Дизайн как вектор гуманизации общества

УДК 7.012:316.77

А. Ю. Демшина, Е. В. Лисняк Дизайн как вектор гуманизации общества

Глобализация общества привела к необходимости поиска общих для человечества гуманистических ценностей. Дизайн сегодня распространяется практически во все сферы человеческого бытия. Термин «дизайн» сегодня употребляется в широком спектре деятельности человека: от традиционного вещного дизайна до дизайна коммуникаций, от дизайна окружающей среды до дизайна виртуальной реальности. Выступая формой реализации ценностей и идей, дизайн пытается проектировать и корректировать поведение человека, влиять на свойства коммуникаций. Воплощение этой идеи идет по нескольким направлениям: взаимодействие идей и технологий традиционных культур с современными технологиями, развитие минимализма как экологического потребления, экологизация всех аспектов человеческого бытия, постмодернистская игра всего со всем как провоцирование соавторства дизайнера и потребителя и саморазвития человека, дизайн как способ формирования «скриптов» для поведения человека. Оборотная сторона дизайна - участие в манипуляционных стратегиях, связанных с коммерческой выгодой; утверждение ценностей общества потребления; в продвижении ценностей западного общества как единственно верных. Таким образом, дизайн-продукт может рассматриваться как ненейтральный по отношению к моральным, этическим нормам. Сегодня становится важной идея понимания дизайна как проводника гуманистических ценностей.

Ключевые слова: дизайн, глобализация культуры, современный гуманизм, культура повседневности, общество потребления, гуманистические ценности

Anna Y. Demshina, Elena V. Lisnyak Design as vector of humanization of society

The globalization of society has led to the need to search for humanistic values common to humanity. Design today extends to almost all areas of human existence. The term «design» today is used to a wide range of human activities. For example traditional real design, communication design, environmental design, virtual reality design and etc. Design as part of the culture of everyday life is trying to become one of the conductors of ethical standards. The embodiment of this idea goes in several directions. Minimalism style is part of the development of environmental consumption greening all aspects of human existence. The postmodern game of everything in the world provokes the co-authorship of the designer and the consumer, stimulates human self-development. Design as a way to form «scripts» for human behavior. The reverse side of the design is participation in the manipulation strategies related to commercial gain, the approval of the values of the consumer society, the promotion of the values of Western society as the only true ones. Speaking as a form of realization of values and ideas, the design tries to design and adjust human behavior, influences the properties of communications.

Keywords: design, globalization of culture, modern humanism, culture of everyday life, consumer society, human properties DOI 10.30725/2619-0303-2019-1-75-80

Современное общество переживает сложный период, когда одновременно с тотальным распространением массовой культуры сосуществуют серьезные политические и экономические проблемы. Развитие технологий, стремительная эволюция коммуникаций изменили конфигурацию мира. Глобализация, угроза экологической катастрофы поставили в ХХ в. человечество перед необходимостью выработки глобальных нравственных ценностей, которые должны обеспечить сохранение человечества как вида и помочь в развитии общечеловеческой культуры. XXI век демонстрирует необходимость поисков новых гуманистических оснований развития человечества как единого целого.

«Безусловно, весь ХХ в. - это закономерное продолжение новоевропейских процессов гуманизации и формирования этики прав человека, вылившихся в экспансию западной культуры под лозунгом защиты этих прав и распространения демократии», - отмечает И. Авдеева [1, с. 437]. Современный западный гуманизм имеет в основании идеи европейской культуры, развивавшиеся со времен эпохи Возрождения, и утверждает ценность каждой человеческой личности. Часть поисков современного понимания гуманизма связана с работами Ф. Ницше и с полемикой по поводу гуманизма в современном обществе между М. Хайдеггером и Ж. П. Сартром. Сартр утверждал, что экзистенциалист никогда

не рассматривает человека как цель, так как человек всегда незавершен... Культ человечества приводит к замкнутому гуманизму Конта и -стоит сказать - к фашизму. Такой гуманизм нам не нужен. Но гуманизм можно понимать и в другом смысле. Человек находится постоянно вне самого себя. Именно проектируя себя и теряя себя вовне, он существует как человек [2]. Для М. Хайдеггера гуманизм - это раздумье и забота о том, как бы человеку стать человечным, а не бесчеловечным, негуманным, отпавшим от своей сущности, а человечность человека в его сущности. «Экзистенция есть то, в чем существо человека хранит источник своего определения» [3, с. 192-220]. Балансирование между поисками тотальной свободы и попытками стать человечнее определяет многие тенденции современного западного общества.

