Биоэтический нарратив в современном теологическом дискурсе (на примере технологии суррогатного материнства)

УДК 614.253

Л. Е. Андреева*

БИОЭТИЧЕСКИЙ НАРРАТИВ В СОВРЕМЕННОМ ТЕОЛОГИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ

Статья посвящена сравнительному анализу позиций по биоэтике представителей различных христианских конфессий. Автор анализируется реакцию богословов на применение технологии суррогатного материнства. В статье приводится теологическая аргументация против широкого применения данной технологии. Отмечается, что применение технологии суррогатного материнства не соответствует библейским и святоотеческим принципам жизни, и противоречит основным принципам социального и догматического церковного учения. Обращаясь к опыту инославных, отмечается, что католическая церковь еще в самом начале распространения суррогатных технологий вынесла определения, запрещающие данные технологии. В основе всех аргументов против суррогатного материнства лежит христианское понимание человека как богоподобного создания, созданного для совершенства в вечном бытии. В тоже время, инославные не отказывают детям, родившимся от суррогатных матерей, в крещении, тогда как РПЦ в крещении отказывает.

Ключевые слова: суррогатное материнство, личность, жизнь, материнство, семья, ответственность

А. Е. Andreeva Bioethical narrative in contemporary theological discourse

The article is devoted to the comparative analysis of positions on bioethics representatives of various Christian denominations. The author analyzes the reaction of theologians on the use of technology surrogacy. The article provides a theological argument against the widespread use of this technology. It's noted, that the use of surrogacy technology does not meet the biblical and patristic principles of life, and contrary to the basic principles of social and dogmatic church teachings. Referring, that the Catholic Church at the beginning of the surrogate technology ordered of prohibiting these technologies. All theological arguments against surrogacy founded at the Christian understanding of man as a god-like creation, created to perfection in the eternal life. At the same time, Catholics and Protestants not deny children, born to surrogate mothers, in baptism, while the Russian Orthodox Church denies them in baptism.

Key words: surrogate motherhood, identity, life, motherhood, family, responsibility

* Лариса Евгеньевна Андреева — аспирант, Российский государственный педагогический университет им. А. С. Герцена, Andreeva.Larisa@mail.ru.

Ни мифологический, ни теологический дискурсы никогда не обделяли вниманием тему появления на свет человека. В античной мифологии можно встретить большое количество мифов, где так или иначе затрагивается тема зачатия и рождения богов или человека. Современные религии пытаются найти теологическое толкование данному процессу и с позиций соответствующих религиозных традиций ответить на вопрос о том когда, происходит рождение одухотворенной личности, в момент зачатия или в момент рождения? Не лишена данная проблема и внимания экуменического сообщества, поскольку проблемы биоэтики в силу их особой актуальности часто становятся предметом обсуждения на различных экуменических форумах [9, с. 183]. Преподавание в средней школе — в том или ином формате — основ религиозной культуры [1, с. 92] актуализирует данную проблему в формате педагогического дискурса.

Возможности современной медицины в сфере репродукции людей могут вселять в человека надежду на всемогущество науки или одновременно пугать слобоизучен-ностью их результатов, рождая различные мифы о младенцах рожденных с помощью ЭКО и суррогатного материнства. Отношение к подобным явлениям может служить индикатором научного и мифологического восприятия действительности.

Любое научное открытие носит амбивалентный характер. Наглядно демонстрирует этот характер новая биологическая технология оплодотворения «in vitro». Впервые проведенная в 1977 г. британскими биологами Р. Эдварсом и П. Стептой операция по оплодотворению «in vitro» открыла эпоху вспомогательных репродуктивных технологий [11, с. 7]. Теперь стало возможным экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО), оно, в свою очередь, породило такое явление, как суррогатное материнство. С одной стороны, это открытие дает возможность решить большое количество задач в селекции животных, преодолеть бесплодие у человека, но с другой стороны — рождает большое количество соблазнов использовать эту технологию для получения химер, конструирования новых «хороших» организмов, включая человека. Такое положение дел, безусловно, вызывает огромные опасения за будущее людей и требует глубокого осмысления, чтобы сформировать ответственное отношение человека, прежде всего, к самому себе, чтобы не превратиться в андроидов, созданных для выполнения определенных функций, или не стать объектом купли-продажи, утратив свою индивидуальность.

