Художественная функция обращенного монолога в раскрытии характера и психологии героя

Вестник Челябинского государственногоуниверситета. 2016. № 7 (389). Филологическиенауки. Вып. 101. С. 28-33.

УДК 8.05+8.04

ББК 83.3

ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ФУНКЦИЯ ОБРАЩЕННОГО МОНОЛОГА В РАСКРЫТИИ ХАРАКТЕРА И ПСИХОЛОГИИ ГЕРОЯ

3. У. Бекбергенова

Каракалпакский научно-исследовательский институт гуманитарным наук Каракалпакского отделения Академии наук Республики Узбекистан, Каракалпак, Республика Узбекистан

В литературоведении различают два вида монолога: уединенный и обращенный. Рассматривается обращенный монолог как один из видов художественной речи. Приводится ряд научно-теоретических мнений русских и узбекских ученых-литературоведов, таких как В. В. Виноградов, Г. Винокур, Л. П. Якубинский, И. В. Нестеров, Ж. Солижонов, Э. Худойбердиев. Для рассмотрения поставленной задачи использованы примеры из романов известных каракалпакских писателей: Т. Каипбергенова «Зеница ока» (1986) и К. Мамбетова «Разоренный народ» (1988). Предлагается вывод о том, что обращенный монолог играет важную роль в раскрытии характера и психологии героя, имеет большое значение в композиционной структуре произведения.

Ключевые слова: прозаическое произведение, роман, герой, монолог, частные реплики, обращенные монологи, речь персонажа, обращенная к группе слушателей.

В каракалпакской литературе зарождение жанра романа относится к 50-м гг. ХХ в., что можно считать достаточно поздним явлением по сравнению с литературой других братских народов. Но в последующем в литературном процессе происходит бурное развитие эпической прозы. Первым романам в основном свойственны авторские повествования и прямые речи персонажей в диалогах, но уже к 70-80-м гг. в структуре композиции эпических произведений для передачи веяния времени и раскрытия характера и психологии персонажей используются разнообразные формы монологической речи персонажей, что было отмечено отечественными литературоведами.

В литературоведческой науке братских народов художественная функция обращенного монолога была рассмотрена В. В. Виноградовым, Л. П. Якубинским, И. В. Нестеровым, И. Султановым, Х. Каримовым, Э. Худойбер-диевым, Ж. Солижоновым и другими учеными. Вместе с тем вопрос об использовании обращенного монолога в речевой структуре эпического произведения не получил достаточного освещения в каракалпакском литературоведении, вследствие чего мы обращаемся к решению данной проблемы на примере творчества каракалпакских писателей. Научное обоснование художественной функции обращенного монолога в речевой структуре эпического произведения имеет важное теоретическое значение, поэтому в данном исследовании мы опи-

раемся на мнения ученых-литературоведов по данной проблеме.

Обращенные монологи адресованы одному слушателю или же группе людей и выполняют коммуникативную функцию, раскрывая при этом индивидуальный характер и психологию говорящего/слушающего, что имеет определенное значение в развитии сюжета и углублении конфликта эпического произведения.

Академик В. В. Виноградов пишет: «В художественной литературе широко используются, иногда с комментариями, вставленными в ткань сюжета, субъективно-стилистические формы речи, связанные не только с диалогом, но и с монологом - и направленные на раскрытие характеристического образа персонажа - субъекта речи» [1. С. 25]. Данное мнение подтверждается тем, что наряду с диалогической речью монологическое высказывание имеет место и в реальной действительности, и в художественной литературе. В монологе отмечается речевая активность одного из участников общения. Монологическая речь как частная реплика выступает в виде полного или краткого высказывания одного из персонажей, не связанного с речью других персонажей. Узбекский литературовед Э. Худойбердиев, указывая на особенность внешнего (обращенного) монолога, в качестве монолога открытой формы выделяет речь персонажа, переданную в виде прямого обращения к другим [7].

