Антиномия реализации независимости адвокатской деятельности и обеспечения права на квалифицированную юридическую помощь в проекте Федерального закона "о внесении изменений в Федеральный закон "об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"

Сибирцев Г.И.

АНТИНОМИЯ РЕАЛИЗАЦИИ НЕЗАВИСИМОСТИ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРАВА НА КВАЛИФИЦИРОВАННУЮ ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ В ПРОЕКТЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН «ОБ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И АДВОКАТУРЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Цель: Рассмотрение законопроекта № 469485-7 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» с точки зрения концепции аксиологических антиномий.

Методология: Использовались историко-правовой, формально-юридический и сравнительно-правовой методы познания.

Результаты: Согласно авторской позиции предлагаемые изменения в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» противоречат принципу равноправия адвокатов, а также обеспечивают необоснованное ограничение их независимости и могут привезти к монополизации рынка.

Новизна/оригинальность/ценность: В работе дается анализ законопроекта № 469485-7 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Исследование проводится с точки зрения концепции нравственно-аксиологической антиномии независимости адвоката и обеспечения права на квалифицированную юридическую помощь.

Ключевые слова: независимость адвоката, адвокатура, квалифицированная юридическая помощь, принцип равноправия адвокатов.

Sibirtsev G.I.

ANTINOMY OF THE REALIZATION OF ADVOCATE'S INDEPENDENCE AND THE SAFEGUARDING OF THE RIGHT TO QUALIFIED LEGAL ASSISTANCE IN THE DRAFT OF THE FEDERAL LAW «ON AMENDMENTS TO THE FEDERAL LAW ON ADVOCACY AND THE ADVOCACY WORK IN THE RUSSIAN FEDERATION»

Purpose: The paper analyzes the draft of the Federal Law № 469485-7 «On Amendments to The Federal Law on Advocacy and Advocacy Work in the Russian Federation».

Methodology: Historical and formal - legal approaches were used.

Results: According to the author's position, the proposed changes contradict the principle of equality of the advocates, as well as provide unjustified restrictions of their independence, what can lead to an inappropriate monopolization of the legal market.

Novelty/originality/value: The study is based on the concept of moral-axiological antinomies. Keywords: advocate's independence, qualified legal assistance, the principle of equality of lawyers.

18 мая 2018 года проект Федерального закона № 469485-7 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» был внесен в Государственную Думу Российской Федерации. Окончены процедуры предварительного рассмотрения проекта, и ожидается его рассмотрение в первом чтении [1]. Как следует из пояснительной записки, законопроект предусматривает внесение в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» ряда изменений, не затрагивающих концепцию действующего законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре.

Данные изменения, как указано авторами проекта, направлены на повышение гарантий реализации предусмотренного статьей 48 Конституции Российской Федерации права граждан на получение квалифицированной юридической помощи.

Вместе с тем данный законопроект уже вызвал широкое обсуждение среди теоретиков и

практиков в связи с довольно неоднозначными методами, которыми планируется обеспечить достижение указанных целей.

Положительно оценивая предлагаемые новеллы в институт pactum de quota litis (гонорара успеха) [1] (отмечая при этом их непоследовательность), хотелось бы отметить, что указанный законопроект заслуживает пристального внимания, в первую очередь в связи с вносимыми, без сомнения, революционными предписаниями в отношении адвокатов, имеющих не более пяти лет профессионального стажа.

В частности, предлагается дополнить законодательство положением о возможности включения в соглашение условия, согласно которому размер и (или) выплата доверителем вознаграждения ставится в зависимость от результата оказания адвокатом юридической помощи. Хотя не совсем понятно, чем подобное предписание отличается от уже имеющегося в ч. 3 ст. 16 Кодекса профессиональной этики адвоката, согласно

которому адвокат вправе включать в соглашение об оказании юридической помощи условия, в соответствии с которыми выплата вознаграждения ставится в зависимость от благоприятного для доверителя результата рассмотрения спора имущественного характера.

А именно, в соответствии с предложенными в ст. 15 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» изменениями адвокат, имеющий стаж адвокатской деятельности менее пяти лет и принявший решение об изменении членства в адвокатской палате одного субъекта Российской Федерации, обязан уведомить об этом совет адвокатской палаты субъекта Российской Федерации (далее также - совет адвокатской палаты, совет), членом которой он является. Изменение членства станет возможным лишь на основании решения совета адвокатской палаты, членом которой адвокат является, предварительно согласованного с Федеральной палатой адвокатов РФ [1].

Таким образом, предлагается установить законодательное ограничение на изменение членства в адвокатской палате для адвокатов, имеющих менее пяти лет профессионального стажа, без разрешения соответствующх адвокатскх палат.

