Генетические маркеры патогенности клинических штаммов условно-патогенных энтеробактерий и особенности ассоциируемых с ними острых кишечных инфекций у взрослых

ОРИГИНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Генетические маркеры патогенности клинических штаммов условно-патогенных энтеробактерий и особенности ассоциируемых с ними острых кишечных инфекций у взрослых

Р.Т. Мурзабаева, А.Р. Мавзютов, Д.Н. Дубровская, Д.А. Валишин

ФГБОУ ВО «Башкирский государственный медицинский университет» Минздрава России, Уфа

Среди возбудителей острых кишечных инфекций (ОКИ) остается значимой роль условно-патогенных энтеробактерий (УПЭ), что связывают с изменениями патогенного потенциала микроорганизмов, в том числе на генетическом уровне.

Цель работы - установить частоту встречаемости фрагментов генов островов патогенности E. coli (ФГОП) в составе геномов клинических штаммов УПЭ и показать наличие и характер взаимосвязей указанного признака с тяжестью течения и клиническими проявлениями ОКИ у взрослых.

Результаты. Обследованы 123 пациента с ОКИ, ассоциированных с УПЭ, проведено генетическое тестирование выделенных культур энтеробактерий. Показано, что при легких формах ОКИ чаще обнаруживались E. coli (80%, 8 штаммов), при среднетяжелых - K. pneumoniae (73,8%, 76 штаммов), а при тяжелых - Proteus spp. (60%, 6 штаммов). ФГОП выявлены у 49 из 123 клинических штаммов УПЭ (39,84%). При этом искомые генетические детерминанты патогенности обнаружены у клинических штаммов УПЭ при легких формах ОКИ в 8 из 10 случаев (80%, преимущественно у E. coli), при среднетяжелых - в 32 из 103 случаев (31,1%, преимущественно у K. pneumoniaе) и при тяжелых - в 9 из 10 случаев ОКИ (90%, чаще у Proteus spp.). Установлено статистически значимое сильное влияние всей совокупности ФГОП, обнаруженных у 49 изолятов УПЭ, на тяжесть заболевания (17%; n2=17,0%; F=12,0; р<0,001). Между частотой обнаружения фрагментов генов h1уА, hlyВ, hlyD у клинических штаммов УПЭ, уровнем лихорадки, продолжительностью боли в животе и величиной скорости оседания эритроцитов у больных ОКИ выявлены корреляционные взаимосвязи, что предполагает патогенность клинических штаммов УПЭ, несущих ФГОП, и их участие в развитии интоксикационного и диарейного синдромов.

Ключевые слова:

острые кишечные

инфекции,

Б^егоЬаЛепасеае,

острова

патогенности,

клинические

проявления

Genetic markers pathogenicity clinical strains of opportunistic enterobacteria and features associated to acute intestinal infections in adults

R.T. Murzabaeva, A.R. Mavzyutov, D.N. Dubrovskaya, D.A. Valishin

Bashkir State Medical University, Ufa

Among the causative agents of acute enteric infections (AEI) is a significant role of opportunistic Enterobacteriaceae, which is associated with changes in the pathogenic potential of microorganisms, including at the genetic level.

Аim - to set the frequency of occurrence of gene fragments islands of pathogenic Escherichia coli (PI) as part of the genomes of clinical strains of opportunistic enterobacteria and show the presence and the nature of the relationship with the specified tag and severity of clinical symptoms of acute intestinal infections in adults.

