Социальная политика советского государства и неформальные молодежные объединения (1945-1953 годы)

МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №11-3/2016 ISSN 2410-700Х

2) 1948 г. — введение народной пенсии;

3) 1960 г. — введение всеобщей пенсии за выслугу лет (всеобщая трудовая дополнительная пенсия, или АТ11-пенсия);

4) с 1999 г. — смена системы АТП смешанной пенсионной системой, которая сохраняется до настоящего времени. [2, с. 64]

Пенсионный возраст в Швеции определен в 65 лет. Однако возможен и ранний выход на пенсию — с 61 года. В таком случае будет выплачиваться меньший размер пенсии. [3, с. 156]

Пенсии состоят из двух частей: государственной основной пенсии и государственной дополнительной пенсии (АТР). [1, с. 133]

Государственная основная пенсия. Каждый, независимо от национальной принадлежности, кто проживает в Швеции не менее трёх лет или имеет в своём распоряжении три года производственного стажа, идущих в зачёт АТР, имеет право на государственную основную пенсию. Лицу, имеющему в своём распоряжении только один или два года в Швеции, может быть зачтён страховой стаж, полученный в одной из стран ЕС/ЕЭП. Тому лицу, на которое не распространяется соглашение, действующее в отношении граждан государств ЕС/ЕЭП, однако проживавшему в одной из стран, с которыми Швецией подписаны соглашения (конвенции) о социальном страховании, также может быть зачтён страховой стаж, полученный в стране, где оно проживало ранее. Для получения основной пенсии в полном размере необходимо прожить в Швеции 40 лет или иметь 30 лет стажа АТР. Если вы проживали в Швеции менее 40 лет или имеете стаж менее 30 лет, то пенсия сокращается на 1/40 или на 1/30 за каждый недостающий год. В срок проживания засчитывается время, начиная с того года, в котором вам исполняется 16 лет, и вплоть до того года включительно, в котором человеку исполняется 64 года. [1, с. 134]На эту пенсию приходится примерно 40 % всех пенсионных выплат. [3, с. 156]

Государственная дополнительная пенсия (АТР). Если ваш заработок за год превышает установленную для этого финансового года базовую сумму, то вы имеете право на дополнительную пенсию - АТР. Обычно вы должны иметь заработок в течение не менее трёх лет. Получить АТР также имеете право на зачёт времени, отработанного вами в другой стране. Размер вашей дополнительной пенсии (АТР) зависит от вашего производственного стажа и размера ежегодного заработка. [1, с. 133] В Швеции на страховую дополнительную пенсию приходится 60% всех пенсионных выплат). [3, с. 156]

Список использованной литературы:

1. Оганян К. М. Социальная работа за рубежом: международный опыт и шведская модель : монография / К. М. Оганян. - 2-е изд., перераб. и доп. - СПб. : Изд-во СПбГЭУ, 2016. - 231 с.

2. Рябиченко А.В. Исторический обзор развития пенсионной системы швеции // Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. Серия: Гуманитарные и общественные науки. 2011. № 12. - С. 63-66.

3. Циткилов П. Я. История социальной работы: Учеб, пособие для студентов вузов / П. Я. Циткилов. — Ростов н/Д: Феникс, 2006. - 448 с.

© Кильсенбаев Э. Р., 2016

УДК 316.7

Ковальчук Сергей Юрьевич,

Старший преподаватель кафедры социальной работы и педагогики, Волгоградский государственный университет, г. Волгоград, РФ

E-mail: serkov1975@mail.ru

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА И НЕФОРМАЛЬНЫЕ МОЛОДЕЖНЫЕ ОБЪЕДИНЕНИЯ

Аннотация

Статья посвящена истории неформальных молодежных движений в СССР в 1945-1953 годы и

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №11-3/2016 ISSN 2410-700Х_

проводимой в то время социальной политике нашей страны. Особое внимание уделено субкультуре стиляг, появившихся в конце 40-х г.г. XX века в результате распространения предметов быта и искусства стран западной Европы и США. Стиляги, подражая американскому образу жизни, проявлявшемся во внешнем виде, манере поведения, предпочтений западной музыки, кино, изобразительного искусства, занимали позицию пассивного протеста по отношению к советскому образу жизни и советскому искусству. Для борьбы с распространением этой субкультуры в Советском Союзе использовался ряд мер.

