Интегративный подход к исследованию феномена «Дисциплина в правовой сфере»

УДК 343

ИНТЕГРАТИВНЫЙ ПОДХОД К ИССЛЕДОВАНИЮ ФЕНОМЕНА «ДИСЦИПЛИНА В ПРАВОВОЙ СФЕРЕ»

В.Н. Казаков, А.Ю. Анненков, Е.Н. Максакова

Методологические проблемы современных наук находятся в постоянном развитии как под воздействием новых течений в философско-правовой науке, так и вследствие влияния изменений, происходящих в других отраслевых науках, что, как правило, обусловлено не только постоянным прогрессом научной мысли, но и изменяющимися общественными условиями развития этих наук. Автор анализирует новые методы, используемые в правопознании, отмечает тенденции изменения методологии юриспруденции в условиях всеобщей глобализации.

Ключевые слова: дисциплина в правовой сфере, интегральная методология, правопонимание, позитивизм, социологический позитивизм, естественное право, философия права.

Современная российская юридическая наука демонстрирует отчетливо наметившийся вектор развития интегративных концепций правопонимания, рассматриваемых как прогрессивное направление правовой мысли по преодолению методологического кризиса общей теории права. Так, АА. Матюхин полагает, «что при более строгом анализе необходимо признать, что все современные направления правопонимания суть интегративные» [1, с. 132].

Думается, что именно в интегративных концепциях правопонимания реализуется фундаментальный принцип правовой материи «единства в многообразии», который позволяет рассматривать право максимально объемно, изучать его как в статике, так и в динамике. Интегративная юриспруденция адекватна требованиям времени и является сбалансированным методологическим ответом современной юридической науки на вызовы динамично меняющейся правовой действительности XXI века.

Юридический позитивизм придает праву инструментальную ценность как средству обеспечения определенного порядка общественных отношений. Само право - это внешний порядок, поддерживаемый при помощи принуждения со стороны государства, продуцирующий преимущественно конформистское законосообразное поведение.

Н.В. Варламова подчеркивает, что только позитивистский подход способен давать однозначные ответы на практические вопросы правового регулирования. Привлекая в качестве союзника Г. Кельзена, автор отмечает, что юснатурализм, как только спускается с заоблачных философских высот к конкретным проблемам правового регулирования, неизбежно возвращается в лоно позитивизма [2, с. 5].

В русле данного правопонимания и было сформировано понятие дисциплины в правовой сфере, которая иначе как «государственной» не именовалась. Так, говоря дисциплине как о государственно -правовом феномене, В.М. Манохин отмечает, что ее можно охарактеризовать как субординационную

связь, складывающуюся между государством (его компетентными органами) и другими субъектами права в процессе осуществления задач и функций государства [3, с. 11]. Тот же В.М. Корельский подчеркивает: «Государственная дисциплина по своей сути представляет организованное подчинение управляющей государственной воле (власти)» [4, с. 78].

Безусловно, советский позитивизм обладал своей существенной спецификой, в частности, опирался на классовый подход. Данный подход оправдывал произвол и волюнтаризм советской власти, политические репрессии, беззаконие, фактически выхолащивал суть права. И нельзя не видеть того, что советский позитивизм формировался на фоне навязываемого сверху единомыслия, необходимости единого понимания всех явлений, в том числе и права.

Указанный подход или обходит стороной ценностную проблематику в праве, или придает ей второстепенное значение, отдавая приоритет государственной воле. Поэтому вопрос о моральной обоснованности дисциплины в правовой сфере, соответствии существующему уровню правосознания, т.е. вопрос о ценностной легитимации права и дисциплины не ставится.

Справедливости ради следует обратить внимание на определенный поворот в подходах современного позитивизма. В этой связи можно говорить о существенной переоценке ценностей, когда позитивное право становится не продуктом классового угнетения, а средством гармонизации жизни всего общества. Так или иначе, отличительной чертой современного отечественного позитивизма является попытка осмыслить социальную и нравственную ценность права. Этот вопрос решается зачастую различно, хотя очевиден уклон в сторону признания общесоциального и общечеловеческого характера системы права. Следует отметить, что юридический позитивизм, по мере того как он становится более утонченным и реагирует на критику, неизбежно движется к позициям, близким к пониманию дисциплины в русле естественно -правовой теории. Так, крупнейший представитель юридического позитивизма в Англии Х. Харт не только признавал, что действующие законы можно критиковать с моральной точки зрения, но и говорил о «минимальном объеме естественного права» [5].

Проблематика современного отечественного позитивизма во многом формируется как реакция на советскую государственно-правовую практику, и в этом смысле является «постсоветской».

