Место европейских стандартов прав человека в национальнойправовой системе

МЕСТО ЕВРОПЕЙСКИХ СТАНДАРТОВ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В НАЦИОНАЛЬНОЙ ПРАВОВОЙ СИСТЕМЕ

МЕДВЕДЕВ Евгений Владимирович

Аннотация: в статье исследуются права человека в системе европейских стандартов. Представлены и проанализированы существующие в теории права образцы эталона обеспечения прав человека.

Annotation: the paper considers the European human rights ¡aw in the national legal system. There were standards of comparison submitted and analyzed based on the present legal theory of human rights ensuring.

Ключевые слова:регионализация стандартов в области прав человека, международные стандарты прав человека, общепризнанная концепция прав и свобод человека, общепризнанные демократические стандарты в области прав человека, европейские стандарты прав человека.

Key words: law regionalization for human rights, human rights international standards, current conception of human rights and liberties, recognized human rights democratic standards, the European human rights law.

В юридической литературе для обозначения образца, эталона обеспечения прав человека используются разнообразные термины: «международные стандарты прав человека», «общепризнанная концепция прав и свобод человека», «общепризнанные демократические стандарты в области прав человека», «европейские стандарты прав человека»1. Содержание таких образцов в сфере прав и свобод человека закреплено нормами ряда международных актов, в первую очередь, Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 года, Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 года, Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года, Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года (далее также -Конвенция).

В юридической науке нет единого мнения относительно термина, с помощью которого можно было бы обобщенно охарактеризовать минимальный уровень гарантированности прав и свобод человека применительно к любым странам международного сообщества. Одни авторы, критически оценивая возможность существования единообразных стандартов, отмечают, что взгляд на стандарты, эталоны прав человека, универсально воспринимающиеся всеми культурами и цивилизациями, настолько же труднодостижимое явление, как и сама интернационализация культур и цивилизаций2. Другие, отстаивая обоснованность «универсальной концепции прав человека», включают в нее основные ценности, стандарты в подходе к оценке состояния прав и свобод человека в той или иной стране, развиваемые национальными правотворческими и

1 См.: Оганесян С.М. Понятие международных стандартов прав человека / / Международно е публично е и частно е право. 2008. № 2. С. 18.

2 См.: Каширкина A.A. Имплементация международно-правовых принципов и норм в национальное законодательство // Международное право и национальное законодательство. М.: Эксмо, 2009. С. 95.

правоприменительными органами3. В подтверждение аналогичной позиции ученые обращают внимание на то обстоятельство, что универсализация правового статуса личности в соответствии с мировыми, европейскими стандартами имеет в Конституции Российской Федерации адекватное выражение в виде признания возможности международно-правовой защиты прав человека (согласно положениям части 3 статьи 46)4. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации проф., д.ю.н. В.Д. Зорькин высказывал схожее мнение, отмечая, что «стандарты в абстрактном смысле одни и те же и не могут быть различными в разных стра-нах»5.

Вместе с тем, в юридической литературе все чаще обсуждается вопрос о регионализации стандартов в области прав человека с учетом особенностей, традиций, общественного строя, правовой культуры, исторических традиций, политических воззрений и идеологии, существующих в национальных правовых системах в рамках определенного региона6. Одним из таких крупнейших регионов сотрудничества государств в сфере защиты прав человека выступает европейский. Исходя из этого, в общем числе «международных стандартов» в ка-

3 См., например: выступление д.ю.н. В.Д. Мазаева на Круглом столе на тему «Всеобщая декларация прав человека в нормах международного и конституционного права» (03.12.2008, Москва) / Тиунов О.И. Всеобщая декларация прав человека в нормах международного и конституционного права // Журнал российского права. 2009. № 2. С. 138-139.

4 См.: Нешатаева Т.Н. Уроки судебной практики о правах человека: европейский и российский опыт. М.: Городец, 2007. С. 3.

5 Данная позиция В.Д. Зорькина была высказана на заседании Консультативного совета председателей конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации на тему «Европейские стандарты в практике конституционного правосудия в Российской Федерации» (08.06.2007, Казань). См: Будаев КА. Защита прав и свобод человека и гражданина - одна из главных задач конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2009. № 5. С. 29.

6 См., например: Чертов А.А. Европейский Суд по правам человека и

развитие международного права прав человека: автореф. дис... канд. юрид.

