Экологическая безопасность в Российской Федерации: к вопросу о терминологической определенности

Бутова Е. В. Экологическая безопасность в Российской Федерации: к вопросу о терминологической определенности // Вестник Прикамского социального института. 2017. № 2 (77). С. 12-15.

Butova E. V. Ecological safety in the Russian Federation: to the question of terminological determinancy. Bulletin of Prikamsky Social Institute. 2017. No. 2

УДК 342.9

Е. В. Бутова

Белгородский государственный национальный исследовательский университет, Белгород, Россия

ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: К ВОПРОСУ О ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКОЙ ОПРЕДЕЛЕННОСТИ

Бутова Екатерина Владимировна - аспирант кафедры административного и международного права.

E-mail: kat68643444@yandex.ru

В статье на основе систематизации существующих подходов к проблеме реализуется попытка определить актуальные понятие и сущность экологической безопасности как вида национальной безопасности. Автором излагаются имеющиеся в юридической науке общетеоретические и отраслевые подходы к определению понятия «экологическая безопасность», позволяющие выработать авторское понятие экологической безопасности, соответствующее как новым социальным реалиям, так и принятым в последнее время в Российской Федерации стратегическим правовым документам, определяющим государственно-правовую политику в различных сферах общественных отношений.

Ключевые слова: безопасность, национальная безопасность, экологическая безопасность, понятие.

E. V. Butova

Belgorod State National Research University, Belgorod, Russia

ECOLOGICAL SAFETY IN THE RUSSIAN FEDERATION: TO THE QUESTION OF TERMINOLOGICAL DETERMINANCY

Butova Ekaterina Vladimirovna - Postgraduate at the Department of Administrative and International Law.

In article on the basis of systematization of the existing approaches to a problem the attempt to define an urgent concept and an entity of ecological safety as a type of national security is implemented. The author explains the general-theoretical and branch approaches to determination of the concept "ecological safety" which are available in jurisprudence allowing to work out the authoring concept of ecological safety corresponding to both new social realities, and the strategic legal documents accepted recently in the Russian Federation defining a state and legal policy in different spheres of the public relations.

Key words: safety, national security, ecological safety, concept.

© Бутова Е. В., 2017

В соответствии со Стратегией национальной безопасности Российской Федерации1 достижение стратегических целей экологической безопасности и рационального природопользования осуществляется путем формирования и реализации долговременной государственной политики, направленной на защиту и воспроизводство природно-экологического потенциала Российской Федерации, повышение уровня экологического образования и экологической культуры граждан. Данной цели, как представляется, невозможно достигнуть без четкой, актуальной и непротиворечивой системы законодательства в экологической сфере.

В то же время нельзя не согласиться с мнением Н. П. Патрушева, который на основе анализа современных походов к проблемам правового регулирования экологической безопасности делает вывод о том, что в современном законодательстве и научной литературе еще нет единого понятийного аппарата в сфере обеспечения экологической безопасности Российской Федерации, а это нередко приводит к неоднозначному пониманию содержания различных дефиниций в теории и создает проблемы в правоприменительной практике [5, с. 3].

Основной проблемой в развитии действующего законодательства в экологической сфере следует признать «узкое» (и уже не соответствующее современным реалиям) понятие экологической безопасности. Легальная дефиниция рассматриваемого феномена сформулирована в принятом почти пятнадцать лет тому назад Федеральном законе «Об охране окружающей среды», согласно ст. 1 которого экологическая безопасность есть «состояние защищенности природной среды и жизненно важных интересов человека от возможного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности, чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, их последствий»2.

Данная формулировка, конечно же, соответствовала реалиям своего времени. Достаточно вспомнить об актуальном на время принятия закона об охране окружающей среды Законе Российской Федерации «О безопасности», введенном в действие Постановлением Верховного Совета 5 марта 1992 г., который впервые на официальном уровне закрепил определение понятия безопасности как «состояния защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз»3.

