Опыт корпусного анализа чешской обиходно-разговорной лексики в сопоставительном плане

ОПЫТ КОРПУСНОГО АНАЛИЗА ЧЕШСКОЙ ОБИХОДНО-РАЗГОВОРНОЙ ЛЕКСИКИ В СОПОСТАВИТЕЛЬНОМ ПЛАНЕ

А.И. Изотов

Кафедра славянской филологии Филологический факультет Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова Ленинские горы, ГСП-1, 1-й корпус гум. ф-в, Москва, Россия, 119991

На материале входящего в состав Чешского национального корпуса 1,3-миллиардного под-корпуса современных письменных текстов определяются наиболее употребительные слова (165 лексем с документированной частотой употребления свыше 1000 контекстов) обиходно-разговорного чешского языка, имеющие однословные литературные эквиваленты.

Ключевые слова: чешский язык как иностранный, литературный язык, обиходно-разговорный язык, корпусные исследования, лексикография.

1. Смена научной парадигмы и связанный с ней пересмотр фундаментальных положений прежней теории порой приводят к необходимости переоценки прочно установленных, казалось бы, фактов и утверждений. Весьма показательной в этом плане оказалась ситуация с интерпретацией феномена так называемой чешской диглоссии и связанными с ней базовыми для богемистики понятиями «литературного чешского языка» и «обиходно-разговорного чешского языка». Полвека назад — в эпоху глобального перехода от системно-структурного принципа лингвистического описания к принципу функциональному — эмоциональная дискуссия ведущих чешских лингвистов о статусе «обиходно-разговорного чешского языка» докатилась до станиц советского журнала «Вопросы языкознания» [9; 1]. Не менее эмоциональная дискуссия на ту же тему с участием не менее именитых богемистов разгорелась сегодня, когда все большее значение в лингвистическом исследовании приобретают языковые корпусы, подробнее см. [8].

1.1. Появление в последние годы крупных (миллиарды словоупотреблений) электронных корпусов и связанное с этим беспрецедентное расширение эмпирической базы исследований привело к необходимости пересмотра многих традиционных взглядов на то или иное языковое явление, которые ранее базировались во многом на интуиции исследователя [2]. При этом речь идет не только о возможности надежно установить особенности функционирования ранее недостаточно документированных явлениях языковой периферии [3; 5]. Обращение к корпусу позволяет придать двумерному грамматическому описанию объем за счет введения третьего измерения — статистической характеристики описываемого [4].

1.2. В качестве одного из следствий «корпусной революции» в богемистике [6] стала определенная тенденция к отказу от дихотомии «литературный чешский» — «обиходно-разговорный чешский», господствовавшей в трудах исследователей прошлого века, в пользу дихотомии «письменный чешский» — «устный чешский», которая явственно прослеживается как в современной чешской академической литературе [12], так и в новых учебниках и учебных пособиях по чешскому языку для иностранцев [10].

Впрочем, развитие корпусных технологий может оказаться полезным и для того, кто остается в рамках классической терминологии. Авторы написанной еще в «докорпусную эпоху» монографии [13] предложили лингвистической общественности пробный вариант словаря наиболее важной, по их мнению, чешской обиходно-разговорной лексики (около 1000 единиц), снабдив каждую подобную лексическую единицу литературным эквивалентом (либо толкованием), а также пометой: béz — лексическая единица, общая и для обиходно-разговорного, и для литературного чешского языка, ob — лексическая единица обиходно-разговорного чешского языка, не маркированная в качестве стилистически сниженной, n — лексическая единица обиходно-разговорного чешского языка, маркированная как стилистически сниженная, n.sl. — лексическая единица, характерная для нелитературной речи солдат, ремесленников и т.д., v.sl. — лексическая единица, характерная для нелитературной речи врачей, инженеров, студентов и т.д., expr экспрессивная лексическая единица, pejor пейоративная лексическая единица, zast устаревающая лексическая единица, zhrub грубая лексическая единица.

2. Мы попытались выявить употребительность представленных в данном словаре лексем, а также их литературных эквивалентов в текстах входящего в состав Чешского национального корпуса набора подкорпусов современных письменных текстов SYN общим объемом 1,3 миллиарда токенов [14].

