ТРАНСФОРМАЦИЯ СФЕРЫ ЗАНЯТОСТИ РЕГИОНА: ФАКТОРЫ И ОСОБЕННОСТИ

ОРИГИНАЛЬНАЯ СТАТЬЯ

DOI: 10.34022/2658-3712-2022-49-4-37-48 УДК 331.526 ^ Л08

ТРАНСФОРМАЦИЯ СФЕРЫ ЗАНЯТОСТИ РЕГИОНА: ФАКТОРЫ И ОСОБЕННОСТИ

Е.А. Колесник

Тюменский индустриальный университет, Тюмень, Россия

АННОТАЦИЯ

Объектом исследования являются детерминанты трансформации сферы занятости региона, определяющие тенденции и особенности ее развития. Цель работы заключается в изучении подходов к выделению факторов, детерминирующих процессы, происходящие в сфере занятости, а также анализ особенностей трансформации сфера занятости на примере региона (Тюменской области). Задачами исследования являются, во-первых, изучение подходов как зарубежных, так и оте-чественных авторов к выделению детерминант трансформации сферы занятости в условиях перехода стран к цифровой экономике; во-вторых, выделение особенностей сферы занятости Тюменской области на пути к цифровизации ее экономики; в-третьих, обобщение и систематизация факторов, детерминирующих масштабную трансформацию сферы занятости и рынка труда региона. Актуальность обусловлена тем, что в современных условиях хозяйствования, система занятости подвергается существенным изменениям, которые детерминируются рядом факторов, имеющих объективную значимость для современной экономики России. При этом сама система детерминант не замыкается только на цифровизации экономики, а зависит от многих других системообразующих факторов. Это обуславливает и научную дискуссию, и значимость рассмотрения данного вопроса. Основные методы исследования: анализ научной литературы, анализ и синтез, статистические методы, методы обобщения и моделирования, систематизации и группировки. Одними из главных результатов исследования являются обоснование системы детерминант, способствующих развитию нового качества сферы занятости и рынка труда региона и формировании модели. Сформулированные и обоснованные автором теоретические положения и практические результаты исследования, позволяют сделать вывод: полученные результаты могут быть использованы при проведении дальнейших научных исследований, а также планировании и управлении социально-экономическим развитием региона.

Ключевые слова: детерминанты; факторы; трансформация; занятость; цифровая экономика; подходы; модель; структура; Тюменская область.

Для цитирования: Колесник Е.А. Трансформация сферы занятости региона: факторы и особенности. Социально-трудовые исследования. 2022;49(4):37-48. DOI: 10.34022/2658-3712-2022-49-4-37-48.

ORIGINAL PAPER

TRANSFORMATION OF REGIONAL EMPLOYMENT: FACTORS AND FEATURES

E.A. Kolesnik

Industrial University of Tyumen, Tyumen, Russia

ABSRACT

The object of the study is the determinants of the transformation of regional employment, determining the trends and features of its development. The aim of the paper is to study approaches to the identification of factors determining the processes taking place in the field of employment, as well as to analyze the features of the transformation of the employment sector using the example of the Tyumen region. The research objectives are, firstly, to study the approaches of both international and domestic authors to identify the determinants of the transformation of the employment sector in the conditions of the transition of countries to a digital economy; secondly, to highlight the features of the employment sector of the Tyumen region on the way to the digitali-zation of its economy; thirdly, to find the generalization and systematization of factors determining the large-scale transformation of the employment sector and the labor market of the region. The relevance of the study is due to the fact that in modern economic conditions the employment system is undergoing significant changes, which are determined by a number of factors that have objective significance for the modern Russian economy. At the same time, the system of determinants is not limited only to the digitalization of the economy but depends on many other system-forming factors. This determines both the scientific discussion and the relevance of the issue under consideration. The main research methods are as follows: analysis of scientific literature, analysis, and synthesis, statistical methods, methods of generalization and modeling, systematization, and grouping. One of the main results of the study is the substantiation of the system of determinants that contribute to the development of a new quality of the employment sector and labor market of the region and the formation of a model. The theoretical provisions and practical results of the study formulated and substantiated by the author allow us to conclude that the results obtained can be used in further scientific research, as well as in planning and managing the socio-economic development of the region.

Keywords: determinants; factors; transformation; employment; digital economy; approaches; model; structure; Tyumen region.

For citation: Kolesnik E.A. Transformation of regional employment: Factors and features. Social and labor research. 2022;49(4):37-48. DOI: 10.34022/26583712-2022-49-4-37-48.

© Колесник Е.А., 2022

ВВЕДЕНИЕ

Современный этап развития России характерен тем, что в его основе лежат факторы, определяющие трансформацию производительных сил и экономических отношений. Сфере занятости, поскольку она является категорией, определяемой и как деятельность человека по удовлетворению общественно-личных потребностей, и как основная производительная сила общества, отводится в этом процессе ведущая роль.

Сегодня, на первоначальной стадии развития цифровой экономики в сфере занятости и на рынке труда происходят серьезные изменения. Новейшие цифровые технологии способствуют трансформированию структуры занятости, формированию ее новых форм и видов, развитие платформенной занятости дало толчок появлению новых моделей организации труда и др.

В тоже время, цифровизация - не единственная причина изменений сферы занятости: траектория трансформации последней обусловлена также другими факторами, повлиявшими на зарождение современных форм и видов занятости, а также условий трудоиспользования.

ТРАНСФОРМАЦИЯ СФЕРЫ ЗАНЯТОСТИ: ПОДХОДЫ К ВЫДЕЛЕНИЮ ДЕТЕРМИНАНТ

Отечественным и зарубежным научным сообществом сформирован ряд подходов к выделению, определению и трактовке факторов, влияющих на трансформацию сферы занятости. Зарубежные исследователи в числе первостепенных выделяют структурные преобразования в экономике и переход производства к сервисной экономике. Например, английский социолог и создатель теории постиндустриального общества Д. Белл считает, что условия для изменений в профессиональной структуре занятых формируются благодаря структурным преобразованиям в экономике, способствующим уменьшению производственного персонала и росту непроизводственного сектора [1]. Важное место в этих рассуждениях занимает феномен глобального потребления, который вместо приобретения надлежащих услуг формирует условия для снижения рабочих мест в секторе услуг. Данная позиция поддерживается и Д. Гершу-ни, согласно которой, развитие экономики самообслуживания приведет к тому, что потребность в услугах будет заметно снижаться и приведет к увеличению охвата населения, занятого в непроизводственном секторе, и росту безработицы [2].

Несколько иную точку зрения находим в работах Г. Эспин-Андерсена, который указывает

на развитие в постиндустриальной экономике гибких форм занятости и значительное снижение стандартных, а также сближение видов занятости, которое будет проявляться в сокращении числа сугубо женских и мужских профессий [3, с. 227, 238]. Что, в прочем, не будет создавать реальную угрозу для сферы занятости, поскольку спрос будет регулироваться большей гибкостью ее форм и изменением характера выполняемых работ.

