Авария / Упал спутник Марса

Авария / Упал спутник Марса

Опять в пролете

       Стартовавший в ночь на 17 ноября космический корабль "Марс-96" потерпел аварию. Это традиционный финал для большинства экспедиций, отправленных к Марсу.
       
Есть ли жизнь на "Марсе"?
       СССР начал исследование Марса в начале 60-х. Вот как описывает советскую космическую программу "Марс" Большой энциклопедический словарь (М., 1993):
       В 1962-1974 гг. совершили полеты семь "Марсов". Капсула "Марса-2" впервые достигла Марса, спускаемый аппарат "Марса-3" совершил посадку на Марс (1971). В 1973 г. впервые по межпланетной трассе одновременно совершали полет четыре "Марса". "Марс-5" стал искусственным спутником Марса, "Марс-6" достиг его поверхности.
       На самом деле все было не совсем так. К Марсу стартовало гораздо больше аппаратов, но название "Марс" получили только те, которые благополучно вышли на межпланетную траекторию. Вот хронология всех запусков.
       1960 г. На этапе выведения на околоземную орбиту потерпели аварию аппараты 1М #1 и #2.
       1962 г. Взорвалась ракета с аппаратом 2МВ.
       Аппарат 2МВ4 ("Марс-1") приблизился к Марсу, но не передал никакой информации из-за отказа системы ориентации. На этапе выведения на околоземную орбиту потерпел аварию аппарат 2МВ3.
       1964 г. В направлении Марса запущен аппарат "Зонд-2". Об эффективности этого проекта данных нет.
       1969 г. На околоземной орбите потерпели аварию два аппарата М69.
       1971 г. Аппарат М71С из-за ошибки оператора стал искусственным спутником Земли и получил название "Космос 419". Аппарат М71 ("Марс-2") достиг Марса, но из-за ошибок в бортовом управляющем комплексе получить информацию со спускаемого аппарата не удалось. Аналогичный "Марс-3" передавал информацию в течение 20 сек., а потом перестал.
       1973 г. Аппарат М73С ("Марс-4") из-за ошибок бортового компьютера не вышел на орбиту спутника Марса. Аналогичный "Марс-5" стал спутником Марса и был готов ретранслировать на Землю информацию со спускаемых аппаратов "Марс-6" и "Марс-7". М73П ("Марс-6") достиг Марса и прошел на высоте 1300 км над поверхностью планеты, не совершив посадки. "Марс-7" долетел удачно, совершил торможение в атмосфере, при спуске заработала вся научная аппаратура. Однако информация передавалась всего 150 сек. После этого связь с аппаратом прекратилась.
       
