Понятие теодицеи в богословии и русской философской традиции

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

УДК 122/129

ПОНЯТИЕ ТЕОДИЦЕИ В БОГОСЛОВИИ И РУССКОЙ ФИЛОСОФСКОЙ ТРАДИЦИИ

Г.В. Валеева

Анализируется проблема теодицеи в богословской и философской традициях. Рассматриваются категории добра и зла; определяются основные формы зла и их оправдание; рассматриваются вопросы существования зла в мире и мере ответственности за зло человека, а также согласования идеи Благого и Всемогущего Бога с наличием мирового зла.

Ключевые слова: теодицея, добро, зло, человек, свобода выбора, ответственность, оправдание Бога.

Существование зла в мире - это весомый аргумент в пользу того, чтобы усомниться в бытии Бога и его мироустроении. Зло проявляется в каком либо выборе и намерении, которые искажают порядок, установленный Богом в физическом мире, и удаляют человека от Бога. Зло среди людей появляется, когда сам человек противопоставляет себя миру; появляется тогда, когда «вместо деятельности по образу и подобию Бога, первые люди отделили себя от Бога и захотели сами стать богами. А это привело, в свою очередь, к их отделению от природы, друг от друга и разделению внутри каждого человека. Образ Бога был разбит на всех уровнях (нравственно, интеллектуально, психологически, социологически). И именно большая часть страданий произошла и происходит от отделения от Бога, от природы, друг от друга и разделения внутри самих себя: это естественные и справедливые следствия нарушения воли Бога» [12].

«С умозрительной точки зрения Бог - бесконечное, абсолютное начало сущего в его соотношении с человеком как конечным духовным существом» [11, с. 20]. Бог как Абсолют заключает в себе три главных принципа совершенства: Бог - совершенство и абсолют, Бог - источник всего сущего; Бог - абсолютно духовное начало; Бог - всеблагой источник справедливости и добродетели. Являясь совершенным и абсолютным началом всего сущего, Бог являет собой целостность трех моментов совершенства: Бог - всемогущ, всеведущ и всеблаг. «Бог абсолютно- боже-ственен»[9, с. 267]. Исходя из этого, возникает вопрос о том, как Бог, являясь единством трех степеней совершенства, допускает и попускает зло в

мире? Такие предельные вопросы ставились многими великими умами, одним из которых был древнегреческий мыслитель Эпикур, который одним из первых выразил проблему противоречия между всемогуществом и всеблагостью Бога и наличием в мире зла: «Либо Бог не хочет зла, но не может его пресечь - и тогда он не всемогущ. Либо он может пресечь зло, но не хочет этого делать - тогда он не всеблаг. Либо не хочет и не может -тогда Он несовершенен вдвойне. Либо же, хочет и может - однако это не соответствует реальному положению вещей, поскольку в мире существует зло» [11, с. 35].

Вопрос о том, есть ли возможность оправдать всемогущество и все-благость Бога при существовании мирового зла, стал центральной темой богооправдания, - т.е. теодицеи. Хотя данная проблема (теодиция) имела место уже в античной философской традиции, на первый план она выходит лишь в монотеистических религиях. В рамках заявленной темы нам видится целесообразным рассмотреть христианскую (преимущественно православную) традицию богооправдания, так как именно она оказала значительное влияние на теодицею русской религиозно-философской мысли.

Принципы библейского истолкования зла, которые учат верному отношению к злу и страданиям, были выведены В.С. Ольховским [12]. Первый принцип - это принцип наказания, который является фундаментом для остальных принципов истолкования зла и страдания в Библии. «Понятие карательного правосудия - составная часть цельного рационального и гармонического мировоззрения, в котором все составные части вносят совместный согласованный между собой вклад в упорядоченный космос. Это прямая связь между причиной и следствием: действия (поступки) определяют судьбы людей, рано или поздно человеческая справедливость (праведность) будет вознаграждена, а человеческая несправедливость (греховность) будет наказана» [12]. Второй принцип оглашает собой непосредственно отношение к злу как к некой мере воспитания. Данный принцип вторит первому, т.е. также здесь присутствует страдания и боль, однако он не связан с правосудием Бога, а, скорее, с неким «дисциплинарным взысканием» с целью приблизить к себе человека, дать ему разумность через мучения и терзания. Третий принцип представлен испытанием: зло как испытание (отношение к злу и как к свидетельству или испытанию). Четвертый принцип представляет зло как подтверждение вступления людей к максимальному приближению и глубокому знанию Бога, которое возможно лишь через откровение. Человеческий разум неспособен правильно осознать все деяние Бога и «поэтому всю темень нашего зла» [12]. Чем больше человек познает Бога, тем больше осознает свои пороки и тем сильнее терзается и страдает. Пятый принцип превозносит отношение к злу как к некой тайне для человеческого разума. В некоторых случаях определенное зло не поддается никакому логическому толкованию. И в Библии часто говорится о тайне страданий. Как пишет В.С. Ольховский: «Этот принцип

