Промышленная политика как основа системной модернизации экономики России

ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ

А. И. Татаркин

промышленная политика КАК ОСНОВА системной МОДЕРНИЭАЦИИ ЭКОНОМИКИ РОССИИ

Анализируются понятия «промышленная политика» и «политика промышленного развития». Рассматриваются модели и механизмы проведения промышленной политики. Предлагается поддержка промышленных кластеров как точек роста будущей конкурентоспособности экономики регионов. Приводятся преимущества кластерной промышленной политики.

Ключевые слова: промышленная политика, политика промышленного развития, принципы и приоритеты промышленной политики.

Характерной чертой современной рыночной экономики является качественно новый характер ее промышленного сектора. Информатизация промышленности, необходимость адаптироваться к изменчивой глобальной ситуации в «новой экономике», нарастание доли и рост значимости интеллектуальных производств в структуре промышленности — все это качественно меняет ее современный облик. Основной инструмент, с помощью которого развитые страны изменили облик национальной промышленности, прежде всего с позиции решения ее структурных проблем,— это проведение промышленной политики, так называемой «industrial policy». На Западе этот термин чаще всего обозначает меры государства по поддержке или развитию конкретных секторов экономики. Однако в России остается дискуссионным и на сегодня само понятие промышленной политики. Речь идет о понятийной многозначности, которая часто сопровождает исследование сложных систем, к числу которых относится и промышленная политика. Эта многозначность выступает как проявление принципиально разных подходов, каждому из которых присуща особая логика определения и раскрытия понятий.

Прежде всего, «промышленная политика» и «политика промышленного развития» трактуются как синонимы. Строго с теоретической точки зрения это не совсем верно. Первое понятие, известное как «industrial policy», означает не только «секторальную политику», но и политику государства по содействию выхода промышленности из структурного кризиса за счет 1) преодоления несоответствия между возникающей новой технико-экономической парадигмой промышленного развития и институциональной структурой общества, 2) завершения структурной перестройки промышленности в рамках единства технологической, отраслевой и институциональной перестройки как важнейшего этапа циклического развития структуры промышленности.

Успехи институционально-эволюционной экономической теории способствовали привлечению внимания специалистов не только к системному анализу, широко применявшемуся в 50-е гг. ХХ в., но и к формированию системного подхода на новой теоретической основе. Системная парадигма, предложенная Я. Корнаи, оказалась универсальной для обсуждения таких важнейших проблем, как определение скорости трансформации, целесообразности реализации комплексного пакета реформ в целом или проведения их в несколько этапов, порядка принятия новых законов. На базе этой парадигмы могут быть выявлены изменения, которые могут быть инициированы и реализованы с участием государства или осуществлены эволюционно [1. С. 4].

Дальнейшее развитие системной парадигмы Я. Корнаи применительно к формированию экономической политики государства получило развитие в работах многих российских экономистов [2-5]. В соответствии с системной парадигмой экономика страны рассматривается как целостная система, в составе которой выделяются взаимодействующие социально-экономические подсистемы мезо-, микро- и наноэкономического уровней: отрасли, территории, корпорации, отдельные граждане, общественные группы и другие существенные для экономики образования. Имеющиеся классификации экономических систем, например по местоположению, масштабам, распределению собственности, имманентным методам регулирования и др., имеют специфическую значимость для развития экономической теории и формирования на этой основе соответствующей экономической политики.

Представляется, что для целей формирования промышленной политики может быть использована типология экономических систем, предлагаемая Институтом экономики Уральского отделения РАН. В качестве типовых экономических систем, определяющих развитие промышленного сектора, предлагается рассматривать систему субъектов, систему субъективных действий по развитию промышленного комплекса, систему объектов и систему конечных результатов функционирования объекта. Субъекты понимаются как совокупность государственных и муниципальных органов, хозяйствующие субъекты, научные и общественные организации, способные влиять на развитие промышленного комплекса. Субъективные действия представляют собой совокупность действий (решений, законов), принимаемых субъектами по развитию промышленного комплекса. Объекты — совокупность организаций, предприятий, фирм, юридических и физических лиц, реализующих воспроизводственные функции в сфере промышленности. Объективный результат может быть представлен совокупностью показателей, всесторонне и полно отражающих происходящие в объекте количественные и качественные изменения. Объективный результат всегда предполагает определенные качественные изменения в промышленном комплексе.

Каждая конкретная экономическая система осуществляет функции, во-первых, по созданию, поддержанию существования, развитию и взаимодействию других систем; во-вторых, по ограничению или прекращению функционирования или взаимодействия других систем и, в-третьих, по поддержанию своего собственного существования и развития. Каждая система проходит определенные стадии жизненного цикла. В частности, промышленная политика на разных этапах функционирования и развития промышленности реализует специфические цели с позиции формирования ее отраслевой структуры.

