2013. 01. 038. Глазьев С. Ю. Уроки очередной российской революции: крах либеральной утопии и шанс на «Экономическое чудо». – М. : изд. Дом «Экон. Газ. », 2011. – 575 с

НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС И ИННОВАЦИОННАЯ ЭКОНОМИКА

2013.01.038. ГЛАЗЬЕВ С.Ю. УРОКИ ОЧЕРЕДНОЙ

РОССИЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ: КРАХ ЛИБЕРАЛЬНОЙ УТОПИИ И ШАНС НА «ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО». - М.: Изд. дом «Экон. газ.», 2011. - 575 с.

Книга академика С.Ю. Глазьева посвящена стратегии социально-экономического развития России на основе концепции долгосрочной динамики длинных волн и смены технологических укладов. Обосновывается возможность и необходимость опережающего народнохозяйственного развития в условиях глобальных структурно-технологических сдвигов и финансово-экономических потрясений.

Необходимость выработки новой стратегии развития обосновывается катастрофическими для экономики последствиями неолиберального, «шокового» реформирования экономики России в 1990-х годах. Анализируя в первом разделе монографии методологию и результаты реформы, автор называет такие ее итоги, как деградация человеческого и производственного потенциала, банкротство государства, устойчивая сырьевая ориентация экономики, несправедливое перераспределение собственности и запредельная имущественно-доходная дифференциация общества, массовая коррумпированность и криминализация различных сфер общественной жизни и негативные сдвиги в системе духовно-нравственных ценностей.

Провал реформы связывается автором с несостоятельностью ее теоретических основ в виде неолиберальной идеологии рыночного фундаментализма, стержнем которой является неоклассическая экономическая теория. Эмпирические исследования последних десятилетий показали ошибочность сведения мотивации хозяйствующих субъектов к максимизации прибыли и других постулатов неоклассической теории, подвергли сомнению рацио-

нальность поведения хозяйствующих субъектов на рынке, возможность достижения экономического равновесия в результате принимаемых ими решений. В этой теории не нашли отражения многие свойства экономической реальности, в частности принципиальная неопределенность множества производственных возможностей, экономическая эффективность новых технологий, различия в способности к усвоению нововведений и использованию рыночной информации. Наиболее крупными аномальными для неоклассической парадигмы фактами стали, по мнению автора, переход к экономике знаний и превращение НТП в главный фактор экономического роста. По разным оценкам, в настоящее время на долю НТП приходится от 70 до 95% прироста ВВП развитых стран (с. 185). Ключевую роль в формировании научно-технического потенциала играют интеллектуальный потенциал общества, институты поддержания инновационной активности, государственная научно-техническая и инновационная политика.

Упорное нежелание видеть кризисное состояние господствующей парадигмы экономической теории со стороны властвующей элиты свидетельствует о наличии определенной заинтересованности. Неоклассическая экономическая теория играет роль научного основания идеологии рыночного фундаментализма и либеральной экономической политики, в проведении которой заинтересован крупный капитал, стремящийся минимизировать государственное регулирование своей деятельности. Эта идеология обосновывает его претензии на господство в обществе и сводит общественные отношения к власти денег. Таким образом, отмечает автор, в результате радикальных реформ в российской экономике сложилась крайне неэффективная система хозяйствования, неадекватная как современным закономерностям экономического роста, так и ценностно-смысловым мотивам поведения большинства населения.

Во втором разделе книги дан анализ упущенных возможностей корректировки курса и развертывания прогрессивной структурной перестройки экономики в 2000-е годы в условиях бума нефтяных цен и конъюнктурных изменений в мировом хозяйстве на основе обеспечения ускоренного развития обрабатывающей, в том числе высокотехнологичной, промышленности и индустрии народного потребления. Этот итог, по мнению автора, обусловлен

старыми ошибками, т.е. продолжением радикально-либералист-ского реформационного курса, проводимого рыночными фундаменталистами, что привело лишь к дальнейшему разрушению научно-производственного и человеческого потенциалов, усилением социально-экономической дифференциации, ужесточением социальной политики и закреплением российской экономики на глобальной сырьевой периферии.

