Личное дело президента

19 мая новый президент РФ Дмитрий Медведев подписал указ "О мерах по противодействию коррупции". Документ санкционирует создание совета по противодействию коррупции при президенте РФ, возглавлять который глава государства намерен лично. Корреспонденты "Денег" решили понять, как новая кампания властей скажется на основном объекте их защиты — российских бизнесменах. И главное — что думают сами предприниматели о подобных инициативах государства.

Осознанная необходимость

Идея создания надведомственного органа по борьбе с коррупцией, возглавляемого чиновником высшего ранга и подчиняющегося непосредственно президенту, в России не нова. В январе 2004 года указом Владимира Путина был создан совет по борьбе с коррупцией в РФ. Его возглавил тогдашний премьер-министр Михаил Касьянов. Но он боролся с коррупцией недолго: всего через месяц после создания антикоррупционного совета Владимир Путин отправил правительство Касьянова в отставку. За это время члены совета успели провести лишь одно — по сути, организационное — заседание.

После отставки Касьянова должность главного борца с коррупцией "по наследству" перешла к Михаилу Фрадкову. Но при этом функции антикоррупционного совета оставались довольно туманными. В частности, он должен был собираться "по мере необходимости". Видимо, пока правительство возглавлял Михаил Фрадков, такой необходимости не возникало: за три года совет не собрался ни разу.

В январе же 2007-го этот орган и вовсе был распущен. Вместо него создали межведомственную рабочую группу для подготовки предложений по борьбе с коррупцией. Возглавил ее тогдашний секретарь Совета безопасности Виктор Иванов. Публичных сообщений о результатах деятельности группы за полтора года ее существования не было. 12 мая 2008 года Виктор Иванов был назначен главой Госнаркоконтроля. В тот же день межведомственная рабочая группа по борьбе с коррупцией прекратила существование.

Новый президент России обратил внимание на то, что на федеральном уровне борьба с коррупцией фактически не ведется. И одним из первых решений Дмитрия Медведева стало создание совета по противодействию коррупции при президенте РФ. "Надо что-то делать. Хватит ждать. Коррупция превратилась в системную проблему, и этой системной проблеме мы обязаны противопоставить системный ответ",— заявил Дмитрий Медведев на организационном совещании по созданию антикоррупционного совета 19 мая.

По мнению главы государства, "уровень коррупции в стране остается крайне высоким, за 2007 год, только по официальной статистике, расследовано более 10,5 тыс. дел, однако это просто вершина айсберга". Дмитрий Медведев обозначил и основные сложности в борьбе с коррупцией: "Этот вид преступлений носит скрытый, как говорят юристы, латентный характер, преступников трудно найти и привлечь к ответственности, преступления трудно расследовать".

Острота проблемы и сложность ее решения, видимо, и вынудили президента РФ лично возглавить антикоррупционный совет. План по борьбе с коррупцией, по мнению Дмитрия Медведева, должен включать три направления — "модернизацию антикоррупционного законодательства, противодействие и профилактику коррупции в экономической и социальной сферах, а также создание стимулов к антикоррупционному поведению и правовое просвещение, оценку коррупции со стороны общества".

Благие намерения и планы властей — всегда хорошо. Однако, с точки зрения "Денег", при начале подобных экспериментов иногда полезно выяснить и мнения самих подопытных. То есть представителей бизнеса, на которых соответствующие действия государства сказываются в первую очередь. Как оказалось, мнения предпринимателей можно условно разделить на три группы.

Глас народа

Константин Малофеев, управляющий партнер Marshall Capital Partners: "На мой взгляд, есть одна принципиальная вещь, которой сейчас в нашем государстве не хватает. Это национальная идея, которая сегодня является только словами из учебников. Но на самом деле государство всегда является носителем какой-то миссии. Если это маленькое государство в Европе, то его историческая миссия заключается в сохранении своего языка. А когда речь идет о державе, коей всегда была Россия, то без определенной национальной идеи большая нация не может существовать. Коррупция была всегда и везде, вопрос только в ее масштабах. Но в обществе, где существует некая аристократия, которая гордится своим именем и считает важнее всего свою репутацию, можно бороться с коррупцией на уровне религии. Когда чиновник говорит, что он находится на государевой службе, и в этот момент не улыбается, а говорит об этом с гордостью, вот это и есть тот самый краеугольный камень, с которого начинается понятие чести — единственного, что тормозит коррупцию и желание нажиться за счет государства. Поэтому, на мой взгляд, необходима единственная мировоззренческая реформа, которой у нас пока нет, но которая, дай бог, у нас когда-нибудь будет".

Дмитрий Шустерняк, гендиректор ЗАО "ФинЭкспертиза Консалтинг": "В вопросе борьбы с коррупцией существует три аспекта, которые можно условно назвать карательным, экономическим и социально-психологическим. Карательный аспект подразумевает, что коррупционеров ищут, ловят, сажают или, к примеру, отрубают руки по локоть. Но, во-первых, как известно, в России строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения, поскольку коррупция существует на всех уровнях. А во-вторых, как показывает история, не очень помогает, даже когда государство очень жестко берется за дело, потому что на этот риск люди все равно готовы идти. Таким образом, законодательную базу можно все время совершенствовать, но в конечном итоге неизбежно возникает вопрос, кто будет сторожить сторожей. Идти этим путем, конечно, надо, но в итоге мы можем столкнуться с тем, что люди, которые должны были контролировать процесс, сами окажутся в нем замешаны. Экономический вариант предполагает, что в теории красть должно быть невыгодно, но на практике, к сожалению, этот принцип не работает. Поднимать доходы чиновников до уровня, при котором им просто будет неинтересно брать взятки, не получается. Все равно человек, у которого 3 млрд рублей, будет с завистью смотреть на того, у которого есть 4 млрд. И тогда остается третий аспект, о котором сейчас, к сожалению, часто не говорится: у нас должно быть неприлично брать взятки. То есть общественное сознание должно быть построено таким образом, стереотипы должны быть выстроены так, чтобы это было неэтичным и аморальным. И чтобы человек не мог признаться своему сыну или дочери, откуда у него эти деньги".

