«Территориальная индивидуальность» и «Символический портрет» территории в контексте процессов глокализации

ISSN 1997-0803 ♦ Вестник МГУКИ ♦ 2013 ♦ 6 (56) ноябрь-декабрь ^

Те

«&/ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ» И «СИМВОЛИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ» ТЕРРИТОРИИ В КОНТЕКСТЕ ПРОЦЕССОВ ГЛОКАЛИЗАЦИИ

УДК 008:304.4

Е. И. Стрелкова

Московский государственный университет культуры и искусств

В данной статье рассматривается «территориальная индивидуальность» с точки зрения культурно-символических ресурсов. Автор вводит понятие «символический портрет» территории и анализирует его структурное содержание, а также практическую значимость для формирования и продвижения во внешнюю среду территориальной индивидуальности.

Ключевые слова: символ, символическая система, культурно-символическое пространство, идентичность, символический портрет, территориальная индивидуальность.

E. I. Strelkova

Moscow State University of Culture and Arts

"TERRITORIAL INDIVIDUALITY" AND "SYMBOLIC PORTRAIT" TERRITORIES IN A CONTEXT OF PROCESS OF A GLOCALIZATION

In this paper a «Territorial individuality» is considered from a perspective of cultural-symbolic resources. Author introduces notion of "symbolic portrait" for territory, analyses its structural content and practical value for formation and advance of territorial identity into external environment.

Keywords: symbol, symbolic system, cultural-symbolic space, identity, symbolic portrait, territorial identity.

Культурологи, философы различных школ, антропологи по-разному трактуют значение и происхождение понятия «символ», однако в работах многих учёных признается, что символ является неотъемлемой частью социокультурной среды.

Наибольший интерес для нашей работы представляет символическая концепция культуры в интерпретации К. Гирца. В трактовке Гирца культура — это «стратифицированная иерархия значимых структур; она состоит из действий, символов и знаков. <...> Понятие культуры по сущест-

ву является семиотическим. Признавая вместе с Максом Вебером, что человек является существом, обвешанным паутиной значений, которую он сам сплёл, я рассматриваю культуру как эту паутину, и анализ её, поэтому, должен осуществляться не экспериментальной наукой, исследующей общие закономерности, а методом интерпретации исследуемых значений» [2, с. 5]. Следуя данной трактовке автором понятия культуры как системы символов и связующего их контекста, мы имеем возможность говорить о неоспоримо высокой значимости символа

76

1997-0803 ВЕСТНИК МГУКИ 6 (56) ноябрь-декабрь 2013 76-79

в культуре вообще и в этнической культуре в частности.

Каждый этнос или субэтнос существует в своей определённой символической системе — наборе типичных символов, правил их взаимодействия и трактовки. Структурно-семиотический подход к анализу символических систем различных этнических групп является ключом к пониманию особенностей местной идентичности, которая, как правило, существует в пределах целостного социокультурного образования [4, с. 3—4].

Исследование культурно-символического потенциала региона необходимо, прежде всего, для понимания особенностей культуры в пространстве того или иного социума в ситуации как глобальных, так и локальных цивилизационных изменений.

В последнее время термин «глокализа-ция» получил довольно широкое распространение в научной среде, однако в рамках данной статьи мы предлагаем придерживаться трактовки, которую даёт в своём исследовании Е. М. Травина [8]. Исследование локальных территорий в рамках процессов глокализации является одной из ключевых на данный момент тенденций в социологии, культурологии, социокультурном проектировании.

Говоря о социокультурных процессах, происходящих в рамках определённого территориального образования, мы сталкиваемся с необходимостью рассмотрения проблем местной идентичности через понятие «глокализация». Е. В. Дзякович пишет, что «наряду с процессами глобализации, налицо и обратная тенденция — тенденция к созданию локальных информационных пространств, ограниченных социальными и/или территориальными факторами пространства. Соединение этих тенденций привело к возникновению представлений о процессах глокализации, происходящих в социуме» [3, с. 86]. Данные процессы в рамках изучения социокультурной среды территориального образования приводят нас к необходимости изучения локальной, «этнокультурной» идентичности.