По мнению авторов проекта, данное предложение не позволит недобросовестным адвокатам изменять членство в адвокатской палате сразу же после сдачи квалификационного экзамена. Данная практика, как указывается в пояснительной записке, рассматривается авторами в качестве злоупотребления правом со стороны молодых адвокатов и требует незамедлительного законодательного реагирования.

Ставя под сомнение целесообразность данных изменений, мы хотели бы отметить, что данные меры определенно ограничивают независимость адвоката и, более того, противоречат положениям ст. 3 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуры», а именно принципу равноправия адвокатов.

В первую очередь, не вполне ясно, каким образом указанные предложения по реформированию законодательства могут способствовать обеспечению права на квалифицированную юридическую помощь?

Даже принимая во внимание, что авторы законопроекта исходят из утверждения о недостаточной компетентности молодых адвокатов, тем не менее, совершенно не понятно, как предлагаемая мера ограничения права на изменение членства в адвокатской палате может повлиять на сложившуюся ситуацию? Ведь данные специалисты

продолжат осуществлять юридическую помощь в соответствующих субъектах Российской Федерации, а следовательно, вопрос о недостаточном законодательном обеспечении права на квалифицированную юридическую помощь останется неразрешенным.

Хотелось бы также обратить внимание на то, что действующий Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» устанавливает исчерпывающий перечень требований к лицу, претендующему на получение статуса адвоката. В том числе и ряд требований, касающихся его компетентности (стаж работы по юридической специальности и сдача квалификационного экзамена). Разделение адвокатского сословия на некие группы (по количеству профессионального опыта, или профилизации) не только не соответствует действующему законодательству об адвокатской деятельности и адвокатуре, но и прямо противоречит принципу равноправия адвокатов.

Остается неясным также, почему достаточным для принятия решения об изменении членства в адвокатской палате стажем, согласно точке зрения авторов проекта, является именно пять лет профессионального опыта.

И если положительные эффекты данной реформы остаются в высокой степени призрачными, то их негативная сторона, напротив, представляется вполне определенной.

В первую очередь, подобные предписания не позволят гражданам обращаться за юридической помощью к молодым адвокатам, зарегистрированным в иных адвокатских палатах. Конечно, предлагаемые изменения включают процедуру разрешения изменения членства советом адвокатской палаты, однако неперечисленными остались основания, которые могут быть расценены советом как уважительные, а следовательно, отсутствуют какие-либо гарантии на изменение членства.

Важным представляется и тот факт, что предлагаемые изменения не известны ни одному из действующих европейских законодательств.

По нашему глубокому убеждению, подобная позиция авторов законопроекта основана на ошибочной интерпретации конфликта (антиномии) аксиологических единиц в адвокатской деятельности и никаким образом не обеспечивает право на квалифицированную юридическую помощь.

Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона определяет антиномию как противоречие в законе или противоречие закона самому себе [2, с. 569.].

Согласно новой философской энциклопедии антиномия (в методологии науки) — контрадик-

EURASIAN

> 5 (36) 2018 <

ADVOCACY

торное противоречие между двумя суждениями, каждое из которых считается в равной степени обоснованным или логически выводимым в рамках некоторой концептуальной системы (научной теории). Антиномия отличается от противоречия, возникшего в результате ошибки в рассуждении (доказательстве) или как следствие принятия ложных посылок. Ошибки и заблуждения такого рода могут в принципе быть вскрыты и устранены средствами самой теории (вместе с ее логикой), тогда как для устранения антиномии требуется более или менее значительное изменение этой теории, либо ее логики, либо того и другого вместе [3, с. 341].

В юридической этике под моральной антиномией традиционно понимают противоречивые свойства морали, наличие каждого из которых можно подкрепить логическими аргументами [4, с. 456].Исходя из представленных определений, следует сделать вывод о том, что антиномии как противоречия в той или иной сфере знания проявляются, в первую очередь, в среде, характеризующейся аксиологической (ценностной) вариативностью, к которой, несомненно, можно отнести и законотворческий процесс.

Тем не менее, применительно к правовой сфере термин «антиномия» употребляется достаточно редко. К аналогичным правовым явлениям принято применять термин «юридические коллизии».

Не видим необходимым вступать в дискуссию относительно определения «коллизия», скажем лишь, что верным представляется суждение об обусловленности юридических коллизий аксиологическими антиномиями, т. е. противоречивостью тех общественных отношений, которые они призваны урегулировать.

