Болонская система ушла на летние каникулы

Новая модель российской системы высшего образования, представленная главой Минобрнауки Валерием Фальковым как «уникальная» замена Болонского процесса, так и не приобрела пока четких контуров. В понедельник министр попытался обсудить ее с ректорами вузов, студентами и депутатами Госдумы. Участники слушаний охотно критиковали двухуровневую систему бакалавриата-магистратуры, однако «уникальных» предложений так и не прозвучало. Пока что речь идет о приоритете пятилетнего специалитета для ряда факультетов и об ужесточении требований для поступления в «болонскую» магистратуру. А презентацию «новой модели» министерство отложило на осень.

Министр Валерий Фальков нашел в старой образовательной модели нечто новое

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

Тема парламентских слушаний звучала подчеркнуто нейтрально: «Развитие системы высшего образования в РФ». Вместе с тем ожидалось, что это мероприятие даст старт самой масштабной за последние 20 лет реформе институтов и университетов. Напомним, в конце мая глава Минобрнауки Валерий Фальков заявлял “Ъ”, что Россия отойдет от Болонской системы и будет разрабатывать собственную — «уникальную» — модель высшего образования. Но особой конкретики по этому вопросу с тех пор так и не появилось.

Болонская система подразумевает сопоставимость образовательных программ 49 стран-участниц — это позволяет признавать дипломы друг друга, а также повышает академическую и образовательную мобильность для «обмена» студентами и преподавателями. Однако в России она известна своей двухуровневой системой образования, когда обучение делится на бакалавриат (четыре года) и магистратуру (два года). При этом бакалавр может попробовать получить магистратуру уже по другому направлению. Россия присоединилась к Болонской системе в 2003 году.

Министр начал свое выступление с критики бакалавриата. «По ряду направлений типичный четырехлетний срок обучения оказался недостаточным для полноценной подготовки выпускников к профессиональной деятельности,— заявил он депутатам, ректорам и студентам.— В результате ряд ведущих университетов по собственной инициативе перешли на пятилетние программы подготовки бакалавров». По его словам, многие работодатели так и не признали уровень бакалавриата «достаточным для занятия ключевых позиций». Он напомнил, что юристам для работы в правоохранительных органах необходимы дипломы и бакалавра, и магистра юриспруденции, «в итоге мы учим шесть лет, хотя способны подготовить квалифицированного юриста за пять».

К магистратуре у Валерия Фалькова тоже накопились претензии. Она задумывалась как «специальный уровень углубленной и специализированной подготовки», но многим университетам не хватает для этого «организационных, кадровых, методических ресурсов и соответствующей учебно-лабораторной базы». Также «не дело, что в законодательстве сохраняется принцип абсолютной свободы поступления после бакалавриата»: по словам министра, вузам приходится всего за два года подготовить квалифицированного «историка, педагога и юриста», даже если у магистранта нет соответствующего базового образования.

В «новой модели» Минобрнауки намерено ужесточить требования для поступающих в «непрофильную» магистратуру.

Однако вместе с этим Валерий Фальков предложил коллегам быть гибче и разрешить выпускникам пятилетнего специалитета поступать в магистратуру на бюджетные места. Причем для некоторых специальностей, например выпускников в сфере IT, срок такой магистратуры составит всего один год.

Еще «новая уникальная модель» очевидно отдает приоритет специалитету, то есть той форме пятилетнего высшего образования, которая была в России основной до перехода на болонские стандарты.

Именно специалитет должен стать приоритетной формой подготовки по некоторым направлениям учебы, предполагают в Минобрнауки. В качестве примера господин Фальков привел инженеров и специальности, связанные с нацбезопасностью. «Это даст возможность ответить системе образования на просьбы рынка труда,— отметил министр.— Специалитет — это отдельный самостоятельный уровень образования, и надо выстроить гибкое отношение между ним и магистратурой».

Дифирамбы специалитету звучали и от ректоров, и от депутатов. Первый зампред комитета ГД по науке и высшему образованию Олег Смолин (КПРФ) сравнил бакалавра и специалиста и пришел к неутешительным выводам: «Бакалавр получает в среднем примерно знаний на 40% меньше специалиста. Специалитет готовит будущего конструктора, а бакалавриат — пользователя чужими конструкторскими разработками». Ректор МГЮА имени Кутафина Виктор Блажеев унизил бакалавров еще сильнее: «Когда в Советском Союзе отчисляли после третьего курса, то студент получал диплом о незаконченном высшем образовании. Вот это бакалавриат, а завершенное — специалист». Магистратуру он предложил воспринимать как дополнительную опцию и отметил, что сейчас не все вузы могут готовить магистров, поскольку у них не хватает соответствующих преподавательских кадров.

Интересно, что ректор МГУ имени Ломоносова Виктор Садовничий предложил дать вузам больше автономии для выбора траектории обучения.

Сам он назвал три таких варианта. Первый — интеграция бакалавриата и магистратуры, когда абитуриент поступает сразу на шесть лет без дополнительного поступления на второй уровень, причем у него сохраняется «возможность выхода» после четвертого курса. Второй вариант — сохранение системы бакалавриата-магистратуры. По словам ректора МГУ, она вполне подходит для «отдельных областей» и для иностранных граждан. Третий, приоритетный для господина Садовничего вариант — это пяти- или шестилетний специалитет. Он назвал такую форму «ценностью» и предложил отдавать специалитету больше половины бюджетных мест. «Давайте поддержим, коллеги, это правильный подход,— тут же согласился спикер Госдумы Вячеслав Володин.— Министр должен слышать, и ректоры должны взять для себя этот посыл на реализацию. То, о чем сказал Виктор Антонович (Садовничий.— “Ъ”), нам ближе. Поэтому мы также считаем, что нам надо специалитет защищать и, более того, может быть, говорить для инженерных специальностей о шестом годе обучения».

Впрочем, президент РУДН Владимир Филиппов напомнил коллегам, что в других странах реализуется именно двухуровневая система и отказ российских вузов от такого формата может оттолкнуть студентов из стран СНГ, Китая и Индии. Господин Филиппов в данном случае выступал, очевидно, не только как человек, имеющий отношение к вузу с большим числом студентов из стран СНГ, Китая и Индии, но и как бывший министр образования, при котором Россия присоединилась к Болонскому процессу. Но последнее слово осталось за Валерием Фальковым, и он заявил, что «комплекс мер» по новой системе высшего образования будет готов «осенью».