ОСОБЕННОСТИ НОРМАТИВНОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ УПРОЩЁННЫХ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ПРОЦЕДУР (ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ)

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2024. Т. 21, № 1. С. 86-95.

УДК 343.1

DOI 10.24147/1990-5173.2024.21(1).86-95

ОСОБЕННОСТИ НОРМАТИВНОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ УПРОЩЁННЫХ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ПРОЦЕДУР

А. В. Боярская

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского, г. Омск, Россия

Введение. Объектом рассмотрения автора выступают упрощённые уголовно-процессуальные процедуры, предусмотренные гл. 40, 40.1, 32.1 Уголовно-процессуального кодекса (УПК) РФ. В качестве предмета изучения берутся положения уголовно-процессуального закона и закреплённые в них нормы права, устанавливающие соответствующие процессуальные формы. Цель. Целью статьи является выявление и анализ специфики норм гл. 40 УПК РФ, регламентирующих особый порядок судебного разбирательства, взятого в ранге «эталонного» упрощённого судебного производства. Методология. Заявленный объект и предмет исследования рассматриваются автором с использованием метода анализа, синтеза, формально-юридического, системно-структурного и сравнительно-правового методов научного познания. Результаты. Обозначены и проанализированы особенности нормативной регламентации особого порядка судебного разбирательства при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением, выявлены и раскрыты свойства и системные связи норм гл. 40 УПК РФ в целях установления видовых характеристик отдельных упрощённых уголовно-процессуальных процедур в рамках их классификации на первичные и производные. Заключение. Цель, поставленная в работе, была достигнута: рассмотрена и раскрыта проблематика специфики нормативной регламентации особого порядка принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением как «эталонного» упрощённого судебного производства первичного характера.

Ключевые слова: дифференциация уголовного судопроизводства; особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением; особый порядок судебного разбирательства при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве; сокращённое дознание.

1. Введение

В качестве объекта исследования автора выступает система упрощённых уголовно-процессуальных процедур, включающая в себя особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением, особый порядок судебного разбирательства при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, а также сокращённое дознание. Предметом изучения являются положения уголовно-процессуального закона и закреплённые в них правовые нормы, регламентирующие указанные выше процедуры и предусмотренные гл. 40, 40.1 и 32.1 Уголовно-процессуального кодекса (далее - УПК) РФ. При этом в данной работе особое внимание будет уделено методологическим основаниям изучения нормативной регламентации упрощённых уголовно-процессуальных процедур в

целом и нормам, закрепляющим процессуальную форму особого порядка судебного разбирательства при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением.

В своём рассуждении мы исходим из того, что уголовно-процессуальный закон является сложным, его «пронизывают множество альтернативных норм, отсылающих к другим статьям УПК РФ, что в целом негативно сказывается на правоприменительной деятельности. При этом логическая структура уголовно-процессуальной нормы может и не совпадать с её формой словесного выражения. ... Структурные элементы уголовно-процессуальной нормы разбросаны по разным статья УПК РФ.» [1, с. 37]. Нормы уголовно-процессуального закона дают нам «комплекс самых разнообразных, часто разрозненных, знаний» [2, с. 207], в том числе относящихся к упрощённым процедурам.

Уточняя характеристики объекта изучения, укажем, что каждая упрощённая процедура представляет собой сложносоставное образование, включающее в себя досудебную и судебную части.

Система упрощённых процедур формировалась в течение достаточно длительного времени и является неоднородной. В её рамках, исходя из особенностей нормативной регламентации, особый порядок судебного разбирательства при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением может рассматриваться как «эталонное», первичное упрощённое судебное производство.

Процессуальные формы, предусмотренные гл. 40.1 и 32.1 УПК РФ, могут классифицироваться как производные, вторичные по отношению к нему. Они появились позднее, нормативная регламентация характерного для данных процедур судебного производства основывается на положениях гл. 40 УПК РФ.

2. Методология

Указанная выше классификация упрощённых процедур уже была представлена автором в других научных работах [3, с. 150— 151]. В рамках данного исследования мы собираемся более подробно рассмотреть её отражение в нормативных предписаниях анализируемых глав УПК РФ. Автором будут выявлены, а затем в очередной статье экстраполированы на иные упрощённые процедуры особенности норм уголовно-процессуального закона, определяющих процессуальную форму особого порядка судебного разбирательства (гл. 40 УПК РФ), взятого в ранге «эталонного» первичного производства.

Упрощённые процедуры представляют собой результат дифференциации уголовного судопроизводства. В свою очередь, дифференциация уголовного процесса, помимо иных аспектов своего понимания1 [4, с. 6-7], может рассматриваться как механизм преобразования процессуальной формы, осуществляемый определёнными способами. И эти способы должны иметь нормативную природу.

