Развитие юридической науки российскими специалистами церковного права

История государства и права

А.А. Дорская

РАЗВИТИЕ ЮРИДИЧЕСКОИ НАУКИ РОССИЙСКИМИ СПЕЦИАЛИСТАМИ ЦЕРКОВНОГО ПРАВА

Статья посвящена разработке специалистами в сфере церковного права, являвшегося самостоятельным научным направлением дореволюционной юридической науки, таких вопросов, как понятие особой правовой системы, признаки правового государства, гражданский брак и гражданский развод, наличие вины как признак преступления, допущение раскаяния преступника.

Ключевые слова: церковное право, особая правовая система, церковные наказания, гражданский брак, гражданский развод.

О православном церковном праве условно можно говорить с V в. н. э., так как несмотря на то что официальное разделение христианской церкви на православную и католическую произошло только в 1054 г., противоречия нарастали в течение нескольких веков. Начиная с правления императора Византийской империи Феодосия II (408-450) государственные постановления по делам церкви стали входить в состав законодательных кодексов, а изучение церковного права вошло в систему юридического образования. При императоре Юстиниане в VI в. была провозглашена «симфония властей» и началось составление сборников церковного права и комментирование их. Например, в VI в. константинопольским патриархом Иоанном Схоластиком был составлен Номоканон - свод законов по церковному управлению, переводы которого на Руси получили название Кормчих книг1. Затем появились сборники Фотия (IX в.), Михаила Пселла (1070 г.), Арсения Афонского (XIII в.), Матвея Властаря (около 1335 г.), Константина Арменопула (1345 г.), которые должны были облегчить исполнение церковных правил.

© Дорская А.А., 2010

В России византийские сборники законов - Номоканон (VI в.), Эклога (VIII в.), Прохирон (IX в.) - издревле считались важнейшими правовыми источниками, содержащими нормы о браке и семье, статусе детей, церковной дисциплине и церковном суде. Однако мысль о необходимости научного осмысления и преподавания церковного права впервые была высказана только в царствование Федора Алексеевича (1676-1682) в проекте устава московской Славяно-греко-латинской академии2, но данный устав так и не был принят. Снова к этой проблеме обратился Феофилакт (1670-е-1741), в миру Федор Леонтьевич Лопатинский, в своей учебной богословской книге «Scientia Sacra (Наука священная) в богословских состязаниях, по учению святой Церкви восточной, Святого Писания, соборов и Отцов, умозрительно и с сопровождением противных мнений, изложенная в московской коллегии царя Петра Алексеевича» (М., 1706-1710)3. В отделе «О праве и праведности» он изложил начала светского и церковного права. Затем вопрос о необходимости преподавания церковного права был поднят митрополитом Платоном в его «Инструкции», написанной в 1776 г. для Славяно-греко-латинской академии, преобразованной затем в Московскую духовную академию4.

В 1798 г. появился указ Святейшего Синода, согласно которому во всех духовных академиях вводилось чтение и объяснение Кормчих книг и Книги о должностях приходского священника5. В духовных академиях для богословских классов были введены такие новые науки, как герменевтика, церковная история, пасхалия, пастырское богословие и каноническое право6.

При Александре I церковное право вошло в курс богословских наук и стало преподаваться в духовных академиях в систематическом виде. В 1808 г. Комиссия духовных училищ рекомендовала составить краткое хронологически-систематическое изложение церковного права7.

Развитие науки церковного права с начала XIX в. было детерминировано несколькими причинами. Во-первых, определенная при Александре I проблема необходимости систематизации российского права и попытки ее решения в царствование Николая I предопределили приведение в систему и церковного законодательства, регулирующего важнейшие вопросы жизни подданных Российской империи, таких как правовой статус, семья, имущественные отношения и т. д. Во-вторых, здесь присутствовал политический момент. Многие западные католические и протестантские ученые в своих работах подчеркивали, что в России церковное право «есть нечто недоразвившееся, не определившееся; что оно отчасти есть слабое подражание византизму»8. Такая позиция противо-

речила теории официальной народности, провозгласившей три основы русской жизни - «Самодержавие. Православие. Народность», поэтому русские ученые-канонисты должны были опровергнуть эти теории. В-третьих, развитие науки церковного права во многом было обусловлено распространением в России идей исторической школы права. Как отмечает Н.В. Акчурина, направление русской юридической науки, возникшее под влиянием данной школы, занималось главным образом «теоретическим осмыслением процесса происхождения и развития русского права»9, что делало неизбежным обращение к церковному праву.

