2016. 03. 015. Междисциплинарность в исследовании речевой полиинформативности / потапова Р. К. , Потапов В. В. , Лебедева Н. Н. , Агибалова Т. В. - М. : языки славян. Культуры, 2015. - 347 с. - библиогр. : С. 299-338

Приоритетными направлениями в области современного машинного перевода являются два: 1) работа над тем, чтобы переводился смысл безотносительно к форме языкового высказывания; 2) осуществление машинного перевода на уровне переводных соответствий, когда передаются в равной степени и форма, и содержание (т.е. моделирование перевода на уровне переводных соответствий).

В главе седьмой «Машинный перевод как центральная проблема искусственного интеллекта» рассматривается место машинного перевода в ряду других интеллектуальных задач.

Перевод с одного естественного языка на другой является сложнейшей задачей, которая затрагивает практически все аспекты человеческого мышления и способов языкового выражения мысли, в связи с чем отмечается новое направление прикладных лингвистических исследований - изучение естественного интеллекта.

Целью машинного перевода, как и любого другого перевода, является передача смысла, для чего необходима экспликация смысла, в том числе и средствами языка-цели. Автор отмечает, что «описание смысла сообщения в терминах смыслового языка, например, искусственного, есть тоже перевод» (с. 190). Система машинного перевода, моделирующая одну из центральных задач познания мышления, есть одновременно система искусственного интеллекта.

В заключение подводятся итоги исследования.

Библиография (с. 202-207) включает в себя исследования на русском и английском языках. Приводится список словарей (с. 207).

М.Б. Раренко

2016.03.015. МЕЖДИСЦИПЛИНАРНОСТЬ В ИССЛЕДОВАНИИ РЕЧЕВОЙ ПОЛИИНФОРМАТИВНОСТИ / ПОТАПОВА Р.К., ПОТАПОВ ВВ., ЛЕБЕДЕВА Н.Н., АГИБАЛОВА ТВ. - М.: Языки славян. культуры, 2015. - 347 с. - Библиогр.: с. 299-338.

Ключевые слова: междисциплинарность; полиинформативность; вербалика; невербалика; функциональное состояние человека; фрактальные характеристики речевого сигнала.

Коллективная монография Р.К. Потаповой, В.В. Потапова, Н.Н. Лебедевой, Т.В. Агибаловой является результатом исследова-

ний по проекту Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) «Фундаментальное междисциплинарное исследование речевой деятельности и речевого поведения говорящего с позиций комплексного - психолингвистического, психофизиологического и психосоматического - подхода с целью контактного и дистанционного тестирования человека» (с. 9).

Руководитель проекта - доктор филологических наук, профессор, завкафедрой прикладной и экспериментальной лингвистики, директор научно-образовательного центра фундаментального и прикладного речеведения Московского государственного лингвистического университетата Р.К. Потапова. Ответственные исполнители - доктор филологических наук В.В. Потапов (Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова), доктор биологических наук Н.Н. Лебедева (Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН), доктор медицинских наук Т.В. Агибалова (Национальный научный центр наркологии Министерства здравоохранения и социального развития РФ).

В монографии отражены основные результаты научно-исследовательского проекта, направленного на комплексное междисциплинарное исследование речевой деятельности человека, включающее лингвистический, психолингвистический, биофизиологический, психофизиологический, психосоматический, паравер-бальный и экстравербальный аспекты, эксплицируемые в речевой деятельности человека. Основой исследования является рассмотрение устной речи как одного из видов функционально-двигательного комплекса с включением когнитивной составляющей. Особое внимание уделено психофизиологическим коррелятам речи в состоянии эмоционального напряжения, психосоматическому и другим видам девиации речевого поведения.

Книга состоит из предисловия, введения, пяти глав (1. «Вер-балика и невербалика в речевой коммуникации»; 2. «Речевой сигнал как индикатор функционального состояния человека»; 3. «Исследование фрактальных характеристик речевого сигнала при моделировании различных эмоциональных состояний»; 4. «Полиинформативность фрактальных характеристик речевого сигнала (применительно к электрографическим и психофизиологическим показателям различных эмоциональных состояний)»; 5. «Взаимосвязь эмоциональных и когнитивных нарушений (на примере лиц с

наркологическими заболеваниями)»), заключения, списка использованных источников.

