Концептуальные основы теории познания в философском наследии И. Канта

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ ТЕОРИИ ПОЗНАНИЯ В ФИЛОСОФСКОМ НАСЛЕДИИ И. КАНТА

© Хочуев И.Ч.*, Хубиев Б.Б.*

Кабардино-Балкарский государственный университет им. Х.М. Бербекова,

г. Нальчик

В статье предпринята попытка осветить основные аспекты теории познания И. Канта, в которой, в отличие от докантовской философии, выдвинута новая концепция субъекта, способного к познавательной деятельности. Осмысливаются положения Канта о природе деятельно-стного бытия индивида, сущности процесса познания как синтеза чувственности и рассудка, учение об антиномии. Рассматриваются понятие «трансцендентального субъекта», сущность кантовской «критики» как метода познания, опыта как основного средства познания.

Ключевые слова: теория познания, сознание, знание, разум, трансцендентальный, рассудок, субстанция, априори, апостериори.

Философское наследие И. Канта в теории познания имеет непреходящее значение в современном понимании познавательных способностей человека как субъекта общественного бытия. Данный аспект в истории философии относится к малоисследованной научной области. Между тем, осмысление природы деятельностного бытия современного человека с позиции «кантов-ского императива» имеет важное теоретическое и практическое значение.

Кант И. разрабатывал три важнейших методологических проблемы. Первая проблема касается доказательства возможности теоретического знания. Посредством анализа условии и форм чувственного и рассудочного познания он показывает всеобщность и необходимость научного знания. Вторая проблема - это показать неправомерность претензии разума на сверхчувственное познание. Третья проблема - обосновать предпосылки для практического применения разума, т.е. условия возможности «метафизики нравственности», или принципов, определяющих субъективное поведение.

Открытие Кантом принципиально новых теоретических возможностей развития философского знания связано, прежде всего, с разработкой категориальных структур теории познания. Суть совершенного им переворота в философии состоит в оценке познания как деятельности, и она (деятельность) протекает по своим законам.

Кант считал, что все человеческое познание начинается с опыта хотя и не вытекает из него целиком. Поэтому он считал, что человек не может до

* Старший преподаватель кафедры Теории и технологии социальной работы.

* Профессор, заведующий кафедрой Теории и технологии социальной работы, доктор философских наук, профессор.

конца познать мир и в каждом предмете есть нечто непознаваемое. Данное положение Кант назвал «вещью в себе».

В одном из основных произведений - «Критика чистого разума» -И. Кант впервые в науке дает обоснование всеобщности научного знания, что стало основой теории познания. Не характер и структура познаваемой субстанции, считает он, следует рассматривать в качестве определяющего фактора способа познания, а специфика познающего субъекта, конструирующий предмет знания. Разным людям свойственны разные знания, разные оценки одних и тех же явлений. Отсюда вывод о невозможности общезначимого знания существа природы вещей. Признавая существование вещей вне нашего сознания, Кант объявляет их непознаваемыми. Природа вещей, как они существуют сами по себе, пишет Кант, принципиально не доступна нашему познанию. Считается, что познаваем лишь «мир явлений», и он есть способ, посредством которого вещи обнаруживаются в нашем знании. Отсюда классическое положение о том, что предметом философии должно быть не изучение предметов вещей - природы, мира, человека, - а исследования познавательной деятельности, установление законов и границы человеческого разума.

Исходя из данной посылки и назвав свою философию как «трансцендентальной», Кант на первый план ставит не способ опытного познания предмета, а способ его априорного познания. Постигаемое бытие лежит за границами опытного познания и потому не отражается в логических определениях. Объективность знания обуславливается структурой трансцендентального субъекта, и она (структура) лежит в плоскости надындивидуального начала в человеке. Структура кантовского субъекта, следовательно, есть основа объективного знания.

В развитие этой мысли Канта уместно привести понимание К. Яспер-сом трансцендентальности бытия субъекта. «Если человек не познается более как бытие, который он есть, - пишет Ясперс, - он, познавая, приводит себя в состояние неустойчивости абсолютной возможности. В ней он слышит призыв к своей свободе, исходя из которой он лишь посредством себя становится тем, чем он может быть, но еще не есть... Познание находится в руке человека, который его схватывает. Однако сам для себя он - нечто совершенно незавершенное и не допускающее завершения, переданное некому другому. Мысля, он лишь освещает себе путь» [1]. Аналогичные мысли об онтологии знания, о том, как происходит познание в последующем, Кант решает с позиции критики познавательных способностей субъекта, и это позволяет выявить их природу и возможности.

