Не слишком ли много церкви?

Избрание нового патриарха, начало государственного лицензирования духовных семинарий, обсуждение введения в школьную программу "Основ православной культуры" и, наконец, участие на прошлой неделе главы РПЦ в работе президиума Госсовета — эти события неизменно становились главными темами новостных выпусков.

Вячеслав Позгалев, губернатор Вологодской области. Катастрофически мало. Почти весь ХХ век церковь была вычеркнута из жизни и только теперь восстанавливает влияние. И государство должно ей в этом помогать. Несмотря на то что Россия — светская страна, надо ввести в общеобразовательную программу курс истории религий, иначе дети вырастут просто бескультурными! Но главное, церковь должна играть ключевую роль в воспитании общества, и отрицать это преступно.

Тамара Морщакова, советник Конституционного суда. Много, но не там, где нужно. Церковь ведет очень активный диалог с властью в ущерб общению с народом. За рубежом РПЦ критикуют как раз за такую опасную близость власти. Ведь политики зачастую используют дружбу с церковью для того, чтобы вызвать доверие у народа. Но государству рано или поздно придется расплачиваться с церковью за поддержку. Стоит ли сомневаться, за чей счет.

Дмитрий Мезенцев, заместитель председателя Совета федерации. Нет такой шкалы, которая могла бы это измерить, а по ощущениям — не много. Участие религиозных деятелей в государственных мероприятиях и жизни общества — показатель уважения, которое государство и общество воздают им за служение нам во благо. Чем больше верующих, тем больше добра и меньше желания построить индивидуалистическое общество.

Евгений Сабуров, научный руководитель Федерального института развития образования. С точки зрения здоровья общества надо держаться от РПЦ подальше. Как верный сын Русской православной церкви с ужасом наблюдаю, что происходит. Отдельные предложения вызывают вопросы даже с точки зрения закона. Некоторые говорят: а на чем еще мы сплотим народ? Так говорили и в Израиле, и теперь там раввины лезут во все дела. Впрочем, еще повезло, что патриархом избрали не Климента.

Владимир Платонов, председатель Мосгордумы. Это не вопрос вкуса — много или мало, здесь может быть только одно — соответствует Конституции или нет. Долгие годы духовная власть притеснялась, будучи не только отделена от государства, но и уничтожаема государством. Может, сейчас маятник качнулся в другую сторону. Но я пока не вижу проблемы — государство у нас светское, все конфессии равны перед законом.

Геннадий Зюганов, лидер КПРФ. Много кампанейщины и профанации в отношениях церкви и власти. Я с большим уважением отношусь к человеку с верой, чем без нее, но я прихожу в ужас, когда чиновники, еще недавно ругавшие церковь, стоят со свечками и крестятся левой рукой. А заповеди Иисуса сродни моральному кодексу строителя коммуниста — у нас одни ценности.

Сергей Гинзбург, режиссер. Церковных функционеров много. Для меня церковь и патриархия — разные вещи. Церковь — это прежде всего вера. А участие патриарха в сборищах власти — это политика.

Кирсан Илюмжинов, президент Республики Калмыкия. Стало больше, потому что было мало. Но сегодня церковь сама по себе ничего не может сделать, она должна работать с властью. Например, с министерством культуры.

Виктор Петрик, академик РАЕН. Церкви не может быть много. А всем, кто сетует на засилье церкви, хочу напомнить, что было 15 лет назад, когда этой самой церкви было мало: в стране нарастала экспансия ислама, по улицам гуляли кришнаиты, по углам множились секты. Сейчас, слава богу, духовную власть в стране взял в руки образованнейший человек, а власть наконец поняла, что церковь не конкурент, а союзник в воспитании здорового консолидированного общества.

Руслан Аушев, председатель комитета по делам воинов-интернационалистов при совете глав правительств СНГ, бывший президент Ингушетии. Нельзя, чтобы одну конфессию выделяли, а остальные оставались на задворках. С религией нужно быть очень аккуратным. Главное, чтобы в стране соблюдалось равное отношение ко всем религиям.

Николай Злобин, директор российских и азиатских программ Центра оборонной информации США. Слишком, и чем больше роль церковной вертикали, тем меньше реальной веры в Бога. Любовь власти к церкви объясняется тем, что церковь возвращается к роли, которую играла до 1917 года, когда она была идеологическим отделом монархии: если ты против церкви — ты против государства, и наоборот. Этот симбиоз церкви и государства не дает возможности инакомыслящим никуда деться. Он убивает свободу мышления, позволяя воспитывать определенно мыслящего человека.

Александр Ткачев, губернатор Краснодарского края. Скорее наоборот. Церковь могла бы оказать куда более заметное благотворное влияние на общество. Ведь церковь выступает на стороне добра, а добра, любви слишком не бывает.