В число детерминант трансформации сферы занятости входят также развитие технологий и внедрение инноваций. Например, в числе факторов, способствующих изменению спроса и предложения на рабочие места и квалификацию С. Махрум, Б. Дачс и М. Вебер рассматривают технологические изменения, нестабильность численности рабочей силы, международный аутсорсинг, старение рабочей силы и изменения в развитии трудовых компетенций [4].

По мнению Ф. Агийона и Сейдл да Фонсека технологии и инновации кардинальным образом меняют условия занятости и увеличивают «спрос на компетенции и на их предложение, а также баланс между ними» [5, с.10]. Сейдл да Фонсека указывает также на двойственность их влияния: трансформация видов деятельности приведет как к массовым сокращениям рабочих мест и изменению карьерных траекторий, так и к появлению совершенно новых специальностей и возможностей для развития. Подобную двойственность отмечают в своих работах П. Агиона и П. Ховитта, подчеркивающие деструктивную природу технологических изменений, которые. с одной стороны, способствуют сокращению и перераспределению трудовых ресурсов, а с другой, росту производительности новых секторов экономики и увеличению занятости в них [6].

С развитием наукоемких технологий, как утверждают М. Кастельс, М.Дж. Пиоре, Ч.Ф. Сабель, Е. Бриньольфссон и А. МаКафи, будут формироваться сетевые организации [7-9], вырастет спрос на высококвалифицированных работников [8]; характер труда в разных отраслях и профессиях будет изменяться [9], найдут свое развитие новые стандарты качества труда и иной характер социально-трудовых и производственных отношений.

Однако внедрение новейших технологий, как указывают в своих работах Карл Б. Фрей и Майкл А. Осборн, сопряжено и со значительными рисками, связанными, в первую очередь, с поляризацией рынка труда, поскольку компьютеризация в основном ограничивается низкоквалифици-

рованными и низкооплачиваемыми профессиями. Отмечается, что по мере развития технологий низкоквалифицированные работники будут переключаться на задачи, не поддающиеся компьютеризации, то есть требующие творческого и социального интеллекта. Однако для того, чтобы они не проиграли, а выиграли гонку, им придется приобрести эти творческие и социальные навыки [10], т. е. пройти обучение на рынке труда и получить эффективную переподготовку, что позволит смягчить негативное влияние технологического риска и повысить эффективность поиска работы [11-12].

Не вдаваясь в более детальный анализ зарубежных публикаций отметим, что футурологи-ческие прогнозы конца прошлого века сегодня приобретают реальные очертания. Более того, становится очевидным, что технологическая трансформация, известная под названием цифровая экономика, привносит значительные технико-технологические изменения, способствуя развитию экономик тех стран, где цифровизация уже началась, имеет практические последствия и играет большую роль в развитии мирового сообщества. В силу особенностей информационных технологий, научное осмысление эффектов и рисков цифровизации началось достаточно недавно. В тоже время, зарубежным научным сообществом формируется понимание того факта, что в ближайшем будущем сферу занятости ожидают кардинальные преобразования, которые несут в себе немало неопределенностей, сложно поддающихся прогнозированию.

Вопросам сущностного осмысления процессов, связанных с детерминацией занятости цифровой экономикой, посвящены многочисленные работы Р.И. Капелюшникова, В.Е. Гимпельсона, Р.П. Колосовой, Г.Г. Меликьяна, А.Г. Коровкина, С.Ю. Рощина, А.И. Рофе, Л.С. Чижовой, Е.С. Садовой, Э.О. Илларионовой, Е.В. Неходы, В.С. Поло-винко, В.П. Клавдиенко, других известных российских исследователей. Большинство из них к основным системоизменяющим факторам относят цифровизацию, которая будет сохранять «статус главного фактора, формирующего динамику и структуру глобального, а также национальных рынков труда» [13, с. 81] и породит «колоссальные изменения в трудовой деятельности, занятости и формах организации труда» [14, с. 910]. Как утверждают В.П. Клавдиенко и Е.В. Нехода, циф-ровизация - это не только тренд современности, но и способ в современных условиях цивилиза-ционного развития реализовать «амбициозные

задачи технологического и пространственного развития»1.

В числе первостепенных факторов, способствующих изменениям в сфере занятости на российском рынке труда, отечественные ученые называют структурные изменения в экономике, которые, с одной стороны, развиваются в русле общемировых тенденций, а с другой, являются продуктом цифровой экономики.

При этом у представителей российского научного сообщества сформирован ряд диаметрально противоположных точек зрения на последствия структурных изменений. Согласно первой, структурные изменения в экономике приведут к «расширению доли отраслей сферы услуг» [15, с. 46] и сформируют «устойчивую тенденцию роста занятости в секторе услуг» [16, с. 37]. Это приведет к закономерной трансформации рынка труда в сервисный в связи с тем, что значительная часть экономически активной части населения будет занята оказанием услуг [17-19]. По мере распространения цифровых технологий и роботизации будет увеличиваться численность руководящего персонала, работников умственного труда и творческой деятельности, сферы здравоохранения [19, с. 167].

Не вдаваясь в более детальный анализ, подытожим: структурные изменения предопределяют прогрессивное развитие сферы занятости благодаря новейшим достижениям техники и технологии, что приведет к активизации инвестиционного спроса в секторе услуг и росту предложения труда, создаст условия для возникновения массового спроса на рабочие места, определяющие динамику социально-экономического развития страны.

Согласно второй, противоположной точке зрения, структурные изменения в экономике дадут толчок росту структурной безработице, усилят дисбаланс на рынке труда, понизят уровень постоянной занятости и увеличат временную, что приведет к «появлению целого класса безработных, социальной напряженности и необходимости полного переучивания персонала под требования цифровой экономики» [15, с. 46]. «Масштабы распространения частичной, разовой, нестандартной, дистанционной занятости» [19, с. 168] будут увеличиваться, формируя условия для прекаризации труда.

В отдельную группу стоит выделить выводы, к которым пришли Р.П. Капелюшников, А.В. Каше-пов и Н.Д. Лукьянченко.

1 ТАСС. Путин заявил о необходимости цифровой трансформации России. URL: https://tass.ru/ekonomika/10172635?utm_source=yandex. ru&utm_medium=organic &utm_campaign=yandex.ru&utm_ referrer=yandex.ru (Дата обращения: 29.06.222).

Отмечая значительную долю неопределенности прогнозируемых трансформаций, Р.П. Капе-люшников указывает на то, что «предметом обсуждения оказывается не столько реальное, сколько некое ожидаемое положение вещей, относительно которого ни у кого не может быть уверенности -наступит оно или нет» [20, с. 4].

