Феномены, горизонты, ритмы в античных философии и науке

— ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ —

УДК 1/14

Н. Н. Кожевников, В. С. Данилова

Феномены, горизонты, ритмы в античных философии и науке

Северо-Восточный федеральный университет им. М.К. Аммосова, г. Якутск, Россия

Аннотация. В качестве методологии исследования рассмотрен подход, исходящий из системы координат мира, опирающийся на динамические равновесия хаоса. Развиваемый подход предполагает, что каждый мировой объект может быть ориентирован на три предела: идентификации, коммуникации, ритмов мировой гармонии. Это позволяет рассмотреть феномены, горизонты и ритмы античной философии и науки как основных элементов этой системы координат, тесно взаимосвязанных друг с другом. Идентификация может стать фундаментальной только при участии горизонтов и ритмов, которые направляют, уточняют, формируют «механизмы», обеспечивающие её связи с реальностью, идеальными конструктами и т.п. Горизонтами античной науки являются отдельные концепции и системы, из которых только несколько вышли за пределы античности, а горизонты Парменида, Платона, Аристотеля стали стержнями философии в течение многих веков. Для науки аналогичными универсальными горизонтами являются, например, «Начала» Евклида, «Великое построение» Птолемея. Горизонты, основанные на логосе, можно считать одномерными, тогда как представление об эйдосе позволяет включить в него становление самого себя, то есть существование горизонта рассматривается вместе с процессом его формирования. Взаимодействие феноменов, горизонтов и ритмов позволяет увидеть философские и научные системы античности в целом. Вступая во взаимодействие с вышеуказанными пределами, феномены, горизонты и ритмы подвергаются действиям жесткого отбора. Подавляющее большинство их не могут образовать устойчивой системы. Остаются только такие, которые сами могли бы стать пределами на основе динамических равновесий. Ориентация фундаментальных идентификаций, горизонтов и ритмов одновременно на все три вышеупомянутых предела создает «многомерность» этих понятий. «Механизм горизонтов» обеспечивает как бы второе измерение: процесс вхождения идентификаций в соответствующие системы, «механизм ритмов» - третье измерение: корреляции между идентификациями одного уровня с аналогичными идеями или характерными чертами на других уровнях организации мира.

Ключевые слова: идентификация, коммуникация, ритмы, феномены, горизонты, эйдос, чтойность, динамический, равновесие, организация, мир.

КОЖЕВНИКОВ Николай Николаевич - д. филос. н., профессор кафедры философии, Северо-Восточный федеральный университет имени М.К. Аммосова.

E-mail: nnkozhev@mail.ru

KOZHEVNIKOV Nikolay N. - Doctor of philosophical science, Professor Department of Philosophy, M.K. Ammosov North-Eastern Federal University.

ДАНИЛОВА Вера Софроновна - д. филос. н., профессор кафедры философии, Северо-Восточный федеральный университет имени М.К. Аммосова.

E-mail: nnkozhev@mail.ru

DANILOVA Vera S. - Doctor of Philosophy, Professor Department of Philosophy M.K. Ammosov NorthEastern Federal University.

N. N. Kozhevnikov, V. S. Danilova

Phenomena, Horizons and Rhythms in the Ancient Philosophy

and Science

M.K. Ammosov North-Eastern Federal University, Yakutsk, Russia

Abstract. As a methodology, the study uses an approach that stems from the world's coordinate system based on the dynamic equilibria of the chaos. This approach assumes that each object can be focused on three limits: identification, communication, and world harmony rhythms, which allows us to consider the phenomena, horizons and rhythms of the ancient philosophy and science as their basic elements of the coordinate system and closely interconnected with each other. Identification can become fundamental only with the participation of horizons and rhythms that direct, clarify, form "mechanisms" that ensure its links with reality, ideal constructs, etc. The horizons of the ancient science are separate concepts and systems, of which only a few went beyond the antiquity, and the horizons of Parmenides, Plato, Aristotle became the pivots of philosophy for many centuries. For science, analogous universal horizons are, for example, the Euclidean Principles, Ptolemy's Great Construction. The horizons based on Logos can be considered one-dimensional, while the concept of Eidos allows one to include the formation of oneself, that is, the existence of a horizon is considered along with the process of its formation. The interaction of phenomena, horizons and rhythms allows us to see the philosophical and scientific systems of the antiquity as a whole. Entering into interaction with the above-mentioned phenomena, horizons and rhythms are subjected to the actions of rigorous selection. The vast majority of them cannot create a stable system. Only those that themselves could become limits based on dynamic equilibria remain. Orientation of fundamental identifications, horizons and rhythms at the same time to all three above-mentioned limits creates a "multidimensionality" of these concepts. The "mechanism of horizons" provides, as it were, the second dimension: the process of entering identifications into corresponding systems, the "rhythm mechanism" - the third dimension: correlations between identifications of one level with similar ideas or characteristic features at other levels of the organization of the world.

