Выбор имени как инструмент укрепления династической власти в раннем средневековье (Франция, V-X вв. )

УДК 811.13

Л. Г. Викулова, Е. Г. Васильева

Выбор имени как инструмент укрепления династической власти в раннем Средневековье

В статье рассматривается ономастический аспект средневековой картины мира через анализ принципов именования королей династии Меровингов и династии Каролингов. Раскрывается этимология имен первых франкских королей. В работе подчеркивается идея о том, что имя, данное будущему престолонаследнику, призвано сохранить преемственность рода, обеспечить легитимацию власти. Кроме того, через имя собственное укрепляется персональная харизма короля.

Ключевые слова: ономастический аспект картины мира, имя собственное, институциональное лидерство, связь имени и права на престол, принципы наделения именем, сакрализация имени властителя.

L. G. Vikulova, E. G. Vasileva

The name choice as an instrument to reinforce the dynastic power in the Early Middle Ages

The article deals with the onomastic aspect of the medieval picture of the world through analyzing principles of naming the kings belonging to the Merovingian dynasty and the Carolingian dynasty. The authors reveal the etymology of the first Frankish kings' names. They highlight the idea that the name given to the future successor to the throne is destined to preserve the patrimonial continuity, to ensure the legitimacy of power. In addition, a proper name is intended to strengthen the ruler's personal charisma.

Keywords: onomastic aspect of the picture of the world, proper name, institutional leadership, connection between a name and the right to the throne, principles of naming, sacralization of the sovereign' name.

В рамках историографической традиции, характерной для средневековых обществ, история народа выступает, прежде всего, как история его политической элиты. Образы власти представляют собой специфический историко-культурный феномен. Среди данных образов большой интерес представляет образ короля и королевской власти, восходящий своими корнями к героической эпохе истории германских народов и являющийся одним из базовых образов средневековой политической культуры [9, с. 6-7]. Такое рассуждение в полной мере актуально и для франков, пришедших на территорию Галлии после падения Рима. От них начинается история создания франкского государства. В научной литературе этот период истории Франции и французского языка принято называть «германизацией». Первым франкским государством было государство Меровингов, затем, с VIII в., происходит смена династии. К власти приходят Каролинги (вначале именовавшиеся Пипинидами) [10, с. 48]. В центре внимания средневековых историков и историков языка

находятся деяния правителей и лиц, наделенных властью, определяющих судьбу народа.

Образ власти, отраженный в антропонимиче-ской системе французских королевских династий, показывает, что институциональное лидерство уже первых франкских королей утверждалось через имя. Как отмечал М. М. Бахтин, «имя по сущности своей глубоко положительно, это - сама положительность, само утверждение (назвать -утвердить на веки вечные, закрепить в бытии навсегда, ему присуща тенденция к нестираемо-сти, несмываемости <...>. Поэтому вокруг него сосредоточиваются все положительные, утверждающие, хвалебно-прославляющие формы языковой жизни. <...> Пока сохраняется имя (память), сохраняется (остается) в бытии именуемый, продолжает еще жить в нем» [1, а 147].

В средневековой картине мира большое значение имеет ономастический аспект, поскольку имя выступало как знак, несущий базовую смысловую нагрузку. При этом имя собственное проявляло себя как свернутая вербально, но развер-

© Викулова Л. Г., Васильева Е. Г., 2015

нутая концептуально важнейшая характеристика человека [14, с. 36].

Обратимся к Меровингам, первой династии франкских королей, которая восходит к салическим франкам, правившим в Галлии с конца V в. до середины VIII в. (481-751) на территориях будущих Франции и Бельгии. Название династии Mérovingiens восходит к имени Mérovée (Merowig или Merovech), которое якобы носил вождь салических франков, правивший примерно в 448-457 гг. Его имя имеет германское происхождение (,meerwig) и означает «повелитель моря» (< puissant sur mer), поскольку, по легенде, был рожден женой Хлодиона от морского чудовища. Историки подвергают сомнению сам факт существования Меровея. Поскольку считалось, что династия франков происходит от одного из богов германского пантеона, то ее божественное происхождение давало членам данной семьи неоспоримое право на власть [19, p. 41]. В данном случае речь можно вести о потестарно-мифологическом образе Меровея, что лежит в основе мифологических представлений о божественном происхождении публичной власти [9, с. 13-14].

