Теоретико-практические проблемы признания приложений к протоколу следственных действий в качестве вещественных доказательств

ТЕОРЕТИКО-ПРАКТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПРИЗНАНИЯ ПРИЛОЖЕНИЙ К ПРОТОКОЛУ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ В КАЧЕСТВЕ ВЕЩЕСТВЕННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

И.Н. Сметанин, магистрант Вятский государственный университет

Аннотация: в данной статье рассматриваются практические проблемы, связанные с признанием вещественными доказательствами аудио-, видеозаписей и материалов дополнительной фиксации результатов следственного осмотра, обыска, выемки, следственного эксперимента и других следственных действий.

Ключевые слова: вещественные доказательства, видеозапись следственного действия, виды доказательств, оценка доказательств, протокол следственного действия, собирание доказательств.

Уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации в качестве одного из видов доказательств предусматривает протоколы следственных действий и судебного заседания (п. 5 ч. 2 ст. 74, ст. 83 УПК РФ) [1]. Как известно - это доказательства, сопряженные с непосредственным восприятием дознавателем, следователем или судом сведений, имеющих значение для уголовного дела. Нередко с их помощью удается установить и обосновать такие обстоятельства и факты, имеющие значение для уголовного дела, которые не могут быть доказаны иными процессуальными средствами.

Протоколы используются и в досудебном, и в судебном производстве. Однако в процессе предварительного расследования каждое процессуальное действие фиксируется самостоятельным протоколом, а в ходе судебного разбирательства все процессуальные действия - одним общим протоколом судебного заседания.

В настоящее время ни ученые, ни законодатель не пришли к единому пониманию вопроса о соотношении вещественных доказательств и приложений к протоколам следственных действий, возможность использования которых предусмотрена ч. 8 ст. 166 УПК РФ. Имеющиеся здесь доктринальные и нормативно-правовые проблемы неизбежно приводят к серьезным практическим ошибкам, допускаемым сотрудни-

ками органов предварительного расследования при формировании соответствующих доказательств, а также судьями и другими участниками производства по делу.

Актуальная практическая проблема заключается в искусственном и явно необоснованном придании статуса вещественных доказательств объектам, которые по сути являются всего лишь дополнительными средствами фиксации хода и результатов следственных действий. Актуализация данной проблемы напрямую связана с научно-техническим прогрессом и появлением различных средств дополнительной фиксации (помимо протокола) результатов процессуальных действий. В современных условиях такие дополнительные средства, в частности аудио-или видеозапись, в силу своей наглядности и, следовательно, большой потенциальной информативности являются важным подспорьем при необходимости последующего воссоздания картины следственного действия, анализа отдельных его элементов в целях проверки, оценки и использования в доказывании полученных таким образом результатов.

В частности, такие дополнительные средства обеспечивают получение «иллюстративного материала». В протоколах следственных действий нередко встречаются различные ошибки, неточности, искажения объективной реально-

сти, обусловленные, в первую очередь, особенностями восприятия дознавателем или следователем соответствующих объектов познания.

Отметим, что современные ученые утверждают не о зеркальном, а лишь об относительно адекватном отражении человеком фрагментов объективной реальности [6. С. 81-84]. В этой связи в уголовно-процессуальной науке существуют достаточно обоснованные позиции, что даже протокол гласного судебного заседания не может обеспечить полноценного и правильного отражения всех обстоятельств рассмотрения уголовного дела.

Так, согласно ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ применение технических средств фиксации хода и результатов следственного осмотра, освидетельствования, следственного эксперимента и некоторых других следственных действий является обязательным в случаях, если следователь принимает решение проводить эти действия без участия понятых. Аналогичная обязанность предусмотрена ч. 3 ст. 170 УПК РФ для следственных действий, проводимых без участия понятых в труднодоступной местности, при отсутствии надлежащих средств сообщения, а также в случаях, если производство следственного действия связано с опасностью для жизни и здоровья людей.

По смыслу ч. 8 ст. 166 УПК РФ все дополнительные носители информации о ходе и результатах произведенного следственного действия должны быть приобщены в качестве приложения к соответствующему протоколу. В дальнейшем они могут рассматриваться исключительно как составные части протокола, не имеющие без него никакой юридической силы и не являющиеся самостоятельными доказательствами. опНа данное обстоятельство неоднократно обращалось внимание в юридической литературе [5. С. 12; 4].

Таким образом, в случае производства следственного осмотра, освидетельствования, обыска, следственного эксперимента и других следственных действий все эти дополнительные носители

информации, в частности фотографии, аудио- и видеозаписи, могут расцениваться исключительно в контексте ст.ст. 76-79 и 83 УПК РФ, причем не иначе как совместно с соответствующим протоколом и в полной зависимости от него.

По нашему мнению, самостоятельное закрепление сведений с помощью технических средств при отсутствии протокола в уголовном судопроизводстве ведет к утрате их доказательственного значения. Однако на практике существует ошибочное толкование органами дознания и предварительного следствия указанных законодательных предписаний.

В частности, А.В. Белоусов пишет, что в ряде случаев при возникновении спорных ситуаций суд, просматривая видеозаписи следственных действий, в своем решении ссылается именно на них, а не на протоколы [2. С. 150].