В общем виде норма права определяется в качестве «исходящего от государства и охраняемого им общеобязательного (общего) правила поведения, которое предоставляет участникам общественного отношения данного вида юридические права и налагает на

них юридические обязанности» [5, с. 31-32]. Правовые нормы имеют различное назначение и содержание, они могут быть подразделены на виды по разнообразным основаниям [6].

Сформулируем тезис, что способы осуществления дифференциации уголовного судопроизводства также могут различаться в зависимости от того, нормы какой типологической группы в конкретном случае затрагиваются и каковы системные связи между ними. Обозначенные системные (иначе -функциональные) связи нами будут рассматриваться как с позиций системы права, так и с учётом системы законодательства [7, с. 63]. Поясним изложенное.

По верному указанию С. В. Бошно, «норма права не существует изолированно как самодостаточное правило... Нередко для реализации одной правовой нормы необходимо исследовать все её отношения в системе права» [8, с. 51]. При этом, с точки зрения Д. П. Великого, для систематического толкования уголовно-процессуальных норм важно устанавливать также их соотношение с нормами той же статьи, главы, выявлять и учитывать их принадлежность к различным частям УПК РФ [9].

Для того чтобы обрисовать функциональные связи между уголовно-процессуальными нормами, задающими процессуальную форму упрощённых процедур, перечисленных выше, обратимся к проблематике видов правовых норм.

Профессор В. П. Божьев указывает, что далеко не каждая уголовно-процессуальная норма заключает в себе правило поведения, так как есть нормы, не содержащие в себе «ни дозволений, ни запретов, ни управомо-чивающих моментов» [10, с. 36]. Свою позицию автор обосновывает, ссылаясь на положения теории права. Так, с точки зрения С. С. Алексеева, можно выделить регулятивные и охранительные нормы, а также специализированные нормы. Последние, не являясь самостоятельной основой для возникновения правоотношений, при их регламентации «присоединяются к регулятивным и охранительным предписаниям, образуя в сочетании с ними единый регулятор» [5, с. 71].

Дифференцируя специализированные нормы по функциональному критерию, С. С. Алексеев подразделяет их на общие,

дефинитивные, декларативные, оперативные и коллизионные. Для данной работы имеют значение прежде всего общие специализированные нормы, которые представляют собой предписания, «направленные на фиксирование в обобщённом виде определённых элементов регулируемых отношений» [5, с. 71], а также регулятивные нормы, хотя для уголовно-процессуального права, по верному указанию таких авторов, как Л. В. Цитович, А. Б. Никишов, характерны и охранительные нормы [1, с. 35].

Также для нас будет значима классификация уголовно-процессуальных норм на общие и специальные по признаку объёма (сферы) их действия.

С точки зрения С. С. Алексеева, «общими называются юридические нормы, которые распространяются на род данных отношений в целом, а специальными - нормы, действующие только в пределах отдельного вида отношений. . В качестве особой разновидности норм, различаемых по сфере действия, могут быть выделены исключительные нормы, т. е. нормы, устанавливающие иной порядок, нежели общие и специальные нормы» [11, с. 248].

И в данной связи, как верно рассуждает Д. П. Великий, сложность систематического толкования уголовно-процессуальных норм состоит в том, что легальные определения того, что представляют собой общие и специальные нормы, не предусмотрены в каком-либо законе, поэтому теоретики и практики исходят из научного понимания данных категорий [9]. Кроме того, понятия общих и специальных норм относительны, одна и та же отдельно взятая норма может являться общей по отношению к одной группе норм и специальной по отношению к другой [9].

В отношении исключительных норм А. Ф. Черданцев поясняет, что они могут также содержать дополнения к общим и специальным нормам, которые устанавливают изъятие из первых [7, с. 74]. При этом «признак изъятия, ограничения сферы действия общих норм является общим для специальных и исключительных норм. Различие же состоит в том, что исключительные нормы, делая изъятие из других норм, регламентируют отношения существенно иным образом, иногда противоположным» [12, с. 173-174].

Такой автор, как И. Н. Сенякин, указывает, что помимо специальных исключительных норм, устанавливающих особые правила поведения для определённой категории лиц для чрезвычайных обстоятельств и конкретного региона, существуют также нормы изъятия, закрепляющие исключения из общего правила [13, с. 12-13]. Сходных воззрений по поводу исключительных норм придерживается А. Э. Арзуманян .

Заострим внимание на том, что в науке является дискуссионным вопрос о соотношении исключительных норм с исключениями в праве, или нормами-исключениями. С точки зрения С. Ю. Суменкова, развивающего в своей работе положения, высказанные И. Н. Сеняки-ным, «регулятивные нормы стратифицируются на нормы-правила и нормы-исключения»3. Общие нормы устанавливают генеральные и единые для всех правила, что порождает появление специальных по отношению к ним норм. Такие нормы могут содержать как правила, так и исключения. Исключения возможны как из общих, так и из специальных пра-вил4. Кроме того, с точки зрения данного автора, исключительные нормы и нормы-исключения соотносятся между собой как часть (исключительные нормы) и целое (нормы-исключения).