Проведенный анализ именослова королей династии Меровингов показывает, что имена носителей власти в основном имеют германское происхождение и являются двуосновными. Так, имя франкского короля Хариберта (Caribert) состоит из двух корней hari «армия» и berht «блестящий, известный», а имя короля Гонтрана (< Gundchramn) включает основы gundi «война» и chramn «ворон». По словам А. В. Суперанской, двуосновное имя - это слово с иным назначением по сравнению с исходным языковым материалом. Оно предназначено для именования людей и для прославления их посредством имени. Также в принципах имянаречения правителей прослеживается такая традиция древних германцев, согласно которой имена родителей и детей часто включали одинаковые основы, чем подтверждались их родственные отношения. Данная традиция определяется как «соименование» [12, с. 22-23].

Правление Меровингов окутано мифами и легендами. Считалось, что они были сведущими в оккультных науках и способными исцелять наложением рук. Подражая библейскому Самсону, они использовали презентационные средства кодирования власти как атрибут монарха -длинные, ниспадавшие до голеней волосы, в которых якобы заключалась их чудодейственная сила. Неслучайно Меровингов называли «длинноволосыми королями» (< лат. reges criniti). Ко-

роткие стрижки в Галлии носили слуги или рабы, они были знаком низкого социального статуса. Остричь Меровинга считалось тяжелейшим оскорблением, а на практике означало потерю прав на обладание властью. Примером может служить Хлодоальд (Chlodovald; ок. 520-560), представитель династии Меровингов, которому удалось спасти свою жизнь, отказавшись от претензий на власть, в знак чего он сам остриг свои длинные волосы [13, с. 157].

По словам отечественного историка-медиевиста и культуролога А. Я. Гуревича, в Средние века «имя не осознавалось в качестве внешнего знака лица, оно было неотъемлемой частью человека». Отмечается, что у населения Западной Европы в период раннего Средневековья наделение детей германскими именами со значениями «победитель», «воин» и т. п. предполагало передачу им соответствующих качеств. Сходное явление наблюдается у скандинавов, которые наделяли новорожденных именем Тора, бога справедливости и закона, и других языческих богов, тем самым устанавливая между этими богами и носителями их имен взаимные связи и покровительство [3, с. 299]. Анализ имен представителей династии Меровингов показывает, что мужские имена опирались на номинации, восходящие к германским корням hlod «слава» и wig «бой, битва», которые отражают воинские ценности. Исследуя проблему индивида и социума на средневековом Западе, А. Я. Гуревич отмечает, что для германцев слава стояла во главе всех ценностей и превыше самой жизни, что задавало образец высокоэтического поведения в контексте данного периода [4, с. 82]. Поскольку ключевым понятием культуры данного периода была судьба [Там же, с. 77], то закономерно, что франкские династии выбирали судьбоносные имена наследникам.

Один из самых ярких представителей династии Меровингов - Хлодвиг I (Clovis Гк; ок. 465511), король салических франков, первый франкский король, принявший христианство со своей дружиной в Реймсе в Рождество 496 г. Этимология его имени ведет начало от германского имени Hlodowig. С. В. Санников [9, с. 14] рассматривает образ Хлодвига как идеального правителя, который является носителем публичной власти в силу сакральной удачи короля франков в противостоянии с другими королями франков.

