Современные тенденции воспроизводства населения Иркутской области

Заключение

Профилактическая и дополнительная диспансеризация населения должна способствовать выявлению болезни на ранних стадиях, а также формированию групп риска по глаукоме. Учитывая возрастающую нагрузку на офтальмологов, связанную с ростом общей глазной патологии и с дефицитом кадров врачей-офтальмологов, предстоит напряженная работа. Важно использовать средства массовой информации для привлечения внимания к проблеме раннего выявления глаукомы, необходима профилактическая работа среди населения. Крайне низкий уровень информированности пациентов с глаукомой о собственном заболевании отмечают многие отечественные и зарубежные авторы. Попыткой ликвидировать этот информационный пробел является использование во многих регионах, в том числе и в Республике Мордовия, новой формы работы с пациентами — школы глаукомного больного.

ЛИТЕРАТУРА

1. Национальное руководство по глаукоме для поликлинических врачей / Под ред. Е.А. Егорова, Ю.С. Астахова, А.Г. Щуко. М.: Издательство ООО "Дом Печати Столичный бизнес"; 2008.

2. Кочетовская Е.А., Блинов Д.С., Шукшин В.И., Смирнова О.А., Миронов М.А., Новиков А.В., Ягодина Л.Ю. Распространен-

ность некоторых модифицируемых факторов риска среди пациентов поликлиники и стационара (по материалам Республики Мордовия). Вестник новых медицинских технологий. 2013; 20 (1): 63—5.

3. Блинов Д.С., Подсеваткин Д.В., Саушев С.В., Смирнова О.А., Шукшин В.И. Социальные факторы как индикатор отношения граждан к своему здоровью (на примере Республики Мордовия). Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2013; 4 (28): 38—43.

Поступила 17.03.15

REFERENCES

1. National Manual for Glaucoma Outpatient Physicians [Natsional'noe rukovodstvopo glaukome dlyapoliklinicheskikh vrachey] / Eds E.A. Egorova, Yu.S. Astakhov, A.G. Shchuko. Moscow: Publishing house "Printing House Metropolitan business"; 2008.

2. Kochetovskaya E.A., Blinov D.S., Shukshin V.I., Smirnova O.A., Mironov M.A., Novikov A.V., Yagodina L.Yu. The incidence of certain modifiable risk factors among patients of the clinic and hospital

3. Blinov D.S., Podsevatkin D.V., Saushev S.V., Smirnova O.A., Shukshin V.I. Social factors as an indicator of the relationship of citizens to their health

© Боева А. В., Лещенко Я.А., 2015 УДК 614.2:312.1

Боева А.В., Лещенко Я. А. СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ВОСПРОИЗВОДСТВА НАСЕЛЕНИЯ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

ФГБУ "Восточно-Сибирский научный центр экологии человека", 665827, Ангарск, Россия

Охарактеризованы процессы воспроизводства населения Иркутской обл. в динамике за 2000—2012 гг. Показаны закономерности и особенности изменений общего (годового) коэффициента рождаемости, коэффициента фертильности, суммарного коэффициента рождаемости, нетто-коэффициента, возрастных коэффициентов рождаемости. Даны количественные оценки показателей рождаемости. В течение исследуемого периода значение общего коэффициента рождаемости увеличилось в 1,5 раза, составив в 2012 г. 15,9 на 1000 населения. Несмотря на положительную динамику роста суммарного коэффициента рождаемости, его значение в 2012 г. (1,97) все еще соответствовало уровню суженного воспроизводства населения. Число родившихся живыми на 1000 женщин фертильного возраста и значение нетто-коэффициента возросли почти в 1,6 раза. В Иркутской обл. среднемноголетние значения общего показателя рождаемости, суммарного коэффициента рождаемости, коэффициента фертильности, нетто-коэффициента были выше, чем в РФ и Сибирском федеральном округе. Тем не менее при всех положительных тенденциях в репродуктивном поведении женщин Иркутской обл. так и не были достигнуты "дореформенные" уровни рождаемости. Наиболее выраженное увеличение возрастных коэффициентов рождаемости произошло в группах женщин 25—29, 30—34 и 35—39лет. В возрастной группе женщин 20—24 года наблюдались стабильные значения суммарного коэффициента рождаемости и наименьшие темпы роста показателя в сравнении с другими возрастными группами. Одним из факторов, оказывающих влияние на процессы рождаемости, является трансформация брачно-се-мейных отношений. В Иркутской обл. каждый второй официально зарегистрированный брак заканчивается разводом, а доля детей, рожденных вне зарегистрированного брачного союза, составляет около 40%.