Keywords: identification, communication, rhythms, phenomena, horizons, eidos, whatness, dynamic, equilibrium , organization, world.

Введение

Античная философия и наука формировались наиболее естественным образом и могут быть исследованы основными философскими методами. Это был прорыв к разуму, не отягощенный требованиями религий, идеологий, социальных тенденций, менталитета и т.п. В качестве методов исследования здесь использовалось и допускалось все, что было освоено мыслью того времени (диалектика, метафизика, герменевтика), но как оказалось в дальнейшем, фундаментальная онтология, феноменология и другие методы также нашли в идеях античной философии свою опору.

Основными объектами исследования этой философии традиционно являются «космос», «ум», «душа» и причина всех вещей (архэ). В качестве архэ рассматривались «вода» Фале-са, «воздух» Анаксимена, «апейрон» Анаксимандра, «числа» Пифагора, «бытие» Парменида, «земля» Ксенофана, «атомы» Левкиппа-Демокрита, «гомеомерии» Анаксагора. Следом наступил период объединения подходов, направленных на исследование этих причин в единые системы (Эмпедокл и другие), и их критика, начатая софистами, продолженная философами периода «высокой классики» и последующих эпох.

В античности сформировались три основные научные программы: 1) математическая программа Пифагора, в дальнейшем усовершенствованная Платоном; 2) атомизм Левкиппа-Демокрита; 3) систематизация имевшихся к тому времени знаний по физике, космологии, метеорологии, психологии, биологии, логике, выполненная Аристотелем. Им было дано систематическое описание сотен видов живых организмов и сформулированы основные законы логики, которые являлись основанием этой науки в течение более двух тысяч лет. Влияние этих научных программ на развитие науки и философии вышло далеко за пределы античности. Однако поскольку особенностями древнегреческой науки были абстрактность, отвлечен-

ность от фактов, абстрактно-объяснительная методология, то её влияние на развитие науки в целом оказалось не таким значительным, как это можно было бы ожидать.

Методология исследования. Наибольшее значение в нашем подходе будут играть метафизические и феноменологические методы, связанные с системой координат мира на основе предельных динамических равновесий, что позволяет исследовать исходные понятия с различных сторон. У истоков метафизического подхода стоял Аристотель: «основное отличие Аристотеля от Платона заключается отнюдь не в полном опровержении общекатегориального идеализма Платона, но в постоянном стремлении очень тонко различать всякого рода отдельные моменты этого идеализма и в этой их расчлененности давать их подробнейшее описание» [1, с. 624]. Феноменологический подход опирается на феноменологию бытия М. Хайдеггера, которая, на наш взгляд, лучше подходит к исследованию мира, чем другие варианты феноменологии.

Основная идея системы координат мира на основе предельных динамических равновесий такова: «Все объекты мира стремятся к трем предельным фундаментальным равновесиям: идентификационному, коммуникационно-сетевому и ритмам мировой гармонии. Объект мира никогда равновесных пределов не достигает вследствие противодействия окружающей среды» [2].

Поскольку все объекты мира стремятся к трем вышеупомянутым предельным фундаментальным равновесиям, то и рассматривать их следует с точки зрения этих пределов. В развиваемой нами концепции помимо ячейки, формируемой самими пределами динамических равновесий, целесообразно рассмотреть промежуточную ячейку, образованную феноменами, горизонтами и ритмами гармонии, присущими рассматриваемому объекту. Она связана с «ячейкой пределов» посредством калибровочных соотношений [3].