В условиях циклически развивающейся экономики на этапе выхода из структурного кризиса промышленная политика содействует формированию нового типа отраслевой структуры промышленности, на этапе экономического роста — его развитию и укреплению, на этапе стабилизации она направлена на реализацию сложившегося потенциала. В зависимости от этапа развития промышленная политика обеспечивает либо поддержку сложившейся структуры промышленности, либо формирование отраслевой структуры нового типа [6]. В период современной структурной перестройки целью промышленной политики является формирование конкурентоспособного промышленного комплекса в результате становления нового типа отраслевой структуры промышленности, характеризующейся наличием высокотехнологичного ее ядра с преобладанием производств пятого и элементов шестого и седьмого технологических укладов (ТУ).

Однако в отечественной экономике «промышленная политика» стала трактоваться как «государственная политика в области промышленности», «государственная поддержка

промышленности», «политика промышленного развития». Такие определения, в отличие от «industrial policy», предполагают реализацию определенного набора мер и действий для ответа на проблемы реального состояния промышленности в конкретный момент и на конкретной территории. Политика промышленного развития в данном понимании нацелена на решение наиболее острых, реально существующих и постоянно возникающих, но текущих проблем промышленного развития. По нашему мнению, меры, направленные на стимулирование роста промышленности в целом, могут быть фоном для промышленной политики, но не являются ее частью. Даже если какие-то меры существенно воздействуют на структуру промышленности, но не основаны на осознанном стремлении изменить эту структуру в определенном направлении, то такие меры нельзя считать элементом промышленной политики.

Существует целый ряд трактовок, которые ошибочно, с нашей точки зрения, отождествляют понятие промышленной политики с механизмом ее реализации. В частности, промышленная политика нередко формулируется как «система мер прямого и косвенного государственного регулирования инновационного, конкурентоспособного и эффективного развития промышленности и устранения для реализации этой цели тех препятствий, которые не могут быть преодолены естественным ходом событий, то есть механизмами саморегуляции рынка» [7]. Промышленная политика понимается также как «комплекс мер государственного регулирования экономических процессов на отраслевом и корпоративном уровнях, направленный на стимулирование инновационной активности, структурной перестройки экономики и экономического роста» [8]. Трактуется промышленная политика и как «совокупность действий государства как института, предпринимаемых для оказания влияния на деятельность хозяйствующих субъектов (предприятий, корпораций, предпринимателей и т. д.), а также на отдельные аспекты этой деятельности, относящиеся к приобретению факторов производства, организации производства, распределению и реализации товаров и услуг во всех фазах жизненного цикла его продукции» [9].

Существует также понимание промышленной политики, связанное с формулировкой ее цели как инструмента решения экономических и социальных проблем общества. Трактовка промышленной политики как инструмента повышения эффективности производства, повышения бюджетной обеспеченности территории, уровня и качества жизни населения и т. д. также уязвима, поскольку фактически подменяет понятие экономической или социальной политики.

Все вышесказанное позволяет предложить следующее понятие промышленной политики. В современных условиях промышленная политика представляет собой составную часть стратегии общественного развития, основанной на системе отношений между государственными и муниципальными органами власти, хозяйствующими субъектами, научными и общественными организациями по поводу формирования структурно-сбалансированной, конкурентоспособной промышленности, интеллектуальное ядро которой представлено новейшим технологическим укладом. Механизм ее реализации предполагает систему правовых, экономических, организационных и других мер, содействующих формированию конкурентоспособного промышленного комплекса, обеспечению его эффективного функционирования. Сущность промышленной политики заключается в обоснованном выборе ее субъектами приоритетных видов деятельности и в оказании им эффективной поддержки.

Целесообразно подчеркнуть, что приведенное выше определение промышленной политики опирается на понятие системы. Это означает, что такая политика должна

предусматривать не только внутреннее согласование всех ее компонентов, но и учитывать взаимосвязи с другими видами политики — макроэкономической, внешнеэкономической, региональной, экологической, социальной и др. Промышленная политика является лишь одним из направлений государственной политики, которое имеет определенные точки соприкосновения с другими ее направлениями, но в то же время обладает специфическими целями и инструментами реализации.

В отличие от макроэкономической политики объектом промышленной политики не является народное хозяйство в целом, в отличие от внешнеэкономической политики промышленная политика не занимается, например, валютным регулированием, хотя имеет точки соприкосновения с внешнеэкономической политикой в части повышения эффективности производственной деятельности. Промышленная политика частично взаимосвязана с региональной политикой с позиции размещения производительных сил, использования земли и природных ресурсов, но, естественно, не решает такие вопросы, как социальное развитие регионов, их статус и др. От социальной политики, объектом воздействия которой являются уровень и качество жизни населения, промышленная политика отличается тем, что занимается производственной деятельностью предприятия, а не проблемами повышения жизнеспособности населения. Экономическая политика, реализующая указанную выше цель повышения жизнеспособности населения, имманентно присуща властным структурам. Этот вид государственной деятельности имеет свои объекты, не тождественные объектам промышленной деятельности, когда ставится цель формирования конкурентоспособной промышленности.