В целях решения основной проблемы исследования — комплексного изучения личности как совокупности биофизиологических, психосоматических, пара- и экстравербальных составляющих, эксплицируемых в речевом продукте, были использованы следующие методы и подходы.

1. Концептуальный анализ существующих методов и способов исследования речевого высказывания с учетом получения и фиксации биометрических характеристик человека в целях неавтоматической, полуавтоматической и автоматической верификаций значимости вербальной, пара- и экстравербальной информации.

2. Анализ современных методов комплексного психофизиологического тестирования человека, ориентированного на речевую деятельность с учетом биометрических характеристик говорящего, специфики его вербальных, пара- и экстравербальных признаков (биофизиологических и психосоматических), изменяющихся под воздействием ряда факторов (эмоционального состояния, медикаментозной и других видов интоксикации, стресса и др.).

3. Формирование корпуса экспериментальных данных на материале русского языка, включающего речевые образцы суждений (высказываний), реализуемых в различных эмоциональных и психофизиологических состояниях.

4. Комплексный анализ образцов сформированного корпуса экспериментального речевого материала.

5. Разработка тестового материала, предназначенного для выявления симптомов тревоги, депрессии, а также комплекса, включающего такие признаки, как самочувствие, активность, настроение.

6. Разработка концептуальных оснований для создания новых, перспективных методик исследования «портрета» говорящего по доминантным признакам речевого поведения и речевой деятельности, а также комплексного исследования проблемы тестирования человека на базе речевого поведения и речевой деятельности.

Полученные результаты позволили установить релевантные полиинформативные признаки, соотносящиеся с «портретом» говорящего с учетом доминантных характеристик речевого поведения и речевой деятельности.

В первой главе освещаются основные аспекты знаковой субсистемы коммуникации «вербалика», описываются предпосылки к развитию общей теории знаковой субсистемы коммуникации «па-равербалика», рассматривается проблема эмоций как составляющей полиинформативности речевого поведения человека, представляются базовые модели речевой коммуникации. Указывается, что приоритет принципа антропоцентризма в лингвистических исследованиях привел к глубоким изменениям в области изучения речи: узкий, лингвистически нацеленный подход сменился более широким подходом, принимающим во внимание социолингвистические, психолингвистические и нейролингвистические факторы в дополнение к традиционному лингвистическому подходу. В трудах современных исследователей процесс речевой коммуникации предстает как целостность, состоящая из вербального, паравер-бального и экстравербального каналов коммуникации, которые могут взаимодействовать различным образом; доказывается важная роль паравербальных средств (наряду с вербальными) при передаче смысла высказывания адресантом и их приоритет при интерпретации его эмоционального состояния; определяется место эмоций в процессе коммуникации.

Наблюдаемый в настоящее время значительный интерес лингвистики к проблемам речевой коммуникации обусловлен общей динамикой развития прагмалингвистики, и прежде всего прагмасе-мантики. Современная коммуникативистика располагает значительным количеством моделей коммуникации. Современные модели коммуникации учитывают многоканальность процесса общения -наличие обратной связи, психофизиологическое состояние коммуникантов, их интенции, тактику поведения и т.д.

Осуществление передачи эмоциональной, волевой и интеллектуальной информации с помощью вербальных и паравербаль-ных средств в акте коммуникации рассматривается как процесс воздействия на адресата, что является конечной целью коммуникации. В связи с этим мотивационный отбор вербальных и паравер-бальных средств партнерами по коммуникации становится одной из основных задач фундаментального и прикладного речеведения, базирующегося ни принципе междисциплинарности и полиинформативности.

