Культурологический комментарий во фразеологическом словаре

УДК 81’373

Т. Н. Федуленкова, Н. В. Поцелуева

Культурологический комментарий во фразеологическом словаре

В статье анализируется одно из новейших составляющих фразеологического словаря в истории лексикографии - культурологического комментария, показывающего, что ФЕ являются самым ярким культуроносным слоем языковых единиц.

The paper deals with analysis of one of the most recent innovations in the phraseological dictionary in the history of lexicography - culturological comment which shows that phraseological units is the brightest cultural-revealing layer among language units.

Ключевые слова: словарная статья, культурологический комментарий, образ фразеологизма, инновация.

Key words: dictionary entry, culturological comment, imagery of the phraseologism, innovation.

Всего несколько лет назад вышел в свет и почти сразу же стал библиографической редкостью «Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий» под редакцией В. Н. Телия [2]. Этот необычный, новаторский во многих отношениях труд, сразу привлек внимание не только языковедов, но и культурологов, социологов, историков, писателей, журналистов, а также преподавателей словесности.

Культурологический комментарий, который впервые в мировой практике вводится в формат словарной статьи, представляет собой самую инновационную часть данного словаря. Дело в том, что культурологический комментарий соотносит фразеологическую единицу со сферой культуры как особой знаковой системой и на основе этого соотнесения выявляет и описывает живущие в ФЕ смыслы, культурно релевантные для их значения и употребления. Важность такого комментария состоит в том, что он восстанавливает вертикальный контекст ФЕ [7, с. 134], оживляя фон окультуренного осознания мира человеком, и тем самым способствует прояснению мотивированности культурных смыслов в значении каждой конкретной ФЕ. Еще одна инновация данного словаря заключается в том, что в нем впервые разграничены три зоны культурологического комментария, а именно: этимологическая зона, страноведческая зона и собственно культурологическая зона.

Назначение этимологической зоны состоит в пояснении слов-компонентов или фразеологизмов в целом, непонятных по своей исходной внутренней форме для носителей современного русского языка (напр., строить куры кому-л., между Сциллой и Харибдой).

219

В страноведческой зоне разъясняется значение безэквивалентной лексики, входящей в состав фразеологизмов (напр., кисейная барышня, бить баклуши, разводить турусы на колесах), или значение сочетания в целом, содержание которого связано с деталями быта, традициями, событиями, имевшими место в истории России (напр., спустя рукава, Мамаево побоище, из грязи да в князи). Факт размытости границ между двумя этими зонами вызывает необходимость этимологического разъяснения безэквивалентной лексики, сохранившейся в составе лишь немногих фразеологических единиц. Компонент турусы, например, имеет следующее разъяснение: осадные башни из бревен, которые перекатывались на низких и толстых деревянных колесах. Такие башни применялись обычно татаро-монголами наряду со стенобитными орудиями и метательными машинами при осаде средневековых городов, окруженных толстыми деревянными или каменными стенами [ср. turres ambulatoriae ‘передвижные башни’ у древних римлян, а также франц. tour (букв. ‘башня’) - название сделанной в виде башни шахматной фигуры туры (ладьи)]. В русских летописях такие турусы упоминаются неоднократно. С турусов, подкатываемых под самые городские стены, в осажденных пускали тучи стрел, метали камни и зажигательные снаряды. На них были и окованные металлом бревна, которыми прошибали стены. Рассказы о таких передвижных осадных башнях, передаваемые из уст в уста, дополнялись невероятными подробностями и потому воспринимались как выдумки.

Зону собственно культурологического комментария составляет интерпретация (то есть истолкование фразеологической единицы в пространстве культуры, или её концептосфере), прослеживающая во фразеологических единицах линии отображённых в них смысловых связей по всем известным формам осознания мира человеком, описанным в работах культурологической направленности.

В собственно культурологическом комментарии словаря рассматриваются следующие вопросы:

1) соотнесенность образа фразеологической единицы в целом или отдельных ее компонентов с древнейшими пластами культуры: архети-пическими противопоставлениями; мифологическими представлениями об устройстве мира; конкретными текстами мифов; ритуалами (в том числе - их рефлексами - обычаями, обрядами, оберегами; с библейскими слоями культуры;

2) соотнесенность образа ФЕ в целом или отдельных ее компонентов с фольклорно-литературными источниками;

3) соотнесенность образа ФЕ в целом или отдельных ее компонентов с кодами культуры;

4) соотнесенность образа ФЕ в целом или отдельных ее компонентов с видами тропов;

5) соотнесенность образа ФЕ в целом или отдельных ее компонентов с языком культуры, т.е. указание на ту роль, которую выполняет образ ФЕ в целом или отдельные ее компоненты как знаки языка культуры;

6) типы текстов (дискурса), где зафиксировано, как типично или продуктивно функционирует ФЕ;

7) образные аналоги (эквиваленты, близкие по смыслу устойчивые выражения и т.п. в других языках.

