Ассоциации полиморфизма ряда генов врожденного иммунитета с риском развития множественной миеломы и хронического лимфолейкоза

5. Sun X.F., Zhen Z.J., Xia Y., Lin S.X., Zhu J., Wang J., et al. Outcome of children and adolescents with Burkitt lymphoma and diffuse large B cell lymphoma treated with a modified NHL-BFM-90 protocol. ZhonghuaXue YeXue Za Zhi. 2013; 34(12): 1032-7. doi: 10.3760/cma.j.is sn.0253-2727.2013.12.008.

6. Samochatova E.V., Maschan A.A., Shelikhova L.N., Myakova N.V., Belogurova M.B., Khlebnikova O.P. Therapy of advanced-stage mature B-cell lymphoma and leukemia in children and adolescents with rituximab and reduced intensity induction chemotherapy (B-NHL-2004M Protocol): the results of a multicenter study. J. Pediatr. Hematol. Oncol. 2014; 36(5): 395-401. doi: 10.1097/MPH.0b013e31829d4900.

7. Sahni V., Choudhury D., Ahmed Z. Chemotherapy-associated renal dysfunction. Nat. Rev. Nephrol. 2009; 5(8): 450-62. doi: 10.1038/nrne-ph.2009.97.

8. Perazella M.A., Moeckel G.W. Nephrotoxicity from chemotherapeutic agents: clinical manifestations, pathobiology, and prevention/therapy. Semin. Nephrol. 2010; 30(6): 570-81. doi: 10.1016/j.semnephrol.2010.09.005.

9. Kintzel P.E. Anticancer drug-induced kidney disorders. Drug. Saf. 2001; 24(1): 19-38.

10. Choi M., Sun C.L., Kurian S., Carter A., Francisco L., Forman S.J., Bha-tia S. Incidence and predictors of delayed chronic kidney disease in long-term survivors of hematopoietic cell transplantation. Cancer. 2008; 113(7): 1580-7. doi: 10.1002/cncr.23773.

11. Elyasi S., Khalili H., Dashti-Khavidaki S., Mohammadpour A. Vancomy-cin-induced nephrotoxicity: mechanism, incidence, risk factors and special populations. A literature review. Eur. J. Clin. Pharmacol. 2012; 68(9): 1243-55. doi: 10.1007/s00228-012-1259-9.

12. Ellis M.J., Parikh C.R., Inrig J.K., Kanbay M., Patel U.D. Chronic kidney disease after hematopoietic cell transplantation: a systematic review. Am. J. Transplant. 2008; 8(11): 2378-90. doi: 10.1111/j.1600-6143.2008.02408.x.

13. Hingorani S., Guthrie K.A., Schoch G., Weiss N.S., McDonald G.B. Chronic kidney disease in long-term survivors of hematopoietic cell transplant. Bone Marrow Transplant. 2007; 39(4): 223-9.

14. Karimzadeh I., Farsaei S., Khalili H., Dashti-Khavidaki S. Are salt loading and prolonging infusion period effective in prevention of amphotericin B-induced nephrotoxicity? Expert Opin. Drug Saf. 2012; 11(6): 969-83. doi: 10.1517/14740338.2012.721775.

15. Strizhevskaya A.M., Golovnya E.G., Dzampaev A.Z., Baykova V.N. Biochemical criteria of toxicity of therapy with high doses of methotrexate in children with osteosarcoma. Advances in Molecular Oncology. Russian Journal

16. Ulrich C.M., Yasui Y., Storb R., Schubert M.M., Wagner J.L., Bigler J. Pharmacogenetics of methotrexate: toxicity among marrow transplantation patients varies with the methylenetetrahydrofolate reductase C677T polymorphism. Blood. 2001; 98(1): 231-4.

Original article

17. Ongaro A., De Mattei M., Delia Porta M.G., Rigolin G.M., Ambrosio C., Di Raimondo F. Gene polymorphisms in folate metabolizing enzymes in adult acute lymphoblastic leukemia: effects on methotrexate-related toxicity and survival. Haematologica. 2009; 94(10): 1391-8. doi: 10.3324/ haematol.2009.008326.

18. Pimenova M.A., Sokolov A.N., Biryukova L.S., Ustinova E.N., Shaforos-tova I.I., Donskova I.A., et al. Extremely high concentration of methotrexate in the blood serum, followed by acute renal failure in a patient with acute lymphoblastic leukemia after high-dose consolidation. Therapeutic archive. Russian Journal

19. Naughton C.A. Drug-induced nephrotoxicity. Am. Fam. Physician. 2008; 78(6): 743-50.

20. Kolygin B.A., Kuleva S.A. The effects of anticancer therapy in children. St. Peterburg: Gippokrat; 2011.

21. Sarzhevskiy V.O., Melnichenko V.Ya., Tyurin V.L. Renal toxicity of highdose chemotherapy with autologous bone marrow transplantation

22. Kaya Z., Gursel T., Bakkaloglu S.A., Kocak U., Atasever T., Oktar S.O. Evaluation of renal function in Turkish children receiving BFM-95 therapy for acute lymphoblastic leukemia. Pediatr. Hematol. Oncol. 2007; 24(4): 257-67.

23. Gronroos M.H., Jahnukainen T., Mottonen M., Perkkio M., Irjala K., Salmi T.T. Long-term follow-up of renal function after high-dose methotrexate treatment in children. Pediatr. Blood Cancer. 2008; 51(4): 535-9. doi: 10.1002/pbc.21650.

24. Oberlin O., Fawaz O., Rey A., Niaudet P., Ridola V., Orbach D., et al. Long-term evaluation of ifosfamide-related nephrotoxicity in children. J. Clin. Oncol. 2009; 27(32): 5350-5. doi: 10.1200/jm.2008.17.5257.

25. Dekkers I.A., Blijdorp K., Cransberg K., Pluijm S.M., Pieters R., Neggers S.J., van den Heuvel-Eibrink M.M. Long-term nephrotoxicity in adult survivors of childhood cancer. Clin. J. Am. Soc. Nephrol. 2013; 8(6): 922-9. doi: 10.2215/CJN.09980912.

26. Lukina A.E., Baryakh E.A., Kravchenko S.K., Biryukova L.S., Gemdzhyan E.G., Magomedova A.U., et al. Features of renal damage in Burkitt's lymphoma. Therapeutic archive. Russian Journal

27. Smirnov A.V. National guidelines. Chronic kidney disease: the basic principles of screening, diagnosis, prevention and treatment approaches. Nefrology. Russian Journal

28. Common Terminology Criteria for Adverse Events (CTCAE) v 4.0. Publish Date: May 28, 2009. Available at: http://www.evs.nci.nih.gov/CTCAE/CT-CAE_4.03_2010-06-14

Поступила 11.12.15 Принята к печати 08.09.16

О КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2016

УДК 616.155.392.2+616-006.448]-092:612.017.1]-078.33

Назарова Е.Л., Демьянова В.Т., Шардаков В.И., Зотина Е.Н., Докшина И.А.