Для современной науки важным является понимание сферы повседневности как места практической реализации гуманистических ценностей. Для Ю. Хабермаса этическая рефлексия, искусство, наука в жизненном мире находятся в схожем положении и существуют как некоторая целостность, как «рефлексивные точки зрения» на «обжитый мир повседневной коммуникативной практики» [4, с. 168-169]. Жизненный мир в таком случае рассматривается как место реализации нравственных, этических принципов. «В результате границы семиосферы повседневности в значительной мере размываются, ее пространство насыщается множеством разнообразных культурных знаков разных исторических эпох, что приводит к обретению бытом, повседневностью культурного статуса. Быт, прежде противостоявший культуре, теперь становится ее частью», - утверждает В. Лелеко [5, с. 52]. Морально-этические аспекты теории и практики дизайна последнее время все чаще попадают в центр размышлений о гуманизме и трансгуманизме. Термин «дизайн» сегодня употребляется в широком спектре деятельности человека: от традиционного вещного дизайна до дизайна коммуникаций, от дизайна окружающей среды до дизайна виртуальной реальности. Уникально определение роли дизайна, данное Томасом Мальдонадо еще в 1950-е гг.: «Дизайн стремится охватить все аспекты окружающей человека среды, которые обусловлены промышленным производством» [6, с. 30]. В XXI в. устаревшим оказывается только привязка дизайна исключительно к промышленному производству. Современные технологии уравнивают в правах крупносерийное и мелкосерийное производства.

Дизайн попадает в фокус гуманизма как способ преобразования окружающего пространства и как средство транслирования опре-

деленных ценностей и развивается на стыке современных технологий и традиций. В постинформационную эпоху исследователи часто обращаются к идее ноосферы, сформулированной отечественным ученым В. И. Вернадским: «Я считаю ошибкой, когда противопоставляют человека среде. забывая, что живой организм, живое вещество живут в биосфере, от нее неотделимы и являются ее функцией, но ее, в свою очередь, создают» [7, с. 179]. Человек связан с природной жизнью глубоким родством. В. И. Вернадский подчеркивал важность для науки понимания этических вопросов, потому что понимание добра и зла выходит за границы человеческого опыта и становится частью ноосферы, влияя на всю природу. Утверждение понимания нашей планеты как общего дома для человечества и других форм жизни - важный момент в формировании этических ценностей, экологического мышления.

Дизайн видится способом гуманизации коммуникаций между людьми из различных культурных групп; ряд дизайнеров представляют дизайн-продукт как повод для провокации потребителя к саморазвитию. На практике изменение климата, трансформации ландшафта и морфологические эксперименты перестали быть сюжетом научной фантастики. Дизайн окружающей среды не только учитывает природные особенности, но корректирует их. Дизайн воспринимается как проектная деятельность, преобразующая повседневность и формирующая ее абрис. Еще Фрэнк Ллойд Райт высказал идею о единстве формы и функции и попробовал воплотить ее в органической архитектуре. Райт сосредоточился на создании интегрированных проектов, которые легко проникали в окружающий ландшафт. Идеи Райта остаются актуальными и сегодня. Современное их понимание демонстрируют многие архитекторы и дизайнеры.

Сама идея трансформируемости всего, столь любимая транскультурой и киберпанком, утверждает игровое отношение к миру. Великий дизайнер Чарльз Эймс, дизайнер предметов мебели, большинство из которых остается популярным многие годы после их первоначального создания, говорил: «Серьезно относитесь к своим удовольствиям!» [8, р. 90]. В таком контексте дизайн отвечает модной сегодня идее свободы самовыражения, творческого отношения к миру.

