Татаро-киргизские культурные связи во второй половине хiх-начале ХХ вв

УДК 008

Ф.Г.Минниханов, М.З.Хабибуллин

ТАТАРО-КИРГИЗСКИЕ КУЛЬТУРНЫЕ СВЯЗИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX-НАЧАЛЕ ХХ вв.

В статье анализируются этнокультурные связи татар и киргизов во второй половине XIX - начале XX века, роль татар, татарской культуры в становлении и развитии киргизской национальной литературы, образования, печати, а также формирование киргизской интеллигенции

Ключевые слова: Этнос, культура, народ, татары, киргизы, цивилизация, ислам, школа, просветители, образование, литература, печать, интеллигенция, книги

Minikhanov Fidail Gimranovich, Khabibullin Mars Zabirovich KAZAN CENTRAL BAPTIZED TATAR SCHOOL: IMPLEMENTATION OF THE ORTHODOX MISSION

The article analyzes the ethno-cultural communication Tatars and Kyrgyz in the second half of XIX - early XX century, the role of Tatars and Tatar culture in the formation and development of the Kyrgyz national literature, education, printing, and also formation of Kyrgyz intelligentsia

Key words: Ethnicity, culture, people, Tatars, Kyrgyz, civilization, Islam, education, educators, education, literature, printing, intellectuals, books

Татарский этнос является дисперсным. Татар можно встретить по всему миру. В то же время татарский народ - один из древнейших этносов который, находясь на стыке двух цивилизаций, впитал в свои традиции все самое лучшее, сохранив при этом свою уникальность и самобытность. Благодаря постоянному стремлению к культурному сотрудничеству, представители татарского народа не только вливались в мировой культурный контекст путем заимствования традиций извне, но и активно влияли на молодые культуры, обогащали их, знакомя с новейшими достижениями восточной и европейской цивилизаций. Известна роль татар в просвещении, экономическом и культурном развитии народов Средней Азии. Особое место занимают татаро-киргизские культурные связи. Два тюркоязычных народа - татары и киргизы имеют богатое историческое прошлое с памятными вехами и поучительными страницами истории. Они были известны друг другу в далеком прошлом. Еще в эпосе «Манас» упоминается о средневековом государстве поволжских татар - Волжской Булгарии. В XI в. выдающийся средне азиатский ученый-филолог Махмуд Кашгари в своем «Дивану лугат ат-тюрк» («Собрание тюркских наречий») упоминает татар в числе двадцати самых крупных, известных ему тюркских племен Центральной Азии. Таким образом о татарах-тюрках он писал как о равноприсутствующем в регионе этносе.

Считается, что на территорию современной Киргизии волжские татары стали прибывать в середине XIX в., хотя первые переселения татар в Среднюю Азию происходили в XVII-XVIII вв.

С Киргизской степью татары познакомились гораздо раньше, чем русские. Еще со времен Петра I царское правительство использовало татарское купечество для расширения взаимоотношений со Средней Азией и Востоком [5, с.2]. Знание языка, европейский кругозор, близость религии и культуры, наличие богатого опыта ведения торговли, глубоких традиций ремесленного производства обусловили обращение царского правительства к татарскому населению как к естественному посреднику. Вот что писал генерал-губернатор Туркестана К.П. фон-Кауфман: «„.мы, будучи не подготовлены к непосредственным с ними [киргизами] отношениям, обратились к посредничеству татар, которые для администрации того времени казались самым подходящим элементом, как по живости их темперамента, так и по сходству их языка с киргизским» [4, с.3]. Таким образом, татары становились российскими первопроходцами на киргизской земле, а культурные связи татарского и киргизского народов изначально были обусловлены политическими причинами. Татары составляли основу государственных служб в Киргизии, так как киргизская элита в своей подавляющей части не знала тюркского литературного языка, не говоря уже о русском. Она зависела от татарских мулл в вопросах прочтения и перевода русской дипломатической корреспонденции и в посылке ответов, написанных на татарском языке. О большом влиянии татар на народы Средней Азии указывали и преподаватели Казанской духовной академии [9, с. 84-91].

