Символическое пространство масс-медиа: поиск лидирующих субъектов

СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ЖУРНАЛИСТИКИ

Людмила Борисовна Зубанова

Челябинская государственная академия культуры и искусств

СИМВОЛИЧЕСКОЕ ПРОСТРАНСТВО МАСС-МЕДИА: ПОИСКЛИДИРУЮЩИХ СУБЪЕКТОВ

Данная статья направлена на изучение символического поля массовой информации через определение наиболее популярных и востребованных аудиторией лидеров. В статье представлены результаты социологических исследований населения Челябинска, обобщающие представления аудитории об общественно-значимом лидерстве в современной России, степени доверия к субъектам, озвучивающим и интерпретирующим медиа-информацию.

Ключевые слова: масс-медиа, лидерство, медийные персоны, лидеры мнений, аудитория.

Проблема выявления движущих сил - субъектов изменения условий жизнедеятельности, олицетворяющих преобразовательную активность социума, неоднократно оказывалась в центре внимания исследователей. Раскодирование символического пространства осуществляется различными способами (порой подобное прочитывание укладывается в границах рационально-осмысленных вариантов расшифровки, порой представляет интуитивно-эмоциональное предчувствие), но почти всегда существует группа «сверхчувствительных прочитывателей» духовных ориентиров времени, трансляторов традиционных или вновь зарождающихся ценностей. Именно эта опережающая группа может быть соотнесена с общественно-значимым лидерством, определяющим ценностно-духовные доминанты социума.

Проблема определения социальных субъектов изменения структуры общества и условий жизнедеятельности, выявление движущих сил преобразовательной активности - одно из главных условий прогнозирования духовных перспектив в современной России. Т. И. Заславская, исследуя механизмы общественных преобразований, вводит понятие «трансформационной активности общества», трактуемое в узком смысле как «социальные действия, носящие инновационный характер, то есть отклоняющиеся от институциональных традиций» [1; 12]. Действия, сознательно направляемые или опосредовано определяющие сценарии общественного развития, являются зоной ответственности акторов трансформационного процесса, формирующих, так называемый ин-

новационно-реформаторский потенциал общества [2] наполняемый установками и деятельностью лидеров и элит, разрабатывающих условия социальной игры.

На сегодняшний день мы можем говорить о существовании двух «проблемных участков» в духовно-символическом пространстве современной российской действительности, демонстрирующих отсутствие необходимой «золотой середины»: идеологический дефицит - пребывание в сфере средств, без четкой формулировки целей (вопрос «как?» предшествует базовому вопрошанию - «зачем?», «во имя чего?»); технологический вакуум - оторванность целеполагания от практической реализации целей, дефицит средств, противоречие духовного проекта и его эмпирического воплощения.

Доминирование того или иного сценария в обществе определяет и соответствующий тип лидерства, равно как и выдвигающиеся на авансцену общественного внимания лидеры способны формировать перспективы последующего социального развития. Г. Лас-суэлл выделял два класса специалистов: «по убеждению» (идеологи) и «по принуждению» (исполнители) [3]. Господство первых характерно для времени становления и оформления режимов, именно тогда главенствующая роль отводится «властителям дум» - писателям, философам, идеологам партийного движения. Времена укрепления режима, актуализируют потребность в лицах, обеспечивающих формы контроля и стабилизации: военных, представителях правоохранительной системы и спецслужб, управленческого звена.

Потребность в лидерстве

№ Варианты ответов % опрошенных

Всего Муж. Жен.

1 такая потребность всегда присутствовала и будет присутствовать во всех обществах, нужны те, кто способен вести за собой большинство 64,2 42,5 57,5

2 такая потребность в принципе присутствует, но в современной действительности она не очень выражена, востребована и актуальна - не время героев и масштабных личностей 20,5 47,8 52,1

3 такая потребность есть лишь у тех, кто сам не способен принимать ответственные решения, а современное общество вполне обойдется без лидерства, героизма и тем более духовного наставничества 8,4 57,1 42,9

Но, прежде чем говорить о доминирующем типе лидера, необходимо зафиксировать наличие в общественном сознании потребности в лидерстве, в тех самых «фундаментальных личностях», берущих на себя право «героев времени». Обратимся к результатам социологического исследования, проведенного автором по методу целенаправленной квотной выборки в г. Челябинске (опрошено 750 ре-

Оценка современных предпос

ваться скорее как объективная и вневременная, другими словами, «вечно живая» потребность масс в руководстве, а потому не связанная напрямую с актуальными практиками действительности. Рассматриваемая нами проблема лидерства XXI века, требует непосредственной «привязки» ко дню сегодняшнему, выявлению нынешних героев времени, понимания современной действительности как поля духовного

Таблица 2

шок формирования лидерства

№ Варианты ответов % опрошенных

Всего Муж. Жен.

