Бочка опоры

24 января министр энергетики США Самуэль Бодман объявил о намерении правительства страны удвоить стратегический нефтяной резерв, для чего уже через месяц американцы начнут ежедневно покупать 100 тыс. баррелей нефти. Это заявление спровоцировало подъем мировых цен на энергоносители и рост на российском фондовом рынке. Однако смогут ли американские госзакупки переломить падающий тренд нефтяных цен, пока не ясно.

Слабые взаимодействия

На прошлой неделе американские власти преподнесли отечественному фондовому рынку неожиданный подарок: сначала министр энергетики, а затем президент США объявили, что страна приступает к массированной скупке нефти. Начиная с марта 2007 года американцы будут покупать на рынке 100 тыс. баррелей нефти ежедневно; они решили удвоить объем своих стратегических нефтяных резервов — довести его к 2027 году до 1,5 млрд баррелей. Эта новость вызвала бурный рост котировок энергоносителей: за несколько часов нефть Brent подорожала на 4,7% — до $55.

Индекс РТС на следующий день вырос более чем на 1% и достиг отметки 1873 пункта, правда, затем цена нефти немного снизилась, и индекс вернулся к значениям 1860-1865. При этом бумаги нефтяных компаний подорожали в среднем на 1,5-2%. Таким образом, общий подъем и спекулятивное перераспределение между секторами оказались практически равнозначными. В общем, российскую реакцию следует признать адекватной, но довольно вялой. Наступившие морозы, вероятно, ввергли "медведей" в запоздалую спячку. Настрой участников рынка становится более оптимистичным, но очень уж постепенно. Между тем по большинству мировых фондовых индексов наблюдается повышение, а значит, рынки настроены на рост.

Малая активность отечественных игроков, видимо, связана с неопределенностью тенденций. Повышение спроса на 100 тыс. баррелей в день — это, конечно, хорошо, но реально этот спрос выйдет на рынок только весной. К тому же участники российского фондового рынка хорошо знают, что подобные новости вовсе не обязательно отражаются заметно на рынке нефти. Достаточно вспомнить, как ОПЕК 14 декабря 2006 года объявила о снижении квот добычи на 500 тыс. баррелей в сутки, начиная с февраля 2007 года. После этого мировые цены падали еще целый месяц.

Иными словами, фондовый рынок пока не очень верит, что объем государственных закупок США достаточен для разворота негативной тенденции на рынке энергоносителей. Чтобы обрести уверенность в том, что все это всерьез, фондовому рынку нужно время.

По закупкам военного времени

Участники рынка должны понять, как решение о государственных закупках нефти согласуется, например, с тем, что по данным Администрации энергетической информации США (EIA) запасы сырой нефти "нестратегического значения" росли в течение января на 2,2-2,5% в неделю. Ведь в связи с необычно теплым началом зимы общие запасы топлива в США близки к 15-летним максимумам. И несмотря на наступившие недавно холода, дефицитом топлива там пока и не пахнет. Тем не менее одновременно с заявлением об увеличении резервов президент США Джордж Буш призвал сократить потребление бензина в Америке на 20% к 2027 году и увеличить финансирование работ в сфере альтернативного топлива. По словам Джорджа Буша, "совокупный годовой объем потребления бензина в США должен уменьшиться до 8,5 млрд галлонов".

Если внутреннее потребление топлива все равно собираются сокращать, то какой смысл в увеличении запасов? Это ведь не в канистру налить — может потребоваться обустройство новых хранилищ и капитальный ремонт существующих. Резко увеличатся расходы на безопасность, экологию, транспорт. Америка, конечно, богатая страна, но просто так деньгами налогоплательщиков обычно не разбрасывается.

Если дополнительные запасы топлива не собираются потреблять внутри страны, то остается внешний потенциальный расход, например война. Здесь можно вспомнить, что Сталинградская битва начиналась с похода немцев за кавказской нефтью: к 1942 году запасы, подготовленные для блицкрига, истощились. А закончилось все тем, что бензин в Сталинград, как, впрочем, и все остальное, немцы доставляли самолетами, пока армия Паулюса не сдалась.

