«Художественный мир» художественной культуры

Примечания

1. Аронов А. А. К вопросу о ментальности отечественной культуры: развитие рывками // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2015. № 1 (63). С. 38—45.

2. Аронов А. А. Культурный ренессанс в России : учебное пособие для гуманитарных вузов / Московский государственный университет культуры и искусств, Международная педагогическая академи. Москва : Экон-Информ, 2006. 130 с.

3. Любимов Л. Д. Искусство Древней Руси : Книга для чтения / [предисл. И. Волкова]. 2-е изд. Москва : Просвещение, 1981. 336 с.

4. Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. 2-е изд. Москва : Академический проект, 2014. 639 с.

5. Шафажинская Н. Е. Интерпретация и выражение эстетического в парадигме христианского миропонимания // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2014. № 3 (59). С. 210—214

6. Шафажинская Н. Е. К вопросу о духовном просвещении в отечественной культуре и образовании // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2013. № 3 (53). C. 48—52.

7. Флиер А. Я. Закономерности исторического развития социокультурных порядков // Культура и образование. 2014. № 2(13). С. 3—8.

References

1. Aronov A. A. About a problem of mentality of Russian culture: development by spurts. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2015, No. 1

2. Aronov A. A. The cultural Renaissance in Russia. Moscow, Ekon-Inform Publ., 2006. 130 p.

3. Lyubimov L. D. Iskusstvo Drevnei Rusi: Kniga dlia chteniya [Art of Ancient Russia]. 2nd edition. Moscow, Prosveshchenie Publ. [Education Publ.], 1981. 336.

4. Rybakov B. A. Yazychestvo drevnikh slavyan [Paganism of ancient Slavs]. 2nd edition. Moscow, Akademicheskiy proekt Publ. [Academic Project Publ.], 2014. 639 p.

5. Shafazhiskaya N. E. Interpretation and expression of esthetic Christian outlook in paradigm. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts], 2014, No. 3

6. Shafazhiskaya N. E. To a question of spiritual education in domestic culture and education. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2013, No. 3

7. Flier A. Ya. Zakonomernosti istoricheskogo razvitiia sotsiokul'turnykh poriadkov [Regularities of historical development of sociocultural orders]. Kul'tura i obrazovanie [Culture and Education]. 2014, No. 2 (13), pp. 3—8.

«Луудожественныи мир» художественной культуры

УДК 1:80

Т. Н. Суминова

Московский государственный институт культуры

В статье раскрыта сущность концепта «художественный мир» художественной культуры. Автор утверждает, что художественный мир есть информационный ресурс текста произведения, а также творчества художника, который обрамляют потенциальные тексты-варианты; система «концептов», существующих в творчестве конкретного автора/художника или конкретного исторического времени/эпохи/реальности/контекста; некая целостная информационная макросистема и феномен художественной культуры. Применение системного подхода к феномену «художественный мир» художественной культуры позволяет достаточно детально и подробно освещать многогранную проблематику, связанную с художественной культурой как

СУМИНОВА ТАТЬЯНА НИКОЛАЕВНА — доктор философских наук, профессор кафедры менеджмента социально-культурной деятельности Московского государственного университета культуры и искусств

SUMINOVA TATYANA NIKOLAEVNA — Full Doctor of Philosophy, Professor of Department of Management of social and cultural activity, Faculty of social and cultural activities, Moscow State Institute of Culture

e-mail: tsuminova@yandex.ru © Суминова Т. Н., 2015

информационной системой, текстом произведения, «индивидуальной мифологией» автора/ художника, художественным стилем и пр., а также вскрывать глубинные аспекты динамики и статики информационной составляющей художественной культуры, текста произведения, процесс его инновации, учитывая весь спектр существующих незаконченных, самостоятельных подготовительных материалов как ценнейших информационных ресурсов Текста художественной культуры, возникающих в течение творческой работы мастера над конкретным текстом произведения и остающихся неопубликованными.

