Судебное право: развитие интегративных тенденций в процессуальной науке

А. Ю. Астафьев

СУДЕБНОЕ ПРАВО: РАЗВИТИЕ ИНТЕГРАТИВНЫХ ТЕНДЕНЦИЙ В ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ НАУКЕ

Статья посвящена доктрине судебного права в отечественной правовой науке. Автор рассматривает становление и развитие данной концепции с момента ее возникновения до настоящего времени. Особое внимание уделяется перспективе сближения процессуальных отраслей на законодательном уровне.

К л ю ч е в ы е с л о в а: судебное право, процессуальное право, единство судопроизводства, категории судебного права.

This article is devoted to the doctrine of «forensic law» in Russian legal science. The author analyses the genesis and development of that concept. A special consideration is given to the prospect of rapprochement of procedural branches in the legislative area.

K e y w o r d s: forensic law, procedural law, unity of legal proceedings, categories of forensic law.

Успешная разработка многих проблем судопроизводства требует комплексного рассмотрения, выхода за рамки отраслевого видения. В последнее время возрастает интерес к изучению судопроизводственных вопросов с общепроцессуальных позиций1. Возможная методологическая основа проведения подобных исследований - концепция судебного права.

В данной статье мы намерены проследить эволюцию идеи судебного права с момента ее возникновения в отечественной правовой науке до сегодняшнего дня.

Основы учения о судебном праве в России были заложены в конце XIX - начале XX в. в трудах процессуалистов уголовного направления. В первой отечественной работе, посвященной непосредственно судебному праву, И. В. Михайловский определял его как самостоятельную науку, в которую должны слиться уголовное, гражданское и административное судопроизводство2. Ранее И. Я. Фойницкий писал, что уголовное судопроизводство вместе с гражданским и административным процессом образует систему судебного права3.

Н. Н. Розин, в обосновании единства уголовного и гражданского процесса, указывал на два главных обстоятельства: их одинаковую юридическую природу (оба принадлежат к области публичного права) и логическое единство (оба направлены на разрешение правового спора). Теория процесса, считал он, представляет науку судебного права, которая распадается на науку гражданского и науку уголовного судопроизводства. Причины, по которым идея судебного права не встретила широкого признания, заключаются в исторических и педагогических традициях, в стремлении многих процессуалистов служить, прежде всего, практическим целям4.

1 См.: Новицкий В. А. Теория российского процессуального доказывания и правоприменения. Ставрополь, 2002 ; Мурадьян Э. М. Судебное право. М., 2007 ; Семикин Д. С. Судебные акты в системе правовых актов современной России : общетеоретический аспект : дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2008 ; и др.

2 См.: Михайловский И. В. Судебное право как самостоятельная юридическая наука // Право. 1908. № 32.

3 См.: Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1996. Т. I. С. 6.

4 См.: Розин Н. Н. Уголовное судопроизводство : пособие к лекциям. Томск, 1913. С. 17-19.

© Астафьев А. Ю., 2012

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

25

Общие положения уголовного процесса

Взгляды процессуалистов разделяли и некоторые теоретики права5.

Существенный вклад в развитие доктрины судебного права внес В. А. Рязановский, который указывал, что единство уголовного, гражданского и административного процесса выражается в одинаковой природе иска («притязание, обращенное к государству в лице суда»), в единстве целей (достижение материальной истины) и в общности основных принципов судопроизводства (принадлежность власти суду, независимость суда и др.)6. Обращаясь к истокам учения об общем процессуальном праве, В. А. Рязановский называет учебник немецкого криминалиста А. Бауэра 1827 г., где впервые об уголовном процессе упомянуто как о части процессуального (а не уголовного, как считали большинство ученых) права. В. А. Рязановским было отмечено, что гражданский, уголовный и административный процесс каждый представляют собой публичное право на возникновение процессуального отношения7. Его работа «Единство процесса» стала первым достаточно развернутым исследованием, посвященным судебному праву.

В советской юриспруденции также сохранялся интерес к изучению судебного права, наиболее последовательными сторонниками которого выступали Н. Н. Полянский и М. С. Строгович.

