Адаптивные стратегии сельских жителей Еврейской автономной области в период экономических преобразований

УДК 316.334.55

С.А. Соловченков

Институт комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН

АДАПТИВНЫЕ СТРАТЕГИИ СЕЛЬСКИХ ЖИТЕЛЕЙ

ЕВРЕЙСКОЙ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ В ПЕРИОД ЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ

В статье на основании анализа социологической информации описана совокупность стратегий адаптации, позволивших сельским жителям Еврейской автономной области сохранить нормальные условия жизнеобеспечения.

Ключевые слова: сельский социум, стратегии трудовой адаптации, экономические преобразования.

Решение вопросов продовольственной безопасности для любого государства является жизненно важной проблемой. Единственным гарантом продовольственного самообеспечения является наличие развитого сельского хозяйства, что давно уже не характерно для России. Экономические преобразования конца XX в. в значительной степени подорвали основу продовольственного обеспечения государства. Сокращение занятости на селе, а после и закрытие большинства предприятий вследствие банкротства (сначала колхозов, затем товариществ и т.д.) привели к ситуации экономического коллапса на селе.

По прошествии ряда лет, когда государство обратило свое внимание на проблему сельского хозяйства, остро стал вопрос о возможности его восстановления. В данной статье акцент сделан не столько на материальном обеспечении сельского хозяйства, сколько на его кадровом потенциале.

Если на первых порах занятость на сельскохозяйственном предприятии позволяла в счет заработной платы, которая не выплачивалась по нескольку лет, получать продукты этого предприятия (будь то корма, удобрения, мясо и т.д.) [1], то чем сложнее становилась ситуация, тем меньше можно было рассчитывать на получение даже такой оплаты за свой труд. Наконец, единственной формой оплаты, которую предлагало предприятие, стало получение любого по размеру земельного участка (своеобразная форма погашения долга по зарплате).

Довольно длительное время работники сельскохозяйственных предприятий, несмотря на полное отсутствие оплаты труда, продолжали выполнять свои обязанности. Период подобных взаимоотношений продолжался от трех до семи лет. Только к концу 90-х годов сложившаяся ситуация начала кардинально меняться. Факт невыплаты заработной платы стал основанием для прекращения трудовых взаимоотношений по инициативе работников.

Кардинальное преобразование, только противоположной направленности, происходило в начале XX в., когда вся совокупность мелких производителей-собственников была вовлечена в колхозно-совхозную систему производства. Всем известно, насколько болезненно происходила эта трансформация.

В конце XX в. сделана попытка провести преобразование, конечным результатом которого должно быть появление массы мелких производителей. До сих пор остается нерешенным вопрос: удалось ли это? Смогли ли вчерашние работники колхозов и совхозов стать частными производителями? Во что превращается в настоящий момент сельский социум - в конгломерат мелких производителей сельскохозяйственной продукции или в совокупность наемных работников на службе у хозяев-фермеров? Можно ли сейчас рассчитывать на то, что при восстановлении сельскохозяйственного потенциала страны появятся работники для предприятий?

Однако научное исследование совокупности взаимоотношений «хозяин - работник» пока не является первоочередным. Несмотря на то, что данный вопрос является крайне

важным и в некоторой степени определяющим для понимания того, куда пойдет село в современной России. В настоящий момент значимым является вопрос «выживания» сельского населения.

Для поиска ответа необходимо понять, каким образом на протяжении полутора десятилетий сельские жители, фактически не имея источников дохода (по крайней мере, официальных), жили, учили детей, приобретали бытовую и автомобильную технику, т.е. вели практически нормальную жизнь. Выявление инструментов, способов, которые были использованы сельским населением, позволит сформулировать и более глубоко изучить те социальные и социально-трудовые стратегии, совокупность которых позволила выжить в неблагоприятных экономических условиях.

В качестве результатов предварительных исследований в статье представлены так называемые «рафинированные» стратегии адаптации без элементов их возможных сочетаний. В чистом виде эти стратегии применялись крайне редко. В большинстве случаев имело место сочетание представленных стратегий с преобладанием той или иной из них. Пока не рассматривается временная динамика использования отдельных стратегий, т.е. смена типа стратегий в зависимости от изменения общей ситуации, что также имело место.

Стратегия первая. Натуральный товарообмен продуктов сельского хозяйства, полученных как с личного подсобного хозяйства, так и с колхозных полей, на промышленные товары, которые завозились в деревню именно с этой целью либо родственниками, либо иными лицами. Соотношение ценовых характеристик было явно не в пользу жителей села, но при отсутствии иных вариантов принималось.

Основой этой стратегии стало формирование достаточно широкой социальной сети, охватывающей ближайших и дальних родственников, друзей, знакомых. Чаще всего система обмена носила псевдослучайный и псевдобезвозмездный характер. Как передача продукции сельского хозяйства в город, так и обратный поток товаров в деревню носили форму взаимопомощи. И с той и с другой стороны «подарки» передавались якобы безвозмездно, но при этом складывалось вполне объективное ожидание ответных «даров». Что самое интересное, и это связано с последствиями патриархального уклада сельской семьи, у стороны-реципиента возникало вполне естественное желание отблагодарить за «подарок». Помимо прямых взаимоотношений «родственник (знакомый) из города -родственник (знакомый) на селе», данная стратегия могла включать в себя, и чаще всего включала, более разветвленные социальные сети, как в городе, так и в селе. Необходимость «достать» тот или иной товар приводила к тому, что в указанную систему взаимообмена могли включаться люди, не имеющие прямой дружеской или родственной связи между собой, выступая «посредниками» или «поставщиками» при поиске необходимого товара. Возникала так называемая «система слабых связей» в социальной сети [2]. В результате реализации данной стратегии сельские жители имели возможность получать практически любые промышленные товары, к которым был доступ в городе.

