Проблема интеграции Канады в систему обороны британской империи на колониальных конференциях (1887–1911 гг. )

УДК. 94

Е.С. Симоненко*

ПРОБЛЕМА ИНТЕГРАЦИИ КАНАДЫ В СИСТЕМУ ОБОРОНЫ БРИТАНСКОЙ ИМПЕРИИ НА КОЛОНИАЛЬНЫХ КОНФЕРЕНЦИЯХ

В конце XIX - начале XX вв. британское руководство разработало широкомасштабную политику имперской обороны, важной составляющей которой стало привлечение белых переселенческих колоний к участию в войне на стороне метрополии. Одна из главных задач этой политики заключалась в том, чтобы в случае войны Англия могла получить в лице Канады, самого большого и процветающего доминиона империи, полноценного военного партнера. Эта политика планомерно обсуждалась на серии колониальных конференций, проходивших в Лондоне с 1887 по 1911 г.

Ключевые слова: история Канады, система обороны, колониальные конференции.

Canada’s participation in the British Empire’s defense system and colonial conferences (1887 - 1911). YEKATERINA S. SIMONENKO, (Far Eastern Federal University, Vladivostok).

In the late XIX - early XX centuries British government developed a large-scale policy of imperial defense, a major component of which was the involvement of the white settlers' colonies in a war on the side of the metropolitan country. One of the main goals of this policy was to obtain the military support of Canada in case of war because Canada was the largest and most prosperous dominion of the British empire. This policy was discussed at a planned series of colonial conference held in London in 1887-1911.

Key words: Canadian history, defense system of the British Empire, the colo-nial conferences.

Рубеж ХІХ-ХХ вв. ознаменовался изменением международного баланса сил, в результате которого место Великобритании в мире стало не таким безопасным, как в течение предыдущих столетий, когда ее превосходство на морях было неоспоримо. В таких обстоятельствах проблема обеспечения безопасности имперского пространства поднялась на качественно иной уровень развития. Британии пришлось отказаться от англоцентрической модели имперской обороны в пользу привлечения Североамериканского доминиона и других белых переселенческих колоний к участию в коллективной обороне империи. И если на протяжении ХІХ в. это намерение существовало лишь в теоретической плоскости, то к началу ХХ в. появилась необходимость его

практического применения. Новая политика имперской обороны планомерно обсуждалась на серии колониальных конференций, проходивших в Лондоне с 1887 по 1911 г.

Впервые проблема создания коллективной системы имперской обороны прозвучала на колониальной конференции 1887 г. из уст министра по делам колоний Дж. Чемберлена. Будучи сторонниками политической интеграции империи, британский министр и его коллеги из Лиги имперской федерации видели лишь два варианта достижения такого единства между метрополией и колониями: торговый союз и сотрудничество в области обороны. Сомневаясь тогда в возможности образования коммерческого союза с автономиями из-за приверженности Англии фритре-

*СИМОНЕНКО Екатерина Сергеевна, к. и. н., старший преподаватель кафедры исторического образования Школы педагогики Дальневосточного федерального университета.

Email: eka-19S2.S2@mail.ru © Симоненко Е.С., 2013

ду, Дж. Чемберлен предложил сделать основой для построения имперской федерации общую заинтересованность в укреплении обороны. Однако в приглашении, присланном тогдашнему премьер-министру Канады Дж. Макдональду, было заявлено, что, «по мнению правительства Его Величества, вопрос, который в настоящее время подлежит срочному обсуждению, - это вопрос военной обороны» [1, p. 74], была исключена какая бы то ни было политическая подоплека заявленной для обсуждения проблемы.

