Формирование российской пенитенциарной политики и ее источников (1879-1917 гг. )

Формирование российской пенитенциарной политики и ее источников

в. И. Алексеев

Российская пенитенциарная политика — это установленные государством и закрепленные в нормативных правовых актах порядок и условия отбывания уголовного наказания,совокупность мер и средств пенитенциарного воздействия на арестантов, направленные на их исправление и предупреждение рецидивной преступности. Эта политика должна выражать интересы общества и каждого осужденного, лишенного свободы, и юридически закрепляться в соответствующих источниках права.

История российской пенитенциарной политики свидетельствует о том, что главным элементом эффективности ее субъектов является последовательное продвижение различных проектов законов, которые с достаточной долей определенности формируют принципы уголовно-пенитенциарного права, определяют его функции. Через них устанавливается связь отношений пенитенциарной практики и пенитенциарной политики, что способствует глубокому анализу, исследованию процессов реального исполнения наказания.

Материальные источники российской пенитенциарной политики подразделяются на две группы: объективные и субъективные. К объективным относятся статистические

Алексеев Насилий Иванович — доцент кафедры теории и истории государства и права ИГиП ТюмГУ, кандидат исторических наук.

данные состояния тюремной системы накануне проводимых тюремных преобразований. Помимо условий и порядка исполнения наказаний в процессе создания законов существенную роль играют правовые принципы, которые сформулированы историческим опытом в реализации пенитенциарной политики, представлениями реформаторов и законодателем о правосудии; принцип гуманизации исполнения наказания, основанный на международном опыте пенитенциарной деятельности зарубежных стран. К субъективным материальным источникам относится определение приоритетных направлений пенитенциарной политики. Процесс исполнения наказания в новых исторических условиях нуждался в конкретизации уголовно-правового комплекса, уголовно-правовой кары, пенитенциарно-педагогиче-ской деятельности, уяснении связи между уголовным и пенитенциарным правом.

Социальный интерес как первичный фактор новой пенитенциарной политики формировался, с одной стороны, правительством, а с другой — общественным мнением. Интерес в сфере гуманизации исполнения наказания стал формой осознания этих объективных потребностей. Вопрос об устройстве исправительных учреждений был поставлен в связи с изданием Уложения о наказаниях 1845 г., так как до этого времени тюрьма служила главным образом для размещения лиц, состоя-

щих под следствием и судом1. Вместе с тем в данном источнике права прослеживаются карательные элементы, которые, являясь элементами возмездия и устрашения в исполнении наказания,противоречили идее ресоциализации осужденных.

До XIX в. тюрьма не всегда являлась синонимом уголовного наказания, но всегда была фактически одним из значительных звеньев жестоких мер, направленных на преступника. Тюрьма была местом устрашения и характеризовалась полным пренебрежением правительства и общества к заключенным, находившимся в ней.

Вся российская карательная система до начала 60-х гг. XIX в. основывалась в большинстве случаев на телесном наказании, а затем на ссылке. Государственный Совет ввиду изменившихся условий исполнения наказания после Указа 1863 г. «Об отмене телесных наказаний» разрабатывает меры по тюремному преобразованию. Вопрос о формировании тюремной системы в середине XIX в. стал центральным в пенитенциарной политике государства. Он связан с преодолением негативных тенденций в тюремной системе, которые сдерживали исправление осужденных.

Совершенно очевидно, что существовавшая модель тюремной политики исчерпала свой ресурс и ее дальнейшее функционирование стало недопустимо. В последней четверти XIX столетия было издано несколько законов, которые, отражая назревание проблемы борьбы с преступностью, формировали идеи пенитенциарной политики. В то время детализируется проект тюремных преобразований в виде правовых предписаний, изложенных в Законе от 11 декабря 1879 г. «Об основных положениях, имеющих быть руководством при преобразовании

1 См.: Пионтковский А. А. Тюрьмоведе-ние, его предмет, содержание, задачи и значение. Одесса, 1892. С. 7.

тюремной части и при пересмотре Уложения о наказаниях». В нем формируется концепция срочности наказаний. Места исполнительного заключения подразделяются на краткосрочные; среднесрочные; долгосрочные2.

