Исторический факультет: первые десятилетия (продолжение)

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 34 (249). История. Вып. 48. С. 125-132.

К 35-летию ЧелГУ

П. Ф. Назыров

ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ ЧЕЛГУ:

ПЕРВЫЕ ДЕСЯТИЛЕТИЯ

Terra histórica. Первые шаги по организации новой специальности были весьма успешными, что позволило поставить вопрос о создании самостоятельного факультета. 4 июня 1979 г. министром высшего и среднего образования СССР был подписан приказ № 269 о разделении истфила ЧелГУ на два факультета - филологический и исторический. Реальное разделение происходило в 1979-1981 гг., в течение которых обязанности декана ист-фила исполнял кандидат исторических наук, доцент Н. Б. Цибульский (декан истфила с мая 1978 г.). Он же стал и первым деканом исторического факультета. К тому времени Николай Борисович имел значительный опыт работы в высшей школе - 14 лет, в том числе

5 лет в ЧелГУ, где он работал с момента открытия университета.

«Я его знал очень хорошо, - рассказывает один из первых преподавателей-историков, секретарь парткома университета в 19761981 гг., Георгий Васильевич Форстман. Он работал у меня на кафедре в ЧИМЭСХ с 1967 г. Вскоре после открытия университета мы встретились с Николаем Борисовичем, и я пригласил его в университет. Сходили к Голикову Александру Арсентьевичу, поговорили. Так Николай Борисович оказался на факультете.

Первые годы он был заместителем декана историко-филологического факультета, показал себя достаточно серьезным организатором, руководителем газеты «Челябинский университет». Отделы в газете курировали студенты, вопросы решались в свободном обсуждении за чашкой чая.

[Как для декана], для него было характерно очень бережное отношение к имени факультета. Он умел работать со студентами. Он умел их выслушать, убедить. Студенты его поддерживали и даже, пожалуй, любили. Победил на выборах декана факультета [в 1988 г. - П. Н.] он голосами студентов»2.

Это умение работать с людьми сложилось ещё в бытность Николая Борисовича первым редактором университетской газеты.

Так, когда некоторые из студкоров увлеклись дельтапланеризмом, он совершил несколько «прыжков» с дельтапланом. «Приземление после двенадцатого [прыжка] было для меня удачным: дельтаплан - в мелкие дребезги», -вспоминал позднее сам Н. Б. Цибульский, но удалось договориться, что «полёты полётами, но материал они два раза в месяц давать должны»3.

Негромкий голос, деловая и в то же время простая манера общения, ироничная улыбка, с которой он мог сделать какое-то замечание, отсутствие напыщенности, отличавшее его лекции по истории партии - именно таким он запомнился студентам. «Очень доброжелательный, спокойный, я ни разу не слышал, чтобы он кричал. Это для меня важный показатель, т. е. он умел решать вопросы, не повышая голоса, - вспоминает выпускник истфака, доктор исторических наук Игорь Владимирович Сибиряков4. «В тех условиях, я считаю, это был самый демократичный декан. Он никогда не обидел студента, делал до последнего все, чтобы его (студента) спасти, хотя требовал многое. Нас, рабфаковцев, он без конца гонял, он вызывал нас, говорил: “Нужен стройотряд, нужно поехать в колхоз, не осенью, а летом”. Вот базу мы построили. Если он мне сказал что-то сделать, то я без всякого разговора делал. Было определенное чувство уважения, долга, обязанности перед тем человеком, который нас воспитал» (выпускник истфака, доктор исторических наук Георгий Александрович Гончаров)5.

Начиная с 1979 г., состав формирующегося факультета пополнила большая группа преподавателей, представлявших различные вузы уральского региона и страны: В. С. Антипов (Псковский университет), Н. И. Бармина, Н. Н. Алеврас, В. С. Постников (УрГУ), М. Д. Машин, Т. Ф. Аносова, В. Т. Романов (ЧГПИ), выпускники Иркутского госунивер-ситета Т. А. Андреева и В. В. Грудзинский, представители Саратовского университета Я. А. Эльфонд и И. Я. Эльфонд. Всем им -как состоявшимся учёным и педагогам, так и

начинающим свою карьеру преподавателям

- факультет предоставлял возможности для реализации творческих планов. Вместе с тем пришедшие, большинство из которых были яркими, неординарными людьми, принесли с собой разный опыт, разное понимание университетской жизни, что создавало весьма непростые отношения на факультете.