В современном дизайне реализуются две противоположные концепции восприятия современного общества, идет поиск баланса между свободой (в понимании Ж. Сартра) и человечностью (М. Хайдеггер). С одной стороны, учеными развивается идея окружающей среды

как пространства, подчиняющего себе человека, манипулирующего личностью в различных целях, ограничивающего свободу личности. В работах многих ученых содержится критика подобного положения (Г. Маркузе, Ж. Бо-дрийяр, Р. Барт). Исследование границ мягкого воздействия власти через игровые практики, интерактивность, взаимодействие автора и потребителя - важная тема постмодернистского дискурса, которую исследуют философы, психологи, культурологи и маркетологи. Классической стала работа Р. Барта «Мифологии», в которой французский ученый исследует «мифологии» повседневности, где, по мнению автора, буржуазный здравый смысл вступил в союз с создателями и функционерами империи масс-медиа [9, с. 298]. Характерный пример создания подобных мифологий - компания Apple. Многие современные дизайнерские особенности Apple были заложены с момента основания компании Майком Марккулой. Он не был дизайнером - он был маркетологом (а также вторым генеральным директором Apple), но именно он в конечном итоге сформулировал основные принципы, которые определяют дизайн Apple до сегодняшнего дня: сочувствие к пользователю и сосредоточенность на пользователе во всех начинаниях. На сегодняшний день продукция компании Apple не только узнаваема, но обладает солидным символическим капиталом.

С другой стороны, популярна идея повседневности как места саморазвития, самореализации человека. Тотальность проникновения дизайна вынуждает поднимать этические вопросы, связанные с этикой самих новых технологий и форм их активного применения. Вместо противопоставления и исключительно критической позиции по отношению к технологиям важным становится понимание ответственности технологий и дизайна перед потребителем. Сегодня проблемы этичности технологий и объектов, создаваемых с их помощью, поднимаются в работах узких специалистов (вопросы инженерной этики, информационной безопасности), и в контексте развития современного общества в целом (концепции постинформационного общества, пост-пост-модернизма, трансгуманизма, транскультуры). Этическая ответственность становится личным выбором компаний, стимулируется законодательством ряда стран и международными соглашениями. Введение во многих странах штрафов за использование загрязняющих окружающую среду автомобилей провоцирует автомобильные концерны искать технологические и дизайнерские решения по снижению выбросов и переходу на экологически чистое топливо.

Дизайн видится средством выстраивания пространства человеческих взаимоотношений, средством воспитания в человеке тех или иных качеств. Когда технологии используются, они всегда помогают формировать контекст, в котором они выполняют свою функцию. Они помогают формировать человеческие действия и восприятие, создавать новые практики и образ жизни. Это явление было проанализировано как «технологическое посредничество» П. Вер-беком в известной работе «Мораль в дизайне» [10]. О дизайне как средстве утверждения определенного поведения человека, а через него и определенных моральных ценностей размышлял Б. Латур: «Свойства артефактов способны заставить человека изменить свое поведение, так как содержат „скрипты", сценарии действия, как сценарий кинофильма содержит инструкции для поведения актеров в рамках определенной роли» [11]. В конечном счете, цель и П. Вербика, и Б. Латура определить, как дизайн может выступить технологическим посредником в формировании определенных (гуманистических) моральных качеств. Н. Ачтергуис также утверждает, что человека нельзя перевоспитать, заставить стать моральным, но можно морализовать технологии, взяв за основу идеи Б. Латура. Дизайн сантехники должен вместо вас решать проблемы экономии воды, а автомобиль использовать систему ограничения движения для безопасности [12]. Идеи внедрения экологически чистых технологий Н. Ачтергуиса в конце ХХ в. были приняты к рассмотрению законодательством Нидерландов. Таким образом, цель технологий в дизайне - не только создание экологического производства, бережного отношения к природе, но и формирование экологического поведения потребителя. В то же время это пример мягкого давления на потребителя.

Понимание дизайна как способа формирования определенных межличностных коммуникаций, единства формы и функции реализовано в «Центре социальной справедливости Аргус» (США). Бюро Джин Гэнг «Studio Gang» за основу взяло понимание экологии как отношения между живыми существами и их окружением. Обращение к традициям проявилось не только в выборе технологий строительства, но и в воссоздании идеи дома старейшин одного из племен Мали с учетом современных требований. «Оглядываясь назад на движение за гражданские права в США, мы обнаружили, что планирование многих наиболее важных маршей и движений за социальную справедливость происходило за чьим-то кухонным столом, в чьей-то гостиной или в подвале маленькой церкви. Мы хотели создать открытое пространство

на пересечении сообщества, кампуса и ландшафта, где люди могли бы услышать истории друг друга» [13]. Это пример того, как «скрипты» работают на практике, реализуя идеи экологичного отношения к природе и друг к другу в различных аспектах. Экологичность технологий и самой идеи проекта (выстраивание этически ориентированного пространства для коммуникации), экологичность как сохранение исторической памяти (современное использования идеи традиционного дома старейшин одного из племен Мали в современных условиях).

