Природа информации [Рец. На кн. : урсул А. Д. Природа информации: философский очерк]

РЕЦЕНЗИИ

ПРИРОДА ИНФОРМАЦИИ

[Рец. на кн.: Урсул А.Д. Природа информации: Философский очерк1]

В предисловии К.К. Колина «У истоков российской философии информации», предваряющей стереотипное переиздание философского очерка 1968 г., подчеркивается уникальность работы, в течении 40 лет остающейся актуальной и хорошо известной специалистам. Книга давно стала библиографической редкостью и в оригинале практически недоступна для большинства научных работников, преподавателей, аспирантов и докторантов, «которым она нужна сегодня и, безусловно, потребуется в будущем» (с. 5). Уникальность данной работы также в том, что она первая в серии из четырех монографий А.Д. Урсула, специально посвященных философским проблемам информации, которые были опубликоаны в 1968-1975 гг. и по существу заложили фундаментальные основы нового направления - философских исследований информации2.

В рецензируемой монографии А.Д. Урсул последовательно аргументирует понимание философии информации как научной базы для всего процесса информационного развития общества и дальнейшего перехода на ноосферную ступень развития цивилизации. Эта стратегически важная философская идея была подробно обоснована в его известной монографии «Путь в ноосферу. Концепция выживания и устойчивого развития цивилизации»3, где

1 Урсул А.Д. Природа информации: философский очерк. - 2-е изд. - Челябинск: Челяб. гос. акад. культуры и искусств, 2010. - 231 с.

2 Урсул А.Д. Информация. Методологические аспекты. - М.: Наука, 1971. -295 с.; Урсул А.Д. Отражение и информация. - М.: Мысль, 1973. - 231 с.; Урсул А.Д. Проблема информации в современной науке. - М.: Наука, 1975. - 288 с.

3 Урсул А.Д. Путь в ноосферу. Концепция выживания и устойчивого развития цивилизации. - М.: Луч, 1993. - 275 с.

обосновывается необходимость овладения информацией и ее широкого использования как условия выхода из системного кризиса современной цивилизации.

Требование овладения информацией означает прежде всего необходимость адекватного понимания ее природы, т.е. концептуальной философской сущности, что в данной монографии раскрывается путем последовательного анализа работ отечественных и зарубежных авторов. Этот анализ определений понятия информации строится на внутренней логике использования все более широких философских категорий, наиболее важными из которых являются категории отражения и различия. Именно благодаря использованию общей философской категории различия удается раскрыть концептуальную сущность природы информации: «Информация есть только там, где существует различие, и отсутствует там, где его нет» (с. 8); при этом количество информации характеризует степень различия, его количественную меру. Использование при определении содержания термина «информация» категории различия принципиально важно для авторской концепции, поскольку эта категория по своей общности существенно превосходит понятия «вероятность», «неопределенность», «неоднородность», «асимметрия», «энтропия» и «разнообразие». В свою очередь, полагает К.К. Колин, использование категории отражения позволяет понять концептуальную сущность механизма информационного взаимодействия, который и составляет первооснову всех информационных процессов в природе и обществе.

Таким образом, изложенная в монографии «философская концепция природы информации остается актуальной и сегодня, когда прошло уже более 40 лет с момента ее опубликования. Переиздание же исследования еще раз подтверждает приоритет российской науки в области создания философии информации как научного направления, а основоположником этого направления, безусловно, является А.Д. Урсул» (с. 9). Воздавая должное известному ученому с мировым именем, автору более 1000 научных работ и 160 монографий, целесообразно напомнить, что в период работы над переиздаваемой монографией это был не маститый академик, а кандидат философских наук, молодой ученый 32 лет.

Хотя дискуссии о природе информации в научном сообществе ведутся уже более полувека и только в России за последнее десятилетие опубликованы десятки статей и монографий с различными точками зрения, принципиально новых представлений о философском содержании понятия информации в этих работах

не получено. Поэтому концептуальный подход А.Д. Урсула представляется для К.К. Колина «практически безальтернативным и весьма эффективным средством для развития информационной методологии научных исследований». В предисловии также подчеркивается, что «философия информации становится сегодня научной базой и для развития информатики как фундаментальной науки» (с. 10-11).

