Проблема креативности и творчества в директории индивидуальности

УДК 159.9:7

ПРОБЛЕМЫ КРЕАТИВНОСТИ И ТВОРЧЕСТВА В ДИРЕКТОРИИ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ

Т.Ф. Базылевич, профессор, доктор педагогических наук,

Т.А. Выставкина, аспирант,

ФГОУВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса»,

г. Москва

В работе приведены теоретические основания и эмпирическое исследование, позволяющее анализировать гармоничность структуры целостной индивидуальности как предиктор психоэмоционального «благополучия» зрелой личности, где ее способность к творчеству и креативность играет роль системообразующего фактора.

Ключевые слова: креативность, творческость, целостная индивидуальность, креативный имидж личности.

Актуальность проблем творческого потенциала личности на современном этапе развития гуманистической науки обусловлена тем, что сегодня наряду с дифференциацией и интеграцией в обучении и — более широко — в генезе продуктивной деятельности, на первое место выходит развитие творческих задатков личности и индивидуальности, где в полной мере реализуется субъектная парадигма психологии. Современные инновационные концепции теоретиков и практиков со все большей очевидностью подчеркивают действенность закона С.Л.Рубинштейна, по которому внешние причины влияют на поведение и психику не линейно и непосредственно, а через призму внутренних условий субъекта психической деятельности, где «жесткие» их звенья

— носители качеств индивидуальности — оказывают мощнейшее влияние на сколь угодно значимые особенности психики [8, 9, 18].

Изучение системного влияния индивидуально-личностных особенностей на поведенческие характеристики и на творческость, креативность человека, на его имидж и акмеологический статус является одним из наиболее перспективных, но недостаточно разработанных направлений в системе мер по развитию креативности среди подрастающего поколения и среди зрелых лиц [9, 14]. В настоящее время существует также потребность в поиске и изучении психологических условий, препятствующих воспитанию творческости у детей, подростков, студентов, у зрелой личности, а также в

разработке и внедрении комплексных эффективных программ, направленных на повышение устойчивости личности к типичным для сегодняшнего социума антикреативным влияниям среды.

Многочисленные исследования свидетельствуют о глобальности проблем воспитания творческости для общества, противоречия которого в последнее десятилетие еще более обострились. Они диктуют необходимость принятия соответствующих широкомасштабных мер, направленных на интенсификацию проработки фундаментальных аспектов проблем креативности, поскольку директория творчества, несомненно, — один из мощных факторов, способных «спасти мир» и человеческое в человеке [10.14].

Интегративный характер современного человековедения (в т.ч. психологии), ее методологические принципы — комплексный, системный и субъектный подходы, принципы развития и гуманизма — предоставляют возможность использовать их достижения в области медицины, психологии, педагогики и многих других наук для психоакмеологического решения задач совершенствования человека, достижения им вершины в личностном, социальном и профессиональном развитии [8, 9, 16].

Состояние проработки проблемы творчества в широком научно-практическом аспекте является отражением постулат идеологизированной психологии времен «застоя», когда политики и физиологи диктовали психологии: что изучать (не имеющих задатков беспредельные возможности советского человека формироваться в направлении требований коммунистической личности), какими методами изучать (объективными приемами условных и безусловных рефлексов) и к какому выводу приходить (каждая кухарка может управлять государством). Поэтому проблемы задатков креативности, гениальности, таланта по сути дела как бы «выносились за скобки» в проработке задач в рамках деятельностной парадигмы. Вместе с тем, содержательная сторона данной сферы всегда привлекала внимание ученых [8,9].

Поскольку считалось, что творчество как процесс является сложным поведенческим актом, в возникновении и становлении которого принимают участие и социально-психологические, и индивидуально-личностные характеристики, креативность широко изучали врачи, физиологи, психологи, социологи и педагоги как в нашей стране (Рубинштейн СЛ., Платонов К.К., Пономарев Я.А., Теплов Б.М., Шадриков В.Д., Ильин В.П., Дружинин В.Н.), так и за рубежом (Тэрстоун, Спирмен, Торндайк, Клапаред, Пьерон).