На практике подобный подход к моральной, социальной ответственности технологий в рамках дизайна приводит не только к положительным примерам, но и к расширению спектра ма-нипулятивных стратегий общества потребления. На фоне пропаганды саморазвития и самореализации как цели современного человека власть выступает поставщиком возможностей выбора программы и способа действия. М. Фуко в книге «Воля к власти» говорит о том, что высшая сила власти - не в праве убивать, не во власти над жизнью и смертью, а в контроле над самим процессом жизни [14, с. 248]. Так власть балансирует между обеспечением определенных благ (ценность которых часто определяется самой властью) и контролем жизни общества. Бодрийяр называл такой способ действия: «захват власти путем одностороннего одаривания» [15, с. 98]. Архитектура, дизайн, предлагая определенные решения, вынуждают людей следовать определенной программе. Выбор пользователя сокращается до установленных дизайном идеей и зависит от количества и качества заложенных «скриптов».

Влияние дизайна стремительно увеличилось с развитием виртуальной реальности, предлагающей визуализированные модели на любой вкус. Виртуальное пространство стало местом реализации фантастических проектов, местом самовыражения широких масс. Использование программ для графического дизайна позволяет создавать виртуальные модели себя и среды обитания. Аватары в социальных сетях превращаются в битву реальности и возможностей программы photoshop. Визуальный образ виртуального мира пока демонстрирует полную победу photoshop. В рамках гиперреальности дизайн участвует в порождении симулякров, когда название бренда, дизайн логотипа замещают реальные качества предмета. Послание, заключенное в дизайне, утверждает определенные ценности, формулируемые в форме мягкого воздействия. Двойственность ситуации заключается в том, что творческая свобода пользователя оказывается поставленной в рамки выбора

из готовых вариантов, предоставляемых производителем, например графических программ (фильтры, эффекты, фактуры). Потребитель, получая во владения продукт дизайна, становится агентом, рекламой бренда, утверждающего ценность того или иного продукта. Сегодня существует целая индустрия предоставления дизайнерских вещей для фотосессий в социальных сетях. Ж. Бодрийяр отмечает: «Происходит невероятное - реальное оказывается гиперреализованным. Оно начинает заявлять о себе как о чем-то более истинном, чем истина, как о чем-то слишком реальном, чтобы быть истиной. Сегодня такого рода реальности (сверхреальности) с помощью таББтеШа постоянно производятся, разрастаются, становятся гиперочевидными, навязывают себя снова и снова. Устраняется всякое различие между реальностью и ее репрезентацией. Реального как системы координат больше нет, оно живет жизнью модели» [16, с. 123]. В нашу эпоху дизайн не просто трансформирует реальность, создавая особые конфигурации окружающей среды, он влияет на физические, психологические, коммуникативные аспекты жизни человека. Дизайн пытается вынуждать нас меняться. Так, определенная одежда меняет нашу осанку и походку, интерьеры офисов стараются повысить производительность труда, оформление магазинов своей целью ставит увеличение продаж.

Интернет предоставляет возможности симулирования тотальной морфологической свободы, что приводит к увеличению популярности идей трансгуманизма. Трансгуманизм пытается выйти за рамки биологических особенностей человека; неслучайно трансгуманизм начал активно развиваться в конце ХХ - начале XXI в. вместе с технологическим бумом и тотальным развитием компьютерных технологий и Интернета. Трансгуманизм утверждает морфологическую свободу, основанную на признании возможности изменения биологических и физических качеств человека и окружающего мира. Один из самых известных доводов против трансгуманизма привел Ф. Фукуяма, назвав его «самой опасной идеей в мире» на том основании, что это попытка вступить в бесконечную гонку самоулучшений с недостижимым (по его мнению, по причине постоянной конкуренции с другими индивидами) призом и непредсказуемыми побочными эффектами [17]. Сценарии в духе трансгуманизма сегодня популярны в литературе, киноискусстве, компьютерных играх.

