Россияне свыкаются с долговой нагрузкой

Треть россиян допустила невозврат кредитов, гораздо хуже не отдавать долги знакомым и родственникам, выяснили в аналитическом центре НАФИ. Респонденты не осудили и тех, кто не смог расплатиться и стал банкротом. Сами банки, в свою очередь, сокращают выдачу кредитов, а долговая нагрузка их клиентов растет. Как неплатежи стали нормой? С подробностями — Иван Корякин.

Банкротство физлиц — явление относительно новое в российской жизни, и аналитикам хотелось понять, как население к нему относится, кто такой банкрот в глазах россиян. Казалось бы, статус неприятный, но ничего зазорного в банкротстве россияне не увидели — «неприятное обстоятельство», и не более того. И есть у этого глубинные причины — особые отношения россиян с банками, в частности, с долгами, говорит генеральный директор аналитического центра НАФИ Гузелия Имаева:

«Треть россиян допускает невозврат долга банку, но при этом считает, что нельзя никак подвести своего знакомого, который одолжил тебе денежные средства. Чаще это молодая аудитория до 35 лет, чаще мужчины об этом говорят. Отношение населения к невозврату долгов достаточно нейтральное, никто не осуждает такую сложившуюся ситуацию. И, следовательно, отношение к феномену банкротства тоже абсолютно нейтральное».

71% опрошенных даже готов вступать с банкротами в деловые отношения. Предубеждений на этот счет многие россияне не имеют, ведь такое может случиться с каждым. Вот и не возвращать кредитным организациям долги для многих в порядке вещей, особенно на фоне падающих доходов. К концу года этот показатель, по словам президента, составит 3%. Не способствует платежной дисциплине и принятый закон о коллекторах, который ограничил их в способах, порой изощренных, работы с долгами. Заемщики закономерно расслабились, говорят социологи.

Но главное — это сформированное отношение к системе, в том числе банковской. Вакуума доверия быть не может, потому россиянин скорее положится на знакомого или родственника, а не на кредитную организацию. Если уж и обманывать кого-то, то банкира, а потом уже друга. И еще одна причина — российские заемщики недооценивают значение собственной кредитной истории, отмечает ведущий научный сотрудник Института социологии РАН Василий Аникин:

«Все же кредитная история — это достаточно сильный инструмент в формировании прилежности финансового поведения. По крайней мере, в Штатах это очень работающий инструмент. Если испорчена история, ты практически ничего не сможешь купить из крупных товаров, тебе просто даже кредитную карту не дадут. Знаем, что в Штатах уровень закредитованности населения достаточно высокий, и самое первое пожелание, которое может быть врагу — это испорченная кредитная история».

Это объясняет рост долговой нагрузки. В конце прошлого года каждый четвертый заемщик отдавал на платежи по кредитам 80% ежемесячного дохода, и не все справлялись. В апреле этого года долговая нагрузка достигла исторического максимума. Хотя неплатежи были связаны и с карантином, пояснил генеральный директор группы компаний Eqvanta Андрей Клейменов: «Люди физически не могли ногами дойти, условно, до терминалов, до офисов, чтобы оплатить займы, они все имели возможность погасить онлайн это все. Начиная с конца июня, июля уровень просрочки вернулся в принципе в докризисный период, и там он особо не увеличивается.

Более того, начиная с сентября мы увидели небольшую тенденцию роста частично досрочных погашений».

На неплатежи заемщиков банки отвечают взаимностью: потребительских кредитов в этом году выдали на четверть меньше, чем в прошлом. Шансы есть у тех, у кого долговая нагрузка в порядке, и у тех, кто обращается в государственные банки — там не такая жесткая система отбора.