Истоки формирования просветительских и педагогических взглядов Екатерины II

УДК 37.032

М.П. Стародубцев Санкт-Петербургский университет МВД России

ИСТОКИ ФОРМИРОВАНИЯ ПРОСВЕТИТЕЛЬСКИХ И ПЕДАГОГИЧЕСКИХ

ВЗГЛЯДОВ ЕКАТЕРИНЫ II

В статье освещены истоки образованности и просвещенности императрицы Екатерины II. Отмечено, что домашнее воспитание и образование сформировали базовые характеристики личности императрицы, однако главными источниками стали жизненный опыт и самообразование, которым она занималась всю жизнь.

Душу и разум императрицы развило чтение «умных книг». Ее наставником стал великий просветитель Вольтер, он и определил ее стремление к идеалу просвещенного правителя. Вышеизложенные факторы повлияли на просветительские и педагогические взгляды Екатерины II на определенном этапе истории России.

Ключевые слова: становление личности, самообразование, наставники, познание, формирование, уровень знаний.

Коренным вопросом педагогики всегда была проблема цели воспитания. В прямой зависимости от нее находятся все остальные проблемы общественного и семейного воспитания.

Екатерина II внимательно изучала опыт организации образования в ведущих странах Западной Европы и важнейшие педагогические идеи своего времени. Например, в России XVIII в. были хорошо известны труды Яна Амоса Коменского, Фенелона, «Мысли о воспитании» Локка. Отсюда новая формулировка задач школы: не только учить, но и воспитывать. За основу брался гуманитарный идеал, зародившийся в эпоху Возрождения: он исходил «из уважения к правам и свободе личности» и устранял «из педагогики все, что носит характер насилия или принуждения» (П.Н. Милюков). С другой стороны, воспитательная концепция Екатерины требовала максимальной изоляции детей от семьи и передачи их в руки учителя. Впрочем, уже в 80-х гг. центр внимания был снова перенесен с воспитания на обучение.

Для исследования историко-культурных условий формирования педагогических взглядов Екатерины II необходимо рассмотреть основные факторы, способствовавшие ее личностному становлению в контексте важнейших ценностей и приоритетов эпохи.

По определению С.Л. Рубинштейна, «личностью... является человек, у которого есть свои позиции, свое ярко выраженное сознательное отношение к жизни, мировоззрение» [1]. Процесс же становления личности следует рассматривать, с одной стороны, как внешние воздействия социальной среды и воспитателей, а с другой - как процесс выработки личностью мировоззренческих взглядов в результате самостоятельной умственной и духовной работы.

Для анализа процесса становления личности Екатерины II были использованы исследования, посвященные различным аспектам данной проблемы: работы биографов (В.А. Бильбасов, А.Г. Брикнер, Я.К. Грот, А.П. Сумароков, Н.И. Павленко); труды, посвященные анализу переписки и мемуаров императрицы (М. Антоновский, Я.К. Грот, О.И. Елисеева, П.П. Пекарский и др.). Исследовались также работы непосредственно Екатерины II, в которых прослеживаются отдельные факторы.

Анализ источников позволяет установить, что становление личности молодой Екатерины шло под влиянием семейного воспитания и домашнего обучения, процесса непрерывного самообразования, а также под воздействием определенных социокультурных условий жизни в Европе и впоследствии в России, важнейшими из которых были просветительские идеи, ставшие основой ее мировоззрения.

Какой-либо существенной информации о детских годах принцессы имеется очень мало. После воцарения Екатерины II в России дополнительные сведения об этом периоде ее жизни многие стремились получить лично от нее. По свидетельствам современников, она довольно

неохотно удовлетворяла подобное любопытство. «Во всем этом я не вижу решительно ничего интересного», - говорила императрица [2].

Первоначальное влияние на формирующуюся личность будущей императрицы оказала семья. Ее «родовое гнездо» - княжество Анхальт-Цербст - было расположено в среднем течении Эльбы, между Пруссией и Саксонией, и являлось вассальным по отношению к Пруссии государством.