Психология сегодня переживает уникальный момент. С одной стороны, сформирован огромный социальный заказ на психологическую информацию: общество,

социум, организации, группы, каждый человек осознает наличие острых проблем, которые не снимаются с позиций здравого смысла. Все больше практиков начинают понимать, что каждый человек и каждая организация оптимально может решать свои проблемы совместно с профессионалом-психологом на пути обращения к творческости как каждодневной реальности акмеологически здорового зрелого человека. С другой стороны, снятие идеологического прессинга на человекознание способствовало расцвету плюрализма и не всегда научно-обоснованных мнений по поводу быстрого решения всех вопросов жизни для всех людей. «Расцвет всех цветов» слишком часто приводил к дискредитации психологии: скороспелые специалисты (какое-то время их готовили за 2— 9 месяцев) пытались «дрессировать» людей, насильственно тестировать сирот с помощью зарубежных психиатрических тестов, объявлять мотивацию деятельности как главное в формировании креативности, таланта и гениальности и т.д. Результатом такого внедрения психологии в практику «для всех» стало в лучшем случае повсеместное закрытие ставок психологов в государственных учреждениях и недоверие коммерческих структур к традиционной психологии. Многие тогда стали обращаться к астрологам, магам, гадалкам, к молодым бойким студентам, овладевшим одним тренингом, сулящим быстрое «поумнение» и личностное развитие персонала после процедуры.

На самом деле современная психология сегодня является одной из самых сложнейших наук, на много порядков превышающих, скажем, атомную физику или хирургию. Имея дело со сверхсложными органическими («живыми») развивающимися системами (траектории развития которых в принципе невозможно прогнозировать), гуманистическое человекознание за последнее десятилетие создало теоретикометодологические основы, специализированную психодиагностику и ряд практических технологий внедрения психоакмеологических знаний в практику. Парадоксально, но факт: практика с все большей осознанностью начинает понимать наукоемкость, теоретикоемкость действенной и гуманной стратегии решения жизненных задач.

Работами последнего десятилетия со всей очевидностью показано, что психологические причины, в частности, дисгармоничность структуры целостной индивидуальности (ставшей объектом конкретных эмпирических исследований) часто лежат в основе деструктивных явлений человека и общества, угрожающих их безопасности. К ним относят: зависимость от наркотиков, алкоголя, табакокурения, компьютерную и игрозависимость, все возрастающую смертность от алкоголя и психосоматики (ИБС, рак, радикулит, язва желудка и т.д.), а также сниженную рождаемость, низкую продолжительность жизни, возрастание деструкции личности, ее интолерантности, враждебности, агрессивности. Душевная боль как проявление данного

комплекса вошла практически в каждую семью [3, 10, 12]. Сегодня часто вспоминают план Г итлера, который предрекал гибель целых народов только от введения низких цен на алкоголь, который должен стать доступным даже для малообеспеченных слоев населения (что характерно для сегодняшней России).

Для подверженных дисгармониям индивидуальности лиц типичны следующие признаки: низкая работоспособность (и умственная, и физическая), неспособность усваивать новые знания и приобретать новые навыки; чрезмерная обидчивость и раздражительность (легко переходящие в агрессию) либо наоборот — полная апатия и благодушие; сужение круга интересов; огрубение личности (например, потеря брезгливости, моральных принципов и т. п.). Как результат — резкое ухудшение здоровья: разнообразные заболевания пищеварительного тракта и сердечно-сосудистой системы, расстройство сна, депрессия.

Для лиц с дисгармонией целостной индивидуальности1 характерны проблемы во взаимоотношениях с другими людьми: семейный разлад, конфликты на работе, приводы в милицию. Типичным явлением является потеря положения в обществе: переход на менее квалифицированную работу, позже — к случайным заработкам. Повышенный риск внезапной смерти в результате инфаркта, инсульта, производственной травмы, дорожнотранспортного происшествия, отравления, действий преступников и т.п.