оказывается полезным в двух отношениях. Во-первых, он выводит нас за рамки ограниченной интерпретации, которая в некоторых случаях невозможна, и тем самым открывает путь альтернативному и возможно более адекватному решению. Во-вторых, своим величием он заставляет нас почувствовать обширность и тайну всей вселенной, равно как и необходимость смирения, терпения и веры в наших поисках решения проблемы конкретного зла и страдания. Христиане признают, что понимание смысла зла нами, как конечными творениями, неизбежно ограничено» [12]. Шестой принцип - эсхатологический («эсхатология как учение о последних вещах, конечной судьбе мира и человека» [18, с. 87]). Согласно данному принципу, вера в то, что когда настанет хаос и разруха, бедствия и ужасающая несправедливость, всеблагой и всемогущий Бог проявит свою волю для превосходства над злом, ликвидации страданий и возмездия праведных. И, наконец, седьмой принцип - искушение сатаной: «Принцип христианского решения содержит и ссылку на библейское указание о внечело-веческом мире как источнике искушения и порочности» [12].

В границах христианской традиции, кроме библейского оправдания присутствия зла в мире, можно отметить и характерные богословские, которые формировались посредством принципа свободного изъявления человеком воли: Бог сотворил жизнь, которая для полноты включает в себя вероятность морального зла, в свою очередь, порождающего физическое зло. Данный аргумент является фундаментом христианской идеи богооправдания от откровения библейских текстов до религиозной философской мысли Х1Х-ХХ вв. Однако нельзя сказать, что при всем значении проблемы теодицеи ей отводилось центральное место в христианском богословии. Величайшие богословы прошлого, такие, как Афанасий Великий, Василий Великий, Григорий Нисский и др., в проблеме теодицеи не находили каких либо трудностей. Им присуще классическое обоснование теодицеи: зло пришло в тварный мир вместе с грехопадением человека (однако «греховность не аргумент для отказа человеческого Богом» [16, с. 327]), но зло не существует самостоятельно, оно не субстанционально, оно являет собой недостаток добра. Стоит отметить, что до Великих Каппадо-кийцев, по тому же пути разрешения проблемы богооправдания следуют уже во II веке Ориген и Климент Александрийский, которые отмечают, что «Всякое зло есть ничто, хотя бывает и не-сущее; благой тождествен сущему, противоположно же благу злое или дурное, как противоположно сущему не-сущее, откуда следует, что дурное и злое есть не-сущее» [4, с. 128]. Дионисий Ареопагит отмечает: «Зло соучаствует в восполнении всего и доставляет собою целому способность не быть незавершенным» [6, с. 27]. Таким образом, зло - это нечто относительное, это обратная сторона добра. Именно поэтому существование зла необходимо для того, чтобы различить добро. «Ведь если зла нет, то добродетель и порок - одно и то

же и в целом, по отношению к другому целому, и в сопоставимых частностях, и уже не будет злом то, что борется с Добром» [4, с. 136].

Онтологическая конструкция теодицеи, представленная Августином, является одной из самых первых и имеет авторитетный характер для православной церкви и в наши дни. Данная конструкция представляет два аспекта проблемы теодицеи - метафизический и эстетический. Согласно метафизическому аспекту что зло не имеет онтологического основания, а лишь исходит из возможной изменчивости вещей. Эстетический аспект характеризует зло как некую «явленность», присутствие, которое имеет негативное значение само по себе или же с ограниченной точки зрения человека, а в целостной картине мира оказывается благом. В целом мир обнаруживает себя благим и прекрасным, зло же бытует в нем лишь относительно: например, в качестве определенного недостатка или какого-либо отсутствия. Грехи и пороки, которые являются негативными сами по себе, существуют для того, чтобы укреплять веру и добродетель. С такой целью Бог и попускает их наличие. Необходимо отметить, что, по мнению Августина, Бог создал мир из «ничего», но из этого подобает вывод не о бездне между тем, кто создал и созданием, а установление о том, что на творении покоится отпечаток конечности и злобы. Тварный мир обладает свойствами употребленного строительного материала, всему сотворенному свойственно влечение к разрушению и самоуничтожению. Всякая вещь сохраняется в бытии одним только божественным содействием. Данное воззрение находится в основе метафизического варианта теодицеи Августина.

