ПОСЛЕДСТВИЯ ПОХОДА ДЖЕБЕ И СУБЕДЕЯ (1220 - 1223 гг.) НА КАВКАЗ И В ПОЛОВЕЦКИЕ СТЕПИ

© 2005 г. Ю.В. Богданова

ПОСЛЕДСТВИЯ ПОХОДА ДЖЕБЕ И СУБЕДЕЯ (1220 - 1223 гг.) НА КАВКАЗ И В ПОЛОВЕЦКИЕ СТЕПИ

Монгольскому нашествию посвящено немало работ как отечественных, так и зарубежных историков. Но данная проблема во всех общих монографиях затрагивается лишь косвенно, как сопутствующая самому завоеванию региона войсками Чингиз-хана и его преемников. В разработку этого вопроса внесли свой вклад К. Д'Оссон, Ю. А. Кулаковский, Г.А. Федоров-Давыдов, Л.О. Бабаян, А.Г. Галстян и другие ученые.

После разгрома Грузинского царства монголы направились к Дербенту Ширванскому, чтобы через горные перевалы выйти в степь и, выполнив таким образом приказ Чингиз-хана, возвратиться на родину. Рашид ад-дин (ок. 1247 - 1318) сообщает в своем «Сборнике летописей» речь великого хана накануне похода в Иран и Закавказье: «Согласно сему [моему] наказу, покончив эти дела в трехлетний промежуток времени, вы возвратитесь через Дешт-и Кипчак и присоединитесь к нам в нашем древнем юрте, в Монголии, так как по аналогии [с происшедшим] мы, по-видимому, за этот срок совершенно покончим с делом [покорения] земли Иранской и прибудем домой победителями и победоносными» [1, с. 209].

Данные об уходе кочевников на Северный Кавказ содержатся как в христианских, так и мусульманских источниках [1, 2]. Придя на территорию Ширвана, монголы разорили его столицу Шемаху и подошли к Дербенту, но пройти через него не смогли. И тогда татары послали к ширваншаху людей с просьбой прислать им десять человек для заключения мира. Убив одного «из вельмож», они пригрозили другим, что их ждет та же участь, если они не проведут их армию через Кавказ [1, с. 228; 3, с. 192]. Поскольку проход через крепость был для монголов закрыт, то с помощью оставшихся в живых провожатых они «пересекли труднопроходимые места Кавказских гор и ушли» [4, с. 23].

Первое столкновение осетин с монголами произошло в 1222 г., когда Джебе и Субедей, пройдя через Дагестан и Чечню, вышли в тыл Алании. Аланы вступили в союз с половцами и сразились с кочевниками, но в этой битве, по свидетельству Рашид ад-дина, ни одна из сторон «не одержала верха» [1, с. 229]. И тогда татары обратились к кипчакам со словами: «Мы и вы одного племени и происходим из одного рода, а аланы нам чужие. Мы с вами заключим договор, что не причиним друг другу вреда, мы дадим вам из золота и одежд то, что вы пожелаете, вы же оставьте нам [аланов]» [1, с. 229]. Вбив клин между союзниками, татары разбили сначала аланов, а потом и половцев, которые, «полагаясь на заключенный мир, без опасения разбрелись по своим областям. Монголы внезапно напали на них, перебили всех, кого нашли, и взяли назад столько же, сколько отдали [раньше]. Уцелевшая часть кипчаков бежала в страну руссов» [1, с. 229]. Так, доминиканский миссионер - брат Юлиан в поиске Ве-

