Собственность защитили от ареста

Конституционный суд (КС) решил, что арест имущества в рамках уголовных дел должен быть ограничен правилами о защите собственности. В частности, нельзя арестовывать имущество, заложенное по долгам фигурантов уголовных дел, а также имущество компаний, находящихся в процессе банкротства. Эксперты отмечают, что аресты имущества в рамках уголовных дел нередко использовались как инструмент в бизнес-конфликтах, а теперь возможности следователей будут ограничены.

Вчера КС вынес постановление по делу о конституционности положений Уголовно-процессуального кодекса (УПК), позволяющих арестовывать имущество лиц, не являющихся подозреваемыми или обвиняемыми. Арест призван обеспечить исполнение приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, а ч. 3 ст. 115 УПК позволяет арестовывать имущество, полученное в результате преступных действий, даже если оно находится у других лиц.

Слушания по делу прошли 15 декабря прошлого года. КС объединил сразу три дела, касающиеся разных положений ст. 115 УПК. Одну из жалоб подала мать объявленного в розыск екатеринбургского бизнесмена Владислава Костарева — Людмила Костарева. Ее недвижимость была арестована как имущество, приобретенное на средства, полученные преступным путем и используемые для финансирования организованной группы. Заявительница считает, что затянувшийся арест лишил ее имущества на неопределенный срок. Для таких ситуаций, решил КС, необходимо внести изменения в законодательство (подробнее см. справку).

Недвижимость ЗАО "Недвижимость-М" была заложена по кредитному договору между банком "Левобережный" и ООО "Стиф-Инвест", под предлогом заключения которого неустановленные мошенники похитили у банка 70 млн руб. Арест имущества в рамках уголовного дела сохранился даже после того, как арбитражный суд признал недействительным договор об ипотеке, заключенный между компанией "Недвижимость-М" и банком. Вчера КС постановил, что арестовывать можно имущество лишь тех, кто по закону несет за действия подозреваемого или обвиняемого материальную ответственность, вытекающую из причинения вреда. Если же ответственность вытекает из договора, в частности договора об ипотеке, то такой спор можно разрешить только в рамках гражданского процесса, поскольку суд должен будет проверить действительность такого договора. Судья-докладчик по делу Геннадий Жилин, комментируя решение КС, сообщил, что в этой ситуации "КС ограничился конституционно-правовым истолкованием нормы, указав, что она не предполагает ограничения права собственности, поскольку ответственность по договору не имеет отношения к уголовному преследованию".

Другой конфликт гражданского и уголовного процессов проявился в сфере банкротства. Конкурсный управляющий ООО "Соломатинское хлебоприемное предприятие", в отношении которого еще в 2007 году было открыто конкурсное производство, не смог продать имущество и расплатиться с кредиторами. Имущество компании-банкрота оказалось арестовано в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении директора предприятия по подозрению в хищении зерна. Арест был наложен в пользу гражданских истцов в уголовном деле, являющихся кредиторами предприятия. Кредиторы, по словам экспертов, нередко используют арест имущества в рамках уголовного дела, пытаясь получить преимущества при удовлетворении своих требований.

В ходе слушаний в КС Высший арбитражный суд (ВАС) выступил с заключением о недопустимости ареста, препятствующего проведению конкурсного производства. В заключении ВАС подчеркивалось, что необходимо учитывать интересы не только потерпевшего в уголовном деле, но и других кредиторов компании-банкрота. По мнению ВАС, все требования, касающиеся имущества компании-должника, должны рассматриваться в рамках дела о банкротстве, что позволит соблюдать очередность удовлетворения требования кредиторов и не поставит кого-либо из них в привилегированное положение. Вчера КС полностью поддержал позицию ВАС, постановив, что оспариваемая ч. 3 ст. 115 УПК вообще не предполагает наложение ареста на имущество компаний-банкротов.

Представитель Соломатинского хлебозавода адвокат Андрей Белоножкин назвал решение КС "победой ВАС, который настаивал на приоритете закона о банкротстве, над Верховным судом РФ, который ссылался на УПК". Руководитель правового бюро "Олевинский, Буюкян и партнеры" Эдуард Олевинский считает, что арбитражным управляющим постановление КС позволит нормально проводить процедуры банкротства в наиболее проблемных ситуациях, осложненных уголовными делами. "Блокировать процесс банкротства арестами имущества, наложенными в уголовном процессе, больше не удастся, а имеющиеся аресты будут сняты",— объяснил эксперт.

Адвокат Московской городской коллегии Алексей Мельников подчеркивает, что "уголовные дела и аресты имущества в рамках таких дел нередко используются как инструмент в бизнес-конфликтах, тем более что добиться ареста имущества в арбитражных судах в последние годы стало крайне сложно. А в уголовном процессе аресты имущества могли применяться произвольно, без оглядки на гражданские дела, идущие в том числе в арбитражных судах". По словам господина Мельникова, теперь КС обозначил приоритет гражданского процесса, ограничив возможности следователей.