Феномены античных философии и науки

Феномены наиболее естественно связать с «эйдосами» и «чтойностью» как наиболее наглядными элементами античной философии. Они могут быть активно использованы для прояснения также горизонтов и ритмов гармонии. Поскольку для античной философии были совершенно естественными представления об интеллектуальной интуиции, то эйдос может быть использован и в античной науке. Ведь в современной философии интуиция понимается как важный (но не необходимый) момент сложного и неосознаваемого по своему механизму взаимодействия чувств, разума и опыта» [4, с. 141]. И утрата этих естественных представлений об интеллектуальной интуиции еще одна потеря современных философии и науки по сравнению с достижениями античной мысли. Античная идея «была одновременно и умственной, и зрительной, так что интеллектуальная интуиция, столь мало понятная философам Нового времени, в античности подразумевалась сама собою и не требовала для себя никаких доказательств» [5, с. 22]. Понятие «эйдоса» противопоставляется в философии «логосу». «Эйдос есть наглядное изваяние смысла, логос - метод этого изваяния и как бы отвлеченный план его» [6, с. 12-13]. «...эйдос вещи есть как бы некое идеальное, смысловое изваяние предмета. Это в собственном и подлинном смысле «вид» предмета, смысловая картина его сущности. Эй-дос - идеально-оптическая картина смысла, логос - отвлеченная от этой картины смысловая определенность предмета. Эйдос - живое бытие предмета, пронизанное смысловыми энергиями, идущими из его глубины и складывающимися в цельную живую картину явленного лика сущности предмета. Логос - сущность самого эйдоса, по отвлечении всех синоптических связей, конструирующих живой лик, или явленность предмета» [6, с. 119-120]. «Логос «не цельность, но принцип цельности, не индивидуальность, но метод её организации; не созерцательная картинность и возрительная изваянность, но чистая возможность их; не общность, но закон получения её и т.д.» [7, с. 2].

Рассмотрим подход к этой проблеме Гераклита Ефесского. «.истинная природа вещей не есть отвлеченное бытие; она есть жизнь, вечно живой процесс творческого генезиса, единство осуществляющееся во множестве. Размышляя о загадке мироздания, о тайной гармонии,

скрытом единстве, осуществляющемся в видимой борьбе противоположных стихий и начал в вечном круговороте всемирной жизни, Гераклит силится угадать «слово» мировой загадки: по этому слову совершается все, и люди никогда не понимают его, слышат ли они его, или нет. Это слово заключается в учении о единстве всех вещей: мудрость одна - знать ту единую мысль, или определение, которым «правится все через все», - общий закон сущего... Гераклит, очевидно, разумел скрытый «разум» вещей, смысл или разумный закон природы, который долженствовало открыть его «сущее слово» - его рассуждение о «природе вещей». Последующая философия стремилась примирить слово о сущем Парменида со «словом» Гераклита.» [8, с. 23, 24]. Здесь четко видно, что «слово» Гераклита больше ориентировано на эйдос, чем на логос. Оно не сводится к схемам, даже фундаментальным, а представляет собой живое слово, такое, каким оно непосредственно формировалось.

Логос хорошо вписался в христианскую философию, благодаря чему он надолго отодвинул эйдос на вторые позиции. Между тем эйдос как исходное основание философии и науки гораздо глубже логоса. Он позволяет вовлечь в процесс познания чувственную и интеллектуальную интуиции предметов и понятий. «Эйдетический взгляд» даёт наиболее емкое и полное представление об идентификации предмета исследований - объекта мира. Этот взгляд следует развивать, исходя из вышеназванных пределов, совокупность которых рассматривается в предыдущих наших работах [9].

Ориентация на предел идентификации объединяет наиболее яркие идеи и характерные черты философии или науки. Иногда это проявляется совместно в тесном их переплетении. Однако идентификация не сводится просто к перечню таких идей и черт. Вступая во взаимодействие с вышеуказанными пределами, подавляющее большинство этих идей и черт сходят на нет. Идея или черта должны быть не просто яркими, они должны быть способны сами стать таким пределом. Если несколько перефразировать «категорический императив Канта», то идея или характерная черта должны быть такими, чтобы стать основанием для философии и науки в целом. Это коррелирует с понятием «чтойности» Аристотеля.

