Принцип фрактальности в исследовании этноэкономических систем

УДК 332.01

ПРИНЦИП ФРАКТАЛЬНОСТИ В ИССЛЕДОВАНИИ ЭТНОЭКОНОМИЧЕСКИХ СИСТЕМ

Печура Оксана Владимировна, к.э.н., доцент,

ФГБОУ ВПО «Уральский государственный университет путей

сообщения», г. Екатеринбург OPechura@usurt.ru

FRACTAL PRINCIPLE IN THE STUDY OF ETHNOECONOMIC

SYSTEMS

Pechura O.V., Phd., Associate Professor, Ural State University of Railway Transport, Ekaterinburg

Аннотация: в статье рассматривается применение фрактальных конструкций в различных областях науки и практики, определяются теоретические основы применения теории фракталов к концепции этноэкономики, описываются методологические подходы построения фракталоподобных структур в региональных этноэкономических процессах

Ключевые слова: фрактал, самоподобие, этнос, этноэкономика, экономическая система, регион, институционализм, синергетика, цивилизация

Summary: the article examines the use of fractal structures in various fields of science and practice, determined by applying the theoretical foundations of the theory of fractals to the concept of the ethnoeconomics,

describes the methodological approaches of construction of fractal structures in the ethnoeconomic region processes

Keywords: fractal, self-similarity, ethnicity, ethnoeconomics, economic system, region, institutionalism, synergetics, civilization

В региональных исследованиях этноэкономике территорий отводится обычно не столь значительное место, особенно в экономически стабильные и поступательные периоды времени. Но в кризисные годы именно этноэкономика может выступать в качестве своеобразного «экономического каркаса», глубинной опоры и поддержки как региональной экономики, так и населения территории. Таким образом, последовательное изучение этноэкономики региона необходимо не только в познавательно-научных целях, но и с практической (в том числе, управленческой) точки зрения.

Формализованную сторону построения элементов этноэкономики может, по нашему мнению, описать теория фракталов. Хотя абстрактные фрактальные зависимости (фрактал - от латинского «fractus» -расколотый, раздробленный) были открыты математиками более ста лет назад, непосредственно термин «фрактал» был введен в научный оборот математиком Б. Мандельбротом лишь в 1975г. для обозначения нерегулируемых самоподобных множеств [1]. В настоящее время теория фракталов активно применяется как в исследованиях теоретической области знания, так и в практической сфере деятельности. На базе теории фракталов формируются междисциплинарные подходы к изучению различных социально-экономических явлений. Наряду с концепцией хаоса фрактальная геометрия нашла воплощение не только в астрономии, химии, физике, биологии, компьютерных технологиях, но и используется в финансовом анализе, банковском, биржевом и торговом деле, корпоративном управлении и др. Ряд ученых склоняется к приложению

принципов фрактальности к демографическому поведению людей в традиционном обществе [2], другие исследователи видят фрактальный порядок и в современной жизни народов, особенно в унифицированной (американизированной) действительности.

В экономической науке фрактальные зависимости востребованы на уровне микроэкономики в части организации бизнеса [3], а также на уровне национальной экономики - для описания масштабной инвариатности экономических систем. Но в данном случае авторы уходят от термина строгого математического фрактала к понятию «фракталоподобной конструкции» [4], сохраняющей лишь некоторые свойства фракталов (в том числе самоподобие). Самоорганизация, самовоспроизведение, самоподобие присущи также такому экономическому феномену, как этноэкономика.

Если рассматривать весь спектр мнений российских ученых о содержании этноэкономических процессов, то этимология этноэкономики распространяется от консервативного традиционного, в том числе и аграрного, мелкотоварного хозяйства [5], до инновационных постиндустриальных компонентов хозяйствования [6]; от макроуровня (уровня национальной и региональной экономик) до этнических традиций в рамках экономической деятельности домохозяйства или отдельно взятого предприятия. Современной этноэкономике присущи черты не только традиционного экономического уклада, обладающего достаточной устойчивостью, эндо- и экзогармоничностью, целевыми установками на целостное развитие человека, но и способности к адаптации, к восприятию, переработке и закреплению инноваций.

По нашему мнению, «этноэкономика представляет собой научное направление, исследующее закономерности и механизмы взаимовлияния территориально локализованных этнодемографических и экономических процессов и структур в целях определения перспективных путей

устойчивого, взаимодополняющего и гармоничного социально-экономического развития общества» [7]. Этноэкономика формируется как совокупность комплементарных экономических отношений в сфере производства, обмена, распределения и потребления, обусловленная территориальными особенностями природно-ресурсного потенциала, исторически детерминированная и ориентированная, в основном, на этнически маркированные потребности населения. Не менее важно и то, что этноэкономический феномен в системе формального и неформального хозяйствования экономических субъектов образуется под специфическим воздействием этнодемографического фактора, являющегося носителем определенного, присущего данному этносу цивилизационного кода (генома), обладающего свойством идентификации и самоидентификации. Способность региональной этноэкономики формировать самоподобные экономические пространства объясняется нами следующими методологическими подходами.

Институционализм позволяет охарактеризовать этноэкономику как самообразующуюся, самоорганизующюуся и устойчивую систему определенных общественных формальных, формализованных и неформальных институтов, детерминируемую этническим началом. Под влиянием этнического фактора в силу устойчивых традиций, ментальных образцов и понятий складывается совершенно определенное экономическое поведение различных этносов. Несмотря на мозаичность и территориальную рассеянность отдельных этнических групп, их экономическая деятельность фрактально воспроизводится в процессе географических перемещений (миграции), лишь незначительно приспосабливаясь к меняющимся внешним условиям и успешно встраиваясь в те или иные экономические системы и ниши.