В таком свете «исключительная норма -это разновидность норм-исключений, направленная на урегулирование экстраординарной ситуации, облекаемая в соответствующую терминологию и находящая внешнее проявление в отдельном правовом предписании»5. Соответствующий подход мы и возьмём в качестве базового для данного исследования.

На основании сказанного выше можно заключить, что в правовом регулировании упрощённых уголовно-процессуальных процедур задействованы как общие, так и специальные нормы, нормы регулятивные и специализированные.

Как верно указывает А. С. Бахта, «функциональная специализация уголовно-процессуальных норм приводит к тому, что в системе этой отрасли права появляются нормы, призванные определить общее правовое положение тех или иных субъектов уголовно-процессуальной деятельности, дать общее определение тем или иным понятиям и терминам, указать на общий, единый и обяза-

тельный порядок ведения производства по уголовным делам и т. д. [14, с. 83]. При этом положения гл. 40, 40.1, 32.1 УПК РФ являются специальными и в основном регулятивными. В своей существенной части это нормы-исключения, в отдельных случаях - исключительные нормы. Рассмотрим их, учитывая, что для системного толкования положений гл. 40, 40.1 и 32.1 УПК РФ должны применяться выработанные наукой общие правила разрешения конкуренции норм разных видов [7, с. 72-75; 9].

3. Особенности нормативной регламентации особого порядка принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением как «эталонного» судебного производства

С нашей точки зрения, гл. 40 УПК РФ состоит из норм-исключений, устанавливаемых по отношению к целому комплексу предписаний уголовно-процессуального закона. Нормы-исключения могут быть разными по своему содержанию. Они могут как ограничивать, так и дополнять положения общего либо специального характера, применительно к которым установлены6.

Авторами, исследующими проблематику упрощённых производств, уже отмечалось достаточно сложное соотношение положений гл. 40 УПК РФ с принципами уголовного процесса, общими условиями предварительного расследования и судебного разбиратель-ства7. При этом в рамках данной работы нас интересует соотношение норм-исключений, закреплённых в гл. 40 УПК РФ, с общими специализированными нормами и специальными нормами более общего характера.

Для рассмотрения соответствующей проблематики обратимся к позиции И. А. Муравьева. С точки зрения данного автора, законодательные исключения могут подразделяться на виды по различным основаниям. По степени определённости технико-юридической конструкции они дифференцируются на абсолютно определённые, содержащие конкретные параметры, удаляемые из основного правила; неопределённые, в которых отсутствуют чёткие указания относительно пределов изъятий; относительно определённые - исключения, которые обозначают допустимый объём изъятий. По методу законодательной фиксации различаются простые

и отсылочные исключения. По направленности действия И. А. Муравьевым выделяются: однонаправленные исключения - это изъятия из общенормативных правил; встречные исключения, т. е. изъятия из ранее сделанного исключения . Автор указывает, что «порой в одном акте переплетается несколько видов исключений. Тем самым формируется особое правовое состояние, при котором возможно дополнение исключений (суммирование или добавление исключений), ограничение исключений (исключение исключений)»9.

Спроецируем сказанное на содержание гл. 40 УПК РФ, учитывая то обстоятельство, что содержащиеся в ней нормы могут взаимодействовать не только с предписаниями уголовно-процессуального закона, упомянутыми напрямую в нормах-исключениях отсылочного характера, но и с иными нормами УПК РФ в силу существующих между ними системных связей.

Положения ст. 314, 315 УПК РФ определяют характеристики процессуальных форм, присущих именно особому порядку судебного разбирательства при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением. Речь идёт о порядке заявления ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке.

Также в соответствующих статьях установлены основания и условия постановления приговора с применением анализируемой упрощённой процедуры, дополняемые положениями ч. 7 ст. 316 УПК РФ и уточняемые разъяснениями, содержащимися в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 г. № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел». Как указывалось в иных работах автора данной статьи, за счёт соответствующих предписаний предмет доказывания, характерный для рассматриваемого судебного производства, дополняется уголовно-процессуальным компонентом .

Можно заключить, что положения ст. 314, 315 УПК РФ носят дополняющий по отношению к предписаниям уголовно-процессуального закона, регламентирующим общий порядок производства по уголовному делу, характер. Они моделируют юридические конструкции оснований и условий постановления приговора с применением про-

цессуальной формы, предусмотренной гл. 40 УПК РФ, предмета доказывания в рамках данного судебного производства, а также переходной процедуры к соответствующему дифференцированному порядку.

