Формула любви к искусству

размышляет Татьяна Маркина

Рынок искусства — это такая вещь, о которой не просто интересно, а еще и приятно рассуждать. Особенно в последнее время. Каждые новые торги, невероятные рекорды и сногсшибательные итоги служат для этих рассуждений благодатной почвой, а многочисленные аналитические агентства с упоением рисуют кривые, то уверенно ползущие вверх, то готовящиеся нырнуть вниз. Состоявшиеся на прошлой неделе в Лондоне аукционы импрессионистов и модернистов Sotheby`s и Christie`s были особенно многозначительны: это первые крупные в сезоне торги, и от их исхода во многом зависела судьба кривых на 2008 год.

С тех пор как два нью-йоркских профессора Джанпинг Мей и Майкл Мозес изобрели индекс, который позволяет описать поведение рынка искусства, этот рынок стал гораздо привлекательнее для инвестиций. На самом деле ничего не изменилось, но описанный в привычных для бизнес-сообщества терминах арт-рынок стал казаться более безопасным. И никто не обращает внимания на то, что все индексы только обобщают и систематизируют прошлые продажи, а кривые строятся по невероятно усредненным результатам. И еще на то, что индекс Мея-Мозеса, который на настоящий момент обобщает сведения о продажах на нью-йоркских аукционах с 1950 года, на этом отрезке показывает для искусства примерно ту же доходность, что и для фондового рынка, а ведь считается, что инвестиции в искусство гораздо, гораздо выгоднее всех прочих.

Повысились требования к информационной составляющей — французское агентство ArtPrice выпускает новостные и аналитические сводки чуть ли не еженедельно, американский ArtNet не отстает. Поразительный по тщательности изготовления продукт недавно представило агентство Skate`s, честно описавшее рынок искусства как "наименее прозрачный и наиболее иррациональный сегмент рынка". Skate`s разработало модель оценки художественных активов, которая выражена в формуле P = (FV + IP) x PF. P (price) — это цена произведения, которая складывается из FV (fair value, это стоимость картины, определенная по аналогам, то есть по базе итогов аукционных продаж за последние годы) и IP (irrational premium). Этот компонент крайне интересен, так как совершенно субъективен и индивидуален для каждой комбинации "предмет искусства-покупатель", то есть показывает, сколько данный покупатель готов заплатить за данное произведение искусства. И все это надо умножить на PF (provenance factor) со значением от 0 до 1, который отражает риск подделки или, например, ограничения на экспорт. Полученная цифра — это и будет стоимость картины на арт-рынке. То есть та цифра, которую бывалый арт-дилер выдает, бросив один взгляд на картину, второй — на продавца, третий — на покупателя. Вот если бы провести эксперимент — сравнить рассчитанную по формуле сумму с той, что назовет арт-дилер, а потом с аукционным итогом.

Все аналитики к январю 2008 года отметили, что рынок достиг рекордного уровня. Предыдущим рекордным годом считается 1990-й, когда за немыслимые по тем временам миллионы были куплены "Портрет доктора Гаше" Винсента Ван Гога и "Мулен де ла Галетт" Пьер-Огюста Ренуара. Усредненный по разделам искусства ArtPrice Global Index на январь 2008-го достиг отметки 124 (где за 100 принят уровень июля 1990 года). По законам цикличности после пика должен идти спад — и он будет, тут уж можно не волноваться. Вот только когда? Через месяц — это одно, а через год — совсем другое. Индекс для раздела "Импрессионисты и модернисты" достиг только 98,9 и вроде бы имеет запас для роста. А для "Послевоенного и современного искусства" он уже достиг 165 (100 в этом разделе было ровно год назад), и ему давно уже пора упасть. Агентство ArtTactic заранее заголосило о падении уровня доверия к рынку современного искусства на 40%, а то же ArtPrice на всякий случай назвало прошлогодние цены на современных художников "спекулятивным пузырем".

И что же результаты прошедших торгов в Лондоне? Christie`s продали импрессионистов и модернистов, а потом современных художников; Sotheby`s — только импрессионистов и модернистов (своих "современников" аукционный дом перенес на конец февраля). Все результаты очень удачные, рекордные для лондонских аукционов. Замечательно проданы обе Доры Маар Пикассо (портреты Доры, доведенной до психушки своим гениальным возлюбленным, всегда имеют очень высокую irrational premium). На ура ушли все немецкие экспрессионисты, в том числе работы Алексея фон Явленского. Моне, Ренуар, Сислей — все выше эстимейта. Но это итоги вечерних торгов, состоящих из самых дорогих произведений, настоящих шедевров. А шедевры, как показывает статистика, вещи неприбыльные. Skate`s, например, считает, что средняя доходность инвестиций в мировые шедевры оказывается отрицательной. Шедевры — это сплошь иррациональность и субъективность, их покупают не для инвестиций, а для души. Но и дневные сессии Sotheby`s и Christie`s, состоящие из произведений средней ценовой категории, как раз подходящих для инвестиций, прошли отлично. Продано от 70 до 75% лотов, что является весьма хорошим показателем. Мало того, аукцион послевоенного и современного искусства Christie`s, произведений из самого рискованного раздела рынка, тоже дал хороший результат. Никакие индексы не упали, кривые карабкаются вверх. Картину Фрэнсиса Бэкона продали за $51 млн, поставили рекорд работы Лучо Фонтана и здравствующего Герхарда Рихтера.

Похоже, сработал еще один показатель, не учтенный ни одним из аналитиков рынка. Покупать произведения искусства, причем не для души, а для денег, стало модным. Это раньше хорошим тоном было говорить о своих эстетических переживаниях. Ну, или о том, что коллекционирование национальных художников — это такой способ самоидентификации новой элиты. Сейчас гораздо моднее рассуждать об индексах и кривых, анализировать доходность повторных продаж и гордиться тем, что правильно купленная картина подорожала за три года в 30 раз.