К вопросу об источниках судебного решения

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2009. № 3

Г.М. Минасян, старший преподаватель кафедры международного частного права и гражданского процесса ВГНА Минфина России, аспирантка кафедры гражданского процесса МГУ*

К ВОПРОСУ ОБ ИСТОЧНИКАХ СУДЕБНОГО РЕШЕНИЯ

В данной статье исследуются вопросы, которые касаются предмета и источников судебного решения. Предмет судебного решения — это материально-правовые отношения, истинность и бесспорность которых установлена судом. К источникам судебного решения следует отнести не только нормы права, применяемые судом в целях урегулирования материально-правовых отношений, но и судебную практику.

Ключевые слова: гражданский процессуальный кодекс; гражданское процессуальное право; судебная практика; решение; предложения.

The article examines questions, related to the subject and sources of judicial decision. The subject of judicial decision consists of legal relationships, truth and indisputability of which are established by court. Sources of judicial decision are not only legal propositions, used by court to settle legal relationships, but also judicial practice.

Keywords: code of civil procedure; law of civil procedure; judicial practice; decision; proposition.

Наука гражданского процессуального права одной из наиболее существенных проблем рассматривает содержание судебного решения как важнейшего средства защиты субъективных прав, которое определяется его предметом и источниками.

Предмет судебного решения — это материально-правовые отношения, истинность и бесспорность которых установлена судом. Иными словами, это отношения, которые в момент приема искового заявления и до принятия судом решения являются предполагаемыми и спорными и которые становятся истинными и бесспорными после вступления решения в законную силу1.

«Предмет судебного решения» следует рассматривать как самостоятельную научную категорию:

во-первых, предмет решения указывает на связь решения с иском, помогает уяснить, чем эта связь определяется и в чем конкретно проявляется (решение корреспондирует иску, а предмет иска определяет предмет решения; решение является ответом на иск, а предмет решения как бы поглощает предмет иска (исков), разрешенного судом);

во-вторых, характеристика предмета решения дает возможность установить юридическую природу решения как акта по принудительному применению норм права к действительно существующим отношениям;

* goar-lvitsa@mail.ru

1 См.: ЧечинаН.А. Норма права и судебное решение. Л., 1961. С. 30—31.

6 ВМУ, право, № 3 81

в-третьих, определение предмета решения помогает установить субъективные и объективные пределы законной силы судебного решения2.

Источник решения в широком смысле есть деятельность суда, осуществляемая в соответствии с нормами процессуального права и направленная на защиту нарушенных или оспариваемых субъективных гражданских прав путем применения норм материального права к конкретным общественным отношениям.

Источниками решения в узком смысле являются нормы права, примененные судом в целях урегулирования материально-правовых отношений. Эти нормы определяют содержание решения как правового акта, т.е. силу воздействия решения на общественные отношения. Следовательно, нормы права становятся источниками судебного решения в результате применения их судом к спорным общественным отношениям. Источниками решения могут быть как нормы материального, так и нормы процессуального права.

С понятием «источники судебного решения» связана необходимость ссылки в тексте решения суда на примененные для урегулирования спорных отношений нормы не только материального, но и процессуального права. Ссылку суда на источники решения можно назвать юридической квалификацией решения или юридической квалификацией исследованных отношений3.

Таким образом, к источникам судебного решения относятся те нормы материального права, которые касаются существа спора, и нормы процессуального права, которыми регулируется порядок и сроки рассмотрения и разрешения дела по существу и вынесения заключительного судебного акта.

Но являются ли нормы права единственной составляющей источника судебного решения? Этот вопрос возникает неслучайно, а в связи с потребностью оценить роль судебной практики в современной российской правовой системе, выработать критерии и параметры ее динамики, рассмотреть позиции ученых, исследовавших данное правовое явление.

Отсюда закономерна постановка такого вопроса: можно ли рассматривать постановления пленума Верховного суда Российской Федерации, Высшего арбитражного суда РФ и судебную практику как источники судебного решения?

Для ответа на поставленный вопрос необходимо изучить такое многогранное правовое явление, каким является судебная практика.

В одном из годовых отчетов федерального Верховного суда Германии было отмечено: «Никто из юристов не сомневается в том, что во все времена действующее право являло собой смесь законодательных норм и судейского права и что последнее, воплощаясь в судебных решениях, никогда полностью не совпадало с положениями законодательства. Об-

2 Там же. С. 37.

3 См.: ЧечинаН.А. Указ. соч. С. 38—41.

суждению подлежит лишь вопрос о границах судейского права, но не о его существовании»4.