По мнению автора монографии, бурное развитие теории информации как отрасли современного научного знания, имеющего активные выходы в производство, ставит ряд вопросов философского характера, и прежде всего выявления содержания самого понятия «информация». В идеологических реалиях конца 1960-х годов вопрос понимания природы информации погружен в контекст философской борьбы между материалистами и идеалистами, а раскрытию действительного содержания понятия информации служит принципиальное положение о том, что «информация является свойством материи» (с. 17). Однако среди ученых-материалистов нет единого мнения, присуща ли информация всей материи или же только ее части. Позиция автора заключается в том, что философское осмысление понятия информации предполагает не останавливаться на статистической теории информации как кибернетической категории, но требует учитывать «невероятностные подходы», т.е. качественный аспект информации.

Ситуация сходна с аналогичным характером определения другого понятия - материи: по мнению автора, хотя ленинское определение материи вытекало из данных естествознания, оно в то же время опережало их, являясь итогом теоретико-познавательного анализа тенденции развития научных представлений о материи. Следует исходить из того, что материя - предельно широкая философская категория, другие же философские категории и специально-научные понятия лишь конкретизируют ее, выражают ее определенные аспекты. Поэтому общее определение понятия информации должно выступать как единство объективно-диалектического и логико-гносеологического аспектов. Первый из этих аспектов разрабатывается в основном специалистами в области теории информации и ее приложений. В центре внимания философии находится по преимуществу логико-гносеологический аспект, поэтому в книге содержание понятия информации раскрывается на основе логико-гносеологического анализа его развития в системе научного знания. А.Д. Урсул настаивает, что методологической основой анализа понятия информации служит не только теория

отражения, но вся система материалистической диалектики, а наиболее важными представляются две категории: категория отражения и категория различия.

Содержательный авторский анализ информации как понятия начинается с рассмотрения статистического подхода, статистической теории информации, возникшей на базе теоретико-вероятностных идей. При этом подходе рассматриваются события, которые могут произойти, а могут и не произойти, т.е. являются случайными. Статистическая теория информации занимается изучением степени неопределенности, рассматривая любые события, в результате которых уменьшается, уничтожается, исчезает неопределенность. Поэтому современная статистическая теория информации применима к сфере любых случайных явлений, поскольку она вычленяет из них аспект, связанный с изменением неопределенности. Статистическая теория информации отвлекается от требований осмысленности информации, от возможности ее использования человеком. С позиций этой теории можно считать, что информацию несет не только человеческая речь, но и вообще любые объекты и процессы, которые подчиняются статистическим закономерностям. «Вместе с тем из анализа статистической теории информации мы еще не можем сделать вывода о том, что информация - это всеобщее свойство материи» (с. 33). Информация пока предстает перед нами как снятая неопределенность, связанная лишь со случайными процессами, а также с превращением возможностей в действительность, причем лишь тех из них, которые имеют место в случайных процессах. Поэтому анализируя природу информации, не следует ограничиваться только статистической теорией, необходимо рассматривать другие основные концепции информации.

Применение статистической теории информации в теории познания и логике столкнулось с тем фактом, что не всякий процесс и не всякий результат научного познания носит вероятностный характер. Понятие неопределенности в общем виде оказывается шире понятия вероятности. Очевидно, неопределенность есть некоторое отношение элемента, входящего в множество, и числа всех элементов множества. Когда это отношение имеет случайный характер (например, случайный выбор элемента из множества), мы имеем дело со статистической теорией информации. Если же это отношение неслучайно, то вступают в силу невероятностные теории информации. В развитии теории информации произошел переход, аналогичный переходу к теории относительности от физики

Ньютона: от абсолютного представления количества информации к относительному, как функции отношения двух систем. Только такая функция имеет реальное значение и остается справедливой как для дискретных, так и для непрерывных систем. Ведь формула негэнтропии выражает количество информации относительно заданной системы отсчета (системы координат), иначе говоря, характеризует количество информации, содержащееся в одном объекте относительно другого объекта.