Ключевые слова: рождаемость; воспроизводство населения.

Для цитирования: Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2015; 23 (4): 9—13.

Для корреспонденции: Боева Алла Васильевна, a_boyeva@mail.ru

BoevaA.V., Leschenko Ya.A.

THE MODERN TENDENCIES OF REPRODUCTION OF POPULATION OF IRKUTSKAIA OBLAST

The East Siberian research center of human ecology of the Siberian branch of the Russian academy of medical

sciences, 665827 Angarsk, Russia The article characterizes dynamics of processes of reproduction of population of Irkutskaia oblast in 2000—2012. The patterns and characteristics of are demonstrated concerning alterations of total (annual) coefficients of natality and fertility, aggregate coefficient of natality, net-coefficient, age-related coefficients of natality. The qualitative estimations of indicators of natality are given. During examined period, the value of total coefficient of natality increased up to 1.5 times and in 2012 amounted to 15.9 per 1000 of population. Despite of positive dynamics of increasing of aggregate coefficient of natality up to 1.97 in 2012 its value still corresponded to the level of narrowed reproduction of population. The number of live-born per 1000 women of fertile age and value of net-coefficient increased almost up to 1.6 times. In Irkutskaia oblast, the average long age values of total indicator of natality, aggregate coefficient of natality, coefficient of fertility, net-coefficient were higher than in the Russian Federation and the Siberian federal okrug. However, under all positive tendencies in reproductive behavior of women of the Irkutskaia oblast the "pre-reform" levels of natality are to be reached. The most marked increasing of age-related

coefficients occurred if groups of women aged 25—29, 30—34 and 35—39 years. In group of women aged 20—124 years stable values of aggregate coefficient of natality and minimal rates of increasing of indicator as compared with other age groups were observed. One of factors impacting processes of natality is transformation of marital family relationships. In Irkutskaia oblast, every second officially registered marriage terminated by divorce. The percentage of children born outside of registered marital union consisted about 40%. Key words: natality; reproduction ofpopulation.

Citation: Problemi socialnoi gigieni, zdravokhranenia i istorii meditsini. 2015; 23 (4): 9—13.

For correspondence: Boeva Alla, a_boyeva@mail.ru

Received 03.04.2014

Основными динамическими явлениями 90-х годов в России были стойкое уменьшение рождаемости (к 1999 г. уровень рождаемости снизился до 8,3 родившихся на 1000 населения, суммарный коэффициент рождаемости снизился до 1,17), массовое стремление населения к малодетности с тенденцией к однодетности [1]. В то же время произошла трансформация института родитель-ства и семейных отношений, межпоколенческие различия во взглядах оказались более существенными, чем гендерные [2]. Низкая рождаемость и доминирование в современной России малодетных семей (только 6—7% семей имеют трех детей и более) не обеспечивают простого воспроизводства населения, для которого необходимо, чтобы 50% семей имели 3—4 детей [3].

В целях совершенствования семейно-демографиче-ской политики и сохранения потенциала воспроизводства населения проводимые государственные меры по стимулированию рождаемости должны учитывать территориальные, этнические, природно-географические особенности и степень демографического неблагополучия отдельных регионов. В связи с этим целью настоящего исследования явилось изучение современных региональных особенностей и тенденций процессов рождаемости в Иркутской обл. в 2000—2012 гг.

Для исследования использовали информационно-статистические материалы Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Иркутской обл. (Иркутскстата). В качестве базы нормативно-справочной информации использованы информационно-статистические документы [4].