ликой Венгрии, находясь на территории Восточной Европы, сообщает: «... подступив к стране куманов, он (Чингиз-хан. - Ю.Б.) одолел самих куманов и подчинил себе их страну» [5, с. 85]. Венгерский монах, описывая данные события, называет их первой татарской войной, и упоминание в контексте Чингиз-хана также подтверждает тот факт, что здесь говорится о нашествии 1220 - 1223 гг. Однако, на наш взгляд, в тексте перепутаны последствия похода 1223 г. на Северный Кавказ и в половецкие степи с событиями 30-х гг. XIII в., что скорее всего является ошибкой, сделанной братом Рихардом, который создал запись рассказа брата Юлиана о первом его путешествии, поскольку в результате рейда Джебе и Субедея данный регион еще не был покорен монголами. По мнению В.А. Кузнецова, на Северном Кавказе монголо-татары действовали сравнительно небольшими силами, поэтому и не смогли в открытом бою одолеть войско алан и половцев [6, с. 35]. Алания же, по сообщению К. Д' Оссона, подверглась после нашествия, «варварскому опустошению» [3, с. 192]. Лаврентьевская летопись под 1223 г. упоминает о вторжении монголов на Северный Кавказ: «Слышахом бо яко многы страны поплениша ясы, обезы, косоги» [7, стб. 504]. Однако первое появление татар, как замечено Ю.А. Ку-лаковским, не повлекло за собой установления их владычества на описываемой нами территории [8, с. 140]. Аланы понесли первое поражение, но не были еще покорены, поход монголов, как полагает В. А. Кузнецов, коснулся лишь части алан - вероятнее всего восточных. В 1222 г. завоеватели не проникли в глубь страны и прошли Притеречной равниной [6, с. 35]. Половцы же после «предательства» татар вынуждено откочевали на запад в Причерноморские степи и за Кавказские горы, поскольку «монголы шли за ними по пятам, нападали на разрозненные отряды и убили массу кипчаков; они отняли у них гораздо больше того, что им дали в уплату за измену» [3, с. 192]. На первый взгляд ситуация, сложившаяся в степях Восточной Европы в начале XIII в., очень похожа на события X - конца XI вв., когда на данной территории появились сначала печенеги, вытеснившие хазар, затем торки, вынудившие теперь уже печенегов откочевать в переделы Византийской империи, и, наконец, половцы, продолжившие эту традицию. Однако теперь картина в степи принципиально меняется, что убедительно доказано Г.А. Федоровым-Давыдовым: «Завоеватели с Востока - монголы - в отличие и от печенегов X в., торков середины XI в. и половцев конца XI в., имеют единое феодальное государство. Чингиз-хан и его эпоха преодолели рознь отдельных племен и родов путем жестокой внутренней борьбы и устремили все хищнические аппетиты монгольской кочевой знати на завоевание новых пастбищ и земель. Чингиз-хан осуществил в Монголии то, что не сумел, да и не смог бы сде-

лать Кончак в половецкой степи в конце XII в.» [9, с. 230].

А в 1222 г. часть кипчаков хлынула на территорию Закавказья. В исторической литературе нет единого мнения о пути продвижения кочевников на том основании, что в источниках на этот счет существуют противоречивые данные. Ряд отечественных и зарубежных исследователей считает, что кипчаки попали на территорию закавказских государств через Дербент. Хитростью взяв город, они двинулись к грузинской крепости Кабале и осадили ее, затем ушли к Гандже (Танзак. - Ю.Б.), где и расположились.

Так, азербайджанский историк А. А. Али-Заде, ссылаясь на сообщение Ибн ал-Асира, считает, что сведения источника о том, что номады двинулись в Арран через Дербент, более достоверны. Однако он предположил, что, может быть, они попытались пройти через Грузию, но попытка эта не увенчалась успехом [10, с. 102]. Иной точки зрения придерживается А.В. Гад-ло: «Те, кто ушел к Дербенту, сначала захватили город, а соответственно и проход в Закавказье, а затем направились в Ширван, Арран и Грузию, недавно разоренные монголами» [11, с. 178].

Кроме Али-Заде и Гадло о появлении кочевников в регионе через Дербент сообщают Л.О. Бабаян, З.М. Буя-нитов, С.Б. Ашурбейли [4, 12, 13].

