Нелегкая львиная доля

рассказывает Лиза Биргер

В одном из параллельных миров есть волшебная страна Нарния. Ее создал своей песнью чудесный лев Аслан, ее населяют говорящие звери и волшебные существа — нимфы, дриады, кентавры и фавны. Правят Нарнией люди, пришедшие из нашего мира, ее первыми королем и королевой были лондонский кэбмен с супругой. В Нарнии живет и зло — когда оно берет верх и начинаются всякие безобразия, то лев Аслан, живущий где-то за морем, и какие-нибудь оказавшиеся в этот момент в волшебной стране дети должны все исправить. История Нарнии описана в семи книгах — от создания и до конца, экранизация второй из них сейчас выходит на мировые экраны.

Нарнию придумал профессор-богослов Клайв Стейплз Льюис — в 30-50-х годах XX века он входил в Оксфорде в литературную группу "Инклингов" вместе с Дж. Р. Р. Толкиеном и Чарльзом Уильямсом. Во время литературных вечеров члены группы читали и обсуждали собственные произведения. Здесь были впервые прочитаны "Властелин колец" Толкиена и "Хроники Нарнии" Льюиса. Две эти книги создавались практически одновременно — в 50-х годах прошлого века. Они с одинаковым опозданием пришли в Россию — переводы стали выходить в конце 80-х годов. Одновременно две великие детские саги ХХ века превратились и в голливудский продукт: вторую часть "Нарнии" снимали на тех же холмах Новой Зеландии, где до того Питер Джексон делал "Властелина колец".

Сколько Джексону ни говорили, что ему не удастся вместить в несколько часов экранного времени всю глубину многостраничного романа Толкиена, в итоге оказалось, что экранные задачи минимальны: были бы битвы покрасочней, Лив Тайлер и Кейт Бланшетт в роли эльфов и достаточно длинная и белая борода у Гендальфа--Маккеллена. Режиссер Эндрю Адамсон, взявшийся за первую часть "Нарнии" ("Лев, Колдунья и платяной шкаф") после того, как закончил трех "Шреков", пошел по тому же пути: растянул батальную сцену со страницы на несколько минут, взял на роль злой Белой Колдуньи великую Тильду Суинтон и особо не заморачивался. В итоге получилось такое милое и невинное кино, что даже поклонники Льюиса не решились к нему придраться. Дело оказалось не только в том, как режиссер поступил с христианскими коннотациями, ключевыми для романа Льюиса, но и в том, что в общей экранной суете эти коннотации никому особо и не были нужны.

С "Принцем Каспианом", казалось бы, та же история — здесь, правда, нет места для Тильды Суинтон, зато есть батальная сцена, и еще какая — битва, которая и в книжке занимает достаточно места, логичным образом превращается в центральное событие фильма: в съемках участвовало несколько сотен человек. Пришлось присочинить персонажей — в фильме фигурируют женщина-кентавр, дети-кентавры и восьмидесятилетний фавн — и превратить маленького мальчика Каспиана в двадцатилетнего юношу. И это при том, что и в книге есть пространство для маневра: по сюжету четверо детей из первой части возвращаются в Нарнию, в которой за это время прошло несколько столетий и даже тысячелетий, чтобы собрать войско и отвоевать страну у плохого короля Мираза для хорошего принца Каспиана, а живущие в подполье говорящие зверюшки им помогают. Но проблема даже не в изменении сюжета, а в том, что в этой части саги игнорирование христианских коннотаций оказалось гораздо более ощутимым.

Сам Льюис говорил, что не собирался превращать свои книги в богословские трактаты и что христианство не играет там такой уж важной роли: при желании сказку можно читать просто как сказку. Но, читая его книги, невозможно не испытывать, даже не будучи христианином, чувство необыкновенной радости. Тут описание праздника по поводу победы занимает больше страниц, чем описание битвы. И чем дальше, тем больше в этом мире Аслана-бога: великого, всепрощающего, радостного и при этом требовательного. Создателям же фильма приходится этого бога, а значит, и эту радость неуклонно вымарывать, чтобы превратить трактат в экшн. Не то чтобы это невозможно — ведь удаются же каналу ВВС бесконечные мультфильмы по Библии. Но если лев просто лев, то и экшн просто экшн.

В кинотеатрах с 16 мая