Хотя единой формулы количества информации пока не существует, все же можно отметить, что объединение статистического, динамического, топологического и комбинаторного подходов возможно на базе теоретико-множественной математики. Алгоритмическое же определение понятия количества информации, по-видимому, может быть обосновано с позиций конструктивного направления в математике. «На основе изложенного можно присоединиться к мнению А.Н. Колмогорова о том, что "информация по своей природе - не специально вероятностное понятие"». Упомянутые теории информации имеют дело с «чистым» количеством информации, соответствующим различным математическим структурам. «Поиск качественного аспекта информации состоит, в частности, в учете природы элементов, которые объединяются во множества, он связан с анализом качественной определенности множества, т.е. в конечном счете качественного многообразия материи» (с. 43-46).

В современных теориях, затрагивающих качественный аспект информации (теориях кодирования и декодирования информации), используются не только вероятностные, но и алгебраические идеи комбинаторного характера. Система правил, позволяющих переводить с одного языка (естественного и искусственного) на другой, называется кодом. Кодирование можно определить как такое преобразование информации, которое оставляет неизменным ее количество, но меняет качественную природу носителей информации, поскольку строение, структура, система тесно связаны с кодом передаваемой и воспринимаемой информации, и поэтому можно утверждать, что код определяет качество. При этом проблема качества информации связана со ступенями, уровнями развития материи. Само развитие в информационном плане можно представить как возникновение высшего кода из низшего.

Попытки связать понятие ценности информации с понятием цели представляются весьма плодотворными. В связи с этим имеет смысл различать ценность информации (в узком смысле) - в рам-

ках отношения «информация и ее приемник» - и ее полезность -отношение «информация, ее приемник и цель». Ценность информации, как уже отмечалось, есть в общем случае отношение субъекта (как приемника информации), информации и цели. При этом информация выступает как объективный фактор или носитель ценности. Последняя поэтому является результатом взаимодействия субъективного и объективного факторов. Не «переживание», не точка зрения субъекта определяют ценность информации, а его взаимосвязь с информацией и с целью.

До сих пор мы рассматривали информацию в самом общем плане как снятую, устраняемую неопределенность. Именно то, что устраняет, уменьшает любую неопределенность, и есть информация. Но что такое неопределенность вообще? Не претендуя на исчерпывающий ответ, обратим внимание на существенные моменты использования понятия неопределенности в теории информации. Во-первых, теория информации не занимается анализом самого понятия неопределенности, а дает преимущественно количественные методы ее измерения. Само же понятие неопределенности считается интуитивно данным. Во-вторых, предполагается, что понятие неопределенности связано с процессами выбора или отбора. Этот выбор может осуществлять человек, машина или живое существо. В самом общем случае неопределенность связана с превращением возможностей в действительность, когда происходит их ограничение (редукция). Однако автор полагает, что доведенная до крайности концепция выбора, неопределенности может привести к тому, что объективный характер самой информации окажется под сомнением и будет признаваться «творение» информации субъектом или вообще воспринимающей системой. «В силу этих соображений наше общее понимание информации должно быть освобождено от ее зависимости от воспринимающей системы (хотя в ряде случаев эта зависимость действительно существует) в такой же степени, как и от трактовки информации в духе чисто вероятностных представлений» (с. 59). Отказ от трактовки информации только как устраняемой неопределенности диктуется и приложениями концепции информации.

Короче говоря, информацию не обязательно связывать с процессами превращения возможностей в действительность. Основы такого более широкого подхода к определению понятия информации автор находит в работе одного из основоположников кибернетики английского ученого У. Росса Эшби «Введение в кибернетику». Согласно Эшби, понятие информации неотделимо от

понятия разнообразия. Трактовка количества информации как количества разнообразия позволяет вполне естественно объяснить введение логарифмической меры. В самом деле, разнообразие может измеряться как число различных элементов и как логарифм этого числа (например, по основанию два). Но если мы будем считать, что множество с минимальным, т.е. единичным, разнообразием соответствует нулевому количеству информации, то мы должны ввести функцию преобразования множества с разнообразием в множество с количеством информации. Такой функцией и является логарифмическая функция. Если понятие разнообразия неотделимо от понятия информации, то понятие ограничения разнообразия равносильно установившемуся в статистической теории понятию избыточности. Таким образом, основные понятия статистической теории информации можно интегрировать в терминах концепции разнообразия, не противоречащей в то же время нестатистическим подходам в теории информации.

