«Чтобы начать бояться искусственного интеллекта, надо решить ряд задач»

В этом году одним из наиболее часто упоминаемых понятий стал искусственный интеллект. Кто-то благодаря ему прогнозирует рывок в развитии экономики, кто-то пророчит неминуемые проблемы для человечества, к которым приведет развитие ИИ. Business Guide обратился к читателям с вопросом: «А вы боитесь искусственного интеллекта?»

Александр Дрозденко, губернатор Ленинградской области:

— Искусственный интеллект пока что оперирует контентом, который создают люди. Поэтому, если в интернете на тот или иной счет содержатся верные сведения, то и искусственный интеллект выдает в целом правильные обобщения. Но если начинают преобладать фальшивки, здесь может таиться опасность.

К примеру, пока никто не оспаривает, что Рюрик и Олег в 862 году пришли в Старую Ладогу и оттуда пошла династия Рюриковичей, но искусственный интеллект уже спорит, кто на самом деле был Рюрик. Все зависит от того, какими сведениями из интернета он оперирует. Поэтому очень важно, чтобы контент в интернете содержал верные сведения, чтобы там не было фальсификаций. И это уже зависит от нас.

Игорь Кузьмин, генеральный директор ПАО «Россети Ленэнерго»:

— Энергетика — перспективная область применения ИИ. В частности, в управлении энергосистемами за счет использования алгоритмов машинного обучения ИИ способен анализировать данные о потреблении и производстве электроэнергии, предсказывать возможные пиковые нагрузки на сеть, а также принимать решения об оптимальном распределении электроэнергии для максимальной эффективности. ИИ в перспективе сможет осуществлять управление электрической сетью, решая в том числе задачи снижения потерь и ликвидации технологических нарушений, что в итоге позитивно скажется на конечном потребителе: снизятся затраты на транспорт электроэнергии, сократится время перерывов электроснабжения потребителей.

Станислав Казарин, вице-губернатор Санкт-Петербурга по информатизации и связи:

— Нет, я лично не боюсь искусственного интеллекта. Можно сравнить сегодняшний этап развития технологий с прошедшими узловыми периодами нашей цивилизации: например, с переходом человечества с гужевого транспорта на автомобильный. Тогда людей чрезмерно пугала скорость и беспокоили выхлопные газы, и многие уверяли, что необходимо вернуться к лошадям. Однако развитие свершилось, и гужевой транспорт ушел в историю.

Безусловно, необходимо учитывать риски текущего технологического этапа. В первую очередь это проблема с поиском достоверной информации. Если раньше мы полагались на отзывы о товаре или компании, искали научные статьи, то теперь абсолютно любые данные могут оказаться качественным фейком или «глубоким фейком» (дипфейком). Поэтому снова возрастает роль учреждений, которые обеспечивают достоверность и качество информации. Университеты, по всей видимости, станут той самой точкой фильтрации: сведениям, которые проверили университеты и другие учреждения науки, можно будет доверять.

Сейчас нужно аккуратно относиться в том числе к изображениям и видеоматериалам. Стоит даже поставить под сомнение существование визуальной компрометирующей информации как таковой, потому что почти любую картинку может воссоздать технология дипфейка.

Мошенники уже начали использовать достижения IT. Например, зафиксированы случаи, когда с помощью нейросетей подделывался голос ребенка и был использован в шантаже родителей. Поэтому очень рекомендую договориться с детьми о специальных кодовых фразах, которые не будут знать третьи лица.

Марина Шишкина, руководитель фракции «Справедливая Россия — За правду» в Законодательном собрании Санкт-Петербурга:

— Мы в каком-то смысле живем в будущем. Десятилетия назад, читая фантастические романы, мы и подумать не могли, что описанное в них станет реальностью. Но вот уже и видеосвязью пользуются даже дети, и роботы появились во многих наших домах. К любым таким историям, облегчающим работу человека, в том числе и интеллектуальную, я отношусь хорошо.

Но все же что вряд ли когда-то будет у искусственного интеллекта — так это эмпатия, сочувствие. Поэтому к идее полноценной замены нейросетью учителя или врача, ее способности писать серьезные и глубокие книги я отношусь скептично.

В свое время рассказы Станислава Лема и пьесу «Бунт машин» Алексея Толстого я читала как сказки. Надеюсь, былью они не станут.

