2013. 04. 024. Киселев А. А. Рождение империи. Британское государство и колониализм в ХVII–ХVIII вв. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2012. – 332 с

СТРАНЫ ЕВРОПЫ

2013.04.024. КИСЕЛЕВ А.А. РОЖДЕНИЕ ИМПЕРИИ. БРИТАНСКОЕ ГОСУДАРСТВО И КОЛОНИАЛИЗМ В ХУП-ХУШ вв. -Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2012. - 332 с.

Ключевые слова: Британская империя; XVII-XVIII вв.; административная система; становление Британской империи; колониализм.

Монография А. А. Киселёва (Волгоградский университет) посвящена одной из малоизученных проблем отечественного англо-ведения - становлению административной системы Британской империи в ХУП-ХУШ вв. Источниковой базой исследования явились документы из Архива внешней политики Российской империи МИД РФ, а также материалы периодической печати, мемуары, записки, дневники. Работа состоит из введения, семи глав, заключения и списка источников и литературы.

Первая глава посвящена формированию английской колониальной системы в первой половине ХУ11 столетия. Автор отмечает, что тогда процесс колонизации протекал достаточно хаотично, к середине века английские колониальные владения имели самый различный статус. Преобладали собственнические колонии, которые были дарованы монархом своим придворным фаворитам или торговым компаниям. Королевские (Вирджиния, позже Нью-Йорк и Ямайка) оказались в значительном меньшинстве. На территории Новой Англии сформировались пуританские колонии, не подчинявшиеся короне.

В этот период в колониях сложилась определенная система управления: губернатор - колониальный совет - колониальная ассамблея. Несмотря на то что данная структура напоминала английскую политическую систему король - Тайный совет - парламент, отмечает автор, соотношение сил в колониальных администрациях было различным уже в первые годы существования колоний. В королевских колониях на раннем этапе губернатор имел почти всю полноту власти. Совет и ассамблея смогли окончательно добиться права законодательных функций только после Славной революции 1688 г. В собственнических колониях губернатор назначался лордами-собственниками, однако власть практически сразу же была

взята либо Советом, либо ассамблеей. В пуританских колониях Новой Англии, где население проживало в основном общинами, власть с самого начала принадлежала ассамблеям.

Автор ставит вопрос, можно ли говорить о существовании колониальной политики в эпоху Протектората Кромвеля, и отвечает на него отрицательно. В Англии еще не был создан специальный эффективный политический институт, отвечающий за контроль над торговыми и колониальными делами. Однако благодаря заключенному О. Кромвелем в 1651 г. Навигационному акту, были заложены основы торговой политики. Действие данного закона продлится до 1849 г., а его основные положения будут только уточняться и совершенствоваться (с. 57).

О колониальной политике как таковой, на взгляд автора, можно говорить именно в эпоху Реставрации Стюартов. В 16601688 гг. государством были проведены значительные реформы в этой сфере, выпущены Навигационные акты 1660, 1663 и 1673 гг., в 1671 г. создана новая таможня в метрополии, а затем колониальная таможня в американских колониях (1673) (с. 86). Одним из главных достижений стало создание государственной структуры исполнительной власти, призванной регулировать торговые и колониальные вопросы, сначала как ответвления Тайного совета (Совет по делам торговли и плантаций), а затем самостоятельной структуры, подчиненной королевскому государственному секретарю (Комитет по делам торговли и плантаций). В 1660-1680 гг. формируется такой институт как колониальная служба. Автор отмечает активное личное воздействие на процесс формирования данного института монархов Карла II и Якова II Стюартов, а также влиятельных английских политических деятелей эпохи Реставрации: лорда-канцлера Кларендона, лорда-казначея Дэнби, фаворитов Шефтсбери, Арлингтона, Сантерленда. Перечисленные лица стали акционерами, членами советов директоров, а в некоторых случаях и основателями торговых компаний. Торговая политика эпохи Реставрации, приходит к выводу автор, была попыткой создания идеальной меркантилистской системы, хотя в данную эпоху она не стала в большой степени эффективной. Меркантилистский идеал -превышение экспорта продуктов над импортом - не был достигнут.

Становлению центральной британской колониальной администрации в конце ХУП - первой половине ХУШ в. посвящена третья

глава. Последствием Славной революции 1688 г. стало появление к 1714 г. на международной арене могущественной Великобритании. Король Вильгельм III Оранский предпринимает попытки формирования централизованной Британской империи. В 1699 г. наряду с изданием Навигационного акта была создана Торговая палата. В силу своей военной занятости и вследствие недоверия к партийным ставленникам в должности государственных секретарей король делал ставку на создание профессиональных, квалифицированных администраций. Однако уже в тот период из-за партийных распрей и противостояния Вильгельма III и парламента эффективная работа Торговой палаты была невозможна. В эпоху правления королевы Анны Стюарт данный институт и вовсе превратился в совещательный орган. С конца ХУП столетия и до 1765 г. высшая власть над колониями принадлежала монарху, а не парламенту, который контролировал только финансовые вопросы. Однако, отмечает автор, документы свидетельствуют о том, что данное положение оставалось лишь теорией. Фактически только ассамблеи были истинными хозяевами колоний. «В то время как развивалась метрополия, парадоксом было то, что ее владения были предоставлены сами себе» (с. 124).