Keywords:

acute enteric infection, Enterobacteriaceae, pathogenicity island, clinical manifestations

Results. The study involved 123 patients with acute intestinal infections associated with opportunistic enterobacteria, conducted genetic testing strains of Enterobacteriaceae. It is shown that when lung forms of acute enteric infections often detected E. coli (80%, 8 strains), with moderate - Klebsiella pneumoniae (73.8%, 76 strains), while heavy - Proteus spp. (60%, 6 strains). Genes of PI detected in 49 of 123 clinical isolates of opportunistic enterobacteria (39.84%). At the same time the required genetic determinants of pathogenicity were detected in clinical strains of opportunistic enterobacteria in mild forms of the AEI in 8 out of 10 cases (80%, mainly E. coli), in moderate - in 32 of 103 cases (31.1%, preferably K. pneumoniae) and heavy - 9 out of 10 cases of acute intestinal infections (90% more likely to have Proteus spp.). It was found a statistically significant, strongly influenced by the totality genes of PI detected in 49 isolates of opportunistic enterobacteria, the severity of the disease (17%; n2=17.0%; F=12.0; p<0.001) between the frequency of detection of gene fragments hlyA, hlyB, hlyD in clinical strains of opportunistic enterobacteria, the level of fever, duration of abdominal pain and an erythrocyte sedimentation rate value in patients with acute enteric infection identified correlations, suggesting clinical pathogenicity strains opportunistic enterobacteria carrying genes of PI, and their participation in the development of toxic and diarrhea syndrome.

В последние годы повсеместно отмечается увеличение в структуре инфекционной заболеваемости удельного веса диарей [1], в этиологии которых явно превалируют условно-патогенные представители Enterobacteriaceae (УПЭ) [2]. Однако факт выделения УПЭ при ОКИ не является достаточным основанием для лабораторного подтверждения клинического диагноза, поскольку важной составляющей диагностического процесса становится оценка этиологической значимости выделенных микроорганизмов, основанная, в частности, на характеристике их патогенного потенциала [3]. Вышеприведенное, вместе с тем, не всегда обеспечивает надежные и воспроизводимые данные ввиду высокой вариабельности фенотипических признаков возбудителя, в особенности в условиях in vitro. В этой связи возрос интерес к исследованиям возможности оценки патогенности условно-патогенных микроорганизмов на молекулярно-генетическом уровне [4]. Определенные перспективы в этом направлении обозначились в связи с установлением феномена группирования ряда структурных и регуляторных генов, детерминирующих патогенность микроорганизмов, в мобильные кластеры («островки» и «острова» патогенности), способные к горизонтальному и вертикальному перемещению и встраиванию в определенные сайты бактериальной ДНК («горячие точки»). Полагают, что данный механизм изменения патогенности бактерий играет важную роль в формировании патогенных вариантов различных видов бактерий [5]. Фрагменты, гомологичные известным генам кластеров патогенности E. coli, были обнаружены в составе геномной ДНК представителей условно-патогенных Enterobacteriaceae, выделенных при острых кишечных инфекциях у детей и при сальмонеллезах у взрослых [3, 6]. Более того, относительно недавно у K. pneumoniae была обнаружена новая большая плазмида (hvKP), определяющая феномен гипервирулентности указанных микроорганизмов способность вызывать гнойные абсцессы в печени с неидентифицированными пока факторами патогенности [7].

Цель исследования - установить частоту встречаемости фрагментов генов «островов» патогенности E. coli

в составе геномов клинических штаммов УПЭ и показать наличие и характер взаимосвязей указанного признака с тяжестью течения и клиническими проявлениями острых кишечных инфекций у взрослых.

Материал и методы

Обследованы 123 взрослых больных ОКИ, от которых были выделены УПЭ. Материалом для исследования служили испражнения, рвотные массы и промывные воды желудка. Бактериологическое исследование клинического материала осуществляли общепринятыми методами с использованием отечественных питательных сред. Посевы инкубировали при 37 °С в течение 1 сут. Культуры дифференцировали по куль-туральным и тинкториальным признакам, идентифицировали биохимически с использованием сред Гисса, СИБ, ПБДЭ (Нижний Новгород), Enterotest («Chemapol», Чехия) и при помощи пакета программ API («BioMerioux», Франция).

