Этнические традиции в бытии и регулировании современного социума

СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ

УДК 316.371

М. П. Бузский, Я. В. Мещерякова, О. В. Ангел

ЭТНИЧЕСКИЕ ТРАДИЦИИ В БЫ1ТИИ И РЕГУЛИРОВАНИИ СОВРЕМЕННОГО СОЦИУМА

Исследуются проблемы и аспекты воздействия этнических традиций на особенности социального регулирования общества. Этнические традиции рассматриваются как особые культурные нормы, которые имеют устойчивый характер. Возникая в прошлом, этнические традиции переходят в современность как набор определённых правил и предписаний. В настоящее время этнические традиции представлены в основном в народной культуре -фольклоре, ремеслах, праздниках, а также в ряде принципов и положений традиционной морали. Характер регулирования социума этническими традициями во многом соотносится с их структурой, в которой взаимодействуют такие стороны, как символическое и реальное, явное и скрытое, устойчивое и текучее. На этой основе этнокультурные традиции осуществляют регулирование целостности бытия социальных образований.

Ключевые слова: этнические традиции, народная культура, субъектность, целостность, нормативность, символ, виртуальное, самобытность культуры, историческое и культурное время, регулирование, общество.

Введение

Развитие современного информационного общества, в котором происходит беспрецедентное обновление всех его сфер, технологий, коммуникаций, все больше обнаруживает свой собственный (внутренний) парадокс: чем больше расширяется его информационное начало, тем более незащищенным и «одномерным» становится собственное существование этого общества. Достаточно сбоя ряда компьютерных программ, чтобы возникла серьезная ситуация для всех.

В настоящее время активно осуществляется замещение реального многообразия общественной жизни ее количественной стороной: образы становятся цифрой, реальность - виртуальным пространством. Общая тенденция здесь - разрастание искусственной техногенной среды, в которой человек может функционировать лишь через посредство все более разнообразной электронно-информационной техники и технологий. Очевидно, что общий результат - прогрессирующая дегуманизация личности и общества, социальное отчуждение, стандартизация поведения массы людей и манипулирование общественным сознанием - показывает бесперспективность обеспечения всех направлений бытия общественной системы на основе техногенных приоритетов.

Это значит, что современное общество должно активизировать свои связи с прошлым, в котором содержатся разные формы и направления культурно-исторического опыта людей и, что особенно важно - накопленные способы решения сложных социально-исторических, экономических, политических и других проблем. Полнота и важность этого опыта не случайно являются основой его нормативности - передачи в различных традициях его содержания для освоения новыми поколениями. Однако, до сих пор открытым вопросом является то, в каких проявлениях обеспечивается указанная нормативность прошлого для современности, если в огромной степени меняются базовые характеристики общества и прежде всего - свойства его пространства и времени, оформляющие существование и содержание общественной жизни? Ведь объем (масса) событий, которые сегодня происходят в течение часа, в прошлом мог охватывать месяцы и даже годы, а сами траектории движения событий сегодня становятся отчетливо нелинейными, вероятностными, многовекторными. Те модели развития общества Х1Х и первой

половины ХХ в., которые были основаны на его органическом росте, на устойчивых причинных связях, на устойчивых системных свойствах общества, и даже на однозначной зависимости субъективной стороны от объективных оснований общественной жизни и т. п., сегодня оказываются не соответствующими действительности!

Именно поэтому возникает принципиальная проблема: раскрыть в общественном устройстве и содержании те факторы, которые постоянно обеспечивают не только сосуществование прошлого и настоящего, но и встраивают прошлое в содержание настоящего как его нормативную основу. С нашей точки зрения, такое соотношение является постоянным в форме субъектно-объектного взаимодействия, а его конкретизация заключена в содержании и функциях культурно-этнических традиций.

Традиции как обеспечение целостности в бытии социума и культуры

Раскрытая выше неполнота бытия современного общества обнаруживается через понятие и принцип целостности, предполагающие, что воспроизводство общественной системы на основе ее собственного содержания постоянно обеспечивает достаточный уровень взаимодействия объективного и субъективного, прошлого и настоящего - всего разнообразия содержания жизни общества, позволяющего выделять и формировать такие феномены, как данное конкретное общество, данная историческая эпоха, данная культура и т. д. Именно по отношению к такой целостности общества - как один из путей ее обеспечения - и существует понятие «традиция».

