Музей под парусом

Амстердам, как всем известно, стоит на каналах. На канале же стоит и один из его заново открытых музеев — Морской, Sheepvaartmuseum, сделанный с присущим голландцам музейным замахом. Количество экспонатов в нем превышает все пределы человеческого внимания, но один из главных экспонатов вниманием никак не обойдешь.

Это трехмачтовый парусник "Амстердам". Еще несколько лет назад он был единственным свидетельством того, что музей существует и будет однажды открыт. Теперь он с полным правом пришвартован у музейного причала.

Полное имя корабля, под которым он вошел в морскую историю,— VOC Amsterdam. Аббревиатура VOC означает, что он принадлежал главной морской монополии Голландии XVII-XVIII века, Ост-Индской компании, которая сделала Объединенные провинции безраздельными хозяевами Индийского океана. Всемогущая галактическая Торговая Федерация из "Звездных войн" Джорджа Лукаса — лишь бледная тень того, что представляла собой Ост-Индская компания в Золотой век Голландии. Она имела почти две сотни кораблей, торговых и военных, собственную армию, тысячи работников по всему миру, могла основывать колонии, объявлять войны и даже чеканить деньги.

Исторический парусник был построен в 1748 году, имел 48 метров длины (от носа до кормы), 56 метров высоты (от киля до клотика), 11,5 метров ширины и нес 42 пушки. Нынешний трехмачтовик — клон исторического корабля, построенный на верфях в Амстердаме и подаренный музею в качестве наглядного пособия. Он выглядит сейчас так, как выглядел бы только что сошедший со стапеля в XVIII веке новичок вроде того, над которым трудился на верфях Ост-Индской компании наш знаменитый плотник Петр. Это музейный, по-голландски чистый корабль, без крыс и вшей. Он пахнет не грязными матросскими рубахами, не козами и курами, жившими на палубе для пропитания, не голландским сыром, составлявшим важную часть рациона длительного хранения, а шампунем для полов и булочками с кофе из музейного буфета. Садись и плыви к далеким берегам.

Но не тут-то было. Даже в солнечный осенний день корабельная жизнь в этой многоэтажном деревянном гробу ужасает. Поблуждав по нему, померзнув в трюме, набив шишки в переплетении конструкций, начинаешь понимать, как экипажу приходилось на волне и почему каждого четвертого матроса Ост-Индской компании хоронили в море. Ты видишь койки, покрытые сетью, чтобы ночью не выбросило прочь (единственная шутка музейщиков: лежащий на койке куль, изображающий матроса, издает свирепый храп), и тот самый "сундук мертвеца", в котором лежит все, что принадлежало матросу, а принадлежала ему, как можно увидеть, сущая малость: рубашка, деревянные туфли и медный грош.

Даже каюта капитана, занимающая всю корму, выглядит скверным номером худшего амстердамского отеля — с висящим над водой командирским гальюном, рядом с которым подмосковный сортир покажется мраморным дворцом. Тут становится ясно, что у капитана Блада было мало шансов привести себя в порядок или хотя бы почистить зубы, чтобы покрасоваться перед своей Арабеллой, а уж как приходилось на корабле ей — лучше вовсе не думать.

В такой каюте жил 33-летний капитан Вильгельм Клумп. 8 января 1749 года он повел "Амстердам" с 203 членами экипажа 127 солдатами и 5 пассажирами к острову Ява. На борту были ткани, вино и 27 сундуков серебряных монет. Эти цифры, увы, единственные в истории парусника. Плавание вышло не очень удачным. По правде говоря, совсем неудачным: январский шторм нагнал корабль у берегов Англии и утопил вблизи Гастингса. Обломки "Амстердама" до сих пор иногда выходят из воды во время рекордных отливов.

Это едва ли могло считаться каким-то из ряда вон выходящим итогом экспедиции. Обычное дело. Из 10 уходивших в плавание кораблей лишь 3 или 4 возвращались домой. Так что парусник — не аттракцион и не комната ужасов, а настоящий памятник людям, открывшим для нас дальние страны и приохотившим нас к табаку, специям и утреннему кофе, которым теперь пахнет Амстердам, город и корабль.