Кант подчеркивает, что «критика» заключает в себе положительную роль, поскольку предоставляет разуму перспективы для необходимого нравственного применения, позволяет «мыслить свободу» и ставить для воли и разума высшую цель, которая состоит в «расширении границ чувственного до сферы

сверхчувственного» [2]. И «в качестве свободы он заклинает бытие как его скрытую трансцендентальность» [3]. В соответствии с этим философия, или «законодательство человеческого разума», имеет по Канту два предмета -природу и свободу, содержит в себе естественный нравственный закон.

В этой связи Кант ставил и проблему о характере и способности познающего субъекта, достижение согласия предмета познания со знанием о предмете познания. Из такой постановки проблемы вытекает, что деятельность субъекта выступает как основание, а предмет исследования - как следствие. Следовательно, основу научного познания он усмотрел в деятельности субъекта познания по конструированию сущности предмета.

Следует подчеркнуть, что в теории познания Кант идеализирует чувственность и рассудок, составляющие, по его мнению, два разных ствола в человеческом знании, и заключает, что научное знание можно мыслить лишь как синтез чувственности и рассудка.

Данное положение обусловило решение и другой проблемы: каким образом осуществляется этот синтез и как обосновать всеобщность знания как продукта такого синтеза.

Решая эту проблему, Кант утверждает, что индивидуальное восприятие становится общезначимым благодаря рассудку с помощью категорий, которые составляют готовые конструкции в человеческом интеллекте и обеспечивают априорные формы мышления. Кант определяет рассудок как спонтанную деятельность, потому деятельность рассудка формальна, нуждается в некотором содержании. Таким содержанием рассудок питается чувственностью. С помощью априорных форм созерцания рассудок выполняет функцию подведения многообразия чувственного восприятия под единство понятия. При этом роль категорий весьма значима. Но эти категории, как сути человеческого интеллекта, представляют собой всего лишь возможность знания, а не сами знания. Знания дает соединение чувственных знаний, получаемых извне, с наличествующими в человеческом интеллекте категориями, которые позволяют обобщить чувственные данные [4]. Существуют знания априори, это особенного рода знания, которые выходят за пределы чувственно воспринимаемого мира, где не может быть средства проверки [5]. То обстоятельство, что рассудок сам конструирует предмет сообразно априорным формам мышления, «т.е. категориями», по мнению Канта, снимает вопрос, почему предметы согласуются с нашим знанием о них. Он подчеркивал, что мы не должны смешивать то, чем вещь является для нас, и то, что она представляет сама по себе. И сколько бы мы ни проникали вглубь явлений, наше знание все же будет отличаться от вещей, каковы они суть сами по себе. Каковы предметы на самом деле, мы не знаем и знать не можем: нельзя сравнивать то, что находится в сознании, с тем, что лежит за его пределами, трансцендентально ему [6]. В итоге вывод Канта можно выразить как формулу теории познания следующим образом: «Мы можем познать

только то, что сами создали». И это означает, что деятельность субъекта ставится во главу угла, осуществляется переход от субстанции к субъекту, от бытия к деятельности. Место субстанции прежнего рационализма теперь уже занимает трансцендентальный субъект.

Вместе с тем, отвергнув субстанционализм докантовской философии, Кант ставит очередной вопрос: что служит основанием единства, с помощью которого рассудок осуществляет свою функцию объединения многообразного. Такое высшее единство Кант находит в субъекте, который усматривается во всегда тождественном акте: акте самосознания, выражающемся в формуле: «Я мыслю». Этот акт Кант называет трансцендентальным единством самосознания и считает его источником всякого единства. И в то же время Кант не считает рассудок высшей познавательной способностью: ему недостает движущего стимула - цели, которая давала бы направление его деятельности. Кант считает, что деятельностью рассудка может руководить разум, ставя перед ним цели.

