Спиритуализм как культовое движение: проблема лидерства в закрытой религиозной группе

УДК 159.9.016.133

В. С. Раздъяконов, Е. Е. Морозова

Спиритуализм как культовое движение: проблема лидерства в закрытой религиозной группе

Цель исследования - изучить идеологические способы легитимации лидерства в религиозной группе закрытого типа. В качестве предмета исследования выбран спиритический кружок - специфическая социальная форма организации религиозной практики, появившаяся во второй половине XIX столетия. Предположение о способах легитимации лидерства основывается на анализе источников, относящихся к деятельности спиритических кружков, действовавших под формальным руководством отечественного ученого Николая Петровича Вагнера (1829-1907). Исследование вносит вклад в социологическую дискуссию об определении социального типа спиритуализма как религиозного объединения. Утверждается необходимость дополнения социологического анализа отношений между участниками спиритического кружка феноменологическим описанием, основывающимся на доминирующей в группе идеологии. Именно идеология позволяет заключить, насколько правомерно отнесение того или иного объединения к социологической категории «культа».

The article demonstrates different ways of leadership legitimation in closed religious groups. Spiritualist circle as a specific organizational form of religious practice is taken under scrutiny. The hypothesis about ways of leadership legitimation takes into account materials from spiritualist circles headed by Russian scientist Nikolay Pe-trovich Wagner (1829-1907). The article contributes to the discussion of the sociological definition of spiritualist movement as a religious one. The authors argue that the external sociological description of social relations between members of spiritualist circle should be supplemented with a phenomenological description based on a group's dominant ideology. It is ideology that defines the possibility to treat a group as the sociological category of the cult.

Ключевые слова: спиритуализм, спиритизм, спиритический кружок, Н. П. Вагнер, культ, Дж. Нельсон, социология религии, типология религиозных групп.

Key words: Spiritualism, spiritism, spiritualist circle, N. P. Wagner, G. K. Nelson, sociology of religion, typology of religious groups.

Цель нашего исследования1 - раскрыть идеологические способы легитимации лидерства в религиозной группе закрытого типа. В каче-

© Раздъяконов В. С., Морозова Е. Е., 2016

1 Статья представляет результаты работы исследовательской группы, действовавшей под эгидой научного проекта «Движение экспериментального спиритизма в России второй половины XIX века». Мы благодарим студентов Учебно-научного Центра изучения религий А.О. Безкоровайную, А.А. Бойцову и Д.Х. Дугар-Сюрюн, принимавших участие в переводе источников настоящего исследования в электронный формат. Все

стве предмета исследования нами был выбран спиритический кружок - специфическая социальная форма организации религиозной практики, появившаяся во второй половине XIX столетия. Предположение о способах легитимации лидерства основывается на анализе источников, относящихся к деятельности спиритических кружков, действовавших под формальным руководством отечественного ученого Николая Петровича Вагнера (1829-1907)1. Наше исследование также вносит вклад в социологическую дискуссию об определении социального типа спиритизма.

Пионером социологического исследования спиритического движения является Джеффри Нельсон, одним из первых подробно рассмотревший его «культовую» природу [13]. Дж. Нельсон определяет культ как такую форму религиозного объединения, которая постулирует разрыв с ценностными установками «религиозной традиции», состоит из индивидов, стремящихся обрести или обретших мистический опыт, и «глубоко обеспокоенную решением проблем индивидов» [14, с. 152]. Хотя помимо Нельсона другие известные социологи религии также характеризовали спиритуализм как культ (например, Говард Беккер, Милтон Йингер, Брюс Кэмпбелл), вопрос о его «культовой» природе дискутируется в западной исследовательской литературе [15, с. 187-188; 12, с. 469-481].

Не вдаваясь в обсуждение сложного понятия «культ» [16], на основании изученных документов мы предлагаем историческую критику «культовой» природы спиритуализма. Если отталкиваться от определе-

источники хранятся в архивном фонде Н.П. Вагнера в Музее национальной письменности в Праге (далее - PNP. Wagner). На момент работы В.С. Раздъяконова с материалами фонда опись фонда отсутствовала, в связи с чем при ссылке на источник указывается только название материала и лист.