В ходе конференции Дж. Чемберлен наметил общее направление политики привлечения Канады в систему обороны Британской империи, оговорив, однако, что основная ответственность по защите всей имперской территории по-прежнему принадлежит метрополии. Источник финансирования коллективной обороны он предложил искать в доходах, получаемых от протекционистских таможенных тарифов. Министр призвал Канаду последовать примеру Австралии и Новой Зеландии, которые согласились выплачивать имперскому правительству ежегодную субсидию в размере 126 тыс. и 20 тыс. фунтов стерлингов соответственно. Эти деньги планировалось тратить на содержание эскадры, базирующейся в территориальных водах австралазийских колоний. В ответ канадская делегация дала понять, что, если британские власти ожидают от нее сходных решений, то они заблуждаются. Канадские представители требовали признать вкладом в коллективную оборону развитие местной инфраструктуры, например строительство железных дорог, по которым могли перемещаться британские войска, переброшенные для защиты территории доминиона. Кроме того, делегаты от доминиона отрицали необходимость увеличения размеров Королевского флота из-за существующей обязанности защищать Канаду. Конференция не достигла никаких практических результатов в плане участия Североамериканского доминиона в обороне империи. Она выполнила лишь информативную функцию, наметив направления будущих консультаций [3, Vol. 1, p. 222]. Канада в целом одобрила принцип разделения общего груза обороны, но не дала обещания применять его.

На колониальной конференции 1897 г., как и десять лет назад, главным идеологом военной интеграции империи выступил Дж. Чемберлен. Он обосновывал свои аргументы, делая упор на

чрезмерные расходы британского правительства на военные нужды. По его подсчетам, содержание флота и вооруженных сил стоило Соединенному Королевству почти 35 млн фунтов стерлингов ежегодно, что составляло больше трети всего бюджета. По его мнению, все эти средства шли не столько на защиту британских островов, сколько на ликвидацию колониальных вооруженных конфликтов. Именно поэтому метрополия должна привлечь доминион к участию в обороне путем прямых и регулярных вкладов в британское казначейство. Между тем британские власти отдавали себе отчет не только в финансовой, но и в политической значимости политики денежных вкладов. Британский морской министр Дж. Гошен заявил, что колониальные субсидии окажутся «каплей в море», но они «обеспечат между адмиралтейством и колониями определенные связи, которые мы ценим» [16, р. 118].

На конференции 1897 г. канадская делегация имела собственную позицию, отличную от точки зрения британских властей. Новый премьер-министр доминиона либерального толка У. Ло-рье отказался от любых оборонных обязательств. Он подходил к сотрудничеству в этой области с осторожностью, заявив, что канадский парламент ни за что не проголосует за субсидии на содержание флота, если его будут контролировать английские адмиралы.

В области сухопутной обороны Дж. Чемберлену удалось добиться введения принципа унификации. Этот принцип означал принятие единых стандартов в организации, обучении, снабжении вооруженных сил на всем имперском пространстве. Британский министр предложил организовать обмен целыми войсковыми соединениями так, чтобы, например, полк канадской милиции имел возможность на определенный период влиться в состав британской армии, и наоборот. Более того, стремления Дж. Чербер-лена шли дальше: имперское военное сотрудничество достигло бы принципиально нового уровня, если в ходе пребывания на территории Соединенного Королевства канадские отряды согласились бы участвовать в военных операциях в составе британской армии. Однако из отчета конференции видно, что канадский премьер-министр не дал никаких обещаний, кроме ревизии предложенного обмена [10, р. 220 - 221],

а министр милиции Ф. Борден пригласил британских специалистов оценить состояние канадских военных укреплений и предложить схему их реконструкции. Впоследствии была сформирована соответствующая комиссия, проведена проверка и канадскому правительству были даны соответствующие рекомендации.

До англо-бурской войны военная ответственность Канады в мирное время была ограничена местной обороной. В военное время обязанность её защиты была возложена на регулярную британскую армию. Военно-политическое руководство и широкая общественность Великобритании полагали, что в случае войны Канада добровольно объединится с метрополией для защиты своей территории, однако до 1900 г. оставалось неясным, на какой основе и в какой форме это сотрудничество будет строиться. Между тем колониальные отряды, призванные на имперскую службу, имели для метрополии особую политическую ценность. Кроме Великобритании в Европе не было стран, которые проводили политику привлечения белого населения зависимых территорий для такой службы. В 1900 г. британский генерал Дж. Френч подготовил схему сухопутной обороны империи, в которой важным пунктом стало создание колониальных резервов для службы на благо империи. В мирное время они должны были выполнять традиционные гарнизонные обязанности, а в случае войны были призваны доукомплектовывать регулярные британские отряды до штатов военного времени [13, Р. 62].