Ключевые слова: художественный мир, текст произведения, художественная культура, информационная система, Текст художественной культуры, «индивидуальная мифология» автора/ художника, культурная инноватика, реципиент, информационные ресурсы.

T. N. Suminova

Moscow State Institute of Culture, Ministry of Culture of the Russian Federation (Minkultury), Bibliotechnaya str., 7, 141406, Khimki city, Moscow region, Russian Federation

"art world" art culture

The article reveals the essence of the concept "art world" art culture. The author argues that the art world is an information resource of the text of the work and the artist's work, which is framed by the potential text-options; system "concept" that exist in the works of a particular author / artist or a particular historical time / age / reality / context; some integrated information and macrosystem phenomenon of art culture. Application of a systemic approach to the phenomenon of "art world" art culture allows precisely and in detail to illuminate the multifaceted problems associated with art culture as an information system for the work, "personal mythology" of the author / artist, artistic style, etc., as well as to open the deeper aspects dynamic and static information component of art culture, the text of the work, the process of innovation, considering a full range of existing unfinished, independent preparatory work as the most valuable information resources of Text of art culture appearing for the creative work of masters of the specific text of the work and remained unpublished. Keywords: the art world, the text of the work, art culture, information system, the text of art culture, «personal mythology» of the author / artist, cultural innovation, the recipient , information resources.

Сегодня логично рассматривать всю совокупность произведений художника как некий единый текст, культуротекст. Отсюда авантекст, или генетическое досье, метатекст, или, ещё точнее, подготовительно-информационные материалы, являющие собой документы/информационные ресурсы самоопределения мастера, фиксируют динамику инновативного процесса, замысла, выступают свидетельством поиска художником сокровенного, глубокого смысла всего процесса генерации текста художественного произведения, художественной реальности, собственно художественной информации или информационных ресурсов художественной культуры как текста.

В этом «ключе», как мы полагаем, достаточно актуальной в современном постструктуралистском, деконструктивист-

ском теоретическом контексте представляется опора на такую философскую, культурологическую, семиотическую и информациологическую категорию, как «художественный мир» художественной культуры. Во-первых, данный термин тесно связан с отечественной традицией понимания художественного смысла как целостного и существующего; во-вторых, с его помощью можно рассматривать все созданные произведения автора/художника как целостный, вероятностный «единый текст», что обусловлено представлениями о «кросс-жанровости» (Ю. М. Лотман, В. Н. Топоров).

Такой подход позволяет включить в единый текст автора/художника (и это является достаточно важным для исследования нами художественной культуры как целостной информационной системы) также фраг-

менты, не воплощенные до конца или, точнее, незаконченные сочинения, версии, варианты и пр., которые находятся в одном ряду с опубликованными завершенными произведениями и рассматриваются в неразрывном единстве. Отсюда поставленная автором последняя точка и последующая публикация текста произведения оказываются не окончательными. Они могут идти как в прямом, так и в обратном направлениях, что, в свою очередь, перекликается с системными принципами, разработанными Нобелевским лауреатом И. Пригожиным, который был близок к великим натурфилософам прошлого.

При этом «текст» выступает как «своеобразная монада, отражающая в себе все тексты (в пределе) данной смысловой сферы» [1, с. 299]. Процесс анализа свёртывания/соз-дания/креации/творения и развёртывания «художественного мира» связан с генеративной поэтикой. Вероятно, что существенные аспекты понятия «художественный мир» взаимодействуют с «индивидуальной мифологией» автора, представляющей собой наджан-ровое явление. Отсюда понятно, что именно «столкновение индивидуальной мифологии автора с коллективной жанровой мифологией и составляет "художественный мир" конкретного произведения» [2, с. 179] художественной культуры.

Отметим, что ещё в 1920-е годы М. М. Бахтин с позиций философской эстетики сформулировал собственное определение таких понятий, как «эстетический мир» и «художественный мир», что в дальнейшем оказало существенное влияние на развитие отечественной филологии. При этом основным мотивом, пронизывающим его научное творчество, была мысль об авторе как «... носителе напряжённо-активного единства завершённого целого.» [1, с. 16].