Вторичным результатом реализации данной стратегии (инструментарием) явилось создание весьма разветвленной социальной сети «взаимопомощи». Изначально возникнув, она продолжала существовать достаточно длительное время даже после того, как отпала острая необходимость в ее функционировании.

Стратегия вторая представляет собой практически полный откат к натуральному хозяйству. Совершенно понятно, что реализация абсолютно замкнутой системы производства продуктов питания для семейного потребления практически нереальна. Но достаточно серьезное приближение к замкнутой системе имело место. Особое значение для реализации данной стратегии играла возможность достаточно свободного получения земли для семейного пользования.

Внимание концентрировалось на личном подсобном хозяйстве, его максимальном расширении с возможностью вырастить как можно больше продуктов питания и обеспечить себя ими. Деньги в этой стратегии играли некоторую роль. Источником денег

был город, который являлся основным потребителем излишков, преимущественно мяса (реже в силу дешевизны продуктов растениеводства).

Стратегия связана с максимально возможным расширением земельного надела, поголовья скота и птицы в подсобном хозяйстве; выращиванием большинства необходимых продуктов питания, в том числе овощей и ягоды; получением некоторых товаров самостоятельной переработки (сливочное масло, сыр, творог, сметана, соевое масло, вина, варка пива, выделка шкур домашних животных, пошив из них элементов одежды).

Стратегия третья схожа с предыдущей. Отличие заключалось в том, что значительная часть производимой продукции, как животноводства, так и растениеводства, вывозилась в город, где продавалась. В рамках этой стратегии сельчане кооперировались в группы, в которые входил человек, имеющий транспорт. Компенсировали его расходы на моторное топливо (4-5 человек «скидывались» и заправляли машину, либо кто -то заправлял машину своим топливом и т.д.) и выезжали в город. На рынке продукция распродавалась, и закупались необходимые вещи и продукты. Отчасти данная стратегия была схожа с транзакциями, получившими широкое распространение в этот же период на территории городов на юге Дальнего Востока [3].

Стратегия связана с расширением надела обрабатываемой земли, увеличением поголовья скота и птицы; частыми поездками в город для реализации сельскохозяйственной продукции; эпизодическим производством продуктов переработки (сыра, творога, сливочного масла, сметаны) для себя и на продажу; более широким использованием промышленных товаров, приобретенных в городе.

Стратегия четвертая - стратегия удаленной занятости. Связана с работой в городе либо на территории области, отдаленной от места жительства. Чаще всего поиск работы велся через знакомых и родственников. В дальнейшем, найдя работу, человек постепенно «перетягивал» в организацию, в которой трудился, близких друзей, родню. Подобный стиль занятости был сопряжен с поиском жилья, чтобы избежать ежедневных поездок «дом - работа - дом». Жилье снималось в складчину, либо селились на первых порах у родственников, знакомых и т.д. Наиболее хорошими вариантами были командировочный стиль занятости (когда работники занимались ремонтами, строительством, выполнением каких-либо заказов на территории области, и, следовательно, их разъезды и проживание оплачивались работодателем) и занятость по графику дежурств (когда уровень заработной платы позволял человеку приехать на дежурство, отбыть его и на несколько дней вернуться домой для отдыха).

Несомненно, совокупность возможных стратегий адаптации значительно шире, как за счет пока не выявленных моделей выживания, так и за счет различных вариантов сочетаний.

Таким образом население села, предоставленное самому себе в период экономических преобразований, смогло приспособиться к изменившейся ситуации. Люди нашли решение своих проблем, выжили и ведут вполне нормальный образ жизни (за исключением тех, кто приспособиться не смог или просто спился, а таких было немалое количество). Найденные источники средств, места работы в той или иной степени удовлетворяли сельское население. Постоянные контакты с городом, в рамках реализации той или иной стратегии, привели к достаточно широкому распространению городского образа жизни. В этой ситуации возникла проблема возвращения селян к прежним видам трудовой занятости при возрождении в прежних масштабах и расширении сельскохозяйственного производства.

Библиографический список

1. Соловченков, С.А. Специфика трансформации рынка труда депрессивного региона (на примере Еврейской автономной области) / С.А. Соловченков, Л.Е. Бляхер // Вестник С-ПбГУ. Серия 12 «Психология, социология, педагогика». Вып. 2. Часть 2. - 2009. - март. - С. 134-147.

2. Грановеттер, М. Сила слабых связей / М. Грановеттер // Экономическая социология. - 2009. - Т. 10. - № 4, сентябрь.

3. Соловченков, С.А. Специфика трансформации рынка труда депрессивного региона (на примере Еврейской автономной области) / С.А. Соловченков, Л.Е. Бляхер // Вестник ТОГУ. - 2008. - № 3 (10) сентябрь. - С. 45-57.

© Соловченков С.А., 2011

Автор статьи - Сергей Александрович Соловченков, кандидат социологических наук, Институт комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН, г. Биробиджан, e-mail: solovchenkov@yandex.ru. Рецензент - В.Н. Никитенко, доктор психологических наук, профессор, Институт комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН.