В гостях Алла Рид

В гостях Алла Рид

Алла Рид

российская певица, солистка театра "Градский холл"

Михаил Довженко:

Добрый вечер, дорогие наши зрители! В эфире программа «Короткие волны» и ее ведущие Басиния Шульман.

Басиния Шульман:

Михаил Довженко, который, слава Богу, что доехал.

Михаил Довженко:

Да, если вы сейчас сидите дома и смотрите нас дома, то вы большие молодцы. Потому что сейчас в центре Москвы добраться из точки А в точку Б практически невозможно. Я час добирался от Красной площади до Кутузовского проспекта, сменил метро, троллейбус, шел пешком. Все ради того, чтобы увидеть у нас в гостях замечательную певицу, солистку театра «Градский Холл», финалистку шоу «Голос-4», еще можно много про нее говорить, я ее поклонник. Алла Рид у нас в гостях

Басиния Шульман:

Ура! Привет, привет! Наконец-то добралась до нас.

Алла Рид:

Кстати, я давно к вам собиралась.

Басиния Шульман:

У нас новая опция, которую мы введи недавно с Мишей, теперь в прямом эфире на странице Facebook, вы можете задавать вопросы Алле. Сейчас мне наладят эту опцию, заходите на мою страницу и задавайте свои вопросы. Дорогая, расскажи, что предстоит в ближайшие дни? С этого и начнем.

Михаил Довженко:

Куда мы будем торопиться, на метро, на троллейбусы?

Алла Рид:

Поскольку я являюсь солисткой театра Александра Борисовича Градского, каждый год у меня традиционно проходит большой сольный концерт. В этом году 13 октября я всех с большим удовольствием приглашаю. Я постаралась сделать его, как обычно интересным, многообразным. В первом отделении будет стиль ретро - 50-е, 30-е, немного еврейской музыки, джаза, композиции из нашумевшего проекта «Три аккорда», кстати, по заявкам слушателей. Вообще с появлением интернета Facebook, Instagram, ВКонтакте даже плейлист концерта можно составить.

Михаил Довженко:

По-моему так все и делают.

Алла Рид:

Дала запрос: что вы хотите? Получился концерт, концерт из 2-ух отделений. Первое отделение - ретро, второе – будут мои песни, написанные для меня, которые авторские, Слава Богу, они начали звучать на радио и закончим моими любимыми, всеми любимыми мировыми хитами. Все будет в сопровождении живого оркестра театра. У нас прекрасная видеоинсталляция, мы подготовили красивые декорации. Звук, свет у нас достоин того, чтобы об этом рассказать подробнее. Александр Борисович, конечно, очень много сделать, чтобы наш зал считался по техническому оснащению одним из самых лучших в Европе. Очень горжусь тем, что все будет живое: свет, звук, оркестр. Всех приглашаю, будет интересно.

Михаил Довженко:

Театр «Градский Холл» 13 октября. Сейчас ты с такой любовью рассказывала об Александре Борисовиче Градском, вы же пересеклись на шоу «Голос», когда он был в жюри, а ты начинала со слепых прослушиваний, как это происходило? Он же понимал, кто сейчас у него за спиной поет, или нет?

Басиния Шульман:

Расскажи нашим зрителям и нам с Мишей про кухню, закулисье, пооткровеннее. Давай с «Голоса» начнем.

Алла Рид:

Мой путь к «Голосу» был непростым. Когда я увидела этот проект, он только-только начался. Лет, наверное, 10 не происходило никаких конкурсов, где бы выступали поющие люди, была Юрмала, до «Новой волны» я попала на конкурс «Голоса-99» в Сочи, где Иосиф Давидович Кобзон дал мне 2-е место.

Басиния Шульман:

Тебе сколько лет? Извините, про возраст не будем.

Алла Рид:

Я не скрываю свой возраст, я была молоденькая, только закончила школу. Специальный приз я получила за исполнение песни «Близкие люди» от Игоря Николаева. Я думала, все, звездный путь на эстраду в кармане. Но, не тут-то было, начались двухтысячные, когда пришло время Фабрики звезд, Белки, Стрелки, бесконечные какие-то не буду называть имена, запели девушки богатых людей. Приехала в Москву, я начала ходить, окрыленная своим успехом, по всем кастингам и мне говорили: большое спасибо, мы Вам перезвоним. Я не понимала, что происходит, у меня была такая депрессия, вы просто не представляете. Ведь я училась в музыкальном училище, куча эстрадных конкурсов, я с 15 лет работала в джаз оркестре. У меня были очень интересные встречи в моей жизни с уходящими мэтрами, я всегда запрыгивала в последний вагон. Я очень дружила с главным редактором концертного зала «Россия» с Марией Борисовной Мульяш. Мы познакомились с ней как раз в эпоху смуты, в начале двухтысячных она меня услышала на одном концерте и сказала: «Придешь ко мне». Ей тогда уже было за 80 лет.

