мм

В эфире — программа телепередачи

Негосударственных акций ОРТ

Вчера все основные электронные СМИ обсуждали деловое предложение Бориса Березовского Владимиру Путину. Предложение, изложенное в открытом письме (полный текст — на этой же странице), содержит согласие крупнейшего негосударственного акционера телекомпании ОРТ передать свои акции "в управление журналистам и другим представителям творческой интеллигенции" и призыв крупнейшему государственному акционеру поступить таким же образом. Как Березовский намерен осуществить свою идею, пока не совсем ясно. То, что Кремль не готов пойти ему навстречу, ясно довольно многим.

Повод своей инициативе Березовский изложил достаточно откровенно: "На прошлой неделе высокий чин Вашей администрации предъявил мне ультиматум: передать в течение двух недель в управление государству контролируемый мной пакет акций ОРТ или отправиться вслед за Гусинским — по всей видимости, речь шла о Бутырской тюрьме". Самое неожиданное, что Кремль не стал опровергать самого факта встречи. Компетентный источник в администрации президента подтвердил корреспонденту Ъ, что действительно встреча с высокопоставленным президентским чиновником на прошлой неделе состоялась и на ней действительно обсуждалась проблема передачи акций ОРТ. Более того, в последнее время такие встречи и не прекращались, их было очень много.
Но "ультиматум" — явно не неожиданность. Покончить с олигархическим "плюрализмом" на ОРТ Кремль пообещал еще в мае. Но кончали этот плюрализм на канале НТВ, сохраняя с Березовским "холодный мир". Все изменилось 22 августа, когда ряд сюжетов программы "Время" поставил под сомнение адекватность действий президента по спасению экипажа "Курска". Той же ночью соответствующие кассеты были изъяты милицией — с санкции гендиректора ОРТ Константина Эрнста — из архивов редакции. На следующий день началось изъятие источника влияния на позицию телеканала. Владимир Путин в телеинтервью по поводу гибели "Курска" неожиданно для многих обрушился с обвинениями в адрес тех, кто способствовал развалу армии и флота, зарабатывал "по миллиону в день" и "почему-то не продал свои виллы, записанные на чужое имя". А поздно вечером высокопоставленный кремлевский чиновник процитировал неофициальную позицию президента. Который якобы сказал в узком кругу, что олигархи должны "сидеть и не высовываться, а если будут высовываться, будут получать — по морде". А чуть менее высокопоставленный чиновник на столь же закрытой встрече конкретизировал, что "у Березовского уже поехала крыша с его 'Канализацией'..., то есть 'Цивилизацией' (один из вариантов названия создаваемой Березовским новой оппозиционной партии.— Ъ), поэтому с ним надо срочно что-то делать".
Ответный ход Березовского оказался абсолютно неожиданным — как собственно для телекомпании, так и для Кремля. Единственным официальным лицом, публично отвечавшим на вопросы возбужденных развитием событий журналистов, вчера был министр печати, информации и телерадиовещания Михаил Лесин. В 17.00 он собрал брифинг. "Ну, что? — спросил министр у журналистов.— Главный вопрос, как я понимаю, ОРТ".
Далее, рассказав о том, что "в Кремле никто никакого письма не получал", и о том, что там же, в Кремле, "ни у кого нет никаких оснований предполагать, что это решение Бориса Абрамовича окончательное и серьезное", министр стал проявлять удивительную осведомленность состоянием дел на ОРТ. Он сообщил, что по представленным реестрам владельцем 49% "частных" акций является компании ЛогоВАЗ и ОКБ, долю участия в которых лично Березовского еще предстоит установить.
В ходе брифинга выяснилось также и то, что совсем недавно между Березовским и государством обнаружилось "недопонимание": оказалось, что собрание акционеров ОРТ, проведенное два с половиной месяца назад, прошло, согласно "анализу юристов", с явными нарушениями "по выбору новых членов совета директоров".