Поэтому неправомерно отождествлять эти виды государственной политики, каждый из которых имеет не только свои объекты, цели, но и специфический арсенал средств их достижения, особый временной лаг, когда необходимо реализовать различные целевые установки. Но, конечно, деятельность по реализации промышленной политики с целью формирования конкурентоспособной и высокопроизводительной промышленности не должна противоречить решению задач повышения эффективности производства, уровня и качества жизни, а, наоборот, являться той платформой, на базе которой в дальнейшем эти задачи могут быть решены наиболее успешно. Таким образом, в рамках промышленной политики соединяются миссия промышленности в контуре социально-экономической системы государства и стратегия как форма реализации миссии в конкретных исторических условиях.

Системный подход к пониманию промышленной политики означает также, что государство должно предусматривать соответствующую поддержку не только конкретных хозяйствующих субъектов, но и формировать приоритеты реализации промышленного потенциала, приоритеты структурных преобразований, учитывать территориальные особенности экономического развития, инициировать формирование и развитие благоприятной институциональной среды. При разработке промышленной политики на базе системного подхода особое внимание необходимо обратить на согласованность и взаимный учет требований, предъявляемых к другим видам государственной политики, а также требований этих видов политики к формированию целей, принципов, форм и методов реализации промышленной политики.

Поскольку центральным звеном промышленной политики является создание современного высокотехнологичного, конкурентоспособного промышленного комплекса и такая политика имеет следствием изменение структуры производства, то в российской практике часто используется термин «структурная политика» как аналог или синоним промышленной политики. Такое использование терминов представляется недостаточно

корректным. Промышленная политика в периоды между структурными кризисами, как отмечалось ранее, стимулирует расширенное воспроизводство сложившейся структуры промышленности. Принципиально это не отличает ее от направленности экономической политики в целом. Но в период структурных преобразований промышленная политика, на наш взгляд, приобретает тот статус, который придается ей понятием «industrial policy». Очевидно, термином «структурная политика» во время структурной перестройки подменяется понятие «промышленная политика». Целесообразно еще раз подчеркнуть, что о структурной политике речь заходит в период структурного кризиса в связи с необходимостью проведения государственной структурной политики, направленной на содействие трансформации отраслевой структуры на принципиально новой технической, технологической и организационной основе. Представляется, что в течение структурной перестройки промышленная политика с точки зрения цели, объекта, способов реализации является структурной. Следовательно, нет необходимости в использовании дублирующего термина, ибо структурная политика растворяется в промышленной.

Широко обсуждаются среди отечественных исследователей такие модели, как «жесткая» и «мягкая» промышленная политика. Под «жесткой» промышленной политикой обычно понимается политика, целью которой является создание и развитие приоритетных отраслей экономики. Она предполагает опору на бюджетное субсидирование и кредитование предприятий приоритетных отраслей, механизмы косвенного субсидирования компаний, протекционистский курс во внешней торговле. В отличие от «жесткой», «мягкая» промышленная политика направлена на содействие росту конкурентоспособности национальных компаний производителей и поддержку инвестиционных проектов, позволяющих частному бизнесу повысить уровень эффективности.

Существуют принятые в рамках стран ЕС вертикальные и горизонтальные модели промышленной политики [8]. Вертикальная модель, соответствующая, по нашему мнению, «жесткой» модели промышленной политики, предполагает стимулирование конкретных производств или отраслей при использовании в качестве инструмента господдержки всевозможных льгот. Считается, что эта модель наиболее характерна для слаборазвитых стран. Горизонтальная модель и соответствующая ей «мягкая» промышленная политика ориентируются на создание общих для всех отраслей возможностей развития производства. Эта модель характерна для экономически развитых стран, в том числе стран Евросоюза.

Необходимо отметить, что существует мнение зарубежных ученых о том, что термин «промышленная политика» в современных условиях вообще не нужен. По их мнению, большинство отраслей промышленности развитых стран достигли успеха в 70-80-е гг. XX в., а сегодня, когда активно формируется новая технологическая парадигма, целесообразно говорить лишь об инновационной политике [10. P 36]. Однако опыт европейских стран говорит об обратном. Здесь уделяется значительное внимание формированию единой промышленной политики в рамках ЕС. Главная тенденция промышленной политики ЕС характеризуется стремлением к унификации ее принципов, основных целей и задач. Специальными комиссиями Европарламента разрабатывается единый документ, который должен быть утвержден как в самом Европарламенте, так и в парламентах стран, входящих в ЕС. Для этого промышленный базис ЕС консолидируется через реализацию специфических политик стран, входящих в ЕС.

