Толкование и конкретизация как универсальные формы эволюции права

ТЕОРИЯ ПРАВА

М.В. Залоило*, Н.С. Малютин**

Толкование и конкретизация

как универсальные формы эволюции права

Аннотация. В статье право рассматривается как результат эволюционного процесса. Через формы внешнего выражения процесса эволюции права предпринята попытка оценить изменения права. Эволюционность права рассматривается в зависимости от эффективности права. Дается классификация форм эволюции права, которая основывается на предположении о существовании различных форм эволюции права: (1) предопределенных прежде всего господствующей концепцией правопонимания и (2) не зависящих от различных доктринальных взглядов на природу права. В качестве особых форм эволюции права, не зависящих от различных доктринальных взглядов на природу права, рассматриваются толкование и конкретизация. При анализе толкования и конкретизации выделяются их общие и особенные характеристики. Обосновывается идея универсальности толкования и конкретизации как форм эволюции права. Идея универсальных форм строится на сущности права, нормативности и формальной определенности как объективно существующих правовых принципах, а также на обусловленности правовой неопределенностью. Ключевые слова: конкретизация права, толкование права, право, правоинтерпретация, правопонима-ние, правоприменение, правореализация, правотворчество, эволюция права, эффективность права.

Идея эволюции в простейшей форме заключается в том, что определенное состояние какой-либо системы является результатом более или менее длительных изменений предшествовавшего ее состояния1, в широком смысле в социальных науках под эволюцией понимается представление об изменениях в обществе, их направленности, порядке, закономерностях.

Изменение общественных отношений, обусловленное в настоящее время в частности развитием техники и технологий, приводит к изменениям в правовой системе, в правовой культуре, в законодательстве, в правосознании. В этой связи возникают новые правовые понятия, юридические нормы, институты права и даже целые отрасли. Но можно ли считать подобные изменения эволюцией права? Всегда ли нормативные модификации приводят к

1 См.: Философская энциклопедия: в 5 т. М.: Сов. энциклопедия, 1960-1970.

эволюции права? Полагаем, что на это вопрос следует ответить отрицательно. Только приращение эффективной правовой материи является эволюцией права. В таком случае возникает вопрос: что понимать под «эффективностью»? Актуальная практика правотворчества сталкивается с проблемой зарегулированности тех или иных общественных отношений, которые по своей природе не нуждаются в столь детальной, а иногда и чрезмерной правовой регламентации. Подобное правотворчество, по нашему мнению, вряд ли можно считать эффективным. Эффективность права — это способность конкретного нормативного регулирования оптимально достигать определенной цели, адекватно реагируя на актуальные общественные вызовы. В этой связи можно сделать важный вывод, который, по сути, и станет отправной точкой настоящего исследования. Под эволюцией права в рамках настоящего исследования следует понимать изменение права как

© Залоило М.В., 2015

* Залоило Максим Викторович — кандидат юридических наук, старший научный сотрудник отдела теории законодательства Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ. [z-lo@mail.ru]

117218, Россия, г. Москва, ул. Б. Черемушкинская, 34. © Малютин М.В., 2015

** Малютин Никита Сергеевич — аспирант кафедры конституционного и муниципального права юридического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, ведущий консультант отдела анализа и обобщения практики Конституционного Суда РФ. [n_malyutin@mail.ru]

119991, Россия, ГСП-1, г. Москва, Ленинские горы, д. 1, стр. 13. 84 Актуальные проблемы российского права. 2015. № 4 (53) апрель

системы, выражающееся в создании эффективного правового регулирования общественных отношений в целях отражения реального состояния общества в конкретный временной период.