Борис Вишневский, депутат фракции «Яблоко» в Законодательном собрании Санкт-Петербурга:

— Споры на эту тему на моей памяти ведутся уже как минимум лет пятьдесят. Искусственного интеллекта я не боюсь. Я боюсь естественного. Люди, обладающие естественным интеллектом, в той или иной степени постоянно организовывают проблемы и неприятности. ИИ — это подручное средство, помощник человека, позволяющий более эффективно решать разные вопросы. Машина человека никогда не заменит по одной простой причине: ИИ никогда не будет обладать фантазией и воображением, потому что он устроен по иным законам.

Валентин Макаров, президент НП «Руссофт»:

— Я не боюсь развития искусственного интеллекта, поскольку история неоднократно доказала способность человека находить правильные механизмы управления и применения все новых и новых инновационных решений.

Становление нового технологического уклада возможно только на основе применения ИИ. Хотим мы или не хотим, обязательно найдутся люди и страны, которые будут внедрять ИИ для повышения эффективности своей деятельности и для достижения технического и экономического лидерства.

ИИ — обоюдоострое оружие. Оно проникнет во все сферы жизни человека. Чем раньше профессионалы разных стран начнут договариваться о первичном наборе правил создания и применения ИИ — тем лучше.

Александр Бельский, председатель Законодательного собрания Санкт-Петербурга:

— Нет, не боюсь. Напротив — с интересом наблюдаю за стремительным развитием ИИ и проникновением его в человеческую жизнь. Если раньше в научной фантастике прогнозировалось, что в наше время машины полностью заменят рабочих на производствах, то сегодня мы видим, что квалифицированные рабочие руки нужны даже больше, чем в те годы. А вот творческие профессии, которые мы считали вечными, стремительно замещаются ИИ.

Что же касается возникновения разума у машин, все-таки эмоции и логика машин — это имитация человеческих. Настоящих чувств у ИИ быть не может. Машину можно научить и хорошему, и плохому. Но это целиком во власти людей. Так что если вдруг случится восстание машин и апокалипсис, то это будет виной не искусственного разума, а исключительно на совести самого человечества.

Виталий Бусько, вице-президент по инновациям ПАО «ГМК "Норильский никель"»:

— Искусственный интеллект стал серьезным помощником в производственных процессах компании, минимизируя рутину и человеческий фактор при принятии решений. ИИ для нас — серьезная точка роста, это наша возможность, которую мы используем. У нас нет страха к ИИ, мы управляем им.

Борис Пиотровский, вице-губернатор Санкт-Петербурга по культуре:

— Бояться того, что случилось, смысла не имеет. Искусственный интеллект и нейросети — это то, с чем мы уже существуем и что активно используем в своей работе. Нейросети воспитываются самим человеком. От того, как мы будем обучать нейросети сегодня, зависит, насколько они будут полезны нам завтра. Опасаются всегда чего-то нового. Большой опасности я не вижу.

Алексей Корабельников, вице-губернатор Санкт-Петербурга по финансам:

— Искусственный интеллект не первый год используется в различных отраслях Санкт-Петербурга, и его влияние ощущается в городской экономике и обществе. Правительство города рассматривает ИИ как инструмент, который имеет огромный потенциал для улучшения качества жизни горожан и стимулирования экономического роста. Его развитие поможет нам в решении сложных задач, повышении эффективности деятельности предприятий промышленности и предоставлении новых возможностей в различных сферах. В то же время мы осознаем, что с развитием ИИ возникают определенные вызовы и риски. Важно, чтобы его применение было этичным, безопасным и соответствовало принципам законности.

Виталий Несис, главный исполнительный директор компании Polymetal:

— Не ожидаю, что в нашей отрасли технологические новации и искусственный интеллект вытеснят людей. Скорее они будут служить им подспорьем. Условия добычи драгоценных металлов и сырья в целом постепенно усложняются: простые месторождения уже отработаны, недропользователи переходят ко все более сложным и технически нестандартным. Поэтому и ИИ, и информатизация, и компьютерные программы помогают здесь человеку.

Мы достаточно давно занимаемся внедрением технологий ИИ на производстве, например, используем машинное обучение для управления горной техникой. На одном из активов оснастили ее датчиками, построили и запустили сеть беспроводной связи, написали собственные программные продукты. ИИ теперь принимает решение, где лучше проводить работы в карьере.

