Их осталось трое

От супервторника 5 февраля в США многие ожидали ясности: кто будут те двое, одного из которых американцы выберут новым президентом США. Ясности не наступило: если у республиканцев лидер более или менее определился, то у демократов ни одному из претендентов не удалось существенно оторваться от соперника, и главная борьба еще впереди.

Президентская избирательная гонка в США давно превратилась в супермегашоу длиной более года. И по всем законам жанра интрига должна поддерживаться постоянно. Поэтому первичные выборы даже в одном штате являются своего рода мини-спектаклем, цель которого — не только принести победителю некоторое количество голосов делегатов партийного съезда, но и держать зрителя в напряженном ожидании развязки. Особенно это относится к так называемому супервторнику (он же мегавторник и даже цунами-вторник), когда голосование проводилось в общей сложности в 24 штатах (в 19 голосовали и демократы, и республиканцы, в трех — только демократы, в двух — только республиканцы), а у демократов еще и в заморской территории Американское Самоа, и среди американских диаспор, проживающих по всему миру. Особую остроту борьбе придавало то, что праймериз проходили в двух из трех самых больших по численности населения штатах — Калифорнии и Нью-Йорке, дающих наибольшее число делегатов партийных съездов и наибольшее число выборщиков на ноябрьских выборах.

От супервторника ждали многого — чуть ли не ответа на главный вопрос: кто войдет в Белый дом по итогам голосования 4 ноября? В условиях, когда массированная кампания в СМИ активно готовит американское и мировое общественное мнение к тому, что будущим президентом США непременно будет демократ, для ответа на этот вопрос было бы достаточно, чтобы один из претендентов — Барак Обама или Хиллари Клинтон — по итогам первичных выборов 5 февраля ушел в отрыв.

К супервторнику соперники подошли ноздря в ноздрю. В условиях, когда существует множество критериев определения числа делегатов партийного съезда, поддерживающих того или иного кандидата, разные источники по-разному оценивали перспективы Обамы и Клинтон. Одни отдавали небольшое преимущество чернокожему сенатору, другие — бывшей первой леди, но в любом случае число делегатов, поддержкой которых удалось заручиться претендентам, колебалось в пределах 150-200. Это ничтожно по сравнению с количеством делегатов, голоса которых необходимы для выдвижения кандидатом в президенты от партии (2025). А вот 1687 делегатов, избиравшихся в супервторник, могли внести решительные изменения в расстановку сил.

У республиканцев интрига была не столь остра. Там лидер определился еще до супервторника: им стал Джон Маккейн, позиции которого особенно усилились после того, как считавшийся ранее фаворитом экс-мэр Нью-Йорка Руди Джулиани сошел с дистанции и публично поддержал Маккейна. Тем не менее супервторник мог серьезно повлиять на результаты и в этом случае. Маккейн лидировал со значительным отрывом от своего ближайшего преследователя Митта Ромни, но его собственный показатель не превышал 100 делегатов. Чтобы стать кандидатом от партии, необходима поддержка 1191 делегата съезда, а в супервторник разыгрывались голоса 1029 делегатов.

Исходные установки главных кандидатов были различны. Джон Маккейн рассчитывал еще больше оторваться от Митта Ромни и фактически гарантировать свое выдвижение от Республиканской партии. Уверенности ему придавало то, что в таких крупных штатах, как Нью-Йорк, Миссури, Аризона и Нью-Джерси, где действует принцип "победитель получает все", опросы отдавали ему вполне комфортное лидерство.

Митт Ромни в свою очередь пытался сделать хорошую мину при плохой игре и заявлял, что не выйдет из предвыборной гонки ни при каком результате супервторника, а главные свои надежды связывал с "золотым штатом" — Калифорнией.

В 22 штатах, где проходили первичные выборы у демократов, позиции Хиллари Клинтон выглядели чуть более предпочтительными, чем позиции Обамы. Сам Обама заявлял, что будет считать успехом, если Хиллари не удастся оторваться от него более чем на 100 голосов делегатов съезда.

Как бы то ни было, реальных претендентов перед супервторником было четверо: двое демократов и двое республиканцев (формально числящиеся в республиканском списке кандидатов Майк Хакаби и тем более Рон Пол давно перешли в разряд статистов). И по всем прогнозам, после супервторника их должно было остаться трое: лишь крупный успех Ромни в Калифорнии мог позволить ему сохранить хоть какие-то надежды на выдвижение от партии.

Пока президентская гонка не вышла на финишную прямую, критиковать противоположный лагерь бессмысленно: кто станет твоим соперником осенью, еще неизвестно, а посему полемический запал для межпартийных битв следует приберечь.

Но шоу требует постоянной подпитки. И потому на данной стадии избирательной кампании претенденты занимаются совершенно противоестественной деятельностью: они поливают грязью людей из собственного лагеря, демократы — демократов, республиканцы — республиканцев. Причем острота внутрипартийной полемики порой во много раз превосходит ту, которая разворачивается осенью, когда кандидаты начинают бороться за голоса политического центра и стремятся выглядеть более умеренно и респектабельно, чем на ранних стадиях борьбы.