2.1. Поиск однословных лексических единиц осуществлялся с помощью простых запросов типа [lemma="ajznboñák"], находящего контексты употребления заданной лексемы (в данном случае лексемы ajznboñák 'железнодорожник') во всех ее словоформах. Ниже представлены некоторые из найденных контекстов.

Jsem <ajznboñák> od dvou let.

Na dvorku se objeví "<ajznboñáci>" v uniformách z pocátku století.

Tmavomodry svet je kusem sveta <ajznboñáku>.

2.2. Для поиска неоднословных лексических эквивалентов или же толкований приходилось использовать более сложные запросы, представляющие собой поиск по той или иной комбинации лексемы (lemma), словоформы (word) и грамматической матрицы (tag) в пределах одного предложения (within <s id=".*"/>). Например, для поиска контекстов употребления лексического толкования byt potre-stán za néco 'быть наказанным за что-либо' использовался запрос ([lemma="byt"] [(lemma="potrestat") & (tag="Vs.*")] [word="za"]) | ([lemma="byt"] [word="za"] []{0,3} [(lemma="potrestat") & (tag="Vs.*")]) within <s id=".*"/>. Вот некоторые из найденных контекстов:

<Byl za to vzápetí potrestán> a vsichni se o potrestání mají dovedet mozná jen proto, aby se také zacali bát o zivot.

Spravedlnost vyzaduje, aby señora <nebyla potrestána za> neco, co neudelala.

Kluci chteli vedet, jestli <budou za svoje minulé hríchy potrestáni>, jestli na ne jejich holka pocká.

2.3. Тем самым определение частотности употребления входящих в однословные соответствия «лексема обиходно-разговорного чешского языка» — «лексема литературного чешского языка с той же семантикой» было наиболее простым

и в то же время наиболее полезным для целей практического преподавания чешского языка как иностранного, так как оно позволяет установить иерархию приоритетов при знакомстве обучаемого с лексикой обиходно-разговорного чешского языка. О том, почему обучение обиходно-разговорному чешскому языку следует начинать с фонетики и лексики, а не с морфологии, см. [11. С. 82].

2.4. Впрочем, и в случае с однословными соответствиями могли возникать определенные трудности.

2.4.1. Во-первых, задавая поиск по лексеме (поисковый запрос типа [lemma= "séf']), мы вынуждены доверять основанной на стохастическом анализе автоматической разметке корпусного материала, которая может ошибаться. Поэтому у нас нет статистических данных по тем приведенным в [13. С. 139—169] словам, которые были идентифицированы программой автоматической разметки не в качестве самостоятельных лексем, а в качестве фонетических (графических) вариантов соответствующих слов литературного чешского языка: dyby (лит. kdyby) 'если бы', dyl (лит. déle) 'дольше', dyz (лит. kdyz) 'когда', esli (лит. jestlize) 'если', este (лит. jeste) 'еще', chleba (лит. chléb) 'хлеб', líp (лит. lépe) 'лучше', madrace (лит. matrace) 'матрас', pámbu (лит. pánbuh) 'Господь Бог', zejtra (лит. zítra) 'завтра'.

Впрочем, подобных слов было не так уж много. Поиск по словоформе был бы более точен, однако он неизмеримо более трудоемок, так как предполагает поиск всех теоретически возможных словоформ заданной лексемы с последующим суммированием результатов, например поиск [word="[Ss]éf'] + поиск ^ой="[8§^а"] + поиск [word="[Ss]éfU"] + поиск [word="[Ss]éfovi"] + поиск всех оставшихся падежных форм, которых в чешском языке еще больше, чем в русском.

2.4.2. Во-вторых, проблему представляют омонимы, для различения которых требуется визуальный контроль контекстов их употребления, особенно тех из них, которые отличаются высокой частотностью употребления. Например, внимательно просмотреть на экране 104 контекста, обнаруженных с помощью запроса [lemma= "fmknout"], чтобы убедиться, что в 102 случаях из них речь идет именно о значении utéct 'убежать, ускользнуть', можно достаточно быстро, благо все найденные контексты достаточно однозначны. А вот на то, чтобы определить, в каком из 4271 контексте, обнаруженном по запросу [lemma="flek"], речь идет о значении místo '[рабочее] место', а в каком — о значении skvrna 'пятно' (оба значения отмечены в [13. С. 146]), может не хватить целого вечера.