В 1901 г. предложения генерала применительно к Канаде конкретизировал полковник британского Генштаба Ф. Элтхем. По его мнению, схема сухопутной обороны доминиона должна была ориентироваться, в первую очередь, на потенциального противника в пределах американского континента. В случае войны с США безопасность Канады полностью зависела от местной милиции до прибытия подкреплений из метрополии. Изучив современное состояние канадской милиции, он сделал вывод о ее профессиональной непригодности и рекомендовал в качестве наилучшего способа сотрудничества в области имперской обороны «превратить милицию доминиона в эффективную военную силу» [13, р. 51]. В таких обстоятельствах обеспечить

сколько-нибудь значительный резерв для имперской службы Канада не могла до тех пор, пока не была проведена реформа и не увеличена численность канадской милиции. До тех пор Ф. Элтхем предложил ограничить канадский резерв для имперской службы дивизией полевой артиллерии и бригадой пехоты общей численностью 3 тыс. чел. [13, р. 51]

В случае войны резерв передавался в распоряжение имперского правительства. Офицеры резерва назначались губернатором по представлению военного министра доминиона и по пожалованию короля получали временный чин в британской армии. Кроме того, король должен был назначить командующего имперскими канадскими отрядами из числа британских офицеров. Позднее на этот пост предполагалось назначать офицеров только канадского происхождения. Командующий имперскими отрядами доминиона должен был ежегодно проводить смотр войск и направлять отчет главнокомандующему британской армией. Предполагалось, что в мирное время служба на территории доминиона будет финансироваться по канадским ставкам оплаты, а в военное время за пределами Канады будет финансироваться в соответствии с британским армейским законом. В мирное время имперский резерв доминиона должен был организован в батальоны, полки, бригадные дивизии, к которым будет принадлежать во время войны [13, р. 49].

Между тем конституция Великобритании не предусматривала наличие центральной органа, уполномоченного предписывать создание унифицированной военной организации в масштабе всей империи. Поэтому предложения британского командования носили рекомендательный характер. «Мы можем только сделать предложение самоуправляющимся колониям и положиться на доброжелательность и лояльность их министров, чтобы получить плоды от наших предложений» [13, р. 47], заявил в ноябре 1901 г. полковник Ф. Элтхем.

Комитет колониальной обороны1 достаточно сдержанно отреагировал на эти предложения, видя значительные трудности на пути претворе-

1 Комитет колониальной обороны был создан в Англии в 1885 г. для обсуждения проблем имперской обороны. Он обладал консультативной функцией и не был наделен исполнительной властью.

ния их в жизнь. Так, затраты на создание и содержание имперского резерва в Канаде были намного больше, чем на аналогичные соединения в Великобритании, из-за разницы в ставках оплаты. Комитет подсчитал, что на содержание канадского резерва из 5 тыс. чел., потребуется немногим больше 1 млн фунтов стерлингов в год, в то время как на содержание аналогичного подразделения в Великобритании только 640 тыс. фунтов стерлингов [5, р. 148]. Кроме того, создание сухопутных резервов потребовало бы разработки аналогичного плана в области морской политики, а также поиска источников финансирования не только на военные, но и на морские цели. Наконец, эксперты комитета допускали, что в случае реального кризиса колониальное правительство не позволит наиболее обученной и подготовленной части милиции покинуть страну, несмотря на любые договоренности и обязательства. Секретарь комитета капитан Натан резюмировал: «Недавний опыт англо-бурской войны показал, что в таких планах нет необходимости. Они взвалили бы дополнительный груз на налогоплательщиков, которые уже и так внесли вклад в содержание Королевского флота, угольных станций, гарнизонов и регулярной армии. Формальные соглашения, вероятно, приведут к спорам; было бы гораздо лучше положиться на лояльность колоний, чем требовать от них отряды в соответствии с соглашением» [5, р. 150]. Таким образом, Комитет колониальной обороны разделял точку зрения, согласно которой обеспечение объединенного воинского резерва всех частей империи должно строиться на основе добровольного сотрудничества самоуправляющихся колоний. Комитет надеялся, что, как и во время англо-бурской войны, колонии сами предложат определенный воинский контингент в случае конфликта с какой-либо европейской державой [5, р. 150].