В 1980-е гг. на факультете действовали три основные кафедры - истории партии (выделена из состава кафедры марксизма-ленинизма в сентябре 1978 г.), всеобщей истории и истории СССР (организованы в августе 1980 г.)6. Кафедра всеобщей истории (первый заведующий кандидат философских наук, доцент В. С. Антипов, затем кандидат исторических наук, доцент Г. Б. Зданович) объединяла специалистов по археологии, древней и зарубежной истории. В 1980-е гг. отличалась определённым свободомыслием и неформальными отношениями со студентами, для многих из которых выбор специализации был не только выбором научного направления. Кафедра истории СССР (первый заведующий доктор исторических наук, профессор М. Д. Машин, затем кандидат педагогических наук, доцент Т. Ф. Аносова) обеспечивала специализацию студентов по отечественной истории и отличалась систематичностью научной и учебной работы. Кафедра истории партии (заведующий - доктор исторических наук, профессор

А. И. Секерин), являясь межфакультетской, активно работала на историческом факультете, а для студентов, специализировавшихся на ней, открывались возможности не только для научной, но и общественной (партийно-комсомольской) карьеры. Ведущие преподаватели кафедры - А. И. Секерин и особенно доктор исторических наук, профессор Я. А. Эльфонд - уделяли значительное внимание научной работе студентов, которые неоднократно становились призёрами и победителями республиканских и всесоюзных научных конкурсов.

«С Эльфондами мы также жили в одном доме. Это были очень интересные люди, -рассказывает Светлана Яковлевна Зданович. На факультет мы пришли одновременно. Ирина Яковлевна и я были кураторами двух параллельных конкурирующих групп. Общались с ней на работе, дома. Яков Андреевич был заведующим кафедрой истории КПСС, поэтому мы ним встречались на общих мероприятиях, на факультетских собраниях, а так-

же дома. Ирина Яковлевна вела базовый курс (историю средних веков), спецкурсы. Она была очень целеустремленная, безусловно эрудированная. Студентов она просто засыпала информацией, и с её лекций они выходили ошарашенные. У нее был такой стиль: она цитировала кучу иностранных источников на всех языках, на каких только можно было... Эта пара, отец и дочь, много значили для престижа и уровня университета.

Кафедрой всеобщей истории руководил Антипов. Это свободолюбивый человек, не принимавший различных рамок. Он не был партийным. Благодаря И. Я. Эльфонд и

В. С. Антипову, интерес к кафедре всеобщей истории был несомненно выше, чем к другим кафедрам и специальностям на факультете. Третьей колоритной фигурой был, конечно, Юрий Сергеевич Кирьяков, заместитель декана»7.

«[Я. А.] Эльфонд, когда появился, такую кипучую работу провел по поводу кружков своих, - вспоминает Владимир Стейгоно-вич Боже. Он был довольно плотненький, с длинным носом, лысый и энергичный очень, нас сразу потащил в архивы, в библиотеки. Эльфонд привлек с точки зрения методики, того, как он это делал.

У меня курсовая была по трудовым армиям. И когда я пришел к нему в первый раз и сказал: “Яков Андреевич, так и так, хочу такую-то тему писать”, он ответил: “Да ты что!? Ты знаешь, кто во главе I Трудовой армии стоял?” Я говорю: “Знаю”. А во главе I Трудовой армии стоял Троцкий... Он говорит: “И как ты будешь писать про эту трудовую армию? Ты обрати внимание, что даже в энциклопедии нет такой статьи - “Троцкий”, там есть только статья “троцкизм”, то есть как ты будешь показывать эту трудовую армию?” Я говорю: “Ну, две же кандидатские защитили по этому поводу. Они же как-то там показывали это дело”. Он говорит: “Ну, хорошо, я подумаю”.

А я обнаружил массив материала, который я мог использовать в то время, с архивами было сложно еще, но в нашей публичке был журнал I Трудовой армии “Серп и молот”, где была куча всякой информации и статистика. И вот, он ходил-ходил и спустя неделю говорит: “Ладно, я беру эту тему, давай пиши”»8.

