К вопросу об институте наблюдателей в России: юридический и политологический аспекты

К вопросу об институте наблюдателей в России: юридический и политологический аспекты On the issue of the Institute of Observers in Russia: legal and political aspects

Гуляницкая Д.А.

Студентка второго курса бакалавриата, юридический факультет, Санкт-Петербургский государственный университет,

РФ, г. Санкт-Петербург E-mail: gulya.dina@yandex.ru

Gulyanitskaya D.

2rd year bachelor student, faculty of law, Saint-Petersburg state university, Russia, Saint-Petersburg E-mail: gulya.dina@yandex.ru

Ребров С.А.

Магистрант второго курса, ф-т политологии,

Санкт-Петербургский государственный университет,

РФ, г. Санкт-Петербург E-mail: n aruto639@ mail. ru

Rebrov S.

2rd year master student, faculty of political science, Saint-Petersburg state university, Russia, Saint-Petersburg E-mail: naruto639@mail. ru

Аннотация.

В данной работе рассматриваются эволюция российского института наблюдателей на примерах изменений избирательного законодательства. Авторы делают акцент на внесенные в федеральные законы поправки в период с 2011 по 2016 гг. Также в статье описываются политологические причины снижения активности наблюдателей и делается вывод о нестабильности избирательной системы в России, подвергающейся трансформации в зависимости от политический ситуации в стране.

Annotation.

In this article the evolution of the Russian Institute of Observers is explored in examples of changes to electoral laws. The authors focus on amendments to federal laws in the period from 2011 to 2016. Also, the article describes the political reasons for the decline in the activity of observers and concludes that the electoral system in Russia is unstable, subject to transformation depending on the political situation in the country.

Ключевые слова: выборы, наблюдатели, избирательные системы, избирательное законодательство

Keywords: elections, observers, electoral systems, electoral legislation

С точки зрения норм современной демократии, институт наблюдателей на выборах любого уровня является неотъемлемым элементом демократичности выборов. Представители политических сил, независимые активисты и иные неравнодушные граждане сами выступают в качестве средств контроля над избирательным процессом. В любом гражданском обществе права наблюдателей не только зафиксированы в соответствующем законодательстве, но и являются частью гражданской политической культуры, которые соблюдаются, в том числе, как дань традициям.

В России же институт наблюдателей с начала 90ых годов подвергался коренным изменениям в ходе трансформаций политического режима. Согласно исследованию Ю.А. Скоковой, законодательство, связанное с наблюдателями, с самого начала развивалось весьма противоречиво. Скокова пишет: «.. .С одной стороны, имелась тенденция к расширению их прав. Например, изменения избирательного законодательства в 2005 г. позволили наблюдателям знакомиться с реестром открепительных удостоверений, заявлений о голосовании вне помещения для голосования и т.д. С другой стороны, если в

период с 1994 по 2004 гг. организации гражданского общества имели право назначать наблюдателей на выборы, то в 2005 г. это право было отменено...» [1].

Говоря же о более современном этапе, то с 2011 -2012 годов наблюдался колоссальный рост числа наблюдателей. В 2011 г. перед выборами в Государственную Думу ассоциация «Голос» при поддержке ряда СМИ создает проект «Карта нарушений на выборах», куда избиратели, наблюдатели и члены избирательных комиссий сообщали о происходящих нарушениях. Таким образом, в течение 4-5 декабря при голосовании и подсчете голосов на «Карте» было зафиксировано более 7000 сообщений о различного рода нарушениях, и эти масштабные фальсификации федеральной избирательной кампании 2011 года спровоцировали широкую мобилизацию населения. Специфика подобных процессов заключается в том, что многие ранее незаинтересованные в политике индивиды становятся активными участниками избирательного процесса, в том числе и как наблюдатели. Так, беспрецедентные по количеству нарушений выборы 2011 г. привели к всплеску появлений движений и организаций, обеспечивающих наблюдение на выборах от муниципального до федерального уровней: «Росвыбор», «СОНАР», «Лига избирателей» «Петербургский наблюдатель» и др. Более активно начали проводить «школы наблюдателей» как парламентские, так и несистемные партии. Появляются проекты альтернативного подсчета голосов - системы сбора и обработки отчетов наблюдателей по итогам выборов, например, «народный избирком» и «сводный протокол», с помощью которых выявлялись несоответствия протоколов, выдаваемых наблюдателям в УИК, и тех, что в результате вносились в ГАС «Выборы».