1 Вагнер работал в двух кружках - первый насчитывал как минимум 7 человек, существовал с 19 марта 1883 по 23 сентября 1887 (при этом состав кружка был подвижен, на некоторых заседаниях отсутствовали одни, присутствовали другие участники); во втором было не менее 4 человек, существовал с 29 октября 1887 по 8 марта 1892. В первом кружке медиумом был Н.Д. Бутовский, во втором - несовершеннолетний В.В. Николаев. Постоянные члены, участвовавшие в работе обоих кружков, но присутствовавшие не на всех заседаниях, - Н.П. Вагнер и И.Я. Бибинов. В общей сложности Вагнер упоминает 138 сеансов, проведенных в его присутствии. Информация собрана частично по переписке участников кружка, частично по неопубликованному тексту Н.П. Вагнера «Мое миросозерцание» [1]. Результаты «опытов» Вагнера обобщены им в книге «Наблюдения над медиумизмом» [5], отдельная информация о деятельности кружков содержится в газетных публикациях Н.П. Вагнера в «Новом времени» - «Sine ira et studio» (№ 6493) и «Вынужденное объяснение» (№ 6476). См. также: Фотограф-любитель, 1894, № 4. С. 125. Дополнительная оценка этой стороне деятельности Вагнера дана в книге: Петрово-Соловово М. М. Очерки из истории спиритического движения в России [7, с. 184-192]. Основные материалы, использованные в нашем исследовании, относятся к деятельности второго кружка.

ния «культа» по Нельсону, можно прямо утверждать обратное данному им определению: в исследованных спиритических кружках свободно участвовали люди, ассоциировавшие себя с традиционным христианством; эти люди не рассматривали опыт спиритического общения как опыт «сверхъестественный»; эти люди были глубоко обеспокоены не столько решением своих личных проблем, сколько судьбою всего человечества [8]. Кроме того мы предполагаем, что социальная функция и, соответственно, место спиритического кружка в общей системе социальных отношений меняются в ходе истории: если спиритические объединения, современные исследованиям Нельсона, действительно напоминали культовое сообщество, то по крайней мере некоторые кружки XIX столетия по своей природе были чем-то совсем иным1.

Спиритический кружок как закрытая группа

Спиритический кружок рассматривается нами как закрытая малая группа2. Говоря о «закрытой группе», мы имеем в виду социальную группу с ограниченным доступом3. Закрытые группы от открытых отличает, во-первых, наличие «процедуры», в соответствии с которой происходит прием новых членов. Во-вторых, закрытая группа осознает себя как отдельная социальная единица, отличная от окружающего ее мира, что находит свое выражение в формировании специфической идеологии, постулирующей необходимость поддержания «границы» между группой и социумом.

В наибольшей степени эта «граница» проявляла себя на спиритическом сеансе. Не стоит упускать из виду тот факт, что само название «кружок» происходит от идеальной формы организации участников сеанса - круга, образованного руками участвующих в сеансе лиц. Хотя с формальной точки зрения для допуска в кружок достаточно было

1 Выводы о культовой природе спиритуализма основываются по большей части на прикладных полевых исследованиях практикующих социологов. Хороший пример подобного квалификационного сочинения на соискание степени PhD представляет исследование: Todd J. L. Talking to the Other Side. A History of Modern Spiritualism and Mediumship [17, c. 136-214].

Мы пользуемся понятиями «закрытая» и «открытая» группа как идеальными типами. В реальности ни одна из групп не бывает полностью открытой или закрытой - в первом случае потому, что это привело бы к уничтожению «группы», во-втором случае, потому что она не могла бы считаться группой, утратив какие бы то ни было отношения с социумом и выступая в таком случае как «альтернативная» социальная реальность.

3 В качестве рабочего определения «социальной группы» нами было использовано определение Роберта Мертона, определявшего ее как группу людей, которые взаимодействуют друг с другом на основе установленных образцов, определяют себя как члены группы, а также считаются таковыми людьми, не входящими в группу [6].