Тотальную бактериальную ДНК выделяли из суточных агаровых культур с применением для выделения ДНК стандартных наборов «ДНК-сорб-АМ» («Интерлабсер-вис», Россия) генетические детерминанты, ассоциируемые с патогенностью E. ^li. Для амплификации использовали подобранные праймеры к ряду известных ФГОП E. coli, определяющие способность бактерий синтезировать гемолизины (hlyA, hlyB, hlyD), цитолетальный расширяющий токсин (cdtA и cdtB), адгезин-интимин (eae) и фактор пер-систенции (ivy):

cdtBF: CAGGGCTCAAATGCACCGACAGAAAATAAATG. cdtBR: TAACAACCCAAATAACAGCGAAGCCCTCAACA. eaeF: CCTGGTAGTCTTGTGCGCTTTGGCTTCC и eaeR: TAAACTATACTCCGATTCCTCTGGTGACGAT. hlyA F: GAAAGATCAGTCCTCATTACCCAGCAACA. hlyAR: AGCGGTCATTCCCATCATTTCCTTCTAT. hlyBF: ACGTCATGGTTGCTTGCTGCGAAATCTT. hlyBR: GGCACCCAACTCAACATCAATCCGACTT. hlyDF: TGGGGTTTCTGGTTATTGCTTTTATTTTATCTGTT. hlyDR: ACTGCTTCGACGTATTTATTCTCCTGCTCAA. ivyF :TGCAAAGGGCGAAACCACCAA. ivyR :GTCAACGCCGCGAACAACACC.

Таблица 1. Частота встречаемости при острой кишечной инфекции штаммов условно-патогенных энтеробактерий

в зависимости от вида возбудителя и степени тяжести острых кишечных инфекций

Клинические Частота выявления ФГОП у штаммов УПЭ Количество Частота

штаммы УПЭ с учетом степени тяжести ОКИ культур УПЭ, выделения

легкая среднетяжелая тяжелая всего культур УПЭ

K. pneumoniae 2

E. coli

P. mirabilis 0 5

P. vulgaris 0 4

Всего 10

Искомые ампликоны дифференцировали электрофоре-тически в 1% агарозном геле, визуализировали окрашиванием бромистым этидием и фотодокументировали системой Gel Camera System («UVP, Inc.», США). Статистическую обработку данных проводили с использованием программы Statistica для Windows (v. 5.11).

Результаты и обсуждение

Под наблюдением в клинической инфекционной больнице № 4 г. Уфы находились 123 пациента в возрасте от 18 до 50 лет с ОКИ, ассоциированными с УПЭ. Основным условием для включения пациентов в исследование было выделение у них клинических штаммов УПЭ в монокультуре: Proteus spp., Klebsiella spp. и E. coli. Из исследования были исключены больные, у которых высевались ассоциации УПЭ, а также Shigella spp. и Salmonella spp.

Диагноз устанавливали на основании клинико-эпидеми-ологических, бактериологических и серологических данных и во всех случаях лабораторно подтверждали культуральным методом. Клинически ОКИ протекали в виде гастроэнтерита (83%) и гастрита (17%). В 103 (83,7%) случаях регистрировалось среднетяжелое, в 10 (8,15%) легкое и в 10 (8,15%) тяжелое течение заболевания.

В результате культуральных исследований было выделено 123 клинических штамма УПЭ, среди них в 80 случаях идентифированы K. pneumoniae (65,0%), в 28 -E. coli (О144) (22,7%) и в 15 - Proteus spp.: P. mirabilis -10 (66,7%), P. vulgaris - 5 (33,3%). Распределение выделенных культур в зависимости от степени тяжести ОКИ, ассоциированных с ними, и вида возбудителя представлено в табл. 1.

При легкой форме заболевания в 8 случаях высевалась E. coli, в 2 - K. pneumoniae. При среднетяжелом течении ОКИ чаще выделялись K. pneumoniae - в 73,8% (76 штаммов), реже - E. coli. в 17,5% (18 штаммов), в единичных случаях P. vulgaris- в 8,7% (9 штаммов). При тяжелых формах ОКИ доминировали P. mirabilis - (6 штаммов), по 2 штамма (по 20%) K. pneumoniae и E. coli и только 1 штамм P. vulgaris.

