Проекты конституции для Королевства Польского (1812- 1815)

Г. В. Макарова

Проекты конституции для Королевства Польского

После падения Речи Посполитой в конце XVIII в. поляки не переставали надеяться на восстановление Польского государства. При этом определенная часть просвещенного польского общества связывала такие перспективы с благоприятной международной ситуацией, рассчитывая, в частности, на помощь Франции. Сам факт воссоздания Наполеоном в 1807 г. польского государства в форме так называемого Княжества Варшавского' поддерживал надежды польской шляхты на благоприятный ход событий в будущем — восстановление независимой Польши в границах 1772 г. В целом решение польского вопроса во многом зависело от стран, принимавших участие в разделах Польши: Пруссии, Австрии и прежде всего России, так как значительная часть территории бывшей Речи Посполитой — литовские, белорусские, украинские земли — оказались включенными в состав Российской империи. Возможность восстановления польского государства в начале XIX в. определялась как позицией российского правительства по польскому вопросу, так и соотношением сил на международной арене, в значительной степени характером российско-французских отношений.

С самого начала своего вступления на престол Александр I благожелательно относился к намерениям поляков восстановить независимое государственное существование. Он открыто заявлял о своей негативной оценке политики Екатерины в отношении Польши. По иронии судьбы, Екатерина, уделявшая много внимания воспитанию внука и готовившая его к будущему царствованию, сама, стремясь дать ему европейское образование, познакомить с современными передовыми политическим воззрениями, не могла предвидеть, что Александр окажется столь податливым и столь прилежным учеником, легко усваивавшим внушавшиеся ему идеи. Политические взгляды будущего российского императора складывались под влиянием двух лиц, сыгравших серьезную роль в формировании его мировоззрения вообще и, в частности, его польской политики, что отчетливо проявлялось по крайней мере в первые годы царствования. Одним из них был швейцарский генерал, сторонник республиканских идей Ф. Лагарп, специально приглашенный для воспитания цесаревича, а вторым стал польский аристократ Адам Ежи Чарторыский.

Длительные дипломатические переговоры между Россией и Францией о заключении конвенции, основной целью которой являлось дос-

тижение взаимоприемлемой договоренности по польскому вопросу, привели, однако, не к достижению компромисса, но к обострению отношений между договаривавшимися сторонами. В годы, непосредственно предшествовавшие началу Отечественной войны 1812 г., значение Княжества Варшавского в российско-французских отношениях особенно возросло. Обе державы понимали, что военное столкновение между ними неизбежно, и потому каждая из них стремилась привлечь поляков на свою сторону. Княжество Варшавское представляло собой важный плацдарм для ведения военных действий, а также источник людских резервов и материальных ресурсов, необходимых для снабжения армии. Некоторые российские государственные деятели, находившиеся в ближайшем окружении императора Александра I, советовали ему с "целью получить расположение поляков, восстановить польское государство, назвав его Королевством Польским, а себя провозгласить польским королем. Вопрос о территориальных границах не ставился, подразумевалось Княжество Варшавское. О подобных намерениях российского императора свидетельствуют несколько фактов, и прежде всего это его собственная позиция по польскому вопросу, неоднократно высказывавшаяся им в беседах с Адамом Чарторыским. Одновременно Россия предпринимает попытку на конфиденциальном уровне обсуждать с поляками вопрос о возможности восстановления польского государства. Причем для России остро стоял вопрос, какое государство следует обещать полякам, каким должно быть его политическое устройство и на каких условиях оно должно существовать, насколько велика может быть степень его автономии. Франция также прилагала усилия по воздействию на польские политические круги с целью утверждения и расширения своего влияния в Княжестве Варшавском. Для французской стороны вопрос о конституции не стоял — существовал кодекс Наполеона, на основе которого была принята конституция в Княжестве Варшавском.

В это время Александр I раздумывал над вопросом о введении конституции и в самой России. В июне 1811 г. секретарю комиссии составления законов барону Г. А. Розенкампфу, по указанию императора, было поручено написать проект конституции для России, который должен был представлять собой «обработку уже существующих начал государственного строя». Набросок Розенкампфа был представлен Н. Н. Новосильцеву и А. Чарторыскому, которые внесли элементы «истинно конституционные», «но работа их осталась историкам неизвестной» 2.