Сегодня характерно действие на человека постоянного многофакторного прессинга, создающего информационные перегрузки. Это влечет за собой сверхнормативную нагрузку на эмоциональную и интеллектуальную сферу субъектов деятельности, порождая негативные функциональные психические состояния, выраженную психическую напряженность, тревожность, переутомление, расстройство психофизиологических функций, что резко снижает безопасность деятельности, затрудняет развитие способностей, одаренности, таланта, ведет к психосоматике (ишемической болезни сердца, раку, язве желудка, радикулиту и др.). В итоге каждый третий человек испытывает затруднения в реадаптации к социально-психологической среде, имеет недостаточно развитое проблемное мышление, обнаруживает дефицит творческого подхода к деятельности, сталкивается с трудностями в общении. В психологической поддержке оптимального развития интеллектуальных, коммуникативных, организационных и других личностно-профессионально важных качеств нуждается практически каждый россиянин [1 6 ] . Социальный ущерб от синдрома деструкции индивидуальности (где несформированность креативности - один из сущностных ее факторов) огромен: распадаются семьи, растет преступность,

стр. 19 из 131

сокращается продолжительность жизни, снижается интеллектуальный уровень общества. Можно ли жить (вернее существовать), сохраняя дисгармоничную структуру целостной индивидуальности? Безусловно - да. Но каково качество такой жизни? Наступают личностные изменения - деградация и распад способностей, одаренности, таланта.

Социальный ущерб от синдрома деструкции индивидуальности (где несформированность креативности — один из сущностных ее факторов) огромен: распадаются семьи, растет преступность, сокращается продолжительность жизни, снижается интеллектуальный уровень общества. Можно ли жить (вернее существовать), сохраняя дисгармоничную структуру целостной индивидуальности? Безусловно — да. Но каково качество такой жизни? Наступают личностные изменения — деградация и распад способностей, одаренности, таланта.

Выдвигаемые практиками причины деструктивных для индивидуальности и общества явлений, как правило, субъективны. Здесь называются самые разнообразные причины, включающие, например, трудности приспособления к условиям среды, или слишком легкая грудная жизнь, конфликт с окружением или слишком полное благополучие, неудовлетворенность всем, одиночество или перенапряжение общением с широким кругом поклонников, непонятность мироздания, общее утомление или недогруженность интересной работой, робость или полная раскованность в общении, осознание своей неполноценности и другие обстоятельства, как бы вызывающие чувство психологического дискомфорта, временно облегчаемое действием спиртного. Часто рассматриваются такие машинообразные условия, как зомбирование, промывание мозгов, контроль сознания, деструктивные культы, тоталитарные секты, манипулирование психикой, психология насилия, программирование и депрограммирование сознания, информационные психологические войны, эффективность психотерапевтических техник и т.п. С этих позиций человека при фиксации деструктивных синдромов часто объявляли больным со всеми вытекающими последствиями этого медицинского диагноза ( хотя всем известно, что ни один такой больной не излечился с помощью имеющихся манипулятивных технологий). Основные же детерминанты деструкции — психологические, социально-психологические, психогенетические, типологические — в силу идеологического прессинга на человекознание по сути дела были запрещенными для объективного изучения.

Представленное здесь эмпирическое исследование, таким образом, посвящено новой для современной психологии теме, раскрывающей гармонизирующее значение своеобразия разноуровневых свойств субъекта в создании экологической (сохраняющей) комфортности жизнедеятельности профессионала. Данный паттерн свойств не может не

соотносить с одной стороны, сопряженность свойств целостной индивидуальности и, другой стороны, наличный креативный и акмеологический статус личности профессионала в траектории движения к «Акме», т.е. в направленности развития личности к наивысшей гармонии духовных и телесных ее компонент. Данный новый ракурс проблемы важен для психологии безопасности жизнедеятельности профессионала [10, 16 и др.].

Научная новизна и практическая значимость исследования заключается в том, что здесь впервые делается попытка рассмотреть типологически важные паттерны целостной индивидуальности как предиктор оптимального движения к «Акме», проявляющиеся в степени фиксации экологического «выгорания» профессионала на примере служащих крупного строительного холдинга.

Эмпирическую базу исследования составили 128 служащих крупного строительного холдинга, из которых — при норме признаков социальной желательности

— отобраны 50 человек (мужчин в возрасте 35—56 лет — руководителей разных уровней управления) с выраженным синдромом «психического выгорания».

На пилотажном этапе исследования с целью установления «психологического портрета» синдрома психического «выгорания» управленцев, подверженных психосоматическим рискам, использовались проективные методики «Несуществующее животное», шкалы самооценки личностной и реактивной тревожности Ч. Д. Спилбергера

— Ю. Л. Ханина, тест тревожности Р. Тэммла, М. Дорки, В. Амена, личностный опросник Кеттелла и клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний (К. Яхина и М. Менделевича).