АССОЦИАЦИИ ПОЛИМОРФИЗМА РЯДА ГЕНОВ ВРОЖДЕННОГО ИММУНИТЕТА С РИСКОМ РАЗВИТИЯ ХРОНИЧЕСКИХ ЛИМФОПРОЛИФЕРАТИВНЫХ

ЗАБОЛЕВАНИЙ

ФГБУН «Кировский научно-исследовательский институт гематологии и переливания крови» ФМБА России,

610027, Киров, Россия

Комплексное взаимодействие между факторами внешней среды и генами организма человека вносит заметный вклад в развитие хронических лимфопролиферативных заболеваний (ХЛПЗ) у лиц с различными мутациями генов, в том числе врожденного иммунного ответа. Обследовали 51 больного хроническим лимфолейкозом (ХЛЛ) и 70 больных множественной миеломой (ММ). Контрольную группу составили 47 здоровых лиц, не имеющих онкогематологических заболеваний, сопоставимых по гендерным и возрастным характеристикам с больными ХЛПЗ. У обследуемых определяли распространенность 20 генетических полиморфизмов (single-nucleotide polymorphism - SNP) в 14 генах врожденного иммунного ответа. Обнаружено, что у больных ХЛЛ статистически значимо чаще встречался гаплотип АА гена Toll-подобного рецептора (Toll-like receptor - TLR) 3 в позиции -421, чем в контрольной группе (OR 18,56; p = 0,005). При ММ отмечена связь риска развития заболевания с полиморфизмом генов IL-10-1082, TLR2-753 и TLR3-421. Кроме того, найдены генетические маркеры быстро прогрессирующих форм ХЛЛ и ММ (гаплотипы CG + GG гена IL-6 и гаплотипы GG + GA гена IL-17A соответственно). Можно предположить возможную связь полиморфизма генов IL-6, IL-10, IL-17A, TLR2 и TLR3 с развитием ХЛПЗ и рекомендовать использовать данные маркеры в качестве ранних дополнительных диагностических и прогностических критериев.

Ключевые слова: лимфопролиферативные заболевания; хронический лимфолейкоз; множественная миелома; полиморфизм генов; цитокины; толл-подобные рецепторы.

Для цитирования: Назарова Е.Л., Демьянова В.Т., Шардаков В.И., Зотина Е.Н., Докшина И.А. Ассоциации полиморфизма ряда генов врожденного иммунитета с риском развития хронических лимфопролиферативных заболеваний. Гематология и трансфузиология. 2016; 61(4): 183-189. DOI: http://dx.doi.org/10.18821/0234-5730/2016-61-4-183-189

Оригинальная статья

Nazarova E.L., Demiyanova V.T., Shardakov V.I., Zotina E.N., Dokshina I.A.

ASSOCIATIONS OF POLYMORPHISM IN SEVERAL INNATE IMMUNITY GENES WITH THE RISK OF THE DEVELOPMENT OF CHRONIC LYMPHOPROLIFERATIVE DISEASES

S.M. Kirov Research Institute of Hematology and Blood Transfusion, Kirov, 610027, Russian Federation

The complex interaction between environmental factors and human genes makes a significant contribution to the development of chronic lymphoproliferative diseases (CLPD) in individuals with mutations in various genes, including the innate immune response genes. We examined 51 patients with chronic lymphocytic leukemia (CLL) and 70 multiple myeloma (Mm) patients. The control group consisted of 47 healthy persons without hematological malignancies. The patients from control group were matched for gender and age characteristics of CLPD patients. In observed persons there was determined the prevalence of genetic polymorphisms (single-nucleotide polymorphism -SNP) in the innate immune response genes including 20 genetic polymorphisms (single-nucleotide polymorphism - SNP) in 14 genes of the innate immune response. In patients with CLL haplotype AA for the TLR3 gene in -421 position was revealed to occur significantly more often than in the control group (OR: 18.56; p = 0.005). In MM patients there was noted the relation between the risk of the development of the disease and gene polymorphism for IL-10-1082, TLR2-753 and TLR3-421. There were found genetic markers for rapidly progressing forms of CLL and MM (CG + GG haplotype of the gene IL-6 and haplotypes GG + GA gene IL-17A, respectively). It is possible to assume a probable link of gene polymorphisms for IL-6, IL-10, IL-17A, TLR2 and TLR3 with the development of the CLPD and recommend these markers as early additional diagnostic and prognostic criteria.

Keywords: lymphoproliferative diseases; chronic lymphocytic leukemia; multiple myeloma; gene polymorphism; cytokines; toll-like receptors.

For citation: Nazarova E.L., Demiyanova V.T., Shardakov V.I., Zotina E.N., Dokshina I.A. Associations of polymorphism in several innate immunity genes with the risk of the development of chronic lymphoproliferative diseases. Hematology and Transfusiology. Russian journal (Gematologiya i transfusiologiya). 2016; 61(4): 183-189. (in Russian). DOI: http://dx.doi. org/10.18821/0234-5730/2016-61-4-183-189

Conflict of interest. The authors declare no conflict of interest. Acknowledgments. The study had no sponsorship. Received 06 June 2016 Accepted 22 November 2016

Хронические лимфопролиферативные заболевания (ХЛПЗ) относят к группе патологических состояний так называемого мультифакториального генеза, в развитии которых играют роль как факторы внешней среды, так и генетические факторы [1, 2]. Хронический лимфолейкоз (ХЛЛ) и множественная миелома (ММ) - два наиболее распространенных опухолевых заболевания лимфатической системы.

Проведенные в предыдущие годы исследования показали, что ХЛЛ не является статичным заболеванием, а имеет чрезвычайно динамичный и сложный субклональный мутационный пейзаж, где у одного пациента сосуществуют несколько опухолевых субклонов. Они могут поддерживаться количественно по отношению друг к другу в равной степени в течение многих лет («клональное равновесие»), однако в ряде случаев отдельные субклоны могут становиться доминирующими [3]. Много наблюдений подтверждают важность структурной организации и особенностей функционирования В-клеточного рецептора (B-cell receptor - BCR) в развитии и эволюции ХЛЛ [4]. Примерно у 30% больных ХЛЛ наблюдается экспрессия похожих, «стереотипных» BCR, которые «отбираются» опухолевыми клетками для связывания ограниченного набора антигенных эпитопов, что поддерживает концепцию антигенуправляемой экспансии клеток при ХЛЛ.

Для корреспонденции:

Назарова Елена Львовна, кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник лаборатории иммунологии лейкозов ФГБУН «Кировский научно-исследовательский институт гематологии и переливания крови ФМБА России». 610027, г Киров, Россия. E-mail: nazarova.yelena@mail.ru.

For correspondence:

Nazarova Elena L., MD, PhD, leading researcher of the Kirov Research Institute of Hematology and Blood Transfusion, Kirov, 610027, Russian Federation. E-mail: nazarova.yelena@mail.ru.

