Богословская полемика в Армении VII-IX вв

Вестник ПСТГУ III: Филология

Арутюнова-Фиданян Виада Артуровна, д-р ист. наук, ИВИ РАН aramfidanyan@yandex.ru

2015. Вып. 5 (45). С. 9-19

Богословская полемика в Армении УТТ—ТХ вв.

В. А. Арутюнова-Фиданян

Статья посвящена многовековой бескомпромиссной борьбе армяно-халкидонитской общины за Халкидонский орос. Автор «Повествования о делах армянских» (VII в.) излагает не «историю уний», а скорее историю единений и разрывов Армянской и Греческой Церквей. Автор «Повествования» и его персонажи были последовательными сторонниками православной Церкви. Одним из основных этапов защиты и утверждения Халки-донитской Церкви в Армении была жесткая полемика с юлианитством. На Каринском соборе (633) вся Армянская Церковь приняла Халкидонский символ веры, а позднее при католикосе Нерсесе III влиятельный монофиситский деятель, теолог и вардапет, Иоанн Майрагомеци был объявлен не только юлианитом, но даже актиститом, заклеймен и изгнан из Армении. На Маназкертском Соборе (726) было осуждено крайнее юлианитство, однако в символе веры, которого и поныне придерживается Армянская Церковь, исповедуется, что «тело Христово было нетленным от Рождения, что от Девы, вплоть до вечности, не по природе, но по неизреченному соединению». Со второй половины IX в. (с ослаблением Халифата и воссозданием Армянского царства) возобновляются не только межгосударственные контакты Византии и Армении, но и теологические споры. В конце IX в. предпринимается попытка выработать унию между монофиситами и халкидонита-ми. Некоторые арменоведы отмечают стремление монофиситов смягчить риторику и выработать общую с халкидонитами терминологию. Подготавливается соответствующий собор в Ширакаване, однако приходится констатировать, что Ширакаванский Собор так и остался в «Ширакаванском досье», поскольку соборы Всеармянской Церкви не могут не упоминаться в «Книге канонов», а Ширакаван там не упомянут. Иными словами, не случилось унии в конце IX в. между халкидонитами и монофиситами.

Войны с маздеистским Ираном, а позднее с мусульманским миром — войны за веру — сочетались в самосознании армян с борьбой за родину, и национальная Церковь окончательно утвердилась в Армении, узаконив феодализацию (наха-раризацию) церковной иерархии, а также восприняв предания и обычаи древней народной религии. Эту миссию осуществило нехалкидонитское направление армянского христианства. Нехалкидонитская (монофиситская) церковь к началу VIII в. завоевала поддержку ббльшей часть армянского этноса в числе прочих причин (догматических, церковно-иерархических и т. д.) еще и потому, что вобрала в себя местные верования и обряды.

Религиозная борьба в странах восточно-христианского мира чаще всего шла не между этносами, а внутри них, между адептами разных конфессиональных

направлений. Армяне-халкидониты V—VII вв. не только принимали деятельное участие в христологических дискуссиях, но занимали четкую ортодоксальную позицию, как свидетельствует «Повествование о делах армянских» — уникальное сочинение VII в., написанное на греческом языке анонимным армянином-халкидонитом1.

Любая уния предполагает существование идеологического буфера между сторонами. Вардан Мамиконян и его сподвижники, прибывшие в Византию после поражения антииранского восстания (572 г.), отказались от общения (koivrovia) с ромеями, но «были убеждены» созванным императором Собором и приняли «единение» с греками — не просто унию или согласие «Gumfwvia» (§ 76), — а именно «единение» (evrootj) (§§ 82—84).

Мушег Мамиконян и его этерия воспротивились конфессиональной «койно-нии» с ромеями в праздник св. Креста в 591 г., а византийский император (у Анонима — это император Маврикий) напомнил Мушегу о том, что его предшественники «Вардан, его азаты и их духовные учителя дали письменное согласие исповедовать две природы Господа нашего Иисуса Христа» (§ 99). Иными словами, ни о какой унии в собственном смысле этого понятия речь не идет. И Вардан, а затем и Мушег с его этерией и вызванными в Константинополь армянскими церковниками поклялись «быть единоверцами ромеев» (ouvomologhsav aüxotj) (§ 105). Отсутствие унии между Византийской и Армянской Церквями при императоре Маврикии подтверждается наличием двух католикосатов (мо-нофиситского и халкидонитского) в 591 г. в Двине и Аване.