На примере одного фразеологизма покажем, какую информацию может содержать зона культурологического комментария.

[КАК] НЕБО И ЗЕМЛЯ кто, что быть. Данный фразеологизм имеет значение ничего похожего и сопровождается следующим культурологическим комментарием:

(1а) Фразеол. восходит к древнейшим формам коллективнородового осознания и моделирования мира-хаоса и связан с архетипиче-ским (древнейшим в культурном освоении мира) противопоставлением «верх - низ». При делении космоса по вертикали на небо, землю и преисподнюю небо как верхняя зона связывается с «высшими силами», с богами и представляет сферу духа, а нижняя зона (земля), являясь материальной сферой, остаётся местом обитания людей и животных, пространством смертного человечества, под которым размещается подземный мир.

(1б) Образ фразеол. отображает также древнейшие мифологические представления о земле и небе как о божественной супружеской паре (небо связано с мужским, а земля с женским началом; ср. небо-отец, мать-земля), восходящие к мифу о Священном браке земли и неба, союз которых послужил началом творения мира и жизни во вселенной. Символами этого союза являются дождь, дающий жизнь растениям и животным, а также молния, от удара которой рождаются люди, отмеченные особыми дарованиями;

(2) ср. славянское предание о рождении волхвов [4, I, с. 466].

(3) Образ фразеол. через компоненты земля и небо соотносится с природно-ландшафтным кодом культуры, т. е. с совокупностью имён природных объектов и элементов ландшафта, которые выступают как источник осмысления человеком мира. Согласно древнейшим представлениям, земля является одной из основных стихий мироздания (наряду с водой, огнём и воздухом), представляет собой плоскую твердь, окружённую водой и накрытую сверху небесным куполом, и обладает многозначной символикой < ... >. Небо же является выпуклой крышей, твёрдым куполом, накрывающим землю и далеко «отстоящим» от неё в пространственном измерении. В связи с этим небо ассоциируется с абсолютной недоступностью и удалённостью, а также с величием и превосходством над всем земным, поскольку оно простёрто над земным миром, всё «видит» и символически связывается с непостижимостью и вечностью.

(4) Все эти представления проявляются в целостном восприятии образа фразеол. В основе образа лежит природная метафора, в которой различие, несходство между людьми, предметами, явлениями уподобляется явному противопоставлению «сущностей» неба и земли, их значительной отдалённости друг от друга в пространстве.

Фразеол. в целом выполняет роль эталона, т. е. меры непохожести, полной противоположности сравниваемых объектов.

(5) В народных религиозных представлениях различие между небом и землёй выражается также в том, что небо является воплощением абсолютной «духовности», наделяется нравственной чистотой и сакрально-стью и противопоставляется земному миру людей, предстающему как вместилище грехов и пороков. На небе царит вечная радость, весна и красота, в то время как на земле люди живут в трудах, заботах и страданиях.

(6) В Библии под словом небо понимаются, кроме атмосферы, тверди, т. н. небеса небес - невидимый, невещественный мир, где находится престол Божий и Бог «ходит... по небесному кругу» (Иов. 22: 14), куда возносится Христос после воскресения (Деян. 3: 21), где Дух Божий являет Свою всепроникающую силу от семи огненных светильников, горящих пред престолом Божьим (Ап. 4: 5). Кроме того, небо предстаёт как местопребывание ангелов всех чинов, а также «духов праведников, достигших совершенства» (Евр. 12: 23); оно описывается как имеющее свой град, свой храм, своих обитателей [1, с. 540].

Подобные представления о земле и небе характерны также для русских пословиц; напр.: Небо - терем божий; Небеса поведают славу господню; Небо - риза господня, небеса - престол его, земля - подножие [3, с. 368].

(7) В других европейских языках есть сходные образные выражения; напр., в англ.: to be as far apart as heaven from earth, во франц.: cela est éloigné comme le ciel et la terre.