получить рекомендацию от одного из его постоянных членов, его «закрытый» характер также поддерживался негласными положениями, определявшими качества, которыми должны были обладать его члены. Список этих качеств не был сформулирован в виде отдельного кодекса, но его можно попытаться реконструировать на основе анализа получаемых в кружке сообщений, передаваемых через медиума, а также из переписки двух наиболее активных членов исследованных кружков - Н.П. Вагнера и И.Я. Бибинова1.

Во-первых, без осознания членами сообщества его целостности невозможно ни появление медиумических явлений, ни их развитие:

«... нельзя в том деле, за которое мы взялись, менять людей, как перчатки, нельзя, в особенности потому, что вы составили уже одно целое, а в этом целом каждая часть должна быть здорова, ибо тогда только и духовный организм общего удобен и плодотворен...» [3, Л. 69].

Обретение целостности ставит преграду на пути расширения, в связи с чем идеальной формой для кружка становится малая группа с фиксированным членством: «Малый кружок истинно любящих друг друга - есть тот же медиум, ибо он есть посредник, соединяющий хорошее ваше с чистым и возвышенным у нас» [3, Л. 22 (об.)]. Иными словами, постоянно работая вместе как единое целое, члены кружка оказываются в состоянии связаться с миром духов, выполняя функцию «коллективного» медиума.

Во-вторых, нарушение «целостности» кружка рассматривается как вредное для достижения поставленных перед ним целей. Отсутствие некоторых членов кружка не способствует полному раскрытию медиумических явлений:

«Иващенко и Бибинов могли бы дополнить то, что мне вчера не доставало» [3, Л. 11 (об.)], «Перерыв в сообщениях последовал по случаю внезапной болезни Н.П. Решняковой» [3, Л. 65]. Вредным является включение в состав кружка новых членов: «Как опытному наблюдателю Вам небезызвестно, что введение новых лиц в кружок всегда почти производит регресс явлений в тех случаях, где они недостаточно верят» [2, Л. 14].

В-третьих, основой гармонического развития явлений, происходящих в кружке, признается наличие у его членов веры в возможность проявления духов в физическом мире:

«Но увы! При всем желании мы не в состоянии общаться с теми в ком нет веры, ни любви, не стремления, наконец, к тому и другому» [3, Л. 20]. Присутствие неверующих людей, в том числе и неверие самих медиумов, могло препятствовать успешному ходу сеанса: «Спросил бы у наших близких ду-

1 О жизни и деятельности «доктора» Ивана Яковлевича Бибинова известно мало. М.М. Петрово-Соловово отмечает, что он умер в 1896 году [7, с. 184].

хов - да к несчастью они оставили навещать нас по милости братьев Бутовских» [2, Л.1]. Несоблюдение этого правила могло привести к крайне неблагоприятным последствиям: «Так вот этот господин начал убедительно проситься чтоб его приняли мы в наш кружок - мы и приняли, но отрицательная сила его 1-й же раз так его оттрепала, что с ним сделался легкий эпилептический удар; теперь мне приходится возиться с ним: онемела вся правая сторона туловища» [2, Л.4 (об.)].

В-четвертых, члены кружка должны быть максимально открыты по отношению друг к другу. Доверие рассматривается как необходимое условие для допуска в спиритический кружок и способно усиливаться в процессе развития медиумических явлений. В неопубликованном сочинении Н. П. Вагнера «Мое миросозерцание» им были сформулированы два условия для успешной «кружковой работы»:

«Во 1-х, кружок должен быть неизменен, т. е. должен состоять из одних и тех же лиц. Во 2-х, чем больше эти лица будут иметь доверие друг к другу и к медиуму, тем явления будут сильнее и доказательнее в их неподдельности» [1, Л. 3].

Таким образом, внутренняя идеология кружка направляла поведение его членов: с одной стороны постулируется требование абсолютной открытости между членами кружка и их безусловная преданность предмету веры, с другой стороны - устанавливаются ограничения на прием новых членов. Обычно идеология закрытых групп требует наличия социального лидера, отвечающего за организацию культовой практики и регулирующего порядок доступа членов к «предметам веры». В следующем параграфе мы обратимся к исследованию природы лидерства в спиритическом кружке.