Культурные связи татар и киргизов укрепились при Екатерине II. «Императрица держалась того мнения, - писал известный миссионер, этнолог, фольклорист А.В. Васильев, - что привитие мусульманской религии к степным обывателям было лучшим средством их просвещения» [4, с.5]. Своими указами от 1782, 1784, 1787 гг. она «повелела строить на границе киргизской степи татарские школы, мечети и отпечатать за казенный счет Коран для его раздачи киргизам». Одновременно были «учреждены штаты мулл, азанчи и проч. с казенным содержанием» [4, с.5]. Как писал очевидец событий 2-й половины XIX века писатель, русский консул в Чугучаке H.H. Балкашин, «духовное влияние татар на киргизов проявляется преимущественно в том, что они обучают их [киргизов] кратким сурам Корана и степенной татарской обрядности в молении, ... приводят к присягам на Коране и толкуют заключающиеся в нем законы» [2, с.33]. По существу, татарские духовные деятели явились для киргизского народа первыми просветителями и педагогами. А.В. Васильев особо подчеркивал, что вплоть до 1870 годов «царская администрация нисколько не стесняла доступ в степь

татарских мулл и признавала татарских грамотеев людьми вполне пригодными для проведения и привития к кочевникам русской гражданственности. Она приглашала их к участию в обнародовании в степи нововведений, вверяла (доверяла. - Ф.М.) им воспитание киргизского юношества и проч.» [4, с.6]. Известно множество случаев обращения самих киргизов с просьбой прислать им грамотных татар. Так, султан-правитель Ахмед Джантюрин заявлял о необходимости привлечения татар «для богослужения, обучения детей киргизов татарской грамоте...» [4, с.6]. Оренбургская и Сибирская комиссии с успехом пользовались знаниями и умениями татар. Так, после принятия присяги Качыбека в Омске на верность Российской империи для консультаций и сношения русских с Качыбеком был отправлен Файзулла Ногаев. Его деятельность высоко оценил Чокан Валиханов, отметив, что, находясь среди киргизов, Файзулла пользовался их полным доверием и уважением. Позднее, в 1857 г., «Файзулла Ногаев был определен в распоряжение Ч. Валиханова во время второй поездки к киргизам, когда впервые были записаны отдельные сюжеты эпоса «Манас» [8, с.19].

Приглашенные татарские религиозные деятели сыграли важную роль в просвещении киргизов путем укрепления среди них ислама. Например, мулла Мухтурулла Баширов, направленный из Казани, часто ходил по аулам вокруг Иссык-Куля, обучая население намазу и основам ислама. В 1855 г., построив мечеть в Караколе, он совершает намаз. Другой пример: при открытии школы для киргизских детей при Пограничной комиссии в 1550 г. «ближайшим воспитателем их и надзирателем школы был назначен татарин Кукляшев и, с помощью другого татарина-муллы в школе, успел придать этому учебному заведению татарскую физиономию и рутино-мусульманскую обстановку» [4, с.7]. Все эти меры, в конечном итоге, способствовали переселению в Киргизскую степь купцов, опытных торговых деятелей, татарских духовных и народных просветителей, которые в дальнейшем оставались здесь жить и трудиться.

Отношение к татарам как проводникам политических, экономических и духовных связей между Россией и киргизами резко изменилось в начале 70-х гг. XIX в. В 1868 г. было издано Временное Положение, по которому «киргизы были изъяты из Оренбургского муфтия, и им предоставили выбирать себе мулл из среды своей.» [2, с.32]. В 253 параграфе Положения указывалось также, что татарских мулл «могло быть не более одного на волость, а мечети и школы подлежали надзору и упорядочению» [] В 1874 г. существовавшие «в киргизской степи медресе и мектебе» были переданы в ведение Министерства народного просвещения, а «виновные в самовольном открытии этих учебных заведений привлекались к ответственности» [4, с.13]. В Представлении военного губернатора Тургайской области Константиновича (№ 2431) оренбургскому генерал-губернатору Н.А. Крыжановскому от 21-22 мая 1871 г. особо подчеркивалась необходимость «безотлагательной замены в местных управлениях переводчиков и письмоводителей из татар и башкир киргизами, воспитывавшимися в русских учебных заведениях.» [4, с.11-12]. Однако эти и другие меры не подорвали позиции татар и доверие киргизов к ним. По мнению того же А.В. Васильева, в конце XIX в. «нравственное влияние татар на киргизов и авторитет татар в степи был велик» [4, с.16].

Новый, более высокий уровень развития татаро-киргизкого культурного сотрудничества наступил с развитием в России капитализма и возникновением просветительского движения на территории Крыма, Поволжья и Средней Азии в конце XIX - начале XX вв. Последнее было связано с мусульманским реформаторским движением - джадидизмом. Приоритетными задачами туркестанских джадидистов были проведение реформы мусульманского народного образования и подготовка квалифицированных специалистов по жизненно важным отраслям культуры, науки и техники. Для осуществления идей джадидизма создавались татарские школы нового типа («усули-джадид»), в которых имелись парты, доски, географические карты и столы для учителей.