Из «Повествования» следует, что Каринский Собор Армянской Церкви (633 г.) состоялся под влиянием императора Ираклия, однако нет никаких сведений о том, что в Карине была поставлена проблема «единого действия» или «единой воли» Христа. В отличие от Александрийской унии с сирийскими яко-витами и египетскими феодосианами в Карине не было предложено никакого промежуточного комплекса идей между двумя вероисповеданиями. Армянские источники резко и точно расценивают Каринский Собор как полное приятие Халкидона. Католикос Езр (630—641) и позднее Нерсес III Строитель (641—661) в полемике с Иоанном Майрагомеци отстаивали халкидонский символ веры. «То, что мы услышали от них [греков], мы сочли истиной, — говорит Езр своему оппоненту, — и стали исповедовать две природы Господа нашего Иисуса Христа, совершенного в божественности и совершенного в человечестве в единой ипостаси и едином лице» (§ 129).

И позднее католикос Саак III Дзорапореци (678—705) и его свита, прибыв в Константинополь, присоединились «к исповедующим во Господе и Боге нашем две природы, божественную и человеческую, существующие в единой ипостаси нераздельно и неслиянно. И письменно поклялись никогда не возражать [против этого]. А когда они вернулись, те, что оставались в Армении, вознегодовали, так как [вернувшиеся] были единодушны с ромеями» (§ 144—145). Иными словами, армяне-монофиситы не заблуждались относительно символа веры своих

1 La Narratio de rebus Armeniae / G. Garitte, ed. critique, comment. Louvain, 1952 [далее Garitte]; Арутюнова-Фиданян В. А. «Повествование о делах армянских» (VII в.): Источник и время. М., 2004 [далее «Повествование»] (§§ в тексте указаны по этому изданию).

«согласных с ромеями» соотечественников. «Повествование» позволяет, таким образом, уточнить цели его автора: он излагает не «историю уний»2, а скорее историю единений и разрывов Армянской и Греческой Церквей. Автор «Повествования» и его персонажи были последовательными сторонниками православной Церкви.

«Повествование» написано лапидарно и конспективно, однако два сюжета о Юлиане Галикарнасском и об Иоанне Майрагомеци пространны и подробны, они поставлены в один ряд с такими значимыми событиями церковной истории Армении, как II Двинский (555 г.) и Каринский Соборы.

Иоанн Майрагомеци (§ 118—143) впервые появляется как лицо из окружения католикоса Комитаса, желавшего видеть его своим преемником. Аноним подчеркивает, что Иоанн был трижды близок к вожделенному сану примаса Армении (§ 118, 119, 137—138). Он пользовался поддержкой верхушки клира и знати, был выдающимся вардапетом и теологом, его перу принадлежат такие сочинения, как «Нравственные наставления» и «Корень веры»3. Ж. Гаритт называет Иоанна Майрагомеци «замечательной фигурой, героем национальной религиозной жизни армян», отмечает, что «его отличали неукротимый характер, глубина эрудиции, сила мысли и слова, как следует из сохранившихся фрагментов его произведений»4. Католикос Езр, идейный противник и недоброжелатель Иоанна, называет его «вардапетом и ученым [нашей] земли» (§ 127). И все же, несмотря на эрудицию, высокий авторитет и признание в высших слоях духовной и светской власти, Иоанн не только не стал католикосом, но и подвергся осуждению, изгнанию и даже клеймению как еретик.

На Каринском Соборе Армянская Апостольская Церковь приняла халки-донский символ веры (§ 121—122). Католикос Езр сообщил Иоанну, что «творения святых отцов, которые мы прочитали, и наши [сочинения] свидетельствуют о том же5, и мы были убеждены их словами, соответствующими святому Писанию» (§ 130). Иоанн же утверждал, что свидетельства Св. Писания в пользу двух природ во Христе являются несторианскими интерполяциями и привел текст Евангелия от Луки о Гефсиманском молении: «Иисус начал скорбеть и тосковать. Явился же Ему ангел с небес и укрепил Его, и [Он] молился прилежнее и был пот Его — капли крови»6. Для Иоанна смертная тоска и кровавый пот не подобали воплощенному Логосу, т.е. он сторонник «нетленного» воплощения Христа.

Иоанн обвинил католикоса Нерсеса III в том, что он «заблуждается, как и Езр» (§§ 138-139), в ответ Нерсес созвал Собор из «епископов, вардапетов и аза-тов» и «подверг тщательному исследованию его [Иоанна] возражения». Резуль-

2 Garitte. P. 357-359. Бельгийский ученый даже называет автора «Повествования» сторонником партии униатов (Ibid. P. 400). Ср. возражения В. А. Арутюновой-Фиданян («Повествование». С. 37-39).