Излюбленным приемом полемики является обвинение соперника в беспринципности и следовании двойным стандартам. Во время дебатов во Флориде Митт Ромни заявил, что всегда поддерживал сокращения налогов, проводимые администрацией Джорджа Буша. А вот его товарищ по партии Джон Маккейн сначала голосовал против них и исправился только недавно.

В ответ Маккейн выпустил рекламный ролик, где уличил Ромни в резком изменении отношения к абортам — раньше он их защищал, а потом вдруг стал порицать. Как правило, такие претензии подкрепляются фактами и цитатами, как было и в данном случае. Однако часто кандидаты выдвигают ложные обвинения, лишь бы шокировать избирателей.

Маккейн, например, в одном из агитационных роликов обвинял Ромни в том, что тот провел провальную реформу медицинского страхования на посту губернатора Массачусетса, оставив сотни тысяч людей без страховки и обеспечив штату внутренний долг $245 млн. Эксперты и чиновники штата, наоборот, признают реформу успешной. А долга нет и в помине.

Демократы Клинтон и Обама не уступали республиканцам в желании поддеть друг друга. Они как следует помяли бока друг другу во время дебатов в Южной Каролине. Барак Обама обвинил Хиллари Клинтон и ее мужа Билла, который ведет активную кампанию в ее поддержку, в постоянном искажении его высказываний. Потом он упрекал бывшую первую леди в недостаточном внимании к простым людям: "Пока я помогал на улицах людям, чьи рабочие места уходят за рубеж, ты была корпоративным юристом в совете директоров Wal-Mart". В ответ Хиллари Клинтон заметила, что и за Обамой есть грешок — сотрудничество с мошенником и "хозяином чикагских трущоб" Антуаном Рецко. И хотя Обама никогда не работал с Рецко, ему пришлось вернуть полученные от него деньги на избирательную кампанию.

Чем ближе гонка подходила к супервторнику, тем более резкие выпады позволяли себе кандидаты. Они не только пытались подчеркнуть недостатки своих партийных конкурентов, но и при возможности указывали на их приверженность вражеским идеалам: демократы навешивали на своих однопартийцев ярлык "консерваторы", республиканцы на своих — "либералы". Худшего оскорбления, естественно, и в том и в другом случае придумать невозможно.

Джон Маккейн, к примеру, обвинял Ромни в том, что тот хочет "утвердить дату вывода американских войск из Ирака" (этого как раз добиваются демократы). Для консервативного республиканца это равносильно обвинению в предательстве. И хотя Ромни постоянно повторял, что ни о каком выводе войск он и не помышлял, Маккейн делал все возможное, чтобы убедить избирателей в обратном. На требование Ромни опровергнуть "неправильные и бесчестные" обвинения и принести извинения Маккейн лишь издевательски сказал, что это его сопернику надо просить прощения у американских солдат, "которые служат нашей стране и в тяжелые времена, и в хорошие".

Митт Ромни охарактеризовал поведение конкурента как "воспоминание об эпохе Никсона" — президента-республиканца, с позором покинувшего свой пост в результате уотергейтского скандала. Однако сам с охотой принял предложенные соперником правила игры и стал называть программу Маккейна собранием "либеральных решений" американских проблем.

Подобную тактику с удовольствием использовала и Хиллари Клинтон. Их тандем с Биллом (который по старинке называют "Биллари") старался при любой возможности указать, что Обаме "по-настоящему нравились республиканские идеи последних 10-15 лет". Обама не только оправдывался (мол, он действительно когда-то заметил, что Республиканская партия всегда была партией идей, но он "не говорил, что эти идеи были хорошими"), но и отплатил сопернице той же монетой. В своих выступлениях он несколько раз напомнил, что Хиллари, как и Маккейн, вначале поддерживала войну в Ираке. Кроме того, Обама вспомнил, что и она, и Билл Клинтон не раз "отдавали дань уважения экономической и внешнеполитической политике Рональда Рейгана", одного из самых консервативных республиканских президентов.

Итоги голосования в супервторник в целом подтвердили правильность прогнозов. Из-за сложной системы пересчета числа голосов избирателей в число делегатов съезда к моменту подписания номера в печать окончательные результаты не были известны, но некоторые предварительные выводы сделать можно.

Главной неожиданностью стал успех уже списанного со счетов Майка Хакаби, которому удалось победить в пяти южных штатах — на традиционной консервативной республиканской территории. Однако это были небольшие штаты, и они принесли ему не очень много делегатов — по предварительным оценкам, вдвое меньше, чем Митту Ромни, и вчетверо-впятеро меньше, чем Джону Маккейну. Тем не менее победа Хакаби имела символический характер, позволив ему заявить о продолжении борьбы.

Джон Маккейн, как и ожидалось, стал у республиканцев главным победителем. Он выиграл минимум в девяти штатах, в том числе в самых крупных — Нью-Йорке и Калифорнии, а также в большинстве штатов, где принят принцип "победитель получает все", и заручился поддержкой большего числа делегатов, чем все его соперники вместе взятые. Однако формально борьба еще не окончена: какими бы ни были окончательные итоги супервторника, заветного рубежа в 1191 голос Маккейну достичь не удалось.