Information about authors:

Nazarova E.L., http://orcid.org/0000-0002-9890-4264 Researcher ID: G-6806-2015; Demiyanova VT., http://orcid.org/0000-0003-1527-3055; Shardakov V.I., http://orcid.org/0000-0001-6036-4250; Zotina E.N., http://orcid.org/0000-0001-9692-2541; Dokshina I.A., http://orcid.org/0000-0002-1447-0199.

Исследования in vitro определили несколько сигнальных путей и клеточных факторов, которые способны увеличивать выживаемость опухолевых клеток при ХЛЛ и поддерживать их ограниченную пролиферацию. К ним относятся не только BCR, но и Toll-подобные рецепторы (TLRs), CD40, CD49d, цитокины, хемокины и компоненты внеклеточного матрикса [4-6]. Многие из этих сигналов передаются через SYK и/или PI3K5 и/или тирозинкиназу Брутона (Bruton's tyrosine kinase -ВТК) и активируют аналогичные внутриклеточные пути: PI3K/AKT/mTOR, NF-кВ и МАРК. Поэтому трудно оценить, в какой степени один фактор или сигнальный путь может быть необходимым или достаточным для инициации и про-грессирования ХЛЛ [4, 6].

ММ также является злокачественной опухолью из В-клеток, которые в конечном итоге дифференцируются в долгоживущие, продуцирующие антитела плазматические клетки, прошедшие обычные стадии своего развития [7]. Как и другие виды опухолей, ММ характеризуется многочисленными геномными аберрациями. Последние крупномасштабные исследования с применением метода секвенирования показали обширную внутри- и межопухолевую геномную гетерогенность, эволюцию и замещение клонов в процессе прогрессирования ММ [8, 9].

Помимо указанных изменений, к генетическим факторам риска развития ХЛЛ и ММ также относят наличие в геноме человека аллельных вариантов генов иммунного ответа [1, 2]. Гены врожденного иммунного ответа обладают высокой степенью полиморфизма и рассматриваются как важные факторы развития заболеваний у человека с определенным набором генетических вариантов. Их распределение среди населения соответствует популяционным законам и имеет свои этнографические особенности. К настоящему времени известно о связи развития отдельных форм неходжкин-ских лимфом (НХЛ) и ММ с однонуклеотидными заменами (single-nucleotide polymorphism - SNPs) в промоторном регионе генов ряда TLRs: TLR1, TLR2, TLR3, TLR4, TLR6, TLR10; цитокинов (интерлейкинов - IL-1fi, IL-10, IL-6), фактора некроза опухоли (tumor necrosis factor - TNF); маннозосвязы-вающего лектина 2 (MBL2); фактора, ингибирующего миграцию

Original article

макрофагов (MF); доменсодержащего белка 15, вовлекающего каспазу (CARD15), антигена 4, ассоциированного с цито-токсическими Т-лимфоцитами (CTLA-4) и др. [1, 2, 10, 11].

SNPs в генах врожденного иммунного ответа, локализованные в кодирующих и регуляторных областях, влияют на конечный уровень секреции или экспрессии белка, кодируемого этим геном, а также на его функциональную активность и ассоциированы с риском развития ХЛПЗ [10]. Кроме того, гетерогенность клинической картины опухолей лимфатической системы является отражением существующих генетических и эпигенетических нарушений [11]. Накопленные к настоящему времени данные весьма противоречивы ввиду этнически неоднородных выборок, особенностей климато-географических и социально-экономических условий проживания пациентов. Поэтому исследователи отмечают необходимость проведения дальнейших изысканий по данной проблеме [1, 10].

Цель настоящего исследования - определение роли одно-нуклеотидных замен в генах врожденного иммунного ответа в риске развития ХЛЛ и ММ.

Материал и методы

Обследованы две группы пациентов: 51 больной ХЛЛ и 70 -ММ, а также 47 здоровых лиц, схожих с больными по полу и возрасту (табл. 1).

Больных ХЛЛ и ММ обследовали с 2012 по 2015 г. на базе клиники ФГБУН «Кировский НИИ гематологии и переливания крови ФМБА России». Стадирование патологических процессов базировалось на основании критериев J. Binet [12] и B. Durie, S. Salmon [13]. Все пациенты и лица контрольной группы дали свое письменное информированное согласие на участие в этом исследовании. Материалом для генетических исследований послужила ДНК, выделенная из лейкоцитов венозной периферической крови стандартным способом фенольно-хлороформной экстракции. Генотипирование полиморфных участков генов иммунного ответа проведено методом полимеразной цепной реакции (ПЦР) с аллель-специфичными праймерами (НПФ «Литех», Москва) и электрофоретиче-ской детекцией продуктов реакции в агароз-ном геле.

Протестировано 20 полиморфных участков 14 генов иммунного ответа: IL-1ß (T-31C, G-1473C, C-3953T, T-511C); IL-2 (T-330G), IL-4 (C-589T), IL-6 (C-174G), IL-10 (C-819, G-1082A), IL-17A (G-197A), TNF (G-308A), CD14 (C-159T), FCGR2A (His166Arg), TLR2 (Arg753Gln), TLR3 (Phe421Leu), TLR4 (Asp-299Gln, Thr399Ile), TLR6 (Ser249Pro), TLR9 (T-1237C, A2848G). Все указанные SNP являются ранее подтвержденными и имеют частоту минорного аллеля 1% и более (NCBI dbSNP database, http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ projects/SNP/index.html) (табл. 2).

Распределение генотипов в исследуемых полиморфных локусах было изучено с использованием логистического регрессионного анализа и с проверкой на соответствие равновесию Харди-Вайнберга с помощью точного теста Фишера (http://gen-exp.ru/ calculator_or.php). Учитывали соответствие больных и лиц контрольной группы по полу и возрасту. Для расчета результатов использовали пакет программ Statistica V.12 и MS Office Excel 2003. Cтатистически значимыми считали различия приp < 0,05.

Результаты

Распределение частот генотипов генов иммунного ответа у больных ХЛПЗ и в контрольной группе представлено в табл. 3. Здесь и далее результаты выражены в долях единицы.