Кроме того, именно М. Бахтин ввёл термин «архитектоника художественного мира», который наитеснейшим образом связан с творческой активностью автора. Именно эта «архитектоника» детерминирует «. композицию произведения (порядок, распределение

и завершение, сцепление словесных масс)» [1, с. 181] и одновременно предстаёт как «принцип видения и предмет видения». Данная формула, пожалуй, и является наиболее ярким разъяснением понятия «художественный мир». Из теоретических размышлений и разработанных М. Бахтиным положений, образующих смысловое поле «художественного мира», исходит и принцип «смешения моментов» содержания и формы. Проблема удержания подобного «смешения» определяет специфический смысл термина.

Важно подчеркнуть, что категория «художественный мир» заключает в себе также и идею о «формосодержании». Так, в книге «Мастерство Гоголя» (1934) А. Белый подчёркивал, что «<...> содержание, изъятое из процесса его становления, — пусто; но и форма вне этого процесса, если она не форма в движении, пуста; форма и содержание даны в формосодержании, что значит: форма — не только форма, но и как-то содержание; содержание — не только содержание, но и как-то форма; весь вопрос в том: как именно?» [2, с. 51]. Ответ на данный вопрос как раз и содержит в себе такая удивительная категория, как «художественный мир». Это объясняется тем, что последнее словосочетание предполагает обращение внимания одновременно как к статическим, так и к динамическим аспектам формы и содержания текста художественной культуры.

Мы полагаем, что целостное понимание феномена «художественный мир» невозможно без высказанных А. Ф. Лосевым идей в книге «Проблема художественного стиля» [5, с. 226]. В широком смысле «стиль» заполняет область значения категории «художественный мир» и представляет собой «художественный мир» с технической точки зрения, взятой в ракурсе «воплощения». При этом данный «художественный мир» свидетельствует о неразрывной связи художественного мышления и его реализации, содержания и формы, статики и динамики. Эта категория уже не обладает различиями между написанным, опубликованным текстом произведения

и тем материалом, содержанием, который зафиксирован в рукописи. Отсюда, с позиций «художественного мира», как созданный, так и потенциально способный существовать текст произведения обладают законными правами.

В связи с этим художественный мир представляет собой и принцип, и некую «вопло-щённость, конструирование и конструкт одновременно, моделирование и модель, синтез статики и динамики, инвариант возможных реализаций символической модели мира не только в данном произведении (тексте), но и во множестве произведений этого ряда» [3, с. 180]. Таким образом, художественный мир, как нам видится, есть информационный ресурс текста произведения, а также творчества художника, который обрамляют потенциальные тексты-варианты.

С иных теоретических установок «художественный мир» логично определять и как некую систему «концептов», существующих в творчестве конкретного автора/художника или конкретного исторического времени/эпохи/реальности/контекста. Эти концепты есть «... некие подстановки значений, скрытые в тексте "заместители", некие "потенции" значений.». Отсюда можно заключить, что «художественный мир» воспроизводит окружающую действительность/ реальность в своего рода «сокращённом», «условном варианте» [4, с. 283; 5, с. 76].

В данном случае предложенный Д. С. Лихачёвым термин «концептосфера» и рассматриваемая категория «художественный мир» объединены общей составляющей — семантикой «круга», смысловым охватом, что было хорошо разработано В. фон Гумбольдтом и Г. В. Ф. Гегелем. Первый из них, на наш взгляд, справедливо подчёркивал, что посредством силы воображения поэт создаёт в своём творчестве принципиально иной мир, вследствие чего и произведение, и язык этот философ воспринимал и как процесс, и как результат. Если говорить о произведении, то оно, согласно В. фон Гумбольдту, появляется в результате преображения действительности

в некий образ. Этот учёный развивал мысль и о целостности и самостоятельности произведения. Именно эта «целостность» (Totalität) определяется им как «мир» (но не как метафора), который есть «замкнутый круг всего действительного», где превалирует «стремление к замкнутой внутри себя полноте», а «всякая точка — это центр целого».