Н. Н. Полянский уже в 1927 г. в «Очерках общей теории уголовного процесса» высказывался в поддержку идеи судебного права8. Причем, если В. А. Рязановский не делал различия между общепроцессуальным и судебным правом, то Н. Н. Полянский придерживался иного взгляда на их соотношение, полагая, что процессуальное право входит в состав судебного. В судебное право он также включал криминалистику, судебную медицину и судебную психиатрию9. Н. Н. Полянский возражал против кодификации судебного права, которую понимал довольно узко - как соединение в одном процессуальном кодексе уголовного и гражданского процесса10. Он подчеркивал значение судебного права в области научной методологии: «...успешная разработка общих для уголовного и гражданского процесса понятий, принципов и институтов требует совместных усилий представителей отдельных дисциплин; при построении уголовного и гражданского процесса должны быть учитываемы связующие их звенья»11.

М. С. Строгович, в целом разделяя взгляды Н. Н. Полянского, добавлял, что значение идеи судебного права относится не к структурным изменениям в законодательстве и учебном процессе, а к направлению развития и совершенствования законодательства. Ученый подчеркивал объективность существования совокупности

5 См.: Хвостов В. М. Общая теория права : элементарный очерк. Изд. 4-е. СПб. ; М. ; Варшава ; Вильно, 1908. С. 76-77.

6 См.: Рязановский В. А. Единство процесса. М., 1996. С. 30 и далее. Опубликованное в Иркутске в 1920 г. и переизданное в 1924 г. в Харбине исследование В. А. Рязановского долгое время оставалось неизвестным широкому кругу ученых, вплоть до 1996 г., когда было выпущено отдельным изданием.

7 См.: Рязановский В. А. Единство процесса. С. 15, 17, 28.

8 Впрочем, он и ранее придерживался этих взглядов. В лекциях по уголовному процессу, изданных в 1911 г., Н. Н. Полянский отмечал, хотя и без дальнейшей аргументации, что гражданский и уголовный процесс представляют собой отрасли судебного права (см.: Полянский Н. Н. Уголовный процесс. Уголовный суд, его устройство и деятельность. М., 1911. С. 10).

9 См.: Полянский Н. Н. Вопросы теории советского уголовного процесса. М., 1956. С. 234.

10 См.: Там же. С. 229.

11 См.: Там же. С. 228.

26

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

А. Ю. Астафьев

норм, объединяемых в широкую отрасль судебного права12. Подобно Н. Н. Полянскому, М. С. Строгович не касался административного процесса, считая его чуждым советскому праву. Криминалистика же, по его мнению, входя в науку судебного права, с устранением последнего, получает характер технической дисциплины13.

Н. Н. Розин и И. В. Михайловский подверглись критике Н. Н. Полянского и М. С. Строговича за отрыв процессуального права от материальных отношений, что, как полагали советские ученые, ведет к обеднению процесса14.

Самой значимой работой по судебному праву в советской науке, без сомнения, стала выпущенная в 1983 г. монография «Проблемы судебного права», подготовленная М. С. Строговичем, В. М. Савицким и А. А. Мельниковым на основе рукописи Н. Н. Полянского (умершего к тому времени и не успевшего опубликовать ее). Авторы «Проблем судебного права», полемизируя со сторонниками широкого понимания юридического процесса15, подчеркивали, что процессуальное право - это судебное процессуальное право, а юридический процесс - это судебное процессуальное судопроизводство. В их представлении, судебное право - «сложная комплексная отрасль права, включающая судоустройство, уголовнопроцессуальное и гражданско-процессуальное право». Уголовный и гражданский процесс осуществляются в рамках единой, общей для них сферы государственной деятельности - правосудия. По поводу административно-процессуального права высказывались сомнения, связанные с отсутствием соответствующих законодательных норм, позволявших обособить административное судопроизводство16.

Идея объединения судебного права в одном нормативном акте авторами «Проблем судебного права» не поддерживалась.

Подчеркивалась важность познания судебного права, как оно выражено в действующем законодательстве, хотя и без этого наименования.

Предметом детального рассмотрения в «Проблемах судебного права» стали:

1) сходство процессуальных правоотношений, складывающихся между судом и сторонами в гражданском и уголовном процессе (подобной позиции, как отмечалось выше, придерживался В. А. Рязановский);

2) иск как родовое понятие, одинаково пригодное для обозначения причинно-следственной связи между любым правонарушением и возникающей вслед за

12 См.: Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т. I. С. 99-100. К доктрине судебного права он обращался ранее (см.: Строгович М. С. О системе науки судебного права // Советское государство и право. 1939. № 3 ; Его же. Судебное право : предмет, система, наука права // Там же. 1979. № 12).