Следует еще раз подчеркнуть, что каждая концепция информации изучает лишь определенный вид разнообразия, поэтому концепция разнообразия не противоречит ни количественным, ни качественным подходам к изучению информации. Непротиворечие данным естествознания, как уже отмечалось, является необходимым, но еще недостаточным условием для определения содержания понятия информации. Важно также, чтобы содержание этого понятия вытекало из хода познавательного процесса. Было бы неверным представлять, что понятие информации как разнообразия вытекает только из естественно-научных положений. А.Д. Урсул старается показать, что необходимость перехода к концепции разнообразия выступает как результат логической и теоретико-познавательной тенденции, как итог, к которому стремится научное знание об информации.

Методологическая эффективность и перспективность концепции разнообразия заключаются в том, что она позволяет интерпретировать на единой основе различные теории и концепции информации, открывает возможность в принципе бесконечного развития теории информации, на ее основе можно проследить связь информации с отражением и рядом других категорий диалектики. При этом «в научном плане понятие "информация" охватывает как те сведения, которыми люди обмениваются между собой, так и сведения, существующие независимо от людей» (с. 68). Можно сделать вывод, что трактовка информации как разнообразия все больше привлекает внимание ученых. Важно подчеркнуть, что с

точки зрения автора, хотя информация может быть более глубоко понята на основе концепции разнообразия, «наше понимание разнообразия значительно шире, чем у Эшби. По существу, мы отождествляем его с различием, одной из важных философских категорий, лежащей в фундаменте ряда категорий и законов диалектики» (с. 69). Таким образом, понятие информации в различных дисциплинах конкретизирует определенный аспект понятия различия. Концепция разнообразия обращает внимание на то, что информация имеет место там, где среди некоторого тождества существует или появляется определенное различие. При анализе информации необходимо исходить из взаимосвязи, взаимопревращения различия и тождества. Общим для всех теорий информации и их приложений является то, что они изучают разнообразие, хотя каждая из них исследует определенный класс, вид разнообразия.

Вторая глава рассматривает соотношение понятий информации и системы. В отечественной философской литературе широко распространена точка зрения, согласно которой информация присуща лишь системам живой природы, общества и кибернетическим системам. Информацию в этом случае обязательно связывают с управлением, считая, что без последнего она не существует. Автору представляется, что эта концепция уязвима в естественнонаучном и философском отношении. Исторически, начиная с основополагающих работ К. Шеннона, теория информации развивалась как чисто математическая дисциплина. Затем Л. Бриллюэн в общем виде сформулировал негэнтропийный принцип информации и установил глубокую связь между физической энтропией и информацией.

По мнению А.Д. Урсула, скорее физика и теория информации взаимно проникают друг в друга, что в общем ведет к созданию двух основных синтетических дисциплин - особой прикладной физической (термодинамической, квантовой) теории информации и информационной физики. Уже исходя из того, что понятие информации и связанные с ним методы исследования применяются в науках о неживой природе, можно сделать вывод, что информация присуща и системам неживой природы.

С другой стороны, положение о том, что информация присуща и неживой природе, естественным образом вытекает из концепции разнообразия. Ведь разнообразие свойственно и объектам неорганическим, оно существовало до появления жизни и до человека. «Информация как таковая тоже никогда не возникает, она является, по-видимому, таким же неотъемлемым свойством мате-

рии, как и пространство, время, движение» (с. 94). Однако можно говорить о возникновении способности использовать информацию; таким образом, информация в определенном (генетическом) аспекте первична по отношению к управлению.

Исторически сложилось так, что понятие количества информации математически оформилось в связи с понятием энтропии. Энтропия - традиционное понятие наук о неживой природе, и это также служит аргументом в пользу всеобщности информации. Известны четыре основных вида движения информации: восприятие, хранение, передача и переработка. Характерным отличием неживой природы от живой является то, что в ней отсутствует весьма важный вид движения информации - ее переработка. Объекты неживой природы могут воспринимать, хранить и передавать информацию в процессе их взаимодействия с другими объектами.