2.4.3. В аналогичной ситуации мы оказываемся во всех тех случаях, когда в [13. С. 139—169] приводятся стоящие рядом омонимы, ср. некоторые примеры, снабженные нашим переводом на русский язык:

foch obor ['специальность'] ob

foch prihrádka ['полка'] ob

lágr lozisko ['месторождение'] n.sl.

lágr tábor ['лагерь'] ob

pingl císník ['официант'] ob

pingl ranec ['ранец'] ob.

2.4.4. К рассмотренным выше примерам примыкают и, к сожалению, несравненно более многочисленные случаи, когда в качестве литературного эквивалента обиходно-разговорной лексемы в [13. С. 139—169] приводятся (через запятую ли-

бо точку с запятой) два или более слова, например:

akorát zrovna ['как раз'], presne ['точно']; jen ['только'] ob

brajgl hluk ['шум'], neporádek ['беспорядок'] ob pejor

fofr shon ['суматоха'], spech ['спешка'] ob expr

pusa ústa ['рот'], polibek ['поцелуй'] bez.

Допуская, что в чешской языковой картине суматоха (8Ыоп) может восприниматься как нечто тождественное или по крайней мере весьма близкое спешке (8рёсЫ), а шум (Ыик) — беспорядку (перогаёек), мы тем не менее подозреваем, что по крайней мере в части случаев (например, в последнем из приведенных выше), речь идет все же отнюдь не о синонимах. Однако в любом случае статистическая обработка подобных примеров невозможна без предварительного визуального контроля каждого контекста их употребления.

2.4.5. Наконец, следует отметить случаи, когда в [13. С. 139—169] речь идет не об обиходно-разговорной лексеме, а о лексеме литературной, однако имеющей в обиходно-разговорном языке дополнительное (нелитературное) значение, например:

ЬаНк ['пакет'] Ы1ирак ['глупец'] Ъёг pejor

Ъагай ['фазан'] поуасек ['новичок'] п. 81.

Ъегап ['баран'] 1угёоЫ1ауес ['упрямец'] оЪ ехрг.

3. В результате исключения названных выше требующих дополнительной обработки соответствий мы получили таблицу, начало которой (с числом документированных употреблений в корпусе БУК больше 1000) выглядит следующим образом (табл. 1).