Автор отмечает наличие в этот период двух противоборствующих тенденций: одна стремилась к централизации и прямому подчинению колоний метрополии, другая выступала за относительную независимость колоний от центра и минимизацию имперской политики. Автор подчеркивает, что нельзя строго разделить приверженцев данных идей на классы, сословия, национальности или род занятий. Среди сторонников централизации были как чиновники Торговой палаты, так и члены колониальных администраций и колонисты. И представители перечисленных категорий населения империи выступали за ослабление имперской политики.

В четвертой главе рассматриваются колониальные лобби второй половины ХУП - первой половины ХУШ в. Автор констатирует, что к окончанию Семилетней войны (1756-1763) практически каждая развитая американская колония имела своих лоббистов в метрополии. Колониальный лоббизм обычно носил экономический характер (продвижение интересов той или иной торговой группы).

Поскольку лоббированием своих интересов занимались торговцы наиболее процветающих регионов, автор разделяет колони-

альные лобби по региональному признаку на три группы: ост-индские, вест-индские и североамериканские. Хотя Индию ХУП-ХУШ вв. нельзя еще было считать британской колонией, однако представители Ост-Индской компании уже тогда являлись серьезной силой в Лондоне. Структура колониальных лобби определялась следующий образом: колониальные агенты; британские торговцы, ведущие свои дела с колониями; депутаты парламента, имевшие собственные интересы в колониях; абсентисты (плантаторы, проживавшие в Англии, но получавшие доход от своих колониальных владений).

Ост-индские лобби сформировались в Лондоне в 1660 г., сразу же после воцарения Карла II. Автор отмечает, что во многом благодаря активной деятельности представителей этого лобби Ост-Индская компания получила большинство своих привилегий от Карла II и Якова II, поскольку деятельность компании прекрасно вписывалась в меркантилистскую систему вместе с Навигационными актами.

Представительство интересов североамериканских колоний появилось в Лондоне только после Славной революции. Поскольку основным товаром, поставляемым в Англию из Северной Америки, был табак (более 90% экспорта колоний), то торговые группы продвигали через своих агентов интересы именно табачных плантаторов Вирджинии, Мэриленда, Каролины и др. Однако в первой половине ХУП в. Франция, Голландия, германские государства и Швеция - основные покупатели английского табака - сами смогли наладить поставку и продажу этого продукта. В 1720-е годы наблюдается упадок «вирджинской» торговой группы, в 1730-е годы существенно снижается влияние «нью-йоркского», «массачусет-ского» и «южнокаролинского» лобби. К числу факторов, определивших падение североамериканских лобби, относятся и значительное усиление в 1730-х годах вест-индского лобби, а также ослабление в начале ХУШ в. ведущей роли Торговой палаты, через которую вели свои дела представители «североамериканских интересов». Автор выдвигает предположение, что, «если бы торговые группы из Вирджинии, Массачусета, Нью-Йорка и других североамериканских регионов имели политическое влияние в Лондоне в 1870-е годы, подобно вест-индскому лобби, то событий Американской революции могло и не быть» (с. 152). Автор отмечает, что са-

мыми влиятельными были вест-индские лобби, а самым известным случаем влияния представителей «вест-индского интереса» на политику в первой половине ХУШ в. стала англо-испанская война, известная как «война из-за уха Дженкинса» (1739-1748).

Характеризуя британский колониализм первой половины ХУШ в., автор указывает на то, что благоприятная экономическая конъюнктура привела к развитию американских колоний Британии, однако отсутствие контроля, коррупция, патронат сделали механизм управления империей абсолютно неэффективным. Фактически управляли колониями ассамблеи. В Вест-Индии процветала власть «сахарных баронов». Экономика империи основывалась по большей части на нелегальной торговле. Все эти факторы отчетливо проявились в годы Семилетней войны (1756-1763). Состояние Британской империи с точки зрения метрополии требовало реформ.

Пятая глава посвящена реформам колониальной системы и функционированию британской колониальной администрации во второй половине ХУШ в.