В результате обследования получены следующие данные: у 71% служащих консорциума выявлены высокий и средний уровни тревожности, присутствуют негативные переживания, подавленность, чувство одиночества, потребность в эмоциональном тепле и любви; у 76% служащих выявлена эмоциональная неустойчивость, обособленность, склонность к чувству вины, внутренняя напряженность, уединенность, конфликтность, невротизм; у 69% фиксируются вегетативные, обессивно-фобические нарушения, истероидность, тревожность, невротическая депрессия, отмечается вялость, упадок сил, трудности в усвоении новых знаний, склонности к уединению, малообщительность.

Таким образом, у 72% обследованных служащих строительного консорциума выявлены признаки функциональной эколого-психологической истощаемости, характеризовавшиеся внутренним беспокойством, напряжением, страхами, необычной обеспокоенностью не только в ситуациях, идентифицируемых с недавними

переживаниями и более широким кругом обстоятельств, индивидуально-ассоциируемых с травмой. Налицо фиксация синдрома эколого-психической истощаемости, не способствующего сохранению высокой продуктивности, эффективности и результативности деятельности, а также безопасности психического и соматического здоровья и комфортной напряженности взаимодействия субъекта с окружающей реальностью, что является условием оптимальности акмеологического развития личности.

Установление сущностных причин генеза данного синдрома наиболее четко осуществляется при установлении факторной структуры характеристик конкретного эмпирического исследования. На этом пути становится возможным изучение реальных факторов, позволяющих понять, чем каждый из нас по траекториям движения и совладания с творческоемким «Акме» отличается от других людей. При этом акмеология индивидуальных различий (или дифференциальная акмеология) при рассмотрении референтности психофизиологического уровня индивидуальности направлена на раскрытие механизмов гармонизации целостного поведения и «общей природы зрелой личности» при фиксации высоких координат индивидуального развития1.

В эмпирической части исследования в качестве методических инструментов использованы специально разработанные в дифференциальной акмеологии методики: квазиэксперимент по оценке структуры целостной индивидуальности Т.Ф. Базылевич (2003, 2006) — ОСЦИ, методика субъективного шкалирования переживаний личности и эмоциональных «меток» событий жизнедеятельности, важных для заключения об уровне акмеологического статуса зрелой личности и о степени экопсихологической устойчивости индивидуальности в ее дифференциально-акмеологическом значении [10]. Для анализа отдельных случаев привлечен ряд проективных тестов, адаптированных к решению проблем данного аспекта психоакмеологии безопасности (КИСС, CAT, тест тревожности Спилбергера и др.). Впервые в составе диференциально-акмеологических факторов анализируется симптом протопатической чувствительности по предпочтению горячего или холодного чая (чувствительность, связанная обратными отношениями с абсолютными порогами ощущений, входит в типологически мощные референтные показатели функциональной выносливости, работоспособности индивида, которые имеют широкий круг психологических проявлений).

В таблице представлены результаты сопоставления (с помощью корреляционного и факторного анализа) 12 характеристик, условно репрезентирующих континуальные сферы: «Акмеологический статус личности — интегративные характеристики целостной индивидуальности — показатели психосоматического благополучия экологии зрелой личности».

Корреляционный анализ выявил неожиданные результаты (вычисляли коэффициенты ранговой корреляции, не требующей нормального распределения сопоставляемых вариант). Оказалось, что наибольшее число статистически значимых связей выявил интегративный индекс целостной индивидуальности (вычисляется по первой шкале методики ОСЦИ3). Оказалось, что большие значения интегративного индекса соотносится: с большей поведенческой лабильностью, функциональной

выносливостью как в предметном плане, так и в плане общения. Данный индекс также показал статистически значимые соотношения с удовлетворенностью человеком своими успехами в профессии, а также с социальной толерантностью.

Индекс предпочтения горячего чая прямо скоррелирован с подверженностью человека психосоматике.

Параметры шкалы подвижности показал отрицательную связь с риском психосоматических расстройств. Таким образом, подвижность можно рассматривать, как своеобразный катарзис травмирующих человека комплексов, что способствует сохранению психосоматики. Лабильность - подвижность также соотнесена (со знаком минус) с импульсивностью.