Таблица 1

Однословные соответствия

Слово Идиом Стиль Число Литературное Число Лексическое

наиденных лексическое наиденных соответствие

контекстов соответствие контекстов в русском

gói bez — 400 702 branka 450 042 гол

séf bez — 359 917 vedoucí 372 890 заведующий

jes(t)li bez — 289 763 jestlize 109 327 если

taky bez — 189 554 také 2 278 504 тоже

porád ob — 181 478 stále 697 389 постоянно

fanousek bez — 155 431 prívrzenec 8 207 сторонник

kluk bez — 151 781 chlapec 138 205 мальчик

konto bez — 82 695 úcet 124 996 счет

Продолжение

Слово Идиом Стиль Число Литературное Число Лексическое

наиденных лексическое наиденных соответствие

контекстов соответствие контекстов в русском

muzika bez — 57 737 hudba 291 000 музыка

holka bez — 52 764 dévce 55 809 девушка

jo / jo ob — 48 807 ano 214 221 да

dneska bez — 45 686 dnes 11 646 010 сегодня

muzikant bez — 45 577 hudebník 46 140 музыкант

chlap bez — 45 246 muz 1 013 293 мужчина

tata bez — 43 707 otec 238 950 отец

koukat (se) bez — 31 831 dívat se 61 268 смотреть

mama bez — 31 231 matka 219 242 мать

kanonyr n.sl. — 30 217 délostrelec 1 304 артиллерист

legrace bez — 27 223 zábava 90 742 развлечение

radsi bez — 26 115 radéji 127 801 лучше

fotka bez — 22 765 fotografíe 271 923 фотография

kasa ob — 20 266 pokladna 66 250 касса

fandit bez — 20 100 stranit 2 673 симпатизировать

teda bez — 17 187 tedy 806 817 следовательно

policajt ob — 13 771 policista 512 709 полицейский

bal bez — 13 354 ples 46 454 бал

barak bez expr 12 804 düm 953 081 дом

bankrot bez — 12 758 úpadek 13 060 крах

kantor bez expr 11 907 ucitel 153 553 учитель

cedule bez — 11 554 vyvéska 2 836 вывеска

fotit bez — 11 407 fotografovat 13 968 фотографировать

Prazak bez — 10 925 Prazan 29 374 пражанин

kafe bez — 9 990 káva 47 713 кофе

stvat bez — 9 412 rozcilovat 14 593 раздражать

huba ob zhrub 9 194 ústa 60 866 рот

nastvat bez — 9 118 rozcílit 6 310 разозлить

fabrika ob — 9 069 továrna 60 304 фабрика

sranda ob — 8 975 zábava 90 742 развлечение

kram bez — 8 917 obchod 325 185 магазин

decko bez — 8 861 díté 1 415 924 ребенок

prastit bez — 8 743 uhodit 7 864 ударить

prachy ob expr 8 685 peníze 815 548 деньги

bracha ob expr 8 444 bratr 150 313 брат

prusvih bez — 8 108 nepríjemnost 9 031 неприятность

brecet bez — 7 963 plakat 23 406 плакать

fama bez — 7 779 povést 61 008 молва

pasovat nekam ob — 7 757 hodit se 20 390 подходить [для чего]

facka ob — 7 741 pohlavek 1 377 оплеуха

kriminal ob — 7 657 vézení 134 751 заключение

lump bez — 7 285 darebák 5 557 бездельник

spital bez — 7 224 nemocnice 485 266 больница

blbec bez pejor 7 050 pitomec 3 280 дурак

sefovat bez — 7 001 rídit 140 698 управлять

ahoj bez — 6 842 nazdar 2 201 привет!