Анализ полученных данных показал, что риск развития ХЛЛ был связан

Таблица 1

Характеристика обследованных групп больных ХЛПЗ и здоровых лиц

Группа Больные Больные

Показатель контроля ХЛЛ ММ

n % n % n %

мужской

женскии

38,6 61,4

Возраст, годы:

до 60 37 78,7 29 56,9 35 50

старше 60 10 21,3 22 43,1 35 50

Медиана возраста, (25-75%о) 49 (44-58) 62 (57-67) 60 (52-65) Пол:

25 53,2 34 66,7 27

22 46,8 17 33,3 43

Стадия ХЛЛ по Binet [12]:

А - 1 2

В 37 72,5

С 13 25,5

Стадия ММ по Durie-Salmon PLUS [13]:

IA - - 3 4,3

IIA 36 51,4

IIB 4 5,7

IIIA 20 28,6

IIIB 7 10

Таблица 2

Изученные полиморфные локусы генов иммунного ответа

Ген Полиморфный локус Цитогенетиче-ская локализация RS number Локализация в гене Тип мутации

IL-1ß T-31C 2q13-2q14 rs2856841 Интрон Транзиция

G-1473C rs1143623 Промотор Трансверсия

C-3953T rs1143634 Экзон 5 Транзиция/silens

T-511C rs16944 Интрон Транзиция

IL-2 T-330G 4q26-4q27 rs2069762 Интрон Трансверсия

IL-4 C-589T 5q23-5q31 rs2243250 Интрон Транзиция

IL-6 C-174G 7p15-7p21 rs1800795 Интрон Трансверсия

IL-10 C-819 1q31-1q32 rs1800871 Интрон Транзиция

G-1082A rs1800896 Промотор Intergen

IL-17A G-197A 6p12.2 rs2275913 Интрон Транзиция

TNF G-308A 6p21.33 rs1800629 Интрон Транзиция

CD14 C-159T 5q31.1 rs34424920 Интрон, 5'-UTR Транзиция

FCGR2A His 166 Arg 1q23.3 rs1801274 Экзон 4 Транзиция/mis- sense

TLR2 Arg753Gln 4q31.3-4q32 rs5743708 Экзон 3 Транзиция/mis- sense

TLR3 Phe421Leu 4q35.1 rs3775291 Экзон 4 Транзиция/mis- sense

TLR4 Asp299Gln 9q33.1 rs4986790 Экзон 3 Транзиция/mis- sense

Thr399Ile 9q32-9q33 rs4986791 Экзон 3 Транзиция/mis- sense

TLR6 Ser249Pro 4p14 rs5743810 Экзон 1 Транзиция/mis- sense

TLR9 T-1237C 3p21.2 rs5743836 Интрон Транзиция

A2848G rs352140 Экзон 2 Транзиция/silens

Примечание. RS number - идентификационный номер однонуклеотидной замены согласно The Single Nucleotide Polymorphism Database (dbSNP) (National Center for Biotechnology Information (NCBI) [14]; National Human Genome Research Institute (NHGRI) [15]); silens - сеймсенс-мутация; intergen - межгенный регион; 5'-UTR -5'-фланкируюшая область гена; mis-sense - миссенс-мутация.

Оригинальная статья

Таблица 3

Частота наблюдаемых генотипов больных ХЛЛ, ММ и у лиц контрольной группы

Генотип Контрольная группа Больные ХЛЛ Больные ММ Генотип Контрольная группа Больные ХЛЛ Больные ММ

И-1Р (Т-31С): СС 0,426 0,314 0,371 ГШ ^-308А): GG 0,766 0,696 0,729

ст 0,510 0,510 0,514 GA 0,234 0,283 0,271

тт 0,064 0,176 0,115 АА 0,000 0,021 0,000

И-1Р ^-1473С): GG 0,426 0,372 0,377 СD14 (С-159Т): сс 0,468 0,412 0,486

GC 0,468 0,535 0,475 ст 0,404 0,431 0,300

сс 0,106 0,093 0,148 тт 0,128 0,157 0,214

11-1Р (С-3953Т): СС 0,532 0,587 0,500 FCGR2A (His166Arg): GG 0,532 0,456 0,426

СТ 0,383 0,370 0,348 GA 0,298 0,370 0,412

ТТ 0,085 0,043 0,152 АА 0,170 0,174 0,162

11-1Р (Т-511С): сс 0,128 0,238 0,226 TLR2 (А^753«п): GG 0,660 0,686 0,829

Ст 0,532 0,500 0,436 GA 0,340 0,314 0,171

тт 0,340 0,262 0,344 АА 0,000 0,000 0,000

К-2 (T-330G): тт 0,489 0,490 0,343 TLR3 (РЬе42^еи): GG 0,468 0,451 0,529

TG 0,468 0,471 0,571 GA 0,532 0,392 0,343

GG 0,043 0,039 0,086 АА 0,000 0,157 0,128

^-4 (С-589Т): сс 0,383 0,529 0,400 TLR4 ^р299«п): GG 0,588 0,714 0,675

ст 0,553 0,412 0,500 GA 0,353 0,238 0,325

тт 0,064 0,059 0,100 АА 0,059 0,048 0,000

1Ь-6 (C-174G): сс 0,255 0,235 0,200 TLR4 (ТЬг399Ие): сс 0,638 0,651 0,770

CG 0,468 0,510 0,529 ст 0,362 0,326 0,230

GG 0,277 0,255 0,271 тт 0,000 0,023 0,000

К-10 (С-819Т): сс 0,553 0,608 0,657 TLR6 ^ег249Рго): СС 0,404 0,314 0,414

ст 0,426 0,373 0,257 СТ 0,447 0,588 0,386

тт 0,021 0,019 0,086 ТТ 0,149 0,098 0,200

И-10 ^-1082А): GG 0,319 0,326 0,250 TLR9 (Т-1237С): тт 0,723 0,745 0,714

GA 0,638 0,522 0,500 тс 0,255 0,216 0,243

АА 0,043 0,152 0,250 сс 0,022 0,039 0,043

17А ^-197А): GG 0,404 0,370 0,414 TLR9 (A2848G): АА 0,362 0,465 0,339

GA 0,426 0,522 0,414 AG 0,383 0,209 0,371

АА 0,170 0,108 0,172 GG 0,255 0,326 0,290

с полиморфизмом гена TLR3 (ТЪе42^еи), а ММ - с полиморфизмом генов 11-10 ^-1082А), TLR2 (Arg753Gln) и TLR3 (№е42^еи).

Полиморфизм генов врожденного иммунного ответа и риск развития ХЛЛ

Генотип гена TLR3, содержащий мутантный аллель А в позиции -421 в гомозиготном состоянии, встречался у больных ХЛЛ статистически значимо чаще, чем у лиц, не имеющих ХЛПЗ ^ 18,56; 95%С1 1,04-331,26; / = 8,03; р = 0,005) (табл. 4).

При анализе распределения вариантных генотипов изучаемых генов у 37 больных ХЛЛ, в стадии В и у 13 в стадии С, установленными на момент постановки диагноза заболевания, обнаружено, что присутствие гаплотипов гена 1Ь-6, содержащих мутантный аллель G (CG + GG), снижало риск выявления процесса в терминальной стадии почти в 4,5 раза (табл. 5).

Следовательно, аллель «дикого» типа С гена 1Ь-6 выступал в качестве протективного маркера риска развития ХЛЛ с более агрессивным типом течения заболевания.

Полиморфизм генов врожденного иммунного ответа и риск развития ММ

У больных ММ в отличие от лиц контрольной группы (табл. 6) отмечена ассоциация риска развития заболевания с полиморфизмом генов 1Ь-10 ^-1082А), TLR2 (Arg753Gln) и TLR3 (№е42^еи).

При наличии генотипов с мутантным аллелем в гомозиготном состоянии: АА генов 1Ь-10 ^-1082А) и TLR3 (Р!ю42^еи) риск возникновения ММ возрастал в 7,5 и 14,67 раза соответственно. Напротив, при носительстве генотипов с мутантным аллелем А ^А + АА) гена TLR2 (Arg753Gln) риск развития заболевания уменьшался в 2,49 раза.

При исследовании различий в частоте выявляемых полиморфных маркеров у 40 больных ММ в II стадии и у 27 в III стадии на момент диагностики обнаружено, что на более быстрый характер прогрессирования процесса может влиять мутационный статус гена 1Ь-17Л ^-197А) (табл. 7).

Обнаружено, что наличие мутантного аллеля А гена 1Ь-17Л в гомозиготном состоянии в 4 раза снижало риск быстрого прогрессирования ММ. Следовательно, аллель «дикого» типа G выступал в качестве аллеля риска неблагоприятного течения заболевания.

Обсуждение

Механизмы, которые управляют нормальной дифферен-цировкой и активацией В-клеток, при ХЛПЗ часто нарушаются, приводя к неограниченному росту и длительному выживанию трансформированных клеток. В-лимфоциты особенно склонны к злокачественному перерождению, поскольку механизмы, используемые для создания всего многообразия синтезируемых ими антител, могут привести к хромосомным транслокациям и онкогенным мутациям [16].

Таблица 4

Ассоциация между гаплотипами TLR3 и риском развития ХЛЛ

Генотип Группа Больные X OR

контроля ХЛЛ Р значение 95% CI

TLR3: GG+GA AA 1,000 0,000 0,843 0,157 8,03 0,005 18,56 0,05 1,04-331,26 0,00-0,96

Примечание. Здесь и в табл. 5-7: p - значимость различий; OR (odds ratio) - отношение шансов; 95% CI - доверительный интервал (confidence interval), в котором статистическая значимость различий параметра, полученного на основе исследования, имеет степень вероятности 95%.

ММ и ХЛЛ - весьма схожие гемопоэтические опухоли, субстрат которых представлен клетками В-ряда. У них присутствуют как общие черты, так и весьма значительные различия. К общности заболеваний можно отнести то, что ММ и ХЛЛ стратифицируются в зависимости от наличия анемии и иммунной недостаточности. Кроме того, злокачественные элементы при обоих заболеваниях реагируют на алкилирую-щие агенты, но заметно различаются по своей чувствительности к флударабину (клетки ХЛЛ более чувствительны, чем клетки ММ) и глюкокортикоидам (злокачественные элементы при ММ более чувствительны, чем клетки больных ХЛЛ). Различия заключаются в том, что ММ является результатом как увеличения скорости пролиферации, так и накопления опухолевых клеток, в то время как ХЛЛ характеризуется только аккумуляцией злокачественных клеточных элементов. Кроме того, при ММ наблюдается экспрессия нескольких ге-мопоэтических дифференцировочных антигенов, которые предполагают трансформацию плюрипотентных стволовых клеток. При ХЛЛ в процесс трансформации, более вероятно, вовлекаются коммитированные B-клетки-предшественники. Различия между ММ и ХЛЛ также связаны с важной ролью дисбаланса цитокинов, что особенно заметно при ММ. Например, остеокластактивирующие свойства некоторых ци-токинов составляют основу поражения костной ткани при ММ, чего не наблюдается при ХЛЛ. Различия между этими заболеваниями также заключаются в продолжительности безрецидивной и общей выживаемости [17]. Эти общности и гетерогенность между ММ и ХЛЛ могут быть связаны в том числе с генетическими особенностями компонентов врожденного иммунитета.

TLRs играют важную роль в активации В-лимфоцитов, созревании и формировании клеток-памяти и могут быть вовлечены в патогенез ХЛПЗ, так как экспрессия этих рецепторов обнаруживается не только на неизмененных, но и на опухолевых клетках. По имеющимся данным, TLRs могут быть причастны к злокачественной трансформации клеток, прогрессированию опухоли и уклонению опухоли от иммунного надзора [18]. TLR3 располагается в эндосомах клеток и может связываться с такими экзогенными патоген-ассоциированными паттернами как двуспиральная РНК вирусов, а также с эндогенными веществами, образуемыми в процессе повреждения тканей: двуспиральной и матричной РНК. Активация TLR3 индуцирует запуск ядерного фактора каппа В (NF-kB) и продукцию интерферонов I типа. Ранее было установлено, что неизмененные В-клетки, а также опухолевые элементы при ХЛЛ и ММ или вовсе не экспресси-

Таблица 5

Различия в частоте распределения гаплотипов гена 1Ь-6 у больных с В и С стадиями ХЛЛ

Генотип В стадия ХЛЛ С стадия ХЛЛ X2 Р OR

значение 95% CI

IL-6:

CC 0,162 0,462 4,73 0,03 0,23 0,06-0,91

CG+GG 0,838 0,538 4,43 1,09-17,92

Hematology and Transfusiology. 2016; 61(4) Original article

Таблица 6 Генотипы, ассоциируемые с риском развития ММ

Генотип Группа контроля Больные ММ X2 Р OR

значение 95% CI

IL-10 -1082:

GG+GA 0,953 0,75 8,67 0,003 7,5 1,64-34,26

AA 0,043 0,25 0,13 0,03-0,61

TLR2:

GG 0,66 0,829 4,41 0,04 0,40 0,17-0,95

GA + AA 0,34 0,171 2,49 1,05-5,92

TLR3:

GG + GA 1,000 0,871 6,55 0,01 14,67 0,83-258,55

AA 0,000 0,129 0,07 0,00-1,20

руют TLR3, или его экспрессия выявляется на очень низком уровне, что, вероятно, может быть связано с особенностями мутационного статуса гена, кодирующего данный рецептор. Ген TLR3 локализован на хромосоме 4. Мутация в 4-м экзоне гена TLR3 в позиции 421 связана с заменой в эктодомене фенилаланина на глицин [14]. Данный полиморфизм может влиять на транскрипцию и экспрессию TLR3 на клеточной поверхности, снижать способность рецептора распознавать лиганды, что приводит к подавлению активации ОТ-кВ [19]. В доступной литературе не было найдено сведений, касающихся участия полиморфизма гена TLR3 в развитии ХЛПЗ. Нами обнаружено, что мутантный гомозиготный гаплотип гена TLR3 встречался у больных ХЛЛ и ММ статистически значимо чаще, чем у лиц, не имевших ХЛПЗ, повышая риск развития данных заболеваний. Таким образом, аллель «дикого» типа гена TLR3 выступал в качестве протективного фактора, препятствующего возникновению ХЛПЗ. Передача сигнала TLRs играет важную роль в биологии В-клеток. Стимуляция TLRs требуется в качестве третьего сигнала активации наивных В-клеток, которые экспрессируют эти рецепторы на низком уровне. Данная экспрессия некоторых TLRs может быть индуцирована одновременным запуском BCR с последующей экспрессией некоторых TLRs на В-клетках памяти на конститутивно высоком уровне [11].

Цитокины представляют собой разнородную группу белков или гликопротеинов, которые действуют в качестве гормональных регуляторов или сигнальных молекул, контролирующих активность различных клеток в основном системы гемопоэза. Цитокины действуют на клетки-мишени путем связывания со специфическими цитокиновыми рецепторами, что может приводить к апоптозу, росту, делению и дифференцировке клеток. Нарушения функционирования иммунной системы играют важную роль в процессе созревания и дифференцировки опухолевого клона при развитии ХЛПЗ. В частности, в патогенезе этих заболеваний важное значение отводится дисбалансу цитокинов. С одной стороны, опухолевые клетки способны самостоятельно продуцировать цитокины. С другой, рост опухолевого клона регулируется цитокинами, которые условно можно разделить на индуцирующие и ингибирующие пролиферацию опухолевых клеток. Кроме того, злокачественные клетки, взаимодействуя со стромальными клетками костного мозга, стимулируют секрецию цитокинов, которые снижают эффективность лекарственных препаратов и способствуют

Таблица 7

Частоты распределения гаплотипов гена 1Ь-17Л у больных ММ на разных стадиях заболевания

Генотип II стадия ММ III стадия ММ X2 Р OR

значение 95% CI

IL-17A: 0,475 0,333 7,59 0,02 1,81 0,66-4,98

GG 0,275 0,593 0,26 0,09-0,73

GA 0,250 0,074 4,17 0,83-20,81

АА

Гематология и трансфузиология. 2016; 61(4) Оригинальная статья

выживанию и росту опухолевых клеток. Одним из таких медиаторов является IL-6 - плейотропный провоспалительный цитокин, участвующий в различных биологических процессах, таких как кроветворение, воспаление и канцерогенез. Функция IL-6 реализуется через его связывание с мембра-носвязанной или растворимой а-субъединицей рецептора IL-6, приводя к индукции сигнальных каскадов, включая JAK/STAT-3, фосфоинозитидин-3-киназный (PI3K), протеин-киназный В/Akt (PKB/Akt) и ras/raf/митогенактивируемый протеинкиназой путь (МАРК). Ген IL-6 локализован на хромосоме 7 и является полиморфным в обоих 5'-и 3'-фланки-рующих областях. Полиморфизм в этих регуляторных последовательностях может оказывать существенное влияние на транскрипцию гена путем изменения сайтов связывания транскрипционных факторов [20]. Наиболее изученным полиморфизмом гена IL-6 является трансверсия в виде замены цитозина на гуанин в позиции -174 интрона гена. Исследования in vitro обнаружили аллельспецифичное влияние -174G/C-варианта на активность промотора гена IL-6, приводящее к изменению скорости синтеза и деградации IL-6. Указывается, что полиморфизм -174G/C связан с концентрацией IL-6 в сыворотке крови, однако данные литературы не всегда имеют сходные результаты. С одной стороны, найдено, что присутствие -174С-аллеля сопровождалось снижением экспрессии гена, более высоким содержанием циркулирующего IL-6 и медленно прогрессирующим течением ХЛЛ. Выявление аллеля G было связано не только с плохим прогнозом при различных В-ХЛПЗ, но и являлось маркером агрессивного характера течения процесса [21, 22]. Ранее была описана роль полиморфизма 174G/C в развитии ХЛЛ и ММ [23]. В исследованиях турецких авторов [20] найдено, что по сравнению с 30 здоровыми добровольцами у 23 больных ХЛЛ отмечалось преобладание аллеля «дикого» типа, и его присутствие в генотипе статистически значимо ассоциировалось с риском развития ХЛЛ. Тогда как в нашем исследовании выявлено, что аллель «дикого» типа С гена IL-6 (C-174G) выступал в качестве маркера риска развития заболевания с более агрессивным типом течения ХЛЛ (стадия С) в отличие от более благоприятного, длительно существующего процесса на стадии В. Наряду с генотипом гена TLR3 в проведенном исследовании выявлена связь определенных гаплотипов генов TLR2 и IL-10 с риском развития ММ. TLR2 в отличие от TLR3 экспрессируется на клеточной мембране, формируя функциональные гетеродимеры с TLR1 и/или TLR6 [18]. Кроме того, установлено, что экспрессия TLR2 колеблется во время нормальных биологических процессов созревания В-клеток: от слабо экспрессирующих наивных В-клеток до сильно экспрессирующих B-клеток зародышевого центра и обратно к слабо экспрессирующим данный рецептор В-клеткам памяти [24]. При ХЛЛ и ММ опухолевые элементы экспрессируют TLR2 на достаточно высоком уровне [18], что, вероятно, также может быть связано с особенностями мутационного статуса гена, кодирующего данный рецептор. Ген TLR2 локализован на длинном плече 4-й хромосомы и входит в одну группу сцепления с такими генами, как TLR3 и NFKB (p50) [14]. SNP TLR2 Arg753Gln - наиболее изученный полиморфизм, который находится в пределах внутриклеточного TIR-домена. Его присутствие приводит к снижению стимуляции TLR2 бактериальными липопептида-ми и к повышенному риску развития некоторых инфекционных заболеваний [24]. Исследования, проведенные нами ранее, выявили, что частота генотипа GA гена TLR2 (20% против 0%; p = 0,05; OR 10,36; 95%CI 0,49-218,61) у пациентов с индолентными НХЛ в целом и при агрессивном их течении в частности (25% против 0%; p = 0,03; OR 1,36; 95%CI 0,64-292,12) статистически значимо превышала таковую у больных ММ [25]. В данном исследовании найдено, что при носительстве генотипов с мутантным аллелем A (GA + AA) гена TLR2 (Arg753Gln) риск развития ММ уменьшался. Также установлена роль отдельных гаплотипов гена IL-10-1082 в риске развития ММ, но не ХЛЛ.