Сложившаяся в последнее десятилетие демографическая ситуация в Иркутской обл., как и в РФ в целом, характеризовалась высоким уровнем смертности и низким уровнем рождаемости. Во второй половине 2000-х годов на фоне положительной динамики подъема уровня рождаемости и снижения уровня смертности (с

2007 г.) в РФ и Сибирском федеральном округе (СФО) сохранялась естественная убыль населения: в РФ — до 2011 г., в СФО — до 2010 г. В Иркутской обл. с 2006 г. зафиксированы снижение общего уровня смертности и рост уровня рождаемости. Общий коэффициент рождаемости в течение исследуемого периода увеличился с 10,7 на 1000 населения (2000 г.) до 15,9 (2012 г.). Это привело к положительному явлению — после 15 лет естественной убыли населения уровень рождаемости превысил уровень смертности, в результате чего с

2008 г. в Иркутской обл. отмечается естественный прирост населения (рис. 1). Среднемноголетние значения показателя уровня рождаемости в Иркутской обл. были выше (13,3 на 1000 населения), чем в РФ и СФО (10,9 и 12,3 соответственно).

В среднем число родившихся в 2000—2012 гг. увеличилось в РФ на 3,6%, в СФО на 3,3%, в Иркутской обл. на 3,1%. Отмеченная тенденция постепенного роста числа родившихся в начале 2000-х годов, обусловлена главным образом демографической волной — вступлением в репродуктивный возраст сравнительно многочисленных когорт, родившихся во второй половине

1980-х годов, когда отмечался кратковременный подъем уровня рождаемости, и феноменом "отложенной рождаемости", вследствие периода социально-экономической нестабильности в стране, предшествовавшего мерам, направленным на повышение рождаемости [5, 6]. В пользу последнего обстоятельства свидетельствует факт наибольшего увеличения числа родившихся в 2007 и 2008 гг., когда стартовали государственные меры, "стимулирующие рождаемость" (в РФ на 8,8 и 6,4% соответственно, в СФО на 9,7 и 7,5%, в Иркутской обл. на 11,8 и 8,2%). Феномен "отложенной рождаемости" повлиял на увеличение рождаемости в более старших возрастных группах женщин за счет реализации отсроченных рождений вторых и последующих детей. Под влиянием экономических мер, принятых в последние годы Правительством РФ, находится также рост деторождения в так называемых "приоритетных" семьях (неполных, многодетных, с неудовлетворительными условиями и образом жизни, напряженными внутрисемейными отношениями). Эти явления влияют на качество здоровья будущих поколений: дети, рожденные в таких семьях, уже в раннем возрасте имеют более низкий уровень здоровья, чем сверстники, рожденные молодыми матерями с более высоким уровнем соматического здоровья и из социально-благополучных семей [7].

Вопреки мнению о ведущей роли в развитии мало-детности снижения ценности материнства и отцовства, негативного отношения к многодетности [8], улучшение социально-экономических условий жизни и выплаты "материнского" капитала явились достаточно действенным стимулом увеличения рождаемости среди населения Иркутской обл. Так, установлена прямая корреляционная зависимость между увеличением рождаемости (абсолютного числа родившихся, коэффициента рождаемости (на 1000 населения), суммарного коэффициента рождаемости) и ростом некоторых показателей, характеризующих уровень жизни в регионе. Например, связь показателей рождаемости с величиной валового регионального продукта, потребительскими расходами на душу населения, среднедушевым денежным доходом, среднемесячной номинальной начисленной заработной платой положительная и сильная 0,826 < г > 0,954 (см. таблицу). Между удельным весом численности населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума и показателями рождаемости связь отрицательная и сильная. Очевидно, что со снижением доли лиц с низкими доходами в 2000—2012 гг. с 36,6 до 19,2% наблюдалось увеличение показателей рождаемости.

Cущественное снижение темпов роста (убыли) показателей рождаемости в 2009—2011 гг. (темп роста (убыли) изменялся в РФ от 2,8 до -0,4%, в СФО от 2,2 до -0,5%, в Иркутской обл. от 1,4 до -3%) свидетельствует о начавшемся явлении, трактуемом учеными как "эффект затухания" рождаемости, и может указывать на то, что факт "отложенных" рождений, "простимулированный" выплатой "материнского капитала", уже в ближайшем будущем себя исчерпает [9].