Это лишний раз подтверждает ошибочность мнения, что в условиях России лучшая промышленная политика — это «полное отсутствие промышленной политики». В условиях отечественной экономики, где не решены проблемы положительных

структурных сдвигов в промышленности, где сохраняется значительное число устаревших производств и существует острая потребность в поддержке инновационного развития промышленности, нельзя отказываться от промышленной политики как самостоятельной категории макроэкономического регулирования. Можно отметить, что Всемирный банк в докладе о мировом развитии (World Bank 1997) разделил государственные функции на три категории с выделением минимальных, промежуточных и активных функций государства [11. С. 25]. Промышленная политика отнесена к активным функциям государства, которые оно может и должно осуществлять в период структурного кризиса.

В России Комитетом ТПП РФ по промышленному развитию и высоким технологиям разработана «Концепция основ государственной промышленной политики», Союзом промышленников и предпринимателей — «Основы промышленной политики РФ», а также проект федерального закона «О промышленной политике». Однако до настоящего времени этот проект не принят. В то же время более чем в сорока субъектах РФ приняты региональные законы или концепции промышленной политики, не увязанные между собой, не основанные на общих принципах, не содержащие общей цели и не предполагающие согласованных механизмов ее реализации. В ряде законов определена приоритетность развития промышленности только с точки зрения интересов данного конкретного субъекта РФ.

Сегодня, когда инновационное развитие объявлено важнейшим приоритетом, таким результатом реализации грамотной промышленной политики должно стать создание высокотехнологичного, интеллектуального ядра промышленности. Особую роль в его становлении может и должен сыграть ОПК как на уровне страны в целом, так и на Среднем Урале в частности. Тем более, что впервые в современной России понятие «государственная промышленная политика» было введено в оборот в 1993 г., в связи с принятием концепции указанной политики в оборонном комплексе, но впоследствии такое понятие исчезло даже в главном экономическом документе федерального Правительства — «Стратегии развития Российской Федерации до 2010 г.».

Возможно, высокая значимость оборонного комплекса в экономике Свердловской области предопределила повышенную государственную ответственность властных структур за состояние и стратегию развития промышленности Среднего Урала. В наиболее драматичный период развития экономики промышленного региона, связанный с системным кризисом в России начала 1990-х гг. и дефолтом 1998 г., правительство области издает распоряжение (№ 58-рп от 27.01.99) о разработке «Концепции промышленной политики Свердловской области». В состав комиссии по ее разработке вошли руководители подразделений Правительства области, отраслевых союзов, представителей промышленности, науки и др.

По существу, это был один из первых нормативных актов, определяющих систему отношений органов власти различных уровней (федерального, регионального, муниципального) и хозяйствующих субъектов по поводу формирования конкурентоспособной промышленности региона.

В Концепции была впервые обоснована необходимость выделения этапов формирования и реализации промышленной политики: стабилизационного и долгосрочного [12]. Здесь обосновано, что реализация политики как «industrial policy» невозможна в рамках кратко- и среднесрочных программ промышленного развития. Но, как показал проведенный нами анализ, именно в таких рамках действуют законодательные акты почти сорока субъектов РФ по поводу региональной промышленной политики.

Особое внимание в Концепции уделялось непротиворечивости целей стабилизационного и долгосрочного этапов реализации промышленной политики, а также их соответствию целям федеральной промышленной политики.

Особенности социально-экономической ситуации в Свердловской области предопределили формирование разных приоритетов на конкретных этапах реализации промышленной политики. На стабилизационном этапе в качестве важнейшего критерия было определено наличие и перспектива роста платежеспособного спроса (внутреннего и внешнего) на конкретные виды продукции и услуг. Кроме того, в качестве критериев рассматривались: наличие конкурентных преимуществ низкого и высокого порядков, рентабельность объектов господдержки, структурообразующий характер поддерживаемого вида производства, комплексная оценка состояния предприятий с учетом их социальной значимости и территориального расположения. Критерии по мере улучшения экономической ситуации в стране и регионе меняются с акцентированием внимания на ориентиры развития, связанные с реализацией территориальных конкурентных преимуществ высокого порядка, прежде всего научно-технического и инновационного потенциала.

Основные принципы и приоритеты промышленной политики, сформулированные в Концепции, в полной мере реализованы в «Схеме развития и размещения производительных сил Свердловской области на период до 2015 г.». Сегодня, анализируя показатели развития промышленности в рамках Схемы, можно говорить о правильной идеологии, заложенной в Концепции промышленной политики области в 1999 г. и реализованной в Схеме.