Конфликт в закрытой группе и проблема лидерства

Конфликт между членами кружка И. Я. Бибиновым и Н. П. Вагнером возник по вопросу о необходимой степени доверия между членами спиритического кружка. Н. П. Вагнер настаивал на большем уровне доверия, в то время как И. Я. Бибинов считал, что достигнуть такого уровня доверия «в нашем мире» невозможно. Разногласие по этому вопросу использовалось сторонами для того, чтобы ответить на вопрос о том, кто является лидером в закрытой группе.

Самым серьезным обвинением, которое оба участника адресовали друг другу, было обвинение в эгоизме. Именно эгоизм ведет к «приватизации» спиритических явлений, поскольку воля «эгоиста» способна подчинять их себе. Как заявил Вагнер: «Из всего сказанного ясно следует, что влияние Вашей воли в нашем кружке самовластное и преобладающее - так что с большей основательностью можно назвать его Вашим кружком....» [4, Л. 5 (об.)]. В свою очередь

И. Я. Бибинов рассматривал кружок, прежде всего, как кружок Н. П. Вагнера: «В маленьком кружке первенствующее место занимали вы, вы были дирижером всего дела, и, конечно с уходом вас, самый кружок распадется, потому что для личного утешения у каждого найдется свой отдельный кружок» [2, Л. 16]. В ответ Вагнер достаточно ясно сформулировал идею о том, что в спиритическом кружке никто из его участников не может претендовать на лидерство, поскольку позиция «лидера» уже занята:

«Вы может быть скажете, что здесь идет препирательство о личной нашей (моей и Вашей) гегемонии. Совсем нет. Мало найдется людей так мало способных к руководительству и главенству, как я. Нет! Я желаю, чтобы кружком нашим управлял и руководил наш чистый и дорогой (мне) контроль - и что бы никакой другой посторонний взгляд, а тем более ваш. не мешали бы этому руководительству» [4, Л. 6].

Для Н. П. Вагнера, очень четко противопоставлявшего «чудеса, исходящие от Бога» медиумическим феноменам, являющимся частью естественного мира, единственным возможным лидером был дух А. М. Бутлерова, которого пытались «вызвать» участники второго кружка (и даже, по словам Вагнера, им это в какой-то момент удалось) [9, с. 166]. А. М. Бутлеров рассматривается членами кружка как реальный его участник, благодаря чему расширяется социальное пространство кружка:

«Бутлеров кое-что отдельно написал мне, и при свидании я вам прочту. Когда я просил разъяснить вопрос о медиумической чистоте, то голосом сказано: "Количка отлично знает, в чем она состоит, но прикидывается только непонимающим" Так ему и сказать? - "так и скажи"» [2, 23-23 (об.)].

Общение с духом А. М. Бутлерова было возможно лишь посредством проводника-медиума, что прямо обосновывалось Н. П. Вагнером в его споре с И. Я. Бибиновым отсылкой к естествознанию:

«Если бы эти явления не нуждались в физических условиях, то они не были бы медиумическими, и медиум был бы излишен. Очевидно, что его сила кроется прежде всего в физическом строении его тела. Заменить ее гармоничностью кружка или силой молитвы невозможно» [4, Л. 4-4 (об.)].

Иными словами, медиум обладает особым естественным качеством, позволяющим ему вступать в контакт с духами и на этом основании он мог бы претендовать на лидерство. Нетрудно заметить, что именно такое качество, которое для краткости можно обозначить как «доступ к трансцендентному агенту», обычно является идеологическим основанием для социального лидерства у многих руководителей культовых движений, претендующих на непосредственную связь с трансцендентными агентами коммуникации (инопланетянами, ангелами, духами и др.).

