Прокрастинация: что делать?

Прокрастинация: что делать?

Анна Лебедева

директор Международного Эриксоновского университета коучинга, сертифицированный коуч MCC

Ольга Гиверская:

Добрый вечер, уважаемые слушатели, в эфире проект «Прайм-тайм с коучем» на Медиаметрикс, все, что вы хотели знать о коучинге, но боялись спросить. Сегодня говорим про прокрастинацию, что это такое, как с ней бороться и надо ли с ней бороться. В студии для вас работаю, я Ольга Гиверская, и ко мне присоединяется моя соведущая Анна Лебедева, директор Международного Эриксоновского университета коучинга, мастер сертифицированный коуч по стандартам ICF. Что такое прокрастинация, откуда взялся этот термин?

Анна Лебедева:

Как коуч я часто работаю с людьми, которые сталкиваются с прокрастинацией или с тем, что они наваливают на себя больше, чем могут сделать. Прокрастинация — это механизм, который внутри себя имеет много разных причин, у разных людей он может быть разным. Снаружи мы видим человека, который что-то обещает, он собирается сделать, почти сделал, собирается силами, но потом уже не может или не выполняет эти обязательства, но мы четко видим, что у другого человека это получается.

Ольга Гиверская:

Насколько Вам свойственно прокрастинировать?

Анна Лебедева:

У меня тоже такие вещи бывают, и они сезонные. У коучей, тренеров, обучателей есть свои сезоны, и лично для меня прокрастинация обычно связана с тем периодом, когда у нас очень параллельно происходит много разных мероприятий, и тогда много разных обязательств сталкиваются между собой, я уже некоторые из них задвигаю на задний план.

Ольга Гиверская:

Как же Вы выходите из этого состояния, может быть, есть волшебные советы или правила?

Анна Лебедева:

Прокрастинация бывает разных видов, мой личный опыт может касаться кого-то из вас, и вы обнаружите, что у вас тоже такое происходит. Первое, что для меня очень важно, это знать свою сезонность и свою природу, понимать, каким образом я набираю на себя кучу дел, об этом даже писала Келли Макгонигал в своей книге «Сила воли». У меня, как и у других людей, в будущем гораздо больше ресурсов, много времени, будущее я обладает количеством сил, и в его жизни нет незапланированных форс-мажоров в отличие от меня, обычного человека, и мы можем обнаружить, что мы для себя на будущее накладываем больше обязательств, чем у этого будущего я по факту будет времени. Я с этой историей работаю много лет, я знаю точно, что когда наступает сентябрь-октябрь, февраль, особенно острые периоды в моей жизни, многие обязательства, которые были отложены (давайте после Нового года, после того, как все вернутся из отпусков), сверху лягут на всю ту уже спланированную рабочую нагрузку, которая обычным форматом тоже будет разворачиваться: коучинговые сессии, тренинги, бизнес-встречи, проекты изменений, которые никто не отменял.

Лично для себя я придумала сделать годовой календарик, как с отелями — высокие пиковые загрузки, когда около шведского стола будет огромная очередь, низкие пиковые загрузки, когда никто никуда не едет и много номерного фонда простаивает. И все проекты изменений, проекты, где требуется подумать, я убираю на те периоды, когда внешние люди, внешние корпоративные или обычные встречи не будут планироваться, и я никому не нужна, допустим, первые две недели января, и я счастлива выложить туда все большие серьезные проекты, в которые хочется погрузиться, на 4-5 часов зайти внутрь и уже не выключаться из этого места. Таким образом я решаю свою загрузку, чтобы меньше прокрастинировать и уж точно не обещать людям то, что у меня вряд ли получится сделать.

Ольга Гиверская:

Вы замечаете у себя какую-то закономерность, какие дела Вы откладываете, или это связано с временами года?

Анна Лебедева:

Прокрастинаторы бывают очень разные, природа прокрастинации совершенно разная в зависимости от психотипа и других обстоятельств. Лично в моей жизни я точно знаю, что те вещи, которые я откладываю, это вещи, где надо хорошенько подумать, залезть в источники, возможно, углубиться и где нет однозначного простого ответа, может включать какие-то чувства людей, это сокращение изменений, проект, куда нужно будет вкладывать силы, выходить за рамки того, что я делаю обычно, придумать, продумать, добавить волевых качеств и протащить проект через всю организацию или протащить проект для большой группы клиентов. Начало таких проектов я откладываю.

