Несколько замечаний о кириллической письменности боснийских францисканских писателей xvii века

  НЕСКОЛЬКО ЗАМЕЧАНИЙ О КИРИЛЛИЧЕСКОЙ ПИСЬМЕННОСТИ БОСНИЙСКИХ ФРАНЦИСКАНСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ XVII ВЕКА

Авторы: Б. ЧИГОЯ, В.СТАНИШИЧ

[Бранкица ЧИГОЯ | - преподаватель кафедры южнославянских языков филологического факультета Белградского университета, г Белград, Республика Сербия.

Ваня СТАНИШИЧ - доктор филологических наук, профессор кафедры южнославянских языков филологического факультета Белградского университета, г Белград, Республика Сербия. E-mail: vanjast61@gmail.com

Аннотация. Развитие письменности в корне изменило способы осуществления коммуникации. Эра письменности занимает особое место в историческом развитии литературного языка. Большую ценность представляет изучение Кириллической письменности боснийских францисканцев Сербов и Хорватов. На основе старой кириллической скорописи, которая была общенародным письмом в Боснии и Герцеговине, боснийские францисканцы первыми начали создавать литературные и орфографические нормы своего родного западного штокавского диалекта и в главных чертах зарегистрировали важнейшие штокавские особенности. Они практически заложили основы того, что потом будет окончательно сделано Вуком Ст. Караджичем, но при этом на восточноштокавской диалектной основе и графического инвентаря кириллицы другого типа.

Ключевые слова: кириллическая скоропись Боснии и Герцеговины, боснийские францисканцы, католическая пропагандистская литература.

Для цитирования: Бранкица Чигоя, Ваня Станишич. Несколько замечаний о кириллической письменности боснийских Францисканских писателей XVII века. -Коммуникология. Том 5.№1.С.31-49 DOI 10.21453/2311-3065-2017-5-1-31-49

Данная работа посвящена фрагменту культурной истории Боснии и Герцеговины, который являлся важным этапом в создании сербскохорватского языкового единства. Толчок к этому единству был сделан в кругах католической пропагандистской деятельности, которые в XVI в. для языка своей пропагандистской литературы, предназначенной для южных славян, выбирают штокавское (в основе своей сербское) наречие, на котором компактно говорило славянское население, находившееся в западных провинциях тогдашней Османской империи. В XVII в. уже появилась плеяда францисканских боснийских писателей, которые в отношении ими выбранного языка были просто «боснийцами», а в отношении ими выбранного кириллического письма отразили воспоминание о былой сербской культурной и государственной традиции.

* * *

Легенда повествует, что первые францисканские монастыри у южных славян основал сам Франциск Ассизский во время своего путешествия на Восток после 1212 года (Станоjевиft 1929: 765; Енцикпопед^а JyrocnaB^e 1958: 64). Еще в 1233 году количество монастырей было таково, что для них была организована отдельная провинция - Provincia Sclavoniae (части совр. Хорватии и Боснии), которая включала Далмацию.

В источниках обычно упоминается, что цель их прихода в Боснию была борьба против еретического движения. Согласно одним источникам, францисканцы стали приходить в Боснию уже с 1235 года, чтобы помочь местному епископу уничтожить патаренскую схизму. Им было дано право инквизиции.1 Другие источники отмечают, что первый францисканец прибыл в Боснию в 1248 году (Kovacic 1991: 7). Это был, по-видимому, хорватский францисканский провинциал, посланный Иннокентием IV с миссией, чтобы проверить христианскую корректность боснийского бана (правителя) Матии Ниносла-ва. Известный францисканский историк Юлиан Еленич (Jelenic 1926) считает, однако, что францисканцы появляются в Боснии, только с 1291 года, когда папа Николай IV, по просьбе сербского велможи и «короля Срема» Стефана Драгутина (который в это время правил северо-восточной частью Боснии), приказал начальнику Провинции Славонии отправить в «боснийское княжество» двух хорошо образованных францисканцев. В 1340 году францисканцы в Боснии установили викариат который в конце XIV века простирался от Черного моря до Сицилии.

В дальнейшем, в 1447 году, от боснийского викариатства отделились венгерские (угорские) монастыри, а в 1469 и некоторые монастыри в Далмации. В шестнадцатом веке, в 1514 году, боснийский викариат разделился на две провинции, «Боснию Аргентину [Bosna Argentina, сербохорв. Бос-на Сребрена]» и «Боснию Хорватскую». Первая включала в себя монастыри под властью Османской империи, а вторая те, которые были под властью Венгрии. Со стабилизацией турецкой власти на таких территориях как Босния и Герцеговина, большая часть Далмации, Славония и Венгрия, распространяется влияние католического викариата «Боснии Аргентины» на все эти регионы включая территорию Венгрии (Енцикпопед^а JyrocnaB^e 1958: 64). Францисканцы старались использовать турецкие завоевания, чтобы на всех новых турецких территориях расширить поле своей религиозной деятельности. Из этого периода осталась народная поговорка: «Куда Турчин с Гордом, туда фратар с торбом» «Куда турок с саблей, туда фратр (францисканец) с мешком».

После потери независимости Боснии (1463) и Герцеговины (1482) и попадания данных территорий под турецкую власть, изменились условия жизни

1 в. Vj. Klaic, PovijestBosne, fototip. izd. iz 1882, Sarajevo, 1990, str. 344-346.

францисканцев и их деятельности. Они быстро приспособились к этим новым жизненным условиям: выпросили у Мехмеда II правовую основу для своих действий. В 1463 в монастыре Фойница куратору боснийского викариатства, отцу Ангелу Звиздовичу, была дана султанская охранная грамота Ахднама. Она стала основой (фундаментом) для их свободной деятельности: на протяжении веков они, благодаря ей, защищали себя, свои права и права своих верующих при османской власти. По словам францисканского историка Анто Ко-вачича, на основе этой Хартии «францисканцы у турецких властей добывали многочисленные фарманы, буйрунтии и другие правовые документы, которые позволяли им работать в самых суровых жизненых условиях. Таким образом, Ахднама на самом деле была своего рода 'Magna charta libertatum' не только для францисканцев, но и для их верующих» (Kovacic 1991: 9).

Накануне Венской войны (австрийско-турецкой войны 1683-1689) провинции Боснии Аргентины принадлежали многочисленые монастыри в Боснии, Далмации, Славонии и Венгрии. После этой войны от всех монастырей в самой Боснии остались только три: в Фойнице, Кралевой Сутеске и в Крешеве.