Одним из важнейших аспектов теории познания Канта является «трансцендентальная дедукция категории», посвященная выяснению вопроса, каким образом субъективные условия мышления могут приобрести объективное значение. Кант пишет, что вне нашего знания нет ничего, что мы могли бы противопоставить знанию как соответствующее ему. Наше знание может иметь дело с миром объектов, а этот мир есть пространственно-временной. Но так как пространство и время не является формами объективного бытия вещей в себе и так как за пределами организации нашего сознания они никакого значения не имеют, то Кант выводит, что всякое возможное знание о природе не есть знание «вещей в себе». Природа как предмет знания не есть бессвязанный хаос впечатлений. Она всюду являет закономерность, обнаруживая всеобщие и необходимые связи явлений. Рассудок, утверждает Кант, порождает природу в качестве предмета знания лишь в том смысле, что без форм рассудка знания не было бы знанием о всеобщих законах природы. «Без чувственности ни один предмет не был бы нам дан, а базе рассудка ни один нельзя было бы мыслить. Мысли без содержания пусты, содержания без понятий слепы. Эти две способности не могут выполнять функции друг друга. Рассудок ничего не может созерцать, а чувства ничего не могут мыслить. Только из соединения их может возникнуть знание» [7]. Как видно, познание представляет собой синтез чувственности и рассудка.

Далее И. Кант разрабатывает проблему о принципах синтеза как содержательного процесса, как способа применения рассудка к явлением, к эмпирическим созерцаниям. Решая эту проблему, Кант вновь обращается к моментам чувственного познания и ставит вопрос о единстве чувственности и рассудка как «неоднородных» моментов познания. Трудность решения этой проблемы состоит в том, что категории рассудка совершенно неоднородны с чувственными созерцаниями и потому их нельзя логически подвести друг

под друга. Для возможности их синтеза необходимо найти «связующее» звено. Таким третьим звеном у Канта выступает время как формальное условие всех явлений вообще.

«Трансцендентальная аналитика» устанавливает гносеологические условия возможности опыта и научного знания. Исследования эти очерчивают кантовское понятие об истине и рассудке. Но кроме рассудка, среди функции, притязающих на теоретическое знание, имеется еще одна - разум. В центре своей философской системы Кант ставил разум, отсюда и название его основных произведений. При помощи разума, утверждает Кант, сознание наше осуществляет заложенное в нем стремление к безусловному единству всего нашего знания. Кант считает, что диалектический разум заканчивает наше познание, подводя материал созерцание под «высшее единство мышления» и придавая эмпирическим действиям рассудка систематическую форму. Идеи разума служат регулятивными принципами применения рассудка, направляют его «лучше и дальше» эмпирического познания [8]. Одновременно кантовский анализ идей разума преследует цель укрепления здания нравственности и обосновать переход от естественных понятий к практическим.

«Чистый разум» ставит перед собой задачу достижения абсолютной целостности в применении понятий рассудка и стремится довести синтетическое единство, мыслимое в категориях до абсолютно безусловного. Кант называет «трансцендентальными идеями» понятии разума, для которых чувства не могут дать адекватного предмета. По Канту, имеются всего три такие идеи: 1) психологическая, или идея о душе как безусловном единстве всех душевных явлений и процессов, 2) космологическая, или идея о мире как о безусловном единстве всех условий явлений, и 3) теологическая, или идея о боге как о безусловной причине всего сущего и мыслимого вообще.

Основание диалектического разума Кант строит на основе того, что опыт есть продукт взаимодействия объекта и субъекта, единство содержательных и формальных моментов. В структуру способностей трансцендентального субъекта диалектический разум вводится как результат рефлексии относительного опыта. Кант считал, что у человека нет средства установить связь, сопоставить «вещи сами по себе» и явления. Отсюда вытекал вывод об ограниченности возможностей в познании форм чувственности и рассудка. Исходя из этого, Кант в своей теории признавал правоту эмпиризма и доказывал, что всякое наше знание по времени начинается с опыта.

Формам чувственности и рассудка доступен только мир опыта, пишет он. Все, что находится за пределами опыта есть умопостигаемый мир, и он может быть доступен только разуму. Разум составляет высшую способность субъекта, руководит деятельностью рассудка, ставит перед ним цели. Разум оперирует идеями. По Канту, идеи не есть сверхчувственные сущности, как утверждал Платон, они не обладают реальным бытием, постигаемым с по-

мощью разума. Идеи разума, пишет Кант, есть мысли о цели, и наше познание стремится к этому, а также о задачах, которые они перед собой ставят. Идеи, как представления о цели, регулируют познавательную функцию, побуждая рассудок к деятельности. Рассудок, который побуждается разумом, стремится к знанию и выходит за пределы опыта. Однако, его составные в виде понятия и категории функционируют только в этих пределах. В результате рассудок теряется в противоречиях.

