Социальная сущность уголовноi процессуальной деятельности

Социальная сущность уголовно-процессуальной деятельности

Кондрат И.Н.*

The judicial — legal reform proceeding in Russia already twenty years, has planned the basic directions of reforming of law-enforcement system with the purpose of real protection of the rights and freedom of the person and the citizen, following which more and more actual there is a question on perfection of activity of the state bodies and the officials carrying out criminal legal proceedings and allocated powers on application of measures of compulsion.

Судебно-правовая реформа, продолжающаяся в России уже 20 лет, наметила основные направления реформирования правоохранительной системы с целью реальной защиты прав и свобод человека и гражданина, следуя которым все более актуальным становится вопрос о совершенствовании деятельности государственных органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство и наделенных полномочиями на применение мер принуждения.

Нельзя не согласиться в этой связи со встречающимся в юридической литературе мнением о том, что право представляет собой исторически обусловленную социальную форму и меру гуманизации общества. Социальная сущность права, его конечная цель состоит в достижении реального единства людей на основе свободы и равенства. Отсюда критериями оценки конкретного законодательства, правопорядка и правоохранительной деятельности необходимо считать гуманизм и принцип человеческого единения. Конкретное законодательство, правопорядок и правоохранительная деятельность являются правовыми, если они способствуют дальнейшему объединению людей и гуманизации жизни человека и общества1.

Именно права и свободы человека и гражданина, их законодательное закрепление и охрана — необходимые условия функционирования всех систем: политических, экономических, правовых, социальных. В связи с этим права и свободы человека и гражданина сегодня выступают важнейшим фактором, определяющим назначение, содержание, формы правоохранительной деятельности государственных органов. Правоохранительная деятельность только в том случае носит правовой характер, когда эта деятель-

ность осуществляется на основе и в рамках закона и когда ее сущностью и целью являются защита и обеспечение прав и свобод личности.

А.И. Александров совершенно справедливо указывает, что состояние правовой законности в государстве взаимосвязано с гармонизацией интересов личности, общества и государства, является мерой обеспечения их безопасности, а также выступает в качестве определенного индикатора легитимности и легальности власти, издающей нормативные акты2.

Не является исключением в этом отношении и такой вид правоохранительной деятельности, как уголовно-процессуальная. Согласуясь с международными стандартами охраны прав и свобод личности в сфере отправления правосудия по уголовным делам, а также с принципами, закрепленными в Конституции Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (УПК РФ) 2001 г. указал на исключительно правозащитное назначение современного российского уголовного судопроизводства. И это совершенно справедливо. Признание человека, его прав и свобод высшей ценностью общества и государства, провозглашение человека центральной фигурой правоохранительной деятельности, а защиты его прав и свобод целью уголовно-процессуальной деятельности стало требованием времени и правовой действительности.

Уголовный процесс не зря называют самой политизированной отраслью права. От государственно-правовой идеологии зависит и содержание уголовно-процессуального законодательства. Яркими тому примерами выступают современный этап борьбы нашего государства с терроризмом и Федеральный закон от 22 апре-

Профессор кафедры правового обеспечения управленческой деятельности МГИМО (У) МИД России, кандидат юридических наук, кандидат экономических наук.

Ю

OI

О CJ

О О О Q.

С[ со

S

н о

0

1

о я с о m ф VO >5

о *

о ф

У S

2

0

1

о *

о

2 ф d

я *

<

*

S I

н

о ф

со

Ю

Ol

О СЧ

О О

о

Q.

со

S

н о

0

1

о я с о

т ф

VO >s о

о ш

У S

2

0

1

о *

о

2 ф d

я <

S I

н

о ф

со

ля 2004 г. № 18-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», который отсрочил момент предъявления обвинения лицу, заключенному под стражу, подозреваемому в совершении преступлений террористической направленности, до 30 суток3. В этой связи примечательны слова А. И. Александрова: «Уголовный процесс не должен быть товаром. Плохо, когда чиновник правоохранительных органов берет взятку за освобождение от ответственности виновного, но еще страшнее, когда он за деньги привлекает к уголовной ответственности заведомо невиновного человека. Система уголовно-процессуальных норм должна быть такова, чтобы исключить заказные уголовные дела, от кого бы этот заказ ни исходил. Уголовные репрессии в демократическом правовом государстве не могут быть предметом купли-продажи»4.