На наш взгляд, для того чтобы рассмотреть данный вопрос, необходимо вновь вернуться к источникам, описывавшим это событие. Армянский летописец Киракос Гандзакеци сообщает: «Когда минуло некоторое время, поднялись другие войска из гуннов, которых называют кипчаками, и явились в Грузию к царю Ла-ша и азарапету Иванэ, чтобы [последние] выделили им место для поселения, а они (кипчаки) служили бы им верою. Но они (царь и Иванэ) не согласились дать им пристанище» [2, с. 139]. Аноним Себастаци, упоминая в своей летописи о нашествии половцев, практически один в один передает текст Киракоса [14, с. 23]. Вар-дан Великий также описывает данное событие «вышло войско от хонов (гуннов), называемых хепчахом, которое пришедши в Ганзак соединилось с мухалами» [15, с. 175]. Мхитар Айриванеци вообще не говорит о самом нашествии кипчаков, а упоминает только о том, что они разбили в Гандзаке Георгия IV Лашу [14, с. 89]. Как мы видим, армянские источники сообщают нам довольно противоречивые данные. Так, ни Вардан Варда-пет, ни Мхитар Айриванеци не упоминают ничего о переговорах между грузинским царем и кочевниками. Ибн ал-Асир в своем труде передает речь кипчаков к наместнику Узбека в Гандже - эмиру Кушкаре: «Мы направились на службу к вашему султану, однако шир-ваншах помешал нам. Поэтому мы вторглись в его страну и захватили крепость, которую потом оставили вовсе не из-за боязни. Что касается владетеля Кабалы, то он - ваш враг. Если бы мы захотели быть заодно с грузинами, то мы прошли бы не через Дербентский проход, это - путь самый трудный, утомительный и дальний, а прошли бы в их страну так, как это мы делали ранее» [12, с. 119]. По нашему мнению, рассуждения кочевников о том, что они намеренно пошли более сложной дорогой, кажется не совсем искренни-

ми, поскольку в течение XII в. кипчаки неоднократно обращались за помощью к грузинским царям. Первый раз при Давиде Строителе (1089 - 1125) на территорию государства была принята орда половецкого хана От-рака. Источники также содержат сведения и о том, что кочевники находились в пределах Иверии при Георгии III (1156 - 1184) и во времена царствования царицы Тамар (1184 - 1214).

Так, «во времена Георгия III в Грузию пересилилось несколько десятков тысяч кочевников. А при царице Тамар был введен термин "новые кипчаки", чтобы отличать их от старых переселенцев» [16, с. 47]. В свою очередь М.П. Мургулия и В.П. Шушарин находят, что «к концу 1124 г. сложились враждебные отношения между половцами Отрока и царем Давидом IV, что после 1124 г. на службу к царям Грузии приходили лишь военные отряды половцев и только после монгольского завоевания половецкой земли в Грузию пришла сравнительно небольшая половецкая общность» [17, с. 157]. Исследователи также убедительно доказали, что термин «новые кипчаки» не позволяет говорить о наличие в Грузии «поселенцев-половцев» до начала правления Тамар. Постоянным местом пребывания кочевников оставалась половецкая земля и лишь отдельные отряды приходили в царство на службу [17, с. 157].

Половцы, разгромленные монголами, на наш взгляд, вынужденно переходили Кавказские горы «самым трудным, утомительным и дальним путем». Вероятно, они все-таки обратились за поддержкой к своим прежним союзникам, а получив отказ, повернули в сторону Дербента. Разоренная Грузия была просто не в силах разместить на своей территории войско кипчаков. В это же время Георгий Лаша пытался заключить династический брак между своей сестрой Русудан и ширван-шахом. «Грузинская летопись сообщает о прибытии в 1222 г. в Багаван - Баку, резиденцию Ширваншахов и вторую столицу Ширвана, грузинского царя» [13, с. 149150] для организации свадьбы, однако, мероприятие расстроилось, потому что Георгий Лаша здесь заболел и умер, а Русудан возвратилась в Грузию и вскоре была провозглашена царицей. То есть прибытие половцев на территорию царства произошло все-таки до взятия Дербента (по армянским источникам они просили места для поселения у царя Георгия и азарапета Иване), позже это произойти просто не могло из-за смерти Лаши. Еще при жизни, заручившись поддержкой Гер-шаспа I, государь Ширвана, он не нуждался в военной силе кипчаков.