Девочка получила имя София-Фредерика-Августа, принцесса Цербстская (это полное «родовое» имя, а в семье Софию называли уменьшительным именем Фикхен, или более ласково - Фике). Это имя утвердилось и в историко-биографической литературе. В дальнейшем, чтобы избежать путаницы, мы будем употреблять имя Фике в отношении будущей Екатерины II вплоть до времени ее крещения православным именем.

Все историки, говоря о происхождении Екатерины II, сходятся во мнении, что это был «захудалый княжеский род», который почти за двести лет своего существования не произвел на свет ничего выдающегося и замечательного. История сохранила память только о той цербстской принцессе, которая впоследствии станет русской императрицей [3].

Анализируя воспоминания и исследования биографов Екатерины II, можно предположить, что с самого рождения девочка не получала достаточной родительской любви и ласки, так как родители, особенно мать, ожидали сына-наследника и не были рады рождению девочки, а с появлением братьев юная принцесса еще более испытывала недостаток родительского внимания.

Принцесса Фике с малых лет отличалась твердостью характера, упорством и смелостью. Существуют различные факты, говорящие о проявлении этих черт характера. Например, в воспоминаниях современников и мемуарах Екатерины II встречаются рассказы о том, как юная Фике озорничала, верховодила в играх [3]. В своих воспоминаниях Екатерина II также замечает, что с детства не любила ложь: «Самым унизительным положением мне всегда казалось быть обманутой: быв ребенком я горько плакала, когда меня обманывали, а между тем я поспешно исполняла все, что от меня требовали, и даже не нравившееся мне, когда мне объясняли причину». Из этого признания видно, как рано в будущей Екатерине II развилось чувство собственного достоинства и гордость. Последнее качество, видимо, было даже несколько гипертрофированным. На основе воспоминаний современников историк В.А. Бильбасов заключает, что Фике «...воспитывала мать, державшая ее весьма строго и не позволявшая ей ни малейшего проявления гордости, к чему девочка была довольно склонна. В частности, в воспитательных целях заставляла ее целовать платье у знатных дам, посещавших их дом» [4]. Она считала, что девочка растет гордячкой и смутьянкой и из-за этого никогда ничего не будет бояться. По мнению же матери, в ребенке необходимо было воспитывать страх и покорность. Аналогичными были на этот счет и господствовавшие тогда в Европе традиционные представления о женском воспитании.

Недостатки родительского влияния на формирование личности принцессы Фике в значительной мере восполнялись француженкой-гувернанткой. Во второй четверти XVIII в. во многих зажиточных домах Германии, не говоря о княжеских дворцах, считалось необходимым, независимо от ранга и имущественного положения, чтобы младшее поколение приучалось к поведению, принятому при ведущих европейских дворах. Поэтому воспитание детей чаще всего поручалось французским эмигрантам-гугенотам, покинувшим родину после отмены Нантского эдикта о веротерпимости.

Несмотря на бедность, в деле первоначального воспитания юной Фике семья старалась держаться на уровне своего ранга. Для этого были привлечены различные наставники и учителя, преимущественно из Франции. Помимо гувернантки Элизабет Кардель, для обучения принцессы были наняты придворный проповедник Перар, учитель чистописания Лоран и, вероятно, учитель танцев, имя которого не установлено. Среди учителей принцессы было только три немца: преподаватель немецкого языка Вагнер, лютеранский законоучитель пастор Дове и учитель музыки Беллиг [5]. Позднее Екатерина не раз вспоминала всех своих

учителей с благодарностью, но не упускала случая отметить, что их таланты были далеко не равнозначными. Так, в одном из писем к Гримму она писала: «Я вовсе не нападаю на г-на Вагнера, но глубоко убеждена, что он был глупец, а г-жа Кардель была девица с большим умом» [2]. Здесь, по-видимому, сказались профранцузские симпатии Екатерины II (под французским в противовес немецкому мы здесь понимаем различие между свободным духом и филистерством).