В отношении проекта Федерального закона № 469485-7 говорить о некой коллизии еще рано, так как он находится на стадии рассмотрения, однако уже четко прослеживаются те антиномии, которые, очевидно, в скором будущем смогут стать причиной многих законодательных противоречий.

Речь идет о стремлении некоторых теоретиков и практиков к ограничению независимости адвоката под предлогом создания дополнительных гарантий права на квалифицированную юридическую помощь. По нашему глубокому убеждению, подобные действия не имеют своей целью укрепление конституционных прав личности и приведут к умалению статуса адвоката.

Независимость адвоката выступает одним из обязательных условий реализации задач укре-

пления социального доверия к процедурам правосудия и, в том числе, беспристрастности судей. Адвокат должен прилагать все усилия к недопущению какого-либо ущемления собственной независимости, в том числе не следует отступать от принципов профессии, руководствуясь лишь интересами доверителей [5].

Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре называет независимость в качестве одного из принципов функционирования адвокатуры (ст. 3) и содержит отдельную статью, посвященную гарантиям независимости адвоката (ст. 18). Кодекс же профессиональной этики адвоката в ч. 1 ст. 5 устанавливает, что независимое исполнение адвокатом профессиональных обязанностей является основополагающим условием доверия к нему со стороны доверителей [6].

Несмотря на то, что проблемы независимости адвоката-защитника рассматривались в работах многих ученых, сегодня отсутствует законодательное и общепризнанное доктринальное определение независимости защитника в уголовном судопроизводстве. Говоря о понятии «независимость», следует отметить, что она выступает в качестве фундаментального концепта современной научной мысли, и ее определения встречаются в различных сферах научного познания. Так, в философии независимость рассматривается как категория бытия и познания, означающая наличие у объектов и систем собственного начала, не определяемого их внешним окружением и не зависящего от бытия других объектов и систем [7]. Характеризуя природу независимости, немецкий философ К. Ясперс писал: «Мы независимы только тогда, когда вплетены в мир... Быть независимым в мире означает особое отношение к миру: ...быть в нем, будучи вместе с тем вне его» [8]. Далее ученый отмечал, что независимость, если она считается абсолютной, превращается в свою противоположность [8].

И. Кант возвел проблему свободы человека в ранг особой антиномии: «в человеке есть свобода» против «нет никакой свободы, но всё в нем есть природная необходимость». Если что-то становится относительно самостоятельным, автономным, то оно независимо (самостоятельно) внутренне, а зависимо (несамостоятельно) - внешне. Человек принадлежит миру вещей самих-по-себе и является единством зависимости и независимости [16].

Исходя из данных философских представлений, можно сделать вывод о том, что, во-первых, независимость в своей абсолютной форме недостижима. Говоря о независимости, следует учи-

тывать, что всякое стремление к ней выражается в поиске некоего баланса между объективно обусловленной зависимостью и необходимой автономией в формировании поведенческой модели [16].

Во-вторых, независимость способна преобразоваться в собственную противоположность, как в случае недостаточного ее обеспечения, так и в случае ее чрезмерной экстраполяции [16].

Ныне независимость, автономия, нередко трактуется как моральная ценность, как самостоятельная аксиологическая (ценностная) единица. Однако недопустимо отождествление автономии с независимостью самой по себе или независимостью от предпочтений и внутренних состояний [16]. Ценность автономии не в произволе субъекта, а в разумной обоснованности и зависимости поступков [10]. Непостоянство, непоследовательность и безответственность не могут рассматриваться как высшее выражение автономии. Следовательно, концепция автономии, делающая акцент на радикальной независимости автономного действия, может совмещать это положение с требованиями зависимости и рациональности [10].

Это отмечается и зарубежными учеными и практиками. Так, Г. Турриф признает, что уважение судами независимого характера помощи, оказываемой адвокатом своему доверителю, не должно противоречить целям вынесения справедливого судебного решения. Даже с указанной оговоркой суды должны демонстрировать готовность к идентификации некоторых категории действий как выходящих за рамки защиты и требовать, чтобы адвокаты, а также их доверители раскрывали эту информацию. В частности, адвокату не следует укрывать вещественные доказательства преступления. Напротив, адвокат, совершающий подобные действия, рискует быть привлечен к уголовной ответственности за воспрепятствование осуществлению правосудия [11, с. 4].

Указанная позиция подтверждается, в частности (как указывает Г. Тюрифф), практикой Верховного Суда Канады [12, с. 151]. Характерным примером является дело П. Бернардо: К. Мюррею, который выступал в качестве адвоката-защитника в деле Бернардо, обвиняемого в совершении убийства и изнасилования, было предъявлено обвинение в воспрепятствовании правосудию. Мюррей, руководствуясь указаниями Бернардо, отыскал запись с камер видеонаблюдения, свидетельствующую о виновности его подзащитного, и скрыл ее от следствия и суда [16].