Субъекты правотворчества стремятся к формированию государственной воли, определяющей содержание приоритетных направлений в тюремной политике, направленных на гуманизацию исполнения наказания. Интерес реформаторов к формированию новой пенитенциарной политики дает толчок для принятия нормативно-правовых установлений, изменяющих, дополняющих или отменяющих действующие правовые акты. Это был план коренного переустройства тюремной системы, обеспечения диалектического единства наказания с мерами и средствами пенитенциарного воздействия на осужденных. Такая политика представляет собой юридическое выражение правового порядка в местах лишения свободы, имеет объективную природу и характер закономерного развития. С этих позиций пенитенциарная политика является частью государственной и тем самым «преследует две цели: во-первых, удержать самого преступника от совершения нового преступления в будущем; во-вторых, предостеречь от подобных шагов других неустойчивых элементов общества»3.

Проведение в жизнь мер комплексного пенитенциарного воздействия на арестантов является целью пенитенциарной политики. «Если характеризовать систему исправительно-трудовых учреждений, — пишет Н. А. Стручков, — со специальных, социально-правовых позиций, то придется констатировать, что ее деятельность выступает в качестве элемента функционирования более сложной и емкой исправитель-

2 См.: ГАРФ. Ф. 122. Оп. 6. Д. 55. Л. 223.

3 Познышев С. В. Основы пенитенциарной науки. М., 1923. С. 35.

ной системы государства»4. В этом случае на органы, исполняющие наказания, возлагаются специфические функции, состоящие в ресоциа-лизации арестантов. «Все функции права, — отмечает М. П. Меленть-ев, — в определенной степени являются политическими, поскольку право создается государством, а государство — это политическая организация»5.

Термин «пенитенциарная политика» в сфере исполнения наказания по обеспечению ресоциализа-ции осужденных охватывает всю совокупность мер и средств воздействия на них. «Требование системности применительно к качествам объекта, — указывает С. А. Капитонов, — ...обусловлено тем, что оно отражает присущую системам со-подчиненность (иерархию) элементов»6. «В соотношении категорий системы и элемента наиболее очевидна их внутренняя коррелятивность»7. Так, например, в содержании уголовно-политического периода пенитенциарной политики есть важная особенность, которая состоит в ресоциа-лизации и реадаптации арестантов. Система состоит из элеметов, поэтому такой элемент, как гуманизация исполнения наказания, — это прежде всего представление реформаторов о снижении риска произвола тюремной администрации по отношению к заключенным.

Структура российской пенитенциарной политики как динамично развивающейся системы, элементы которой находятся в различных сочетаниях, дает основание говорить,

4 Стручков Н. А. Курс исправительно-трудового права. Проблемы особенной части. М., 1985. С. 29.

5 Мелентьев М. П. Функции советского исправительно-трудового права. Рязань, 1984. С. 13

6 Капитонов С. А. Правообеспечительная функция милиции. СПб., 2004. С. 11.

7 Семенюк Э. П. Общенаучные категории и подходы к познанию (философский анализ). Львов, 1978. С. 60.

по крайней мере, о трех ее уровнях: нормативном, институциональном, отраслевом. Упорядоченность действующего уголовно-пенитенциарного законодательства позволяет привести понятие пенитенциарной политики к определенному единству, внутренней и внешней согласованности, логической последовательности между пенитенциарно однородными компонентами.

Установленная структура исправительных учреждений и наказаний, классифицирующихся по срокам заключения, мерам уголовно-правовой кары и средствам пенитен-циарно-педагогического воздействия на осужденных, легла в основу пенитенциарной политики государства.

Отраслевой уровень формирования пенитенциарной политики стал идеологической базой реформирования уголовно-пенитенциарной системы. Предметом исследования выступают представления о методологических средствах формирования пенитенциарной системы, и этот факт предполагает их изучение как по действующему законодательству, так и в историко-генетическом контексте. Так, при Петре I законодательная деятельность в совокупности с изучением правосознания осужденных привела к соединению уголовного наказания с мерами и средствами пенитенциарного воздействия на осужденных.

Предметной областью пенитенциарных возможностей тюремной политики является исследование института пенитенциарно-педагоги-ческой деятельности. Исправление преступников в процессе их ресо-циализации достигается путем пенитенциарного воздействия, посредством уголовного наказания. Вышеназванный Закон 1879 г., выдвинувший юридическую конструкцию «срочности» наказания и преследующий в качестве целей нравственное и юридическое исправление арестантов, создал теоретические представления о методологических средствах формирования систем-

ности пенитенциарного воздействия. Единство нравственного и правового воздействия на сознание лиц, подвергнутых наказанию, рассматривается в пенитенциарной политике как приоритетное.

Таким образом, обозначена четкая граница между карательными и исправительными мерами в реализации пенитенциарной политики во второй половине XIX — начале XX в.