Митт Ромни, победивший в семи штатах, шумно отпраздновал успех, заявив, что главный итог супервторника состоит в том, что борьба продолжается. Но уже через несколько дней, 7 февраля экс-губернатор штата Массачусетс от борьбы за президентство отказался, что фактически гарантировало Маккейну выдвижение официальным кандидатом от республиканцев.

Ситуация в лагере демократов фактически осталась без изменений. Хиллари Клинтон победила в 9 штатах, в том числе в Нью-Йорке и Калифорнии, Обама — в 13. Однако поскольку у демократов принят принцип пропорционального представительства от штата (в зависимости от процента поданных голосов), в пересчете на число делегатов показатели Клинтон и Обамы практически уравниваются. По подсчетам аналитиков, даже в родном для Хиллари Нью-Йорке Обама может рассчитывать на 40% делегатов. Как бы то ни было, разрыв между кандидатами вряд ли существенно превысит 100 голосов делегатов, на что и надеялся Обама перед супервторником.

Вполне вероятно, что интрига сохранится до самого съезда партии, а исход голосования будут решать голоса так называемых суперделегатов, которые не избираются в ходе праймериз, а делегируются руководством партийной организации штата. На съезде Демократической партии таких будет 796. Суперделегаты, как правило, известные политики, конгрессмены и партийные функционеры, сохраняют право голосовать по собственному усмотрению. А значит, шоу продолжается.

Праймериз, съезды, кокусы и другие

В США отсутствует единый федеральный закон о выборах. Выдвижение и отбор кандидатов, способы голосования и формы избирательных бюллетеней полностью находятся в юрисдикции штатов.

В большинстве штатов отбор кандидатов от каждой из двух ведущих партий — Демократической и Республиканской — производится по итогам первичных выборов. Форма их проведения в разных штатах различна. В большинстве штатов проводятся праймериз, процедура которых практически идентична процедуре голосования в день выборов президента: избиратели опускают бюллетени в урны для тайного голосования. Праймериз могут быть открытыми или закрытыми. В открытых праймериз могут принимать участие все избиратели, проживающие в данном штате, в закрытых — только члены партии. В 11 штатах утвердилась форма проведения первичных выборов в форме кокусов — партийных собраний, на которых избиратели выражают поддержку кандидатам открытым голосованием.

Первые праймериз были проведены в 1842 году, однако только в начале XX века они приобрели всеобщий характер. К 1927 году большинство штатов сделали праймериз обязательным элементом избирательной кампании.

По итогам первичных выборов формируется корпус делегатов партийных съездов, которым предстоит выбрать кандидата от партии. В некоторых штатах действует принцип "победитель получает все": все делегаты партийного съезда от штата отдают свои голоса тому из претендентов, который получил большинство. В других голоса делегатов делятся пропорционально числу голосов избирателей, в третьих — пропорционально числу округов, в которых победил тот или иной претендент. Кроме того, многие штаты направляют на съезд так называемых суперделегатов, которые могут распоряжаться своим голосом по собственному усмотрению.

В этом году съезд Демократической партии пройдет в конце августа в Денвере (штат Колорадо), Республиканской — в начале сентября в Миннеаполисе (Миннесота). Чтобы стать кандидатом от партии на всеобщих выборах "во вторник после первого понедельника ноября" (в 2008 году это будет 4 ноября), претенденту-демократу необходимо заручиться поддержкой 2025 делегатов съезда, республиканцу — 1191.

Третьи лишние

Традиционно внимание СМИ приковано к соперничеству кандидатов от двух главных партий — Демократической и Республиканской. Кроме них, однако, в выборах участвует еще много кто.

Одним из самых обсуждаемых независимых кандидатов в этом году стал Ральф Нейдер, юрист и политический активист. Он уже принимал участие в президентских выборах в 1996, 2000 и 2004 годах. Больше всего голосов (2,74%) ему удалось получить в 2000 году, когда он баллотировался от Партии зеленых.

Нейдер — наиболее серьезный самовыдвиженец. Кроме него добиться хоть какой-то поддержки избирателей в этом году могут лишь представители крупнейших "третьих партий" — Партии зеленых и Либертарианской партии. В списке экологистов внимания заслуживает Синтия Маккиней, которая была членом конгресса от штата Джорджия. В 2007 году она покинула Демократическую партию и перешла к зеленым.

Что касается либертарианцев, то в их списке кандидатов лидерами являются писательница из Колорадо Кристин Смит и калифорнийский бизнесмен, сторонник легализации марихуаны Стив Кабби.

Конечно, все они не имеют шансов на победу, но было бы неправильным говорить, что их участие в выборах бессмысленно. Существует точка зрения, что Билл Клинтон обязан своей победой на выборах 1992 года независимому кандидату Россу Перро, отобравшему большую долю голосов у Джорджа Буша-старшего. И даже если сейчас такая ситуация не повторится, аутсайдеры смогут вновь напомнить всем, что американцы делятся не только на республиканцев и демократов.