Однако время не стоит на месте: приняты новые нормативные акты в сфере безопасности и уже третья (со времени принятия природоохранного закона) Стратегия национальной безопасности, в соответствии с которой понятие «национальная безопасность» (родовое по отношению к экологической безопасности) сформулировано более широко и включает не только «состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз», но и оговорку о том, что оно является основой обеспечения «.. .реализации конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации, достойного качества и уровня их жизни, суверенитета, независимости, государственной и территориальной целостности, устойчивого социально-экономического развития Российской Федерации»4.

Следует отметить, что в Федеральном законе от 28 декабря 2010 г. № 390-Ф3 «О безопасности»5 определены основные принципы и содержание деятельности по обеспечению безопасности государства, общественной безопасности, экологической безопасности, безопасности личности, иных видов безопасности, предусмотренных законодательством Российской Федерации, которые в совокупности обозначены как безопасность, на-

1 О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации: указ Президента РФ от 31 дек. 2015 г. № 683 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2016. № 1 (ч. II). Ст. 212.

2 Об охране окружающей среды: федер. закон от 10 янв. 2002 г. № 7-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. № 2. Ст. 133.

3 О безопасности: закон РФ от 5 марта 1992 г. № 2446-1 // Рос. газета. 1992. 2 мая.

4 О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации.

5 О безопасности: федер. закон от 28 дек. 2010 г. № 390-ФЗ // Рос. газета. 2010. 29 дек. № 5374.

циональная безопасность, однако само понятие «безопасность» в данном нормативном правовом акте отсутствует.

Таким образом, понятие «экологическая безопасность» в современных условиях требует переосмысления, что вызвано как модернизаций общественных отношений (и, как следствие, появлением новых жизненно важных интересов и новых экологических угроз), так и развитием действующего законодательства в сфере безопасности.

Подчеркнем, что безопасность (во всех ее проявлениях - государственная, национальная, экономическая, экологическая, информационная, демографическая и т. д.) является одной из важнейших категорий современной науки и практики. Будучи доминантой жизнедеятельности общества, безопасность не может оставаться неизменной в различных условиях его трансформации, поэтому ее содержание нуждается в постоянном уточнении.

Имеет место развивающее основные положения закона об охране окружающей среды определение экологической безопасности как «состояния защищенности окружающей среды, населения, территорий, хозяйственных и иных объектов от различных угроз, возникающих вследствие негативных изменений компонентов окружающей среды в результате антропогенной деятельности, природных явлений и противоправных деяний» [1].

Н. Н. Веденин включает в понятие экологической безопасности и меры по ее обеспечению. С его точки зрения, экологическая безопасность - это «состояние защищенности человека, общества, государства и окружающей природной среды от негативного природного и техногенного воздействия, обеспечиваемое организационно-правовыми, экономическими, научно-техническими и иными средствами» [3, с. 53-54].

О. С. Колбасов вообще определяет экологическую безопасность как «...систему мер, устраняющих угрозу массовой гибели людей в результате такого неблагоприятного антропогенного изменения состояния природной среды на планете, при котором человек как биологический вид лишается возможности существовать, так как не сможет удовлетворять свои естественные физиологические и социальные потребности жизнедеятельности за счет окружающего материального мира» [4, с. 48], фактически отождествляя понятие безопасности с системой (механизмом) ее обеспечения, что представляется методологически неверным.

М. И. Русаков полагает, что экологическая безопасность - это юридико-организаци-онная защищенность личности, общества и государства, основанная на комплексе мер по прогнозированию, предотвращению либо компенсации наступления негативных экологических событий и явлений [6, с. 15]. С одной стороны, ученый разводит понятие безопасности и меры по ее обеспечению, с другой стороны, не раскрывает, как представляется, в полной мере сущность именно безопасности экологической.

Н. А. Чертова, с нашей точки зрения, неверно формулирует определяющее слово при определении экологической безопасности. По мнению исследователя, это «закрепленная в правовых институтах система отношений по поводу окружающей среды, которая представляет собой основу нормального стабильного существования общества и создания условий, при которых состояние окружающей среды не представляет опасности для человека» [7, с. 16]. Мы считаем, что безопасность не может характеризоваться как система отношений, поскольку это прежде всего правовое состояние.