Подобные позиции ученых и практиков соответствуют приведенному выше пониманию неза-

висимости как единства автономии и зависимости и постулату о недостижимости абсолютной независимости, однако вместе с тем не умаляют значения независимости как основополагающего свойства адвокатской деятельности.

С другой стороны, ст. 48 Конституции Российской Федерации закрепляет право на квалифицированную юридическую помощь. Однако что включается в понятие «квалифицированность»? Следующее определение квалифицированности можно обнаружить в Новом словаре иностранных слов: «квалифицированный - имеющий определенную квалификацию, опытный; по отношению к труду - труд, для выполнения которого требуется специальная подготовка» [13]. В словаре Ожегова квалифицированный определяется как «требующий специальных знаний» [15, с. 634].

В науке принято определять знания как элементы информации, связанные между собой и с внешним миром. Представляется возможным определить и свойства знаний. К ним следует отнести: структурность, интерпретируемость, связность, активность [10]. Под умением понимают освоенный человеком способ выполнения действия, обеспеченный некоторой совокупностью знаний [17].

Таким образом, мы можем определить квалифицированность как систему умений, знаний и навыков, позволяющую в той или иной деятельности следовать определенным стандартам качества.

В отношении деятельности адвоката квалифицированность как гарантия непременно подразумевает его достаточную независимость. Дело в том, что деятельность адвоката не является простым следованием воле клиента. Адвокат, безусловно, должен учитывать желания клиента при формировании тактики, однако представлять незаконные, аморальные интересы своего доверителя он не обязан [14, с. 49].

И хотя право на квалифицированную юридическую помощь является одним из фундаментальных прав гражданина в соответствии со ст. 48 Конституции Российской Федерации, его обеспечение обусловлено степенью независимости адвоката и адвокатуры. По нашему глубокому убеждению, любые меры, стремящиеся обеспечить доступ граждан к квалифицированной юридической помощи посредством ограничения независимости адвокатов, обречены быть неэффективными. Ведь ограничивая способность адвоката поступать сообразно собственному убеждению, самостоятельно и независимо, законодатель снижает степень квалифицированности юридиче-

EURASIAN  > 5 (36) 2018 ADVOCACY

ской помощи и попросту не позволяет адвокату действовать профессионально.

Пристатейный библиографический список

1. Проект Федерального закона № 469485-7 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»» [Электронный ресурс]. URL: http://sozd. parliament.gov.ru/bill/469485-7.

2. Энциклопедический словарь. Брокгауз и Ефрон: в 12 т. Т. 3. М.: Большая рос. энциклопедия, 1993.

3. Новая философская энциклопедия / под ред. В.С. Стёпина. М.: Мысль, 2010.

4. Толковый словарь русского языка: в 4 т. / под ред. Д.Н. Ушакова. М.: Сов. энциклопедия; ОГИЗ; Гос. изд-во иностр. и нац. слов., 1935-1940.

5. Общий кодекс правил для адвокатов стран Европейского сообщества (принят Советом коллегий адвокатов и юридических обществ Европейского Союза 28.10.1988 (Франция, Страсбург) [Электронный ресурс]. URL: http://аdvоkаtyhmао.ru/prаvregu 1/2012-10-28-06-54-48/350--1-47-2-51-.htm1.

6. Кодекс профессиональной этики адвоката: принят 1-м Всероссийским съездом адвокатов 31.01.2003 (с изм. и доп. от 22.04.2015) // Вестник Федеральной палаты адвокатов РФ. 2013. № 3.

7. Ильичев Л.Ф. Философский энциклопедический словарь [Электронный ресурс]. URL: http://dic. аcаdemic.ru/dic.nsf/enc_phi1оsоphy/4575.

8. Ясперс К. Введение в философию [Электронный ресурс]. URL: http://sоciety.pо1bu.ru/yаspers_ intphi1оsоphy/ch09_v.htm1.

9. Скрипник А.П. Категорический императив Иммануила Канта. М., 1978. С. 98.

10. О'Нил О. Автономия: зависимость и независимость [Электронный ресурс]. URL: http://Hbrary.by/ pоrtа1us/mоdu1es/phi1оsоphy/print.php?аrchive=0216&i d=1108466140&stаrt_frоm=&subаctiоn=shоwfu11&ucаt=1.

11. Turriff G. Se1f-Gоvemаnce аs а Necessаry ^nditton оf Cоnstitutiоnа11y Mаndаted Lаwyer Independence in British Со1итЫа. Speech delivered аt the inference оf Regutatory Оffices, Perth. Vаncоuver, 2009.

