О Северной Корее — без фатализма

Сегодня весь мир следит за драматическими событиями, разворачивающимися вокруг Северной Кореи. Политики и эксперты, журналисты и дипломаты все с большей тревогой говорят о возможных катастрофических последствиях нынешнего кризиса — и не только для Корейского полуострова, но и для системы мировой политики в целом. Многочисленные заявления и комментарии оставляют гнетущее ощущение безнадежности, полного тупика в попытках хоть как-то решить проблему.

С одной стороны, вроде бы все — за исключением разве что самых безответственных американских «ястребов» — хорошо понимают, что военного решения эта проблема не имеет. С другой стороны, никак не удается запустить переговорный механизм, который позволил бы перевести решение проблемы в русло политического диалога. Отдельные инициативы выдвигаются, но они пока не могут сбить накал напряженности.

Настолько ли безнадежна сложившаяся ситуация? Выступая вчера на пресс-конференции в Китае, президент РФ Владимир Путин заявил: «Что может обеспечить безопасность? Восстановление международного права. Нужно вести дело к диалогу между всеми заинтересованными сторонами. Нужно, чтобы у всех участников этого процесса, в том числе у Северной Кореи, не было никаких соображений, которые были бы связаны с угрозой их уничтожения, а наоборот, чтобы все стороны конфликта встали на путь сотрудничества… Никакого другого пути, кроме мирного, дипломатического способа решения северокорейской ядерной проблемы, не существует». Этот вывод опирается как на политический опыт ведения переговоров по ядерной программе Ирана, так и на переговоры непосредственно с КНДР, которые активно развивались в начале 2000-х годов. Мне довелось принимать в них участие.

Хочу напомнить, что в конце 90-х годов прошлого века обстановка вокруг Северной Кореи тоже накалялась — и не один раз. И тогдашний лидер страны Ким Чен Ир был не самым легким собеседником по ядерным вопросам. Как и сейчас, в Вашингтоне находились горячие головы, которые так же призывали к «военному решению» северокорейской ядерной проблемы. Но в тех условиях у лидеров великих держав нашлись политическая воля, выдержка и терпение для поисков компромисса.

Россия взяла тогда на себя лидирующую роль. В феврале 2000 года в Пхеньяне был подписан Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве между Россией и КНДР. В июле того же года Владимир Путин по личному приглашению Ким Чен Ира, что само по себе было уже беспрецедентным событием, посетил с официальным визитом КНДР. Между двумя лидерами состоялись многочасовые переговоры по широкому кругу международных проблем, включая, разумеется, ядерную. Из Пхеньяна президент РФ направился на Окинаву для участия в саммите G8, в ходе которого, располагая информацией из первых рук, во многом задавал тон при обсуждении корейской проблемы.

Российский пример оказался заразительным. В Пхеньян потянулись иностранные эмиссары, активизировался межкорейский диалог. В октябре 2000 года визит в КНДР совершила госсекретарь США Мадлен Олбрайт, которая встретилась с лидером страны Ким Чен Иром и наряду с другими вопросами обсуждала возможный визит в Пхеньян президента США Билла Клинтона.

Был успешно запущен механизм шестисторонних переговоров о путях урегулирования кризиса вокруг ядерной программы КНДР (с участием России, КНР, США, Японии, Южной Кореи и КНДР). В ходе нескольких раундов переговоров речь шла о конкретных условиях обеспечения безъядерного статуса Корейского полуострова.

К сожалению, приход к власти в США в начале 2001 года новой администрации во главе с президентом Джорджем Бушем поставил крест на этих положительных усилиях международного сообщества. Проблема опять оказалась загнанной в тупик. К чему все это привело, мы сейчас с содроганием наблюдаем.

Хочу подчеркнуть: простого решения ядерной проблемы КНДР быть не может. Одними угрозами и санкциями делу не поможешь. Основные усилия международного сообщества должны быть направлены сейчас на безотлагательное начало прямого диалога с Пхеньяном по всему комплексу вопросов, связанных с обеспечением региональной безопасности, включая, разумеется, установление безъядерного статуса Корейского полуострова. Опыт конструктивного взаимодействия с северокорейским руководством, как было отмечено, имеется. Россия и Китай выступили с совместной инициативой разрешения проблем Корейского полуострова, включая ядерную, в целях прочного мира и стабильности в Северо-Восточной Азии. Эта инициатива может стать хорошей основой для начала переговоров с корейским лидером Ким Чен Ыном. Переговорный механизм также имеется: шестисторонний формат (при желании он может быть актуализирован).

Таким образом, рассуждения о том, что ядерная проблема КНДР не имеет политического решения, фактически означают, что у проводников такой позиции по какой-то причине просто нет желания искать такие решения или работать над их реализацией. Как гласит старая немецкая пословица, где есть воля, там есть и путь (Wo ein Wille ist, ist auch ein Weg).