Закон, устанавливая вид пенитенциарного учреждения, тем самым определяет в общих чертах объем карательных ограничений в праве, обязываний, запретов и их применение к осужденным. Этим подчеркивается очень важная функциональная особенность пенитенциарной политики, когда правовое регулирование тюремного режима тесно связано с главной функцией реализации конституционных норм исходя из цели охранения государственного строя, предупреждения преступности в местах лишения свободы.

Анализ соотношения карательного и исправительного элементов уголовно-пенитенциарного законодательства показывает, что законодатель в истории пенитенциарной политики отдавал предпочтение формированию только карательных средств и норм. Отличие уголовно-политического периода пенитенциарной политики состоит в том, что законодатель вводит обязывающие нормы права, имеющие не только карательный, но и исправительный характер. Так, установлен совершенно новый комплекс норм права, в которых изложено содержание правил об арестантах отряда исправляющихся. Совокупность названных элементов права в их иерархической связи, обеспечивающих динамичность пенитенциарной системы, составляет то, что мы называем тюремным режимом. Изменение целевых установок пенитенциарной политики в пореформенный период вызвало необходимость введения новых элементов в институт лишения сво-

боды, к которым законодатель относил одиночное заключение, надзор и охрану, предупреждение побега. В рассматриваемый период времени предпринимается системно-структурная реорганизация уголовно-пенитенциарного законодательства. Тем самым существенно дополняется и изменяется система пени-тенциарно-педагогического воздействия на арестантов.

В трудах известных русских юристов и общественных деятелей — А. А. Пионтковского, С. В. Позныше-ва, Н. С. Таганцева, И. Я. Фойницкого, С. П. Мокринского, Д. В. Краинского, С. К. Гогель — анализируются весьма ценные данные о различных периодах эволюции российской пенитенциарной политики, исследуются вопросы соотношения карательного и исправительного элементов пенитенциарного воздействия на арестантов, пенитенциарно-педагоги-ческой деятельности в местах лишения свободы и осуществления их ресоциализации. И. Я. Фойницкий особое внимание обращает на меры тюремной деятельности, к которым относит тюремную работу, тюремное образование, тюремную гигиену, тюремную архитектуру. Применение этих мер предполагает, в свою очередь, определенную систему управления. «Мало того, в них именно лежит центральная часть тюремной политики»8.

И. Я. Фойницкий провел анализ соотношения долгосрочного, среднесрочного, краткосрочного исправительного заключения, определил границы каждого из них в контексте основных направлений тюремных преобразований в России9. Проводимый М. Н. Гернетом анализ соотношения уголовных и исправительных наказаний показал, что если правоприменительные органы в

8 Свод учреждений и уставов о содержащихся под стражею. СПб., 1890. С. 65.

9 См.: Фойницкий И. Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. СПб., 1889. С. 361.

1860 г. назначали тюремное заключение лишь в 3,8% случаев, то в 1866 г. этот процент возрос до 23,5%10. К концу XIX в. структура наказаний значительно изменилась в сторону повышения удельного веса более легких санкций. Так, например, если в 1889—1894 гг. назначение тюрьмы, исправительно-арестантских отделений составили 49,4%, то арест и другие легкие виды наказания — 41,8%11.

На рубеже XIX и XX столетий в российском правотворческом процессе происходят радикальные изменения в пенитенциарной политике. В 1900 г. в России отменена ссылка за преступления, но этот вид наказания продолжает сохраняться за государственные преступления. В нормативных установлениях, прежде всего, выделяется политическая функция, которая конкретизируется в Уголовном уложении 1903 г. Основное содержание пенитенциарной политики состояло в дифференциации «общеуголовной» и «государственной» преступности. Даже первые попытки содержания опасных преступников в тюрьмах по категориям возбуждали много толков в сфере общеуголовных преступников, которые рассуждали о том, что, верно, царь не знает, что этим убийцам (государственным — В. А.) столько льгот и им так хорошо в тюрьмах, а ведь «они убийцы, хуже нашего брата»12.

В связи с этим окончательно реализуется юридическое оформление правового положения осужденных в целях создания условий для организации процесса исправления, ре-социализации опасных преступников, отбывающих наказания. Осо-

10 См.: Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 2. М., 1961. С. 54.

11 См.: Остроумов С. С. Преступность и ее причины в дореволюционной России. М., 1980. С. 51.

12 ГАРФ. Ф. 122. Оп. 127. Д. 2835. Т. 1. (7).