С 1699 г. францисканцы Боснии Аргентины действовали на территориях трех часто конфликтующих регионов: в Боснии и Герцеговине, которая находилась под властью Турции, в Далмации, управляемой Венецианской республикой, и территорией, располагавшейся к северу от реки Савы, находившейся под управлением Австрии. В XVIII веке (1735) от провинции Боснии Аргентины, по политическим и другим причинам, отделилась Далмация, а затем и территория к северу от р. Савы (1757). В середине XIX века отделилась и область Герцеговины, так что провинция Босния Аргентина (Босна Сребрена) уменьшилась до ее нынешних границ. Прежде чем среди боснийских францисканцев появились первые писатели на местном народном языке, они уже четыре столетия действовали на территории Боснии Аргентины.

Очень важный период в жизни Католической церкви, сильно отразившийся в деятельности францисканцев, наступил после Тридентского собора (1545-1563). Во время папы Григория XIII (1571-1585) началась особенно живая деятельность по укреплению и распространению католической веры. Эти усилия, наконец, в 1622 году привели к формированию знаменитой Congregatio de propaganda fide (Конгрегации пропаганды веры). Эта организация особое внимание обратила на состояние религии тех южнославянских территорий, которые находились под властью Османской империи.

Работа Конгрегации впервые почувствовалась в Боснии, пограничной территории Османской империи с многочисленным христианским населением смешанного характера (православные и католики), которое там проживало в очень сложных условиях. В начале XVII века среди боснийских францисканцев, единственным католическим монашеством, которое сумело сохраниться под турками, в духе большого католического обновления появляются писатели, которые стремятся продвигать работу по распространению католической веры.

Литературная деятельность боснийских францисканцев начинается с первых десятилетий XVII века. Хотя формальным толчком для появления этой литературы была работа Контрреформации, в Боснии это был прежде всего пропагандистский проект Рима по укреплению и расширению католицизма (ср. Кипа 1967: 5) в преимущественно иноверной среде (с преобладанием мусульманского и православного населения). Данную роль францисканцы сыграли безупречно. В районах, находящихся под турецкой властью, они на протяжении столетий были во всех отношениях единственной поддержкой местного католического населения. Продуктом такой их деятельности была относительно богатая литература, предназначенная для католического населения, главным образом утилитарная по характеру и религиозная по содержанию (компиляции, переводы и переработки популярных в то время итальянских и других авторов, таких как: Белармино, Ледесма, Герольт, Гей-стербах, Камби, Б. Салути и др).

Эта литература не связана с более старой традицией боснийской средневековой церковно-славянской книжности (кроме общего употребления кириллического письма). Она была вдохновлена католическим обновлением и направлена на совершение консолидации и религиозного объединения на всей территории тогдашней Боснии Аргентины. Для реализации такой задачи францисканцы воспользовались новым мощным средством - специальной пропагандистской литературой, созданной на языке и в письме понятных населению, которому она предназначалась. При этом, в своей пропагандистско-религиозной деятельности на народном языке францисканцы не были первыми на территории Боснии. Примерно в то же время (начиная с XVI века) в регионах под турецким владычеством, среди ислами-зированного славянского населения начала распространяться исламская литература «альхамьядо», написанная на местном народном языке арабским письмом1. Францисканские монастыри (сербохорв. самостани) стали первыми католическими центрами в Боснии, где слово Божие, в различных литературных произведениях, стало широко звучать на народном языке, на практике - на местных диалектах. Хотя язык этой литературы в основ-

1 Существует богатая библиография о сербскохорватской альхамьядо литературе. Ср. на пример: Kombol, Poviest hrvatske knjizevnosti do narodnog preporoda, Zagreb 1945, str. 214-216; Otto Blau, Bosnish-türkische Sprach den Kmaeler, Leipzig, 1868; S. Kamura, V. CoroviC; Serbokroatische Dichtung bosnisher Muslims aus dem XVII, XVIII und XIX Jahrhundert, Sarajevo 1912; V. Corovic, Ajvaz-Dedina Kasida, Priloziza knjizevnost, jezik, istoriju i folklor, 1927, VII, 189-195; W. Lehfeldt, Das serbokroatische Aljamijado-Schrifttum der bosnisch-hercegovinischen, Muslime, Muenchen, 1969; Isto, Die Entwicklung der arabishen Druckschrift zu ihrem Gebrauht fuer das Serbokroatische, Die Welt der Slaven, XVII,

4, 359-375; Isti, Beitraege zur Erforschung des serbokroatischen Aljamijado-Schrifttums, Suedost Forshungen, XXVIII, 1969, 94-122; Asim Peco, Jezicki izraz Aljamijado knjizevnosti i Vukovprincip „pisi kao sto govoris", Knjizevni jezik u Bosni i Hercegovini od Vuka Karadzica do kraja austrougarske vladavine, München, 1991, str. 19-26.

ном сводился к местному диалекту или родной речи самих францисканских писателей, вполне логично предположить, что в нем использовались и языковые элементы других окружающих католических районов с более старыми литературными традициями.

В самом деле, по своим литературным характеристикам эта литература опиралась на более старую хорватскую (чакавскую) глаголическую литературу, а также на произведения соседних сербскохорватских католических регионов. Францисканская книжная деятельность является частью католической пропагандистской литературы, разработанной в Далмации, Хорватии и Славонии. «Особо примечательным является то, что в основе францисканской литературы находится штокавское наречие, в основном икав-ского произношения, и что она тем самым открывает путь для одного литературного языка сербов и хорватов» (0еогдУеу1С 1969: 149). Выбор што-кавского наречия является весьма важным, особенно если учитывать, что литература сербскохорватских католиков, которые впоследствии в значительной степени будут объединяться вокруг хорватского имени, в этот период в плане литературного языка страдает регионализмом. Эта литература, как известно, в лингвистических, и даже этнических рамках, была разделена на три региональные, диалектные зоны: чакавскую (юго-западная часть совр. Хорватии), кайкавскую (северо-западная Хорватия) и штокав-скую (вся остальная сербохорватская територия из которой частично католическими были только прилегающие западные регионы). Основные достижения и расцвет творчества в этих диалектных зонах не согласованы хронологически, в связи с чем можно говорить о существовании трех региональных литературных потоков.

Хронологически первой была далматинская глаголическая литература (хорватская редакция церковно-славянской письменности), возникшая на чакавской диалектной основе, которая продержалась до XV века, а потом, в духе Возрождения, в XVI веке на этом диалекте были созданы лучшие литературные произведения, означавшие его литературный расцвет и вершину - произведения М. Марулича, П. Хекторовича, М. Бенетовича, Х. Луцича, П. Зоранича и т.д. В начале XV века, на территории северо-западной Хорватии, появляются произведения на кайкавском диалекте, которые в конце XVI века получают литературную обработку в произведениях Ю. Хабделича, И. Белостенца и других авторов. Осознанием недостатков такого культурного регионализма и разобщенности является - впоследствии неудачная - попытка писателей так называемого литературного кружка Озаль создать общий литературный язык для всех католиков слиянием диалектных особенностей чакавского, кайкавского и штокавского наречия.

