Банкротство с юридическим лицом

“Ъ” обсудил с экспертами идею создания в России института корпоративных арбитражных управляющих (АУ). Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) предлагает сделать возможным назначение управляющим для ведения процедуры банкротства юрлица — сейчас, за исключением Агентства по страхованию вкладов (АСВ), в качестве АУ могут выступать только физлица. В перспективе в РСПП рассчитывают на появление конкурентного рынка в сфере антикризисного управления и крупных игроков, понятных банкам и другим системным кредиторам. Однако юристы и банкиры указывают на риски снижения ответственности управляющих и уровня их независимости от кредиторов.

“Ъ” разобрался в предложениях РСПП о появлении корпоративных арбитражных управляющих. Напомним, 26 ноября были опубликованы поручения Владимира Путина правительству, среди которых — в срок до 15 декабря рассмотреть эту идею союза при доработке масштабной реформы института банкротства.

Как рассказал “Ъ” вице-президент РСПП Александр Варварин, суть в том, чтобы АУ могли быть и юридическими, а не только физическими, как сейчас, лицами.

«Это должны быть коммерческие организации, например в форме ООО, специализирующиеся в сфере антикризисного управления, которые будут иметь необходимые ресурсы и нести ответственность своим имуществом»,— уточнил он. По его словам, сейчас банки и другие системные кредиторы вынуждены взаимодействовать с физлицами-АУ, большинство из которых «не имеют известного имени на рынке, а их надежность часто вызывает вопросы», благодаря же корпоративным АУ должен появиться конкурентный рынок с крупными игроками, понятными бизнесу.

Предполагается, что эти юрлица будут состоять в СРО и иметь в штате не менее трех граждан-управляющих, вносить взносы в компенсационный фонд и страховать свою ответственность.

На практике это будет выглядеть так: на процедуру банкротства в качестве управляющего назначается юрлицо, которое поручает ведение дела своим работникам-АУ. Господин Варварин добавил, что корпоративный АУ должен быть независим от кредиторов, для чего можно установить требование, что более 50% в уставном капитале ООО должно принадлежать его работникам—физлицам-АУ.

Напомним, сейчас Минэкономики дорабатывает реформу института банкротства с целью повысить долю восстановивших работу предприятий, и блок поправок касается АУ (см. “Ъ” от 17 марта). Как пояснил “Ъ” заместитель главы ведомства Илья Торосов, к ним за время работы над текстом проекта поступает много предложений. «Сейчас мы проводим консультации с бизнесом, заинтересованными сторонами и ищем компромисс»,— рассказал он.

Опрошенные “Ъ” представители банковского и юридического сообществ оценивают инициативу по-разному. Начальник управления принудительного взыскания и банкротства Сбербанка Евгений Акимов не поддерживает идею РСПП, считая, что она может «разрушить существующую систему саморегулирования в сфере арбитражного управления», позволяющую «обеспечить независимый выбор АУ». Кроме того, при ведении банкротства АУ-физлицом «прозрачны и понятны его квалификация, совершаемые им нарушения, основания ответственности», но у юрлица «не будет видно, кто именно ведет процедуру, а ответственность будет размываться», считает он.

Арбитражный управляющий Максим Доценко называет идею «в целом разумной», но важно, «чтобы она была грамотно проработана» и речь не шла «о создании госкорпораций по типу АСВ».

Председатель «Банкротного клуба» Олег Зайцев указывает, что в большинстве стран АУ является физлицом, но создание корпоративного АУ может позволить реализовывать полномочия управляющего сразу нескольким гражданам: когда параллельно идет несколько судебных процессов, у должника есть филиалы в разных регионах, в случае болезни или отпуска АУ. При этом господин Зайцев выступает против создания АУ в форме ООО: его ответственность ограничена уставным капиталом (от 10 тыс. руб.), что «резко ухудшит права кредиторов на взыскание убытков». «Кроме того, ответственность АУ-физлица за причиненные убытки пожизненная и "несмываемая", юрлицо же в любой момент может быть ликвидировано»,— подчеркивает АУ Сергей Домнин.

Вице-президент Центра стратегических разработок Екатерина Папченкова рассказывает, что институт коллективных АУ есть во Франции, Австрии и Канаде, «как правило, это объединение лиц в форме партнерств или товариществ, а их члены солидарно отвечают по обязательствам друг друга». «Такая модель усиливает гарантии для кредиторов. В России ее можно реализовать через простые товарищества (все члены — граждане-АУ), позволив им участвовать в СРО»,— указывает она. Гендиректор Центра международных и сравнительно-правовых исследований Виктория Манько отмечает, что в странах, где есть такой институт, корпоративные АУ обычно назначаются на крупные и сложные банкротные процессы, а суд определяет одного или нескольких физлиц, которые непосредственно будут вести процедуру. В этом плане корпоративный АУ может повысить эффективность и качество процедуры, но, по словам госпожи Манько, выявить взаимозависимость между таким АУ, кредиторами и должником гораздо сложнее.