Эдуард Лимонов, лидер запрещенной Национал-большевистской партии. Страна превращается в клерикальную. Мало того что церковь трется о сапог власти, так теперь церковники не боятся принадлежать к богатым, церковные олигархи разъезжают на Lexus и Bentley. А ведь христианство — религия униженных и оскорбленных. Церкви надо стремиться не во дворцы, а в катакомбы.

Владимир Масорин, адмирал, бывший командующий ВМФ России. Чем больше я живу, тем чаще в храм хожу. Я крестился, будучи начальником штаба эскадры, капитаном 1-го ранга. Учитывая отсутствие идеологии, смену ценностей, нельзя говорить, что религии много. Когда человеку хорошо — он ни к кому не обращается, когда плохо — просит помощи у Бога. И, наверное, власть правильно делает, активно взаимодействуя с церковью.

Владимир Познер, телеведущий. Стремление РПЦ к власти, к влиянию на всех и все и через ТВ, и через школу меня не удивляет. Удивляет и огорчает то, что в светском государстве власть идет РПЦ навстречу. Может, убрать из Конституции пункт об отделении церкви от государства? Почему бы России не стать православной федерацией по образу, например, Исламской Республики Иран? Это было бы честнее.

Эдуард Краснянский, писатель. Чересчур много, многие политики не задумываясь бросились в лоно церкви. Светская и духовная власти сблизились до такой степени, что страшно за то, что будет дальше. Причем это сближение происходит только в православии, у мусульман или буддистов я такого не наблюдал.

Сергей Михайлов, предприниматель. Церковь не учит плохому, а хорошего много не бывает. Россия погибнет без православия, и надо ее граждан насыщать духовным. А лучше, чем церковь, этого не сделает никто.

Валерий Сердюков, губернатор Ленинградской области. Пока перебора не вижу. Перестраивается общество, перестраивается и церковь. Она по-другому начинает вести работу по воспитанию нравственности и преданности родине. Для людей старшего поколения эти вещи понятны и приемлемы. Кроме того, я не заметил, что у нас главенство РПЦ. На прошлой неделе все видели, как в стране праздновали день рождения пророка Мухаммеда.

Гейдар Джемаль, председатель Исламского комитета России. Дальше будет еще больше. Нынешняя элита рвется в мировой истеблишмент, а там церковь играет огромную роль. Светскость и атеизм давно уже стали знаками маргинальности. Элите России с ее темным прошлым нужно любой ценой продемонстрировать приобщенность к высоколобому мейнстриму, в котором присутствуют папа римский и далай-лама.

Елена Андреева, президент холдинга охранных предприятий "Бастион". Много, и особенно там, где бюджет распределяется или разговор о собственности ведется. Много среди чиновников, в бизнес-сообществе, а там, где люди страдают, ее нет. Раньше проповедники ездили в глубинку, занимались просветительством, помогали людям. Теперь этого не видно.

Шолбан Кара-оол, председатель правительства Республики Тува. Общество потеряло духовное начало, а церковь помогает эти проблемы решать. Да и привилегированности РПЦ я не вижу. На официальных мероприятиях присутствуют не только представители РПЦ, но и других конфессий.

Владимир Балабанов, председатель правления Русь-банка. Лучше смотреть по ТВ церковные службы, чем разные шоу. Христианству на Руси тысяча лет, и наши предки морально были более стойкими, чем нынешнее поколение.

// ВОПРОС НЕДЕЛИ / ШЕСТЬ ЛЕТ НАЗАД*

А вы бы кого выгнали с телевидения?

Знаменитый телеведущий Фил Донахью уволен за профнепригодность: его ток-шоу Donahue не отвечало вкусам американской аудитории. У наших читателей есть немало кадровых предложений по российскому ТВ.

Вячеслав Позгалев, губернатор Вологодской области. Ведущих похабных передач типа нагиевских "Окон". А Малахова и "Большую стирку" оставил бы.

Александр Стриженов, ведущий программы "Доброе утро" "Первого канала". Нагиева, Малахова, Комиссарова. Особенно впечатляет циничность Комиссарова, которому абсолютно не стыдно приглашать на свою передачу подставных актеров.

Нина Андреева, генеральный секретарь ЦК ВКПБ. Мерзкого извращенца Фоменко, который за гроши заставляет раздеваться идиотов и идиоток.

Адольф Шаевич, главный раввин России. Я устал смотреть на говорящие головы, прерываемые нудной рекламой. Я бы уволил всех.

Сергей Лисовский, председатель совета директоров компании "Моссельпром". Можно спокойно закрыть "Времена" с Познером. Передача очень поверхностная, агитка чистой воды.

*Должности приведены на момент опроса.