Итак, в разделах культурологического комментария словаря читатель находит описание тех культурно-смысловых слоев, которые в явном или опосредованном виде выражены в образном основании фразеологических единиц, указание на их роль в этом образном содержании, а также на способность ФЕ выступать в функции знаков языка самой культуры [8, с. 86]. В этих разделах выделены: а) базовые для изучения культуры архетипические оппозиции, отображающие результаты жизни и опыта человека в мире («свет — «тьма», «небо» — «земля», «правый» — «левый», «свой» — «чужой», «верх» — «низ» и т.п.); б) базовые для культуры мифологические представления о мире, в том числе - отображённые в древнейших ритуалах, сложившиеся на основе анимизма, фетишизма и т.п.

В концептосфере культуры процедуры интерпретации выявляют культурные смыслы, которые либо воплощены во фразеологических единицах, либо достаточно прозрачно просматриваются через их образное основание и создают мотивацию значения ФЕ, осознаваемую для восприятия современного носителя языка, или же эта мотивация осознаётся носителями языка в хранилищах их культурной памяти, скрытой в глубинах подсознания. Эту явную или скрытую мотивацию выявляют те линии связи, которые прослеживаются между образным основанием фразеологизма и его значением.

Таким образом, в словаре определена та роль, которую фразеологизм в целом или отдельный его компонент выполняет в концептосфере культуры как её знак - символ, эталон или стереотип. Кроме того, в словаре по возможности даны образные аналоги в других языках (как базарная баба - англ. market woman, apple-wife, to talk Billingsgate; спать без задних ног - англ. to sleep like a dog; взять в свои руки - англ. to take in hand, швед. att ta ngt i sin hand).

Несомненна актуальность словаря, которая состоит в том, что его авторы не только сформулировали, но и мастерски использовали в лексикографической практике идею о том, что именно культурная память образа, мотивирующего значение фразеологической единицы, служит той нишей, в которой культура живет в ФЕ как языковых знаках, создавая предпосылки для непрестанного взаимодействия в них двух разных знаковых систем - языка и культуры, которые не обнаруживают непосредственной связи между собой.

Создателям словаря удалось заставить работать идею о том, что «благодаря живодействующей ассоциации между образом, лежащим в основе фразеологизма, и языковым его значением, с одной стороны, а с другой - с его «культурной семантикой» < ... >, фразеологизмы способны выступать в роли материально-идеальной «оболочки» для знаков «языка» культуры» [5, с. 782]. Поэтому авторы словаря убедительно продемонстрировали небезосновательность сложившегося в языкознании общепринятого мнения о том, что ФЕ являются самым ярким культуроносным слоем языковых единиц [6, с. 87], что именно ФЕ - есть соль языка [9, с. 73].

Подводя итоги, подчеркнем, что «Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий» - это инновационный словарь-справочник, дающий в лексикографическом формате объемное представление о взаимодействии языка и культуры. Это нововведение является, на наш взгляд, самым большим достоинством данного словаря, аналога которому в современной мировой лексикографической практике нет.

Список литературы

1. Библейская энциклопедия. - М., 2001.

2. Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / отв. ред. В. Н. Телия. - 2-е изд., стер. - М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2006.

3. Даль В. И. Пословицы и поговорки русского народа. - М., 2001.

4. Мифы народов мира. Энциклопедия: в 2 т. - М., 1997.

5. Телия В. Н. Послесловие. Замысел, цели и задачи фразеологического словаря нового типа // Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / отв. ред. В. Н. Телия. - 2-е изд., стер. - М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2006. - С. 776-782.

6. Федуленкова Т. Н. Генетический прототип - основа национальнокультурной специфики фразеологических единиц // Россия и Запад: диалог культур: Материалы 3-й междунар. конф. - М.: Моск. гос. ун-т, 1997. - Вып. 4. -С. 81-88.

7. Федуленкова Т. Н. Вертикальный контекст как форма существования социокультурной информации // Культурно-языковые контакты: Материалы зональной межвуз. конф. - Владивосток: Дальневосточ. гос. ун-т, 1999. - С. 134-145.

8. Potseluyeva N. English History in Etymology of Phraseological Units // Collocations and Idioms 1: The First Nordic Conference on Syntactic Freezes. - University of Joensuu, 2006. - P. 86.

9. Fedulenkova T. Idioms as an Effective Means in Intercultural Approach // Approaches to Teaching English in an Intercultural Context / Meta Grosman (ed.). - Ljubljana: University of Ljubljana, Faculty of Arts, 1997. - P. 67-74.