Чакавскую глаголическую литературу на протяжении XV-XVI веков тематически продолжает и литература штокавского Дубровника с целой плеядой таких писателей как Ш. Менчетич, Дж. Држич, М. Држич, М. Ветранович,

Д. Златарич, а также авторами XVII века (И. Гундуличем, Ю. Палмотичем и др). С XVII века начинается работа боснийских францисканцев, которые, вслед за Дубровником, в эту литературу сербохорватских католиков во второй раз вводят штокавское наречие. Тем не менее, по своей этно-языковой основе, Дубровник и боснийские францисканцы опираются на язык и письменность сербского штокавского массива, окружающего Дубровник. Данный ареал как раз охватывал территории Боснии, Герцеговины и других сербских земель, с которыми Республика Дубровник вела интенсивную дипломатическую переписку, начиная еще с XII столетия.

Вот почему выбор штокавского наречия в качестве основы литературной деятельности боснийских францисканцев был не случаен. Особые причины такого выбора состояли в том, что предоставляли им широкие возможности проведения эффективной пропагандистской деятельности на всей территории Боснии Аргентины, население которой говорило на што-кавском наречии и в своем подавляющем большинстве исповедовало православную веру. Будучи штокавцамы, они легко могли приспособиться к этим требованиям. Хотя все они писали на своих местных диалектах, они, все-таки, настаивали на выравнивании нормы литературного выражения ^псе 1978: 45). По такого рода усилиям они в своих взглядах на народное единство всего населения, говорившего на одном языке, были близки к взглядам сербского реформатора Вука Стефановича Караджича и представителям про-югославского иллирийского движения, которые действовали два столетия спустя. Более того, одна их часть (та которая обучалась в Венгрии) была в значительной степени вовлечена в деятельность Иллиризма ^е!етс 1991: 173)1. Они были первыми представителями иллирийского движения в Боснии и Герцеговине и очень сильно повлияли на его общее течение (Кипа 1983: 21).2

Основоположником францисканской литературы принято считать Матию Дивковича, работавшего в первой пол. XVII века (Елашке Уелашке] близ Ва-реша, 1563 - Олово 1631), и являвшегося самым популярным и широко читаемым францисканским писателем. Главные его произведения: «Наук кар-стиански» [крст]ански] (са сто чудеса, 1611), «Беседе и Наук карстиански с мнозиеми ствари духовниеми» (1616). Дивкович был образцом для подражания и позднейшим францисканским писателям XVIII века. Его творче-

1 Выдающимися иллирийцами среди францисканцев были отцы фра Грга Мартич и фра Иван Юукич, основатели и редакторы первого боснийского журнала Босански прщател (1850, 1851, 1861, 1870).

2 Ср. работы Херты Куны: ОгаЩвко ortografski игив/ Шгаоа / knjizevno-franjevacka иаб'юца и „Bosanskom prijatelju" - К^йеут jezik и Воет I Негседоу1п1 ос1 Vuka КагасШса с1о kraja аив^оидагвке у1ас1ау1пе, МиепсИеп, 1991, вк 27-39; также, Jezik ЬовапБке к^йеупов^ XVII I XVIII vijeka и в^ейовй knjizevno-jeziCkog тап1га. - Зборник за филолог^у и лингвистику Ш/1, Нови Сад, 1971, стр. 33-53; и др.

ство пока только частично изучено1. По своему происхождению он был из иекавско-шчакавского края, но в более поздних изданиях язык его произведений во многом икавизирован (замены типа св^ет, свjетло ^ свит, свит-ло, которые тогда были более обычными в католической литературе). Свои произведения Дивкович напечатал своеобразным, местным типом кириллицы - «боснийской кириллицей», которая станет графическим символом францисканской письменности.

Современник Дивковича, Иван Бандулавич (Горжи [«Верхний»] Вакуф, вторая половина XVI в. - первая половина XVII) был первым францисканским писателем, который свои произведения печатал латиническим алфавитом. Его «Пиштоле» и «Евангелья» (Р1вс1о!е I еуапде!уа) 1613 года издания были перепечатаны девятнадцать раз, но выбор латинического письма выделяет этого автора из основного течения францисканской письменности2 .

Хронологически, третьим автором был отец Павао Папич (Сараево, 1593 -Високо 1649), который свою единственную и неопубликованную работу «Се-дам трубки за пробудити грешника на покору» написал особой кириллицей Дивковича (Коуас1с 1991: 277)3. П. Папич, как и Дивкович, происходит из иекавско-шчакавской диалектной области.

Современником Павла Папича был Павао Посилович (Гламоч, около 1600 -Рама 1653) про которого известно, что его творчество повлияло на работы авторов более позднего периода С. Маргитича и Т. Бабича из XVIII в., при чем он сам имел своим образцом деятельность Дивковича. П. Посилович написал две работы: «Насла^е^е духовно» (1639) и «Цвит од крипости» (1647), которые были напечатаны в Венеции4. Свои работы Посилович также печатал «боснийской» кириллицей, в икавско-иекавском варианте штокавско-го наречия.

1 Лингвистический анализ его произведений был сделан еще в конце XIX века Ъ. С. Ъор^еви?! (Мат^а ДивковиГк - Прилог истории српске к^ижевности XVII века, Глас СКА, Београд LII (1896, LIII/1898). Самая полная современная библиография работ о М. Дивковиче представлена в работе: A. S. Kovacic, Bibliografija franjevaca Bosne Srebrene, Prilog povijesti hrvatske knjizevnosti i kulure, Sarajevo, 1991, стр. 108-113. Среди новых работ о языке М. Дивковича одной из самых влиятельных является: H. Kuna, Lingvisticka problematika Divkovicevog knjizevnog stvaralastva, Zbornik radova o Matiji Divkovicu, Sarajevo 1982, стр. 25-39.

2 Литература о И. Бандулавиче: A. S. Kovacic, Bibliografija, str. 55-56; D. Gabric-Bagaric, JezikIvana Bandulavica, Svjetlost, Sarajevo, 1989. (1-223).