Однако медиум (проводник) согласно представлениям спиритуалистов того времени в идеальном своем состоянии является не более чем «машинкой» для передачи информации от духов: «Медиум не хозяин сеансов. Им часто пользуются разнородные силы» [3, Л. 12 (об.)]. Коррекция поведения участников сеанса с его стороны была возможна только через «третье» лицо, для которого сообщения медиума имели значение, поскольку исходили непосредственно от передающего их «трансцендентного» агента. Таким «третьим» лицом выступает во втором спиритическом кружке именно Н. П. Вагнер и в «Сообщениях с того света» можно обнаружить доказательства в поддержку этого тезиса.

Во-первых, «Бутлеров» через медиума практически всегда обращается к Н. П. Вагнеру, давая ему определенные задания и наставления: «Коля, голубчик, употреби все силы и всю твою убедительность для влияния на Алексея Иващенко, приведя его к вере. Он добр и очень медиумичен. При его вере и страстности он может дать мне многое» [3, Л. 9]. Во-вторых, «Бутлеров» подчеркивает исключительное положение Н. П. Вагнера: «Я вполне так же понимаю и большую страстность Колечки, ибо для него в нашем деле вопрос больше чем важен, а главное потому, что его и мы и вы вправе считать нашем земным контролем» [3, Л. 71 (об.)]. В-третьих, для Н. П. Вагнера фигура Бутлерова имела большое значение, в чем он не раз признается: «У меня был во всей моей жизни - один единственный друг - это Бутлеров. Вы, да и никто, не можете мне заменить его» [4, Л. 1 (об.)]. В конце концов, из всех участников кружка Н. П. Вагнер имел наибольший социальный авторитет, в чем охотно признается И. Я. Бибинов, обращаясь к нему как к человеку «более меня ответственному и более знающему по всем предметам естествознания, а равно и в отношении медиумизма» [2, Л. 3 (об.)].

На основании вышесказанного мы предлагаем выделить три типа лидерства в исследуемом спиритическом кружке. Официальным «лидером» (или как было принято говорить в спиритическом сообществе - «контролем») кружка выступает А. М. Бутлеров, который поучает членов кружка и контролирует их поведение, указывая, как следует поступать в том или ином случае. В кружке велись споры относительно того, как именно следует относиться к его «явлениям», в частности, насколько они очищены от земных влияний (считалось, что, спускаясь на землю, дух так или иначе «загрязняется» материей, что может приводить к искажению посланий из «высших» миров). Этот тип лидерства мы предлагаем называть религиозным, поскольку он основан на вере участников кружка, убежденных в подлинности его материализации и сообщений.

Фигура «религиозного» лидера позволяла найти основание для «этического», не подкрепленного авторитетом «трансцендентного» (например, ссылка на дарование этических норм «свыше») или «естественного» (например, трактовка этики как средства биологической адаптации). Религиозный лидер рассматривается членами кружка как сущность, принадлежащая естественному миру, однако, находящаяся на более высоком уровне развития. Именно потому, что «Бутлеров» уже не совсем является «человеком», его словам придается исключительное значение - по мнению спиритуалистов, он вышел за пределы земного мира, поднявшись над свойственными ему сомнениями и получив ответы на «вечные» вопросы.

В то же время большая часть посланий от «Бутлерова» происходила в присутствии медиума, которого в рамках социологической теории обычно трактуют как посредника между «трансцендентным агентом» и «публикой». Этот посредник рассматривался самими участниками кружка всего лишь как «инструмент»: не следует забывать, что послания от «Бутлерова» получали и в других кружках (по этому вопросу между участниками разных кружков были серьезные разногласия). Этот тип лидерства мы предлагаем называть естественнонаучным, поскольку он основывается на вере участников кружка в то, что медиум обладает особым качеством, открывающим ему доступ к «трансцендентному» агенту.

Присутствие медиума призвано разрешить известную проблему западной философской традиции - найти место соединения «идеального» и «материального». В спиритической религиозной философии проблема эта обычно решалась за счет трактовки идеального как разновидности материального (при этом сами спиритуалисты обычно отрицали такое понимание, что делало их позицию с точки зрения критиковавших их философов крайне уязвимой). Медиум выступает в спиритическом сеансе прежде всего как «тело», вокруг которого объединяются его участники, и без которого достижение явлений не представляется технически возможным. Не представляя с точки зрения участников самостоятельной сущности, он играет роль посредника к «сущности» Бутлерова, подобно тому, как в христианской традиции многие предметы культа, будучи частью естественного мира, никогда не наделяются священным статусом, но являются «проводниками» к «священному».

