Непрерывное образование и формирование человеческого капитала как факторы российской модернизации

Поэтому для каждого вуза важной задачей является идентификация своих потребителей - имеющихся и потенциальных, проведение грамотной стратегии позиционирования в рамках каждой целевой группы.

Библиографический список

1 Кондратьев Э.В., Абрамов Р.Н. Связи с общественностью: Учебное пособие для высшей школы / Под общ. ред. С.Д. Резника. - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Академический Проект, 2004.

2. Россия в цифрах. 2013. Крат. стат. сб. - М.: Росстат, 2013.

3. Салимова Т.А., Ватолкина Н.Ш. Сравнительная характеристика потребителей высшего учебного заведения // Университетское управление: практика и анализ. - 2010. - №2 1.

4. Соловьев Т.Г. Идентификация потребителей образовательных услуг высшего учебного заведения // Интеграция образования. - 2011. -№ 4.

5. Резник С.Д., Юдина ТА. Управление репутацией высшего учебного заведения: монография. - М.: ИНФРА-М, 2014.

6. Резник С.Д., Назарова НА. Повышение роли предприятий-работодателей в системе профессиональной подготовки управленческих кадров // Кадровик. - Кадровый менеджмент. - 2009. - №2 6.

Yudina T.

REPUTATION HIGHER EDUCATION INSTITUTION AND ITS CUSTOMERS

In modern conditions of Russian higher education increased competition in the education market, which increases the value of reputation of the university

Study of consumers of educational services and reputation of the university, their needs and expectations can improve the competitiveness of the university on the market

Each institution wishing to strengthen its position in the educational market, is to identify existing and potential customers to have a competent strategy positioning for each target group.

Keywords: college, university reputation, consumers of educational services institution, consumers reputation of the university.

УДК 371.014

Диденко Д.А.

НЕПРЕРЫВНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ И ФОРМИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА КАК ФАКТОРЫ РОССИЙСКОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ*

• В ближайшее время в России более вероятно осуществление социально-экономической модернизации по догоняющей стратегии, задачи собственно инновационного развития смогут выходить на первый план по мере сокращения отставания от ведущих стран.

• Интеллектуалоемкость российской экономики может повыситься благодаря интеграции ее конкурентоспособных субъектов в систему глобального интеллектуального производства.

• В секторе интеллектуальных услуг субъекты российской экономики показывают более высокую конкурентоспособность, чем в секторе «креативных» товаров.

Ключевые слова: интеллектуалоемкая экономика, социально-экономические институты, конкурентоспособность, непрерывное образование.

В российской истории и экономической политике глубокие традиции имеет осуществление модернизации преимущественно по догоняющей модели, при которой стимулы к развитию создаются возрастанием внешних угроз вследствие увеличения технико-экономического отставания от стран-лидеров мирового развития. В советский период эта институциональная «колея» прослеживалась через

массовое приобретение американского оборудования и технологий в ходе ускоренной индустриализации в 1930-е годы, опыт работы над «атомным проектом» во второй половине 1940-х годов, историю развития отечественных информационных и компьютерных технологий как ведущей технико-экономической парадигмы последних десятилетий [1, с. 159160].

* В статье использованы результаты исследований, выполненных при поддержке РГНФ, проекты № 07-03-00022а Ю-03-0247а, 13-03-00015а. Все приводимые в статье оценки и суждения являются личным мнением автора и могут не совпадать с позицией РГНФ и Внешэкономбанка

© Диденко Д.А., 2014

Экономика образования ♦ № 2, 2014

61

МОДЕРНИЗАЦИЯ РОССИЙСКОЙ

ИНТЕЛЛЕКТУАЛОЕМКОЙ ЭКОНОМИКИ И ОГРАНИЧЕНИЯ СО СТОРОНЫ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ СРЕДЫ

Начало системной социально-экономической трансформации российского общества в конце 1980-х годов в направлении к открытой по отношению к внешней среде рыночной экономике может рассматриваться как отдельный этап исторически длительного процесса модернизации [там же, с. 163164; 2, с. 36-38]. Несмотря на деструктивные процессы и нарастание проявлений архаизации, во многих секторах национальной экономики (преимущественно высокотехнологичного сервисного сектора) наблюдалось сегментарное формирование технологической базы и институциональной среды, характерных для постиндустриального общества.

