Поселок индивидуального типа

Идея раздавать небольшие приусадебные участки рабочим, большая часть которых происходила из деревень, впервые была реализована в Дании в 1870 году. Так образовались колонихавен — дачные товарищества, существующие в этой стране до сих пор. Они во многом схожи с советскими дачными кооперативами. Шесть соток — именно таков был средний размер участка, который позволял бывшим крестьянским детям восстановить связь с землей, а кому и просто занять летние выходные огородничеством.

В Советском Союзе дачи были практически единственным местом, где частный человек мог реализовать свои строительные амбиции: именно шесть соток или дом в деревне давали для этого хоть какую-то базу. Личная архитектура росла под надзором деревенских плотников и, как правило, соответствовала чертежам из книги "Как построить сельский дом".

     Изменение социального климата родило новую типологию — коттеджные поселки, находящиеся в непосредственной близости от Москвы. Коттеджный поселок — это компромисс между условно-развитой инфраструктурой, близостью города, охраной, дорогой и загородным ландшафтом. Средний участок — 20 соток. Хозяева живут здесь круглый год и ездят на работу в город — и это самое главное отличие от дачи.
       В количественном отношении доля загородных домов, выполненных профессиональными архитекторами, ничтожна. Но это отнюдь не признак маргинальности данного явления в российской практике, а ситуация, существующая во всем мире. Например, в США строительство 90% частного жилого сектора происходит без какого-либо участия архитектора.
       Если же подобный заказ поручается профессиональному архитектору, он сталкивается со следующими проблемами: во-первых, дом должен соответствовать внутренним представлениям заказчика о самом себе. Это своего рода портрет в дереве или камне, слепок его сложной личной мифологии. Во-вторых, архитектурное ноу-хау, недоступное простым строителям. Чаще всего это ноу-хау связано с тем, чтобы полностью "отработать" участок, максимально использовать его внутренние ресурсы: уберечь жителей дома от соседей, открыть окнам все возможные виды, создав недалеко от города полную иллюзию жизни в природе.
       Нам удалось найти в Подмосковье три дома работы известных московских архитекторов, которые как нельзя лучше демонстрируют типы заказчиков таких строений.
       Дом архитектора Эдуарда Забуги самый закрытый. В нижнем этаже, практически целиком занятом гостиной, преобладает верхний свет. Панорамные окна в спальнях и кабинете на втором — ориентированы в сторону края поселка, где за забором начинается лес. Наиболее читаемым и интересным здесь оказывается крытый медью объем скульптурной мастерской с полуциркульной крышей и гигантским панорамным окном, что отражает увлечение заказчика, в прошлой жизни, по его собственному выражению, бывшего скульптором.
       Заказчик архитектора Александра Цимайло — продюсер, в Подмосковье создающий свой маленький Голливуд. Архитектор перестраивает имевшуюся коробку в дом, напоминающий белые калифорнийские виллы модерниста Ричарда Нейтры. Его окна смотрят в глубь участка. За домом — деревянное патио, воспринимающееся как развитие гостиной. Коммуникация с соседями происходит с помощью артистического элемента — башни с балконом-мостиком. Эта деталь дома делает его из полностью нейтрального почти агрессивным, превращая в подводную лодку, всплывшую для атаки. Что, впрочем, не мешает таить за четкой графикой фасада вполне буржуазный интерьер.
       До абсолюта доводит идею "дома с видом" проект Юрия Григоряна. Вся его жизнь, форма, план и конфигурация кровли подчинены одной идее — практически целиком остекленному фасаду, выходящему в пейзаж. За этой стеной — двусветная гостиная, перед — два уровня балконов-террас под лихо заломленным козырьком крыши-кепи. Со стороны поселка дом выглядит намеренно невзрачным, принижающим собственные достоинства. То есть представляет собой избушку из русской сказки, повернувшуюся к лесу передом. В процессе строительства дом было решено продать, поэтому его штукатурный интерьер остался нейтральным, как белый лист.
       Уйдя от дачной типологии, где кухня могла располагаться на террасе, а туалет непременно стоял во дворе, загородное строительство изменилось в соответствии с новыми стандартами потребления. Дома совершенно разные, но требования, предъявляемые к ним хозяевами, примерно одни и те же. Во всех, например, должна быть двусветная гостиная. Также присутствуют спальни, гостевые комнаты, кухни и специальные помещения. Спортивный комплекс — необходимый атрибут. Практически обязателен бассейн: к дому Цимайло его сейчас пристраивают, а в проекте Григоряна бассейн даже отнял часть пространства у гостиной зоны.
       Примерно таков усредненный портрет теперешнего загородного дома. Источники этой типологии следует искать, однако, не в западных архитектурных журналах (поскольку хозяева их не читали), а в городе, точнее, в городской жизни. За основу современного загородного дома взята квартира. Точнее, мечта о квартире, развитие идеи квартиры до двух уровней, двух светов, бассейна, открытых террас и прочего эксклюзива в городе, впрочем непозволительного в финансовом плане. Это квартира плюс природа, квартира с возможностью постоянного усовершенствования — можно рыть и осваивать подвалы, делать надстройки на крыше. То есть это поле для творчества, длиною в жизнь.
       ЕГОР ЛАРИЧЕВ