Возможно, именно поэтому владетель Дербента Ра-шид на просьбу кипчаков предоставить им земли для поселения дважды отказывал им, а С.Б. Ашурбейли убедительно доказала, что он являлся братом шир-ваншиха Гершаспа I [13, с. 150]. Ширван, несмотря на то, что династический брак между двумя государствами не состоялся, находился в союзе с Грузией. Кочевники смогли расположиться только в окрестностях Гандзака, а «те охотно приняли их, ибо их очень притесняли грузинские войска, разорявшие их страну и угонявшие в плен людей и скот. Предоставили им место

для поселения в окрестностях города, помогли им продовольствием и питьем, надеясь с их помощью противостоять царству грузинскому. А войско гуннов обосновалось там и обрело покой» [2, с. 139]. Атабек Иване с войском выступил против них, но потерпел сокрушительное поражение. А сообщение Мхитара Ай-риванеци о том, что «кипчаки разбили в Гандзаке Лашу», является скорее всего ошибкой при переписке или при переводе, так как он к этому сражению уже умер [14, с. 89].

Однако союз между кочевниками и наместником Узбека в Гандзаке длился недолго, поскольку половцы стали разорять окрестности города, что вызвало волну протеста среди его жителей. И в 1223 г. объединенными силами закавказских государств они были частью уничтожены, а частью взяты в плен.

Разгромив кипчаков, Грузино-армянское царство столкнулось с новой угрозой нашествия. В 1225 г. из Пакистана на территорию Закавказья вторгся сын хорезмшаха Мухаммеда - Джелал ад-дин, скрывавшийся в Индии от монголов. За короткий промежуток времени, завоевав значительную часть Азербайджана, он подошел к территории Грузинского государства.

К. Гандзакеци в своей «Истории» сообщает следующее: «Вышеупомянутый северо-восточный народ, именуемый татарами, довел до крайности хорезмского султана Джалала-дина, разбил его войско и ниспроверг страну. Его [самого] обратили в бегство в Агванк: он пришел в город Гандзак и захватил его. [Султан] собрал бесчисленное войско из персов, мусульман и тюрок и вторгся в страну армян. Узнав об этом, Иванэ сообщил грузинскому царю и стал собирать большое войско против султана. И в гордости великой, чванясь, они дали обет: если одержат над ним победу - обратить в веру грузинскую всех подвластных им армян, а сопротивляющихся - истребить мечом» [2, с. 149]. А арабский летописец Джувейни, описывая события, связанные с нашествием хорезмийцев, говорит, что грузины намеревались совершить поход против султана Джелал ад-дина, затем двинуть свои войска на Багдад, устранить халифа, а на его место назначить христианское духовное лицо [10, с. 105]. Так, Л.О. Бабаян справедливо отметил, что «Джа-лал ад-дин довольно умело использовал внутреннюю межфеодальную борьбу, царившую в закавказских странах, и религиозные различия; это обстоятельство всюду способствовало его победе и обусловливало его молниеносное продвижение» [4, с. 95].

Попытка государей Азербайджана, Армении и Грузии создать коалицию против хорезмшаха не увенчалась успехом. Согласно Ибн ал-Асиру, «в 1225 г. курджи готовились к вторжению в Азербайджан, но затем стало известно, что Джелал ад-дин овладел Марагой, и это заставило отказаться их от своего намерения. Они обратились к атабеку Узбеку с призывом совместно выступить против Джелал ад-дина» [10, с. 105]. Однако хорезмшах не дал им возможности собраться.

В сентябре 1225 г., захватив Двин, Джелал ад-дин вторгся на территорию Армении и расположился с войском в Араратской долине. Затем он двинулся на Ко-тайк, здесь близ Гарни произошла битва с грузински-

ми войсками во главе с атабеком Иване Мхаргдзели, потерпевшими сокрушительное поражение. По сообщению Ибн ал-Асира, Джелал ад-дин попытался заключить союз с царицей Русудан, однако получил решительный отказ: «У нас побывали татары, которые, как тебе известно, расправились с твоим отцом, имея большее количество войск и большую силу духа, и завоевали вашу страну, но мы на них не обратили внимания, и они думали лишь о том, как бы унести свои ноги» [4, с. 95-96].

