Лев Толстой и Федор Достоевский: история сопоставительного изучения

УДК 82.08:159.9

ЛЕВ ТОЛСТОЙ И ФЕДОР ДОСТОЕВСКИЙ: ИСТОРИЯ СОПОСТАВИТЕЛЬНОГО ИЗУЧЕНИЯ

© 2007 Кукуева А.А.

Дагестанский государственный педагогический университет

В статье освещена история сопоставительного изучения творческого диалога Толстого и Достоевского. Взаимное притяжение и отталкивание двух классиков русской реалистической прозы рассмотрено как с точки зрения художественного метода, так и решения частных тем и проблем.

In this article light is thrown upon the history of comparative study of Tolstoy’s and Dostoevsky ’s creative dialogue. The mutual attraction and antagonism of two classicists of Russian realistic prose is considered both from the view-point of the artistic method and solving the private themes and problems.

Ключевые слова: творческий диалог, сопоставление творчества, общие темы и проблемы Толстого и Достоевского, противостояние Достоевского Толстому.

Keywords: creative dialogue, comparison of creative activities, Tolstoy’s and Dostoevsky’s common themes and problems, Dostoevsky’s opposition to Tolstoy.

Мысль о сопоставлении романов Л. Н. Толстого «Война и мир» и Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание» возникла в 80-е годы XIX века. Вся литература до 60-х годов XX в. в основном противопоставляла творчество этих двух писателей - ведь критерии различий сразу бросаются в глаза.

Заслуга в открытии мира Достоевского и Толстого принадлежит Серебряному веку. Это было время, когда новизна художественного метода обоих писателей предстала со всей очевидностью. Д. С. Мережковский в своем исследовании «Лев Толстой и Достоевский» подвергает анализу характеры писателей, и главная мысль этого труда - резкое противопоставление реализма Толстого и Достоевского. Д. С. Мережковский обстоятельно раскрывает и происхождение Толстого как дворянского писателя, человека обеспеченной жизни. Пусть его кабинет прост, писатель чурается излишеств, дабы оные не отвлекали его от творчества... Толстой - вегетарианец, одевается в блузу-толстовку.

В этой трактовке заметно явное предвзятое отношение. В противоположность этому дается сочувственная биография

Достоевского, содержание жизни которого составляют поиски Бога. Фактически - это разночинец, зарабатывающий тяжелым трудом; творчество его не эпически спокойное, обращенное в прошлое. Толстой - живописец, объективно рисует действительность, Достоевский выражает свою смятенную душу в идеях о Боге и антихристе. Интересны рассуждения Д. С. Мережковского о художественном методе Толстого и Достоевского. Д. Мережковский утверждает, что, «хотя Толстой ищет Бога, в последние годы жизни пытается уверовать в народную веру о Боге, по сути дела, Толстой остается язычником... Толстой ближе подходит к буддизму: «в потусторонней жизни нет ничего: человек погружается в нирвану.» [12. С.187].

Д. Мережковский сделал всего лишь шаг к мысли о новом образе человека, воссозданном в литературе Достоевским. А сформулирует эту мысль Вяч. Иванов: «Душа кажется самой себе необычайно многострунной и всевмещающей; всем переживаниям чужого я она, мнится, находит в себе соответствующую аналогию» [8. С.293]. Причем таковыми свойствами обладает душа героя Достоевско-

го - «внутреннего человека», в отличие от «внешнего человека», изображаемого Толстым.

Труд Д. Мережковского издавался несколько раз до революции, и лишь в 1996 году было разрешено переиздание этой книги, снабженной рядом критических статей, ранее не печатавшихся.

Похожее восприятие героев Достоевского и Толстого находим у Н.А. Бердяева: человек Достоевского, считал философ, не явление «периферии бытия», как у Толстого, но идёт в «самую глубь» ...» [4. С.61].

Сопоставлением творчества Толстого и Достоевского занимался, наряду с Д. Мережковским, и другой представитель символизма - Андрей Белый. Следует отметить, что работы Д. Мережковского и А. Белого представляют собой сплав поэтического и критического творчества и очень сложны. А. Белый также попытался найти общее в творчестве Толстого и Достоевского. Он рассматривает их как писателей-пророков. Они, по мысли А. Белого, прошли 3 этапа жизни и творчества: 1-й - этап бессознательного творчества (когда Толстой писал заметки о Кавказе, а Достоевский - стихи, драмы); 2-й - этап социально обостренного творчества, когда преобладает социальнотеоретический взгляд (романы «Идиот» и «Анна Каренина»); 3-й - этап, когда писателям кажется, что художественные образы не могут передать всего, что чувствуют они - пророки, и рамки художественного творчества становятся тесны.