В Ираке, конечно, нет русской зимы. Зато партизаны многочисленны и воевать обучены с детства. Американская группировка в Багдаде насчитывает те же 200 тыс. человек. Нефть в Багдаде не добывают, ее качают много южнее — в Басре, контролируемой англичанами. Однако англичане уже объявили о серьезном сокращении своего контингента и возможном скором уходе из страны. Если после этого в Ираке начнется полномасштабная гражданская война (а такого развития событий публично опасается и Джордж Буш), то американские войска рискуют оказаться с ограниченным запасом топлива во враждебном окружении. Тогда сталинградский опыт станет для них весьма актуальным. При таких рисках лучше иметь солидный стратегический нефтяной запас.

К тому же никто пока не решил и иранскую проблему. Сейчас США ограничиваются лишь грозными заявлениями и отправкой на Ближний Восток новых авианосцев. Однако события здесь тоже вполне могут развиваться по силовому сценарию даже вопреки мнению американского парламента. И тогда для кораблей и самолетов потребуется много дополнительного топлива. Не говоря уж о том, что любой из вышеперечисленных вариантов сам по себе может привести к неконтролируемому росту цен на энергоносители, ввиду чего иметь серьезные нефтяные резервы также нелишне.

Стратегическая спекуляция

Конгресс США принял решение о создании стратегического запаса нефти в 1975 году, вскоре после энергетического кризиса. Нефть находится в четырех природных подземных хранилищах в Техасе и Луизиане. Запас держат на случай чрезвычайных ситуаций, впервые его задействовали в 1991 году во время войны в Персидском заливе. После событий 11 сентября 2001 года было решено довести нефтяной резерв до максимума — 700 млн баррелей, что и было сделано в 2004 году. Однако в конце 2005 года Джордж Буш распорядился продать часть запаса, чтобы сбить внутренние цены на топливо. После этого его объем достиг нынешнего показателя — 659,5 млн баррелей.

Продажа 41 млн баррелей нефти из стратегического резерва в 2005 году произошла на пике нефтяных цен. Под благовидной целью снижения внутренних цен на топливо скрывалась блестящая финансовая операция, принесшая бюджету США более $2 млрд чистой прибыли: нефть закупалась по цене $8 за баррель, а продавалась почти по $60. В государственных спекуляциях нет ничего необычного: стратегический запас товара обычно создается для продажи в момент резкого подорожания.

$2 млрд чистой прибыли — сумма привлекательная даже в масштабах бюджета США. Искушение повторить удачную операцию, увеличив ее масштаб в два раза, может оказаться велико. Но тогда администрация США должна считать текущие цены в $50-55 за баррель минимальными в долгосрочной перспективе. И при этом до 2027 года цена не должна сильно повышаться в реальном выражении. Вряд ли сейчас можно обоснованно делать такие долгосрочные прогнозы, но сбрасывать со счетов эту вероятность нельзя.

Существует и еще одна, чисто внутренняя причина, побудившая администрацию США объявить о программе пополнения стратегического запаса нефти именно сейчас. Как известно, середина декабря 2006 года и январь 2007-го стали периодом укрепления доллара. Американская валюта вернула себе почти все, что основной конкурент — евро выиграл у нее в ноябре и декабре. На экономике США это сказывается болезненно, поскольку в ВВП страны весьма заметную роль играет экспорт. При дорогом долларе он падает, так как американские товары становятся менее конкурентоспособными по сравнению с европейскими и азиатскими. Чтобы избежать этого, администрация США проводит политику постепенного ослабления национальной валюты.

Экономические итоги 2006 года оказались для США малоутешительными. Для крупнейшей экономики мира рост в 2,6% все же маловат. Что поделать, войны всегда являются для экономики тяжелым бременем, хотя и провоцируют некоторый прогресс технологий. А впереди у США президентские выборы 2008 года, когда надо будет предъявлять избирателям экономические успехи хотя бы предвыборного года. Если успехов нет и не предвидится (потому что война не кончается), то их надо выдумать, или же как-то стимулировать экономику.

