Ученая степень ответственности

Верховный суд РФ (ВС) решит, можно ли привлечь к субсидиарной ответственности совладельца обанкротившейся компании, если его компетенция была ограничена корпоративным соглашением и касалась только научной деятельности. Юристы полагают, что следует выяснить степень вовлеченности конкретного лица в управление и принятие важных деловых решений. При этом, по их мнению, автоматически освобождать от субсидиарки всех ученых—учредителей компаний нельзя.

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

ВС рассмотрит необычный спор о субсидиарной ответственности. В рамках банкротства ООО «Химсервис» суды привлекли пятерых контролирующих должника лиц (КДЛ), взыскав с них в целом 28,9 млн руб. Одна из соответчиков, Людмила Бельская (владеет 39,6%), обжаловала эти решения в ВС, полагая, что не должна нести ответственность. Арбитражные суды сослались на то, что по состоянию на 4 мая 2016 года компания уже отвечала признакам неплатежеспособности, но госпожа Бельская как соучредитель должника не приняла решение о подаче заявления на банкротство ООО в течение месяца. По версии судов, ее бездействие «свидетельствует о недобросовестности» КДЛ.

В своей жалобе Людмила Бельская поясняет, что в мае 2016 года у учредителя должника не было обязанности инициировать банкротство, она появилась лишь в поправках от июля 2017 года. Кроме того, суды возложили на нее долги компании, возникшие до возникновения признаков банкротства, хотя ответственность КДЛ за неподачу заявления ограничена долгами, которые образуются с этого момента и до возбуждения дела о несостоятельности.

Самый любопытный довод касается распределения полномочий учредителей. Дело в том, что «Химсервис» учрежден в апреле 2013 года «с целью разработки неинвазивных методов диагностики заболеваний», а в августе 2014 года получил статус участника проекта «Сколково».

По условиям корпоративного соглашения между участниками «Химсервиса» компетенция госпожи Бельской была «ограничена научной деятельностью», то есть она не принимала участия в управлении.

Дело передали в экономколлегию ВС, рассмотрение назначено на 11 августа.

Юристы отмечают, что обратной силы поправки не имеют, поэтому учредителя действительно нельзя привлечь к ответственности за неподачу в 2016 году заявления о банкротстве. Но наибольший интерес у них вызывает аргумент об ограничении компетенций участника ООО по корпоративному или акционерному соглашению. Экономколлегия по вопросу до сих пор не высказывалась, говорит старший партнер КА Pen & Paper Валерий Зинченко, но в иных ситуациях ВС ориентирует суды на «не формальный, а более дифференцированный и взвешенный подход к определению статуса КДЛ», которое должно обладать «реальными возможностями определять действия юрлица».

Советник Saveliev, Batanov & Partners Юлия Михальчук уточняет, что владельцев обанкротившихся компаний, как правило, привлекают к ответственности за одобрение невыгодных сделок или за получение личной выгоды в ущерб должнику.

Ответственность участника ООО (акционера АО) за неподачу заявления о банкротстве, по ее словам, ввели «специально, чтобы стимулировать активно интересоваться делами компании и контролировать работу директора».

Арбитражный управляющий Сергей Домнин полагает, что в деле «Химсервиса» следует сопоставить условия корпоративного соглашения с фактическими обстоятельствами: какую деятельность вел банкрот, есть ли у учредителя ученая степень, лаборатория и так далее. Людмила Бельская имеет степень кандидата химических наук, заведует научно-исследовательской лабораторией биохимии ОмГПУ и упоминается в СМИ как «разработчик новых методов диагностики в медицине».

Кроме того, нужно установить «степень вовлеченности лица в процесс управления должником», полагает господин Зинченко, проверить, «насколько значительным было влияние на принятие существенных деловых решений». Задача ВС — найти баланс «между необходимостью привлечения действительно виновных лиц и недопустимостью излишне расширительного толкования норм», подчеркивает он. Сергей Домнин полагает, что делать общим правилом исключение для ученых-учредителей не стоит, так как тогда многие будут закреплять в документах себе такие узкие полномочия. Юлия Михальчук считает, что ограничение компетенции учредителя вообще не должно работать в банкротных делах, иначе получится «элегантный инструмент избегания субсидиарной ответственности».