Ключевые слова

Неформальные молодежные объединения, молодое поколение, гражданское общество, социальная

политика, нонконформизм, протест, стиляги.

Актуальность изучения истории альтернативных движений советской молодежи определяется тем, что в настоящее время возникает потребность в осмыслении характера развития современного гражданского общества, в том числе и деятельности молодежных организаций, процессов, идущих в молодежной среде, опыта государственной молодежной политики. Современный этап развития российского общества говорит о необходимости разработки комплекса принципов и положений, определяющих специфику взаимодействия государственных структур и общественных организаций с молодежью [1, C. 104].

Ценности гражданского общества обуславливают защиту права человека на личностное самоопределение, свободу мысли, творчества, политических, религиозных и иных убеждений. Становление подобной системы ценностей является итогом длительного развития цивилизованного общества и в связи с этим следует отметить, что их предпосылкой явилась борьба наиболее активных в социальном плане людей за саму возможность свободного развития. В данном случае очевидна потребность в рассмотрении исторического опыта различных форм протестного движения молодежи [2, C. 4].

Неформальное движение молодежи в СССР во второй половине 40-х - первой половине 50-х гг. являлось объективным общественным явлением, посредством которого молодое поколение страны реализовывало потребность в инновациях, подготавливалось к вступлению во «взрослый» мир, создавало свою систему ценностей, на основе которых в дальнейшем осуществлялось последовательное развитие советского общества. Специфика неформального молодежного движения определялась политическим режимом, характером партийной государственной молодежной политики, социально-экономическими и политическими условиями в стране.

Если говорить об общих тенденциях в развитии молодежных кружков и групп, то здесь со временем определились два направления: первое продолжало традицию самообразования в духе «катакомбной культуры»; другое направление составляли кружки и группы молодежи, которые в течение 1947-1950 гг. приобретали политическую направленность, а в их деятельности усиливался политический акцент [5, C. 178186].

Так, спустя годы стало известно о существовании «Коммунистической партии молодежи» (КПМ) -молодежной группы, созданной в 1947 г. в Воронеже. В Москве на рубеже 1940-50-х гг. действовали аналогичные кружки старшеклассников и студентов: «Армия революции», «Союз борьбы за дело революции». Есть информация о работе молодежных политических кружков в Ленинграде, Челябинске, Свердловске и других городах. Как правило, в эти объединения входили школьники старших классов, студенты, учащиеся техникумов, т. е. молодежь в возрасте от 16 до 23 лет.

Уже на рубеже 1940-1950-х в гг. существовали мелкие организованные группы интеллигенции, которые в той или иной форме обсуждали проекты преобразования системы. В который раз подтверждалась то, что лишить большинство людей способности мыслить самостоятельно не так сложно. Труднее заставить молчать то меньшинство, которое, несмотря ни на что, сохраняет способность к рациональной критике. Совершенно неожиданно массовый нонконформизм на рубеже 1940-1950-х гг. возник в среде, которая во всех отношениях находилась в привилегированном положении. Это были те, которых назовут стилягами. Возникшее в среде относительно обеспеченной молодежи крупных городов - референтной группы для остальной молодежи страны - это течение на протяжении полутора десятка лет будет противостоять представителям партийного и комсомольского актива.