При этом дополняющее свойство соответствующих предписаний не исключает возможных противоречий между ними и положениями УПК РФ, относящимися к стадиям предварительного расследования и подготовки к судебному заседанию, с которыми они имеют системные связи в силу того, что процессуальная форма заявления ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке является факультативной составляющей соответствующих элементов динамической структуры уголовного судопроизводства. Отсюда возникают вопросы об оптимальном периоде для заявления соответствующего ходатайства [15] и о противоречиях между положениями гл. 40 и 32 УПК РФ в данном вопросе. Так, Н. В. Редькиным отмечается, что редакция ст. 314 и 315 УПК РФ в части заявления обвиняемым ходатайства об особом порядке применительно к тем случаям, когда предварительное расследование производится в форме дознания, является несовершенной, ведь при дознании лицо, в отношении которого ведётся уголовное преследование, приобретает статус обвиняемого только после вынесения обвинительного акта11.

Кроме того, поскольку в п. 3 ч. 2 ст. 314, а также в ч. 3, 6 ст. 316 УПК РФ говорится о частном обвинителе, достаточно сложные функциональные связи выстраиваются между положениями гл. 40 и 41 УПК РФ. Отдельную проблему, разрешённую в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 г. № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел», составляет момент заявления ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке при производстве по уголовным делам частного обвинения.

С положениями ст. 316 УПК РФ ситуация несколько иная. В основном они регламентируют вопросы об изъятиях из общего порядка производства по уголовному делу. Согласно ч. 1 ст. 316 УПК РФ, базовыми нормами, задающими процедуру исследуемо-

го судебного производства, являются нормативные предписания, содержащиеся в гл. 35, 36, 38 и 39 УПК РФ. При этом указанные главы применяются с учётом особенностей, которые прописаны в ст. 316 УПК РФ.

Вопреки сказанному, в ч. 5 анализируемой нормы говорится, что, хотя в рамках данной процедуры судья не проводит в общем порядке исследование и оценку доказательств, собранных по уголовному делу, им могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Как видим, перед нами явное противоречие: нормы гл. 37 УПК РФ по идее не должны быть применимы к особому порядку судебного разбирательства. Однако потребность в их реализации существует, так как судебное следствие в рамках рассматриваемой суммарной процедуры хоть и в ограниченных пределах, но всё-таки допускается. Отмеченный изъян уголовно-процессуального закона привёл к тому, что в первые годы после вступления в силу УПК РФ ряд моментов, касающихся доказывания в рамках соответствующей процедуры, рассматривались как проблемные: обсуждались вопросы о возможно стях собирания и проверки доказательств в рамках данного производства, в отношении оценки доказательств дискуссионным выступал вопрос о том, осуществляется она здесь или нет. Активно обсуждалась проблематика предмета доказывания в рамках соответствующей процедуры12.

Используя методологические основания, изложенные выше, обозначим системные связи между ч. 1 ст. 316 УПК РФ и положениям ч. 2-10 соответствующей нормы.

Полагаем, ч. 1 ст. 316 УПК РФ выступает как общая специализированная норма, представляющая собой связку между положениями гл. 35, 36, 38 и 39 УПК РФ, регламентирующими порядок проведения судебного разбирательства в общем порядке, и нормами гл. 40 УПК РФ. Она содержит два исключения. Первое является абсолютно определённым, однонаправленным и предполагает отказ от применения при реализации особого порядка судебного разбирательства положений гл. 37 УПК РФ. Сформулировано оно нетипичным для исключения образом.

Как указывает И. А. Муравьев, «техника законодательной фиксации исключений весьма многообразна. В качестве лексических операторов, позволяющих обнаружить законодательные исключения, используются формулировки: "в исключительных случаях", "за исключением", "кроме", "помимо", "не распространяется", "не учитывается", "не применяется", "без кого или чего-либо", "вместо", "наряду"» . В рассматриваемой ситуации изъятие изложено в виде утверждения о том, какие главы УПК РФ должны применяться. Вывод о неиспользуемом компоненте формулируется «от противного».

Второе исключение носит относительно определённый характер и предполагает недостаточно чётко конкретизированный круг изъятий из положений перечисленных глав УПК РФ, обусловленных требованиями ст. 316 УПК РФ.

Значение ч. 1 ст. 316 УПК РФ как связки между положениями гл. 35, 36, 38 и 39 УПК РФ и нормами ч. 2-10 ст. 316 УПК РФ свидетельствует только об одном: положения ч. 1 ст. 316 УК РФ должны суммироваться с иными предписаниями соответствующей статьи, дополнять их содержание. Нормы ч. 2-10 ст. 316 УПК РФ носят регулятивный характер и не должны выходить за пределы положений ч. 1 данной статьи.

Однако ч. 5 ст. 316 УПК РФ содержит законодательное исключение относительно определённого однонаправленного характера по отношению к положениям ст. 73, 85, 87, 88 УПК РФ, т. е. по отношению к нормам общего специализированного характера максимальной степени обобщения, содержащимся в ч. 1 УПК РФ.