tura n. sl. — 6 415 cesta 741 732 путешествие

suplik ob — 6 374 zásuvka 10 940 выдвижной ящик

kytka bez — 6 109 kytice 14 641 букет

beztak bez — 6 089 beztoho 450 и без того

svec bez — 5 462 obuvník 1 047 сапожник

pitomy bez pejor 5 434 hloupy 25 526 глупый

metrak bez — 4 788 cent 10 993 центнер

kamos ob expr 4 769 kamarád 116 395 приятель

halt / holt ob — 4 680 zkrátka 52 273 просто-напросто

marod bez — 4 507 nemocny 118 011 больной

Продолжение

Слово Идиом Стиль Число Литературное Число Лексическое

наиденных лексическое наиденных соответствие

контекстов соответствие контекстов в русском

kurva ob zhrub 4 137 prostitutka 17 759 проститутка

polda bez expr 4 001 policista 512 709 полицеИскиИ

furt ob — 3 867 stále 697 389 постоянно

chmaták ob expr 3 848 zlodej 191 928 вор

hajzl n — 3 543 záchod 17 747 туалет

rande bez — 3 541 schüzka 88 940 встреча

hovno ob zhrub 3 388 lejno 846 дерьмо

flaska ob — 3 307 láhev 78 241 бутылка

burt ob — 3 299 vurt 1 462 сарделька

pitomec bez pejor 3 280 hloupy 25 526 дурак

kecat ob pejor 3 279 zvanit 1 696 болтать

potvora bez pejor 3 239 mizera 2 958 негодяИ

strejda bez expr 3 226 stryc 16 011 дядя

hecovat bez — 3 183 drázdit 6 942 дразнить

cpát co kam bez — 3 147 mackat 4 133 давить

marodit bez — 3 114 nemocen byt 920 болеть

posfák / pocfák ob — 3 068 listonos 1 287 почтальон

mrazák bez — 3 019 mraznicka 1 540 морозилка

kvartál bez — 2 968 ctvrtletí 57 041 квартал

gauner ob pejor 2 924 darebák 5 557 бездельник

drb ob pejor 2 907 pomluva 10 014 сплетня

dévka bez pejor 2 888 prostitutka 17 759 проститутка

senkyr ob zast 2 879 hostinsky 10 602 трактирщик

sokovat bez — 2 834 pohorsovat 2 081 возмущать

kumst bez expr 2 785 uméní 265 715 искусство

lamentovat bez — 2 784 naríkat 7 133 сетовать

profík bez — 2 735 profesionál 33 662 профессионал

sikanovat bez — 2 709 pronásledovat 18 940 преследовать

garsonka / garzonka bez — 2 705 garsoniéra 1 341 студио

vepredu bez — 2 658 vpredu 12 347 впереди

plichta ob — 2 588 remíza 79 372 ничья

sidit bez — 2 534 ublizovat 5 590 обманывать

spunt ob — 2 492 zátka 3 023 затычка

fesák bez — 2 457 elegán 1 451 франт

kuráz ob — 2 445 odvaha 39 671 отвага

nátura ob — 2 399 povaha 45 938 характер

fígl ob — 2 340 trik 17 687 уловка

spek bez — 2 330 slanina 6 382 шпик

mín bez — 2 325 méné 67 430 меньше

sichta ob — 2 276 sména 25 162 смена

rachejtle ob expr 2 213 raketa 37 727 ракета

ted'ka ob — 2 208 ted 604 771 сеИчас

flinta bez — 2 205 puska 16 124 ружье

perón bez — 2 138 nástupisté 7 433 перрон

parchant ob pejor 2 120 darebák 5 557 бездельник

kybl ob — 2 036 kbelík 4 318 ведро

bachar n.sl. — 2 013 dozorce 9 942 охранник

slapka bez zast 1 958 prostitutka 17 759 проститутка

ksicht n — 1 957 oblicej 74 850 лицо

pech ob expr 1 936 smüla 41 199 невезение

plac ob — 1 929 místo 1 783 165 место

polívka bez — 1 867 polévka 23 494 суп

grázl ob pejor 1 860 darebák 5 557 бездельник

sycák bez pejor 1 792 nicema 2 019 негодяИ

kumstyr bez expr 1 748 umélec 121 726 деятель искусства

basta ob — 1 708 dost! 1 985 хватит!

Окончание

Слово Идиом Стиль Число найденных контекстов Литературное лексическое соответствие Число найденных контекстов Лексическое соответствие в русском