Ольга Гиверская:

Вы руководите одним из крупнейших университетов коучинга в России, и это Ваш бизнес. А что точно в бизнесе нельзя откладывать на потом?

Анна Лебедева:

Есть вещи, которые ни в коем случае нельзя откладывать на потом, потому что иллюзия от того, что я сделаю это позже, приводит к тому, что несколько подобного рода вещей свалится на тебя одновременно. Всякого рода отчетности перед органами ни в коем случае нельзя откладывать, даже если ты прокрастинируешь. И почему я говорю, что прокрастинация бывает разная. Бывает прокрастинация именно от того, что у человека нет ресурсов, это один тип, у меня есть один из вариантов, когда сложные вопросы я откладываю на ночное время. Возможно, вы тоже вспоминали, что для того чтобы что-то серьезное сделать, вы уходили в «ночное», и большой серьезный отчет, который включает цифры, которые нужно перепроверить, открыть предыдущие года или очень точную переписку, я зачастую откладываю на тихое время дня, договариваюсь с семьей, что я приеду во столько, во сколько приеду на такси уже ночью, прошу меня не беспокоить и не ждать к ужину. Я раскладываю все это на полу и таким образом к 2-3 часам ночи у меня складывается полная картина или полная презентация, отчет, и я его отправляю. Подобного рода вещи ни в коем случае нельзя прокрастинировать, нельзя откладывать, даже если ты замечаешь, что склонен к прокрастинации: финансовые вопросы, вопросы, связанные с наработками навыков. Некоторые люди откладывают на потом обучение языкам или системному навыку (когда у меня будет время, я этим займусь). Но когда нас всех усадила пандемия, и люди, которые говорили, что я буду читать, когда у меня будет время, сидят, но не читают, потому что ежедневный включенный навык не выработался, и тогда это требует большого количества дополнительного времени, и такие вопросы, возможно, не получится решить.

Ольга Гиверская:

Вы очень много обучаете взрослых людей, и не раз в наших эфирах говорили о том, что обучение взрослых принципиально отличается от обучения детей. Можно ли взрослых научить не прокрастинировать?

Анна Лебедева:

Здесь мы можем говорить и о коучинге, и о психотерапевтической помощи, и о бизнес-консультировании, трекинге в зависимости от того, какая прокрастинация. За прокрастинацией у некоторых людей может скрываться клиническая депрессия, и психологи, психотерапевты, которые в этом разбираются, могут помочь обнаружить, если вдруг это не к нам, и это не нужно пытаться поправить в домашних условиях. Если вдруг это не свойственная вам прокрастинация, и ничего не хочется, нет ресурсов ни на что, за этим могут скрываться ранние признаки депрессии, эти признаки диагностируют специально подготовленные психологи, психотерапевты и даже психиатры, для того чтобы подобрать препараты, которые могут помочь купировать. Депрессивные состояния не поддаются коучингу и не нужно их диагностировать в домашних условиях без врача. Если мы говорим именно о прокрастинации, то здесь очень круто помогают разного рода рутинные навыки, которые этому человеку могут создавать возможности.