ФГОП были обнаружены у 49 (39,84%) клинических штаммов УПЭ. При легкой форме ОКИ у 7 из 10 выделенных культур E. coli и у 1 из 2 штаммов K. pneumoniae (80%) выявлены искомые генетические детерминанты. Среди больных со среднетяжелой формой кишечной инфекции

у 32 из 103 исследуемых клинических культур УПЭ обнаруживались ФГОП (31,1%). Изоляты K. pneumoniae несли искомые генетические детерминанты в 17,5% случаев, E. coli и Proteus spp. - в 8,7 и 4,9% случаев соответственно. При тяжелом течении заболевания у выделенных штаммов УПЭ исследуемые ФГОП определялись с наибольшей частотой (90%).

По частоте обнаружения ФГОП в зависимости от вида выделенных штаммов УПЭ установлено, что с наибольшей частотой (в 10 из 15 культур) искомые генетические детерминанты несли Proteus spp. (66,7%), в 18 из 28 штаммов обнаружены E. coli (64,3%). Значительно реже обнаруживались ФГОП (в 21 из 80 изолятов) у K. pneumoniae (26,3%), что статистически значимо реже в сравнении с группой протея (р=0,003) и E. coli (р<0,001) (табл. 2).

С наибольшей частотой определялись ФГОП hlyA, hlyB и hlyD в совокупности (19,5%), при этом искомые ампликоны при использовании праймеров к hlyA обнаружены в 6,5% случаев, hlyB - в 7,3%, hlyD - в 5,7%. С меньшей частотой выявлялись ФГОП ivy - в 12,3% случаев, cdtB - в 4,1%, eae -в 4,1%. Проведенный частотный однофакторный дисперсионный анализ показал, что для всей совокупности УПЭ (n=123) сила влияния возбудителя на частоту выделения 6 видов ФГОП составила 15% (n2=15%; F=10,24; р=0,006), выявлена корреляционная зависимость средней силы (r=0,37; р=0,006).

С помощью дисперсионного анализа выявлены взаимосвязи между тяжестью течения заболевания и частотой выявления ФГОП у клинических штаммов различных видов УПЭ, выделенных у исследуемых пациентов (табл. 3).

У больных с тяжелой формой ОКИ, связанных с Proteus spp., несущих исследуемые ФГОП в геноме бактериальной клетки, в 66,7% случаев выявлены прямая корреляционная связь средней силы (r=0,37, р=0,046) и статистически значимое сильное влияние генетических детерминант па-тогенности, выявленных у данного возбудителя, на тяжесть заболевания (22%; n2=22%; F=17,4; р<0,001). В группе больных кишечной инфекцией, обусловленной K. pneumoniae, у которых ФГОП были обнаружены в 26,3% случаев, сила влияния возбудителя на степень тяжести заболевания была низкой и составила 1% (n2=1,0%; F=0,7; р>0,05). У пациентов ОКИ, вызванных E. coli, выявлены прямая, средней силы, статистически значимая корреляционная связь (r=0,46, р<0,001) и значительное, средней силы, влияние ФГОП, обнаруженных у 64,3% штаммов E. coli, на тяжесть течения заболевания (21,0%; n2=21,0%; F=16,9; р<0,001).

При изучении наличия взаимосвязей между частотой выявления ФГОП у клинических штаммов бактерий и тяжестью заболевания в целом, при статистическом анализе были выявлены прямая, средней силы, значимая корреляционная связь (r*=0,41, р<0,001) и статистически значимое сильное влияние всей совокупности ФГОП, обнаруженных у 49 изолятов УПЭ, вызвавших инфекцию у исследуемых пациентов, на тяжесть заболевания (17%; n2=17,0%; F=12,0; р<0,001).

