Синергетические принципы организации художественного дискурса постмодернизма

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 10 (148).

Филология. Искусствоведение. Вып.30. С. 84-87.

Н. С. Олизько

СИНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ ОРГАНИЗАЦИИ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ДИСКУРСА ПОСТМОДЕРНИЗМА

В статье представлена лингвосинергетическая трактовка постмодернистского художественного дискурса как нелинейно-саморазвивающегося единства открытых и подвижных, разомкнутых в интердискурсивном пространстве семиосферы интертекстуальных структур. Основными принципами организации художественного дискурса постмодернизма выступают такие категории, как иерархичность, неустойчивость, нелинейность, эмерджент-ность, симметричность/асимметричность, открытость.

Ключевые слова: лингвосинергетика, семиосфера, художественный дискурс, интертекстуальность, интердискурсивность, иерархичность, неустойчивость, нелинейность, эмерджент-ность, симметричность, асимметричность, открытость, самоорганизация, точка бифуркации,

креативный аттрактор.

Опираясь на основные положения когнитивно-дискурсивного подхода, мы считаем возможным трактовать дискурс в качестве речемыслительного процесса, объективированного в некотором множестве текстов, обладающих общими для соответствующего типа текстов когнитивными стратегиями порождения и понимания, имеющими согласующуюся с этими стратегиями внутреннюю организацию и служащими для передачи и генерирования смысла, а также для декодирования других текстов. Художественный дискурс как разновидность бытийного общения представляет собой развернутый, предельно насыщенный смыслами диалог автора, читателя и текста, выявляющий взаимодействие авторских интенций, сложного комплекса возможных реакций читателя и структуры текста, выводящей произведение в безграничное пространство се-миосферы (под семиосферой понимается совокупность всех знаковых систем, используемых человеком, включая как текст, язык, так и культуру в целом). Изучение постмодернистского художественного дискурса с позиций лингво-синергетики позволяет нам выделить следующие принципы организации последнего.

Иерархичность. Основным смыслом структурной иерархии является составная природа вышестоящих уровней по отношению к нижестоящим: «...то, что для низшего уровня есть структура-порядок, для высшего есть бесструктурный элемент хаоса, строительный материал»1.

С точки зрения иерархичности семиос-фера состоит из микро- (интертекст), макро-(дискурс) и мега- (интердискурс) уровней.

Способность каждого уровня находиться в состоянии относительного равновесия определяется параметрами порядка - факторами, управляющими его функционированием. Порядок в системах с взаимными связями между элементами возникает вокруг так называемых «аттракторов»

организует художественный дискурс, отличительными особенностями которого выступают сближение элитарной и массовой культур, активное смешение художественных языков, стилей и жанров, цитатность, игровое начало, акцентированная поливариантность и повышенная ироничность.

Неустойчивость. Состояния неустойчивости принято называть «.точками бифуркаций, которые появляются в любой ситуации рождения нового качества и характеризуют рубеж между старым и новым»3.

Система «интертекст-дискурс-интердис-курс» характеризуется неустойчивостью в том смысле, что изменения в сфере интертекстуальных включений приводят к преобразованию соответствующего типа дискурса, трансформирование которого, в свою очередь, оказывает воздействие на интердискурс семиосферы. В процессе восприятия постмодернистского произведения динамические процессы на уровне автор-текст-читатель, формирующем художественный дискурс, приводят к возникновению случайных хаотических колебаний (флуктуаций), которые, усиливаясь, могут так влиять на систему, что она приближается к точке ветвления (бифуркации) - переломному моменту в выборе дальнейшего пути понимания произведения. Поведение системы в точке бифуркации кажется парадоксальным: она подчиняется вроде бы случайным, второстепенным факторам, которые начинают играть главную роль и оказывают решающее воздействие на переход всей системы на тот или иной эволюционный сценарий. Речь идет о возможности привлекать к интерпретации художественного произведения практически неограниченное количество смысловых элементов, как-либо связанных с доминантным смыслом. Это, в частности, объясняет тот факт, что в момент бифуркации состояния системы возможно не одно, а множество вариантов структурного преобразования дискурса.

Благодаря своим внутренним энергоресурсам в результате реакций на информацию, поступающую как извне, так и изнутри, художественный дискурс самоорганизуется. «По мере “взросления” замысла его развитие во все большей степени начинает зависеть не от художника, а от самого созревающего произведения, то есть становится в точном смысле этого слова процессом самоорганизации»4. Как отмечает Дж. Д. Эткинс, на определенном этапе в жизни текста наступает самопроизвольный

момент, когда «.. .текст начинает отличаться от самого себя, выходя за пределы собственной системы ценностей, становясь неопределимым с точки зрения своей явной системы смысла»5. В результате провозглашается принципиальная относительность «правильности» любого понимания и право каждого на свое собственное толкование. Каждое прочтение текста дает прирастание нового смысла, что приводит к «бездне» возможных смысловых значений и «свободной игре активной интерпретации», а значит - и «интерпретирующего сознания»6.