Одним из социальных институтов, который активно призывает осмыслить свои действия и принимать взвешенные решения, является Церковь. «Развитие биомедицинских технологий значительно опережает осмысление возможных духовно-нравственных и социальных последствий их бесконтрольного применения, что не может не вызывать у Церкви глубокой пастырской озабоченности», отмечено в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви» [7].

Исходя из этого, нам представляется интересным рассмотреть теологическую аргументацию представителей различных богословских традиций, при помощи которой обосновывается ограничение использования суррогатного материнства, а также проследить тенденции изменения общественного мнения, происходящее под влиянием

Вначале, обратимся^ к истории данного вопроса. Появление технологий, связанных непосредственно с возможностью внедрения эмбриона в генетически чужой организм, восходит к 70-м гг. XX в. Первый ребенок, зачатый в пробирке, родился 25 июля 1978 г. в городке Оулдем в Англии, это было первое применение методики экстракорпорального оплодотворения (ЭКО), но вынашивала ребенка его биологиче-

ская мать. Первый в мире ребенок по программе полного суррогатного материнства родился в Энн Арбор (Мичиган) в США в апреле 1986 г. [8, с. 19].

Ватикан отреагировал мгновенно. В 1980 г. издается Инструкция о крещении («Instruction on infant baptism») [см. 14]. В этой инструкции разъясняется необходимость крестить всех детей. В 1987 году выходит следующий документ — «Donum vitae», в котором говорится об уважении к рождающейся человеческой личности [см. 15], а в 1995 г. 11-я энциклика папы Римского Иоанна Павла II «Evangelium vitae» (Послание о ценности и нерушимости человеческой жизни) [см. 16]. Ватикан выступил категорически против суррогатного материнства, искусственного оплодотворения, и призвал всех врачей-католиков воздержаться от исследований в этой области.

Католический мир услышал данный призыв, во многих странах Европы законы полностью запрещают или значительно ограничивают использования методик ЭКО и суррогатного материнства. Так, например, суррогатное материнство на коммерческой основе запрещено в Испании. Полный запрет существует во Франции и Италии, а также во многих протестанских странах введены существенные ограничения на использование суррогатного материнства, таких как Нидерланды, Норвегия, Швейцария, Финляндия и полный запрет коммерческого суррогатного материнства в Германии [8, с. 23].

В России в 1993 г. был создан первый центр репродуктивной медицины в рамках совместного проекта НИИ акушерства и гинекологии имени Д. О. Отта (Санкт-Петербург) и Чикагского института репродуктивной генетики. А в 1995 г. родились первые дети «из пробирки» уже в России.

В 2000 г. Архиерейский Собор Русской Православной Церкви утвердил «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», излагающие базовые положения ее учения по вопросам церковно-государственных отношений и по ряду современных общественно значимых проблем, в том числе в параграфе XII, изложено отношение РПЦ к проблемам биоэтики:

Формулируя свое отношение к широко обсуждаемым в современном мире проблемам биоэтики, в первую очередь к тем из них, которые связаны с непосредственным воздействием на человека, Церковь исходит из основанных на Божественном Откровении представлений о жизни как бесценном даре Божием, о неотъемлемой свободе и богоподобном достоинстве человеческой личности, призванной «к почести вышнего званияБожия во Христе Иисусе» (Флп 3: 14), к достижению совершенства Небесного Отца (Мф 5: 48) и к обожению, то есть причастию Божеского естества (2 Пет 1: 4) [7, гл. XII].

В конце 2013 г. в России разразился новый скандал вокруг суррогатного материнства, спровоцированный публичным заявлением знаменитостей, изъявивших о своем желании крестить детей, рожденных с помощью суррогатной матери. Разрешением этого скандала стало утверждение в декабре 2013 г. на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви документа «О крещении младенцев, родившихся при помощи “суррогатной матери”», где разъяснено мнение РПЦ по данному вопросу [см. 5].

Что же объединяет сторонников суррогатного материнства, на какой аргумент они чаще всего ссылаются для оправдания использования данной технологии? Это Библейская притча об Агари, ее называют первой суррогатной матерью, описанной в Библии.

Здесь необходимо дать четкое определение термина «суррогатная мать». Первое такое определение появилось в Совете Европы в 1989 г., где суррогатная мать определялась как женщина, которая вынашивает и рожает ребенка для другого человека [8, с. 24]. Для такого понимания, вышеприведенный аргумент возможен, но современное

определение может иметь существенное отличие. Суррогатное материнство — вид вспомогательных репродуктивных технологий, основанных на экстракорпоральном оплодотворении (ЭКО), то есть зачатие вне тела генетической матери и последующий перенос оплодотворенной яйцеклетки в тело другой женщины.