Структурная информация, заключенная в структуре, организации объекта, необязательно должна передаваться, основное ее содержание - сохранение качественной определенности, структуры данного объекта. В неживой природе информационные процессы «затемнены» энергетическими, в той или иной степени не выделены из них. Кибернетика преимущественно занимается специальной частью информационных процессов - переработкой информации, которая тесно связана с управлением. Поэтому, говоря об информации и управлении, следует прежде всего подчеркивать взаимосвязь переработки информации и управления. Как известно, предмет кибернетики обычно определяется через понятие управления. Но если управление связано с переработкой информации и представляет собой особое свойство информационных процессов, то отсюда следует, что кибернетику можно определить также на основе понятия информации. Процессы восприятия информации, ее хранения и передачи называются в кибернетике связью, переработка воспринятой информации в сигналы, направляющие деятельность машин и организмов, - управлением. Правда, вопрос о том, можно или нельзя давать определение кибернетики через понятие информации, - дискуссионный. Но даже при всей дискус-сионности проблематики, теория информации оказывается в определенном аспекте шире кибернетики, ибо теоретико-информационные методы применимы и к изучению неживой природы, а кибернетика связана с изучением некоторых технических устройств, живых организмов и общества. В настоящее время можно лишь отметить, что обе теории взаимосвязаны, но ни одна из них не является частью другой. Из сказанного следует, что «нельзя ин-

формацию считать только кибернетической категорией: она носит более широкий, можно сказать, общенаучный характер» (с. 100).

Понимание информации как разнообразия тесно связано с наиболее общими представлениями о движении как изменении. Объективно всякое различие есть или само изменение, или его результат. При этом движение является, как известно, атрибутом материи; неотъемлемо присуще материи и такое ее свойство, как различие. Поскольку понятие информации трактуется на основе категории различия, можно предположить, что информация также имеет атрибутивный характер. Остановимся на самом понятии развития, имеющем свое специфическое содержание, не растворяющееся в понятии движения. Пока не найдено адекватного критерия отличия этих понятий, не будет ошибкой при анализе процессов развития методологически исходить из более широкого понятия - движения, которое не противоречит ни одному из существующих определений развития и под которое можно подвести любые его формы. Определение развития на основе понятия движения дает возможность пользоваться для фиксации результатов развития информационным критерием, т.е. изменением различий.

В третьей главе анализируется соотношение информации с законами и категориями диалектики. Законы материалистической диалектики являются наиболее общими законами природы, общества и мышления. Они проявляются и в информационных процессах, в методологической роли законов диалектики в раскрытии природы информации и информационных процессов. Этот анализ необходим прежде всего для развития основной идеи этой книги -концепции разнообразия.

Выше информация анализировалась как определенность, т.е. как снятая неопределенность, количество информации устанавливалось в связи со своей противоположностью - энтропией. Таким образом, «и содержательный, и количественный аспекты информации выявляются только через свою противоположность» (с. 124). При этом методологически корректной является ситуация, когда физической энтропии противопоставляется именно количество физической информации, а не количество информации вообще: в каждой области действительности, в каждой науке всегда можно обнаружить «свою» информацию и «свою» энтропию, т.е. «свое» различие и «свое» тождество. Противопоставление физической энтропии и информации, взятой на ином уровне, неправомерно, ибо в этом случае они вовсе не являются действительными противоположностями, они никогда не вступят во взаимодействие.

Установление этого факта имеет важное методологическое значение для познания информационных процессов. Ведь с точки зрения взаимодействующих противоположностей количество информации одной из них выступает как энтропия по отношению к другой. Поэтому информационное содержание той или иной системы должно определяться всегда по отношению к ее противоположности.

Особое внимание необходимо обратить на методологическую роль закона единства и борьбы противоположностей в изучении познавательных информационных процессов. Уже первые попытки применения теории информации к анализу процессов познания выявили недооценку противоречивости этих процессов: можно встретить мнение, что познание с позиций теории информации выступает лишь как снятие, уничтожение неопределенности. «Опираясь, в частности, на исследования Л. Бриллюэна, мы покажем далее, что уничтожение, снятие неопределенности всегда связано с появлением неопределенности иного порядка и от этой взаимосвязи противоположностей в рассматриваемых информационных процессах невозможно избавиться» (с. 126).