Что касается текущих приоритетов модернизации, то на языке политической риторики в качестве императива провозглашается движение по инновационной модели, но в реальности происходит следование в лучшем случае догоняющей траектории развития. Результаты международных сопоставлений (в том числе среди стран, близких по уровню развития) подтверждают низкую инновационную активность российских предприятий [3, с. 446448].

Дело в том, что в условиях значительной и увеличившейся за последние 20 лет дистанции, отделяющей основные отрасли российской экономики от мировой «технологической границы», догоняющая стратегия развития поддерживается сравнительно низкими издержками интеллектуальных заимствований.

Большое значение для выбора траектории и успешности результатов модернизации имеют общественные ценности, экономическая ментальность и хозяйственная культура общества [2, с. 61-92, 108126]. Прежде всего речь идет о степени готовности критической массы субъектов российской экономики к принятию предпринимательских рисков и культурной экономической деятельности в противоположность оппортунистической ориентации хозяйственного поведения на извлечение криминальной и административной ренты.

В этом отношении следует отметить недостаточное соответствие российской институциональной среды инновационно-ориентированному экономическому поведению.

В такой ситуации инновационный процесс, основанный на частном финансировании, может иметь локальный характер, т.е. ограничиваться несколькими показательными территориями, не оказывая существенного влияния на развитие интеллек-туалоемкой экономики страны в целом.

Таким образом, вследствие сильной исторической инерции и слабости факторов, способных

быстро ее преодолеть, в ближайшей перспективе задачи догоняющего развития скорее всего будут иметь приоритет перед собственно инновационными.

Данный вывод подтверждается приводимыми ниже выводами на основе анализа открытой информации и наших расчетов. КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬ РОССИЙСКОГО ИНТЕАЛЕКТУАЛОЕМКОГО ПРОИЗВОДСТВА

В результате совместных усилий ВОИС, ВТО, ПРООН, ЮНЕСКО, ЮНКТАД 1 сформирована представительная база данных по международной торговле продукцией отдельных отраслей, охватывающая почти 10 лет (с 2002 г. - по товарам и с 2000 г. -по услугам) [5].

В секторе российского интеллектуалоемкого производства, материализованного в «креативных» товарах, коэффициенты чистого экспорта2 имеют отрицательные значения.

В секторе интеллектуальных услуг многие коэффициенты чистота экспорта также имеют отрицательные значения, но не такие низкие, как в секторе «креативных» товаров. При этом роялти и лицензионные платежи особенно выделяются преобладанием импорта. В то же время конкурентноспособ-ными выглядят отечественные услуги в области научных исследований и разработок, рекламы и маркетинга, изучения общественного мнения. Кроме того, в отличие от сектора «креативных» товаров конкурентоспособность отечественных ин-теллектуальныхуслуг имеет тенденцию к повышению: по основным из них3 коэффициенты чистого экспорта с 2003 г. перешли в область положительных значений, а по сопутствующим4 - снизили модули отрицательных значений.

Приведенные данные показывают, что субъекты отечественной экономики более склонны предъявлять спрос на импорт интеллектуалоемкой продукции, чем производить ее на экспорт. Это дополнительно подтверждает устойчивость догоняющей траектории модернизации.

Хотя образовательные услуги относятся к одному из разделов классификации ВТО, международная внешнеторговая статистика по «креативной экономике» не выделяет эту важную отрасль интеллектуального производства, в которой формируется человеческий капитал общества.

Соотношение между экспортом и импортом образовательных услуг по количеству студентов очной формы обучения показывает явное преобладание экспорта этих услуг и свидетельствует в пользу наличия определенной конкурентоспособности российской системы образования. Характерная для 1998-2003 гг. тенденция к ухудшению данного показателя сменилась на противоположную и в целом за 1998-2010 гг. он почти не изменился. При

этом за указанный период наблюдался некоторый рост показателей как въездной, так и выездной студенческой мобильности, что говорит о постепенной, но по-прежнему слабой интеграции России в международное образовательное пространство (табл. 1).