И. В. Нестеров выделяет уединенные и обращенные формы монологов: «Первые включены в общение людей, но иначе, чем диалоги. Обращенные монологи определенным образом воздействуют на адресата, но ни в коей мере не требуют от него безотлагательного, сиюминутного речевого отклика. Здесь один из участников коммуникации активен (выступает в качестве непрерывно говорящего), все иные пассивны (остаются слушателями). При этом адресатом обращенного монолога может быть и отдельное лицо, и неограниченно большое число людей <...>. В подобных случаях имеет место иерархическая привилегированность но-сителяречи» [5. С. 129-130].

По мнению Л. П. Якубинского, «случаи "беседы-собрания" свойственны обществу на определенном уровне культуры; в другой обстановке слушание монолога определяется другими обстоятельствами, имеющими значение, впрочем, и для всякого культурного уровня: обычаем, церемонией, ритуалом. Слушают того, кто имеет власть или пользуется особым авторитетом, вообще в обстановке внушающего воздействия, подразумевающего известную пассивность восприятия или преимущественно сочувственное реагирование, когда прорываются главным образом "поддакивающие" реплики» [9].

Как видим, обращенный монолог является неотъемлемой частью жизни человека. Обладая своеобразной силой воздействия, достоверностью и притягательностью, обращенный монолог воодушевляет, радует слушателя или возбуждает у него чувство тревоги и беспокойства. Возможности обращенного монолога широко представлены в выступлениях перед народом на различных митингах и собраниях известных личностей. В ранних каракалпакских романах можно найти примеры использования формы обращенного монолога. Например, в творчестве К. Султанова это выступление перед народом старухи Назлы (роман «Акда-рья»), Кулымбет-бия - главы побережья реки Таллык, Есенгельди-бия (роман «Ажинияз»). Но у каракалпакских писателей Т. Каипбер-генова, К. Мамбетова обращенные монологи нашли продуктивное применение. Эта тенденция получила дальнейшее развитие в творчестве современных писателей О. Абдирахмано-ва («Порог»), X. Отемуратовой («Хурлиман»), А. Абдиева («Логово нечисти») и других.

Данное обстоятельство можно объяснить тем, что «обращенные монологи (в отличие от

реплик диалога) не ограничены в объеме, как правило, продуманы заранее и четко структурированы. Они могут воспроизводиться неоднократно (при полном сохранении смысла) в различных жизненных ситуациях. Для них в равной мере приемлемы и благоприятны как устная, так и письменная форма речи. Монолог, иначе говоря, гораздо менее, чем диалогическая речь, ограничен местом и временем говорения, он легко распространяется в шири человеческого бытия. Поэтому монологическая речь способна выступать как средоточие внеситуативных смыслов, устойчивых и глубоких. Здесь - ее несомненное преимущество передрепликамидиалогов» [5. С. 129-130].

В некоторых случаях будет не очень легко отделить от диалога монологи, обращенные к какому-либо адресату. Сложность этого состоит в том, что между диалогической и монологической репликами нет окончательных, абсолютно ясных границ. Тем не менее разграничение диалогической и монологической реплик имеет важное значение.

Обратим внимание на речь Жаксылыка Даулетова перед участниками областного ку-рылтая (собрания), характеризующую начало развития событий в романе Т. Каипбергенова «Зеница ока»:

Мне не понравилось самовосхваляющее выступление товарища Сержанова на сегодняшнем курылтае, - сказал он, изменив тон. -Мало, очень мало в управляемом им совхозе «Жацалыц» («Новость») вещей, достойных похвалы, как он сам говорит! По заданию областного комитета партии я побывал в совхозе «Жацалыц» и ознакомился с ходом работ. Судьба совхоза стала очень похожа на судьбу Амударьи, о которой я только что говорил. Похожа на воду, застоявшуюся много лет без течения... По правде говоря, за последние семь-восемь лет нет движения вперед. Даже есть отступление от достигнутого. По нескольким показателям, если и есть снижение до уровня прошедших десяти лет, но нет роста. А по сводкам каждый год планы выполняются. В этом году цифры выше по сравнению с прошлым годом. Нетрудно понять такие секреты «выполнения плана». Только Сержа-нов думает, что он один знает об этом. Вот об этих вещах надо задуматься. Откуда взялись эти секреты? Каким путем выполняются ежегодные планы? Если говорить правду, совхоз стоит на одном месте без движения. Это похоже на воды Амударьи, застоявшиеся без

течения. Если глубже изучить работу совхоза, можем увидеть, что нестоящие показатели указаны как самые высокие достижения, и подлозунгами объявлены цифры... [2. С. 9-10].