1 в современной действительности проявилось много новых лиц, современных героев и лидеров, отражающих новую систему ценностей 26,4 38,6 61,4

2 современная действительность практически не породила «свежих» идей и современных, созвучных духу времени масштабных героев и лидеров 44,5 52 48

спондентов). При ответе на вопрос: «Как Вы считаете, существует ли в обществе потребность в лидерстве, в появлении людей, претендующих на роль героев или духовных учителей поколения?» были получены следующие данные (табл. 1).

В подобной интерпретации (первая, доминирующая позиция), лидерство может оцени-

Определение и конкретиз

производства лидеров. А потому и необходимой представлялась конкретизация оценок населения, представленная в следующей таблице (табл. 2, 3).

Таким образом, на наш взгляд, именно состояние идеологического дефицита на сегодняшний день оказывается наиболее ощутимым на уровне массового сознания, порожда-

Таблица 3

щя современных лидеров

№ Варианты ответов % опрошенных

Всего Муж. Жен.

1 да, я могу назвать таких людей, которые стали для меня героями своего времени 17,7 44,3 55,7

2 всегда сложно назвать героев и лидеров современности, их чаще определяют потомки, не исключено, что такие люди есть и сейчас, но мы пока не поняли, что они герои 47,5 37,8 62,2

3 в современной действительности просто не осталось никаких героев и в целом героического, а нынешние лидеры слишком мелки и незначительны, чтобы претендовать на такой статус 24,3 66,7 33,3

ет состояние обезличенности, а, скорее, безЛИКости сегодняшнего времени (отсутствие фундаментальных личностей, узнаваемого лика пророка, идеолога), как бы символизирует подведение черты под прежней эпохой «великих людей» и «великих потрясений».

Изучение социокультурного пространства на предмет обнаружения в нем предпосылок формирования лидерства представляется возможным при анализе медиапространства, не являющегося в полной мере его «референтом» (хотя, информационно-коммуникативная составляющая нередко трактуется в качестве базового элемента культурного пространства), а представляющем, скорее актуальное поле лидерства современной информационной культуры, особую среду производства и трансляции культурных кодов, образующих репрезентативную культуру современной России. Ме-диапространство становится самостоятельным смысловым полем культуры (медиакультура), реальностью, развивающейся по соответствующим символическим законам.

Доминирующая долгое время в исследованиях концепция непосредственного одноступенчатого влияния информации на потребителя была оспорена американским социологом Полем Лазарсфельдом, зафиксировавшим возрастание информационного эффекта за счет лиц, получивших в его терминологии определение «лидеров мнений». Одноступенчатая модель коммуникации (СМИ - получатели) трансформировалась в двухступенчатую: (СМИ - лидеры мнений - получатели): на первом этапе главным становится передача информации, на втором в действие вступает уже передача влияния. Олицетворенная ценность (как ценность, провозглашаемая значимым лицом) приводит к возникновению чувства «высокой определенности» (М. Маклюэн), переводит сообщение из разряда абстракции в сферу предельной конкретизации.

Персонификация транслируемых ценностей, смыслов и значений помогает реципиенту ощутить большую сопричастность с происходящими событиями, идентифицировать собственный мир с образом, выстраиваемым СМИ. Образ действительности становится одушевленным и приближенным к потребителю через участие тех, кто взял на себя функцию его прояснения - лидеров мнений: значимых персон, личностный вес которых, позволяет воспринимающей аудитории доверять транслируемой информации (или, хотя бы прислушиваться к ней).

Проанализируем результаты опроса челя-бинцев, характеризующие степень доверия к субъектам, озвучивающим и интерпретирующим медиа-информацию (табл. 4, 5).