3 Кипарян К. Иоанн Майраванеци, прозывавшийся также Майрагомеци. Ереван, 1973 (на арм. яз.).

4 Garitte. P. 347; Об изданиях фрагментов трудов Иоанна Майрагомеци, приписывающихся ему гомилий и литературу о нем см.: Thomson R. W. A Bibliography of Classical Armenian Literature to 1500 AD. Turnhout, 1995. P. 225-226.

5 Т. е. о правде Халкидонского вероопределения.

6 Лк 22. 43-44.

татом этого Собора было осуждение Иоанна и его последователей, изгнание их и клеймение «лисьим клеймом» (§§ 140—141), т. е. обвинение их в ереси.

Сюжет об изгнании Иоанна Майрагомеци Нерсесом III известен только в халкидонитской традиции, армянские историки-монофиситы (Иоанн Драсхана-кертци, Асолик) рассказывают лишь о мирной и добродетельной жизни Иоанна в гаваре Гардман7. После смерти католикоса Анастаса (662-667/8) Иоанн вернулся в «Армению, в местечко, где родился, и умер в глубокой старости. А его ученики, приумножившись, отклоняли всех от истины, и их ересь распространялась в этой стране до [времени] императора Юстиниана8» (§§ 142-143).

Халкидонитская традиция сообщает, какой именно была эта ересь. В «Послании» Псевдо-Фотия (IX в.) отмечается, что «особенное значение приобрели его [Иоанна] слова на Маназкертском Соборе, когда была переведена Саркисом на армянский язык книга Юлиана Галикарнасского, и облетевши всю ... страну, заполонили ее»9. Автор «Послания» к Захарии, и Иоанн Драсханакертци, и Асолик называют юлианита Саркиса учеником Иоанна Майрагомеци10.

Автор «Повествования» упоминает события до II Двинского Собора: обращение юлианитов к Армянской Церкви с просьбой рукоположить в епископы одного из их иереев. В 555 г. Нерсес II Багревандаци (548-557) созвал собор в Двине, на котором «был предан анафеме святой Халкидонский Собор, как не-сторианский» (§ 70) и был рукоположен некий юлианит и еще три сирийских священника, отправленных затем в «Месопотамию Сирийскую» (§ 75). Очевидно, что единение армян и юлианитов было не столько доктринальным, сколько организационным. Акты II Двинского Собора не дают оснований подозревать Армянскую Церковь 555 г. в юлианитстве, а тем более в «актистизме», как полагают некоторые исследователи11. Автор «Повествования» вкладывает в уста Юлиана Галикарнасского символ веры актиститов, что и служит одним из самых весомых аргументов в пользу такого рода утверждений.

Учение о нетлении находится в центре полемики Юлиана и с севирианами и с православными. Страсти Христовы, по Юлиану, совершались в порядке чуда, т.е. человеческое во Христе было не только нетленным, но и нестрадательным12.

7 Иованнес Драсханакертци. История Армении / М. О. Дарбинян-Меликян, пер., вступ. статья, коммент. Ереван, 1986. С. 86.

8 Юстиниан II Ринотмет — император Византии (685-695, 705-711).

9 «Послание к католикосу Захарии // Православный Палестинский сборник. СПб., 1892. Т. 11. Вып. 1(31). С. 182.

10 Тер-Минасянц Е. Из истории появления и расцвета средневековых ересей. Ереван, 1968. С. 133, 147 (на арм. яз.).

11 Тер-Минасянц Е. Взаимоотношения Армянской Церкви с сирийскими Церквями. Эч-миадзин, 1908. С. 101-102 (на арм. яз.).; EsbroeckM., van. Un court traité pseudo-basilien de mouvance aaronite conservé en arménien // Le Muséon. Louvain, 1987. Vol. 100. P. 385-395; Лурье В. М. Авва Георгий из Саглы и история юлианизма в Эфиопии // Христианский Восток. СПб.; М., 1999. Т. 1(7). С. 326; Frivold L. The Incarnation: A Study of the Doctrine of the Incarnation in the Armenian Church in the 5th and 6th Centuries according to the «Book of letters». Oslo, 1981; Mey-endorff J. L'aphtharodocétisme en Arménie: un imbroglio doctrinal et politique // Revue des études arméniennes. Paris, 1992. Vol. 23. P. 27-37.