И. Султан пишет: «Внешний [обращенный. - 3. Б.] монолог служит дальнейшему развитию событий произведения, показу отношения к прошедшему или происходящему, оценке окружающего мира и людей». Таким образом, герой романа «Зеница ока» Жаксы-лык Даулетов в своем продолжительном выступлении перед участниками областного ку-рылтая (собрания) открыто указывает на лицемерие и подхалимство, обман и приписки в работе Ержана Сержанова, свидетелем которых он стал, и, таким образом, сравнивает состояние совхоза «Жацалыщ» с иссушенным руслом Амударьи. Обращенный монолог Даулетова перед большинством в результате приводит к освобождению Сержанова от должности и избранию его самого на пост директора совхоза.

В качестве примера частной реплики в виде обращенного монолога можно привести выступление бригадира Далибая Султанова, одного из преданных бывшему директору совхоза Сержанову работников, содержащее насмешливое обращение к большинству; секретаря районного комитета партии Нысана Хакимова с призывом к дисциплине; речь одного из старейшин аула старика Худайбергена, согласного с освобождением Сержанова от должности и поддерживающего избрание Жаксылыка Даулетова на пост директора совхоза.

Обращенные монологи, переданные через собственное «я» персонажей, о которых говорится выше, переплетаясь с краткими репликами других персонажей, напоминают собой диалогическую реплику. Но причина, по которой мы относим их к монологической речи, - это то, что данные реплики отличаются по объему, а также имеют сложное композиционное строение. К тому же не требуют от слушателей обязательного ответа на высказывания говорящего.

В романе монологическая речь каждого из персонажей, обращенная к большинству слушателей, последовательно соединяется с подобной же речью других персонажей через авторскую ремарку. Данный прием положительно влияет на развитие сюжетной линии произведения. Если во время своего пребывания на посту директора совхоза Сержанов обращается к своим подчиненным «друзья», «родные», «братья», то при освобождении от должности: «Родные, друзья, - произнес он, - Я от

всей души благодарю вас. С вами я повзрослел. Народ мой,яумру, если вы прикажете, мне не жаль своей жизни ради каждого из вас. Я согласен со всем, что вы скажете...» [2. С. 46].

Авторские пояснения, приведенные между обращенным монологом и речью Сержанова, обращенной к большинству слушателей («Сержанов говорил не очень громко. Но его голос был ясно слышен сидящим даже на последних рядах. В его голосе была заметна какая-то скорбь, даже нотки плачущего. Произнеся последние слова, поклонился всем, приложив обе руки на грудь, и, выйдя из-за стола, покинул собрание»), помогают полностью передать наполняющие его чувства. Несмотря на то, что в вышеприведенных примерах авторская ремарка и реплики персонажей введены и вкратце, и расширенно, мы рассматриваем каждую реплику из обращенного монолога в качестве частной, так как у слушателя нет необходимости отвечать на данное высказывание или же полемизировать с говорящим.

Узбекский литературовед Ж. Солижонов к внешнему [обращенному. -3. Б.] монологу относит выступление Бурхана на похоронах Ка-дира-партизана, речь бывшего директора МТС Зорина на собрании колхоза «Акбарабад», выступление руководителя района Мусаму-хаммедова перед девушками-трактористками, прибывшими для освоения степей Ашшы и Бурижар в романе «Вечная борьба» писателя М. Мансурова и отмечает, что в этих монологах «имеет место прямое обращение к слушателям, и оценивается отношение слушателя к говорящему, его душевное состояние в данный момент» [6. С. 75].