Были ли еще учителя у цербстской принцессы, и какие именно - неизвестно. Для того времени, однако, и перечисленных было более чем достаточно. Во многом сходным в этом смысле был и характер образования девушек-дворянок в России. Княгиня Е.Р. Дашкова вспоминала: «Мы учились четырем языкам: по-французски говорили бегло... давались нам уроки итальянского языка, кроме того, учились по-немецки, а г-н Бекетов занимался с нами по-русски, впрочем, тогда только, когда мы удостаивали его своим вниманием. В танцах мы сделали большие успехи и несколько умели рисовать... При таком модном внешнем образовании кто бы мог усомниться в совершенстве нашего воспитания? Но что было сделано для того, чтобы облагородить сердце и развить наш ум? Решительно ничего». Это признание одной из самых образованных женщин России XVIII столетия, впоследствии президента двух академий, говорит о многом.

В начале 1744 г. принцесса Анхальт-Цербстская отправляется в Россию по приглашению императрицы Елизаветы Петровны. Ей предстояло стать невестой наследника престола, будущего русского императора Петра III. В то время Фике было неполных 15 лет. На этом заканчивается ее пребывание в родительском доме, а значит, и первоначальное домашнее образование. Каков же был его итог? Сама Екатерина впоследствии, признавая недостатки своего домашнего образования, отмечала: «Что же делать - г-жа Кардель более этого меня не выучила. Она была старосветская француженка и образовала меня достаточно, чтобы быть в замужестве за кем-нибудь из наших соседей» [3]. И все же, учитывая диапазон интересов гувернантки, отмечая взаимную привязанность между воспитанницей и воспитательницей, с уверенностью можно сказать, что некоторый дух свободомыслия, гуманистическая направленность, идея общественного прогресса, вера во всесилие разума, неприятие обскурантизма глубоко проникли в сознание девушки. Иначе немыслимо представить, чтобы в провинциальной Германии маленькая принцесса могла вести дискуссию со своим духовным отцом-пастором о том, почему должны гореть в адском пламени гении античности только за то, что они родились до Христа и не могли знать о Его миссии [6]. И таких примеров было множество. Это дает основание утверждать, что уже домашнее воспитание и образование сформировали некоторые базовые характеристики личности будущей императрицы и в целом они опирались на просветительские ценности и приоритеты.

Таким образом, главным источником ранних педагогических взглядов будущей Екатерины явились ее наблюдения, жизненный опыт, а условием их развития - самообразование. Как и многие великие люди всех времен и народов, будущая российская императрица смогла стать таковой только благодаря самообразованию. Будучи дома, в кругу семьи и воспитателей, Фике приобрела очень важные навыки в деле самообразования. Раннее чтение, общение с учителями были принципиально значимы, так как они составили начальный этап самообразования будущей Екатерины II. Без этой «подготовки ума» она, по всей видимости, не смогла бы в будущем, путем неуклонной работы над собой, претерпеть значительную духовную эволюцию.

Успехи невесты наследника престола вызывали пристальный интерес в кругах столичного дворянства. В марте 1744 г. в «С.-Петербургских Ведомостях» было сообщено, что «...молодая принцесса показывает великую охоту к знанию русского языка и на изучение оного ежедневно по нескольку часов употреблять изволит» [5].

Сама Екатерина II, описывая в мемуарах один из дней первого года своего пребывания в России, отмечала, что большую часть времени она «употребляла, чтобы изучать русский язык и покупать книги» [7].

Обучение молодой принцессы продвигалось успешно. Уже через два месяца после начала занятий Фике понимала обращенную к ней русскую речь и сама составляла несложные предложения. А через год она получит похвалу Елизаветы за письма на русском языке, присланные императрице [7].