С 1835 г. преподавание церковного права было введено в университетах10. Преподавание церковного права (законоведения) поручалось профессорам богословия. Определением Святейшего Синода от 10 мая 1840 г. церковные законы были введены также в духовных академиях и семинариях как самостоятельный предмет.

Университетский устав 1863 г. ввел преподавание церковного права на всех юридических факультетах империи и сделал этот курс обязательным для всех студентов-юристов11. Тенденция придания церковному праву статуса юридической науки сохранилась и в Университетском уставе 1884 г. Согласно ст. 57 нового Устава, были созданы кафедры церковного права12. Кроме духовных академий и университетов церковное право стало преподаваться в Училище правоведения, Военно-юридической академии и ярославском Демидовском лицее.

Статус церковного права как самостоятельной системы правовых норм, науки и учебной дисциплины сохранился до 1917 г. В советское время в связи с отделением церкви от государства и школы от церкви церковные нормы перестали носить характер правовых. Возрождение самой идеи церковного права относится к 1994 г., когда в свет вышла работа В.А. Цыпина «Церковное право». Сейчас данное направление активно развивается. Большинство специалистов (М.Ю. Варьяс, Е.П. Гаранова, Д.Д. Боровой и другие) считают, что на современном этапе церковное право можно рассматривать как корпоративное право13.

Дореволюционные специалисты в области церковного права внесли, на наш взгляд, большой вклад в развитие юридической науки.

Во-первых, российские ученые-канонисты, как они сами себя называли, внесли большой вклад в развитие такого понятия, как особая правовая система. Они отрицали, что церковное право является частью внутригосударственного права. Например, А.С. Павлов подчеркивал, что церковное право имеет больше общего с меж-

дународным правом, чем даже с государственным, так как «то и другое стремятся обнять своим действием все человечество»14. А поэтому церковное право представлялось им особой правовой системой. Так, по словам профессора И.С. Бердникова, «...правовые нормы, по которым живет и управляется церковь, составляют особую область права, стоящую параллельно праву, получившему свое происхождение и значение от государства»15. Н.А. Заозерский делал вывод о двух возможных вариантах: «.или признать, что сама по себе церковь не в силах сообщить никаких прав, а то, что выдается под именем церковного права, есть в сущности государственное право; или признать, что церковное право есть право совсем иного порядка, не сравнимое ни с публичным, ни с частным правом, ни соподчинено, ни подчинено ни тому ни другому, есть особый род права»16. Сам ученый защищал вторую точку зрения. Священник М.П. Альбов предлагал выделить церковное право в «особую ветвь права», отличную от публичного и частного права17.

Хотелось бы отметить, что эту идею активно подхватили российские конституционалисты и юристы-международники. В частности, Ф.Ф. Кокошкин писал в 1912 г.: «Союзов, имеющих свои особые правопорядки, чрезвычайно много. Но, если взять из них лишь те, которые имеют особо важное значение в жизни человечества, и право, которое служит преимущественно предметом изучения для юридической науки, а именно: государство, церковь и международный союз, то ограниченную таким образом область правовых явлений можно разделить на три отдела: право государства (публичное и частное), право церковное и право между-народное»18.

Во-вторых, российские специалисты в области церковного права внесли большой вклад в развитие теории правового государства. Например, Н.А. Заозерский в 1888 г. одним из первых создал классификацию государств в зависимости от их взаимоотношений с церковью: 1) «юридическое государство», где ликвидировано опекунство государства над церковью; 2) либеральное государство, при котором реализуется формула «Свободная церковь в свободном государстве»; 3) государство, равнодушно относящееся к вере и церкви; 4) теократическое государство; 5) превосходство церкви над государством19.