Вторая глава монографии посвящена функциональному состоянию (ФС) человека, и в частности - речевому сигналу как индикатору его функционального состояния. Отмечается, что ФС человека - это интегральный динамический комплекс физиологических, психологических, поведенческих характеристик, функций и качеств, которые обусловливают выполнение деятельности организма. Понятие ФС человека впервые возникло и получило дальнейшее развитие в физиологии. Русские физиологи, начиная с И.М. Сеченова, И.П. Павлова и Н.Е. Введенского, пытались экспериментально доказать наличие центральных механизмов в развитии того или иного состояния. Текущее ФС человека определяется степенью напряжения регуляторных систем, необходимого для сохранения гомеостаза. Комплексная оценка степени напряжения осуществляется с помощью электрографических (ЭЭГ, ЭКГ, ЭМГ и пр.) и вегетативных (артериальное давление, КГР) показателей, психологического и психофизиологического тестирования, анализа речевого сигнала. Часто диагностику состояния человека необходимо осуществлять «в таких условиях, когда речевой сигнал является единственным источником информации, например, по материалам радиооператоров со службами управления полетом, диспетчеров аэропорта, операторов подводных лодок и т.д.» (с. 60). Запись речевого сигнала необходима также в судебной и медицинской психологии, психиатрии, неврологии, при разработке систем автоматического распознавания речи, автоматической идентификации и верификации говорящего, его эмоционального состояния.

В настоящее время понятие ФС широко используется в психологии, физиологии, эргономике, акмеологии, валеологии и т.д. Это объясняется прежде всего тем, что в самых различных сферах деятельности человека успешность его труда, обучения, творчества, физическое и психическое здоровье в значительной мере зависят от его ФС.

Контролируя и управляя ФС, человек может решать многие важные задачи, такие как оптимизация производственного процесса, нормирование труда, определение допустимых физических и нервных нагрузок, повышение устойчивости к стрессу, проведение профилактики профзаболеваний, а также задачи, связанные с профотбором, профориентацией (скринингом) и др. Но для этого необходимо владеть методами диагностики ФС и знать те природ-

ные механизмы, на основе которых осуществляются регуляция и управление ФС. Исходя из понимания функционального состояния как интегральной характеристики свойств и качеств человека, определяющих эффективность деятельности, авторы делают вывод о необходимости применения комплексных методов, объединяющих достоинства всех подходов. Комплексная методика дает возможность изучать деятельность и состояния системно и обобщенно.

Авторы указывают, что наряду с разными методами диагностики ФС (физиологическими, психофизиологическими, биохимическими) перспективными представляются методы оценки ФС с помощью речи, так как, «во-первых, речь как источник информации о говорящем может быть показателем индивидуальных психофизиологических особенностей, а также сигнализировать о текущем ФС - утомлении, эмоциональном напряжении. Во-вторых, речевой канал имеет ряд важных преимуществ: при записи речи не требуется наложение контактных датчиков, для передачи информации не требуются дополнительные каналы связи, в случае необходимости запись речи можно производить скрытым микрофоном» (с. 88). Исследователи ссылаются на работы Р.М. Баевского, М.В. Фролова, А.А. Леонтьева1 и др., где показано, что информация о состоянии человека может быть заключена как в особенностях восприятия речевого сигнала, так и в лексико-грамматических особенностях построения высказывания, в акустико-фонетических, интонационных характеристиках его оформления, темпе речи. При изучении состояния человека-оператора в ряде случаев единственным источником информации является его речевое оформление. В особенности это касается летчиков, космонавтов, парашютистов, авиадиспетчеров, где своевременность и точность ведения радиообмена информацией отражает общую работоспособность оператора, его эмоциональный настрой, что проявляется в семантической и спектральной структуре его речи. Показателями ФС человека служат такие лексико-грамматические параметры, как характер построения ответа, лексическое разнообразие; акустические - средняя частота основного тона, ее дисперсия, форма инто-

1 Баевский Р.М. Физиологические методы в космонавтике. - М., 1965. -237 с.; и др.; Леонтьев А.А. Язык, речь, речевая деятельность. - М., 1969. - 214 с.; и др.; Фролов М.В. Сигналы состояния человека-оператора. - М., 1969. - 248 с.; и др.

национных кривых главноударных гласных речи, средняя мощность и дисперсия мощности речевого сигнала, средняя частота первой форманты главноударных гласных (или средняя частота нулей временной функции речевого сигнала). Из параметров речевого потока для оценки ФС анализируют среднюю длительность чистой речи и пауз, скорость артикуляции, латентный период речевой реакции.