Хотя стоимостный объем импорта образовательных услуг может быть определен весьма приблизительно, заслуживающие доверия экспертные оценки указывают на то, что он почти в 2 раза превышает более точно определяемую стоимость экспорта [10, с. 40], т.е. стоимость обучения одного иностранного студента в России очень низка (табл. 2). При этом доля иностранных граждан, обучавшихся в российских вузах на платной основе в последние годы, стабильно держится на уровне около 70% и преобладает среди студентов как из стран бывшего СССР, так и из стран дальнего зарубежья [7, с. 42]. Это существенно отличает текущую ситуацию от советского периода, когда высокая доля страны в общемировом контингенте иностранных студентов поддерживалась за счет преобладания государственных стипендиатов. В современной России и экспорт, и импорт образовательных услуг поставлены преимущественно на рыночную основу, их показатели являются результатом взаимодействия различных

факторов спроса и предложения.

Приведенные данные показывают, что конкурентоспособность российских образовательных услуг реализуется в значительной мере в ценовой, а не в качественной области. Дело в том, что относительная конкурентоспособность российского образования во многом носит инерционный характер, используя заделы советского периода. Данное предположение подтверждается результатами анализа географической структуры.

В последнее время экспорт российских образовательных услуг направлен преимущественно в страны бывшего СССР (40-45%), в развивающиеся страны Азии и Африки и гораздо в меньшей степени в страны с развитой экономикой [7, с. 18-24]. Импорт образовательных услуг, по последним доступным данным за 2009 г., осуществлялся преимущественно из Германии, США, Украины, Франции и Казахстана [11, р. 134].

Положительно следует оценивать тенденцию последних двух десятилетий к увеличению доли студентов из Китая. Также Россия могла бы увеличить долю на рынке образовательных услуг для студентов из Индии - страны с исторически крепкими связями с Россией и с уровнем доходов ниже среднего

Таблица1

НАТУРАЛЬНЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТИ РОССИЙСКИХ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УСЛУГ

Доля иностранных студентов и Показатель Показатель Коэффициент

аспирантов среди учащихся дневной формы обучения, % въездной мобильности, % выездной мобильности, % чистого экспорта

1998 2,11 2,69 1,12 0,41

1999 1,84 2,33 1,05 0,38

2000 1,15 1,95 1,02 0,31

2001 1,54 2,00 0,98 0,34

2002 1,58 1,97 1,07 0,30

2003 1,58 1,97 1,07 0,30

2004 1,73 2,28 1,04 0,37

2005 1,79 2,35 1,06 0,38

2006 1,88 2,48 1,10 0,39

2007 2,04 2,68 1,14 0,40

2008 2,16 2,97 1,21 0,42

2009 2,39 3,10 1,36 0,39

2010 2,80 3,60 1,52 0,41

Источник: рассчитано автором по [6, с.30,34; 7, с. 16; 8; 9]

Таблица2

ОСНОВНЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ ЭКСПОРТА ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УСЛУГ В ОТДЕЛЬНЫХ СТРАНАХ

Численность иностранных студентов по очной форме обучения, тыс. человек Объем доходов, млрд. долл. США Доход с одного иностранного студента, долл. США.

США (2008 г.) 624474 20** 32027

Великобритания (2008 г.) 391791 10** 29258

Россия (2009 г.) 129690 0,5*** 4122

Источник: *[8], **[10, с.10], *** рассчитано автором по [6, с. 226-228]

(по классификации Всемирного банка). По данным Института статистики ЮНЕСКО, указанные наиболее населенные и быстро развивающиеся страны мира являются основными поставщиками «мобильных студентов» на мировой рынок образовательных услуг. Но именно в последние годы обозначилась неблагоприятная тенденция: их количество и доля в России снижаются. Пока она не набрала силу, важно развернуть ее, восстановив тренд последних двух десятилетий.