наук. М., 2007. С. 4.

честве отдельной категории можно выделить «европейские стандарты».

Представляется, что понятия международных и европейских стандартов в сфере прав и свобод человека соотносятся как целое и часть. Международные стандарты в данной области представляют собой общепризнанные для всех государств требования к обеспечению прав и свобод человека на уровне, необходимом и достаточном для его жизнедеятельности и развития. Такие требования международного сообщества выражены, к примеру, в положениях Всеобщей декларации прав человека, которая стала фундаментом для создания системы международных правовых норм в области защиты прав человека и послужила основой для принятия многих международных актов как универсального, так и регионального характера.

Термин «европейские стандарты прав и свобод», по нашему мнению, включает в себя сформулированные в международных актах, ратифицированных странами Европы, требования к минимальному уровню реализации прав и свобод человека во внутригосударственной правоприменительной практике, обеспеченному межгосударственным контрольным механизмом. В России указанный термин уже достаточно распространен в юридической литературе7, а сами стандарты широко применяются в практике Конституционного Суда Российской Федерации8.

Вступление Российской Федерации в Совет Европы инициировало процесс интеграции международных, в частности, европейских стандартов прав и свобод человека в национальную правовую систему. Россией были ратифицированы основные международно-правовые акты в области защиты прав человека: Конвенция о защите прав человека и основных свобод с изменениями, внесенными Протоколами к ней № 3 от 06.05.1963, № 5 от 20.01.1966 и № 8 от 19.03.1985, дополнениями, содержащимися в Протоколе № 2 от 06.05.1963, и Протоколы к ней: № 1 от 20.03.1952, № 4 от 16.09.1963, № 7 от 22.11.1984, № 9 от 06.11.1990, № 10 от 25.03.1992,№ 11 от 11.05.19949, № 14 от 13.05.200410; Европейская

7 См., например: Жилин Г.А. Правосудие по гражданским делам: актуальные вопросы. М.: Проспект, 2010. С. 5; Султанов А.Р. Проблемы исполнения решений Конституционного Суда РФ // Журнал российского права. 2009. № 9. С. 76; Юсупов Т.Б. Некоторые аспекты реализации принципа правовой определенности в свете европейских стандартов защиты прав человека / / Российское правосудие. 2008 № 4. С. 81; Анишина В.И. Влияние решений Европейского суда по правам человека на российское правосудие // Международное публичное и частное право. 2007. № 1. С. 60; Европейские стандарты права на справедливое судебное разбирательство и российская практика / Под общ. ред. А.В. Деменевой. Екатеринбург, 2004. С. 67,75.

8 См., например: Европейские правовые стандарты в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации: Сборник документов / Отв. ред. Ю.Ю. Берестнев. М., 2003. С. 12, 18-134.

9 Федеральный закон от 30.03.1998 № 54-ФЗ // СЗ РФ. 1998. № 20. Ст. 2143.

10 Федеральный закон от 04.02.2010 № 5-ФЗ // СЗ РФ. 2010. № 6. Ст. 567.

2833.

конвенция о запрещении пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания от 26.11.1987 и Протоколы к ней № 1 и № 2 от 04.11.199311; Рамочная конвенция о защите национальных меньшинств от 01.02.199512; Европейская хартия местного самоуправления от 15.10.198513.

Среди указанных международных договоров Конвенция о защите прав человека и основных свобод имеет особое значение для реализации европейских стандартов прав и свобод человека.

В содержание понятия «европейские стандарты прав человека» включают положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (как основного документа, закрепляющего перечень таких прав и свобод, согласованного между большинством европейских стран), а также акты Европейского Суда по правам человека (далее - Европейский Суд), раскрывающие содержание и основные гарантии реализации этих стандартов14. Региональный характер таких стандартов обосновывается учеными тем обстоятельством, что в нормах Конвенции отражается взгляд на права человека, ориентированный исключительно на западные культуры, исторические традиции, политические воззрения и идеоло-гию15, сформулированы основные правовые принципы развития современной европейской (выделено мной - авт.) цивилизации, понимание прав и сво-

бод16.