Нелинейность есть нарушение принципа суперпозиции в некотором явлении: «.результат суммы воздействий на систему не равен сумме результатов этих воздействий»7. Идея нелинейности в своем мировоззренческом ракурсе может быть эксплицирована посредством идеи многовариантности, выбора из данных альтернатив.

Текстовое значение в рамках постмодернистского дискурса в принципе не может быть воспринято и оценено как линейное: методология текстового анализа Р. Барта эксплицитно «.требует, чтобы мы представляли себе текст как <...> переплетение разных голосов, многочисленных кодов, одновременно перепутанных и незавершенных»8. В силу своей имманентной нелинейности и неустойчивости текстовая среда интерпретируется постмодернизмом как непредсказуемая, всегда готовая породить новые версии смысла.

Эмерджентность. Постмодернистский дискурс представляет собой образец эмер-джентного (от emergent - неожиданно возникающий) образования. Термин «эмерджент-ность» означает самопроизвольное возникновение таких свойств, которые присущи некоторому образованию в целом, но не свойственны ни одному из его элементов в отдельности.

Этот принцип описывает возникновение нового качества системы по горизонтали, то есть на одном уровне, когда медленное изменение управляющих параметров мегауровня-интердискурса приводит к бифуркации, неустойчивости системы на макроуровне - уровне дискурса и перестройке его структуры. В точке бифуркации параметры порядка макроуровня возвращают свои степени свободы в хаос микроуровня-интертекста, растворяясь в нем. Затем в непосредственном процессе взаимодействия мега- и микро- уровней рождаются новые параметры порядка обновленного макроуровня. Другими словами, под эмерджент-

86

Н. С. Олизько

ностью постмодернистского дискурса следует понимать появление спонтанно возникающих свойств, не характерных для отдельно взятых иерархических уровней (интертекста, дискурса или интердискурса), но присущих системе как целостному функциональному образованию.

Симметричность/асимметричность. Симметрия и асимметрия как диалектическое единство повторяющегося и различного обладают универсальностью на всех известных современной науке масштабных уровнях организации систем. Элементы языка также способны «.взаимодействовать на разных уровнях организации как симметричные или асимметричные. При этом факт симметричности какого-либо проявления структуры или функции позволяет квалифицировать его как стандартный и малоинформативный. Асимметрия несет высоко информативное разнообразие»9. Под симметрией понимается соразмерность между частями целого, образуемая повтором соответствующих языковых структур. В случае «выпадения» (перехода в разряд скрытых смыслов) одного или нескольких элементов симметрии речь идет об асимметрии, характеризующейся «.отступлением от упорядоченности, регулярности в строении и функционировании языковых единиц»10.

В современной науке категория симметрии объединяет в себе, наряду с классическим понятием симметрии как соразмерности, довольно разнообразные виды симметрии, такие, как диссимметрия, антисимметрия, изометрия и прочие. Мы останавливаемся на разграничении упомянутых выше симметрии и асимметрии, так как «.выявляя симметричные - асимметричные моменты и оценивая их значимость в системном развитии, можно установить законы динамики смысловой системы художественного произведения и на их основе достаточно объективно охарактеризовать мировоззренческую концепцию автора»11.

Учитывая тот факт, что живому - самоорганизующемуся - организму симметрия менее свойственна, Г. Г. Москальчук отмечает, что в тексте (составляющем элементе дискурса) наиболее вероятны асимметричные структуры. Однако обнаружить последние можно только на фоне инвариантных (симметричных) проявлений структурной организации текста, так как только «.. .симметричный фон, существующий на всех уровнях языка, служит стабилизатором системы, синхронизатором текста и рече-мыслительной деятельности»12. Отсюда

очевидно: «.чтобы сохранить феноменальную целостность, текст должен стремиться к симметрии, но никогда ее не достигать, поскольку симметрия его структуры ведет к резкому снижению информативности, свойственной открытым нелинейным диссипативным, то есть синергетическим системам»13. Другими словами, субстанция дискурса организуется, стремясь к симметрии, но одновременно и самоорганизуется, стремясь к асимметрии. Доминантный смысл, синхронизирующий симметричные (находящиеся в динамическом равновесии) и асимметричные (находящиеся в динамическом неравновесии) компоненты, выступает креативным аттрактором, организующим художественный дискурс.

Открытость предполагает взаимодействие системы со своим окружением и позволяет эволюционировать от простого к сложному, так как каждый иерархический уровень может развиваться и усложняться только при обмене веществом, энергией, информацией с другими уровнями.

Принципиально открытое постмодернистское пространство вбирает в себя максимальное число текстов, написанных в различные эпохи. Любое постмодернистское произведение может быть рассмотрено как место пересечения уже существовавших текстов - «нитей ризомы», то есть место преломления и переплетения всего многообразия текстов культуры. Ризоматичность находит воплощение в калейдоскопичности, мозаичности, «лоскут-ности» многочисленных образов постмодернистской эстетики, представленных в формах коллажа и пастиша. Поскольку современный мир человеческого бытия как бы «сшит» из различных «лоскутков» представлений, ценностей и взглядов, культурных кодов и следов, то коллаж в определенной степени является их отражением. В результате постмодернизм характеризуется принципом свободного компилятивного использования и переоценкой различных сложившихся форм искусства.