Среди специальностей, изучаемых иностранными студентами в России, традиционно конкурентоспособны медицинские и инженерно-технические. Следует отметить, что за последние 20 лет популярность последних заметно упала за счет увеличения доли экономических специальностей [6, с. 29, 245]. Их экспортный потенциал может успешно реализо-вываться в сегменте студентов из стран бывшего СССР. В то же время экспортный потенциал медицинских и инженерно-технических специальностей представляется наиболее значительным и именно его следует развивать в первую очередь.

Широко известны существенные препятствия, отрицательно сказывающиеся на качестве и имидже российских образовательных услуг (высокий уровень коррупции, низкий уровень требований к знаниям), преодоление которых связано с глубокими, но локальными, медленными и постепенными изменениями. При этом менее масштабные, но реально возможные меры по повышению внешней конкурентоспособности российского образования характеризуются потенциально быстрым положительным эффектом. К ним относятся: стимулирование вузов, показавших свой экспортный потенциал, к внедрению учебных программ с преподаванием на английском языке; упрощение процедур приема на работу и оформления виз для иностранных преподавателей.

ПОВЫШЕНИЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ ИНВЕСТИЦИЙ В РОССИЙСКОЕ НЕПРЕРЫВНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ

Рассмотрим изменения институтов сферы российского образования, связанные с модернизацией и возможные в силу формирующихся тенденций.

Стимулирование развития дополнительного профессионального образования. Возрастание необходимости постоянного пополнения и обновления человеческого капитала в условиях постиндустриального общества привело к возникновению понятий «непрерывное образование» и «образование в течение всей жизни». С начала 1970-х годов эти понятия начали активно фигурировать в международных документах, прежде всего ЮНЕСКО и ОЭСР. В России стихийно возникшие в условиях системной трансформации рыночные институты дополнительного профессионального образования (ДПО) в том или ином виде также постепенно реализуют

принцип непрерывности образовательной деятельности в течение всей жизни.

Для исследования проблематики, относящейся к сфере ДПО, принципиальное теоретическое значение имеет разделение человеческого капитала на две основные составляющие: общую (полезную для работы на других аналогичных предприятиях) и специфическую (полезную для работы только на определенном предприятии). Согласно теоретической модели Г. Беккера в условиях высококонкурентного и информационно прозрачного рынка труда приобретение общей части человеческого капитала (полезной для работы на других аналогичных предприятиях) способствует повышению конкурентных преимуществ отдельных работников и поэтому в конечном счете ими же и оплачивается. В свою очередь работодателями оплачивается приобретение специфической части человеческого капитала (полезной для работы только на определенном предприятии). В то же время Д. Асемоглу и Й.Ш. Пишке отмечали, что предприятия также могут осуществлять инвестиции в общую часть человеческого капитала в условиях искусственного занижения премии за квалификацию (компрессии заработков), снижающего стимулы квалифицированных работников к межфирменной трудовой мобильности. Данный вывод был сделан на материале Германии, условия рынка труда которой создают для предприятий больше стимулов к инвестированию в человеческий капитал работников, чем в постсоветской России.

Эмпирические исследования указывают одновременно на низкий уровень инвестиций и низкую отдачу на специфический человеческий капитал в России (в отдельных случаях даже отрицательную) при возрастании межфирменной мобильности рабочей силы [12, с. 22, 74; 13, с. 248-266, 270-271]. В данном случае налицо комплекс условий, дестиму-лирующих предприятия к инвестициям и в общий, и в специфический человеческий капитал работников.

Препятствием, снижающим стимулы работников, является необходимость накопить объем средств, требующихся для самостоятельного инвестирования в собственный человеческий капитал. Возможным выходом из такой ситуации могло бы стать развитие кредитования на рыночной основе.