Из всего, что Екатерина II написала по-русски, видно, что она действительно усвоила дух языка. Историк О.И. Елисеева, изучившая личную переписку Екатерины II, которая велась на русском языке и никем не правилась, утверждает, что «императрица довольно хорошо писала и, видимо, говорила по-русски. Русский язык императрицы образен и богат меткими сравнениями...», идиоматическими оборотами, пословицами, поговорками, притчами. Однако ее орфография и грамматика не были идеальными. Впрочем, и родной немецкий язык не был достаточно глубоко и серьезно изучен ею. Таким образом, основы общей грамматики остались ей неизвестны. Поэтому стопроцентного знания и применения русского языка у нее все же не наблюдается. Впоследствии сама Екатерина II критически оценивала свои познания в области русского языка. Однажды, когда кто-то из иностранных послов удивился ее учености, она заметила, что в ней можно найти много пищи для критики, например, что она «поминутно делает ошибки в языке и правописании...» [8]. И все же, учитывая немецкое происхождение Екатерины II, можно утверждать, что уровень знания русского языка у нее был достаточно высоким.

В соответствии с поставленными Елизаветой Петровной задачами, более широкого образования невесте наследника престола она давать не хотела, а, возможно, и боялась, прекратив занятия принцессы с учителями сразу же после венчания последней. Вероятно, это было связано с недостаточно хорошим образованием Петра III, который никогда не любил и не хотел учиться, и Елизавета стремилась таким образом сгладить слишком большую разницу в уровне образования молодых супругов. Это предположение подтверждает и тот факт, что на просьбу Екатерины дать ей возможность продолжать заниматься дальше, Императрицей был дан такой ответ: «Полно, и так чересчур умна» [9].

28 июня 1744 г. состоялось крещение принцессы Фике. Она получила православное имя Екатерина Алексеевна (в честь матери императрицы Елизаветы). А 25 августа 1745 г. совершилось ее бракосочетание с Петром Федоровичем.

В период пребывания в России в качестве Великой княгини (1744-1762) работа над собой, стремление к приобретению новых знаний и умений получили дальнейшее развитие, стали жизненными принципами будущей императрицы. Ей была свойственна способность к рефлексии, к объективной оценке своих способностей. Она критически оценивала свой интеллектуальный багаж и понимала необходимость его увеличения и совершенствования. Немалую роль в этом играло честолюбие будущей российской императрицы. Вот одно из ее высказываний, свидетельствующих об этом: «Будучи девочкой, я говорила себе: чтобы быть чем-нибудь в этом мире, необходимо иметь качества, требуемые этим чем-нибудь; посмотрим же серьезно на наше маленькое внутреннее Я - имеем ли мы эти качества? Если не имеем - выработаем их».

Реализовывать постоянное стремление к самосовершенствованию в условиях отсутствия систематического образования, находясь в чужой стране, можно было только путем дальнейшего самообразования. Несомненно, правы А.Г. Брикнер и В.А. Бильбасов, считавшие, что «Екатерина II, в сущности, была обязана своим образованием самой себе: большим запасом сведений она обладала благодаря собственным, самостоятельным занятиям» [3].

Анализ источников позволяет утверждать, что образованность Екатерины носила в некотором роде энциклопедический характер, хотя объективности ради следует заметить, что ее знания отличались не столько глубиной и основательностью, сколько широтой и разнообразием. Отсюда - несколько эклектичный характер ее познаний.