В русской богословской традиции довольно часто с целью богооправдания богословы обращались к житийной литературе и к сборникам избранных изречений святых отцов (патерики). Святитель Игнатий (Брян-чанинов) излагает следующий пример, способствующий осознанию усмотрения Бога касательно людей. «В четвертом веке жил в Египте святой старец, имевший особенный дар чудотворения и по причине его громкую славу между человеками. Вскоре он заметил, что гордость стала овладевать им, и он не в состоянии победить ее собственными усилиями. Старец прибег к Богу с теплейшими молитвами, чтобы попущено ему было для смирение беснование. Бог исполнил смиренномудрое прошение раба Своего и попустил Сатане войти в него. Он подвергался всеми припадками беснующегося в течение пяти месяцев; принуждены были надеть на него цепи; народ, стекавшийся к нему во множестве, прославлявший его велики святым, оставил его, разгласив, что он лишился рассудка, а старец, избавившись от славы человеческой и от зарождавшейся в нем гордости по поводу этой славы, возблагодарил Бога, спасшего его от погибели» [13, с.

320]. В данном примере необходимо отметить этический аспект попущения зла как средства борьбы с грехом, который, скорее, более характерен для житийной и народной литературы, а не для богословия.

После обзора богословской традиции теодицеи перейдем к ее рассмотрению в рамках русской философской парадигмы. В русской философии теодицея представлена религиозно-философским учением, стремящимся согласовать несовершенства в мире с благостью, всемогуществом и правосудием Бога. В теодицее сконцентрированы стержневые вопросы существования человека: зло и добро, справедливость и наказание, грех и добродетель, смысл и бессмысленность человеческой жизни и мира, страдание и искупление, смерть и бессмертие, свобода и ответственность. «Мыслители определяют содержание данных категорий, выявляют диалектическую связь между ними, обозначают центральные вопросы теодицеи. Каждый из философов представляет свое видение проблемы, выстраивает свою теодицею» [5, с. 141].

По мнению русского философа И.А. Ильина, зло являет собой не отвлеченное понятие и не является результатом индивидуальной оценки и восприятия, а также не является неким логическим обстоятельством. Зло это - «живущее в нашей душе страстное тяготение к разнузданности, к разгулу дурных страстей, что ведет к духовному распаду личности... Настоящее местонахождение зла (как и добра) - душевно-духовный мир человека» [7]. Зло, по мнению мыслителя, является противодуховной враждой, а добро - одухотворенной любовью. В.С. Соловьев отмечает: «Зло — в широком смысле этот термин относится ко всему, что получает от нас отрицательную оценку, или порицается нами с какой-нибудь стороны; в этом смысле и ложь, и безобразие подходят под понятие зла. В более тесном смысле зло обозначает страдания живых существ и нарушения ими нравственного порядка» [14]. Н.А. Бердяев связывает проблему теодицеи со смыслом и значением исторического процесса. Мыслитель отмечает, что если осознать мир и его творение, а также значение истории мира - то это будет означать не что иное, как оправдание Бога за имеющееся зло, в частности, за грехопадение (за зло греха) как начала и основания истории мира в целом. Из данного мнения следует, что мировая история являет собой историю греха, что предполагает ее ход по мере искупления этого греха к концу истории, который потому-то и является неизбежной и смыслообра-зующей частью истории. Бердяев упомянул о неком ощущении «какого-то страшного преступления, свойственного всему живому, и что все в этом преступлении участвовали и за него ответственны» [2]. Необходимо заметить, что основываться на таком зыбком аргументе не легко, поэтому мыслитель делает акцент на потребности признания греховности и его результата - зла, поскольку в противном случае смысл истории просто исчезает: «Если бы не было зла, поражающего наш мир, то человечество довольствовалось бы природным миром. Природный мир, свободный от всякого зла и страданий, стал бы единственным божеством для человека. Если бы не было зла и порожденного им горя, то не было бы и потребности избавления» [3].