Разрешение вопроса об оценке изменения права с точки зрения его эволюционности не представляется возможным без оценки формы как внешнего выражения этого процесса. В данной связи следует оговориться, что подход к пониманию формы предопределен прежде всего господствующей концепцией правопонимания. Если для позитивистов основной формой эволюции является деятельность законодателя по осуществлению правового регулирования, то для психологической школы формирование права произошло уже на этапе возникновения максимы поведения в конкретных вновь возникших общественных отношениях, которая может как иметь объективированное выражение в форме властного предписания, так и не иметь такого. Между тем считаем необходимым отметить, что существуют и универсальные формы развития права, которые не зависят от различных доктринальных взглядов на природу права. В основе данных форм лежит подход, согласно которому нормативность, предопределяющая сущность права, является универсальным и объективно существующим правовым принципом2. К таким универсальным формам следует отнести толкование и конкретизацию права.

Толкование права. Как известно, одним из важнейших элементов правореализационного процесса выступает толкование права3. Между тем современная практика правоприменения показывает, что результаты толкования зачастую содержательно выходят за пределы данного процесса. В этом вопросе необходимо согласиться с подходом М. Тропера, утверждающего, что исследование толкования права исключительно с позиций правоприменения представляется в рамках полноценного конституционно-правового анализа однобоким и, как следствие, оказывается неспособным решить тот спектр практических задач, который ставится перед исследователями данной области юридической науки4. Не вдаваясь в пространные описания многочисленных подходов к проблеме сущности толковательного процесса5, сформулируем лишь

наиболее верный, с нашей точки зрения, подход, согласно которому толковательный процесс состоит из трех последовательных этапов: уяснение, разъяснение и развитие6. И если для уяснения характерны внутренние мыслительные операции, то разъяснение и развитие все же носят объективированный характер. Это выражается в том, что процесс толкования должен завершиться выработкой и формулированием какого-то конкретного результата (смысла), который должен быть выражен вовне. Только в этом случае процесс толкования можно считать завершенным. Между тем результат толкования содержательно может быть различным.

А.В. Смирнов и А.Г. Манукян отмечают, что способ толкования права может быть статическим или динамическим1. При этом под статическим толкованием авторы понимают процесс выявления единственно возможного смысла нормы, предопределенного неизменной в течение времени волей законодателя. Динамическое же толкование, напротив, обусловлено изменчивостью реального содержания и смысла правовой нормы с течением времени, «ибо само право способно изменяться некоторое время даже в рамках старых юридических форм»8. Так, при статическом подходе толкование носит, скорее, характер разъяснения буквального содержания нормы в целях правоприменения. В рамках же динамического подхода нормативное поле для интерпретационной деятельности представляется более широким. В него помимо самой толкуемой нормы попадают и основополагающие принципы права (в случае естественно-правового подхода) и различные оценочные категории (в случае социологического подхода). Использование же толкования в данном случае связано, скорее, с адаптацией существующего правового регулирования к реальным общественным отношениям, что нередко приводит к корректировке позитивного права. Нетрудно догадаться, что в основе разграничения данных подходов лежит наличие в процессе толкования стадии логического развития. И действительно, отходя от буквального смысла правовой нормы, а иногда и кардинально меняя его, толкователь не может руководствоваться лишь собственными представлениями о праве и, таким образом, осуществлять свою деятельность произ-

2 См., напр.: Малютин Н.С. Проблема нормативности решений Конституционного Суда Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2013. № 1. С. 71-76.

3 См., напр.: Теория государства и права: курс лекций / под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько. М.: Юристъ, 1997. С. 440; а также некоторые доктринальные позиции: Недбайло П.Е. Применение советских правовых норм. М.: Госюриздат, 1960. С. 324-327; Спасов Б. П. Закон и его толкование. М.: Юрид. лит., 1986. С 188 и др.

4 См.: Тропер М. Проблема толкования и теория верховенства конституции // Сравнительное конституционное обозрение. 2005. № 4. С. 171.

5 По данному вопросу рекомендуем обратиться к клас-

сикам отечественной юридической мысли, напр.: Алексе-

ев С.С. Общая теория права: в 2 т. М.: Юрид. лит., 1982.