К 1902 г. обозначились новые факторы, требовавшие немедленной разработки плана участия Канады в имперской обороне. Это стремление к политической интеграции империи через военное сотрудничество и возникновение англогерманской конфронтации, которая могла привести к войне. Не последнее место занимали обстоятельства материального характера. По статистике Канада платила самый низкий среднеду-

шевой военный налог в мире [14, р. 45]. Военные и морские расходы Канады составляли 1/15 часть от аналогичных издержек Соединенного Королевства. Эти факты красноречиво свидетельствовали о равнодушии канадцев к проблемам обороны.

Военную индифферентность доминиона можно было объяснить следующими причинами. Во-первых, в конце XIX в. наблюдался всплеск мировой экономической активности и все внимание канадцев было приковано к достижениям бурно развивающейся отечественной промышленности. Во-вторых, в стране существовала франкоканадская оппозиция любым проявлениям имперской лояльности, в т. ч. и в области обороны. В-третьих, Канада чувствовала себя защищенной британским флотом и доктриной Монро и не видела необходимости взваливать на себя дополнительны груз имперской обороны.

На конференции 1902 г. британский военный министр С. Бродрик при активной поддержке Дж. Чемберлена вернулся к идее формирования канадского имперского резерва, находящегося под контролем имперского правительства и действующего в любой части мира. Он заявил, что Канада в ближайшее время должна подготовить одну артиллерийскую бригаду и одну бригаду пехоты общей численностью приблизительно 4,5 тыс. чел. Границы полномочий данного контингента за пределами доминиона должны были определить имперское и колониальное правительства совместно. Комитет колониальной обороны в свою очередь обязался оплатить все необходимые расходы на переброску воинских контингентов [19]. Глава военного ведомства заявил, что во время войны, когда имперский резерв будет находиться под контролем британского правительства, услуги каждого канадского солдата будут оплачиваться казначейством по ставке 9 фунтов стерлингов ежегодно [8, р. 59]. В мирное время, когда имперский резерв будет находиться под контролем правительства автономии, последнее должно нести расходы самостоятельно.

Канадский министр милиции Ф. Борден выступил против идеи создания колониального военного резерва для британской армии. Он привел аргумент, что специальная подготовка и снаряжение такого «корпуса элиты» произведут разрушительный эффект на остальную часть ка-

надской милиции. Со своей стороны он предложил реформировать канадскую милицию, чтобы в случае войны она могла усилить имперскую армию добровольными соединениями.

На следующей колониальной конференции 1907 г. новый военный министр Р. Холден представил свою концепцию военной обороны империи. По его замыслу канадская милиция должна была состоять из двух частей. Первая часть могла комплектоваться на добровольной основе и осуществлять защиту территории автономии без обязательств заграничной службы. Вторая часть должна была представлять собой экспедиционную силу, наделенную имперскими обязательствами заграничной службы.

Главная дискуссия состоялась вокруг вопроса организации имперского генерального штаба - органа, призванного наладить интеграцию военных приготовлений всей империи [6, р. 249; 12, р. 18-29; 15, р. 82]. В отчете конференции говорилось, что Имперский генеральный штаб -это «просто совещательная организация, в которой командование не является функцией», и он «должен находиться в распоряжении различных национальных организаций империи» [9, р. 6]. Относительно принципов имперской обороны Р. Холден заметил, что она не должна строиться на ограничениях и планах, которые могут не удовлетворять доминионы [7, р. 44-45].

