Соседи по градусу

На водочных рынках стран СНГ царит оживление. В период кризиса потребители в большинстве стран перешли на более крепкие напитки. В свою очередь, государственные власти пытаются извлечь из этого максимальную выгоду, делая алкогольный рынок предметом особого регулирования. Наведение порядка в отрасли сегодня идет по двум направлениям — либо путем тотального государственного контроля, либо посредством поиска идеального соотношения рыночных и административных механизмов.

Рыночная ломка традиций

Примечательно, что практически на всем постсоветском пространстве водочный рынок занимает весьма значительную часть в алкогольной отрасли каждой из стран. А в период кризиса "беленькая" стала чуть ли не стратегическим продуктом даже на таких традиционно винных или коньячных рынках, как Молдавия, Армения, Грузия и т. п. "За период совместной жизни в СССР мы приучили к водке почти все республики. И сегодня в этих странах водка — основной крепкий алкогольный напиток",— констатирует глава Центра исследований федерального и регионального рынков алкоголя (ЦИФРРА) Вадим Дробиз.

В зависимости от структуры потребления алкогольные рынки стран СНГ условно можно разделить на две группы: винно-коньячные — в Армении, Грузии, Молдавии — и традиционно водочные рынки Украины и Белоруссии. При этом на общем фоне падения производственных показателей в винном и коньячном сегменте практически во всех постсоветских республиках наблюдается рост производства и потребления водки. Особенно данная тенденция заметна там, где производство или импорт водки никогда не занимали значительного места в алкогольной отрасли.

В частности, по данным минсельхоза Армении, с начала года производство коньяка в стране упало на 36,8%, при том что до кризиса коньячный сегмент демонстрировал устойчивый рост — например, в 2008 году производство коньячной продукции в Армении увеличилось на 13% по сравнению с 2007 годом. Схожая тенденция отмечается и на алкогольном рынке Молдавии, где традиционно сильны позиции винного и коньячного сегментов. Достаточно сказать, что, по оценкам аналитиков, около 80% всего населения республики так или иначе занято в винодельческой отрасли. Согласно докризисным показателям, в первом полугодии 2008 года производство бутилированного вина в республике увеличилось на 58% по сравнению с аналогичным периодом 2007 года, коньяка — на 67%, игристых вин — на 24%. Данная тенденция тем более показательна, если учитывать, что в последние годы импорт вина из Молдавии в Россию, который фактически "кормил" всю винодельческую отрасль республики, существенно сократился. Однако с начала года винное и коньячное производство начало сдавать свои позиции, уступив место водке. С января по июль в Молдавии производство коньяка сократилось на 60%, виноградного вина — на 35%, игристого — на 60% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Зато производство водки за рассматриваемый период выросло почти на 15%.

Небезынтересно отметить также и процессы, происходящие на традиционно водочных рынках Украины и Белоруссии. На Украине сегодня происходит чуть ли не "водочная революция", в Белоруссии же кризис укрепил и без того сильную госмонополию. Несмотря на заметную зарегулированность отрасли, водочный рынок Белоруссии на сегодняшний день является одним из наиболее стабильных на всем постсоветском пространстве. Беда только в том, что эта стабильность оказывается в прямой зависимости от грамотных действий госчиновников.

Антикризисный напиток

Изменение в структуре потребления алкоголя в странах с традиционным винно-коньячным рынком, казалось бы, должно было сделать их привлекательными для новых игроков. Однако на деле нередко оказывается так, что хотя водочники из соседних стран подчас и занимают значительную долю рынка, при этом рассчитывать на стабильность своего положения могут едва ли. В этом смысле показательна история группы компаний "Русский алкоголь", в состав которой в 2005 году вошел грузинский ликероводочный завод "Ушба Дистиллери". Сегодня предприятие является одним из крупнейших производителей на местном рынке, занимая порядка 15% доли производственного рынка. Однако в последнее время все чаще появляются слухи о том, что "Русский алкоголь" будет вынужден избавиться от этого актива. Причина тому не только сложные политические взаимоотношения России и Грузии, но также и сложности, связанные с неурегулированностью работы алкогольной отрасли в республике. "Рынок Кавказа интересен для нас, потому что в последнее время там отмечается рост потребления крепкого алкоголя, особенно водки, ее белых сортов. В принципе именно по этой причине мы и купили завод в Грузии — очень удобное производство с точки зрения логистики во всем регионе",— рассказывает PR-директор "Русского алкоголя" Александр Коровка. Вместе с тем, по его словам, крупные производители нередко сталкиваются с проблемой защиты интеллектуальной собственности, неурегулированностью вопросов лицензирования, а также невнятной акцизной политикой государства. "Надо понимать, что в плане развития алкогольного рынка любая страна бывшего СССР, по сути, идет по пути России и Украины. Так что основные негативные моменты нашего (российского.— BG) рынка в той же Грузии, безусловно, отыграны",— продолжает господин Коровка.