Своим учением об антиномиях разума Кант доказывает положения о том, что идеям разума не может соответствовать реальный предмет, и что разум опирается на мнимые идеи. Антиномия означает противоречие в законе, появление в ходе рассуждения двух противоречащих, но одинаково обоснованных суждений [9]. Кант считает, что разум не может выйти за пределы чувственного опыта и познать «вещи в себе». Согласно Канту, такого рода попытки приводят разум к противоречиям, поскольку делают возможным обоснование как утверждения, так и отрицания каждой из антиномии. Например: утверждается, что каждая сложная субстанция состоит из простых частей, в то же время - не существует ничего простого; или - в мире существует свобода - в мире не существует свободы; существует первопричина мира - не существует первопричина мира. Или, оказывается можно доказать справедливость двух противоречащих друг другу утверждений: мир конечен, и мир бесконечен в пространстве и времени. Антиномии имеют место там, где с помощью конечного человеческого рассудка пытаются делать заключение не о мире опыта, а о мире «вещей самих по себе».

Итак, мир «вещей сам по себе» закрыт для чувственности, и, следовательно, он закрыт для теоретического разума, науки. Однако это еще не значит, что этот мир недоступен человеку. Человек, по Канту, житель двух миров: чувственно-воспринимаемого и умопостигаемого. Чувственно-воспринимаемый мир - это мир природы. Умопостигаемый мир - это мир свободы. Свобода, по Канту означает независимость от определяющих причин чувственно-воспринимаемого мира. В сфере свободы действует не теоретический, а практический разум. Практическим этот разум называется потому, что его главное назначение - руководить поступками человека. Движущей силой этого разума является не мышление, а воля. Кант называет человеческую волю автономной. Автономия воли определяется не внешними причинами, а своим собственным законом, который она ставит над собой. Законы практического разума - это нравственные законы. Их главное требование: «Поступай так, чтобы максимума твоей воли могла в то же время иметь силу принципа всеобщего законодательства» [10].

Но в то же время он соглашается с рационализмом, подчеркивая, что не все наши знания выводимы из опыта. Знания, вытекающие из опыта, он назвал «апостериорными», а знания, не зависящие от опыта - «априорными». При этом Кант считал, что априори - это формы, усвоенные человеком в

ходе приобщения к сложившимся до него формам, материал же из опыта являлся всегда апостериорным. Всякое знание должно состоять как из формы, так и из материала [11]. Разум по своим источникам оказывается действительно диалектической способностью: источником его идей является сама противоречивая природа эмпирического знания, где нет безусловного единства и завершенности. Отсюда вытекает «теоретическая» неудовлетворенность разума. Исходя из этого, Кант подчеркивает, что источником иллюзий и заблуждения является не сам диалектический разум, а только злоупотребление его идеями. Идеи должны служить возможно большему продолжению и расширению опыта, и никакая его граница не может считаться абсолютной. Они выполняют функцию регулированных максимум эвристических принципов познания и способствуют продвижению «эмпирического синтеза» [12]. Как вытекает из данного положения, в «трансцендентальной диалектике» понятие границ теоретического знания и сферы опыта в известном смысле утрачивают абсолютное значение и приобретают более подвижный, гибкий характер, указывая на неизбежную ограниченность всякого конкретного предметного знания как результата конечной познавательной деятельности.

В кантовской теории познания важное место занимает учение о началах. В этой связи он затрагивает вопросы аналитики, эстетики, пространства и время и др. Исследования логического строения суждений в математике и естествознании привело Канта к мысли о том, что во всех суждениях, расширяющих знания, связь предиката с субъектом не аналитическая, а синтетическая.

Естествознание, по мнению Канта, гораздо позднее стала на столбовую дорогу науки. Генеральной методологией для наук может послужить высказывание Кана: «. физика обязана столь благоприятной для нее революцией в способе своего мышления искулючительно лишь (счастливой) догадке -сообразно с тем, что сам разум вкладывает в природу, искать (а не придумывать) в ней то, чему он должен научиться у нее и чего он сам по себе не познал бы» [13] метафизику Кант называет познанием посредством лишь понятий, и разум оказывается постоянно в состоянии застоя, хотя она древнее всех наук, еще не вступила на верный путь.