Исследователи отмечают, что в условиях современной реальности, оказавшись в многогранном пространстве, состоящем из множества социальных и культурных полей, границы которых размываются процессами глобализации, человек, с одной стороны, становится носителем одновременно нескольких идентичностей, «гражданином мира», а с другой — проявляет все большее стремление к самоопределению, сохранению некоей этнокультурной идентичности. Как пишет И. В. Малыгина, «за термином "этнокультурная идентичность" стоит не столько логически строгое понятие, сколько концепт, отражающий феномен, нереду-цируемый к строго логической форме, но имеющий сложное социально-психологическое содержание и глубокие культурно-исторические корни» [5, с. 6]. Определённое таким образом понятие «этнокультурная идентичность» подтверждает наши рассуждения о сложной структуре культурно-символического пространства региона, анализ которой следует проводить, разделяя на «пласты» — концепты.

Современные территориальные образования, по мнению И. Митина, представляют собой симбиоз нескольких из семи типов символических пространств: научного, религиозного, политического, культурного, мифологического, памятного и делового, которые образуют «палимпсест места». Палимпсестом места И. И. Митин предлагает называть множественность пластов, интерпретируемых посредством «постоянного наделения тех или иных элементов места новыми смыслами и значениями (семиозис)» [6, с. 353—355]. Автор предлагает «мифогео-графический» подход к изучению территориальных культурных систем, состоящих из элементов культуры, интегрированных друг с другом через территорию. При этом данный подход позволяет нам рассматривать как реальные географические объекты, так и представления о них в культуре того или иного социума.

Понятие «палимпсеста места» интересно нам, прежде всего, тем, что позволяет гово-

ISSN 1997-0803 ♦ Вестник МГУКИ ♦ 2013 ♦ 6 (56) ноябрь-декабрь ^

рить о неразрывности и постоянном взаимодействии нескольких пластов в культурно-символическом пространстве той или иной территории, которые влияют на формирование местной идентичности.

Таким образом, на наш взгляд, имеет смысл говорить о некоем «символическом портрете» территории, который представляет собой совокупность культурных, исторических, религиозных и других символов, являющихся устойчивыми и узнаваемыми для конкретного географического места, которые в совокупности делают данное территориальное образование уникальным, формируют так называемый бренд территории.

Основой для формирования имиджа, бренда и репутации города является территориальная индивидуальность [1], которая включает в себя официальные характеристики территории (географическое положение, место на политической карте, официальное название и символику — герб, флаг, отличительные цвета и др.). Также важной составляющей территориальной индивидуальности является совокупность особенностей и ресурсов: природных, демографических, исторических, социальных и культурных особенностей, экономических характеристик, информационных ресурсов и т.п.

Необходимо отметить следующие специфические факторы, влияющие на формирование территориальной индивидуальности региона [7, с. 74]:

• географическое положение и глобальная геополитическая роль территории;

• природно-ресурсный потенциал территории; этнокультурные особенности территории; текущая визуальная политика и символика территории (геральдика).

Символический портрет (или, как ещё его молено назвать, бренд) территории, таким образом, должен строиться на основе устойчивых и узнаваемых для данной территории знаково-символических объектов: геральдических символов территории; знаковых исторических личностей; уникальных памятников культуры и архитектуры; кор-

поративных и товарных брендов (градообразующих предприятий, например, или традиционных для данной территории продуктов); социальных организаций (вузов, театров, библиотек); шоу-брендов (парков, кино, ресторанов, торговых центров); знаковых событий (выставок, семинаров, конференций, салонов, саммитов, олимпиад, конкурсов, чемпионатов) [1].