Современный позитивизм глубоко противоречив по своим целям и задачам и, следовательно, не может быть понимаем целиком как классовый продукт, либо как исключительно общесоциальное явление. Необходимо отказаться от упрощений современной реальности. Четкое понимание целевой неоднозначности, отсутствие предзаданности системы права позволит выработать более адекватное представление о современном позитивном праве. Именно нестабильность общественного развития как раз позволяет увидеть все растущую в своей значимости роль позитивного права в современном социуме,

но не в качестве продукта простого, однозначного общества, а как осуществление выбора того или иного пути развития, тех или иных ценностей, которые постулируются в качестве более актуальных по сравнению с иными, существующими в данный момент.

В русле социологической мысли понятие дисциплины отражает действительное, эмпирически устанавливаемое правовое состояние жизни общества в целом. При этом следует согласиться с В.В. Лапаевой, которая справедливо замечает: «Без использования теоретического потенциала юридической науки социология права не может, на мой взгляд, обрести статус полноценной научной дисциплины и будет представлять собой комплекс эмпирических исследований, не выходящих на фундаментальные проблемы правовой жизни общества» [6]. Понятие же правомерного поведения характеризует право с точки зрения полноты и эффективности его действия.

Для социологического подхода право есть не просто нормативное установление, приказ, «воля» и т.д. а то, что реально определяет поведение субъектов, их права и обязанности. Юридическая социология обеспечивает не только познание изучаемых феноменов, но и их толкование.

Действительно, регулируя различные формы и элементы поведения людей, право влияет на их практическую деятельность, а тем самым и на фактические общественные отношения, складывающиеся в различных сферах жизни. Социология играет роль одного из главных элементов в процессе разработки юридического правила, его эволюции, оценки, толкования.

Особое внимание при этом следует обратить на роль общественного мнения в формировании правомерного поведения и сознательной дисциплины. «Ведь будучи продуктом общества, общественное мнение, в свою очередь, оказывает воспитательное воздействие на общество в целом, его социальные институты и граждан» [7, с. 247]. Неотъемлемый атрибут общественного мнения составляет нормативность, поскольку при оценке социальных фактов, явлений и процессов оно исходит из вполне определенных правил поведения (нравственных или юридических), формирует модели поведения в соответствии с правильно или неправильно познанными потребностями и интересами социальных общностей, руководствуется определенными образцами, вырабатывая свое отношение к тем или иным вопросам. Нормативность общественного мнения всегда предполагается, и если оно лишено этого качества, то вряд ли можно говорить о его существовании. Нормативность служит, во-первых, критерием оценочных суждений, и, во-вторых, средством достижения целей, преследуемых социальными общностями.

Критикуя данный тип правопонимания, Н.Н. Вопленко отмечает, что понимание права как порядка правовых отношений заранее оправдывает существующую юридическую практику, ее отнюдь не всегда правомерные и нравственно оправданные тенденции развития. Кроме того, представление о праве как системе сложившихся отношений отводит нормотворчеству официальных государственных структур весьма незавидную и второстепенную роль. Законодатель может лишь наблюдать и констатировать в форме

последующего юридического закрепления объективно сложившиеся нормы и отношения [8, с. 24].

По мнению социологов, «... норма права - это соглашение о свободе, обремененной обязанностью, контроль за исполнением которого призван осуществлять властвующий социум» [9, с. 108]. Можно сказать, что это есть изучение воздействия права на поведение людей, как опосредованного воздействия на интересы и нужды населения, сочетающегося с целями правового регулирования. Здесь на наш взгляд, просматривается связь между социологическим и аксиологическим подходами. Особенностью социологического подхода в данном случае является раскрытие социальных потребностей, порождающих данные отношения, особенностью аксиологического - выделение в многообразии социальных связей собственно правовых отношений.

В аспекте естественно-правовой мысли понятие дисциплины, по всей видимости, выражает заданность в общественной жизни некоторых инвариантных свойств, непосредственно характеризующих природу права. Весьма примечательна позиция М. Ориу, по мнению которого естественное право уже реализовано, во-первых, в классическом римском праве, «писаном разуме юриспруденции», и, во-вторых, в современном «общем праве». Понятие же правомерного поведения указывает на имманентно присущую человеку способность самостоятельно различать и устанавливать правовые ценности как предмет своих устремлений. Например, приучение личности следованию сложившимся обычаям, традициям, правилам приличия, определенным стандартам поведения вообще. Обратим также внимание на такой способ внешнего регулирования, специфичность которого для морали признается большинством исследователей, как воздействие на людей общественного мнения. Прежде всего, речь идет об оценках в нем поведения личности и осуществляемых через общественное мнение поощрениях и наказаниях. Как отмечал В.А. Блюмкин: «Это один из тех «китов», на которых зиждется мораль, и один из главных каналов, по которому нравственные нормы и представления данного общества проникают в формирующееся сознание личности и закрепляются в его различных феноменах» [10, с. 90].