Случайная идентификация может возникнуть как угодно, но «закрепиться» (стать идентификацией фундаментальной) она может только при участии рассматриваемых ниже горизонтов и ритмов, которые направляют, уточняют, формируют «механизмы», обеспечивающие её связи с реальностью, ритмами мировой гармонии и т.п. Таким образом для фундаментальной идентификации должна быть ориентация на все три вышеупомянутых предела одновременно. Без фундаментальной идентификации или без устойчивого их набора (кластера) рассматриваемый объект не может существовать, постепенно так или иначе прекратит свое существование.

Горизонты античных философии и науки

Горизонтами античной науки являются отдельные концепции и системы, которые создавались на протяжении тысячи лет. Из них только несколько горизонтов вышли за пределы античности, а горизонты Парменида, Платона, Аристотеля стали стержнями философии в течение многих веков. Для науки аналогичными универсальными горизонтами являются, например, «Начала» Евклида, «Великое построение» Птолемея. Большинство остальных систем являются тупиковыми, хотя многие из них имеют огромное познавательное значение и способствуют развитию процесса мышления у всех, кто с ними соприкасается. Горизонты, основанные на логосе, можно считать «одномерными», тогда как представление об эйдосе позволяет включить в него становление самого себя, то есть существование горизонта («первое измерение») рассматривается вместе с процессом его формирования («второе измерение»).

Устойчивость системы обеспечивается отбрасыванием всего лишнего, мешающего её оптимальности. То есть идея или черта, о которых говорилось в предыдущем разделе не должны повредить имеющуюся систему, в которую ей надлежит вписаться. Более того они должны способствовать тому, чтобы эта система стала еще более устойчивой.

Именно горизонт обеспечивает возникшие идентификации механизмами объединения, «строительными лесами», делает их элементами системы, формирует структуры организующие эту систему.

Выдающимся достижением греков было то, что в своих понятиях и системах они стремились показать понятия и системы понятий, так как они представлялись им без всякого приукрашивания, то есть в процессе их выявления, открытия их в первозданном естественном виде.

Ритмы античных философии и науки

Систематические исследования гармоничных ритмов и циклов окружающего мира были начаты, по-видимому жрецами, Древнего Египта и волхвами Передней Азии, но в качестве обоснованной научной концепции их впервые представили пифагорейцы. Предметом пифагорейского учения был мир, организованный по законам гармонии, исследуемый как стройное целое с помощью чисел, которые лежат в основе вещей. «Познать мир, - говорил Пифагор, -значит познать управляющие им числа».

Пифагорейцы «видели, что свойства и соотношения, присущие гармонии, выразимы в числах; так как следовательно, им казалось, что все остальное по своей природе явно уподобляемо числам и что числа - первое по своей природе, то они предположили, что элементы чисел суть элементы всего существующего и что все небо есть гармония и число. Другие пифагорейцы утверждают, что имеется десять начал, расположенных попарно: предел и беспредельное, нечетное и четное, единое и множество, правое и левое, мужское и женское, покоящееся и движущееся, прямое и кривое, свет и тьма, хорошее и дурное, квадратное и продолговатое [10, с. 76]. «Итак, и из того и от другого учения мы можем почерпнуть, что противоположности суть начала существующего» [10, с. 77].

Пифагорейцы связали с числами астрономические явления, музыкальные интервалы, законы акустики, «весь космос, по их мнению, устроен согласно гармонии, гармония же есть система трех консонансов - кварты, квинты и октавы» [11, с. 79]. Пифагорейцы распространяли представления о гармонии, основанной на числах на человека и его душу. «.Душа есть некая гармония, а что гармония есть смешение и сочетание противоположностей и что тело также составлено из противоположностей» [12, с. 268].

Все идеи, черты и объединяющие их системы имеют определенные ритмы. Последние могут быть как разрушительными, так и созидательными. Если ритмы будут соответствовать ритмам мира, устойчивость которых значительно превышает время существования объекта, то они также будут созидательными.

В рамках развиваемого подхода гармония рассматривается как единая целостность, что впервые установили древние греки. Они рассмотрели гармонию как прекрасное, возвышенное и доброе. «Античная гармония есть такая дифференцированная структура, которая обязательно довлеет сама себе, и при её созерцании не требуется подыскивать какие-нибудь достаточные для неё основания» [13, с. 7]. Самодовление гармонии обеспечивалась тем, «что гармоническое целое не только мыслилось, но и переживалось, не только констатировалось, но всегда было еще и предметом человеческих стремлений, не только выводилось из каких-нибудь других принципов, но переживалось как нечто самостоятельное и необходимое, как нечто, ни от чего другого не зависящее, но основанное на самом же себе.» [Там же, с. 5-6].