Исследуя денежную, бюджетную, промышленную, научно-техническую политику, механизмы воспроизводства человеческого потенциала, основного капитала и другие факторы экономического роста, автор показывает, что в период благоприятной внешнеэкономической конъюнктуры, сложившейся после российского финансового кризиса 1998 г., властвующая элита не использовала ее для исправления сложившихся диспропорций и восстановления механизмов расширенного воспроизводства. Политика рыночного фундаментализма была продолжена, в результате были упущены возможности формирования институтов экономического развития и становления новых производственно-технологических структур (с. 210).

Сравнивая различные пути постсоциалистической трансформации, в основе которых лежали идеи неолиберальной доктрины, с одной стороны, и эволюционной экономики - с другой, автор приходит к выводу о том, что в результате их практического применения были получены диаметрально противоположные результаты. Если в России произошло более чем двукратное падение основных показателей научно-технического потенциала, то в Китае - их многократный рост. Это доказывает неадекватность теоретических представлений неоклассической парадигмы закономерностям современного экономического развития. Доктрина рационального хозяйствования, соответствующая эволюционной парадигме, напротив, позволила учесть и использовать эти закономерности (с. 312).

Анализу реальных направлений развития российской экономики в условиях глобального кризиса и обоснованию стратегии их реализации посвящен третий раздел монографии. Автор исходит из того, что глубинные причины мирового финансового кризиса связаны со сменой доминирующих технологических укладов, а его преодоление связано с очередной длинной волной экономического

роста, материально-техническую основу которого составит новый технологический уклад, базирующийся на сочетании нано-, био- и информационных технологий. Их распространение революционизирует традиционные и порождает новые направления экономического роста, повышая экономическую эффективность производства и расширяя возможности потребления, создавая новые сферы экономической деятельности (с. 42).

Рассматривая стратегии развития, автор выделяет поддержку перспективных направлений нового, шестого технологического уклада и, таким образом, обеспечение стратегии опережающего развития и формирования новой длинной волны глобального экономического роста. Если основными элементами пятого технологического уклада, по мнению С.Ю. Глазьева, являются микроэлектроника и информационные технологии, то шестой уклад базируется на технологиях конструирования на молекулярном уровне, включая наноэлектронику, наноматериалы, микробиологические производства. В то же время наряду с сосредоточением ресурсов на становлении нового технологического уклада следует использовать также дифференцированную стратегию догоняющего развития. На тех направлениях, где научно-производственный комплекс имеет конкурентные преимущества (отдельные виды нано-технологии, лазерные технологии, атомная, ракетно-космическая промышленность), целесообразна стратегия лидерства, там, где налицо отставание в той или иной степени от мирового уровня, следует использовать различные стратегии, в том числе стратегию опережающей коммерциализации НИОКР.

Исторический опыт показывает, что со сменой технологических укладов и выходом мировой экономики на новую длинную волну экономического роста меняется не только технологическая структура экономики, но и ее институциональная система, а также состав лидирующих фирм, стран и регионов. Чем быстрее осуществляется выход на траекторию роста нового технологического уклада, тем меньше потребуется для этого инвестиций, и наоборот, вход для опаздывающих становится все дороже, а преимущества лидеров, защищающих свою монополию на технологическое превосходство посредством институтов интеллектуальной собственности, нарастают. Вместе с тем в период структурного кризиса, обусловленного замещением доминирующих технологических

укладов, для отстающих стран открывается «окно возможностей» для прорыва. Именно таким образом, подчеркивает автор, происходили «экономические чудеса» прошлого века (с. 454).

Происходящие сегодня процессы открывают для России возможности технологического рывка. Имеющийся в стране научно-технический потенциал, по мнению С.Ю. Глазьева, достаточен не только для освоения зарубежных технологий, но и для поддержания лидерства в отдельных направлениях развития нового технологического уклада. В сложившихся условиях целесообразно придерживаться смешанной стратегии, учитывающей возможности использования научно-технических достижений других стран. Необходимыми условиями являются создание и практическое освоение научно-технических заделов для становления ядра нового технологического уклада, а также опережающая модернизация его несущих отраслей. Хотя российская наука и образование имеют достаточный для этого кадровый потенциал, недостаток финансирования приводит к «утечке умов» и технологических знаний за рубеж, а российская промышленность не располагает ключевыми производствами нового технологического уклада. Их создание является решающим фактором будущего развития, но время, в течение которого можно решить эти задачи, неумолимо сжимается. Возможности своевременного формирования ключевых направлений развития шестого технологического уклада сужаются по мере его структурирования в масштабах мировой экономики и соответствующей страновой специализации (с. 368).