Достаточно отчетливо начинают проявляться положительные тенденции улучшения технологической структуры промышленности. Это имеет особое значение для страны, ибо сформировавшаяся на сегодня аномальная технологическая многоукладность привела к колоссальному отставанию экономики как целостного организма от ведущих стран мира в технологическом развитии. Такая многоукладность, приведшая к технологической неоднородности экономического развития, в полной мере характерна и для промышленности Урала. Это явление получило название «голландской болезни», итогом которой является перераспределение ресурсов в рамках экономики страны в целом с высоко-на низкотехнологичный уровень. Меры промышленной политики, реализуемые в отраслевых разделах Схемы, в значительной мере уже способствуют проведению структурной модернизации, формированию современных технологических укладов и снижению аномальной технологической многоукладности экономики региона.

В качестве примера можно привести серьезную технологическую перестройку металлургического комплекса области. Здесь значительно возрастут мощности для выпуска продукции более глубокой степени переработки, повысится доля импортозамещающих и новых производств. К 2010 г. фактически будет ликвидировано мартеновское производство, которое относится к третьему ТУ. Структура производства стали к 2010 г. будет представлена лишь конвертерной сталью (47 %), характерной для четвертого ТУ, и электросталью (53 %), технологические принципы выплавки которой позволяют отнести ее к пятому ТУ Доля стали, разлитая на МНЛЗ, возрастет с 44 % в 2000 г. почти до 80 % в 2010 г.

Современная промышленная политика в России должна основываться на учете понимания нового места нашего государства в меняющемся мире, реалистичной постановке целей промышленной политики и выработке новых механизмов ее реализации.

Принципиальные особенности современной промышленной политики, которые, по нашему мнению, должны быть учтены как на федеральном, региональном, так

и на муниципальном уровне и которые определяют основные отличия от традиционного понимания промышленной политики, заключаются в следующем:

- объектом современной промышленной политики являются не только отдельные отрасли, производства, корпорации, но и производители товаров и услуг. Это могут быть не только производственные предприятия, но и отдельные предприниматели и т. д.;

- субъектом промышленной политики является государство современного типа, трактуемое как абстрактная корпорация, обладающая собственным юридическим лицом, включающая в себя правительственный аппарат и совокупность граждан, имеющая четко определенные границы и существующая только на основании признания другими государствами [9];

- государственная промышленная политика сегодня формируется как национальная промышленная политика, когда равноправными участниками ее разработки и реализации выступают не только государство и бизнес, но и научные и общественные организации, институты. Таким образом, термин «национальная» политика означает более широкое участие в ее разработке и реализации, наряду с государственными чиновниками, частного бизнеса, экспертного сообщества, политических партий, других институтов гражданского общества [13. С. 4];

- все большее размывание отраслевых границ за счет диверсификации в новые виды товаров, активизации деятельности по инсорсингу-аутсорсингу, а также кооперации с компаниями из других отраслей привело к формированию экономики отраслей, тесно связанных между собой. Это снизило роль и значение отраслевой политики, что предопределило переход к конкурентной политике, политике структурного «перепроектирования» промышленности с целью создания конкурентоспособной промышленности (от industrial policy к industrial competitiveness policy);

- определяющая роль в процессе отмеченного выше «перепроектирования» принадлежит формированию нового технологического ядра, конвергенции технологий, связанной с реализацией принципиально новых возможностей за счет перекрестного использования информационных, био- и нанотехнологий, возрастающего влияния ускоренного технологического развития на сферу потребления. В условиях, когда экономический рост отождествляется только с научно-техническим прогрессом и интеллектуализацией основных факторов производства, когда производство, распределение и использование знаний и информации являются главными условиями устойчивого экономического развития, центральной составляющей промышленной политики становится инновационная политика, позволяющая сформировать новое технологическое ядро. Это направление экономической деятельности становится важнейшим, ибо существующий на сегодня отечественный фонд накопления не может выполнять функцию расширения воспроизводства на инновационной основе. Достаточно отметить, что доля инновационной и высокотехнологичной продукции в фонде накопления России составляет всего 3 %, тогда как в США и ЕС она превышает 50 % [14; 15]. Значит, чтобы перейти к политике внутреннего инновационного накопления, надо сформировать государственно-корпоративную систему общественного воспроизводства, обладающую необходимой экономической властью и способную осуществлять активную инновационную политику как центральную составляющую промышленной политики;

- успех проведения промышленной политики во многом определяется продуманным механизмом ее реализации. Можно отметить, что этот механизм, как и само понятие промышленной политики, претерпел значительные изменения. Еще в 90-е гг. прошлого столетия основная модель механизма реализации промышленной политики в нашей

стране представляла собой механизм развития наукоемких отраслей, механизм реструктуризации традиционных отраслей и компенсационный механизм. Изменившиеся условия и новые требования к современной промышленной политике предопределяют необходимость использования не только названных, но и разработки новых механизмов ее реализации. Среди них выделим наиболее значимые:

- реализация приоритетных промышленных проектов различного масштаба. В качестве примера приоритетных промышленных проектов государственного масштаба можно привести проект «Урал промышленный — Урал полярный», в разработке которого могут принять участие все институты УрО РАН, реализацию целевых программ по АПК, доступному жилью и реформе ЖКХ и др.;