18-, 17161514131211 -10-

н-1-1—

^ ^ ^ ^ ^

Ф"

Рождаемость

Таким образом, если ведущими факторами снижения рождаемости с 1990-х годов являлись снижение уровня жизни населения и обострение социально-экономической обстановки в стране [1, 10—12], то улучшение социально-экономических условий жизни населения и введенные меры государственной семейно-демографи-ческой политики были действенными факторами увеличения рождаемости в 2000—2012 гг.

С 2000 г. в Иркутской обл. наблюдался плавный рост суммарного коэффициента рождаемости (СКР). Этот показатель является наиболее точной сводной текущей характеристикой уровня рождаемости и показывает число детей, которые рождены в среднем одной женщиной в течение всей жизни при условии сохранения данного уровня рождаемости. Несмотря на рост показателя, темпы роста (убыли) по отношению к уровню предыдущего года колебались в пределах величин от -5,37 (отрицательный темп роста) в 2005 г. до 12,5% в 2007 г. В 2000—2004 гг. наблюдался плавный рост СКР с 1,31 (2000 г.) до 1,49 (2004 г.), затем в 2005—2006 гг. наблюдалась стабилизация показателя на уровне значений 1,41—1,44. Начиная с 2007 г. отмечалось последовательное увеличение значений СКР с 1,62 детей, рожденных одной женщиной в 2007 г., до 1,97 детей — в 2012 г. Следует отметить, что в настоящее время, несмотря на положительную динамику роста СКР, показатель еще не достиг уровня, характерного для простого воспроизводства (когда значение СКР должно составлять не менее 2,1), а соответствует уровню суженного воспроизводства, наблюдаемому в СФО и РФ в целом. Среднемноголетние значения СКР в Иркутской обл. были выше, чем в РФ и СФО (1,6, 1,5 и 1,4 соответственно), а среднемноголетний темп роста (убыли) ниже (2,5, 3,4 и 2,9% соответственно).

Число родившихся живыми в Иркутской обл. на 1000 женщин фертильного возраста (коэффициент фер-тильности) возросло почти в 1,6 раза — с 36,8 на 1000 женщин (2000 г.) до 58,3 (2011 г.). Среднемноголетнее значение коэффициента фертильности за 2000—2011 гг. в Иркутской обл. составило 46,9 рождения на 1000 женщин (15—49 лет) и было выше на 9,3%, чем в СФО (42,9 рождения на 1000 женщин (15—49 лет), и на 17,8%, чем

Таблица 1

Оценка зависимости показателей рождаемости от показателей, определяющих уровень жизни населения в Иркутской обл. (коэффициент ранговой корреляции

~г

~г

~г

~г

~г

п>

Смертность

—I-1

ф> Ф> Ф> гр ф>

Рис. 1. Динамика показателей рождаемости и смертности в Иркутской обл. в 1990—2012 гг. (на 1000 населения).

Спирмена — г^)

Абсолютное Коэффициент Суммарный

Показатель число рождаемости коэффициент

родившихся (на 1000 населения) рождаемости

Валовый региональный продукт 0,860 0,944 0,826

на душу населения

Потребительские расходы в среднем 0,867 0,954 0,840

на душу населения

Среднедушевые денежные 0,867 0,954 0,840

доходы

Среднемесячная номинальная 0,867 0,954 0,840

начисленная заработная плата

Удельный вес численности -0,802 -0,833 -0,704

населения с денежными

доходами ниже величины

прожиточного минимума в общей численности населения субъекта

в РФ (39,8 рождения на 1000 женщин (15—49 лет).

При анализе процессов воспроизводства населения особое значение имеет оценка соотношения уровня рождаемости и уровня замещения поколений. Такая оценка возможна с помощью нетто-коэффициента — интегрального показателя, который учитывает уровни рождаемости и смертности женщин до выхода их из репродуктивного возраста. Нетто-коэффициент позволяет оценить число девочек, рожденных в среднем одной женщиной и доживающих до среднего возраста, в котором их родила мать, а также темпы роста населения, которые установятся при сохранении существующего режима воспроизводства в течение нескольких десятилетий.