Суррогатное материнство представляет собой вынашивание и рождение ребенка (в том числе преждевременные роды) по договору, заключаемому между суррогатной матерью (женщиной, вынашивающей плод после переноса донорского эмбриона) и потенциальными родителями, чьи половые клетки использовались для оплодотворения, либо одинокой женщиной, для которых вынашивание и рождение ребенка невозможно по медицинским показаниям [13, ст. 55, п.9].

Ветхозаветная история повествует об отношениях, в которые были вовлечены три человека — один мужчина и две женщины. Это полигамия, а не на суррогатное материнство. В технологии с использованием суррогатной матери есть не только вторая женщина, но и процесс оплодотворения «in vitro» с последующим переносом генетического материала и консервацией лишних эмбрионов. Поэтому данный аргумент из уст верующих не должен звучать как некое разрешение со стороны Библии.

На наш взгляд, суррогатное материнство явление сложное, которое затрагивает большое количество аспектов человеческого бытия: «жизнь — личность», «материнство — семья», «желание — возможность».

Проанализируем первый аспект «жизнь — личность». Жизнь — это бесценный Божий дар. Один из постулатов христианской этики гласит, что Богу принадлежит абсолютная власть над всем бытием человека, от зачатия до смерти и рождения в новую жизнь [3, с. 26]. Личностные достоинства человека даруются Богом, а не формируются физиологическим процессом, считает православный богослов Брек. «Зачатие и рождение совершаются не без Промысла Божия; то и другое есть Божие дело, Божий дар», — говорит святитель Филарет [12, с. 147].

Особое отношение к моменту зачатия в христианстве подтверждают давние литургические традиции. Например, утверждение таких праздников, как Зачатие праведною Анною Пресвятой Богородицы (22 декабря), Зачатие честного, славного Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна (6 октября) или Благовещение Пресвятой Богородицы (7 апреля). Рождается ли в момент зачатия личность или нет?

Ответ на этот вопрос открывает или закрывает путь к технологии манипулирования с эмбрионами. Говоря богословским языком, в какой момент совокупность клеток перестает быть биоматериалом и становится одухотворенной личностью? На данный момент и у ученых и у теологов нет однозначного ответа на этот вопрос, а между тем в зависимости от того, как мы на него отвечаем, многое может измениться. Существуют два мнения, в основу которых положены исследования эмбриологов. Первое мнение, которого придерживается РПЦ и консервативный католицизм, что дух уже присутствует при слиянии (синергии) яйцеклетки и сперматозоида. Второе мнение, что одушевленным надо считать многоклеточный эмбрион с того момента, как он приобрел нервную трубку и имплантировался в стенку матки, т. е. спустя 14 дней после оплодотворения.

Определение «начала жизни» порождает проблемы как этического, так и юридического характера. Во-первых, если принять первую точку зрения, то любое манипулирование с эмбрионом после 48 часов его существования, есть манипуляции с человеком, нарушающие права человека на жизнь. Проведение ЭКО с последующей консервацией «лишних» эмбрионов может приводить к страданию живого существа.

Все-таки большинство богословов «дают» 48 часов на проведение процедуры ЭКО, и относят это к строго лечебным технологиям. «Тот, кто будет человеком, уже человек», приводит цитату Тертуллиана РПЦ в «Основах социальной концепции» [7, гл. XII]. Допускают проведение процедуры ЭКО Римско-Католическая Церковь, ислам, с существенной оговоркой о невозможности использования суррогатной матери. К допустимым средствам медицинской помощи может быть отнесено искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений.

С определением личностных прав ребенка тесно связан следующий аспект — взаимосвязь «материнство — семья».

Позиция Церкви в том, что рождение ребенка это чудо, где нет места третьей стороне. «Пусть этот человек еще не оформился, но это уже человек с бессмертной душой. И он продолжает жить в вечности», — отмечает епископ Орехово-Зуевский Пантелеймон. У этого человека есть право находиться в своей семье, общаться со своими родителями, узнавать мир его родителей, а не быть в семье чужой «тети»-сурмамы. «Беременная женщина, размалывающая зерна, учит неродившегося», говорит старинная поговорка.