А.В. Кашепов считает, что в России структурные изменения занятости будут проходить медленнее, чем в странах Запада, в связи с чем темпы внедрения цифровых технологий приведут «к увеличению численности рабочих мест и занятого населения» [21, с. 29].

Н.Д. Лукьянченко выделяет сопровождающие структурные изменения «негативные шоки», способствующие развитию такого специфического феномена как «удержание рабочей силы, существование которой необходимо субъектам хозяйствования для приспособления к рыночным изменениям» [18, с. 111], замедляющего процесс реструктуризации занятости и тормозящего «формирование развитой системы конкурентных отношений в сфере труда и повышение конкурентоспособности трудового потенциала» [18, с. 111].

Следуя логике авторов, западная парадигма цифрового развития не будет диктовать России условия, темпы и направления цифрового развития. Эта задача входит и будет в дальнейшем входить в сферу управленческих решений, направленных на качественную модернизацию российского общества для обеспечения его развития. Более того, принимая во внимание прогнозируемые отрицательные последствия, предсказываемые многими исследователями и исследовательскими группами, на уровне государства и в дальнейшем будут вырабатываться превентивные меры для их стабилизации.

Таким образом, структурные изменения, формируемые цифровой экономикой, будут способствовать получению рынком труда и сферой занятости нового направления в развитии, которое должно коренным образом повлиять на общественный уклад и привести к радикальным изменениям.

Неотъемлемой частью цифровой экономики и значимыми факторами, детерминирующими изменения в сфере занятости на российском рынке труда, являются технологии и инновации, формирующие новый тип экономики - экономику по требованию, существенно меняющую тип отношений между субъектами рынка труда (работниками и работодателями). Это качественно новый скачок в формировании занятости, детерминирующий

широкое развитие дистанционной деятельности, новых форм занятости, включая «точечные задания и локальные проекты» [22, с. 244], трансформацию методов работы в направлении формирования новых организационных подходов.

На стремительное устаревание «компетенций на рынке труда» [23, с. 469] и формируемый дисбаланс профессиональных навыков, ведущий к не востребованности специалистов, в связи с тем, что «цифровая экономика преобразует ... парадигму ... бизнес-процессов» [23, с. 466], модифицирует и модернизирует отраслевую структуру, развивает новые производства и сектора экономики, указывают Н.Р. Кельчевская и Е.В. Ширинкина.

Согласно точке зрения В.П. Клавдиенко технологические новации «отчасти компенсируют негативные последствия современных демографических трендов, содействуя росту производительности, улучшению условий труда и повышению качества жизни» [13, с. 82].

Таким образом, цифровая экономика, являясь технологическим прорывом, порождающим новую общественно-экономическую модель, развивает и фиксирует новые принципы занятости, стандарты трудовой деятельности и нормы отношений, возникающих в сфере занятости между наемным работником и работодателем.

В тоже время российские исследователи не всегда рассматривают цифровизацию экономики в качестве основополагающего и первостепенного фактора трансформации рынка труда и занятости (рис. 1). Например, ряд авторов включает в число таких детерминант:

• отраслевую структуру экономики региона [25-27];

• высокий интеллектуальный потенциал населения, развитие инновационной экономики, информатизацию, глобализацию, корпоративную кадровую политику и др. ;

• особенности «спроса и предложения на региональном рынке труда» [28];

• распределение «заработной платы в региональной структуре» [29, с. 475-478].

Однако несмотря на разные подходы к выделению детерминант, способствующих трансформации занятости на современном этапе развития экономики страны, авторы сходятся на том, что трансформация в сфере занятости является «результатом действия множества факторов, которые действуют на показатели состояния и развития

2 Санкова Л.В. Занятость инновационного типа: теория, методология исследования, управление: автореферат дис. ... доктора экономических наук: 08.00.05; [Место защиты: Моск. гос. ун-т им. М.В. Ломоносова]. Москва. 2008; 48. URL: https://search.rsl.ru/ru/record/01003448389. (Дата обращения: 15.08.2022).

Экономическое поведение

Миграция населения (Реутов Е.В.).

Социально-экономические; социально-политические; демографические (Кодина И.Н.1

Факторы рынка труда; факторы отраслевой структуры экономики; факторы инвестиционной активности; факторы миграционной активности;

факторы экономической эффективности (Капушкиной А.В., __Ворониной С.В.)._

Гендерные различия в

профессиональной структуре занятости; гендерная поляризация рабочих мест (Лукьянова _А.Л.)_

Демографические факторы, профессионально-квалификационная структура; экономическая неоднородность (Колосова _Р.П.)._

Старение рабочей силы, потеря человеческого капитала, отмирание профессий, изменение профессиональных задач, входящих в профессию

Географические условия; природные ресурсы страны; степень включения страны в глобальные интеграционные процессы; демографическая ситуация; национальные традиции; общественные институты

Рис. 1 / Fig. 1. Подходы к выделению детерминант, способствующих трансформации занятости / Approaches to identifying determinants that contribute to the transformation of employment

Источник/Source: составлено автором по: 13, 24, 30-34, 3 / compiled by the author based on: 13, 24, 30-34. Елкина О.С. Экономическое поведение работников на рынке труда: стратегии и тенденции: автореферат дис. доктора экономических наук: 08.00.05; [Место защиты: Ом. гос. ун-т им. Ф.М. Достоевского]. Омск. 2010; 45. URL: https://search.rsl.ru/ru/record/01004617967 (дата обращения: 27.08.2022) / Elkina O.S. Economic behavior of workers in the labor market: Strategies and trends: Abstract of the thesis. Doctor of Economic Sciences: 08.00.05; [Place of thesis defense: Dostoevsky Omsk State University]. Omsk. 2010; 45. URL: https://search.rsl.ru/ru/record/01004617967 (accessed on 27.08.2022).

рынка труда» [24, с. 8]. Разные же точки зрения на проблему помогают осознать, что цифровая трансформация экономики не оставит в прежнем виде существующие процессы, а трансформация сферы занятости будет более радикальной, чем в период предыдущих преобразований. Ведь цифровиза-ция «приводит к необходимости переосмысления функционального предназначения» [35, с. 171] труда и места человека в системе производственных отношений. Это позволяет сделать вывод о том, что трансформация занятости является обусловленной, но не предопределенной.

ОСОБЕННОСТИ ТРАНСФОРМАЦИИ СФЕРЫ ЗАНЯТОСТИ РЕГИОНА

Цифровизация экономики Тюменской области является задачей востребованной, т. к. без нее уже не может обходится ни одна сфера производства или оказания услуг. В цифровизацию вовлечены все без исключения предприятия и учреждения области. Государственный сектор, органы власти и управления, все участвуют в стратегическом планировании цифровой трансформации экономики области, построении планов развития хозяйства, роста и укрепления национальной промышленности; оказывает разностороннюю поддержку населению и бизнесу. Бизнес же, ориентируясь на финансовые и кадровые возможности, потребительский спрос, глобальные и региональные перспективы, выстраивает корпоративные планы дальнейшего освоения цифрового пространства. Цифровая трансформация области - важный аспект ее экономического развития. Именно она

создает возможность формирования нового, инновационного сектора экономики, позволяющего обеспечить дальнейшее развитие региона.

