органы полномочиями по осуществлению уголовного преследования. Как свидетельствует многовековая практика уголовного судопроизводства, аргументы органов уголовного преследования во избежание судебных ошибок нуждаются в проверке на прочность путем сопоставления их с контраргументами со стороны защиты1. Следовательно, необходимо создать условия для того, чтобы уголовное преследование в отношении определенного лица и предъявляемое ему обвинение были законны и обоснованны, чему во многом способствует защита.

Возможность защищаться в уголовном процессе выражается прежде всего в праве на защиту. Его субъектом первоначально (в УПК РСФСР) считался лишь обвиняемый. С 1992 г. (после изменений и дополнений, внесенных в УПК РСФСР Законом Российской Федерации от 23 мая 1992 г.) данное право распространилось и на подозреваемого, что можно считать логическим завершением формирования позиции законодателя по отношению к названным участникам уголовного процесса с учетом реально существующего принципиального сходства их процессуального положения.

При этом нельзя не отметить, что в отечественной юридической литературе право обвиняемого (подозреваемого) на защиту уже давно рассматривалось как основа всех процессуальных прав, предоставляемых лицу для отстаивания своих интересов, как интегрированное выражение этих прав2. Ученые-процессуалисты писали, что реализация права на защиту в первую очередь образует то, что принято понимать под защитой в качестве одной из основных уголовно-процессуальных функций. Одновременно защитой является и деятельность защитника как представителя интересов субъекта права на защиту3.

Предоставление любого права может превратиться в формальность, если не будут созданы необходимые условия для его осуществления. В связи с этим закон не просто предоставляет право на защиту, но, что самое важное, предусматривает его обеспечение, причем последнее выступает на первый план. Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту заслуженно признается в качестве принципа уголовного процесса, т.е. основополагающей нормы всего производства по уголовным делам.

Согласно ст. 16 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которая так и называется - «Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту» - и находится в главе второй, посвященной принципам уголовного судопроизводства, подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя. Суд, прокурор, следователь и дознаватель разъясняют подозреваемому и обвиняемому их права и обеспечивают им возможность защищаться всеми не запрещенными уголовнопроцессуальным законом способами и средствами. В случаях, предусмотренных уголовнопроцессуальным законом, обязательное участие защитника и (или) законного представителя подозреваемого или обвиняемого обеспечивается должностными лицами, осуществляющими производство по уголовному делу.

Таким образом, мы видим, что обеспечение обвиняемому и подозреваемому права на защиту выступает в качестве важной обязанности (невыполнение которой расценивается как существенное нарушение закона со всеми вытекающими отсюда последствиями - ч. 3 ст. 7 УПК РФ) лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, в целях предупреждения обвинительного уклона, для надлежащей реализации назначения уголовного судопроизводства - защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, а также ограничения ее прав и свобод.

Необходимость надлежащего обеспечения права на защиту подозреваемого и обвиняемого обусловлена тем, что производством по уголовному делу их интересы затрагиваются наиболее остро. Главным образом им предназначаются всевозможные меры уголовно-процессуального принуждения. Над ними нависает реальная угроза уголовного наказания. Уголовный процесс создает серьезную угрозу жизненно важным интересам подозреваемого и обвиняемого4. Поэтому вопросы, от решения которых зависят судьба человека, его доброе имя, честь, достоинство и свобода, касаются в уголовном деле прежде всего интересов лица, противостоящего уголовному преследованию. Не удивительно, что именно правам личности такого человека прежде всего уделяется внимание в уголовном судопроизводстве5.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 4 (32) 2006

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 4 (32) 2006

Самое худшее, что может произойти для личности в уголовном процессе, - это осуждение невиновного вследствие незаконного и необоснованного обвинения. Именно в этой связи законодатель и признал защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения и осуждения в качестве назначения уголовного судопроизводства.

С положительной стороны необходимо отметить реализацию в уголовнопроцессуальном законе конституционной нормы об оказании именно квалифицированной юридической помощи. Так, согласно ст. 49 УПК Российской Федерации, в качестве защитников по уголовным делам допускаются только адвокаты, а значит, профессиональные участники уголовно-процессуальной деятельности, которые имеют соответствующее юридическое образование, прошли стажировку и сдали квалификационный экзамен (ст. 9 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»).

Только по определению или постановлению суда в качестве защитника могут быть допущены (но наряду с адвокатом) один из близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый, а при производстве у мирового судьи указанное лицо допускается и вместо адвоката.

Говоря о праве на защиту, важно учитывать, что оно принадлежит не только обвиняемому и подозреваемому, которые официально признаны в этом процессуальном статусе, но и всякому лицу, которое допрашивают об обстоятельствах инкриминирующего характера, а также каждому, в отношении кого совершаются действия в порядке уголовного преследования. На это уже обращал внимание Конституционный Суд Российской Федерации (в Постановлении от 27 июня 2000 г. «По делу о проверке конституционности положений части 1 статьи 47 и части 2 статьи 51 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина В.И. Маслова»), растолковывая конституционное право на защиту в уголовном судопроизводстве в рамках УПК РСФСР; так же следует понимать право на защиту и согласно нормам нового УПК Российской Федерации.

Российские законодатели совершенно обоснованно предусмотрели в качестве дополнительной гарантии защиты личности от незаконного и необоснованного уголовного преследования и обвинения положения ч. 3 ст. 86 УПК Российской Федерации о праве защитника самостоятельно собирать доказательства.

