Борис Алешин: главное, что получит АвтоВАЗ,— возможность оценить свой бизнес

Альянс Renault и АвтоВАЗа — вполне внятный символ победы западных автоконцернов в борьбе за российский рынок с российскими компаниями и одновременно один из шансов вернуться к вопросу о том, может ли Россия позволить себе национального автопроизводителя. Президент АвтоВАЗа Борис Алешин изложил корреспонденту "Ъ" Дмитрию Беликову свой взгляд на сделку АвтоВАЗа и Renault.

— Почему АвтоВАЗ выбрал партнером именно Renault?

— Решение о выборе партнера нельзя было принимать до бесконечности. Мы достигли того уровня взаимопонимания с Renault, который был необходим. Важнейшим условием было сохранение брэнда Lada и готовность партнера его развивать. Каждый участник переговоров (помимо Renault на партнерство претендовали General Motors, Magna, Fiat и Porsche.— "Ъ") представил нам предложения, мы выбрали Renault, и всем, кто с нами был готов сотрудничать, мы благодарны. К сожалению, предложения наших потенциальных партнеров я не могу раскрыть, так как все эти компании публичные. Самое главное, что получит АвтоВАЗ от сделки с Renault,— это возможность адекватно оценить свой бизнес. Еще осенью 2007 года мы не могли этого сделать. Renault предложила свою оценку, и на мой взгляд, она объективна.

— Правда ли, что Renault заплатит за блокпакет АвтоВАЗа более $1,3 млрд?

— Ценовые параметры сделки я раскрывать не имею права.

— Чем АвтоВАЗ интересен Renault?

— Во-первых, потенциальным объемом выпуска в 1 млн автомобилей в год. Альянс Renault-Nissan-АвтоВАЗ будет входить в тройку крупнейших автопроизводителей в мире. Кроме того, у нас с Renault много общего, к примеру у нас невелика себестоимость производства. Наконец, любой иностранный автоконцерн, который приходит в Россию, задумывается о локализации производства. АвтоВАЗ может помочь Renault с этим, поскольку вокруг завода сформирован парк поставщиков. Еще одно наше конкурентное преимущество — крупнейшая в России сбытовая сеть, аналога которой нет ни у одного российского автопроизводителя (АвтоВАЗ является совладельцем более 130 дилерских компаний.— "Ъ").

— Когда Renault начинала переговоры с АвтоВАЗом, она претендовала на контроль. Возможен ли вариант продажи контрольного пакета АвтоВАЗа Renault?

— Нет. Пока этот вопрос вообще не обсуждается.

— Обрисуйте хотя бы в общих чертах ваши планы с Renault? Как будет развиваться совместное производство?

— Я не могу ничего сказать до завершения due dilligence. Renault предоставит нам платформу, какую — сейчас решается. Платформа в глобальных альянсах предоставляется, чтобы увеличить объемы производства машин на ней и снизить себестоимость их выпуска. Это позволяет быстрее амортизировать затраты на создание производства. Сейчас обговариваем условия передачи технологий.

— АвтоВАЗ говорил, что вместе с Renault будет делать автомобиль на платформе класса С, который компания уже начала с канадской Magna...

— На платформу нужен донор на силовой агрегат. Им может стать Renault. Renault присутствие партнеров в проекте вполне устраивает. Это вопрос правильного построения бизнеса. Вообще, АвтоВАЗ — это история выбора между Fiat и Renault. 40 лет назад АвтоВАЗ выбрал Fiat — это сделал мой предшественник, с которым я родился в один и тот же день. То же самое происходит и сейчас, но на завод приходит Renault. Мы на новом витке.

— Насколько обязателен к исполнению меморандум о взаимопонимании? Есть ли риск, что сделка в конце февраля не состоится?

— Все оговаривается отдельными условиями и внутренней документацией, например взаимными письмами. В бизнесе сколько угодно примеров, когда стороны ударили по рукам, а после due dilligence вышли из сделки. Но я не думаю, что это наш случай.