Коррупция: вопросы теоретического осмысления

Коррупция: вопросы теоретического осмысления

Я. Г. ИЩУК,

старший преподаватель кафедры уголовной политики,

кандидат юридических наук

Corruption: the Questions of Theoretical Comprehension

Ya. G. ISHUK,

candidate of Law, Senior Lecturer of the Criminal Policy

УДК 343.9.01

В статье проводится анализ определения коррупции, которое дается в Федеральном законе «О противодействии коррупции», обозначаются проблемы законодательного толкования, исследованы научные позиции относительно данного понятия, предлагаются авторские определения понятий «Коррупция», «Коррупция в органах внутренних дел», «Коррупционная преступность в органах внутренних дел».

Коррупция, коррупция в органах внутренних дел, коррупционная преступность в органах внутренних дел.

The article gives analysis of corruption's definition which is given in the Federal law "About corruption counteraction", the problems of the legislative interpretation are indicated, the scientific positions on this concept are researched, offers the author's definitions of "Corruption", "Corruption in the Law Enforcement Bodies", "Corruption Crime in the Law Enforcement Bodies".

Corruption, corruption in the law enforcement bodies, corruption crime in the law enforcement bodies.

Одним из условий формирования в России правового государства является беспристрастное служение государственных служащих законным интересам своего народа. Однако, когда материальные потребности становятся смыслом жизни, а духовно-нравственные качества отходят на второй план, то появляется такое социально-опасное явление, как коррупция.

Проблема коррупции неустанно тревожит граждан России. Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) опубликовал сведения о том, как российское общество воспринимает степень распространения коррупции в обществе. По мнению опрашиваемых, уровень коррупциогенности в стране уменьшился. Ключевым годом перелома общественного мнения явился 2015 г. — до этого года российское общество не отмечало положительной динамики деятельности государства по противодействию коррупции, однако уже с 2016 г. такая деятельность стала оцениваться обществом как результативная. Но в тоже время, по мнению граждан, коррумпированность многих

институтов государства продолжает оставаться тревожно высокой: прежде всего это ГИБДД, полиция и медицинские учреждения [3]. Эти данные подтверждаются и регулярно возникающими резонансными событиями, например широко освещенной в СМИ антикоррупционной спецоперацией в Дагестане [5].

Озабоченность граждан не остается не замеченной со стороны органов власти. Работа, направленная на искоренение коррупции в российском обществе ведется постоянно. Используются все новые и новые инструменты борьбы с ней, в результате чего достигаются положительные результаты такой работы, однако до сих пор остается нерешенным ряд вопросов. Так, например в 2008 г. был принят Федеральный закон «О противодействии коррупции» [2]. Он впервые закрепил понятие «коррупция» в российском законодательстве. В соответствии с данным законом коррупция — это «злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом свое-

го должностного положения вопреки законным интересам общества и государства, в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц, либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами и совершение указанных деяний от имени или в интересах юридического лица» [20].

В ходе анализа данного определения выявлены неточности законодательных формулировок. Большинство российских ученых критикует данное определение. А. В. Кудашкин, Т. Л. Козлов считают, что законодатель использовал «узкое» толкование к формулировке коррупции [20]. Э. В. Талапина полагает, что легальное определение коррупции охватывает не все коррупционные действия [31]. В определении коррупции законодатель стал перечислять составы преступлений, содержащихся в Уголовном кодексе Российской Федерации (далее — УК РФ), однако не довел данную задумку до логического окончания, ограничившись формулировкой «иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения». Возникает вопрос, зачем вообще перечислять составы коррупционных преступлений и возможно ли охватить их полностью. Коррупция может проявляться не только в преступлении, но и в административном или в дисциплинарном (трудовом) проступках. Кроме того, коррупционная преступность характеризуется высокой степенью латентности и появлением новых еще не криминализируемых деяний, в связи с чем законодатель не успевает своевременно реагировать на новые формы проявления коррупционных деликтов. Таким образом, очевидно, что в законе содержится не весь диапазон коррупционных деяний [14].

Следующим недостатком является тот факт, что законодательное определение «коррупции» содержит положения, не согласующиеся с иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и даже противоречащие им. Так, в законе «О противодействии коррупции» содержится выражение «злоупотребление служебным положением», хотя в ст. 285 УК РФ данное деяние обозначено как «злоупотребление должностными полномочиями».

Так же возникает вопрос, почему в легальном определении «коррупции» говорится только о коррупционных действиях, выгода от которых носит имущественный характер [33]. Это на наш взгляд еще одно упущение законодателя, поскольку выгода может носить и неимущественный характер. Например, неправомерное

продвижение по службе можно отнести к оказанию необоснованных услуг неимущественного характера.

Кроме вышеперечисленных недостатков в науке говорится еще о некоторых. Так, например, С. Ф. Мазурин считает, что в Федеральном законе «О противодействии коррупции» обычное должностное преступление — взятка — было возведено в ранг коррупционных и что в законодательном определении коррупции нет признаков группового, организованного сообщества [26]. Данное мнение имеет право на существование. Поскольку коррупция может выступать в качестве организованного самоуправляемого механизма, функционирование которого может реализовываться в различных ветвях государственной власти и субъектах федерации.

Исходя из вышеизложенного можно сделать вывод, что закрепленное в Федеральном законе «О противодействии коррупции» легальное определение «коррупции» нуждается в доработке.

На сегодняшний день в российском научном обществе сложилось два мнения относительно понятия «коррупция».

Первая группа ученых понимает коррупцию в узком смысле, т. е. как подкуп, взяточничество. Они доказывают свое мнение тем, что «коррупция» в переводе с латинского языка означает «порча, подкуп». Также, представители данного подхода утверждают, что широкая трактовка термина коррупции обусловит интеграцию разных по своей криминологической характеристике преступлений (хищений, должностных преступлений) в совокупность всех коррупционных преступлений, в связи с чем нарушится законодательная логика [9].

Е. В. Марьина считает, что в узко-правовом смысле юридическая природа коррупции ограничивается действиями по предоставлению или получению разнообразных имущественных и неимущественных благ, которые выгодны обеим сторонам коррупционных деликтов. [13, 28].

Н. А. Егорова прослеживает сущность коррупции в подкупе должностных лиц, крайняя форма которого — взяточничество [13]. Профессор Кузнецова Н. Ф. под коррупцией видит «подкуп одних субъектов другими» [21, 23]. Схожей точки зрения придерживается Н. А. Ло-пашенко. Коррупция по ее мнению — это подкуп и ничто иное: «Подкуп главный фундамент коррупции. Он существует в ней всегда, в обязательном порядке. Подкуп служащих и должностных лиц носит всегда корыстный характер, не соединенные с подкупом деликты — не являются коррупционными». Такого же мнения придерживается и Е. А. Киршина [17, 22].

Вторая группа ученых понимает коррупцию в более широком смысле. Они исходят из того, что коррупция в условиях рыночной экономики, свободной торговли и демократии не может сводиться только к взяточничеству [24]. Ученые, которые придерживаются этой позиции под коррупцией, как правило, понимают всякое корыстное злоупотребление служащим своим служебным положением. К примеру, в социологическом словаре термин «коррупция» трактуется как разновидность преступной деятельности должностных лиц, использующих доверенные им государством или обществом права и властные полномочия в корыстных целях [29]. Г. Н. Борзенков полагает, что коррупция — это диссоциация управленческого звена в связи с использованием служащими служебного положения в корыстных интересах [11].

Л. М. Колодкин определяет коррупцию как общественно-негативное явление, выражающееся в использовании должностными лицами служебного положения для извлечения противозаконных выгод материального или имущественного характера [1].

Также считают М. В. Костенников и А. В. Куракин [19]. В. В Лунеев заявляет, что коррупция выходит за рамки взяточничества: «Коррупция не ограничивается взяточничеством, а распространяется на любые злоупотребления должностных лиц, совершенные с корыстной мотивацией» [7]; «Коррупция, как явление, охватывает множественные формы противоправного завладения публичных средств для личного использования» [23].