Имя сына короля Хлотарь I (Clotaire f; ок. 497-561) образовано по сходной схеме и восходит к германскому имени Chlodhar, состояще-

му из двух элементов - chlod или hold «слава» и hari «армия». Германский элемент hlod «слава» прослеживается в имени другого сына - Хлодо-мира (Clodomir; ок.495-524). Его имя состоит из двух частей - hlod «слава» и mari «великий, известный».

Номинация старшего сына Хлотаря I, правившего Парижским королевством, Хариберт (Caribert, 561-567) основывается на двух корнях германского происхождения: hari «армия» и berht «блестящий, известный». Король франков, правивший Парижем (511-558), Хильдеберт I (Childebert f; ум. в 558 г.) носил имя, сформированное путем словосложения двух корней германского происхождения: child «бой, битва» и berht «блестящий, известный».

Как указывает французская исследовательница Беранжера Бьенфэ, германские завоеватели носили имена, имеющие воинственное или хвалебное значение. При этом отмечается, что если язык франков не смог укорениться на завоеванной ими Галлии, то имена собственные получили широкое распространение в обществе. Статусные родители часто выбирали прославленное имя сильного мира сего, имя святого, имя короля и т. д. [18, p. 11]. Наделение детей германскими именами со значениями «отважный» («bald»), «блестящий, известный» (berht) и т. д. предполагало в будущем наличие у наследника соответствующих качеств. При этом имена со значениями «армия» (hari), «война» (gundi), «бой, битва» (child), «слава» (hlod), «победа» (sig), «народ» (theod) и т. д. указывали на будущее предназначение сыновей короля - победно сражаться и защищать свою страну. Так создавалась фоновая семантика имени с мелиоративным знаком, где доминантными были семы, актуализирующие признаки мужества, героизма, храбрости. В данном случае актуальным представляется мнение С. В. Санникова [9, с. 15], что в таком контексте можно вести речь о мифологическом архетипе героя, не только подтверждающем свою харизму через прохождение определенных испытаний, но и наделенном потенциалом и интенцией к осуществлению публичной власти.

Вторая группа имен собственных в династии Меровингов имеет дескриптивную природу, связанную с концептом героизм, опирающимся на семы мужество и победа. Так, в номинации бастарда Теодориха I (Thierry f или Théodoric), правившего Австразией (511-ок. 534), находим германские элементы peud «народ» и rik «могущественный». Имя короля Австразии Сигеберта

I (Sigebert f; 535-575) также состоит из двух корней германского происхождения: sig «победа» и berht «блестящий, известный».

Третья группа имен основана на использовании корня theod «народ» и мелиоративного эпитета, например, berht «блестящий, известный» или bald «отважный». В частности, такую номинацию видим в имени правителя Австразии Тео-доберта I (Théodebert f; 504-548) и в имени Теодебальда (Théodebald или Thibaud - король Австразии; 548-553).

Фактически создавалась своего рода «порождающая модель», в терминологии А. Я. Гуревича [4, с. 89], согласно которой устанавливался канон (поведенческая модель) поведения будущих представителей высшего сословия, а самому объекту номинации имя «указывало» на его публичное социальное поведение.

Налицо сакрализация имени властителя, когда потенциал имени собственного основан на словах, «связанных с хорошим предзнаменованием» [8, с. 24], а также с «эвфемизацией действительности» [11, с. 7-10], когда первое слово - имя существительное, означающее победное действие, а второе слово - эпитет, отмечающий в носителе имени характерную, показательную для него черту. Отметим рассуждение А. Н. Веселов-ского в его работе 1989 г. «Из истории эпитета»: «За иным эпитетом, к которому мы относимся безучастно, так как мы к нему привыкли, лежит далекая историко-психологическая перспектива, накопление метафор, сравнений и отвлечений, целая история вкуса и стиля в его эволюции от идей полезного и желаемого до выделения понятия прекрасного» [2].