План предусматривал создание центрального штаба в Лондоне во главе с начальником имперского генерального штаба и местные отделения во всех частях империи. Руководство британского генерального штаба должно было иметь только совещательные полномочия по отношению к местным отделениям, которые находились под контролем соответствующих правительств автономий [18, р. 588]. В доминионе секция имперского генерального штаба обладала также только консультативными полномочиями, в соответствии с которыми могла давать рекомендации местному правительству по военным делам, но не обладала исполнительной властью [17, р. 303].

Р. Холден утверждал, что оборона должна быть организована по общему образцу в соответствии с общей военной доктриной. Именно имперский генеральный штаб должен был сформулировать эту доктрину и придать ей соответствующий характер. Он пояснил, что имперский характер

предполагает не столько участие доминионов во внутренних военных делах метрополии, сколько обучение в общих школах и воспитание по общим принципам военной науки. «Наша великая цель, - говорил Р. Холден, - сделать генеральный штаб имперской школой военной мысли, все члены которой будут пропитаны теми же самыми традициями, приучены смотреть на стратегические проблемы с той же самой точки зрения, и знакомые с принципами и теориями, общепринятыми в штабе» [11, р. 96]. Канадские вооруженные силы не имели «органической связи» с британским аналогом. Такая связь могла быть эффективно налажена посредством обмена штабными офицерами между двумя странами. В целом имперский генеральный штаб должен был представлять собой консультативный орган под контролем британского военного ведомства. Канадские штабные офицеры могли быть членами имперского штаба [11, р. 96-97]. Предложение британских властей означало учреждение имперской армии с общим типом организации, стратегическим планированием, направлением развития военной теории, наконец, общей доктриной войны.

Министр обороны Канады Ф. Борден согласился с идей организации на территории доминиона местного отделения Имперского генерального штаба, сотрудничающего с центральным управлением через обмен офицерами. Он был уверен в том, что Имперский генеральный штаб будет полезен больше доминиону, чем империи в целом [11, р. 99-100]. Однако он заявил, что идея организации канадских подразделений имперских сил не может рассматриваться без внесения поправок в имперское законодательство. Необходимо предусмотреть пункт о том, что в случае использования канадских воинских контингентов в конфликтах за пределами автономии должен быть созван канадский парламент для того, чтобы рассмотреть каждый конкретный случай в отдельности [11, р. 99].

Выводы конференции в области сухопутной обороны были наивысшей точкой процесса, начатого на предыдущей конференции. Военный министр Р. Холден предложил вниманию делегатов три меморандума, разработанных военным ведомством Великобритании. В них содержалось несколько базовых принципов, в частности при-

знание автономного положения доминиона при обсуждении политики наземной обороны; отказ от идеи организации специальных воинских контингентов из представителей доминиона для постоянной имперской службы; признание необходимости объединения британских и колониальных отрядов в единую имперскую армию в случае войны.

На правительство Канады возлагалось обязательство решить вопрос численности и составе воинских контингентов для совместных действий с британской армией. Принцип стандартизации, будучи следствием политики объединения, был сформулирован для того, чтобы в случае войны вооруженные силы доминиона и метрополии могли быть быстро объединены в «гомогенную имперскую армию». В Канаде предполагалось создать военные школы по образцу английских военных школ в Вульвиче и Сандхерсте. «Я надеюсь, - сказал Р. Холден, - что в результате новой организации рассеются страхи тех, кто боится неприятельского вторжения на Британские острова» [4, p. 230-232].

Канадская делегация согласилась с основными стратегическими установками британского военного ведомства. Был принят принцип объединения британских и канадских отрядов в единую имперскую армию в случае войны при условии, что канадский парламент, созванный в течение 15 дней, признает войну «справедливой». Таким образом, доминион, находясь в составе империи, оставлял за собой право самостоятельно решать вопрос участия в её наземной обороне. По замечанию А. Дьюи, прошли «героические времена империализма, когда можно было мечтать о полном слиянии всех британцев, всех, принадлежащих к англо-саксонскому племени [3, Vol. 1, p. 252]. Министр милиции Ф. Борден заявил, что утвержденный принцип отвечает интересам Канады в том смысле, что в случае нападения на территорию доминиона регулярная британская армия будет обязана прийти на помощь автономии. Признавая принцип стандартизации и условие, что в Канаде на вооружение были приняты винтовки другого образца, Ф. Борден выразил желание, чтобы на территории автономии были организованы заводы по производству боеприпасов, идентичных тем, что были приняты на вооружение в британской армии [2, с. 12-126].