Имплементация норм данного международного договора в национальную правовую систему повлекла внедрение европейских стандартов прав человека в национальное законодательство (как материальное, так и процессуальное), использование данных стандартов в качестве критерия совершенствования правоприменительной деятельности органов публичной власти, принятие мер по организации механизма учета и реализации указанных стандартов на внутригосударственном уровне, а также дала новый импульс развития отечественной юридической науки по проблемам реализации прав и свобод человека.

Немаловажно, что нормы данного регионального международного акта в сфере защиты прав человека, отражающие основные «европейские стандарты», обеспечены международным механизмом

11 Федеральный закон от 28.03.1998 № 44-ФЗ // СЗ РФ. 1998. № 13. Ст. 1466.

12 Федеральный закон от 18.06.1998 № 84-ФЗ // СЗ РФ. 1998. № 25. Ст. 2833.

13 Федеральный закон от 11.04.1998 № 55-ФЗ // СЗ РФ. 1998. № 15. Ст. 1695.

14 См.: Эбзеев Б.С. Глобализация, европейский консенсус и рецепция Россией европейских гуманитарных стандартов: механизм и пределы (конституционные ориентиры) // Теоретические и практические проблемы правоприменения Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод: Пособие для судей. М., 2006. С. 29.

15 См.: Марченко М.Н. Юридическая природа и характер решений Европейского суда по правам человека // Государство и право. 2006. № 2. С. 17.

16 См.: Выступление Председателя Конституционного Суда Российс-

кой Федерации В.Д. Зорькина // Российский судья. 2009. № 1. С. 21.

контроля за их соблюдением в нормотворческой и правоприменительной деятельности стран-участ-ниц Конвенции, основным звеном которого выступает Европейский Суд по правам человека. Как отмечается в литературе, обратная связь между Конвенцией и учрежденным ею контрольным механизмом проявляется в том, что последний указывает направления ее развития путем толкования ее положений17. Это позволяет применять закрепленные данным международным договором стандарты в часто изменяющихся социально-политических условиях развития европейского сообщества. При этом толкование конвенционных норм неразрывно связано с фактическими и юридическими основаниями конкретных жалоб, поступающих в Европейский Суд. В этой связи следует отметить, что данный наднациональный суд не отрицает необходимости учитывать контекст своих решений и, в сущности, не исключает возможности пересмотра ранее сформулированной позиции при существенном изменении обстоятельств, юридически значимых для понимания и оценки сути конкретного дела18.

В юридической науке существуют разные оценки места правовых позиций Европейского Суда в национальной правовой системе и, соответственно, их значения для органов публичной власти. Широкое распространение получило мнение, что данные судебные акты образуют прецедентное право (прецедентную практику)19, юридическая сила которого несовместима с видом отечественной правовой системы. Другие ученые не придают правовым позициям Европейского Суда статуса прецедента как источника права, свойственного странам общего права20. Высказывается мнение, что такого рода судебные акты соотносятся с прецедентом и правовой позицией как форма и содержание, а прецедентное значение придается не как таковому решению Европейского Суда, а выраженным в нем правовым позициям21. Отдельными авторами предлагается рассматривать правовые позиции данного наднационального суда как «квазинормы», заключающие в себе специфическую, автономную интерпретацию

17 См.: Николаев А.М. Проблемы реформирования Европейского суда по правам человека на современном этапе // Конституционное и муниципальное право. 2008. № 15. С. 15.

18 См., например: Терехова Л.А. Система пересмотра судебных актов в механизме судебной защиты. М.: Волтерс Клувер, 2007. С. 92-93.

19 См., например: Лаптев П.А. Значение Конвенции о защите прав человека и основных свобод для правовой системы России // Российская и европейская правозащитные системы: соотношение и проблемы гармонизации: Сборник статей / Под ред. В.М. Баранова. Нижний Новгород, 2003. С. 100; Кучин М.В. Прецедентное право Совета Европы и правовая система Российской Федерации: проблемы взаимодействия // Правоведение. 2001. № 1. С. 50-52.

20 См., например: Анишина В.И. Влияние решений Европейского суда по правам человека на российское правосудие // Международное публичное и частное право. 2007. № 1. С. 59-60; Самостоятельность и независимость судебной власти Российской Федерации / Под ред. В.В. Ершова. М., 2006. С. 147-171.