Михаил Довженко:

Не все помнят концертный зал «Россия».

Алла Рид:

Да. Это же легендарный зал, я не знаю, как его снесли, очень жалко. Он в себя впитал какую-то невероятную энергетику. Я пришла к ней и свои последние годы жизни она мне покровительствовала, она брала меня в такие концерты, как «Вечер памяти Туликова», сейчас уже никто не знает, что это за композитор. Она мне говорит: «Сейчас позвоним Оскар Борисовичу, он тебе песню напишет». Вот так происходило, я спрашиваю: «Кто?» Он говорит: «Фельцману сейчас позвоним». Я помню, мы пришли к нему домой, он написал мне песню, это были незабываемые ощущения. Я с ними знакомилась, и они уходили. С Саульским было такое знакомство на конкурсе «Утренняя звезда», он мне сказал: «Запоешь джаз после 30 лет, никого не слушай». Так и было. С ее помощью я побывала на последнем концерте Муслима Магомаева, я видела его последнее выступление в «России». Когда были вечера, куда она меня брала, я смотрела на закулисье, где выходили звезды первой величины, я забыла фамилию ведущей, она была блондинка, выходила и говорила: поет Тамара Гвердцители. Эта атмосфера, как все ждали Иосифа Давыдовича. Один раз был очень смешной момент, когда ведущая говорит: он поет 22-у песню, что делать иди и скажи ему, вот иди и скажи. Это все было при мне, это было так смешно и как они ему выключали свет, это реально смешно. Мы и все артисты стоим закулисами, и он выходит. Иосиф Давыдович создавал ощущение эпохи,

Михаил Довженко:

Он просто присутствовал в зале, и все было понятно.

Алла Рид:

Мне повезло, что я месяц назад попала на концерт в его день рождения «Концерт памяти», мы с Сашей в шоу «Три аккорда» исполнили «Тум-балалайка», потому что не было еврейской тема. Во-первых, это была его любимая песня, кстати, он никогда не скрывал свое еврейство и всегда это подчеркивал. В концерте не было еврейской темы, нас с Сашей позвали на этот концерт. Когда я утром приехала на саундчек, там было невероятное количество его фотографий, было прекрасное оформление этого концерта. Это был момент, когда я поняла, что сегодня он не выйдет петь, у меня в голове не было такого, что он умер, он какой-то вечный был. Я это осознала именно в тот вечер, невероятно был трогательный вечер, эта эпоха ушла, к сожалению.

Басиния Шульман:

Вернемся к «Голосу-4», мы с него начали, мы хотели от тебя кое-что интересное услышать.

Алла Рид:

Я еще не дошла до «Голосу-4», до его было много интересного, основная моя мысль была, что мой путь к Голосу был небыстрым. Потому что многим кажется, что «Голос», «Три аккорда» и все, звезда. На самом деле на это ушло много лет. Я посмотрела первый сезон и решила готовиться, подала заявку на второй сезон и меня не взяли.

Басиния Шульман:

Слепые прослушивания ты не прошла?

Алла Рид:

Даже до слепых прослушиваний я не прошла. Почему-то в тот год я решила исполнить джазовый стандарт, который, как выяснилось, пели почти все.

Михаил Довженко:

К тому времени тебе было уже 30 лет?

Алла Рид:

Да, уже было.

Михаил Довженко:

Джаз уже можно было петь.

Алла Рид:

Да, я уже начала, в 2013 году собрала «Алла Рид the band» и начала петь джаз, блюз, мою любимую музыку. Но, джазовый стандартный жанр, в котором мне казалось, что можно показать свое голос, его пели все, я не знаю, что это было, мне сказали: спасибо, до свидания. Я так обиделась, во-первых, я терпеть не могу кастинги, как и многие. Потому что за минуту вокалисту нужно раскрыться и показать на что он способен. Голос, настолько тонкий инструмент, он настолько связан с эмоциональным миром, ты закрылся внутри и ни один член жюри никогда не увидит, что там у тебя, потому что ты закрыт. Не значит, что ты плохой, есть очень много самобытных певцов, которые именно из-за того, что у тебя есть минута, чтобы показать, что ты можешь.