В общепринятом понимании этнические традиции - это сохранение прошлого опыта народов, который раскрывался в их истории: народная культура - фольклор, ремесла, праздники и др., организация хозяйства, воспитания, образ жизни, мифы и верования, общение с другими народами и т. д. Весь этот опыт оказывается формой существования народа как этнического или национального субъекта, который существует в своем организованном пространстве культуры, но сохраняет свою роль как общая причина и источник любых действий и преобразований [1].

Устойчивость традиций - это постоянство субъектного начала в бытии этнических (и социальных) сообществ.

Но сердцевиной или ядром традиций как основы бытия субъектов является особый исторический «код» - совокупность исходных, самобытных черт этнокультурного сообщества, которые в развитии общества не меняются, а лишь встраиваются в новые информационно-технологические, политические, экономические и другие черты организации общества, возникающие исторически. Традиции фиксируют это постоянство субъекта вместе с культурно-коммуникационными, символическими, текстовыми и другими способами его бытия.

И так же как генетический код существует в материнской клетке и передается через поколения, так и социокультурный код, представляющий целостность организации этнического сообщества как субъекта, сохраняется и воспроизводится в смене поколений. Тем самым обеспечивается устойчивость существования этносов и наций в их внутреннем пространстве, организованном на основе языка, норм и символов культуры, особенностей быта и хозяйства, черт психологии и национально-этнического характера.

Выделение самостоятельности традиций в настоящее время необходимо потому, что современное информационное общество, которое осуществило огромный технологический прорыв и в наши дни способно клонировать любой организм, включая и человека, пытается моделировать не только организмы, но и сам этнический образ жизни конкретного народа, его культуру и т. д. Так, например, русские народные промыслы (Гжель, Хохлома и др.), в которых в максимально близком к «исходному» образу виде воспроизводится бытийный код русской народной культуры, становятся объектом коммерческих подделок и выпускаются на туристический и другие рынки, незаметно «замещая» оригиналы. И дело здесь не в том, насколько точно выполнена подделка: в любом случае здесь осуществляется очередная попытка «отоварить» и технологизировать сам культурно-этнический код как основу бытия человека, встроить эту константу в узкую матрицу пространства-времени текущего момента, т. е. в масштабы «здесь и теперь» современного общества.

Тем самым проблема интеграции современности и традиций в настоящее время актуальна, однако ее нельзя решать технологически: на этой основе невозможно воспроизвести социокультурный код человека, т. е. этническую форму его бытия, т. к. само историческое и культурное время, в котором возникла и существует (сохраняется) общественная человеческая природа,

принципиально не может быть «материалом» для подобных технологий. Можно клонировать двойника Пушкина, но это будет его биологическая копия, сходный с ним организм, но не реальная личность навсегда физически ушедшего поэта и его эпохи. Эта проблема должна решаться через специфику субъектно-объектного взаимодействия, в котором субъекты должны найти средства и основания регулирования объективных процессов реальной жизни, причем не только в рамках ее собственных быстро меняющихся условий, но и в плане воспроизводства сохраняющего субъектно-объектного взаимодействия.

Таким образом, традиции должны дать нам понимание того, как соединяются человеческие бытийные константы и меняющееся содержание общественной жизни. Раскрывается ли это в современных трактовках традиций? Как вообще определяются традиции в современной научной литературе?

В настоящее время анализу традиций посвящено значительное количество исследований. Однако, несмотря на значительный объем собранного материала, согласованного подхода к пониманию и исследованию традиции все еще нет, и, как следствие, термин «традиция» трактуется весьма широко: сюда относят все то, что так или иначе связано с прошлым общества, которое передается в настоящее. Однако, конкретизация того, что выражает это прошлое и как именно оно необходимо для настоящего, особенно не раскрывается.

Термин «традиция» ведет происхождение от латинского слова traditio - передача, предание. Traditio - 1) передача; 2) выдача; 3) преподавание, обучение; 4) предание, повествование; 5) установившееся издавна мнение или привычка.

В подобном определении общее выражено в понимании значения слова «традиция» как чего-то устойчивого, что возникло в прошлом, требует обучения и передается последующим поколениям. Таким «прошлым», которое передается, могут быть обычаи, порядки, правила повседневного поведения и др.