21 См.: Жилин Г.А. Решения Европейского суда по правам человека в системе источников гражданского и арбитражного процессуального права // Журнал конституционного правосудия. - 2009. № 1. С. 28.

правовых понятий в свете Конвенции22. Кроме того, в литературе получил распространение термин «прецеденты толкования», под которым понимается результат деятельности Европейского Суда по уяснению для себя и разъяснению для других содержания права, гарантированного нормой Конвенции, формулированию ее смысла для единообразного применения к обстоятельствам конкретных дел во всех странах-участницах23.

Проблема определения правовым позициям Европейского Суда места в российской правовой системе нередко связывается с вопросом допустимости существования в ней судебного прецедента. В научной литературе нет однозначного мнения относительно возможности придания судебному прецеденту статуса источника российского права. Так, судья Европейского Суда по правам человека от Российской Федерации проф., д.ю.н. А.И. Ковлер отмечает, что «...российской правовой доктриной судебный прецедент принят в качестве источника права»24. Судья Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации проф., д.ю.н. Т.Н. Нешатаева констатирует, что «.в российской правовой системе, как и в любой континентальной системе права, в той или иной форме прецедент всегда существовал в качестве источника права», например, при применении закона или права по анало-гии25. Судья Конституционного Суда Российской Федерации проф., д.ю.н. Г.А. Жилин, рассматривает решения Европейского Суда, в которых сформулированы правила общего характера для разрешения типичных ситуаций, как «один из содержательных источников российского права, указывающих на основные направления его реформи-рования»26.

Другими учеными вполне правомерно констатируется отсутствие судебного прецедента в числе формально-юридических источников российского права. Сторонники этой позиции настаивают на том, что «какие бы основания для квалификации правила, содержащегося в судебном решении или обзорах высших судебных инстанций в качестве правовой нормы, ни представляла реально существующая практика, решающее слово в признании или непризнании прецедента источником права ос-

22 См.: Абдрашитова В.З. Теоретико-правовые основы исполнения решений Европейского суда по правам человека: Автореферат дис. ... канд. юрид. наук. М., 2008. С. 12.

23 См., например: Ершов В.В., Ершова Е.А. Прецеденты толкования Европейского суда по правам человека // Теоретические и практические проблемы правоприменения европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод: Пособие для судей. М., 2006. С. 39; Пацация М.Ш. Европейский Суд по правам человека и пересмотр судебных актов по арбитражным делам // Законодательство и экономика 2006 №3. С. 70.

24 См.: Ковлер А.И. Европейское право прав человека и Конституция России // Журнал российского права. 2004. № 1. С. 155.

25 См.: Нешатаева Т.Н. Международный гражданский процесс: Учебное пособие М.: Дело, 2001. С. 65.

26 См.: Жилин Г.А. Правосудие по гражданским делам: актуальные

вопросы. М.: Проспект, 2010. С. 346-353.

тается за законодателем»27. Отдельные ученые опасаются того, что признание прецедентного права в правовой системе России может серьезно ослабить юридическую силу Конституции, закона, привести к их деформации посредством правоприменительной практики28.

Вместе с тем, при ответе на вопрос о месте европейских стандартов прав человека в национальной правовой системе, на наш взгляд, необходимо исходить из содержания данного понятия. Как уже было отмечено ранее, его составляют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, закрепляющие основополагающие гарантии их реализации, применяемые с учетом толкования Европейского Суда. Такое полномочие предоставлено данному наднациональному суду участниками данного международного договора.

Толкование международного договора уполномоченным на это органом рассматривается в международной практике в качестве неотъемлемого элемента юридического содержания договорных норм, которые не могут применяться в отрыве или вопреки данному толкованию. Так Венская конвенция о праве международных договоров предусматривает, что для целей толкования договора контекст (помимо текста, включая преамбулу и приложения) охватывает, в том числе, любое соглашение, относящееся к договору, которое было достигнуто между всеми участниками в связи с заключением договора. Кроме того, наряду с контекстом учитывается последующая практика применения договора, которая устанавливает соглашение участников относительно его толкова-

ния29.