Л. Толстой, продолжает А. Белый, в последний период отказывается от художественного творчества, называя его «дворянской забавой». Он пишет, непосредственно обращаясь к народу, «Книгу для чтения» - безыскусственные рассказы, сдобренные моралью, обращается к музыке, Бетховену, пишет рассказы для детей, политические обращения («О политическом строе» и др.), художественно совершенные работы чисто религиозного характера («В чем моя вера» и др.). В этот период Толстой переводит все четыре Евангелия на русский язык. По мнению Андрея Белого, прямой проповедью у Достоевского является «Днев-

ник писателя». Это стремление к проповеди проявилось и в «Братьях Карамазовых».

Примерно в эти же годы В. Вересаев пишет работу «Живая жизнь», в которой также обращается к сопоставительному анализу творчества Достоевского и Толстого. Книга написана в традиционном духе: подчеркивается жизнеутверждающее искусство Л. Толстого и болезненное, дисгармоничное творчество Ф. Достоевского. Но эти два художника дополняют друг друга и учат нас как можно глубже вникать в жизнь в ее контрастах.

«Не так, как у Толстого.» - это звучит постоянно и у Н.А. Бердяева, и у С.Н. Булгакова, и у Вяч. Иванова. Все пишущие о Достоевском сравнивали его с Толстым. Однако никто не воспользовался терминами Достоевского «историк» и «писатель «текущей» действительности», но по сути своих суждений некоторые оказывались очень близки к тому, что писал Достоевский о себе и о Толстом. «В рассуждениях Ф. М. Достоевского о несходстве своём как художника с писателями-историками всё сводится к отличию в изображении сознания героя и, прежде всего, его самосознания, его мечты о самом себе, мечты, которая может быть либо «исторической», либо не «исторической», т.е. не подчиняющейся «нормальному закону». В этом сказалась главная особенность художественного видения Достоевского... Человек Достоевского сначала «мечтатель», а потом уже «деятель», в том смысле, что действия его . предопределены его мечтой о себе и о мире - «я знал, что так будет», «я предчувствовал», постоянно повторяет он и, кажется, зная все о себе, оттесняет автора, сочиняя роман о самом себе» [4. С.56].

Вот, например, как понимал противостояние Достоевского Толстому Вяч. Иванов: «Толстой поставил себя зеркалом перед миром, и все, что входит в зеркало, входит в него: так хочет он наполниться миром, взять его в себя, сделать его своим посредством осознания и, в сознании преодолев, отдать людям и самый мир, через него прошедший, и то, чему он научился при его прохождении, - нормы отношения к миру» [8. С.293].

Иной путь Достоевского. «Он весь устремлён не к тому, чтобы вобрать в себя окружающую его данность мира и жизни, но к тому, чтобы, выходя из себя, проникать и входить в окружающие его лики жизни; ему нужно не наполниться, а потеряться...Муза Достоевского с её экстатическим и ясновидящим проникновением в чужое я похожа вместе на обезумевшую Дионисову мэнаду, устремившуюся вперёд, «с сильно бьющимся сердцем», - и на другой лик той же мэ-нады - змееволосую Эриннию, с искажённым лицом, чуткую к пролитой крови, вещую, неумолимую, неусыпимую мстительницу» [8, С.293].

То, что в своё время говорил Достоевский о твердом, издавна сложившемся строе жизни в толстовском изображении и о духовном хаосе в изображении собственном, было узнано и понятно. И это закономерно, ибо «исканиям русской религиозно-философ-ской мысли конца XIX - начала ХХ века был близок и дионисийский пафос художника, и его «нереальный человек», такой не похожий на толстовских «вырванных из жизни реальных людей в плоти и крови» [4. С.62].

В советский период сопоставительный анализ творчества Толстого и Достоевского «тормозится», т.к. с середины 20-х годов XX в. творчество Достоевского, «вредное» для Советской России, было под негласным запретом. Если и встречались работы сравнительного характера, то эти два художника скорее противопоставлялись: один (Достоев-

ский) - как отражающий все болезненное, судорожное, ненужное, а другой (Толстой) - «зеркало русской революции», который сумел отразить мировое значение революции, давший миру познание жизни и любви к ней.

Лишь в 1956 году, через 75 лет после смерти Достоевского, когда его творчество было разрешено, произведения вошли в программы высших учебных заведений, возникает новая волна сравнительно-сопоставительного изучения творчества двух писателей.

Одной из первых появилась работа видного толстовца Николая Николаевича Гусева (секретаря Толстого, прекрасно

знавшего писателя) «Жизнеописание Л. Толстого». В данной работе много места отводится противопоставлению творчества Толстого и Достоевского.