Автор отмечает, что начало перемен в имперской истории Британии часто связывают с именем «великого коммонера» У. Питта-старшего, но фактически творцом первых реформ стал премьер-министр Дж. Гренвилл (реформа таможенной системы, «Сахарный акт», целью которого была борьба с контрабандой и повышение доходов с таможенных пошлин, «Денежный акт», запрещавший выпуск в южных колониях Северной Америки бумажных денег, и др.). Автор отмечает, что современники не понимали сути действий Дж. Гренвилла, а историки осудили проводимую им внешнюю политику, которая фактически и привела к войне с американскими колониями, называемой многими современниками «гражданской войной». Автор указывает на существование иной точки зрения, разделяемой рядом британских исследователей и отечественным историком А.Б. Соколовым, утверждающими, что «законодательство английских властей ни в чем... не нарушало традиционных принципов взаимоотношений между метрополиями и колониями в Америке. Британская политика накануне Американской революции отличалась в большей степени непоследовательностью и нерешительностью, чем жестокостью и произволом» (цит. по: с. 193).

В 1760-е годы Британская империя пережила серию реформ, проведенных У. Питтом-старшим, Галифаксом, Дж. Гренвиллом, Ч. Тауншендом, Бедфордом, Шелберном, необходимость которых назрела, поскольку опыт всех предыдущих десятилетий показал, что у Британии на деле не существовало колониальной системы. Реформы, показывает автор, отличались непоследовательностью. В Америке события развивались гораздо быстрее, чем на них успевали реагировать в Уайтхоллле и Вестминстере. Реформы подтолкнули колонистов к формальному выражению той самостоятельности, которой они по сути уже давно обладали. Реформы нарушили привычный ход колониальной жизни и поставили поселенцев перед выбором. Но означал ли это выбор обязательно независимость, задается вопросом автор. Английские реформаторы верили, что нет. И Гренвилл, и Рикингэм, вероятно, смогли бы довести свои проекты до логического завершения, нашли бы выход из сложившихся противоречий, если бы их политический век не был так короток. «Кабинетная борьба "фракций", противоречия министров и Георга III, отсутствие административного и идейного единства, парламентские споры - все это мешало последовательному формированию и проведению какой-либо колониальной политики» (с. 218).

Шестая глава посвящена британской политике в завоеванных владениях в 1763-1785 гг., колониализму на Востоке, рассмотрению становления Британской Канады.

В седьмой главе прослежена эволюция британской колониальной системы в конце ХУШ в. Фактическое централизованное управление империей было создано премьер-министром У. Пит-том-младшим и видным государственным деятелем той эпохи Г. Дандасом на рубеже ХУ111-Х1Х вв. Одним из первых государственных органов, действительно контролировавшим имперское развитие, стал Контрольный совет по делам Индии, который Г. Дандас возглавил в 1784 г., но в его задачи входило только государственное содействие колонизации Востока. Централизация имперской власти над британскими владениями произошла в годы англофранцузских войн 1793-1815 гг., когда государственная власть над всеми колониями перешла в ведение Военного департамента.

В заключение автор отмечает, что британское государство в лице его лидеров и элиты интересовалось колониальным вопросом

преимущественно в годы собственных кризисов, но даже и в те периоды имперский курс всегда был противоречивым. «Отдельные государственные деятели, стремившиеся создать мощную имперскую конструкцию, всегда наталкивались на противодействие со стороны политической оппозиции, членов правительства, а то и короны» (с. 300). Автор ставит важный вопрос относительно эффективности имперского управления, отмечая, что в ХУШ в. колониями управляли 8-16 сотрудников Торговой палаты, которые не получали месяцами жалованья и находились в постоянном противостоянии с государственными секретарями (с. 301).

Автор также приходит к заключению, что созданию эффективного имперского курса мешал английский парламентаризм. Редкие законы удавалось провести английским политикам через парламент. Многие из них навсегда увязли в борьбе фракций, лоббистских групп, колониальных и партийных интересов и т.п. На взгляд автора, именно парламентская борьба и фракционные противоречия в правительстве не позволили Британии победить в войне с американскими колониями. И если абсолютистские Франция и Испания смогли уже на начальном этапе выстроить действующую вертикаль власти в своих империях, то парламентской Британии этого сделать так никогда и не удалось.

И.Е. Эман

2013.04.025. САТКЛИФФ-БРЕЙТВЕЙТ Ф. НЕОЛИБЕРАЛИЗМ И МОРАЛЬ В ФОРМИРОВАНИИ СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ ТЭТЧЕРИЗМА.

SUTCLIFFE-BRAITHWAITE F. Neo-liberalism and morality in the making of thatcherite social policy // Historical j. - L., 2012. - Vol. 55, N 2. - P. 497-520.

Ключевые слова: Великобритания; 1970-1980-е годы; Консервативная партия; социальная политика; М. Тэтчер.

Цель статьи сотрудника Кембриджского университета Ф. Сат-клифф-Брейтвейта - показать источники и основные элементы идеологии Маргарет Тэтчер, послужившие основой для формирования социальной политики Консервативной партии 1970-1980-х годов. После 1945 г. неолиберальные мыслители в США и Великобритании выработали различные системы социального обеспече-