Объектные отношения в тюркских языках

УДК 811.512.145'367+811.512.1

ОБЪЕКТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ТЮРКСКИХ ЯЗЫКАХ

Л. Г. Хабибуллина

Институт языка, литературы и искусства имени Г. Ибрагимова Академии наук Республики Татарстан

Поступила в редакцию 1 марта 2016 г.

Аннотация: современный этап развития лингвистики характеризуется широкой разработкой проблемы системности сложноструктурных функционально-семантических категорий как в содержательном, так и в репрезентативном планах. В данной статье описываются способы формальной репрезентации прямых и косвенных объектов применительно к тюркским языкам.

Ключевые слова: косвенный объект, неопределенный прямой объект, определенный прямой объект, прямой объект.

Abstract: modern state of linguistics is characterized by a growing interest to the problem of systemic organization, semantic and formal characteristics of complex functional semantic categories. The article describes ways of formal representation of direct and indirect objects in the Turkic languages. Key words: indirect object, indefinite direct object, definite direct object, direct object.

Несмотря на наличие отдельных статей и диссертационных работ, где прямо или косвенно затрагиваются вопросы семантики между синтаксическими единицами, объектные отношения в тюркологии не изучены в полном объеме. Данная статья является попыткой восполнить существующий пробел и проанализировать семантику и репрезентацию объектных отношений в тюркских языках. Материал для исследования привлекался из текстов художественной литературы, малых жанров тюркского фольклора, разговорной речи. Картотека, составленная методом сплошной выборки, насчитывает около 1000 карточек.

Объектными называются отношения, при которых глаголы, причастия и деепричастия вступают в се-мантико-грамматическую связь с именами существительными. Как известно, в системе объектных отношений выделяются прямой и косвенный объекты. Прямой объект показывает реальный или грамматический объект, над которым совершается действие в реальном и грамматическом смысле. Он обычно употребляется с переходным глаголом, который в предложении может быть не только сказуемым, но и другим членом предложения. Прямой объект может быть определенным и неопределенным. Выделение определенных и неопределенных прямых объектов языковеды сводят к грамматической определенности (осведомленности говорящего о предмете) и неопределенности предмета (неосведомленности говорящего о предмете).

Уже в первых тюрко-татарских грамматиках имеются сведения об определенных и неопределенных

© Хабибуллина Л. Г., 2016

прямых объектах. Так, в «Общей грамматике турецко-татарского языка» А. Казем-Бека отмечается, что если предмет действия не является определенным и не стоит непосредственно перед глаголом, винительный падеж заменяется на именительный [1, с. 381-382]. Н. И. Ашмарин, Н. Ф. Катанов, П. М. Мелиоранский считают, что винительным падежом обозначается определенный предмет, а именительным (неоформленным винительным падежом) - неопределенный.

В тюркских языках определенный прямой объект, как правило, выражается существительным в винительном падеже, а неопределенный прямой объект - существительным в неопределенном винительном падеже, т.е. без аффиксов. Например: азерб. Догрудан да, Такир охлову мэрч кэлдиклэри ]ерэ санчмышды 'И действительно, Тахир вонзил скалку в то самое место, за которое они держали пари'; башк. Студент хатты яза 'Студент пишет (данное) письмо'; гаг. Сора евин чорбажыйкасы койду софрайы 'Потом хозяйка дома накрыла на стол'; каз. 0лецд1 мен жаз-баймын ермек Yшiн... (Абай) ' Не для забавы я слагаю стих...'; карач.-балк. Столдагъы китапны манга берчи 'Подай-ка мне книгу, находящуюся на столе'; кирг. Цыз башын квтYрдY 'Девушка подняла голову'; шор. По ишти чакшы пилча 'Он хорошо знает это дело' - определенный прямой объект; азерб. Лал-динмэз кэрэси бир нечэ тикэ пендир-чврж ]еди 'Каждый молча съел несколько кусочков хлеба с сыром'; башк. Студент хат яза 'Студент пишет письмо (какое-то)'; гаг. Гечтии афта биза гечирдилар шафк 'На прошлой неделе нам провели свет'; каз. Абай домбыра тартып, ^й ^щренте бердi 'Абай играл на домбре, грустно звучал кюй'; карач.-балк. Мен къой кёрдюм 'Я увидел овцу'; шор. Пистинъ

Л. Г. Хабибуллина

кускуде палык анънапчалар 'У нас осенью ловят рыбу' - неопределенный прямой объект.