Кроме того, ученые-канонисты внесли значительный вклад в развитие идеи прав человека в России как признака правового государства. Достаточно сказать, что вопрос о свободе совести в российской науке впервые был поднят ярославским специалистом в области церковного права Н.С. Суворовым, который осуществил

перевод и издание с немецкого книги доктора римского и канонического права в Венском университете, члена Академии наук Ф.Б.Х. Маасена (1848-1909) «Девять глав о свободной церкви и о свободе совести» (Ярославль, 1882).

В-третьих, специалисты в области церковного права, изучая вопросы религиозных преступлений и церковных наказаний, развивали идеи о том, что наличие вины является признаком преступления, закон должен допускать раскаяние преступника. Как отмечал Н.С. Суворов, существовало три цели церковных наказаний: 1) исправление преступника, 2) благо целей церкви - «продолжать совершенное Христом дело искупления, через усвоение его заслуг каждым верующим, вести человека к возможному на земле нравственному совершенству и воспитывать его для вечности»20, 3) поддержание и охрана чести церкви по отношению к не принадлежащим к ней21. М.Е. Красножен писал, что цель наказания состоит не в возмездии за вину, а в примирении человеческой воли с законом Божьим и в исправлении виновного22. Именно наличие церковных наказаний во всех редакциях Уложения о наказаниях уголовных и исправительных (1845, 1857, 1866 и 1885 гг.) позволило не распространять уголовную ответственность на совершивших невиновные деяния.

В-четвертых, огромная роль в разработке законодательства о гражданском браке и гражданском разводе в России также принадлежит российским ученым-канонистам.

В XIX в. вопрос о гражданском браке стал актуальным по нескольким причинам. В первой половине XIX в. к Российской империи были присоединены новые территории (центральная часть Польши с Варшавой, Финляндия, Грузия, Армения, Азербайджан, часть Бессарабии и др.), населенные представителями различных вероисповеданий и национальностей. Естественно, что в областях, где вперемешку проживали представители различных вероисповеданий, возникал вопрос о смешанных браках. Введение гражданской формы брака и развода могло бы значительно упростить решение данного вопроса.

Кроме того, во многих европейских странах - Нидерландах Англии, Франции, германских государствах, Румынии, Италии, Испании, Швейцарии, Португалии - эта проблема уже была решена положительно.

Изменения в семейном законодательстве не могли не коснуться России: 19 апреля 1874 г. были изданы Правила, согласно которым старообрядцам-беспоповцам было разрешено регистрировать браки в полицейских участках23. Их толкование сначала не вызвало разногласий специалистов.

Но в 1894 г. начался новый всплеск интереса к Правилам 1874 г. в связи с рассмотрением дела Василия Алексеева (Парфенова). Московская судебная палата считала его виновным в том, что он, состоя с 13 мая 1883 г. в браке с К. Суконщиковой, заключенном по раскольническому беспоповскому обряду и записанном в метрическую книгу, 20 июля 1892 г., приняв православие, вступил в новый брак с крестьянкой Е. Кутилиной. Адвокат В. Парфенова Ро-зенблюм считал несправедливым применение к его подзащитному ст. 1554 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных, предусматривающей наказание за вступление во второй брак при существовании другого брака, совершенного по обрядам христианской церкви24.

Это дело вызвало серьезную дискуссию в печати среди специалистов в области церковного права. Первой позиции придерживался Н.А. Заозерский, считавший, что «закон придает раскольническому браку особое значение - значение исключительно гражданского брака»25, т. е. что это был первый пример светского (гражданского) брака в России. Похожая позиция была и у Н.С. Суворо-ва26. И.С. Бердников придерживался другой позиции: «Метрическая запись раскольничьих браков имеет в глазах закона значение акта, удостоверяющего существование брака, и тем придающего ему законную силу, а не бракозаключительного»27.

Огромную роль специалисты в области церковного права сыграли в разработке норм введения в России гражданского развода. Определением Святейшего Синода от 28 февраля 1907 г. было образовано Особое при Святейшем Синоде совещание для обсуждения и выработки проекта положения о поводах к разводу. Совещание имело восемь заседаний в марте-апреле 1907 г. Итогом его работы стало опубликование «Проекта положения о поводах к разводу». С серьезной критикой проекта выступил Н.С. Суворов. Он считал, что базой для его разработки должно быть «перечисление бракоразводных дел из ведомства церковного суда в область светского суда»28. Защищать проект Особого совещания стал Н.А. За-озерский. Он считал, что «проект так отвечает назревшим потребностям времени, что кроме приветствия ничего не заслуживает и возбуждает желание скорейшего утверждения законодательным порядком»29.

