Трубкопровод дружбы

После пяти лет переговоров "Газпром" выбрал иностранного партнера по освоению одного из крупнейших в мире газовых месторождений — Штокмановского. Блокирующую долю в компании-операторе проекта получит французская Total, обошедшая американских и норвежских претендентов. Это первое серьезное достижение Total в России, где ее несколько лет преследовали неудачи. Отраслевые эксперты объясняют успех Total резким потеплением отношений России и Франции после того, как президентом последней стал Никола Саркози.

Вчера "Газпром" распространил сообщение о том, что партнером монополии по освоению расположенного в Баренцевом море Штокмановского месторождения с запасами газа в 3,7 трлн кубометров станет французская Total. По словам главы "Газпрома" Алексея Миллера, она получит 25% в "компании специального назначения, которая впоследствии будет собственником инфраструктуры первой фазы" разработки Штокмана. Но в монополии подчеркивают, что "Газпром" остается владельцем лицензии на месторождение и "всего добываемого объема углеводородов". Вчера в "Газпроме" отказались пояснить, в чем же будет заключаться выгода Total от участия в проекте, пообещав прокомментировать подробности сотрудничества после заключения соглашения между компаниями. Сегодня документ должны подписать президент Total Кристоф де Маржери и зампредправления "Газпрома" Александр Ананенков. В Total подтвердили, что сегодня будет подписано соглашение, но обсуждать какие-либо подробности отказались.

Информагентство "Интерфакс" со ссылкой на неназванного представителя "Газпрома" сообщило, что Total будет зарабатывать на перепродаже компанией-оператором газа со Штокмана "Газпрому". По какой цене оператор Штокмана будет продавать газ "Газпрому", ни в самой монополии, ни в Total не уточняют. Аналогичную схему "Газпром" использует при работе с немецкой Wintershall на Уренгойском месторождении (в данном случае стороны владеют компанией-оператором, ЗАО "Ачимгаз", на паритетных условиях): три четверти добываемого газа продаются по российской цене, четверть — по экспортной, за вычетом транспортных расходов. Выручка делится между акционерами пропорционально их долям. Однако даже если на Штокмане будет применена та же формула, рассчитать прибыль оператора пока невозможно, поскольку неизвестна себестоимость добычи и размер транспортной составляющей.

Возможно, этого пока не знают и сами стороны. Судя по всему, решение о выборе Total партнером по Штокману было принято неожиданно. В среду пресс-служба президента РФ Владимира Путина сообщила, что у него состоялся телефонный разговор с французским коллегой Никола Саркози. В числе прочего главы государств обсуждали "топливно-энергетическую сферу". Во Франции эту сферу представляет как раз Total, которую в последние несколько лет в России преследовала череда неудач. До недавнего времени у Total в России был только один проект — разработка Харьягинского месторождения на условиях СРП. В 2005 году компания хотела приобрести блокпакет акций независимого производителя газа НОВАТЭКа, но не получила разрешения Федеральной антимонопольной службы. Совместный проект Total с "Роснефтью" по разработке черноморского шельфа тоже не был реализован. Харьягинское СРП постоянно подвергалось критике чиновников.

Ситуация начала меняться после того, как 5 мая президентом Франции стал Никола Саркози. Дело в том, что за последний год Владимир Путин потерял почти всех своих европейских друзей. Из "нового поколения" европейских лидеров наиболее удобным партнером для Владимира Путина оказался именно господин Саркози. "После выборов во Франции многие думали, что отношения между Россией и Францией ухудшатся,— заявил Ъ директор парижской Высшей школы социальных наук Жак Сапир,— однако первая встреча Никола Саркози и Владимира Путина на саммите G8 в Хайлигендамме продемонстрировала, что это совсем не так. Оказалось, что президенты поладили и смогли быстро найти общий язык. И Владимир Путин, и Никола Саркози — прагматики, не отягощенные какой-либо идеологией. Россия очень заинтересована в контактах с Францией, это важно, и между президентами нет неприязни, что не менее важно". Стоит заметить, что России сейчас крайне выгодно иметь Францию в качестве надежного союзника, который мог бы отбивать нападки на нее внутри Евросоюза. Раньше эту роль выполняли Герхард Шредер и Сильвио Берлускони. Теперь заступником России, видимо, предложено стать Никола Саркози.

Еще накануне саммита G8, находясь в Париже, президент "Роснефти" Сергей Богданчиков сообщил, что его компания намерена развивать сотрудничество с Total. Раньше таких авансов глава российской государственной нефтекомпании никому из иностранцев не раздавал. Минпромэнерго одобрило увеличение сметы по разработке Харьяги, которую должно утверждать государство, на 12% — до $164 млн, хотя ранее чиновники категорически возражали против этого. И наконец, после телефонного разговора двух президентов Total, которая никогда не считалась лидером среди претендентов на Штокман, получила в нем блокирующую долю, став главным иностранным партнером по проекту. "Газпром" оставил за собой право привлечь одного или нескольких дополнительных участников, но им останется только 24% акций компании-оператора. "Мы надеемся, иностранное инвестиционное сообщество по достоинству оценит этот шаг",— прокомментировали сделку "Газпрома" и Total в Минпромэнерго.

На разработку Штокмана помимо Total также претендуют норвежские Statoil и Hydro (сейчас они объединяются, и слияние должно завершиться в этом году) и американская ConocoPhillips. Вчера их представители сказали, что по-прежнему заинтересованы во вхождении в проект и обсуждают это с "Газпромом". Ведь главный вопрос, который волновал иностранных претендентов на Штокман — смогут ли они поставить запасы месторождения на свой баланс,— пока остается без ответа. Ранее источники Ъ в "Газпроме" говорили, что такая возможность существует (см. Ъ от 5 апреля). Однако ни один из опрошенных Ъ отраслевых экспертов не сумел объяснить, как это можно сделать, если лицензия остается у "Газпрома". По словам члена совета директоров компании "Нефтегазконсалт" (одним из участников является консалтинговая компания Miller & Lents) Бориса Аронштейна, при отсутствии инфраструктуры для добычи в международной классификации запасы Штокмана могут учитываться только как условные ресурсы. Кроме того, не являясь собственником лицензии, компания на может поставить их на свой баланс, говорит эксперт.