Выражение определенного прямого объекта существительным в винительном падеже находим и в текстах орхонских памятников: Сусм цоп влYртiм 'Я разбил много их войск' [2, с. 131].

Косвенный объект имеет лишь косвенное отношение к действию. В тюркских языках значение косвенного объекта выражают:

1) словосочетание с именем в направительном падеже: башк. Таузары - алтын-квмвшкэ, кыузары

- балыцца, цырзары - игенгэ, урмандары Нылыу агастарга бай ул ерзец ' Горы тех мест богаты золотом и серебром, воды - рыбой, просторы - хлебом, леса

- прекрасными деревьями'; гаг. Каршы гелийрымуч кыза 'Встречаю трех девушек'; каз. Ревякинге осы ойымды айттым 'Я высказал Ревякину эту мысль'; карач.-балк. Арыгъан атха къамчи да жюкдю (пословица) 'Для уставшей лошади и плеть является грузом', Ауарыкъ ташха таянма (пословица) 'Не опирайся на камень, который перевернется'. В языке орхонских памятников древнетюркской письменности VIII в. тоже встречаются подобные конструкции: Анта втрYцаганыма втYнтYм 'После этого я обратился с просьбой к кагану' [2, с. 131];

2) инфинитив: азерб. Ьеч олмаса охумагдан, чал-магдан даныш 'Расскажи хоть о пении, о музыке'; гаг. Гун йаклашармыш каушмаа 'Солнце близилось к закату' (букв. 'заходить');

3) имя в основном падеже в сочетании с послелогами:

- белэн 'с': башк. Улыц менэн мацтанма, улыцдыц эшеменэн мацтан (пословица) 'Не хвались сыном, хвались делами сына'; карач.-балк. Ол сол къолу бла бешик тебирете, онг къолу бла отха отун сала турады ' Она левой рукой качает детскую люльку, а правой кладет дрова в огонь'; туркм. мугаллым билен гурруц эдйэрин 'разговариваю с преподавателем', душман билен герешмек 'бороться с врагом'. В языке древнетюркских памятников: 1згй будун б1рШ суyушдiмiз 'Мы сразились с народом изгиль' [3, с. 56];

- турында, хакында 'о': тат. Матурлык турында сейлэшик 'Поговорим о красоте'. Интересно отметить, что в карачаево-балкарском языке в этом же значении используется форма исходного падежа и послелог юсюнден: Аны батырлыгъындан жырлайбыз 'Мы поем о его смелости', Байкъулну юсюнден жаншай болурэди 'Наверное, он болтал о Байкуле', Аны юсюнден да сёлешиннгенди 'Сказано и об этом';

- артыннан 'сверх', буенча 'по', урынына 'вместо': башк. Икмэк цоркац артынан йеремэй (пословица) 'Хлеб за брюхом не ходит';

- ку_рэ 'по' (в этом случае имя существительное употребляется в форме направительного падежа):

башк. Кунагына курэ цэзере, улегенэ курэ цэбере (пословица) 'Как по гостю почет, так по покойнику могила';

- башца 'кроме' (в этом случае имя существительное употребляется в форме исходного падежа): тат. Мин рэссам, ищаттан башка яши алмыйм 'Я - художник, не могу жить без творчества'.

Объектные отношения в тюркских языках формально схожи с пространственными отношениями. Для их разграничения следует обратить внимание на сказуемое предложения. Так, если сказуемое выражается непереходным статичным глаголом, существительное в форме направительного падежа является косвенным объектом, в предложении выполняет роль косвенного дополнения; а если сказуемое передается непереходным динамичным глаголом, данное слово является обстоятельством места, складывается пространственное отношение. Например: азерб. Кезлэр гыр рэнкли торпага дирэнир 'Взор устремляется в бурую землю' - в предложении выражено объектное отношение, а в предложении Алма агачдан ]ерэ дYшдY 'Яблоко с дерева упало на землю' передается пространственная семантика.