Л. 385 (МКФ).

бенность уголовно-пенитенциарного законодательства состоит в том, что оно «не только интегрирует в присущей ему плоскости нормы различных отраслей... права, но и устанавливает собственные нормы, регламентирующие в первую очередь правовое положение осужденных и органов, исполняющих наказание»13. Собственные нормы пенитенциарного права — подзаконные акты, которые активизируют деятельность тюремной администрации, их регулятивный и охранительный потенциал достигает желаемого результата и эффективности исполнения наказания. Здесь можно привести следующие законы: «Об изменении постановлений и дисциплинарной ответственности содержащих под стражей» (1900 г.); «Об отмене тягчайших видов телесных наказаний для ссыльных» (1900 г.); «О воспитательно-исправительных заведениях для несовершеннолетних» (1909 г.); «Об условном досрочном освобождении» (1909 г.).

Именно уголовно-политический период в истории российской пенитенциарной политики характеризуется интенсивностью правотворческой деятельности. Она находилась в тесной связи с образованием попечительных комитетов и отделений о тюрьмах. Пенитенциарная практика ставила законодателя того времени перед необходимостью реализации норм в интересах ресоциали-зации осужденных. Анализ принятых ведомственных нормативных правовых актов показывает, что законодатель этому направлению в пенитенциарной политике уделял необходимое внимание. Перечень законоположений, формирующих органы и обеспечивающих духовно-нравственное воздействие арестантов, с каждым годом расширялся. Законодатель стремился систематизировать все элементы попечения об арестантах, достичь их взаимодействия в целях динамичного раз-

13 Мелентьев М. П. Указ. соч. С. 25.

вития системы и эффективного исполнения наказания.

Переход уголовно-пенитенциарной системы под юрисдикцию Министерства юстиции не только носил формальный, организационно-структурный характер, но и повлек существенные изменения в пенитенциарной политике. Законодатель установил, что ресоциализация осужденного должна начинаться с того момента, когда он оказался в местах лишения свободы. Задача общепревентивного воздействия института условно-досрочного освобождения такая же, что и задача наказания: если цель карательной деятельности — охрана правопорядка, то условное освобождение — средство охраны этого правопорядка. Следовательно, задачи общей и специальной превенции неотделимы друг от друга и их можно рассматривать только в единстве и во взаимосвязи в интересах достижения цели исправления осужденных.

В новом Уголовном уложении 1903 г. нормативно устанавливались более опасные виды посягательства на государственный строй, а потому различной стала и степень градации пенитенциарных средств по отношению к осужденным. Так, в 1906—1912 гг. из 35353 подсудимых было осуждено 25277 человек, или 69,5%. Наказаны каторгой и ссылкой около 14% осужденных. К 1912 г. этот показатель достиг 19%. Если взять среднее число подсудимых в этот период, равное 5052 человек в год, и сравнить его с числом привлекавшихся к дознанию в предшествующие годы (1901—1903 гг.), оно составит 2599 человек, т. е. в два раза больше и более чем в девять раз в отношении среднего числа периода 1884—1890 гг.

(538 человек)14. Угроза наказанием за государственные преступления соединялась с репрессиями по отношению к осужденным и могла быть выражена не только в законе и правилах содержания, но и в произволе тюремной администрации.

Таким образом, уголовно-политический период в истории российской пенитенциарной политики рассматривался законодателем как время формирования предложений о принятии законов, в которых цель ресо-циализации осужденных становится ее приоритетным направлением.

Библиографический список

Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 2. М., 1961.

Капитонов С. А. Правообеспечительная функция милиции. СПб., 2004.

Мелентьев М. П. Функции советского исправительно-трудового права. Рязань, 1984.

Остроумов С. С. Преступность и ее причины в дореволюционной России. М., 1980.

Пионтковский А. А. Тюрьмоведение, его предмет, содержание, задачи и значение. Одесса, 1892.

Познышев С. В. Основы пенитенциарной науки. М., 1923.

Семенюк Э. П. Общенаучные категории и подходы к познанию (философский анализ). Львов, 1978.

Стручков Н. А. Курс исправительно-трудового права. Проблемы особенной части. М., 1985.

Фойницкий И. Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. СПб., 1889.

Энциклопедический словарь русского библиографического института «Гранат». Т. 36. Ч. IV. М., 1936.

14 См.: Энциклопедический словарь русского библиографического института «Гранат». Т. 36. Ч. IV. М., 1936. С. 653.