Таким образом, несмотря на то что многие институты и научное осмысление ими дореволюционного церковного права России устарели, российские специалисты в сфере церковного права внесли вклад в развитие теории государства и права, а также отраслевых наук - конституционного уголовного права и семейного права.

Примечания

1 См.: Павлов А.С. Первоначальный славяно-русский Номоканон. Казань, 1869.

2 Смирнов С.К. История Московской Славяно-Греко-Латинской академии. М., 1855. С. 12.

3 См.: Прокошев П.А. Канонические труды Иоанна, епископа Смоленского. Казань, 1895. С. 7.

4 Смирнов С.К. Указ. соч. С. 294.

5 Полное собрание законов Российской империи. Т. 15. № 18726. П. 4.

6 Смирнов С.К. Указ. соч. С. 296.

7 Чистович И.А. История Санкт-Петербургской духовной академии. СПб., 1857. С. 191.

8 Заозерский Н.А. Право православной греко-восточной русской Церкви как предмет специальной юридической науки. М., 1888. С. 2.

9 Акчурина Н.В. Историческое направление в русском правоведении XIX века. Автореферат дис. ... д-ра юрид. наук. Саратов, 2000. С. 19.

10 Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2. Т. Х. Отд. I. № 8337. СПб., 1836. С. 843.

11 Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2. Т. XXXVIII. Отд. I. № 39752. СПб., 1866. С. 623.

12 Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. Т. Х. Отд. I. № 2404. СПб., 1887. С. 464.

13 Варьяс М.Ю. Церковное право в романо-германской правовой системе. Автореферат дис. ... канд. юрид. наук. М., 1997. С. 18-24; Гаранова Е.П. Церковное право в правовой системе российского общества (общетеоретический и исторический аспекты). Автореферат дис. ... канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2004. С. 9-10; Боровой Д.Д. Каноническое (церковное) право как нормативная система социально-правового регулирования. Автореферат дис. ... канд. юрид. наук. Ставрополь, 2004. С. 13.

14 Павлов А.С. Курс церковного права. Свято-Троицкая Сергиева лавра, 1902. С. 13.

15 Бердников И.С. Церковное право как особая самостоятельная правовая область и его отношение к общей системе права. Казань, 1885. С. 6.

16 Заозерский Н.А. Указ. соч. С. 44-45.

17 Альбов М.П. Краткий курс лекций по церковному праву. СПб., 1882. С. 1-2.

18 Кокошкин Ф.Ф. Лекции по общему государственному праву. М., 1912. С. 149.

19 Заозерский Н.А. Указ. соч. С. 85-92.

20 Послание к Ефесянам. IV. 11-13.

21 Суворов Н.С. О церковных наказаниях. Опыт исследования по церковному праву. СПб., 1876. С. 27.

22 Красножен М.Е. Краткий очерк церковного права. Юрьев, 1900. С. 116.

23 Высочайше утвержденные Правила о метрической записи браков, рождения и смерти раскольников от 19 апреля 1874 г. // Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2. Т. XLIX. Отд. I. № 53391. С. 653.

24 См.: Бердников И.С. Вторая заметка по вопросу о раскольническом браке. Казань, 1896. С. 10.

25 Заозерский Н.А. Что такое раскольничий брак // Богословский вестник. 1895. Февраль. С. 268.

26 Суворов Н.С. Курс церковного права. Ярославль, 1890. Т. 2. С. 330-331.

27 Бердников И.С. Указ. соч. С. 4.

28 Суворов Н.С. Замечания на «Проект положения о поводах к разводу, составленный Особым совещанием при Святейшем Синоде». М., 1908. С. 49-50.

29 Заозерский Н.А. К вопросу о злонамеренном оставлении одним супругом другого как основании расторжения брака (по поводу книги Н.С. Суворова «Замечания на "Проект положений о поводах к разводу"»). Сергиев Посад, 1908. С. 1.