"Приватизация способствует консолидации общества"

В Казахстане, который является уменьшенной копией российской экономики, тоже взят курс на приватизацию. Астана пошла по пути народного IPO, от которого Москва отказалась после историй с ВТБ и "Роснефтью". О том, почему была выбрана именно эта форма приватизации, "Власти" рассказал зампред правления фонда национального благосостояния "Самрук-Казына" Куандык Бишимбаев.

Программа приватизации через народное IPO больше политическая, экономическая или социальная?

Программа, конечно, по сути и содержанию политэкономическая. Она через экономические инструменты стремится к достижению политических целей, таких как модернизация, консолидация, стабильность и справедливость распределения доходов.

Вывод крупнейших госкомпаний Казахстана на биржу обсуждался последние лет 15. Однако решение принято только недавно, причем выход на рынок компаний будет осуществляться методом народного IPO. Почему выбрана именно такая схема?

Главное — дать казахстанцам возможность участвовать в росте экономики и национального благосостояния через приобретение акций национальных компаний. Впоследствии, я думаю, предполагается, что это будет способствовать консолидации общества, то есть появлению единых целей с государством, с национальными компаниями у огромного количества акционеров. Это должно способствовать модернизации страны, социальной стабильности, более равномерному и справедливому распределению доходов. Ну и конечно, большой плюс программы, когда люди становятся собственниками таких больших компаний,— это открытость, прозрачность. Это касается не только самих компаний и того, что происходит внутри них, но и развития открытого, прозрачного гражданского общества в самом Казахстане.

Однако на сегодня в законодательстве Казахстана права миноритариев не очень защищены.

Да, такие проблемы действительно есть. Но реализация программы станет катализатором того, чтобы эти проблемы в ближайшее время были решены. Посмотрите, ведь это уникальная вещь: сегодня у нас любой акционер, купивший только одну акцию, может прийти на общее собрание акционеров, которое по закону компания, вышедшая на народное IPO, будет обязана проводить в публичном порядке. Он может прийти и задать любой интересующий его вопрос непосредственно руководителю компании. Я думаю, что сам этот факт даст большой толчок дискуссии об эффективности компании, о производительности. Это как раз то, чем призвана заниматься организация "Самрук-Казына": работать над корпоративным управлением, производительностью и эффективностью. Для нас, как управляющей компании, это огромное подспорье, чтобы повышать эффективность наших национальных компаний.

Известно, что программа рассчитана на период до 2015 года и помимо АО "Казтрансойл" в ней в последующем примут участие почти все национальные компании. Как сейчас выглядит эта программа по периодам?

Сразу скажу, что мы более полутора лет занимаемся этой программой. В прошлом году, в июне, правительство официально утвердило программу "Народное IPO" с графиком выхода компаний. И предполагалось, что на первом этапе это были рекомендации консультантов, которые проанализировали основные компании группы холдинга и вынесли свои заключения, какие из них более или менее готовы к выходу на IPO с точки зрения прозрачности, корпоративных процедур, доходности, структуры бизнеса и так далее. Были отобраны десять компаний, среди которых были инфраструктурные — KEGOC, "Казтрансойл", "Казтрансгаз", "Казпочта", "Казахстан Темир Жолы", добывающие — "Казмунайгаз", "Казатомпром"; Air Astana также была в списке. По плану предполагалось, что на первом этапе мы будем выводить наиболее устойчивые инфраструктурные компании, бизнес которых наименее зависим от конъюнктуры на внешних рынках, на сырье и так далее. Понимая, что мы будем иметь дело с большим количеством неподготовленных и непрофессиональных розничных инвесторов, у которых мало опыта работы на таком сложном рынке, как рынок акций. Поэтому решили начать с самых надежных и стабильных компаний.

А по 2013 году какие планы?

По 2013 году сейчас в графике четыре компании: KEGOC, "Казтрансгаз", "Самрук-Энерго" и "Казмортрансфлот". Мы сейчас должны сесть и подумать, сможет ли рынок в течение 2013 года эти четыре компании осилить. Поскольку основная цель — привлечь розничных инвесторов, возникает вопрос: смогут ли они создать достаточный спрос для покупки четырех компаний? В 2014 году мы предполагаем выход на биржу компаний железнодорожного блока. Это КТЖ и ее дочерняя компания "Казтемиртранс", которая занимается грузовыми перевозками. Возможно, и АО "Локомотив". А в 2015 году уже будем думать о выходе на IPO "Казатомпрома" и "Казмунайгаза".

По IPO "Казатомпрома" и "Казмунайгаза" в правительстве обсуждались разные подходы. Кто-то говорил, что это должно быть народное IPO, кто-то утверждал, что есть смысл выводить их на биржу, возможно Гонконгскую, с целью поиска серьезных институциональных или даже стратегических инвесторов.