Результаты этой деятельности отражены. во всероссийском рейтинге по уровню цифровой трансформации, где Тюменская область занимает лидирующие позиции (9-е место) (рис. 2).

Цифровизация экономики области является одной из первостепенных и значимых задач, которая подстегивает организации области ориентироваться на совершенствование технологических процессов и автоматизацию производств. Этот факт формирует в долгосрочном периоде повышенный спрос в инженерно-технических кадрах, 1Т-специалистах в большинстве видов деятельности. На рис. 3 представлены данные прогноза потребности в инженерно-технических кадрах, 1Т-специалистах на 2022-2028 гг.

Согласно мониторингу кадровых потребностей Тюменской области, в прогнозируемом периоде до 2028 г. в расположенных на территории области обрабатывающих производствах, строительных, транспортных и организациях хранения будет наблюдаться значительный спрос в инженерно-технических кадрах. В долгосрочной перспективе повышенный спрос в таких кадрах ожидается в сельском и лесном хозяйствах, охоте, рыболовстве и рыбоводстве, на предприятиях обеспечения электрической энергией, газом и паром, а также в сфере оптовой и розничной торговли, ремонта автотранспортных средств и мотоциклов.

Несмотря на формируемый спрос на порождаемые цифровой экономикой компетенции в сфере

Рис. 2/ Fig. 2. Реитинг субъектов РФ по уровню цифровом трансформации регионов

Источник/Source: Информатизация регионов. Рынок России. URL: https://www.tadviser.ш/index.php/Статья:Информатизация_регионов_(рынок_России) (дата обращения: 15.08.2022) / Informatization of regions. The Russian market. URL: https://www.tadviser.ru/index.php/Статья:Information_region_(market_ Russia) (accessed on 15.08.2022).

2028

2026 2025 2024 2023 2022

22500 23000 23500 24000 24500 25000 25500 26000 26500 27000

Всего потребность в инженерно-технических кадрах, чел.

Всего потребность в ИТ-специалистах, чел.

Рис. 3/ Fig. 3. Прогноз потребности в инженерно-технических кадрах и IT-специалистах на 2022-2028 гг. / Forecast of the need for engineering and technical personnel and IT specialists for 2022-2028.

Источник / Source: Департамент труда и занятости населения Тюменской области. Итоговый отчёт по мониторингу и прогнозированию кадровых потребностей Тюменской области (без автономных округов) за 2020 год и на перспективу 2021 — 2025 годов. / Department of Labor and Employment of the Tyumen Region. Final report on monitoring and forecasting the staffing needs of the Tyumen region (excluding autonomous districts) for 2020 and 2021-2025. URL: https://czn.admtyumen.ru/cms_data/usercontent/ regionaleditor/документы/отчеты/итоги%20мониторинга%20рынка%20труда/итоговый%20отчет%20%20 2020.pdf (дата обращения: 17.08.2022) /(accessed on 17.08.2022).

Рейтинг

I Ямало-Ненецкий автономный округ

Ханты-Мансийский автономный округ - Югра I Челябинская область I Тульская область I Тюменская область

Республика Татарстан Московская область Томская область I Удмуртская республика I Калужская область

знаний, в разрезе основных профессий и специальностей по отраслям области прогнозируется как долгосрочный спрос в одних видах деятельности и постепенное его снижение в других, так и отрицательные значения спроса (рис. 4). Это обусловлено прежде всего формированием иной структуры рынка труда, на котором складывается новая модель занятости, ориентированная на стратегический вектор развития области.

Стоит также отметить, что потребность в ГГ-специалистах (пик спроса на которых ожидается в прогнозируемом периоде) уже сегодня остро ощущается в сфере образования, в обрабатывающем производстве, на предприятиях информации и связи.

Что касается уровня востребованности на рынке труда Тюменской области работников, имеющих среднее профессиональное образование, то он заметно снижается. Прогнозируется, что до 2025 г. потребность в обладателях рабочих профессий будет составлять 25295 чел., что на 2,4% меньше показателей спроса 2022 г. В долгосрочном же

прогнозе до 2028 г. ожидается сокращение спроса до 7,9 % по сравнению с 2022 г. Снижение востребованности в таких работниках сопровождается:

• повсеместной автоматизацией производства ряда отраслей и усложнением технологий, что приводит к повышению требований к квалификации и компетенциям работников;

• расширением и специализацией технологического процесса на основе новых цифровых технологий, что обеспечивает сокращение ряда традиционных профессий и формирование новых;

• развитием высокотехнологичных компаний, производств и отраслей, основанных на новых принципах распределения и специализации труда.

Поскольку эти процессы необратимы и с неизбежностью приводят к высвобождению людей, труд которых не пользуется спросом у работодателей, появилось и получило развитие такое явление, усугубляющее безработицу, как прекаризация

8000

-2000

-4000

Деятельность в области здравоохранения и социальных услуг

Деятельность по операциям с недвижимым имуществом

Предоставление прочих видов услуг

Образование

Обрабатывающие производства Транспортировка и хранение

Строительство

Сельское, лесное хозяйство, охота, рыболовство и рыбоводство

Обеспечение электрической энергией, газом и паром; кондиционирование воздуха

Торговля оптовая и розничная; ремонт автотранспортных средств и мотоциклов

Деятельность в области информации и связи

Деятельность профессиональная, научная и техническая

Деятельность гостиниц и предприятий общественного питания

Деятельность финансовая и страховая

Рис. 4/ Fig. 4. Прогноз потребности Тюменской области в работниках в разрезе основных профессий, специальностей по отраслям до 2028 гг. / Forecast of the Tyumen region's need for workers in the context of the main professions and specialties by industry until 2028.

Источник/Source: Департамент труда и занятости населения Тюменской области. Итоговый отчёт по мониторингу и прогнозированию кадровых потребностей Тюменской области (без автономных округов) за 2020 год и на перспективу 2021 — 2025 годов. / Department of Labor and Employment of the Tyumen Region. Final report on monitoring and forecasting the staffing needs of the Tyumen region (excluding autonomous districts) for 2020 and 2021-2025. URL: https://czn.admtyumen.ru/cms_data/usercontent/ regionaleditor/документьl/отчетьl/итоги%20мониторинга%20рьlнка%20труда/итоговьlй%20отчет0^200^20 2020.pdf (дата обращения: 17.08.2022) / (accessed on 17.08.2022).

Рис. 5 / Fig. 5. Уровень занятости населения Тюменской области (без автономных округов) в возрасте 15 лет и старше, % / The employment rate of the population of the Tyumen region (without autonomous districts) aged 15 years and older, %.