- кластерный подход к построению промышленной политики, который является не только средством достижения таких целей промышленной политики, как структурные изменения, модернизация экономики, повышение ее конкурентоспособности, усиление инновационной направленности, но и мощным инструментом регионального развития. На Урале серьезным потенциалом кластеризации, т. е. устойчивого функционирования в системе связанных отраслей, обладают машиностроение (прежде всего оборонное), металлургия, лесная промышленность;

- частно-государственное партнерство (ЧГП). Сотрудничество между государством и частным сектором имеет давнюю историю, однако в настоящее время развитию ЧГП уделяется в нашей стране особое внимание. По-видимому, появление двух наиболее значимых экономических сил — государства и частного бизнеса, прежде всего в лице ТНК,— предопределяет необходимость их более тесного сотрудничества.

Помимо отечественных моделей механизма реализации промышленной политики необходимо учитывать, что в современном мире становится все более важным при разработке промышленной политики обращать внимание на создание условий для формирования механизмов экономического саморазвития, на повышение значимости управления знаниями (knowledge management) и концепций инновационной деятельности как центрального элемента промышленной политики. Такой подход позволяет использовать накопленный потенциал знаний для формирования интеллектуального ядра промышленности и такой ее структуры, которая будет адекватна технологической, отраслевой и институциональной структурам развитых стран. А это является важным условием востребованности продукции на отечественном и мировом рынках.

В частности, на Урале в результате осуществления национальной промышленной политики может быть сформирована новая, четырехзвенная структура видов промышленной деятельности. Прежде всего, это добыча полезных ископаемых и их первичная переработка. Вторая структурная составляющая — тяжелая индустрия (high volume). Для нее характерно материало- и трудоемкое производство, связанное с высокой нагрузкой на экологию. Тяжелая индустрия сохранится на Урале, но экономическое пространство ее действия будет несколько сокращаться. Наиболее активно и динамично будет развиваться группа производств высоких технологий (high tech), т. е. материальное производство, основанное на быстро обновляющихся и усложняющихся технологиях, а также сектор так называемых «мягких» технологий (soft), предполагающих разработку программного обеспечения, системную интеграцию, консалтинг, образование и т. д. Такой подход позволяет сохранить промышленную ориентацию Урала, но на новой основе, с высоким уровнем ее интеллектуального насыщения и нацеленностью на производство конкурентных видов продукции.

Приоритеты промышленной политики, особенно для регионов и территорий, необходимо определять исходя из конкурентоспособности видов экономической деятельности промышленности. В настоящее время не основной капитал, а кадры, информация и торговля определяют конкурентоспособность территорий. Важны не только передовые технологии и компании, но и готовность, способность территории принять новые фирмы и инвестиционные потоки. Поэтому нужна замена отраслевой логики промышленной политики пространственно-территориальной логикой [14; 15].

Для реализации такого подхода к промышленной политике необходима трансформация внутренней организации экономического пространства территории. В глобализирующемся мире произошел отказ от интегрированной модели, характерной для индустриального уклада хозяйства территории, в пользу сетевой модели, являющейся проекцией производственных сетей на территорию. Эти сети автономных и взаимозаменяемых звеньев — производственных комплексов и предприятий, привязанные к месту (networks of place), позволили хозяйственной власти отказаться от принципа ее концентрации в пользу принципа ее распределения.

Распределение хозяйственной власти предпочтительно выстраивать на основе экономических оценок конкурентных потенциалов основных видов экономической деятельности на территории. Проблема пока во многом дискуссионная. На наш взгляд, при проведении таких оценок, помимо базовых ресурсных факторов конкурентоспособности — естественных краткосрочных конкурентных преимуществ, во внимание должны приниматься географические, климатические, геополитические особенности промышленной деятельности, а также конкурентные преимущества инфраструктурного характера, привносимые интеграционной компонентой, и технологический задел продвижения продукции на внутренние и внешние рынки. Такой набор параметров оценки конкурентных потенциалов не случаен — именно они являются основой долгосрочного конкурентного развития промышленности.

Для выработки управляющих воздействий по развитию промышленности со стороны власти и бизнеса важна не столько стоимостная оценка слагаемых конкурентного потенциала, сколько темпы приращения конкурентных возможностей развития. При обособлении по объективным показателям потенциально конкурентоспособных видов экономической деятельности на территории появляется возможность разведения региональной промышленной политики по временным горизонтам. Текущая промышленная политика должна нацеливать на доминирование на рынках ближайшей временной перспективы. Для «взращивания» перспективных конгломератов для будущих глобальных рынков необходима активизация интеллектуальных ресурсов территории. Основой их развития, исходя из мирового опыта, является опора на технологический подход. Практика показывает, что среди трех основных факторов конкурентоспособного роста (технологии, общественные институты, макроэкономическая среда) первенство принадлежит уровню технологического развития, способностям к инновационному развитию.

