Договорное право средневековых монголов

Дугарова Сержена Жигмытовна,

Бурятский государственный университет, кандидат исторических наук, доцент кафедры теории и истории права и государства

Договорное право средневековых монголов

Договорное право имело широкое распространение в разных сферах монгольского общества. До организации монгольской империи, как сложного многосоставного государства, правила обычного права монголов удовлетворяли потребности родов, аймаков в регулировании обменных и мелких торговых операций. С ростом территории и усложнением структуры государства, образовавшегося в результате завоеваний, вопросы правового регулирования торговых отношений определялись как одно из направлений политики государства. Это было требованием времени, получившее отражение в содержании норм Их засаг, закреплявших порядок оказания государственной поддержки не только частным торговцам. Так организация торговых связей предполагала обеспечение безопасности торговых караванов, определение условий и порядка кредитных отношений, исполнения обязательств, ответственности в случае не возврата займа.

В период империи в Монголию ввозили из южных стран рис, муку; из Персии - шелк, хлопчатобумажную ткань; из Болгарии, Венгрии - ценную пушнину. Только для удовлетворения однодневных нужд Харохорума, согласно указу Угэдэя, ежедневно более пятисот высоких транспортных средств доставляли в столицу из провинций продукты питания. Г о-сударство обеспечивало хранение продуктов и других товаров путем организации государственных складов.

А.Джувейни отмечал, что монголы стремились разузнать особенности экономического уклада своих противников для того, чтобы в последующем установить эффективные торговые отношения. Торговля осуществлялась на основе специализации стран, ввозивших товары: из восточных стран - в западные, из южных - в северные и т.д.[1, с.135]. Центром торговых отношений между Азией и Европой стал город Харахорум, откуда осуществлялась организация безопасности торговых путей.

По мнению монгольского исследователя Ц. Минжин, торговые отношения монголов с другими народами также регулировались нормами Их засаг. Торговые отношения оформлялись не только путем заключения договоров мены, но и на основе купли-продажи, то есть на основе использования денежных средств.

Примером торговых отношений монголов является факт отправки торгового каравана из Монголии в Хорезм с сопроводительным письмом Чингисхана следующего содержания: «Прибывшие к нам Ваши купцы возвращаются обратно. Вместе с ними мы отправляем своих торговых людей, с тем, чтобы в последующем укрепить торговые связи» [6, с. 135].

Рашид-ад-Дин писал, что монголы, покорив и очистив ближние земли от неприятелей, признали право народов на торговлю, определив это как один из путей установления и развития отношений. Важно было обеспечить безопасность торговых путей, исключить причины всего, что могло нарушить мирную торговлю [6, с.188].

Д'Оссон в работе «История Монголии» писал следующее об обращении монгольского хана к соседнему государству: «Нам известно, что сила, мощь твоя велика, территория обширна. Вместе с тем вам необходимо знать, что установление торговых связей выгодно для наших государств» [3, с. 189]. Содержание ханских посланий свидетельствует о том, что развитие торговых отношений было важным направлением деятельности государства, имевшего целью установления и развития прочных торговых связей. О развитых торговых отношениях Монголии с иностранными государствами и народами свидетельствует история установления торгового «шелкового пути» (торгон зам).

В 1206 г. с объединением монгольских родов в единое государство экономика Монголии получила государственное управление. Соседние страны, народы государства Алтан улс, тангуты, сартулы, не признавая данный факт, стали с 1211 г. вводить экономические ограничения, закрывать торговые пути Монголии. Отсутствие властного покровительства над старыми традиционными, исторически сложившимися торговыми связями между странами противоречило интересам Малой Азии и Южного Китая. В рассматриваемый период торговый путь пролегал через границы горных стран Цайдам, Куньлунь, пересекая окраины китайской провинции Юймэнь. Наиболее известными были две ветви пролегания «шелкового пути»: южная ветвь от Яркинды до Вахан и Мерв, северная начиналась от долины реки Тарим в направлении Ферганы, Маверангара и Ижил морон. До 1225 г. Чингисхан возглавлял борьбу за восстановление торгового пути. С 1240 г. Угэдэй хан расширил границы, охватываемые торговыми путями в южном направлении, а в период правления Менх хана, его младший брат Хулэгу, освободив Иран, покорив Ирак и Сирию, сумел полностью присоединить юго-восточную часть Азии.

С этого времени «шелковый путь» получил статус международного торгового пути. Центром торговли южных и восточных государств была столица монгольской империи, что подтверждают денежные знаки разных государств, в том числе монеты арабских стран, позже обнаруженные в Харахоруме [2, с. 183]. Товарооборот обеспечивали не только денежные эквиваленты - рассчитывались мелким и крупным рогатым скотом, наряду с этим использовали шкуры как платежное средство. Например, в торговой среде широко использовали унаган тулам гурил (мешок из шкуры жеребенка, используемый при покупке муки как мера весов), хурган тулам будаа (мешок из шкуры ягненка для взвешивания риса) и т.д.