Как отмечается в юридической литературе, «правоохранительная деятельность — это деятельность сугубо социальная. Следовательно, понять ее природу и сущность можно только в контексте той социальной реальности, в которой она формируется, функционирует и развивается. Иными словами, в предельно широком плане природа и сущность правоохранительной деятельности и определяются как природой и сущностью самого человека, так и способом совместной жизнедеятельности людей»5.

В этом подходе отражается отчетливое понимание того, что абстрактно-юридический анализ права чреват опасностью отождествления его предписаний с самой реальной действительностью, снимающей проблему оптимизации правового регулирования в целях обеспечения соответствия правоприменительной практики сложившимся представлениям о нравственности и справедливости. Естественным развитием этого подхода явилось изучение условий эффективности права и правоприменения, среди которых помимо чисто юридических компонентов заняли свое место социальные факторы6.

Социологический подход помогает осознать социальную ценность права и правоохранительной деятельности. Их восприятие на широком социальном плане позволяет лучше увидеть преобразующие возможности права и законности. Правовые категории оказываются в одном ряду с такими предельно широкими понятиями, как «демократия», «гума-

низм», «справедливость», «естественные права и свободы человека и гражданина». При этом, раскрывая сущность и принципы демократии, Конституция Российской Федерации в ст. 1 провозгласила наше государство демократическим и соответственно закрепила это в других конституционных нормах, а также гарантии охраны прав и свобод человека и гражданина. Это помогает более правильно оценить роль законности и функционирующей в государстве правоохранительной системы. На этом фоне формируется понимание подлинной социальной роли и нравственной сущности правоохранительной деятельности в целом и уголовно-процессуальной деятельности как ее разновидности в частности.

Исключительная роль государства и права в жизни современного общества естественным образом предопределяет как теоретическую, так и практическую значимость проблем, связанных с государственно-правовой организацией и регулированием общественных процессов. Одним из важнейших направлений этой деятельности является деятельность по установлению и обеспечению правопорядка, соответствующего международным нормам в области охраны прав и свобод человека и демократическим принципам. Значение правопорядка в жизни как всего общества, так и отдельного человека нельзя недооценивать. Правопорядок является основой, неотъемлемым атрибутом правового государства. Уже само понятие «правопорядок» показывает, что это порядок, основанный на праве, то есть порядок, определяющий объем прав и свобод граждан, а также объем прав государства и, что наиболее важно, их соотношение. И все эти права обеспечиваются правоохранительной деятельностью специальных государственных органов (суда, прокуратуры, органов предварительного расследования). При этом особое внимание следует уделить определению необходимого объема и границ государственно -правового регулирования общественных процессов в правовом государстве. Нельзя смотреть на расширение и усиление государственно-правового регулирования как на решение всех проблем. Нельзя забывать, что «тенденция к подробной регламентации и регулированию всех общественных отношений присуща полицейскому государству и она составляет отличительный признак его в противоположность государству правовому»7. В связи с

этим необходимо определить границу и объем государственно-правового регулирования, соответствующего именно правовому государству, а не полицейскому; необходимо оградить права и свободы человека и гражданина, его частную жизнь от необоснованного вмешательства со стороны государственных правоохранительных органов в целом, особенно со стороны государственных органов и должностных лиц, осуществляющих уголовно-процессуальную деятельность, в рамках которой подобное вмешательство наиболее ощутимо. Поэтому настоящая статья посвящена вопросам социального назначения уголовного судопроизводства, защиты прав и свобод лиц, вовлекаемых в производство по уголовному делу.

Вопросы, связанные с пониманием природы и сущности правового государства, правопорядка, правоохранительной, в том числе уголовно-процессуальной, деятельности, имеют сейчас особую социальную значимость, когда российское государство на конституционном уровне провозгласило, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их соблюдение и защита — обязанность государства. Человек должен быть целью, а не средством деятельности всех государственных органов. Права и свободы человека и гражданина, их охрана и безопасность должны ставиться во главу угла всей деятельности государства и его органов, составляя ее социальное содержание.

При этом указанная проблема должна решаться в правовом поле. Реальной формой существования и функционирования права в обществе является закон. Следовательно, с помощью закона могут быть установлены права и свободы человека и гражданина, гарантии их соблюдения и границы ограничения при ясном осознании, что свобода, справедливость, гуманизм являются фундаментальными, сущностными характеристиками права, в том числе и уголовно-процессуального права.

Многое в этом направлении уже сделано. Следуя конституционным и международным курсом в сфере охраны прав и свобод человека и гражданина, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации указал на исключительно правозащитное назначение российского уголовного судопроизводства (ст. 6). Необходимость такого подхода к определению целей уголовно-процессуальной деятель-

ностью была давно обусловлена общей теорией права.