Действительно, законодательное регулирование алкогольной отрасли Грузии очень походит на ситуацию на российском рынке. Последние пять лет грузинское правительство пытается бороться с оборотом нелегальной продукции, в том числе посредством усиления уголовной ответственности, изменения схемы уплаты акциза, а также усилением административного давления. Правда, в отличие от России, где доля акцизной составляющей в бутылке водки дешевого сегмента (до 110 рублей за поллитровку) составляет порядка 40%, грузинская акцизная политика оказывается более лояльной. "Стоимость самой дешевой бутылки водки — порядка 3,5-4 лари, при этом акцизный сбор составляет около 1,5 лари. То есть в экономсегменте доля акциза порядка 20%",— рассказывает вице-президент торгово-промышленной палаты Грузии, гендиректор завода "Ушба Дистиллери" Дмитрий Абесадзе. По его словам, за последние годы правительству страны удалось существенно сократить объемы оборота нелегальной продукции. Правда, за счет чего были достигнуты столь "потрясающие" результаты, остается загадкой. "В последние годы в водочном бизнесе стал более четкий и прозрачный контроль. Кроме того, была ужесточена борьба с незаконным оборотом, а также проводится грамотная налогово-финансовая политика",— уверяет Дмитрий Абесадзе. Суть "грамотной" налогово-финансовой политики, очевидно, заключалась в том, что в стране за последнее время достаточно часто проводились так называемые налоговые амнистии, что, безусловно, де-факто увеличило количество легальных производителей. "Все разговоры о том, что в Грузии победили нелегальный рынок водки, чистой воды профанация. Никакого внятного регулирования рынка у них нет, и, по сути, там происходит та же невнятица, что и в России",— уверяет Вадим Дробиз.

Стоит отметить, однако, что рынок Грузии в этом смысле вовсе не является исключением. Аналогичные проблемы, в частности связанные с защитой интеллектуальной собственности, пышным цветом расцветают, например, в Армении, где борьбой с нелегальным оборотом алкоголя в последнее время озаботился даже премьер-министр Тигран Саркисян. "Комиссия по защите экономической конкуренции получает сигналы (о незаконном копировании местными производителями иностранных брендов.— BG),— признает чиновник.— Сейчас разрабатывается новая стратегия, которая, с одной стороны, должна активизировать деятельность комиссии, с другой стороны, должны быть представлены новые законодательные инициативы, согласно которым комиссии будет предоставлена возможность в случае таких нарушений не только применять санкции, но и осуществлять профилактические мероприятия".

Братская монополия

"Распад СССР в алкогольных отраслях практически всех бывших союзных республик привел к созданию мощного нелегального водочного рынка. Везде с ним пытаются бороться, но везде он продолжает процветать",— говорит Вадим Дробиз.