mrcha bëz zhrub 1 678 mizera 2 958 негодяй

sesfak / sestak ob zast 1 672 dvacetihaler 194 монета в 20 геллеров

fotr n — 1 631 otec 238 950 отец

lejstro bëz pejor 1 614 listina 50 297 документ

kraval bëz pejor 1 590 ramus 3 593 гам

placaty ob — 1 550 plochy 17 348 плоский

cumak bëz — 1 546 cenich 1 259 морда

senk ob — 1 528 vycep 4 280 распивочная

pysk bëz — 1 501 ret 29 104 губа

mrnavy bëz expr 1 489 maly 1 018 346 щуплый

fuska bëz expr 1 479 drina 11 298 тяжелый труд

fort ob — 1 471 lesnik 8 803 лесник

siml bëz — 1 456 belous 1 495 лошадь светлой масти

strejcek bëz — 1 434 stryc 16 011 дядя

cunik bëz expr 1 427 prase 22 445 свинья

cumët ob zhrub 1 422 zirat 13 351 смотреть

gympl v.sl. — 1 398 gymnazium 99 946 гимназия

mukl n.sl. — 1 371 vezen 60 594 заключенный

mus ob — 1 370 nutnost 48 316 необходимость

pendrek bëz — 1 343 obusek 4 198 дубинка

veselka bëz zast 1 337 svatba 55 860 свадьба

putyka ob pejor 1 314 hospoda 71 437 пивная

bijak ob — 1 302 kino 284 124 кинотеатр

paraple bëz zast 1 296 destnik 7 518 зонтик

fajfka ob — 1 290 dymka 8 115 курительная трубка

prkotina bëz — 1 289 malickost 14 209 мелочь

kseftovat ob — 1 286 obchodovat 25 727 торговать

sesypat se ob — 1 249 zhroutit se 6 475 развалиться

piano bëz — 1 244 klavir 24 517 рояль

prekérni bëz — 1 240 povazlivy 1 293 опасный

srab ob pejor 1 227 zbabelec 3 296 трус

mliko bëz — 1 209 mleko 56 717 молоко

couhat bëz — 1 203 vycnivat 4 917 выступать

mord n — 1 183 vrazda 115 236 убийство

smejd ob pejor 1 176 brak 1 899 дешевка

hastrman ob — 1 174 vodnik 6 820 водяной

ruksak ob — 1 144 batoh 15 306 рюкзак

culit se bëz expr 1 136 usmivat se 36 077 улыбаться

Moravak bëz — 1 135 Moravan 12 332 мораванин

vytahovat se bëz — 1 131 chlubit se 8 433 хвастаться

sutr ob — 1 101 kamen 106188 камень

rosfak bëz — 1 061 ulicnik 1 638 хулиган

strudl bëz — 1 055 zavin 1 398 рулет

kapku bëz — 1 028 trochu 315 246 немного

penal bëz — 1 025 pouzdro 9 509 футляр

3.1. Данная таблица однословных соответствий, которую мы планируем представить целиком в одном из ближайших выпусков продолжающегося сборника «Язык, сознание, коммуникация» [15], позволяет определить не только абсолютную, но и относительную частоту употреблений рассматриваемых лексем. Например, если мы примем общее количество зафиксированных употреблений той или

иной обиходно-разговорной лексемы (А) и ее литературного коррелята (В) за 100%, то относительная частотность данной обиходно-разговорной лексемы будет равняться А/(А + В) х 100%.

3.2. В соответствии с данной таблицей и данной формулой расчета (А — сумма документированных контекстов употребления всех лексем из первой колонки; В — сумма документированных контекстов употребления всех их литературных коррелятов) средняя относительная частотность лексемы из первой колонки составляла приблизительно 5,2%.

При этом средняя относительная частотность лексических единиц, характерных исключительно для обиходно-разговорного чешского языка и не маркированных в качестве стилистически сниженных (снабженных пометой ob), в три раза ниже относительной частотности лексических единиц (снабженных пометой Ьйт): речь идет о 2,5% и о 7,5% соответственно. Если же мы будем учитывать также и лексические единицы обиходно-разговорного чешского языка, маркированные как стилистически сниженные (помета ob + помета п), то эта относительная частотность будет еще ниже — 2,1%.

Что же касается стилистических помет, то весьма высокой оказалась относительная частотность лексических единиц, маркированных как грубые — 9,1%, тогда как у слов, маркированных как пейоративные, экспрессивные или устаревшие, относительная частотность оказалась существенно ниже средней — 1,79%, 0,95% и 0,84% соответственно.

4. Полученный нами частотный словарь соответствий чешской обиходно-разговорной и литературной лексики не претендует на то, чтобы быть исчерпывающим уже в силу того, что на это не претендует список лексем, изначально предложенный П. Сгаллом и И. Гронеком. Тем не менее употребительность в современных чешских письменных текстах (а во многих случаях — весьма высокая употребительность) тех лексических единиц обиходно-разговорного чешского языка, которые были рассмотрены в данной статье, следует считать эмпирически доказанной, что безусловно должно быть учтено как минимум в лексикологии современного чешского языка, стилистике, практической лексикографии и лингво-дидактике.

ЛИТЕРАТУРА

[1] Белич Я., Гавранек Б., Едличка А., Травничек Ф. К вопросу об «обиходно-разговорном» чешском языке и его отношении к литературному чешскому языку // Вопросы языкознания. — 1961. — № 1. — С. 44—51.

[2] Изотов А.И. Опыт корпусного анализа функционально-семантической категории императивности в современном чешском языке // Вестник Московского университета. Серия 9: Филология. — 2007. - № 3. — С. 47—63.

[3] Изотов А.И. Чешский национальный корпус и аналитический императив: опыт корпусного анализа малоупотребительных и маргинальных языковых единиц // Вестник Оренбургского государственного университета. — 2007. — № 2. — С. 4—11.

[4] Изотов А.И. Императивность как прагмалингвистический феномен: на материале чешского языка. — М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2008.

[5] Изотов А.И. Опыт корпусного анализа чешских директивных и директивно-комиссивных перформативных глаголов // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия «Лингвистика». — 2012. — № 3. — С. 99—107.

[6] Изотов А.И. Корпусная революция: от «искусства» к «науке» // Филологические науки: Вопросы теории и практики. — 2013. — № 4—1. — С. 68—71.

[7] Изотов А.И. Чешское обиходно-разговорное койне vs русское просторечье // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия «Лингвистика». — 2013.— № 1. — С. 52—60.

[8] Изотов А.И. Обиходно-разговорный чешский язык — химера или реальность? // Альманах современной науки и образования. — 2013. — № 12. — С. 69—72.