Анализ гармонии древнегреческой философии позволяет воочию увидеть, что она возможна при тесном взаимодействии феноменов и горизонтов исследуемых объектов. Возникает герменевтический круг для всех формирующихся в процессе этого исследования понятий. То есть происходит процесс бесконечного уточнения: идентификация, коммуникация, ритмы гармонии, а затем снова и снова, все ближе и ближе к соответствующим пределам.

Дискуссия

Взаимодействие феноменов, горизонтов и ритмов позволяет увидеть философские и научные системы античности в целом. Это соответствует взятой в наиболее общем виде античной

проблематике, которая «сводилась на диалектику идеи и материи, развиваемую в виде чувственно-материального космоса, движимого космической душой, управляемого тоже космическим умом и созидаемого сверхдушевным и сверхумственным первоединством» [5, с. 31]. Глубина и сила античной философии были в этой нерасчлененности материи, чувства, интеллекта, возможности представить их в виде единого комплекса. Конечно, эта нерасчлененность в современных условиях стала иной, более многогранной, но она проявляется в очень многих сферах (от физики до философии). Вступая во взаимодействие с вышеуказанными пределами феномены, горизонты и ритмы подвергаются действиям жесткого отбора. Подавляющее большинство их исчезает. Остаются только такие, которые сами могли бы стать пределами на основе динамических равновесий.

Феномены, горизонты и ритмы, прошедшие этот отбор, находятся в тесной взаимосвязи друг с другом. Горизонты обеспечивают вхождение фундаментальных идентификаций в устойчивую систему и её дальнейшую оптимизацию. То есть, с одной стороны, идентификации включают в себя «механизмы», обеспечивающие их устойчивость, а с другой стороны, они обеспечивают горизонты соответствующими элементами. Ритмы обеспечивают взаимосвязь этих систем с другими уровнями организации мира, в частности с реальностью и идеальными конструкциями.

Ориентация фундаментальных идентификаций, горизонтов и ритмов одновременно на все три вышеупомянутых предела создает «многомерность» этих понятий. «Механизм горизонтов» обеспечивает как бы второе измерение - процесс вхождения идентификаций в соответствующие системы, «механизм ритмов» - третье измерение: корреляции между идентификациями одного уровня с аналогичными идеями или характерными чертами на других уровнях организации мира. Горизонты, основанные на эйдосе, позволяют рассматривать существование этого горизонта вместе с процессом его формирования.

Вышесказанное позволяет прояснить два важнейших вопроса философии об уровнях структурной организации мира и бытия. С точки зрения развиваемого подхода (системы координат мира на основе динамических равновесий) выделяемые уровни структурной организации мира равноправны. Сознание не является чем-то особым, позволяющим понимать, измерять и оценивать окружающий мир. На уровне электронов, атомов, галактик и т.п. все гармонично, хотя сознания там нет и в нем нет никакой необходимости. Именно там, где появляется сознание человека, начинается зло в его многочисленных видах. Возможно, со временем этот уровень мира также стабилизируется, обретет свои устойчивость и оптимальность. Поэтому правильнее говорить не о наблюдателе, не об объективном взгляде, который принадлежит Богу (Декарт) или о каких-то Абсолютах, а о «присутствователе», которым могут быть только наборы динамических равновесий на каждом из этих уровней и все они вместе - взятые как единое целое.

Бытие появляется на основе сущности. Сущность дана нам непосредственно, а затем на ней кто-то ставит «штамп, как бы удостоверяющий, что она эта сущность есть» и тем самым превращает её в бытие. В нашем понимании сущность, отразившись как от зеркала от системы координат, превращается в бытие, становится своего рода равновесно-предельным текстом этой сущности. Удостовериться в существовании сущности и тем самым сделать её бытием может только «присутствователь» - система координат мира на основе предельных динамических равновесий детерминистического хаоса.

Литература

1. Лосев А.Ф. История античной эстетики. Итоги тысячелетнего развития. В 2-х кн. Книга I. - Харьков: Фолио; М.: АСТ, 2000. - 832 с.

2. Kozhevnikov N.N., Danilova V.S. The World Coordinate System on the Basis of Limit Dynamic Equilibriums // Eur. J. Philos. Res. 2016. Vol. 5, № 1. P. 18-26.