12 Meyendorff J. Christ in Eastern Christian Thought. Crestwood; New York, 1987. P. 166; Samuel V. C. The Christology of Severus of Antioch // Abba Salama. Athens, 1973. Vol. 4. P. 147-148;

Актиститы же учили, что тело Господа было не только нетленным, но и несотво-ренным (актштоу)13. Ряд современных богословов полагает, что учение Юлиана получило в доктрине актиститов логическое завершение и что нет оснований устанавливать четкую границу между взглядами самого Юлиана и его последователей, которые делали из его учения крайние выводы.

В VII в. Армянская Церковь находилась в церковном единении с Константинополем, в Армении стали распространяться греческие обряды14, и определенный крен в сторону юлианитства, очевидно, был реакцией на эту ситуацию. Автор «Повествования», современник диспутов с Иоанном и его учениками, вкладывает в уста Юлиана доктрину актиститов, и в более поздней богословской полемике (трактаты Хосровика Переводчика и др.) учение Иоанна Майрагоме-ци ассоциируется с актистизмом15. Этот полемический прием компрометирует одновременно II Двинский Собор и взгляды Иоанна Майрагомеци. Внутренняя связь между пассажами о Юлиане и Иоанне Майрагомеци раскрывает глубокий сюжетный пласт «Повествования» — антиюлианитскую полемику, актуальную для армян-халкидонитов доманазкертского периода. На Маназкертском Соборе Армянской Апостольской Церкви было осуждено крайнее юлианитство, однако в символе веры, которого и поныне придерживается Армянская Церковь, исповедуется, что «тело Христово было нетленным от Рождения, что от Девы, вплоть до вечности, не по природе, но по неизреченному соединению»16.

В УП—УШ вв. происходят такие ключевые события в истории Армении и Византии, как арабское завоевание Малой Азии и армянских земель, государственно-политический и конфессиональный разрыв Армении с Византией и окончательная победа нехалкидонитского символа веры на Маназкертском Соборе Армянской церкви (726 г.).

Со второй половины IX в. (с ослаблением Халифата и воссозданием Армянского царства) возобновляются не только межгосударственные контакты Византии и Армении (военные союзы и вассальные договоры), но и теологические споры.

В некоторых армянских рукописях сохранились документы Собора в Ши-ракаване, состоявшегося, судя по колофону, в 311 г. армянского летоисчисления (25 апреля 862 — 24 апреля 863 г.). Эти документы, включающие исторический зачин, речь Ваана и пятнадцать анафем, обычно именуется арменоведами Ши-ракаванским досье. Архиепископ Ники Ваан, согласно Ширакаванскому досье, произнес на Соборе нечто вроде обширной речи об исповедании веры, в которой основное внимание уделяется вопросу о соединении естеств во Иисусе Христе. Он излагает учение о каждом лице Троицы и их соотношениях, о сотворении

Давыденков О., свящ. Традиционная христология нехалкидонитов. М., 1998. С. 60—104; Он же. Юлиан Галикарнасский. Догматические фрагменты // Богословский сборник. М., 2002. Вып. 9. С. 47-58.

13 Троицкий И. Изложения веры Церкви Армянския. СПб., 1875. С. 149.

14 Причащение квасным хлебом и вином, смешанным с водой, исключение добавления к гимну «Святый Боже» «распятый за нас» и т. п. (Аннинский А. История Армянской Церкви. Кишинев, 1900. С. 96-97).

15 Garitte. Р. 123; Тер-Минасянц. Взаимоотношения... С. 169-172.

16 Армянская Апостольская Церковь. Вероучение // Православная Энциклопедия. М., 2001. Т. 3. С. 343.

мира, видимого и невидимого, и внезапно переходит к пятнадцати анафемам, направленным против различных ересей, против монофиситов (анафемы VI и VII) и хулителей Халкидонского Собора (ХШ—ХГУ)17. После анафем речь плавно продолжается (подробно раскрывается догмат воплощения и соединения во Иисусе Христе двух естеств) и заканчивается опровержением мнений еретиков по этому поводу18. Арменоведы полагают, что досье Ширакаванского Собора дошло до нас в неисправном виде, поскольку очевидно, что пятнадцать анафем представляют собой самостоятельный раздел, случайно (намеренно?) интегрированный в речь Ваана. Исследователи не знают также, считать ли их принятыми или отвергнутыми актами собора19.

Анафемы от первой до двенадцатой ничем не отличаются от обычных православных установлений, иное дело — анафемы XIII и XIV, направленные в защиту Халкидонского Собора.

«XIII. Если из-за человекоугодия или любостяжания (кто-либо) не проклинает того, кто Халкидонский Собор и его последователей признает врагами и противоборниками установленного Апостольского и Пророческого предания или завета трех Святых соборов, таковой да будет проклят.