Сила общественного мнения вытекает из социальной природы человека, который формируется, живет и развивается только в обществе, который накрепко привязан к социальной среде всеми своими потребностями. Значение общественного мнения связано также с оценкой человеком себя через других, в частности через их мнение о себе. Не располагая оценками окружающих, мнением общества о себе, человек лишился бы одного из важнейших и достаточно объективных оснований своего самосознания и самооценки. Нет поэтому ничего удивительного в том, что каждый человек прислушивается к голосу общественного мнения, находится под его постоянным воздействием и дорожит мнением окружающих о себе.

«Естественное право, - писал В.С. Нерсесянц, - это везде и всегда наличное, извне предданное человеку исходное для данного места и времени

право, которое как выражение объективных ценностей и требований человеческого бытия является единственным и безусловным первоисточником правового смысла и абсолютным критерием правового характера всех человеческих установлений, включая позитивное право и государство» [11, с. 794]. При этом естественное право предстает не только как «некое естественно данное правовое начало, но и как естественно действующее право, наряду с офицально действующим позитивным правом» [11, с. 25.], что и порождает присущий этому подходу правовой дуализм.

Показателен в этом плане ход мысли Б.П. Вышеславцева. В одной из своих работ он, в частности, писал: «Учение о естественном праве, о lex naturae, о «неписанном» законе... или о законе «написанном в сердцах», - расширило сферу действия принципа «закона», объем понятия закона до последних пределов и вознесло ценность такого «божественного» закона до предельной высоты. . Возникает соблазн признать естественный закон имеющим значение «для всех времен и народов» и понять всякую этику и всякую добродетель как соблюдение естественного закона совести, закона, написанного в сердцах.» [12, с. 35-36].

В целом для «возрожденного» естественного права характерен заметный поворот к реальным и конкретным аспектам правовой практики, свидетельствующий о чуткости естественно-правовой мысли к актуальным проблемам действительности и способности предложить свои ответы и решения, в которых традиционная ориентация на апробированные ценности гибко сочетается с новейшими веяниями, ожиданиями и тенденциями, с духом времени [13, с. 24].

Современные представители западной юриспруденции обращают внимание на необходимость компромисса для согласования идей позитивизма и естественного права, их взаимодополняемости. Подчеркивается парный характер понятий «естественное право» и «позитивное право». Именно в единстве можно говорить об их совершенстве, а все назначение естественного права состоит в том, чтобы сделать действующие нормы лучше [14, P. 116].

Говоря об особенностях философско-правового подхода к пониманию дисциплины необходимо отметить, что важнейшей задачей философии права выступает развитие методологии юридического познания. Значительные результаты в этом направлении развития философии права получены, например, Д.А. Керимовым и, особенно, В.П. Малаховым [15; 16; 17; 18; 19]. В качестве «юридической философии права» она представляет собой ту часть юриспруденции, в которой сосредоточивается общенаучная методология юридического познания и выявляется предельная (для юридической теории) глубина понимания всего массива юридической проблематики.

Для логики методологического анализа понятия «дисциплина» философия права имеет значение в качестве фундаментального основания исследования. Именно в силу универсальности она является интегральным руководством в научном познании и познавательным стержнем любого правового исследования. Это объясняется, прежде всего, тем, что философия

права «выполняет специальные гносеологические функции, являясь теорией познания, логикой и диалектикой развивающегося права» [16, с. 72].

Сущность дисциплины, как универсального понятия правоведения, отвечающей современным потребностям социального прогресса, может быть понята и объяснена лишь в единстве и органической связи с закономерностями и тенденциями общественного развития. Это означает не только узкоюридическое, но и значительно более широкое видение, прежде всего философское и социологическое, историческое и экономическое, политическое и психологическое, этическое и аксиологическое. При этом, следует заметить, что проблемы правовой аксеологии в последнее время находят все больший отклик в юридической литературе [13; 20; 21; 22]. Действительно, анализ дисциплины как важнейшей стороны общественной жизни необходим не только с точки зрения собственно юридического подхода, но и на уровне философского и социологического знаний, которые позволяют наиболее точно ориентироваться в происходящих в социуме чрезвычайно динамичных процессах, адекватно реагировать на них.