Т. II; Васьковский Е.В. Цивилистическая методология: Учение о толковании и применении гражданских механизмов. М.: ЮрИнфоР, 2002; Люблинский П.И. Техника, толкование и казуистика уголовного кодекса / под ред. В.А. Том-синова. М.: Зерцало, 2004; Шершеневич Г.Ф. Общая теория права: в 2 т. М.: Юрид. колледж МГУ, 1995. Т. 2 и др. 6 Необходимо отметить, что, в отличие от уяснения и разъяснения, развитие является необязательным этапом толкования, но наличие данного этапа позволяет говорить

06 эволюционном характере толковательного процесса.

7 См.: Смирнов А.В., Манукян А.Г. Толкование норм права: учеб.-практ. пособие. М.: Проспект, 2008.

8 Там же.

вольно. В конечном счете результат толкования должен быть аргументирован и содержать убедительные выводы относительно того, насколько предлагаемый вариант нормативного регулирования соотносится с общеправовыми принципами, публичным порядком и прочими требованиями, формирующими национальный правопорядок (то есть находится в рамках так называемого интерпретационного поля).

Кроме того, по мнению некоторых авторов, при осуществлении толкования, необходимо обнаруживать не только непосредственный смысл нормы, но и «скрытое ее содержание»9. Справедливость данного тезиса находит свое подтверждение в том, что нормативно-правовые акты, в силу своей ограниченности, не могут обеспечить регулирование всего комплекса общественных отношений. В такой ситуации вполне резонно возникает вопрос о том, что необходимо делать судье (или иному правоприменителю) при рассмотрении конкретного дела. В случае если сводить толкование исключительно к раскрытию и уяснению непосредственного смысла норм, суд может оказаться в весьма затруднительном положении, обусловленном отсутствием конкретной нормы, регулирующей спорные правоотношения. Именно поэтому компонент «логического развития»10 (ratiocinatio) толкуемых правоположений является существенным для применения, а следовательно, и для процесса интерпретации нормативных актов.

Так, в своем Постановлении от 25.01.2001 № 1-П11 Конституционный Суд РФ указал, что суд общей юрисдикции или арбитражный суд, на основании ст. 120 Конституции РФ, самостоятельно решая вопрос о том, подлежит ли та или иная норма применению в рассматриваемом им деле, уясняет смысл нормы, то есть осуществляет ее казуальное толкование. Вместе с тем в судебной практике должно обеспечиваться конституционное истолкование подлежащих применению норм. Как следует из ч. 2 ст. 74 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ», конституционное истолкование нормативного акта или отдельного его положения, проверяемого посредством конституционного судопроизводства, относится к компетенции Конституционного Суда РФ, который, разрешая дело и устанавливая соответствие Конституции РФ оспариваемого акта, в том числе по содержанию норм, обеспечивает выявление конституционного смысла действующего права. В таком случае данное им истолкование, как это выте-

9 Васьковский Е.В. Цивилистическая методология. С. 88-89.

10 Там же. С. 87.

11 Постановление Конституционного Суда РФ от 25.01.2001

№ 1-П по делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса РФ в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова

и Н.В. Труханова // Собрание законодательства РФ, 2001. № 7.

Ст. 700.

кает из ч. 2 ст. 74 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ» во взаимосвязи с его ст. 3, 6, 36, 79, 85, 86, 87, 96 и 100, является общеобязательным, в том числе для судов. Безусловно, данная позиция Конституционного Суда РФ представляется вполне обоснованной в отсутствие прямого законодательного регулирования данного вопроса. При этом следует также констатировать факт осуществления «толкования-развития».