Поэтому содержанием промышленной политики должна стать организация и поддержка промышленных кластеров — точек роста будущей конкурентоспособности экономики территории. Прообразы кластеров в плановой экономике — ТПК, в рыночной экономике — технопарки, инкубаторы (инфраструктурные составляющие кластера), промокруга (соединяющие крупный и малый бизнес по циклу производства) широко представлены в хозяйственной практике. Кластеры (дословно сгустки) — естественные образования, возникающие по инициативе «снизу», исходящей от крупных предприятий или

сообществ предприятий, или «сверху» — от органов власти и управления территорией. Согласно Майклу Портеру, они представляют группу географически соседствующих компаний и организаций, связанных общей сферой деятельности и взаимодополняющих друг друга.

Можно обособить принципиальные отличия кластера от иных территориальных образований, значимые для промышленной политики:

- географически сконцентрированное сочетание компаний, в том числе из смежных отраслей. Фундамент кластера — сильные компании, проверенные рынком;

- широкий состав участников. Это, как правило, поставщики, сервисные организации, научные центры, центры компетенций, специализированные банки, учебные заведения, курсы повышения квалификации, государственные структуры, малые предприятия;

- бизнес-климат территории (тесные связи, интенсивный обмен идеями и информацией о новых технологиях, использование лучших управленческих практик).

Эффективность функционирования кластера во многом определяется его организационным оформлением. Опыт показывает, что необходимо создание единого центра координации работ. Например, создание лесного кластера в Пермском крае в ближайшие 5 лет потребует освоения $ 1 млрд внешних инвестиций, подготовки инвестиционных площадок, изменений бизнес-климата. Поэтому создана отраслевая ассоциация, координирующая деятельность компаний и властей по становлению и развитию кластера. Это может быть и стратегический комитет, объединяющий представителей промышленности, науки, власти. Он может контролировать специально созданную для ведения программы развития кластера координирующую фирму.

Мировой опыт показывает, что создание кластеров — затратный процесс, в котором примерно половину финансирования принимает на себя государство (за счет федерального и регионального бюджетов). Но это не исключает развитие новых механизмов финансирования. Прежде всего, возможно привлечение банками средств населения с длительными сроками заимствования вкладов, а также дальнейшее развитие механизмов аутсорсинга, субконтрактинга.

Для организации промышленных кластеров необходимо наличие на территории крупных современных исследовательских университетов, способных составить конкуренцию зарубежным образовательным учреждениям на рынке образовательных услуг и инновационных разработок. Правительством Свердловской области в 2004 г. принято решение о создании Евразийского университета в Екатеринбурге.

Основа кластеризации промышленности территории — модернизационный процесс, основанный на инновациях. Структурно он охватывает технические, технологические, организационно-управленческие и институциональные нововведения. Кластерные принципы промышленной политики наиболее применимы к технологической модернизации. Под технологическим кластером предлагается понимать сообщество различных предприятий, организаций на определенной территории, объединенных задачей опережающего роста приоритетных видов экономической деятельности в условиях повышения инновационной активности. (Справочно: только 6 % промышленных предприятий России можно отнести к инновационно активным, в США — 30 % предприятий, в Германии — 30 % торгового оборота непродовольственных товаров). Такие сообщества, на наш взгляд, имеют существенную отличительную особенность от общепринятого понятия кластера — применимость используемых технологий в разных видах деятельности, что способствует становлению инновационного процесса не в отдельной фирме, а в целевом секторе промышленности территории.

Выбор технологических кластеров на территории — методически не простая и пока слабо проработанная проблема, решение которой, видимо, должно увязываться с наличием предпосылок для развития территориального потенциала критических технологий, а также сервисных видов деятельности, обслуживающих высокие технологии и создающих новое оборудование на их основе. Базовыми компаниями кластера на территории могут рассматриваться крупные национальные компании — операторы глобальных рынков (для УрФО, например, ОАО «Лукойл», ОАО «УГМК», ОАО «ТМК» и др.), а также предприятия инфраструктуры сетизации крупного бизнеса (финансовой, производственной, торговой, инновационной).

Пока промышленные и технологические кластеры возникают и формируются спонтанно. По такой схеме, например, создается в Свердловской области машиностроительный кластер на базе промышленных предприятий Екатеринбурга (ОАО «Уралмашзавод», «Уралэлектромаш», «Машиностроительный завод им. Калинина», «Уральский турбо-моторный завод»). Предполагается, что его создание будет способствовать активизации процессов оказания связанных услуг. С этой целью обособляются направления региональной поддержки внутри кластера — развитие консалтинга, образовательных услуг, научно-исследовательских работ. Но еще основоположник кластерного развития Майкл Портер отмечал, что кластерная политика территории должна формироваться в формате общей стратегии регионального развития. Основным методом ее реализации является программный подход. Разработка областных программ модернизации промышленности, по опыту Татарстана, Чувашской республики, Свердловской области и др., является наиболее эффективным способом стимулирования промышленной кластеризации территории.