Для изучения характера взаимосвязей между частотой обнаружения у штаммов УПЭ ФГОП, ассоциированных с патогенностью E. coli, и клиническими проявлениями ОКИ, исследуемые пациенты были разделены на 2 группы без учета степени тяжести ОКИ и вида возбудителя. В 1-ю группу были включены пациенты, от которых изолированы УПЭ, несущие генетические детерминанты па-тогенности cdtB, eae, ivy, hlyA, hlyВ, hlyD, и во 2-ю группу -больные, от которых были выделены штаммы бактерий, не содержавшие в геноме искомые ФГОП. Сравниваемые группы были сопоставимы по возрасту, срокам пребывания в стационаре и локализации воспалительного процесса в желудочно-кишечном тракте. В клинических

проявлениях заболевания в сравниваемых группах выявлены отличия (табл. 4).

В 1-й группе пациентов отмечались более продолжительная лихорадка (р<0,01) и проявления интоксикации. У данной группы больных симптомы гастроэнтерита были выражены и сохранялись более длительное время (продолжительность диареи - р<0,01; боль в животе - р<0,01; рвота - р<0,01).

Анализ периферической крови сравниваемых пациентов в динамике болезни показал, что количество лейкоцитов у больных 1-й группы при поступлении в стационар было достоверно выше, чем у пациентов 2-й группы ^<0,02), что позволяет предположить, что у них развивался более выраженный воспалительный процесс, по другим показателям крови статистически значимых различий не установлено.

В 1-й группе больных по отдельности выявлены статистически значимые корреляционные взаимосвязи (по критерию Спирмена и линейной регрессии) по следующим исследуемым признакам: между наличием гемолизинов hlyD и высокой лихорадкой, наличием hlyA и величиной скорости оседания эритроцитов (СОЭ), hlyB и продолжительностью болей в животе (табл. 5).

Таблица 2. Частота встречаемости фрагментов генов островов патогенности в зависимости от вида возбудителя острых кишечных инфекций

ВидУПЭ Частота встречаемости фрагментов генов Итого n2, F, p, r*

островов патогенности %

cdtB eae ivy hlyA hlyB hlyD

K. pneumoniae 0 0 12 3 3 3 21 8,9 4,24

(n=80) (26,3%) p=0,117

r*=0,30

p=0,006

E. coli (О144) 5 5 3 2 2 1 18 7,4 1,04

(n=28) (64,3%) p=0,896

r*=0,27

p=0,165

Proteus spp. 0 0 0 3 4 3 10 5,5 1,15

(n=15) (66,7%) p=0,674

r*=0,24

p=0,389

Всего 5 5 15 8 9 7 49 15,0 10,24

(n=123) (4,1%) (4,1%) (12,3%) (6,5%) (7,3%) (5,7%) (39,8%) p=0,006

r*=0,37

p<0,001

Примечание. Здесь и в табл. 3: ц2 - сила влияния фактора; Г - критерий Фишера; р - уровень значимости; г* - коэффициент канонической корреляции; УПЭ - условно-патогенные энтеробактерии.

Возбудитель | Степень тяжести Итого П2 F P r

легкая средняя тяжелая ФГОП

K. pneumoniae

E. coli

Proteus spp.

Всего

Таблица 3. Сила влияния условно-патогенных энтеробактерий на частоту выделения 6 видов фрагментов генов островов патогенности (ФГОП) у возбудителей при острых кишечных инфекциях

Таблица 4. Клиника острых кишечных инфекций в группах больных в зависимости от присутствия фрагментов генов островов патогенности в выделенных культурах условно-патогенных энтеробактерий

Показатель Средняя продолжительность симптомов, сут Р

1-я группа

Пребывание в стационаре 10,5±1,21 9,91±1,04 >0,5

Продолжительность лихорадки (38 °С и более) 1,96±0,12 1,45±0,10 <0,01

Длительность жидкого стула 3,69±0,37 2,22±0,21 <0,01

Длительность болевого синдрома 2,9±0,22 1,92±0,20 <0,01

Длительность рвоты 2,03±0,28 1,12±0,19 <0,01

Возраст средний, годы 28,1±0,28 27,9±0,31 >0,5

Показатели общего анализа крови при поступлении в стационар

СОЭ, мм/ч 11,8±1,21 10,2±1,1 >0,5

Лейкоциты, х109/л 9,2±0,56 7,43±0,46 <0,02

Эритроциты, х1012/л 4,02±0,58 4,06±0,58 >0,5

Гемоглобин, г/л 138,6±14,90 140,8±15,71 >0,5

Тромбоциты, х109/л 204,5±21,16 201,8±19,40 >0,5

Таблица 5. Корреляционные взаимосвязи между исследуемыми признаками в 1-й группе больных