Басиния Шульман:

Это психологическое.

Алла Рид:

Да. Я все время думала, что же делать, как за эту минуту показать, что ты особенный, а там стоит несколько тысяч потрясающих певцов. Сама эта атмосфера ужасно давит. На третий сезон я не пошла и не смотрела.

Басиния Шульман:

Даже не смотрела?

Алла Рид:

Следила, но у меня была обида, был стресс. На 4-ый подала заявку моя помощница, я не знала и мне позвонили.

Михаил Довженко:

Как в кино.

Алла Рид:

Она говорит: «Я отправила твои записи на Голос». Я говорю: «Ну и хорошо». И мне звонят и говорят: «Мы приглашаем Вас на «слепое прослушивание». Я думаю опять, что же делать, надо идти. Я тогда начала серьезно заниматься подготовкой репертуара, я по 5 часов репетировала, что-то мне подсказывало, бывают такие ощущения, что на этот раз должно все сложиться, у меня сразу была такая интуиция.

Басиния Шульман:

Какую песню ты выбрала?

Алла Рид:

Когда я пришла к редактору, мне редакторы посоветовали жуткий выбор: что ты поешь, а, ты джаз поешь, тогда пой « Но зато мой друг лучше всех играет блюз».

Басиния Шульман:

Маргулис?

Алла Рид:

Да. С этой песней ко мне бы никто не повернулся. Там было 2 редактора, одна вышла, и я второй говорю, что я очень хочу спеть «Hold on I'm coming». Я сейчас могу дать совет от себя всем, кто в будущем собирается идти на проект «Голос». Нужно брать такую песни, чтобы люди, которые сидят спиной, когда ты делаешь, какие-то тонкие вещи, например, какие-то медленные, какие-то очень интересные. Кто-то может заметить это мастерство, а кто-то может не заметить, но когда есть энергия, когда есть драйв, это так работает, что когда сидишь спиной автоматически захочешь посмотреть, а кто это.

Михаил Довженко:

Интуитивно хочется посмотреть, что там происходит.

Алла Рид:

Я была уверена, что нужно взять такую песню, какую-то невероятную. Вот эта «Hold on I'm coming» она была для меня очень успешной. Я все-таки ее выбила, причем просто выдрала, можно сказать.

Басиния Шульман:

У них задача, дать исполнителю, чем хуже, тем лучше, чтобы они не проявились что ли, я не понимаю.

Алла Рид:

Там очень большой поток и это чисто человеческий фактор, невозможно с каждым работать так, чтобы хотеть каждого выставить в невероятно прекрасном варианте. Где-то на кого-то обратили внимание, где-то нет. Они по формату понимают, что я джазовая певица. Там же есть список песен, где очищены авторские права, на которые есть оркестровки, и из них уже выбирают. Там ведь не любую, какую ты хочешь, нет, там есть список песен, которые можно выбирать. Очень трудно выбрать то, что нужно, в этот раз мне повезло. Я вышла и истерически заорала: Hold on I'm coming.

Михаил Довженко:

Ты можешь сейчас спеть? Прямо сейчас спеть без оркестровки.

Алла Рид:

Поет.

Михаил Довженко:

Наши кресла сразу повернулись и еще несколько тысяч наших зрителей тоже.

Алла Рид:

Понятно, что сейчас пела в спокойной обстановке. Когда вышла туда, мне казалось, что я кричу, у меня реально это были нервы, чтобы вы понимали, как это происходит. В 15:30 я уже была в гриме и в платье готова выйти на сцену. Знаете, во сколько я вышла на сцену? В 21:30, там то перекур, то перестановка. Очень много ребят, у которых нет такого опыта, как у меня, и нужно иметь определенный вид нервной системы.

Михаил Довженко:

Я был за кулисами «Голоса». Я когда увидел, как это происходит, какой это муравейник, и как на самом деле не всегда с любовью к тебе относятся соперники. Там есть масса нюансов.

Алла Рид:

Это очень тяжелая история.

Басиния Шульман:

Ты у нас специфична тем, что не каждый побывал на стольких телевизионных шоу, на стольких конкурсах и так далее. В чем отличие, какие принципиальные отличия, нюансы?

