Климат — это не страшно

По данным "Ъ", на днях Минэкономики направило вице-премьеру Александру Хлопонину предварительную оценку последствий ратификации Парижского климатического соглашения. Документ призван развеять опасения бизнеса по поводу нового глобального климатического договора — буквально в конце прошлой недели РСПП в очередной раз отправил письма Владимиру Путину и Алексею Улюкаеву, предупреждая о возможных убытках от введения платы за углерод.

Минэкономики направило вице-премьеру Александру Хлопонину предварительную оценку финансово-экономических и социальных последствий ратификации Парижского соглашения (ПС), подтвердил "Ъ" источник в ведомстве. Поручение об этом ведомство получило в конце мая на совещании у вице-премьера, где обсуждали план мер по подготовке к ратификации ПС. В начале июня господин Хлопонин (подписавший Парижское соглашение от лица РФ в Нью-Йорке в конце апреля) заявил, что "к сентябрю план будет подготовлен и вынесен на обсуждение в правительство". Как полагают опрошенные "Ъ" эксперты, оценка последствий ратификации, скорее всего, пока носит крайне общий характер, а ключевой ее смысл в другом — прояснить суть обязательств РФ в рамках нового климатического договора (они являются добровольными), а также развеять ряд опасений бизнеса — в последние месяцы их активно высказывает РСПП.

Так, в конце прошлой недели глава союза Александр Шохин направил письма (есть у "Ъ") Владимиру Путину и Алексею Улюкаеву. В них утверждается, что ПС "создает значимые риски для топливно-энергетического комплекса РФ, имеющего системообразующее значение для экономики", а меры по регулированию выбросов в РФ "не должны носить более жесткий и ограничивающий развитие и конкурентоспособность секторов экономики РФ характер", чем в других странах. При ставке углеродного сбора $15 за тонну эквивалента СО2 он "будет стоить экономике РФ до $100 млрд в год, или 6,5 трлн руб., в то время как ущерб от явлений, связанных с изменением климата, составляет около 60 млрд руб. в год — финансовое бремя углеродного регулирования только усугубит падение промпроизводства",— полагают в РСПП, предлагая "выполнить и перевыполнить" обязательства по ПС за счет уже осуществляемых действий в области энергоэффективности, развития электроэнергетики (в том числе атомной и ВИЭ) и совершенствования управления лесами.

"Это попытка затормозить прогресс и сохранить статус-кво",— сетует генеральный директор центра экологических инвестиций и глава рабочей группы по вопросам изменения климата комитета по экологии РСПП Михаил Юлкин. "ПС не содержит никаких требований, указаний или рекомендаций по поводу углеродного регулирования, налога на углерод или квотирования выбросов — если это и может быть когда-нибудь введено в РФ, то только по решению правительства, а не в результате ратификации ПС",— отмечает эксперт.

Ряд экспертов также полагают, что РСПП не выражает позиции всего бизнеса. По мнению представителя "Деловой России" Олега Плужникова, в условиях интенсивного развития мирового углеродного рынка российскому бизнесу уже через два-три года надо готовиться к решению проблем, связанных с массовыми случаями дискриминации его углеродоемкой продукции на рынках стран, создавших систему углеродного регулирования и являющихся ближайшими экономическими партнерами России — ЕС, Китая и Казахстана. "Добровольная изоляция РФ от стран--участниц "Парижского клуба" будет только способствовать консервации технологической отсталости",— считает эксперт.

Впрочем, по словам главы рабочей группы по климатической политике Ассоциации европейского бизнеса Антона Галеновича, ряд компаний (в их числе "Русал", "Евраз", АЦБК) уже реализуют проекты по сокращению выбросов — "Аэрофлот" запустил программу добровольной компенсации углеродного следа, Мосводоканал поставил мини-ГЭС на биогазе, полигон ТБО Тимохово установил систему сбора и обезвреживания газа — существует много разрозненных инициатив. "Хорошо бы, чтобы правительство признало их, а также внесло ясность в свои намерения в области климатической политики",— говорит он.