Вопрос о польской конституции обсуждался с лицами, входившими в ближайший круг императора. В 1811 г. Александр возобновил прерванную ранее переписку с Адамом Чарторыским. В ней, в частности, рассматривался вопрос, о восстановлении Польского королевства при условии соединения его, с согласия поляков, с Россией. В письме от

18(30) января 1811 г., направленном российскому императору, Чарто-рыский писал, что считает «гарантию конституции, законов, автономного управления, национальной армии и назначения должностными лицами поляков — необходимой для этого предварительной мерой»3. Он особо отмечал как чрезвычайно важные моменты: во-первых, «восстановление Конституции 3 мая 1791 года» — она «неизгладимо запечатлена в сердцах всех поляков» 4, а во-вторых, воссоединение всех частей бывшей Речи Посполитой, ибо без этого родственники «делаются чужестранцами» и в случае, если их земельные владения оказываются в разных государствах, возникает необходимость повиноваться воле нескольких монархов. В ответном письме Александр I просил Чарторыского прислать ему текст Конституции 3 мая 1791 г., поскольку он не помнил хорошо ее положений. «Во всяком случае, — заверял он, — Польше будет предложена конституция либеральная, способная удовлетворить желания населения». При этом непременным условием, заявлял он, будет следующее: «Царство Польское навсегда присоединится к России. Русский император с этих пор будет называться Императором Российским и Царем Польским»5.

Александр 1 поддерживал контакты и с другими польскими деятелями, в частности с политической группировкой литовских поляков. В свою очередь они также стремились найти общий язык с российским императором — стимулом к этому были неразрывно связанные с политическими целями материальные интересы, поскольку после разделов Польши большая часть их земельных владений оказалась в пределах Российского государства. В группировку входили крупные магнаты-зем-левладельцы Михал Огиньский, Ксаверий Любецкий, Людвик Плятер, рассчитывавшие в награду за свою пророссийскую ориентацию получить политические выгоды для русской части Польши6. Особенную активность проявлял М. Огиньский. В июне 1810 г. он, находившийся тогда в Петербурге, получил приглашение от императора к «обеденному столу», что само по себе было высокой честью. После обеда между ними состоялась продолжительная беседа. Александр 1 говорил о планах Наполеона относительно поляков, подчеркивая, что тот «будет увлекать их самыми лестными надеждами». Впрочем, Огиньского не требовалось убеждать в неискренности намерений Наполеона. Он и сам не разделял надежд многих своих соотечественников, которые они возлагали на французского императора, и считал, что лучшим будущим для Польши стало бы ее восстановление «под покровительственным господством императора Александра»7.

В апреле 1811 г. император вновь обсуждал политические проблемы с вернувшимся из Парижа Михалом Огиньским, в частности вопрос о подготовке Наполеона к войне с Россией и его стремлении опереться на

поляков. Александр I предложил Огиньскому представить высказанные им соображения по польским делам в письменном виде. 15 мая 1811 г. Огиньский прочитал царю подготовленную им «Записку о политическом значении Польши в виду России и Франции»8. По его мнению, полное вхождение Польши в состав Российской империи было бы нежелательным. В случае начала войны с Францией, он считал целесообразным немедленное провозглашение Александра I польским королем, что сразу же расположило бы к нему поляков Княжества Варшавского. Вопрос о границах будущего королевства откладывался на более позднее время: «...оставалось бы только обозначить пределы этого нового королевства и способ его управления на основаниях, выгодных для поляков и не нарушая интересов империи» 9.

На протяжении 1811 г. М. Огиньский продолжал работать над усовершенствованием своего плана. В беседах, состоявшихся в октябре и декабре 1811 г., он даже пытался оказывать давление на императора, заявляя, что Наполеон может опередить его и себя объявить польским королем. Он предлагал Александру I образовать Великое княжество Литовское и «сделать из него Польшу», провозгласив себя польским королем на основе положений Конституции 3 мая 1791 г.10. В западных губерниях России начали распространяться слухи о создании отдельного Литовского княжества, которое явится ядром будущей Польши.

В 1811 г. Александр I предложил учредить в Петербурге особый комитет из «влиятельнейших поляков» для обсуждения польского вопроса. В связи с этим М. М. Сперанский представил императору записку, в которой, в частности, писал: «Граф Огинский изготовил уже список людей примечательных. Сообразив сей список с тем, который доставлен был от Северина Потоцкого, кажется, легко будет сделать хороший выбор. Председателем сего комитета полезно было бы назначить графа Зава-довского. <...> Поляки его уважают и любят, а для них было бы сие полезно тем, что преградило бы толки о сем комитете» и. С.Потоцкий, как сенатор, входил в III департамент Сената, ведавший рассмотрением апелляций по делам бывших «польских» губерний, он являлся также попечителем Харьковскоге университета, а граф П. А. Завадовский, ранее занимавший пост министра народного просвещения, с 1810г. возглавлял департамент законов Государственного совета.

Насколько серьезным был подход Александра I к решению польской проблемы, включавший и вариант воссоздания отдельного польского государственного образования, подтверждается тем, что он посчитал актуальным поставить вопрос о разработке текста польской конституции. Осенью 1811 г. император поручил председателю комитета по делам Финляндии, то есть конституционного Княжества Финляндского, Густаву Армфельду подготовить проект конституции для Литвы и Польши,

и в январе 1812 г. документ был составлен. В соответствии с ним Польское королевство должно было иметь собственное «внутреннее устройство», национальную армию и независимую администрацию. Кроме того, Армфельд считал, что необходимо также провести там и социальные реформы 12.