3 Его работа была текстологически рассмотрена и опубликована отцом Игнатием Гавраном (Gavran 1991: 155-327). Данное издание вышло в латинической транскрипции, на основании чего невозможно было сделать анализ графики и орфографии. Палеографический и графолингвистический анализ его произведения представлен в книге: Б. Чип^а, Jезик Павла Папина, босанског фра^евца из прве половине. XVII века. Институт за српски jезик САНУ, Београд 2001.

4 Его язык изучил М. Решетар (Решетар 1928-1929: 83-87). Более обширная библиография работ об этом писателе дана в: A. S. Kovacic, Bibliografija, стр. 287.

Почти в то же время, на иекавском штокавском наречии (сегодня литературном) писал Степан Матиевич (родился в Тузле во второй пол. XVI), который свое единственное произведение - «Исповиедаоник» (1630) - опубликовал классической церковно-славянской кириллицей1, и, как это в предисловии сам заявил, по совету Рафаела Леваковича, видного представителя римской пропагандистской деятельности, направленой к православным славянам (особенно на Украине). Его произведение является переводом работы итальянского автора - доминиканца Иеронима Панормитана. В своем произведении С. Матиевич напоминает, что перевел ее на язык «боснийский»2.

Последным францисканским писателем XVII века, язык которого хорошо изучен, был Иван Анчич (I. AnCic, Липа возле Дувна, 1624 - Анкона, 1685).3 Он был более плодотворным, чем другие упомянутые писатели, и, кроме одной работы на латинском языке («Thesaurusperpetuus»), на своем родном языке он напечатал ряд произведений: «Vrata nebeska» (1678), «Svitlostkarstianska» (1679) и «Ogledalo misnicko» (1681). Это был второй францисканский писатель XVII века, который, кроме Бандулавича, свои произведения печатал латинским алфавитом (с вкраплениями из кириллицы). И. Анчич и П. Посило-вич происходили из одного края, были современниками, и оба говорили на одном икавско-шчакавском местном диалекте.

Из этого краткого обзора францисканских писателей XVII века можно выделить только язык С. Матиевича. И. Анчич и И. Бандулавича изучен более комплексно. Язык остальных писателей отслежен частично, только в некоторых деталях. Их творчество было исследовано прежде всего с точки зрения текстологического анализа, в поиске источников их произведений и также перевода, что, конечно, является первым шагом лингвистического анализа. Конечно, работа данных авторов исследовалась и с диалектологической точки зрения, чтобы определить их диалектную принадлежность. Однако, остается факт, что исследование языка францисканских писателей XVII века только предстоит развернуть, как в виде отдельных монографий о еще неизученных писателях, так и в виде синтетизированных обзоров4.

1 «Уставными кириллическими буквамы, теми, которые обычно применялись во всех униатских выпусках, предназначенных для малорусских читателей» - П. Иви?, Српски народ и 1ъегов jезик, Београд, СКЗ, 1971, 154-155.

2 Язык Матиевича изучен Славком Павешичем (Pavesiс 1968: 371- 484). Библиография работ об этом писателе также находиться в: А. Б. KovaCiс, В/Ыюдт^а, 32.

3 Его творчество изучил Светозар Маркович (Маркович 1958). Ср. также А. Б. Kova-С1С, В/ЬЮдт^а, 32.

4 Еще не в полной мере изученными остаются произведения ряда других францисканских писателей XVII столетия, таких, как Марко Бандулавич, Мато Бенлич, Мартин Бргулянин, Илия Булич, Андрия Яйчанин и др. (KovaCiC 1991: 441). Из францисканских писателей XVIII века палеографическо-филологически обработаны произведения Иеролима Филиповича (Душанка Ипъатови?, Београд, 1974), Николы Лашванина (А. Младенови?, 1961), Стипана М. Маргитича (С. Вукоманови?, 1971).

У всех писателей XVII века имеются некоторые общие черты. Относительно диалектного происхождения и района, в котором они действовали, почти все они принадлежали к западному штокавскому (шчакавскому) наречию - довольно отличному от восточного штокавского, на котором говорили все православные. Первое обучение они получили у себя на родине, а потом продолжили свое обучение в разных городах Италии, откуда на них распространялись и определенные влияния. Свои произведения они публикуют главным образом местной боснийской кириллицей, иногда используя церковно-славянскую кириллицу (типичную для православных) и частично латиницей.

Вопросы языка францисканских писателей наиболее широко изучала Гер-та Куна, которая в своих многочисленных работах заложила методологические основы, можно даже сказать в некотором смысле программную концепцию, изучения их языка1. В связи с этим следует также упомянуть имя еще одного автора - Далибора Брозовича, который писал о роли боснийских францисканцев в афирмации штокавского наречия как диалектной основы литературного языка и их общем вкладе в развитие позднейшего хорватского литературного стандарта (Вгоиоу1С 1972-1973: 37-51)2.

Таким образом, из вышесказанного можно выделить следующее.

1. Литературная деятельность францисканских писателей XVII века являлась результатом решений Тридентского собора и была тесно связана с деятельностью Конгрегации распространения веры, которая вела интенсивную работу по укреплению и распространению католицизма - в данном случае среди южных славян (ср. РадониЬ 1949: 5-7).

2. Для выполнения этой миссии был выбран боснийский францисканский орден, а его представители получили задание выбрать язык и письмо, с помощью которых они смогут наиболее эффективно осуществить деятель-

1 Ср. только важнейшие работы Г. Куны из этой области: Hrestomatija starije bosanske knjizevnosti, Sarajevo, 1974, стр. 107-226; Jezik fra Filipa Lastrica bosanskog franjevcaXVIII v., Djela, knj. XXVII, Sarajevo 1967; Jezik bosanske knjizevnostiXVII iXVIII v. u svjetlosti knjizevno-jezickog manira, Зборник за филолог^у и лингвистику XIV/1, Н. Сад, 1971, стр. 33-51; Djela bosanskih franjevaca s gledista istorijske dijalektologije, Jezik, br. 5, Zagreb, 1962-63, стр. 149-153; Lingvisticka problematika Divkovicevog knjizevnog stvaralastva, Pos. otisak iz Zbornika radova o Matiji Divkovicu Odjeljenja za knjizevnost Instituta za jezik i knjizevnost u Sarajevu, Sarajevo 1982, стр. 25-39; Iz leksike Filipa Lastrica, bos. franjevca XVIII vijeka, Sarajevo, 1964, стр. 107-137; Udio franjevacke knjizevnostiXVIII vijeka u stvaranju literarnog jezika zapadnog srpskohrvatskog podrucja, Pos. otisak iz „Knjizevnog jezika", 1-2, Sarajevo, 1972.

