Поезд с дальними последствиями

Поезд с дальними последствиями

Фильм Юхо Куосманена «Купе номер 6»

В прокат вышел фильм Юхо Куосманена «Купе номер 6», получивший Гран-при жюри Каннского фестиваля 2021 года. Юлия Шагельман считает, что финский режиссер сумел очень точно передать на экране ощущение русской железнодорожной тоски.

Финскую студентку Лору (Сейди Хаарла) и русского гопника Леху (Юра Борисов) сближает поезд Москва—Мурманск

Фото: Achtung Panda! Media

Фильм, который Финляндия выбрала своим кандидатом на премию «Оскар», с самой своей премьеры в Канне воспринимался первыми посмотревшими его российскими кинокритиками как безоговорочно свой, русский. Это верно и по формальным соображениям: к съемкам приложила руку продюсерская компания Сергея Сельянова СТВ, диалоги в сценарии Андриса Фельдманиса и Ливии Ульман, вольно основанном на романе Росы Ликсом, переписывала Любовь Мульменко, в картине сыграли российские актеры, в том числе самый сейчас востребованный из них — Юра Борисов. И по соображениям экзистенциальным: место действия по-северному меланхоличного роуд-муви — поезд дальнего следования Москва—Мурманск, время действия — пресловутые девяностые, к которым то и дело возвращаются наши кинематографисты, возможно, потому, что это первый и последний период в истории русского кино, когда оно было по-настоящему свободным.

Куосманен смотрит на девяностые со стороны, взглядом, в котором смешиваются искренний интерес, удивление, нежность и, что уж там, приличный процент страха. Это взгляд не только режиссера, но и главной героини — финской студентки Лоры (Сейди Хаарла). Она приехала в Россию изучать не очень понятно что — кажется, историю или археологию, а может, литературу — и немедленно влюбилась в московскую красавицу Ирину (Динара Друкарова), хозяйку красивой квартиры с высокими потолками. Гости-интеллектуалы (среди них, например, режиссеры Константин Мурзенко и Михаил Брашинский, играющие более или менее самих себя) у Ирины пьют, поют и обсуждают свежего Пелевина, не слишком обращая внимание на тихую иностранку, не очень хорошо говорящую по-русски. Лора мечтает увидеть мурманские петроглифы и собирается поехать к ним на поезде вместе с Ириной (конечно, только наивному чужеземцу такое путешествие может представляться романтическим), но та в последний момент придумывает какой-то предлог, чтобы остаться дома. Так Лора оказывается в купе номер 6 — в компании сменяющихся попутчиков и Лехи (Борисов), который тоже едет до конечной. Проводница (Юлия Ауг) покрикивает на пассажиров специальным голосом советской вахтерши, в туалете воды нет и не предвидится, и предстоящий путь внезапно кажется Лоре очень длинным.

В «Купе номер 6» Борисов, уже неоднократно доказывавший, что может быть совершенно разным, предстает во вроде бы знакомом амплуа нежного гопника. Хотя поначалу никакой нежности в его Лехе незаметно. Это типичный герой девяностых, стереотипный «страшный русский»: бритая голова, борсетка, мат через слово. Он, разумеется, сразу выпивает бутылку спирта «Рояль», закусывая краковской колбасой и солеными огурцами, и пытается завести с Лорой светскую беседу, начав с галантного вопроса, зачем она едет в Мурманск — не секс-работой ли заниматься (формулируя, конечно, несколько иначе). Сам он туда направляется работать на горно-обогатительном комбинате, чтобы — естественно — накопить денег и потом открыть собственный бизнес. Не удивительно, что первая реакция Лоры на него — бежать: в другое купе, вагон, пусть даже плацкартный. Но мест нет, возвращаться в Москву поздно и не к кому (когда Лора пытается сойти с поезда в Питере, Ирина отвечает на ее звонок рассеянно-равнодушно). Так что двое пассажиров оказываются привязаны друг к другу, как на «Титанике»,— не зря же Леха потом вспомнит про главную экранную историю любви девяностых, пускай даже это прозвучит анахронизмом: в 1998 году, когда фильм Джеймса Кэмерона вышел в российский прокат, спирт «Рояль» уже не пили, хотя воды в поездных туалетах все еще могло не оказаться.

Конечно, фильм Куосманена тоже история любви, но не такой, как в «Титанике» или в еще одной знаковой ленте той эпохи — «Перед рассветом» Ричарда Линклейтера (1995), где двое незнакомцев, говорящих на разных языках, тоже встречали друг друга в поезде и уже не могли расстаться. В любви в «Купе номер 6» нет сексуального притяжения — единственный раз, когда Лора попытается Леху поцеловать, вызовет у него почти паническую реакцию, и окажется, что под пацанской кожанкой скрывается растерянный мальчишка. Эта любовь с трудом умеет себя выразить — Лоре мешает языковой барьер, а в Лехином лексиконе отродясь не было слов, пригодных для передачи эмоций, которые он испытывает, возможно, впервые в жизни. Это любовь не мужчины и женщины, а просто двух очень одиноких людей, случайно встретившихся в обстоятельствах, далеких от всякой романтики, но ставших друг другу ближе, чем кто-либо. Она смешная и хрупкая, несуразная и неуклюжая, как сами герои, и может вызвать недоумение или — если вам когда-нибудь доводилось встретить правильного попутчика — чувство немедленного узнавания и понимания, которое случается только в дороге.