Конституционный суд усадили за срок давности

власть и бизнес

Вчера Конституционный суд рассмотрел дело о признании неконституционной статьи 113 Налогового кодекса, устанавливающей трехлетний срок давности за совершение налоговых правонарушений. Парадокс, но на вчерашнем заседании практически никто не высказался за отмену срока давности как такового, хотя именно это должно произойти в случае признания соответствующих положений законодательства противоречащими Конституции. По сути, все, чего добивается заявитель — Федеральный арбитражный суд Московского округа, а вместе с ним Федеральная налоговая служба,— любым способом подтвердить законность предъявленных нефтяной компании ЮКОС санкций в размере 30 млрд рублей за 2000-2001 годы.

Ждите ответа

Вчера на заседании Конституционного суда много и долго теоретизировали на тему, каким образом должен применяться к налогоплательщикам установленный Налоговым кодексом трехлетний срок давности за совершение налоговых правонарушений (см. Ъ от 26 мая). По версии ФНС, он должен распространяться на три года, предшествующие вынесению налоговым органом решения по результатам налоговой проверки налогоплательщика. По версии полномочного представителя правительства в КС Михаила Барщевского, в некоторых случаях срок нужно отсчитывать с момента, когда налоговому органу стало известно о факте нарушения. Еще один вариант, выдвинутый Федеральным арбитражным судом Московского округа, а также представителем Госдумы в КС Александром Москальцом,— срок давности должен прерываться и считаться заново в случае, если налогоплательщик совершает повторные правонарушения в течение трех лет после того, как он первый раз проштрафился.

Существование же самого срока давности, как ни парадоксально, выступавшими под сомнение не ставилось. Хотя обсуждаться должна была именно неконституционность, а значит, недействительность соответствующих положений Налогового кодекса.

Напомним, с запросом о признании статьи 113 Налогового кодекса противоречащей Конституции в КС обратился Федеральный арбитражный суд Московского округа по ходатайству налоговиков, которые в настоящее отстаивают в суде законность взыскания с ЮКОСа 40 млрд рублей, доначисленных по результатам налоговой проверки за 2001 год.

Впрочем, речь идет на деле не о 40 млрд рублей, а только о 30 млрд: по истечении трехлетнего срока давности ФНС предъявила ЮКОСу лишь четвертую часть (11 млрд рублей) 40-миллиардных претензий. Еще 19 млрд рублей спорных штрафов зависло по результатам проверок компании за 2000 год. Налоговики и тут не уложились в отведенные законом три года (соответствующее дело сейчас находится на рассмотрении в Высшем арбитражном суде). Итого — 30 млрд рублей претензий, которые арбитражные суды пока не решились сами признать законными, по существу, решив возложить ответственность за принятие этого решения на судей КС.

Многоразовая давность

Понятно, что сценарий, при котором срок давности признается противоречащим Конституции и отменяется, полностью бы устроил налоговиков. Тогда они могли бы на законных основаниях взыскивать деньги не только с ЮКОСа, но и с любого другого приглянувшегося им налогоплательщика в любое время, когда им заблагорассудится. Однако вчера руководитель правового управления ФНС Антон Устинов не пытался доказать неконституционность налогового срока давности, предпочтя отдать это на откуп суда. Тем более что взыскать деньги с компании можно и без отмены 113-й статьи НК. Достаточно просто переписать действующее законодательство, что и пытаются заставить сделать судей КС. Причем переписать так, чтобы трехлетний срок давности сохранился бы только на бумаге.

Все, что нужно для этого сделать,— восстановить первоначальную редакцию 113-й статьи первой части Налогового кодекса, принятую еще в 1998 году. В ней предусматривалось, что "течение срока давности прерывается (он начинает отсчитываться заново.—Ъ), если до его истечения лицо совершит новое налоговое правонарушение или иное нарушение законодательства о налогах и сборах". "Исчисление срока давности в этом случае начинается со дня совершения нового нарушения законодательства о налогах и сборах либо со следующего дня после окончания налогового периода, в течение которого было совершено новое нарушение законодательства о налогах и сборах",— предписывал старый НК.

Однако летом 1999 года Госдума исключила эту норму из закона, оставив лишь положение о том, что "лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, если со дня его совершения либо со следующего дня после окончания налогового периода, в течение которого было совершено нарушение, истекли три года". Иными словами, никакого прерывания сроков Налоговый кодекс впредь не предусматривал.

По словам автора поправки (об исключении положения о возможности прерывания срока давности) зампреда бюджетного комитета Госдумы Андрея Макарова, депутаты пошли на этот шаг абсолютно сознательно. "Это решение было полностью согласовано и не вызывало ни у кого сомнений до вчерашнего заседания КС. Дело в том, что вторая часть статьи 113 делала фактически невозможной применение первой части той же статьи, то есть собственно самого срока давности. Нарушение законодательства о налогах и сборах может быть любым. Например, неправильно указанный в декларации пол бухгалтера является нарушением, а значит, срок давности можно прервать и начать считать заново. Понятно, что при таком подходе пересчитывать три года можно до бесконечности. Ошибки ведь налогоплательщики делают регулярно. А значит, никакого срока давности в подобной ситуации реально существовать не может",— объясняет депутат.

Слушали, но не обсудили

Однако вчера представитель Госдумы в КС Александр Москалец занял противоположную позицию. По его словам, депутаты просто не разобрались в важности отменяемого ими положения Налогового кодекса, поскольку думский бюджетный комитет, который отвечал за подготовку поправок, вообще не объяснил им, зачем его нужно отменять, в результате чего, по мнению Александра Москальца, был нарушен регламент Думы. С коллегой не согласен Андрей Макаров, который вчера, впрочем, интересы Думы в Конституционном суде не представлял: "Ни одного нарушения при рассмотрении этого законопроекта допущено не было. На законопроект были и заключение президента, и заключение правительства, и все другие необходимые документы. И если даже аппарат Госдумы решит их уничтожить, я хочу предупредить, что у меня есть все их ксерокопии".

Однако Александр Москалец вчера был непреклонен. "Мы вообще не обсуждали 113-ю статью НК. А то, что не обсуждалось, действовать не может",— подвел он итог. Вывод: действовать должна старая редакция Налогового кодекса по которой, напомним, трехлетний срок давности не более чем очередная декларация.

"По сути дела, судей просят ввести ограничения на действующий срок давности с целью удовлетворить требования ФНС к ЮКОСу. При этом в нарушение всех порядков и Конституции предлагается возложить функции законодателя на Конституционный суд, что недопустимо",— попытался возразить адвокат ЮКОСа Борис Абушахмин. "В любом случае речь идет об усилении репрессий со стороны налоговых органов, что никак не укладывается в послание президента Федеральному собранию",— добавил он. Но оказался в меньшинстве.

Решение по этому делу Конституционный суд должен огласить через несколько недель. Однако, как говорили вчера в кулуарах, долго затягивать этот вопрос судьи не будут, так как цена вопроса для бюджета слишком велика.

Ъ будет следить за развитием событий.