Данный подход к судебной практике находит свой положительный отклик и в науке гражданского процессуального права РФ. Как отмечает И.В. Решетникова, в настоящее время в странах состязательной системы правосудия наблюдается тенденция возрастания роли закона, а в континентальной системе — роли судебного прецедента5. По мнению В.Ф. Яковлева6, в современном мире роль судебного прецедента, с одной стороны, меняется, а с другой — возрастает. В Европе, например в германской правовой системе, роль прецедентов возрастает: судьи теперь выступают не только в роли говорящего закона, но и в роли создателей права, т.е. они участвуют не в создании законов, а в создании и формировании того, что называется «правом». Это общая тенденция в мире. Отсюда повышается роль судов и значение их деятельности для формирования правовой системы.

Данная тенденция не могла не отразиться и на нашей правовой системе, относящейся к романо-германской правовой семье, в основе которой лежат принципы римского права. Между тем в юридической литературе нет единого мнения в определении понятия «судебная практика». Судебную практику отождествляют то с понятием «прецедент», то с постановлениями пленумов соответствующих высших судов, то с любым судебным решением вообще.

По мнению С.Н. Братуся и А.Б. Венгерова, судебная практика как итог судебной деятельности есть результат толкования норм права в процессе их применения судом при разрешении конкретных дел. Судебная практика представляет собой единство, во-первых, того вида судебной деятельности по применению правовых норм, который связан с выработкой правоположений на основе раскрытия смысла и содержания применяемых норм (в необходимых случаях — их конкретизации и детализации); и, во-вторых, специфического результата, итога этой деятельности самих правоположений. К судебной практике в таком случае следует относить и постановления Пленума Верховного суда РФ7.

Н.Д. Егоров понимает судебную практику как «многократное единообразное решение судами одной и той же категории дел»8. В.М. Жуйков рассматривает судебную практику по гражданским делам как «деятель-

4 Зеккер Ф.Ю. Общие основы частного права / Проблемы гражданского и предпринимательского права Германии. М., 2001. С. 26—27.

5 См.: Решетникова И.В. Доказательственное право в российском гражданском судопроизводстве: Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Екатеринбург, 1997. С. 26.

6 Цит. по: Добрачев Д. Роль судебной практики в современном арбитражном процессе // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. № 9.

7 См.: Братусь С.Н., Венгеров А.Б. Понятие, содержание и форма судебной практики. М., 1975. С. 16—17.

8 Гражданское право / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1996. Ч. 1. С. 36.

ность судов по применению законодательства при рассмотрении конкретных гражданских дел и как использование опыта и результатов этой деятельности»9.

В.Ю. Соловьев, обобщив позиции различных ученых по данному вопросу, пришел к следующему выводу. В узком смысле судебная практика рассматривается как результат деятельности судебных органов в виде устоявшейся линии по разрешению определенной категории дел. В более широком плане понятие «судебная практика» связывают не только непосредственно с судебной деятельностью, но и с эффективностью норм гражданского, уголовного, гражданско-процессуального, уголовно-процессуального законодательства10. Как отмечается в юридической литературе, на протяжении многих лет в теории права нерешенным является вопрос о соотношении правотворчества и правоприменения в деятельности судебных органов, в том числе открытым остается и вопрос о том, является ли судебная практика только областью правоприменения или же ей свойственны и правотворческие функции, вследствие чего она рассматривается как источник права?

В зависимости от ответа на поставленный вопрос можно выделить две позиции. Одни авторы считают судебную практику источником права и даже выдвигают предложения законодательно закрепить ее в качестве таковой. Другие же, не отрицая роли судебной практики в формировании законодательства, не рассматривают ее в качестве источника11.

Следует согласиться с мнением В.Ф. Яковлева, который отмечает, что прецеденты создаются всей судебной системой, но аранжировка идет в высших судах. И только после того, как эти правоположения «прошли обкатку» в высших судах, после того, как они становятся общеизвестными, общепризнанными и ими начинают руководствоваться, хотя они не являются обязательными, вот тогда только выработанные судебной практикой положения действительно становятся прецедентом, начинают выполнять регулирующую роль. Основными источниками таких прецедентов являются постановления пленумов Верховного суда и Высшего арбитражного суда РФ. Как отмечает автор, мы вступили на путь принятия совместных постановлений пленумов Верховного суда и Высшего арбитражного суда12.

Подводя итог оценки роли судебной практики в современной право -вой системе РФ, ее влияния на реализацию права на судебную защиту и институт подведомственности юридических дел, В.М. Жуйков пришел к следующим выводам:

9 Жуйков В.М. Предисловие // Роль судебной практики в правоприменительном процессе. Судебная практика по гражданским делам (1993—1996 гг.). М., 1997. С. 5.

