Кредитование с потерей физического лица

Потребкредитование ставит антирекорды, вклады уносят из банков, и только кредиты компаниям растут небывалыми темпами. В общем, и импортозамещение работает, и Банк России недаром свой хлеб ест.

На прошлой неделе Банк России обнародовал максимальные ставки, по которым с 1 января 2015 года можно будет выдавать кредиты физлицам. Соответствующие поправки в закон о потребительском кредите были внесены еще в 2013 году. А теперь появились и конкретные значения, рассчитанные регулятором как среднерыночная цена кредита (для каждой категории своя), увеличенная на треть.

Для банков самая высокая ставка установлена по кредитам, выдаваемым в торговых сетях: от 34,7% до 54,9% годовых в зависимости от срока и суммы. Лимиты по кредитным картам с 1 января разрешено устанавливать по максимальным ставкам от 22,4% до 34,6%. Нецелевые кредиты можно предоставлять под 21,4-46,8%. Самая низкая планка установлена для автокредитов — 20,3-31,2%. Но это только потому, что ипотека не входит в перечень кредитов, по которым устанавливается ограничение. Если же говорить о рекордах разрешенной доходности, то они принадлежат микрофинансовым организациям (914,8% годовых), кредитным кооперативам (300%) и ломбардам (233,2%).

Все эти шаги предпринимаются в рамках борьбы с излишним ростом на рынке потребительского кредитования. Надо отдать должное регулятору: его целеустремленность дает ожидаемые результаты: потребкредитование, некогда бывшее главным драйвером экономики, стремительно сжимается. Так, в сентябре у 200 крупнейших российских банков по сумме чистых активов объем кредитов физлицам вырос всего на 57 млрд руб. Это самый низкий показатель за весь год, если не считать традиционно провального января, когда объем потребкредитов у 200 крупнейших банков вообще упал.

Справедливости ради стоит сказать, что и в прошлом году наблюдалась аналогичная картина: в сентябре был самый низкий рост потребкредитов за первые три квартала. Правда, тогда он был почти в два раза ниже, чем в этом году: 110 млрд руб. И в рекордном январе наблюдалось не падение, а рост, причем почти равный нынешнему сентябрьскому — 55 млрд руб.

Более того, если продолжать аналогии, в октябре 2013 года рост оказался более чем на треть меньше сентябрьского — 71 млрд руб. А значит, с учетом решительного настроя Центробанка и общего печального положения в экономике в октябрьских балансах совершенно не исключена полная победа над потребкредитованием.

С другой стороны, Банк России тоже не дает спуска поднадзорным: ставки по вкладам ограничены давно и надежно. А с учетом того, что регулятор отпустил рубль в свободное плавание, депозиты в этой валюте стремительно теряют популярность. Наверное, можно было бы поправить ситуацию при помощи ставок, но те под зорким присмотром ЦБ.

В результате даже с учетом роста курса доллара и доли валютных вкладов в сентябре объем депозитов физлиц, привлеченных 200 крупнейшими банками, снизился на 76 млрд руб. И это опять-таки худший показатель в году, за исключением января, когда вкладчики вынесли из банков 250 млрд руб. Как и с потребкредитами, ситуация на рынке депозитов в этом году аналогична прошлогодней, но с заметно большим размахом. В прошлом сентябре снижение оказалось в полтора раза меньшим, чем сейчас: всего 50 млрд руб. И этот показатель также стал худшим за три первых квартала года, за исключением января. Январский же рекорд 2013 года вышел на треть слабее нынешнего: падение на 168 млрд руб.

Неудивительно, что рейтинговое агентство Standard & Poor's назвало российский банковский сектор самым уязвимым среди банковских систем семи крупнейших развивающихся рынков. "Западные санкции напрямую затрагивают более 50% активов российского банковского сектора вследствие ограничения доступа банков к европейскому и американскому рынкам капитала",— утверждает кредитный аналитик агентства Мохамед Дамак.

Однако подобные рассуждения ни в малейшей степени не беспокоят Банк России. Более того, глава ЦБ Эльвира Набиуллина уверена, что банковский сектор сейчас стабилен как никогда, да и вся финансовая система не дает повода усомниться в ее устойчивости. "В предыдущие года, когда происходило такое снижение цен на нефть, а вслед за ним и снижение курса рубля, это сопровождалось зачастую проблемой на финансовом рынке, дефолтами, margin call, кризисом ликвидности. Сейчас финансовые рынки стабильны, банковский сектор продолжает нормально функционировать — это говорит о том, что наша финансовая система сейчас гораздо устойчивее, чем в предыдущие годы, гораздо лучше готова к значительным колебаниям цен на нефть и другим негативным внешним факторам",— уверяет глава мегарегулятора.

В защиту позиции Центробанка можно сказать, что сентябрь принес и еще один рекордный показатель — рост кредитов юрлицам почти на 618 млрд руб. Сильнее они росли только в январе — на 659 млрд руб. В прошлом году ничего похожего не происходило. Более того, максимальный показатель роста кредитов компаниям, показанный в августе, даже не приблизился к отметке 600 млрд руб.

Получается, что на смену буму потребительского кредитования приходит рост кредитования реального сектора экономики — постоянная мечта всех руководителей Банка России. Вот что санкции животворящие делают. То ли еще будет, ведь это только данные за сентябрь, когда, по данным Росстата, промышленное производство в стране выросло на 2,8%. А в октябре, как подсчитали в ведомстве, рост промпроизводства оказался и того больше — 2,9%. Открываются просто невиданные перспективы — так к началу следующего года и за 3% перевалит.

Нужно ли в таких условиях слушать иностранных аналитиков, которые к тому же обещают такие неприятные вещи, как рост оттока капитала, снижение доверия инвесторов и ослабление экономического роста? Да еще напоминают, что 70% российских банков имеют негативный прогноз по рейтингу.

Рейтинги

200 крупнейших банков России по сумме чистых активов