Наконец, активную роль в работе кружков принимал Н. П. Вагнер, поставивший в качестве одной из их целей полную материализацию духа А. М. Бутлерова. Этот тип лидерства можно назвать социальным, поскольку он основывается на авторитете, созданном за

пределами малой группы. Вагнер играл роль своеобразного «первосвященника», ответственного за общение с «городом и миром», при этом одновременно выступая в качестве самого важного «клиента», чья личная привязанность к Бутлерову давала цель всему социальному предприятию спиритуалистов.

Подводя итог, в спиритическом кружке можно выделить трех основных субъектов взаимодействия - «трансцендентный агент», «посредник», «интерпретатор». Лидерство между ними распределяется и легитимирует спиритическую практику с религиозной, естественнонаучной и социальной точек зрения. «Трансцендентный агент» позволял взаимодействовать с предметами веры, «посредник» выполнял функцию культового предмета, обеспечивающего связь с «трансцендентным агентом», «интерпретатор» отвечал за социальное взаимодействие.

Спиритический кружок как культовое сообщество

Культовая интерпретация спиритического кружка, развиваемая в рамках, прежде всего, американской социологической школы, ограничивает наше понимание феномена, упрощая сложный характер отношений, складывающихся внутри подобного рода сообществ. Культовая интерпретация исходит из понимания сущности религии как «веры в сверхъестественное». Соответственно, в ее рамках медиум рассматривается как «проводник к сверхъестественному». Именно это качество проводника и позволяет ему претендовать на социальное лидерство.

Однако, по мнению спиритуалистов, свойства медиума - это естественные свойства, а один медиум в принципе может быть заменен на другого. Таким образом, авторитет естественной науки не только делал медиума востребованным, но и лишал его возможности претендовать на социальное лидерство, основывающееся на уникальном свойстве посредника в контакте со «сверхъестественным». Медиум ни в коей мере не является харизматиком, не получает каких-либо исключительных преференций. Напротив, на него смотрят как на работника, призванного обеспечить последовательное развитие медиумических явлений.

Если социальная наука в общем и целом рассматривает медиумов как людей, контролирующих или конструирующих образы «сверхъестественного», то сами спиритуалисты смотрели на них как на пассивных проводников к «сверхъестественному». Этот конфликт «внешней» и «внутренней» интерпретаций в достаточной степени осмыслен в рамках антропологии и феноменологии религии. В дан-

ном случае, представляется, что понимание природы лидерства в спиритическом кружке, будучи ограниченным чисто социологической интерпретацией, не позволяет раскрыть более сложные отношения, благодаря которым власть распределяется между разными членами кружка в зависимости от выполняемой ими функции.

Кроме того, культовое определение спиритизма исходит из представления о демократическом характере его религиозно-философской идеологии. В частности, нередко указывается на критическое отношение спиритуалистов к догматике. С такой «демократической» трактовкой напрямую связано и современное популярное понимание спиритизма как индивидуальной практики, направленной на разовое удовлетворение потребности публики. Однако проведенный нами анализ идеологии спиритических кружков свидетельствует об обратном: перед их членами ставится задача достижения стабильного развития медиумических явлений, для чего необходимо по возможности сохранять постоянный характер всех условий. В этом отношении наше исследование отчасти подтверждает ревизионистскую трактовку спиритуализма как умеренно консервативного, а не исключительно демократического движения [10, р. IX]. В первую очередь спиритуалисты искали основание для нового социального порядка, который бы не ограничивал свободы отдельных индивидов, во вторую очередь и не во всех случаях - занимались опровержением традиционалистских взглядов на природу общества и человека.