В исторической литературе сложилось и стало традиционным мнение, что ширваншах только единожды в 1226 г. захватил Тбилиси. А спустя год армянские и грузинские князья, собрав войско, напали на Джелал ад-дина и освободили столицу. Однако султан дважды совершал поход на Грузию и этому есть подтверждения в Картлис Цховреба. Царица Русудан «призвала войска восточное и западное: Шанше - мандатуртухуце-са, Авага - амписалара (сын атабека Иване. - Ю.Б.), Варама - мсахуртуцеса, [войска] эров, кахов, сомхита-ров, джавахов, месхов, таойцев, Цотне Дадиане, абхазов, джиков, открыла ворота Дарьяльские и впустила оттуда осетин, дурзуков и всех горцев. Собралось множество их в Начармагеви, и всех она направила на битву с хо-резмийцами. Они прошли Тифлис, а султан стоял лагерем около Болниси. Когда сторожевые посты султана заметили их приближение, они сообщили об этом султану. Он двинулся вперед, и началась страшная битва. Вначале грузины побеждали, но бог был разгневан на грузин и никак не мог унять этого гнева и опят вспоминал наши грехи. И снова царские войска потерпели поражение и бежали. А султан снова пришел в Тифлис. Если что-нибудь еще осталось для разграбления, он грабил и уничтожал» [12, с. 132].

После разгрома грузинских войск Джелал ад-дин двинулся на осаду Хилата, который взял в 1230 г. Это была последняя победа хорезмшаха, поскольку против него была создана коалиция, в которую вошли владетель Дамаска ал-Малик ал-Ашраф, владетель Хомса ал-Мансур Ибрахим Ширкух, правитель Хартабирта Нур ад-Дин Уртук-шах, правитель Халеба Шамс ад-Дин Саваб, султан Банйаса ал-Азиз Усман. Решающее сражение между хорезмшахом и коалицией произошло 28 рамадана 627 г. х. (10 августа 1230 г.), в котором армия султана была разгромлена [12, с. 132-133]. После поражения Джелал ад-дин с остатками войска ушел в Муганскую долину [2, с. 152].

Глава исмаилитов Ала ад-дин Мухаммад III «прислал к татарам уведомить их о слабости Джелала ад-дина по случаю нанесенного ему поражения, побудить их напасть на него, вследствие этой слабости, и уверить их в победе над ним» [18, с. 38].

По сообщению Ибн ал-Асира, хорезмшах неоднократно сражался с монголами на территории Закавказья в 1226 - 1227 гг. [18, с. 36], но это скорей всего были отдельные отряды кочевников, совершавшие периодические, спонтанные набеги на регион, что не было нормой или организованным столкновением с войсками султана.

Однако поход 1230 г. был спланирован Угедей-ка-аном, сыном Чингиз-хана, правившим после его смер-

ти. В Азербайджан направилось 30-тысячное войско во главе с Чармаганом. По мнению Л.О. Бабаяна, это событие произошло в 1229 г., однако исследователь, кроме критики А.Я. Манадяна не приводит никаких доказательств в пользу своего утверждения [4, с. 98].

Вторжение монголов заставило Джелал ад-дина искать союзников. Рашид ад-дин в своем труде передает текст послания султана к правителям соседних государств: «Войско монголов очень велико, на этот раз больше, чем всегда, и воины этих стран страшатся их. Если вы не окажете помощь людьми и снаряжением, то я, который стою стеной, пропаду, а у вас не окажется возможности противостоять им. Щадя себя и детей и [всех] мусульман, каждый подайте помощь одним полком войска со знаменем, дабы, когда до них (монголов) дойдет молва о нашем соглашении, они получили бы хоть небольшой отпор, а также и наши воины приободрились бы. Если же в этом отношении будет допущено какое-либо пренебрежение, то сами увидите, что будет, и получите то, что достанется» [19, с. 30]. Поддержки со стороны Хлата и Иконии султан так и не дождался, а напротив получил решительный отказ [4, с. 89].

Под напором монгольских войск, он отступил сначала в район Хлата, а отсюда в Амид, где его относительно небольшое войско окончательно было разбито, а сам он бежал и был убит в горах курдами. Гандзакеци так описывает гибель Джелал ад-дина: «Татары, вынудившие его к бегству с родины своей, напали на него, погнали до Амида и там нанесли жестокое поражение его войску. В этом бою и погиб тот нечестивый властитель. Другие говорят, что, когда он бежал пешим, его встретил кто-то и, узнав, убил, [мстя] за кровь какого-то своего родственника, которого тот когда-то убил. И так зло было уничтожено злом» [2, с. 152].