Возраставшая угроза войны с Францией заставляла Александра I уделять основное внимание делам военным, и конституционные проекты отошли на второй план. Когда войска Наполеона вступили в пределы Российской империи, ход военных действий оказался для русской армии почти трагическим. Однако даже в это время не все польские политики полностью утратили надежды на восстановление Польского государства с помощью России. В их числе был и М. Огиньский, не отказавшийся от своих прежних планов. Он предпринял попытку убедить Александра I в том, что следует направить соответствующие инструкции высшему военному начальству о принятии мер, необходимых для привлечения на сторону России польского населения занятых неприятелем территорий. По его мнению, следовало опубликовать обращение к полякам, которое, в частности, поддержало бы их надежды на восстановление Польши. Александр I, проявляя политическую осторожность, считал, что время для такого открытого обращения еще не пришло, но в разговоре заверил Огиньского, что не отклоняет его предложения, и попросил князя заблаговременно подготовить текст документа, а пока уполномочил его «объявлять», что российский император «решился восстановить Польшу» 13.

7(19) октября 1812 г. Огиньский представил императору проекты рескрипта главнокомандующему русской армией фельдмаршалу М. И. Кутузову и воззвания к полякам. Полагая, что исход войны будет благоприятным для России и принесет ей победу (буквально накануне, 6 октября, наполеоновские войска стали покидать Москву), Огиньский заметил, что Александру I «остается только извлечь из нее пользу, установить на прочных основаниях политическую систему Европы и оградить на будущее время границу России, сделав Польшу ее оплотом» 14. В проекте рескрипта Кутузову предписывалось довести до польского населения мнение императора: «Скажите полякам, что я всегда умел ценить их храбрость и любовь к отчизне и монархам <...>, что я решился восстановить польское королевство и провозгласить себя польским королем, как только войска мои завершат изгнание неприятеля». От имени императора заявлялось, что поляки «сохранят веру своих отцов и особенное управление с национальными законами на основании столь дорогой для них Конституции 3 мая 1791 года» 15. Проект воззвания к польскому населению содержал обещание, что польское государство будет возрождено «в объеме всех польских воеводств и округов, приобретенных Россиею на

основании разделов 1773, 1793 и 1796 [sic!] годов, со включением округов белостокского и тарнопольского», при этом император возложил на «главу свою» корону Польши, при личной унии с Россией, а Конституция 3 мая «станет основным законом польской нации»16. Однако Александр I не хотел действовать с той поспешностью, на которую подталкивал его Огинь-ский, и немедленно публиковать воззвание. Он понимал, что таким шагом может еще более осложнить положение России, в частности ее отношения с участвовавшими в войне на стороне Франции Австрией и Пруссией. Однако, отказывая Огиньскому в настоящий момент, он обнадеживал его на будущее, заявив, что, как только Наполеон «будет на краю гибели и вне возможности вредить полякам, я восстановлю Польшу» 11.

По мере развития военных событий, в ходе которых, русские войска вступили на польские земли и продолжали активное продвижение на запад, с приближением окончания войны, когда все более отчетливо стала вырисовываться победа России и ее возрастающая роль на международной арене, польская проблема как одна из важнейших проблем, влиявших на расстановку сил в Европе, начала вызывать все большее внимание. Вполне понятно, что вопрос о статусе и внутреннем устройстве будущего польского государства занимал и умы просвещенных кругов польского общества. Этому способствовало также то, что у поляков в недавнем историческом прошлом был относительно большой политический опыт по конституционному устройству польского государства: сначала на уровне обсуждения конституционных вопросов в сейме и принятия Конституции 3 мая 1791 г., а затем существования в условиях введенной в 1807 г. конституции Княжества Варшавского.

В 1812-1814 гг. возникал целый ряд конституционных проектов. Их авторами являлись представители различных социальных групп польского общества, отражавшие непосредственно интересы этих групп, их представления о будущем польском государстве. Как отмечает польский историк права Мариан Калляс, этот период был одним из важнейших этапов в развитии польской конституционной мысли 18. Известно о десяти возникших тогда проектах конституции. Главным образом в них рассматривалось политическое устройство Королевства Польского (хотя разрабатывались проекты и для прусской части). Один из таких проектов имел детальное и очень выразительное название — «Projekt do Ustawy Rz^dowej día Krajów Polskich na przypadek gdyby takowe do Pañstwa Rosyjskiego w ksztalcie sprzymierzonego zwi^zku z zachowaniem calej swojej wewnçtrznej udzielnosci przyi^czone zostaly» («Проект правительственного установления [конституции] для Польских земель в случае, если бы они к государству Российскому в виде дружественного союза с сохранением своего внутреннего отдельного устройства присоединены стали»). Автором его был Анджей Хородыский 19. Создававшиеся проекты заметно отли-