3. Nikolay Kozhevnikov and Vera Danilova. Human Development in the World Coordinate System on the Basis of Limit Equilibria // Agathos. An international review of the humanities and social sciences Romania: "Alexandra loan Cuza" University Press - 2018, V. 9, Is. 1 (16). Pp. 135-144.

4. Новиков А.А. Интуиция // Новая философская энциклопедия в 4 т. Т. II. - М.: Мысль, 2001. -С. 140-141.

5. Лосев А.Ф. История античной философии в конспективном изложении. - М.: Мысль, 1989. - 204 с.

6. Лосев А.Ф. Музыка как предмет логики. - М.: «Лосев А.Ф.», 1927. - 388 с.

7. Лосев А.Ф. Философия имени. - М.: Академический проект, 2009. - 300 с.

8. Трубецкой С.Н. Учение о логосе и его истории: Философско-историческое исследование. - М.: ООО «Издательство АСТ», 2000. - 656 с.

9. Кожевников Н.Н. Метафизический, онтологический, феноменологический, герменевтический аспекты системы координат мира на основе предельных динамических и сетевых равновесий: монография - Якутск: Изд. дом СВФУ, 2018. - Интернет издание.

10. Аристотель. Сочинения в четырех томах. Т. 1. - М.: Мысль, 1976. - 550 с.

11. Секст Эмпирик. Сочинения в двух томах. Т. 1. - М.: Мысль, 1979. - 399 с.

12. Пифагорейская школа // Антология мировой философии в 4 т. Т. 1. Часть 1. - М.: Мысль, 1969. -С. 280-290.

13. Лосев А.Ф. История античной эстетики. Итоги тысячелетнего развития. В 2-х кн. Книга II. - М.: Искусство, 1994. - 604 с.

References

1. Losev A.F. Istoriya antichnoj ehstetiki. Itogi tysyacheletnego razvitiya. V 2-h kn. Kniga I. - Har'kov: Folio; M.: AST, 2000. - 832 s.

2. Kozhevnikov N.N., Danilova V.S. The World Coordinate System on the Basis of Limit Dynamic Equilibriums // Eur. J. Philos. Res. 2016. Vol. 5, № 1. P. 18-26.

3. Nikolay Kozhevnikov and Vera Danilova. Human Development in the World Coordinate System on the Basis of Limit Equilibria // Agathos. An international review of the humanities and social sciences Romania: "Alexandra Ioan Cuza" University Press - 2018, V. 9, Is. 1 (16). Pp. 135-144.

4. Novikov A.A. Intuiciya // Novaya filosofskaya ehnciklopediya v 4 t. T. II. - M.: Mysl', 2001. - S. 140141.

5. Losev A.F. Istoriya antichnoj filosofii v konspektivnom izlozhenii. - M.: Mysl', 1989. - 204 s.

6. Losev A.F. Muzyka kak predmet logiki. - M.: «Losev A.F.», 1927. - 388 s.

7. Losev A.F. Filosofiya imeni. - M.: Akademicheskij proekt, 2009. - 300 s.

8. Trubeckoj S.N. Uchenie o logose i ego istorii: Filosofsko-istoricheskoe issledovanie. - M.: OOO «Izdatel'stvo AST», 2000. - 656 s.

9. Kozhevnikov N.N. Metafizicheskij, ontologicheskij, fenomenologicheskij, germenevticheskij aspekty sistemy koordinat mira na osnove predel'nyh dinamicheskih i setevyh ravnovesij: monografiya - YAkutsk: Izd. dom SVFU, 2018. - Internet izdanie.

10. Aristotel'. Sochineniya v chetyrekh tomah. T. 1. - M.: Mysl', 1976. - 550 s.

11. SekstEHmpirik. Sochineniya v dvuh tomah. T. 1. - M.: Mysl', 1979. - 399 s.

12. Pifagorejskaya shkola // Antologiya mirovoj filosofii v 4 t. T. 1. CHast' 1. - M.: Mysl', 1969. - S. 280290.

13. Losev A.F. Istoriya antichnoj ehstetiki. Itogi tysyacheletnego razvitiya. V 2-h kn. Kniga II. - M.: Iskusstvo, 1994. - 604 s.

^iMir^Sr