Признак 1 Критерий Спирмена, уровень значимости 1

ivy hlyB р=-0,46; p<0,05

hlyD Высокая лихорадка р=0,35; p<0,05

hlyA Величина СОЭ г=0,19; р=0,035

hlyB Продолжительность боли r=0,20; р=0,026

eae Уровень лихорадки r=0,10; р=0,271

Патогенность, безусловно, представляет сложную совокупность признаков микроорганизмов, имеющих медицинское значение, и обусловливается их консолидированным эффектом [4, 8-10]. Это предопределило широкое применение понятия «фенотипы патогенности», например у E. coli, которые в настоящее время дифференцируют на энтеротоксигенные E. coli (ETEC), продуцирующие шига-токсины E. coli (STEC), энтероинвазивные E. coli (EIEC), энтеропатогенные E. coli (EPEC) и энтероаггрегативные E. coli (EAEC) [11]. Фенотипическая характеристика условно-патогенных бактерий достаточно давно и успешно используется для оценки их этиологической значимости и эпидемиологической расшифровки вспышек. Однако существует еще один важный аспект патогенности микроорганизмов, обусловленный их детерминированностью особыми мобильными элементами, называемыми острова или островки патогенности, и связанный с возможностью их горизонтального переноса [12].

Ранее было сформулировано предположение о том, что горизонтальный перенос генов островов патогенности может вносить весомый вклад в пластичность генома УПЭ, что определяет изменение их патогенного потенциала [5], однако эти исследования долгое время носили единичный характер и не привлекали внимания исследователей. Вместе с тем в последние 2-3 года появились работы, фактически подтверждающие это предположение. В частности аналогичный механизм, т.е. возможность так называемого латерального переноса генов, был показан и для грампо-ложительных бактерий [12], включая перенос генов между разными (S. aureus - S. epidermidis) и филогенетически достаточно удаленными видами (S. aureus - L. monocytogenes) [13]. Получены убедительные доказательства возможности

горизонтального переноса генов антибиотикорезистентно-сти между бактериями, в том числе во внешней среде [14].

В контексте вышеприведенных фактов - экспериментальное обнаружение ряда ФГОП E. coli (hlyA, hlyB и hlyD) у 24 клинических штаммов (19,5%) УПЭ, в частности K. pneumonia (7,3%) и Proteus spp. (8,1%), допускают их интерпретацию как подтверждение ранее опубликованных материалов.

Определенный интерес могут представлять клинико-лабораторные параллели между тяжестью течения ОКИ и частотой выявления ФГОП у УПЭ, обозначившиеся в данной работе, что предполагает возможность направленной детекции ряда генетических детерминант патогенности (hlyA, hlyB, hlyD cdtB, eae, ivy), ассоциируемых с патогенно-стью E. coli, для оценки этиологической значимости клинических штаммов УПЭ впоследствии.

Выводы

1. При ОКИ, ассоциированных УПЭ, от пациентов выделяются культуры K. pneumoniae (65%), E. coli (О144) (22,8%), Proteus spp. (12,2%) с рядом генетических детерминант, ассоциируемых с патогенностью E.coli (в 49 случаях из 123, 39,84%).

2. Частота выявления ФГОП, определяющих продукцию гемолизинов (hlyA, hlyB, hlyD), цитолетального токсина (cdtB), интимина (eae) и фактора персистенции (ivy), коррелирует с тяжестью течения заболевания (r=0,41, р<0,001).