чались друг от друга как по форме, так и по содержанию. Еще в 1812 г. министр юстиции Княжества Варшавского Томаш Лубеньский представил свои предложения относительно содержания конституции для нового Королевства Польского. В значительной степени они представляли собой модификацию некоторых положений конституции Княжества Варшавского, принятой в 1807 г. Более поздние проекты конституции все дальше отходили от принципов кодекса Наполеона и все больше были проникнуты духом конституции 1791 г.20. Первоначально в конституционных проектах предусматривалось воссоздание польского государства в границах до 1772 г. Однако постепенно утверждалось понимание того, что подобные пожелания-требования нереальны, предполагалось (и предлагалось), чтобы территория будущего польского государства состояла из Княжества Варшавского с включением Литвы, или Восточной Галиции, или, возможно, части земель бывшей Речи Посполитой — западных российских губерний. Также наблюдался отход и от принципов гражданского равенства, содержавшихся в кодексе Наполеона: сохранялась сословная структура общества. Некоторыми проектами предусматривалось закрепление привилегированного положения шляхты. Так, в проекте Хородыского было сформулировано: шляхта «по природе своей стоит на страже политической жизни», и потому она должна занимать в обществе «первенствующее положение и иметь полагающиеся этому сословию почести». Определялись сословия: шляхта, городские жители, сельское население, духовенство. В другом проекте предлагалось делить население только на два сословия: шляхетское и не-шляхетское, и исключительно шляхте предоставлялись соответствующие широкие привилегии, поскольку «хорошее воспитание и хорошее образование дают шляхте первенство как в частной, так и в публичной жизни»21. Различные позиции занимали авторы конституционных проектов по вопросу о праве собственности: от провозглашения права любого жителя Королевства Польского на частную собственность и ее неприкосновенность до сохранения прежних феодальных порядков. Одним из важнейших был вопрос о правовом положении крестьянства. Здесь также был представлен довольно широкий спектр взглядов: от признания права собственности крестьянина на землю, которую он обрабатывает, которую приобрел собственным трудом, — до установления в будущем договора-соглашения между крестьянином и землевладельцем. Значительное место в конституционных проектах отводилось гарантированным гражданским правам: всем гражданам Королевства Польского обеспечивалась свобода слова и печати, личная неприкосновенность. Гарантировалась также неприкосновенность жилища (проект Я. Круковецкого): «Дом каждого жителя земли польской является неприкосновенным убежищем — никто не имеет права войти в него» 22,

нарушение этого положения возможно только в случаях, предусмотренных законом. В проектах с разной степенью детализации представлялся вопрос о политическом и административном устройстве будущего государства. Предусматривалось, что верховная власть в Королевстве Польском должна принадлежать российскому императору, который на время своего отсутствия назначает наместника. В более подробных проектах речь шла о системе выборов, о структуре парламента, создававшегося как двухпалатный и состоящего из Сената и Сейма, что соответствовало польской государственно-политической традиции, в отличие от наполеоновской системы, в соответствии с которой должен был образовываться однопалатный парламент. Королевство делилось на 11 (или же указывалось другое число) провинций — воеводств. В отдельных проектах упоминалось, лишь вскользь, об организации судопроизводства, о судебной системе. В некоторых из них ставился и вопрос об армии, правда, в самом общем виде.

Среди основных положений, которые представляли интерес для относительно широких польских кругов и нашли отражение в предлагавшихся проектах, были следующие:

1) отдельное, независимое существование Польского государства или вхождение в состав другого государства на правах автономии и определение, какова может быть широта этой автономии;

2) наличие короля — избранного, в соответствии с польской политической традицией, или же «данного», назначенного по специальному решению (как это было во времена Княжества Варшавского, когда Наполеон провозгласил короля Саксонского королем польским);

3) сохранение традиционных польских политических и общественных институтов (сейма и сеймиков, армии, польского языка как официального — в администрации и в сфере образования);

4) привилегированное положение католиков и свобода вероисповедания для приверженцев других конфессий;

5) и чрезвычайно важный — вопрос о территории, будет ли восстановлено Польское государство в границах 1772 г., т. е. до первого раздела, или же в иных — и в таком случае, в каких именно.

В проектах конституции важное место отводилось вопросу о независимости Польши. Одновременно чрезвычайно существенным являлся и вопрос о границах (первоначально почти единодушно признавались границы до 1772 г.). Для магнатов этот вопрос носил не только политический, но и материальный, имущественный характер, поскольку был связан с их земельными владениями, оказавшимися на территориях разных государств, а для «местной» шляхты — как принципиальный вопрос о вхождении в состав собственного польского, а не «чужого» иностранного государства. Политические свободы, демократические прин-

ципы существования государства, как правило, отступали на второй план. Вопрос о крестьянстве в проектах почти не ставился, поскольку, с одной стороны, не было необходимости выступать против реально сложившихся, устоявшихся отношений между дворянством и крестьянством, а с другой — формально принцип личной свободы крестьянина провозглашен был еще в 1807 г.

