Трезвость во хмелю

Петербургский Большой драматический театр имени Товстоногова показал премьеру спектакля "Пьяные" по пьесе Ивана Вырыпаева в постановке художественного руководителя театра Андрея Могучего. Рассказывает РОМАН ДОЛЖАНСКИЙ.

Андрей Могучий очень давно не ставил пьес — либо делал инсценировки, либо ставил театральные фантазии, в которых сам выступал в роли соавтора (и вдохновителя) текста. То есть давно не включался в диалоги с оригинальной драматургией, чтобы вот так, что называется, по старинке: прочитал пьесу — захотелось поставить. Собственно говоря, возвращение к такому диалогу было предопределено назначением Могучего в БДТ: как ни переформатируй театр на Фонтанке, как ни ищи для него новое лицо, при Товстоногове Большой драматический всегда был театром хорошей драматургии (если только сверху не навязывали какую-то конъюнктуру), тут сами стены — а не только вечно тоскующие по новой работе актеры — просят хороших пьес.

К "Пьяным" Могучий пришел по дороге, выбор которой многим наблюдателем казался ситуативным, но наверняка был точно просчитанной стратегией. Сначала худрук сделал то, что должен был сделать и в чем мог быть уверен, — авторскую фантазию "Алиса", в которой отдал дань старшему поколению труппы во главе с Алисой Фрейндлих (ну или даже в ее лице). Важно, что первый шаг был проделан не на исторической сцене, а на островной, загородной — в Каменноостровском театре. Но и первый спектакль в отреставрированном здании на Фонтанке был, можно считать, прологом: инсценировка романа "Что делать?", отчасти превращенная в спектакль-диспут, игралась хоть и на большой сцене, но для редуцированного числа зрителей, сидящих на трибуне-амфитеатре; зато основная нагрузка легла на молодых актеров, что тоже было творческой декларацией.

В "Пьяных" также заняты многие молодые актеры, но здесь успех спектакля определили актеры среднего поколения, зрелые, сильные и умелые, — те, которые и должны были по всем правилам военно-театрального искусства стать стратегическими союзниками режиссера. Еще важно добавить, что эти артисты — чуткие. А пьеса Ивана Вырыпаева такова, что нечутких она может легко сбить с толку, заморочить иностранными именами героев и регулярными апелляциями к богу: можно запутаться, чего больше в вырыпаевских "Пьяных" — богоискательства, искреннего или не особенно, или же иронии по отношению к нынешнему повальному богоискательству, тонкой или не очень.

В полном соответствии с пьесой все герои спектакля сильно нетрезвы. Четыре истории в первом действии: уличное знакомство девушки и директора кинофестиваля; уход мужчины от жены к ее подруге; вечеринка двух вполне буржуазных супружеских пар; мальчишник четверки преуспевающих яппи с участием одной проститутки. И четыре эпизода во втором действии, в которых герои историй пересекаются, пытаясь что-то изменить в своих жизнях: их признания спонтанны, как и бывает у людей, перебравших с алкоголем, их реакции то и дело неожиданно просты, но их надеждам не дано осуществиться.

Конечно, Андрей Могучий увидел в "Пьяных" нечто гораздо более важное и серьезное, нежели сатирическое нравоучение. И чем забавнее, точнее, разнообразнее и вкуснее артисты БДТ изображают на сцене нетрезвых людей (Марина Игнатова и Елена Попова превращают свою "пьяную" пластику в отдельные мастерские номера, вполне, впрочем, уместные здесь), тем очевиднее становится, что пьянство в данном случае — лишь самое понятное из бытовых иносказаний неадекватности, а на самом деле речь идет о тотальной лжи, в лоне которой так комфортно пребывать современным людям, — лжи, определяющей погоню за успехом или прикрывающей исчерпанность семейных связей, в которых давно нет места привязанностям и чувствам. Все в спектакле Андрея Могучего подчинено актерам — даже сама сценическая конструкция с наклонным подиумом, сооруженная Александром Шишкиным, словно предназначена для того, чтобы зрителю были видны все детали и подробности. Индийский фильм на экране в прологе и эпилоге, тревожное мигание слов на электронном экране — все лишь обрамляет поданных крупным планом персонажей. Мягкие спортивные маты, покрывающие склон, к концу спектакля один за другим исчезают: падения на голую поверхность станут больнее, но и ситуации, в которых оказываются герои, оказываются горше и болезненнее. И чем нелепее персонажи, тем вернее отчаяние зрителя. Такой взрывоопасной смеси хмельного театрального веселья и непокорной художественной трезвости давно здесь не было.

Когда-то в БДТ ходили не только для того, чтобы увидеть в зеркале сцены самих себя, но и пережить радость причастности к актерским откровениям. То, как играют в "Пьяных" не только выдающиеся актрисы Игнатова и Попова, но и их партнеры — Василий Реутов, Дмитрий Воробьев, Анатолий Петров, Валерий Дегтярь, позволяет вновь испытать эту полузабытую радость (молодежь наверняка дотянется до них — а ради такой задачи только и стоит держать в театрах постоянные актерские труппы). И здесь можно уже порадоваться за всех: во-первых, за драматурга, который награжден объемным, масштабным воплощением своего сочинения, во-вторых, за режиссера, нашедшего общий язык с артистами и придумавшего отличный спектакль, в-третьих, конечно, за сам БДТ, несчастливая новейшая судьба которого досадной занозой много лет сидела в коллективном театральном сознании. Андрей Могучий, судя по "Пьяным", эту занозу вытащил.