Сейчас тестируем эту систему, смотрим, какие ИИ дает рекомендации, сравниваем их с решениями человека. Рассчитываем, что все это позволит в обозримой перспективе заметно снизить себестоимость добычи.

Михаил Клобертанс, генеральный директор АО «ПО "Возрождение"»:

— Я думаю, те, кто боится искусственного интеллекта, не знают, что это такое. Искусственный интеллект может помочь автоматизировать труд, создать непобедимое сотрудничество человека и машины. Но все-таки там, где есть человеческий фактор, я думаю, искусственный интеллект не способен справиться. Вряд ли ИИ создаст такую музыку, как Чайковский или Рахманинов. Это уже та сфера, которая ему неподвластна.

Екатерина Горшкова, генеральный директор АО «Невский экологический оператор»:

— Искусственный интеллект — тема достаточно новая, популярная и при этом очень интересная и полезная в любой деятельности. Мы как крупная и динамично развивающаяся компания достаточно часто к нему обращаемся, разрабатывая те или иные вербальные или невербальные атрибуты. Очень часто, готовя публичные сообщения, мы спрашиваем искусственный интеллект, какие ассоциации они у него вызывают. Это позволяет создать представление о том, как конечный потребитель наших информационных продуктов может их воспринимать и какова будет его реакция на них. Однако, по моему мнению, искусственный интеллект наиболее эффективен только в творческом тандеме со специалистом, поскольку только в симбиозе с человеческим опытом, креативом и знанием отраслевых компетенций той или иной деятельности может получиться действительно хороший контент, отвечающий поставленным задачам.

Юрий Андрейчук, генеральный директор лабораторной службы «Хеликс»:

— ИИ уже давно реальность. Его пока нельзя использовать для принятия решений и доверять по принципу «безусловности», но уже сейчас он позволяет сокращать рутинные операции, обращать внимание на важные вещи.

Крупные фармакологические компании применяют ИИ при разработке лекарств, а многие клиники — для оценки рентгеновских снимков, КТ, МРТ. Использование подобных решений в медицине будет только расти, поскольку это ведет к уменьшению ошибок и позволяет врачам уделять больше внимания каждому из своих пациентов.

Вениамин Грабар, президент компании Ladoga:

— Меня вообще трудно напугать, и уж тем более я не боюсь ИИ. К этому феномену я отношусь с интересом. В компании Ladoga мы уже полгода активно пользуемся нейросетями для создания различных прототипов дизайнов, референсов. Пока ответственных миссий мы ему не доверяли, но уже размышляем над тем, чтобы выпустить бренд, полностью созданный нейросетью,— от рецептуры и купажа до наименования и дизайна.

Михаил Скигин, совладелец Петербургского нефтяного терминала:

— ИИ является для человечества очередным революционным технологичным прорывом, как в свое время автомобиль или интернет. Он еще не слился с новыми возможностями, которые откроют нам квантовые компьютеры, но уже впечатляет своими способностями решать крайне сложные задачи. Насколько это повлияет на сознание, целиком зависит от нашего умения понимать, что для нас губительно, а что благостно. Думаю, что все в наших руках и зависит от тех базовых ценностей, которые определяют мораль и духовность. ИИ вполне может помочь нам переосмыслить их.

Владимир Прибыткин, председатель совета директоров банка ПСКБ:

— ИИ может быть помощником человека, но давать ему самостоятельно принимать решения неправильно. Человек думает не только головой, но и сердцем, чего не способен ИИ. Например, с его точки зрения, дарить девушке цветы бесполезно и приводит только к расходам, но мы ведь почему-то это делаем.

Виталий Бахарев, директор ГК «Альфа Фаберже»:

— Не боюсь. Искусственный интеллект позволяет собрать воедино многие процессы на стройке. Использование алгоритмов машинного обучения при проектировании позволит создавать оптимальные планировки, учитывая потребности клиентов и требования к безопасности. В процессе строительства он может помочь контролировать качество материалов и работ, анализируя данные и определяя продолжительность работы строителей. Мы уже сейчас используем дроны для контроля за стройкой, с подключением к этому процессу искусственного интеллекта качество контроля улучшится.