Принцип наследственной передачи имен или части имени, как указывает французский специалист по социальной антропологии Режина Ле Жан, установился в Галлии в IV-V вв. Если у римлян принцип наименования с помощью вариации элементов не имел широкого распространения, то в королевских семьях франков IV-V вв. он использовался часто. Имя из двух элементов основывалось на различных комбинациях, которых образовывали новые имена. Так, корни chlod и wec имени Clovis, chrot и child имени Clotilde обнаруживаются в именах Clodomir, Clotaire, Childeric, Childebert [22, p. 10-17]. Самыми распространенными корнями, составляющими имена королей династии Меровингов, являются chlo («слава») и bert («блестящий, известный»). См., например, нижеследующую таблицу.

Таблица 1.

Комбинации корневых элементов именослова

франкских королей

CHLOD- Clovis, Clodomir, Clotaire

BERT- Chlidebert, Théodébert, Caribert, Sigebert, Dagobert

Каждый ономастический элемент изначально имел точное значение, а имя, состоящее из двух частей, играло роль личного тотема. Р. Ле Жан цитирует средневекового историка Эрмоля Ле Нуара, который в IX в. писал о значении имени императора Людовика, подчеркивая, что имя, которое ему выбрали родители, предсказывало, что он будет выдающимся, могущественным своим оружием и набожностью. Названный Hludowicus (от лат. Indus), он настраивает своих подданных радоваться (laudere) его благодеяниям; или же, если интерпретировать с помощью франкского языка и пользоваться этой этимологией, hluto означает «выдающийся», а wicgh -эквивалент «Марса», - два элемента, образующих его имя [Там же, p. 194].

Принцип вариации элементов вместе с принципом их наследственной передачи прослеживается на примере первых четырех поколений Ме-ровингов. Так, корни chlod, mer и wech, составлявшие имена Хлодиона (Chlodio) и Меровея (Mérovée), реальных или предполагаемых предков Хлодвига (Clovis), мы находим в именах Ingomer, Clodomir, Clothaire, в то время как child от Childéric входит в состав имен Lantechild и Childebert.

С VI в. устанавливается принцип полной передачи имени потомкам по отцовской линии, тогда как принцип номинации с помощью вариации элементов перестал использоваться. Так, дети Сигеберта I (Sigebert; 535-575), короля Меца (или Австразии), две его дочери и сын получили соответственно имена бабушки - Ингонда (Ingonde), тети - Хлодосвинта (Chlodoswinde) и двоюродного дедушки -Хильдеберт (Childebert).

Наделение детей именами предков было обусловлено памятью об ушедших, что было равноценно их соучастию в жизни социума: «Для средневекового человека память - это почти буквальное возрождение былого <...>, память являлась существеннейшим конституирующим элементом социальных коллективов» [14, с. 39]. Думается, что имянаречение было конституирующим элементом династической власти.

Новая система наделения именем соответствовала организации королевского родства вокруг наследования королевства именно по отцовской

линии. Очень быстро сформировалась фундаментальная связь между именем и способностью к царствованию, а также четкая дифференциация среди родственников. Проводилась грань между законнорожденными и незаконнорожденными сыновьями, когда меровингское имя становилось гарантией законности, дающей наследственное право на престол. Даниэль, незаконнорожденный сын Хильдерика II, был отдан в монастырь в пятилетнем возрасте. Несколько лет спустя его вернули с тем, чтобы посадить на трон, и дали ему имя Хиль-перик. Этот эпизод из меровингской истории свидетельствует о могуществе имени и его связи с королевской властью. Помимо биологического родства, имя выражало признание сына отцом и устанавливало право на царствование.

Таким образом, имя имело большое значение во времена правления Меровингов. Точно неизвестно, было ли оно наделено тотемической силой, однако оно либо предрасполагало, либо нет к осуществлению власти; имя означало принадлежность к группе, как только оно выбиралось среди родственников. В любом случае, оно являлось носителем значения прошлого и будущего. Выбор имени был актом намеренным, обдуманным, который накладывал ответственность не только на того, кто его носил, но и на всю семью. Кроме того, имя легитимировало право на власть.