Для оценки ФС человека в процессе выполнения различных видов операторской деятельности по характеристикам речевого сигнала, в частности по выделению информативных признаков темпа речи в различных состояниях (утомления и эмоционального напряжения), исследователи провели эксперимент, включавший три серии опытов. Эксперимент проводился в реальных и приближенных к реальным условиях. Исследовались параметры темпа речи с учетом их информативности для оценки сдвигов ФС, прогноза его изменения и динамики работоспособности, определения скорости восприятия речевого материала, влияния стимулирующих факторов на ФС, определения начальной стадии утомления и периода эмоционального напряжения и их развития для использования в качестве управляющего сигнала с целью коррекции нежелательных изменений состояния оператора для повышения его работоспособности и, следовательно, для повышения эффективности функционирования всей системы «человек - машина».

Полученные данные показали, что для всех перечисленных задач темпоральные характеристики речи являются весьма перспективными показателями.

Эксперименты с эмоциональной нагрузкой обнаружили зависимость темпоральных характеристик речи от степени эмоционального напряжения или сдвига эмоций, что может быть использовано при анализе ФС, его особенностей и механизмов формирования, в частности для выявления относительного преобладания моторных и идеаторных компонентов.

Информативные темпоральные параметры речи позволяют дифференцировать состояния утомления и эмоционального напряжения оператора, а также оценивать его функциональные возможности в процессе деятельности. С помощью параметров темпа речи можно определять периоды оптимальной работоспособности человека, а также влияние различных факторов, возникающих в про-

цессе деятельности. Метод, основанный на информативности темпоральных параметров речи, позволяет определять индивидуальную скорость подачи речевого материала для каждого оператора в зависимости от его функционального состояния.

При исследовании темпа речи как показателя состояния человека с учетом различных патологий авторы также проводили серию экспериментов. Целью данной серии экспериментов было выявление информативности параметров темпа речи при диагностике депрессивных состояний и разработка метода выявления ведущего типа депрессивного аффекта (тоска, тревога), моторных и идеатор-ных изменений у больных маниакально-депрессивным психозом.

Результаты экспериментов показали, что темпоральные характеристики речи при исследовании депрессивных патологических состояний позволяют осуществить дифференциальную диагностику ведущего типа депрессивного аффекта. Использование в клинике параметров темпа речи дает возможность оценивать влияние психотропных препаратов на ход лечения, определять период инверсии аффекта - применять в качестве индикатора состояния больного с целью коррекции лечебного процесса. С помощью характеристик темпа речи можно объективно и количественно регистрировать выраженность, структурные особенности и динамику депрессивных состояний больных маниакально-депрессивным психозом, а также оценивать влияние психотропных препаратов на инверсию аффекта и ее фиксацию.

Темпоральные характеристики речи могут эффективно использоваться для дифференциальной диагностики ведущего аффекта у депрессивных больных - объективно оценивать и дифференцировать идеаторные и моторные расстройства при аффективных нарушениях.

Сведения о механизмах генеза темпа речи, его связи с активирующими и инактивирующими структурами мозга, определяющими общее функциональное состояние человека, а также со специализированными системами, обеспечивающими успешность речевой функции, участие в проявлении данного феномена непроизвольных и произвольных компонентов, по мнению авторов, дают основание считать, что использование параметров темпа речи откроет возможность их применения для выявления функциональных

процессов (как в норме, так и при патологии) на различных уровнях иерархического строения психической деятельности мозга.

С целью распознавания эмоционального состояния человека-оператора с использованием параметров речевого сигнала исследователи провели эксперимент. Задачей исследования был поиск физических коррелятов эмоциональной окраски речи и разработка на их основе метода, позволяющего в реальном масштабе времени дифференцировать состояния покоя и эмоционального напряжения человека-оператора, а также оценивать психологический знак эмоций, возникающих у высокомотивированного оператора вследствие оценки им успешности или неуспешности своей деятельности.

Эксперименты были разделены на два этапа. На первом этапе с помощью актерской модели исследовались эмоционально обусловленные сдвиги речевых параметров, характерные для различной интесивности положительных («радость», «восторг») и отрицательных («тревога», «страх») эмоций, а также эмоционально окрашенного внимания оператора, работающего в недетерминированной системе управления.

На втором этапе проводилась проверка разработанного метода при исследовании эмоциональных состояний операторов, находящихся в реальной эмоционально напряженной обстановке.