XIV. Если [напротив] дерзает, согласно с Несторием, проклинать или бесславить мерзким того, кто Халкидонский Собор и следующие за ним Соборы (пятый, шестой и седьмой) признает последователями и единомышленниками преданий Апостолов, Пророков и трех (первых) Святых Соборов, то таковой проклинает себя»20.

Исследователи пытались объяснить тяжеловесный стиль этих формулировок стремлением «подать идею не в лоб»21, однако, возможно, мы знаем только черновики. Возникают обоснованные сомнения: существовала ли окончательная редакция, стала ли подготовительная работа основанием для постановлений Собора, состоялся ли Собор?

В историческом зачине сообщается, что в 862 г. был созван Собор в Шира-каване — резиденции Багратидов и католикоса. Упоминание об участии в общеармянском Соборе католикоса и владетеля из рода Багратуни с его «азатами» и «многих епископов и монахов» вполне традиционны, однако упоминание о присутствии в Ширакаване сирийского диакона по имени Нана наводит на размышления.

Известно, что к началу IX в. относится миссия Харранского епископа Фе-одора Абукуры (или Эпикуры), который пытался утвердить халкидонитство в Центральной Армении. У Мхитара Айриванеци под 801 годом указано: «Эпикура старается обратить Ашота в халкидонскую веру, но вардапет Бурет посылает своего диакона Нану, который побеждает Эпикуру и дает толкование Еванге-

17 Ответные заявления армян // Православный Палестинский сборник. СПб., 1892. Т. 11. Вып. 1(31). С. 196, 246.

18 Там же. С. 196—210. Переизданы Н. Акиняном: На^е8 Атзогеау. 1968. Т. 82. № 7—9. Стб. 257-280.

19 Юзбашян К. Н. Армянские государства эпохи Багратидов и Византия ГX—XГ вв. М., 1988. С 262.

20 Ответные заявления армян. С. 251.

21 Юзбашян. Указ. соч. С. 98—99.

лия св. Иоанна»22. У Вардана Великого также есть сообщение об этом диспуте23. Н. Я. Марр упоминает о сохранившемся на грузинском языке источнике, который рассказывает о прениях Абукуры с армянином. Судя по этому халкидо-нитскому источнику, армянин был побежден, в монофиситской же традиции Абукуру побеждает диакон Нана, а потом его изгоняет князь Ашот. Известно, что Нана — выдающийся полемист яковитской церкви — находился в темнице в Нисибине в конце IX века24, иными словами, Нана вряд ли мог прибыть в Армению в этот период, и тогда упоминание его имени в зачине Ширакаванского досье становится литературным приемом. Это соображение, в свою очередь, позволяет выдвинуть предположение, что все досье в целом, может быть, является феноменом богословской полемики, а не реальным событием. В начале IX в. монофиситы одержали победу над халкидонитами с помощью сирийского полемиста. Авторы «Ширакаванского досье» вводят его фигуру на Собор, который должен был предать анафеме монофиситов и провозгласить халкидонский символ веры, т.е. Нана должен, в свою очередь, потерпеть поражение, хотя бы в призрачной жизни литературного вымысла.

На этом основании я предположила, что при настоящем состоянии источников нельзя настаивать на реальности Ширакаванского Собора25.

Арменоведы, однако, по большей части считают Ширакаванский Собор и речь Ваана действительными событиями, а документы досье аутентичными. К. Максудян считает, что «Ширакаванское досье» отражает реальную связь между событиями политической и конфессиональной истории Армении во второй половине IX в. Исследователь предполагает, что Ашот Багратид, стремившийся объединить христианские народы Кавказа в борьбе с Халифатом, мог поддержать примирительные формулировки Собора, закрепляющие конфессиональную толерантность. Но стремление к толерантности, по мнению К. Максудяна, было отброшено, как только Ашот стал царем Армении26.

И. Дорфман-Лазарев вслед за К. Максудяном ставит Ширакаванский Собор в прямую связь с политической ситуацией в регионе27. Стремление сплотить все христианские народы антиарабской коалиции инициировало появление «формулы компромисса», воплощенной в актах «армяно-сиро-византийского Собора»28. Исследователь не считает Ваана византийским эмиссаром и, более того, усматривает в его речи наличие двух авторов разной конфессиональной принадлежности. Эта речь, по мнению исследователя, укоренена в общеармянской литературной традиции и связана не с перепиской Фотия с армянами,

22 Мхитар Айриванеци. История Армении / М. Эмин, изд. М., 1860. С. 53 (на древнеарм. яз).