Еще одним примером может стать интерпретация Высшим Арбитражным Судом РФ условий возникновения права собственности на недвижимые вещи в случае наследования, которая дана в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 № 22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»12. Практическое применение данного правила приводило к тому, что наследники не имели права претендовать на недвижимое имущество в порядке наследования, если право на него не было ранее зарегистрировано в надлежащем порядке. Действующее гражданское законодательство, а следом и судебная практика говорит о том, что возникновение права собственности на недвижимое имущество происходит только с момента государственной регистрации права. Указанное выше разъяснение пленумов по факту ввело дополнительное исключение в общее правило возникновения права собственности на недвижимое имущество, которое позволило разрешить достаточно серьезную проблему наследования квартир в недостроенных домах и т.п.

В обоих случаях можно наблюдать следующее. Анализ судом действительной ситуации в правоприменении показал, что существует некоторый пласт общественных отношений, реально нуждающихся в дополнительном правовом регулировании. Между тем какое-либо конкретное регулирование данного вопроса отсутствует либо предоставляет правоприменителю такую дискре-цию, которая по своей сути дезавуирует смысл данного регулирования. В этой связи суды приходят к выводу о необходимости выведения нового нормативного правила (в ситуации с возникновением права собственности) или дополнительной конкретизации уже существующего (как в случае обязательности конституционного истолкования и его применения судами общей юрисдикции).

Конкретизация права. Помимо толкования, в эволюции права особую роль играет конкретизация права как особый, объективно необходимый

12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 10; Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 № 22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // СПС «Консультант Плюс».

процесс, обусловленный необходимостью развития и совершенствования содержания права, потребностями в правильном, эффективном его применении.

Поясним, в чем заключается особое значение конкретизации права. Праву присуще объективное свойство неопределенности. Правовая неопределенность связана с другим объективным свойством права — нормативностью — и выражается в юридических нормах. Неопределенность в праве может выступать как негативное, так и как позитивное явление. В первом случае неопределенность рассматривается как дефект правового регулирования и проявляется в существовании пробелов в праве, наличии юридических коллизий и т.п.; во втором — имеется в виду так называемая запрограммированная неопределенность (к примеру, если речь идет о принципах права или оценочных понятиях).

Правовое регулирование норм общего характера охватывает обширный, относительно неопределенный круг общественных отношений, поскольку нормоустановитель не может предусмотреть все многообразие ситуаций, возникающих в жизни. Неопределенность в праве, таким образом, позволяет учесть особенности различных видов общественных отношений, динамику их развития. К тому же абстрактный характер юридических норм демонстрирует мощь, глубину и социальную ценность нормативного способа руководства обществом, и именно в возможности охвата общим и обязательным правилом поведения заключена регулятивная функция права13.

Вместе с тем важнейшим свойством права в то же время является формальная определенность его норм, которая представляет собой свойство права предельно точно фиксировать и формализовать необходимые признаки фактических ситуаций, требующих регламентации с помощью правовых предписаний14. Праву присуща закономерность перехода от качества неопределенности к качеству определенности. Этому переходу как раз и способствует конкретизация.

Процесс юридической конкретизации, напрямую связанный с функционированием и эволюцией права, имеет объективную природу. По мнению А.Б. Венгерова, конкретизация является неотъемлемым свойством права: «нормативность и конкретизация — две диалектически взаимосвязанные стороны, характеризующие правовой способ регулирования общественных отноше-

ний... Высокая степень обобщенности, абстрактности норм права порождает конкретизацию в качестве специфического процесса реализации и развития права»15. Заметим, что помимо объективной природы юридическая конкретизация характеризуется также субъективным элементом. Это процесс, осуществляемый определенным субъектом права: законодателем, правоприменительными органами, непосредственно субъектами правоотношения в рамках таких форм реализации права, как использование, исполнение, соблюдение, что подразумевает в первую очередь интеллектуальный характер такой деятельности (в этом смысле конкретизация схожа с толкованием права).

Конкретизация, как и толкование, используется, по нашему мнению, во всех стадиях правового регулирования с присущей спецификой: в правотворчестве, в процессе реализации права (в том числе в правоприменении), в правотолкова-нии (правоинтерпретации)16. Это дает основание для разграничения правотворческой, правореа-лизационной и правоинтерпретационной конкретизации права11.