Источники отмечают, что «монголы приобретают изделия из дуба, шелка, рассчитываясь золотом или мелким скотом: баранами, лошадьми [4, с. 258]. Для достижения согласия в торговых отношениях вопросы гарантии качества, количества товаров, места, времени права и обязанности сторон должны быть законодательно регламентированы. Согласно «Краткой истории о черных татарах» (Хар татарын товч): «все татары, начиная от всадников, заняты в торговой сфере. Особо ценят шелк, одежду из шелка, хлопчатобумажной ткани, деревянные изделия, котлы на трех основаниях. Китайцы и уйгуры в Монголии приобретают баранов, лошадей. Татары со спокойным нравом, нет среди них людей, самовольно присваивающих утерянный товар» [4, с. 259]. Случаи нарушения правил ведения торговли, согласно источниками, допускались со стороны китайцев и уйгуров. Так стали известны факты обвинения монголами уйгуров в обмане. Монгольская знать имела обыкновение отдавать уйгурам деньги в ссуду с целью увеличения капитала. В источниках описываются случаи обвинения в обмане при исполнении обязательств из договора займа денег. В «Сборнике летописей» Рашид-ад-дина есть сведения об особенностях договора займа при описании схожих случаев. Летопись описывает ситуацию, когда один мусульманин, взяв в долг 4 монеты, не смог расплатиться с кредитором. Должнику было установлено наказание в виде «отрешения от веры», с лишением священного пояса мусульманского духовенства «зуннар», телесное наказание: 100 ударов кнутом на торгу. Между тем, должник обратился к хану с просьбой отсрочить выплату долга на три дня. Хан приказал привести кредитора к нему и, выслушав, постановил: наказание для должника вынесено не справедливо, потому приказал передать мусульманину дом, жену кредитора, а кредитора самого приговорить к телесному наказанию в виде 100 ударов розгами. Также велел выдать священнику 100 монет из казны государства [6, с. 87].

Во времена Угэдэй хана государственная политика имела целью поощрение развития торговли. Так государство выкупало у торговцев разные товары по высоким ценам. В последующем, во времена правления Гуюк хана была продолжена такая практика, когда казна империи приобретала у купцов, прибывших из разных стран, товар по высокой цене.

М. Правдин в своей книге «Чингисхан и его наследство» приводит слова венецианского торговца Франческо Балдучи Пеголот, писавшего книге, датируемой 1340 г.: «Путь от города Сарая до Китая, в отличие от других торговых дорог, менее безопасен. Уверенно можно себя чувствовать, только если с тобой более 600 человек. А вот от Харахорума до Китая можно, не опасаясь никого и ничего, и днем и ночью передвигаться. Там господствует установленный татарами порядок «pax tatarica» [5, с. 238]. Рашид-ад-Дин также в Сборнике летописей писал, что на огромной территории от Китая до Дели, от Бабэл-Эбвада до Мисира, до границы Рима «не только купцы, но и вдовы и дети торгуют, обменивают один товар на другой» [6, с.85]. Развитию торговли способствовало учреждение гоньбы (уртонов). С функционированием уртонной службы вопросы обеспечения безопасности торговцев и товарных составов были возложены на новую транспортную систему. В связи с тем, что это обременяло деятельность уртонной службы, было ограничено использование уртонов торговцами. В сборнике летописей отмечается, что Монх хан изменил порядок использования торговцами уртонного транспорта в провинциях Могулистана. Торговцы должны были сами обеспечивать свои подводы лошадьми [6, с.87]. Интерес представляют категории торговцев, именовавшихся «уртынхан», обладавших доверием у хана. Уртын-хан могли в любое время брать из казны империи в кредит товар, деньги. Об этом писал

В.А. Рязановский: «Если разорился, взяв в долг товар, то разрешалось брать во второй раз, а в случае разорения в третий раз следовало наказание» [7, с. 70]. Сайшиял, китайский ученый, в книге «Биография Чингисхана» описывает случаи ответственности в случае банкротства. Так, если перевозчик по найму терял товар, мог во второй раз быть нанятым, но при условии возмещения убытка торговцу. При утере в пути товара в третий раз, следовало наказание в виде смертной казни [8, с.178]. Таким образом, государство в лице хана регулировало вопросы в сфере торговли, в том числе разрешало споры, конфликты. В Сборнике летописей Рашид-ад-дина описывается случай, когда жители китайской провинции Таянфу обратились к хану с просьбой разрешить отсрочить срок уплаты долга кредитору. Хан обдумав, постановил: «Лучший выход - вернуть долг населению города из казны, поскольку, если разрешить вернуть долг по соглашению по частям, будет ущербно для кредитора. Если оставить жалобу без внимания, могут быть волнения среди подданных» [6, с.81]. На встрече великого хана Гуюка с торговцами окрестных территорий было решено заключать договоры с провинциями в письменной форме - берат бичиг, которая должна была служить в качестве платежного поручения. В случае просрочки платежа провинции должны были расплачиваться на основании письменного поручения - берат бичиг. Позже, в период правления Менх-хана, в условиях развития торговых отношений оформление договорных обязательств усложнилось. Так участились случаи не возвращения долга должниками в полном объеме. Отдельные кредиторы - торговцы, оформившие договорные отношения в форме берат бичиг, не могли доехать до провинций и несли большие убытки. Менх-ханом