Эти процессы положительно повлияли на изменения в избирательном законодательстве: так, удаление наблюдателя из помещения для голосования стало возможно только в случае, если факт нарушения им законодательства о выборах установлен в судебном порядке [2], когда как раньше решение об удалении принималось участковой или вышестоящей комиссией, что зачастую приводило к злоупотреблению правом. Помимо этой поправки, теперь право наблюдателя проводить в помещении для голосования фото- и видеосъемку, хоть и обремененное рядом условий, нашло прямое закрепление

в тексте Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания РФ». Несмотря на отсутствие запрета в законе, в предыдущие годы с реализацией этой возможности у наблюдателей, как правило, возникали сложности.

Однако невозможно обойти и законодательные ограничения последних лет: к примеру, в 2016 г. была внесена поправка в федеральный закон [3], обязывающая представлять список назначенных наблюдателей в соответствующую территориальную комиссию не позднее чем за три дня до дня голосования с указанием ФИО каждого наблюдателя и адресом его места жительства, что вызвало негативную реакцию у политически активной общественности; в частности, указывалось, что подобное требование может привести к административному давлению на наблюдателей.

Также авторы полагают, что ограничение числа наблюдателей (не более двух), которых вправе в соответствии с действующим законодательством направить в избирательную комиссию соответствующие партии и зарегистрированные кандидаты, если и имеет благие намерения сократить такое явление как «карусели наблюдателей», то на практике ведет к тому, что важнейший процесс передачи протоколов из УИК и ТИК и внесения итогов голосования в ГАС «Выборы», зачастую происходящий глубокой ночью, остается без наблюдения.

Стоит отметить, что одной из ключевых проблем наблюдения на выборах остается невозможность удостовериться, что прибывший гражданин обладает правом голосовать на данном избирательном участке. Статус наблюдателя позволяет наблюдать за действиями избирательной комиссии по установлению личности избирателя, не вмешиваясь в ее работу и не подменяя своими действиями ее полномочия. В соответствии с федеральным законом, обработка персональных данных гражданина возможна «для достижения общественно значимых целей при условии, что при этом не нарушаются права и свободы субъекта персональных данных» [4]. Сложно не согласиться с тем, что проверка соответствия данных паспорта гражданина с указанными в списке избирателей должна проводиться для достижения общественно значимой цели -пресечения незаконной выдачи бюллетеня. Однако наблюдатель не является управомоченным субъектом по установлению личности гражданина, и попытка совершить подобные действия может быть приравнена к нарушению права на неприкосновенность частной жизни гражданина.

Однако механизмами сдерживания активности наблюдателей могут выступать не только общее изменение избирательного законодательства, но и неформальные практики. В качестве примера одного из видов неформальной практики может выступать снижение явки избирателей. В условиях отсутствия минимального порога по явке, снижение активности участников голосования создаёт, с одной стороны, голосование ядерного электората правящей партии (или кандидата от неё), с другой же стороны, низкая явка открывает большие возможности для фальсификации, что нередко сопровождается ущемлением прав наблюдателей.

Рассматривая институт наблюдателей в контексте отечественной избирательной системы, стоит отметить, что отечественная избирательная система является крайне нестабильной вообще. Начиная с двухтысячных годов, отечественная избирательная система подвергалась постоянным трансформациям в зависимости от развития политической ситуации [5]. Постоянные изменения касались не только изменения минимального барьера для прохождения в парламент (как например, на выборах 2007 года), но и постоянных скачков от мажоритарной избирательной системы к пропорциональной. Если же рассматривать федеральную избирательную кампанию 2016 года, то избирательное законодательство снова было изменено. На этот раз депутаты парламента избирались по смешанной системе: половина по пропорциональной системе, половина по одномандатным округам. Подобная схема сильно усложняет работу наблюдателей за счёт увеличения числа бюллетеней, однако здесь можно сделать вывод, что отечественная избирательная система в целом является скорее инструментом политического сдерживания, чем институтом гражданского волеизъявления граждан [6].

Список используемой литературы:

1. Скокова Ю.А. Наблюдатели на выборах в России. М., 2015. 58с.

2. Федеральный закон от 12.06.2002 N 67-ФЗ (ред. от 01.06.2017) "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" // http://www.consultant.ru

3. Там же. 4. Федеральный закон от 27.07.2006 N 152-ФЗ (ред. от 29.07.2017) "О персональных данных" // http://www.consultant.ru

5. Черкашина Н.В. Становление избирательной системы Российской Федерации. Ростов на Дону. 2014. 2 с.

6. Ребров С.А. Российская избирательная система как инструмент политического сдерживания: проблемы и перспективы. СПб., 2017. 59а