12. Wоо11ey А. Understаnding Lаwyers' Ethics in Cаnаdа. ТОГОПЬ, 2011. Р. 151.

13. Новый словарь иностранных слов русского языка [Электронный ресурс]. URL: http://dic.academic.ru/ dic.nsf/dic_fwords/39239.

14. Стецовский Ю.И., Мирзоев Г.Б. Профессиональный долг адвоката и его статус. М., 2003.

15. Ожегов С.И. Словарь Русского языка / под ред. Н.Ю. Шведовой. 18-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 1986.

16. Сибирцев Г.И. Обеспечение и реализация независимости адвоката-защитника в уголовном процессе: дис. ... канд. юрид. наук [Электронный ресурс]. URL: http://test.ssla.ru/dissertation/dissert/27-03-2018-1d.pdf.

17. Сибирцев Г.И. Квалифицированность как основной принцип юридической профессии [Электронный ресурс]. URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=20452736.

References

1. Proekt Federaknogo zakona № 469485-7 «O vnesenii izmenenij v Federakny'j zakon «Ob advoka-tskoj deyateknosti i advokature v Rossijskoj Federa-cii»» [E'lektronny'j resurs]. URL: http://sozd.parliament. gov.ru/bill/469485-7.

2. E'ndklopedicheskij slovar". Brokgauz i Efron: v 12 t. T. 3. M.: Bokshaya ros. e'ndklopediya, 1993.

3. Novaya filosofskaya e'ndklopediya / pod red. V.S. Styopina. M.: My'sk, 2010.

4. Tolkovy'j slovar" russkogo yazy'ka: v 4 t. / pod red. D.N. Ushakova. M.: Sov. e'nciklopediya; OGIZ; Gos. izd-vo inostr. i nacz. slov., 1935-1940.

5. Obshhij kodeks pravil dlya advokatov stran Evrope-jskogo soobshhestva (prinyat Sovetom kollegij advokatov i yuridicheskix obshhestv Evropejskogo Soyuza 28.10.1988 (Franciya, Strasburg) [E'lektronny'j resurs]. URL: http:// advokatyhmao.ru/pravregu l/2012-10-28-06-54-48/350--1-47-2-51-.html.

6. Kodeks professionaknoj e'tiki advokata: prinyat 1-m Vserossijskim s""ezdom advokatov 31.01.2003 (s izm. i dop. ot 22.04.2015) // Vestnik Federaknoj palaty" advokatov RF. 2013. № 3.

7. Ikichev L.F. Filosofskij e'ndklopedicheskij slovar" [E'lektronny'j resurs]. URL: http://dic.academic.ru/ dic.nsf/enc_philosophy/4575.

8. Yaspers K. Vvedenie v filosofiyu [E'lektronny'j resurs]. URL: http://society.polbu.ru/yaspers_ intphiloso-phy/ch09_v.html.

9. Skripnik A.P. Kategoricheskij imperativ Immanuila Kanta. M., 1978. S. 98.

10. O'Nil O. Avtonomiya: zavisimost" i nezavisi-most" [E'lektronny'j resurs]. URL: http://library.by/porta-lus/modules/philosophy/print.php?archive=0216&id=110 8466140&start_from=&subaction=showfull&ucat=1.

11. Turriff G. Self-Governance as a Necessary Condition of Constitutionally Mandated Lawyer Independence in British Columbia. Speech delivered at the Conference of Regulatory Offices, Perth. Vancouver, 2009.

12. Woolley A. Understanding Lawyers' Ethics in Canada. Toronto, 2011. R. 151.

13. Novy'j slovar" inostranny'x slov russkogo yazy'ka [E'lektronny'j resurs]. URL: http://dic.academic. ru/dic.nsf/dic_fwords/39239.

14. Steczovskij Yu.I., Mirzoev G.B. Professionakny'j dolg advokata i ego status. M., 2003.

15. Ozhegov S.I. Slovar" Russkogo yazy'ka / pod red. N.Yu. Shvedovoj. 18-e izd., stereotip. M.: Rus. yaz., 1986.

16. Sibircev G.I. Obespechenie i realizaciya nezavisi-mosti advokata-zashhitnika v ugolovnom processe: dis. ... kand. yurid. nauk [E'lektronny'j resurs]. URL: http://test. ssla.ru/dissertation/dissert/27-03-2018-1d.pdf.

17. Sibircev G.I. Kvalifidrovannost" kak osnovnoj prin-cip yuridicheskoj professii [E'lektronny'j resurs]. URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=20452736.