3. Выявлены корреляционные взаимосвязи между частотой обнаружения ФГОП у клинических штаммов УПЭ и тяжестью течения инфекционного процесса при ОКИ.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

ФГБОУ ВО «Башкирский государственный медицинский университет» Минздрава России, Уфа: Мурзабаева Расима Тимеряровна - доктор медицинских наук, профессор кафедры инфекционных болезней Е-таН: rmurzabaeva@yandex.ru

Мавзютов Айрат Радикович - доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой фундаментальной и прикладной

микробиологии

E-maiL: ufaLab@maiL.ru

Дубровская Дина Наилевна - заочный аспирант кафедры инфекционных болезней E-maiL: dina_8383@maiL.ru

Валишин Дамир Асхатович - доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой инфекционных болезней E-maiL: damirvaL@yandex.ru

ЛИТЕРАТУРА

1. Farthing M., Salam M.A., Lindberg G. et al. Acute diarrhea in adults and children: a global perspective // J. Clin. Gastroenterol. 2013. № 47. P. 12-20.

2. Шайхиева Г.М., Ефимов Г.Е., Кайданек Т.В., Шагиева З.А. Эпидемиологическая характеристика вспышек острых кишечных инфекций на территории республики Башкортостан в 20072011 гг. // Бюлл. Вост.-Сиб. НЦ Сиб. Отд-я РАМН. 2014. № 1 (95). С. 94-101.

3. Мавзютов А.Р., Бондаренко В.М., Жеребцова Н.Ю., Валишин Д.А. Факторы патогенности оппортунистических энтеробактерий и их роль в развитии диареи // Журн. микробиол., эпидемиол. и иммунобиол. 2007. № 1. С. 89-96.

4. Бондаренко В.М. Генетические маркеры вирулентности условно патогенных бактерий // Журн. микробиол., эпидемиол. и иммунобиол. 2011. № 3. C. 94-99.

5. Мавзютов А.Р., Фиалкина С.В., Бондаренко В.М. «Острова» патогенности условно-патогенных энтеробактерий // Журн. микробиол., эпидемиол. и иммунобиол. 2002. № 6. С. 5-9.

6. Мавзютов А.Р., Мурзабаева Р.Т., Назмутдинова Р.Г., Мирсаяпова И.А. Генетические маркеры патогенности S. enteritidis, антибиотикоре-зистентность культур и клинические особенности заболевания // Клин. лаб. диагностика. 2012. № 3. С. 40-42.

REFERENCES

1. Farthing M., Salam M.A., Lindberg G., et al. Acute diarrhea in adults and children: a global perspective. J Clin Gastroenterol. 2013; (47): 12-20.

2. Shaykhieva G.M., Efimov G.E., Kaydanek T.V., Shagieva Z.A. Epidemiological characteristics of outbreaks of acute intestinal infections in Bashkortostan in 2007-2011. Byulleten' Vostochno-Sibirskogo nauch-nogo tsentra Sibirskogo otdeleniya Rossiyskoy Akademii meditsinskikh nauk [Bulletin of the East Siberian Scientific Center of the Siberian Branch of the Russian Academy of Medical Sciences]. 2014;

3. Mavzyutov A.R., Bondarenko V.M., Zherebtsova N.Yu., Valishin D.A. Pathogenicity factors of opportunistic enterobacteria and its role in development of diarrhea. Zhurnal mikrobiologii, epidemiologii i immunobiologii [Journal of Microbiology, Epidemiology and Immunobiology]. 2007;

7. Struve C., Roe C.C., Stegger M., Stahlhut S.G. et al. Mapping the evolution of hypervirulent Klebsiella pneumoniae // mBio. 2015. Vol. 6, N 4. P. e00630-15. doi:10.1128/mBio.00630-15.