Говоря о трансцендентальной аналитике, Кант утверждает, что естествознание обладает основными положениями, которые не могут быть обобщениями из опыт и представляют по своей логической форме априорные суждения. Таковы, к примеру, положения об устойчивости субстанции (закон сохранения веществ). Законы, лежащие в основе всего естествознания, не могут выведены из опыта, они суть априорные основоположения «чистого» рассудка. Содержание знания не создается нашим сознанием и есть результат воздействия вещей, отмечает Кант и продолжает, что сознание в отношении содержания пассивно, а в отношении его формы - активно. В

этой связи затрагивается проблема о категории. По Канту категории составляют основные понятии рассудка, образующие априорную форму мысли-мости каких бы то ни было предметов, их свойств и отношений. Кант пытается найти источник, из которого может быть выведена полная система категории в формальной логике. Давая определение категории как синтеза, сочетающего данные чувственности с деятельностью рассудка, он называет категории количества, качества, отношения, модельности и др.

Трансцендентальную эстетику Кант определяет как науку обо всех априорных принципах чувственности. «Итак, - пишет Кант, - трансцендентальной эстетике мы, прежде всего, изолируем чувственность, отвлекая все, что мыслит при этом рассудок посредством своих понятий так, чтобы не осталось ничего кроме эмпирического созерцания». Чистые формы такого чувственного созерцания, как априорное знание, Кант определяет как время и пространство. Учения Канта о пространстве и времени отличается от предшествующих ему представлений. Исследователь говорит, что пространство и время должны рассматриваться как априорные формы чувственности, не обуславливающие познания действительной природы вещей. Кант подчеркивает, что утверждаемая им «трансцендентальная» идеальность пространства и времени и будто бы оставляет в полной неприкосновенности их эмпирическую реальность: для опыта все вещи находятся в пространстве, а все события протекают во времени. Ценным является вывод, что сами пространство и время идеальны в «трансцендентальном» смысле, т.е. не действительны вне человеческого сознания и не могут быть определениями вещей.

В учении о диалектическом разуме у Канта содержатся несомненные новые подходы к пониманию специфики всякой научной теории как логического способа познавательной деятельности. Вместе с тем, подобное понимание сущности теоретического знания тесно связанно с вопросом о конкретности истины, гносеологической проблемой соотношения относительной и абсолютной истины и возможности развития знания путем постановки и решения новых проблем. Именно эта проблематика и составляет реальное содержание кантовского понимания регулятивного значения идей разума.

В целом, логику суждений Канта в структуре теории познания можно выразить так: бытие объекта осуществляется сам по себе, действуя на органы чувств человека, порождает многообразные ощущения. Ощущения систематизируются доопытными формами чувственности, т.е. пространством и временем, фиксируя их длительность. На этой основе формируется восприятие, которое носит субъективный и индивидуальный характер. Деятельность рассудка на основе понятий и категорий, как формы мышления, придает этим восприятиям всеобщий и необходимый характер. Через формы чувственности и рассудка объект сам по себе становится достоянием сознания, и он может делать о ней определенные умозаключения. Вещи, как они

существуют в сознании субъекта, Кант называл явлениями. Человек, по мнению Канта, может знать только явления. Каковы вещи сами по себе, т.е. каковы их качества и свойства, их взаимоотношения внесознания субъекта, человек не знает и знать не может. Он знает о вещи только в той форме, как она дана его сознанию. Поэтому вещь сама по себе для человека становится «вещью в себе»: непознанной, нераскрытой.

К исследованиям трансцендентальной эстетики и трансцендентальной логики Кант присоединяет трансцендентальное учение о методе. Под ним Кант понимает «определение формальных условий для полной системы чистого разума» [14]. Исследования этих условий дает трансцендентальной философии учение о «чистом разуме» и его каноне, т.е. о совокупности априорных принципов, правильного применения познавательных способностей вообще, об их архитектонике, т.е. об искусстве построения системы, и наконец об его истории, для которой Кант указывает лишь место, которое остается в системе и которое еще должно быть заполнено в будущем. При этом Кант не отрицает, что его учение есть идеализм, подчеркивает, что его идеализм есть идеализм особого рода, и что он опровергает идеализм предыдущей философии. По определению Канта, он беспрецедентный в истории философии. Назвав этот вид идеализма трансцендентальным, Кант противопоставляет его догматическому идеализму, неспособному решить проблему критерий истины и доказывавшему, что переход от априорных знаний совершается не к чувственной, а совершенно иной интеллектуальной интуиции. При этом он заметил, что интуитивно мыслящий ум вообще говоря возможен, таким может быть, например, ум существа высшего, сравнительно с человеком. Однако человеку способность к интеллектуальной интуиции совершенно не свойственна, поскольку независимо от чувственности мы не можем иметь никаких созерцаний; следовательно, рассудок не есть способность созерцания.