Правотворческая конкретизация заключается в принятии новых правовых предписаний, уточняющих, дополняющих и развивающих уже существующие правила поведения в заданном ими направлении, исходя из смысла и содержания конкретизируемых (первоначальных) норм. Воплощение содержания права в жизнь, в конкретные поступки вполне определенных субъектов невозможно без осуществления правореали-зационной конкретизации. «Конкретные права и обязанности отдельных граждан познаются ими посредством выводов из юридических норм и фактических обстоятельств, то есть, говоря короче, путем конкретизации норм»18. В конечном счете конкретизация способствует воплощению юридической нормы в действительность, непосредственному применению ее к конкретному случаю.

Осуществление конкретизации требуется и тогда, когда возникает необходимость уточнить, детализировать акт толкования (интерпретации). Исходя из такого понимания, под право-интерпретационной конкретизацией следует

13 См.: Судебная практика в советской правовой системе / под ред. С.Н. Братуся. М.: Юрид. лит., 1975. С. 18.

14 См. подробнее: Власенко Н.А. Конкретизация в праве: природа и пути исследования // Конкретизация законодательства как технико-юридический прием нормотворческой, интерпретационной, правоприменительной практики: материалы междунар. симпозиума (Геленджик, 27-28 сентября 2007 г.) / под ред. В.М. Баранова. Н. Новгород: Нижегор. акад. МВД России, 2008. С. 60.

15 Венгеров А.Б. Конституционный контроль в СССР // Правоведение. 1970. № 3. С. 34-35.

16 См.: Залоило М.В. Понятие и формы конкретизации юридических норм: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011.

17 Подробнее о правотворческой и правореализацион-ной конкретизации юридических норм см.: Залоило М.В. Пределы и техника конкретизации юридических норм в правотворчестве // Журнал российского права. 2014. № 11. С. 34-41; Он же. Понятие и виды правореализационной конкретизации юридических норм // Адвокат. 2011. № 11. С. 28-37.

18 Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. М.: Изд. Бр. Башмаковых, 1917. С. 1.

понимать более детальное, уточняющее разъяснение акта толкования юридической нормы самим субъектом толкования. Кроме того, под правоинтерпретационной конкретизацией можно понимать также наполнение юридической нормы новым содержанием в ходе ее толкования (развитие права).

Результаты правоконкретизирующего процесса неодинаковы: «в правотворческой деятельности конкретизация дает нормы права, в деятельности по толкованию — детальные, конкретные суждения, высказывания о праве и его элементах, в правоприменении — правовые положения, как нечто приближающееся к правовой норме и даже могущее стать ей при известных формальных процедурах, если существует потребность охватить данные обстоятельства не только общим, но и более конкретным правилом»19.

Подводя итог сказанному, важно отметить следующее. Неопределенность и абстрактность правовой материи, возрастающая потребность в правильном, единообразном и эффективном правовом регулировании изменяющихся общественных отношений обусловили эволюцию

права в форме толкования и конкретизации. Общие причинно-следственные связи дают повод говорить об общих основаниях данных явлений. Также следует отметить, что толкование и конкретизация играют важную роль на всех стадиях правового регулирования: как в правотворчестве, так и в правореализации, что подчеркивает универсальный характер этих форм эволюции права. К тому же конкретизация и толкование часто имеют один объект и цель — приближение содержания конкретизируемой или толкуемой нормы к конкретным жизненным обстоятельствам, к условиям ее применения.

Несмотря на наличие общности, толкование и конкретизация — нетождественные понятия. Прежде всего, они обладают рядом особенностей и сложным характером соотношения и взаимовлияния. Толкование необходимо предшествует конкретизации права. К тому же толкованию подлежит любая норма, а конкретизация возможна только тогда, когда сам нормодатель намеренно допускает развитие содержания нормативного предписания (например, при наличии оценочных понятий в содержании нормы и т.д.).