Имянаречение королей второй династии - Ка-ролингов (Carolingiens, 751-987) также представляло собой систему, основанную на определенных принципах. Как указывают А. Ф. Литвина и Ф. Б. Успенский, «одним из главных правил выбора имени в родовом мире, о какой бы конкретной культуре ни шла речь, - это наречение новорожденного в честь предка» [6, с. 136]. В системе именования Каролингов доминирует принцип буквального воспроизведения имени предка: чаще всего сыну передавалось имя отца или деда.

Название самой династии франкских королей Каролингов, правившей в Западной Европе с 750 г. по X в., восходит к имени Карл, которое на языке франков означало сильный, мужественный [17, p. 21]. Это имя носили ее первые представители - Карл Мартелл и его внук - Карл Великий (лат. Carolus Magnus, Charlemagne; 768814). Фактический правитель Франкского государства с 715 г. при последних Меровингах, майордом из рода Каролингов Карл Мартелл (Charles Martel, лат. Carolus Martellus; ок. 688741), получил прозвище Martel («молот») за военные успехи, бесстрашие и решительность в сражении с сарацинами при Пуатье в 732 г.

В системе именования Каролингов широко используется принцип патронимики: представители этой династии носят имена своих дедов или отцов. Карл Великий назван в честь своего деда Карла Мартелла. Имя Charles было дано внукам Карла Великого - Карлу II Лысому (Charles le Chauve, 823-877) и Карлу III Толстому (Charles le Gros, 839-888), а также правнуку Карла Великого - Карлу III Простоватому (Charles III le Simple, 898-922). Имя Charles рассматривается как ономастическое наследие династии Каролин-гов, но к X в. мода на наследование имени предков этого рода сходит на нет. На смену приходит имя Louis, отсылавшее к героическому предку Хлодвигу (Clovis) через форму Hludovicus [20, p. 222].

Героическое имя Людовик (Louis) было распространенным в Каролингской династии. Его носили семь наследников трона. Имя Louis имеет латинскую этимологию - Ludhovicus, Lodhuvicus, Chlodovicus - и ведет свое начало от германского имени Hlodowig (от hlod «слава» и wig «бой, битва»).

Любопытным является факт, что, начиная с династии Каролингов, к имени правителя стали добавлять прозвище. Французский исследователь Даниэль Апприу объясняет это тем, что таким образом с давних времен решалась проблема идентификации членов общества. Так, еще у римлян количество использовавшихся в обиходе имен было ограниченным, поэтому к имени нередко добавляли одно или несколько прозвищ, например Caïus Superbus Maximus. Отмечается такая особенность имянаречения, главным образом, среди верховных правителей, имя которых часто передавалось от отца к сыну. Таким образом, прозвище позволяло различать тезок, акцентируя особенности их характера или внешности [16, p. 17]. Интересен также тот факт, что прозвища имели короли почти всех европейских стран: Англии, Германии, Дании, Шотландии, Швеции и т. д. [7, с. 75].

Так, император Карл I или Карл Великий (Charles Ier, Charlemagne, Charles le Grand от латинского Carolus Magnus), получил мелиоративный эпитет Grand, отразивший его доминантные качества как мужчины-воина и мужчины -государя. Сакрализация харизматичного имени Charlemagne проявилась в том, что император, воспитанный на германской картине мира и культуре, стал центром притяжения эпической французской литературы к концу XI в. А начиная с XIII в., его поэтический образ отражен в евро-

пейских легендах и сказаниях, например, исландская Karalamagnus Saga, нидерландская Karl et Elegast, немецкая Karl Mainet [20, p. 260].