[9] Сгалл П. Обиходно-разговорный чешский язык // Вопросы языкознания. — 1960. — № 2. — С. 11—20.

[10] Cvejnová J. Cesky, prosím II. Ucebnice cestiny pro cizince. — Praha: Karolinum, 2012.

[11] Hrdlicka M. Kapitoly o cestine jako cizím jazyce. — Plzeñ: Západoceská univerzita v Plzni, 2010.

[12] Mluvená cestina: hledání funkcního rozpetí / Eds. S. Cmejrková, J. Hoffmannová. — Praha: Academia, 2011.

[13] Sgall P., Hronek J. Cestina bez pfíkras. — Praha: H&H, 1992.

[14] URL: http://ucnk.ff.cuni.cz.

[15] URL: http://www.philol.msu.ru/~slavphil/books/jsk_index.html.

COMPARATIVE CORPUS ANALYSIS OF EVERYDAY SPOKEN CZECH LANGUAGE AND LITERARY LANGUAGE

A.I. Izotov

Department of Slavic Philology Faculty of Philology Lomonosov Moscow State University Leninskie Gory, 1 Humanities Building, Moscow, Russia, 119192

In this paper the lexis of everyday spoken Czech is compared with literary Czech lexis. The data is taken from the material which is a part of the Czech National Corpus of 1.3 billion contemporary written texts and identifies the most common words. A list of 165 pairs of everyday spoken Czech lexemes and literary Czech lexemes with the same lexical meaning has been established.

Key words: Czech as a foreign language, Literary Czech, everyday spoken language, corpus analysis, lexicography.

BIBLIOGRAPHY

[1] Belich I., GavranekB., Edlichka А., TravnichekPh. K voprosu ob «obihodno-razgovornom » cheshskom yazike i ego otnoshenii k literaturnomu cheshskomu yaziky [To the problem of every day spoken Czech language and it's correlation with literary language] // Voprosi yazikoznania. — 1961. — № 1. — P. 44—51.

[2] Izotov A.I. Opit korpusnogo analiza funktsionalno-semanticheskoy kategorii imperativnosti v sovremennom cheshskom yazike современном чешском языке [Comparative corpus analysis of functional-semantic imperative category in modern Czech language] // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seria 9: Philologia. — 2007. — № 3. — P. 47—63.

[3] Izotov A.I. Cheshskiy natsionalniy corpus I analiticheskiy imperativ: opit korpusnogo analiza maloypotrebitelnikh I marginalnikh yazikovikh edinits [Czech national corpus and analytical imperative: comparative corpus analysis of rare and marginal words] // Vestnik Oren-gurgskogo gosudarstvennogo universiteta. — 2007. — № 2. — С. 4—11.

[4] Izotov A.I. Imperativnost kak pragmalinguisticheskii phenomen: na materiale cheskogo yazi-ka [Imperative as a pragmalinguistics phenomena: based on Czech language]. — М.: «LI-BROKOM», 2008.

[5] Izotov A.I. Opit korpusnogo analiza cheshskikh direktivnikh i direktivno-komissionnikh per-formativnikh glagolov [Comparative corpus analysis of directive and commission performative verbs] // Vestnik Rossiiskogo universiteta druzbi narodov. Series: Linguistics. — 2012. — № 3. — P. 99—107.

[6] Izotov A.I. Korpusnaya revolutsia: ot "iskusstva" k "nayke" [Corpus-bases revolution: from "art" to "science"] // Philologicheskie nauki: voprosi teorii I praktiki. — 2013. — № 4—1. — P. 68—71.

[7] Izotov A.I. Cheshckoe obihodno-razgovornoe koine vs russkoe prostorechie [Every day spoken Czech Koine vs Russian popular language // Vestnik Rossiiskogo universiteta druzbi narodov. Series: Linguistics. — 2013. — № 1. — С. 52—60.

[8] Izotov A.I. Obihodno-razgovornii cheshskii — khimera ili realnost? [Every day spoken Czech — chimera or reality?] // Almanakh sovremennoy nayki i obrazovania. — 2013. — № 12. — С. 69—72.

[9] Sgall P. Obihodno-razgovornii cheshskii [Every day spoken Czech] // Voprosi yazikoznania. — 1960. — № 2. — С. 11—20.