Источник/Source: Федеральная служба государственной статистики. URL: https://rosstat.gov.ru (дата обращения: 21.08.2022) / Federal State Statistics Service. URL: https://rosstat.gov.ru (accessed on 21.08.2022).

труда, что усиливает дисбаланс на областном рынке труда.

В структуре рабочей силы прослеживается наличие стойких демографических тенденций постепенного снижения численности рабочей силы (с 2021 г. по 2020 г. она сократилась на 1,9 тыс. чел.), уменьшения миграционного прироста населения (в 2021 г. по сравнению с 2018 г. он составил менее 11745 человек), сокращения доли населения в трудоспособном возрасте (на начало 2021 г. доля населения в трудоспособном возрасте составляла 56,4 %, лиц в возрасте моложе трудоспособного -29,6%, лиц старше трудоспособного - 21,7 %), увеличения доли численности городского населения и уменьшения сельского (на 1 января 2022 г. доля горожан составляла 68,1%, селян - 31,9 %, в трудоспособном возрасте - 70 % и 30 %, соответственно).

Ситуация усугубляется и общей тенденцией к снижению уровня занятости (рис. 5). Так, за иссле-

дуемый период уровень занятости населения снизился на 1,1 % или на 16,5 тыс. чел.

Вместе с тем в Тюменской области наметилась устойчивая тенденция к развитию гибких форм занятости, в частности, дистанционной, триггером которой послужила пандемия. Так, численность работающих (в возрасте 15 лет и старше) на дому в удаленном режиме по найму или по договору с использованием Интернета постепенно увеличивается. При этом данная форма занятости набирает популярность как среди работодателей, так и работников. Согласно Федеральной службе государственной статистики Тюменской области, за 2017-2021 гг. рост объема дистанционной работы составил 18,9 %. По данным портала https:// rabota72.ru/ в сентябре 2022 г. было заявлено более 145 вакансий с дистанционным режимом работы; а на портале https://tyumen.hh.ru/ в этот же период была заявлена 351 вакансия.

70000 60000 50000 40000 30000 20000 10000 О

1646

19191

2021 год 01.01.2022 год

Ш Всего (чел.) -Индивидуальные предприниматели

31.05.2022 год 31.08.2022 год

Физические лица

Рис. 6/ Fig. 6. Динамика численности самозанятых граждан Тюменской области (без автономных округов) за 2021 г. и некоторые месяцы 2022 г., чел. / Dynamics of the number of self-employed citizens of the Tyumen region (without autonomous districts) for 2021 and some months of 2022, people.

Источник/Source: Федеральная служба государственной статистики. URL: https://rosstat.gov.ru (дата обращения: 21.08.2022) / Federal State Statistics Service. URL: https://rosstat.gov.ru (accessed on 21.08.2022).

1800,0

1600,0 1498,8

1400,0 1200,0 1000,0 800,0 712,1 600,0 400,0 200,0 0,0

786,7

2017

1518,7

1537,4

1543,4

1552,2

796,7

806,1

810 6

815,0

2018 2019 2020

Мужчины И Женщины Всего

2021

Рис. 7/ Fig. 7. Динамика гендерного дисбаланса в Тюменской области (без автономных округов), чел. / Dynamics of gender imbalance in the Tyumen region (without autonomous districts), people.

Источник/Source: Федеральная служба государственной статистики. URL: https://rosstat.gov.ru (дата обращения: 21.08.2022) / Federal State Statistics Service. URL: https://rosstat.gov.ru (accessed on 08/21/2022).

Анализ лишь некоторых фактов указывает на стремительное распространение дистанционных рабочих мест, что на фоне снижения численности занятых в экономике области, указывает на существование значительных изменений в общественном сознании, в том числе и относительно иного понимания места реализации труда, что является прямым следствием принятия трудоспособной частью населения реформ, последовавших за цифро-визацией экономики области.

Стоит отметить и стремительное развитие в регионе самозанятости (рис. 6).

Основной сферой труда самозанятых (средний возраст - 35 лет, 42 % - женщины, 58 % - мужчины) является предоставление услуг: такси, ремонт и маркетинг, ГТ-сервис, юриспруденция, доставка товаров, аренда квартир и др. Около 23 % из них ведут деятельность вне региона своей прописки.

Еще одним фактором, определяющим особенности и дальнейшие перспективы развития Тюменской области, является наличие гендерного дисбаланса (рис. 7), что свидетельствует об усиливающейся гендерной отраслевой и профессиональной сегрегации, которая создает весьма серьезные препятствия для дальнейшего социаль-

но-экономического развития области в целом и отраслевого хозяйственного комплекса региона, в частности.

В значительной степени этот процесс определяется отраслевой спецификой экономики, в большинстве своей имеющей чисто мужскую направленность, и социально-гендерным статусом женщин, неразрывно связанным с профессиональной деятельностью в отраслях с «женским лицом».

В рамках цифровой трансформации области это усилит дефицит мужского труда в значимых направлениях ее развития. Ситуацию не улучшит и вахтовый метод, представленный, в основном, мужским трудом, поскольку прогнозируется постепенное уменьшение числа вахтовиков из городов и районов Тюменской области, регионов России, иностранных государств. Дефицит работников грозит многим отраслям: тем, где наращиваются темпы цифровой трансформации, и тем, где серьезные технико-технологические сдвиги в ближайшем времени не предвидятся. По всем вариантам прогноза рост численности будет наблюдаться только в системе образования, в отельном бизнесе, на предприятиях общественного

Источник/Source: согласно данных Прогноза баланса трудовых ресурсов 2023-2025. Интерактивный портал Департамента труда и занятости населения Тюменской области. Прогноз баланса трудовых ресурсов 2023-2025. URL: https://czn.admtyumen.ru/documents/detail/c973531d-8657-428d-853d-119402995291 (дата обращения: 17.08.2022) / according to the data of the Forecast of the balance of labor resources, 2023-2025. Interactive portal of the Department of Labor and Employment of the Tyumen region. Forecast of the balance of labor resources, 2023-2025. URL: https://czn.admtyumen.ru/ documents/detail/c973531d-8657-428d-853d-119402995291 (accessed on 17.08.2022).

Таблица 1 / Table 1

Прогнозируемая численность работающих в Тюменской области вахтовым методом, чел. / The projected number

of shift workers in the Tyumen region, people

Сферы деятельности / Activity 2020 отчет/ report 2021 отчет/ report 2022 оценка/ estimation 2023 2024 2025

I вариант/ option II вариант/ option I вариант/ option II вариант/ option I вариант/ option II вариант/ option

Образование 103 96 102 96 97 97 97 98 99

Деятельность гостиниц и предприятий общественного питания 84 127 134 125 126 124 125 126 127

Предоставление прочих видов услуг 490 460 390 386 396 352 361 326 340

Рис. 8 / Fig. 8. Детерминанты трансформации сферы занятости и рынка труда региона / Determinants of the transformation of the employment sector and the labor market of the region

Источник/Source: разработано автором / designed by the author.