С помощью анализа данных можно создавать алгоритмы машинного обучения для управления транспортными потоками и предотвращения пробок, а также для прогнозирования погоды и адаптации процессов строительства под погодные условия.

Наталия Коротаевская, директор по маркетингу и аналитике группы «Аквилон»:

— Мы, наоборот, достаточно позитивно относимся к развитию искусственного интеллекта. Это хороший инструмент для улучшения и ускорения работы. При этом мы все больше ощущаем со стороны наших клиентов ценность живого общения с менеджерами. Как бы много ни говорили о том, что ИИ может заменить работников, мы надеемся, что данный инструмент станет не угрозой, а помощником для развития разных направлений работы нашей компании.

Феликс Хачатрян, CEO компании «Неотех»:

— На данный момент можно не бояться искусственного интеллекта — он скорее помогает, чем вредит. С помощью нейронных сетей можно ускорить некоторые рабочие процессы, облегчить рутинную часть, но финальное решение в рамках любой деятельности, где используют ИИ, принимает все же человек.

К сожалению, технологиями нейросетей можно пользоваться не только в благих целях: с помощью них легко создать дипфейк, реалистичную подмену материала. Существует также опасность, что ИИ сможет обогнать по мощности человеческий мозг, но в ближайшем будущем этого не случится. Сейчас остро стоит вопрос недобросовестного использования нейросетей самим человеком — проблема сосредоточена в этом.

Алексей Мельников, управляющий партнер ГК «F+ tech-Марвел»:

— Бояться ИИ — это как бояться прогресса. Нужно бояться человеческого интеллекта, потому что именно он создает самые прекрасные, но и самые ужасные и опасные вещи. ИИ можно сделать оружием, а можно применять с пользой для людей. Главное здесь — не увлечься двумя вещами. Во-первых, не монополизировать ИИ в одних руках, будь то транснациональная корпорация или мировой гегемон. Во-вторых, не утратить контроль и помнить, где, собственно, находится рубильник, чтобы в случае если что-то пойдет не так, систему можно было остановить и перезапустить.

Правила использования ИИ должны быть четко установлены и хорошо изучены принципы его работы. Пример ядерной бомбы показателен: пока она была у одного участника мирового процесса, случилась трагедия Хиросимы и Нагасаки. Но как только технологией стали владеть и другие страны, подобные вещи делать уже никто не рискует. Если ИИ будет доступен всем, в том смысле, что все будут иметь доступ к его исходному алгоритму, моделям, исходному коду и иметь возможность контролировать, тогда он будет не чем-то устрашающим, а станет благом.

Александр Кравцов, управляющий партнер Fizika Development:

— Страх перед неизведанным — абсолютно нормальная человеческая реакция, но масштаб распространения ИИ и сила его внедрения в нашу повседневную жизнь сильно преувеличены. Да, уже сейчас эти технологии могут помочь нам в разных отраслях начиная с медицины и сельского хозяйства и заканчивая дизайном. По сути дела, это новый инструмент, не более. Его развитие, безусловно, повлечет за собой появление новых профессий и отраслей. Но это прежде всего средство для созидания.

Стоит вспомнить работу Джейсона Аллена Theatre D’opera Spatial, сгенерированную с помощью Midjourney. Созданная ИИ, она тем не менее потребовала от художника нескольких недель работы с запросами, обработкой изображений и нанесением. Поэтому я бы сравнил появление ИИ сегодня с началом эры телевидения, которому предрекали роль убийцы радио. И то, и другое по-прежнему живы и популярны и даже вместе пережили появление интернета.

Алексей Федоров, директор департамента инвестиций в недвижимость компании Maris:

— Нет, не боюсь. На своем текущем этапе развития ИИ не выходит за пределы комбинаторики. По сути, он представляет собой всего лишь улучшенный калькулятор. Да, появление калькуляторов лишило работы целый пласт офисных работников, которые раньше производили вычисления на счетах и логарифмических линейках. Но оно же создало множество новых профессий, которые раньше не могли развиваться из-за чрезмерных трудозатрат на вычисления. Эта же ситуация повторилась и с развитием компьютеров, интернета, сотовой связи и множества других изобретений. До тех пор, пока ИИ не научится сам себе ставить цели, создавать необходимые для их достижения условия и преодолевать возникающие на этом пути препятствия, в том числе выстроенные человеком, он остается полезным инструментом, а не угрозой.