Наконец, стоит предположить, что интерпретация спиритуализма как культового сообщества возникает в социологических исследованиях 1960-70-х гг. в связи с развитием сложной совокупности явлений, обозначаемых в исследовательской литературе как «новая религиозность» и «альтернативная духовность». Одним из характерных проявлений «новой религиозности» называют практику ченне-линга, ориентируясь на которую, большинство социологов и приходили к своим выводам о культовом характере спиритуализма. Однако спиритуализм по своей природе был иным и последние исследования, в том числе и полевые, стремятся подчеркнуть его уходящую уникальность [11].

Классификационная неопределенность спиритического кружка как уникального феномена, возникающего на пересечении религиозного и научного дискурсов, высвечивает одну из слабостей классической социологии религии в деле типологии религиозных объединений. Слабость эта становится явной только тогда, когда мы привлекаем к анализу не только видимые социальные отношения, но и обращаемся к идеологии, определявшей отношение членов кружка друг к другу. Социология религии, определяющая спиритизм как

культовое сообщество, исходит из специфического для западной традиции понимания религии как удвоения мира на естественный и трансцендентный и разграничения этих миров. Можно предположить, что любые безусловно религиозные феномены, отрицающие существование такой границы (подобно исследованному нами спиритическому кружку), будут выходить за пределы традиционной классификации. В этой связи решение проблемы спиритуализма как специфического способа религиозного объединения, по-видимому, невозможно на уровне теории среднего уровня (в данном случае - социальной типологии религиозных объединений). Необходимо переосмысление базовых концептов социологии религии, прежде всего, переосмысление соотношения «социального» и «религиозного».

Список литературы

1. PNP. Wagner. Мое миросозерцание. 7 Л.

2. PNP. Wagner. Письма И.Я. Бибинова - Н.П. Вагнеру. 42 Л.

3. PNP. Wagner. Сообщения с того света за период с 20 марта 1887 года до 25 декабря 1890 года. 77 Л.

4. PNP. Wagner. Черновики письма Н.П. Вагнера - И.Я. Бибинову. 6 Л.

5. Вагнер Н. П. Наблюдения над медиумизмом. Вып. 1. - СПб., 1902.

6. Мертон Р.Социальная теория и социальная структура. - М., 2006.

7. Петрово-Соловово М. М. Очерки из истории спиритического движения в России (приложение к переводу сочинений А. Подмора). - СПб., 1905.

8. Раздъяконов В. С. «Великое дело» ученых-спиритов: история Русского общества экспериментальной психологии и спиритический кружок Н. П. Вагнера // Вестн. РГГУ. Сер. «Философия. Религиоведение». - М., 2013. - C. 141-153.

9. Раздъяконов В. С. Расцвет и закат экспериментального спиритизма в России 1880-1890-х годов // Вестн. РГГУ. - М.: РГГУ, 2010. - С. 162-171.

10. Caroll B. Spiritualism in Antebellum America. - Bloomington: Indian University Press, 1997.

11. Caterine D.V. Between Two Worlds: Transformation of Spiritualism in Contemporary Lily Dale // Handbook of Spiritualism and Channeling / ed. by Cathy Gutierrez. -Leiden, Boston: Brill, 2015. P. 294-316.

12. Nelson G.K. Analysis of a Cult Spiritualism // Social Compass. 1968. Vol. 15. No 6. P. 469-481.

13. Nelson G.K. Spiritualism and Society. - London, 1968.

14. Nelson G.K. The Spiritualist Movement and the need for a Redefinition of Cult // Journal for the Scientific Study of Religion. vol. 8. №.1., 1969. pp. 152-160.

15. Richard M.P., Adato A. A Medium and her Message: A study of Spiritualism at Lily Dale // Review of Religious Research. Vol 22. No.2. Dec. 1980. pp 186-197.

16. Richardson J.T. Definitions of Cult: From Sociological-Technical to Popular-Negative // Review of Religious Research. Vol. 34, No. 4 (Jun., 1993), pp. 348-356.

17. Todd J.L. Talking to the Other Side. A History of Modern Spiritualism and Mediumship. - NewYork, 2005.