Сущностные причины генеза взаимосвязанных, взаимокоррелирующих показателей в типологических исследованиях анализируют с помощью факторного анализа. В таблице приведены результаты факторного анализа, которому был подвергнут весь массив оценок индивидуальных различий. (В обработке материалов принятии участие аспиранты Т.Ф. Базылевич — А.В. Бутылин и Т.В. Колядина). Факторизация позволила выделить 5 значимых факторов, объединяющих более 70% дисперсии признаков. Собственные числа при этом близки к единице, последующий фактор не приводил к увеличению суммарной дисперсии более чем на 5%. Выделенные факторы обозначены индексами заглавной буквы М.

Таблица

Факторное отображение взаимосвязей сопоставляемых вариант

Факторы

Шкалы М1 М2 М3 М4 М5

КЖ 0,801 -0,340 0,185 0,041 -0,15

УПД 0,635 0,364 0,148 -0,34 -0,24

ПП -0,05 -0,030 0,041 -0,001 0,931

СТ 0,595 0,250 -0,330 0,023 -0,22

Чай 0,087 -0,630 0,544 -0,04 0,215

ИИИ 0,828 -0,630 0,544 -0,04 0,215

Л -0,201 -0,050 0,722 0,321 0,088

ПД 0,064 0,452 -0,260 0,689 0,185

И -0,210 0,624 0,328 0,058 0,23

ПФВ 0,350 -0,001 -0,750 0,274 0,121

ФВО 0,051 -0,090 0,167 0,842 -0,09

СЖ -0,090 0,763 -0,100 -0,001 -0,08

Примечание.

Обозначение параметров методики субъективного шкалирования:

КЖ - комфортность жизнедеятельности;

УПД -удовлетворенность профессиональной деятельностью;

ПП - подверженность психосоматике;

СТ - социальная толлерантность;

Обозначение шкал методики оценки структуры целостной индивидуальности ( ОСЦИ):

ИИИ - интегральный индекс индивидуальности;

Л - лабильность;

ПД - планирование деятельности;

И - импульсивность;

ФВП - предметная функциональная выносливость;

ФВО -- функциональная выносливость в общении;

СЖ - социальная желательность.

В фактор М1 включены показатели интегративного индекса целостной индивидуальности (с факторным весом 0,828) в комплексе с удовлетворенностью личности продуктивностью профессиональной деятельности, социальной толерантностью, комфортностью общего эмоционального фона жизнедеятельности. Все знаки показателей при их вхождении в фактор положительны. Интерпретация фактора довольно ясна. Несомненно, общий генез выделенной группы признаков связан с гармоничностью целостной индивидуальности как предиктора функциональной выносливости к социальным нагрузкам.

Фактор М2 объединяет показатели импульсивности (высокогенетичные в синдроме экстра-интроверсии) и социальной жизнедеятельности - желания показать себя в

стр. 24 из 131

приукрашенном виде (со знаком «плюс») и характеристики предпочтения горячего чая (со знаком «минус»). Интерпретация фактора связана с отражением в последнем параметре протопатической чувствительности, обратно связанной с абсолютными порогами, которые являются референтным показателем выносливости индивида к функциональным нагрузкам. По-видимому, эту группу взаимосвязанных параметров следует интерпретировать через природные задатки общего свойства силы, работоспособности.

В фактор МЗ включены следующие показатели: лабильность и функциональная выносливость в предметном плане (знак «минус»). Подчеркнутые здесь отношения индивидуальных различий двух сфер целостной индивидуальности интерпретируются как отражающие формально-динамические особенности темпово-результативных

компенсаций индивидуальных особенности разных уровней.

Фактор М4 включает планирование индивидуальной деятельности (высокогенетичный признак) и функциональную выносливость к общению. Содержание выделенной группы признаков, по-видимому, является специфичным для изучаемой группы руководителей строительной организации. Полученный фактор по

направленности связей противоположен тем отношениям, которые фиксируются у гармоничной «норме», где характерно обратное — компенсаторное по регуляторной роли в деятельности — соотношение этих характеристик. Подобные связи, несомненно, характеризуются дисгармоничным сопряжением, способствуют созданию излишней напряженности деятельности и должны быть основой психокоррекционной работы с кадрами управления строительного холдинга.

