Молчание Кремля

Молчание Кремля

       Беспримерное наступление на Кремль, предпринятое Думой на прошлой неделе, к изумлению депутатов, не встретило никакого отпора. А все потому, что Дума сейчас нужна Кремлю как никогда — ему нечего противопоставить резко усилившемуся Совету федерации.

       На прошлой неделе депутаты были потрясены собственной смелостью. За несколько июньских дней Дума воплотила в жизнь практически все антипрезидентские замыслы, которые созрели в недрах как нынешнего, так и предыдущего состава палаты, а также в Верховном совете РСФСР.
       Атаки такой силы и такой интенсивности со стороны парламента не было со времен съездов народных депутатов. Дума, привыкшая к тому, что на каждую ее недружественную акцию в отношении исполнительной власти администрация президента отвечает быстро и жестко, с нетерпением ждала ответа Кремля. А его все не было.
       
Храбрые депутаты
       Начать с того, что Дума фактически начала процедуру импичмента. Вопрос о создании комиссии будет внесен в повестку дня пленарного заседания 19 июня. Не дожидаясь формального решения, оппозиционные фракции уже начали ее формировать.
       На этом фоне не потерялись и две заведомо антипрезидентские законодательные инициативы. 10 июня Дума приняла закон "О непрерывном исполнении полномочий президента Российской Федерации", легитимизирующий комиссию по медицинскому освидетельствованию главы государства. На следующий день депутаты внесли поправку в закон "О выборах президента", согласно которой лицо, занимающее президентский пост дважды, не может быть зарегистрировано кандидатом на пост главы государства. На сладкое Дума приняла откровенно ерническое постановление, в котором предложила ВГТРК показывать все выступления Бориса Ельцина в полном объеме.
       Кремль реагировал на депутатскую активность по меньшей мере вяло. "Единственная мера, которую мы можем принимать в связи с этим,— острая критика и полемика с Госдумой по выдвигаемым обвинениям",— заявил руководитель управления по работе с Думой администрации президента Андрей Логинов.
       Откровенное нежелание Кремля идти на конфронтацию повлияло на настроение депутатов: воодушевление сменилось растерянностью. "Они что думают, что мы тут шутим, что мы до конца не пойдем?" — недоумевал координатор фракции КПРФ Сергей Решульский.
       Лояльные властям депутаты объясняли спокойствие Кремля заведомой безрезультативностью всех антиельцинских инициатив: импичмент, скорее всего, застопорится еще на уровне Думы; юридическая несостоятельность закона о медкомиссии была очевидна даже автору этой идеи, экс-депутату ВС РСФСР, а ныне начальнику правового управления Думы Владимиру Исакову, подготовившему на него разгромное заключение; запрет избираться в третий раз по сути не имеет никакого отношения к Ельцину, поскольку Конституционный суд не решил, какой именно срок он сейчас работает.
       Однако молчание Кремля, судя по всему, обусловлено не только неэффективностью думских начинаний. Похоже, что Кремль подыгрывает депутатам, поощряя их пыл.
       Дело в том, что Дума сейчас крайне необходима Кремлю — как противовес все более выходящим из-под контроля центра региональным лидерам.
       
Хитрые сенаторы
       В 1996 году Кремль выстроил сбалансированную модель взаимоотношений с Федеральным собранием: оппозиционной Думе противостояли Совет федерации и администрация президента. Распределение ролей в треугольнике Охотный ряд — Большая Дмитровка — Кремль в идеале выглядело следующим образом. Дума принимает законы и ведет политическую борьбу с исполнительной властью, Совет федерации отделяет хорошие законы от плохих и оказывает давление на нижнюю палату. Кремль, таким образом, имеет возможность блокировать любые неприятные законодательные инициативы.
       На первых порах схема работала практически без сбоев. Сотрудники администрации готовили к каждой сессии Совета федерации списки законов, рекомендуемых к принятию и к отклонению. Как правило, итоги голосования совпадали с предложениями администрации. Политическое крещение сенат прошел в марте 1996 года, когда Дума "денонсировала" Беловежские соглашения. Совет федерации тут же осудил действия депутатов. В ходе президентской кампании 88 из 89 глав регионов выступили на стороне Ельцина.
       Система стала барахлить после того, как назначенных Москвой глав администраций сменили избранные губернаторы. "Вне зависимости от того, под какими лозунгами шли они на выборы, вне зависимости от того, старый это губернатор или новый, но в 1997 году на Большую Дмитровку пришли другие люди. Психологически другие",— считает сотрудник территориального управления президентской администрации. По его словам, главы регионов, пройдя через выборы, сразу же стали готовиться к следующим. "Многие проельцинские лидеры проиграли потому, что слишком активно поддерживали Кремль и недостаточно активно выбивали у Москвы деньги,— сказал чиновник.— Новые губернаторы это учли".
       Первый ощутимый сбой схема дала в начале зимы 1997 года. 12 февраля Совет федерации обсуждал бюджет-97. Часть сенаторов уже склонялась к тому, чтобы провалить бюджет, но положение спас замминистра финансов Владимир Петров, заявивший, что пока они не проголосуют за бюджет 1997 года, в счет трансфертов не будет отпущено ни рубля. "Если вы проголосуете против бюджета, то весь Минфин будет занят разработкой нового,— объяснил Петров.— И тут уж нам будет не до ваших проблем". Оторопевшие сенаторы единогласно проголосовали "за".
       Дальше — больше. Сенаторы стали подыгрывать Кремлю только в обмен на уступки. Наиболее показательна история с законом о налоге на покупку валюты. Проект поступил в Совет федерации в июле 1997 года и был провален. Члены СФ мотивировали это тем, что налог направлен "против беднейших слоев населения". Закон был принят лишь после того, как Кремль согласился на то, чтобы оставить в регионах часть налога.
       "Именно после того случая нам стало ясно, что сенат больше не будет законодательным фильтром между Кремлем и Думой",— сказал корреспонденту Ъ эксперт администрации.
       Политическая неблагонадежность Совета федерации стала очевидна во время утверждения Сергея Кириенко в должности премьера. Сенаторы активно участвовали в торговле вокруг назначения Кириенко, хотя не имели никаких конституционных полномочий на участие в этой процедуре. При этом ряд членов верхней палаты, формально выступая на стороне Ельцина, исподволь добивались того, чтобы Дума сопротивлялась как можно дольше. "Противостояние Охотного ряда и Кремля дало Строеву возможность попытаться выступить в роли арбитра",— прокомментировал Ъ поведение палаты сотрудник аппарата Совета федерации.
       