Как показывает генеалогическое древо французских королей [21], практически каждый король династии Каролингов вошел в историю с прозвищем. По способу образования их прозвища являются субстантивными или адъективными. С точки зрения семантики, они имеют как положительную, так и отрицательную коннотации. В основе наречения каролингских королей прозвищами лежат такие принципы, как обыгрывание негативных качеств внешности властелина (указание на физические и внешние особенности): Карл Лысый (Charles le Chauve), Карл Толстый (Charles le Gros). Оцениваются черты характера правящей личности - Карл Простодушный (Charles le Simple) или его образ жизни, нехарактерный для франкской воинствующей элиты, например, Людовик Благочестивый (Louis le Pieux). Как один из типов антропонимов они выполняют номинативную, идентифицирующую, эмоционально-экспрессивную функции.

Имена и прозвища королей династии Каро-лингов демонстрируют гетерогенную структуру образа монарха, в личности которого сливаются две его разные сущности: человека во плоти, подверженного болезням, эмоциям и т. д., и человека, наделенного властью и потому являвшегося лицом публичным, обладающим божественной природой, в конечном счете, снова связанной с его общественным предназначением [15, с. 26]. Другими словами, вслед за Э. Х. Канторовичем можно говорить о двух телах короля -физическом и публично-политическом [5].

Изучение выбора династических имен на примере двух династий Меровингов и Каролин-гов показывает, что имянаречение правителей происходило не хаотично, а было построено на системе определенных принципов. В целом, анализ имен французских королевских династий показал, что именослов полностью меняется в династии Каролингов, единственное исключение можно сделать для имени Людовик, которое является латинизированным преобразованием имени германского происхождения Хлодвиг.

В заключение отметим, что начиная с династии франкских королей Меровингов, имя играет важную роль в сохранении преемственности рода, в легитимации власти, через имя утверждалось институциональное лидерство. А имя собственное становится составляющей персональной харизмы короля.

Библиографический список

1. Бахтин, М. М. Дополнения и изменения к Рабле [Текст] / М. М. Бахтин // Вопросы философии. - 1992. - № 1. - С. 134-164.

2. Веселовский, А. Н. Историческая поэтика [Электронный ресурс] / А. Н. Веселовский. -М.. : Высшая школа, 1989. - Режим доступа: http://libru.org/russian_classic/veselovskiy_an/iz_ist orii_epiteta.3392. - (Дата обращения: 27.07.2015).

3. Гуревич, А. Я. Индивид и социум на средневековом Западе [Текст] / А. Я. Гуревич. -СПб. : Александрия, 2009. - 492 с.

4. Гуревич, А. Я. Категории средневековой культуры [Текст] / А. Я. Гуревич. - 2-е изд., испр., доп. - М. : Искусство, 1984. - 350 с.

5. Канторович, Э. Х. Два тела короля. Исследование по средневековой политической теологии [Текст] / Пер. с англ. ; Э. Х. Канторович. -М. : Изд-во Института Гайдара, 2013. - 744 с.

6. Литвина, А. Ф. Варьирование родового имени на русской почве. Об одном из способов имянаречения в династии Рюриковичей [Текст] / А. Ф. Литвина, Ф. Б. Успенский // Именослов. Заметки по исторической семантике имени. -М. : Индрик, 2003. - С. 136-183.

7. Природина, У. П. Прозвище как средство именования человека в ономастическом пространстве (на примере шведского языка) [Текст] / У. П. Природина // Гуманитарные исследования. - 2011. - № 1 (37). - С. 74-78.

8. Проскурин, С. Г. К предыстории письменной культуры: архаическая семиотика индоевропейцев [Текст] : материалы к курсу «Древнегер-манская культура и письменность» / С. Г. Проскурин, А. С. Центнер. - Новосибирск : РИЦ НГУ, 2014. - 196 с.

9. Санников, С. В. Образы королевской власти эпохи Великого переселения народов в ранне-средневековой европейской историографии: монография [Текст] / С. В. Санников. - Новосибирск : НГТУ, 2009. - 216 с.