Из этого следует, что «художественный мир» может возникнуть из любой точки, представляющей собой непознанную, или даже космическую, информационную целостность. Отсюда очевидно, что все элементы произведения являются равноценными.

Представляется важным отметить, что русские формалисты, развивая положение о значимости даже мельчайших элементов формы художественного произведения, во многом справедливо следовали идеям В. фон Гумбольдта и А. А. Потебни, что получило дальнейшее развитие в «Эстетике» Г. В. Ф. Гегеля, который понимал поэтическое произведение как «органическую целостность».

При этом Гегелем была введена категория «мир», которую он соотнёс с произведением поэтического искусства. Философ утверждал, что произведение искусства является самостоятельным, самодостаточным замкнуто-разомкнутым единством и одновременно способным к развитию «миром». В этом единстве заключается «индивидуальный», «особенный взгляд» поэта (отражающий специфическую, конкретно-чувственную форму воплощения всеобщего содержания в тексте произведения) на окружающий мир, действительность.

В России аналогичные идеи развивал Г. Г. Шпет. Немецкий мыслитель Г.-Г. Гадамер предложил достаточно широкое понимание термина «герменевтический круг». Согласимся с высказываниями А. А. Потебни и Г. Г. Шпета о том, что «художественный мир» текста произведения художественной культуры есть своего рода аналог внутренней формы слова.

Категория «художественный мир» как «модель моделей» тесно взаимосвязана и с множеством частных моделей, например,

такими, как: 1) «автор художественный» (Б. О. Корман); 2) художественное время — пространство («хронотоп» М. М. Бахтина); 3) принцип мотивировок (художественная логика автора, его «игра с реальностью» (Б. М. Эйхенбаум). Обозначенные модели функционируют на сюжетно-тематическом, персонажном и языковом уровнях.

Уникальность и специфические особенности «художественного мира» заключаются, на наш взгляд, ещё и в том, что эта категория, возникающая в момент творения поэтического высказывания, «овнешнения», текстуализации внутреннего, наименования мира (то есть порождения имён), кумули-рует статические и динамические моменты. Это приводит к появлению возможности одновременного анализа как становления текста произведения, так и его результата.

Заметим, что о природе «именования» размышлял протоиерей С. Булгаков. Схожие идеи высказывали П. А. Флоренский и А. Ф. Лосев, а также Г. Г. Шпет, но с иных философских позиций. Позже эти положения выдвинул Ю. М. Лотман, полагая, что «индивидуальная поэтическая номинация оказывается одновременно картиной мира, видимого глазами поэта» [9, с. 25].

Как уже отмечалось, будучи наджанровым феноменом, «художественный мир» есть «индивидуальная мифология» автора, выступающая как воплощённый в текстах произведения «индивидуальный миф» художника, который представляет собой «объединяющий инвариант, неразрывно и глубинно связанный с постоянной многообразной вариативностью». «Индивидуальная мифология» как перерабатывает биографию/бэкграунд автора/художника, так и сама перерабатывается ею/таковым.

Основательная характеристика «поэтического мира» как понятия теории литературы представлена в ряде работ Ю. М. Лотмана, который в своих размышлениях базировался на представления Р. О. Якобсона о «постоянной мифологии». Ю. М. Лотман, в частности, полагал, что индивидуальность

каждого конкретного автора состоит «в создании окказиональных символов (в символическом прочтении несимволического)», а также «в актуализации порой весьма архаических образов символического характера». Он справедливо утверждал, что для понимания «поэтического мира» необходимо найти «систему отношений, которую поэт устанавливает между основополагающими образами-символами». Нам импонирует, что собственно «поэтический мир» Лотман представлял в виде «кристаллической решётки взаимных связей» между этими символами [7, с. 147; 8, с. 131].

Актуальной на сегодня является «система отношений» между наджанровой «индивидуальной мифологией» автора и «памятью жанра» (М. М. Бахтин), поскольку «художественный мир» какого-либо художника детерминирован, «стеснён» «жанровым миром».