Как я уже привела в пример одну из особенностей моей личности, мне временами удается, раньше, когда я была молодая и до детей, мне это удавалось феерично и с победой уйти в ночь, сделать что-то классное и потом всплыть и показать, вывести на презентацию или сдать отчет. С возрастом мне сложнее вложить все силы в ночь и потом после этого всплывать, потому что на всплывание требуется день или два после такой интенсивной работы на гиперфокусе. Есть люди, которым необходимо встраивать в свою жизнь определенные рутины, такие простые вещи, как вести бюджет каждый день. Кто-то склонен к тому, чтобы откладывать, прокрастинировать, возможно, это люди, у которых СДВГ, их внимание не концентрируется, тогда нужны простые чек-листы, чтобы отслеживать, что ты делаешь каждый день. Те, кто прокрастинируют необязательные вещи, такие как поход в спортзал, занятия спортом, что-то такое, чем можно жертвовать, ведь сейчас ноги, руки не отваливаются, но мышцы и наше собственно здоровье, наше позитивное настроение требуют внимания достаточно регулярно. И просто уговорить себя выйти в спортзал, одеть кроссовки и походить по дорожке 5 минут, поставить себе галочку после этого очень здорово помогает людям выйти из прокрастинации и пойти в спортзал, потому что ты с собой договорился, что ты всего лишь переоденешься в форму, ты всего лишь оденешь кроссовки, ты всего лишь пройдешь по дорожке 5 минут. Если вы когда-либо пробовали это, то обнаружите, что когда ты прошел 5 минут, чаще всего ты скажешь себе: «Да ладно, давай я еще 15 минут пройду, я уже в форме, еще несколько упражнений сделаю на турнике». И окажется, что ты как минимум 45-минутную тренировку, а то и часовую сделал чисто потому, что договорился с собой.

Некоторым людям полезно с вечера, если это учебные цели, открыть учебную литературу, поставить таймер на 7 минут, прочесть наискосок учебное задание, закрыть книжку и дать возможность себе внутри, чтобы мозг настроился на этот учебный материал. Потом, когда ты откроешь книжку с утра, окажется, что гораздо легче дальше продолжать заниматься, потому что в мозгу уже сложились некоторые нейронные связи, которые помогают гораздо легче учиться дальше.

Ольга Гиверская:

Если Вы, как руководитель, замечаете, что кто-то из сотрудников прокрастинирует, как быть в этой ситуации?

Анна Лебедева:

В нашей ситуации такого не бывает никогда, никто в моей команде не был пойман на прокрастинации. Шутка, конечно. В моей жизни руководителя бывает так, что я поручаю задачу, которая связана с другими его задачами, и это далеко не сильная его сторона. Кто виноват в том, что задача поручена человеку? Я виновата, получается, что я знаю точно, что это не то, чем он горит, это не то, что он делает легко, с улыбкой на лице, но это связано с его предыдущими задачами, довесок, как раньше были наборы в продуктовых магазинах в эпоху дефицита: черная икра, красная икра и корюшка, которую никто не покупает, тоже в этот набор включена, чтобы продать и повысить средний чек.

Я понимаю, что человеку поручила задачу, которая ему не свойственна, и я себе делаю зарубку, что при первой возможности постараюсь эту задачу передать кому-то другому, кто по своей природе, по своему психотипу сделает эту задачу легко, и ему не нужно применять экстраусилия. Это один вопрос, что задача дана человеку не по талантам, и ему нужна в этом поддержка.

Часто люди делают что-то, что им не нравится и им не свойственно, это не их сильная сторона, для того чтобы вложиться в общее дело, и тогда мы говорим о том, почему именно это важно. Я признаю, что, возможно, это не самая лучшая ваша задача, но нам нужно это сделать для общего результата, и на сегодняшний день свободных рук больше нет, ты остаешься рядом с этой задачей, давай мы ее облегчим и каким-то образом поможем.

Третье — я часто замечаю, что очень стабильные, надежные люди, и, возможно, вы в себе это тоже замечали, прокрастинируют перед неизвестной, новой, нестандартной задачей. Такое тоже бывает, каждый человек, который ответственный, перфекционист, может себя обнаружить в ситуации, когда он бьет копытом и не подходит к задаче, потому что у него есть ожидание, что любую задачу он должен сделать наилучшим образом, и он прокрастинирует, потому что хочет сделать ее идеально. Это особенность личности, очень сложно в первый раз сделать новую задачу идеально, я бы сказала практически невозможно и не нужно, иногда бывает нужно протестировать 5-6 шесть раз гипотезы и сделать эту задачу не особо классно, плоховато, но получить опыт. Поэтому здесь нужна совершенно другого рода поддержка, отважиться сделать что-то не идеально, перестать откладывать сроки, чтобы выпустить проект в суперидеальном состоянии, а выпустить его как есть, в черновиках, и жить с этим — да, в твоей жизни есть задачи, которые ты выполнил не на самые наилучшие отметки.