Перед нами коллизия, т. е. противоречие [13, с. 16] между двумя нормами-исключениями с разными характеристиками. Впоследствии данная коллизия была разрешена разъяснениями п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 г. № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел». По верному указанию А. С. Бахты, к числу способов разрешения коллизий традиционно относятся судебные толкования, позволяющие устранить коллизионность норм, актов, процедур, хотя само противоречие в нормах всё-таки остаётся [16, с. 94].

В итоге в ч. 5 ст. 316 УПК РФ содержится законодательное исключение, частично отменяющее первое исключение из ч. 1 ст. 316 УПК РФ и уточняющее содержание второго. В данной связи можно согласиться с высказыванием В. Н. Григорьева, И. А. Зин-ченко: «Нормы уголовно-процессуального права (в отличие от материально-правовых норм) многовариантны - неоднозначны по содержанию и форме. Они порой не поддаются восприятию с позиций традиционных подходов» [17].

Содержание положений ч. 5 ст. 316 УПК РФ может быть раскрыто только посредством определения пределов устанавливаемых ею изъятий по отношению к положениям ст. 73, 85, 87, 88 УПК РФ. Однако, являясь общими специализированными нормами, они нуждаются в конкретизации за счёт предписаний гл. 37 УПК РФ, уточняющих процесс осуществления доказывания на этапе судебного разбирательства, а те, в свою очередь, имеют тесные функциональные связи с нормами гл. 35 УПК РФ, а также целым комплексом уголовно-процессуальных норм из раздела II УПК РФ.

Можно выделить системные связи ч. 1 и 5 ст. 316 УПК РФ и с иными нормами уголовно-процессуального закона. Например, Н. П. Дубовик отмечает, что «содержащаяся в части 1 статьи 316 УПК РФ формулировка "без проведения судебного разбирательства" противоречит пунктам 50, 51 статьи 5 УПК РФ, в которых изложены основные понятия, используемые в Уголовно-процессуальном кодексе»14.

Применительно к ч. 5 нормы высказывается позиция о её взаимодействии с общими условиями судебного разбирательства, например, в виде отказа от непосредственности и устности разбирательства [18, с. 21].

В п. 11.4 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ уточняется, что рассмотрение уголовного дела в особом порядке не освобождает суд от обязанности исследовать вопросы, касающиеся гражданского иска, и принять по нему решение. Вопросы, указанные в п. 10.1-12 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, в приговоре или постановлении о прекращении уголовного дела (ч. 9.1 ст. 316 УПК РФ) разрешаются судом с учётом положений ч. 5 ст. 316 УПК РФ на основании ма-

териалов уголовного дела с указанием мотивов принятого решения. При необходимости в целях уточнения обстоятельств, значимых для разрешения указанных вопросов, суд оглашает имеющиеся в деле и дополнительно представленные сторонами материалы. То есть соответствующим разъяснением раскрываются системные связи ч. 5 ст. 316 УПК РФ с п. 10.1-12 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, а также нормами, регламентирующими институт гражданского иска в уголовном судопроизводстве.

Положения ч. 2 ст. 316 УПК РФ содержат исключение, нивелирующее изъятия, содержащиеся в ч. 1 и 4 ст. 247 и ст. 52 УПК РФ, т. е. речь идёт об исключении исключений из общих правил, касающихся обязательного участия в судебном заседании подсудимого и его защитника. Формулировка нормы вновь предполагает утверждение, предписание.

При этом, по указанию О. В. Качаловой, данное «правило не является абсолютным. В Определении от 22 ноября 2012 г. № 2049-О Конституционный Суд РФ установил, что суд может принять отказ обвиняемого от защитника и рассмотреть дело в особом порядке без него» [19, с. 68].

В ч. 3 и 4 ст. 316 УПК РФ устанавливаются нормы-исключения дополняющего характера, регламентирующие процедуру рассмотрения ходатайства подсудимого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке.

Части 6 и 7 нормы определяют процессуальную форму переходной конструкции, обеспечивающей возврат от особого к общему порядку производства по уголовному делу.

Положения ч. 8 ст. 316 УПК РФ носят смешанный характер, одновременно ограничивая и дополняя положения ч. 1 ст. 305 УПК РФ в части отражения в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора суда вывода о соблюдении условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке. Причём содержание изъятия должно вновь устанавливаться «от противного».

Положения ч. 9 ст. 316 УПК РФ носят предписывающий, регулятивный характер. Согласно ч. 9 ст. 316 УПК РФ, после провозглашения приговора судья разъясняет сторо-

нам право и порядок его обжалования, предусмотренные гл. 45.1 УПК РФ. В силу ст. 317 УПК РФ такой приговор не может быть обжалован в апелляционном порядке по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 389.15 УПК РФ, в виде несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Следовательно, положения ч. 9 ст. 316 и ст. 317 УПК РФ, устанавливающей абсолютно определённое изъятие по отношению к ст. 389.15 УПК РФ, следует толковать совместно.

