Принцип народного суверенитета: проблемы теории и практики

УДК 342.31

П. Ю. Нечаев

Принцип народного суверенитета: проблемы теории и практики

В статье исследуются различные аспекты принципа народного суверенитета. Особое внимание уделяется «парадоксу народного суверенитета» в свете решений Европейского суда по правам человека о предоставлении избирательных прав осужденным, содержащимся в местах лишения свободы.

This article is devoted to the study of different aspects of the principle of popular sovereignty and the sovereignty of the people. This paper attempts to analyze the "paradox of popular sovereignty" in the connection with the European Court on Human Rights decisions concerning prisoners' voting rights.

Ключевые слова: народовластие, народный суверенитет, полновластие народа, принцип, парадокс народного суверенитета, народ как процесс, избирательный ценз.

Key words: popular sovereignty, sovereignty of people, principle, paradox of popular sovereignty, people as a process, electoral qualification.

Народный суверенитет - популярная мировая концепция и общепризнанная идея, которая широко используется политиками и учеными. Народ зачастую не осознает свою значимость в решении общегосударственных задач, в связи с чем у многих складывается впечатление, что после объявления итогов голосования на выборах действенных рычагов воздействия на власть не остается. Кроме того, политические манипуляции, коррупция, недостаточная гласность и прозрачность процедур, несовершенство системы сдержек и противовесов являются значительными препятствиями для суверенитета народа1.

© Нечаев П. Ю., 2014

1 См.: Fan Hsin-Hua. On Popular Sovereignty. ProQuest, 2009. P. 1.

40

Основоположником теории народного суверенитета в современном смысле считается Томас Гоббс2. Признание Гоббсом народа в качестве источника власти в государстве стало первым шагом к пониманию народного суверенитета 3. С другой стороны, он не признавал полновластие народа и устанавливал значительные ограничения народной воли по отношению к суверену, в частности: подданные не могут изменять форму правления, протестовать против установления суверена, провозглашенного большинством, осуждать действия и наказывать суверена. Во многом это объясняется желанием Гоббса оправдать и защитить монархию от конституирующей власти.

По мнению Джона Локка, общество и правительство должны основываться на общественном договоре, а легитимность правительства - зависеть от согласия управляемых4. В отличие от Гоббса, для Локка решение создать государство не является единственным решением народа - решением большинства может быть изменена форма государства или избран новый представитель (представители). Никакой представитель или представительный орган, каким бы демократическим образом он ни был избран, не может нарушать конституционные процедуры или права и свободы граждан без согласия общества5. Взгляды Джона Локка на народный суверенитет шире взглядов Томаса Гоббса, но его теория ограничена в другом смысле - он не наделяет народ правом распоряжаться своей властью постоянно, а только в те моменты, когда власть теряет доверие населения. Таким образом, народ хоть и является источником политической власти для Томаса Гоббса и Джона Локка, он лишен полновластия.

В российской конституционной науке полновластие является неотъемлемым элементом народного суверенитета. В советский период под народным суверенитетом было принято понимать верховенство и полновластие народа в общественной жизни6. По мнению В.Т. Кабышева, наро-

2 См.: Nootens Genevieve. Popular Sovereignty in the West. Polities, contention, and ideas. Routledge, 2013. P. 11.

3 Гоббс Т. Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского. Соч.: в 2 т. М.: Мысль, Т. 2. 1991.

4 ЛоккДж. Сочинения: в 3 т. М.: Мысль, 1988. Т. 3. С. 138.

5 Franklin Julian H. John Locke and the Theory of Sovereignty. Cambridge: Cambridge University Press, 1978. Р. 87.

6 См., например: Фарбер И.Е. Народный суверенитет в Советском государстве // 50 лет Советского союзного государства. Саратов, 1973. С. 44-46; Безуглов А.А. Суверенитет

41

довластие есть власть народа, демократия - это верховенство и полновластие народа. Суверенитет народа - это конституционный принцип организации и функционирования власти народа7. Современная же постсоветская конституционная теория в целом унаследовала советские представления о народном суверенитете8.