Библиография:

1. Алексеев С.С. Общая теория права: в 2 т. М.: Юрид. лит., 1982. Т II. 360 с.

2. Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. М.: Изд. Бр. Башмаковых, 1917. 571 с.

3. Васьковский Е.В. Цивилистическая методология: Учение о толковании и применении гражданских механизмов. М.: ЮрИнфоР, 2002. 508 с.

4. Венгеров А.Б. Конституционный контроль в СССР // Правоведение. 1970. № 3. С. 34—35.

5. Власенко Н.А. Конкретизация в праве: природа и пути исследования // Конкретизация законодательства как технико-юридический прием нормотворческой, интерпретационной, правоприменительной практики: материалы междунар. симпозиума (Геленджик, 27—28 сентября 2007 г.) / под ред. В.М. Баранова. Н. Новгород: Нижегор. акад. МВД России, 2008. С. 58-61

6. Залоило М.В. Понятие и формы конкретизации юридических норм: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011. 196 с.

7. Залоило М.В. Пределы и техника конкретизации юридических норм в правотворчестве // Журнал российского права. 2014. № 11. С. 34-41.

8. Залоило М.В. Понятие и виды правореализационной конкретизации юридических норм // Адвокат. 2011. № 11. С. 28-37.

9. Лазарев В.В. Эффективность правоприменительных актов (Вопросы теории). Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1975. 208 с.

10. Люблинский П.И. Техника, толкование и казуистика уголовного кодекса / под ред. В.А. Томсинова. М.: Зерцало, 2004. 248 с.

11. Малютин Н.С. Проблема нормативности решений Конституционного Суда Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2013. № 1. С. 71-76.

12. Недбайло П.Е. Применение советских правовых норм. М.: Госюриздат, 1960. 150 с.

13. Смирнов А.В., Манукян А.Г. Толкование норм права: учеб.-практ. пособие. М.: Проспект, 2008. 143 с.

14. Спасов Б.П. Закон и его толкование. М.: Юрид. лит., 1986. 247 с.

15. Судебная практика в советской правовой системе / под ред. С.Н. Братуся. М.: Юрид. лит., 1975. 328 с.

16. Теория государства и права: курс лекций / под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько. М.: Юристъ, 1997. 672 с.

17. Тропер М. Проблема толкования и теория верховенства конституции // Сравнительное конституционное обозрение. 2005. № 4. С. 171-181.

18. Шершеневич Г.Ф. Общая теория права: в 2 т. М.: Юрид. колледж МГУ, 1995. Т. 2. 362 с.

References (transliteration):

1. Alekseev S.S. Obshhaja teorija prava: v 2 t. M.: Jurid. lit., 1982. T. II. 360 s.

2. Vas'kovskij E.V. Uchebnik grazhdanskogo processa. M.: Izd. Br. Bashmakovyh, 1917. 571 s.

3. Vas'kovskij E.V. Civilisticheskaja metodologija: Uchenie o tolkovanii i primenenii grazhdanskih mehanizmov. M.: Ju-rlnfoR, 2002. 508 s.

19 Лазарев В.В. Эффективность правоприменительных актов (Вопросы теории). Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1975. С. 15.

4. Vengerov A.B. Konstitucionnyj kontrol' v SSSR // Pravovedenie. 1970. № 3. S. 34-35.

5. Vlasenko N.A. Konkretizacija v prave: priroda i puti issledovanija // Konkretizacija zakonodatel'stva kak tehniko-ju-ridicheskij priem normotvorcheskoj, interpretacionnoj, pravoprimenitel'noj praktiki: materialy mezhdunar. simpozi-uma (Gelendzhik, 27-28 sentjabrja 2007 g.) / pod red. V.M. Baranova. N. Novgorod: Nizhegor. akad. MVD Rossii, 2008. S. 58-61.