для разрешения подобных ситуаций был принят ряд мер. Родственники высших чиновников не могли расплачиваться по своим обязательствам из казны империи. Обязательства в случае банкротства должника должны были исполняться провинциями. Торговцам было запрещено пользоваться уртонным транспортом. Все, кто взял в долг деньги из казны государства, обязаны были вернуть всю сумму государству. Таким образом, были приняты нормы, ограничивающие в определенной мере права торговцев, в целях предупреждения массового разорения [6, с.221]. Для оперативного разрешения споров в торговой среде была учреждена должность заргач с правом принимать и рассматривать споры, конфликты, оценивать товар, доставленный в казну государства.

В период империи распространенным было понятие «побратимства», составляемое в форме договора и сопровождаемое дачей сторонами клятвы друг другу. Договор побратимства заключался в устной форме, при этом стороны были связаны друг с другом взаимными обязательствами. В «Сокровенном сказании» монголов описаны порядок и условия заключения договора побратимства. Так в XII в. побратимами стали Есугей баатар и кереитский хан Тогорил, в конце XII в. - Тэмуджин и Джамуха. По мнению Ц. Минжин, договор побратимства заключался на основе норм обычаев, однако по содержанию был близок к гражданскому договору. Как замечает Ц. Минжин, договор обязательно предполагал установление взаимной ответственности сторон, поэтому и сопровождался принесением сторонами клятвы. Известно, что Джамуха давал клятву три раза. Ц. Минжин отмечает, что смысл содержания слова анд не может определяться в значениях друг, товарищ. В рассматриваемый период времени слово анд употреблялось монголами-кочевниками в значении «цэргийн холбоотон» (военный союзник), поскольку основное содержание обязательства, возникавшего из договора побратимства, заключалось в оказании военной помощи, поддержки [2. с.190]. Тэмуджин получил на основе договора своего отца Есугей баатура с Тогорилом необходимую военную помощь. Побратимство Тэмуджина и Джамухи отличалось от дружеских отношений с Мухулаем и Зэлмэ, с которыми Тэмуджин никогда не заключал соглашение о побратимстве. Из содержания текста клятвенного обещания побратимов можно заключить, что соглашение об анде получило распространение в монгольском обществе в условиях смутного времени, междоусобиц и имело целью оказание сторонами военной помощи в случае необходимости.

Таким образом, имущественные отношения в средневековом монгольском обществе регулировались нормами обычного права.

В результате образования государства, расширения территории, увеличения численности населения имущественные, преимущественно торговые, отношения, регламентируются законодательными актами. Государство определяло, в основном, общие вопросы (к примеру, обеспечение безопасности торговых путей) либо регламентировало новые явления в сфере имущественных отношений, ранее не известные кочевому обществу и обычаю (порядок кредитования).

Литература

1. Джувейни А-М. Чингисхан. История завоевателя мира, М., 2004. 467 с.

2. Минжин Ц. Их засаг. Туух, эрх ЗYЙн шинжилгээ. Улаанбаатар: Монгол улсын шинж-лэх ухааны академийн туухийн хYрээлэн, 2009. 287 х.

3. Оссон (д'Оссон) А. К. Монголын туух. I-IV боть, 0МАХХ., 1996. 340 х.

4. Пэн Дая / Сюй Тин. Хар татарын хэргийн товч. Улаанбаатар: Монгол улсын шинжлэх ухааны академийн туухийн хYрээлэн, 2006. 358 х.

5. Правдин А. Чингис хаан тууний ев. Улаанбаатар: Олон улсын монгол

судлалын холбоо, 2005. 280 х.

6. Рашид-ад-дин. Сборник летописей. М., 1971 С. 188

7. Рязановский В.А. Монголчуудын хууль цаазын дурсгал бичгуудийн туу хэн тойм. Их засаг хууль. Улаанбаатар: Монгол улсын шинжлэх ухааны

академийн туухийн хYрээлэн, 2000. 298 х.

8. Сайшиял. Чингисхааны товчоон. Тэргуун дэвтэр. Улаанбаатар: Олон улсын

монгол судлалын холбоо, 2003. 487 х.