«Большинство занимается в студии, чтобы чувствовать себя уверенней в жизни»

Народный артист России Константин Хабенский с 2010 года открывает в российских городах детские студии творческого развития. Они уже появились в Воронеже, Казани, Санкт-Петербурге, Новосибирске. На Урале в этот список попали Нижний Тагил и Екатеринбург — город, в котором появилась первая студия. Куратор студии творческого развития Константина Хабенского в Екатеринбурге Виталий Краев рассказал о том, кого она воспитывает и дал оценку театральному образованию в Свердловской области.

— Какую цель ставит перед собой студия творческого развития Константина Хабенского?

— Развить творческий потенциал. У нас бесплатно занимается около ста ребят. Все приходят по желанию. Актеры, которые приезжают сюда на гастроли, с большим удовольствием приходят в гости к студийцам. Было уже много встреч — с Гошей Куценко, Михаилом Ефремовым, Дмитрием Певцовым, Евгением Мироновым, где звезды обменивались опытом с ребятами. Тех, кто собираются стать актерами, в старшей группе всего два человека из пятнадцати. Но никто не гарантирует, что по окончании учебы они станут великими артистами — такую задачу студия перед собой не ставит, эту задачу студийцы должны решить сами. Большинство занимается в студии, чтобы чувствовать себя уверенней в жизни. Научиться правильно говорить, уметь танцевать, хорошо владеть телом, по мере возможности научиться петь, и накопить необходимый уровень артистизма для жизненного общения.

— Какую помощь региональные власти оказывают студии?

— Была встреча губернатора Свердловской области Евгения Куйвашева и Константина Хабенского. Глава региона пообещал оказать поддержку студии. Она заключается в предоставлении отдельных помещений для занятий. Но пока это дело будущего. Найти такие помещения задача непростая.

— Как оценивается уровень театрального образования в Свердловской области?

— По моей субъективной оценке — выше среднего. Понятие «высшее театральное образование» достаточно сложное в силу того, что в творческом плане нет той единицы, по которой бы измерялось, как подготовлен человек. Токарь может показать мастерство за какое-то количество времени и выточить точно деталь. Что касается творчества — это, к сожалению, в массе своей „нравится — не нравится”. Единиц исчисления умения играть на сцене не может быть. Кому-то кажется, что это суперартист, супермузыкант, а кому-то кажется, что ему поучиться бы еще лет двадцать. И даже то, что наши творческие единицы, которые здесь воспитываются — и в консерватории, и в театральном институте, и в художественном училище, — не становятся такими звездами, как московские — это не значит, что они подготовлены хуже. Выступают они порой лучше столичных артистов. Но некоторые, закончив здесь обучение, едут искать счастья в Москву. Там больше возможностей, больше шансов, что тебя заметят. А кто-то остается здесь, и ему удается заявить о себе, как о большом художнике. Это штука непредсказуемая.

— Выделяется ли екатеринбургская театральная школа среди других городов?

— Я не замечал, бывая на фестивалях, что есть, допустим, саратовская школа, нижегородская театральная школа или ярославская. Все это основывается на системе Станиславского, на канонах театрального искусства, плюс личный опыт мастера курса. В Москве еще можно отличить щукинскую школу от школы МХАТа, но такая оценка, это, скорее, прерогатива критиков. Мне кажется, что главное здесь, увидеть потенциал в человеке и затем дать будущему актеру, режиссеру, драматургу, крепкую основу профессии. А если учесть, что многие наши выпускники служат в московских театрах, являются ведущими артистами в театрах страны, труппы екатеринбургских театров состоят из выпускников нашего института, снимаются в кино и сериалах, а значит, востребованы, как мастера, то можно с уверенностью сказать, что такую основу здесь дают.