Снижение негативных эффектов интеллектуальных миграций. Среди вызовов со стороны внешней среды, с которыми сталкивается российская интеллектуалоемкая экономика, следует отметить повышенную изменчивость потоков финансового и человеческого капитала в направлении отдельных национальных экономик. Одним из негативных последствий возросшей интенсивности интеллектуальных миграций для стран «полупериферии» мировой экономической системы с высокообразованным населением является чистый отток человеческого капитала («утечка умов»).

Наиболее значительный чистый отток человеческого капитала из России происходил в 1990-е годы. Через 10 лет негативная сторона данной проблемы определенно ослабла. Тем не менее интенсивность интеллектуального миграционного обмена России с внешним миром, по крайней мере, не снижается. Такой обмен пока характеризуется, скорее, оттоком за рубеж высококвалифицированной рабочей силы и притоком в больших масштабах - низкоквалифицированной.

В условиях открытости национальной экономики сохранение значительной доли государственного финансирования профессионального образования создает существенные стимулы для «интеллектуальной эмиграции». В результате нарушается эквивалентность распределения издержек и результатов инвестиций в профессиональное образование в масштабах национальной экономики.

В данном контексте эквивалентное распределение затрат и результатов достигается, если государственной бюджетной системой финансируется общекультурный компонент системы образования, в то время как профессиональный компонент, который обеспечивает обучаемым определенные конкурентные преимущества для работы в рыночных секторах экономики, - из внебюджетных источников. При этом следует сохранять безвозвратное государственное финансирование профессионального обучения граждан, если его результаты направлены в социально значимые субъекты нерыночного сектора национальной экономики.

Заметим, что дальнейшее повышение доли платного образования лишь усилит высокие входные финансовые барьеры на рынок качественных образовательных услуг. Для социально приемлемого решения данного комплекса проблем необходима модернизация финансовой инфраструктуры системы образования в России, создание эффективных механизмов финансирования образовательной сферы с учетом интересов всех ее субъектов.

Развитие финансовой инфраструктуры образовательного рынка (возможности образовательного кредитования). С точки зрения теории человеческого капитала, образовательное кредитование на возвратной основе обеспечивает распределение ожидаемых в будущем частных доходов на приобретенный, с его помощью человеческий капитал между субъектом инвестирования (кредитором) и субъектом обучения (заемщиком).

В мировой практике образовательное кредитование является альтернативой прежде всего финансированию образования за счет накопленных сбережений домохозяйств и важным дополнением к государственному бюджетному финансированию образования. В российских условиях оно является радикальной и в то же время рыночной мерой по модернизации финансовой инфраструктуры обра-

зования при сочетании преимуществ его частного и государственного финансирования.

Наличие развитой системы образовательного кредитования позволяет:

- снизить налоговую нагрузку на национальную экономику;

- стимулировать образовательную активность широких слоев населения;

- улучшить эффективность использования ресурсов в системе образования посредством повышения мотивации его субъектов (учащихся-заемщиков), склонных к более ответственному выбору собственных образовательных траекторий.

В настоящее время целевое банковское образовательное кредитование в России носит эпизодический характер и не получило заметного развития в относительно благоприятных докризисных условиях. Проекты, стартовавшие в 2000-е годы, можно охарактеризовать либо как некоммерческие, либо как экспериментальные.

В то же время потенциал развития образовательного кредитования в России представляется значительным в средне- и долгосрочной перспективе. По доле кредитных ресурсов в инвестиционных и потребительских расходах Россия продолжает отставать не только от экономически развитых стран, но и от стран Восточной Европы. Кроме того, для России, как и для США, характерна высокая доля частных расходов на высшее и послевузовское образование (соответственно 36 и 63% против 5-25% в экономически развитых странах континентальной Европы [8]). При этом отмечается массовый социальный запрос на получение высшего образования.

При создании системы управления образовательными кредитами в России за основу могут быть взяты аналогичные механизмы, обеспечивающие привлечение ресурсов, рефинансирование и секь-юритизацию активов, отработанные в последние годы в системе ипотечного кредитования, для которого также характерны длительный срок кредитования физических лиц с сильно выраженной социальной значимостью. В качестве положительного фактора следует отметить, что со стороны государства в последние годы растет внимание к поиску возможностей кредитного финансирования в образовательной сфере с учетом интересов всех ее субъектов.