Законодатель требует от осуществляющих производство по уголовным делам государственных органов и должностных лиц, чтобы они обеспечивали по каждому уголовному делу:

1) защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ);

2) защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (п. 2 ч. 1 ст. 6 УПК РФ).

При такой трактовке целей уголовного судопроизводства законодатель подчеркивает не карательную, а правозащитную, гуманистическую, социально значимую сущность этого вида правоохранительной деятельности.

В пункте 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ сформулирована главная цель уголовного судопроизводства — защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений.

Защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, обеспечивает реализацию положений ст. 52 Конституции Российской Федерации, гарантирующей охрану прав потерпевших от преступлений и обеспечение им доступа к правосудию. В соответствии с Декларацией основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью, принятой резолюцией Генеральной ассамблеи ООН 40/34 от 29 ноября 1985 г., жертвы преступлений — это лица, которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающего действующие национальные уголовные законы, включая законы, запрещающие преступное злоупотребление властью. Они имеют право на доступ к механизмам правосудия и скорейшую компенсацию за нанесенный им ущерб в соответствии с национальным законодательством8.

В этой связи в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 15 января 1999 г. № 1 отмечается, что любое преступное посягательство на личность, ее права и свободу является одновременно и наиболее грубым посягательством на человеческое достоинство,

ю

О!

О СЧ

О О

о о.

со

I-О

0

1

о я с о т ф ю

О *

О ф

У

2

0

1

о *

о

2

ф

а

я <

I I-

О ф

со

Ю

Ol

О СЧ

О О

о

Q.

со

S

н о

0

1

о я с о

т ф

VO >s о

о ф

У S

2

0

1

о *

о

2 ф d

я <

S I

н

о ф

со

поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия. Государство, обеспечивая особое внимание к интересам и требованиям потерпевшего от преступления, обязано способствовать устранению нарушений его прав и восстановлению достоинства личности9.

Однако здесь следует уточнить, что названная правозащитная социально значимая цель достигается лишь путем судопроизводства. Уголовное судопроизводство — это, согласно п. 56 ст. 5 УПК РФ, досудебное и судебное производство по уголовному делу. Уголовное дело — это жизненный случай, требующий разрешения вопроса о необходимости применения к нему норм материального уголовного права и в отношении которого в этой связи осуществляются процессуальные действия. Таким образом, цель уголовного судопроизводства можно понимать как защиту прав и законных интересов путем выяснения и разрешения в процессуальных формах вопроса о необходимости применения норм уголовного права к конкретному жизненному случаю. При этом в ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации говорится о защите прав и интересов лишь физических и юридических лиц, однако уголовное судопроизводство — отрасль публичного права и деятельности, большинство уголовных дел являются делами не частного, а публичного обвинения (ст. 20 УПК РФ). В ходе уголовно-процессуальной деятельности серьезно ограничиваются некоторые права и свободы граждан. На цели подобной деятельности прямо указывает ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации: «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Поэтому ч. 1 ст. 6 УПК РФ следует толковать расширительно, а в уголовном процессе должна осуществляться защита не только частных, но и названных в Конституции Российской Федерации публичных интересов10 — либо, что наиболее приемлемо и принципиально важно, указать в уголовно-процессуальном законе на защиту законных интересов общества и государства как на цель уголовного судопроизводства.

Вместе с этим в законе совершенно справедливо сделан акцент также и на защите личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (п. 2 ч. 1 ст. 6 УПК РФ), что служит не менее важной целью уголовно-процессуальной деятельности. Назначение уголовно-процессуальной деятельности не может достигаться за счет необоснованного и незаконного ограничения прав граждан, нарушения их конституционных свобод.

Цели уголовного судопроизводства, указанные в ч. 1 ст. 6 УПК РФ, достигаются путем решения задач, конкретизированных в ее ч. 2. Защита лиц от преступлений, в частности, находит выражение в уголовном преследовании лиц, совершивших эти преступления. Поскольку реализация уголовной ответственности, предусмотренной уголовным законом, невозможна без уголовного преследования, законодатель в ч. 2 ст. 6 УПК РФ подчеркивает, что уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Кроме того, уголовно-процессуальный закон не просто называет, но и подробно регламентирует пути решения каждой из указанных задач, устанавливая виды уголовного преследования и обязанность его осуществления (гл. 3 УПК РФ); основания отказа в возбуждении уголовного дела, прекращения уголовного дела и уголовного преследования (гл. 4 УПК РФ); основания возникновения права на реабилитацию, виды и порядок возмещаемого вреда реабилитированному (гл. 18 УПК РФ) и т.д.

