Тем не более

Для обсуждения в ходе ежегодной традиционной встречи с Владимиром Путиным члены президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ) предложили более 40 вопросов, рассказал “Ъ” глава совета Валерий Фадеев. Его коллеги по СПЧ пояснили: в «топе тем» — пытки в колониях, уголовное преследование ректора Шанинки Сергея Зуева (обвиняется в мошенничестве), давление на признанный иноагентом «Мемориал» и в целом закон об иноагентах. Две поправки к нему члены СПЧ уже направили депутату Госдумы Александру Хинштейну. Правозащитники предлагают сначала предупреждать НКО и СМИ о рисках стать иноагентами, давая три месяца на «исключение указанных оснований» для внесения в реестры Минюста. Также в СПЧ считают возможным освободить от обязательной маркировки «иноагент» физлиц, если речь идет о личных постах в соцсетях.

Глава СПЧ Валерий Фадеев

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

Встреча Владимира Путина и членов СПЧ традиционно проходит в декабре. Часто это случается 10 декабря — в День прав человека. В прошлом году из-за пандемии коронавируса заседание прошло онлайн. Как оно будет организовано в этот раз, пока неясно. Правозащитники готовят профильные доклады главе государства, рассказал “Ъ” глава СПЧ Валерий Фадеев. Из более чем четырех десятков вопросов многие «будут решаться в административном порядке» и не дойдут до Владимира Путина, указал он. Некоторые темы будут корректироваться на этапе согласования с администрацией президента, пояснил “Ъ” один из источников в СПЧ. Отметим, с учетом количества членов СПЧ (48 человек) ежегодно предлагается около полусотни тем.

Одной из самых востребованных тем для обсуждения является закон об иноагентах, об этом в беседе с “Ъ” заявили в том числе главы комиссий СПЧ по политическим правам Николай Сванидзе и правам журналистов Павел Гусев.

Господин Гусев хотел бы видеть в законе «механизм предупреждения» потенциальных иноагентов (о включении в реестры объявляет Минюст, уведомления в НКО и редакции заранее не направляются) и «порядок», при котором получение международных премий и участие в конференциях не становились бы основанием для включения в список Минюста. Член СПЧ Екатерина Винокурова полагает, что должна быть предусмотрена и иная процедура «выхода физлиц из реестра иноагентов», кроме судебного разбирательства.

Напомним, в России действуют три «иноагентских» реестра: для СМИ, НКО и объединений без юрлица. Для включения в реестры Минюст обязан найти подтверждения иностранного финансирования для ведения политической деятельности. За «размытое» понятие «политическая деятельность» закон об иноагентах многократно критиковали, в том числе в СПЧ. Из материалов Минюста, представленных на первых судебных процессах, где «иноагенты» оспаривают свой статус, следует, что основаниями порой становятся сообщения в соцсетях в поддержку других иноагентов. В перечень СМИ-иноагентов все чаще включают и отдельных физлиц — журналистов, юристов, правозащитников и с недавних пор адвокатов. За 2021 год перечень СМИ-иноагентов вырос втрое.

Валерий Фадеев, впрочем, считает, что данный вопрос может не попасть в повестку встречи с президентом, если Госдума отреагирует на предложения СПЧ по изменению законодательства об иноагентах раньше.

Такие предложения были переданы главе комитета по информполитике Госдумы Александру Хинштейну («Единая Россия»). Господин Хинштейн предоставил их “Ъ” для ознакомления. Речь идет о системе предупреждений (общая для физлиц и НКО), о которой упомянул Павел Гусев. Потенциальным иноагентам предлагается давать три месяца на «устранение оснований» для внесения в реестр. Вторая поправка касается только физлиц и обязательной «иноагентской» маркировки «материалов, относящихся к частной жизни». Сейчас обязательную пометку в 24 слова каждый признанный иноагентом журналист или адвокат должен ставить даже в соцсетях рядом с фото домашних питомцев или репостов новостей органов госвласти. «Я направил предложения в профильные комитеты Госдумы, но пока ответа не получил»,— сказал “Ъ” Александр Хинштейн.

Николай Сванидзе рассказал, что одной из тем для обсуждения с президентом видит «открытие архивов», в частности связанных с советскими репрессиями. Это необходимо, «чтобы избежать фальсификации истории», уверен он. Этот вопрос, по его словам, может помочь вернуться к обсуждению уголовного дела историка Юрия Дмитриева (осужден за насильственные действия в отношении приемной дочери), которое многие правозащитники называют сфабрикованным и связывают с его профессиональной деятельностью — раскопками крупнейшего в Карелии расстрельного полигона Сандармох. Темами повестки господин Сванидзе также называет давление на «Мемориал», ликвидации которого в начале ноября потребовала Генпрокуратура, и уголовное дело ректора Шанинки Сергея Зуева (обвинен в мошенничестве).

Несколько членов комиссии СПЧ по правам человека в информационной сфере сказали “Ъ”, что тема уголовного преследования советника главы «Роскосмоса», экс-журналиста “Ъ” и «Ведомостей» Ивана Сафронова не планируется к обсуждению с президентом. Напомним, он обвиняется в госизмене и находится в СИЗО «Лефортово» с июля 2020 года, материалы его дела засекречены.

Пытки в СИЗО и колониях члены СПЧ также называют одной из главных тем для встречи с президентом.

Они связывают это в том числе с серией публикаций проекта Gulagu.net, который раскрыл факты пыток в нескольких учреждениях ФСИН. Автором соответствующего доклада может стать глава Комитета против пыток Игорь Каляпин или глава комитета «За гражданские права» Андрей Бабушкин. Екатерина Винокурова рассказала, что готовит два доклада — о вовлечении детей «в преступления, связанные с проституцией, наркооборотом и попрошайничеством», а также о шелтерах, где укрываются жертвы домашнего насилия. «Важно законодательно закрепить легальный статус шелтеров, эта тема не решаема ни на каком уровне, кроме президента,— подчеркнула она.— На шелтеры нападали и забирали оттуда людей даже после того, как эти люди заявляли в МВД, что не хотят, чтобы их искали родственники, и пытались снять с себя статус "розыск пропавшего". МВД не реагирует на такие заявления».

Доклад предстоит подготовить и самому Валерию Фадееву. Он уклонился от комментариев на эту тему, но пояснил, что не исключает обсуждения «рисков цифровизации» и законопроекта о введении QR-кодов в транспорте. «Миллионы переболевших, но не зарегистрированных не должны быть ущемлены в правах, поэтому надо пробовать измерять (массово.— “Ъ”) уровень антител, а возможность доступа в транспорт должна быть по ПЦР-тестам, действительным в течение 48 часов»,— пояснил он. Среди основных «рисков цифровизации» Валерий Фадеев назвал «утечку персональных данных», «цензуру поисковиков» и «манипуляции общественным мнением в период выборов».