В философии применение теоретико-информационных методов влечет за собой определенное снижение отражаемого качественного содержания. Эти методы не могут претендовать на столь же всеобщую применимость, как материалистическая диалектика, которая отражает качественно-содержательную сторону действительности, человеческой деятельности, глубинные, сущностные процессы, свойственные вещам и явлениям. Таким образом, применение теоретико-информационных методов к анализу законов диалектики, по существу, лишает их черт всеобщности, конкретизирует их. Понятие закона отражает общие, устойчивые связи и отношения между явлениями. Закон в определенном отношении есть структура данного явления, тогда как явление есть то, что мы называем системой. Но поскольку закон - это структура, а последняя есть нечто неизменное, остающееся в системе при всех ее изменениях, то любой закон является ограничением разнообразия в том смысле, что явление не может полностью определяться законом. В то же время известно, что абстракция закона природы отражает природу глубже, вернее, полнее. Это положение диалектики с теоретико-информационной точки зрения, в частности, означает, что закон в определенном аспекте имеет большее информационное содержание, чем явление, отражаемое нашими ощущениями, восприятиями, представлениями. Смысл абстракции

закона заключается в основном в том, что на уровне теоретического мышления происходит отвлечение от некоторых сторон чувственного разнообразия явлений, для того чтобы расширить разнообразие, которое непосредственно недоступно чувственному познанию. Поэтому информационное содержание абстракций законов, как правило, больше, чем в чувственных образах.

Особый интерес представляет информационное соотношение законов диалектического материализма и законов частных наук. Из весьма общих соображений о том, что правильный общий метод уже ограничивает возможное разнообразие путей исследования, вытекает, что общие, универсальные принципы, законы и категории содержат для исследователя определенное количество информации. Дальнейшее развитие науки выявило недостаточность представлений о причинной связи как взаимооднозначном соответствии причины и следствия. Появилась концепция многозначной причинности, основанной на статистических закономерностях. По-видимому, можно предположить, что информационные свойства материальных систем являются свойствами более общими, чем те, которые характеризуются или только динамическими, или же статистическими закономерностями.

Творчески, без излишнего начетничества А.Д. Урсул в последней главе рассматривает понятие информации в связи с отражением и процессами познания. «Существует ли отражение без информации и информация без отражения? Конечно, не существует - такой ответ на этот вопрос прочно утвердился в нашей философской литературе. И он, несомненно, правилен. Однако некоторые философы склонны в какой-то мере абсолютизировать эту связь» (с. 175). Невольно создается впечатление, что информация связана преимущественно с отражением, связь же информации с другими всеобщими свойствами материи как-то остается в тени. Действительно, информация не существует без отражения, но она невозможна и без других атрибутов материи - движения, пространства, времени и т.д., поэтому, признавая неразрывную связь отражения и информации, нет необходимости представлять эту связь как единственно существующую, хотя она и изучена наиболее полно. Нельзя говорить о субординации всеобщих свойств материи, первичности их атрибутов по сравнению с другими. Речь может идти лишь об их единстве, взаимосвязи, взаимопроникновении.

В связи с этим рассмотрение содержания понятия отражения представляется целесообразным начать с категории взаимодейст-

вия (причинности). Именно воздействие одного тела на другое сопряжено с отражением. Отражение - это воздействие одной материальной системы на другую, ведущее к установлению определенного (конкретного) тождества между системами, когда внутренние различия одной системы (отражающей) соответствуют внутренним различиям другой системы (отражаемой). Отражение выступает как диалектическая связь тождества и различия двух объектов, причем тождество объектов выражается через их различие и благодаря ему. Такое определение дает возможность выразить информационный аспект отражения.

Согласно приведенному определению отражения, информация выступает как содержание отражения. Содержанием отражения являются те изменения, различия, которые в отражающей системе соответствуют изменениям, различиям отражающей системы. Информация как содержание отражения составляет лишь определенный класс различий. Таким образом, «информация, с позиций теории отражения, может быть представлена как отраженное разнообразие, а именно разнообразие, которое один объект содержит о другом объекте» (с. 177). В большинстве случаев в реальном процессе отражения передача информации от отражаемого тела к отражающему проходит в форме сигнала. Следовательно, для того, чтобы осуществился процесс отражения, кроме отражаемого и отражающего объектов необходим третий компонент - среда, передающая информацию, закодированную в форме сигнала. Те свойства сигналов, которые могут передавать различия, изменяются соответственно изменению (различиям) передающего (отражаемого) объекта, являются информационными.