Положения ч. 9.1 ст. 316 содержат разъяснения регулятивного характера, направленные на разрешение вопроса о допустимости принятия решения о прекращении уголовного дела при рассмотрении его в особом порядке. Норма носит отсылочный характер.

Часть 10 ст. 316 УПК РФ содержит абсолютно определённое исключение по отношению к ст. 131 УПК РФ.

4. Заключение

Подводя итог изложенному, укажем следующее:

1. Глава 40 УПК РФ состоит из норм-исключений, устанавливаемых по отношению к целому комплексу предписаний уголовно-процессуального закона. Нормы-исключения, содержащиеся в рассматриваемой главе, могут быть разными по своему содержанию. Они могут как ограничивать, так и дополнять положения общего либо специального характера, применительно к которым установлены. При этом соответствующие нормы могут взаимодействовать не только с предписаниями уголовно-процессуального закона, упомянутыми напрямую в нормах-исключениях отсылочного характера, но и с иными нормами УПК РФ в силу существующих между ними системных связей. Исключительные нормы в гл. 40 УПК РФ отсутствуют.

2. Нормы-исключения дополняющего характера закреплены в ст. 314, 315 УПК РФ, ч. 3, 4, 6, 7 ст. 316 УПК РФ. Часть 8 рассматриваемой статьи содержит как дополнения, так и изъятия.

Функция рассматриваемой группы норм состоит в нормативной регламентации процессуальных форм, характерных именно для анализируемого судебного производства.

3. Нормы-исключения ограничительного характера содержатся в ч. 1, 2, 5, 8, 10 ст. 316 УПК РФ, а также в ст. 317 УПК РФ.

По большей части они сформулированы по отношению к общим специализированным нормам, регламентирующим доказывание, устанавливающим правовой статус участников уголовного судопроизводства, а также к регулятивным нормам общего характера, предусматривающим общие условия судебного разбирательства, порядок рассмотрения уголовного дела судом в общем порядке.

4. Нормы-исключения ограничительного характера, содержащиеся в гл. 40 УПК РФ, в основном сформулированы как однонаправленные и отсылочные по отношению как к отдельным нормам, так и целым главам УПК РФ.

5. Наиболее значимые нормы-исключения, содержащие изъятия из общего порядка производства по уголовному делу и предусмотренные ч. 1 и 5 ст. 316 УПК РФ, сформулированы нетипичным образом, без использования обычных лексических операторов. Они носят относительно определённый характер, что усложняет установление их содержания.

6. Нормы-исключения в рамках анализируемой главы могут образовывать сложные сочетания, предполагающие исключение исключения и коллизию исключений, что затрудняет их системное толкование.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Великий Д. П. Единство и дифференциация уголовно-процессуальной формы: история, со-

временность, перспективы : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2001. - С. 20-21.

2 Арзуманян А. Э. Конкуренция норм российского права (вопросы теории и практики) : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Саратов, 2009. -С. 16.

3 Суменков С. Ю. Исключения в праве: общетеоретический анализ : дис. ... д-ра юрид. наук. -Саратов, 2016. - С. 227.

4 Там же. - С. 234-235.

5 Там же. - С. 239-240.

6 Там же. - С. 16.

7 Кищенков А. В. Упрощенные производства: проблемы теории, законодательного регулирования и правоприменения : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Владивосток, 2010. - С. 9 ; Редь-кин Н. В. Особый порядок судебного разбирательства в системе уголовного процесса РФ : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Краснодар, 2007. - С. 11.

8 Муравьев И. А. Законодательное исключение

(теория, практика, техника) : автореф. дис.....

канд. юрид. наук. - Н. Новгород, 2009. - С. 18-20.

9 Там же. - С. 20.

10 Боярская А. В. Доказывание в упрощённых судебных производствах уголовного процесса России : дис. ... канд. юрид. наук. - Омск, 2012. -С. 104-105.

11 Редькин Н. В. Указ. соч. - С. 25.

12 Более подробно об этом: Боярская А. В. Указ соч. - С. 76-79, 81-84, 87-88.

13 Муравьев И. А. Указ. соч. - С. 14.

14 Дубовик Н. П. Особый порядок судебного разбирательства и его место в системе упрощенных производств по уголовным делам : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Томск, 2004. - С. 22.

ЛИТЕРАТУРА

1. Цитович Л. В., Никишов А. Б. К вопросу о видах и структуре уголовно-процессуальных норм // Российская юстиция. - 2019. - № 2. - С. 34-37.

2. Баранов В. М. Истинность ном советского права. Проблемы теории и практики. - Саратов : Изд-во Сарат. ун-та, 1989. - 400 с.

3. Боярская А. В. Система упрощённых уголовно-процессуальных производств: актуальное состояние и тенденции развития // Правовые проблемы укрепления российской государственности : сб. ст. Все-рос. науч.-практ. конф. - Томск : Нац. исслед. Том. гос. ун-т, 2021. - С. 150-152.