В результате исследования речевого сигнала как источника информации об эмоциональном состоянии человека-оператора было показано, что информация об эмоциональной окраске речи сохраняется при существенной минимизации речевого сигнала. Были выявлены информативные акустические параметры главноударных гласных звуков речи, позволяющие дифференцировать состояния покоя (с учетом намеренных искажений темпа и уровня речи), эмоционально окрашенного внимания, положительных и отрицательных эмоций различной интенсивности.

Основными акустическими признаками, дифференцирующими состояния диктора, по данным исследователей, являются параметры интонационной кривой, к которым относятся средняя частота основного тона, дисперсия частоты основного тона, средние величины наклонов восходящей и нисходящей частей кривой, асимметрия интонационной кривой; кроме того, к таким признакам относятся средняя частота первой форманты речевого тракта, а также форма траектории этих параметров, длительность и мощ-

ность данной реализации гласного. Рассмотренный класс положительных и отрицательных эмоций характеризуется ростом значений частоты основного тона, ее дисперсии, частоты первой форманты тем большим, чем выше уровень эмоционального напряжения. Выразительность положительных эмоций увеличивается с ростом крутизны и длительности положительного наклона начальной части интонационной кривой. Выразительность отрицательных эмоций увеличивается с ростом крутизны и длительности отрицательного наклона конечной части интонационной кривой. Эмоционально окрашенное внимание характеризуется ростом величины частоты основного тона и частоты первой форманты при малом (в отличие от рассмотренных положительных и отрицательных эмоций) изменении уровня речи, низкой дисперсией частоты основного тона, а также уменьшением длительности гласных. Намеренные изменения темпа речи не приводят к сравнимым с эмоциональными сдвигами изменениям параметров интонационной кривой. Намеренное увеличение уровня громкости речи приводит к сравнимым с эмоциональными сдвигами изменениям частоты основного тона, частоты первой форманты и мощности тем большим, чем выше уровень речи, однако при этом дифференцируется от эмоций по низкой величине дисперсии частоты основного тона. Физические напряжения дикторов не вызывают изменений рассмотренных параметров речи, выходящих за рамки фоновых значений, что позволяет успешно дифференцировать эмоциональные и физические напряжения.

Глава третья посвящена исследованию фрактальных характеристик речевого сигнала при моделировании различных эмоциональных состояний.

Отмечается, что проблема определения эмоциональной компоненты функционального состояния человека на основе акустических характеристик речи представляет интерес как в теоретическом плане, так и для решения прикладных задач. Особое значение эта проблема приобретает при объективном определении состояния человека по звучанию его голоса в различных сферах деятельности, в частности в экстремальных условиях, когда говорящий находится вне пределов видимости.

Диагностика состояния человека по речевому сигналу часто осуществляется в условиях, когда такой сигнал является единст-

венным источником информации о состоянии человека, например по материалам радиооператоров со службами управления полетом, диспетчеров аэропорта, операторов подводных лодок и т.д. Во многих исследованиях показано, что эмоциональное состояние человека изменяет характеристики его голоса и речи.

Анализ эмоционального состояния говорящего базируется на двух составляющих звуковой речи: вербальной (лингвосемантиче-ской) и невербальной (пара- и экстралингвистической). В экстремальных ситуациях часто случается так, что ориентация на смысловую сторону сообщения при определении состояния говорящего затруднена, так как именно она в первую очередь страдает из-за разнообразных технических помех, возникающих в таких ситуациях. Сохранившаяся экстралингвистическая информация позволяет с большей степенью надежности установить пол и личность говорящего.

Выяснение принципиальной возможности надежного распознавания эмоционального контекста звуковой речи (видов эмоционального переживания человека по его голосу) имеет весьма существенное практическое значение. Особую ценность эти сведения имеют при оценке объективного состояния человека в экстремальных ситуациях, когда исключена возможность со стороны наблюдателя ориентироваться на вербальный компонент речевого сообщения в силу каких-либо технических помех или на другие характеристики поведения, такие как мимика, жестикуляция и т.д.

Глава четвертая посвящена полинформативности фрактальных характеристик речевого сигнала применительно к электрографическим и психофизиологическим показателям различных эмоциональных состояний.