Церковь отмечает особую роль женщины. Тело человека — это храм Святого Духа (1 Кор 6: 19), а женщина это место рождения нового человека [6, с. 3]. Суррогатное материнство предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейся между матерью и младенцем уже во время беременности. Ребенок в чреве, несомненно, чувствует, несомненно, реагирует на внешние раздражители. Подтверждая этот факт, богословы цитируют Евангелие от Луки: «Когда Елисавета услышала приветствие Марии, взыграл младенец во чреве ее» (Лук 1: 41-44). Иоанн Предтеча, который находился во чреве святой праведной Елизаветы, взыграл, когда к нему приблизилась Дева Мария, во чреве которой был Господь.

Использование технологии суррогатного материнства порождает проблему с определением материнства. Кто является матерью данному ребенку? Это вопрос как юридического, так духовно-нравственного плана. Нельзя считать суррогатную мать только «инкубатором», где развивается ребенок. РПЦ напоминает несколько мест из Святого Писания:

Псалмопевец описывает развитие плода в материнской утробе как творческий акт Бога: «Тыустроил внутренности мои и соткалменя во чреве матери моей <...> Не сокрыты были от Тебя кости мои, когда я созидаем был в тайне, образуем был во глубине утробы. Зародыш мой видели очи Твои” (Пс 138:13,15-16). О том же свидетельствует Иов в словах, обращенных к Богу: “Твоируки трудились надо мною и образовали всего меня кругом <...> Не Ты ли вылил меня, как молоко, и, как творог, сгустил меня, кожею и плотью одел меня, костями и жилами скрепил меня, жизнь и милость даровал мне, и попечение Твое хранило дух мой <...> Ты вывел меня из чрева» (Иов 10: 8-12,18). «Я образовал тебя во чреве <...> и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя» (Иер 1: 5-6), — сказал Господь пророку Иеремии [7, гл. XII].

Следующий момент в определении смысла семейных отношений.

С богословской точки зрения брак имеет сакраментальный смысл: «союз жертвенной любви, заключенный Христом с Его Телом-Церковью. Православие видит в браке союз во Христе и со Христом» [3, с. 288]. Семья в православии как «домашняя церковь», «которую образуют любящие друг друга мужчина и женщина, соединенные в браке и устремленные ко Христу» [12, с. 43]. «Брак — просвещение и, одновремен-

но, — тайна. В нем происходит преображение человека, расширение его личности. Человек обретает новое зрение, новое ощущение жизни, рождается в мир в новой полноте» [4, с. 291].

В молитвах чина венчания Православная Церковь выражает веру в то, что чадородие есть желанный плод законного супружества, но вместе с тем не единственная его цель. Наряду с «плодом чрева на пользу» супругам испрашиваются дары непреходящей взаимной любви, целомудрия, «единомыслия душ и телес». Поэтому пути к деторождению, не согласные с замыслом Творца жизни, Церковь не может считать нравственно оправданными [7, гл. XII. 4]. Конечная цель супружеских отношений — не деторождение, не личная самореализация, но обоюдное спасение. Брак приготовляет вечное общение с Богом — на этом основан еще один из постулатов христианской этики. Протестантский священник Д. Барнетт, рассуждая о сути семейного союза, говорит о том, что «Бог сотворил мужчину и женщину для того, чтобы они соответствовали друг другу» (1 Кор 11: 11-12), Бог создал женщину помощником мужчине [2, с. 75] на пути к Богу, как к конечной цели бытия. Подчеркивает, что наличие детей есть не последняя цель супружества. Бездетные семьи должны задуматься над этим. Цитируя Библию — «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (Быт 1: 27), — богословы обращают наше внимание на то, что значит «по образу и подобию», «мы должны стремиться к обожению, то есть к причастию Божественного естества». «Тайна счастья хрсти-анских супругов заключается в совместном исполнении воли Божией, соединяющей их души между собой и со Христом» [4, с. 292]. Мы должны стремиться распознать волю Божию и одновременно подчинить ей свою волю и поведение. Отсюда втекает третий аспект проблемы «желанье — возможность».

Желание иметь детей и современные возможности медицины, являются ли они «промыслом Божьим» или это «Божье попущение». Есть то, что Господь желает, а есть то, что Он терпит. «Он же, обратившись, сказал Петру: отойди от Меня, сатана! Ты Мне соблазн! Потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое» (Мф 16: 23). Очень трудно бывает сделать выбор между смирением со своей болезнью и желанием использовать любые методы лечения, чтобы преодолеть бесплодие. Когда человек делает этот выбор, Церковь призывает верующих прийти и посоветоваться со священником, а государство принимать более продуманные законы в такой важной сфере человеческого бытия.