Таким образом, на конференции 1909 г. принцип единства был пожертвован в угоду стремлениям доминиона; принцип интеграции был заменен принципом сотрудничества. А имперская политика в области наземной обороны, утвержденная на конференции, не получила существенных изменений и уточнений вплоть до начала Первой мировой войны.

Более десяти лет длился диалог между Великобританией и Канадой по проблеме имперского военного сотрудничества. Этот диалог показал, что автономия имела большое значение в имперских планах интеграции. Между тем, с точки зрения имперской военной доктрины, этот диалог оказался безрезультатным. Британский стратегический идеал, согласно которому в пределах империи должна была действовать единая имперская армия, до Первой мировой войны не был реализован.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Грудзинский В.В. На повороте судьбы: Великая Британия и имперский федерализм (последняя треть XIX - первая четверть XX вв.) /В.В. Грудзинский. Челябинск : Челябин. гос. ун-т, 1996. 312 с.

2. Лемонон Э. Англия и Германия. Москва; Ленинград : Государственное издательство, 1925. 132 с.

3. Dewey А^. The Dominion and Diplomacy. The Canadian Contribution. 2 vols. London: Longmans Green and Co, 1929.

4. Documents of Canadian External Relations. Volume 1: 1909 - 1918/ed. by R. Duramel. Ottawa, 1967.

5. Gordon D.C. The Dominion Partnership in Imperial Defense, 1870 - 1914. Baltimore-Maryland: The Johns Hopkins Press, 1965. 315 р.

6. Griffits P. Empire into Commonwealth. London: Benn, 1969. XI, 392 р.

7. Hancock W.K. Survey of British Commonwealth Affairs. Oxford, 1940. Vol. I. P. 44-45.

8. Jebb R. The Imperial Conference: a History and the Study. London, 1911. Vol. II. P. 59.

9. Keith A.B. War Government of the British Dominions. Oxford : At the Clarendon Press, 1921. 354 р.

10. MacLean G. R. The Imperial Federation Movement in Canada, 1884-1902. Durham, N.C.: Duke University, 1958. 413 р.

11. Minutes of Proceedings of the Colonial Conference, 1907. London : His Majesty’s Stationery Office, 1907. 622 р.

12. Paper, Laid before the Colonial Conference, 1907. London : His Majesty’s Stationery Office, 1907. IX, 591 р.

13. Papers Relating to a Conference between the Secretary of State for the Colonies and Prime Ministers of the Self-Governing Colonies; June to August, 1902. London : His Majesty’s Stationery Office, 1902. 155 р.

14. Penlington N. General Hutton and the Problem of Military 18. The Cambridge History of the British Empire/ed. by

Imperialism in Canada, 1898-1900/Imperial Relations in E. Benians, J. Butler, C. Carrington. Vol. 3. Cambridge :

the Age of Laurier. Toronto : University of Toronto Press, Cambridge University Press, 1959.

1969. P. 45-60. 19. The Globe (Toronto), October 24, 1902.

15. Politicians and Defense. Studies of Formulation of British Defense Policy, 1845-1970/ed. by I. Beckett and J. Gooch.

Manchester : Manchester University Press, 1981. XXII, 202 p.

16. Preston R. A. Canada and Imperial Defense: a Study of the Origins of the British Commonwealth’s Defense Organization, 1867-1919. Durham, N.C. : Duke University Press, 1967. 576 p.

17. Stanley F.G. Canada’s soldiers. 1604-1954. Toronto :

Macmillan Company, 1954. 401 p.