«Нашими преподавателями были очень хорошие люди, хотя в то время мы их всех по-разному оценивали... Я бы выделил Юрия

Сергеевича Кирьякова. Не хватало специалистов, для исторического факультета Кирьяков вел все подряд. Он вел Азию с Африкой, он вел Древний мир, Восток, он вел античность. Я прекрасно помню многое из того, что он нам преподавал. И самое трагикомическое состояло в том, что он учился вместе с нами всему этому. Проще сказать, ночью сидел за монографиями, а утром приходил с такими глазами стальными. Это были совершенно другие отношения. Мы прекрасно понимали, что это очень большая нагрузка на человека. А почему трагикомическое, потому что никто не видел в этом трагедии, как бы все было нормально, хотя, в общем, все это отнимало у человека силы, здоровье, все прочее.

Я вспоминаю Владимира Сергевича Антипова. Это совершенно другая фигура, по-своему тоже уникальная. Он захватил своим отношением к истории, своим отношением к жизни вообще. Его как бы и любили, и не любили, но он был фактором этого факультета. Он мог зайти на лекцию, хлопнуть дверью и сказать так: “Грязная собака! Грязная собака аббат Сиес сидел на воротах Французской республики... А! Запишите тему...”. Антипов был человеком, который также сконструировал эту демократическую модель взаимоотношений на факультете, по-своему, но достаточно определенно. Он допускал фронду, очень доброжелательно относился к девчонкам на экзаменах, никогда не припоминал им всяких мелочей, которыми богата студенческая жизнь: куда-то сбежали, когда-то не пришли, когда-то не сдали» (Б. И. Ровный)9.

«Тогда было обязательное правило: начинать нужно с максимально раннего периода и каждый год чередовать темы, - вспоминает выпускник факультета, доктор исторических наук Игорь Владимирович Нарский. Год -российская история, год - всеобщая история. Если начинаешь со всеобщей, то на II курсе обязательно проходишь через российскую. У Ирины Яковлевны Эльфонд я писал по средневековью. Потом я “прошел” через Гражданскую войну у Михаила Дмитриевича [Машина]. На III курсе была специализация... Таисия Анатольевна Андреева, один из сильных преподавателей, самых систематично преподающих людей, предложила мне русский либерализм, партию конституционнодемократическую. И так это пошло. V курс, уже был март, я сам поехал в Москву, тогда поездка в Москву стоила треть студенческой

стипендии, на самолете 17 рублей, при 45 рублях повышенной стипендии. Поехал на пару месяцев туда, засел в библиотеку. Зашел в Институт истории СССР Академии Наук, нашел человека, тогда еще относительно молодого, который писал по кадетам, - Валентин Валентинович Шелохаев, он сейчас достаточно известный ученый, и ему понравилась моя работа. Тут преемственность несомненная была с научной работой на факультете, она была совсем не слабенькой, это были не игрушечные вещи. Можно было и серьезно здесь заниматься. Всё-таки высшее образование -это самообразование в большей степени.

С Антиповым Владимиром Сергеевичем было очень интересно, неординарный человек. Такой внешне совершенно неаккуратный, какой-то несколько несуразный, вечно взлохмаченный, в каких-то мятых брюках, но очень дисциплинированный в том, что касалось учебного процесса, то есть он после себя никого не пускал на лекцию, никого. Он мог идти по коридору уже после звонка, но обычно он заходил со звонком ровно, и за ним мог бежать какой-то опоздавший студент, значит, тогда Антипов ускорял свой ход, открывал дверь: “Поздно!” и захлопывал ее за собой. Лекции были очень интересные, он читал без бумажек всегда. Кажется, карточки какие-то у него были, но вообще лекции у него слушались на одном дыхании, выглядели как некий такой литературный текст, очень живой. Он имитировал своих героев, у него была масса образов художественных, запоминавшихся.