Торжественная речь персонажей романа «Зеница ока» перед большинством слушателей, включенная автором в структуру эпического произведения для передачи момента выступлений на собраниях, напоминает драматический монолог. Казахский ученый Х. Каримов поясняет сходство обращенного монолога и диалогов и их отличительные особенности так: «Через речь персонажа на собрании раскрывается его характер, поскольку в них хотя персонаж и говорит о себе или же о других проблемах, он как-никак выражает свою позицию, свой взгляд. И поэтому это несколько похоже на драматический монолог. А драматический монолог - самый близкий к диалогу среди (других видов) монологов. Драматический монолог - это на самом деле вид диалога с наслоением горячего спора, где опущены реплики.

Показывая особенности частной реплики, они построены по принципу диалога, имеющего несколько слоев» [3. С. 32]. Монологический диалог, содержащий высказывание одного персонажа, русский ученый Г. П. Якубинский называет «ложным диалогом» [9].

В структуре исторического романа-эпопеи «Разоренный народ» К. Мамбетова также можно встретить применение обращенного монолога в форме частных реплик персонажей: в главе «Зять Его величества падишаха», где освобожденный из плена Казыя князь Черкесский преподносит свою дочь Малхурабу в дар в качестве изъявления благодарности, и его выступление перед народом; в главе «Каракалпаки» - торжественная речь Тынахмета перед биями, прибывшими в Сарайшык на совет; бездумные речи Орысбека, идущего на поводу у Кайыпназара, перед народом в главе «Дворцовый Плут».

В сюжете первой части романа-эпопеи «Смута» правитель Сумбиле Ибрайым султан оказывает Ысмайылу султану во время его поездки особое внимание, построив шестикрылую юрту и зарезав теленка.

По народной традиции султан, поставив тарелку перед собой, съедает один глаз теленка. Выковыряв другой глаз, смотрит по сторонам, и, обращаясь к окружающим, говорит:

- Есть выражение, высказываемое издревле - «Глаза кушает вождь». Сын мой Ибрайым, хотя и есть у тебя отец, но ты человек, находящийся у всех на виду. Не буду переступать через тебя. Второй глаз - твой.

- Друг мой, Суйиниш! В народе есть пословица: «Краса богатыря - в его челе, краса шешена (мастера слова) - в его небе». Пусть твое чело всегда озаряет счастье. Лоб твой.

- В мире мастерства слова нет тебе равных. Не зря говорят «Палка ранит тело, слово - душу». Хотя у вас на лбу не написана [здесь: вам не дана. -3. Б.] должность султана, но написана на небе. Небо ваше, берите, - сказал он.

- На самом деле ухо - удел сына [здесь: дается сыну. - 3. Б.]. Как сказал один шешен [здесь: мастер слова. -3. Б.], «Ухо султана глухое, ухо его слуги лучше». Если бы не ухо слуги, хотя и бурлит молва как Едил (Волга), но мы ничего не услышим. Одно ухо твое, (младший) брат Салим, сказал, обращаясь к молодому сутану, сидящему посередине.

-Ау остальных вас у всех отцы живы. Вам головы (кушать) не положено, - сказал он, вернув блюдохозяину [4. 35-36].

То, что умная речь Ысмайыла султана, обращенная к большинству слушающих, была полностью выслушана сидящими за дастарха-ном, означает глубокое уважение к руководящему страной во времена Ногайского сообщества, но в то же время доказывает, что он и сам человек, достойный подобного отношения.