С.А. Ожередова, основываясь на результатах анализа уголовных дел, рассмотренных одним из районных судов, также указывает, что в большинстве случаев судьи расценивают видеозаписи как допустимые доказательства [4].

П.В. Козловский отмечает в своей монографии о случаях использования в качестве самостоятельных доказательств фототаблиц к протоколам следственных действий [3. С. 94].

Аудио- или видеозапись и другие материалы дополнительной фиксации действительно позволяют лицам, в последующем знакомящимся с уголовным делом, установить какие-то иные, новые сведения, которые не могут быть почерпнуты из соответствующего протокола. Рассматривая протоколы следственных действий как доказательства по уголовному делу, законодатель имеет в виду определенные информационные ресурсы (сигналы), обусловленные взаимодействием дознавателя, следователя или суда с объектами познания и подлежащие их восприятию [3. С. 95]. Протоколы представляют собой всего лишь документальную форму фиксации обстоятельств, установленных в ходе

осмотра, обыска, выемки или других следственных действий.

Под таким углом зрения материалы аудио-, видео- и тому подобной технической фиксации занимают то самое место в системе средств процессуального познания, которое им отводит законодатель согласно ч. 8 ст. 166 УПК РФ, - как дополнительные носители информации о результатах следственных действий. Ни одна аудио- или видеозапись, ни одна фотография или иное техническое средство фиксации в принципе не может содержать сведений о каких-то других фрагментах объективной реальности, кроме тех, которые были лично восприняты дознавателем или следователем.

В контексте рассмотрения данной проблемы, В.А. Семенцов выражает абсолютно правильную позицию, считая практику отнесения материалов технической фиксации следственных действий к числу вещественных доказательств ошибочной, не основанной на требованиях УПК РФ. Статус протокола следственного действия, пишет автор, исключает дальнейшее исследование материалов его технической фиксации в режиме вещественных доказательств [8. С. 327]. Протокол нельзя противопоставлять его видеозаписи. Они не обусловлены применением различных способов процессуального познания, поэтому не могут расцениваться как самостоятельные виды доказательств. Это всего лишь различные формы фиксации одного и того же до-

казательства - результата следственного действия. Поэтому мы согласны с Х.А. Сабировым, высказывающимся за сохранение единства протокола и материалов применения научно-технических средств с приданием им не самостоятельного, а равного доказательственного значения [24. С. 124].

В заключение отметим, что ошибочность научных взглядов и порочность следственной и судебной практики в части отнесения дополнительных средств фиксации результатов следственных действий к вещественным доказательствам, на наш взгляд, не вызывает никаких сомнений. Такие процессуальные нарушения опасны возможностью неправильной оценки дознавателем, следователем и судом имеющейся совокупности доказательств, что, в свою очередь, влияет на обоснованность принимаемых по уголовному делу процессуальных решений, в частности выносимых приговоров.

Поэтому в данном случае может иметь место только один вывод и только одна обусловленная им практическая рекомендация, заключающаяся в запрете, адресованном органам дознания и предварительного следствия, на признание вещественными доказательствами тех материальных объектов, которые, не обладая признаками, предусмотренными ст. 81 УПК РФ, являются носителями дополнительных средств фиксации результатов следственных действий, в первую очередь, аудио- и видеозаписей.

Библиографический список

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред.от29.07.2017) (сизм.идоп.,вступ.всилус 01.09.2017)// Собраниезаконодательства РФ.24.12.2001,Ш2(ч.1),ст.4921.

2. Белоусов А.В. Процессуальное закрепление доказательств при рассмотрении преступлений.М.:Юрлитинформ,2001.

3. Козловский П.В. Виды доказательств в уголовном судопроизводстве: эволюция, регламентация,соотношение.М.:Юрлитинформ,2014.

4. ОжередоваС.А. Уликанапленке//СПСКонсультантПлюс.

5. Россинский С.Б. Концептуальные основы формирования результатов «невербальных» следственных и судебных действий в доказывании по уголовному делу: дис....д-раюрид.наук.М.:Университетим.0.Е.Кутафина(МГЮА),2015.

6. Россинский С.Б. Результаты «невербальных» следственных и судебных действий каквиддоказательствпоуголовномуделу.М.:Юрлитинформ,2015.

7. СабировХ.А. Протоколыследственныхисудебныхдействийкаквиддоказательствв российском уголовном процессе: дис. . канд. юрид. наук. Краснодар: Кубанский гос. аграрныйуниверситет,2000.

8. Семенцов В.А. Видео- и звукозапись в доказательственной деятельности следователя: автореф.дис.... канд.юрид.наук.Екатеринбург: УрГЮА, 1994.

THEORETICAL AND PRACTICAL ISSUES OF RECOGNISING THE ATTACHMENTS TO PROTOCOL OF THE INVESTIGATIVE ACTIONS AS PHYSICAL EVIDENCE

I.N. Smetanin, graduate student Vyatka state university

Abstract. this article is about practical issues related to recognitiof the audio-, videotape recordings and materials of additional fixatithe investigative results of examination, search, gathering, investigative experiment and another investigative actions as physical evidence.

Keywords: physical evidence, videotape recording of the investigative action, types of evidence, assessment of evidence, gathering of evidence, protocol of the investigative action.