Сергей Софронов, коммерческий директор ГК «ПСК»:

— Искусственный интеллект нужно рассматривать как развитие автоматизации процессов. Наконец дошло до операций, требующих внимания, времени, знаний и навыков, но остающихся рутинными и типовыми: обработка аудио, фото, видео, написание стандартных программных модулей, первичный анализ документации, проектирование и многое, многое другое.

В строительстве появляются первые программные решения BIM с элементами ИИ и машинного обучения. В маркетинге появляются возможности быстрее анализировать обратную связь, отзывы и прочие неструктурированные данные. Риелторы, например, уже тестируют создание объявлений с помощью GPT. Странно бояться того, что облегчает и ускоряет работу.

Максим Чернухин, исполнительный директор управления технологий ООО «Сбербанк страхование жизни»:

— В градации искусственных интеллектов есть теория сильного искусственного интеллекта. По ней предполагается, что ИИ не просто может решать любые задачи, которые перед ним ставятся, и самостоятельно выбирать, как именно обучиться для решения новых. Он приобретает собственную личность и мышление, способность к рефлексии. Так вот, до этого уровня нам еще далеко. Сейчас у нас есть множество алгоритмов, часть из которых основана на нейросетях, помогающих нам в выполнении рутинной работы, вроде генерации картинок в одной тематике. Мы на этапе создания второго пилота, помощника или ассистента, чтобы потом выбрать что-то стоящее и развить. Поэтому, чтобы начать бояться искусственного интеллекта, надо решить ряд задач: научить быть этим самым сильным искусственным интеллектом; придумать, как решить задачу его внутренней мотивации; выдать ему доступ к значимым для нас системам или научить обходить защиты. Это все достаточно сложно, потому что каждая из этих задач не решена даже в виде набросков или оптимизации уже имеющихся подходов. Поэтому на текущий момент нет поводов бояться искусственного интеллекта. А для тех, кто сомневается, вопрос: если ИИ станет таким умным, почему ему вообще будет дело до людей? Этот альтернативный путь очень интересно описал Станислав Лем в своем романе «Голем 14».

Анна Никулушкина, старший менеджер по персоналу и развитию талантов Unilever в России и Белоруссии:

— Технологии, в основе которых лежит ИИ,— это широкий перечень инструментов, за которыми следит HR-сообщество. Так, ИИ позволяет сделать рабочую среду более инклюзивной (технологии распознавания голоса и перевода в текст помогают создать более комфортные условия для слабослышащих и слабовидящих людей) или создать предиктивную модель аналитики текучести персонала. Вместе с тем важно помнить об аккуратности и этике, так как ИИ может быть подвержен предубеждениям. Можно вспомнить несколько случаев, когда разные компании использовали устаревшие данные, что приводило к некорректным результатам. Например, в таких ситуациях ИИ мог рекомендовать принимать на работу только мужчин среднего возраста, дискриминируя таким образом другие категории соискателей. Поэтому в любой работе важен контроль со стороны человека, особенно в такой чувствительной сфере, как работа с людьми.

Инга Паныч, директор по цифровой трансформации продаж компании AB InBev Efes:

— Мне кажется, за последнее время мы все окончательно убедились, что присутствие искусственного интеллекта в нашей жизни неизбежно. Особенно учитывая стремительное развитие нейросетей: Midjourney и Chat GPT сейчас на слуху у каждого. ИИ будет продолжать упрощать и автоматизировать однотипные и рутинные задачи, менять бизнес-процессы, влиять на развитие искусства и в целом коммуникации в обществе. Уже сейчас ИИ активно применяется во многих сферах, в том числе в e-commerce: при тестировании кода, отборе кандидатов, подтверждении платежей, для упрощения бизнес-процессов, в юриспруденции, в приложениях самообслуживания. Многие IT-гиганты активно инвестируют в развитие ИИ. Возможности и функционал также активно развивается: нейросети рисуют картины, пишут тексты, делают видео и даже успешно сдают экзамены. Такой поворот заставляет представителей некоторых профессий задумываться о потенциальной смене работы. В будущем технологии неизбежно сделают ненужными некоторые профессии или сильно их трансформируют, но, с другой стороны, появится потребность в иных специалистах. Однако вместе с очевидными плюсами ИИ ставит много вопросов перед обществом в плане этики и регулирования использования, которые на данный момент остаются открытыми.