П. А. Кабанов утверждает, что коррупция

— это негативное социальное явление, заключающееся в корыстном использовании должностным лицом служебного положения для собственного обогащения [15].

Н. Н. Магомедов указывает, что коррупция

— это устойчивая, организованная деятельность служащих, использующих свое должностное положение вразрез интересам службы, с целью тайного личного обогащения [25]. Д. Ф. Вершинин определяет коррупцию как преступные действия в политической сфере или сфере госуправления, выражающиеся в использовании служащими вверенных им прав и властных компетенций для собственного обогащения. Коррупция в Российской Федерации - совокупность определенных должностных преступных деяний: взяточничество, злоупотребление служебным положением и др. [6].

Л. Д. Гаухман коррупцию определяет как использование должностным лицом своего статуса и предоставленных прав, которые предостав-

ляют возможность для незаконного обогащения (злоупотребление и превышение полномочий) [12].

На наш взгляд, «широкое» толкование коррупции является наиболее рациональным. Оно в большей мере отражает сущность коррупции. Подкупом и взяточничеством не ограничиваются формы выражения коррупции. В связи с этим особый интерес вызывает мнение Ю. М. Анто-няна. Он утверждает, что коррупция — это совершение законных либо незаконных действий субъектом, обладающим в силу своего служебного статуса предоставленными ему возможностями в пользу другого субъекта, который незаконно оплатил такое действие [9].

Ю. М. Антонян не сводит коррупцию только лишь к взяточничеству. Более того, он говорит, что незаконно оплаченные действия должностного лиц могут быть законными. Такие «законные действия» можно назвать коррупционным проступком. Коррупционный проступок принимает различные формы. Например, кадровый протекционизм, т. е. предоставление преимуществ при поступлении и продвижении по государственной службе родственникам, друзьям, знакомым; фаворитизм (патронаж, непотизм) — предоставление ресурсов родственникам, знакомым, друзьям [16, 23] и др.

Основываясь на проведенном анализе российского законодательства, а также существующих научных точек зрения, изложим свое понимание термина «коррупция», под которым понимаем законное или незаконное использование субъектом(ами) своего должностного положения вопреки интересам общества и государства, с целью получения выгоды имущественного и (или) неимущественного характера, для себя или для третьих лиц.

Исходя из определения можно выделить следующие признаки:

1) коррупционные деяния могут совершаться как в одиночку, так и в составе группы;

2) физическое лицо (физические лица) должно (должны) занимать определенное должностное положение;

3) коррупционные деяния физического лица (физических лиц) могут быть как законными, так и незаконными;

4) коррупционные деяния физического лица (физических лиц) совершаются вопреки интересам общества и государства;

5) целью совершения коррупционных деяний является получение выгоды имущественного и (или) неимущественного характера для себя или для третьих лиц.

В сформулированном определении мы по-

старались устранить неточности законодательства, о которых мы говорили ранее. Определение дано в широком смысле, т. е. под него подпадают и коррупционные преступления, и коррупционные правонарушения, а также коррупционные проступки. Кроме этого, данное нами определение не содержит терминов не согласованных с нормативными правовыми актами Российской Федерации или противоречащих им. Был учтен тот факт, что выгода от коррупционных действий (бездействий) может носить как имущественный, так и неимущественный характер.

Что касается определения коррупционной преступности, то нам кажется, что наиболее удачным является сформулированная позиция Л. Д. Гаухман: «Коррупционная преступность — это целостная, относительно массовая совокупность преступлений, посягающих на авторитет государственной службы или службы в органах местного самоуправления, выражающихся в незаконном получении преимуществ лицами, уполномоченными на выполнение государственных функций, либо в предоставлении данным лицам таких преимуществ, а также совокупность самих этих лиц» [12].

Служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов и защиту социально значимых отношений, что предопределяет наличие у сотрудников специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. В связи с чем, коррупционная преступность в ОВД носит значительную общественную опасность [18]. Кроме того, законодатель определил особый правовой статус сотрудников, проходящих службу в ОВД, обозначил особые требования к их личным и деловым качествам, установил обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования системы исполнительной власти, в связи с чем сотрудник, совершивший коррупционное преступление своим поступком подрывает доверие граждан не только к себе, но и к государству в целом.