13 См.: Строгович М. С. О системе науки судебного права. С. 58.

14 См.: Полянский Н. Н. Вопросы теории советского уголовного процесса. С. 232 ; Строгович М. С. О системе науки судебного права. С. 59-61. С этих же позиций в статье критикуются немецкие процессуалисты Зауер и Гольдшмидт.

15 Концепцию широкого понимания юридического процесса отстаивали некоторые представители теории права (П. Е. Недбайло, В. Н. Горшенев и др.), утверждавшие, что любой деятельности по применению правовых норм присуща процессуальная форма. Сторонники узкого понимания юридического процесса (С. С. Алексеев и др.) ограничивали процессуальную форму рамками судопроизводства.

16 См.: Полянский Н. Н., Строгович М. С., Савицкий В. М., Мельников А. А. Проблемы судебного права. М., 1983. С. 14, 28, 30.

17 См.: Мельников А. А. Конституция СССР и проблема судебного права // Правоведение, 1979. № 6. С. 54.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

27

Общие положения уголовного процесса

ним деятельностью суда как органа, осуществляющего правосудие (в этом авторы монографии также невольно следовали за В. А. Рязановским);

3) единство принципов судебного права (судоустройственных и судопроизводственных);

4) сущностное единство судебного доказывания по гражданским и уголовным делам.

Говоря о значении судебного права, авторы указывали на возможность интегрированного исследования фундаментальных проблем правосудия во всех направлениях этой отрасли государственной деятельности - не только в юридическом, но и в социологическом, этическом, психологическом18.

Авторы «Проблем судебного права» также подчеркивали, что защищаемая ими доктрина способствует пониманию судебного разбирательства как главной стадии судебного процесса, в отношении которой предварительное расследование имеет субсидиарное, вспомогательное значение19. Это довольно смелое для своего времени положение является, на наш взгляд, особенно актуальным применительно к доказыванию в уголовном процессе, которое имеет принципиальное различие на предварительном и судебном следствии.

В связи с этим нельзя не упомянуть о новейших исследованиях в области судебного процесса. Судебное доказывание находится в центре психолингвистической теории уголовного судопроизводства А. С. Александрова (судебной лингвистики), который, к слову, выступает за создание общей теории процессуального права20. Не исключено, что в свете судебной лингвистики доктрина судебного права получит дальнейшее развитие.

Как и в дореволюционный период, концепция общепроцессуального судебного права в советское время находила поддержку и среди некоторых теоретиков. В частности, С. С. Алексеев видел в судебном праве комплексную интегрированную отрасль, надстраивающуюся над судоустройством, уголовно-процессуальным и гражданско-процессуальным правом. Позднее С. С. Алексеев предложил именовать судебное право надотраслью или суперотраслью21.

Из представителей уголовного процесса, выступавших сторонниками судебного права, следует назвать также А. М. Ларина, который значение этой доктрины видел «в углублении и усилении общих черт и принципов процессуального права и судоустройства в целях наиболее полного уяснения и оптимального использования присущих этим отраслям общих закономерностей, для правильного единооб-

18 См.: Полянский Н. Н., Строгович М. С., Савицкий В. М., Мельников А. А. Указ. соч. С. 39.

19 См.: Там же. С. 40-41. Необходимо упомянуть еще о двух работах, в написании которых принимали участие авторы «Проблем судебного права»: Демократические основы советского социалистического правосудия / под ред. М. С. Строговича. М., 1965 ; Конституционные основы правосудия в СССР / под ред. В. М. Савицкого. М., 1981. В этих монографиях судебная деятельность рассматривалась в своем процессуальном единстве с общетеоретических позиций.

20 См.: Александров А. С. Введение в судебную лингвистику. Н. Новгород, 2003 ; Его же. Что такое «судебная лингвистика» и каково ее отношение к научной догме уголовного процесса? // Школы и направления уголовно-процессуальной науки : доклады и сообщения на учредительной конференции Международной ассоциации содействия правосудию. Санкт-Петербург, 5-6 октября 2005 г. / под ред. А. В. Смирнова. СПб., 2005. URL: http://www.iuaj.net/lib/konf-MASP/aleksandrov. htm. Здесь излагаются основные положения судебной лингвистики А. С. Александрова.