Первые новометодные школы в Киргизии открылись на рубеже XIX - XX вв. По данным канцелярии туркменского генерал-губернатора, к 1909 г. в Пшкекском уезде насчитывалось 14 мектебе, в Пржевальском уезде - 11, на юге Киргизии - 165. Учредителями и первыми учителями в них были татары, а позднее и киргизы, окончившие медресе в Казани и Уфе. Программы для них были выработаны на мусульманских съездах 1905 и 1906 гг., проходивших в Нижнем Новгороде. В школах, наряду с религиозным, дети получали и светское образование. Книги для киргизских школ печатались в Центральном восточном издательстве Казани, а также в Уфе, Оренбурге и других городах.

Создание сети новометодных школ привело к активизации культурных и литературных связей двух родственных народов. В этот период татарская культура становится «окном» и посредником для киргизов в усвоении лучших достижений европейской и мировой культуры. Особо отметим прогрессивную роль татарской книги для народов региона. Татарское издательское дело способствовало развитию книгопечатания в Киргизии. В начале XX в. в Казани были опубликованы книги по истории киргизского народа: О. Садыков «Кыргыз тарихы» (1907), Я. Айманов «Тарих кыргыз шаднамэсе» («Родословная киргизов», 1914) и др. Печатали книги и частные типографии. По данным А. Р. Галимовой, в типографии наследников Чирковой в 1895-1896 печатались такие произведения на киргизком языке, как «Киссаи-Заназаев», «Буз улан», «Малика Хасин» «Айман чулпан» от Шамсутдина Хусаинова [8, с.106]. Следует подчеркнуть роль татарской интеллигенции в налаживании издательского дела в Средней Азии. Как

известно, первую в Туркестане типографию основал известный татарский просветитель, издатель Ш.Б. Бикулов (1846-1920). Газеты, журналы, книги, издаваемые этим энтузиастом, распространялись на всей территории Киргизии. А основными распространителями книг, а также татарских журналов («Урал», «Шура», «Анг», «Ак Юл», «Вакыт», «Юлдуз», «Идель» и др.) были те же купцы и торговцы. В бытность советником Тургайского областного правления А.В. Васильев отмечал, что в конце XIX в. «кроме общемусульманских книг, в киргизскую степь начинают проникать книги, издаваемые татарами специально для киргизов..., а редкий продавец-татарин не имеет их у себя вместе с другими товарами, развозимыми по аулам»[4, с.17]. Как миссионер, он с сожалением отмечал, что, «это означает ознакомление киргизов с исламом и возбуждение в них подражания образцам татарско-мусульманской жизни!» [4, с.17].

Нельзя не отметить, что к рассматриваемому периоду относится начальный этап изучения «Манаса». «Манас» - неисчерпаемое духовное достояние киргизского народа. Он составляет органическую и неотъемлемую часть духовной гордости киргизского народа, отражая его мировоззрение, быт, нравы, эстетические нормы и идеалы, историческую память. Как отмечал видный татарский историк, академик М.Усманов, «в то же время «Манас» и - общечеловеческое достояние. Это обусловлено тем, что он как подлинно национальный эпос с энциклопедически богатым содержанием дает возможность самопознанию, осмыслению далекого прошлого не только кыргызов, но и других родственных народов, особенно тех, кто в прошлом вел кочевой образ жизни, входил в состав кочевых держав средневековья» [11, с.81]. Татары гордятся тем, что в познании и определении ценности «Манаса» принимали активное участие и представители татарского народа. Выдающийся просветитель, ученик Ш.Марджани Х.Фаизханов одним из первых обратил внимание на этнико-нацио-нальное лицо эпоса, отметив его отличие от произведений казахского фольклора. А ведь в 60-х гг. XIX в. и позднее в России и Европе еще не знали, чем отличаются киргизы от казахов и обозначали их одним названием - «киргизы-кайсаки». Прочитав оригинал записей Чокана Валиханова в 1863 г., Х.Фаизханов писал ему: «Сказание о Кукотай-хане, находящееся в Ваших тетрадях, несколько отличается от казахских сказок. Где вы нашли его? Очень ли оно распространено среди Вашего населения? Кажется, это хорошая вещь!» [11, с.83]. Мы видим, что Х.Фаизханов сумел уловить и художественное достоинство, и национальный дух киргизского народного эпоса.

Представители татарского народа и позднее активно занимались с изучением и выявлением различных вариантов эпоса «Манас». Следует назвать имена таких исследователей, как Калим Рахматуллин, Мадина Богданова, Абдулкаюм Мифтахов... Последний в начале XX в., (1920-е гг.) собирал и компоновал отдельные части, отрывки «Манаса», записанные у чичен (исполнители дастанов), и составил целостное произведение [3].