В это же время возрастала политическая активность польской шляхты на местах — в частности, на землях, вошедших в состав Российской империи. Поляки, имевшие владения на этих территориях, с одной стороны, чувствовали свою оторванность от основной части польских земель — Княжества Варшавского, с другой стороны, они всячески стремились поддерживать с ним связь и быть в курсе событий, которые там происходили, переписываясь с родственниками, проживавшими в княжестве, совершая туда поездки. Они ощущали себя частью общей, единой, польской шляхты, временно оказавшейся на различных отдельных территориях, в составе различных государств, они были связаны и просто родственными отношениями и не теряли надежды на воссоединение. Для них, очевидно, на первом плане стоял вопрос о территориальных границах возрождаемого польского государства — оно мыслилось только в границах 1772 г. Польская шляхта западных российских губерний не ощущала, что находится на чужой, этнически непольской территории, хотя основное коренное население составляли украинцы, белорусы и литовцы. Однако поскольку местное население преимущественно было православным или униатским, возникавшие конфессиональные проблемы, практически отождествлявшиеся с национальными, заставляли ее предпринимать шаги, направленные на укрепление позиций католической церкви и усиление ее влияния на этих территориях.

В среде шляхты западных губерний России также возникает интерес к конституционным вопросам, особенно возраставший по мере приближения окончания войны и во время работы Венского конгресса, на котором одним из центральных и самых сложных был именно польский вопрос. В мае 1815 г. конгресс принял решение о создании Королевства Польского и утвердил основы его конституции. Когда известия об этом достигли пределов Княжества Варшавского, а также западных российских территорий, то интерес усилился еще больше. Однако новости доходили главным образом в виде слухов, и потому в шляхетских кругах продолжали обсуждаться вопросы о судьбе будущего польского государства. Местная российская администрация западных губерний внимательно следила за настроениями шляхты и извещала о них центральные власти. Так, в Министерство полиции из Волынской губернии в мае 1815 г. сообщали: «По получении здесь известия, что Государю Императору благо-угодно было принять на себя титул Польского Короля, совсем непримет-

но того энтузиазма, какого ожидать было должно по прежним рассуждениям поляков о восстановлении Польского Королевства. <...> Им не нравится назначенное присоединение Варшавского Герцогства к Российской империи, ибо они надеялись, что присоединенные прежде от польского края губернии составят с Варшавским Герцогством Королевство под особым управлением» 23. В июне 1815 г. в Петербург из Волынской губернии поступило сообщение, что «недавно появилась здесь переходящая из рук в руки записка о содержании Конституции, в которой предполагается соединение польских провинций с бывшим Герцогством Варшавским, обещаемая свобода и независимость которого и назначаемое чрез одних поляков управление могут большое иметь на умы тутышних влияние» 24. Откуда появилась эта записка — вариант текста осноВ'конституции, губернскому начальству было неизвестно. В качестве приложения к письму этот документ пересылался в Министерство полиции:

Treáé Konstytucji dla Polski Królestwo Polskie osobn^ Konstytucji pot^czone z Cezarstwem Rossyj-skim,Wojsko zaá b?dzie pod wladz^ wlasciwego Naczelnika.

Podziai Ziemi

Krolestwo dzielid sie b?dzie na 11 prowincji, to jest Piotrkowska, Warszaw-sk^ Wileñsk^, Grodzieñsk^ Lubelsk^ Luck^ ¿ytomiersk^, Mohilewska, M ins ka, Kijowskq, Podolska. Kazda prowincja na województwa podzielona b^dzie.

Rz^d

Rz^d nalezy do Króla jako ojea Narodu i wiadzy krajowej. Król mianuje wice Króla, Urz^dników administracyi cywilnych i wojskowych, Ministrów, Agentów Dyplomatycznych przy zagranicznych dworach. Król rozrz^dza dochodami wedlug Budgetu przez Seym uchwalonego. Króla Tytul b?dzi?: z Bozej Laski Król Polski, wielki Litewski.

Reprezentacya Narodu Seymy s^ zgromadzeniem szlachty zapisanej w liezbie plac^cej podat-ków 100 zlotych. Senat sktada sie ze 122 senatorów. Tribunal na cale Królestwo jeden. Rz^dy cywilne i wojskowe samym tylko Polakom uiywaj^cym praw obywatelskich rozdane

Prawo obywatelstwa Polacy jakiegokolwiek stanu s^ równi w obliczu prawa. Wszyscy uzywaj^wolnoáci osobistej, zaden Polak wi?zionym bydi nie moie, jak tylko podiug formy przez prawo postanowionej. Konfiskacja maj^tków znosi si? nazawsze i wrocon^ byc nie moze. Dom kazdego mieszkañca ziemi polskiej jest schronieniem nietykalnym, chyba dla przyczyn prawem skazanych. Ogól obywateli polskich dzieli si? na stany, na szlacht? i obywateli nie szlach?. Szlachta sklada pierwszy stan w Królestwie. Stan szlachetski jest dziedzi-

cznym. Wloscianie przypuszczani bed^ do praw obywatelstwa od dniu ogtosze-nia konstytucyii; od momentu publikacyi onej bçd^ siç zawierac miçdzy niemi i wlascicielami ziemi umowy, ktôre przez Rz^d zatwierdzone bçd^. Wszystkie dtugi na wloscianach bçd^ce, od dnia pierwszego stycznia 1814 roku umarzaj^siç.