2 В связи с этим, следует иметь в виду тот факт, на который указал Павле Ивич, что «хорватский здесь следует понимать в широком смысле, потому что большинство из писателей, о которых идет речь, не причисляли себя к хорватам, и это название применяли для жителей некоторых других областей, имевших иной тип литературного языка» (Српски народ и 1ъегов jезик, 151).

ность по склонению местного населения к католичеству. По этим причинам католические писатели Боснии Аргентины выбирают для языковой основы своей литературы свои родные шчакавские диалекты западной Боснии, и к ним добавляют лексику, позаимствованную у приморской чакавской глаголической литературы, а также и у католического и штокавского Дубровника.

3) Они практически реализуют программную работу иезуита Бартола (Варфоломея) Кашича, который в своей Иллирической грамматике 1604 года предлагал «иллирийский (боснийский) язык», т.е. икавско-штокавское наречие, сделать основным языком католической пропагандистской литературы (Institutiones 1981: 25)1.

Основным народным письмом в Боснии была кириллица - поэтому печатание книг этим письмом было единственно возможным выбором, не только в качестве моста к православному населению или инструмента в их вербовке к церковной унии, но и для местных католиков, которые другого письма и не знали2.

Свой народный язык боснийские францисканцы обычно называли «боснийским», «иллирийским» или просто «славянским» (словинским), а свое народное письмо, как правило - «сербским»3.Точно так, как еще в 1597 г. далматинский писатель Шиме Будинич озаглавил свое, в Риме напечатанное, «Краткое руководство для изучения иллирийского языка и сербской азбуки»4. Такое народно-территориальное наименование языка и национально-государственное наименование письма уходит корнями глубоко в историю Боснии. Так например, грамота, которой бан (правитель Боснии) Степан II Котроманич в 1333 году уступил Дубровнику побережье Адриатики между полуостровами Стон (совр. Пелешац) и Превлака (у входа в Которскую бухту), была написана в двух экземплярах: "дв" латиньсц" и дв" срьбьсц"". Язык боснийских королей Остои и Твртка в латинских источниках называется "in idiomatae schiavo", в то время как грамота правителя Хума (совр. Герцеговины) Сандаля Хранича из 1423 года была "in lingua serviana scriptum"5.

1 По словам Дарии Габрич-Багарич, «Совсем очевидно, что под основной особенностью "боснийского" подразумевалось икавское произношение» ("Cetiri ishodista hrvatskoga standardnoga jezika", FLUMINENSIA, god. 22 (2010) br. 1, 150.

2 Знаменитое, по этому поводу, полемическое высказывание фра (отца) Стипа-на Марковца Маргитича в его Исповиди карстианской (1704) о том, что "веГи дио To п8ка не8мие 8 она слова [= латинска] и наша ие qампа оставГлена и забачена посли дивковиГа и посиловиГа, а веома с8 потребите кГниге 8 босни 8 наша слова и 8 наш ие-зик" (большая часть народа не знает эти буквы [= латинские] и наша печать оставлена и заброшена после Дивковича и Посиловича, а весма нужны книги в Боснии с нашими буквами и на нашем языке) - В. БогиГевиГ, 198.

3 Ср. также: Juric-Kappel 2013: 130.

4 Brevis instructio ad condiscendum characterem serbicum et linguam illyricam -БогиГюви?!, 194-195.

5 В. БогиГевиГ, 88

Кириллица испокон веков была всенародным письмом в Боснии и Дубровнике. Ее считали своим домашним письмом все три религии. Хотя в периоде турецкого владычества кириллица была вытеснена из общественного употребления в Боснии и Герцеговине систематическим введением арабского письма, она закрылась в дома исламизированного населения, где просуществовала как семейное письмо вплоть до ХХ века1. У францисканцев употребление кирилицы прекратилось вследствие категорического запрета Ватикана в 18132.Это было логическим завершением данного пропагандистского проекта, который в новой политической обстановке на Балканах, в начале XIX, века мог показаться контрпродуктивным для интересов и Ватикана, и Австрийской империи. Опора на эту старую боснийскую письменность вела боснийских францисканцев к югославской идее и революционному младо-боснийскому движению (грозящими подорвать австрийско-ватиканские планы на Балканах)3. С другой стороны, несмотря на живую память о культурных традициях старого боснийского государства, которая на протяжении веков объединяла всех жителей Боснии и Герцеговины, дезинтеграци-онные тенденции приводили к все более выраженному идеологическому и этно-культурному разъединению этого края. Такая судьба постигла и само кириллическое письмо, которое в своей архаической форме закрылось в рамки Боснии и Герцеговины и там практически умерло до конца XIX века.

Иллюстративным примером графического отдаления этого боснийского варианта кириллического письма от общих тенденций развития кириллицы может служить превращение его старого названия «сербское письмо» в сармско писмо, в котором определение «сербское» больше не распознается, хотя содержание (смысл) оставалось прежним: «наши стародедовские буквы», как подчеркивалось в одном францисканском объявлении из 1800 года (БогиГевиГ: 200).

Как известно, особая графическая форма данного письма послужила поводом для возникновения различных взглядов на его происхождение и его различное наименование в научных кругах. Наиболее известным является название босанчица, которое, однако, отягощенно идеологией боснийского этно-культурного автохтонизма. С данной целью оно и было сформулировано накануне Первой мировой войны. Гипотеза о существовании какого-то автохтонного боснийского письма была развеяна известными специалистами Миланом Решетаром и Грегором Чремошником, показавшим, что по своей форме это была скоропись средневековой Сербии, официально введенная

1 Ср. значительное число примеров этой кириллицы у боснийских мусульман из ХV-XVI веков (В. Богичевич,100-106, 261-264), а также несколько позднейших примеров этого письма из середины ХХ века, которое у них была известно под названием "старая Сербия".

2 БогиГевиГ, 193.

3 ДпСпс 1924; СтанишиГ 1994: 280.

боснийским правителем Твртко после его провозглашения королем1. Хотя существовали региональные виды этого письма, узнаваемый общий инвен-тарий боснийской кириллицы, как правило, включает следующие графические формы2: вытянутые а (г/_ ]) и г (/'"), перевернутое б ""')ид( £ ) и также ж .V» ), квадратное в (¿Т') и похожее на него к одноштри-ховыее(/\ г) ич (м), троногое т () и сохранение особого знака "герв" ^ ) в качестве штокавского звука [й/сГ], с которого и начинается история и периодизация сербской кириллицы3.Все эти характеристики были уже представлены в сербской дипломатической скорописи при дворе рашского короля Милутина в начале XIV в.4 (только без Г, который в самой Сербии с XIII в. выходит из употребления).