На языке иерархических уровней принцип открытости подчеркивает два важных обстоятельства. Во-первых, это возможность явлений самоорганизации в форме существования стабильных неравновесных структур макроуровня - уровня дискурса (открытость дискурса к интертексту при фиксированных управляющих параметрах). Во-вторых, возможность самоорганизации становления, то есть возможность смены типа неравновесной структуры, типа

аттрактора (открытость дискурса к интердискурсу меняющихся управляющих параметров системы).

В целом, для осуществления процесса самоорганизации художественного дискурса необходимо выполнение следующих условий: во-первых - обеспечение постоянного притока информации из семиосферы для создания новых структур, что повышает нелинейность системы, и, во-вторых - осуществление рассеивания (диссипации) возникающей неоднородности. В постмодернистском художественном дискурсе диссипация означает самоподобное переструктурирование чужого в свое и рассеивание лишнего в случае неспособности читателя распознать авторские намеки и отсылки. Замысел художественного произведения, то есть его конечная цель, нередко весьма смутно осознаваемая творцом, включает в действие механизм диссипации и как бы «ведет» данную структуру от первых набросков до завершения произведения. Случайное сочетание отдельных образов актуализирует ассоциативную память адресата и рождает не один, а множество смыслов. Случайность в данной ситуации - это тот самый высший тип детерминизма, когда соединение разных дискурсов, случайное на первый взгляд, направлено к определенной цели, к некому аттрактору.

Замысел как креативный аттрактор, с одной стороны, задает «путь» восприятия текста, сужает его, с другой - позволяет привлекать к его интерпретации практически неограниченное количество смысловых элементов. Автор, создавая произведение, предлагает некоторую структуру, принципиально открытую и свободную, которая вызывает у читателя определенные ассоциации, способные сложиться во что-то принципиально отличное от исходного сообщения. Осознавая тот факт, что текст изначально богаче, чем то, что он (адресант) хочет сказать, автор отдается во власть текста, во власть культурной традиции и сложившихся образов. Другими словами, речь идет об изменении качества авторского сознания: а именно

о том, что разрушается прерогатива монологического автора на владение высшей истиной. Авторская истина релятивизируется, растворяясь в многоуровневом диалоге различных точек зрения.

Подводя итог, отметим, что в рамках лингвосинергетической трактовки постмодер-

нистский художественный дискурс выступает нелинейно-саморазвивающимся единством от-

крытых и подвижных, разомкнутых в интердискурсивном пространстве семиосферы интертекстуальных структур.

Примечания

1 Буданов, В. Г. Синергетика : история, принципы, современность [Электронный ресурс] / В. Г. Буданов. - Режим доступа : ИйрУ/эркиМуитоу. narod.ru/SinBud.htm.

2 Аршинов, В. И. Синергетика как феномен пост-неклассической науки [Электронный ресурс] /

B. И. Аршинов. - Режим доступа : http://www.i-u. ru/biblio/archive/arshinov%5Fsinergetika/02. аврх.

3 Князева, Е. Н. Основания синергетики. Синергетическое мировидение / Е. Н. Князева,

C. П. Курдюмов. - М. : КомКнига, 2005. - С. 89.

4 См.: Фещенко, В. В. АШороейса как опыт и метод, или о новых горизонтах семиотики / В. В. Фещенко // Семиотика и Авангард : антология / под общ. ред. Ю. С. Степанова. - М. : Академ. проект : Культура, 2006. - С. 100.

5 См.: Ильин, И. П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм / И. П. Ильин. - М. : Интрада, 1996. - С. 187.

6 Нестерова, Н. М. Текст и перевод в зеркале современных философских парадигм / Н. М. Нестерова. - Пермь : Перм. гос. техн. ун-т, 2005. - С. 54.

7 См.: Буданов, В. Г. Синергетика: история, принципы, современность.

8 См.: Постмодернизм : энциклопедия / сост. и науч. ред. А. А. Грицанов, М. А. Можейко ; отв. ред. А. И. Мерцалова. - М. : Интерпрессервис : Книж. дом, 2001. - С. 334.

9 Манаков, Н. А. К основаниям текстосим-метрики / Н. А. Манаков, Г. Г. Москальчук // Лингвосинергетика : проблемы и перспективы : материалы второй школы-семинара / под общ. ред. В. А. Пищальниковой. - Барнаул : ААЭП, 2001. - С. 61.

10 Фещенко, В. В. АШороейса как опыт и метод... - С. 94.

11 Мышкина, Н. Л. Внутренняя жизнь текста : механизмы, формы, характеристики / Н. Л. Мышкина. - Пермь : Изд-во Перм. ун-та, 1998.- С. 51.

12 Манаков, Н.А. К основаниям текстосимме-трики. - С.62.

13 Герман, И. А. Введение в лингвосинергетику : монография / И. А. Герман, В. А. Пищальникова. - Барнаул : Алтайс. гос. ун-т, 1999. - С. 52.