Хладнокровные чиновники
       Потеря контроля над Советом федерации пугала администрацию президента уже тем, что для воздействия на верхнюю палату нет по-настоящему эффективных рычагов. Распустить его нельзя, снять с должности губернаторов — тоже.
       Но и Совет федерации не может взять под контроль весь законодательный процесс, поскольку не имеет права законодательной инициативы. Сенату нужна своя Дума.
       "Губернаторы очень заинтересованы в избрании подконтрольной Думы следующего созыва,— заявил Ъ сотрудник аппарата верхней палаты.— Именно поэтому главы (так на Большой Дмитровке называют губернаторов.— Ъ) поддержали появившуюся прошлой осенью на Старой площади идею о переходе на мажоритарную систему".
       Реформа действительно была бы в интересах верхней палаты. По расчетам экспертов из Центра прикладных избирательных технологий, число "независимых" депутатов (выдвиженцев губернаторов) составило бы до 40% от списочного состава нижней палаты. Партии, контролирующие нынешнюю Думу, были бы оттеснены на обочину политического и законодательного процесса.
       Отказ Кремля от этой идеи заставил сенаторов задуматься о своем партийном списке. По утверждению источника Ъ в аппарате Совета федерации, на Большой Дмитровке прорабатывается вопрос о создании избирательного блока на основе губернаторских партий (по подсчетам сотрудников исполкома НДР, подобные образования созданы более чем в 30 регионах). Инициаторы проекта уже начали зондаж общественного мнения. Например, лидер близкой к верхней палате депутатской группы "Российские регионы" Олег Морозов заявил недавно: "На следующие выборы в новую Думу мы пойдем с программой, нацеленной на формирование мощной центристской фракции, которая будет выражать интересы регионов — эта идея уже получила поддержку некоторых руководителей регионов".
       Создание губернаторского блока не только подорвет позиции федеральных партий, но и поставит Кремль перед угрозой того, что на смену разобщенным нижней и верхней палате придет единое Федеральное собрание, которое с легкостью будет преодолевать вето президента и принимать выгодные для себя законы.
       Чтобы избежать подобного развития ситуации, Кремлю необходимо перессорить между собой губернаторов и дать усилиться партиям, которые даже в нынешнем состоянии являются серьезной угрозой для "глав". По мнению экспертов Совета федерации, "примерно в половине регионов депутаты Госдумы от партий являются лидерами 'контрэлиты', которая противостоит губернаторам. При поддержке из центра именно они могут стать наиболее серьезными противниками глав администраций".
       Именно поэтому начало процедуры импичмента, которая не может быть доведена до логического завершения, но вместе с тем принесет дополнительные очки партиям, которые в этом участвуют, не вызвало ответной реакции Кремля. Тем более что помимо долгосрочных выгод, импичмент (незавершенный, естественно) заставит губернаторов, до сих пор использующих лояльную по отношению к президенту риторику, лишний раз присягнуть на верность Кремлю. "Пусть они ругают популярную идею, симпатий избирателей им это не прибавит,— съязвил в беседе с корреспондентом Ъ сотрудник администрации президента.— А с Думой мы всегда успеем разобраться".
       
АЛЕКСАНДР ТРИФОНОВ
       
       Лояльные властям депутаты объясняют спокойствие Кремля заведомой безрезультативностью всех антиельцинских инициатив. Но, похоже, дело в другом: Кремль подыгрывает депутатам