С сербской скорописью в Боснию пришли и «рашские» (точнее русско-болгарские) йотированные лигатуры я, ю. Однако, они там не привились, то есть, не стали домашними (своими) буквами, как это произошло со знаком Г (Ъор^иГ, 1971: 157). В самом деле, древнейший тип сербской редакции старославянского языка представлял собой верную транслитерацию глаголицы кириллицей. В самой Сербии, начиная с XIII столетия, его сменила русско-болгарская орфография, а в Боснии и прилегающих приморских областях5 данный тип сербской редакции старославянского языка продолжает существовать до тех пор, пока, во второй половине XIV столетия, не был транскрибирован буквами рашской скорописи (сербской дипломатической скорописи).

Дальнейшая судьба этого письма состояла в том, что с течением времени оно превратилось в простую запись народной речи, что способствовало спонтанному упрощению его графического инвентаря. Это архаичное и упрощенное письмо настолько разорвало связи с общими тенденциями развития кириллицы, что в конце концов превратилось в особое «боснийское народное письмо» - босанскубуквицу, как его именовал В. Ст. Караджич, «которое никто не сможет прочесть без предварительного учения и мучения» (СтанишиГ 1987: 42-43).

Таким образом, только с точки зрения общих тенденций развития кириллицы может казаться необыкновенным то, что Матия Дивкович этим пись-

1 Либро од мноз^ехразлога. Дубровачки Гирилски зборник од г 1520. Издао: М. Решетар, СКА, Београд 1926; G. Cremosnik, "Srpska diplomatska minuskula", Slovo 13, Zagreb, 1963, Только один документ написанный этой скорописью предшествовал коронации Твртко как короля 1377, а все другие документы были затем подготовлены раш-ским (сербским) логофетом Владоем (ср. Ъор^иГ 1971, 154).

2 Примеры написаний букв взяты из книги Лейлы Накаш (Nakas 2010: 115-119).

3 ЪорГ)иГ 1971: 64; 128-129.

4 Лексикон 1992: 57.

5 Ср. Ъ. ТрифуновиГ, Ка почецима српске писмености, "Открове^е", Београд 2001, 22-32, 43-49; В. СтанишиГ, "Старословенска двоазбучност и српска и хрватска редакц^а старословенског jезика", Српски jезик IX, Београд 2004, 392-393.

мом печатал свои книги. В любом случае, он для этого мог иметь образец для подражания - венецианский Молитвенник 1512 года, первую, до сих пор известную печатную книгу на сербском народном языке (а не на церковном языке), опубликованную благодаря усилиям дубровницкого торговца (меш-тра) Франа Раткова Мицаловича1. Тип кириллической печати в этом Молитвеннике ("т Шега et idiomate вегаапо") несколько отличается от той формы кириллицы, которая использовалась у православных. «Это была смешанная форма кириллического устава и скорописи, которая будет постепенно все более отходить от графической формы кириллицы, которая употреблялась у православных. В структурном плане, ее наиболее важным отличием является использование знака герв (?), который останется неотъемлемой чертой этой западной кириллицы» (Ъор^и? 1971: 191).

Как уже упоминалось, наиболее важным католическим центром за пределами Боснии, в котором писали на кириллице, был Дубровник. Там кириллическое письмо просуществовало в живом употреблении до отмены Республики Дубровник в 1806 году французскими окупационными властями. Впервые в дубровницкой кириллице появилась графическая маркировка мягких штокавских сонантов [л, ж], причем по модели итальянских групп дП, дт (нпр. в дубровницком литературном сборнике «Либро од мнози]ех разлога» из 1520 года: гли8бе?и [^убе?и] «любя», когние [коже] «коней») (Ре-шетар 1933: 138; Станиши? 1991). Такое же новшество в письменность боснийских францисканцев вводит Матия Дивкович, с той лишь разницей, что роль знака палатальности здесь имеет герв (?л8бав, к?нига [^убав, кжига]). Как уже было отмечено, в этом была повторена хорватская (чакавская) глаголическая традиция: ср. в кирилл. транслитерации [?луди, при%ате?ле] «люди, приятелей» в Сборнике Петриса из 1468 года, причем в примерах типа [имен?е] «имение», в отличие от [зем?ле, ?ниве] «земли, нивы» в дарственной записи Б. Франкопана из 1520 года, видно, что такое употребление герва у Дивковича было неслучайным - что этим знаком, по-видимому, было отмечено ослабление звука (*С]) > [}], общее для западного што-кавского (шчакавского) и чакавского (и в последствии слияние рефлексов праслав. сочетаний *С] ~ ср. у самого Дивковича: дивкови? [*-Ш, мла?и / млаи [*-С^] «младший»)2.

Еще одной очевидной связью с чакавско-далматинской письменной традицией является превращение буквы ять (%) в знак для сербохорватского палатального звука /]/ (ср. у Павла Папича: помо?%8, м%ерила, сво%ои «с по-

1 Убедительным доводом того, что упомяннутый Молитвенник мог послужить примером Дивковичу является факт, что, точно так, как это было в Молитвеннике, и Дивкович в своей кириллице сохранил три, для народной речи уже ненужные буквы: i «и десятеричное» и греческие s, е, имеющих только числовую функцию ^ипс-Карре! 2013: 129-130).

2 Моди§ 1982: 52-53; JuriC-Kappe! 2013: 132.

мощью, мерки, своей») (Чища 2001: 45). Такое употребление знака t является общим для всех францисканских авторов1. Хотя ни одно из этих графических нововедений не является исключительно францисканским, просто только в их произведениях эти графические особенности получили литературный характер и орфографическую норму2.

Хотя родная речь боснийских францисканцев по отношению к современной сербской и хорватской литературной норме была во многом диалектной и региональной, они все же в существенных чертах заложили основы той нормы, которую позднее, в штокавском наречии, окончательно сформирует Вук Ст. Караджич, но на базе графического инвентаря кириллицы другого типа. Католическая по своей культурной принадлежности, опиравшаяся на более старую литературную традицию Далмации и Дубровника, боснийско-славянская (словинска)3 и сербская по своему этническому самосознанию и старой письменной традиции4, письменность боснийских францисканцев является истинным мостом, который этно-культурно соединяет сербов и хорватов.

Список литературы

1. Andric I., 1924, Die Entwicklung des geistigen Lebens in Bosnien unter Einwirkung der türkischen Herrschaft, Dissertation zur Erlangung der Doktorwürde der Philosophischen Fakultät der Karl Franzens Universität zu Graz.