Русский перевод текста документа того времени:

Содержание Конституции для Польши Королевство Польское особою Конституциею соединено с Российской империею, но войско будет под предводительством приличного [вписано вместо стертого слова, но должно быть: «соответствующего», собственного] начальника.

Разделение Земли Королевство разделяться будет на 11 провинций, то есть: Петрков-скую, Варшавскую, Виленскую, Гродненскую, Любельскую, Луцкую, Житомирскую, Могилевскую, Минскую, Киевскую и Подольскую. Каждая провинция разделена будет на воеводства.

Правительство

Правительство относится до Короля как отца народа и государственной власти. Король назначает вице-короля, гражданских и военных чиновников администрации, министров и дипломатических агентов при иностранных дворах. Король распоряжается доходами на основании будгета [sic!], сеймом установленного. Титул короля будет: Божиею милостию Король польский, великий князь Литовский.

Сословие народа

Сеймы суть собрания дворян, записанных в числе платящих 100 злотых податей. Сенат составляется из 122 сенаторов. Трибунал на целое королевство один. Правления гражданские и военные одним только полякам, пользующимся обывательскими правами, предоставлены будут.

Права обывателей Поляки, какого бы то состояния ни были, суть равны в лице закона. Все пользуются личною свободою. Ни один поляк в тюрьме заключен быть не может, разве по порядку, законами предписанному. Конфискация имения навсегда невозвратно уничтожается. Дом каждого жителя польской земли есть ненарушимым прибежищем, исключая по причинам, законом положенным. Общество польских обывателей разделяется на состояния дворян и обывателей не дворян. Дворяне составляют первое сословие в Королевстве. Дворянское звание есть наследственным. Поселяне пользоваться будут обывательскими правами со дня обнародования Конституции. Со времени публикации ее между ими и владельцами земли будут условия, подлежащие подтверждению правительства. Все долги на поселянах, считающиеся с 1 генваря 1814 года, уничтожаются 25.

В Государственном архиве Российской Федерации сохранился еще один вариант текста основ польской конституции. В фонде Особенной канцелярии при министре полиции имеется дело, озаглавленное «Переписка с Минским гражданским губернатором и главнокомандующим в Петербурге о распространении в Минске листовок с текстом конституции, якобы данной Королевству Польскому» (июль-август 1815 г.) 2б. Главнокомандующим был С. К. Вязмитинов, назначенный Александром I еще в 1805 г., в это время он же исполнял и должность министра полиции. 25 июля 1815 г. минский губернатор П. Добринский сообщил в Петербург, что полицией «открыта выпущенная во многих списках конституция, данная, якобы, Королевству». Поскольку власти губернии не получали «повеления к обнародованию таковой конституции» и даже, как писал губернатор, «не видно оной в публичных ведомостях», а «частные же люди не вправе сами собою объявлять подобных актов», то этот факт вызвал у него озабоченность. Обеспокоенный, он счел необходимым довести о нем до сведения министра полиции, приложив текст распространяемой конституции. Министерством полиции немедленно было дано указание провести необходимое расследование, при этом подчеркивалось, что следует наблюдать и впредь, «чтобы подобные сочинения не были рассееваемы». В результате спешно проведенного расследования выяснилось, что в Минскую губернию копия текста конституции была привезена из Вильно «ошмянским повятовым судьей Егором Сорокою». Сорока показал, что получил ее в середине июня 1815 г. «от господина сенатора князя Огинского», которому она была прислана от бывшего маршала из Белостока. Огиньский показал ему также приложение к «Газете Варшавской» (№ 46) с описанием программы провозглашения Королевства Польского и российского императора — королем польским. Затем они обсуждали вопрос, могут ли жители губерний, присоединенных к России, надеяться, что они дождутся и Королевства, и конституции. Михал Огиньский сказал, «что нужно терпение и определенно и наши губернии будут соединены с Королевством Польским». Сорока отметил, что в Вильно всякий имеет текст конституции и публично о ней рассуждает. А потому, не «почитая за секрет», он, Сорока, послал другому жителю Минской губернии регенту Богуцкому этот текст, который позднее разошелся уже «по разным рукам» 27. Минские власти потребовали от князя Огиньского объяснения, которое и было им представлено 1 августа 1815 г. Сохранился подлинник его объяснения, в нем он писал, что в «Газете Варшавской» от 8(20) июня 1815 г. были опубликованы основы новой конституции Польского королевства «с целью довести до всеобщего сведения великодушные намерения и отеческую заботу его императорского величества о польском народе» 28.