При этом отмечается роль экономики знаний как парадигмы управления нового технологического уклада, то значение, которое приобретает обоснованное управление знаниями, в том числе его гуманитарные, этические составляющие. Под влиянием научно-технической и информационной революций возникла принципиально другая экономика, в создании которой решающую роль стали играть не материальные факторы, а знания, информация, инновационный тип мышления и поведения творческого человека. Для накопления интеллектуального потенциала важно наличие институтов, обеспечивающих материализацию знаний в новых технологиях, а также социально-экономической среды, благоприятствующей инновационной активности.

Свойства инновационной экономики, основанной на знаниях и НТП в качестве ведущего фактора экономического роста, отличают ее от традиционных представлений неоклассической парадигмы. С этим важнейшим итогом постиндустриальной революции связано и коренное изменение регулирующей роли государства, «обретение им нового качества - информационно-аналитического, прогнозирующе-стратегического, а потому социального и демократического» (с. 453).

Главным препятствием на пути роста нового технологического уклада является неадекватность существующей институциональной структуры возможностям его развития, дефицит интегрирующих компаний, узость круга стратегически ориентированных на технологическое развитие частных инвесторов, слабость финансовой системы, недостатки государственного финансирования широкомасштабных проектов модернизации. Попытки объединения сохранившихся фрагментов научно-промышленного потенциала в госкорпорации остаются, по-видимому, единственным, хотя и малоэффективным способом создания жизнеспособных структур в наукоемкой промышленности (с. 464). Модернизация отраслей промышленности побудит их при наличии конкурентной среды искать перспективные научно-технические разработки, поддерживать научные исследования. Однако еще длительное время на этапе фундаментальных исследований новых технологий ключевая роль будет сохраняться за государством, которое даже в передовых странах не устраняется от поддержки прикладных исследований. В условиях глубоких структурных изменений, связанных со сменой технологических укладов, подчеркивает автор, экономическая политика государства должна основываться на наращивании национальных конкурентных преимуществ, на магистральных направлениях формирования нового технологического уклада. Для этого требуется соответствующая концентрация имеющихся в стране финансовых, информационных и интеллектуальных ресурсов.

Рассматривая задачи экономической политики, автор раскрывает содержание и подчеркивает значение активной научно-технической, институциональной, финансовой, информационной и структурной политики государства. Научно-техническая политика включает выбор приоритетов, разработку и реализацию целевых программ по их достижению. Институциональная политика заклю-

чается в создании необходимых правовых, организационных и ценностных структур, поддерживающих инновационную активность и обеспечивающих благоприятную среду для широкомасштабных нововведений.

В системе государственного регулирования экономики ведущее значение придается подсистеме развития, что связано с ключевой ролью НТП в обеспечении современного экономического роста. Политика развития включает: определение приоритетов долгосрочного социального и технико-экономического развития, сохранение и развитие научно-производственного потенциала страны, формирование на этой основе промышленной, научно-технической и финансовой политики. Система стратегического планирования должна определять содержание бюджетной, внешнеторговой, промышленной и других составляющих экономической политики государства, которые необходимо увязывать посредством прогнозирования, программирования и индикативного планирования развития экономики страны (с. 510).

Для нормального воспроизводства научного и интеллектуально-образовательного потенциала России необходимо утроение расходов на эти цели (с. 452). Затраты на НИОКР должны быть доведены в ближайшие годы как минимум до 2%, а в перспективе до 4-5% ВВП. Только в этом случае Россия сможет вернуться в число научных сверхдержав (с. 514).

Согласно расчетам, чтобы вывести отечественную экономику на траекторию быстрого устойчивого роста, ежегодный прирост ВВП должен составлять не менее 8%, объем производственных инвестиций - не менее 15%, производительности труда - не менее 12%. При этом ядро нового технологического уклада должно расти на 35-40% в год, а его несущие отрасли - на 10-15% в год (с. 549). Платой за отказ от этой стратегии станет утрата последнего шанса на российское «экономическое чудо».

И.Г. Минервин

2013.01.039. ФЛОРИДА Р. КРЕАТИВНЫЙ КЛАСС: ЛЮДИ, КОТОРЫЕ МЕНЯЮТ БУДУЩЕЕ. - М.: Классика-ХХ1, 2011. -430 с.

Американский социолог рассматривает феномен формирования «нового общественного класса», главной отличительной чер-