23 Марр Н. Я. Аркаун, монгольское название христиан в связи с вопросом об армянах-халкидонитах // Он же. Кавказский культурный мир и Армения. Ереван, 1996. С. 217.

24 Марр. Указ. соч. С. 219-222.

25 «Повествование». С. 119-125.

26 Maksoudjan K. The Chalcedonian Issue and the Early Bagratids: The Council of Sirakawan // Revue des études arméniennes. Paris, 1988/1989. Vol. 21. P. 333-334.

27 Dorfmann-Lazarev J. Arméniens et byzantins à l'époque de Photius: Deux débats théologiques après le triomphe de l'ortodoxie. Louvain, 2004. P. 55-95. (Corpus scriptorium christianorum orien-talium; 609. Subsidia; 117). См. указ. литературу.

28 Ibid. P. 263-264.

а, в определенной мере, с «Энотиконом» Зенона и с «Эктесисом» императора Ираклия29. И. Дорфман-Лазарев полагает, что халкидонитами был составлен только колофон30, а в редактировании документов Собора принимали участие и халкидониты и нехалкидониты, констатирует смягчение антихалкидонитской риторики31, подчеркивает общие задачи обоих конфессиональных направлений в борьбе с еретиками (юлианитами, павликианами) 32, а также обращает внимание на упоминание трех Соборов, признаваемых Армянской Церковью33. И. Дорфман-Лазарев уделяет большое внимание терминологии, вторая глава его работы и приложения посвящены богословским терминам, в частности «языку монофиситов»34.

Можно согласиться с тем, что в подготовке Ширакаванского досье принимали участие сторонники «формулы компромисса» (нехалкидониты и халкидониты), однако, как признают все исследователи, уния «в строгом смысле слова» (au sens strict) не была закреплена в этих документах35 . Иными словами, даже если предположить некую совместную работу для подготовки «примирительного» Ширакаван-ского Собора, результатом она не увенчалась. Может быть, поэтому Собор не состоялся? И. Дорфман-Лазарев (как и К. Максудян, и ряд других арменоведов) считает, что «формула компромисса», актуальная для Багратидов в решающий период антиарабской кампании, «была отброшена» после коронации Ашота (884/885), и потому Собор не упоминается в армянской канонической традиции36.

Попытки поставить христологические дискуссии IX в. в жесткую зависимость от изменений политической ситуации в регионе вызывают сомнения, прежде всего, потому, что антимонофиситская полемика армян-халкидонитов ко времени составления Ширакаванского досье прошла долгий путь, и затем была продолжена другими сочинениями халкидонитской традиции37.

Исследователи, стремившиеся объяснить разительное сходство речи архиепископа Ваана и пассажей из «Послания» Псевдо-Фотия, выдвинули предположение, что основа речи была составлена или самим Фотием, или по его указаниям, а затем Иоанн во время переговоров «с сочувствующими унии армянами еще до Собора несколько переработал его — в примирительном духе»38. Однако «Послание» было написано гораздо позднее Ширакаванского досье. Автор «Послания» указывает, что Халкидонский Собор (451 г.) состоялся на пятнадцатом году после смерти католикоса Саака Партева, т.е. в 454 г., тогда как католикос Саак скончался 15 сентября 439 г. Существует в «Послании» и еще одна дата

29 Dorfmann-Lazarev. Op. cit. P. 96-201, 209-211, 233-234, 238.

30 Ibid. P. 239.

31 Ibid. P. 263-264. Замена термина «единая природа» терминами «индивидуальность», «род», «природа» (P. 266).

32 Ibid. P. 267.

33 Ibid. P. 233.

34 Ibid. P. 96-129; См. также: Appendices «Notes sur le language des textes» (Ibid. P. 269-282).

35 Ibid. P. 233.

36 Ibid. P. 238.

37 «Повествование». С. 105-132.

38 Россейкин Ф. М. Первое правление Фотия, патриарха Константинопольского. Сергиев Посад, 1915. C. 250-251, примеч. 6.

Халкидонского Собора, также неточная: «462 г. от Воскресения Господа нашего Иисуса Христа». Автор полагает также, что «от второго года царствования императора Маркиана и от Халкидонского Собора до нас 444 года»39.

454 г. или 462 г. как даты Халкидонского Собора, конечно, неверны, но гораздо интереснее то, что автор «Послания», указывая, что от Халкидонского Собора до его времени прошло 444 года, в сущности датирует свое собственное произведение или 898 г. (454 + 444) или 939. (462 + 33 + 444) от Рождества Христова, т.е. годами, когда Фотия уже не было на свете40.