Центральное внимание в реализации кластерного подхода в развитии промышленности необходимо уделить формированию горизонтальных и вертикальных взаимосвязей между участниками процесса производства товаров и услуг и субъектами инновационной деятельности.

Преимущества кластерной промышленной политики для администрации территории многообразны. Фокусируются сильные и слабые стороны промышленного развития. Увеличивается количество налогоплательщиков и налогооблагаемая база. Усиливается партнерский диалог с бизнесом. Снижается зависимость бюджетов от отдельных бизнес-групп. Диверсифицируется экономика территории. Таким образом, кластерный подход к промышленной политике территории вооружает властные структуры инструментарием эффективного взаимодействия с промышленным бизнесом, пониманием его проблем и практических задач. Бизнес более полно использует кадровый потенциал и инфраструктуру территории, инфраструктуру исследований и разработок, снижает издержки ведения бизнеса, выхода на новые рынки.

Список литературы

1. Корнаи, Я. Системная парадигма / Я. Корнаи // Вопр. экономики. 2002. № 4.

2. Клейнер, Г. Системная парадигма и экономическая политика / Г. Клейнер // Обществ. науки и современность. 2007. № 2.

3. Татаркин, А. И. Промышленная политика и механизмы ее реализации: системный подход / А. И. Татаркин, О. А. Романова // Экономика региона. 2007. № 3. С. 19-31.

4. Гребенкин, А. В. Трансрегрессивный подход к региональной промышленной политике : науч. докл. / А. В. Гребенкин. Екатеринбург : ИЭ УрО РАН, 2007.

5. Промышленная политика как основа обеспечения конкурентоспособности индустриального региона: к VII съезду партии «Единая Россия». Екатеринбург : Пресс, 2006.

16

6. Татаркин, А. Структурная перестройка промышленности как элемент длинноволнового процесса / А. Татаркин, О. Романова, М. Филатова // Федерализм. 2000. № 4.

7. Кондратьев, В. Промышленная политика или политика конкурентоспособности. Структурные и секторальные аспекты. Качество роста. Направления конкурентоспособного роста / В. Кондратьев. М. : Фонд комплекс. прикл. исследований, 2003.

8. Смирнов, Е. Инновационный вектор промышленной политики Европейского Союза / Е. Смирнов // Междунар. экономика. 2007. № 2.

9. Завадников, В. О промышленной политике в Российской Федерации / В. Завадников // Пром. политика в Российской Федерации. 2007. № 5.

10. Dosi, G. Evaluating and Comparing the innovation performance of the United States and the European Union / G. Dosi, P. Llerena, M. S. Labini // Expert report prepared for the Trend Chart Policy Workshop 2005. June 29, 2005.

11. Факуяма, Ф. Сильное государство: Управление и мировой порядок в XXI в. / Ф. Факуяма. М. : АСТ : Хранитель, 2006.

12. Татаркин, А.И. Региональная промышленная политика: теоретические основы, практика формирования и механизм реализации / А. И. Татаркин [и др.]. Екатеринбург : УрО РАН, 2000. (Препринт).

13. Шаккум, М. Национальная промышленная политика в свете присоединения России к ВТО / М. Шаккум // Пром. политика в Российской Федерации. 2007. № 1.

14. Долгосрочный прогноз развития экономики России на 2007-2030 гг. (по вариантам) / под ред. В. В. Ивантера, М. Н. Узякова. М. : ИНХП, 2007.

15. Губанов, С. Системный выбор России (к итогам 2006 г.) / С. Губанов // Экономист. 2007. № 4.

16. Татаркин, А. И. Научно-технологический комплекс крупнейшего города: возможности развития / А. И. Татаркин [и др.]. Екатеринбург : ИЭ УрО РАН, 2006.

17. Концептуальные основы формирования и реализации проекта «Урал промышленный — Урал полярный» / под ред. А. И. Татаркина. М. : Экономика, 2007.

В. А. Белкин

критика основных показателей проекта концепции долгосрочного социально-экономического развития российской ФЕДЕРАЦИИ ДО 2020 ГОДА

Описывается новый вид циклических экономических колебаний — эластичности реального ВВП по его индексу. Приводится критический анализ основных макроэкономических показателей проекта концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 г. как несоответствующих циклическим колебаниям эластичности реального ВВП.

Ключевые слова: социально-экономическое развитие, эластичность, цикличность, государственное регулирование экономики.

Проект концепции подготовлен Министерством экономического развития и торговли Российской Федерации в июле 2007 г. Понятно, что ориентиры, заложенные в концепцию, будут использоваться для разработки краткосрочных прогнозов социально-экономического развития Российской Федерации и ее регионов. Соответственно этому будут

17