2. Brozovic D., 1972-1973, «Uloga bosansko-hercegovackih franjevaca u formiranju jezika hrvatske knjizevnosti i kulture - od Divkovica do fra Grge Martica», Jezik2, Zagreb.

1 Включая и Степана Матиевича, который, в свою очередь, придерживаясь церков-но-славянской орфографии, единственным из всех францисканцев вместо итало-лат. комбинаций д/ дп/, мягкие [л, ж] обозначал йотированными лигатурами и, я, ге (PavesiC 1968: 384).

2 Все эти графические особенности можно встретить в кириллической переписке боснийских и герцеговинских мусульманских капитанов XVI-XVII в. Ср. примеры из книги Лейлы Накаш: прид поглавитим ?лудим «перед передовыми людьми" из 1679, наряду с и ето доидоше ваши Ълуди [Ыака§: 231, 235], где обозначением мягкости сонорного выступает Ъ, т.е. . Ср. тоже в случае [ж]: прико Ънегове воЪле [жегове воле] и сва-кога обе?анЪа («...его воли и всякого обещания»), наряду с од мене мустаф алибега му-селима ба?налучкога [бажалучкога] и ба?налучке краине заповидника полкон и лиепо поздрав?ление [поздравление] гну кег?леви? [Кеглеви?] капитану («от меня, Мустаф Алибега муселима города Банялука и банялучской краины начальника, поклон и сердечное приветствование г[осподи]ну Кеглевич капитану») [Ыака§: 182, 205].

3 Словински у францисканцев было обозначением (юго)славянской этноязыковой принадлежности, в оппозиции к неславянскому - итальянскому или диячкому ("ученному", т.е. латинскому языку).

4 Основанной на графическом инвентаре древнейшей сербской кириллической орфографии. Ср. напр. хорошую иллюстрацию архаичных черт этой древнесербской кириллической орфографии в надписи Вигня Милошевича из 1404 из окрестности Мо-стара: вигнь, вигна, крала остои, кралици, остоЪ, милошеви?ь - Б. Чигоjа, Траговима српске)езичке прошлости, Кжижевност и jезик, Београд 2006, 103-108.

3. Enciklopedija Jugoslavije leksikografskogzavoda, Zagreb, 1958, кь. 3.

4. Gavran I., 1991, Gradaza povijestknjizevnostiHrvatske, knj. 33, Zagreb.

5. Georgijevic K., 1969, Hrvatska knjizevnost o 16. do 18. st. u sjevernoj Hrvatskoj i Bosni, Zagreb.

6. Jelenic J., 1926, Problem dolaska franjevaca uBosnu, Split.

7. Jelenic J., 1991, Kultura ibosanski franjevci, II svezak, fototip. izd., Sarajevo.

8. Juric-Kappel J. 2013, Bosnien im Spiegel älterer Schriften / Bosna u ogledalu starije pismenosti. Philologisch-linguistische Studien / Filolosko-lingvisticke studije, 1190 Wien.

9. Kovacic A., 1991, Bibliografija franjevaca Bosne Srebrene, Sarajevo.

10. Kuna H., 1967, Jezik fra Filipa Lastrica, bosanskog franjevcaXVIII v., Djela XXVII, Sarajevo.

11. Kuna H., 1983, Jezik Bosanskog prijatelja, Svjetlost, Sarajevo.

12. Mogus М., 1982, „O grafemsko-fonemskim odnosima u Divkovicevim Besjedama», Зборникрадова о Матии ДивковиПу, Институт за jезик и кьижевност у CapajeBy.

13. Nakas L., 2010, Jezikigrafija krajisnickih pisama, Biblioteka Bosnistika, Sarajevo.

14. Pavesic S., 1968, JezikStjepanaMatijevica, u Rasprave Instituta za jezik, knj. 1, Zagreb.

15. Vince Z., 1978, Putovima hrvatskog knjizevnog jezika, Zagreb.

16. ВукомановиГ С., 1972, JезикСтипана Марковца МаргитиПа, Београд.

17. Ъор^иГ П., 1971, Истор^а српске Пирилице, Београд.

18. ИвиГ П., 1971, Српски народ и №егов jезик, СКЗ, Београд.

19. Маркович C., 1958, Jезик Ивана АнчиПа (босанског писца XVII века, Српски д^алектолошки зборник, Београд.

20. РадониГ J., 1949, Штампар^е и школе римске кур^е у Италии и jужнословенским землама уXVII веку, Српска академ^а наука, Посебна издаьа, кь. 58, Београд.

21. Решетар M., 1933, ПосиловиПев икавско^екавски говор, Jyжносповeнски филолог, кь. VIII, Београд, 1928-1929.

22. Решетар М. 1926, Дубровачки зборник од год. 1520, Београд.

23. СимиГ Р., ОстоjиГ Б., 1981, Основи фонолог^е српскохрватскога к^ижевног jезика, Титоград, «Побjeдa».

24. СтанишиГ В., 1987, „Корени и домети Вукове реформе српске Гирилице", Повела 1-2, Кра^ево.

25. СтанишиГ В., 1991, „Из истор^е примене сповенске писмености за албански jeзик", Баштина 1, Приштина.

26. СтанишиГ В., 1994, „Глаголица и фонетические алфавиты средней Европы", Balcanica XXX-1, Belgrade.

27. СтанишиГ В., 2004, „Старословенска двоазбучност и српска и хрватска редакц^а старословенског jeзикa", Српски jезик IX, Београд.

28. CтaноjeвиГ Ст.,1929, Народна енциклопед^а СХС, IV, Загреб.

29. ТрифуновиГ Ъ., 2001, Ка почецима српске писмености, "Откровеье", Београд.

30. ЪирковиГ С. и Миха^чиГ Р. (приредили), 1999, Лексикон српског сред^ег века, Београд.

31. Чип^а Б., 2001, JезикПавла ПапиПа, босанскогфра^евца из прве половине. XVII века. Институт за српски jeзик САНУ, Београд.

32. Чиг^а Б., 2006, Траговима српске jезичке прошлости, „Кьижевност и jeзик", Београд.

33. Шарков Ф.И. Язык естественный // Коммуникология: Энциклопедический словарь-справочник / Ф.И. Шарков. - 3-е изд. - М.: Издательско-торговая корпорация „Дашков и Ко", 2015. - С.757-758.

Приложения

1. Боснийская кириллица XVI-XVII веков: 1) слева: письмо из западной Боснии (Бихач 1520, в последней строке: у бих?у «в Бихаче»); 2) в середине: печатный шрифт Матии Дивковича; 3) справа: письмо из Сараева 1591 (Ъирило и Методи}е. Жити]а, службе, канони, похвале. Приредио Ъ. Трифунови?, СКЗ, Београд 1964, 194).