питания, а также в сфере предоставления прочих видов услуг (табл. 1), объем которых также будет иметь тенденцию к сокращению.

Таким образом, происходящие на рынке труда Тюменской области изменения отображают общие тенденции трансформации сферы занятости и рынка труда под влиянием цифровой экономики. При этом имеют место и региональные тенденции, связанные с особенностями формирования и структурирования экономической политики и возможностям рынка труда, придавая этим изменениям индивидуальный характер.

СИСТЕМАТИЗАЦИЯ ФАКТОРОВ, ДЕТЕРМИНИРУЮЩИХ МАСШТАБНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

В условиях цифровой трансформации рынок труда Тюменской области под влиянием целого ряда факторов начинает претерпевать существенные изменения (рис. 8).

Детерминанты трансформации сферы занятости и рынка труда региона сосредотачиваются вокруг глобализации. На глобальном уровне формируются условия наиболее значимых изменений в экономике, политике, производственно-хозяйственных связях и системе производства. С помощью глобализации расширяются возможности развития личности, изменяется жизненный уклад, открываются новые, неординарные возможности профессиональной трудореализации и развития наиболее эффективных моделей занятости.

Определяемые на общегосударственном уровне глобальные тенденции цифровизации экономики России, а также целенаправленная политика цифрового лидерства предопределяют специфику формирования регионального рынка труда нового типа, который включает, трансформацию условий занятости, развитие новых форм и видов труда, формирование иной системы социально-трудовых отношений.

На отраслевом и региональном уровнях формируется система связей и отношений, которая определяет конфигурацию и влияние рынка труда региона на функционирование экономики как самого региона, так и страны.

На уровне хозяйствующего субъекта изменение промышленно-хозяйственного комплекса приведет к появлению новой когорты трудовых ресурсов и иной потребности в их количественном и качественном составе. Ведь центральным условием стабильности региона является становление и развитие новой человеческой «надстройки». Конечно же данное положение не ново, но оно отражает иную и значимую закономерность - смену исторически сложившегося традиционного общества и, как следствие, формирование современной цивилиза-ционной парадигмы, изменяющей характер производственных отношений и экономических связей между людьми в процессе трудовой деятельности.

ВЫВОДЫ

Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы:

1. Подходы зарубежных авторов к выделению детерминант трансформации сферы занятости и рынка труда, основываются на выделении таких основных факторов - структурные изменения в экономике, переход производства к сервисной экономике, развитие технологии и внедрение инноваций. Также ими формируется понимание кардинальности преобразований сферы занятости и рынка труда в ближайшем будущем.

2. Российское научное сообщество к основным системоизменяющим факторам относит цифро-визацию экономики и порождаемые ею структурные изменения, а также развитие технологий и инноваций. Акцентируется внимание на том, что именно благодаря технологиям и инновациям получит широкое развитие экономика по требованию, значительно изменяющая отношения между субъектами рынка труда - работниками и работодателями.

Ряд авторов в число детерминант занятости относят глобализацию экономики, развитие инновационной экономики, изменение отраслевой структуры экономики и интеллектуального потенциала населения, формирование спроса и предложения на рынке труда иной направленности, и т.п.

3. Трансформация рынка труда объекта исследования (Тюменской области) постепенно фор-

мирует: 1) значительный спрос в инженерно-технических кадрах, ГТ-специалистах в большинстве видов деятельности; 2) новую структуру рынка труда в разрезе основных профессий и специальностей по отраслям, что способствует спросу в одних видах деятельности и постепенное его снижение или падение в других; 3) тенденцию к высвобождению работников, труд которых не пользуется спросом у работодателей, развивая прекаризацию труда и безработицу, усиливая дисбаланс на рынке труда; 4) устойчивую тенденцию к развитию гибких форм занятости и самозанятости, и т.д.

Стоит отметить, несмотря на то, что региональные тенденции трансформации занятости имеют индивидуальный характер, они обуславливаются и рядом факторов, находящихся в целостной системе взаимосвязей и взаимодействий с внешней средой.

4. Исследование показало, детерминанты трансформации сферы занятости и рынка труда региона сосредотачиваются вокруг:

• глобализации, формируя условия для значимых социально-экономических и технико-технологических изменений и развития личности;

• общегосударственного уровня, определяя специфику формирования рынка труда нового типа и качественные требования к трудовому потенциалу;

• отраслевого и регионального уровнях, развивая иную конфигурацию рынка труда;

• хозяйствующего субъекта, изменяя промышленно-хозяйственный комплекс и формируя иную потребность в количественном и качественном составе трудовых ресурсов. Подводя итог вышесказанному, отметим, обоснованные автором теоретические положения и практические результаты могут быть применены при изучении фундаментальных и прикладных проблем, связанных с исследованием и решением актуальных вопросов, возникающих на рынке труда и в сфере занятости в условиях трансформации экономической системы России и ее регионов. Результаты работы также могут быть использованы и при разработке новых моделей и стратегий регионального развития, а также при усовершенствовании подходов к построению эффективной модели занятости в условиях цифровой трансформации экономики.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ

1. Bell D. The Coming of Post-Industrial Society: A Venture in Social Forecasting. New York: Basic Books. 1973; XIII. 507.

2. Gershuny J. After industrial society? The emerging self-service economy. Macmillan. 1978; VIII. 181.

3. Changing Classes: Stratification and Mobility in Post-Industrial Societies / Ed. by Esping-Andersen G. SAGE Publications. 1993.

4. Mahroum S., Dachs B., Weber M. Trend spotting the future of information society technology human resources // International Journal of Foresight and Innovation Policy. 2007; 3 (2): 169-186.

5. Seidl da Fonseca R. The Future of Employment: Evaluating the Impact of STI Foresight Exercises. Foresight and STI Governance. 2017; 11 (4): 9-22. DOI: 10.17323/1995-459X.2016.4.9.22.

6. Aghion P., Howitt P. Growth and Unemployment // The Review of Economic Studies. 1994; 61 (3): 477-494.

7. Castells M. The Information Age: Economy, Society and Culture. The Rise of the Network Society. 2nd ed. Oxford: Wiley Blackwell. 2010; 1.

8. Piore M. J. & Sabel Ch. F. The Second industrial Divide: Possibilities for Prosperity. New York: Basic Books. 1994.

9. Brynjolfsson E. and McAfee A. Race against the machine: How the digital revolution is accelerating innovation, driving productivity, and irreversibly transforming employment and the economy. Digital Frontier Press Lexington, MA. 2011.

10. Frey C.B. & Osborne M.A. The future of employment: how susceptible are jobs to computerisation? Technological Forecasting and Social Change. 2016. D0I:10.1016/j.techfore.2016.08.019.

11. Schmidpeter B.; Winter-Ebmer R. Automation, unemployment, and the role of labor market training. Eur. Econ. Rev. 2021; 137.