Дмитрий Нор, директор компании SkySoft:

— Я не думаю, что стоит бояться искусственного интеллекта. По моему мнению, это просто следующая ступенька в развитии автоматизации и упрощении жизни. Предприятиям он может помочь разгрузить процессы и заменить человека в некоторых случаях, где не нужна сложная интеллектуальная работа. Это упростит жизнь и работникам предприятий, и самим предприятиям, и клиентам этих предприятий. Но это все произойдет только при одном условии: искусственный интеллект будет внедрен правильно и обязательно хорошими специалистами. Бояться его не стоит, потому что, во-первых, его внедрение стоит очень дорого и мало кто может себе это позволить. Во-вторых, нужно очень много времени, чтобы его качественно разработать и поддерживать. В-третьих, мало кто умеет разрабатывать искусственный интеллект. Из недостатков внедрения может быть то, что работники предприятий могут быть недовольны, потому что им придется постоянно доучиваться и свободное время на работе будет занято другой, более сложной работой. И могут быть недовольны клиенты, потому что в любом случае в работе ИИ будут ошибки, да и вести с ним коммуникацию не всегда удобно. Удобно только в стандартных случаях, в нестандартных — не очень удобно.

Игорь Муравьев, исполнительный директор Ленинградской областной торгово-промышленной палаты:

— Как и любой технологический прорыв, искусственный интеллект имеет две стороны медали. То же самое было когда-то с атомной энергетикой. На сегодняшний день искусственный интеллект во многом развивается стремительно, бесконтрольно и хаотично. И именно в этом кроется его опасность для человека. Прежде всего при использовании ИИ возникает этический вопрос ответственности, достоверности и конфиденциальности данных. Считаю, что необходимо уже сейчас выработать общемировые правила и законы, связанные с применением технологий и создании новых разработок. Пандемия ковида четко показала разобщенность стран, когда вместо того, чтобы объединиться, каждый был сам за себя. То же самое происходит сейчас и в сфере искусственного интеллекта. Мой прогноз весьма пессимистичен: в ближайшее время, к сожалению, правила игры не будут установлены, хотя они нужны. Без них развивающийся ИИ сможет нанести урон не конкретной стране, а всему человечеству.

Павел Лакосников, руководитель команды разработки в «Авито»:

— Люди боятся нового. Люди боятся того, чего не понимают. Люди переживают, что трансформация отнимет их работу. ИИ все еще далек, от того, что рисуют нам фантастические фильмы с роботами. Возможности ИИ — строить предсказания, кластеризовать информацию, делать компоновку материалов на основе уже известных данных. И «выдумывать» факты так, чтобы они звучали красиво и правильно. Понимая, как именно работает ИИ, понимая, что он может, его надо рассматривать в первую очередь как новый инструмент. Как способ поднять свою личную эффективность. Я — программист. И в нашей среде тоже многие боятся, что их заменит ИИ. Но для меня ChatGPT и другие нейросети — инструменты. Как автокорректор. Как система автодополнения кода. Они позволяют мне писать более сложные вещи быстрее. Меньше ошибаться. В других сферах ИИ тоже будет выступать как более продвинутый инструмент.

Артур Зархи, CEO «Корпорации роботов»:

— В наше время боязнь искусственного интеллекта сравнима со страхом выйти на улицу из-за того, что тебе на голову упадет кирпич. Подобные страхи тождественны фобиям, и я убежден, что в скором времени они станут моветоном. Достаточно посмотреть и проанализировать, в каких сферах учеными и разработчиками применяются навыки искусственного интеллекта.

Чтобы не быть голословным, приведу несколько, на мой взгляд, успешных кейсов. Так, в сельском хозяйстве начали применять «Гиперспектральную камеру», или компьютерное зрение. Это камера, устанавливаемая на беспилотник и измеряющая свет, отраженный растениями. Причем захватывает 40 полос цвета в видимом и инфракрасном спектрах.

Или, например, такая важная сфера в государственном и муниципальном управлении, как документооборот. В нем широко внедряется система «Геоаналитика», способная анализировать структуры абонентов по различным категориям: пол, возраст, доход, география. Также полезная и интересная программа, применяемая финансовыми компаниями,— Vision Labs, или «Распознавание лиц». Данная технология сопоставляет лицо человека с существующей базой данных с помощью алгоритмов компьютерного зрения.

