Активы готовятся к разморозке

Национальный расчетный депозитарий разъяснил, как будет добиваться разблокировки активов россиян. Но вопросов меньше не стало. Пока речь идет только о тех средствах, которые заморожены в Clearstream, он подотчетен регуляторам Люксембурга. Несколько дней НРД хранил молчание, а теперь сообщил, что самим владельцам заблокированных акций ничего делать не нужно. Их интересы будут представлять брокеры, которые должны отправить в депозитарий документы на каждого клиента, тот передаст их в Clearstream, и уже он будет требовать разморозки у местного Минфина.

Фото: Роман Яровицын, Коммерсантъ

Как все это будет работать? И какие есть риски? Замгендиректора компании «Финам» Ярослав Кабаков отмечает, что действовать через НРД разумно, но пока не понятно, где именно должны оказаться разблокированные бумаги: «Так как с Национальным расчетным депозитарием связаны все финансовые институты в России, в которых как раз и заблокированы ценные бумаги, так НРД проще координировать работу этих финансовых институтов, она ведется комплексно.

Что это за альтернативные депозитарии? У всех ли участников рынка есть к ним доступ? И что это будет означать? Счет НРД есть и в Euroclear, и Clearstream, они и заблокированы. Видимо, имеется в виду, что бумаги должны быть переведены на какие-то параллельные депозитарии. Опять же возможен некий компромисс того, что владелец ценной бумаги обслуживается в российском финансовом институте, а, соответственно, активы числятся на счете НРД в каком-нибудь другом депозитарии. Сейчас вся совокупность факторов и формулировок пока не позволяет в точности говорить, каков будет механизм разблокировок».

В сообщении НРД дополнительно оговаривается, что они описывают лишь предварительный механизм взаимодействия с Clearstream и своими клиентами. Кроме того, в действиях депозитария прослеживается противоречие: на сайте сказано, что он будет действовать самостоятельно в интересах всех россиян, но пресс-служба сообщила, что индивидуальные обращения от лица брокеров к европейским регуляторам по-прежнему важны, и эту практику нужно сохранить.

“Ъ FM” попросил замгендиректора брокера «Открытие Инвестиции» Андрея Салащенко объяснить, как участники рынка распределили обязанности: «Уровень неопределенности крайне высок. Никто не знает, что произойдет, какие будут решения по поданным документам, какого объема раскрытия хватит для того, чтобы провести операции.

Идея была в том, чтобы инвесторы подавали индивидуальные запросы, возможно, по ним будут какие-то иные решения. Другое дело, что Бельгия, например, дает на такие запросы типовые ответы в виде федеральной лицензии сквозного разрешения для всех. Опять же мы не знаем, может быть, большая часть, например, останется все равно заблокированной. Вполне допускаю, что дальше все будет работать по индивидуальным обращениям.

Мы все живем лишь определенными предположениями. Для меня очевидно, что 7 января большую часть средств вывести не удается. После этого многие обратятся в Европейский союз с целью продления срока по октябрьскому пакету. Если этого не произойдет, то все равно есть возможность и до октябрьского пакета подавать на соответствующие исключения из санкций. Просто это не конкретные нормы, прописанные под НРД, как в данной ситуации, а общие, когда любое лицо может обратиться за исключением».

В сообщении НРД сказано, что если активы не будут выведены из Clearstream до 7 января, они продолжат там числиться как замороженные. Их дальнейший правовой статус не определен. Скепсис по поводу сроков у участников рынка объясняется большим количеством необходимых документов, состав которых также не ясен: депозитарий говорит, что ждет разъяснений из Европы. Кроме того, этот пакет нужно будет собрать на каждого из пяти миллионов клиентов — именно столько россиян, по подсчетам ЦБ, пострадали от блокировки ценных бумаг.

Сами участники рынка пока не придумали, как выйти из положения, рассказывает партнер адвокатского бюро NSP Александр Некторов: «Это довольно сложная задача. Ситуация обсуждалась 23 декабря на общей встрече НРД и брокеров. Но у нас нет другого варианта, поэтому это нужно сделать. В соответствии с генеральной лицензией казначейства Люксембурга, которая действует до 7 января, предполагается, что после этой даты операция уже будет невозможна. Как это будет на самом деле, пока сложно предсказать. Исходя из этих соображений, нужно до 6 января подать все необходимые документы, чтобы Euroclear в свою очередь успел их освободить и в течение пяти дней отчитался перед своим регулятором.

Кроме того, уже сейчас видно, что мнение казначейства Бельгии кардинально отличается от мнения казначейства Люксембурга, и правила будут другие. Возможно, что взаимодействие будет так же централизовано — через крупных брокеров либо НРД, например. И напоминаю, что казначейство Бельгии выдвигает в качестве условия наличие некоего европейского гаранта, который ручается за соблюдение правил, отсутствие санкционных рисков, дью-дилидженс, KYC и будет отчитываться перед бельгийским регулятором. То есть это должна быть коммерческая организация, ведущая предпринимательскую деятельность на территории Европы».

Правила, которые опубликованы на сайте бельгийского Минфина, отличаются от люксембургских не только требованием поручителя. Как уже рассказывал “Ъ FM”, из этого проекта следует, что инвестор сможет лишь продать бумаги, которые прежде числились замороженными. А о судьбе накопленных за месяцы заморозки дивидендов в документе вообще не сказано ни слова.

При том, что в бельгийском Euroclear, по подсчетам Еврокомиссии, находятся бумаги на сумму €50 млрд. А в люксембургском Clearstream — только на €5 млрд.

Новости в вашем ритме — Telegram-канал "Ъ FM".