IL-10 представляет собой цитокин, вырабатываемый многими типами клеток, включая В-лимфоциты [26]. Он стимулирует антиген- или митогенактивируемую дифференци-ровку В-клеток и действует на них как фактор роста и выживания. Ранее проведенные исследования показали возможное участие IL-10 в патогенезе лимфоидных злокачественных новообразований и его связь с прогнозом и резистентностью к проводимой терапии [26, 27], так как данный цитокин регулирует экспрессию BCL-2 на неизмененных гемопоэтических клетках, а также на трансформированных клетках у больных лимфомами. Нарушение продукции IL-10 связывают с полиморфизмом в промоторе гена IL-10, который ассоциирован с повышением секреции IL-10, что чаще наблюдается у больных ХЛПЗ, чем у здоровых людей. Приводятся данные, что больные ХЛПЗ с высоким содержанием IL-10 имеют худший прогноз [27]. Ген IL-10 состоит из 5 экзонов, охватывает 5,2 kb и расположен на хромосоме 1. Описано около 49 полиморфизмов гена IL-10 [28]. Один из них, IL-10-1082A>G, локализован в проксимальной области промотора гена IL-10 между -4 kb и -1,1 kb [27]. Он может влиять на конечный уровень транскрипции гена и концентрацию продуцируемого ци-токина, поэтому исследован и в нашей работе. Найдено, что при наличии генотипа с мутантным аллелем в гомозиготном состоянии АА гена IL-10 (G-1082A) риск возникновения ММ возрастал в 7,5 раза, чего не наблюдалось в исследованиях C. Zheng и соавт. [29] и G. Mazur и соавт. [30]. В то же время ранее описано [28], что IL-10 может играть важную роль в развитии ММ, так как является фактором роста, в том числе для трансформированных плазматических клеток через аутокринную индукцию онкостатина М. Более того, повышенная концентрация IL-10 в сыворотке крови больных ММ также наблюдалась и при прогрессировании заболевания. M. Rudzianskiene и соавт. [31] установили, что больные ММ, несущие гетерозиготный гаплотип гена IL-10-1082 A/G, имели более выраженный ответ на проводимую радиотерапию очагов миеломного поражения костной ткани, чем больные с другими генотипами. У больных с гаплотипом -1082 A/A в промоторе гена IL-10 наблюдалось более быстрое облегчение болевого синдрома (в первые 4 нед проведения лучевой терапии). Ранее проведенные исследования показали [32], что полиморфизм гена IL-10 (G-1082A) коррелирует с развитием и прогрессированием и других ХЛПЗ, в том числе ХЛЛ. Так, носительство IL-10-1082G-аллеля чаще выявлялось у больных с более продвинутыми стадиями ХЛЛ (III или IV по Rai), а также более высоким содержанием ЛДГ. Кроме того, этот аллель выступал в качестве маркера плохого прогноза ХЛЛ, в частности быстрого прогрессирования заболевания и более короткого периода выживаемости без назначения лечения. Интересно, что поверхностный антиген CD5, который экспрессируется на высоком уровне при ХЛЛ, регулирует концентрацию IL-10, постоянно поддерживая активацию факторов транскрипции STAT3 и NFAT2 [32].

У больных ММ в нашем исследовании также найдены различия в частоте распределения гаплотипов гена IL-17A в зависимости от стадии заболевания в момент диагностики (II или III стадии). IL-17A - цитокин, продуцируемый в основном Т-хелперами 17-го типа (Th17), который может образовывать либо гомодимеры или гетеродимеры с IL-17F. IL-17A вырабатывается не только ^П-клетками, но и цитотоксическими CD8+ Т-лимфоцитами, у5 Т-клетками, инвариантными естественными Т-киллерными клетками, клетками-индукторами лимфоидной ткани, а также другими гемопоэтическими и негемопоэтическими клеточными элементами. IL-17A играет важную роль в реализации защитных сил организма против бактериальных и грибковых инфекций. Кроме того, экспрессия IL-17A и связанные с ним факторы, а также инфильтрация IL-17A-продуцирующими клетками микроокружения опухоли вовлечены в реализацию противоопухолевых или обеспечивающих опухолевый рост эффектов при различных видах злокачественных опухолей. Ген, кодирующий IL-17A, расположен на хромосоме 6. Ранее

была продемонстрирована связь между низким уровнем продуцируемого IL-17A и присутствием мутантного гаплотипа АА гена IL-17A в точке мутации -197 [33].

Таким образом, можно отметить не только вклад высокополиморфных антигенов главного комлекса гистосовме-стимости, генетического статуса BCR и цитогенетических нарушений в формировании риска развития ХЛПЗ, но и участие других генов врожденного иммунитета. Проведенные исследования показали, что становление ХЛПЗ, в частности ХЛЛ и ММ, может быть сопряжено с полиморфизмом генов иммунного ответа. В этой связи можно высказать предположение о возможной роли мутаций в кодирующих и регу-ляторных областях генов образраспознающих рецепторов (TLRs) и провоспалительных цитокинов в возникновении и прогрессировании опухолей лимфатической системы.

Выводы

• маркером повышенного риска развития ХЛЛ является гаплотип АА гена TLR3 (Phe421Leu);

• наличие генотипов гена IL-6, содержащих мутантный аллель G, снижало риск раннего выявления ХЛЛ в терминальной С-стадии заболевания;

• развитие ММ ассоциировано с носительством гаплоти-пов АА в полиморфных локусах -1082 гена IL-10 и -421 гена TLR3;

• снижение риска развития ММ связано с присутствием генотипов GA+AA гена TLR2 в точке мутации -753;

• присутствие мутантного аллеля А в гомозиготном состоянии в полиморфном локусе -197 гена IL-17A снижало риск быстрого прогрессирования ММ на более продвинутых стадиях (III стадия) опухолевого процесса;

• найденная вероятная связь полиморфизма генов IL-6, IL-10, IL-17A, TLR2 и TLR3 с развитием ХЛПЗ позволяет использовать данные маркеры в качестве ранних факторов прогноза скорости прогрессии ХЛПЗ.

Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки. Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

ЛИТЕРАТУРА

25. Назарова Е.Л., Шардаков В.И., Демьянова В.Т., Загоскина Т.П., Зотина Е.Н. Диагностика дефектов врожденного иммунитета при B-клеточных опухолях лимфатической системы. Клиническая лабораторная диагностика. 2014; 59(11): 39-42. Остальные источники литературы см. в References

REFERENCES

1. Purdue M.P., Lan Q., Wang S.S., Kricker A., Menashe I., Zheng T.Z., et al. A pooled investigation of Toll-like receptor gene variants and risk of non-Hodgkin lymphoma. Carcinogenesis. 2009; 30(2): 275-81.

2. Forrest M.S., Skibola C.F., Lightfoot T.J., Bracci P.M., Willett E.V., Smith M.T., et al. Polymorphisms in innate immunity genes and risk of non-Hodgkin lymphoma. Br. J. Haematol. 2006; 134(2): 180-3.

3. Apollonio B., Ramsay A.G. Subclonal heterogeneity in chronic lympho-cytic leukaemia: revealing the importance of the lymphoid tumor microenvironment. Br. J. Haematol. 2016; 172(1): 7-8.

4. Wiestner A. The role of B-cell receptor inhibitors in the treatment of patients with chronic lymphocytic leukemia. Haematologica. 2015; 100(12): 1495-507.

5. Koehrer S., Burger J.A. B-cell receptor signaling in chronic lymphocytic leukemia and other B-cell malignancies. Clin. Adv. Hematol. Oncol. 2016; 14(1): 55-64.

6. Spina V., Martuscelli L., Rossi D. Molecular deregulation of signaling in lymphoid tumors. Eur. J. Haematol. 2015; 95(4): 257-69.