Согласно ч. 3 ст. 16 УПК Российской Федерации в случаях, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, обязательное участие защитника и (или) законного представителя подозреваемого или обвиняемого обеспечивается должностными лицами, осуществляющими производства по уголовному делу. То, что закон прямо предусматривает случаи, когда участие защитника в деле обязательно, а также то, что обеспечение этого участия вменяется в обязанность лицам, осуществляющим производство по делу, несомненно, является гарантией реализации назначения уголовного судопроизводства - защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения и ограничения ее прав и свобод.

Ст. 51 УПК Российской Федерации дополняет вышеуказанную норму и поясняет, что участие защитника в уголовном деле обязательно, если:

1) подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника;

2) подозреваемый, обвиняемый является несовершеннолетним;

3) подозреваемый, обвиняемый в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту;

4) подозреваемый, обвиняемый не владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу;

5) лицо обвиняется в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь;

6) уголовное дело подлежит рассмотрению судом с участием присяжных заседателей;

7) обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в упрощенном порядке (при согласии с предъявленным ему обвинением).

А ч. 3 ст. 51 УПК России повторяет вышеуказанную норму об обязанности дознавателя, следователя, прокурора и суда обеспечивать участие защитника в уголовном судопроизводстве, если оно является обязательным, когда защитник не приглашен самим подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также иными лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого.

При этом, по справедливому утверждению И.А. Антонова, несмотря на высокую нравственно-правовую значимость ст. 51 УПК России, она должна быть дополнена еще одной

нормой в целях реального гарантирования защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения и ограничения ее прав и свобод как назначения уголовного судопроизводства. Так, ч. 1 ст. 51 УПК России следует дополнить еще одним пунктом, когда участие защитника в уголовном деле обязательно - это в случае применения к подозреваемому или обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу. Данная норма необходима ввиду того, что подозреваемый, обвиняемый не смогут самостоятельно собирать и представлять предметы и документы в свою защиту для приобщения к материалам дела, находясь в изоляции, а защитника, который мог бы собирать оправдательные доказательства, соответственно не будет. Таким образом, лицо не будет защищено от необоснованного обвинения, чего нельзя допустить6.

Также в качестве гарантии защиты личности выступает ч. 4 ст. 16 УПК Российской Федерации, согласно которой в случаях, предусмотренных уголовно-процессуальным законом и иными федеральными законами, подозреваемый и обвиняемый могут пользоваться помощью защитника бесплатно. Сегодня в Российской Федерации в условиях экономических реформ наблюдается сильное расслоение общества, и не все способны самостоятельно оплатить услуги адвоката. В связи с этим указанная норма является крайне необходимой в современных условиях развития российского общества.

В целях дополнительных гарантий надлежащей реализации рассматриваемой нормы Правительство Российской Федерации приняло Постановление от 22 августа 2005 г. № 534 «О проведении эксперимента по созданию государственной системы оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам», утвердило Положение «Об оказании бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам»7 и выделило необходимые средства на создание первоначально в 10 субъектах Федерации государственных юридических бюро.

1 См.: Шадрин B.C. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. М., 2000. С. 71.

2 См., напр.: Жогин H.B. Прокурорский надзор за предварительным расследованием уголовных дел. М., 1968. С. 160; Строгович М.С. Право обвиняемого на защиту и презумпция невиновности. М., 1984. С. 17.

3 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М., 1968. С. 117; Зинатуллин 3.3. Общие проблемы обвинения и защиты по уголовным делам. Ижевск, 1989. С. 42.

4 См.: Лазарева B.A. Теория и практика судебной защиты в уголовном процессе. Самара, 2000. С. 33.

5 См.: Строгович М.С. Избранные труды. Т. 2. Гарантии прав личности в уголовном судопроизводстве. М., 1992. С. 227.

6 См.: Антонов И.А. Нравственно-правовые начала уголовно-процессуальной деятельности (теоретические идеи и правоприменительная практика): Дис. ... докт. юрид. наук. СПб., 2005. С. 259.

7 См.: Постановление Правительства Российской Федерации от 22 августа 2005 года № 534 «О проведении эксперимента по созданию государственной системы оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам» и утверждении Положения «Об оказании бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам» // Российская газета. 2005. 30 августа.

Е.Л. Никитин*, В.И. Рохлин**, A.B. Федотов***

Формы и способы взаимодействия органов прокуратуры и оперативных подразделений правоохранительных органов в сфере борьбы с преступностью

Значительное число совершаемых в настоящее время преступлений относится к категории тяжких и особо тяжких, многие из них направлены против личности либо обладают корыстнонасильственной природой. Часто механизм совершения этих деяний носит неочевидный, скрытый (латентный) характер, что затрудняет их выявление и последующее раскрытие

* Доцент кафедры прокурорского надзора и участия прокуроров в рассмотрении гражданских и арбитражных дел СПб юридического института Генеральной прокуратуры РФ, кандидат юридических наук, доцент.

** Профессор кафедры ОРД ОВД Санкт-Петербургского университета МВД России, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, почетный работник прокуратуры, почетный доктор Санкт-Петербургского университета МВД России.

*** Соискатель кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского университета МВД России.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 4 (32) 2006