Экспедиция "земля — вода"
       О причинах аварии "Марса-96" твердо известно только одно: нештатно сработал разгонный блок Д, который затем вместе с основным аппаратом упал в Тихий океан. И как будто океанской воды набрали в рот основные предприятия, готовившие этот пуск — НПО им. Лавочкина (аппарат), Центр им. Хруничева (ракета-носитель "Протон") и РКК "Энергия" (разгонный блок Д). Весь удар прессы приняло на себя Российское космическое агентство. Заместитель генерального директора РКА Юрий Милов дал интервью и корреспонденту Ъ.
       — Из программы "Марс", стартовавшей в 60-х, полностью свою задачу выполнил только один аппарат. "Фобосы", отправленные к Марсу в 80-х, полностью поставленную задачу не выполнили. Теперь вот упал "Марс-96"... Это что — рок?
       — Я слышал, что один известный израильский ученый по этому поводу сказал: во всем виноваты марсиане. Но если серьезно, то есть в нашей истории несколько аппаратов, которым фатально не везет. Например, мы очень долго мучились с системой телетрансляции "Экран": с завидной регулярностью падала ракета. Говорят, что в одну воронку снаряд дважды не попадает — а тут он трижды в одну яму попадал. Аналогичная история была с одним военным спутником — тоже ракета несколько раз падала. Вот и у "Марса" такая же судьба. Сначала были неполадки в ракете, потом дали о себе знать недостатки аппарата. Что же касается причин последней аварии, то до решения аварийной комиссии, которое ожидается в начале декабря, вам никто ничего не скажет.
       — А правда, что аппарат был доставлен на Байконур всего за полтора месяца до старта, а не за полгода, как обычно?
       — Протокольная, документированная правда в том, что были проведены все испытания. А на Байконуре ситуация тяжелая, и не по нашей вине. Там как будто прошла война. Поэтому мы пересмотрели методику испытаний, сведя к минимуму полигонные тесты на Байконуре. Действительно, предполагалось, что аппарат повезут туда в июне-июле, но по зрелом размышлении решили провести большую часть испытаний на заводах. Мы так уже делали. Практически с колес были запущены три или четыре спутника связи.
       — Это уже вторая авария в нынешнем году, вызванная нештатной работой разгонного блока Д. Первый раз он дал сбой при выводе спутника "Радуга". Будут ли сделаны в отношении блока какие-то выводы?
       — Это дело аварийной комиссии. Они непременно всю статистику поднимут и посмотрят, что и где было.
       — Существует версия, что блок плохо сработал потому, что еще до старта были какие-то неполадки с батареями. Так ли это?
       — Опять кто-то из наших треплется... Да, действительно, при монтаже химических батарей произошла ошибка. Сменилась маркировка приборов, и монтажник перепутал полярность — вместо "плюса" подключил к "минусу". Безобразие, конечно. Как только это обнаружили, срочно поменяли все приборы, относящиеся к интерфейсу разгонного блока и самого аппарата. Сами понимаете, при испытаниях всякое бывает, на то они и испытания.
       — Можно ли оценить ущерб от этой аварии?
       — Можно говорить о затратах. С нашей стороны они известны — 122 миллиона долларов. Стоимость иностранной аппаратуры еще больше. Но никаких имущественных претензий к нам нет, потому что всю аппаратуру поставляли бесплатно, по доброй воле, а мы, со своей стороны, ее бесплатно запускали. Научный ущерб оценить довольно сложно. Грубо говоря, не будет выполнена большая научная программа.
       — Будет ли пересмотрена программа международных запусков на ближайшие несколько лет?
       — Утвержденная программа такова: 1998 год — запуск спутника "Спектр-РГ", 1999-й — "Радиоастрон", 2000-й — "Спектр-УФ". Но если Академия наук захочет из-за неудачи с "Марсом-96" провести какое-то внеплановое межпланетное исследование, то программа запусков "Спектра" неизбежно изменится: она растянется, потому что дополнительных денег нам никто не даст. Но это пусть академики решают.
       Конечно, так или иначе мы будем продолжать планетные исследования, но таких громадин уже посылать не будем. "Протон" все-таки очень дорогой носитель. Вот и американцы тоже провозгласили принцип "быстрее, дешевле и легче".
       — Скажется ли эта авария на положении России на рынке коммерческих запусков?
       — Безусловно, те, кто ориентировался на "Протоны", очень внимательно следят за нашими стартами. Но я уже много раз говорил, что авария с "Марсом" к ним отношения не имеет, потому что иная компоновка у ракеты...
       — Но "Радугу"-то уронила именно коммерческая компоновка ракеты и разгонного блока...
       — Да... Но потом коммерческий спутник "Астру-1Ф" все же по этой схеме запустили успешно. Я надеюсь, что неудачи не повлияют на наше положение на рынке запусков. Будут, наверное, публикации в западной прессе: смотрите, мол, что у них творится... Но я рассчитываю все же, что обойдется.
       
Небесная бухгалтерия
       Несмотря на спокойствие, которое сохраняет Юрий Милов, неудача "Марса-96" усугубила и без того непростое положение российской космонавтики.
       Как совершенно справедливо утверждает заместитель генерального директора РКА, через два года после "Марса-96" должен был стартовать спутник "Спектр-РГ" с телескопом САДАРТ на борту. Этот телескоп — совместная российско-датская разработка.
       Пока велась работа над "Марсом", денег на "Спектр-РГ" хронически не хватало. Поэтому Институт космических исследований, который ведет этот проект, продал часть принадлежащего ему времени турецким ученым, которые заплатили 2 миллиона долларов за то, чтобы пользоваться спутником три полных дня в течение трех лет после запуска. При этом в ИКИ рассчитывали, что после старта "Марса-96" начнется полномасштабное финансирование "Спектра".
       Очевидно, что сбыться этим надеждам теперь не суждено. Инициаторы экспедиции к Марсу продолжают настаивать на том, что она необходима. Причем новый аппарат, согласно одному из вариантов, предполагается собрать фактически из запчастей к "Марсу-96". Если будет реализована эта идея (а Милов, похоже, такого не исключает), то запуск "Спектра" в 1998 году окажется под угрозой.
       Если его старт отложат, то это будет чревато, во-первых, тем, что из проекта выйдут датчане, которые и так уже говорят: у нас средства кончаются, пускайте "Спектр" в 1998-м. Таким образом, денег, которых и прежде не хватало, станет еще меньше. Конечно, проект можно закрыть. Но тогда предъявят претензии турки, которые, получается, заплатили неизвестно за что. Собрать деньги на продолжение работ, продав время другим, как продали туркам, будет сложно, потому что в том же 1998-м стартует американский спутник AXAF с телескопом и вряд ли кто предпочтет будущие услуги настоящим.
       Но это еще не самые крупные неприятности. Дело в том, что комбинация "ракета-носитель 'Протон' плюс разгонный блок Д" используется при коммерческих запусках иностранных спутников. Портфель заказов на такие пуски сформирован до 2000 года, и они должны принести российской космической промышленности около 1 миллиарда долларов. Но если упадет доверие к российским носителям (а все к тому и идет: в этом году связка "'Протон' плюс Д" подводит уже второй раз), то об этих деньгах останется только мечтать.
       
       ИВАН ПАНАЕВ