К. Максудян делает попытку упрочить место Ширакаванского Собора в истории Армянской Церкви, считая, что до католикосата Анании (943-967), занявшего жесткую антихалкидонитскую позицию, в Армении наблюдалась «терпимость к халкидонитским элементам»41. Однако, даже оставляя в стороне сомнительность формулировки о положении большой и влиятельной халкидонитской общины в Армении42, трудно согласиться с тем, что позиция любого католикоса (халкидо-нита или антихалкидонита) могла заставить таких эрудированных и имеющих доступ к архивам Армянской Церкви историков, как Иоанн Драсханакертци (начало X в.) и Степанос Таронеци (начало XI в.), пропустить в изложении истории Армении такое событие, как Собор Армянской Церкви. И еще более невозможным представляется исключение актов Всеармянского Собора из «Книги канонов».

Нет достаточных оснований считать, что Ширакаванский Собор состоялся в действительности, так как данные о нем сохранились только в армяно-халки-донитской традиции, восходящей к «Ширакаванскому досье».

«Повествование о делах армянских», возможно, восходит к какому-то более раннему халкидонитскому источнику, к этому же источнику (или к самому «Повествованию») восходит и «Послание к Захарии» Псевдо-Фотия. К «Посланию к Захарии» и «Ширакаванскому досье» восходит «Хнагреанк» Тиграна Пахлавуни (XI в.). Ту же традицию продолжает Вардан Великий (XIII в.), опубликовавший отрывки из «Ширакаванского досье» и «Послания к Захарии», может быть, использовав их через «Хнагреанк». «Ширакаванское досье» должно быть исследовано и может быть адекватно понято только в контексте истории полемической активности халкидонитской Церкви Армении.

И «Повествование о делах армянских», и «Послание к Захарии», и «Ширакаванское досье», и «Хнагреанк» являются, таким образом, не фактами армяно-византийских церковных отношений, а феноменами внутренней борьбы армяно-монофиситской и армяно-халкидонитской общин. Разумеется, и греки, и грузины, и сирийцы вмешивались в догматические дискуссии в Армении, однако они все же были только союзниками (иногда могущественными), но не инициаторами этой борьбы43.

39 Послание к католикосу Захарии. С. 186.

40 Фотий скончался в 891 или 897 г.

41 Maksoudian. Ор. ей. Р. 343-344.

42Арутюнова-Фиданян В. А. Армяно-византийская контактная зона (X-XI вв.). Результаты взаимодействия культур. М., 1994. С. 56-92.

43 Арутюнова-Фиданян. Армяно-византийская контактная зона (X-XI вв.)... С. 58-60; «Повествование». С. 130-132.

Ключевые слова: халкидонитство, нехалкидонитство (монофиситство), уния, юлианитство, актистизм, II Двинский Собор (555), Каринский Собор (633), «Шаракаванское досье» (кон. IX в.), католикос Езр (630—641), католикос Нер-сес III Строитель (641—661), Иоанн Майрагомеци.

Theological polemics in Armenia in the 7th-9th centuries

V. Arutyunova-Fidanyan

The article deals with the uncompromising stand taken by the Armenian Chalcedonian community in support ofthe oros ofthe Council ofChalcedon. The author of the Narratio de rebus Armeniae (7th cent.) expounds more on the history of continuous unions and severances between the Churches of Armenia and Greece than on the mere history of unions. Both this author and his dramatis personae were staunch supporters of Orthodoxy. One of the most important stages of the fight for the Chalcedonian doctrine in Armenia was the uncompromising polemics against Julianism. The Council of Karin (633) adopted the Chalcedonian symbol for the whole of the Church of Armenia; later, during the tenure of Catholicos Nerses II, his influential Monophysite theologian and vardapet Hovhan Mayragometsi was accused not only of favoring Julianism but also of belonging to the aktistitai heresy and exiled from Armenia. The Council of Manazkert held in 726 condemned extreme Julianism; however, the symbol which the Armenian Church adheres to even today confesses that "the body of Christ was incorruptible from its very birth from the Virgin, eternally, not naturally, but out of the ineffable union". The second half of the 9th century witnessed not only a renewal of contacts between Armenia and Byzantium but also a recommencement of theological disputes. An attempt at achieving a union between Armenian Monophysites and Chalcedonians was undertaken toward the end of the 9th century. Certain Armenologists underline the wish of the Monophysites to tone down their rhetoric and to create a terminology which would be shared by them and the Chalcedonian party. preparations for the Council of Sharakavan were underway, but one has to admit that the decisions of this council were confined to the "Sharakavan dossier", as all the pan-Armenian councils were mentioned in the Book of Canons while the Council of Sharakavan is not mentioned there. In other words, there was no union between Chalcedonians and Monophysites in the end of the 9th century.