При положительной динамике роста нетто-коэффи-циента (увеличение в 1,6 раза — с 0,61 в 2000 г. до 0,89 в 2012 г.) среднемноголетние его значения указывают на то, что с учетом смертности фиксированные уровни рождаемости в 2000—2011 гг. обеспечивали замещение поколений нынешних матерей в среднем на 73% в Иркутской обл., на 71% — в СФО и на 65% — в РФ. Таким образом, при сохранении демографической ситуации, сложившейся в 2000—2012 гг., и существующего режима воспроизводства населения численность следующего поколения матерей будет меньше в Иркутской обл. на 27%, в СФО — на 29%, в РФ — на 35%.

Анализ динамики специальных коэффициентов рождаемости (коэффициента фертильности, суммарного коэффициента рождаемости, чистого коэффициента воспроизводства) позволил выявить наметившиеся положительные тенденции в репродуктивном поведении женщин Иркутской обл. В то же время значения данных показателей ниже "дореформенных" уровней рождаемости (показатели 1989 г.): общий коэффициент рождаемости на 1000 населения ниже на 9,1%, коэффициент фертильности — на 12,3%, нетто-коэф-фициент — на 18,3%, СКР — на 19% (рис. 2).

Благоприятная динамика показателей возрастных коэффициентов рождаемости (число детей, родившихся у матерей определенной возрастной группы на 1000 женщин данной группы) в 2000—2011 гг. наблюдалась во всех возрастных группах женщин, исключение составили женщины в возрасте 20—24 лет (в 2010—2011 гг. отмечено снижение уровня рождаемости), так как эта возрастная категория вносит основную

70-,

40

66,5

_ Ь8,3

17,4 15,8

- В 1,09 2-31 Я 0,89 1'87

1989

Рождаемость на 10ОО населения

2011

Коэффициент фертильности

| Нетто-коэффициент Ц Суммарный коэффициент

рождаемости

Рис. 2. Сопоставление показателей естественного воспроизводства населения в Иркутской обл. в 1989 и 2011 гг.

долю рождений в общее число родившихся, в 2010— 2011 гг. произошло снижение коэффициента фертиль-ности, рассчитанного на женщин фертильного возраста (15—49 лет).

Наиболее выраженные изменения показателей возрастных коэффициентов рождаемости (в сторону увеличения) произошли в группах 25—29, 30—34 и 35—39 лет. Стабильность величин возрастного коэффициента рождаемости в группе женщин 20—24 лет (группе максимальной плодовитости) и их более высокие значения в сравнении с группами 30—34 и 35—39 лет указывают на то, что при таком уровне значений последние восполнить дефицит рождений не могут.

Выраженная тенденция в увеличении уровня рождаемости в группе женщин 25—29 лет в сравнении с группой 20—24 лет привела к перераспределению ранговых мест указанных групп по интенсивности рождаемости в 2010 г. Так, в 2000 г. уровень рождаемости был выше в группе женщин 20—24 лет, в Иркутской обл. в 2,9 раза (в РФ и СФО в 1,4 и 1,5 раза), а в 2011 г. уровень рождаемости был выше в группе женщин 25—29 лет, в Иркутской обл. незначительно — на 1,5% (в РФ на 14,1%, в СФО на 5,9%).

В возрастной группе 40—44 лет наблюдалось динамическое двукратное увеличение рождаемости. В группе женского населения 45—49 лет отмечался традиционно минимальный уровень рождаемости.

Такое перераспределение ранговых мест сокращает репродуктивный период, а если учесть, что с возрастом происходит ухудшение состояния соматического здоровья, в том числе репродуктивного, вероятность рождения последующих детей уменьшается. К тому же репродуктивные установки женщин более старших возрастных групп находятся под влиянием сформировавшихся жизненных стандартов, вследствие чего рождение ребенка может восприниматься ими как угроза или как препятствие к достижению целей [6]. Стабилизация уровня рождаемости в группе максимальной плодовитости (20—24 лет) на протяжении всего периода исследования и более высокие значения показателя в сравнении с группами 30—34 и 35—39 лет указывают на то, что при существующем уровне рождаемости последние восполнить дефицит рождений не могут. Самые высокие темпы прироста в группах 30—34 и 35—39 лет указывают на наметившуюся возможность выхода из условий низкой рождаемости за счет "позднего материнства".