Мы полагаем, что именно «память жанра» выступает в качестве некоей целостности, некоего структурного единства, которая, налагаясь на «индивидуальную мифологию» автора, способствует её изменению. В связи с этим становится ясно, что и собственно «художественный мир» появляется в результате «встречи» «индивидуальной мифологии» автора и «памяти жанра». Ранее эта проблема была поставлена А. Н. Веселовским, размышлявшим над «границами» личного творчества, личного «почина», который сталкивался с традицией, «преданием». Исследование соотношений категорий «жанр» и «художественный мир» позволяет определить природу конкретного текста произведения художественной культуры.

В целом «художественный мир», как некая целостная информационная макросистема и феномен художественной культуры, ориентирована на ряд коммуникативных объектов. Среди них автор/художник, текст произведения, реальность/контекст и восприятие потребителя /реципиента.

Все эти составляющие представляют собой как конкретную систему, так и отдельно

существующие системы, которые по разным критериям — логический, генетический, интуитивный, символический, семиотический, информационный и другие — взаимодействуют с информационной макросистемой «художественный мир».

Мы утверждаем, что применение системного подхода к феномену «художественный мир» художественной культуры позволяет достаточно детально и подробно освещать многогранную проблематику, связанную с художественной культурой как информационной системой, текстом произведения, «индивидуальной мифологией» автора/ художника, художественным стилем и пр., а также вскрывать глубинные аспекты динамики и статики информационной

составляющей художественной культуры, текста произведения, процесс его инновации, учитывая весь спектр существующих незаконченных, самостоятельных подготовительных материалов как ценнейших информационных ресурсов Текста художественной культуры, возникающих в течение творческой работы мастера над конкретным текстом произведения и остающихся неопубликованными. Это, как известно, позволяет помнить о «неокончательности» конкретного опубликованного текста произведения как результата этого удивительного, сложного и вместе с тем интересного процесса генерации автором художественной реальности, мира художественной культуры, информационного мира.

Примечания

1. Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. Москва : Искусство, 1993. 445 с.

2. Белый А. Мастерство Гоголя : [Исследование] / [вступ. ст. Н. Жуковой]. Москва : Изд-во Московской ассоциации лингвистов-практиков, 1996. 351 с.

3. Зинченко В. Г., Зусман В. Г., Кирнозе З. И. Методы изучения литературы. Системный подход : учебное пособие. Москва : Флинта : Наука, 2002. 200 с.

4. Лихачев Д. С. Внутренний мир художественного произведения // Вопросы литературы. 1968. № 8.

5. Лихачев Д. С. Концептосфера русского языка // Русская словесность : От теории словесности к структуре текста : антология / Ин-т народов России и др. ; под общ. ред. В. П. Нерознака. Москва : Academia, 1997. С. 280—287.

6. Лосев А. Ф. Проблема художественного стиля. Киев, 1994.

7. Лотман Ю. М. Поэтический мир Тютчева // Избранные статьи : в 3 томах. Таллинн : Александра, 1993. Т. 3.

8. Лотман Ю. М. Типологическая характеристика реализма позднего Пушкина // В школе поэтического слова : Пушкин, Лермонтов, Гоголь : Книга для учителя. Москва : Просвещение, 1988.

9. Лотман Ю. М. Ян Мукаржовский — теоретик искусства // Мукаржовский Я. Исследования по эстетике и теории искусства : [пер. с чеш.] / [вступ. ст. Ю. М. Лотмана, коммент. Ю. М. Лотмана, О. М. Малевича]. Москва : Искусство, 1994. С. 8—32.

10. Суминова Т. Н. Интертекст и гипертекст текста произведения художественной культуры: сущность и проблемы взаимодействия // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2015. № 3 (65). С. 45—52.

11. Суминова Т. Н. Текст и контекст художественного произведения: философско-культурологический анализ // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2014. № 5 (61). С. 39—43.

References

1. Bakhtin M. M. Estetika slovesnogo tvorchestva [Aesthetics of verbal creativity]. Moscow, Iskusstvo Publ. [Art Publ], 1993. 445 p.