4. Якимович Ю. К., Ленский А. В., Трубникова Т. В. Дифференциация уголовного процесса / под ред. М. К. Свиридова. - Томск : Изд-во Том. ун-та, 2001. - 300 с.

5. Алексеев С. С. Общая теория права. Т. II. - М. : Юрид. лит., 1982. - 360 с.

6. Бялт В. С., Душкина Е. В. Актуальные проблемы классификации правовых норм // Закон и право. -2021. - № 10. - С. 30-32. - БОГ 10.24412/2073-3313-2021-10-30-32.

7. Черданцев А. Ф. Толкование советского права. - М. : Юрид. лит., 1979. - 168 с.

8. Бошно С. В. Норма права: понятие, свойства, классификация и структура // Право и современные государства. - 2014. - № 4. - С. 49-60. - БОГ 10.14420/ги.2014.4.7.

9. Великий Д. П. Толкование уголовно-процессуальных норм в системе с другими нормами УПК // Труды Оренбургского института (филиала) Московской государственной юридической академии. - 2010. -№ 12. - С. 119-126.

10. Божьев В. П. Уголовно-процессуальные правоотношения. - М. : Юрид. лит., 1975. - 176 с.

11. Алексеев С. С. Проблемы теории права : курс лекций : в 2 т. Т. I. - Свердловск : Уральский рабочий, 1972. - 395 с.

12. Черданцев А. Ф. Толкование права и договора : учеб. пособие для вузов. - М. : ЮНИТИ-ДАНА, 2003. - 381 с.

13. Сенякин И. Н. Технико-юридические предпосылки конкуренции норм российского права // Юридическая техника. - 2008. - № 2. - С. 10-17.

14. Бахта А. С. К вопросу о структуре уголовно-процессуальных норм // Вестник Московского университета МВД России. - 2009. - № 6. - С. 81-87.

15. Редькин Н. В. Ходатайство обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства и порядок его заявления // Российский судья. - 2006. - № 9. - С. 12-14.

16. Бахта А. С. Разрешение коллизий, возникающих в ходе применения норм уголовно-процессуального права // Научный портал МВД России. - 2011. - № 1 (13). - С. 90-97.

17. Григорьев В. Н., Зинченко И. А. Нормы-дефиниции: нужны ли они в уголовно-процессуальном праве (компаративистский взгляд)? // Международное уголовное право и международная юстиция. - 2017. -№ 4. - С. 3-10. - Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

18. Лазарева В. А. Современные тенденции в оценке доказательств // Мировой судья. - 2017. - № 9. -С. 19-24.

19. Качалова О. В. Реализация принципов уголовно-процессуального права при ускоренных производствах // Lex russica. - 2015. - № 11. - С. 65-74.

Информация об авторе

Боярская Александра Владимировна - кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и криминологии

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

Адрес для корреспонденции: 644077, Россия, Омск, пр. Мира, 55а

E-mail: ba.omsu@gmail.com

SPIN-код: 6139-3134, Author ID: 790893

Информация о статье

Дата поступления - 24 декабря 2023 г. Дата принятия в печать - 15 января 2024 г.

Для цитирования

Боярская А. В. Особенности нормативной регламентации упрощённых уголовно-процессуальных процедур (постановка проблемы) // Вестник Омского университета. Серия «Право». 2024. Т. 21, № 1. С. 86-95. й01: 10.24147/1990-5173.2024.21(1).86-95.

FEATURES OF NORMATIVE REGULATION OF SIMPLIFIED CRIMINAL PROCEDURES

A.V. Boyarskaya

Dostoevsky Omsk State University, Omsk, Russia

Introduction. The object of consideration of the author is the simplified criminal procedural procedures provided for in Chapters 40, 40.1, 32.1 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation. The subject of study is the provisions of the criminal procedure law and the rules of law enshrined in them that establish the appropriate procedural forms. Purpose. The purpose of the article is to identify and analyze the specifics of the norms of Chapter 40 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation, regulating the special procedure for judicial proceedings, taken in the rank of "standard" simplified judicial proceedings. Methodology. The declared object and subject of research are considered by the author using the method of analysis, synthesis, formal legal, systemic structural and comparative legal methods of scientific knowledge. Results. The work identifies and analyzes the features of the normative regulation of a special procedure for trial when the accused agrees with the charge brought against him, the properties and systemic connections of the norms of Chapter 40 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation in order to establish the type characteristics of certain simplified criminal procedural procedures within the framework of their classification into primary and derivative. Conclusion. The goal set in the work was achieved. The problems of the specificity of the normative regulation of the special procedure for making a judicial decision when the accused agrees with the charge brought against him as a "standard" summary judicial proceeding of a primary nature were considered and revealed.

Keywords: differentiation of criminal proceedings; a special procedure for making a court decision if the accused agrees with the charge brought against him; a special procedure for judicial proceedings when concluding a pre-trial cooperation agreement; abbreviated inquiry.