Комментируя сказанное, следует отметить, что и право, и дисциплина в правовой сфере - это не только юридические, но социальные феномены. И для философско-правовой, и для теоретико-правовой мысли право выступает формой утверждения системы социальных целей, ценностей, идей. Но эти цели, ценности и идеи имеют в рамках философско-правовой и теоретико-правовой мысли существенно разные формы существования и выражения.

С одной стороны, теория права является наукой, а значит, она подчинена логике научного познания и развертывается как система научных знаний. С другой стороны, если она обращена к праву в целом (как общая теория), тогда она представляет собой теоретизирующее политическое сознание, является воплощением логики и принципов политического сознания[21; 23; 24; 25; 26]. Сказанное отражает не природу общей теории права, а исторически сложившийся факт, а именно, то, что юридическая теория права всегда, по сути, была обращена к узаконенному праву как элементу политической организации общества.

Юридическое мышление имеет своим предметом именно такое право. Не случайно и для политологов, и для большинства юристов право неразрывно связано с государством и может быть понято только через эту связь. Стало быть, в своем предельном выражении право предстает как продукт рефлексии политического сознания.

Однако сводить значимое право только к его юридической форме значит исключать из теоретического осмысления огромный массив реальных жизненных фактов, реальную жизнь. Именно эти реальные жизненные факты, которые в своей массе обнаруживают огромный пласт исторически обусловленной и культурно определенной правовой жизни общества. Как

раз через призму их общетеоретического анализа у нас появляется возможность иначе взглянуть на понимание дисциплины в правовой сфере. Ведь в значительной массе ситуаций (стихийно воспроизводимая правовая жизнь

людей) юридическое (государственное) право выступает фоновым. Элементарные начала социальной дисциплины закладываются в недрах общества и формируются в процессе человеческого общения.

Вследствие фундаментального различия типов социального мышления, положенных в основу теоретизирования о праве, для философии право оказывается областью силы, т.е. реализуемого усилия, а для общей теории права оно предстает как область власти (властно реализуемого закона), причем, последняя выступает лишь одной из форм проявления социальной силы. Для философии право, в конечном счете, есть область индивидуального социально значимого бытия людей, а для общей теории право - это область лишь общественного (коллективного) бытия людей. Определение права как воли господствующего класса, возведенной в закон, носит явно политический характер[28]. Понимание же права как института гражданского общества, призванного защищать граждан от произвола государства, свойственно собственно правовому отражению социальной реальности [28]. В.П. Малахов справедливо пишет по этому поводу: «Утверждение о существовании значимого права только в юридической форме ведет и в теории, и на практике к гипертрофии роли и функций государства, к видимости существования гражданских институтов, гражданского общества, к признанию несущественности локализованных форм жизни, например, малых народов, социальных групп и пр. образований» [29, с. 370, 371].

Философско-правовой взгляд на понимание дисциплины в правовой сфере безусловно позволяет расширить границы исследования данного феномена.

Таким образом, использование интегративного подхода объективно обусловлено спецификой человеческого познания, характеризующегося двумя тенденциями: с одной стороны, стремлением выразить единство и целостность мира, а с другой - выявить закономерности специальных частных структур [30, с. 81]. При этом ход движения науки обнаруживает следующую последовательность: от дифференциации к интеграции, «от специального, частного к более общему, от низшей ступени познания к высшей, от изучения изолированных сторон предмета к единству их рассмотрения» [31, с. 123].

Существует ряд реальных предпосылок для утверждения в правоведении интегративного подхода. Прежде всего - это признание за правом качества общесоциального регулятора, что объективно предполагает наделение его интегративными качествами. Еще Т. Парсонс обратил внимание на то, что праву должна быть присуща интегративная функция. В его понимании право призвано и способно обеспечить и функциональную, и структурную связь внутри всей социальной системы путем органической интеграции в нее различных по своим целям, задачам и специфике деятельности социальных, политических и экономических институтов [32, с. 83]. Словом, как инструмент обеспечения общей воли, право не может не иметь интегративной направленности.

Список литературы

1. Матюхин А.А. Государство в сфере права (Институциональный подход): дисс. ... д-ра юрид. наук: 12.00.01. Алматы, 2001.

2. Варламова Н.В. Непозитивистская концепция юридической догматики: постановка проблемы // Рос. правосудие. 2007. № 10.

3. Манохин В.М. Государственная дисциплина в народном хозяйстве. М., 1970.

4. Корельский В.М. Демократия и дисциплина в развитом социалистическом обществе. М., 1977.

5. Харт Г.Л.А. Понятие права/ Пер. с англ.; под общ. ред. Е.В. Афонасина и С.В. Моисеева. СПб., 2007.