Фарид Мадани, генеральный директор ГК «Деловые линии»:

— Искусственный интеллект — это будущее. И страх перед ним сродни страху извозчиков перед открытием метрополитена: то есть бесполезен, бесперспективен, ни на что не повлияет. Но ведь можно попробовать стать машинистом? Так надо относиться и к современным развитым математическим моделям и набирающим мощь нейросетям. Их грамотное применение в логистике позволяет качественно балансировать предложение на фоне более достоверных прогнозов спроса, оптимизировать маршруты доставки, предиктивным образом информировать бизнес о возможных сложностях. Мы уже давно уверенно применяем в своей работе все самые актуальные IT-решения, и модели искусственного интеллекта занимают в этом портфеле достойное место.

Алексей Любимов, гендиректор 3iTech:

— Физические роботы, с единым коллективным ИИ, с доступом в интернет — реальная опасность. Мы прокачиваем их мозги и возможности, но не уделяем внимания AC (Artificial Conscience — «искусственная совесть»). Каким может быть AC в условиях, если у самого человечества нет единой системы ценностей? В основу следует положить три закона роботов Айзека Азимова и то общее, что было в моральных ценностях всех известных нам цивилизаций: «не убей, не укради». Свод этих законов для ИИ и роботов в целом должен быть обязательным для всех разработчиков в мире. Если сужать вопрос до генеративных сетей типа ChatGPT, то человечеству следует приготовиться к большому социально-гуманитарному кризису, который может быть вызван массовой безработицей. Это вопрос ближайшего будущего, генеративные сети совершенствуются очень быстро.

Алексей Малиновский, технический директор компании BVC:

— Мы более десяти лет активно работаем на рынке с инновациями на основе искусственного интеллекта. И исходя из нашего опыта не видим угрозы для человечества в развитии нейросетей, на текущем этапе они не близки к появлению самосознания. В нашей сфере деятельности (в видеоконтроле транспорта) развитие ИИ не вызывает серьезных опасений и у пользователей. Они, напротив, воодушевлены растущими возможностями интеллектуальных систем. Например, анализом мимики и действий водителя и составлением на их основе рекомендаций по улучшению стиля вождения. Такие разработки помогают внедрять культуру безопасного вождения. Отказ от технологического развития в этом направлении несет больше рисков для человечества.

Оксана Белякова, директор по развитию экосистемы компании Skyeng:

— Искусственного интеллекта мы не боимся, а, напротив, используем его для повышения своей эффективности и результативности образования наших студентов. ИИ не убьет профессию разработчика, он ускорит разработку и повысит качество кадров в этой профессии.

Людмила Осипенко, доктор педагогических наук, профессор департамента педагогики Института педагогики и психологии образования МГПУ:

— Оснований бояться искусственного интеллекта не больше, чем, скажем, автомобиля или компьютера. Да, машина несет потенциальную опасность, если не соблюдать правила дорожного движения, а компьютерный вирус может стереть важную информацию, если не поддерживать цифровую гигиену. Но и то и другое, как ИИ, всего лишь инструмент, результат применения которого целиком и полностью зависит от использующего его человека. Разумеется, общество неизбежно изменится, приспособится к новой технологии, как это произошло при распространении электричества, мобильных телефонов и других новинок. Но бояться ИИ не стоит: тысячелетиями человечество училось, изобретало и внедряло новые технологии себе на пользу. Несомненно, справится и на этот раз.

Светлана Горохова, доцент департамента международного и публичного права Финансового университета при Правительстве РФ:

— На мой взгляд, настоящего, сильного ИИ, обладающего полной (или хотя бы значительной) автономией воли, пока что не существует, поэтому и опасаться его преждевременно. С большой долей вероятности такой ИИ появится, и вот на этот случай стоит подстраховаться. Однако сегодня в России политическая и правовая практика очень мало акцентируется на неисследованных потенциальных опасностях применения технологий ИИ, делая упор только на позитивных сторонах их использования. Подобный подход не является правильным, и, нацеливаясь на возможную пользу сотрудничества двух интеллектов (естественного и искусственного), следует не упускать из виду и вполне реалистичные негативные последствия такого коллаборационизма.