Некоторые авторы считают, что традиция - это «передача духовных ценностей от поколения к поколению; на традиции основана культурная жизнь. Традицией называют также все то, что передают, в то же время все, что на традиции основано, называют традиционным» [2, с. 459]. С традицией связывают передаваемый коллективный опыт деятельности [3, с. 56], условия развития науки, познания: здесь традиция - это «социальная сфера (форма), которая опосредует отношения между живым познанием и его опредмеченным результатом» [4, с. 275].

С. Корнев считает, что традиция - это «форма организации огромного числа индивидуальных воль в единый творческий проект... Традиция - это внерационально постигаемый великий всеобъемлющий творческий проект, который приводится в движение органичной солидарностью духовно свободных личностей» [5, с. 34].

Ежи Шацкий выделяет основные подходы или точки зрения на суть традиции: функциональный - передача духовных ценностей; объектный - анализ самих передаваемых ценностей и субъектный - отношение данного поколения к прошлому [6, с. 283-284]. Шацкий связывает традицию с «преобразованием неоднозначных фактов прошлого в однозначные ценности настоящего».

Э. С. Маркарян рассматривает данный феномен в культурологическом аспекте: «Культурная традиция - это выраженный в социально организованных стереотипах групповой опыт, который путем пространственно-временной трансмиссии аккумулируется и воспроизводится в различных человеческих коллективах» [7, с. 80]. В. Б. Власова выделяет субъектов этого опыта, отмечая, что традиция - это «особая социальная связь групп и индивидов в обществе, специфическое содержание которой состоит в репродуктивной деятельности поколения в поколение определенных содержательных формализмов представления, действия, фиксирующих накопленный социальный опыт и выступающих регулятивными принципами освоения новых условий и задач деятельности» [8, с. 36].

В приведённых определениях понятия «традиция» выделяется некоторый «слой» в социальном и культурном пространстве, который сохраняется, несмотря на постоянное изменение социальной инфраструктуры и общественных отношений - институтов, средств коммуникаций, техники, символики и др., сопровождающих развитие общества. Традиции показывают, таким образом, внутреннюю объективную границу общественного производства каждой эпохи: создавая предметные комплексы, новые условия жизни и обновленный социум, это производство не может создать самобытность того организма, в котором воплощено данное общество. Эта самобытность и те коды, программы, в которых она выражена, существуют в традициях, а потому не создаются в настоящем, а переходят к нему из прошлого [1, с. 105].

Если подвести итог представлениям о традиции в современных исследованиях, то можно выделить следующее: традиция: а) есть некоторое содержание (схема), которая воспроизводится множеством индивидов из поколения в поколение, передавая способы действия в той или иной жизненной ситуации, отношения, оценки, ценностные ориентации, технологии; б) является фактором стабильности общества; в) ослабление роли традиций в жизни общества лишает его исторической перспективы, общество утрачивает стабильность и самобытность.

Общий недостаток всех этих подходов - рассмотрение современности и традиций в «одной плоскости», т. е. отсутствие внимания к существенным различиям между временем бытия традиций и общества, между их собственной устойчивостью и быстрыми изменениями в общественной системе в целом.

Чтобы выделить собственное бытие традиции в обществе, нужно найти их собственную форму, которая обеспечивает нормативность и константность (устойчивость, постоянство) самой традиции. Сразу скажем, что такой формой является в традиции, во-первых, культура (ее нормы и собственный «код»), во-вторых, культура этнонациональная, выражающая сообщество людей как биосоциальный организм и, в-третьих, субъектное качество человека (этнонацио-нального сообщества), в пространстве которого складываются весьма сложные отношения между традициями и социальной сферой общественной жизни.

Прежде чем конкретнее раскрыть эти связи, остановимся на характеристиках социальной сферы, в которую включены этнонациональные субъекты, сохраняющие свое «место» в обществе - их генетический социокультурный код и самобытность.

В философии до сих пор нет однозначного понимания социального: одни считают его синоним общественного, другие - его частью, третьи вообще различают социальное и общественное как разные реальности. В современном словаре эта категория невыразительно определяется как «пакетное понятие, пространство адекватных интерпретаций которого: 1) соотносится по объему с содержательной и функциональной «нагруженностью» терминов «история», «культура» и т. д.; 2) относимо к предметностям классической и неклассической социологии; 3) отражает взаимообусловленность индивидуального бытия людей, с одной стороны, и надындивидуальных структур социальной статики и социальной динамики» [9, с. 730]. Здесь социальное фактически не раскрывается.