7. Verma R., Kumar L. Molecular biology of multiple myeloma. J. Hematol. Transfus. 2015; 3(1): 1035-44.

8. Gupta A., Place M., Goldstein S., Sarkar D., Zhou S., Potamousis K., et al. Single-molecule analysis reveals widespread structural variation in multiple myeloma. PNAS. 2015; 112(25): 7689-94.

9. Boyd K.D., Pawlyn C., Morgan G.J., Davies F.E. Understanding the molecular biology of myeloma and its therapeutic implications. Expert Rev. Hematol. 2012; 5(6): 603-17.

10. Vangsted A., Klausen T.W., Vogel U. Genetic mutations in multiple myeloma I: effect on risk of multiple myeloma. Eur. J. Haematol. 2012; 88(1): 8-30.

Hematology and Transfusiology. 2016; 61(4) Original article

11. Rozkova D., Novotna L., Pytlik R., Hochova I., Kozak T., Bartunkova J., Spísek R. Toll-like receptors on B-CLL cells: expression and functional consequences of their stimulation. Int. J. Cancer. 2010; 126(5): 1132-43. doi: 10.1002/ijc.24832.

12. Binet J.L., Auquier A., Dighiero G., Chastang C., Piguet H., Goasguen J., et al. A new Prognostic classification of chronic lymphocytic leukemia derived from a multivariate survival analysis. Cancer. 1981; 48(1): 198206.

13. Durie B.G.M., Salmon S.E. A clinical staging system for multiple myeloma: correlation of measured myeloma cell mass with presenting clinical features, response to treatment and survival. Cancer. 1975; 36(3): 842-54.

14. National Center for Biotechnology Information. Available at: http:// www.ncbi.nlm.nih.gov/

15. National Human Genome Research Institute. Available at: https://www. genome.gov/.

16. Shaffer III A.L., Young R.M., Staudt L.M. Pathogenesis of human B cell lymphomas. Annu. Rev. Immunol. 2012; 30: 565-610.

17. Barlogie B., Gale R.P. Multiple myeloma and chronic lymphocytic leukemia: parallels and contrasts. Am. J. Med. 1992; 93(4): 443-50.

18. Isaza-Correa J.M., Liang Z., van den Berg A., Diepstra A. Visser L. Tolllike receptors in the pathogenesis of human B cell malignancies. J. Hematol. Oncol. 2014; 7: 57-67. doi: 10.1186/s13045-014-0057-5.

19. Sá K.S., Pires-Neto Ode S., Santana B.B., Gomes S.T., Amoras Eda S., Conde S.R., et al. Toll-like receptor 3 gene polymorphisms are not associated with the risk of hepatitis B and hepatitis C virus infection. Rev. Soc. Bras. Med. Trop. 2015; 48(2): 136-42. doi: 10.1590/0037-8682-00082015.

20. Mutlu P., Yalcin S., Elci P., Yildirim M., Cetin A.T., Avcu F. Association of -174G/C interleukin-6 gene polymorphism with the risk of chronic lymphocytic, chronic myelogenous and acute myelogenous leukemias in Turkish patients. J. BUON. 2014; 19(3): 787-91.

21. Tian G., Mi J., Wei X., Zhao D., Qiao L., Yang C., et al. Circulating in-terleukin-6 and cancer: A meta-analysis using Mendelian randomization. Sci. Rep. 2015; 5: 11394. doi: 10.1038/srep11394.

22. Yakupova E.V., Grinchuk O.V., Kalimullina D.Kh., Bakirov B.A., Gali-mova R.R., Makarova O.V., et al. Molecular genetic analysis of the interleukin 6 and tumor necrosis factor a gene polymorphisms in multiple myeloma. Mol. Biol. 2003; 37(3): 358-61.

23. Ennas M.G., Moore P.S., Zucca M., Angelucci E., Cabras M.G., Melis M., et al. Interleukin-IB (IL-IB) and interleukin-6 (IL-6) gene polymorphisms are associated with risk of chronic lymphocytic leukemia. Hematol. Oncol. 2008; 26(2): 98-103.

24. Heiden L., ed. Toll-like receptors. Novus Biologicals and Innate Immunity: the story of Toll'd. Handbook and Overview. Updated edition. USA: Novus Biologicals: 2014. http://images.novusbio.com/design/ TLRHandbookNovus011514.pdf

25. Nazarova E.L., Shardakov V.I., Demyanova V.T., Zagoskina T.P., Zotina E.N. The diagnostic of defects of inborn immunity under B-cell tumors of lymphatic system. Clinical laboratory diagnostics. Russian Journal

26. Pehlivan M., Sahin H.H., Pehlivan S., Ozdilli K., Kaynar L., Oguz F.S., et al. Prognostic importance of single-nucleotide polymorphisms in IL-6, IL-10, TGF-b1, IFN-g, and TNF-a genes in chronic phase chronic myeloid leukemia. Genet. Test. Mol. Biomarkers. 2014; 18(6): 403-9.

27. Domingo-Domenech E., Benavente Y., González-Barca E., Montalban C., Guma J., Bosch R., et al. Impact of interleukin-10 polymorphisms (-1082 and -3575) on the urvival of patients with lymphoid neoplasms. Haematologica. 2007; 92(11): 1475-81.

28. Howell W.M., Rose-Zerilli M.J. Cytokine gene polymorphisms, cancer susceptibility, and prognosis. J. Nutr. 2007: 137(1, Suppl.): S194-9.

29. Zheng C., Huang D., Liu L., Wu R., Bergenbrant Glas S., Osterborg A., et al. Interleukin-10 gene promoter polymorphism in multiple myeloma. Int. J. Cancer. 2001; 95(3): 184-8.

30. Mazur G., Bogunia-Kubik K., Wróbel T., Karabon L., Polak M., Kulic-zkowski K., et al. IL-6 and IL-10 promoter gene polymorphisms do not associate with the susceptibility for multiple myeloma. Immunol. Lett. 2005; 96(2): 241-6.

31. Rudzianskiene M., Inciura A., Juozaityte E., Gerbutavicius R., Siomoli-uniene R., Ugenskiene R., et al. The role of single nucleotide polymorphism of IL-6 and IL-10 cytokine on pain severity and pain relief after radiotherapy in multiple myeloma patients with painful bone destructions. Genetika. 2014; 46(2): 455-69.

32. Lech-Maranda E., Mlynarski W., Grzybowska-Izydorczyk O., Borowiec M., Pastorczak A., Cebula-Obrzut B., et al. Polymorphisms of TNF and IL-10 genes and clinical outcome of patients with chronic lymphocytic leukemia. Genes Chromosomes Cancer. 2013; 52(3): 287-96.

33. Resende P.G., Correia-Silva Jde F., Silva T.A., Salomao U.E., Marques-Silva L., Vieira E.L., et al. IL-17 genetic and immunophenotypic evaluation in chronic graft-versus-host disease. Mediators Inflamm. 2014; 2014: 571231. doi: 10.1155/2014/571231.

Поступила 06.06.16 Принята к печати 22.11.16