Издержки патернализма

Совпадение мнений бизнеса и государства — редкий случай, но, как говорится, случается. Правда, поддерживая одну и ту же идею, механизмы ее реализации стороны видят по-разному. Пока государство в попытке модернизировать законодательную базу создало бессчетное количество бюрократических препон на легитимной основе. Поэтому ставку на экспертизу антикоррупционности новых законов бизнес хотя и делает, однако любой непродуманный шаг в этом деле расценивает как почву для усугубления ситуации.

Алексей Мамонтов, президент Московской международной валютной ассоциации: "Я думаю, что самые главные рычаги борьбы с коррупцией — это устранение чрезмерного регулирования, развитие конкуренции путем создания основы для антимонопольной борьбы и антикоррупционная экспертиза всех правовых актов — законодательных и законотворческих. А все остальное, например конфискаты, ужесточение наказаний, персональная ответственность, поднятие уровня оплаты труда чиновников,— это все как раз тот самый паллиатив, которого жаждет коррумпированное чиновничество, чтобы каким-то образом сбить эту антикоррупционную волну. Если все закончится тем, что я перечислил, то чиновникам это будет только на руку. И волки будут сыты, и овцы целы".

Сергей Михайлов, генеральный директор ИК "Балтийское финансовое агентство": "На мой взгляд, катализатором, превращающим российскую коррупцию из фонового явления, присутствующего в любом обществе, в социально-экономическую проблему национального масштаба, является непродуманное и/или избыточное государственное регулирование. Четкие правила игры и четкие же санкции за их нарушение заменяются на пошаговое регулирование деятельности бизнеса. Причем в нормативных актах эти шаги прописаны нечетко или не прописаны вообще. В этих условиях решение принципиальных для бизнеса вопросов ставится в зависимость от субъективного мнения конкретного чиновника, а коррупция становится практически неискоренимой. Поэтому первоочередные меры борьбы с коррупцией, на мой взгляд, таковы. Следует принять активные меры по оптимизации системы государственного регулирования, в частности снижению числа чиновников, которых в России уже больше, чем было в СССР. Должны быть пересмотрены процедуры работы государственных органов, чтобы как можно большая часть решений, непосредственно затрагивающих интересы бизнеса, принималась коллегиально, а не единолично. Важным ограничителем масштабов коррупции должна стать предварительная экспертиза законопроектов и проектов нормативно-правовых актов на коррупционную емкость".

Игра в открытую

Третий блок механизмов борьбы с коррупцией можно охарактеризовать просто: если правила существуют, то это кому-нибудь нужно. Пока механизмы не прописаны четко, "транспарентность" — просто красивое слово. А в том, что такое единые правила, общество очень долго убеждали машины с мигалками, мчавшиеся по встречной полосе. Валерий Окулов, генеральный директор ОАО "Аэрофлот": "Главная коррупционная проблема на уровне государства — отсутствие четко сформулированного механизма принятия решений в системе управления и администрирования. Это приводит к размыванию ответственности, пересечению зон принятия решений, что позволяет бюрократии гонять вопросы по кругу, часто не без выгоды для себя. На мой взгляд, начинать борьбу с коррупцией нужно именно с этого. Необходимо определить четкие зоны ответственности органов исполнительной власти и обеспечить прозрачный механизм принятия решений на государственном уровне".

Андрей Бугров, управляющий директор ОАО "ХК "Интеррос"": "Коррупция, как и инфляция,— налог на всех. Ее невозможно уничтожить совсем, но, как и инфляцию, ее необходимо свести к однозначным величинам. Эта задача представляется выполнимой даже в России. Для ее решения государству необходимо в первую очередь обеспечить равные условия конкуренции в экономике. Многое в этой сфере уже сделано, но существует восемь направлений, где сделано недостаточно. Прежде всего нужны глубокие изменения в устройстве госслужбы: конкурсный отбор, социальная защищенность, открытость назначений и решений. Нужен единый технократический подход к организации госслужбы. Во вторую очередь нужно улучшить налоговое администрирование. Инспектор должен быть отделен от налогоплательщика еще более прочной стеной, чем сейчас. Кроме того, нужно продолжение реформы системы госзакупок, дальнейшее внедрение конкурсных процедур и тендеров. Далее, нужно совершенствование законодательства об инсайде. И конечно же, совершенствование и дополнение закона о конкуренции. В нем должны быть более четко прописаны антимонопольные меры, а также ограничения против ценовых сговоров. Наконец, необходима реформа судебной системы, о чем говорит и власть. Задача создания единого правового пространства в России до сих пор не решена. К этой проблеме примыкают и вопросы местного самоуправления, поскольку коррупция наиболее сильна именно на этом уровне".