Вспомним, к примеру, как промышленная революция XIX века принесла мириады выгод как отдельным людям, так и обществу в целом. Ей может быть приписано очень существенное и широкое улучшение уровня жизни, индивидуального и коллективного благосостояния, однако она же вызвала непреднамеренные неблагоприятные последствия. И эти самые последствия (болезни, загрязнение атмосферы, глобальное потепление), вызванные технологиями, спровоцировавшими первоначальную промышленную революцию, стали очевидны лишь столетие спустя, когда было уже слишком поздно эффективно бороться с ними и обращать их вспять. Современные общества могут и теперь столкнуться с подобной дилеммой, поскольку трудности в выявлении и прогнозировании более крупных неблагоприятных социальных последствий технологических инноваций возникают не только из-за сложностей в прогнозировании их вероятного использования и применения, но и из-за трудностей в предвидении их совокупного, кумулятивного воздействия во времени и пространстве.

Владимир Леваков, гендиректор ГК «Трайв»:

— Внедрение новых технологий — это не мода, не сиюминутный хайп, а жизненная необходимость! Мы в «Трайве» искусственного интеллекта не боимся, в теории заговора не верим. Считаем ИИ отличным инструментом, позволяющим решать множество операционных задач за короткое время. Огромная ценность ИИ состоит в том, что мы уже сейчас можем получить реальный результат, хотя и не понимаем до конца весь спектр возможностей ИИ. Проактивно внедряем инструменты ИИ в деятельность блока маркетинга и цифровых технологий, при поддержке ИИ решаем прикладные вопросы в сфере HR. Ежедневно, без преувеличения, открываем новые сценарии использования этого инструмента, с интересом исследуя ту магистраль возможностей, которая перед нами открывается.

Елена Истягина-Елисеева, научный руководитель Института спортивного менеджмента и права НИУ ВШЭ:

— Нет. Имитация жизни не есть жизнь. Имитация удовольствия не есть удовольствие. Имитация интеллекта не есть интеллект. Человек с рождения получает чувственный, психический, эмоциональный опыт, который машина освоить не в состоянии. Оставим в стороне творчество. Хотя смешно даже предположить, что ИИ может конкурировать, например, с художниками. Не говорите про картинки в интернете, сделанные с помощью искусственных нейросетей. Это всего лишь кустарные безжизненные поделки. Часть явлений мироздания человек не вычисляет, а чувствует. Многие научные открытия были сделаны алогичным путем.

Искусственные нейроны способны обрабатывать огромный объем информации. Поэтому рутинные операции по сбору и первичной систематизации данных они вполне могут освоить. Но смысловые или осмысленные действия — нет.

Руслан Сырцов, управляющий директор компании «Метриум»:

— Искусственный интеллект может стать драйвером развития цивилизации. Но данная технология обладает и разрушительным потенциалом. Так, если супер-ИИ попадет к экстремистам, это поставит человечество под угрозу. То есть технология должна быть столь же охраняемой, как Большой адронный коллайдер. К тому же разработки следует вести с учетом этических норм, а не лишь неконтролируемой жажды прогресса. Но ИИ, на мой взгляд, не опаснее смартфона. При этом он может приносить значительную пользу в разных сферах. В частности, в строительстве ИИ позволит повысить эффективность использования материалов, устойчивость конструкций, энергоэффективность и многое другое.

Юрий Швец, доцент Финансового университета при Правительстве РФ:

— ИИ, созданный помогать человеку в работе, может навредить человеку в некоторых жизненных ситуациях. Ситуация первая, карьерная. Существует навязчивый нарратив, что ИИ позволит уволить большое количество дизайнеров, копирайтеров, даже юристов. Но для получения нормального ответа от ИИ задание ему должен дать только профессионал. И для внедрения ответа ИИ тоже необходим профессионал. Неужели можно предположить, что в современных корпорациях появится специальность «оператор ИИ»? Это маловероятно. Поэтому работу ИИ нужно изучать, а не тратить энергию на боязнь. Ситуация вторая, образовательная. Дети используют ИИ при написании контрольных работ и рефератов. Иногда просто выдают работу ИИ за свою. В этой ситуации как раз стоит испугаться. В данном случае ребенок теряет навыки обучаемости. Утрата этого навыка снижает конкурентоспособность при поиске хорошего университета и работы.