8. Bondarenko V.M. Bacterial pathogenicity islands // WypH. MMKpo-6MO^., эпмflеммо^. u UMMyHo6uo.n. 2001. № 4. C. 67-74.

9. Cavalieri S.J., Bochach G.A., Snyder I.S. Escherichia coli alpha-hemolysin: characteristics and probable role in pathogenicity // Microbiol. Rev. 1984. Vol. 48. P. 326-343.

10. Hacker J., Kaper J. Pathogenicity islands and the evolution of microbes // Ann. Rev. Microbiol. 2000. Vol. 54. P. 641-679.

11. Jensen B.H., Olsen K.E.P., Struve C. et al. Epidemiology and clinical manifestations of enteroaggregative Escherichia coli // Clin. Microbiol. Rev. 2014. Vol. 27. № 3. P. 614-630.

12. Gyles C., Boerlin P. Horizontally transferred genetic elements and their role in pathogenesis of bacterial disease // Veterinary Pathology. 2014. Vol. 51. № 2. P. 328-340.

13. Winste V., Liang C., Sanchez-Carballo P. et al. Wall teichoic acid structure governs horizontal gene transfer between major bacterial pathogens // Nature Communications. 2013. doi: 10.1038/ncomms3345.

14. Wang Q., Mao D., Mu Q., Luo Y. Enhanced horizontal transfer of antibiotic resistance genes in freshwater microcosms induced by an ionic liquid // PLoS ONE. 2015: Vol. 10 (5): e0126784. doi:10.1371/journal.pone.0126784.

4. Bondarenko V.M. Genetic virulence markers of opportunistic bacteria. Zhurnal mikrobiologii, epidemiologii i immunobiologii [Journal of Microbiology, Epidemiology and Immunobiology]. 2011;

5. Mavzyutov A.R., Fialkina S.V., Bondarenko V.M. Pathogenicity islands opportunistic enterobacteria. Zhurnal mikrobiologii, epidemiologii i immunobiologii [Journal of Microbiology, Epidemiology and Immunobi-ology]. 2002;

6. Mavzyutov A.R., Murzabaeva R.T., Nazmutdinova R.G., Mirsayapova I.A. The genetic markers of pathogenicity of S. enteritidis, antibiotic resistance of cultures and clinical characteristics of disease. Klinicheskaya laboratornaya diagnostika [Russian Clinical Laboratory Diagnostics]. 2012;

7. Struve C., Roe C.C., Stegger M., Stahlhut S.G., et al. Mapping the evolution of hypervirulent Klebsiella pneumoniae. mBio. 2015; Vol. 6 (4): e00630-15. doi:10.1128/mBio.00630-15.

8. Bondarenko V.M. Bacterial pathogenicity islands. Zhurnal mikrobi-ologii, epidemiologii i immunobiologii [Journal of Microbiology, Epidemiology and Immunobiology]. 2001;

9. Cavalieri S.J., Bochach G.A., Snyder I.S. Escherichia coli alpha-he-molysin: characteristics and probable role in pathogenicity. Microbiol Rev. 1984; Vol. 48: 326-43.

10. Hacker J., Kaper J. Pathogenicity islands and the evolution of microbes // Ann. Rev. Microbiol. 2000; Vol. 54: 641-79.

11. Jensen B.H., Olsen K.E.P., Struve C., et al. Epidemiology and clinical manifestations of enteroaggregative Escherichia coli. Clin Microbiol Rev. 2014; Vol. 27 (3): 614-30.

12. Gyles C., Boerlin P. Horizontally transferred genetic elements and their role in pathogenesis of bacterial disease. Veterinary Pathology. 2014; Vol. 51 (2): 328-40.

13. Winste V., Liang C., Sanchez-Carballo P., et al. Wall teichoic acid structure governs horizontal gene transfer between major bacterial pathogens. Nature Communications. 2013. doi: 10.1038/ncomms 3345.

14. Wang Q., Mao D., Mu Q., Luo Y. Enhanced horizontal transfer of antibiotic resistance genes in freshwater microcosms induced by an ionic liquid. PLoS ONE. 2015; Vol. 10 (5): e0126784. doi:10.1371/journal. pone.0126784.