И даже если период формирования системы образовательного кредитования в России сокращается при догоняющем развитии, требуется значительное время, чтобы эта система начала полноценно функционировать. Необходимо некоторое время, в течение которого будут накоплены статистические данные, позволяющие адекватно оценить кредитные риски российских заемщиков, и может быть осуществлена их постепенная передача профессиональным участникам финансового рынка.

В заключение отметим, что в современном российском обществе одновременно наблюдаются признаки как постиндустриальной образовательной модернизации, так и демодернизации. Достаточно сильны факторы исторической инерции. В настоящее время количество и качество российского человеческого капитала представляется достаточным для осуществления догоняющей модернизации, имеющей целью сокращение отставания в уровне эффективности, конкурентоспособности экономики от стран-лидеров.

Примечания

1 ЮНКТАД внедрила концепт так называемой креативной экономики [4, р. 3-32].

2 Отношение разности между стоимостью экспорта и импорта по определенной товарной категории к их сумме, т.е. фактически нормализованный коэффициент покрытия экспортом импорта с диапазоном значений от -1 до +1.

3 Услуги в области научных исследований и разработок; реклама, маркетинг, изучение общественного мнения; услуги в области архитектуры, инженерные услуги, услуги в технических областях; услуги частным лицам и услуги в сфере культуры и отдыха.

4 Роялти и лицензионные платежи, компьютерные и информационные услуги.

Библиографический список

1 Диденко Д. Инновационное и догоняющее развитие: две стратегии модернизации российской ин-теллектуалоемкой экономики // Экономическая политика. - 2011. - №№ 1.

2 ЕмельяновЮ.С., Хачатурян А.А. Человеческий капитал в модернизации России: институциональный и корпоративный аспекты. - М.: Едитори-ал УРСС, 2011.

3. Индикаторы инновационной деятельности, 2013 / Стат. сборник. - М.: НИУ ВШЭ, 2013.

4. Creative economy report 2010. Creative economy:_a feasible development option. -N. Y. - Geneva: UNCTAD - UNDP, 2010.

5. United Nations conference on trade and development - UNCTAD. Statistics on creative prod ucts//http://unctad.org/en/pages/ditc/ creativeeconomy/statistics-on-world-trade-in-creative-products.aspx.

6. Экспорт российских образовательных услуг. / Стат. сборник. Вып. 3. - М.: Центр социологических исследований, 2011.

7. Обучение иностранных граждан в высших учебных заведениях Российской Федерации / Стат. сборник. Вып. 9. - М.: РУДН, 2012.

8. United Nations educational, scientific and cultural organization institute for statistics. UIS UNESCO. Data centre // http://sr.ats. uis.unesco.org/unesco/ tableviewer/document. aspx?reportid= 1 36&ifjanguage = eng&br_ topic = 0.

9. Образование в Российской Федерации. / Стат. сборник. - М.: НИУ ВШЭ, 2007, 2010, 2012.

10. Арефьев А.А. Тенденции экспорта российского образования. - М.: Центр социального прогнозирования и маркетинга, 2010.

11. Global education digest 2012. Opportunities lost: the impact of grade repetition and early school leaving.- Montreal:UNESCOinstitute for statistics, 2012.

12. Капелюшников Р.И., Лукьянова А.А. Трансформация человеческого капитала в российском обществе // На базе Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения. - М: Фонд «Либеральная миссия», 2010.

13. Мальцева И. О. Трудовая мобильность и стабильность: насколько высока отдача от специфического человеческого капитала в России? // Экономический журнал ВШЭ. - 2009. - №> 2.

Didenko D.

CONTINUING EDUCATION AND FORMATION OF HUMAN CAPITAL AS A FACTOR

OF RUSSIA'S MODERNIZATION

The paper proposes an additional argument to the role of education as a factor in Russia s modernization Keywords: intellektualoemkaya economy, socio-economic institutions, competitiveness, lifelong learning