6. Zaloilo M.V. Ponjatie i formy konkretizacii juridicheskih norm: dis. ... kand. jurid. nauk. M., 2011. 196 s.

7. Zaloilo M.V. Predely i tehnika konkretizacii juridicheskih norm v pravotvorchestve // Zhurnal rossijskogo prava. 2014. № 11. S. 34-41.

8. Zaloilo M.V. Ponjatie i vidy pravorealizacionnoj konkretizacii juridicheskih norm // Advokat. 2011. № 11. S. 28-37.

9. Lazarev V.V. Jeffektivnost' pravoprimenitel'nyh aktov (Voprosy teorii). Kazan': Izd-vo Kazan. un-ta, 1975. 208 s.

10. Ljublinskij EI. Tehnika, tolkovanie i kazuistika ugolovnogo kodeksa / pod red. YA. Tomsinova. M.: Zercalo, 2004. 248 s.

11. Maljutin N.S. Problema normativnosti reshenij Konstitucionnogo Suda Rossijskoj Federacii // Konstitucionnoe i municipal'noe pravo. 2013. № 1. S. 71-76.

12. Nedbajlo P.E. Primenenie sovetskih pravovyh norm. M.: Gosjurizdat, 1960. 150 s.

13. Smirnov A.V., Manukjan A.G. Tolkovanie norm prava: ucheb.-prakt. posobie. M.: Prospekt, 2008. 143 s.

14. Spasov B.P. Zakon i ego tolkovanie. M.: Jurid. lit., 1986. 247 s.

15. Sudebnaja praktika v sovetskoj pravovoj sisteme / pod red. S.N. Bratusja. M.: Jurid. lit., 1975. 328 s.

16. Teorija gosudarstva i prava: kurs lekcij / pod red. N.I. Matuzova, A.V. Mal'ko. M.: Jurist'', 1997. 672 s.

17. Troper M. Problema tolkovanija i teorija verhovenstva konstitucii // Sravnitel'noe konstitucionnoe obozrenie. 2005. № 4. S. 171-181.

18. Shershenevich G.F. Obshhaja teorija prava: v 2 t. M.: Jurid. kolledzh MGU, 1995. T. 2. 362 s.

Материал поступил в редакцию 24 февраля 2015 г.

Interpretation and specification as universal forms of evolution of law

ZALOILO, Maksim Viktorovich — PhD in Law, Senior Scientific Researcher of the Department of Legislative Theory of the Institute of Legislation and Comparative Legal Studies under the auspices of the Government of the Russian Federation. [z-lo@mail.ru]

117218, Russia, Moskva, B. Cheremushkinskaya ul., 34.

MALYUTIN, Nikita Sergeevich — Postgraduate student of the Department of Constitutional and Municipal Law of the Law Faculty of the Moscow State University named after M.V. Lomonosov, Leading Consultant of the Department of Analysis and Practical Guarantees of the Constitutional Court of the Russian Federation. [n_malyutin@mail.ru]

119991, Russia, GSP-1, Moskva, Leninskie gory, d. 1, str. 13.

Review. The article evaluates law as a result of evolutionary process. Through the forms of outwards expression of the process of evolution the authors attempt to evaluate the changes in law. Evolutionary character of law is viewed in its dependency upon the legal efficiency. The authors provide classification of forms of legal evolution, which is based upon the proposition on the existence of various forms of legal evolution: (1) the ones which are predefined by the dominant concept of understanding law; (2) the ones which are not dependent upon the various doctrinal views upon the nature of law. The authors regard specification and interpretation as the special forms of legal evolution, which do not depend upon various doctrinal views on the nature of law. When analyzing interpretation and specification, the authors single out their common and specific features. The authors substantiate the ideas of universal interpretation and specification as forms of legal evolution. The idea of universal forms of law is based upon the nature of law, normative character of formal definition as objective legal principles, as well as matters predefined by lack of legal clarity.

Keywords: legal specification, interpretation of law, law, legal interpretation, understanding law, applying law, implementing law, law-making, evolution of law, efficiency of law.