21 См.: Алексеев С. С. Структура советского права. М., 1975. С. 196-197. Все же нам представляется, что определение места судебного права в системе права имеет второстепенное значение по сравнению с методологической плодотворностью комплексного научного изучения феномена судебного права.

28

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

А. Ю. Астафьев

разного применения и дальнейшего совершенствования законов о судоустройстве и судопроизводстве»22.

Однако и среди процессуалистов, традиционно отстаивавших концепцию судебного права, отношение к ней было и остается неоднозначным. Авторы монографии «Очерк развития науки советского уголовного процесса» Н. С. Алексеев,

B. Г. Даев, Л. Д. Кокорев скептически оценивали идею судебного права, подчеркивая принципиальное различие между уголовным и гражданским судопроизводством, но, вместе с тем, признавали позитивный характер комплексного исследования ряда процессуальных вопросов23. А в «Курсе советского уголовного процесса» под редакцией А. Д. Бойкова и И. И. Карпеца указывается, что возможность и необходимость разработки общей концептуальной теории правосудия не предполагают возможности и необходимости существования комплексной отрасли права24.

В современной правовой науке судебному праву посвящены три содержательных и дополняющих друг друга исследования Э. М. Мурадьян: «Истина как проблема судебного права» (2002 г.), «Судебное право. В контексте трех процессуальных кодексов» (2003 г.) и «Судебное право» (2007 г.) Продолжая наметившуюся в советской науке традицию, Э. М. Мурадьян видит в судебном праве общность отраслей судебно-процессуального права и судоустройства25. Однако ею значительно расширен ряд аспектов процессуального и системного единства судебного права. Отнесение некоторых из них непосредственно к судебному праву представляется довольно спорным (например, «приоритет примирительных процедур, методов согласования и консенсуса в судебном процессе» - в уголовном судопроизводстве может иметь место лишь в делах частного и частно-публичного обвинения, хотя и такая интерпретация была бы довольно искусственной). В то же время значимость других аспектов судебно-процессуального единства, выделяемых Э. М. Мурадьян, не вызывает сомнений. Прежде всего это - «разумность процессуальных сроков».

Понятие разумности сроков и связанная с ним проблема ответственности за нарушение права на рассмотрение дела в разумный срок представляют актуальность для всех видов судопроизводства. Недавние изменения в процессуальном законодательстве свидетельствуют о том, что логика законодателя направлена на решение проблем правосудия на общепроцессуальном уровне. Федеральным законом от 30 апреля 2010 г. № 68-ФЗ введен институт компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок (направление заявления о присуждении компенсации в установленный законом срок в соответствующий суд общей юрисдикции либо в арбитражный суд; немедленное исполнение судебного решения о присуждении компенсации). Не является ли Федеральный закон от 30 апреля 2010 г. № 68-ФЗ первым шагом на пути к кодификации судебного права, за которую в своих рабо-

22 Ларин А. М. Уголовный процесс : структура права и структура законодательства. М., 1985.

C. 42.

23 См.: Алексеев Н. С., Даев В. Г., Кокорев Л. Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж, 1980. С. 30.

24 См.: Курс советского уголовного процесса : Общая часть / под ред. А. Д. Бойкова, И. И. Карпеца. М., 1989. С. 67. В связи с этим еще раз напомним, что именно после разработки теории правосудия авторы «Проблем судебного права» приступили к написанию данной монографии. Все же нужно признать, что в науке пока не определено четкое различие между теорией правосудия и судебным правом. По крайне мере, данная проблема не получила четкого выражения.

25 См.: Мурадьян Э. М. Судебное право. М., 2007. С. 60.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

29

Общие положения уголовного процесса

тах выступает Э. М. Мурадьян26? На общепроцессуальном уровне в дальнейшем могли бы быть регламентированы основные принципы судопроизводства, правила доказывания, требования, предъявляемые к процессуальным актам, и иные положения. Фундаментом будущего Кодекса судопроизводства (ФКЗ «Об основах судоустройства и судопроизводства» - возможны различные варианты названий) должны стать Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе» и основополагающие нормы существующих процессуальных кодексов.