Философ у нас был замечательный совершенно, В. А. Сидоркин. Он у нас читал историю философии и “кусок” самой философии читал. Обаятельный философ, соответствующий в значительной мере стереотипным представлениям, то есть рассеянный такой, во время лекций смотрел куда-то не на аудиторию, но читал очень интересно. О нем рассказывали всякие легенды. Скажем, его как-то встретили на остановке перед лекциями, вышел только из дома. И Сидоркин стоял с чайником. То есть он по ошибке, вместо портфеля взял с собой чайник. А с другой стороны, он был необычным преподавателем в том плане, что у него был кружок по большому теннису, то есть он со студентами встречался. Он такой был кругленький, но вполне спортивный, легкий и, говорят, совершенно замечательный спортсмен. Ну и эрудит, безусловно.

Михаил Дмитриевич Машин - фигура в значительной степени теперь мифологизированная, один из столпов движения за возрождение истории казачества. Он был в этом отношении первой фигурой на Урале, безусловно, что было непросто в те годы. Он читал лекции таким сочным языком, русским, с массой всяких прибауток, в лицах описывал, как молодая крестьянка отправляется на рынок в город и там прямо диалоги какие-то по ходу сочинял. А сами лекции, они были простые, наполненные всякими слухами, мнениями очевидцев или современников советской истории. Это было живо... Какой-то дух, дух эпохи прощупывался, вот когда он читал советскую историю, ощущения современников того, что происходило»10.

Вместе с тем, по мере развития факультета, происходило усложнение отношений в преподавательском коллективе, постепенно формировалась и дистанция между преподавателями и студентами. «Полным профессором тогда был Яков Андреевич Эльфонд. Вот и его статус всегда был совершенно особый,

- отмечает И. В. Сибиряков. Даже мы, члены кружка, которые работали с ним очень много вне учебного процесса, мы всегда знали жесткую дистанцию. Что нельзя было звонить после определенного времени домой, что нельзя в какие-то дни подходить с какими-то вопросами.

То, что были яркие звезды, это безусловно. Если брать уровень профессионализма, то на первом месте Яков Андреевич Эльфонд. Он читал курс по истории КПСС. Но привлекал-то он не этим. У него, пожалуй, лучше других была поставлена работа с источниками. Т. к. источники были доступны, в отличие, скажем, от Античности и Средневековья, он ставил именно анализ источников. И для людей, которые пришли со школьной скамьи, это было неожиданно, т. е. никто не воспринимал газету как ценнейший исторический источник, из которого можно получить огромный объем информации. Если говорить о человеческих качествах, то здесь Надежда Игоревна Бармина. То есть вот большего уважения к студентам, какой-то такой открытости и одновременно не панибратства я, честно говоря, не встречал. Хотя она не была даже кандидатом наук, но она была просто замечательным человеком, и вот эти человеческие качества перекрывали отсутствие регалий. С ней было просто очень хорошо общаться не только на

семинарах, но и вне. Юрий Сергеевич Кирья-ков. На мой взгляд, воплощение интеллигентности в высшем смысле этого слова. Человек в равном смысле относящийся ко всем и никогда не кичившийся какими-либо особыми заслугами, общение с ним доставляло огромное удовольствие.

Ирина Яковлевна Эльфонд - средние века

- это профессионализм, возведенный в культ. Когда человек знает практически все о своем предмете и очень болезненно воспринимает, когда другие почему-то этого не знают. Потом придет Таисия Анатольевна Андреева, очень жесткий преподаватель. Когда это на первом курсе - это одно, а она пришла к нам на третьем. И вот наша вольница, она вздрогнула. Теперь я понимаю, только так и можно было быть. Если есть желание получить результаты, руководитель должен сочетать несочетаемое: мягкость и жесткость, товарищеское отношение и, вместе с тем, требовательность. Наверное, коллективный портрет преподавателей того времени был именно таким: удивительное сочетание разных ком-понентов»11.

Как отмечает другой выпускник факультета, доктор исторических наук Андрей Аркадьевич Пасс, «некоторые преподаватели шли на неформальные контакты, некоторым это было не нужно, тут все зависело от индивидуальных предпочтений, склонностей, симпатий. У меня с моим научным руководителем Барминой Надеждой Игоревной установились достаточно теплые отношения, мы участвовали в совместных поездках, путешествиях. В частности, Надежда Игоревна организовала археологическую экспедицию в Херсонес в 1981 году и договорилась, чтобы нашу группу энтузиастов приняли, там были студенты с разных курсов. Мы поехали и провели совершенно незабываемые две недели.