В Иркутской обл. выявлены региональные особенности более высоких темпов роста показателей возрастных коэффициентов рождаемости в сравнении с показателями по РФ и СФО, особенно в возрастных группах

15—19 и 20—24 лет, тем не менее в этих группах темпы роста были ниже, чем в других возрастных группах женщин, почти в 4—9 раз.

Низкой рождаемости способствует снижение популярности брака и повышение среднего возраста вступления в брак. В современно-историческом периоде брак между мужчиной и женщиной не является единственной признанной обществом формой союза, новые социально признанные формы незарегистрированных союзов, не всегда предполагающие даже совместного проживания и ведения хозяйства, стали предпочитаемым типом супружества прежде всего среди лиц, занимающих высокий социальный статус и имеющих высокий уровень образованности [13].

При низком числе зарегистрированных брачных союзов разводимость (процесс распада пар в поколении вследствие расторжения брака) в Иркутской обл. стабилизировалась на высоком уровне и не проявляет тенденции к снижению. В начале 2000-х годов наблюдался подъем уровня разводов: в среднем на 1000 браков приходилось 786,3 развода. Несмотря на то что в последнее пятилетие периода наблюдения (2007—2011 гг.) произошло снижение уровня разводимости, каждый второй брак заканчивается разводом, т. е. особенностью современного брака является его нестабильность. При этом факт наличия детей не является фактором сохранности семьи — среди пар, расторгавших брак, более половины имели детей. Это приводит к повышению в брачной структуре населения доли разведенных лиц, особенно среди женского населения. По данным переписи населения 2010 г., в Иркутской обл. разведенных официально мужчин было в 2 раза меньше, чем женщин. Из-за наблюдаемой диспропорции по половому составу вступление в повторный брак для женщин весьма затруднительно. Частота повторных браков среди мужчин была выше, чем среди женщин, на протяжении всего периода исследования (осредненные значения за период 2000— 2012 гг. составили 28,9±0,5 на 100 браков у мужчин и 26,5±0,5 на 100 браков у женщин). Следует отметить, что высокий уровень разводимости оказывает неоднозначное действие на репродуктивный потенциал населения. Создание нового брачного союза влияет на репродуктивное поведение женщины, возникает желание рождения "совместных" детей. Так, в углубленных социально-гигиенических исследованиях было установлено, что в повторных брачных союзах трехдетные женщины проживали чаще в 4,5 раза, чем однодетные, и в 2,5 раза чаще, чем двухдетные (х2 = 21,644, ё/ = 4, р < 0,001).

Исследователи едины во мнении, что на увеличение числа разводов повлияли явления и процессы, начавшиеся в конце XX века, — урбанизация, рост экономической самостоятельности женщин, неравномерность распределения социальной и хозяйственно-бытовой нагрузки и обязанностей между мужчиной и женщиной в семье и обществе [14, 15]. Одним из проявлений наблюдаемого в настоящее время перехода от традиционной формы семьи к современной форме семейных отношений является рождение детей вне зарегистрированного брачного союза. Иркутская обл. относится к регионам РФ, которые характеризуются высоким уровнем внебрачной рождаемости, если в ближайшее время меры государственной политики не будут направлены на стимулирование зарегистрированных брачных отношений и рождение детей в браке, то количество детей, рожденных вне брака, будет расти [16]. За постсоветский период в Иркутской обл. удвоилась доля детей, родившихся вне зарегистрированного брака (с 23,6% в 1990 г. до наибольших значений — 46,7% в 2003 г., за счет удво -ения доли детей, зарегистрированных по совместному

заявлению родителей (случаи сожительства, так называемые "гражданские браки") (с 12,9 до 26% соответственно) и по заявлению матери ("матери-одиночки") (с 10,7% в 1990 г. до наибольших значений в 2007 г. — 23,1%). С 2008 г. наблюдалось последовательное снижение доли детей, родившихся вне зарегистрированного брака (с 43,6 до 37,3%). Вполне очевидно, что с точки зрения полноценного воспитания и содержания детей незарегистрированные брачные союзы несут огромную опасность и могут сказаться на формировании здоровья (вследствие экономической несостоятельности семьи), личности ребенка и семейно-ценностных взглядов.