Ряд авторов рассматривает социальное как «универсальный способ существования, отличающий любого члена общества, человеческого индивида, как надприродного существа от сил и явлений природы» [10, с. 267]. Уточняя это, те же авторы считают, что основой, «субстанцией» социального является деятельность, т. к. «на всем «пространстве» социального не окажется ни одного явления, которое не представляло бы собой некоторую «ипостась» деятельностной субстанции» [10, с. 275]. Н. Н. Мокляк полагает, что «категория «социальность» отражает именно систему связей, объединяющих людей в единую и цельную общественную систему... социальность выражает степень зрелости, развитости какой-либо социальной общности и общества в целом, а также меру единства, интегрированности социальной общности и общества» [11, с. 25]. Понимание социальности как меры или степени единства и интегрированности социальной (этнической, национальной) общности и общества оказывается для нашей позиции наиболее близкой, поэтому будем ориентироваться на этот контекст.

Как бы ни различались эти подходы, в них в содержании социального уже существуют его субъекты-носители, т. е. они не возникают из самого социального как своей основы, они лишь живут, пребывают в социуме. Их общественное «рождение» отодвигается в этническое или даже родовое прошлое, в (превращенных) формах которого они и сегодня пребывают в обществе, обучаясь жить в конкретных общественных отношениях и вместе с тем - создавая их содержание. Именно поэтому этнокультурные традиции выражают эту связь бытия субъектов и форм их деятельности и общения. Но традиции каждой эпохи данной страны (как и общества в целом) имеют конкретное содержание: это обычаи, верования, символы, тексты и др. Очевидно, что они осваиваются любой последующей эпохой лишь на основе некоторого «инварианта», который обеспечивает нормативность и актуальность содержания прошлого в традициях для современности. Что это за «инвариант»? Как он выражен?

Этот инвариант - не что иное, как «субстанция» самого этноса, его культуры. Если в социальном его основа - деятельность, то в этнокультурном - именно субъектность, т. е. содержание, которое определяет «код» сохранения человека и общности через сознание (самосознание), мораль, язык, символы и смыслы культуры и др. Но если деятельность как способ бытия

общества (социума) проявляется реально, то сущность этнического субъекта, выраженного в культуре, - виртуально. Это виртуальное бытие проявляется через формы символов. Символ -это «понятие, фиксирующее способность материальных вещей, событий, чувственных образов выражать идеальные содержания, отличные от их непосредственного чувственно-телесного бытия... Символ не есть только наименование какой-либо отдельной частности, он схватывает связь этой частности с множеством других, подчиняя эту связь одному закону, единому принципу, подводя их к некоторой единой универсалии. Символ - самостоятельное, обладающее собственной ценностью обнаружение (и выражение, сохранение - авт.) реальности, в смысле и силе которой он, в отличие от знака, участвует. Объединяя различные планы реальности в единое целое, символ создает собственную многослойную структуру, смысловую перспективу, объяснение и понимание которой требует от интерпретатора работы с кодами различного уровня» [12, с. 726]. Специфика символа в том, что он передает не само развитие как процесс, но фиксирует некий алгоритм (форму), в которой это происходит.

В самой природе символа как непрямого знака заложен принцип различения явного и утаенного, поверхностного и глубинного, фактического и нормативного. Символ - это знак иного -непрямого, фигурального смысла воспринимаемых человеком реалий, и способность видеть и понимать такие символические смыслы как раз и конституирует специфически человеческий, наделенный духовным измерением тип понимания, выходящий далеко за пределы осмысления предметности и конкретной полезности вещей. Поэтому и структура любой социокультурной традиции не может не включать в себя - поскольку она сохраняется - соотношение таких сторон, как символическое и реальное, явное и скрытое, устойчивое и текучее. Именно так соединяются здесь человеческий культурный код и изменчивое общественное содержание, т. е. бытие человека как субъекта и его деятельность в качестве субъекта. С этих позиций выявить целостную структуру традиции - дело будущих исследований. Но первые шаги в этом направлении уже сделаны. Так, отмечается, что «общим в структуре всех традиций является наличие в ней предметного и нормативно-регулятивного компонентов» [4, с. 58].