12. Baek S.-U., Yoon J.-H., Won J.-U. Association between Workers' Anxiety over Technological Automation and Sleep Disturbance: Results from a Nationally Representative Survey. Int. J. Environ. Res. Public Health. 2022; 19. D0I:10.3390/ ijerph191610051

13. Клавдиенко В.П. Трансформация структуры занятости населения в условиях цифровизации экономики: глобальные тренды и Россия// Инновации. 2019;10 (252):81-87.

14. Нехода Е.В., Пань Ли. Трансформация рынка труда и занятости в цифровую эпоху// Экономика труда. 2021;8(9):897-916. doi: 10.18334/et.8.9.113408.

15. Тарасова Н.Ю., Машкова А.Л., Савина О.А., Новикова Е.В. Построение сценариев инновационной трансформации отраслевой структуры экономики России с учётом влияния шестого технологического уклада// Друкеровский вестник. 2021; 2(40): 38-48.

16. Вередюк О.В. Детерминанты занятости в концепции постиндустриального общества// Вестник Санкт-Петербургского университета. Экономика. 2010; (4): 35-42.

17. Морозов М.А., Морозова Н.С., Развитие цифровой сервисной экономики и её влияние на рынок труда// Сервис plus. 2018; 1 (12): 100-107 DOI: 10.22412/1993-7768-12-1-10.

18. Лукьянченко Н.Д. Трансформационные процессы рынка труда в контексте инновационных изменений// Сборник научных работ серии «Государственное управление». Учредители: Донецкая академия управления и государственной службы при Главе Донецкой Народной Республики. 2019; 1

19. Лядова Е.В.., Полушкина И.Н., Удалова Н.А. Отраслевые и профессиональные сдвиги на рынке труда под влиянием технологических изменений и цифровизации// Вестник белгородского университета кооперации, экономики и права. 2020; 5 (84): 163-173.

20. Капелюшников Р. И. Технологический прогресс - пожиратель рабочих мест?. М.: Изд. дом Высшей школы экономики. 2017: 39. URL: https://wp.hse.ru/data/2017/09/27/1159159417/WP3_2017_03__ff.pdf

21. Кашепов А.В. Структура занятости в экономике по видам деятельности и основным профессиональным группам// Социально-трудовые исследования. 2020; 38(1):19-30. DOI: 10.34022/2658-3712-2020-38-1-19-30.

22. Воронцова Т.Н. Влияние конвергентных технологий на изменение рынка труда// Kant. 2020; 4 (37): 241-245.

23. Кельчевская Н.Р., Ширинкина Е.В. Региональные детерминанты эффективного использования человеческого капитала в цифровой экономике// Экономика региона. 2019; 15(2): 465-482. DOI: 10.17059/2019-2-12.

24. Колосова Р.П. Детерминанты изменений в занятости и безработице в России// Уровень жизни населения регионов России. 2007; 8-9 (114-115): 8-31.

25. Забелина О.В., Майорова А.В., Матвеева Е.А., Сафонов А.С. Новые формы занятости в российской экономике как объект государственного регулирования// Экономика труда. 2018;5(2):419-432.

26. Маслюкова Е.В., Зайцева Ю.Ю. Занятость в неформальном секторе: количественные методы анализа// Экономика труда. 2017; 4(4):423-430.

27. Симутина Н.Л., Левентов Н.Н., Пузикова О.П. Влияние экономических факторов на уровень занятости в неформальном секторе: региональный аспект// Пространственная экономика. 2018;(1):83-100.

28. Меренкова А.С., Новикова Н.В. Факторы и условия занятости населения в регионе// Гуманитарные научные исследования. 2017; 2. URL: https://human.snauka.ru/2017/02/20582. (Дата обращения: 02.06.2022).

29. Кельчевская Н. Р., Ширинкина Е. В. Региональные детерминанты эффективного использования человеческого капитала в цифровой экономике// Экономика региона. 2019;15(2):465-482. DOI:10.17059/2019-2-12.

30. Гимпельсон В. Рынок труда и демография: «размолаживание» рабочей силы. URL: https://hh.ru/article/28803.

31. Лукьянова А.Л. Цифровизация и гендерный разрыв в оплате труда// Экономическая политика. 2021;2(16):88-117. DOI: 10.18288/1994-5124-2021-2-88-117.

32. Реутов Е.В. Отток населения как угроза российской провинции// Большая Евразия: развитие, безопасность, сотрудничество. 2020; 3-1: 809-812.

33. Карпушкина А.В., Воронина С.В. Оценка детерминант пространственных характеристик занятости в неформальном секторе экономики РФ// Вестник ЮУрГУ. Серия «Экономика и менеджмент». 2019;3(13):69-78. DOI: 10.14529/em190307

34. Кодина И.Н. Труд и занятость в малом городе: социальные практики и детерминанты (на материалах Ивановской области)// Социология. Психология. Философия. Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2014; 2(1): 407-414.

35. Степанов В.Г., Калинина А.В. Среда умного города в обеспечении общественной безопасности// Modern economy success. 2021; (6): 171-174.

REFERENCES

1. Bell D. The Coming of Post-Industrial Society: A Venture in Social Forecasting. New York: Basic Books; 1973; XIII. 507.

2. Gershuny J. After industrial society? The emerging self-service economy. Macmillan. 1978; VIII. 181.

3. Changing Classes: Stratification and Mobility in Post-Industrial Societies / Ed. by Esping-Andersen G. SAGE Publications. 1993.

4. Mahroum S., Dachs B., Weber M. Trend spotting the future of information society technology human resources. International Journal of Foresight and Innovation Policy. 2007;3(2):169-186.

5. Seidl da Fonseca R. The Future of Employment: Evaluating the Impact of STI Foresight Exercises. Foresight and STI Governance. 2017;11 (4):9-22. DOI: 10.17323/1995-459X.2016.4.9.22.

6. Aghion P., Howitt P. Growth and Unemployment. The Review of Economic Studies. 1994;61(3):477-494.

7. Castells M. The Information Age: Economy, Society and Culture. The Rise of the Network Society. 2nd ed. Oxford: Wiley Blackwell. 2010;1.

8. Piore M. J. & Sabel Ch. F. The Second industrial Divide: Possibilities for Prosperity. New York: Basic Books. 1994.

9. Brynjolfsson E., McAfee A. Race against the machine: How the digital revolution is accelerating innovation, driving productivity, and irreversibly transforming employment and the economy. Digital Frontier Press Lexington, MA. 20ll.

10. Frey C.B. & Osborne M.A. The future of employment: how susceptible are jobs to computerisation? Technological Forecasting and Social Change. 2016. D01:10.1016/j.techfore.2016.08.019.

11. Schmidpeter B.; Winter-Ebmer R. Automation, unemployment, and the role of labor market training. Eur. Econ. Rev. 2021; 137.