Таким образом, процессы рождаемости в Иркутской обл. в 2000—2012 гг. характеризуются: суженным воспроизводством населения; неполным замещением в будущем поколений нынешних матерей (только на 73%); увеличением уровня рождаемости в старших возрастных группах женщин (30—34 и 35—39 лет) и его стабильностью в группе женщин максимальной плодовитости (20—24 года); стабилизацией на высоком уровне разводимости и высокой долей детей, рожденных вне юридически зарегистрированного брачного союза.

Следует добавить, что сформировавшаяся демографическая ситуация в конце XX века в России, и в частности в Сибири, характеризовалась учеными как кризисная. Достигшая высокого уровня смертность и сократившаяся рождаемость повлекли за собой естественную убыль населения и снижение средней ожидаемой продолжительности жизни [17, 18]. Наблюдаемый в настоящее время рост рождаемости находится под влиянием новых государственных мер семейно-демо-графической политики, связан с вхождением в репродуктивный возраст многочисленных когорт женщин, рожденных в конце 1980-х годов, и является недостаточным для обеспечения простого, а тем более расширенного воспроизводства населения. Хотя благоприятные тенденции в динамике показателей рождаемости и смертности уже трактуются некоторыми учеными как "конец русского креста", не следует забывать, что для того, чтобы выйти из зоны демографической катастрофы, необходимо увеличить суммарный коэффициент рождаемости значительно больше величины 2,12 независимо от брачного статуса женщин. Для этого нужно популяризировать ценность материнства и отцовства, семьи с 3—4 детьми, стимулировать увеличение репродуктивных потребностей населения по показателям среднего желаемого числа детей, особенно среди лиц молодого возраста, как потенциальных субъектов будущих семейных групп.

ЛИТЕРАТУРА

1. Римашевская Н.М. Роль семьи в демографических процессах. Народонаселение. 2008; 4: 9—19.

2. Гурко Т.А. Вариативность представлений в сфере родительства. Социологические исследования. 2000; 11: 90—7.

3. Антонов А.И., Борисов В. А. Динамика населения России в XXI веке и приоритеты демографической политики. М.: Ключ-С; 2006.

4. Центральная база статистических данных Росстата РФ. http:// www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/DBInet.cgi.

5. Захаров С.В. Растет ли российская рождаемость? Планирование семьи. 2004; 1: 11—4.

6. Архангельский В.Н. Факторы рождаемости. М.: ТЕИС, 2006.

7. Бабенко А.И., Денисов А.П. Медико-социальные аспекты здоровья детей раннего возраста и их семей. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2007; 5: 16—7.

8. Носкова А.В. Что препятствует и что может способствовать решению демографической проблемы в России. В кн.: Социальный институт в современной России: модернизация, динамика и стратегия развития. — М.: Институт семьи и воспитания РАО; 2012; т. 2: 22—5.

9. Архангельский В.Н. Рождаемость в современной России и ее возрастная модель: динамика и детерминация. В кн.: Материалы Всероссийской научно-практической конференции "Демографическое развитие России: Задачи демографической политики и усиления социальной поддержки населения". 19—20 апреля, 2011 г. М.; 2011: 45—57.

10. Казначеев В.П., Лещенко Я.А. Демографическая ситуация в Сибири: состояние и перспективы. Актуальная статистика Сибири. 2006; 4: 66—72.

11. Величковский Б. Т. Реформы и здоровье населения страны (пути преодоления негативных последствий). М.; 2001.

12. Гундаров И.А. Демографическая катастрофа в России, причины, механизм, пути преодоления. М.: Эдиториал УРСС; 2001.

13. Иванов С.Ф. Брачность в развитых странах. Российский демографический журнал. 2002; 1: 73—80.