В главе 33 под названием «Перед бурей» (роман «Смута») Ысмайыл султан, призвав перед смертью своих сыновей, вместе с отцовскими наставлениями дает им такую оценку:

- Тынахмет! Ты был сыном, имевшим вес и по возрасту, и по управлению. Дальнейшее руководство страной в твоих руках. Никто не может обделять своего ребенка. Вы все пятеро были мне хорошо знакомы, как мои пять пальцев. Мухаммед, хотя и не был крепышом, но был умным. Но его нет с нами. Пусть душа его будет в раю. Запомни, мой сын. Управление страной - не сумасбродство. Человеческий род больше повинуется уму, чем силе. Будь молодцом, способным управлять народом с умом. Ты был со мной всегда - и когда мне было хорошо, и когда плохо. Я не жду от тебя плохого. Есть у тебя доблесть, заставляющая гореть за свою страну. Большинство твоих братьев прохлаждались, проводя дни в безделье. Росли избалованными, не зная трудностей. Не смог воспитать, держа в строгости. Пусть они будут твоими крыльями в полете, хвостом при посадке.Хорошо воспитай их...

Орысбек! Хотя и сердце горячее, но мальчик, воспитанный старухой-матерью. Больше избалованности. Пусть не поступает бездумно. Необузданный конь исправится ездой. Должность каку Нураддина - его!...

Тыныбай! Он был более гордым среди четырех братьев, как сокол, дерущийся за дичь, скуп, вспыльчив. Не станет обходить передряги. Нет будущего у султана, дерущегося за трон. Пусть оставит эту привычку. Нет птахи, ставшей орлом за один день. Нет пса, ставшего львом. Пусть живет в согласии со старшими братьями. Должность Кейкабуда - его!...

<...>- Сыновья!Всегда помните: мы - народ, рассыпанный, как просо, покатившийся, как сорго на ровном месте. Не расходитесь сразу, как дверь, не имеющая ручки. Самое нужное для народа - это мир. Нет пользы междоусобиц. В междоусобицах есть смерть. В них гибнет много людей. Главное - нужно согласие...

Не верьте лживости Крыма, распускающего сплетни подобно лисе, стелющей хвост.

Не забывайте, что можно доверять только русским. Это завет не только мой. Это завет прадеда Мусы, шедшего по пути справедливости. Подумайте сами. Чего достиг в этом мире Юсуп, поправший заветы отцов?.. Если послушаете меня, не расставайтесь с русскими, детимои!.. [4. С. 279-280].

Таким образом, через речь каждого выступающего передается не только своеобразие мышления, но также раскрывается характер и особенности поведения каждого из этих персонажей.

Обращенные монологи служат раскрытию особенностей речи и мышления персонажей, а также приданию образности повествованию и воссозданию событий перед глазами читателя. Видимо, поэтому русский ученый, профессор Г. Винокур диалогическую речь персонажей комедии «Горе от ума» А. С. Грибоедова называет монологами, а академик В. Виноградов диалогические реплики кондуктора Стычкина (рассказ «Хороший конец») и частные реплики следователя (рассказ «Следователь») рассматривает как монологи [8. С. 291].

Таким образом, обращенный монолог в эпическом произведении применяется в основном в форме частной реплики, которая, во-первых, передается через обращение к слушателю/группе слушателей от первого лица, во-вторых, не требует ответа на данное высказывание от других лиц, в-третьих, несмотря на то, что это частная реплика в виде одностороннего высказывания, отличается от реплики в составе диалога большим объемом и сложностью структуры.

Исходя из вышесказанного мы приходим к выводу о том, что обращенные монологи, являясь неотъемлемой частью современной действительности, по своему содержанию возбуждают у слушателя духовный подъем, чувства радости или же тревоги и беспокойства.

В настоящее время расширяется сфера использования обращенного монолога через выступления известных личностей на различных общественных мероприятиях, что получает закономерное отражение в речевой структуре художественного произведения.

Список литературы

1. Виноградов, В. В. Стилистика. Теория литературной речи. Поэтика / В. В. Виноградов. -М., 1963.-225 с.

2. Кайыпбергенов, Т. Зеница ока / Т. Кайыпбергенов. - Нукус, 1986. -412 с.

3. Каримов, Х. Язык художественного произведения / Х. Каримов. - Алматы, 1995. - 144 с.

4. Мамбетов, К. Разоренный народ / К. Мамбетов. - Нукус, 1988. - 564 с.