Здесь можно по-разному оценивать ситуацию. Я скажу только то, что есть в официальной программе, утвержденной правительством, и это осознанный выбор. Сейчас в ней делается оговорка, что в 2015 году мы выведем на торги только привилегированные акции "Казатомпрома" и "Казмунайгаза". Есть стратегические для фонда и страны компании, и мы хотели бы очень осторожно подходить к вопросу делегирования в них контроля и управления.

В России народное IPO провели крупнейшие государственные финансовые институты. В Казахстане фонду "Самрук-Казына" также принадлежат некоторые финансовые институты. Почему они не представлены в этой программе?

Я должен сразу сказать, что мы внимательно изучали российский опыт, чтобы понять, куда мы пойдем. Понятно, что те финансовые институты, которыми частично или полностью владеет "Самрук-Казына", не в полной мере готовы к выходу на IPO. Возьмем проблемный БТА-банк — говорить сейчас о выходе на IPO бессмысленно. У Темирбанка хорошая ситуация, у Альянсбанка неплохая ситуация, но сразу после кризиса отношение граждан к финансовым институтам, банкам и так далее поменялось. Мне кажется, мы сделали правильный выбор в пользу стабильных инфраструктурных компаний, которые обладают материальными активами, занимаются предоставлением каких-то конкретных услуг или товаров. Сама по себе финансовая организация, ее стоимость — это отражение наших ожиданий относительно ее будущей деятельности: хороший у нее портфель или плохой, достаточно ли у нее залогов, будет ли расти портфель. Оценки, которые мы даем качеству тех или иных финансовых институтов, могут сильно отличаться от того, как на самом деле сложится их деятельность в будущем. Типичный пример — Lehman Brothers. Кто в 2008 году мог предполагать, что они обанкротятся?

В принятой недавно стратегии развития фонда "Самрук-Казына" вы заявляете, что главной целью вашей деятельности является максимизация стоимости компаний, входящих в группу. В то же время народное IPO не тот инструмент, который позволяет добиться максимизации стоимости. Нет ли тут противоречия?

Оно есть только на первый взгляд. Когда мы полностью контролируем компанию и она не торгуется, оценки-то вообще никакой нет. То есть с точки зрения того, что мы делаем шаг, чтобы появилась объективная рыночная оценка, стоимость компании — это шаг вперед. С точки зрения того, получаем ли мы за это максимально возможные деньги, наверное, это не цель программы "Народное IPO". Здесь определенные разночтения есть.

Какие еще риски программы в целом? Один вы уже назвали — сумеет ли рынок проглотить всю программу?

Если говорить о рисках, то первое — это то, что мы предлагаем достаточно сложный финансовый инструмент непрофессиональным инвесторам, неподготовленным, не имеющим опыта. Они могут допускать классические ошибки — покупать, когда дорого, продавать, когда дешево, и действовать, поддавшись импульсу. Это может вызывать определенное разочарование в программе. Но именно поэтому мы и структурировали ее так. Во-первых, мы пошли сначала с инфраструктурными акциями. Во-вторых, мы активно задействуем пенсионные фонды. У нас есть статистика по итогам предпоследнего дня. На эту дату открыто 46 тыс. брокерских счетов. До этого в Казахстане их было всего 10 тыс. Из них активных было 2 тыс., а 8 тыс.— это были формально открытые счета, никаких операций по ним не проводилось. Сегодня 46 тыс. активных счетов, из которых 22,7 тыс. обеспечены деньгами. И были поданы приказы на покупку акций "Казтрансойла".

Это вы говорите о физических лицах?

Да. Это физические лица, ими подано заявок на сумму около $120 млн. В таком количестве граждане РК никогда до этого момента в фондовом рынке не участвовали. При IPO "Казахтелекома" было около 6 тыс. заявок. Мы собрали как минимум в четыре раза больше физических лиц за счет информационной и разъяснительной работы. Плюс государство продолжает оставаться контрольным акционером — это вызывает у граждан доверие. Я считаю, что это огромный успех.

Не получится ли так, в том числе из-за активной рекламной политики по размещению "Казтрансойла", что денег на другие размещения у людей просто не останется?

Мне кажется, что эти первые — сейчас это будет больше 25 тыс. участников IPO — первопроходцы. Это те люди, которые решили рискнуть, взвесив все за и против. Я думаю, что следующее IPO вызовет еще больший интерес. Я предполагаю, что часть из 25 тыс. будет впоследствии продавать свои акции, высвобождая ресурсы для приобретения новых акций, в том числе с целью диверсификации своего портфеля. Плюс я уверен, что к тем, кто сегодня уже принял участие в программе, присоединится еще столько же граждан в 2013 году. То есть в целом тех показателей, которые мы намечали,— привлечь к программе IPO за все годы ее реализации около 150-200 тыс. человек — мы в состоянии достигнуть.

Учитывая, что в Казахстане порядка 8 млн человек находятся в трудоспособном возрасте, это не такая уж большая цифра.

Все относительно. Для страны, в которой фондовый рынок полгода назад насчитывал 2 тыс. человек, я считаю, это очень серьезный рост. Ведь это увеличение в 100 раз.