Нас всех поразило, что Надежда Игоревна, [которая] преподавала древний мир, устроила экзамен, запретив какие-либо записи - приходишь, берёшь билет, садишься за стол, и начинаешь думать, о чем говорить, причем на эту подготовку отводилось всего двадцать минут. Вот такие экстремальные были условия сдачи. Никакого справочника, никакой записи, ничего буквально: один на один сам с собой. И результаты были потрясающие, даже студенты, которые не отличались особой успеваемостью в течении семестра, они, зная, что планка требований будет макси-

мально высокой по данному предмету, готовились и получали хорошие оценки.

Лекции были уникальными, потому что наряду с фактическим материалом включали в себя такие различные эссе, размышления, обязательно какие-то интересные выводы, необычную точку зрения. Она великолепно владела материалом, всеми первоисточниками и комплексом научно исследовательской литературы по этой проблематике. Могла сымпровизировать очень интересно на лекции. При всем при том её занятия были четко структурированы, она всегда придерживалась определенного плана. Всегда заставляла конспектировать лекции. У нас конспект лекции занимал до 10 страниц, она так умела подать, что все казалось значимым, важным. Если речь шла о каком-то политическим деятеле или военачальнике, то обязательно давался психологический портрет этого человека, характеризовались его связи с другими людьми, близким, друзьями, т. е. она обрисовывала личность, его слабые и сильные стороны - и все это давало, конечно, неотразимые впечатления. Тем более, что Древний Мир читался на первом курсе, когда совсем еще ничего не знаешь. Она многих заставила учиться, потому что у нас на потоке были люди не только пришедшие со школьной скамьи, но и рабфаковцы, люди с рабочего факультета, приходили люди, отслужившие в армии, которым уже было далеко за 20, были и студенты, переступившие 30-летний рубеж»12.

Многие преподаватели и студенты старших курсов были задействованы в партийных и профсоюзных структурах, занимались, наряду с научной и учебной, также и «общественной», агитационно-пропагандистской работой, например, выезжали с лекциями по линии общества «Знание» на предприятия города и области. Постепенно, наряду с известностью, факультет обретал собственное лицо, свои традиции учебной и общественной жизни.

Такими традициями стали праздники - 1 декабря (начало занятий на рабфаке, отмечался как День рабфака), День Парижской Коммуны (18 марта, отмечался как день факультета), Первоапрельская юморина. Уже в ноябре

1976 г. состоялся первый праздничный вечер КВН, в котором команда истфила «Витанги» соревновалась с командой физмата «Звездочёты» (победила команда физмата). Весной

1977 г. была организована Юморина.

«На рабфаке первое такое общефакультетское дело было - это “Юморина” 1 апреля

1977 г., - вспоминают выпускники факультета, челябинский историк-краевед Владимир Стейгонович Боже и доктор исторических наук Татьяна Александровна Чумаченко. Она была чем хороша - изначально был заложен сюжет - сказка о Красной шапочке и Сером Волке. Это должно было быть исполнено в разных жанрах. То есть опера, балет или детектив. [Первый курс] делал номер на тему “Семнадцати мгновений весны” (бункер бабушки). Мы, рабфак, участвовали отдельно. Нам попался вестерн»13.

Ежегодно, начиная с 1976-1977 учебного года, на факультете проводились Дни иностранных языков. Преподавание языков на факультете было поставлено очень серьёзно, прежде всего благодаря специалистам-«иностранцам»: Л. В. Чурсиной, Г. А. Аристовой, Н. М. Сидоровой, Н. И. Шелховской и др. Л. В. Чурсина входила в состав первого совета истфила, а Г. А. Аристова являлась даже куратором одной из групп. «Самый отличный у нас преподаватель, по-моему, была Галина Андреевна Аристова, она вела у нас английский язык. Вот, когда вижу ее на улице, у нее такая шикарная английская улыбка, я, действительно, очень тепло про нее вспоминаю, и свою честно заработанную четверку за английский тоже вспоминаю всегда» (выпускник факультета Эдуард Равильевич Киреев)14.