Судебное право оказывает воздействие лишь на наиболее общие правоотношения, из которых складываются организация суда и осуществление правосудия27. Новый закон будет призван не заменить УПК, ГПК и АПК, а обеспечить единообразие нормативного регулирования судопроизводства.

По мнению Э. М. Мурадьян, в законопроекте в качестве отдельного судебного принципа должно найти закрепление начало истины28. На наш взгляд, такая постановка проблемы в настоящее время более чем правомерна. Особенно остро вопрос об истине как цели процессуального познания стоит в уголовном судопроизводстве. УПК РСФСР 1960 г. содержал принцип объективной истины, выражавшийся в требовании полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела (ст. 20). Ныне действующий УПК от него отказался, фактически ничего не предложив взамен. Причина, возможно, в том, что не выработано четкого понимания истины. Марксистско-ленинское учение (в частности, ленинская «теория отражений») со своим толкованием истины представляло собой разработанную методологию познания. Альтернативной ей концептуальной методологии на сегодняшний день нет. Сказанное относится в равной степени ко всем видам судебного процесса и ко всем отраслевым процессуальным наукам. Поэтому необходимо освещение проблематики истины на общепроцессуальном уровне (начало чему и было положено

Э. М. Мурадьян) с перспективой определенного законодательного решения.

Э. М. Мурадьян первой в науке подняла вопрос о категориях судебного права, посвятив ему отдельную главу в одной из своих книг29. Ею высказана мысль, что частью судебного закона должен быть глоссарий. Это, как она справедливо полагает, избавит от необходимости в каждом кодексе давать одни и те же определения, разъяснения терминов и терминологических выражений. Специфические же для отдельной отрасли понятия и дефиниции останутся за пределами понятийного аппарата единого судебного акта и будут включены в тексты процессуальных кодексов30.

26 См.: Мурадьян Э. М. Истина как проблема судебного права. М., 2002 ; Ее же. Судебное право. М., 2007 ; Ее же. О единстве судебного законодательства. О безусловных процессуальных правах. Об условных процессуальных действиях // Современное право. 2001. № 3. С. 36-40 и др. Круг вопросов предлагаемого законопроекта также изложен ею (см.: МурадьянЭ. М. Истина как проблема судебного права. С. 13-14). С подобной же инициативой выступает О. В. Люкина (см.: Люкина О. В. Судебно-правовой прогресс в современной России : общетеоретический аспект : дис. ... канд. юрид. наук. Тамбов, 2009. С. 107). Однако в обоснование своей позиции она не приводит самостоятельных доводов.

27 См.: Ларин А. М. Указ. соч. С. 41.

28 См.: Мурадьян Э. М. Истина как проблема судебного права. С. 25.

29 См.: Мурадьян Э. М. Судебное право. Глава 3.

30 См.: Мурадьян Э. М. О единстве судебного законодательства. О безусловных процессуальных правах. Об условных процессуальных действиях. С. 38 ; Ее же. Истина как проблема судебного права. С. 15.

30

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

А. Ю. Астафьев

Из всех выделяемых Э. М. Мурадьян направлений судебно-процессуального единства наиболее важным и требующим отдельного комментария представляется следующий: «процессуальная форма и решение проблемы ее преобразования в интересах эффективной судебной защиты и доступности правосудия в другую форму».

Дело в том, что в работах сторонников доктрины судебного права прежде отдельно не отмечалось изначальное единство судебной процессуальной формы, что, на наш взгляд, лишало цельности идею судебного права. Между тем процессуальная форма31 играет важную системообразующую роль в судопроизводстве. В ее структуре могут быть выделены устойчивые правовые компоненты, которые являются константными для любого вида судопроизводства, что позволяет говорить о единой процессуальной форме уголовного, гражданского и арбитражного процесса.

Процессуальная форма судебного производства включает, как мы полагаем, следующие элементы:

1) основные принципы судебного процесса;

2) процессуальный статус лиц, участвующих в судопроизводстве;

3) правила, последовательность и сроки совершения процессуальных действий;

4) виды судебных производств;

5) стадии производства по делу;

6) правила о подсудности дел;

7) требования, предъявляемые к доказательствам;

8) требования, предъявляемые к процессуальным документам.