Русский философ Н.О. Лосский проблему теодицеи видит сквозь призму категорий добра и зла - это позволяет принять и прочувствовать, что одно достойно одобрения и заслуженного существования, а другое лишь порицания и нестоящего существования. Однако жизнь имеет сложное содержание, и очень часто легко совершить ошибку и не подметить зла, которое может быть замаскировано, или же возможно не оценить добро, которое может иметь определенные недостатки. Чтобы избежать данного подвоха, мыслитель предлагает утвердить оригинальную «абсолютно совершенную и всеобъемлющую» меру добра, которая станет фундаментом для всех прочих оценок. Такой мерой или высшим добром, по мнению Лосского, является Бог. «Бог есть само Добро во всеобъемлющем значении этого слова: Он есть сама истина, сама Красота, Нравственное Добро, Жизнь и т.д. Таким образом, Бог, и именно каждое лицо пресвятой Троицы, есть Всеобъемлющая абсолютная самоценность» [10]. В своем фундаментальном труде «Бог и мировое зло» Н.О. Лосский отмечает: «Мир лежит во зле» [10]. Мыслитель ставит перед собой задачу ответить на предельный вопрос о том, как всемогущий, всеблагой и всеведущий Бог сотворил мир, в котором происходит так много злого, как возможно, чтобы, тем не менее, Бог ни в какой мере не был причиной, творящей зло. Рассматривая вопрос о сотворении мира, Лосский рассуждает о том, что Бог создал мир совершенно из ничего и исключительно для людей, которые должны являться, по мнению мыслителя, «действительными личностями». Главной характеристикой действительной личности является то, что она уразумевает абсолютные ценности: истину, нравственность, добро, свободу, красоту, Бога и руководствуется ими в практике жизни. Однако существует и совершенно иные ценности - относительные: применимо к одним такие ценности являются непосредственно добром, в отношении других эти ценности являются злом. На вопрос о том, как Бог сотворил мир, в котором может возникнуть зло, Н.О. Лосский отвечает следующим образом: у Бога не было выбора того, как создавать мировые создания - свободными или нет. Мыслитель доказывает, что мир как бытие, созданное Богом и отличное от Бога, может содержать в себе лишь существа, которые наделены творческой силой, т.е. свободных. Таким образом, у Бога было два пути и два варианта выбора: вообще не создавать мир или же сотворить мир, в котором возможно возникновение зла. И всемогущий и всеблагой Бог сотворил этот мир.

Е.Н. Трубецкой в работе «Смысл жизни» с отчетливостью решает проблему теодицеи, т.е. предпринимает попытку философского осмысления проблемы богооправдания. Главная антиномия теодицеи мыслителя содержится в следующем: «с одной стороны искомый нами смысл мысли и смысл жизни есть всеединство; с другой стороны, сам факт нашего искания доказывает, что в нашей мысли и в нашей жизни нет этого всеединства, нет этого смысла» [15]. Именно поэтому,основа проблемы теодицеи

заключается в противоречии, сплоченном с реальным существованием самого мира. Трубецкой предлагает три антиномичных варианта богооправдания: «греховная свобода нарушает Божий замысел о твари», но в таком случае «где же полнота божественного всемогущества?; грех твари включается в божий замысел о мире, но тогда бог является виновником зла; грех возникает помимо этого замысла, но тогда божественное всемогущество ограничено извне силой другого, злого начала [15]. Подводя итог своих философских исканий относительно проблемы теодицеи, Е.Н. Трубецкой отмечает: «Свобода твари, определившийся ко злу, не в состоянии нарушить полноту божественной жизни, потому что она не в состоянии произвести из себя ничего субстанционального, существенного, она рождает только пустые призраки» [15].