Ослабив национальную валюту, администрация США может добиться увеличения экспорта, а следовательно, и ускорения экономического роста. Но в рыночной экономике снизить цену любого товара, в том числе и доллара, можно либо уменьшив на него спрос, либо увеличив его предложение. Можно, конечно, пойти по пути ограничения внутреннего спроса на доллар — для этого нужно всего лишь поднять ставку ФРС. Но прибегать к этой мере рискованно, поскольку она начнет угнетать и без того слаборастущую экономику США.

Еще более рискованно увеличивать внутреннее предложение доллара — это неминуемо подстегнет инфляцию, что, учитывая уже имеющуюся скрытую военную инфляцию, приведет к недовольству населения в предвыборный год. Администрация США, похоже, нашла выход в том, чтобы увеличить предложение доллара на мировых рынках. Именно это и означают масштабные государственные закупки зарубежной нефти. Особенно эффективно такой механизм ослабления доллара выглядит на фоне решения Банка Англии о повышении ставки РЕПО. Если примеру Великобритании последует Европейский центробанк, то американские экспортные товары получат значительные конкурентные преимущества перед европейскими.

В общем, и волки сыты и овцы целы. Значит, съели пастуха — в данном случае это государственный бюджет США, дефицит которого в результате пополнения стратегического запаса нефти еще больше увеличится. Однако разбираться с этой проблемой придется уже следующей администрации, которая, вполне вероятно, может оказаться демократической. Тогда республиканцы не преминут указать неблагодарному избирателю на то, что при них был экономический рост (если верить социологическим опросам, больше всего запоминаются первый и последний годы правления). И сказанное ими будет чистой правдой, как это и свойственно политикам.

Прямая речь

Что будет с ценами на нефть?

Владимир Рожанковский, старший аналитик ИК "Ак Барс Финанс":

— Противоречивость между выступлениями Буша, в очередной раз призвавшего "сократить зависимость от нестабильных стран-нефтеэкспортеров", и прямо противоположным заявлением министра энергетики США Бодмана о закупках нефти в стратегический резерв, на мой взгляд, иллюстрирует общую напряженность политической ситуации. В Америке нарастает волна оппозиционности по отношению к Бушу. Новость об увеличении запасов имеет характер "отсроченной новости" — программа будет запущена только весной. Тем не менее это может быть косвенным свидетельством в пользу предположения об эскалации присутствия США на Ближнем Востоке. Думаю, американские аналитики сейчас, засучив рукава, ищут дополнительные свидетельства или намеки в поддержку таких прогнозов.

Бушу осталось совсем недолго — скоро на смену придет лидер Демократической партии. Но даже он не сможет свернуть вооруженные конфликты как по мановению дирижерской палочки. В любом случае от этой информации зависит, стоим мы на пороге новой волны роста цен на нефть или же речь идет лишь о сиюминутной эмоциональной реакции рынков на слова американского министра. Думаю, что в результате этих заявлений цена на нефть поднимется в 2007 году до $55-58 за баррель, если США в этом году не начнут военную операцию против Ирана. Если же начнут, то она будет существенно выше $60 за баррель.

Олег Тушин, аналитик ИК "Церих Кэпитал Менеджмент":

— Главный итог американских заявлений: слишком далеко вниз цены на нефть в текущем году не упадут. Российский рынок новость уже отыграл, акции нефтяных компаний вновь стали пользоваться спросом. Если так пойдет дальше, то индекс РТС может вырасти до 1910-1940 пунктов. При этом нефть будет стоить около $55 за баррель.

Предпосылки к дальнейшему росту цен на нефть есть. В результате заявлений и действий США возрастают напряженность на Ближнем Востоке и тревожные ожидания относительно возможных военных конфликтов. Тем не менее я полагаю, что никакой военной операции в 2007 году США не предпримут. Просто не рискнут этого делать в предвыборном году. А вот демонстрация силы со стороны США будет продолжаться. Таков стиль руководства нынешней администрации США: не давать врагу забыть о своем существовании и постоянно демонстрировать ему свою мощь. Для российского рынка это благотворно: цены на нефть в результате этой политики имеют потенциал роста.