Данная ситуация определяет необходимость определения сущности коррупции в ОВД. На законодательном уровне данное определение, несмотря на проведение целой кампании по борьбе с коррупцией в ОВД, не закреплено. Однако в российском научном мире существуют определенные мнения, относительно понимания «коррупции в ОВД» [4].

А. А. Тирских предлагает понимать коррупцию в ОВД как негативное социальное явление,

заключающееся в деформациях деятельности системы органов правопорядка вследствие использования сотрудниками своих служебных полномочий, авторитета и статуса службы в интересах физических и юридических лиц для получения выгод материального или нематериального характера для себя лично либо в корпоративных интересах [17, 32].

А. А. Макаров считает, что коррупция в ОВД — это подкуп (получение, обещание, предложение, дача, или вымогательство взятки), любое другое противоправное использование сотрудниками ОВД своего статуса для незаконного получения каких-либо преимуществ (имущества, прав на него, услуг или льгот имущественного характера) для себя, либо незаконное предоставление преимуществ любым другим лицам вне зависимости от совершения данных деяний лично или через посредников, вопреки законным интересам личности, общества и государства [12, 27].

Н. В. Сторчилова считает, что коррупция в ОВД — это негативное социальное явление, осуществляемое посредством использования сотрудниками органов внутренних дел своего служебного положения, авторитета и статуса службы, чаще всего вопреки законным интересам общества и государства, для получения выгод материального или нематериального характера для себя лично или других лиц, либо в корпоративных интересах преступным путем [30].

Все вышеуказанные определения имеют много общего между собой. Ученые согласны с тем, что сотрудником при совершении коррупционных действий всегда используется должностное положение, что целью совершения коррупционных действий является получение выгоды, причем она может быть как материальной, так и иной.

Таким образом, под коррупцией в ОВД предлагаем понимать как законное, так и незаконное использование сотрудником (работником) ОВД своего должностного положения вопреки интересам общества и государства, в целях получения выгоды имущественного и (или) неимущественного характера для себя или для третьих лиц.

Экстраполируя указанное определение на классическое определение преступности [8], сформулируем определение коррупционной преступности в ОВД. И так, коррупционная преступность в органах внутренних дел — это социально-негативное, исторически изменчивое правовое явление, состоящее из совокупности коррупционных преступлений, выражающихся в законном и незаконном использование сотрудником (работником) ОВД

своего должностного положения вопреки интересам общества и государства, в целях получения выгоды имущественного и (или) неимущественного характера для себя или для третьих лиц, совершенных за определенный промежуток времени.

В завершение следует сказать, что в российском законодательстве существует официально закрепленное определение термина «коррупция», однако по нашему мнению и мнению большинства российских ученых оно обладает рядом недостатков. Понятие «коррупция в ОВД» законодательного закрепления не имеет, хотя данный термин достаточно часто применяется в различных обращениях, заявлениях высших должностных лиц государства.

Любое познание — это, прежде всего, познание

в понятиях, соответственно функционирование механизмов системы профилактики коррупции невозможно без теоретического познания сущности коррупции и определения ее юридических начал, в связи с чем научно-обоснованное и юридически закрепленное определение дефиниций коррупции позволит, с одной стороны, определить пределы правового регулирования деятельности субъектов государственной системы профилактики данного явления, к которым должен относиться любой орган, «имеющий в своем арсенале средства воздействия хотя бы на одну причину или условие преступности» [4], а с другой — сформировать адекватные представления знаний о коррупции у граждан, что приведет к снижению правового нигилизма в обществе в целом, а в частности — уровня коррупции в России.

Список литературы:

1. Административно-правовые проблемы предупреждения коррупционной и организованной преступности: круглый стол // Государство и право. 2002. № 1.

2. О противодействии коррупции: федер. закон от 25 декабря 2008 г. № 273-Ф3. // Рос. газ. 2008.

3. ВЦИОМ. URL: http://www.levada.ru/03-09-2013/problemy-i-trevogi-rossiyan (дата обращения: 07.12.2017).