Кроме того, обоснованными кажутся опасения Церкви связанные с возможным использованием донорских половых клеток в качестве помощи при реализации «репродуктивных прав» одиноких мужчин, а также лиц с так называемой нестандартной сексуальной ориентацией. Это лишает будущего ребенка права иметь мать и отца. «Какая польза человеку, если он приобретает весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою» (Мф 16: 26).

Также есть и частные мнения отдельных православных священников на проблему суррогатного материнства, высказываемые ими в многочисленных публикациях в журналах «Нескучный сад», «Московская патриархия», «Фома», на форумах в сети Интернет. Интересные суждения высказывают Епископ Орехово-Зуевский Пантелеймон, протоиерей Димитрий Смирнов, протодиакон Андрей Кураев. Они остались за пределами нашего исследования.

В итоге на сегодняшний день официальные представители всех христианских богословских традиций высказали свое мнение по поводу использования технологии

суррогатного материнства. Эти позиции очень близки в теологическом отношении. В основе всех аргументов против суррогатного материнства лежит христианское понимание человека как богоподобного создания, созданного для совершенства в вечном бытии. Тело понимается как Храм Божий, поэтому каждый человек должен заботиться о своем здоровье, должен стремиться к совершенству, «обожению». В этом человек становится «соработником» Бога. «Тела наши суть храм живущего в вас Святого Духа, которого имеете вы от Бога» (1 Кор 6: 19-20) Но в этой работе человек должен быть помощником Бога, а не брать на себя его функции. В отношении крещения младенцев мнения православных и католиков диаметрально противоположны. Католики и протестанты настаивают на обязательном крещении всех, уповая на Бога и крестных родителей в деле христианского воспитания детей. Православные отказывают в этом, пытаясь «воспитать» согрешивших родителей [5].

ЛИТЕРАТУРА

1. Барабанов В. В., Григоренко А. Ю. К вопросу о преподавании «основ религиозных культур и светской этики» в школах // Universum: Вестник Герценовского университета. — 2013 — №2.— С. 92-102.

2. Барнетт Д. Радость семьи, живущей Словом. — М., 2006.

3. Брек И. Священный дар жизни. — М., 2004.

4. Настольная книга священнослужителя. — М., 1983. — Т. 4.

5. О крещении младенцев, родившихся при помощи «суррогатной матери» // URL: http:// www.patriarchia.ru/ db/text/3481024.html.

6. О чадородии: Православный сборник статей / Сост. к. ф. н., иерей Ю. Г. Камишин. — Армавир, 2006.

7. Основы социальной концепции Русской Православной Церкви // URL: http://www. patriarchia.ru/ db/text/419128.html.

8. Пестрикова А. А. Суррогатное материнство в России. — Самара, 2008.

9. Прилуцкий А. М. Влияние экуменических организаций на религиозную ситуацию в северо-западном регионе // Регионология. — 2008. — № 62. — С. 181-190.

10. Свитнев К. Н. Вспомогательные репродуктивные технологии: Правовые коллизии // Правовые вопросы в здравоохранении. — 2011. — № 5. — С. 52-59.

11. Свитнев К. В. Суррогатное материнство: история и современность // Медицинская газета. 6 сентября 2006. — № 67. — С. 7.

12. Семейные ценности православия (методика и технология) / Колл. мон. под ред. Г. И. Кли-мантовой. — М., 2006.

13. Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЭ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями). — М., 2012.

14. Instruction on infant baptism // URL: http://www.vatican.va/roman_curia/congregations/ cfaith/documents/rc_con_cfaith_doc_19801020_pastoralis_actio_en.html.

15. Instruction on respect for human life in its origin and on the dignity of procreation replies to certain questions of the day // URL: http://www.vatican.va/roman_curia/congregations/cfaith/ documents/rc_con_cfaith_doc_19870222_respect-for-human-life_en.html.

16. «Evangelium vitae» To the Bishops Priests and Deacons Men and Women religious lay Faithful and all People of Good Will on the Value and Inviolability of Human Life / / URL: http://www.vatican.va/ holy_father/john_paul_ii/ encyclicals/documents/hf_jp-ii_enc_25031995_evangelium-vitae_en.html.