Александр Ташинцев, управляющий активами ИК "Финам":

— Думаю, что заявленный США дополнительный спрос в 100 тыс. баррелей в день — это просто мало для того, чтобы оказать серьезное влияние на рынок. Тем более что стратегический запас США будут наращивать достаточно плавно и долго. Иное дело — возможный конфликт между США и Ираном. Считаю, что США и Иран в 2007 году не смогут договориться по проблеме мирного атома. Главным образом потому, что США нечего предложить Ирану. Поэтому возрастает вероятность вооруженного конфликта. Если это случится, то цены на нефть, конечно, резко вырастут.

Российский фондовый рынок продолжает "бегать за нефтью". Только энергетика показывает некоторую устойчивость при падении нефтяных цен. Тем не менее мы пока не рекомендуем покупать бумаги нефтяных компаний. Нынешний рост цен может оказаться неустойчивым, поэтому советуем держать нефтяные бумаги и продавать при первых признаках спада.

Любой рост цен на нефть позитивен для российского рынка. Есть мнение, подкрепленное опытом, что при слабой нефти интерес инвесторов к России снижается. При сильной, наоборот, растет. Хотя вкладывают они необязательно в нефть. Гораздо привлекательней сейчас энергетика, потребительский и банковский секторы. Они, по моему мнению, недооценены, и именно их мы рекомендуем инвесторам.

Алексей Ю, трейдер долгового рынка ИГ "Атон":

— Корреляция российского долгового рынка с ценами на нефть достаточно велика. Если рост цен на нефть станет тенденцией и будет устойчивый уровень $60-65 за баррель, то это станет внятным сигналом к падению процентных ставок и укреплению рубля. Даже если будет $55 за баррель, то не будет укрепления номинального курса рубля к доллару, он просто застынет на современных отметках. Однако из-за разницы в инфляции реальный курс доллара укрепится на 4-5%. Если же нефть перешагнет $60, то сдвинется и номинальный курс.

Повышение цен на нефть позитивно скажется и на уровне ликвидности. Российский рынок привык существовать в условиях избыточной рублевой ликвидности. По крайней мере, в последние два года ситуация была именно такой. В конце 2006-го — начале 2007 года из-за падения нефтяных цен российский рынок впервые ощутил некоторый дефицит рублевой ликвидности. Особенно это было заметно в конце месяцев, когда возникала проблема налоговых выплат. Тогда ликвидности явно не хватало, а процентные ставки на межбанковском рынке резко росли. Нынешний рост цен на нефть исправит эту ситуацию и вернет комфортный уровень ликвидности.

С другой стороны, нелегко придется Центробанку. Ему опять придется решать одновременно задачу сдерживания рубля и ограничения инфляции. В этом отношении падение нефтяных цен было на руку ЦБ.

Артем Дзюра, начальник отдела операций на фондовом рынке Оргрэсбанка:

— Объявленного объема закупок просто мало. Никакого влияния на рыночные цены энергоносителей это оказать не может. В середине декабря ОПЕК обещала снизить квоты на 500 тыс. баррелей в сутки, а цены на нефть все равно продолжали падать. Даже заявления о возможном снижении на 1 млн баррелей не заставили тренд развернуться. Гораздо важнее заявлений чиновников динамика расходования нестратегических запасов, которая наверняка изменится из-за наступления холодов. Именно объем нестратегических запасов определяет объем реального предложения на рынке США и спрос для их пополнения соответственно. Сейчас объем этих запасов максимален, поэтому резкого движения нефтяных цен вверх не ожидается.

Данные заявления говорят лишь о том, что США хотят уменьшить свою зависимость от нестабильных нефтедобывающих стран. Но быстро им этого сделать не удастся: программа пополнения стратегических запасов рассчитана на 20 лет. Долгосрочность программы говорит и о том, что она вряд ли принята под какие-то теоретически возможные военные действия. Дело скорее в том, что США заинтересованы в поддержании мировых цен на нефть на стабильном и довольно высоком уровне. Это позволяет им сохранять рентабельность при разработке собственных месторождений. Эта работа как раз и рассчитана на 15-20 лет. За этот срок новые месторождения с глубоким залеганием пластов будут освоены. Именно это, а не государственные закупки, позволит Америке избавиться от нефтяной зависимости.