2. Belyi A. Masterstvo Gogolya [Mastery of Gogol]. Moscow, Publishing house of Moscow association of experts linguists, 1996. 351 p.

3. Zinchenko V. G., Zusman V. G., Kirnoze Z. I. Metody izucheniya literatury. Sistemnyi podkhod [Methods of studying literature: Systematic approach]. Moscow, FLINTA Publ., Akademizdatcenter "Nauka" RAS, 2002. 200 p.

4. Likhachev D. S. Vnutrennii mir khudozhestvennogo proizvedeniya [The inner world of art]. Voprosy Literatury [Questions of Literature]. 1968, No. 8.

5. Likhachev D. S. Kontseptosfera russkogo yazyka [The conceptual sphere of the Russian language]. Russkaya slovesnost': Ot teorii slovesnosti k strukture teksta: antologiya [Russian literature: From the theory of literature to structure of the text: anthology]. Moscow, Publishing house " Academia ", 1997. Pp. 280—287.

6. Losev A. F. Problema khudozhestvennogo stilya [Problem of art style]. Kiev, 1994.

7. Lotman Yu. M. Poeticheskii mir Tyutcheva [Poetic world of Tyutchev]. Izbrannye stat'i, v 3 tomakh. Tom 3 [Chosen articles, in 3 vol. Vol. 3]. Tallinn, Aleksandra Publ., 1993.

8. Lotman Yu. M. Tipologicheskaya kharakteristika realizma pozdnego Pushkina [Typological characteristics of realism of the late Pushkin]. V shkole poeticheskogo slova: Pushkin, Lermontov, Gogol': Kniga dlia uchitelya [At school of the poetic word: Pushkin, Lermontov, Gogol: The book for the teacher]. Moscow, Prosveshchenie Publ. [Education Publ.], 1988.

9. Lotman Yu. M. Yan Mukarzhovsky — teoretik iskusstva [Ian Mukarovsky — art theorist]. In: Mukarzhovsky Ya. Issledovaniya po estetike I teorii iskusstva [Studies on the aesthetics and theory of art]. Moscow, Iskusstvo Publ. [Art Publ.], 1994. Pp. 8—32.

10. Suminova T. N. Intertext and hypertext text of a work of art culture: the nature and problems of interaction. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2015, No. 3

11. Suminova T. N. Text and context of the work of art: philosophical and cultural analysis. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2014, No. 5

Московский государственный институт культуры

Статья посвящена значению идей русских мыслителей в разработке важнейшей онтологической и гносеологической проблемы самобытности русской теургической эстетической традиции. Рассматривается сущность теургического подхода к проблемам культурной жизни и роли человека как субъекта истории, связь с христианской идеей преображения мира через творчество на принципах синтеза сакральных и фундаментальных ценностей культуры. Автор обращается к тем философских идеям и проектам русских мыслителей конца XIX века -начала ХХ века, которые получили оригинальное воплощение в искусстве данного периода. Прослеживается, как происходит проецирование основных идей теургической эстетики на художественные практики рубежа Х1Х-ХХ веков. Отмечается неизбежность активизации процесса духовно-нравственных исканий и их отражения в эстетике модернизма и различных видах искусства, а также актуализация темы художественного творчества, которая обусловила потребность в обновлении языка искусства.

Ключевые слова: отечественная культура, Серебряный век, русская религиозная философия, эстетика, теургия, философия космизма, художественное творчество.

АБРАШОВА МАРИНА ВИКТОРОВНА — аспирантка кафедры теории культуры, этики и эстетики социально-гуманитарного факультета Московского государственного института культуры

ABRASHOVA MARINA VIKTOROVNA — doctoral student of the Department of the theory of culture, ethics and aesthetics, Faculty of Social Sciences and Humanities, Moscow State Institute of Culture

илософские предпосылки художественных инноваций

УДК 008(091) М. В. Абрашова

e-mail: m.abrasnova@yandex.ru © Абрашова М. В., 2015