Элементы процессуальной формы взаимосвязаны и взаимообусловлены. Изменение одной из структурных составляющих процессуальной формы, равно как и включение в нее либо исключение из ее состава какого-либо одного из них, неизбежно влечет изменение характера связи между элементами и самих элементов. Так, правила, последовательность и сроки совершения процессуальных действий зависят от вида судебного производства; права и обязанности лиц - субъектов судебного процесса неодинаковы в различных стадиях судопроизводства и т.д.

Идея единой процессуальной формы не противоречит ее дифференциации как на отраслевом (форма правосудия), так и на внутриотраслевом уровне (конкретные судебные производства в рамках того или иного судебного процесса). Обобщенная системная концепция утверждает первичность системы как целого над ее элементами и принципиальную иерархическую организацию любой системы. Целостная система «больше» суммы ее частей, ибо она обладает интегративными свойствами, не присущими ни одному из отдельных элементов системы, и не представляет собой механическое соединение этих элементов32.

Смысл судебного процесса, его социальная ценность заключаются в разрешении конфликтов, которое достигается принятием законных, обоснованных и справедливых решений по уголовным делам на основе исследования и оценки представленных доказательств. Доказывание является основной деятельностью в судопроизводстве. Именно доказывание выступает базисным элементом, созда-

31 Мы понимаем ее как юридическую конструкцию, построение которой происходит на основе анализа законодательства, устанавливающего порядок судебного разбирательства дел.

32 См.: Петрухин И. Л., Батуров Г. П., Морщакова Т. Г. Теоретические основы эффективности правосудия. М., 1979. C. 120.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1

31

Общие положения уголовного процесса

ющим условия принятия законного, обоснованного и мотивированного судебного решения.

В доказывании наиболее убедительно проявляет себя комплексный характер проблемы качественной разработанности процессуальной формы33. Процессуальная форма определяет требования, предъявляемые к доказательствам, способы обнаружения и исследования доказательств, что дает основания говорить о процессуальной форме доказывания.

В уголовно-процессуальном праве процессуальная форма доказывания понимается как совокупность установленных законом условий, которым должен отвечать процесс доказывания в уголовном судопроизводстве, условий, обеспечивающих законность доказывания и способствующих достижению его задач34. Думается, что такое определение применимо к процессуальной форме доказывания в любом судопроизводстве.

В структуру процессуальной формы доказывания, по нашему мнению, входят:

1) процессуальный статус субъектов доказывания;

2) способы получения доказательств;

3) виды доказательств (источники сведений о существенных для дела обстоятельствах);

4) фиксация результатов доказывания;

5) правила оценки доказательств (в том числе признание доказательств недопустимыми);

6) презумпции и преюдиции в доказывании;

7) обстоятельства, подлежащие доказыванию.

Во внутреннем строении процессуальной формы доказывания находит отражение структура процессуальной формы судопроизводства в целом.

Процессуальная форма устанавливает общие основы организации и функционирования системы судопроизводства. Она определяет модель судопроизводства (говоря словами Е. Б. Мизулиной, «...актеров еще нет, а пьеса уже написана и роли будущим актерам в ней предопределены»35) и, безусловно, должна рассматриваться с позиций судебного права.

Органически связанный с процессуальной формой вопрос, также имеющий актуальность для всей системы правосудия в целом, - процессуальные нарушения. Их изучение требует широкого подхода и в перспективе может стать одним из главных направлений судебного права.

Представляется, что именно в рамках судебного права будут последовательно и плодотворно разрабатываться многие общепроцессуальные вопросы; широкий подход к проблемам судопроизводства и судоустройства обогатит теорию и принесет практические результаты.

33 См.: Иванов Ю. А. Уголовно-процессуальная форма // Курс советского уголовного процесса : Общая часть / под ред. А. Д. Бойкова, И. И. Карпеца. С. 124.

34 См.: Теория доказательств в советском уголовном процессе : Часть общая / под ред. Н. В. Жогина. М., 1966. С. 382.

35 Мизулина Е. Б. Уголовный процесс : концепция самоограничения государства. Тарту, 1991. С. 22.

Астафьев Алексей Юрьевич,

преподаватель кафедры уголовного процесса Воронежского государственного университета

32

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2012-№ 1