Алла Рид:

Проект «Голос», чем для меня было проще, я понимала, что там есть «Голос», я это была у Градского. Это человек, музыкант, который настолько уделяет огромное внимание вокалу. Артистизм, театральность – нет. Поэтому у меня всегда была задача – хорошо спеть, то есть я же понимала, что я вживаюсь, мы же с ним делали «Беду» Высоцкого.

Басиния Шульман:

Да, мы слышали.

Алла Рид:

Он пытался из моего джазового образа достать что-то другое. Когда он понял, что я могу это делать, тогда вся история с театром, он меня взял в театр, мы же не были с ним знакомы до проекта. Он видел, что я могу работать в одном направлении в другом, в третьем, это был для меня очень большой бонус. Именно петь, то есть хорошо петь. Когда я захотела попасть в проект «Три аккорда», мне хотелось там раскрыться, как певица актриса, там стоит совершенно другая задача, но невероятно интересная. Проект очень сложный в своем техническом исполнении, потому что там сразу работает команда режиссеров, балетмейстеров, костюмеров, визажистов, живой оркестр. Все это происходит за одну-две репетиции. За 2 съемки ты снимаешь 2 номера, там же 10 передач, и в каждом номере ты должен быть абсолютно разным. Абсолютно разный образ, костюм, сценическое движение, что было для меня самым сложным, потому что я привыкла существовать в своем импровизационном состоянии. Там уже постановка и запомнить надо все очень быстро, тем более когда ты, например, не знаешь песню. Понятно, что там есть суфлер, где есть текст, но как смотреть на текст, если у тебя есть какое-то движение и взаимодействие с партнером. Это для меня был самый жуткий стресс, именно сырость материала, когда ты песню знаешь очень хорошо и поешь ее 100 лет. Например, «Хава Нагила» для меня, понятно, что этот номер был сделан легко, потому что я могу думать о сценическом движении и не думать о тексте. Номера, которые ты за 2 недели делаешь, я ночами не спала, зубрила текст.

Басиния Шульман:

Как складывались отношения? Про «Три аккорда» я от тебя знаю интересную историю, я бы хотела, чтобы ты не ее рассказала, если не возражаешь. Какие отличия? В «Голосе» такие были отношения, а в «Трех аккордах» были вот такие. Эмоционально с точки зрения взаимодействия с людьми, которые там работают, учувствуют.

Алла Рид:

Мне повезло. У нас была прекрасная команда на «Голосе». Наша группа Градского, были интересные и настолько профессиональные ребята, совершенно разные. Если сейчас взять солистов театра, это все участники. Там не было никакой конкуренции, каждый в своем образе. Какая там зависть? Каждый в своей краске, кто-то более оперный, кто-то театральный, у меня своя этническая краска, джазовая. Мы очень дружили и до сих пор встречаемся, общаемся. В «Три аккорда» там немножечко по-другому, потому что проект жанровый, и он объединяет артистов разных направлений. Есть более возрастные артисты, которые должны быть в проекте, состоявшиеся известные звезды такие, как Фоменко, Стас Пьеха. Есть артисты, которых я помнила по своему детству, как Катя Семенова, Валентина Легкоступова, такие, которых ты не увидишь каждые 5 минут в телевизоре, тем не менее, очень известные артисты, просто немножко подзабыты (чтобы никого не обидеть). Наше молодое поколение - артисты «Голоса», в этом сезоне была Ксана Сергиенко, Интарс Бусулис и я. Моя задача была петь еврейские песни.

Михаил Довженко:

Мы сегодня их тоже споем.

Басиния Шульман:

Я бы об этом хотела поговорить, потому что у тебя непростая судьба, именно связанная с еврейством в Самаре, мы сейчас об этом поговорим.

Алла Рид:

Да, эта такая у меня сквозная тема. Я была очень удивлена, я понимала, что «Хава Нагила» скорее всего будем делать, но еще больше была удивлена, когда Юрий Викторович сказал, что давай «Тум-балалайку». Я подумала: вторую еврейскую песню? У меня были почти народы мира, я сделала на итальянском языке «Песня за два сольди», была «Хава Нагила» на иврите, и «Тум-балалайка» на идиш. Я сделала много интересных номеров.

Басиния Шульман:

Там было много, 10?

Алла Рид:

Да. Реанимировала песни 90-х, такие как «А ты не летчик».