Отмечается, что паралингвистические компоненты звучащей речи могут указывать ни состояние говорящего вне зависимости от семантической стороны сообщения. Известно, что, опираясь на невербальный компонент, слушатель иногда вносит существенные коррекции в смысл сообщения. Особенно ярко это проявляется в ситуации рассогласования вербального и невербального поведения в процессе общения. В этом случае, как правило, в большей степени оказывается доверие последнему.

В исследовании анализировалась нелинейная характеристика речевого сигнала - глобальная корреляционная размерность Б2,

которая отражает сложность сигнала в целом, степень его хаотичности. Авторы указывают, что методы нелинейной динамики в последнее время стали использовать для анализа различных физиологических сигналов (например, ЭКГ, ЭЭГ), поскольку предположение о квазипериодичности и стационарности является достаточно условным. Физиологические сигналы, такие как ЭКГ, ЭЭГ, а также речевой сигнал имеют случайную составляющую. Кроме того, отмечаются их фрактальные свойства. Все это позволяет применить методы нелинейного анализа, которые по временному ряду позволяют построить систему, имеющую топологические свойства исходной динамической системы. Имея возможность наблюдать за изменением только одной переменной, можно определить динамику состояния всей системы в целом.

В данной главе излагаются результаты исследования возможности верификации эмоционального состояния человека с помощью нелинейных характеристик речевого сигнала в модельных экспериментах и влияния психофизиологических особенностей человека на эти характеристики.

Пятая глава посвящена описанию взаимосвязи эмоциональных и когнитивных нарушений на примере лиц с наркологическими заболеваниями.

Авторы указывают, что на протяжении XX в. в области психологии, психопатологии, психофизиологии были предложены различные теории и модели, объясняющие поведение человека (как адаптивное, так и дезадаптивное, девиантное). В том числе было неоднократно доказано, что эмоциональные процессы, эмоциональная оценка ситуации и обстоятельств имеют огромное значение для восприятия человеком окружающего мира и выбора цели своего поведения. Все поведение человека строится с учетом эмоционального контекста ситуации, и даже когнитивные процессы не свободны от влияния эмоциональной составляющей. Тем не менее эмоции и интеллектуальная деятельность в большинстве эмпирических исследований рассматривались как две различные предметные области. По мнению исследователей, за отсутствием интегратив-ных концепций скрывается, скорее всего, сложность соединения в одной модели когнитивных составляющих, описываемых чаще в рамках компьютерной метафоры или символьного подхода как парадигмы когнитивной психологии, и эмоциональных состояний, в

свою очередь чаще рассматриваемых с психофизиологических позиций. При этом чаще приоритетным (по значимости для человека, для понимания его поведения и, соответственно, для изучения) объявлялось рациональное мышление.

На иных позициях стояли теоретики, сделавшие упор на изучение патологических состояний, например сторонники психоанализа, начиная с З. Фрейда, утверждавшие чрезвычайное и определяющее значение аффектов и влечений в качестве факторов поведения человека. Однако наличие подобных концепций не снимало противоречия между двумя областями психических проявлений (когнитивными и эмоциональными процессами), но порой только усиливало разрыв между строго научной, рациональной и герменевтической, «понимающей» психологией (с. 242). Исследователи отмечают, что для специалистов в области психического здоровья (психиатров, психотерапевтов, клинических психологов) значимость эмоциональных процессов всегда была и остается чрезвычайной, предопределяющей для понимания механизмов поведения человека. В последние годы можно заметить отчетливую тенденцию к созданию «интегративных моделей» (с. 242), соединяющих когнитивные и эмоциональные процессы.

Задача создания и обоснования интегративных концепций становится еще более актуальной при переходе в область патологических явлений. Психические расстройства пронизаны такого рода связями, и порой разделить собственно когнитивные процессы и эмоциональные, мотивационные не удается. Чем более поражен мозг (первично, изначально, или вторично, с ослаблением регуля-торного звена, способности к опосредованию и произвольности), чем менее дифференцированы психические процессы, тем в большей степени наблюдается взаимопроникновение когнитивных и эмоциональных процессов.