Системный анализ положений раздела 3 части 3 Венской конвенции о праве международных договоров и статьи 32 Конвенции о защите прав человека и основных свобод позволяет прийти к выводу, что правовые позиции Европейского Суда, вырабатываемые им в ходе рассмотрения конкретных дел, выражают согласованную волю участников Конвенции в отношении порядка толкования данного международного договора и протоколов к нему30. Европейский Суд, руководствуясь принципом верховенства права, решает все спорные вопросы, связанные как с толкованием

27 См.: Канашевский В.А. Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека как регулятор гражданских отношений в Российской Федерации // Журнал российского права. 2003. № 4. С. 125.

28 См.: Витрук Н.В. О некоторых особенностях использования решений Европейского суда по правам человека в практике Конституционного Суда Российской Федерации и иных судов // Антология научной мысли: К 10-летию Российской академии правосудия: Сборник статей / Отв. ред. В.В. Ершов, Н.А. Тузов. М.: Статут, 2008. С. 545-553.

29 См.: п. «а» ч. 2, п. «Ь» ч. 3 ст. 31 Венской Конвенции о праве международных договоров (заключена в Вене 23.05.1969) // Ведомости ВС СССР. 10.09.1986. № 37. Ст. 772.

30 См.: Глазкова М.Е. Применение европейских стандартов отправления правосудия в российском арбитражном процессе: Автореферат дисс. ... канд. юридич. наук. М., 2010. С. 13.

«наднационального права», так и с его примене-

нием31.

Иными словами, содержание европейских стандартов прав человека заключено в конвенционных нормах, применяемых в контексте правовых позиций Европейского Суда. В этой связи конвенционное истолкование является неотъемлемой частью самого содержания указанных норм и, как следствие, закрепленных ими стандартов. Данная позиция имеет сторонников в юридической ли-тературе32.

Таким образом, европейские стандарты прав человека являются частью российской правовой системы, во-первых, в силу положений части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации, во-вторых, ввиду их воспроизведения в ряде норм национального законодательства. При этом правовые позиции, высказанные Европейским Судом относительно толкования и применения норм Конвенции, являются частью вышеуказанных стандартов и раскрывают содержание или требования к реализации последних. В этой связи практика Европейского Суда по правам человека, содержащая толкование норм Конвенции, подлежит обязательному учету в правоприменительной деятельности на внутригосударственном уровне независимо от наличия или отсутствия у нее статуса формально-юридического источника российского права.

Данный вывод не противоречит и позициям высших органов судебной власти России. Так, Конституционный Суд Российской Федерации не только отмечал обязательный характер практики Европейского Суда, но и признал ее в качестве составной части российской правовой системы, подлежащей учету федеральным законодателем при регулировании общественных отношений и правоприменительными органами при применении соответствующих норм права33. Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что применение судами общей юрисдикции Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда «во избежание любого [ее] нарушения»34. Высший Арбитражный

31 См.: Марченко М.Н. Верховенство права Европейского союза по отношению к национальному праву государств-членов / / Журнал российского права. 2009. № 5. С. 124.

32 См., например: Бондарь Н.С. Конвенционная юрисдикция Европейского Суда по правам человека в соотношении с компетенцией Конституционного Суда РФ // Журнал российского права. 2006. № 6. С. 116.

33 См.: п.2.1 Постановления от 05.02.2007 №2-П «По делу о проверке конституционности положений статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388, 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Кабинета министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ «Нижнекамскнефтехим» и «Ха-касэнерго», а также жалобами ряда граждан» // СЗ РФ. 2007. № 7. Ст. 932.

34 См.: п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» // Российская газета. № 244. 02.12.2003; пп. «в» п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» // Российская газета. № 260. 26.12.2003.

Суд Российской Федерации рекомендовал арбитражным судам принимать во внимание при осуществлении правосудия положения, сформулированные Европейским Судом и направленные на защиту имущественных прав и права на правосудие35.

Можно констатировать, что, несмотря на дис-куссионность многих, связанных с данной проблематикой теоретических вопросов, европейские стан-

дарты прав человека, содержащиеся в нормах Конвенции о защите прав человека и основных свобод, применяемые в контексте их толкования Европейским Судом по правам человека, являются частью российской правовой системы и подлежат обязательной реализации в нормотворческой и правоприменительной деятельности внутри государства.

35 См.: Информационное письмо Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.1999 №С1-7 /СМП-1341 «Об основных положениях, применяемых Европейским судом по правам человека при защите имущественных прав и права на правосудие» // Вестник ВАС РФ. 2000. № 2.