Оригинальное и, скорее, даже парадоксальное толкование теодицеи предлагает русский философ С.Л. Франк, который рассматривает данную проблему как непостижимое («что есть то, что не постижимо»). «Это и есть «покрывало», отсылающее дальше, за себя, за свою «безличную фактичность». Эта чистая безличная фактичность в ее индифферентности к правде и ценности, как мы видели, сама есть некий дефект бытия, некое зло. И эта индифферентность и неосмысленность мира дает в нем простор для господства всяческого зла» [17]. Иначе говоря, мыслитель утверждает, что сотворенный мир является своеобразным пространством для зла. Имеющееся же зло никак не сказывается на истине о существовании Бога, потому что его реальность наиболее самоочевидна, чем реальность фактов; это есть реальность Бога как всемогущего и всеблагого. Отсюда происходит следующий вывод: отношение между Богом и миром, в котором бы-тийствует зло, - противоречиво и выходит за рамки мышления, и несомненно только как непостижимое. Другими словами, «проблема теодицеи абсолютно неразрешима рационально, и, по существу, неразрешима в принципе. Объяснить зло - значит найти его основание, его смысл, т. е. оправдать его. Но это противоречит самой сущности зла, как тому, чему не следовало быть» [17]. С.Л. Франк отказывается растолковать происхождение зла свободой выбора, поскольку такой выбор уже располагает к наличию зла. Таким образом, существует противоречие между ответственностью человека за зло, с одной стороны, и силой зла, воздействующего на нас, с другой стороны. По мнению мыслителя, вся ответственность и обязательство за зло приходится на первоначальную составляющую реальности, которая, с одной стороны, заключается в Боге (поскольку все находится в Боге), но, с другой стороны, Богом не является или является тем, что ему противоположно. Зло появляется из неизъяснимого и непередаваемого хаоса, который покоится, так сказать, на некой границе между Богом и не Богом.

Л.П. Карсавин в своем труде «О добре и зле» рассматривает зло как пустоту, т.е. как ничто и как недостаток добра. Однако размышлять об

умалении добра как перехода или перерождения его во зло исключено, потому как добро не является злом, а зло это всегда не добро. Мыслитель различает абсолютное онтологическое зло и относительное моральное зло. Такое разграничение он делает, потому, что «...зла нет, оно не есть в самом точном и абсолютном значении слова. Поэтому и конкретное зло, предстоящее нам в жизни, если существует оно, может быть только недостаточным добром, обнаруживающим свою недостаточность чрез противопоставление его полноте добра» [8, с. 237]. Перекладывая идею этического изменения зла в добро на онтологический уровень, Карсавин предлагает распознавать определенные этапы в изменении добра, то есть замещает категорию «зло» на категории «еще не-добра» и «уже не-добра»: «Итак, зло - ничто, зла нет, но добро определяется как таковое чрез реальное различие во всеедином его как добра и его как («еще» и «уже») не-добра, т. е. отсутствия, лишенности добра» [8, с. 260]. Мыслитель приходит к выводу о том, что определенное зло при более тщательном анализе распадается на нечто сущее, а потому и доброе, и на ограниченность, неполноту, недостаточность выраженного в этом сущем всеединого добра. Поэтому зло и содержится в неполном явлении всеединого добра в сущем добре. Можно сделать вывод о том, что Бог создал всех людей добрыми, и сами люди виновны в том зле, которое они допускают по отношению друг к другу. Чем больше человек удаляется от Бога, тем порочнее становится, и, наоборот, чем человек ближе к Богу, тем больше доброты в нем высвобождается. Именно в таком смысле зло есть недостаточность добра, удаление от центра добра, от Бога.

Итак, из приведенного выше анализа следует, что, хотя проблема теодицеи не является ведущей в богословии, к ней обращаются такие фигуры, как Августин, Исаак Сирин, Григорий Нисский и другие. Проблема теодицеи в православии опирается, прежде всего, на онтологические категории: небытийственность зла, Абсолютность Божественных законов, плюрализм творения. Этическая проблематика в православии раскрывается через технические категории устроения жизни, не затрагивая глубинных оснований самой проблемы существования зла. «В русской религиозной философии философское познание есть познание целостным духом, в котором разум соединяется с волей и чувством, и в котором нет рационалистической рассеченности» [3, с. 198]. Потому с одной стороны, опыт теодицеи русских религиозных философов, опирающихся на конкретные исторические условия - это опыт постижения зла в совершенно конкретном обществе. С другой стороны, представление о теодицеи - это пример глубокого философского обобщения перспектив развития человечества в контексте противостояния явлений добра и зла. А категории, составляющие теодицею, не только несут в себе общечеловеческие смысловые оттенки, но и отражают национальный менталитет.

Список литературы

1. Бердяев Н.А Русская идея: основные проблемы русской мысли XIX - н. XX в. Судьба России. М.: Наука, 1990. 361 с.