Студенты факультета неоднократно побеждали и становились лауреатами вузовских, городских, областных и республиканских состязаниях и олимпиадах (А. Кокин, Е. Фёдорова и Е. Хайруллина, В. Красусский, И. Нарский и др.), защищали дипломы на иностранном языке, многие после окончания университета преподавали язык в средних и даже высших учебных заведениях. Особенно выделялись «Немецкие вечера», организуемые под руководством преподавателя кафедры иностранных языков Л. В. Чурсиной (обычно приуроченные к Рождественским праздникам - последней неделе декабря). Самое активное участие в подготовке культурной программы вечеров принимали студенты исторического факультета 1-4 курсов, в т. ч. Н. Вашкау, В. Антонов, И. Нарский, И. Шорохов, Т. Махрова, В. Миске, Н. Хазеева, Н. Шпаковская, О. Никонова, И. Гехт и др. «Это была затея, вообще, Людмилы Васи-

льевны Чурсиной, которая всегда не только замечательно преподавала, но и была энтузиастом рождественских вечеров, вечеров иностранного языка. И эти немецкие вечера были довольно любопытные, то есть они были в классической форме, [в отличие от вечеров] английского языка. И там английская речь перемешивалась с русской - это была вторая юморина, только с иной тематикой. А Людмила Васильевна требовала, чтоб непременно было все на немецком языке, и потому, чтобы публика не скучала, нужно было и на языке сделать так, чтобы людям, не понимающим текста, было интересно и весело. Приходилось выдумывать всякие такие вещи. Ведущий, “профессор Винклер”, который заводил публику. Естественно, приходилось выдумывать массу музыкальных номеров для того, чтобы не скучала аудитория. Из года в год что-нибудь менялось. Было весело, было интересно. Это длительная подготовка, 5-6 месяцев проходило такого ожидания, подготовки. Потом столько разговоров об этом ходило» (И. В. Нарский)15.

Характерной чертой первых лет жизни факультета были культурные вечера в общежитии, которые проводили преподаватели А. А. Бухарин («встречи с историками»), И. Я. Эльфонд («музыкальная гостиная») и др. Наряду с посвящением в студенты, проводились и посвящения в преподаватели -первое такое посвящение прошло 4 ноября

1978 г.

С первых дней деятельности университета действовал факультет общественных профессий (ФОП), которым руководила И. Д. Храпова. Первоначально работали 3 отделения: хореографическое, театрально-режиссерское, спортивно-тренерское. Историки принимали активное участие в деятельности всех отделений и кружков, особенно театральной студии, хора, агиттеатра «Софит» и др.

«Студенты обязаны были в течение 2 лет обучаться на этом факультете, - вспоминает Игорь Владимирович Нарский. Понятно, всегда были разные студенты, в том числе и хитрые, которые, в результате, нигде не были, но где-нибудь значились. А на самом деле там можно было многому научиться. У меня были большие проблемы со связками, я говорил тихо и всегда боялся большой аудитории. И для того, чтобы немного укрепить диафрагму, голос поставить, я пошел в ансамбль патриотической песни. Причем это был хоро-

ший ансамбль, с продвинутым руководителем. Юрий Гальперин руководил этим делом. Теперь он живет в Париже и возглавляет там союз русских композиторов. Там были разные песни: джаз, песни Петрова и Евтушенко, революционный фольклор. И в результате мы там вместо 2 лет пробыли 3 или 4, то есть там было хорошо. Параллельно мы ходили на бальные танцы. Свободное время не было достаточно структурировано и тоже проходило либо в университете, либо вокруг университета каким-то образом»15.