Попыткой комплексного подхода к решению проблемы исследования следует признать монографическое исследование Н. А. Шеяфетдиновой, которая рассматривает экологическую безопасность с точки зрения субъективного и объективного начала. «Объективный аспект экологической безопасности, по мнению автора, предполагает ее трактовку в качестве состояния, при котором соблюдается баланс (между воздействием на природу и интересами личности, общества, государства, мирового сообщества), основанный на принципах: самоценности природы, ее первичности по отношению к человеку и безусловном

приоритете интересов сохранения благополучного состояния природы над "сиюминутными" (не соответствующими перспективным, глобальным) интересами человека в случае их противоречия и невозможности достижения компромисса (баланса) между ними». А эко-безопасность, в субъективном аспекте, - это «осознание личностью, обществом, человечеством защищенности своих жизненно важных интересов от возможного антропогенного или природного негативного воздействия, которое может привести к неблагоприятным последствиям в состоянии здоровья человека» [8, с. 5-6].

Анализ вышеприведенных мнений позволяет констатировать, что определение безопасности как состояния защищенности прочно утвердилось в современном законодательстве и юридической науке. Как представляется, с использованием словосочетания «состояние защищенности» для определения экологической безопасности можно согласиться. В то же время приведенные определения достаточно скупо характеризуют ту сферу отношений, в которой преломляется это «состояние защищенности», т. е. категориальная принадлежность термина «экологическая безопасность» остается невыясненной.

В этой связи вынуждены полностью согласиться с мнением Н. Н. Барбашовой: «Признавая несомненную важность точности и выверенности юридических формулировок, отметим, что идеальную и всеобъемлющую формулировку такого сложного понятия, как "экологическая безопасность", дать достаточно трудно» [2, с. 122].

Шаг на пути переосмысления и юридического оформления рассматриваемого понятия только предстоит сделать, чему во многом должна способствовать разрабатываемая Стратегия экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 года1, которая призвана стать современным базовым документом стратегического планирования в сфере развития системы обеспечения экологической безопасности Российской Федерации и определить приоритеты, цели, задачи и меры, направленные на обеспечение экологической безопасности, а также обеспечение устойчивого развития российского государства на долгосрочную перспективу.

Библиографический список

1. Бажайкин А. Л., Бортник И. Ю., Бринчук М. М. и др. Комментарий к Федеральному закону от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (постатейный) [Электронный ресурс] / отв. ред. О. Л. Дубовик // Гарант: информ.-правовой портал. URL: http://base.garant.ru/55009986/ (дата обращения: 15.04.2017).

2. Барбашова Н. Н. Экологическая безопасность: актуальность правового регулирования // Известия Юго-Западного государственного университета. 2015. № 5 (62). С. 117-126.

3. Веденин Н. Н. Экологическая безопасность как институт экологического права // Журнал российского права. 2001. № 12. С. 53-54.

4. Колбасов О. С. Концепция экологической безопасности (юридический аспект) // Советское государство и право. 1988. № 12. С. 47-55.

5. Патрушев Н. П. Особенности современных вызовов и угроз национальной безопасности России // Журнал российского права. 2007. № 7. С. 3-12.

6. Русаков М. И. Экологическая безопасность современной России (общеправовой анализ): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2006.

7. Чертова Н. А. Конституционно-правовые основы обеспечения экологической безопасности Российской Федерации (на опыте северных регионов): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007.

8. Шеяфетдинова Н. А. Правосознание в механизме обеспечения экологической безопасности: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003.

1 Проект Стратегии экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 года (по состоянию на 19 мая 2015 г.) (подготовлен Минприроды России) (указ подписан 19 апр. 2017 г. № 176) // КонсультантПлюс: офиц. сайт компании. URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=PNPA&n=10121#0 (дата обращения: 15.05.2017).