Ольга Гиверская:

Мне хочется, чтобы Вы дали советы тем руководителям, которые нас смотрят и слушают, что им делать со своими сотрудниками, потому что часто прокрастинацию путают с ленью. Как руководителю понять, что человек именно прокрастинирует, может быть, он набирается сил перед новой задачей?

Анна Лебедева:

Может быть, он избегает, чтобы подождать, может быть, пока ты ее не сделал, ее с тебя снимут и кому-нибудь другому поручат, такое тоже может быть. В нашем коллективе мы всегда стараемся быть максимально честными, даже если это не всегда комфортно для нас, признаться в том, что ты взялся, а теперь передумал, так как мы держим все время атмосферу открытости, толерантности, честного диалога. Если люди боятся, то вряд ли вы узнаете, что происходит на самом деле, необходимо стараться больше выравнивать отношения, быть чуть больше на равных. В открытой дружелюбной атмосфере легче узнать, что на самом деле у человека происходит, он готов поделиться. Там, где авторитет руководства очень высокий, и люди его просто боятся, в таких коллективах достаточно сложно признаться себе, что ты не идеален, что у тебя это не получается, все стараются держать лицо, и тут надо посмотреть, разные люди.

Первый тип — обожают крайние сроки. Я когда работала с творческими коллективами, удивлялась, до какой степени может дойти любовь к крайним срокам. Люди постоянно в аврале выпускают журнал, потому что им очень нравится поймать адреналин крайнего срока, от него горят щечки и глаза, они специально откладывают, чтобы практически все сроки сгорели, и тогда они собираются и показывают наилучший результат чисто на адреналине, приходит новая сила, кураж, сверкание, огонь в очах, они навалились и сделали. Но в жизни компании, корпорации, завода это не очень-то приемлемо, там, скорее, привычки разного рода промежуточные отчеты. Я много работала с заводскими руководителями, главными инженерами, которые работают над более или менее типовыми бытовыми задачами, и там внедрение разного рода agile методов или методов промежуточных сверок дает много значения. Так как высокоуровневые специалисты зачастую не хотят признаваться, что в какой-то момент надо было попросить о помощи, они стараются до последнего техническую историю решить сами, не просить о помощи, они же высокоуровневые специалисты, опытные, старшие. И таким образом во многих компаниях, с которыми я работала, обнаруживала, что люди затягивают сроки и сообщают о том, что внутри команды это не решить, гораздо позже, уже после тех сроков, в которые можно было что-нибудь сделать.

Поэтому чтобы не допускать подобного рода прокрастинации в суперобъективных и однозначных областях, я бы предложила делать промежуточный контроль, промежуточную сверку, чтобы раздрабливать KPI на более мелкие, чтобы можно было уже по ранним признакам обнаружить, в какую сторону идет выполнение задачи, насколько мы двигаемся в рамках запланированных показателей. И даже в моем коллективе, где большинство людей высокого уровня автономные профессионалы, ты можешь столкнуться с непониманием — зачем мы делаем такой мелкий контроль. Но если наша задача избежать больших проблем в конце: «Ой, и в итоге получился минус 5», — мы не можем позволить себе минус 5, временами нам нужно гораздо раньше начать сверяться, чтобы обнаружить ресурсы или изменить стратегию и поддержать тех людей, которые прокрастинируют, еще до того, как они накопили огромный снежный ком, который превратится в страшную лавину, которая сметет их жизнь или карьеру.

Ольга Гиверская:

Вы коснулись вопросов сроков отчетности, если говорить про цифровизацию, CRM-системы сейчас много где внедрены, Google календари, насколько это поможет не прокрастинировать сотрудникам, или здесь о чем-то большем должна идти речь?