6. Лапаева В.В. Социология права: в поисках новой парадигмы // Государство и право. 1992. № 7.

7. Боботов С.В., Боруцкая-Арцтова М., Гаврилов О.А., Казимирчук В.П., и др. Личность и уважение к закону. Социологический аспект. М., 1979.

8. Вопленко Н.Н. Очерки общей теории права. Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2009.

9. Варданянц Г.К. Социологическая теория права: монография. М.,

2007.

10. Блюмкин В.А. Моральные качества личности. Воронеж Издательство Воронежского университета 1974.

11. Нерсесянц В.С. Философия права. М., 2000.

12. Вышеславцев Б.П. Этика преображенного эроса. М., 1994.

13. Нерсесянц В. С., Муромцев Г. И., Мальцев Г. И. и др Право и культура: монография. М. 2002.

14. См.: Gianformaggio L. Droit naturel // Dictionnaire encyclopedique de theorie et sociologie du droit. Bruxelles, 1988. P. 116.

15. Керимов Д.А. Основы философии права. М., 1992.

16. Керимов Д.А. Методология права (предмет, функции, проблемы философии права. М., 2000.

17. Малахов В.П. Правосознание: природа, содержание, логика. монография. М., 2001.

18. Малахов В.П. Философия права : учебное пособие. Екатеринбург,

2002.

19. Казаков В.Н., Малахов В.П. Правосознание и правомерное поведение. Монография. М.: МосУ МВД России, 2002.

20. Графский В.Г., Мамут Л.С., Нерсесянц В.С. Проблемы ценностного подхода в праве: традиции и обновление. М., 1996.

21. Нерсесянц В.С. Философия права: учебник. М., 1997.

22. Артемов В.М. Правопорядок в современном Российском обществе: концептуальные обоснования и инновации. М.: Акад. упр. МВД России, 1998.

23. Проблемы общей теории права и государства / Под ред. В.С. Нерсесянца. М., 1999.

24. Розин В.М. Юридическое мышление в исторической и современной перспективе. Тольятти, 1996.

25. Розин В.М. Юридическое мышление. Опыт методологического изучения // Вопросы методологии. 1996. №№ 1-2.

26. Филмер П.Л. Понятие права в либеральной мысли // Вопросы методологии. 1996. № 1, 2.

27. Ленин В.И. Государство и революция. Полн. собр. соч. Т. 33. М.,

1974.

28. Кант И. Метафизика нравов в двух частях. Соч. в шести томах. Т.4. Ч.2. М., 1965.

29. Малахов В.П. Формы и виды права // Концепция философии права: научное издание / Серия «Научные школы Московского университета МВД России». М., 2007.

30. Кедров Б. М. О синтезе наук// Вопросы философии. 1973. № 3.

31. Розов М.А. Интегративные тенденции в современном мире и социальный прогресс. М., 1989..

32. Боботов С. В. Буржуазная социология права. М., 1978.

Казаков Владимир Николаевич, д-р юрид. наук, проф., проф. кафедры государственного и административного права, vladimir. kazakov. 53@mail. ru, Россия, Тула, Тульский государственный университет,

Анненков Алексей Юрьевич, канд. юридч. наук, доц. кафедры государственного и административного права, lex97531@mail.ru, Россия, Тула, Тульский государственный университет,

Максакова Елена Николаевна, аспирант, Kam-181@yandex.ru, Россия, Москва, Российская Академия адвокатуры и нотариата

INTEGRATIVE APPROACH TO THE STUDY OF THE PHENOMENON «DISCIPLINE IN THE LEGAL FIELD» V.N. Kazakov, A. Y Annenkov, E.N. Maksakova

Methodological problems of modern science are in constant development under the impact of new trends in philosophical and legal science, and because of the impact of changes in the other branch of science, which is usually caused not only by the constant progress of scientific thought, but also the changing social conditions of these sciences. The author analyzes the new methods used in pravopoznanii notes trends in jurisprudence methodology in conditions of globalization.

Keywords: discipline in the legal sphere, the integrated methodology, legal thinking, positivism, sociological positivism, natural law, philosophy of law.

Kazakov Vladimir Nikolaevich, Dr. jurid. Sciences, prof., prof. Chair of State and Administrative Law, vladimir. kazakov. 53@mail. ru, Russia, Tula, Tula State University,

Annenkov Alexey Yurevich, Сand. jurid. sciences, Associate Professor of public and administrative law, lex97531@mail.ru, Russia, Tula, Tula State University.

Maksakova Elena, a graduate student, Kam-181@yandex. ru, Russia, Moscow, Russian Academy of lawyers and notaries