Здесь же нельзя не акцентировать внимание на том, что уголовно-процессуальная деятельность носит дуалистический характер. С одной стороны, она направлена на защиту прав и законных интересов лиц, попадающих в сферу производства по уголовным делам; с другой — во имя этой цели государственные органы и должностные лица правомочны существенным образом ограничивать права и свободы личности. Меры уголовно-процессуального принуждения, ограничивающие такие конституционные права граждан, как право на неприкосновен-

ность личности и неприкосновенность жилища, право на личную и семейную тайну, право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, и др. (ст. 22— 25 Конституции Российской Федерации), представляют собой формы наиболее острого и болезненного стеснения государством прав и свобод человека и гражданина по сравнению с прочими видами государственно-властного воздействия. Границы и пределы такого ограничения, его основания, условия и процессуальный порядок должны быть детально регламентированы уголовно-процессуальным законодательством, опираясь на демократические принципы, гуманистические ценности, в полном соответствии с международно-правовыми актами о правах и свободах личности в области отправления правосудия по уголовным делам и Конституцией Российской Федерации. Важно добиться баланса между потребностями правоприменительной практики при раскрытии преступлений, расследовании, рассмотрении и разрешении уголовных дел по существу и необходимостью надлежащей охраны прав и свобод лиц, попадающих в эту сферу.

Таким образом, уголовный процесс представляет собой одно из направлений деятельности государственных органов, специфика которого обусловлена необходимостью защиты граждан, общества и государства от преступных посягательств. Эта деятельность неразрывно связана с другими формами противодействия преступности. Вместе с тем уголовно-процессуальная деятельность имеет приоритет-

ное значение, поскольку только в рамках уголовного судопроизводства с соблюдением строго установленной уголовно-процессуальной формы суд на основе доказательств, полученных и проверенных в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, вправе признавать лицо виновным в совершении преступления и назначать ему наказание.

В Конституции Российской Федерации отмечается, что никто не может быть признан виновным в совершении преступления, пока его вина не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (ч. 1 ст. 49). При этом, чтобы принять законное и обоснованное решение, суд должен получить и оценить в совокупности на основе своего внутреннего убеждения доказательства, которые собирают уполномоченные на то законом органы предварительного расследования. Чтобы применить уголовный закон, необходимо выяснить, какое деяние совершено, кто его совершил, с какой целью, каковы последствия совершенного деяния, другие обстоятельства, на установление которых и направлена деятельность названных государственных органов и суда, а также иных лиц, вовлекаемых в производство по уголовным делам для отстаивания своих прав или защиты представляемых интересов. Поэтому для решения социальных задач, определенных уголовным законом, необходимо строго регламентированное, выверенное с позиций справедливости и гуманизма производство, каковым и является уголовный процесс.

Литература и примечания

1. Гуцериев Х.С., Сальников В.П., Степашин С.В., Федоров В.П., Худяк А.И. Человек и правоохранительная деятельность: научное издание / под ред. В.П. Сальникова. СПб., 2000. С. 24.

2. Александров А.И. Уголовная политика и уголовный процесс в российской государственности: история, современность, перспективы, проблемы / под ред. В.З. Лукашевича. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2003. С. 8.

3. Российская газета. 27 апреля 2004 г.

4. Александров А.И. Указ. соч. С. 7.

5. Гуцериев Х.С., Сальников В.П., Степашин С.В., Федоров В.П., Худяк А.И. Человек и правоохранительная деятельность. С. 33.

6. Курс советского уголовного процесса. Общая часть / под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. М.: Юрид. литература, 1989. С. 9.

7. Кистяковский Б.А. В защиту права // Вехи. Из глубины. М., 1991. С. 139.

8. Международные акты о правах человека: сборник документов. М., 2000. С. 165.

9. Постановление Конституционного суда Российской Федерации от 15 января 1999 г. № 1-п по делу о проверке конституционности ч. 1 и 2 ст. 295 УПК РСФСР в связи с жалобой гр-на М.А. Клюева // Собрание законодательства РФ. 1999. № 4. Ст. 602.

10. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. А.В. Смирнова. СПб.: Питер, 2003. С. 72.

ю

О!

О СЧ

О О

о о.

со

I-О

0

1

о я с о т ф ю

О *

О ф

У

2

0

1

о *

о

2

ф

а

я <

I I-

О ф

со