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №11-3/2016 ISSN 2410-700Х_

Внешне стиляжничество было деполитизировано и представляло собой вид жизнерадостного нонконформизма. Понятие «стиляга» вошло в общественный лексикон в конце 1940-х гг. Сами себя они называли «штатниками» и подражали американскому образу жизни. Эта субкультура появилась в СССР в результате распространения предметов быта и искусства стран западной Европы и США, которые были ввезены в страну после войны советской армией как трофеи или подарки от союзников. Эти предметы, включающие одежду и аксессуары, отличающиеся от советских аналогов, а также трофейные киноленты, такие как «Девушка моей мечты», «Серенада Солнечной Долины» и «Судьба солдата в Америке», дали советскому человеку более правдивое представление о жизни людей капиталистических стран, чем то, которое сформировалось под воздействием государственной цензуры и антикапиталистической пропаганды. После войны возникла тенденция к увеличению международных контактов и дипломатических отношений со странами Запада со стороны Советского Союза, что отразилось на распространении предметов быта и искусства капиталистических государств среди семей дипломатов и далее по цепочке - среди «золотой молодежи». Под воздействием вышеописанных процессов в Советском Союзе сформировалась самобытная субкультура стиляг, которая состояла из фрагментов западной культуры, проникших на территорию Советского Союза. Это свидетельствует о том, что даже незначительные события в социокультурном пространстве, не повлекшие кардинальных изменений в обществе, могут способствовать появление молодежной субкультуры. Стиляги, подражая американскому образу жизни, проявлявшемся во внешнем виде, манере поведения, предпочтение западной музыки, кино, изобразительного искусства, занимали позицию пассивного протеста по отношению к советскому образу жизни и советскому искусству.

Стиляги, по существу, создавали некий идеальный образ «западной жизни». При этом они исходили из обрывочных сведений о ней и собственных представлений, пытались подражать неким заданным смыслам и культурно-бытовым явлениям.

В отличие от основной массы сверстников «стиляги» уделяли повышенное, даже вызывающее внимание своей внешности: одежде, прическам, косметике, украшениям. Оно клеймилось идеологами как негативное, враждебное, чуждое советским людям, явление.

Тем самым, стиляжничество бросало своеобразный вызов господствовавшим нравам, в основе которых лежало правило «не высовывайся». Стиляги относили себя к кругу «посвященных», а стиляжничество составляло целую науку, причем, довольно не простую. Конечно, стремление к собственному стилю и манере поведения трудно назвать политическим протестом. Однако в послевоенных условиях, когда одежда и вкусы были унифицированы, яркий галстук с экзотическим рисунком, зауженные к низу брюки, пиджак в крупную клетку, кок вместо чубчика - все это выглядело весьма подозрительно. Не случайно стиляжничество поначалу считалось таким же правонарушением, как битье окон, драки, мелкие кражи. Оно, по мнению партийно-комсомольских кругов, свидетельствовало о поклонении Западу. Стиляги были своего рода авангардным проявлением молодежного нонконформизма, который начинался с молчаливого неприятия и не всегда четко осознанного разрыва с эстетикой и моралью большевистского пуританизма, с его догмами, нормами, иллюзиями и утопиями. Одновременно это был и гедонистский протест против образа жизни своих отцов, Постепенно в эту среду стали встраиваться несоветские предпочтения. Много позднее поколения «чуваков» выкажут свой «внутренний мир» - заурядный, эгоистический, полный иронии и сарказма по отношению к своей стране и народу.

В коллективистском обществе стиляжничество явилось формой осуждаемого индивидуализма и приобрело негативное значение, ассоциируясь с эгоизмом и любовью к себе. Коллективизм, изобиловавший огромным количеством норм и запретов, сковавший повседневную жизнедеятельность, формировавший привычку к зависимости, ослабление личной инициативы и ответственности, противостоял этому [6, C. 196210].

Таким образом, только вначале 1950-х, особенно вокруг стиляг, понятие «молодежь как жертва западного влияния» стало полноправной парадигмой, через которую начали рассматриваться молодежные проблемы. Именно стиляги стали символом первой волны современного неформального движения.