Все историки, писавшие о Екатерине, отмечали, что она «всегда читала много и охотно». В период проживания в России до свадьбы с Петром Екатерина много и часто получала книги из библиотеки Академии наук. Какие это были книги, в точности неизвестно. Находит

подтверждение в источниках лишь информация о книгах, которые советовал прочесть Екатерине граф Генниг Гюлленборг, советник шведского короля, знакомый ей еще по Гамбургу. Встретившись с только что принявшей православие Екатериной, он еще раз подтвердил свое мнение о ней как об умной девушке и назвал ее «философом в пятнадцать лет». Но при этом проницательный дипломат напомнил ей о необходимости и дальше совершенствовать «душу и разум», занимаясь самовоспитанием и самообразованием. В тех условиях для этого существовал один путь - чтение. К этому он и призывал Екатерину, назвав и книги, с которых следовало начать. Это были «Жизнь замечательных людей» («Сравнительные жизнеописания») Плутарха, «Жизнь Цицерона» и «О причинах величия и падения Римской республики» Монтескье [4]. Екатерина очень ценила мнение Гюлленборга и следовала его советам: «Тотчас же я приказала отыскать эти книги, которые в то время в Петербурге с трудом можно было найти». И позднее, вспоминая о своих встречах с Гюлленборгом, Екатерина отмечала: «Я должна признать, что склад ума моего и души моей образовался и укрепился под его значительным влиянием» [10].

Таким образом, в России Екатерина вступает в новый этап своего самообразования, когда чтение, обогащающее познания и развивающее ее ум, становится насущной потребностью. Чтение во многом заменяло Екатерине общение, так как среди людей, которые ее окружали, достойных собеседников со сходными интересами у нее практически не было. «Спасение» было лишь в чтении. В своих мемуарах Екатерина упоминает о различных прочитанных ею в то время книгах. Среди них - «Записки» Брантома, «Жизнь Генриха IV» Перефикса, «Церковная история» Барония, «История Германии» отца Барра в восьми томах, сочинения Платона.

Особым уважением Екатерины пользовались произведения Вольтера. «В юности моей я хотела во всем следовать духу и писаниям Вольтера» [10], - отмечала позднее императрица. В течение всей жизни она читала, перечитывала и изучала все, что выходило из-под пера Вольтера. В 1778 г., получив известие о его смерти, Екатерина пишет Гримму: «Вольтер -мой учитель. Его произведения образовали мой ум, мою голову ...Когда я была моложе, я любила нравиться ему. Мне самой нравились только те мои деяния, которые были достойны быть сообщенными Вольтеру» [10].

Получаемые из книг знания трансформировались у Екатерины в мировоззренческие установки. Идеи Века Просвещения становились ее убеждениями. Об этом свидетельствуют и заметки, хронологически относящиеся к периоду до 1762 г., найденные в архиве Екатерины II. Эти заметки показывают, что убеждениями будущей императрицы становились новые ценности эпохи: свобода, ответственность власти перед народом, приоритет разума, благоденствия народа и государства, идеал просвещенного правителя, главенство законов над произволом и др.

Эти отрывочные заметки и содержавшиеся в них тезисы свидетельствовали о глубинных процессах, которые превращали умную, любознательную, талантливую девочку, «философа в 15 лет» в мудрую женщину, способную стать правительницей великого государства Российского, выдающимся реформатором.

Пройдя по традиционному для XVIII в. пути самообразования, к моменту вступления на престол Екатерина стала одной из самых образованных женщин Европы. Ее духовный и интеллектуальный облик сформировался в русле и под влиянием самых передовых идей своего времени. Одними из главных черт характера будущей российской императрицы были открытость, восприимчивость к новому, способность к адаптации передовых идей. Ее взгляды в большей степени соответствовали духу французского Просвещения, чем Просвещения немецкого. Будучи немкой, Екатерина не восприняла свойственный массовому провинциальному сознанию раздробленной Германии обскурантизм. В равной степени не повлиял на ее мировоззрение и глубоко философский и абстрактный немецкий эмпиризм. Ее мировоззренческой доминантой являлись скорее французский рационализм, материализм и прагматизм. Именно этот практицизм, а также то, что Екатерина поднялась над уровнем мелкой германской княжны, «сделав себя самоё», заставили ее отказаться от отцовских наставлений 1744 г.

практически по всем пунктам. Она «переросла» их узкие рамки и была готова к самому серьезному вмешательству в государственные дела Российской империи.