Великий татарский поэт Габдулла Тукай в свое время сказал: «Вовеки нельзя нашу дружбу разбить, нанизаны мы на единую нить». Эти слова в полной мере можно отнести и к татаро-киргизским отношениям. Поистине, многие нити объединяют наши народы, татарский и киргизский, с их многовековой культурой, богатыми традициями. Наши народы по праву гордятся своими великими творениями - поэмами Кул Гали «Юсуф и Зулейха», Кутби <^осров и Ширин», эпосом «Манас». Гордостью татар стал подвиг поэта-героя Мусы Джалиля, предмет гордости кыргызского народа - творения Чингиза Айтматова. Примечательно, что Ч.Айтматов, выражая глубокую признательность за неоценимый вклад в развитие духовной культуры Киргизии татарских ученых и исследователей-татар, писал, что «на формирование современных национальных культур Средней Азии оказала огромное воздействие, в частности на нас, киргизскую литературу, литература татарского народа, татарская художественная и просветительская мысль» [1].

Литература

1.Айтматов Ч.Т. У нас общий путь // Советская Татария. 1972, 13 сент.

2.Балкашин Н. Н. О киргизах и вообще подвластных России мусульманах. СПб: Типография Мин-ва внутр. дел,1887. 60 с.

3.Бактачы М. «Манас»ны доньяга булэк итуче Камю («Камю, подаривший миру «Манас») // Татарстан хэбэрлэре. 2003. 7-14 янв.

4.Васильев А.В. Материалы к характеристике взаимных отношений татар и киргизов. Оренбург: Типолитография, 1889. 63 с.

5.Инфантьев П. Этнографические рассказы из жизни татар, киргизов, калмыков, вогулов, башкир, самоедов. СПб.: Издание АФ. Девриена, 1910. 262 с.

6.Каримуллин А.Г. Татарская книга в пореформенный России. Казань: 1983. 318 с.

7.Каримуллин А.Г. Книги и люди. Казань: Татар. кн. Изд-во, 1985. 302 с.

1. Ajtmatov Ch.T. U nas obshhij put' // Sovetskaja Tatarija. 1972, 13 sent.

2. Balkashin N. N. O kirgizah i voobshhe podvlastnyh Rossii musul'manah. SPb: Tipografija Min-va vnutr. del,1887. 60 s.

3. Baktachy M. «Manas»ny don'jaga buljek ituche Kamju («Kamju, podarivshij miru «Manas») // Tatarstan hjebjerljere. 2003. 7-14 janv.

4. Vasil'ev A.V. Materialy k harakteristike vzaimnyh otnoshenij tatar i kirgizov. Orenburg: Tipo-litografija, 1889. 63 s.

5. Infant'ev P. Jetnograficheskie rasskazy iz zhizni tatar, kirgizov, kalmykov, vogulov, bashkir, samoedov. SPb.: Izdanie A.F. Devriena, 1910. 262 s.

6. Karimullin A.G. Tatarskaja kniga v poreformennyj Rossii. Kazan': 1983. 318 s.

7. Karimullin A.G. Knigi i ljudi. Kazan': Tatar. kn. Izd-vo, 1985. 302 s.

8.Татары в истории Киргизии. Прошлое и современность: материалы Междунар. Науч.-практ. конф. (г. Бишкек, 6 июня 2009 г.). Бишкек: Изд-во КРСУ, 2010. 160 с.

9.Хабибуллин М.З. Вклад преподавателей Казанской духовной академии в изучение истории,языка и этнографии нерусских народов Поволжья и Приуралья в 1854 - 1881 гг. // Вестник Восточной экономико-юридической гуманитарной академии. Уфа, 2009. С. 94 - 91.

10. Хафизов Г.Г. Культурная деятельность татарской интеллигенции в ХХ - первой четверти ХХ века. Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2003. 282 с.

11. Усманов М. А. Богатырская поэма (К 1000-летию эпоса «Манас») / / Научный Татарстан. 1995. № 2. С. 81 - 84.

8. Tatary v istorii Kirgizii. Proshloe i sovremennost': materialy Mezhdunar. Nauch.-prakt. konf. (g. Bishkek, 6 ijunja 2009 g.). Bishkek: Izd-vo KRSU, 2010. 160 s.

9. Habibullin M.Z. Vklad prepodavatelej Kazanskoj duhovnoj akademii v izuchenie istorii,jazyka i jetnografii nerusskih narodov Povolzh'ja i Priural'ja v 1854 - 1881 gg. // Vestnik Vostochnoj jekonomiko-juridicheskoj gumanitarnoj akademii. Ufa, 2009. S. 94 - 91.

10. Hafizov G.G. Kul'turnaja dejatel'nost' tatarskoj intelligencii v HH - pervoj chetverti HH veka. Kazan': Izd-vo Kazan. un-ta, 2003. 282 s.

11. Usmanov M. A. Bogatyrskaja pojema (K 1000-letiju jeposa «Manas») // Nauchnyj Tatarstan. 1995. № 2. S. 81 - 84.