2. Бердяев Н.А. Философия свободы. [Электронный ресурс] URL: http://modernlib.ru/books/berdyaev nikolay aleksandrovich/filosofiya svobodi/ read/ (дата обращения: 14.10.2014).

3. Бердяев Н.А. Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого. [Электронный ресурс] URL: http://www.libros.am/book/read/id/169594/slug/ehkzistencialnaya-dialektika-bozhestvennogo-i-chelovecheskogo (дата обращения: 14.10.2014).

4. Булгаков С.Н. Свет невечерний. Созерцания и умозрения. М.: Республика, 1994. 360 с.

5. Валеева Г.В. Проблема теодицеи в русской религиозной философии конца XIX - начала XX вв. // Научные Ведомости БелГУ. Серия «Философия. Социология. Право». Вып 11. Белгород: Изд-во БелГУ, 2010. С. 140-148.

6. Дионисий Ареопагит. О божественных именах. СПб.: Глагол, 1994. 370 с.

7. Ильин И.А. О сопротивлении злу силой [Электронный ресурс] // URL: http://www.odinblago.ru/zlu siloi (дата обращения: 14.10.2014).

8. Карсавин Л.П. О добре и зле // Малые сочинения. СПб: Алетейя, 1994. 532 с.

9. Каширин А.Ю., Назарова Ю.В. Русская философия имени // Известия ТулГУ. Гуманитарные науки. Вып. 1. Ч. 1. Тула: Изд-во ТулГУ, 2012. С. 265-272.

10. Лосский Н.О. Бог и мировое зло [Электронный ресурс] // URL: http://rumagic.com/ru zar/sci philosophy/losskiy (дата обращения: 14.10.2014).

11. Назаров В.Н. Введение в теологию. М.: Гардарики, 2004. 320с.

12. Ольховский В.С. Проблема зла и теодицеи [Электронный ресурс] // URL: http://azbyka.ru/vera i neverie/o prirode zla/1g52-all.shtml (дата обращения: 14.10.2014).

13. Святитель Игнатий (Брянчанинов) Аскетическая проповедь. М., Правило веры, 1995. 560 с.

14. Соловьев В.С. Оправдание добра: Нравственная философия [Электронный ресурс] //

URL:http://modernlib.ru/books/solovev vladimir rudolfovich/opravdanie dobr a nravstvennava filosofiya tom 1/read (дата обращения: 14.10.2014).

15. Трубецкой Е.Н. Смысл жизни [Электронный ресурс] // URL: http://www.libros.am/book/read/id/356631/slug/smvsl-zhizni-7. (дата обращения: 14.10.2014).

16. Устян В.Г. Святоотеческое видение проблемы достоинства человека в период вселенских соборов (IV-VII вв.) // Известия ТулГУ. Гуманитарные науки. Вып. 1 Ч.1. Тула: Изд-во ТулГУ, 2012. С. 234-333.

17. Франк С.Л. Непостижимое. Онтологическое введение в философию религии [Электронный ресурс] // URL: http:// http://www.ulera.net/textbooks author/13531/textbook/58193/frank sl/nepostiji moe/read/ (дата обращения: 14.10.2014).

18. Чеснова Е.Н., Якимова Е.Г. Критериальный подход в определ-нии смыслового содержания понятий «вера» и «эсхатология»// Известия ТулГУ. Гуманитарные науки. Вып. 1. Тула: Изд-во ТулГУ, 2014. С. 80-90.

Валеева Галина Викторовна, канд. филос. наук, доц., stark.karambler.ru, Россия, Тула, Тульский государственный педагогический университет.

THE CONCEPT OF THEODICY IN THEOLOGY AND RUSSIAN PHILOSOPHICAL TRADITION

G.V. Valeyeva

The article analyzes the origins of the problem of theodicy in the theological and philosophical traditions. Discusses the categories of good and evil; identifies the main forms of evil and their justification; discusses the question of the existence of evil in the world and the responsibility for the evil of a man, as well as the coordination of the notion of Good and omnipotent God with the presence of the world's evil.

Key words: theodicy, good, evil, people, freedom of choice, responsibility, justification of God.

Valeyeva Galina Viktorovna, PhD (Pilosophy), Associate Professor, stark.k@rambler.ru, Russia, Tula, Tula State Pedagogical University.