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» №11-3/2016 ISSN 2410-700Х_

Для борьбы с распространением этой субкультуры в Советском Союзе использовался ряд мер - от критических статей, карикатур в прессе и сюжетов в киножурналах до создания в рядах партийной организации ВЛКСМ специальных патрулей для обнаружения и задержания для дальнейшей воспитательной или карательной работы лиц, попадавших под подозрение в принадлежности к субкультуре стиляг . Это -типичный пример реализации функции субкультуры комсомольцев [4, C. 127-132], заключающейся в контроле за деятельностью молодежи и появлением оппозиционных или вредоносных для системы объединений. Специфика использования субкультуры комсомольцев для формирования, поддержания и контроля общественных процессов, обусловленных государственной идеологической программой, имела общепринятый характер.

Административное преследование, как правило, выражалось в направлении на принудительные общественно-полезные работы, а уголовное преследование в основном строилось на обвинении стиляг в тунеядстве и безыдейности. Аполитичность, свойственная представителям «движения стиля», с одной стороны, не давала повода властям на применение к ним крайних мер, но, с другой стороны, создаваемая официальной пропагандой атмосфера общественного осуждения и гонения стиляг разрушила многим из них судьбы и жизни. Их, «пионеров "неофициальной культуры", называют «первыми диссидентами».

Стиляга стал символом яркой индивидуальности, творческой изобретательности и дерзости. Они создали собственный стиль одежды, сленг, открыли интересный мир музыки, литературы, искусства, новый образ жизни в целом. Такой образ культуры стиляг соответствует представлениям части современной о «молодости» как об особом этапе жизненного цикла.

Таким образом, советская молодежь первого послевоенного десятилетия представляет собой безусловный социальный феномен. Поколение, рожденное и воспитанное в атмосфере сталинского режима, восприняло все лучшее, что воспитывало советское общество тех лет в своей молодежи, но при этом поколение послевоенной молодежи принесло с собой более свежий взгляд на окружающую действительность, который нередко шел в противовесе с преподносимой пропагандистской информацией. Неформальная молодежь СССР послевоенного периода надеялась на совершенствование и изменение существующей политической системы в СССР. Список использованной литературы:

1.Борзилова, О.Е. Социальная активность молодежи: опыт социологического исследования / О.Е. Борзилова, О.Ю. Казурова // Научная мысль Кавказа.- 2006. - N 13. - C.104.

2. Грицай, В.В. Развитие альтернативных форм молодежного движения в СССР (1945 - 1960-е гг.) / Автореф. дис. на соиск. уч. степ. канд. ист. н. - М, 2005. - С. 4

3. Давыдов, С.Г. Музыка как системообразующий фактор молодежных субкультур в послевоенном СССР / С.Г. Давыдов // Современная научная мысль. - 2013.-N 5. - C.61-68.

4. Кузнецов, М.Ю. Социокультурная детерминация молодежных субкультур / М.Ю. Кузнецов // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики.- Тамбов. - 2013. - № 8 (34): в 2-х ч. Ч. I. - C. 127-132.

5. Никифоров, А.Л. Зарождение оппозиционных настроений среди советской молодежи в послевоенное «сталинское» десятилетие / А.Л. Никифоров // Вестник Ленинградского государственного университета им. А С. Пушкина. - 2010.-Т.4 - N1.-C 178-186.

6. Осипов, А.Г. Стиляги: эпатажное течение в молодежной среде 1940-1960-х г.г / А.Г. Осипов, Н.Н. Макаренко, Е.А. Милова, А.А. Головина // Интерэкспо гео-сибирь. - 2011.- Т. 6.- С. 196-210.

7. Рот-Ай, К. Кто на пьедестале, а кто в толпе : стиляги и идея советской "молодежной культуры" в эпоху "оттепели" / Кристин Рот-Ай ; пер. с англ. Е. Канищевой // Неприкосновенный запас: дебаты о политике и культуре. - 2004.-N4.-C26-33.

8. Фетисова, Т. А. Платформа против калош, или Стиляги на улицах советского города : [реферат] / Т. А. Фетисова // Культурология. - 2008. - N 3. - С. 190

© Ковальчук С.Ю., 2016