Если неопределенность существует объективно и обусловлена самой природой объектов, то следует ожидать, что познание также должно отражать эту неопределенность. Источником неопределенности в научном познании выступает также взаимодействие субъекта и объекта. Негэнтропийный принцип информации в приложении к научному познанию может быть сформулирован примерно так: получение информации всегда сопровождается противоположным процессом увеличения энтропии, другими словами, получение определенности в одном отношении неизбежно связано с неопределенностью в другом отношении. Действительно, знание об объекте, которое мы получаем в том или ином акте познания, беднее, чем сам объект, оно содержит меньше информации. Процесс абстракции является хорошей иллюстрацией действия негэнтропийного принципа информации применительно к

теоретическому познанию. Как подчеркивал Л. Бриллюэн, за полученную информацию приходится расплачиваться энтропией, знание в определенном отношении ведет к незнанию в другом отношении. Можно сказать, что человечество ни в какое конечное время не превратится в воображаемого лапласовского «демона», знающего все о вселенной без всяких неопределенностей.

Отражение есть определенное тождество образа и объекта, и это тождество образа содержит информацию об объекте. Оно выражается через различие. Соответствие образа и объекта достигается в результате перехода от их различия к тождеству. Это позволяет рассматривать процесс познания в определенном аспекте как информационное моделирование. Здесь имеется в виду, что «получающиеся в результате познания формы научного знания являются как бы информационными моделями отражаемых объектов» (с. 198). Итак, в общей информационной модели процесса познания, мышления основное внимание следует обращать на диалектику тождества и различия отображения и оригинала (объекта). Двоичному выбору в статистической модели (подтверждение или отрицание гипотезы) здесь соответствует тождество или различие объекта и отображения (ответы «да» или «нет»). Процесс отождествления отображения и объекта осуществляется через их несовпадение, различие.

Всякое познание всегда связано с ограничением разнообразия, поскольку мы берем в качестве предмета исследования определенные явления или их стороны. Процесс познания в информационном аспекте представляется процессом передачи объективно существующего разнообразия к познающему субъекту. Информация, заключенная в объектах, является как бы информацией «в себе» и в результате познания превращается в информацию образов - информацию «для нас». Первую часть называют потенциальной информацией, вторую актуальной. «Это значит, что в объективном мире и в сознании существуют различные виды информации. Первая в результате отражения, познания перекодируется во вторую, один тип информации переходит в другой» (с. 200).

Какие возможности открывают теоретико-информационные методы для изучения мыслительной деятельности человека? Существенная особенность мышления - его понятийный (категориальный) характер. Понятия не являются наиболее элементарной логической формой, эта роль в современной логике отводится суждениям. Понятие - форма мышления, отражающая общие и

существенные признаки и отношения объектов и явлений действительности. Оно относится к определенной совокупности объектов действительности. Эти последние бесконечно сложны и разнообразны, но наши понятия отражают в них нечто тождественное, инвариантное. Соответствие понятий и объектов действительности достигается различного рода процессами абстрагирования. Понятия являются составной частью некоторой системы знаний, например теории. Таким образом, методы теории информации оказывают существенную помощь в определении отношений объемов и содержаний понятий, устраняют ту путаницу и ошибочные суждения об их соотношении, которые еще и сейчас имеют место.

Существуют попытки приложения концепции информации к анализу наиболее зрелой формы научного познания - теории. Автор разделяет подход Л. Бриллюэна: теория коррелирует, взаимосвязывает эмпирические законы, выделяет в них нечто тождественное. При этом происходит устранение избыточности, содержащейся в эмпирических законах. Чем больше избыточности из информационного содержания этих законов устраняет теория, тем более информационноемкой она становится. Как теоретические законы относятся к эмпирическим, так последние в информационном аспекте относятся к фактам. Критерием, позволяющим отличить закон от простой регистрации некоторой совокупности установленных опытным путем фактов, является сокращение, сжатие содержащейся в них информации. Теория, коррелирующая эмпирические законы, оказывается еще более информационноемкой (ибо вновь устраняется избыточность по отношению уже к теоретическим законам). Таким образом, в результате мыслительной деятельности потенциальная информация, свойственная объектам действительности, превращается в актуальную, которой обладают различные логические формы, как сравнительно элементарные -суждения, понятия, умозаключения, так и более зрелые - гипотезы и теории. Итак, «природа мышления и его связь с информацией может быть раскрыта не только в отражении природы в мышлении, но и в обратном влиянии мышления на природу, в преобразовании идеального мира в материальное на основе предметно-практической деятельности» (с. 217).