Одними из первых проводить реформы и бороться с нелегальным рынком начали власти Украины, где наиболее активно изменения в алкогольной отрасли проходили в 2004-2008 годах. И надо сказать, что украинцам удалось добиться значительных успехов: по оценкам ЦИФРРА, доля нелегального сегмента в стране в это время не превышала 20% — общий средний показатель для большинства алкогольных рынков даже в странах дальнего зарубежья. В октябре в стране были введены новые акцизные марки, а в ноябре — минимальная цена на водку. Однако сохраняющаяся на Украине все эти годы госмонополия на спирт, а также непродуманная акцизная политика властей в кризисном 2009 году свели на нет весь положительный эффект. "Этот год выдался непростым для алкогольной отрасли Украины. Резкое повышение акцизных ставок на спирт летом вкупе с экономическим кризисом серьезно ударили по легальным производителям алкоголя. Сегодня доходность всех легальных производителей значительно снизилась: в жестких конкурентных условиях производители в самом массовом нижнем ценовом сегменте вынуждены работать с отрицательной рентабельностью",— сетует председатель совета директоров "Nemiroff Холдинга" Александр Глусь. Действительно, повышение акцизной ставки на спирт сыграло для украинского алкогольного рынка роковую роль: в июле года акциз вырос сразу на 63%, с 21,5 грн до 34 грн за 1 литр безводного спирта. Причем минимальную цену водки в соответствии с новыми акцизами власти страны скорректировали только в конце года. Результат такой политики оказался весьма печальным: значительная часть водочных производителей на Украине были вынуждены либо существенно сократить объемы производства, либо вовсе приостановить работу.

Самым стабильным в условиях кризиса оказался водочный рынок Белоруссии. Реформы отрасли в республике не проводились, поскольку 85% предприятий-производителей и так принадлежат государству. Таким образом, в стране, по сути, действует госмонополия: решением властей ежеквартально утверждаются даже квоты на производство и импорт алкогольной продукции. "В условиях кризиса руководство страны просчитало возможное увеличение потребления водки, в результате квоты на внутреннее производство были увеличены. Большие планы у белорусов и по увеличению экспорта алкогольной продукции: предполагается, что в будущем году они экспортируют около 1 млн дал водки по сравнению с нынешними 300 тыс. дал",— рассказывает Вадим Дробиз. Причем свои экспортные возможности Белоруссия уже начала расширять. В частности, в середине ноября в Ереване было создано белорусско-армянское совместное предприятие ООО "Армяно-белорусский торговый дом "Ар-Бе"". По информации пресс-службы концерна "Белгоспищепром", главная цель созданного СП — организация поставок продукции, производимой организациями, входящими в состав концерна, на армянский рынок.

Интересно заметить, что белорусский рынок сегодня представляет интерес и для зарубежных игроков. В частности, недавно компания "Nemiroff Холдинг" объявила о подписании соглашения с "Белгоспищепромом", в рамках которого предполагает начать контрактное производство своей продукции на территории Белоруссии. "Мы планируем расширять опыт лицензионного производства. Вслед за Россией, где в июле прошлого года начался розлив наших водок на Ярославском ликероводочном заводе, такое производство может быть налажено и в Белоруссии. В российский проект было вложено около €1,5 млн. Объем инвестиций в проект в Белоруссии мы определим после того, как выберем площадку и белорусская сторона назовет точный объем квоты на внутреннее производство продукции под брендом Nemiroff",— рассказывает Александр Глусь. По его словам, в настоящее время из 27 тыс. дал ежегодного водочного импорта в Белоруссию на Nemiroff приходится только 5 тыс. дал. При этом общий объем белорусского рынка оценивается в 8,6 млн дал в год. Однако успех украинцев на рынке Белоруссии в меньшей степени будет зависеть от статистических показателей. "Работать на рынке Белоруссии будет непросто, потому что постоянно надо будет получать квоты и на производство, и на экспорт, и все будет зависеть от того, разрешит государство или не разрешит",— рассуждает Вадим Дробиз.

Парадокс: несмотря на то что сегодня почти все водочные рынки стран СНГ оказались потенциально инвестиционно привлекательными, наиболее востребованной у водочных компаний оказалась именно белорусская модель, которая в наименьшей степени дистанцирована от планового хозяйства, принятого в СССР. Грустная ирония судьбы, однако, в том, что и привычная для постсоветского пространства госмонополия уже доказала свою неэффективность в современных условиях. Яркий пример тому — водочный рынок Украины, провал на котором во многом был обусловлен действующей в стране госмонополией на производство спирта. Балансировать же между госрегулированием и рыночными механизмами пока тоже не очень получается, яркое подтверждение тому — алкогольные рынки Грузии и России, где усиление роли государства улучшает разве что отчетность чиновников, а не реальное положение дел.