Анна Лебедева:

Все привычки работать эффективно нам очень сильно помогают, и нужно всегда искать золотое комбо для себя, что помогает лично тебе включаться, какие настроения, календари, напоминалки помогают тебе включаться. Если мы переходим к коучингу, возможно, это определенное состояние, для разных задач нам нужно разное состояние: для выступления одно состояние, для глубинной сфокусированной работы над чем-то своим нам нужно другое состояние. Необходимо выработать свои привычки, как ты включаешься. Для кого-то это налить себе чая, сделать чистым стол, включиться в эту задачу, поставить таймер на помидоры, это знаменитая техника, ей лет 20: получасовые задачи — 5 минут перерыв, отсекая таймером, чтобы мозг не размазывался по куче других задач. В последнее время многозадачность приводит к большому провалу эффективности. Когда мы делаем любую задачу, мы понимаем, что телефон или другое средство связи может ворваться в середину нашего обдумывания, а для того чтобы забиться в задачу, нужно не меньше 15 минут, и нашу мысль посередине прервет внешний звонок. Поэтому нужно продумывать для себя свою собственную эффективность, брать ее под собственный контроль. Многие люди, которые работают в коллективе, не совсем замечают, что это от тебя очень сильно зависит. Если у коллектива другие привычки, то необходимо максимально с ними сжиться, обходить их, придумывать способы, когда ты делаешь что-то в противоход. Один из моих коллег руководителей, с которыми я многому училась, с его командой сотрудников я провела много ярких коучинговых выездных мероприятий, он приезжал на работу к 7 утра в Подмосковье на завод, для того чтобы в тишине, когда еще никто не пришел, быстренько налить себе первую чашку кофе и до 9 утра сделать сильную системную работу. Когда приходят люди, начинаются планерки, он уже свою часть серьезного мозгового труда уже сделал, потому что он был человек, который может с утра что-то делать. Кто-то другой остается вечером после ухода всех и тихонечко доделывает важную работу, связанную с продумываем. Но мой товарищ в 15:30 удивлял всех на заводе своим нетипичным поведением, садился в машину и уезжал домой, и если ему нужно было что-то доделать, он уже это делал поздним вечером, все его встречи заканчивались в 15:30, и он против пробок ехал в обратную сторону, помогая себе не прокрастинировать.

Есть прокрастинация, которая связана с психотипом, связанная с эмоциями, с собственным раздражением, со своим внутренним напряжением, людям сложно делать какие-то вещи и им необходимо осознать, что это не случайно, это происходит постоянно, это случалось и в школьные времена, к экзамену готовился в последний день, и ему нужен набор привычек, который лично ему будет помогать справляться, связанный с регулированием сахара в крови, чтобы не есть сладкого в первой половине дня, помогать себе концентрироваться различными травяными настойками, осознавая, что ты хорош в продажах. Многие продажники любители отложить отчеты на последний момент, ты хорош в каких-нибудь коммуникациях, а эти технические вещи для тебя в принципе сложны, поэтому ожидать, что после насыщенного рабочего дня ты включишься и их доделаешь, от себя не нужно, нужно знать свою природу и искать возможности сделать это в другое время дня.

Ольга Гиверская:

Сегодня для меня этот эфир про то, что человек должен постоянно себя исследовать, замечать и подмечать, какие у него рабочие тактики, какие нерабочие тактики, в данном случае относительно прокрастинации. Вы рассказали, что делать боссу, когда он понимает, что в команде кто-то прокрастинирует. Вопрос наоборот — что делать рядовому линейному сотруднику, особенно есть полные энтузиазма, очень часто они встречаются в коллективах, и понимает, что его босс прокрастинирует?

Анна Лебедева:

Если ты сотрудник, то все начальники далеко не идеальны, у них обязательно есть какие-нибудь сложности. У некоторых сотрудников есть особенность, что для того чтобы быть хорошим, нужно много наобещать, чтобы тебя заметили, дали что-то дополнительное. В этом есть искренняя потребность сделать карьерный рост. Конечно, когда ты берешь на себя экстрадополнительные проекты, тебя замечают и будут рассматривать на следующую должность, потому что ты искренне вкладываешься и дополнительно берешь на себя нагрузку. Вследствие, но в этом нет прямого последствия. Когда ты эффективный и проактивный человек, быстро делаешь задачи, тебя будут рассматривать на следующую должность, но в этом нет гарантий, и нужно всегда смотреть еще на то, что происходит в организации в целом. Руководители для нас зачастую это люди, которые слишком прокрастинируют, но надо задаться вопросом — какие еще задачи у этого руководителя лежат на столе,

действительно ли он прокрастинирует и не решает задачу, которую можно было бы давно уже решить и внедрить, или есть другие тайные политические течения, которые не дают ему это сделать, потому что будут другие последствия, которые ты на своем месте просто не особенно замечаешь.