Символическая ткань традиции является основой ее нормативности - выявленным алгоритмом, который соединяет этнокультурное и социальное. Именно эта связь определяет для общества границу темпов его собственных изменений. Так, при значительных темпах экономического роста, развития технологий, коммуникаций и т. п. всегда будет отставать от этого собственное изменение социальной и культурной сфер, в которых общество представляет его субъектная сторона. Именно поэтому любое искусственное и одностороннее ускорение общества -информационное, коммуникационное, научно-технологическое, если все эти темпы изменений не согласованы с социально-культурной (этнонациональной) основой, порождает отчуждение, рост кризисных явлений, уменьшение жизнеспособности общества, кризис личности и всех социальных институтов.

Заключение

Множество коллизий современного общества, наблюдаемых в настоящее время, можно считать проявлением того, что оно постоянно отстает от решения проблемы осознания и моделирования собственной целостности. Это означает, что механизм его воспроизводства, в котором активную роль играет информационно-технологическая компонента, оказывается недостаточным для расширения культурно-ценностного и экзистенциального пространства бытия личности. Действительно, успешно решая проблемы совершенствования среды существования человека, техногенная система оказывается внешним фактором по отношению к самому человеку, его духовности, творчеству и формированию его социальной ответственности. Именно поэтому актуализация темы социокультурных, этнических и других традиций, на основе которых расширяется и обогащается опыт современного формирования общества, а также возникает ценностно-символическое пространство его гуманизации, оказывается жизненно необходимым для нашего бытия и развития.

Процесс осовременивания традиций в контексте принципа целостности общества является более содержательным, чем пересмотр связи этнокультурного прошлого и современного постиндустриального мира. Сюда обязательно относятся вопросы образования (как процесса воспитания у молодых поколений интереса и понимая бытийно-ценностного смысла традиций), необходимость включения пространства традиций в систему современных социальных, культурных, политических, деловых и других коммуникаций, включение традиций в формирование экологической культуры наших современников и др. вопросы.

Все это подтверждает, что проблема синтеза этнокультурных традиций и развития современного общества является актуальной и социально востребованной, перспективной для дальнейших исследований.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Бузский М. П., Ангел О. В., Мещерякова Я. В. Инновации в современном глобальном мире: сб. материалов Междунар. науч.-практ. конф. (Волгоград, 18 апреля 2014 г.). Волгоград: Изд-во Волгоград. филиала РАНХиГС, 2014. С. 105-121

2. Краткая философская энциклопедия. М.: Прогресс-Энциклопедия, 1994. 576 с.

3. Праздников Г. А. Традиция как диалог культур // Советская этнография. 1981. № 2. С. 54-56.

4. Теория познания. Т. 3. Познание как исторический процесс. М.: Мысль, 1993. 397 с.

5. Корнев С. Постмодерн-фундаментализм. М.: Мысль, 1999. 240 с.

6. Шацкий Е. Утопия и традиция. М.: Прогресс, 1990. 456 с.

7. Маркарян Э. С. Теория культуры и современная наука. М.: Мысль, 1983. 284 с.

8. Власова В. Б. Традиция как социально-философская категория // Философские науки. 1980. № 4. С. 3039.

9. Всемирная энциклопедия: Философия. ХХ век. М.: АСТ; Минск: Харвест, Современный литератор, 2002. 976 с.

10. Кузнецов В. Г., Кузнецова И. Д., Миронов В. В., Момджян К. Х. Философия: учеб. М.: ИНФРА-М, 2000. 519 с.

11. МоклякН. Н. Социальные отношения: структура и формы проявления. Киев: Наук. думка, 1986. 205

с.

12. Постмодернизм. Энциклопедия. Минск: Интерпрессервис; Книжный Дом, 2001. 1040 с.

Статья поступила в редакцию 16.05.2016

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ

Бузский Марат Павлович — Россия, 400066, Волгоград; Волгоградский государственный университет; д-р филос. наук, профессор; профессор кафедры философии; те!а-marat1@yandex.ru.

Мещерякова Ярослава Васильевна - Россия, 400040, Волгоград; Волгоградский филиал частного образовательного учреждения высшего образования «Институт управления»; канд. экон. наук; доцент кафедры экономической теории и менеджмента; poly1974@mail.ru.

