Добровольность ей к лицу

У России скоро появится собственный рыночный механизм финансирования климатических проектов — система торговли углеродными единицами. В отличие от торгового механизма Евросоюза, она будет добровольной и избавит бизнес и население от расходов на декарбонизацию. О причинах такого выбора, его последствиях и неизбежности перехода к обязательной торговле квотами на выбросы СО2 в условиях ужесточения глобальной климатической повестки рассказывает главный экономист VYGON Consulting Сергей Ежов.

Главный экономист VYGON Consulting Сергей Ежов

Фото: Предоставлено "Vygon Consulting"

Как будет устроен рынок в России

В июле в России был принят закон об ограничении выбросов парниковых газов, предусматривающий формирование системы торговли углеродными единицами, где они определяются как «верифицированный результат реализации климатического проекта, выраженный в одной тонне СО2-экв.». В рамках такой системы продавцами единиц будут организации, реализующие климатические проекты для снижения выбросов СО2. А покупателями — компании, заинтересованные в сокращении углеродного следа в рамках политики ESG, но которым приобрести единицы дешевле, чем самостоятельно снижать выбросы. Сейчас они вынуждены покупать углеродные сертификаты зарубежных компаний, таких как Verified Carbon Standard и Climate, Community and Biodiversity, фактически финансируя климатические проекты за рубежом.

После запуска системы торговли углеродными единицами в России появится рыночный механизм финансирования климатических проектов: у одних участников рынка будет возможность монетизировать инвестиции в декарбонизацию, а у других — снизить углеродный след, направляя средства на климатические проекты внутри страны. Запуск торговли ожидается к середине следующего года. Но для работы механизма необходимо разработать и принять ряд нормативных документов, регламентирующих создание торговой инфраструктуры, верификацию результатов климатических проектов и оптимизацию их налогообложения.

А в Европе — по-другому

Создаваемая в России система торговли углеродными единицами на первом этапе будет добровольной, государство не будет никого обязывать покупать углеродные единицы. Этим она кардинально отличается от обязательных систем торговли квотами на выбросы парниковых газов (cap and trade), наиболее известной из которых является торговый механизм Европейского союза (EU ETS), созданный в 2005 году и покрывающий более 40% эмиссии СО2 в ЕС.

Все предприятия, включенные в EU ETS, обязаны покупать квоты на объем выбросов (а не сокращений, как планируется в России). В этом все мировые механизмы торговли квотами сходны с углеродным налогом, уплачиваемым с тонны выбросов СО2. Для смягчения последствий и сохранения конкурентоспособности со странами, где такая система отсутствует, значительная часть квот в EU ETS распределяется бесплатно. В первоначальном периоде функционирования европейской торговой системы в 2005–2007 годах бесплатно распределялось около 90% квот, сейчас эта доля составляет 43%.

Обязательные системы ETS как механизм сокращения выбросов парниковых газов более эффективны по сравнению с добровольными. C одной стороны, они автоматически создают сильные стимулы для реализации климатических проектов и дестимулируют применение углеродоемких технологий. С другой — позволяют управлять суммарной величиной выбросов от охваченных этой системой отраслей экономики.

Обоснованная жесткость

Европейцы поставили себе амбициозную цель снизить выбросы парниковых газов на 55% к 2030 году от уровня 1990 года. В 2020 году это сокращение составило около 20% от показателей 1990 года. Соответственно к 2030 году выбросы должны упасть на 44% по сравнению с 2020 годом. Без EU ETS достичь этой цели было бы невозможно. Эту задачу ЕС будет решать через рост норматива снижения потолка торгуемых выбросов с текущих 2,2% до 4,2% в год.

Обязательные системы торговли квотами на выбросы являются более жесткими по сравнению с добровольными потому, что они создают значительную нагрузку на экономику — в конечном счете расходы на декарбонизацию лягут на плечи потребителей. Помимо европейских стран и Китая, запустившего систему ETS летом текущего года, лишь считаное число стран в мире применяют такой инструмент. К примеру, в США — втором крупнейшем эмитенте парниковых газов — на федеральном уровне до сих пор не планируется введение обязательной системы торговли выбросами.

