Свобода освобождения

В основном конкурсе открывающегося на этой неделе фестиваля российского кино "Кинотавр" состоится премьера нового фильма Бориса Хлебникова "Аритмия", снятого спустя пять лет после "Долгой счастливой жизни"

1 / 2

Фильмы Бориса Хлебникова во многом определили образ российского кинематографа 2000-х. В "Коктебеле" (2003), сделанном в соавторстве с Алексеем Попогребским, отец и сын путешествовали по России, которая чуть ли не впервые была показана страной, где живут обыкновенные люди, а не бандиты и менты, не символы и метафоры. "Свободное плавание" (2006) стал фильмом-манифестом нового режиссерского поколения, а Хлебникова заслуженно сравнивали с Джармушем и Каурисмяки. Картина рассказывала о взрослении в мире, который сломался, закрылся, как завод, куда хотел устроиться главный герой. Предоставленные сами себе люди не понимали, что происходит, а по краям мира уже собирались, мелькали какие-то недотыкомки. В "Сумасшедшей помощи" (2009) в сломанном мире сломались люди, а на местах разломов вырастало какое-то почти линчевское зло. Наконец, в "Долгой счастливой жизни" (2012) зло заполнило собой весь экран. Нулевые закончились.

Но Борис Хлебников — не Дэвид Линч, чтобы любоваться возникающим из воздуха злом, и не Андрей Звягинцев, которому натуралистические описания социального дракона нужны для того, чтобы представлять себя рыцарем. Пять лет после "Долгой счастливой жизни" он молчал и, как теперь ясно, искал нефальшивую интонацию для описания времени, в котором оказались его повзрослевшие герои.

"Аритмия", наверное, самый зрелый фильм не только Бориса Хлебникова, но и всего российского кинематографа 2010-х. Сценарий написан им в соавторстве с Натальей Мещаниновой, ученицей мастерской Марины Разбежкиной, сделавшей сериал "Школа" вместе с Валерией Гай Германикой и снявшей дебютный фильм "Комбинат "Надежда"". В обеих этих работах с помощью документальной оптики авторам удалось добиться новой для российского кино достоверности, говорить о важных вещах на адекватном этим вещам и своему времени языке. Но и "Школа", и "Комбинат "Надежда"" были фильмами о юности и ее ошибках. "Аритмия" — кино про взрослых людей. Главные герои фильма — врач скорой помощи Олег (Александр Яценко) и его жена Катя (Ирина Горбачева), врач приемного отделения (познакомились в институте). Им тридцать с небольшим, они живут в однокомнатной квартире панельного дома на окраине российского провинциального города. Почти в самом начале фильма Катя говорит Олегу, что хочет развестись. Он, кажется, не верит ей, но переселяется на матрас на кухню.

Половина действия происходит в их доме — комната, ванная и кухня с балконом. Очень точна операторская работа Алишера Хамидходжаева (лауреата Венецианского кинофестиваля за фильм "Бумажный солдат", работавшего с Сергеем Дворцевым, Николаем Хомерики, Василием Сигаревым, Валерией Гай Германикой), который жизненное пространство героев то сужает так, что им становится тесно, то вдруг расширяет, наполняя непонятно откуда взявшимся воздухом.

Собственно, главное, что происходит в фильме Хлебникова,— понимание того, что свобода и несвобода существуют не в линейной заданности, где есть "было" и "стало", а живут в каждом человеке одновременно. В людях проявляется то слабость, то сила, и никогда не понятно, что когда вылезет. А в мире нет никакого тотального зла, которому срочно нужно было бы вынести приговор. Даже главный отрицательный персонаж фильма, новый начальник службы скорой помощи (Максим Лагашкин), который в духе времени выступает за оптимизацию и для которого отчеты важнее людей, на самом деле никакое не зло, а так, дрянь человек, и все.

Отношения главных героев развиваются на фоне смешных и страшных случаев, с которыми ежедневно сталкивается бригада скорой помощи, написанных и снятых с чеховской точностью. В других фильмах Хлебникову, по его собственному признанию, не удавался второй план. В "Аритмии" же все собственно социальное кино работает именно на втором плане, где в эпизодах появляются врачи, пациенты, соседи. Каждый возникающий на экране персонаж — узнаваемый характер, который за минимально отведенное ему время создает и уносит с собой за кадр целый мир. А в кадре на первом плане существуют главные герои, между которыми происходит что-то очень важное. И здесь главным открытием становится актриса Ирина Горбачева, которая играет так, что зрителю все понятно, притом что герои совсем не умеют говорить друг с другом и объяснить ничего толком не в состоянии.

Когда-то давно, в середине нулевых, мечтой Бориса Хлебникова было снять кино без конфликта, экранизировать строчку "жили они долго и счастливо и умерли в один день". В "Аритмии" конфликтов множество, а на экране при этом — та самая "просто жизнь", где от каждого дня зависит, чего в мире будет больше: свободы или несвободы, любви или нелюбви. Точки невозврата, кроме смерти, не существует, а голубую чашку никогда не поздно склеить (Аркадий Гайдар — один из любимых писателей Хлебникова).

Новый фильм Хлебникова можно было бы сравнить с работами румынского режиссера Кристи Пую, в первую очередь со "Смертью господина Лазареску", где действие происходит в машине скорой помощи, и с прошлогодним его хитом "Сьераневада", где множество героев вместе с камерой хореографическим образом перемещаются в тесноте бухарестской квартиры. Но там, где Пую от достоверности героев и ситуаций переходит к художественным обобщениям, Хлебников продолжает упрямо всматриваться в своих героев.

В финале фильма скорая стоит в пробке, и фельдшер выбегает на дорогу, чтобы вручную освободить путь. Машины начинают постепенно, как бы нехотя перестраиваться в правый ряд, а скорая — медленно продвигаться вперед. Вот, кажется, машины расступились, затор закончился, и впереди — уже почти свободная полоса.