Всегда бывает очень здорово наладить дружелюбные и открытые отношения с шефом, чтобы у тебя всегда была возможность очень аккуратно и ненавязчиво в столовой подойти и спросить, что влияет, почему мы этого не можем сделать, что еще я не учел, для того чтобы взращивать у себя своего рода управленческий взгляд, и это может происходить, только если есть спокойные дружелюбные отношения, взаимопонимание с шефом. Если этих отношений нет, то тогда очень сложно подойти, задать открытый вопрос и получить настоящий ответ. Нам не всегда снизу заметно, почему старшее руководство не действует в тех местах, где нам кажется самоочевидным пойти и что-то сделать, потому что мы не всегда можем просчитать те последствия, которые будут после того, как мы этот проект решим. Но руководители тоже выгорают, возможно, есть та самая прокрастинация, о которой сотрудник говорит.

Ольга Гиверская:

Поощрение бывает денежное, бывает словесное, может ли оно решить вопрос прокрастинации или простимулировать человека?

Анна Лебедева:

Поощрение далеко не у всех решает вопрос прокрастинации, но в любом случае, если человек сделал какой-то проект и ему за это дали совместное признание, дополнительные деньги, надо считывать мотивационный портрет этого человека, что для него важно. Кому-то важно быть включенным в общее дело, ему очень важно, что пока я вкладываюсь в этот проект, другие сотрудники тоже стараются, и чувство локтя для него важнее всего. Кому-то чувство локтя так себе актуально, для него важнее, чтобы ему ответили деньгами или постом, часто руководители так мотивируются — деньгами, властью, и, возможно, этому человеку совсем неважно, что другие делают. Третьему не настолько важны деньги, насколько важна слава, чтобы при людях на мероприятии ему вручили красивый бокал, лучший сотрудник подразделения этого года, или при всех поблагодарили. И для него демотиватором будет, если кто-то перехватил его лавры, такое я тоже часто видела и откачивала клиентов, как коуч, после того, как они придумали и продумали, прокрутили проект, вышли за рамки своих должностных инструкций, превозмогли себя, перескочили через себя, а лавры кто-то другой взял, и ему все хлопают. Возможно, человека мотивирует именно это. Необходимо очень хорошо знать себя, постоянно работать с коучем, для того чтобы отслеживать, какова у тебя внутренняя механика. Поверьте, за словом прокрастинация скрывается как минимум три разных механизма, что на самом деле происходит, а может быть и больше.

Ольга Гиверская:

Я почитала, что прокрастинация сейчас свойственна очень многим, и во многих компаниях сотрудники прокрастинируют, и какие-то компании даже стали автоматизировать процессы, например, отказываются от какого-то количества сотрудников, заменяют роботами. Насколько эта схема может прижиться в России, когда людей просто убирают из-за прокрастинации и заменяют на роботов, для бизнеса может ли это быть плюсом, и что тогда с человеком происходит?

Анна Лебедева:

Мы с вами участвуем в огромном социальном эксперименте, результатов которого мы не знаем. Еще лет 5 назад, когда мы были хедлайнерами на конференции, и коллеги из Высшей школы кономики рассказывали о том, как техническая составляющая будет менять рынок труда. Надо понимать, если ты делаешь рутинную работу и повторяешь ее каждый день, то эту рутину, скорее всего, заменит техническая программа, чтобы освободить силы людей на другое. Что меняется? Отношения, меняется сама природа задач, ведь все задачи робот не заменит, все силы не выйдут на рынок труда, даже в самых продвинутых странах, самых продвинутых индустриях человеку всегда будет нужен человек, и есть часть задач, которые касаются психологии, внутренней энергии или определенных изменений, машина изменениями управлять не будет.