REFERENCES

1. Tsitovich L.V., Nikishov A.B. On the question of the types and structure of criminal procedural norms. Rossiiskaya yustitsiya = Russian Justice, 2019, no. 2, pp. 34-37. (In Russ.).

2. Baranov V.M. The truth of the nom of Soviet law. Problems of theory and practice. Saratov, Saratov University Publishing House, 1989. 400 p. (In Russ.).

3. Boyarskaya A.V. The system of simplified criminal procedure proceedings: current state and development trends (article), in: Legal problems of strengthening Russian statehood, collection of articles of the All-Russian Scientific and Practical Conference. Tomsk, Tomsk State University Publ., 2021, pp. 150-152. (In Russ.).

4. Yakimovich Yu.K., Lensky A.V., Trubnikova T.V. Differentiation of the criminal process. Tomsk, Tomsk University Publishing House, 2001. 300 p. (In Russ.).

5. Alekseev S.S. General theory of law. Vol. II. Moscow, Yuridicheskaya literatura Publ., 1982. 360 p. (In Russ.).

6. Byalt V.S., Dushkina E.V. Current problems of classification of legal norms. Zakon i pravo = Law and Right, 2021, no. 10, pp. 30-32. DOI: 10.24412/2073-3313-2021-10-30-32. (In Russ.).

7. Cherdantsev A.F. Interpretation of Soviet law. Moscow, Yuridicheskaya literatura Publ., 1979. 168 p. (In Russ.).

8. Boshno S.V. Rule of law: concept, properties, classification and structure. Pravo i sovremennye gosudarstva = Law and modern states, 2014, no. 4, pp. 49-60. DOI: 10.14420/ru.2014.4. (In Russ.).

9. Veliky D.P. Interpretation of criminal procedural norms in a system with other norms of the Code of Criminal Procedure. Trudy Orenburgskogo instituta filiala) Moskovskoi gosudarstvennoi yuridicheskoi akademii = Proceedings of the Orenburg Institute (branch) of the Moscow State Law Academy, 2010, no. 12, pp. 119-126. (In Russ.).

10. Bozhyev V.P. Criminal procedural legal relations. Moscow, Yuridicheskaya literatura Publ., 1975. 176 p. (In Russ.).

11. Alekseev S.S. Problems of legal theory, course of lectures in 2 volumes. Vol. I. Sverdlovsk, Ural'skii rabochii Publ., 1972. 395 p. (In Russ.).

12. Cherdantsev A.F. Interpretation of law and contract, textbook for universities. Moscow, UNITY-DANA Publ., 2003. 381 p. (In Russ.).

13. Senyakin I.N. Technical and legal prerequisites for competition of Russian legal norms. Yuridicheskaya tekhnika = Legal Techniquies, 2008, no. 2, pp. 10-17. (In Russ.).

14. Bakhta A.S. On the question of the structure of criminal procedural norms. VestnikMoskovskogo universiteta MVD Rossii = Bulletin of the Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2009, no. 6, pp. 81-87. (In Russ.).

15. Redkin N.V. The defendant's petition for a verdict without a trial and the procedure for his application.

Rossiiskii sud'ya = Russian Judge, 2006, no. 9, pp. 12-14. (In Russ.).

16. Bakhta A.S. Resolution of conflicts that arise during the application of criminal procedural law. Nauchnyi portal MVD Rossii = Scientific portal of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2011, no. 1 (13), pp. 9097. (In Russ.).

17. Grigoriev V.N., Zinchenko I.A. Definitional norms: are they needed in criminal procedural law (comparative

view)? Mezhdunarodnoe ugolovnoe pravo i mezhdunarodnaya yustitsiya = International Criminal Law and International Justice, 2017, no. 4, pp. 3-10. Available at "ConsultantPlus" System. (In Russ.).

18. Lazareva V.A. Modern trends in the assessment of evidence. Mirovoi sud'ya = Magistrate judge, 2017, no. 9, pp. 19-24. (In Russ.).

19. Kachalova O.V. Implementation of the principles of criminal procedure law in accelerated proceedings. Lex russica, 2015, no. 11, pp. 65-74. (In Russ.).

About the author

Boyarskaya Alexandra - Ph.D. in Law, Associate Professor of the Department of Criminal Law and Criminology

Dostoevsky Omsk State University

Postal address: 55a, Mira pr., Omsk, 644077,

Russia

E-mail: ba.omsu@gmail.com SPIN-code: 6139-3134, Author ID: 790893

Article info

Received - December 24, 2023 Accepted - January 15, 2024

For citation

Boyarskaya A.V. Features o Normative Regulation of Simplified Criminal Procedures (Problem Statement). Vestnik Omskogo universiteta. Seriya "Pravo" = Herald of Omsk University. Series "Law", 2024, vol. 21, no. 1, pp. 86-95. DOI: 10.24147/1990-5173.2024.21(1).86-95. (In Russ.).