Противоречивое определение народного суверенитета предложено А.Н. Кокотовым и М.И. Кукушкиным. Они определяют суверенитет народа «как обусловленную общей волей граждан государства неограниченную власть народа, которая осуществляется во всех сферах жизни в установленных Конституцией и законами организационно-правовых формах»9. Говоря о неограниченности власти народа, они, с другой стороны, ставят эту власть в рамки определенных законом форм - такая ограниченная концепция народного суверенитета закреплена, например, в Конституции Республики Беларусь10. На наш взгляд, такой подход является недопустимым: полновластие народа предполагает реализацию этой власти не только в тех формах, которые были заранее оговорены, но и в других формах, а также право на восстание. Невозможно рассматривать народный суверенитет и полновластие народа по отдельности - только вместе они образуют фундамент народовластия; и один элемент без другого не имеет смысла.

Признание народа в качестве единственного источника власти в государстве порождает несколько теоретических и практических проблем. До настоящего времени отсутствует единый критерий, позволяющий точно определить, кто есть «народ». Эта проблема известна как парадокс народного суверенитета. В рамках современной либеральной теории сложились определенные представления о том, какие категории населения имеют право участвовать в осуществлении прямой демократии, при этом считается допустимым и даже необходимым установление избирательных цензов.

советского народа. М., 1975. С. 19, 45-51; Судницын Ю.Г., Скуратов Ю.И. Народный и национальный суверенитет в Советском государстве // Правоведение. 1979. № 4. С. 3-11.

7 См.: КабышевВ.Т. С Конституцией по жизни // Избр. науч. тр. М.: Формула права, 2013. С. 298.

8 См., напр.: БаглайМ.В. Конституционное право Российской Федерации: учеб. 7-е изд., изм. и доп. М.: Норма, 2008. С. 127; ЭбзеевБ.С. Введение в Конституцию России. М.: Норма: ИНФРА-М, 2013. С. 299.

9 Конституционное право России: учеб / отв. ред. А.Н. Кокотов и М.И. Кукушкин. М.: Юристъ, 2003. С. 94.

10 Конституция Республики Беларусь 1994 г. (с изм. и доп., принятыми на республиканских референдумах 24 нояб. 1996 г. и 17 окт. 2004 г.). Мн., 2009.

42

Рассмотрим парадокс на примере возрастного избирательного ценза на выборах депутатов Государственной Думы. Закон, устанавливающий избирательные цензы для депутатов, был одобрен Государственной Думой11. Принявшие его депутаты и члены Совета Федерации действовали на основании Конституции Российской Федерации, которая была принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г., проведенном на основании указа президента Б.Н. Ельцина12, хотя в соответствии с Законом о референдуме РСФСР13 референдум мог быть назначен лишь Съездом народных депутатов или Верховным Советом и т. д. Эту цепочку можно продолжать бесконечно, но исторической науке не известно конкретное событие, когда народ как единое целое принял решение, кого считать народом или кого наделить полномочиями на решение данного вопроса.

Другим примером парадокса народного суверенитета является запрет на участие в выборах лиц, содержащихся в местах лишения свободы по приговору суда. Традиционно решение данного вопроса целиком и полностью находилось в ведении государства, и Конституция России в ч. 3 ст. 32 установила прямой запрет для указанных лиц избирать и быть избранными. Однако, Европейский суд по правам человека в своем решении по делу «Анчугов и Гладков против России»14 признал эту норму противоречащей ст. 3 Протокола № 1 к Европейской Конвенции15 (право на свободные выборы), поскольку установленное ограничение является непропорциональным. Несмотря на то что представители Российской Федерации настаивали на том, что запрет содержится не в обычном законе, а в Конституции, Европейский суд подчеркнул, что все законодательство должно соответствовать Конвенции, независимо от способа принятия, кроме того суду не были представлены доказательства обсуждения этого вопроса при подготовке

11 О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации: федер. закон от 18 мая 2005 г. № 51-ФЗ // СЗ РФ. 2005. № 21. Ст. 1919.