По справедливому замечанию А.Г. Галстяна, не стоит с этого момента говорить о том, что «Азербайджан попал под иго монгольских завоевателей» [201, с. 162]. Однако заявление автора, что впервые Чармаган появился на Кавказе лишь в 1236 г., кажется нам не совсем верным, поскольку аноним Себастаци упоминает в своей летописи следующее: «В году 678 (1229) появилось бесчисленное количество татар под предводительством Чармагана. Они вторглись в шахестан Гандзак, захватили его и зверски истребили жителей, угнав в плен женщин и детей» [14, с. 25]. И Рашид ад-дин описывая данные события, несколько раз упоминает Чармагана: «В Иранской земле еще не успокоились волнения и смуты, и султан Джелал ад-дин все еще проявлял высокомерие. [Каан] отправил против него Джурмагун-нойона с несколькими эмирами и тридцатью тысячами всадников» [19, с. 20-21, 30].

Итак, в результате нашествия монголов 1220 -1223 гг. на Северный Кавказ, несмотря на разорение отдельных областей, Алания не потеряла своей независимости, а ее население не было оттеснено в горы, что

произошло позже после похода, организованного в 1238 -1239 гг. Однако эти события привели в динамику половецкие орды, вынужденные откочевать на территорию Грузии, Армении и Азербайджана. Также в закавказский регион из Индии, где вынужденно скрывался от монголов, возвратился хорезмийский султан Джелал ад-дин, который попытался создать здесь новое государство, однако религиозные противоречия между отдельными областями помешали ему это сделать. Дважды ему удалось взять столицу Грузино-армянского царства, но его самого разбили сначала войска коалиции, а затем и монголы в 1230 г., посланные Угедей-ханом во главе с Чармаганом.

Литература

1. Рашид ад-дин. Сборник летописей. Т. 1. Кн. 2. М.; Л., 1952.

2. Гандзакеци К. История Армении. М., 1976.

3. Д'Оссон К. История моголов. Иркутск, 1937.

4. Бабаян Л. О. Социально-экономическая и политическая история Армении XIII - XIV веков. Ереван, 1969.

5. Аннинский С.А. Известия венгерских миссионеров XIII - XIV вв. о татарах и Восточной Европе // Исторический архив. Т. 3. М.; Л., 1940.

6. Кузнецов В.А. Алания в X - XIII вв. Орджоникидзе, 1971.

7. ПСРЛ. Т. 1. М., 2001.

8. Кулаковский Ю.А. Избранные труды по истории аланов и Сарматии. М., 2000.

9. Федоров-Давыдов А.Г. Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов. М., 1966.

10. Али-Заде А.А. Социально-экономическая и политическая история Азербайджана XIII - XIV вв. Баку, 1956.

11. Гадло А.В. Этническая история Северного Кавказа X - XIII вв. СПб., 1994.

12. Буянитов З.М. Государство Атабеков Азербайджана. Баку, 1978.

13. Ашурбейли С.Б. Государство Ширваншахов (VI -XVI вв.). Баку, 1983.

14. Армянские источники о монголах. М., 1962.

15. Вардан Великий. Всеобщая история. Лазаревский институт восточных языков. 1861.

16. Гуркин С.В., Федирко Ю.В. К вопросу о взаимоотношениях половцев с народами Северного Кавказа и Закавказья во второй половине XI - первой трети XII вв. // Исторические этюды. Вып. 5. Ростов н/Д, 2002.

17. Мургулия М.П., Шушарин В.П. Половцы, Грузия, Русь и Венгрия в XII - XIII веках. М., 1998.

18. Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. 1. СПб., 1884.

19. Рашид ад-дин. Сборник летописей. Т. 2. М.; Л., 1960.

20. Галстян А. Завоевание Армении монгольскими войсками // Татаро-монголы в Азии и Европе. М., 1970.

Ростовский государственный университет 28 марта 2005 г