4. Криминология: учебник для вузов / под общ. ред. А. И. Долговой. М., 2001.

5. Первый канал. URL: https://www.1tv.ru/news/ (дата обращения 31.01.2018).

6. Политология: словарь-справочник / М. А. Ва-силик, М. С. Вершинин и др. М., 2001.

7. Политическая коррупция в России: матер. круглого стола // Государство и право. 2003. № 3.

8. Аванесов Г. А. Преступность и социальные сословия. Криминологические рассуждения. М., 2010.

9. Антонян Ю. М. Типология коррупции и коррупционного поведения // Социология коррупции: матер. науч.-практ. конф. М., 2003.

10. Богуш Г. И. Коррупция и международное сотрудничество в борьбе с ней: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004.

11. Борзенков Г. Н. Уголовно-правовые меры борьбы с коррупцией // Вестник Московского университета. 1993. № 1.

12. Гаухман Л. Д. Коррупция и коррупционное преступление // Законность. 2000. № 6.

13. Егорова Н. А. Уголовно-правовые формы борьбы с коррупцией в новых экономических условиях: дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1996.

14. Ищук Я. Г., Чистотина О. Н. Предупреждение коррупции в органах внутренних дел и формирование антикоррупционного поведения сотрудников и работников органов внутренних дел: уч. пособ. Рязань, 2015.

15. Кабанов П. А. Коррупция и взяточничество в России: исторические, криминологические и уголовно-правовые аспекты. Нижнекамск, 1995.

16. Качкина Т. Б, Качкин А. В. Коррупция и основные элементы стратегии противодействия ей. Ульяновск, 2010.

17. Киршина Е. А. Корыстный мотив в преступлениях коррупционной направленности // Вестник Казанского юридического института МВД России. 2017. № 3.

18. Кислый О. А. Противодействие коррупции в полиции: проблемы и приоритеты // Государственная служба и кадры. 2017. № 3.

19. Костенников М. В, Куракин А. В. Предупреждение и пресечение коррупции в системе государственной службы. М., 2004.

20. Кудашкин А. В, Козлов Т. Л. Еще раз о правовом понятии коррупции // Современное право. 2010. № 6.

21. Кузнецова Н. Ф. Коррупция в системе уголовных преступлений // Вестник Московского университета. 1993. № 1.

22. Лопашенко Н. А. Противодействие российской коррупции: обоснованность и достаточность уголовно-правовых мер // Экономический терроризм (интернет-журнал). URL: http:// sartraccc.ru (дата обращения: 07.12.2017).

23. Лунеев В. В. Коррупция: политические, экономические, организационные и правовые проблемы // Коррупция: политические, эко-

номические, организационные и правовые проблемы: сб. матер. Междунар. науч.-практ. конф. М., 2001.

24. Лунеев В. В. Преступность XX века: мировые, региональные и российские тенденции. М., 2010.

25. Магомедов Н. Н. Понятие коррупции в России // Российский следователь. 2013. № 3.

26. Мазурин С. Ф. Влияние коррупции на национальную безопасность государства // Государственная власть и местное самоуправление. 2013. № 6.

27. Макаров А. А. Коррупция в системе ОВД. М., 2009.

28. Марьина Е. В. Коррупционные преступления: отраслевое и межотраслевое согласование норм: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2010.

29. Осипов Г. В., Москвичев Л. Н. Социологический словарь. М., 2010.

30. Сторчилова Н. В. Коррупция в органах внутренних дел и ее предупреждение: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010.

31. Талапина Э. В. Комментарий к законодательству Российской Федерации о противодействии коррупции (постатейный) // СПС Кон-сультантПлюс.

32. Тирских А. А. Региональная криминологическая характеристика коррупции в органах внутренних дел: По матер. Восточно-Сибирского региона: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Иркутск, 2006.

33. Трунцевский Ю. В. О расширении предмета взятки (подкупа) нематериальными преимуществами // Труды Академии управления МВД России. 2017. № 4 (44).

E-mail: yar-vyatka@yandex.ru