2. Наук карстиански Матии Дивковича. Титульный лист издания 1611 г.

3. Ст. Марковац Маргитич, Фала од Свети. Титульный лист издания 1708 г. (Славко ВукомановиЬ, Jезик Стипана Марковца МаргитиЬа, Београд 1972).

 SOME NOTES ON CYRILLIC SCRIPT OF BOSNIAN FRANCISCAN WRITERS OF THE XVII CENTURY

Authors: BRANKICA CHIGOJA, VANYA STANISHICH

[Brankica CHIGOJA - Lectures of South Slavic Languages Department of Philological Faculty of the University of Belgrade. Serbia, Belgrade.

Vanja STANISHICH - Dr. Sci. (Philol.), Prof. of South Slavic Languages Department of Philological Faculty of the University of Belgrade. Serbia, Belgrade. E-mail: vanjast61@ gmail.com

Abstract. The development of writing systems fundamentally transformed the ways of communication. The era of writing has a special place in the historical development of the literary language. Of great value is the study of the Cyrillic alphabet, the Bosnian Franciscans Serbs and Croats. Cyrillic literacy of Bosnian Franciscans takes special place in historical

development of Serbian and Croatian literary language. Based on old cursive Cyrillic script, which was common folk script in Bosnia and Herzegovina, they were first that formed linguistic characteristics of their native shtokavian dialect and mainly marked most important shtokavian characteristics. They did practically same what V. St. Karadzic will later made, but based on graphical inventory of other type of Cyrillic script.

Key words: Cyrillic script of Bosnia and Herzegovina, Bosnian Franciscans, catholic propaganda literature.

For citation: Brankica Cigoja, Ivan Stanisic. A few comments about the Cyrillic alphabet, the Bosnian Franciscan writers of the seventeenth century. - Communicology. Volume 5. No. 1. P.31-49 DOI 10.21453/2311-3065-2017-5-1-31-49

References

1. Andric I., 1924, Die Entwicklung des geistigen Lebens in Bosnien unter Einwirkung der türkischen Herrschaft, Dissertation zur Erlangung der Doktorwürde der Philosophischen Fakultät der Karl Franzens Universität zu Graz.

2. Brozovic D., 1972-1973, «Uloga bosansko-hercegovackih franjevaca u formiranju jezika hrvatske knjizevnosti i kulture - od Divkovica do fra Grge Martica», 2 Jezik, Zagreb.

3. Leksikografskog plant Enciklopedija Jugoslavije, Zagreb, 1958, C. 3.

4. I. Gavran, 1991, Grada za povijest knjizevnosti Hrvatske, knj. 33, Zagreb.

5. Georgijevic K., 1969, Hrvatska knjizevnost o 16. do 18. st. u sjevernoj Bosni i Hrvatskoj, Zagreb.

6. J. Jelenic, 1926, Problem dolaska franjevaca u Bosnu, Split.

7. Jelenic J., 1991, Kultura i bosanski franjevci, svezak II, fototip. izd., Sarajevo.

8. Juric-Kappel J. 2013, Bosnien im Spiegel älterer Schriften / Bosna u ogledalu starije pismenosti. Philologisch-linguistische Studien / Filolosko-lingvisticke studije, 1190 Wien.

9. Kovacic A., 1991, Bibliografija franjevaca Bosne Srebrene, Sarajevo.

10. Kuna H., 1967, Jezik fra Filipa Lastrica, bosanskog franjevca XVIII v., Djela XXVII Sarajevo.

11. Kuna H., 1983, Jezik Bosanskog prijatelja, Svjetlost, Sarajevo.

12. Mogus, M., 1982, «O grafemsko-fonemskim odnosima u Divkovicevim Besjedama», zbornik radova about Matei Discover, Institute for English Wuhan and kievnet have Saraevo.

13. Nakas L., 2010, Jezik i grafija krajisnickih pisama, Bosnistika Biblioteka, Sarajevo.

14. Pavesic S., 1968, Jezik Stjepana Matijevica, u day after debate Instituta za jezik, knj. 1, Zagreb.

15. Vince Z., 1978, Putovima knjizevnog hrvatskog jezika, Zagreb.

16. Vukomanovic S., 1972, English Wuhan Stipano Of Militia Markovets, Beograd.

17. Ori P., 1971, Historia irelia Srpska, Beograd.

18. Ivy P., 1971, Srpski narod and egov English Wuhan, SKZ, Beograd.

19. Markovi C., 1958, English Wuhan Ivan Ania (bosanskog the scribe of the XVII century, zbornik dialectology Srpski, Beograd.

20. Redone Oh., 1949, Stamperia and school rimske Curie have Italia and wielowieski semama from the XVII century, Srpska academia science, Posebna ISDA, K. 58, Beograd.

21. Resetar M., 1933, Pavlovian CASCO-ekavski dialect, Wielowieski philologist, C. VIII, Beograd, 1928-1929.

22. Resetar M. 1926, Dubrovacki zbornik od. 1520, Beograd.

23. Simi R., Estoi B., 1981, Principles fonologie srpskohrvatskog cijevna Utica, Titograd, «Pobeda».

24. Stanisci V., 1987, «Koreni and dometi Vukovi reform of Srpska irelia», Pavia 1-2, Kraevo.

25. Stanisci V., 1991, «application Of Historia Slovenska written in Albanian English Wuhan», Bastina 1, Pristina.

26. Stanisci V., 1994, «the Glagolitic alphabet and the phonetic alphabets of Central Europe», Balcanica XXX-1, Belgrade.

27. Stanisci V., 2004, «Staroslavenski doesbest and and Srpska Hrvatska redakcia staroslavenskog Utica», Srpski English Wuhan IX, Beograd.

28. Stanojevi St.,1929, national encyclopedia CXC, IV, Zagreb.

29. Trifunovi., 2001, Ka Pachelma Srpska written, "Otkroi", Beograd.

30. Irkovi and Mihai S. R. (priredili), 1999, Lexicon srpskog credig century, Beograd.

31. Chigoe B., 2001, English Wuhan Paul Papia, bosanskog freize of Pro half. The XVII century. Institute for srpski English Wuhan SASA, Beograd.

33. Chigoe B., 2006, Tragovima Srpska ticke the past, «Kirinos and English Wuhan», Beograd.

34. Sharkov F. I. Language natural // Communicology: Encyclopedic dictionary-directory / F. I. Sharkov. - 3rd ed. - M.: Publishing and trading Corporation «Dashkov and Ko», 2015. S. 757-758.