«У нас был студенческий театр, которым руководил великолепный режиссер, человек, очень богатая личность - Николай Петрович Шилов, декан института культуры. Он создал уникальный коллектив - агиттеатр, где мы по собственным сценариям готовили представления на злободневные темы, выступали на студенческих сценах, на фестивалях “Весна Студенческая”, уезжали на всесоюзные фестивали, были в Екатеринбурге, были в Перми со своими программами. В частности, именно тогда мы в первый раз мы соревновались с ребятами, которые составили костяк Уральской Команды КВН из Екатеринбурга. Мы, правда, уступили в мастерстве, они первое место получили, Гран-при фестиваля 1983 г., посвященное Дню Юмора, а мы заняли второе место со своей программой. Конечно, такие поездки, такая творческая атмосфера сближала, сплачивала, она придавала жизни интерес. С театром связаны все мои самые светлые воспоминания, все пять лет я участвовал в нем, наши выступления были очень популярны» (А. А. Пасс)16. «Мы считались до V курса, рабфаковцы, костяком группы,

- вспоминает другой участник коллектива, выпускник фаультета Владимир Викторович Имряков. Я не мог себе представить, что возможное такое - мы сидели и ночи напролет спорили о Пушкине, о поэме “Евгений Онегин”, чуть не до драки! Мы, самостоятельные взрослые люди, в большом городе. Когда приехали и стали студентами, наступил ритм жизни другой - все активность свою проявляют, надо себя показать. Все сразу записывались во всевозможные секции, я лично записался в волейбол, затем в баскетбол, духовой оркестр и агитбригаду - это все кроме учебы! Даже у нас в общежитии в подвале мы сидели и мне доверили самую огромную трубу. Но, в конце концов, я остался только в агитбригаде

- так тогда назывался Агиттеатр “Софит”, мы

даже ездили в Москву, выступали на ВДНХ и были дипломантами всесоюзного конкурса всех агиттеатров. Нас всех знали в лицо, мы постоянно выступали по городу, и в универ-ситете»17.

13 декабря 1985 г. на факультете, впервые в университете, состоялась викторина «Что? Где? Когда?», организованная советом СНО (А. Степанов, А. Богатенков). В подготовке викторины участвовали преподаватели И. Я. Эльфонд, Т. А. Андреева, студенты Р. Ермикеева, И. Шорохов, М. Миронова, а ведущим являлся И. Шестаков. Все 4 команды ответили на 3 из 5 вопросов, и главный приз викторины - сова - не достался никому.

В 1984-1986 гг. силами студентов выпускалась стенная газета «Историк», редакторами которой были И. Нарский, Е. Волков, А. Конюченко. Выход отдельных номеров, отличавшихся критической направленностью, становился событием тех лет, а сама газета на конкурсе стенных газет в январе 1986 г. вместе с другим изданием - «Универсум» - получила 2-е место.

«Общественная жизнь проходила достаточно сложно. То есть понятно, что факультет готовил не столько профессиональных историков или преподавателей, факультет, как и все исторические факультеты тогда, готовил идеологов. Поэтому - море всякой комсомольской работы, профсоюзной. Наши студенты доходили там до общеуниверситетского уровня по профсоюзной, комсомольской работе, по партийной работе. Все было серьезно. Но этому существовала альтернатива, то есть позднее советское общество не было, конечно, безальтернативным. Были юморины первоапрельские, которые были, пожалуй, интереснее, чем сейчас, поскольку приходилось ходить по лезвию ножа, и там было неизвестно, чем это закончится. Иначе выглядела, чего сейчас нет, стенная печать. Я, в частности, редактировал [газету] в течение 3 лет. Там были разные материалы. Уже на 5 курсе мы делали выпускную для себя под Новый год газету, которая висела на 2 этаже, полностью окутывая рекреацию - вот ту, на 2 этаже, то есть вся стена с прорезями для дверей только. Со всеми фотографиями за 5 лет, с очень едкими замечаниями в адрес преподавателей. В общем, закончилось это тем, что приехала ректорская машина, газета на третий день куда-то исчезла. О ней было больше слухов, чем ее видели» (И. В. Нарский)18.

Студенты факультета приняли участие и в стройотрядовском движении. Уже в 1977 г. по разнарядке Челябинского областного штаба комитет ВЛКСМ сформировал один отряд из 70 человек. Бойцы студенческого отряда трудились в тресте «Челябтяжстрой», на строительстве цеха холодной прокатки ЧЭМКа, на строительстве школы № 78, ремонте и строительстве корпусов нового университета. В 1980-1981 гг. был организован студенческий строительный отряд «Легенда», одним из объектов деятельности которого была «Башня Тамерлана» (мавзолей Кесене) в Варненском районе Челябинской области. Силами строительных отрядов из студентов и рабфаковцев возводилась и университетская база «Парус». При факультете существовал отряд добровольной народной дружины (первый командир - А. Кузнецов, комиссар

- А. Обухов).

