Стендалем по Малевичу

Премьера театр

В Российском молодежном театре сыграли премьеру спектакля "Красное и черное". На роман Стендаля режиссер Юрий Еремин решил взглянуть через призму произведений Казимира Малевича. Неожиданная режиссерская концепция не испортила постановки, считает МАРИНА Ъ-ШИМАДИНА.

Роман Стендаля, написанный на основе реальной истории молодого честолюбивого провинциала, о которой писатель узнал из газет, Юрий Еремин разыграл как шахматную партию — красного и черного. В его постановке персонажи романа превращаются в пешки в руках двух могущественных стихий цвета, которые режиссер пытается связать с работами Казимира Малевича — "Красным" и "Черным квадратом". В спектакль даже введен особый персонаж по имени Мале, который по ходу действия старательно замазывает квадратное окно в центре сцены сначала красной, а потом черной краской, изрекая между делом глубокомысленные афоризмы великих мыслителей и поэтов. Но сопоставлять Стендаля с Малевичем — то же самое что сравнивать "Войну и мир" с "Войной миров" на том основании, что звучит похоже. В спектакле вынесенные в название романа цвета трактуются вполне традиционно, по-стендалевски: красный — символ страсти и жизни, черный — соответственно греха, преступления и смерти, в то время как основоположник супрематизма совсем не вкладывал в цвета своих работ подобной смысловой нагрузки. В его знаменитых "Квадратах" красный служил лишь знаком цвета вообще, а черный — его отсутствия.

Но если не вдаваться в искусствоведческие тонкости, надо признать, что найденный прием идет спектаклю на пользу. Апелляция к искусству XX века задает постановке определенный тон и лишает ее обычной для костюмной драмы старомодной декоративности. Костюмы Виктории Севрюковой, условно стилизованные под моду XIX века, остроумно обыгрывают режиссерский замысел: с каждой сценой в нарядах персонажей, изначально имеющих цвет чистого холста, появляется все больше красных, а во втором действии — черных деталей.

Сценография Валерия Фомина — серая стена с дверями и выезжающими подиумами — лаконична и функциональна. Она не иллюстрирует роскошь модных парижских интерьеров, а организует пространство спектакля. Движение актеров по сцене отчасти напоминает перемещение шахматных фигур: два шага вперед, один вбок, ход конем, рокировка — так Жюльен Сорель разыгрывает партию своей судьбы, жертвуя ненужными фигурами, чтобы прорваться в ферзи.

Но геометрическая четкость мизансцен ни в коей мере не засушивает актерской игры. Второстепенные персонажи намечены двумя-тремя легкими штрихами, без лишнего нажима и с долей юмора, оттеняющего эмоциональную горячку главных героев. Молодой Денис Баландин, исполняющий роль Жюльена Сореля по очереди с более опытным Петром Красиловым, убедителен в образе неуверенного в себе, болезненно честолюбивого и щепетильного в вопросах чести провинциала. Но вот любит ли он своих знатных покровительниц или только использует их для удовлетворения тщеславия и продвижения на верхние ступени общества, по игре актера определить сложно. А вот чувства мадам Реналь в исполнении Нелли Уваровой видны как на ладони.

Актриса, которую вся страна знает как неуклюжую девушку с брекетами на зубах из сериала "Не родись красивой", создала в спектакле великолепный образ взрослой женщины, страстной и чувственной, сходящей с ума от любви. Госпожа Уварова работает непривычно подробно по сегодняшним меркам и отыгрывает каждый нюанс своей эмоционально насыщенной роли. А уж любовные сцены с ее участием публика Молодежного театра наверняка оценит больше, чем нравоучительные сентенции господина Мале.