Дизайн-объекты обладают лишь интенцией к реализации определенного действия или идеи, решение все-таки принимает сам человек. П. Вербек отмечает, что роль технологий

в качестве посредника связана не только с заложенной в артефакт создателем идеей и набором «скриптов», но зависит от человека, использующего артефакт или технологию [18].

Одним из ответов на диктат общества потребления является движение вещного минимализма, начавшееся еще в 1970-х гг., когда в рамках формирования экологического мышления популярной стала идея о сокращении потребления для сохранения природы. Отказ от потребления стал стилем жизни и способом противостояния обществу потребления. Эстетическое осмысление минимализма связано с нивелированием контекстов, объект освобождается от символического капитала и возвращается сам к себе. Дитер Рамс, известный дизайнер, работавший с компаниями Apple и Braun, сформулировал принципы минимализма, влияющие на современное промышленное проектирование. «Дизайн не должен доминировать над вещами, не должен доминировать над людьми. Он должен помогать людям. В этом его роль», - считает немецкий дизайнер Дитер Рамс [цит. по: 19]. Сегодня минимализм стал стилем жизни части людей, превратился в определенную культуру, которая касается не только вещного потребления.

Таким образом, дизайн-продукт может рассматриваться как ненейтральный по отношению к моральным, этическим нормам. В современном дизайне важной становится идея понимания дизайна как проводника гуманистических ценностей. Воплощение этой идеи идет по нескольким направлениям: минимализм как экологическое потребление, экологизация всех аспектов человеческого бытия, постмодернистская игра всего со всем как провоцирование соавторства дизайнера и потребителя для саморазвития человека, дизайн как способ формирования скриптов для поведения человека. Оборотная сторона дизайна - участие в мани-пуляционных стратегиях, связанных с коммерческой выгодой, утверждение ценностей общества потребления, в продвижении ценностей западного общества как единственно верных. Выступая формой реализации ценностей и идей, дизайн пытается проектировать и корректировать поведение человека, влиять на свойства коммуникаций.

Список литературы

1. Авдеева И. А. Гуманизм в дискурсивном поле этики глобального коммуникативного пространства // Гуманизм и современность: материалы междунар. науч.-образоват. конф., 8-9 нояб. 2013 г. / под ред. Т. М. Шатуновой. Казань: Казан. ун-т, 2013. С. 436-440.

2. Сартр Ж.-П. Экзистенциализм - это гуманизм // Скепсис: науч.-просветит. журн. Разд. Библиотека. URL: http: // scepsis. net (дата обращения: 28.02.2019).

3. Хайдеггер М. Письмо о гуманизме // Время и бытие: ст. и выступления. Москва: Республика, 1993. С. 192-220.

4. Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие / пер. с нем. под ред. Д. В. Скляднева. Санкт-Петербург: Наука, 2001. 381 с.

5. Лелеко В. Д. Пространство повседневности в европейской культуре. Санкт-Петербург: С.-Петерб. гос. ун-т культуры и искусств, 2002. 320 с.

6. Минервин Г. Б. Архитектоника промышленных форм: в 3 вып. / Гос. ком. Совета Министров по науке и технике, Всесоюз. НИИ техн. эстетики. Москва, 1970. Вып. 1: Техническая эстетика и эстетика промышленных форм. 157 с.

7. Вернадский В. И. Биосфера и ноосфера. Москва: Наука, 1989. 259 с.

8. Transportable environments / ed. by R. Kronenburg. New York: E & FN spot, 1998. 215 p.

9. Барт Р. Мифологии. Москва: Изд-во им. Сабашниковых, 1996. 312 с.

10. Verbeek P. P. Morality in design: design ethics and the morality of technological artifacts // Philosophy and design. 2008. Vol. 1. P. 91-103.

11. Латур Б. Нового Времени не было: эссе по симметричной антропопогии / пер. с фр. Д. Я. Калугина; науч. ред. О. В. Хархордин. Санкт-Петербург: Изд-во Европ. ун-та в Санкт-Петербурге, 2006. 240 с.

12. Achterhuis H. De Moralisering van der Apparaten // Socialisme en Democratie. 1995. Vol. 52, № 1. Р. 3-12.

13. Arcus Center for Social Justice Leadership / Studio Gang. Chicago; New York; San Francisco. URL: http: // studio-gang.com (дата обращения: 28.02.2019).