«Мы в университете оказались в 1981 г., поступив на рабфак, тогда для большинства это была единственная возможность оказаться среди студентов университета, учитывая проходной балл - 23,5; практически это было невозможно - человеку с улицы попасть. Я благодарен Богу за то, что выпало учиться с теми ребятами, с которыми я учился, - вспоминает выпускник факультета, доктор исторических наук, Андрей Иванович Конючен-ко. Просто люди все были такие - кто с рабочим стажем, кто с армейским стажем. На четыре месяца нас отправили на строительство базы университетской; за эти четыре месяца мы друг с другом и перессорились, и переругались, и оплавились в единое. Потом администрация факультета пошла на эксперимент, влив весь рабфак в одну группу, чего раньше не делали. Этот коллектив и просуществовал все последующие пять лет. Мне бы не хотелось учиться даже на год раньше, на год позже, потому что тогда я бы попал совсем в другую компанию. Мы до сих пор встречаемся - 1 декабря, день рабфака -на протяжении 19 лет, традиция уже стойкая, выдерживается...»19.

Важное место на факультете уделялось развитию физической культуры и спорта, в чём заслуга как руководителей факультета, так и сотрудников кафедры физвоспитания ЧелГУ (В. Н. Севастьянов, М. Н. Ахметзянов, А. М. Вахитов, А. П. Якуньков и др.). Студенты и преподаватели истфака неоднократно побеждали на университетских со-

ревнованиях, а сам факультет является одним из наиболее «спортивных». В разные годы блистали команды факультета по гандболу, стрельбе из лука, волейболу, баскетболу, футболу. Студенты истфака (А. Обухов, А. Ско-риков, Е. Леонидов, Ш. Мансуров, С. Жуков, А. Маевский) под руководством преподавателя кафедры физвоспитания А. П. Якунько-ва принимали активное участие в организации и деятельности известного в 1980-е гг. атлетического клуба при ЧелГУ «Олимп», а студент В. Михайлов являлся общественным тренером клуба. Историки побеждали в баскетбольном первенстве на Кубок Первокурсника, занимали призовые места на соревнованиях по зимним видам спорта и в традиционной университетской легкоатлетической эстафете, входили в состав сборных университета, успешно выступавших на вузовских, региональных и республиканских соревнованиях.

Примечания

1 Начало смотри: Вестник Челябинского государственного университета. 2011. N° 23 (238). История. Вып. 47. С. 59-65.

2 Интервью с Г. В. Форстманом, 2006 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

3 Челяб. ун-т. 1984. № 300. 31 мая.

4 Интервью с И. В. Сибиряковым, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

5 Интервью с Г. А. Гончаровым, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

6 Кафедра истории партии была выделена из состава кафедры марксизма-ленинизма в со-

ответствии с приказом ректора ЧелГУ № 52-1 от 9 сентября 1978 г., на основании приказа Минвуза РСФСР № 275 от 21 июня 1978 г. Кафедры всеобщей истории и истории СССР были организованы с 20 августа 1980 г. в соответствии с приказом ректора ЧелГУ № 84-1 от 24 июня 1980 г., во исполнение приказа Минвуза РСФСР № 308 от 2 июня 1980 г.

7 Интервью с С. Я. Зданович, ноябрь 1999 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

8 Интервью с В. С. Боже и Т. А. Чумаченко, 1999 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

9 Интервью с Б. И. Ровным, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

10 Интервью с И. В. Нарским, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

11 Интервью с И. В. Сибиряковым, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

12 Интервью с А. А. Пассом, 2001 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

13 Интервью с В. С. Боже и Т. А. Чумаченко, 1999 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

14 Интервью с Э. Р. Киреевым и Д. А. Кирюшкиным, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

15 Интервью с И. В. Нарским, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

16 Интервью с А. А. Пассом, 2001 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

17 Интервью с В. В. Имряковым, 2001 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

18 Интервью с И. В. Нарским, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

19 Интервью с А. И. Конюченко, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.