Этот документ, так же, как и вышеприведенный, распространявшийся в Волынской губернии, имеется на двух языках — польском и русском.

Konstytucja

Królestwo Polskie jest osobnym, pot^czone przez Konstytucja z Cezarstwem Rossyjskim,Wojsko zostawac bçdzie pod wladzg. wlasciwego Naczelnika.

Podzial Ziemi

Paristwo dzielic siç bçdzie na 11 prowincji, to jest Warszawsk^, Witeb-skq, Piotrkowska, Grodziensk^, Wilensk^, Lubliñsk% Zytomiersk^, Mogilewska, Minsk^, Podolsk^, i Kijowsk^ — kazda prowincja na dwa województwa bçdzie podzielona. Rz^d nalezy do Króla jako glowy Narodu i wladzy królewskiej, Król ma miec vice Króla, Urzçdnikôw administracyjnych cywilnych, wojsko-wych, Ministrów i Agentów Dyplomatycznych przy zagranicznych dworach. Król rozrz^dza dochodami wedle Budgetu przez Seym uchwalonego. Króla Tytut bçdziç: z Bozej Laski Król Polski W. X. L.

Reprezentacja Narodu

Seymy s^ zgromadzeni ze szlachty zapisanej w listy oplacaj^cey podat-kówzUOO.

Senat sklada sie ze 123 [sic!] senatorów.

Tribunal na cale Królestwo jeden. Urzçdy cywilne i woyskowe samym tylko Polakom u¿ywaj^cym praw obywatelskich rozdawane bçd^.

Prawo obywatelskie

Polacy jakiego b^dz stanu s^ równi w obliczu prawa, wszyscy równie uzywaji wolnosci, zaden Polak napastowany byó nie moze, jak w przypadku i podtóg formy przez prawo postanowionej.

Kara konfiskacji maj^tków znosi siç na zawsze i przywrócona byó nie moze. Dom kazdego mieszkanca ziemi Polskiej jest uchronieniem nietykalnym, nikt nie ma prawa wnisc do niego chyba dla przyczyny prawem skazanej.

Ogót obywateli nie [jest] szlachty. Szlachta sklada pierwszy stan. Szlachtcica [prawa] dziedziczni, wloácianie przypuszcany bçd^ do praw obywatelskich od dnia ogloszenia i od momentu zawartego zawierane zostan^, miedzy niemi i wlascicielami ziemi umowy, które rz^d zatwierdzi. Wszystkie dtógi przez wtoscian do pierwszego stycznia 1814 roku [umarzaj^siç].

Конституция

Королевство Польское есть особое, соединенное конституциею с государством Российским, войска находиться будут под властью народного [польского] начальника.

Раздел Земли

Государство разделяться будет на 11 провинций, то есть Варшавскую, Витебскую, Пиотрковскую, Гродненскую, Виленскую, Люблин-

скую, Житомирскую, Минскую, Подольскую и Киевскую, Могилевскую. Всякая провинция будет разделена на два воеводства. Управление принадлежит королю, яко главе народа и власти королевской. Король будет иметь вице-короля, чиновников уполномоченных штатских и военных, министров и агентов дипломатических при иностранных дворах. Король распоряжается доходами в оклад, сеймом установленный. Короля титул будет: Божиею волею Король Польский, великий князь Литовский.

О народном правительстве

Сеймы суть собраны из шляхты [шляхтичей], внесенных в список платящих подати по 100 злотых.

Сенат составляется из 123 [sic!] сенаторов.

Трибунал на целое Королевство один.

Должности или места штатские и военные самим только полякам, пользующимся правом дворянства, даваны будут.

Дворянское право

Поляки, какого бы то ни было происхождения, суть равными в лице закона, все наравне пользуются вольностию. Ни один поляк преследован быть не может, разве только при случае и по форме, установленной законом.

Наказание конфискациею имений навсегда уничтожается и никогда возобновлено быть не может. Дом всякого жителя земли Польской есть убежищем неприкосновенным, никто не имеет права войти в оный, разве по причинам, законами дозволенными.

Обыватели вообще не суть дворяне. Шляхта составляет 1-ый класс. Происхождение шляхтича есть дедичное [наследственное]. Крестьяне пользоваться будут правами обывателей со дня объявления Конституции и тотчас с того времени заключаемы будут между ими и владельцами земель договоры, как утверждается правительством, по окончании всех долгов крестьян по 1-е генваря 1814 года29.