А.Д. Урсул отмечает, что в 1960-е годы, «наряду с понятием "научное знание" употребительным становится понятие "научная информация". Рождение последнего связано с появлением новой научной дисциплины - теории научной информации (информатики)» (с. 218). Рассматривая возможность применения информаци-

онного критерия к такой системе знаний, как наука, зададимся вопросом: в каких единицах следует измерять и сравнивать темпы развития науки? Концепция разнообразия позволяет выработать количественный критерий оценки объема научного знания как количества разнообразия его форм. Если массу, объем знаний измерять количеством информации, то можно довольно точно охарактеризовать тот процесс, о котором писал Ф. Энгельс: «...наука движется вперед пропорционально массе знаний, унаследованных ею от предшествующего поколения» (с. 221).

Информатика занимается анализом роста научной информации, но только в определенном, так сказать, внутреннем аспекте. Дело в том, что она интересуется лишь внутренней структурой, организацией научной информации. «Однако в ней не ставится задача изыскания внешних источников информации. Неявно предполагается, что это дело самих наук. Считается, что науки по-прежнему будут извлекать научную информацию из явлений природы и общества, а дело информатики - ее упорядочивать, анализировать» (с. 223). Однако легко увидеть, что если бы информация не поставлялась науками, то развитие информатики прекратилось бы. Поэтому встает проблема полного и всестороннего исследования процессов накопления научной информации и особенно темпов ее накопления. Этой проблемой в самом общем виде, вероятно, могут заниматься такие науки, как теория познания и науковедение.

Заключение

В заключение исследования автор отмечает, что понятие информации находится в процессе развития. Поскольку познание природы информации выявляло все новые и новые ее признаки и свойства, то естественно встал вопрос о наиболее общем определении этого понятия. В основу общего определения понятия информации, которое дается в этой книге, положены два ее признака. Доказывается, что информация связана, во-первых, с разнообразием, различением, во-вторых, с отражением. В соответствии с этим ее «можно определить в самом общем случае как отраженное разнообразие. Информация - это разнообразие, которое один объект содержит о другом объекте в процессе их взаимодействия» (с. 228).

На основе приведенного определения можно сделать вывод, что информация выражает свойство материи, которое является

всеобщим. Ведь и разнообразие, и отражение - всеобщие свойства, атрибуты материи. В силу этого «существуют объективные предпосылки превращения понятия информации из общенаучного, каким оно уже сейчас стало, в философскую категорию» (с. 228).

Понятие информации отражает как объективно-реальное, не зависящее от субъекта свойство объектов неживой природы, общества, так и свойства познания, мышления. Информация, таким образом, присуща как материальному, так и идеальному. Она применима и к характеристике материи, и к характеристике сознания. Таким образом, общее определение понятия информации выступает как единство объективного и логико-гносеологического аспектов, отражает тенденцию синтеза различных идей, методов, теорий информации. Вместе с тем это определение связано с идеей о неисчерпаемости, многосторонности информации.

Таким образом, публикация рецензируемой монографии возвращает дискуссию об информации и информатике на философский уровень, т.е. на уровень методологического анализа. Философия вообще в ХХ в. - это прежде всего методология, в том числе и особенно методология научного познания. И самоопределение информатики как научного направления и как многоотраслевой сферы деятельности невозможно без учета этого методологического измерения, без учета обширного и качественного материала, накопленного на русском языке с 1960-х годов за десятилетия исследовательских усилий.

Рассматриваемая монография, введение которой в научный оборот новых поколений исследователей является одной из целей ее рецензирования, обоснованно претендует в настоящем (переиздании на статус первого тома возможной серии «Из истории советской (российской) философии информации».

А.К. Воскресенский