Аман Тулеев собрался на войну с метаном

Правительство может пересмотреть правила добычи угля в стране: премьер Дмитрий Медведев согласился с предложением губернатора Кузбасса Амана Тулеева проводить масштабную дегазацию «сверхопасных шахт», где в основном добываются коксующиеся угли для металлургии, и запрещать добычу до окончания процедуры. В отрасли считают, что замещение ценных марок угля импортом может обойтись в сумму до $1 млрд в год.

Губернатор Кузбасса — основного угольного региона России — Аман Тулеев предложил Дмитрию Медведеву на отраслевом совещании в Кемерове запретить отработку пластов сверхопасных шахт до тех пор, «пока в них не будет реально снижено содержание метана до безопасного уровня (ученые должны его установить), и жестко это контролировать» (цитаты по сайту правительства). По словам губернатора, надо изменить схему дегазации за счет создания специализированных компаний, не зависящих от угледобытчиков. В США, заявил господин Тулеев, такие фирмы «извлекают до 80% метана из угольных пластов», тогда как российские угольщики — всего 10–20%. По словам губернатора, только в Кузбассе восемь «сверхопасных шахт», от работы которых зависит 7,3 тыс. человек, и одномоментное закрытие их невозможно: на социальные программы нужно 15 млрд руб., а «металлурги не смогут работать без уникальных коксующихся марок».

Премьер согласился с просьбой. «Я не знаю, как это будет выглядеть с точки зрения бизнеса конкретных предприятий, но с точки зрения логики и заботы о жизнях людей это выглядит правильно. Поэтому я дам поручение это включить в протокол нашего сегодняшнего заседания»,— сказал господин Медведев.

Представители крупнейших угольных компаний РФ, опрошенных „Ъ“, инициативу Амана Тулеева не комментировали. Но источники „Ъ“ в отрасли настаивают, что требования к подземной добыче и так серьезно ужесточились после аварии на «Распадской» в 2010 году (с 2013 года подконтрольна Evraz). Сейчас проблема не в недостаточном регулировании, а в несоблюдении техники безопасности руководителями отдельных шахт и горняками, уверяют в отрасли. На это же ссылался в Новокузнецке и глава Ростехнадзора Александр Алешин, предложивший ввести уголовную ответственность руководителей шахт «за неоднократное грубое нарушение требований безопасности», даже если это не привело к гибели людей. Сейчас есть шесть категорий опасности шахт по уровню метана, обязательна дегазация при превышении нормы, но делается это в основном по мере разработки пластов, говорят источники „Ъ“. Как может быть изменен действующий порядок и какое содержания метана можно считать «безопасным», они предположить не берутся, в Ростехнадзоре на запрос „Ъ“ не ответили. Наиболее высоко содержание метана у шахт с коксующимися углями марок Ж и ГЖ, поясняют в отрасли.

Олег Петропавловский из БКС считает, что идея остановки добычи до «максимальной дегазации» может встретить серьезное сопротивление и вызвать очередной виток «взаимных торгов» бизнеса и власти. «На время приостановки шахтерам нужно платить две трети оклада, и наверняка владельцы компаний будут просить от государства софинансирования затрат, настаивая на сокращении персонала при отсутствии поддержки»,— полагает аналитик. По его мнению, заместить временно выпадающие объемы редких марок можно за счет импорта, но это приведет к удорожанию себестоимости металлургов. Руководитель угольного дивизиона Evraz Сергей Степанов 29 марта оценивал возможное увеличение затрат потребителей в сумму $0,5–1 млрд в год.