Басиния Шульман:

Что с Лолитой?

Алла Рид:

С Лолитой что получилось. Я в 4-ой передаче, у меня все время было ретро и мне нужно было дать какую-то современную краску, и сделали ее номер «отвали», там, где я была в красном платье с пистолетом. Я и есть в какой-то степени женщина вамп, мне хотелось дать такую краску. Не там, где я вся из себя обаятельная а-ля Софи Лорен, а что-то пожестче и вот этот номер. Я совершенно не подумала о том, как это может обернуться, не было у меня такой мысли, хотя зря. Когда я сделала этот номер…

Басиния Шульман:

А это ее песня?

Алла Рид:

Да. В жюри сидела Козлова, Александр Васильевич Новиков, мне тогда поставили 4 «туза». Комментарии были такие: что пошленькая песенка, но Вы ее сделали круто, интеллигентно, по-блюзовому, в общем, они к оригиналу так неаккуратно… Как я потом уже проанализировала. В финале передачи, я исполняла «Городок», достаточно спорная песня для финала, но, на мой взгляд, очень тяжело судить исполнение этой песни. Потому что у каждого «Городок» разный. Я же не ставлю перед собой задачу делать кавер, когда я делала «Я не летчик» я не слушала Анку, не слушала Лолиту. Я прослушала один раз и стараюсь делать все по-своему, потому что интересно, как делаешь ты. Это же не кавер-группа.

Михаил Довженко:

Свидетели говорят, что когда Рахманинов садился сочинять музыку, он барабанил по клавишам, чтобы ушло все, что было чужого.

Алла Рид:

Я не стремлюсь ни от кого ничего брать. Мне важно сделать так, как могу сделать именно я, от себя, как я чувствую. У меня был драматичный «Городок», он действительно был с драматизмом, я так вижу и так чувствую. Мне кажется, очень тяжело оценивать, сказать, что это было плохо или хорошо, потому что это такая песня. У меня не было балета, костюмов, я была собой, девочкой Аллой, которая поет про свой городок. Может быть, они были не готовы меня увидеть без всего антуража, потому что я же все время в образе, тут перья, платье, балет. Когда я спела, подняла глаза и увидела, что она меня сейчас просто порвет. Я стою и понимаю, что ноги подкосятся, и что сейчас что-то будет. Она взяла микрофон, на самом деле то, что в эфире - монтаж, было все намного жестче. Она настолько недоброжелательно и недружелюбно меня комментировала, причем это финал.

Михаил Довженко:

Например.

Алла Рид:

Она приводила какие-то ассоциации с собой, что она говно-певица, по сравнению со мной, она шикарная актриса, что я мало что умею. После каждой ее фразы зал делал так: ох. Съемка же идет в реальном времени. Это было совершенно неадекватно, Я понимаю, что каждый из нас может оценивать, я не собираюсь нравиться всем, я спокойно отношусь к критике. Предположим, тебе не понравилось, ты можешь поставить «короля», ну не нравится тебе, может быть внешне.

Михаил Довженко:

Вы при этом не были знакомы до этого и нет никаких личных отношений?

Алла Рид:

Нет. Есть ряд моментов то, что было озвучено в эфире, я не хочу углубляться в неприятные реплики, которые звучали в мой адрес. Все были в шоке.

Басиния Шульман:

Все реплика дали в эфир?

Алла Рид:

Нет, конечно, нет, их вырезали. После этого настроя, который был, Трофим сказал: «Браво оркестру, «король»». Все были в шоке, и мне было обидно, что почему-то не остановили съемку, и как это могла так быть.

Басиния Шульман:

Настолько было жестко?

Алла Рид:

Да. Я была в жутком шоке и хотела уйти оттуда. Все, кроме Новикова мне поставили «короли».

Михаил Довженко:

Объясните, то это «король»?

Алла Рид:

Король – это 4. Туз-5. Дама-3. Чтобы вы понимали, «даму» никому не ставили за всю историю проекта, только мне.

Михаил Довженко:

Трехбалльная система?

Алла Рид:

Да.

Басиния Шульман:

Там же все добрые в принципе.

Алла Рид:

Это была совершенно неадекватная история.

Михаил Довженко:

Хорошо, потом происходит общение за кулисами.

Басиния Шульман:

Потом вы с ней скоммуницировали после этого как-то или нет?