12 О проведении всенародного голосования по проекту Конституции Российской Федерации: указ Президента России от 15 окт. 1993 года № 1633 // Собрание актов Президента и Правительства РФ. 1993. № 42. Ст. 3995.

13 О референдуме РСФСР: закон РСФСР от 16 окт. 1990 г. № 241-1 // Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1990. № 21. Ст. 230.

14 Anchugov and Gladkov v. Russia

15 Протокол № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Париж, 20 марта 1952 г.) // СЗ РФ. 2001. № 2. Ст. 163.

проекта Конституции. Аналогичное решение было принято Европейским судом в 2005 г. по делу Хёрста против Великобритании (№ 2)16.

Исследуя парадокс народного суверенитета, Эрнесто Лаклау предположил, что невозможно рассматривать категорию «народ» в статике, раз и навсегда зафиксировав параметры; наоборот, народ можно определить только через серию эквивалентных цепей17. Вместо того, чтобы считать народ совокупностью отдельных людей, Паулина Эспехо предлагает рассматривать «народ как процесс» или непрекращающуюся серию событий, соединенных фактическим установлением, управлением или изменением демократических институтов18. Предполагается, что эта теория может помочь разрешить логическую проблему, которая возникает при попытке легитимировать государство, а также при изменении государственных гра-границ, включении и исключении отдельных категорий граждан в списки избирателей и пр. Однако такой подход является очередной юридической фикцией, которая в теоретическом смысле хотя и способствует уяснению категории «народ», но вместе с тем не помогает с решением практических вопросов, касающихся народного суверенитета.

Можно согласиться с В.С. Нерсесянцем, что термины «народовластие», «непосредственная власть народа», «народный суверенитет» в современном государстве - это фикции, призванные легитимировать реальное господство политических элит. Государственная власть всегда претендует на выражение всеобщих интересов, а демократическая власть -на выражение воли народа. По его мнению, идея народовластия и понятие народного суверенитета искажают смысл государственной власти, создают впечатление дуализма власти народа и власти государства (публично-властной организации народа)19.

Таким образом, принцип народного суверенитета - это основополагающий конституционный принцип народовластия, означающий, что носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской

16 См.: ВашкевичА. Дело Херст против Соединенного Королевства и некоторые проблемы совершенствования белорусского избирательного законодательства // Тр. фак. меж-дунар. отношений Белорусского гос. ун-та. 2010. Вып. 1. С. 71-75.

17 См.: Laclau Ernesto. The populist reason. Verso, 2005. Р. 171. (Лаклау Э. Популистская причина. Изд-во Версо, 2005. С. 171).

18 См.: Espejo Paulina Ochoa. The time of popular sovereignty: process and the democratic state. Penn State Press, 2011. Р. 196. (Эспехо П.О. Время народного суверенитета: процесс и демократическое государство. Изд-во Пенн Стейт Пресс, 2011. С. 196).

19 См.: Проблемы общей теории права и государства: учеб. для вузов / под общ. ред. В.С. Нерсесянца. М.: Норма, 2004. С. 614.

Федерации является ее многонациональный народ, который, ни с кем не деля свою власть, осуществляет ее в самостоятельно и в полном объеме.

Идеи Томаса Гоббса и Джона Локка о том, что именно народ является источником всей власти в государстве, получили признание и дальнейшее развитие, но практическая реализация суверенитета и полновластия народа в современной России возможна только на основании непосредственного и активного взаимодействия общества и государства в интересах многонационального российского народа.