12. Baek S.-U., Yoon J.-H., Won J.-U. Association between Workers' Anxiety over Technological Automation and Sleep Disturbance: Results from a Nationally Representative Survey. Int. J. Environ. Res. Public Health. 2022; 19. D01:10.3390/ ijerph191610051.

13. Klavdienko V.P. Transformation of the employment structure in the conditions of digitalization of the economy: Global trends and Russia. Innovacii = Innovation. 2019;10(252):81-87. (In Russ.).

14. Nekhoda E.V., Pan Li Transformation of the labor market and employment in the digital age. Innovacii = Innovation. 2021;8(9):897-916. DOI: 10.18334/ et.8.9.113408. (In Russ.).

15. Tarasova N.Yu., Mashkova A.L., Savina O.A., Novikova E.V. Constructing scenarios of innovative transformation of the sectoral structure of the Russian economy taking into account the influence of the sixth technological order. Drukerovskij vestnik. 2021;2(40):38-48. (In Russ.).

16. Veredyuk O.V. Determinants of employment in the concept of post-industrial society. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Ekonomika = St. Petersburg University Journal of Economic Studies. 2010;(4):35-42. (In Russ.).

17. Morozov M.A., Morozova N.S. The development of the digital service economy and its impact on the labor market. Servis plus. 2018;1 (12):100-107 DOI: 10.22412/1993-7768-12-1-10. (In Russ.).

18. Lukyanchenko N.D. Transformational processes of the labor market in the context of innovative changes. Collection of scientific papers of the series "Public Administration". Founders: Donetsk Academy of Management and Public Service under the Head of the Donetsk People's Republic. 2019;1(13):108-116. URL: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=41331123 (accessed on 05.17.2022). (In Russ.).

19. Lyadova E.V., Polushkina I.N., Udalova N.A. Sectoral and professional shifts in the labor market under the influence of technological changes and digitalization. Vestnik belgorodskogo universiteta kooperacii, ekonomiki i prava = Bulletin of the Belgorod University of Cooperation, Economics and Law . 2020;5(84):163-173. (In Russ.).

20. Kapelyushnikov R. I. Technological progress - a devourer of jobs? M.: Publishing House of the Higher School of Economics. 2017:39. URL: https://wp.hse.ru/data/2017/09/27/1159159417/WP3_2017_03 ff.pdf (accessed on 19.05.2022). (In Russ.).

21. Kashepov A.V. The structure of employment in the economy by type of activity and main professional groups. Social and Labor Research. 2020;38(1):19-30. DOI: 10.34022/2658-3712-2020-38-1-19-30. (In Russ.).

22. Vorontsova T.N. Influence of convergent technologies on labor market changes. Kant. 2020;4(37):241-245. (In Russ.).

23. Kelchevskaya N.R., Shirinkina E.V. Regional determinants of the effective use of human capital in the digital economy. Ekonomika regiona= Economy of regions. 2019;15(2):465-482. DOI: 10.17059/2019-2-12. (In Russ.).

24. Kolosova R.P. Determinants of changes in employment and unemployment in Russia. Uroven' zhizni naseleniya regionov Rossii = Living Standards of the Population in the Regions of Russia. 2007;8-9 (114-115):8-31. (In Russ.).

25. Zabelina O.V., Mayorova A.V., Matveeva E.A., Safonov A.S. New forms of employment in the Russian economy as an object of state regulation. Ekonomika truda = Journal of Labor Economics. 2018;5(2):419-432. (In Russ.).

26. Maslyukova E.V., Zaitseva Yu.Yu. Employment in the informal sector: quantitative methods of analysis. Ekonomika truda = Journal of Labor Economics. 2017;4(4):423-430. (In Russ.).

27. Simutina N.L., Leventov N.N., Puzikova O.P. Influence of economic factors on the level of employment in the informal sector: Regional aspect. Prostranstvennaya ekonomika = Spatial Economics. 2018;1:83-100. (In Russ.).

28. Merenkova A.S., Novikova N.V. Factors and conditions of employment of the population in the region. Gumanitarnye nauchnye issledovaniya =Humanities scientific researches. URL: https://human.snauka.ru/2017/02/20582. (accessed on 02.06.2022). (In Russ.).

29. Kelchevskaya N. R., Shirinkina E. V. Regional determinants of the effective use of human capital in the digital economy. Ekonomika regiona = Economy of regions. 2019;15(2):465-482. DOI:10.17059/2019-2-12. (In Russ.).

30. Gimpelson V. Labor market and demography: "Grinding" of the labor force. URL: https://hh.ru/article/28803 (accessed on 07.21.2022). (In Russ.).

31. Lukyanova A.L. Digitalization and the gender pay gap. Ekonomicheskaya politika = Economic policy. 2021;2(16):88-117. DOI: 10.18288/1994-5124-2021-2-88-117. (In Russ.).

32. Reutov E. V. Population outflow as a threat to the Russian province. Bol'shaya Evraziya: razvitie, bezopasnost', sotrudnichestvo = Greater Eurasia: Development, Security, Cooperation.2020; 3-1: 809-812. (In Russ.).

33. Karpushkina A.V., Voronina S.V. Assessment of determinants of spatial characteristics of employment in the informal sector of the Russian economy. Vestnik YUUrGU. Seriya "Ekonomika i menedzhment" = Bulletin of South Ural State University, Series "Economics and Management". 2019;3(13):69-78. DOI: 10.14529/em190307. (In Russ.).

34. Kodina I.N. Labor and employment in a small town: Social practices and determinants (based on materials of the Ivanovo region). Sociologiya. Psihologiya. Filosofiya Vestnik Nizhegorodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo = Sociology. Psychology. Philosophy. Vestnik of Lobachevsky University of Nizhni Novgorod. 2014;2(1):407-414. (In Russ.).

35. Stepanov V.G., Kalinina A.V. The environment of a smart city in ensuring public safety. Modern economy success. 2021;(6):171-174. (In Russ.).

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ / ABOUT THE AUTHOR

Елена Андреевна Колесник - кандидат экономических наук, доцент, доцент Тюменского индустриального университета, Тюмень, Россия; докторант Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского, Омск, Россия

Elena A. Kolesnik - Cand. Sci. (Econ.), Associate Professor, Industrial University of Tyumen, Tyumen, Russia; Doctoral student, Dostoevsky Omsk State University, Omsk, Russia http://orcid.org/0000-0001-5678-2257 eakolesnik-10@mail.ru

Конфликт интересов: автор заявляет об отсутствии конфликта интересов. Conflicts of Interest Statement: The authors have no conflicts of interest to declare.

Статья поступила в редакцию 26.09.2022; после рецензирования 8.10.2022, принята к публикации 10.10.2022. Автор прочитала и одобрила окончательный вариант рукописи.

The article was submitted on 26.09.2022; revised on 8.10.2022 and accepted for publication on 10.10.2022. The author read and approved the final version of the manuscript.