Поэтому для нас очень важно постоянно развиваться, ежегодно пополнять свою коробочку знаний, пойти учиться коучингу, потому что рынок услуг, количество профессий, где отношенческие вопросы будут задействованы, только растет. Управление этими машинами, программами тоже растет, количество профессий, которые связаны с тем, чтобы управлять технической составляющей, настраивать ее, и разговор человек-человек будет расти, и разговор человек-машина тоже будет нарастать. Эти навыки, как и навыки иностранных языков, за 2 дня не взрастятся, нужно осваивать много разных граней и смотреть на свою карьерную траекторию на протяжении ближайших 10 лет, что вы хотите дальше для себя. Получается, что каждый сотрудник не может ожидать от наших руководителей постоянной заботы и взращивания себя в ту сторону, которая нужна компании. Нужно брать свою карьеру под свой собственный контроль и взращивать, и если у вас есть в чем-то искренний интерес, искать этому искреннему интересу конвертацию в практичное применение и востребованность. Любой интерес, который у вас есть, можно превратить в монеты, через то, что вы становитесь полезны другим людям и делаете что-то с вашим уникальным взглядом, чего не делает кто-то еще. Конечно, это лечит прокрастинацию, потому что за прокрастинацией может скрываться глубокая пассивная агрессия, когда вы делаете то, что вам не нравится, вы делаете это с коллективом, который вас совершенно не вдохновляет, вы бы предпочли поболеть гриппом, нежели ходить на постылую работу и заниматься скучнятиной. Конечно, там прокрастинация будет процветать. Нужно прорываться через эти болота своего собственного взгляда на то, что для тебя возможно и что невозможно, потому что мир сильно изменился.

Ольга Гиверская:

Наша постоянная рубрика чек-лист от коуча, три коротких вопроса, три коротких ответа. Как понять, что я прокрастинирую?

Анна Лебедева:

Творцы любят прокрастинировать. Во-первых, нужно понять, что временами мы прокрастинируем, потому что у нас просто не хватает данных. Пойди и хотя бы пролистай три книги или пять классных статей по этой теме, ты напитаешься идеями, и они начнут перевариваться. Второе, заметь, как тебе лучше работать, возможно, тебе лучше всего работать при людях, в очень громком кафе, сидя в Макдональдс за угловым столом, или наоборот, ночью, когда никто не может прервать ход твоих мысли. Сделай для себя удобно, просто выбери возможность делать так, как лично тебе удобно, даже если это не принято на твоей работе. И третье, напиши план, можно ему не следовать, можно еще один написать, но просто прописанный на бумагу план очень сильно снижает стресс.

Ольга Гиверская:

Как понять, что это та самая прокрастинация? Первое — это когда вообще ничего не хочется делать?

Анна Лебедева:

Нужно исключить, что у тебя депрессия, почитать признаки, сходить к доктору и понять, что это не депрессия. Сдать анализы и проверить, может быть, это железо или витамин D, исключить эту историю, и уже тогда работать с чистой прокрастинацией. Если у тебя все нормально с микроэлементами и это не депрессия, то тогда наша задача посмотреть, какие конкретно задачи ты чаще всего откладываешь, все-все-все или только те, которые не хочется.

Ольга Гиверская:

Когда наступает та самая прокрастинация, как себя поддержать?

Анна Лебедева:

Обломов просил Штольца, чтобы тот пришел и поднял его с дивана. Обложись теми людьми, которые всегда действуют на тебя, как витаминный коктейль, как смузи, и попроси их к тебе временами заходить и спрашивать, как у тебя дела. Если это что-то полезное, одень кроссовки, выйди на дорожку на 5 минут и отпусти себя. Если хочешь уйти, уйдешь, но чаще всего никто не уходит, мы работаем дальше. И бери посильное количество задач на сегодняшний день, которое ты можешь делать. У прокрастинатора зачастую список из 20-30 пунктов, которые он не сделает сегодня. Заведи будильник — сегодня я обещаю себе, что напишу именно это одно письмо. Напиши, встань, похлопай себе, поощри себя вкуснятиной, работай с собой, как с дрессировкой собаки, подкорми внутреннюю собачку.

Ольга Гиверская:

Спасибо большое, Анна, сегодня было много советов, рассмотрено много ситуаций про прокрастинацию. Я благодарю Анну Лебедеву, директора Международного Эриксоновского университета коучинга, мастера сертифицированного коуча по стандартам ICF. До встречи в эфире, всего доброго.