Когда сказуемое предложения выражено статичным глаголом, зависимое слово в форме винительного падежа является прямым дополнением, между ними складывается объектное отношение; а когда сказуемое выражено динамичным глаголом, зависимое слово является обстоятельством места, репрезентируется пространственное отношение. Например: азерб. Мэн Бакыны чох бэ;энирэм 'Я очень люблю Баку' (объектное отношение); Мэн Бакыны до^унча кэздим 'Я обошел Баку' (букв. 'вдоль и поперек') (выражается пространственное отношение).

В предложении существительное в местно-вре-менном падеже служит косвенным дополнением, если указывает на местонахождение предмета, и обстоятельством места, если показывает место совершения процесса. Например: гаг. Шулай Тодинин карысында дууду учунжу ушак - кыз 'У жены Тоди Шулая родился третий ребенок - девочка'; каз. Балъщта сут жоц, жылцыда ет жоц (пословица) 'У рыбы нет молока, у лошади нет желчи' (объектное отношение); тат. Урманда чэчэклэрнец ниндие генэ юк 'Каких только нет цветов в лесу' (пространственное отношение).

Когда сказуемое предложения выражается переходным статичным и непереходным статичным, переходным динамичным глаголом, между ним и зависимым словом в исходном падеже складываются объектные отношения (выражается косвенный объект), когда сказуемое выражается непереходным динамичным глаголом - пространственное отношение. Например: башк. Квслвнэн цурцма, усленэн цурц (поговорка) 'Не бойся сильного, бойся мстительного';

Объектные отношения в тюркских языках

гаг. Буун салверерим сени иштан 'Сегодня освобождаю тебя от работы'; каз. Адам баласын ауыр бей-неттен ц^тцарамыз 'Человечество освободим мы от тяжелых работ'; карач.-балк. Юй агъачдан, таш-дан ишленеди 'Дом строится из дерева и камня' (объектное отношение); азерб. Сэмэд jолдашлары илз бзрабзр алтынчы вагондан дYШYрдY 'Самед вместе со своими товарищами выходил из шестого вагона'; карач.-балк. Мен шахардан келеме 'Я иду из города' (пространственное отношение).

Как видим, косвенные объектные и пространственные отношения различаются по семантическому содержанию, а не по грамматическому оформлению.

Значимое место в исследовании синтаксической структуры языка занимает изучение смысловых отношений между синтаксическими единицами. Проведенный анализ показал, что объектные отношения в тюркских языках репрезентируются различными по структуре конструкциями. Сложность их изучения связана с формальной схожестью объектных отношений с пространственными отношениями. В некоторых случаях в предложениях отсутствуют маркеры, которые позволяют заведомо отнести конструкции к числу тех или иных смысловых отношений. Именно поэтому при проведении анализа структурно-семан-

Институт языка, литературы и искусства имени Г. Ибрагимова Академии наук Республики Татарстан

Хабибуллина Л. Г., кандидат филологических наук, научный сотрудник отдела лексикологии и диалектологии

E-mail: valievalg@mail.ru

Тел.: 8 (843) 292-76-59

тической организации синтаксических единиц следует учитывать взаимную обусловленность формы и содержания смысловой конструкции.

ЛИТЕРАТУРА

1. Казем-Бек А. Общая грамматика турецко-татарского языка / А. Казем-Бек. - Казань : Университетская типография, 1846. - 459 с.

2. Айдаров Г. Язык орхонских памятников древне-тюркской письменности VIII века / Г. Айдаров. - Алма-Ата : Наука (Казахская ССР), 1971. - 380 с.

3. Кондратьев В. Г. Очерк грамматики древнетюрк-ского языка / В. Г. Кондратьев. - Л. : Изд-во Ленингр. ун-та, 1970. - 65 с.

СОКРАЩЕНИЯ

Азерб. - азербайджанский Башк. - башкирский Гаг. - гагаузский Каз. - казахский

Карач.-балк. - карачаево-балкарский

Кирг. - киргизский

Тат. - татарский

Туркм. - туркменский

Шор. - шорский

Institute of Language, Literature and Art named after G. Ibragimov of the Republic of Tatarstan Academy of Sciences

Habibullina L. G., Candidate of Philology, Researcher of the Lexicology and Dialectology Department E-mail: valievalg@mail.ru Tel.: 8 (843) 292-76-59