Ангел Ольга Валерьевна - Россия, 400040, Волгоград; Волгоградский филиал частного образовательного учреждения высшего образования «Институт управления»; канд. социол. наук; доцент кафедры естественных и гуманитарных наук; poly1974@mail.ru.

M. P. Buzskiy, Ya. V. Meshcheryakova, O. V. Angel

ETHNIC TRADITIONS IN EXISTENCE AND REGULATION OF MODERN SOCIETY

Abstract. The paper considers the problems and aspects of influence of ethnic traditions on the features of the social adjusting of the society. The ethnic traditions are considered as the special cultural norms that have steady character. Originated in the past, they pass to contemporaneity as a set of certain rules and regulations. At present, ethnic traditions are mainly presented in a folk culture - folklore, handicrafts, holidays and in a number of the principles and statements of the traditional moral as well. The way of adjusting the society with ethnic traditions is in a great deal correlated with their structure, in which such parties as symbolic and real, obvious and hidden, steady and fleeting are associated. Thus, ethnocultural traditions provide adjusting the integrity of existence of social phenomena.

Key words: ethnic traditions, sense of ethnic traditions, folk culture, social adjusting, society.

REFERENCES

1. Buzskii M. P., Angel O. V., Meshcheriakova Ia. V. Innovatsii v sovremennom global'nom mire [Innovations in modern global world]. Sbornik materialov Mezhdunarodnoi naucho-prakticheskoi konferentsii. Volgograd: Izd-vo RANKhiGS, 2014. P. 105-121.

2. Kratkaia filosofskaia entsiklopediia [Concise philosophical encyclopedia]. Moscow, Progress-Entsiklopediia, 1994. 576 p.

3. Prazdnikov G. A. Traditsiia kak dialog kul'tur [Tradition as a dialogue between cultures]. Sovetskaia etnografiia, 1981, no. 2, pp. 54-56.

4. Teoriia poznaniia. T. 3. Poznanie kak istoricheskii protsess [Theory of cognition. Vol. 3. Cognition as a historical process]. Moscow, Mysl' Publ., 1993. 397 p.

5. Kornev S. Postmodern-fundamentalizm [Post-modern fundamentalism]. Moscow, Mysl' Publ., 1999. 240 p.

6. Shatskii E. Utopiia i traditsiia [Utopia and tradition]. Moscow, Progress Publ., 1990. 456 p.

7. Markarian E. S. Teoriia kul'tury i sovremennaia nauka [Cultural theory and modern science]. Moscow, Mysl' Publ., 1983. 284 p.

8. Vlasova V. B. Traditsiia kak sotsial'no-filosofskaia kategoriia [Tradition as a social and philosophical category]. Filosofskie nauki, 1980, no. 4, pp. 30-39.

9. Vsemirnaia entsiklopediia: Filosofiia. XX vek [World Encyclopedia: Philosophy. XX century]. Moscow, AST; Minsk, Kharvest, Sovremennyi literator, 2002. 976 p.

10. Kuznetsov V. G., Kuznetsova I. D., Mironov V. V., Momdzhian K. Kh. Filosofiia [Philosophy]. Moscow, INFRA-M Publ., 2000. 519 p.

11. Mokliak N. N. Sotsial'nye otnosheniia: struktura i formy proiavleniia [Social relations: structure and forms of manifestation]. Kiev, Naukova dumka Publ., 1986. 205 p.

12. Postmodernizm. Entsiklopediia [Postmodernism. Encyclopedia]. Minsk, Interpresservis; Knizhnyi Dom, 2001. 1040 p.

Buzskiy Marat Pavlovich - Russia, 400066, Volgograd; Volgograd State University; Doctor of Philosophy; Professor; Professor of the Department of Philosophy; metamarat1@yandex.ru.

Meshcheryakova Yaroslava Vasilievna — Russia, 400040, Volgograd; Volgograd branch of Commercial Educational Institution of Higher Education "Management Institute"; Candidate of Economics; Assistant Professor of the Department of Economics and Management; poly1974@mail.ru.

Angel Olga Valerievna — Russia, 400040, Volgograd; Volgograd branch of Commercial Educational Institution of Higher Education "Management Institute"; Candidate of Sociology, Assistant Professor of the Department of Sciences and Humanities; poly1974 @ mail.ru.

The article submitted to the editors 16.05.2016

INFORMATION ABOUT THE AUTHORS