5. Нестеров, И. В. Говорящий человек. Диалог и монолог / И. В. Нестеров // Введение в литературоведение. Литературное произведение: основные понятия и термины. - М., 2000. - 549 с.

6. Солижонов, Й. Поэтика художественной речи узбекской прозы 80-90-годов ХХ века : дис. ... д-ра филол. наук / Й. Солижонов. - Ташкент, 2002. - 302 с.

7. Худобердиев, Э. Введение литературоведение / Э. Худобердиев. - Ташкент, 2008. - 368 с.

8. Чехов, А. П. О литературе / А. П. Чехов. - М., 1955. - 404 с.

9. Якубинский, Л. П. О диалогической речи / Л. П. Якубинский // Якубинский, Л. П. Избранные работы: Язык и его функционирование. - М., 1986. - 34 с.

Сведения об авторе

Бекбергенова Зияда Утеповна - кандидат филологических наук, старший научный сотрудник отдела каракалпакской литературы и фольклора, Каракалпакский научно-исследовательский институт гуманитарных наук Каракалпакского отделения Академии наук Республики Узбекистан. Каракалпак, Республика Узбекистан. bekbergenova68@mail.ru

Bulletin of ChelyabinskState University. 2016. No. 7 (389). Philology Sciences. Issue 101. Pp. 28-33.

ART FUNCTION OF ADDRESSED MONOLOGUE IN HERO'S CHARACTER

AND PSYCHOLOGY REVELATION

Z. U. Bekbergenova

Karakalpak Research Institute of Humanities of the Karakalpak branch of the Academy of Sciences ofUzbekistan. Karakalpak, Uzbekistan. bekbergenova68@mail.ru

Two kinds of monologue are in literary criticism. The article deals with the addressed monologue as one kind of art speech. There are given a number of scientific and theoretical opinions of Russian and uzbek literary scientists as V.V. Vinogradov, L.P. Yakubinskiy, I.V. Nesterov, J. Solijonov. E. Khudayberdiev. For observing the given task there are used samples from novels of famous karakalpak writers as T. Kaypbergenov's "The apple of an eye" (1986). In summarizing the addressed monologue has an important role in revealing character and psychology of hero it has a great meaning in compositional structure of work.

Keywords: prosaic work, novel, hero, monologue, private replicas, addressed monologue of personage speech, addressed to the group of listeners.

References

1. Vinogradov V.V. Stilistika [Stylistic]. Teoriia literaturnoi rechi. Poetika [Theory of literary speech. Poetics]. Moscow, 1963. 225 p. (InRuss.).

2. Kaypbergenov T. Zenitsa oka [The apple of an eye]. Nukus, 1986. 412 p. (In Karakalpak.).

3. Karimov Kh. Iazyk khudozhestvennogo proizvedeniia [The language of Art work]. Almaty, 1995. 144 p. (In Kazak.).

4. Mambetov K. Razorennyi narod [Broken people]. Nukus, 1988. 564 p. (In Karakalpak.).

5. Nesterov I.V. Govoriashchii chelovek Dialog i monolog [Speaking person. Dialogue and monologue]. Vvedenie v literaturovedenie. Literaturnoe proizvedenie: osnovnye poniatiia i terminy [Introduction to literary criticism. Literary work: the basic terms]. Moscow, 2000. 549 p. (In Russ.).

6. Solijonov I. Poetika khudozhestvennoi rechi uzbekskoi prozy 80-90-godov XX veka [Poetics of Uzbek prose art speech 80-90 year XX century]. Tashkent, 2002. 302 p. (In Uzbek.).

7. Khudoberdiev E. Vvedenie literaturovedenie [Introduction to literary criticism]. Tashkent, 2008. 368 p. (In Uzbek.).

8. Chekhov A.P. O literature [About literature]. Moscow, 1955. 404 p. (In Russ.).

9. Yakubinskiy L.P. O dialogicheskoi rechi [About dialogue speech]. Yakubinskiy L.P. Izbrannye raboty: Iazyk i ego funktsionirovanie [Selected works. The language and its functioning]. Moscow, 1986. 34 p. (InRuss.).