Союз сисадминов

Протестное движение проникло даже в самые неконфликтные и разобщенные категории "белых воротничков". В "боевые" профсоюзы вступают программисты и пиарщики. Но работодатели борются с такими организациями куда более эффективно, чем с профсоюзами "синих воротничков".

В августе 2012 года 25-летний Александр Назаров устроился разработчиком мобильных приложений под iOS в петербургский холдинг "Инру". С января 2013 года у "Инру" начались финансовые трудности, и ее владелец Борис Холмянский объявил, что компания банкротится и скоро будет закрыта: отдел разработки мобильных приложений из десяти человек сократят, а остальные отделы переоформят на другое юрлицо. К этому времени Назаров не получал зарплату уже месяц. Он потребовал, чтобы ему погасили долг по зарплате и заплатили положенную при сокращении компенсацию в два оклада. Но руководство поставило ему ультиматум: либо Назаров уйдет по соглашению сторон и без всякой компенсации, но ему заплатят долг по зарплате, либо он не получит ничего, потому что "Инру" — банкрот. После нескольких неудачных попыток договориться Назаров подал иск в суд. "Сражался с работодателем три месяца, выиграл и получил и долг, и компенсацию в два оклада",— говорит Назаров. К этому времени он хорошо изучил Трудовой кодекс и с головой погрузился в тему трудовых конфликтов. Он решил создать профсоюз айтишников, уговорив вступить в него четырех своих друзей-программистов из других компаний.

Руководитель орготдела "Новых профсоюзов" Петр Принев рассказывает, что других профсоюзов "белых воротничков" в его объединении нет. По закону о профсоюзах "первичка" обязательно должна войти в какой-либо крупный отраслевой или территориальный профсоюз, и организация Назарова влилась в "Новые профсоюзы". Принев объясняет, что в "Новые профсоюзы" часто обращаются инициативные группы банковских служащих. Они жалуются на незаконные увольнения, непрозрачную систему начисления бонусов, низкие зарплаты операционистов. Но вступать в профсоюз до сих пор -никто не отважился, потому как в банковской сфере работодатель дает строптивым сотрудникам такие рекомендации, что те потом не могут устроиться ни в какой другой банк.

Правда, и ИТ не слишком благоприятная среда для развития профсоюзов. Большинство программистов и системных администраторов, говорит Назаров, трудятся в мелких компаниях и ИТ-отделах и не знают о происходящем за пределами их рабочих мест. Они искренне думают, что их трудовые условия уникальны. Но проблемы у всех одинаковые, уверяет Назаров: незаконное увольнение без компенсаций, "серые" зарплаты, неоплачиваемые переработки, нежелание работодателей заключать официальные трудовые договоры. Бороться в рамках своих компаний бесполезно: коллективы айтишников маленькие, работодатель их не слышит или просто увольняет.

Свою общественную деятельность Назаров начал с того, что постарался оповестить о своем ИТ-профсоюзе как можно больше своих коллег. Сначала он завел страничку в сети "В контакте" и "вбросил" тему на "Хабрахабр", потом создал отдельный сайт www.itunion.info с разделом "Опыт борьбы", где посетители стали выкладывать собственные истории успешной борьбы с работодателями.

Первой профсоюзной кампанией Назарова стал трудовой конфликт в компании-разработчике системы контекстной рекламы "Бегун", которая входит в состав холдинга "Афиша-Рамблер-SUP". В ноябре 2013-го на ИТ-профсоюз вышли сотрудники "Бегуна". Их противостояние с работодателем началось с того, что в конце года менеджмент "Бегуна" решил сократить часть сотрудников технических отделов с целью оптимизации финансовых показателей компании. Под сокращение попала группа инженеров, разработчиков и системных администраторов. Но менеджмент, по словам Назарова, не хотел платить людям положенной по закону компенсации. И тогда десять айтишников "Бегуна" вступили в профсоюз.

Они рассчитывали, что появление профсоюза в отрасли, где прежде о трудовом движении ничего не слышали, напугает работодателя и даст позитивный эффект. Например, в 2012-м в PR-агентстве Edelman ("Эдельман имиджленд") недавно назначенный директор Керри Ируин начала большое сокращение персонала и тоже не хотела платить людям компенсаций. Тогда сотрудники создали небольшую "первичку" проф-союза "Солидарность". После этого в Москву на переговоры с сотрудниками сразу приехало руководство европейского офиса Edelman. В итоге члены профсоюза получили по три оклада.

"Когда мы объявили о том, что вступили в профсоюз, менеджмент растерялся, потому что о профсоюзах в интернет-компаниях никогда не слышал и не знал, что с нами делать. Правда, руководство быстро опомнилось и стало ловить членов профсоюза на нарушениях трудовой дисциплины, объявлять выговоры за опоздания, за срыв совещаний и прочее",— рассказывает один из бывших сотрудников "Бегуна". При этом программисты с ведома начальства всегда работали по гибкому графику: приходили позже, но засиживались на работе допоздна.

Тогда ИТ-специалисты потребовали оплатить сверхурочные. Работодатель отказал, сославшись на то, что сверхурочной считается лишь та работа, которая выполняется по письменной просьбе начальства. И активисты начали итальянскую забастовку, то есть работали строго по расписанию, с соблюдением всех должностных инструкций. Одновременно они разослали по ИТ-сайтам и ресурсам, посвященным трудовым конфликтам, сообщения о том, что администрация "Бегуна" оказывает давление на членов профсоюза. В декабре о конфликте в "Бегуне" написал популярный новостной ИТ-портал Cnews.ru. А кульминацией информационной кампании стало опубликованное "Новыми профсоюзами" обращение к общественности с просьбой поддержать айтишную "первичку" на "Бегуне". В конце декабря руководство "Бегуна" дрогнуло и согласилось выплатить десяти членам профсоюза все положенные компенсации. По словам Назарова, активисты из "Бегуна" стали костяком московского отделения ИТ-профсоюза. Вслед за ними в профсоюз вступили еще 60 человек из 50 компаний.

Но станут ли профсоюзы "белых воротничков" массовым -явлением? Вряд ли. Мешает разобщенность специалистов. К тому же сфера трудоустройства "белых воротничков" узка, работодатели большое внимание обращают на рекомендации с предыдущего места работы, а значит, велики репутационные риски. Из двух зол — надолго остаться без места или уйти без скандала на невыгодных для себя условиях — -"белые воротнички" предпочитают второе.

470 тыс. Столько человек заняты сейчас в российской отрасли информационных технологий, и это без учета ИТ-персонала, работающего на предприятиях из других отраслей экономики