Список литературы

1. Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации: учеб. - 7-е изд., изм. и доп. - М.: Норма, 2008. - С. 127.

2. Безуглов А.А. Суверенитет советского народа. - М., 1975. - С. 19, 45-51.

3. Вашкевич А. Дело Херст против Соединенного Королевства и некоторые проблемы совершенствования белорусского избирательного законодательства // Тр. фак. междунар. отношений Белорус. гос. ун-та. - 2010. Вып. 1. - С. 71-75.

4. Гоббс Т. Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского // Соч.: в 2 т. - М.: Мысль, 1991. Т. 2.

5. Кабышев В.Т. С Конституцией по жизни: Избр. науч. тр. - М.: Формула права, 2013. - С. 298.

6. Кокотов А.Н., Кукушкин М.И. Конституционное право России: учеб. -М.: Юристъ, 2003. - С. 94.

7. Конституция Республики Беларусь 1994 г. (с изм. и доп., принятыми на республиканских референдумах 24 нояб. 1996 г. и 17 окт. 2004 г.). - Мн., 2009.

8. Локк Дж. Сочинения: в 3 т. - М.: Мысль, 1988. Т. 3. - С. 138.

9. Нерсесянц В.С. Проблемы общей теории права и государства: учеб. для вузов. - М.: Норма, 2004. - С. 614.

10. О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации: федер. закон от 18 мая 2005 г. № 51-ФЗ // СЗ РФ. - 2005. -№ 21. - Ст. 1919.

11. О проведении всенародного голосования по проекту Конституции Российской Федерации: указ Президента России от 15 октября 1993 г. № 1633 // Собрание актов Президента и Правительства РФ. 1993. - № 42. - Ст. 3995.

12. О референдуме РСФСР: закон РСФСР от 16 октября 1990 г. № 241-1 // Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1990. № 21. Ст. 230.

13. Протокол № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Париж, 20 марта 1952 г.) // СЗ РФ. 2001. № 2. Ст. 163.

14. Судницын Ю.Г., Скуратов Ю.И. Народный и национальный суверенитет в Советском государстве // Правоведение. - 1979. - № 4. - С. 3-11.

15. Фарбер И.Е. Народный суверенитет в Советском государстве // 50 лет Советского союзного государства. - Саратов, 1973. - С. 44-46.

16. Эбзеев Б.С. Введение в Конституцию России. - М.: Норма: ИНФРА-М, 2013. - С. 299.

17. Anchugov and Gladkov v. Russia (European Court on Human Rights, applications nos. 11157/04 and 15162/05) (Решение Европейского суда по правам человека от 04 июля 2013 г. «Анчугов и Гладков против России» (заявления № 11157/04 и № 15162/05)).

18. Espejo Paulina Ochoa. The time of popular sovereignty: process and the democratic state. Penn State Press, 2011. - Р. 196. (Эспехо П.О. Время народного суверенитета: процесс и демократическое государство. - Изд-во Пенн Стейт Пресс, 2011. - С. 196).

19. Fan Hsin-Hua. On Popular Sovereignty. ProQuest, 2009. - P. 1. (Фан Х.-Х. О народном суверенитете. - Изд-во ПроКвест, 2009. - С. 1).

20. Franklin Julian H. John Locke and the Theory of Sovereignty. Cambridge: Cambridge University Press, 1978. - Р. 87. (Франклин Дж. Джон Локк и теория о суверенитете. Кембридж: Кембридж Юниверсити Пресс, 1978. - С. 87).

21. Laclau Ernesto. The populist reason. Verso, 2005. Р. 171. (Лаклау Э. Популистская причина. - Изд-во Версо, 2005. - С. 171).

22. Nootens Genevieve. Popular Sovereignty in the West. Polities, contention, and ideas. Routledge, 2013. - P. 11. (Нутенс Ж. Народный суверенитет на западе. Политика, борьба и идеи. - Изд-во Рутледж, 2013. - С. 11).