14. Смирнов С.Н. Региональные аспекты социальной политики. М.: Гелиос АРВ; 1999.

15. Сысенко В.А. Устойчивость брака: проблемы, факторы, условия. М.: Финансы и статистика; 1981.

16. Софронова Т.Г. Особенности и тенденции брачности в России. Человек. История. Культура. 2010; 3: 53—5.

17. Григорьев Ю.А. Закономерности нелинейной динамики народонаселения и демографическая политика как основа развития здоровья населения Сибири. Бюллетень СО РАМН. 2008; 4: 22—8.

18. Лещенко Я.А., Лисовцов А.А. Смертность населения Сибири в постсоветский период. Бюллетень ВСНЦ СО РаАМН. 2010; 4 (74): 194—8.

Поступила 03.04.2014

REFERENCES

1. Rimashevskaya N.M. Rol' sem'i v demograficheskikh processakh. Population. 2008; 4: 9—19.

2. Gurko T.A. Variativnost' predstavleniy v sfere roditel'stva. Sociological studies. 2000; 11: 90—7.

3. Antonov A.1., Borisov V.A. Dinamika naseleniya Rossii v XX1 veke i prioritety demograficheskoy politiki. Moscow: Klyuch-S; 2006.

4. Tsentral'naya baza statisticheskikh dannykh Rosstata RF. http:// www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/DBInet.cgi.

5. Zakharov S.V. Rastet li rossiyskaya rozhdaemost'? Family planning. 2004; 1: 11—4.

6. Arkhangel'skiy V.N. Faktory rozhdaemosti. Moscow: TEIS; 2006.

7. Babenko A.I., Denisov A.P. Mediko-sotsial'nye aspekty zdorov'ya detey rannego vozrasta i ikh semey. Problems social'noy gigiens, health and medical history. 2007; 5: 16—7.

8. Noskova A.V. Chto prepyatstvuet i chto mozhet sposobstvovat' resh-eniyu demograficheskoy problemy v Rossii. In: Social'nyy institut v sovremennoy Rossii: modernizatsiya, dinamika i strategiya razvitiya. Moscow: Institut sem'i i vospitaniya RAO; 2012; т. 2: 22—5.

9. Arkhangel'skiy V.N. Rozhdaemost' v sovremennoy Rossii i ee voz-rastnaya model': dinamika i determinatsiya. In: Materialy Vserossi-yskoy nauchno-prakticheskoy konferentsii "Demograficheskoe razvi-tie Rossii: Zadachi demograficheskoy politiki i usileniya social'noy podderzhki naseleniya". 19—20 aprelya, 2011 g. Moscow; 2011: 45—57.

10. Kaznacheev V.P., Leshchenko Ya.A. Demograficheskaya situatsiya v Sibiri: sostoyanie i perspektivy. Current statistics Siberia. 2006; 4: 66—72.

11. Velichkovskiy B.T. Reformy i zdorov'e naseleniya strany

12. Gundarov 1.A. Demograficheskaya katastrofa v Rossii, prichiny, me-khanizm, puti preodoleniya. Moscow: Jeditorial URSS; 2001.

13. Ivanov S.F. Brachnost' v razvitykh stranakh. Russia's demographic Journal. 2002; 1: 73—80.

14. Smirnov S.N. Regional'nye aspekty social'noj politiki. Moscow: Ge-lios ARV; 1999.

15. Sysenko V.A. Ustoychivost' braka: problemy, faktory, usloviya. Moscow: Finansy i statistika; 1981.

16. Sofronova T.G. Osobennosti i tendencii brachnosti v Rossii. People. History. Culture. 2010; 3: 53—5.

17. Grigor'ev Yu.A. Zakonomernosti nelineynoy dinamiki narodonas-eleniya i demograficheskaya politika kak osnova razvitiya zdorov'ya naseleniya Sibiri. Bulletin SO RAMN. 2008; 4: 22—8.

18. Leshchenko Ya.A., Lisovtsov A.A. Smertnost' naseleniya Sibiri v postsovetskiy period. Bulletin VSNC SO RAMN. 2010; 4