10 См.: Соловьев В.Ю. Понятие судебной практики // Законодательство и экономика. 2002. № 12. С. 33.

11 См.: Загайнова С.К. Судебный прецедент: проблемы правоприменения. М., 2002. С. 67.

12 Там же. С. 68.

а) судебная практика является составной частью правовой системы РФ и играет в ней активную роль;

б) судебная практика, закрепленная в некоторых постановлениях Пленума Верховного суда РФ, является источником права;

в) судебная практика, выраженная в официально опубликованных постановлениях Верховного суда РФ по конкретным делам, фактически является источником права и учитывается при разрешении ими дел;

г) было бы правильным официально признать судебную практику Верховного суда РФ по конкретным делам источником права, придав решениям Верховного суда РФ, имеющим принципиально важное значение, силу прецедента и допустив право судов РФ ссылаться на них в своих решениях13.

В связи с вышесказанным возникает закономерный вопрос: кто в настоящее время формирует судебную практику? Только высшие суды или в этом процессе участвуют также и суды первой и второй инстанций?

Говоря о деятельности арбитражных судов, В.Ф. Яковлев отмечает, что в формировании судебной практики в той или иной мере принимают участие все судебные инстанции системы арбитражных судов РФ. Он указывает, что теперь повышается роль каждой из четырех судебных инстанций и каждая из них должна выполнять свою роль качественно и до конца, а вышестоящие инстанции не должны подменять нижестоящие. Вторая инстанция — это инстанция для устранения всех огрехов, допущенных по факту и по праву судом первой инстанции. Третья инстанция является завершающей, она должна уже полностью устранять юридические ошибки, допущенные судами. Деятельность Высшего арбитражного суда — это обеспечение единообразия судебной практики14.

Усиление роли судебной практики в арбитражном процессе нашло отражение и в новом Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации. Так, в п. 4 ст. 170 АПК РФ указано, что в мотивировочной части решения могут содержаться ссылки на постановления Пленума Высшего арбитражного суда РФ по вопросам судебной практики.

Влияние Конституционного суда РФ на формирование судебной практики обусловлено занимаемым им местом в системе органов судебной власти. О том, что данное Конституционным судом РФ конституционное толкование подлежащих применению норм является общеобязательным для судов, неоднократно подчеркивал Конституционный суд РФ в своих судебных актах15.

13 См.: Жуйков В.М. Судебная защита прав граждан и юридических лиц. М., 1997. С. 188—189.

14 См.: Яковлев В.Ф. О ходе реализации Федеральной целевой программы развития судебной системы России на 2002—2006 гг., об итогах работы в 2002 г. и новых задачах системы арбитражных судов // Вестн. Высшего арбитражного суда РФ. 2003. № 4. С. 16.

15 См.: Добрачев Д. Роль судебной практики в современном арбитражном процессе // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. N° 9.

6 *

85

Также следует отметить значение решений и постановлений Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Постановления Европейского суда по конкретным делам носят обязательный характер и должны исполняться государствами. При рассмотрении жалоб суд не только оценивает фактические обстоятельства конкретного дела, но и анализирует особенности законодательства и правоприменительной практики конкретной страны, ставшие причиной нарушения прав и свобод человека. По этой причине постановления суда имеют большое значение для совершенствования национальных правовых систем16.

Относительно того, являются ли решения Европейского суда по правам человека прецедентами, необходимо отметить следующее.

Рассматривая жалобы на нарушение прав и свобод, гарантированных Конвенцией и Протоколами к ней, Европейский суд руководствуется ранее вынесенными им решениями по аналогичным делам, однако не считает себя связанными этими решениями. Подобный подход отличается от английской доктрины прецедента, согласно которой, как справедливо указывает Л. Вильдхабер17, «каждый суд обязан применять к обстоятельствам рассматриваемого дела ratio decidendi (часть судебного решения, в котором обосновываются выводы суда) любого постановления, принятого вышестоящим судом», т. е. он связан своими собственными предыдущими решениями.

М.Н. Марченко считает, что решения ЕСПЧ являются прецедентами. По его мнению, решения Европейского суда как акты толкования, «не имеющие в своем содержании общих норм, по мере их накопления создают... определенную направляющую судебную практику по определенному пути, тенденцию, а также развивают и конкретизируют общие принципы, лежащие в основе постановлений суда»18. Ученый полагает, что в совокупности с принципами толкования, выработанными Европейским судом применительно к Конвенции и Протоколам к ней, это позволяет говорить об актах толкования суда.