Михаил Довженко:

Очень часто на телешоу люди вот так общаются, орут друг на друга в кадре, а потом…

Алла Рид:

Это был первый эпизод. Потом она вручала статуэтки, мы снимали 2-ую сцену. Я еле-еле взяла себя в руки, это был финал, и я была вообще к этому не готова, у меня не было такого сценария в голове вообще. Я понимала, что может быть всякое это телевизионный проект, но этого сценария не было вообще. Я же вначале хорошо шла, в итоге в 10-ой этой передаче, благодаря таким оценкам, я заняла последнее место. Когда я посмотрела на табло, но кто бы что ни говорил, любой артист, очень известный малоизвестный, старый, молодой переживают все. Многие мне говорили, что это телевизионное шоу, зачем ты к этому так серьезно относишься. Мне кажется, в нашей творческой профессии все очень ранимые, на мой взгляд. Может быть, это кто-то умеет скрывать, я не умею скрывать. Я вышла туда и сказала, что пойду домой, у меня эмоции, я девушка горячих кровей. Мне говорят: ты что, куда ты пошла. Я кое-как простояла эту сцену, когда она вручала статуэтки. Делается подсъемка приза зрительских симпатий, статуэтка вручается каждому игроку, потом в зависимости от голосований.

Басиния Шульман:

Понятно, если тебе вручили, значит, тебя показали.

Алла Рид:

Тут она ко мне подходит и говорит: «Сейчас я вручу приз девушке, которой я сегодня поставила тройбан, потому что она это заслужила».

Михаил Довженко:

Зачем это лишний раз повторять.

Алла Рид:

Какая-то была такая история типа: это шоу, детка. В таком контекте она мне сказала. Сначала в меня был жуткий шок, стресс, переживала ужасно. Потом, когда я смотрела количество комментарий на Ютуб, когда уже вышел в эфир финал, обсуждали только меня, и все, как это выглядело. У меня был невероятный и сумасшедший пиар. Сейчас я благодарю Лолиту за то, как она меня круто пропиарила.

Михаил Довженко:

Спасибо, Лолите.

Басиния Шульман:

Да. Ужасная, неприятная история, жалко, что ты это пережила, но с другой стороны, любой опыт делает нас сильнее.

Алла Рид:

Да.

Басиния Шульман:

Раз уж прозвучало прекрасное название «Городок», есть такая песня «Ах, Самара городок». Ведь ты из Самары?

Алла Рид:

Да.

Басиния Шульман:

Когда мы готовились к эфиру, я начиталась о твоей тяжелой жизни в Самаре и хотела спросить про фамилию, Рид – это псевдоним. Расскажи, как все было с детства, и почему ты решила сделать этническое направление в творчестве своей «красной нитью»?

Алла Рид:

Да, все с этого начиналось. В 8 лет первый раз в жизни я исполнила всеми любимую «Тум-балалайку». Как-то папа принес эту песню и с нее все пошло поехало.

Басиния Шульман:

Какая фамилия?

Алла Рид:

Фамилия Пейсахович, я не скрываю. Но с этой фамилией «Голоса 99» в Сочи…

Михаил Довженко:

Она не умещалась на бейджик, Рид короче.

Алла Рид:

Александр Борисович Градский как-то мне сказал: «Зачем ты сменила фамилию, такая классная фамилия». Но, был эфир канала РТР и ведущий мне мягко сказал: «Слушай, она классная, давай что-то другие звучное, запоминающееся». И мы придумали.

Михаил Довженко:

Раневская тоже псевдоним взяла.

Алла Рид:

Мне понравилось, как звучит Алла Рид.

Михаил Довженко:

Очень хорошо звучит.

Алла Рид:

Там никаких историй связанных с кем-то, меня спрашивают: Вы что родственница Дин Рида? Это постоянный вопрос. Как-то легло Алла Рид и уже очень много лет, и я себя с другими фамилиями уже не ассоциирую. Алла Рид и все.

Басиния Шульман:

В паспорте ты кто?

Алла Рид:

В паспорте я Юткис по мужу.

Михаил Довженко:

У тебя хорошая коллекция.

Алла Рид:

Это нормально, мне кажется, что у всех артистов также, у кого есть псевдоним. В Самаре я в 8 лет начала петь «Тум-балалайку». Я эту историю описывала у себя в Инстаграм. Было время, когда только-только можно было в открытую говорить про еврейство. Я начала петь как раз Первой алии, когда все повально из Самары уезжали в Израиль.