Таблица 4

Представления о наиболее достоверных

источниках информации, «лидерах мнений»

Вариант ответа %

- журналисты центральных СМИ 45,7

- журналисты региональных СМИ 26,5

- журналисты зарубежных СМИ 13,3

- политики, государственные служащие 18

- представители бизнеса 5,9

- ученые, независимые эксперты 28

- представители сферы культуры и искусства, художественные критики 20

- религиозные деятели 5,2

- блоггеры, Интернет-обозреватели 3,5

- обычные люди, простые граждане 10,7

- сегодня никому нельзя доверять 4,6

- затрудняюсь ответить 0,1

В условиях огромного потока информации, получаемой из внешнего мира, человеческое сознание во избежание перегрузки вынуждено прибегать к «спасательному кругу» избирательного восприятия, селективного отбора обрушивающихся на него материалов. Благодаря участию лидеров мнений коммуникация осуществляется в логике превращения «незнакомого в знакомое» (С. Московичи) с использованием механизмов анкоринга и объективации. Суть первого процесса по С. Московичи заключается в своеобразном «заземлении», «заякоривании» незнакомых идей, сведении их к привычным категориям и образам, перемещении в контекст повседневного опыта; механизм объективации обеспечивает преобразование абстрактного знания в область конкретизации. Именно такая функция объяснения и интерпретации отводится аудиторией журналистам, преимущественно центральных СМИ (45,7 %). Однако если лидерство данной позиции во многом обусловлено постоянством присутствия журналистов и обозревателей в поле масс-медиа, приоритетные позиции ученых и независимых экспертов (28 %) и представителей сферы культуры и искусства (20 %), скорее всего, связаны с символическим капиталом престижа самих сфер науки и искусства, ассоциирующихся в

Представления о «лидерах мнений» у различных возрастных групп

Вариант ответа Возрастные группы: Челябинск

18-19 20-29 30-39 40-49 50-59 60-69 70 и старше

- журналисты центральных СМИ 37,5 46 34,7 46,1 57,8 46,7 49

- журналисты региональных СМИ 25 23,8 42,3 25 23,6 27,4 13,2

- журналисты зарубежных СМИ 16,6 9,5 19,5 13,4 13,1 19,3 3,7

- политики, государственные служащие 16,6 20,6 19,5 22,1 1,3 22,5 20,7

- представители бизнеса 12,5 7,1 6,5 5,7 2,6 8,0 0,00

- ученые, независимые эксперты 41,6 33,3 27,1 25,9 30,2 19,3 20,7

- представители сферы культуры и искусств, художественные критики 12,5 12,7 15,2 25,9 40,7 16,1 0,00

- религиозные деятели 0,00 3,9 1 7,6 7, 3,2 20,7

- блоггеры, Интернет-обозреватели 12,5 10,3 5,4 0,9 0,00 0,00 0,3

- обычные люди, простые граждане 8,3 7,1 2,1 17,3 11,8 14,5 11,3

- сегодня никому нельзя доверять 0,00 0,00 1 0,00 0,00 0,00 0,00

- затрудняюсь ответить 4,1 8,7 4,3 5,7 1,3 0,00 3,7

сознании аудитории с авторитетом знания и духовностью. Если же проследить распределение ответов различных возрастных групп, можно заметить, что наибольший «вес» ученых и экспертов, присутствует в выборах молодежной аудитории (в большей мере ориентированной на сферы образования, получения знаний и информации). Лидерство представителей творческой интеллигенции характерно для людей среднего возраста (40-49 и 50-59 лет), в то время как область политики видится наиболее авторитетной для пожилых людей (очевидно, привыкших воспринимать образ государственного деятеля как традиционно лидирующий в любом поле идей и идеологий).

Парадоксальным можно признать то, что в век культа успеха и успешности как магистральной категории развития общества, на первый взгляд должно произойти срастание философии времени и олицетворяющего его образа представителей бизнес-элиты. Однако лишь 5,9 % опрошенных готовы доверять информации, идущей от представителей бизнес-структур. Несмотря на кажущуюся объективно вызревшей потребность введения бизнес-элиты в статус «героев времени» этого не происходит, очевидно, в силу сложившегося стереотипа скептически-негативного отношения к богатым, так и «благодаря» современной модели экономического развития, оцениваемой большинством населения как криминальная (знаменитое «прихватизация»), вызывающей протест малоимущих слоев населения.