Решения Европейского суда по правам человека в целом рассматриваются как прецеденты подавляющим большинством российских правоведов, в том числе В. А. Тумановым19, П. Лаптевым20 и др.

16 См.: Обзор решений Европейского суда по правам человека по российским жалобам. М., 2005. № 3.

17 Вильдхабер Л. Роль и значение прецедента в деятельности Европейского суда по правам человека // Право и политика. 2001. N° 8. С. 12.

18 Марченко М.Н. Юридическая природа и характер решений Европейского суда по правам человека // Государство и право. 2006. № 2. С. 12.

19 См.: Туманов В.А. Автономное толкование понятий в практике Европейского суда по правам человека // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 2003. № 5 (44). С. 78—81.

20 См.: Лаптев П. Роль постановлений Европейского суда для России // Отечественные записки. 2003. № 2 (11).

Все вышеизложенное позволяет сделать вывод, что судебная практика, находящая отражение в конкретных решениях, складывается из нескольких элементов.

1. При подготовке дела к судебному разбирательству судья определяет закон, которым следует руководствоваться при разрешении дела и установлении правоотношений сторон.

2. При принятии решения судом одним из вопросов является определение закона, который должен быть применен по конкретному гражданскому делу.

3. При вынесении судебного решения, согласно постановлению Пленума Верховного суда РФ от 19.12.2003 г. № 23 «О судебном решении», суд должен также учитывать постановления Конституционного суда РФ о толковании положений Конституции РФ, подлежащих применению в данном деле; постановления Пленума Верховного суда РФ, принятые на основании ст. 126 Конституции РФ и содержащие разъяснения вопросов, возникших в судебной практике при применении норм материального или процессуального права, подлежащих применению в данном деле; постановления Европейского суда по правам человека, в которых дано толкование положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подлежащих применению в данном деле.

Следует отметить, что хотя постановления Пленума Верховного суда РФ не являются законом и не создают новые правила поведения, а призваны раскрыть лишь содержание и суть уже существующих норм права, они имеют важное значение для судов при разрешении конкретного дела.

Кроме того, суды в своих решенииях должны учитывать указанные в названных актах положения, которые касаются судебной практики и на которые суд опирается при вынесении конкретного решения, и отражать это в виде ссылки на закон.

Таким образом, судебная практика, нашедшая закрепление в решениях и постановлениях Европейского суда по правам человека, а также в постановлениях Конституционного суда РФ, Пленума Верховного суда РФ, Высшего арбитражного суда РФ, наряду с законом становится той базой, тем «источником», откуда суд «черпает» все то, что делает его решение мотивированным, законным и обоснованным. Думается, целесообразно отразить такое положение в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 19.12.2003 г. «О судебном решении».

Обращаясь к поднятому в науке процессуального права вопросу о предмете и источнике судебного решения, приходим к выводу о том, что к источникам судебного решения следует отнести не только нормы права, применяемые судом в целях урегулирования исследуемых материально-правовых отношений (предмет судебного решения), но и судебную практику. Указанное продиктовано усилением роли судебной практики в целях правильного и единообразного применения законодательства — материального и процессуального права — всеми судами общей юрис-

дикции Российской Федерации. Об этом, в частности, свидетельствуют положения ст. 389 ГПК РФ, которые в научной среде оцениваются как «начало движения к официальному признанию судебного прецедента»21.

Такая оценка категории «источник решения суда» требует от судей знаний и умения применять выработанные судебной практикой подходы к разрешению конкретных материально-правовых споров с обязательной ссылкой на эти подходы в тексте решения.

21 Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации // Под ред. В.М. Жуйкова, М.К. Треушникова. М., 2007. С. 812.

Список литературы

1. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации // Собрание законодательства РФ. 2002. № 46. Ст. 4532.

2. Жуйков В.М. Предисловие // Роль судебной практики в правоприменительном процессе. Судебная практика по гражданским делам (1993—1996 гг.). М., 1997.

3. Загайнова С.К. Судебный прецедент: проблемы правоприменения. М., 2002.

4. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. М.К. Треушникова, В.М. Жуйкова. М., 2007.

5. Марченко М.Н. Юридическая природа и характер решений Европейского суда по правам человека // Государство и право. 2006. № 2.

6. Соловьев В.Ю. Понятие судебной практики // Законодательство и экономика. 2002. № 12.

7. Яковлев В.Ф. О ходе реализации Федеральной целевой программы развития судебной системы России на 2002—2006 гг., об итогах работы в 2002 г. и новых задачах системы арбитражных судов // Вестн. Высшего арбитражного суда РФ. 2003. № 4.

Поступила в редакцию 10.03.09