В 70-80-е годы появляется ряд значительных работ, в которых дается сопоставление эстетики художественного творчества Ф.М. Достоевского и Л.Н. Толстого.

Константин Ломунов в своей монографии «Толстой и Достоевский» резко противопоставляет творчество двух великих художников: «Истинным реалистом, который сумел воспроизвести жизнь в самой жизни, был и остается Л.Н. Толстой. Его образы живы, телесны, ощущается огромная сила мастерства . Достоевский тянется к искусственным обстоятельствам, у него отсутствуют типы» [10. С.76]. Налицо положительная оценка Толстого и оценка Достоевского как «нереалиста», отступающего от настоящего реализма.

В начале 70-х годов ХХ века выходит в свет обширная работа «Достоевский и Толстой» профессора МГПИ им. Ленина

Н.Н. Арденса, который всю свою жизнь посвятил исследованию творчества Толстого и Достоевского.

Изучение творчества художников проф. Арденс начинает с 1840-го года, вторая глава его работы посвящена творчеству Л.Н. Толстого в период создания трилогии «Детство. Отрочество. Юность» и описанию жизни Ф.М. Достоевского в период ссылки. В третьей главе «Толстой и Достоевский в 60-е годы» представлен художественный анализ системы образов романа «Война и мир», а также затрагивается проблема наполеонизма в романах «Война и мир» и «Преступление и наказание».

В 1870-е годы Л.Н. Толстой пишет роман «Анна Каренина», а Ф.М. Достоевский - роман «Идиот», в 1880-е годы писателями создаются «Воскресенье» и «Братья Карамазовы». Толкование, данное Н.Н. Арденсом, довольно схематичное, аналитическая оценка отсутствует. Оба писателя обращаются к Наполеону: у Толстого обрисовывается конкретнотелесный образ, у Достоевского же речь

идет об идее наполеонизма, поэтому его роман более идеологичен.

В конце 80-х годов появилась значительная работа современного исследователя творчества Федора Достоевского Г.М. Фридлендера «Достоевский и мировая литература». В разделе «Толстой и Достоевский» сопоставляется эстетика Толстого и Достоевского, подчеркивается индивидуальность стиля каждого писателя, раскрывается своеобразие каждого художника, говорится об их огромном вкладе в историю русской и мировой литературы и культуры. Фридлендер пытается найти общие темы и проблемы двух художников.

Сопоставительным изучением творчества двух классиков русской литературы много занималась замечательный ученый из Дагестана Л.И. Мегаева. Толстой и Достоевский, в ее интерпретации, уникальные художники в социальном, психологическом и метафизическом планах. Ученый в особенности выделяет присутствие метафизического начала в творчестве Достоевского, без учета которого все романы писателя утрачивают свою философскую глубину и значимость: «Достоевский пытается найти начало и концы не только явлений жизни, но основные концы всего мироздания, поэтому во всех романах разрабатывается миф о борьбе Бога с дьяволом, о добре и зле, эгоистического и альтруистического начал, поэтому важнейшая особенность эстетики Достоевского - изображение полярностей, несовместимостей, антиномий» [11. С.51].

Таким образом, сопоставительное изучение Толстого и Достоевского проводилось многоаспектно: как с точки зрения их художественных методов, так и в плане решения конкретных тем и проблем. Однако это не означает, что данную тему следует рассматривать как исчерпанную для дальнейших исследований.

Примечания

1. Арденс Н.Н. Достоевский и Толстой. - М., 1970. 2. Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. М., 1979. 3. Белый А. Трагедия творчества Достоевский и Толстой. - М.: Мусагет,

1911. 4. Бердяев Н.А. О русских классиках.- М., 1993. 5. Буянова Е.Г. Романы Ф.М. Достоевского. - М.: Издательство Московского университета, 2002. 6. Вересаев В. Живая жизнь. - М.,

1984. 7. Достоевский Ф.М. Собрание сочинений в 10 томах. Т.9. М.: Художественная литература, 2005. 8. Иванов Вяч. Достоевский и роман-трагедия // О Достоевском. Творчество Досто-

евского в русской мысли 1881-1931 гг. - М., 1990. 9. Иванов Вяч. Родное и вселенское. - М., 1994. 10. Ломунов К. Эстетика Толстого. М., 1981. 11. Мегаева Л.И. Курс лекций по русской

литературе. - Махачкала, 1999. 12. Мережковский Д.С. Толстой и Достоевский. Вечные спутники. - М., 1995. 13. Недзвецкий В.А. От Пушкина к Чехову. - М.: Изд-во МГУ, 2002. 14. Соловьёв В. Достоевский. - М., 1995. 14. Фридлендер Г.М. Достоевский и мировая литература. - М.:

Наука, 1967.