По признания сторонников философии Канта, он не просто переменил местами субъект и объект познания, заставив тем самым объективную действительность вращаться вокруг субъекта, а преобразовал понятие предмета познания, заменив его понятием и проблемой условий познания, в которых только и возможно достижение объективности. Только в определенных условиях, т.е. в присущих самому познанию формам пространства и времени, количества и качества, отношений и модальностей, может осуществляться то, что именуется «объективностью», предметом познания.

Неокантианская философия науки представляла собой важный рубеж: она замкнула целую эпоху развития европейской мысли, ориентировавшегося преимущественно на научные знания. Возникновение неокантианства совпало с переломным периодом самой науки, а именно созданием неевклидовых геометрии, созданием теории относительности и квантовой механики. Подобно тому как эти открытия изменили фундаментальные понятия

точных наук и поставили перед учеными целый ряд методологических проблем, неокантианство выступило с требованием переосмыслить само понятии знание, его логической структуры.

В заключение следует заметить, что разрабатывая теорию познания, И. Кант многократно подчеркивал односторонность и противоречивость предшествующей философии, при этом причины ее основных недостатков он усматривал именно в методологии, приводившей либо к догматизму, либо к скептицизму. В противоположность методам традиционной философии им и было введено в научный оборот понятие критического метода, с которым, по мнению В.А. Жучкова, он связывал начало новой стадии в философии [15]. На основной вопрос критицизма: как возможна философия, Кант приходит к выводу, что философия невозможна в качестве догматической, т.е. не предваряемой теорией познания, наукой об объективной деятельности, претендующей на теоретическое познание «вещей в себя», тем самым философия лишается теоретического значения, какое ей предписывал до-кантовский рационализм.

В основе трудов Канта в «критический период» лежит убеждение, что разработке теоретической философии, морали, эстетики и натурфилософии должно предшествовать критическое исследование познавательных способностей, на которые опираются эти отрасли философии. Как вытекает из приведенного материала, под «критикой» Кант понимает, во-первых, точное выяснение познавательных способностей, или душевной силы, к которой обращается каждая отрасль знаний и философии. Во-вторых, под «критикой» Кант разумеет исследование границ, дальше которых не может простираться в силу устройства самого сознания - компетенция теоретического и практического разума. Считая, что главным средством познания мира является опыт, он допускал, что на опыте может быть исследовано далеко не все. Поэтому в научных построениях Канта не было места для «сверхъестественного», полагал, что его нельзя доказать опытным путем. Но пришел к убеждению, что весь мир может быть предметом теоретического познания, подчеркивая тем самым познавательные способности человека - «познающего субъекта».

Список литературы:

1. Ясперс К. Смысл и назначение истории. - М., 1991. - С. 379.

2. Кант. Критика чистого разума. - М., 1994. - С. 14.

3. Ясперс К. Указ. раб. - С. 379.

4. См.: Кочесоков Р.Х. Философия. - Нальчик, 2009. - С. 92.

5. Кант И. Указ. раб. - С. 14.

6. См. Кочесоков Р.Х. Философия. - Нальчик, 2009. - С. 92.

7. Кант. Критика чистого разума. - М., 2006. - С. 91.

8. См.: Кант И. Соч. - Т. 3. - С. 340, 360.

9. См.: Философский словарь. - М., 1968. - С. 18.

10. Кант И. Соч.: в 6-и тт. Т. 4. - С. 347.

11. См.: Кочесоков Р.Х. Указ. раб. - 2009. - С. 91.

12. См.: Кант И. Соч. - Т. 3. - С. 579.

13. Кант И. Критика чистого разума. - С. 14.

14. Кант И. Соч. - Т. 3. - С. 595

15. См.: Жучков В.А. Система кантовской философии и ее трансформация в неокантианстве // В кн. Кант и кантиаманцы. - М., 1978. - С. 13.