Современная психиатрия уверенно признает тот факт, что при чрезмерном и / или длительном воздействии стрессоров растет риск психических заболеваний, развиваются предболезненные, а затем и собственно патологические состояния: невротические, поведенческие, иные.

Указывается, что исследователи все чаще ссылаются на структурные изменения головного мозга, определяемые как «неврологические предпосылки» (с. 246) развития зависимостей. Осо-

бая роль отводится отделам лобной коры обоих полушарий как зоны мозга, отвечающей за высшие когнитивные функции, произвольный контроль влечений, поведения, за регуляцию своего состояния, принятие решения об отсрочке в удовлетворении желания, об опосредовании поведения социальными нормами и правилами. Этим отделам отводится особая роль также в планировании поведения и предвидении его результатов, частным аспектом чего является вероятность возникновения поведения, связанного с риском и опасностью. Доказано, что наибольшей опасности развития зависимости от алкоголя подвергаются, во-первых, лица, которым удается достичь желаемого эффекта (приятного состояния в виде расслабления или легкой эйфории), во-вторых, те, кто недооценивает опасность систематического приема, не задумывается о последствиях, склонен к рисковому поведению (с. 247).

Тема когнитивных дефицитов у лиц с наркотической зависимостью значительно менее представлена в литературе, но постепенно и эта клиническая группа стала привлекать внимание исследователей. Первые публикации по проблеме нарушений когнитивных функций у лиц, длительно употреблявших психоактивные вещества, стали появляться в 70-80-е годы XX в. Полученные данные уже свидетельствовали о наличии таких изменений. Например, были сделаны наблюдения в отношении низкой, в сравнении с нормой, вербальной беглости и способности к обучению у лиц, употреблявших опиаты, о значимом ухудшении выполнения пациентами с химическими зависимостями ряда нейропсихологических тестов. У зависимых от опиатов пациентов уже первые исследования выявили снижение показателей памяти и темпа психических процессов, при сохранности способности к абстрактному мышлению. Сходные данные о нарушениях когнитивных процессов в виде нарушений памяти, внимания были получены для лиц, систематически употребляющих кокаин.

Отмечается, что на протяжении периода изучения нарушений когнитивных процессов у наркологических больных исследователи предпринимали попытки создания некоей общей модели нарушений. В частности, была популярной гипотеза специфичности, предполагавшая, что имеются некие принципиальные различия у потребителей разных видов наркотических средств. С целью ее доказательства строились так называемые нейропсихологические

профили, получаемые путем сравнения данных по тестам у пациентов с зависимостями от разных типов веществ с выборкой психически здоровых испытуемых, а также клинических групп между собой.

На основе проведенных исследований авторы делают вывод о том, что с помощью речевого сигнала, рассматриваемого в качестве индикатора функционального состояния человека, можно осуществлять диагностику даже в таких условиях, когда речевой сигнал является единственным источником информации. При этом функциональное состояние понимается как интегральный динамический комплекс характеристик физиологических, психологических, поведенческих функций и качеств, которые обусловливают выполнение деятельности организма.

Результаты проведенного исследования, представленные в данной монографии, соотносятся с концепцией междисциплинар-ности при подходе к разработке комплексного «портрета» говорящего с учетом различных видов речевой деятельности и речевого поведения человека.

Однако, по мнению авторов, понятие междисциплинарности не совсем точно и полно соответствует природе тех процессов, которые присущи человеку, находящемуся в центре современных антро-поориентированных исследований. В этом случае, с их точки зрения, точнее было бы говорить о диффундирующем и конвергирующем характере процессов, обеспечивающих жизнедеятельность и функционирование Homo sapiens, что соотносится с междисциплинарно-конвергентным подходом к решению поставленных задач (с. 297).

Э.Б. Яковлева

2016.03.016. КЕРР Ф. ПЕРЕВОД И РОДНОЙ ЯЗЫК.

KERR Ph. Translation and own language activities. - Cambridge:

Cambridge univ. press, 2014. - 165 p.

Ключевые слова: перевод; родной язык; система родного языка; иностранный язык; английский язык; методы изучения языка; методика преподавания; изучение иностранного языка.

В реферируемой ниже работе Филипа Керра «Перевод и система родного языка» даются практические рекомендации и руководства по использованию знаний родного языка при изучении в