Екатериной были творчески усвоены и переосмыслены с учетом российской действительности европейские просветительские идеи. Трансформация и адаптация европейского опыта осуществлялись через посредство особенностей ее личности, еще не содержавшей, но предопределявшей ее будущие педагогические взгляды. Конкретно-исторические условия России XVIII в., образовательная и общекультурная ситуация российской действительности предваряли то, что Екатерина, трансформировав наиболее радикальные европейские идеи в насущные, жизненно необходимые и практически осуществимые для России, став императрицей, сосредоточила свое внимание на начальных шагах просветительства. В России Екатерина II пошла на компромисс между дворянской властью и «выращиванием» людей для будущего.

Таким образом, к моменту восшествия на престол (1762) Екатерина представляла собой сформировавшуюся личность с устойчивыми мировоззренческими взглядами. Образование, полученное ею, и самообразование стали основой, определившей содержание и характер ее просветительских и педагогических взглядов.

Период обучения и самообразования показал: на определенном этапе истории России Екатерина II, благодаря своей духовной эволюции, незаурядным личностным качествам смогла возглавить процесс распространения и внедрения идей Просвещения в России, стать оригинальным просветителем и «просвещенным монархом».

Библиографический список

1. Рубинштейн, С.Л. Основы общей психологии / С.Л. Рубинштейн. - М., 1989. - С. 241.

2. Сборник Императорского Русского Исторического Общества.- СПб., 1869. - Т. 23. - 656 с.

3. Брикнер, А.Г. История Екатерины Второй : В 3 т. / А.Г. Брикнер. - Т. 1. - М., 1996. - 256 с.

4. Бильбасов, В.А. Памяти Екатерины II / А.А. Бильбасов. - СПб., 1896. - 40 с.

5. Грот, Я.К. Заботы Екатерины II о народном образовании по ее письмам к Гримму / Я.К. Грот. - Спб., 1879. - 40 с.

6. Анисимов, Е. Женщины на российском престоле / Е. Анисимов. - СПб. : Норд, 1998. - 416 с.

7. Екатерина II. Избранные сочинения (Гражданское начальное учение). - СПБ., 1894. - 160 с. ; Сочинение императрицы Екатерины II / под ред В.Ф. Солнцева. - СПб. : Изд-во Е. Евдокимова, 1893. - Т. 1. - 330 с. ; Т. 2. - 331 с. ; Т.3. - 280 с.

8. Грибовский, A.M. Записки о Екатерине Великой / A.M. Грибовский. - М., 1864. - С. 43.

9. Бильбасов, В.А. Дидро в Петербурге / В.А. Бильбасов. - СПб., 1894. - С. 13.

10. Сумароков, А.П. Черты Екатерины II / А.П. Сумароков. - СПб., 1819. - 98 с.

M.P. Starodubtsev, Candidate of Pedagogical Sciences, Assistant Professor Ministry of Internal Affairs St. Petersburg university of Russia

THE ORIGINS OF THE FORMATION OF THE EDUCATIONAL AND PEDAGOGICAL VIEWS

OF CATHERINE II

The article highlights the sources of education and enlightenment of the Empress Catherine II. It is noted that home care and education have formed the basic characteristics of the person of the Empress, but the main source of views and experiences were self-education, which she practiced for life.

The soul is the mind of the Empress formed a reading of "smart books". Her mentor was the great educator Voltaire, he has formed its commitment to the ideal of an enlightened ruler. The above factors identified educational and pedagogical views of Catherine II at some point in history Russia.

Keywords: formation of personality, self-education, mentors, cognition, formation, the level of knowledge.

© Стародубцев М.П., 2013

Автор статьи - Михаил Павлович Стародубцев, кандидат педагогических наук, доцент, Санкт-Петербургский университет МВД России, e-mail: pfanmp@mail.ru.

Рецензент - О.Ю. Ефремов, доктор педагогических наук, профессор, Военная академия связи им. С.М. Буденного.