14. Фуко М. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Москва: Касталь, 1996. 448 с.

15. Бодрийяр Ж. Соблазн. Москва: Ad marginem, 2000. 315 с.

16. Бодрийяр Ж. Система вещей. Москва: Рудомино, 1999. 218 с.

17. Bostrom N. A history of transhumanist thought // J. of evolution and technology. 2005. Vol. 14. Р. 1-25. URL: https: // nickbostrom. com (дата обращения: 28.02.2019).

18. Verbeek P.-P. Materializing morality: design ethics and technological mediation // Science, technology & human values. 2006. Vol. 31, № 3, May: Ethics and engineering design. P. 361-380.

19. Геллар Н. Принципы хорошего дизайна // Uxpub: продуктовый дизайн и проектирование интерфейсов: независимый медиа-проект. 2018. 23 янв. URL: https: // ux. pub (дата обращения: 28.02.2019).

References

1. Avdeeva I. A. Humanism in discursive field of ethics of global communicative space. Shatunova T. M. (ed.). Humanism and modernity: proc. of intern. sci. educational conf., 2013, Nov. 8-9. Kazan: Kazan Univ, 2013. 436-440 (in Russ.).

A. №. fleMWMHa, E. B. ^MCHAK

2. Sartre J.-P. Existentialism is humanism. Skepsis: sci. and educational j. URL: http: // scepsis. net (accessed: Febr. 28. 2019) (in Russ.).

3. Heidegger M. Letter on humanism. Time and being: art. and speeches. Moscow: Respublika, 1993. 192-220 (in Russ.).

4. Habermas Yu.; Sklyadnev D. V. (ed.) Moral consciousness and communicative action. Saint Petersburg: Nauka, 2001. 381 (in Russ.).

5. Leleko V. D. Space of everyday life in European culture. Saint Petersburg: Saint Petersburg State Univ. of Culture and Arts, 2002. 320 (in Russ.).

6. Minervin G. B. Architectonics of industrial forms: in 3 vol. / State Comm. of Council of Ministers for Science and Technology, All-Union Sci. Research Inst. of Techn. Aesthetics. Moscow, 1970. 1: Technical aesthetics and aesthetics of industrial forms. 157 (in Russ.).

7. Vernadskii V. I. Biosphere and noosphere. Moscow: Nauka, 1989. 259 (in Russ.).

8. Kronenburg R. (ed.) Transportable environments New York: E & FN spot, 1998. 215.

9. Bart R. Mythology. Moscow: Sabashnikov publ., 1996. 312 (in Russ.).

10. Verbeek P. P. Morality in design: design ethics and the morality of technological artifacts. Philosophy and design. 2008. 1. 91-103.

11. Latour B.; Kalugin D. Ya. (transl.); Kharkhordin O. V. (ed.) New Time was not: essay on symmetrical anthropopology. Saint Petersburg: Europe Univ. in Saint Petersburg publ. house, 2006. 240 (in Russ.).

12. Achterhuis H. De Moralisering van der Apparaten. Socialisme en Democratie. 1995. 52 (1), 3-12.

13. Arcus Center for Social Justice Leadership / Studio Gang. Chicago; New York; San Francisco. URL: http: // studiogang.com (accessed: Febr. 28. 2019).

14. Foucault M. Will to truth: on other side of knowledge, power and sexuality. Moscow: Kastal', 1996. 448 (in Russ.).

15. Baudrillard J. Temptation. Moscow: Ad marginem, 2000. 315 (in Russ.).

16. Baudrillard J. Le système des objets. Moscow: Rudomino, 1999. 218 (in Russ.).

17. Bostrom N. A history of transhumanist thought // J. of evolution and technology. 2005. 14, 1-25. URL: https: // nickbostrom. com (accessed: Febr. 28. 2019).

18. Verbeek P.-P. Materializing morality: design ethics and technological mediation. Science, technology & human values. 2006. 31 (3), May: Ethics and engineering design. 361-380.

19. Gellar N. Principles of good design. Uxpub: product design and interface design: independent media project. 2018. 23 Jan. URL: https: // ux. pub (accessed: Febr. 28. 2019) (in Russ.).

80

BecmHUK Œ6mK № 1 (38) Mapm • 2019