Фактор М5 включает в себя параметр подверженности психосоматике и как тенденцию — интегральный индекс целостной индивидуальности (этот показатель демонстрирует здесь свою облическую природу).

Резюмируя результаты проведенного эмпирического исследования, отметим, что изученная выборка испытуемых, характеризующая низкой креативностью и творческостью, вместе с тем имеет выраженные дисгармонии структуры целостной индивидуальности. Кроме того, становление профессионала как субъекта деятельности сопровождается включением особого рода психологических защит в функциональные структуры индивидуальности, что связано с усилением компенсаторных ее возможностей.

ЛИТЕРАТУРА

1. Базылевич Т.Ф., Кукес В.Г., Альперович Б.Р., Гусева О.В., Хинцер Г.М. Проблема опосредствования ишемической болезни сердца особенностями целостной индивидуальности // Психологический журнал.1991. Т. 12. № 3. С. 45— 56.

2. Базылевич Т.Ф. Введение в психологию целостной индивидуальности. М. ИП РАН, 1998.

3. Базылевич Т.Ф. Основы экопсихологии индивидуальности и личности. М. Части 1,2, 2000.

4. Базылевич Т.Ф., Дорошенко Ю.В., Кордюков В.Ф., Хакимзанова Е.А. Начала дифференциальной акмеологии. Акмеология в личностно-профессиональном развитии. Тезисы Международного Съезда. Сентябрь, 2004. 5 с .

5. Базылевич Т.Ф., Дорошенко Ю.В., Кордюков В.Ф., Хакимзанова Е.А. Акмеологические основы деятельности профессионала в экстремальных ситуациях // Безопасность жизнедеятельности в чрезвычайных ситуациях. Тезисы Международного конгресса. М., РАН, октябрь 2004. 6 с.

6. Базылевич Т.Ф., Кордюков В.Ф. Экологический подход в дифференциальной акмеологии // Доклады к конференции «Экологическая психология», РГНФ, ПИ РАО, 28-29 апреля 2005 .

7. Базылевич Т.Ф., Алиева З.Д. К изучению стрессоустойчивости служащих МЧС в дифференциальной акмеологии // Журнал «Акмеология». 2005. № 4.

8. Базылевич Т.Ф. с соавт. (коллективная монография под ред. В.А. Барабанщикова) Идея системности в современной психологии. М., ИП РАН, 2005.

9. Базылевич Т.Ф., Белград С.Д., Кордюков В.Ф. Парадоксы биосоциальной детерминации индивидуальности // Журнал «Мир психололгии». 2005. № 4. 20 с.

10. Базылевич Т.Ф., Дорошенко Ю.В., Кордюков В.Ф. Конфликтность и толерантность как проявления целостной индивидуальности. Акмеологическое исследование потенциала, резервов и ресурсов человека. М., РАГС, 2005. 26 с.

11. Базылевич Т.Ф. Комплексный и системный подход в дифференциальной акмеологии. Мир психологии. 2005. № 5.

12. Базылевич Т.Ф. Проблема тестов в психологии и дифференциальной акмеологии. Под общ. ред. доктора психологических наук, профессора, действительного члена РАО А.А. Деркача. М., РАГС, 2006. 5,6 п.л.

13. Базылевич Т.Ф. Феномен имиджа в дифференциально-акмеологическом исследовании // Имиджелогия-2007. Имидж как феномен цивилизации. Общество психологов, 2007. с. 7— 10.

14. Базылевич Т.Ф., Колядина Т.В., Бутылин А.В. Континуальность имиджа и акмеологического статуса личности в технологиях дифференциально-акмеологического исследования. Известия академии имиджелогии. Том 2. М., 2007.

15. Брушлинский А.В. О природных предпосылках психического развития человека. М., 1977.

16. Деркач А.А. Акмеологические основы развития профессионала. Москва-Воронеж 2004.

17. Кордюков В.Ф. Дифференциально-акмеологические особенности развития кадров управления. Дис. ... канд. психол. наук. М.: РАГС, 2006.

18. Рубинштейн СЛ. Проблемы общей психологии. М., 1976.