Keywords: Chalcedonianism, non-Chalcedonianism (Monophysitism), union, Julianism, aktistitai, Second Council ofDvin (555), Council ofKarin (633), "Sharakavan dossier" (end of the 9th cent.), Catholicos Ezra (630-641), Catholicos Nerses III the Builder (641-661), Hovhan Mayragometsi.

Список литературы

1. Аннинский А. История Армянской Церкви. Кишинев, 1900.

2. Армянская Апостольская Церковь. Вероучение // Православная Энциклопедия. М., 2001. Т. 3. С. 340-347.

3. Арутюнова-Фиданян В. А. Армяно-византийская контактная зона (X-XI вв.). Результаты взаимодействия культур. М., 1994.

4. Арутюнова-Фиданян В. А. «Повествование о делах армянских» (VII в.). Источник и время. М., 2004.

5. Давыденков О., свящ. Традиционная христология нехалкидонитов. М., 1998.

6. Давыденков О., свящ. Юлиан Галикарнасский. Догматические фрагменты // Богословский сборник. М., 2002. Вып. 9. С. 47-58.

7. ИованнесДрасханакертци. История Армении / М. О. Дарбинян-Меликян, пер., вступ. статья, коммент. Ереван, 1986.

8. Кипарян К. Иоанн Майраванеци, прозывавшийся также Майрагомеци. Ереван, 1973 (на арм. яз.).

9. Лурье В. М. Авва Георгий из Саглы и история юлианизма в Эфиопии // Христианский Восток. СПб.; М., 1999. Т. 1(7). С. 317-358.

10. Марр Н. Я. Аркаун, монгольское название христиан в связи с вопросом об армянах-халкидонитах // Он же. Кавказский культурный мир и Армения. Ереван, 1996. С. 209276.

11. Мхитар Айриванеци. История Армении / М. Эмин, изд. М., 1860 (на арм. яз).

12. Ответные заявления армян // Православный Палестинский сборник. СПб., 1892. Т. 11. Вып. 1(31). С. 196-279.

13. Послание к католикосу Захарии // Православный Палестинский сборник. СПб., 1892. Т. 11. Вып. 1(31). С. 179-195.

14. Россейкин Ф. М. Первое правление Фотия, патриарха Константинопольского. Сергиев Посад, 1915.

15. Тер-Минасянц Е. Взаимоотношения Армянской Церкви с сирийскими Церквями. Эч-миадзин, 1908 (на арм. яз.).

16. Тер-Минасянц Е. Из истории появления и расцвета средневековых ересей. Ереван, 1968.

17. Троицкий И. Изложения веры Церкви Армянския. СПб., 1875.

18. Юзбашян К. Н. Армянские государства эпохи Багратидов и Византия IX-XI вв. М., 1988.

19. Dorfmann-Lazarev J. Arméniens et byzantins à l'époque de Photius: Deux débats théologiques après le triomphe de l'ortodoxie. Louvain, 2004. (Corpus scriptorium christianorum orientalium; 609. Subsidia; 117).

20. Esbroeck M., van. Un court traité pseudo-basilien de mouvance aaronite conservé en arménien // Le Muséon. Louvain, 1987. Vol. 100. P. 385-395.

21. Frivold L. The Incarnation: A Study of the Doctrine of the Incarnation in the Armenian Church in the 5th and 6th Centuries according to the «Book of letters». Oslo, 1981.

22. La Narratio de rebus Armeniae / G. Garitte, éd. critique, comment. Louvain, 1952.

23. Maksoudjan K. The Chalcedonian Issue and the Early Bagratids: The Council of Sirakawan // Revue des études arméniennes. Paris, 1988/1989. Vol. 21. P. 333-344.

24. Meyendorff J. Christ in Eastern Christian Thought. Crestwood; New York, 1987.

25. Meyendorff J. L'aphtharodocétisme en Arménie: un imbroglio doctrinal et politique // Revue des études arméniennes. Paris, 1992. Vol. 23. P. 27-37.

26. Samuel V. C. The Christology of Severus of Antioch // Abba Salama. Athens, 1973. Vol. 4. P. 126-190.

27. Thomson R.W A Bibliography of Classical Armenian Literature to 1500 AD. Turnhout, 1995.