Между тем к творческой составляющей предложения Березовского Лесин отнесся даже благосклонно. Заметив, что "с журналистами и творческой интеллигенцией нам работать легче, чем с Березовским". Правда, с кем именно ему придется работать, пока не ясно. На вчерашний день обнаружились лишь три потенциальных претендента на акции — их назвал в интервью "Эху Москвы" бывший гендиректор ОРТ Игорь Шабдурасулов: себя самого, Сергея Доренко и нынешнего гендиректора Константина Эрнста. Интервью с Доренко можно прочесть на этой же странице, а Эрнст вчера от комментариев отказался. Известно лишь, что он посетил вечернюю летучку редакции "Времени" и сказал, что "выбор руководства идет". Дело в том, что нынешние руководители ДИПа (дирекции информационных программ) Татьяна Кошкарева и Рустам Нарзикулов с утра на работу не вышли и для комментариев были недоступны. Но даже молчанием своим косвенно подтвердили слухи о приказе об их увольнении, заготовленном еще на позапрошлой неделе и отложенном в связи с пожаром.
Нетрудно предположить, что с их увольнением могут возникнуть трудности. Недавнее общение корреспондента Ъ с Кошкаревой и Нарзикуловым не позволяет думать, что они уйдут "по собственному". Что касается вероятной в сложившейся ситуации формулировки "за профнепригодность", то и она не годится: с приходом Кошкаревой и Нарзикулова на ОРТ рейтинги традиционно "первой" кнопки не стали ниже, а, напротив, постоянно росли. Так что скорее всего имеет место еще один, не обозначенный в открытом письме компромисс, предложенный Путину. Компромисс опробованный — так во времена Примакова для сохранения компании был отлучен от руководства ДИПом (и от эфира) неугодный бывшему премьеру Сергей Доренко.
Профессиональный комментарий о перспективах управления каналом удалось получить лишь от одного из экс-директоров (и, кстати, экс-руководителя ДИПа) Ксении Пономаревой. О возможностях коллегиального руководства каналом она отозвалась скептически:
— Я не демократический менеджер. Считаю, коллегиальное управление невозможно, поскольку не может быть коллегиальной ответственности. Ответственность должна лежать на одном конкретном юридическом или физическом лице. Но и государство, на мой взгляд, сейчас не готово распоряжаться такими информационными ресурсами, которыми обладает ОРТ.
В президентской администрации вчера никто не отважился на официальный комментарий. Высокопоставленные анонимы лишь распространили по информагентствам бодрый комментарий о "положительном отношении" к намерению Березовского отдать акции, не замечая второй части его предложения. В то же время в неофициальных беседах кремлевские сотрудники признали, что ход Березовского с "распылением" акций по сливкам общественности спутал им карты. "Конечно, это осложнит и, видимо, затянет процесс национализации ОРТ. Но, поверьте, в конце концов это Березовского ни от чего не спасет — канал будет нашим",— уверены в Кремле.
Тем не менее ближайшие последствия открытого письма не заставят себя долго ждать. Обнародованное накануне нью-йоркского "саммита тысячелетия", оно несомненно вызовет отклик не только внутри страны, но и за ее пределами. Ведь когда нависла угроза над Владимиром Гусинским (перед самой его посадкой в Бутырку), даже Билл Клинтон пошел на беспрецедентные меры — выступил на радиостанции "Эхо Москвы", принадлежащей "Медиа-Мосту", в защиту свободы слова в России. Теперь Путину наверняка придется отвечать на вопросы о кремлевских "ультиматумах" во время встреч с лидерами мировых держав. Точно так же, как и в ситуации с арестом Гусинского, который по времени совпал с поездками президента в Испанию и Германию. Тогда, кстати, сразу после возвращения президента в Россию медиамагнат из тюрьмы вышел.
Впрочем, для Запада Березовский — куда более одиозная фигура, чем Гусинский. Хотя в ситуации, когда в России действительно не остается ни одного негосударственного общероссийского телеканала, западный истеблишмент, скорее всего, временно забудет о своих антипатиях к олигарху и согласится условно считать его очередной жертвой борьбы путинского режима с независимыми СМИ.
ВИКТОРИЯ АРУТЮНОВА, ЕЛЕНА ТРЕГУБОВА