Внизу текста, по-видимому, переписчиком-переводчиком была сделана помета: «Польское очень порочно написано было». Однако основные трудности при переводе на русский язык представляли не технические сложности, а сама адекватная передача текста, что вызывалось, с одной стороны, неразработанностью юридической терминологии, а с другой — незнанием вопроса по существу. Так, перевод заглавия раздела польского текста «Prawo obywatelskie» как «Дворянское право» свидетельствует о том, что понятия «гражданские права», «права гражданина», «гражданин», по всей вероятности, были незнакомы чиновнику-переводчику, и обладание «правами» связывалось им только с дворянским, шляхетским сословием.

Существенным моментом, общим для обоих текстов, является то, что в состав вновь создаваемого Королевства Польского, кроме собст-

венно этнически польских территорий, включались литовские, белорусские и украинские земли. Можно отметить, что при этом назывались разные губернии: вместо Луцкой во втором тексте указана Витебская.

Вышеприведенные тексты проектов конституции, имевшие распространение среди польской шляхты в западных губерниях Российской империи, свидетельствуют о несомненном интересе, который она проявляла к проблеме восстановления польской государственности и особенно к вопросу о территориальных границах будущего Королевства Польского.

Таким образом, проекты, которые появились в период, предшествовавший восстановлению в соответствии с решениями Венского конгресса Королевства Польского в 1815 г., отражали настроения различных социальных групп польского общества, прежде всего польской шляхты. Они включали как положения буржуазного права, шедшие от законодательства периода Княжества Варшавского, так и сословно-феодальные положения польской Конституции 3 мая 1791 г. Но в первую очередь они отражали желание поляков восстановить отдельную польскую государственность. Решениями Венского конгресса определялось, что Королевство Польское будет иметь свою конституцию, были утверждены ее «основы».

Созданное Королевство Польское не только не оправдало ожиданий шляхты на включение в новое польское государство земель в границах до 1772 г., но оказалось, что по размеру территории оно даже уступало небольшому Княжеству Варшавскому. Это вызвало разочарование во всех слоях польского дворянства. Постановлениями Венского конгресса, правда, все же предусматривалась возможность расширения границ Королевства Польского — по усмотрению российского императора, но осуществление подобных изменений могло быть проведено исключительно за счет территорий Российской империи. В первые годы существования Королевства Польского польская шляхта еще продолжала сохранять некоторые надежды на увеличение его территории, однако спустя непродолжительное время они были утрачены.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 В документах того времени и в дореволюционной историографии использовались названия «Царство Польское» и «Герцогство Варшавское» (в тексте статьи они сохраняются при цитировании), в современной историографии приняты — «Королевство Польское» и «Княжество Варшавское».

2 Тельберг Т. Г. Либеральные течения в России в I четверти XIX в. // Книга для чтения по истории Нового времени. СПб., 1913. Т. III. С. 605.

3 Мемуары князя Адама Чарторижского и его переписка с императором Александром I. М., 1913. Ч. 2. С. 239.

4 Там же. С. 240.

5 Там же. С. 251.

6 Skowronek J. Antynapoleoñskie koncepcje ks. Adama Czartoryskiego. Warsza-wa, 1969. S. 324-325.

7 ПодвысоцкийА. Граф Михаил Огинский и его отношения к императору Александру Павловичу (1807-1815). Из записок графа Огинского//Русский архив. 1874. № 3 (далее — РА). Стлб. 641, 642.

8 Ее текст опубликован: Там же. Стлб. 647-661.

9 Там же. Стлб. 677, 678.

10 Там же. Стлб. 678.

11 Сборник исторических материалов, извлеченных из архива I Отделения собственной е. и. в. канцелярии. СПб., 1877. Вып. 2. С. 216.

12 Федосова Е. И. Польский вопрос во внешней политике.11ервой империи во Франции. М„ 1980. С. 189, 190.

13 РА. Стлб. 685.

14 Там же. Стлб. 688.

15 Там же. Стлб. 694.

16 Там же. Стлб. 698.

17 Там же. Стлб. 701.

18 Kallas М. Projekt konstytucji día Królestwa Polskiego z 1814 roku //Zeszyty Naukowe UMK. Prawo. Toruii, 1972. № XI. S. 96. В статье анализируется текст проекта, вышедшего из-под пера генерала Яна С. Круковецкого.

19 Kallas М. Zapomniany projekt konstytucji polskiej z 1814 r. // Zeszyty Naukowe UMK. Prawo. Toruñ, 1972. № IX.

20 Kallas M. Projekt... S. 99.

21 Ibid. S. 103.

22 Ibid. S. 105-106.

23 ГАРФ. Ф. 1165. Оп. 1. Д. 23. Jl. 4. Фонд Особенной канцелярии Министерства внутренних дел.

24 Там же. Л. 21 об.-22.

25 Там же. Л. 23-24.

26 Там же. Л. 25.

27 Там же. Л. 5.

28 Там же. Л. 12.

29 Там же. Л. 2 а и об.