Басиния Шульман:

Давай на секунду прервемся, спой нам на идиш, на иврите, на чем хочешь.

Алла Рид:

Мы говорим про «Тум-балалайку».

Басиния Шульман:

Чуть-чуть спой.

Алла Рид:

Поет.

Басиния Шульман:

Молодец!

Алла Рид:

Мне 8 лет, чтобы вы понимали, ДК 9-е ГПЗ, праздник Ханука, битком люди Это было одно из моих первых выступлений и меня всю трясло. Я выхожу и начинаю петь, и понимаю, что весь зал рыдает, я же совсем маленькая. Я думаю: Боже, неужели все так плохо, что они все плачут. Это были люди из еврей, которые сидели уже на чемоданах, они уже уезжали, было настолько трогательно, что ребенок поет эту песню. Все, с этого момента началась моя история, папа создал детский еврейский ансамбль «Эстер».

Басиния Шульман:

Папа музыкант?

Алла Рид:

По образованию он инженер, но у него абсолютный слух, у него в Самаре был свой вокально-инструментальный ансамбль, была же мода на ВИА, у него был первый ВИА в Самаре, он был местной звездой, конечно, музыкант. Я же начинала петь в его группа, потом он создал коллектив, детский вокальный ансамбль «Эстер», нас поддерживала организация «Джойнт». Мы ездили по всем еврейским конкурсам, фестивалям. Тогда было очень много фестивалей еврейской культуры, где был Жванецкий, Ян Арлазоров, Клара Новикова. В разных городах: Оренбург, Вильнюс, Казань, мы очень много гастролировали. Нас было 4 девочки, песни на иврите, на идиш, в таких юбочках в горошек, нам было 8-10 лет и, конечно, нас принимали на ура. Начинали мы петь в самарской филармонии, а не где-то в ресторане. Очень активная была эта история, лет 7-8, потом у каждого начался свой путь, кто-то уехал в Израиль. Я начала петь джаз, мое первое место работы джаз-оркестр «Мираж» города Новокуйбышевск, этот город недалеко от Самары. Мы даже ездили на джазовый фестиваль в Монтрё. У нас был нефтеперерабатывающий завод, и они поддерживали наш коллектив. Так все и шло, еврейскую музыку я не прекращала петь никогда. Потом я сделала свое музыкальное шоу «Две земли» и с ним гастролировала по Америке, но тогда я работала не с «живой» группой, а у меня был балет. Я даже выпустила интересный диск.

Михаил Довженко:

Хочется еще раз напомнить про концерт, который будет 13-го числа. Что из репертуара люди услышать 13 числа? Очень жаль тебя перебивать.

Басиния Шульман:

Извини, еще минутка есть. Все-таки, притесняли ли, гнобили ли, я читала, что в школе тебя очень сильно…

Алла Рид:

В школе у меня такое было, я сначала с 1-го по 7-ой класс училась в обычной школе, а 8-ой и 9-ый класс училась в еврейской школе, я просто вздохнула. Меня притесняли, не думаю, что все понимали кто я. В большей степени у меня был такой вид, все блондинки с косами, а я со своей гривой черных кудрей.

Михаил Довженко:

Как сейчас?

Басиния Шульман:

Мне кажется хуже, я видела детские фотографии.

Алла Рид:

Ты видела этот шарик? Мне мама прицепляла бант, который предательски падал, и все говорили: у Пейсахович, опять упал бант. И ржали, фамилию никто не мог выговорить, и я думала, что все люди, как люди, а я какой-то ужас. Были и антисемитские моменты, но в основном меня принимали за лицо кавказской национальности, была куча всяких кличек. Я никогда никому не рассказывала, потому что если расскажешь, то признаешься. Я терпела, как могла, но когда открыли национальное отделение, я родителям сказала: «Я хочу перейти, я хочу учиться в другой школе».

Басиния Шульман:

Концерт 13-го числа.

Алла Рид:

Концерт 13 октября театр «Градский Холл», осталось немного билетов, но попасть можно. Всех ждем. Надеюсь, будет классный концерт, постараюсь, чтобы так было. Начало в 18 часов, Коровий Вал 3 строение 1 на Садовом кольце.

Михаил Довженко:

Алла Рид 13 октября «Градский Холл». Алла Рид была сегодня у нас в гостях. Спасибо тебе огромное!

Басиния Шульман:

Удачи тебе!

Алла Рид:

Спасибо, что пригласили.