Президенту Российской Федерации
Владимиру Путину

О свободе слова и акциях ОРТ

Уважаемый Владимир Владимирович!
На прошлой неделе высокий чин Вашей администрации предъявил мне ультиматум: передать в течение двух недель в управление государству контролируемый мной пакет акций ОРТ или отправиться вслед за Гусинским — по всей видимости, речь шла о Бутырской тюрьме. Причина такого предложения — Ваше недовольство тем, как ОРТ освещало события, связанные с аварией подлодки "Курск". "Президент сам хочет управлять ОРТ",— заявил мне Ваш представитель.
После фактической высылки Гусинского из страны и перехода НТВ под контроль "Газпрома" (читай "государства"), ОРТ является единственным, не полностью зависимым от власти, национальным каналом. Если я приму ультиматум, в России прекратится телеинформация, ее заменит телепропаганда, контролируемая Вашими советниками.
Я согласен — в освещении аварии подводной лодки "Курск" СМИ подвергли Вас резкой, но, на мой взгляд, во многом справедливой критике. Ваше желание взять СМИ под контроль понято: в следующий раз, если, не дай Бог, произойдет нечто подобное — взрыв, катастрофа или скандал, некому будет Вас критиковать, и люди будут узнавать о событиях из западных "голосов" — совсем как в недавнем прошлом.
Вам станет легче править, народу будет спокойнее жить, а желающих задавать неприятные вопросы станет гораздо меньше — ведь у них не будет мощной защиты, которую дает массовая телегласность. Вам не придется прерывать отпуск и срочно изыскивать деньги на помощь семьям погибших. И в один прекрасный день люди, проснувшись, узнают, что они единодушно одобрили ввод российской армии в какую-то далекую страну для оказания кому-то братской помощи.
При всех недостатках и проблемах, которые переживает Россия, есть несколько неоспоримых достижений и важнейшее в том, что миллионы людей перестали бояться власть, а власть вынуждена в какой-то степени быть подотчетной народу. Это стало возможным в первую очередь благодаря независимым от власти СМИ. Впервые за многие десятилетия у людей появилась управа — и на милиционера, и на бюрократа, и на начальника. Проштрафившиеся чиновники прячутся от журналистов. Поставив СМИ под административно-силовой контроль, Вы вернете в нашу жизнь страх. Мы опять станем бояться управдома. И опять некуда будет жаловаться.
Должен отметить, что дело не в деньгах, как пытаются объяснить обществу профессиональные провокаторы. Вам хорошо известно, что ОРТ очень убыточно. Слабость рекламного рынка делает любые СМИ убыточными. Ежегодное содержание ОРТ обходится в сто пятьдесят миллионов долларов. На протяжении шести лет частные акционеры ОРТ, и я среди них, субсидировали передачи первого канала за счет средств других доходных предприятий.
Мне и моим коллегам нечего стыдиться — благодаря финансированию нами независимых СМИ, в России за несколько лет удалось создать предпосылки гражданского общества и обеспечить демократический процесс, в том числе и два цикла свободных выборов, пусть и с безусловными издержками, присущими любой нарождающейся демократии.
Я не знаю, где Вы собираетесь отыскать деньги на содержание ОРТ — быть может, из тайной статьи нового бюджета, а может быть, из того же секретного фонда ФСБ, из которого выплачивается помощь семьям экипажа подводной лодки "Курск". Страшно, когда в вопросах общественной значимости — будь то забота о сиротах или содержание средств массовой информации, власти не на кого опереться, кроме спецслужб.
Предъявив мне ультиматум, Вы, по существу, поставили перед обществом важный вопрос: имеют ли право на жизнь в России негосударственные СМИ. Очевидно, что для себя Вы на этот вопрос ответили, разъяснив родственникам моряков погибшей подводной лодки: "Телевидение? Значит, врет... Там есть на телевидении люди, которые сегодня орут больше всех и которые в течение десяти лет разрушали ту самую армию и флот... Вот сегодня они в первых рядах защитников... Тоже с целью дискредитации и окончательного развала армии и флота! За несколько лет они денег наворовали и теперь покупают всех и вся! Законы такие сделали!"
Мой ответ Вам — частный капитал, пусть он корыстен и своенравен, но не начинает войн и не скрывает потери; не он замалчивал Чернобыль и трагедию другой подводной лодки "Комсомолец". Частный капитал не занимается выселением народов и не ликвидирует классовых врагов. У власти есть много способов поставить частный капитал под контроль. У российского общества остается сегодня только один способ ограничить власть — независимые СМИ.
Прошу Вас, господин Президент, остановиться пока не поздно! Не выпускайте из бутылки джинна беспредельной власти, который опустошал нашу страну семьдесят с лишним лет. Вы с ним не справитесь. Он погубит и страну, и Вас.
Владимир Владимирович, я начал это письмо с упоминания о том, что чиновник Вашей администрации предъявил мне ультиматум. Один известный американский публицист Генри Менкен сказал: "У всякой проблемы всегда есть решение — простое, удобное и, конечно, ошибочное". По-русски говоря: "Есть человек — есть проблемы, нет человека — нет проблем". Угрозы и шантаж — недопустимые аргументы власти в разрешении споров со своими гражданами. Они — свидетельство ее слабости, несостоятельности и потому опасности для всего общества. Вы неплохо меня знаете и поэтому, в отличие от Ваших советников, не сильно удивитесь, узнав, что я не подчинюсь диктату.
Если рассуждать в стиле Вашей администрации, то в этом месте мне следовало бы завершить письмо. Но я искал и нашел конструктивный подход к проблеме повышения эффективности управления ОРТ.
Развивая идею строительства гражданского общества, я решил передать контролируемый мной пакет акций ОРТ в управление журналистам и другим представителям творческой интеллигенции.
Уверен, что аналогичный шаг со стороны государства, инициатива которого могла бы принадлежать Вам, позволит первому телевизионному каналу страны полностью соответствовать своему названию — "Общественное российское телевидение".
С уважением Б. Березовский
4 сентября 2000 г.

Дайджест газеты "КоммерсантЪ"