Исследуемый в теориях массовой коммуникации «эффект ореола» (или «эффект нимба»), распространяющийся на авторитетную, популярную персону, - во многом создается благодаря частоте присутствия публичного лица в СМИ. По мысли П. Бурдье, в современном обществе понятие «быть» трансформируется в «быть замеченным у журналистов», что способствует, согласно Л. Паэнто, формированию сообщества «медиатических интеллектуалов», контролирующих рычаги символической власти над сознанием воспринимающей аудитории. «Люди известности» (Л. Е. Гринин) становятся новой властвующей информационной элитой, или, как некогда определил Р. Миллс - «классом профессиональных знаменитостей» (the professional celebrities), определяют барометр общественного мнения, нормируя социальные представления и модели желаемого устройства общества, контролируя в нем «власть наименований и классификаций» (П. Бурдье). Современные герои СМИ, обозначенные в терминологии П. Лазарсфельда лидерами мнений, оказываются «держателями лингвистического капитала» (П. Бурдье), транслируя с общественной трибуны (в обновленном статусе - масс медиа) наиболее ценные ориентиры общественного развития, облекая личностную оценку действительности в ранг всеобщности, оказываясь связующим звеном между миром массовой информации и нуждающимся в ориентации индивидуальным сознанием потребителя.

Список литературы

1. Заславская, Т. И. О социальном механизме посткоммунистических преобразований в России [Текст] / Т. И. Заславская // Социс. -2002. -№ 8.- С. 12-20.

2. Заславская, Т. И. Социокультурный

аспект трансформации российского общества [Текст] / Т. И. Заславская // Социс. - 2001. -№ 8. - С. 4-10.

3. Крыштановская, О. В. Современные концепции политической элиты и российская практика [Текст] / О. В. Крыштановская // Мир России. - 2004. - № 4.- С. 29.

НатальяАлександровна Федотова

Белорусский государственный университет

РЕКРЕАТИВНЫЙКОНТЕНТ СМИКАКИНСТРУМЕНТПОЛИТИЧЕСКОГО ВЛИЯНИЯ

Статья посвящена истории развлекательного формата современных средств массовой информации.

Ключевые слова: контент СМИ, рекреативный контент СМИ, инфотейнмент, информационно-развлекательные программы, имидж, влияние.

Тяга к развлечению стара как мир и заложена в самой человеческой природе. Власть издревле использовала идеологический смысл развлечений, чтобы управлять, упорядочивать, а зачастую - манипулировать общественным мнением и настроением. Знаменитое требование «Хлеба и зрелищ!» древнеримского плебса заставляло правителей ревностно заботиться не только о снабжении своих подданных хлебом, но и об обеспечении развлечений. Никто, а особенно император, не имел права относиться к увеселениям равнодушно. Популярность государя в значительной степени зависела от того, насколько блестящими оказываются зрелища и игры.

С древности очевидна и терапевтическая роль развлечений, которые помогали справиться со стрессом, адаптироваться к травмирующей действительности, снижали напряжение, вносили в жизнь элементы удовлетворения и гармонии. По словам Й. Хейзинги, у человека есть возможность «...через удовольствие -смягчить гнет реальности, без чего жизнь казалась бы нестерпимо тусклой» [12].

Сегодня суть запросов массовой аудитории изменилась мало. Но развитие техники и возможности мультимедиа трансформируют развлекательный продукт и диверсифицируют каналы его доставки зрителю. Что касается практики СМИ, с середины 1990-х на постсо-

ветском пространстве уверенно формируется тренд - насыщение массмедиа рекреативным (или, как его часто называют, развлекательным) контентом. Одни в нем видят чисто утилитарный смысл и понимают информацию как самый дешевый вид развлечений [6]. Другие обращают внимание на новые жанровые возможности и говорят о возникновении нового формата - гибрида информации и сатиры, который условно можно назвать «инфотирой» [11]. Третьи связывают экспансию рекреативного контента с эстетикой постмодернизма, преодолением идеологизированных канонов и коммерциализацией СМИ [9].

Заметно, что рекреативный контент «расширяет сферу своего влияния» и является уже не только в развлекательных медиапроектах, но и в программах / жанрах, которые вроде бы далеки от развлечения и ориентированы на информирование, просвещение. Исследователи толкуют эту экспансию как элемент идеологического влияния, поскольку «многочисленные метафоры, рождаемые телевидением, перерастают в мифы, постепенно формируя новую мифологию, которая становится частью идеологии» [7. С. 62].

В этой связи весьма показательны некоторые наши наблюдения за историей возникновения и практикой применения рекреативного формата СМИ, инфотейнмента в частности. Дума-