Есть ряд стран, где создана обязательная система торговли, но она не оказывает заметного влияния на экономику из-за высоко установленного потолка выбросов и, соответственно, их низкой цены. К примеру, в Казахстане цена выбросов на ETS в 2020 году составила менее €1 за тонну СО2 по сравнению с €25 за тонну СО2 в ЕС. В текущем году цены в EU ETS взлетели и сейчас составляют более €80 за тонну СО2.

Для России необязательно?

Причины отказа Росси от создания обязательной системы торговли квотами вполне очевидны. Экономике России будет трудно справиться с новым обременением, если система будет работать по аналогичным ЕС правилам. При текущих ценах СО2 в EU ETS платежи только от электроэнергетики составят €20–25 млрд в год. Это неизбежно выльется в существенный рост тарифов для потребителей, в том числе населения.

Также Россия до настоящего времени не ставит таких амбициозных целей по снижению выбросов, как ЕС. В «Стратегии социально-экономического развития России с низким уровнем выбросов парниковых газов в период до 2050 года», утвержденной в октябре, установлены следующие целевые показатели по эмиссии СО2-эквивалента: валовые выбросы в целевом сценарии должны вырасти на 4,4% в 2030 году от уровня 2019 года, а к 2050 году снижение составит 13,9%.

Снижение нетто-выбросов парниковых газов предусматривается за счет климатических проектов главным образом в области лесного хозяйства. Условия для их монетизации будут создаваться добровольной системой торговли углеродными единицами и не требуют внедрения таких жестких механизмов, как ETS.

Подлежит проверке

Самым важным элементом создаваемого механизма торговли углеродными единицами является эффективная система верификации результатов климатических проектов. Сейчас по миру эти результаты не всегда достоверны. К примеру, по данным исследования Стокгольмского института окружающей среды, три четверти проектов совместного осуществления, реализованных в рамках Киотского протокола в 2008–2015 годах, не привели к фактическому снижению выбросов. Это вызвано недостатками применяемой системы верификации. В частности, отсутствием «целостности» (снижение эмиссии в одном месте компенсируется ростом в другом) или влияния климатического проекта (выбросы были бы снижены и без проекта).

В России должны быть учтены прежние ошибки и создана более надежная и вызывающая доверие система верификации результатов климатических проектов. Для этого необходимо развивать национальный институт независимых верификаторов, обладающих глубокими отраслевыми компетенциями. Это позволит сделать систему торговли углеродными единицами действенным механизмом климатической политики.

По мягкому пути?

Динамика ужесточения климатической повестки в мире позволяет говорить о неизбежности рассмотрения обязательной системы торговли квотами в России. Во-первых, от России будут требовать более действенных мер по снижению выбросов парниковых газов. Во-вторых, снижение углеродного следа станет важным фактором конкурентоспособности экономик всех стран мира. В-третьих, это позволит снизить платежи за экспорт после введения трансграничного углеродного регулирования (ТУР).

С 2026 года в рамках ТУР импорт стали, чугуна, алюминия, аммиака, азотных удобрений и цемента в страны ЕС будет облагаться специальной пошлиной, соответствующей углеродному следу продукции. Причем вся плата будет уходить в бюджет ЕС. Если же в России будет создана собственная система торговли выбросами либо введен углеродный налог, то вся плата за нашу эмиссию углекислого газа, скорее всего, будет вычитаться из ТУР. Пока величина ТУР сравнительно невелика: по оценкам VYGON Consulting, она составит в 2026 году €0,75 млрд. Но в дальнейшем будет расти и к 2035 году превысит €5 млрд. Далее с расширением периметра охватываемых товарных групп и ростом цена СО2 увеличится еще больше. Причем в дальнейшем ТУР введет не только ЕС, но и другие торговые партнеры России, включая Китай.

В ближайшей перспективе Россия продолжит действовать по мягкому варианту добровольной торговли квотами. Это уже большой шаг вперед по сравнению с почти полным отсутствием реакций на процессы глобальной декарбонизации. В 2022 году у нас будет создана инфраструктура торговли углеродными единицами и введена обязательная отчетность для промышленности и энергетики по выбросам парниковых газов. После этого появится возможность переоценить грядущие риски и еще раз подумать о введении обязательной торговли квотами с постепенным снижением потолка выбросов. Это непростое решение, за которое сразу придется заплатить огромные деньги, а эффект будет виден только в далекой перспективе. Снизить эти затраты можно будет за счет отработки и удешевления технологий реального сокращения выбросов. И об этом надо задумываться уже сегодня.