Фактически, символический портрет представляет собой набор культурных концептов, существующих в сознании носителей местной идентичности, а также «нерезидентов», получающих представление о регионе, относительно конкретного территориального образования. Таким образом, символический портрет служит не только и не столько самоопределению этнической группы, но и позволяет проецировать образ региона на внешнюю аудиторию.

Валено понимать, что любые компоненты символического портрета доллены основываться на уже существующих, быть может, часто забытых представлениях о регионе, то есть оставаться в рамках культурно-исторического контекста. В противном случае, он будет восприниматься населением региона как нечто искусственное, чулсдое.

Символический портрет региона доллсен быть адекватным, реалистичным, целостным и — одновременно — отличным от других, близких к нему образов.

Например, на фоне борьбы городов за лидерство и статус, ярким примером успешного брендирования территории на основе сложившегося «символического портрета» является Урюпинск — пожалуй, один из самых известных сегодня в России районных центров, географически относящийся к Волгоградской области и являющийся одновременно с этим одним из городов территориального образования Прихопе-рье. Пока более крупные города пытаются приблизиться к «столичности», Урюпинск уже более десяти лет остаётся в выигрыше, активно подчёркивая свою провинциальность. Бренд-проект «Урюпинск — столица российской глубинки» был разработан

в 2000 году и успешно работает по настоящее время.

Регион находится на пересечении требований различных целевых групп (туристов, уже имеющихся предприятий, населения, стремящихся к размещению в регионе новых предприятий). Общее внутреннее самосознание жителей служит при этом базой для достоверного внешнего выступления региона.

Здесь было бы уместно обратиться к концепции символического интеракционизма, который опирается на анализ символических аспектов социального взаимодействия субъектов, на описание, приближенное к этнографическому, а также на включённое наблюдение. Предполагается, что исследователь включается в некий культурно-социальных контекст, на основе которого уже интерпретирует поведение субъектов в рамках определённой территории и символического пространства. На основе таких на-

блюдений исследователь может составить цепочку символов и их значений — так называемый портрет социального мира.

В символических портретах, прежде всего, должны фиксироваться основные практики, организующие эти миры, и сопровождающие их символические структуры (идеологии, интерпретации, объяснения). Адекватность этих портретов должна проверяться не путём применения к ним стандартных методологических процедур, а путём консультаций с самими заинтересованными субъектами, а также в ходе культур-философского анализа.

Анализ культурно-символического пространства позволяет нам не только выявить наличие и особенности местной идентичности, составить символический портрет территории, но и осуществить социокультурное проектирование, прикладную значимость которого сложно недооценить в современных реалиях развития регионов.

Примечания

1. Важенина И. Имидж, бренд и репутация города [Электронный ресурс] : [веб-сайт]. Режим доступа: http://www.advertology.ru/article47690.htm

2. Гирц К. Интерпретация культур. Москва : РОССПЭН, 2004. 560 с.

3. Дзякович Е. В. Трансформации локальных идентичностей в социокультурном пространстве современных российских регионов. Москва : Лабиринт, 2010. 220 с.

4. Дзякович Е. В., Стрелкова Е. И. Малые бренды российской глубинки. Прихоперье: метаморфозы местной идентичности. Москва : Лабиринт, 2009. 122 с.

5. Малыгина И. В. В лабиринтах самоопределения: опыт рефлексии на тему этнокультурной идентичности : монография. Москва : МГУКИ, 2005. 282 с.

6. Митин И. И. Палимпсест, место как палимпсест [Материалы к словарю гуманитарной географии] // гуманитарная география: научный и культурно-просветительский альманах. Вып. 2 / отв. ред. и сост. Н. Замятин. Москва : институт Наследия, 2005. С. 351—353.

7. Сачук Т. В. Территориальный маркетинг : учебное пособие. Санкт-Петербург : Питер, 2009. 368 с.

8. травина Е. М. Этнокультурные и конфессиональные конфликты в современном мире. санкт-Петербург : Изд-во С.-Петерб.ун-та, 2007. 256 с.