10. Скрелина, Л. М., Становая, Л. А. История французского языка [Текст] : учебник / Л. М. Скрелина, Л. А. Становая. - М. : Высшая школа, 2001. - 463 с.

11. Степанов, Ю. С. Смысл, абсурд и эвфемизмы [Текст] / Ю. С. Степанов // Вестник Ново-сиб. гос. ун-та. - 2003. - Т. 1. Вып. 1. - С. 7-10. -

12. Суперанская, А. В. Словарь русских личных имен [Текст] / А. В. Суперанская. - М. : АСТ, 1998. - 528 с.

13. Турский, Г. История франков [Текст] / Г. Турский. - М. : Центрполиграф, 2009. - 543 с.

14. Фомина, З. Е. Концепты «мужчина» и «женщина» в древнегерманской картине мира: монография [Текст] / З. Е. Фомина, В. И. Чечетка. - Воронеж : ВГПУ, 2009. - 192 с.

15. Хачатурян, Н. А. Власть и общество в Западной Европе в Средние века [Текст] / Н. А. Хачатурян ; [отв.ред. Л. П. Репина]. - М. : Наука, 2008. - 313 с.

16. Appriou, D. Des surnoms pour l'histoire. Du petit caporal à l'homme de fer [Text] / D. Appriou. -Paris : Le pré aux clercs, 2002. - 295 p.

17. Beaucarnot, J.-L. De César à Sarkozy. L'étonnante histoire des noms de pouvoir [Text] / J-L. Beaucarnot. - Paris : Éditions J'ai lu, 2009. - 160 p.

18. Bienfait, B. Les noms de famille. Innovation ou adaptation du Moyen Âge [Text] / B. Bienfait // Généalogie Magazine. - 2009. - n° 297-298. -novembre-décembre. - P. 10-17.

19. Bordonov, G. CLOVIS et les Mérovingiens [Text] / G. Bordonov. - Paris : Pygmalion, 2009.320 p.

20. Dictionnaire du Moyen Âge [Text] /Sous la direction de C. Gauvard, A. de Ribera, M. Zink. -Paris : Quadrige : PUF, 2002 - 1548 p.

21. Généalogie de l' histoire de France [Electronic resource] / Режим доступа: http://roi-france.com/ - (Дата обращения: 27.07.2015).

22. Le Jan, R. Famille et pouvoir dans le monde franc (VIIe-Xe siècle). Essai d'anthropologie sociale [Text] / R. Le Jan. - Paris : Publications de la Sorbonne, 1995. - 576 p.

Bibliograficheskij spisok

1. Bahtin, M. M. Dopolnenija i izmenenija k Rable [Tekst] / M. M. Bahtin // Voprosy filosofii. -1992. - № 1. - S. 134-164.

2. Veselovskij, A. N. Istoricheskaja pojetika [Jel-ektronnyj resurs] / A. N. Veselovskij. - M.. : Vyssha-ja shkola, 1989. - Rezhim dostupa: http://libru.org/russian_classic/veselovskiy_an/iz_ist orii_epiteta.3392. - (Data obrashhenija: 27.07.2015).

3. Gurevich, A. Ja. Individ i socium na sred-nevekovom Zapade [Tekst] / A. Ja. Gurevich. -SPb. : Aleksandrija, 2009. - 492 s.

4. Gurevich, A. Ja. Kategorii srednevekovoj kul'tury [Tekst] / A. Ja. Gurevich. - 2-e izd., ispr., dop. - M. : Iskusstvo, 1984. - 350 s.

5. Kantorovich, Je. H. Dva tela korolja. Issledo-vanie po srednevekovoj politicheskoj teologii

[Tekst] / Per. s angl. ; Je. H. Kantorovich. - M. : Izd-vo Instituta Gajdara, 2013. - 744 s.

6. Litvina, A. F. Var'irovanie rodovogo imeni na russkoj pochve. Ob odnom iz sposobov imjana-rechenija v dinastii Rjurikovichej [Tekst] / A. F. Litvina, F. B. Uspenskij // Imenoslov. Zametki po istoricheskoj semantike imeni. - M. : Indrik, 2003. - S. 136-183.

7. Prirodina, U. P. Prozvishhe kak sredstvo imenovanija cheloveka v onomasticheskom pro-stranstve (na primere shvedskogo jazyka) [Tekst] / U. P. Prirodina // Gumanitarnye issledovanija. -2011. - № 1 (37). - S. 74-78.

8. Proskurin, S. G. K predystorii pis'mennoj kul'tury: arhaicheskaja semiotika indoevropejcev [Tekst] : materialy k kursu «Drevnegermanskaja kul'tura i pis'mennost'» / S. G. Proskurin, A. S. Centner. - No-vosibirsk : RIC NGU, 2014. - 196 s.

9. Sannikov, S. V. Obrazy korolevskoj vlasti jepohi Velikogo pereselenija narodov v rannesred-nevekovoj evropejskoj istoriografii: monografija [Tekst] / S. V. Sannikov. - Novosibirsk : NGTU, 2009. - 216 s.

10. Skrelina, L. M., Stanovaja, L. A. Is-torija francuzskogo jazyka [Tekst] : uchebnik / L. M. Skrelina, L. A. Stanovaja. - M. : Vysshaja shkola, 2001. - 463 s.

11. Stepanov, Ju. S. Smysl, absurd i jevfe-mizmy [Tekst] / Ju. S. Stepanov // Vestnik Novosib. gos. un-ta. - 2003. - T. 1. Vyp. 1. - S. 7-10. -

12. Superanskaja, A. V. Slovar' russkih lichnyh imen [Tekst] / A. V. Superanskaja. - M. : AST, 1998. - 528 s.

13. Turskij, G. Istorija frankov [Tekst] / G. Tur-skij. - M. : Centrpoligraf, 2009. - 543 s.

14. Fomina, Z. E. Koncepty «muzhchina» i «zhenshhina» v drevnegermanskoj kartine mira: monografija [Tekst] / Z. E. Fomina, V. I. Chechet-ka. - Voronezh : VGPU, 2009. - 192 s.

15. Hachaturjan, N. A. Vlast' i obshhestvo v Za-padnoj Evrope v Srednie veka [Tekst] / N. A. Hachaturjan ; [otv.red. L. P. Repina]. - M. : Nauka, 2008. - 313 s.

16. Appriou, D. Des surnoms pour l'histoire. Du petit caporal à l'homme de fer [Text] / D. Appriou. -Paris : Le pré aux clercs, 2002. - 295 p.

17. Beaucarnot, J.-L. De César à Sarkozy. L'étonnante histoire des noms de pouvoir [Text] / J-L. Beaucarnot. - Paris : Éditions J'ai lu, 2009. - 160 p.

18. Bienfait, B. Les noms de famille. Innovation ou adaptation du Moyen Âge [Text] / B. Bienfait // Généalogie Magazine. - 2009. - n° 297-298. - novembre-décembre. - P. 10-17.

19. Bordonov, G. CLOVIS et les Mérovingiens [Text] / G. Bordonov. - Paris : Pygmalion, 2009.320 p.

20. Dictionnaire du Moyen Âge [Text] /Sous la direction de C. Gauvard, A. de Ribera, M. Zink. -Paris : Quadrige : PUF, 2002 - 1548 p.

21. Généalogie de l'histoire de France [Electronic resource] / Rezhim dostupa: http://roi-france.com/. - (Data obrashhenija: 27.07.2015).

22. Le Jan, R. Famille et pouvoir dans le monde franc (VIIe-Xe siècle). Essai d'anthropologie sociale [Text] / R. Le Jan. - Paris : Publications de la Sorbonne, 1995. - 576 p.

Дата поступления статьи в редакцию: 28.07.2015 Дата принятия статьи к печати: 03.09.2015