Синергетический подход обращает внимание на такие характеристики этноэкономики, как саморазвитие, стремление к

структурированной пространственной организации, движение к равновесному состоянию. Импульсом самоорганизации выступает этническое начало, способствующее формированию региональных и локальных фрактальных социально-экономических континуумов. Этноэкономика, основанная на определенной этнической матрице, имеет свой ритм функционирования, собственную деятельностную структуру, своеобразные информационно-коммуникативные связи, этнические социальные сети с определенной этнопсихологической идентификацией и самоидентификацией, специфические принципы и методы управления. Этнические маркеры детерминируют согласованное поведение подсистем и способствуют снижению энтропии, определяя упорядоченность, формируя самоподобные подсистемы и генерируя усложнение организации системы в целом.

Цивилизационный подход позволяет, с нашей точки зрения, обосновать уникальность и самобытность каждой этноэкономики, рассмотреть ее цивилизационно-историческую матрицу, показать, что социокультурные особенности этносов, образующиеся в процессе формирования той или иной культуры и цивилизации, являются опорным фундаментом для развития экономических процессов и отношений, детерминируют историческую длительность их существования. Теория локальных цивилизаций способствует позиционированию каждой этноэкономики как неповторимого полифакторного регионального образования, особого экономического мира, отдельной самобытности, присущей данному этносу. Как правило, в условиях цивилизационного развития сохраняется и передается определенная система традиций, ценностей, предпочтений, образа жизни, ментальных установок и других психологических особенностей жизнедеятельности этносов (суперэтноса). Таким образом, выстраиваются своеобразные социально-экономические

фракталы как регионального, так и локального уровня, обусловленные этнодемографическими факторами и причинами.

Фрактальными фигурами логично описывается такой элемент этноэкономики, как этническое предпринимательство. В основном этническое предпринимательство рассматривается как форма социально-экономической адаптации мигрантов (этнических меньшинств), осваивающих иную внешнюю среду [8], либо как экономическая деятельность этнических диаспор, живущих длительное время вне основного ареала расселения своего народа [9]. В этих случаях производство этнически окрашенных товаров и услуг ориентировано либо на внутренние потребности национальных сообществ, либо на поставку этнической продукции на местные рынки (художественные промыслы и ремесла, сельское хозяйство и другие виды традиционного природопользования, переработка сельскохозяйственного сырья и дикоросов и др.) [10].

На наш взгляд, методологическая база для исследования этноэкономического феномена на уровне национальной и региональной экономики формируется как совокупность междисциплинарных подходов, причем теория фракталов может выступать в качестве метода аналитического представления этноэкономических процессов. Следует учесть, что межнаучные подходы будут направлены на выявление основных черт и характеристик этноэкономики, а фрактальные зависимости востребуются для определения форм ее проявления и их аналитической аппроксимации.

Список литературы:

1. Свентицкий И.И. Достоверность новых знаний и феноменальные явления // Аграрная наука. 2000. № 10. [Электронный ресурс]. URL: http://new.pablic.ru/ ShowDocPrint.pu.sv (дата обращения 10.02.2011).

2. Галецкий В. Встретит ли институт семьи XXII век? // Demoscope weekly. 2006. № 237-238. [Электронный ресурс]. URL: http://demoscope.ru/weekly/2006/0237/index.php (дата обращения 10.02.2011).

3. Кочеткова А. Фрактальный прорыв // Бизнес-журнал. 2006. № 14. [Электронный ресурс]. URL: http://new.pablic.ru/ ShowDocPrint.pu.sv (дата обращения 10.02.2011).

4. Слипенчук М.В. Интеграция нового экономического пространства России: глобальный, корпоративный и региональный аспекты: автореф. дисс. ... доктора экон. наук. М., 2009. [Электронный ресурс]. URL: http://dibase.ru/article/1412209_slipenchukmv/9 (дата обращения 10.02.2011).

5. Овчинников В.Н. Этноэкономический уклад в теоретических координатах неформальной экономики // Экономический вестник Ростовского государственного университета. 2005. Том 3. № 2. С. 14.

6. Шандиров М.О. Этноэкономика в системе регионального воспроизводства (на материалах Кабардино-Балкарской Республики): автореф. дисс. ... канд. экон. наук. Ростов-на-Дону, 2003. С. 5-6.

7. Печура О.В. Феномен этноэкономики: устойчивость, саморазвитие, динамика / под науч. ред. д-ра экон. наук, профессора Н.М. Сурниной. -Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. экон. ун-та, 2009. С. 82-83.

8. Рязанцев С.В. Этническое предпринимательство как форма адаптации мигрантов // Общественные науки и современность. 2000. № 5. С. 73.

9. Тощенко Ж. Этнический национализм // Общество и экономика. 2002. № 1. С. 127.

10. Этноэкономика региона: теория, методология, практика / Н.М. Сурнина, О.В. Печура, И.А. Антипин, А.А. Мальцев; под науч. ред. д-ра экон. наук, проф. Сурниной Н.М. - Екатеринбург: Изд-во УрГЭУ, 2010. C. 30-31.

References:

1. Sventitsky I.I. The validity of new knowledge and phenomenal phenomena // Agricultural science, 2000, № 10.

2. Galetsky Q. Will meet any institution of the family XXII century? // Demoscope weekly. 2006. № 237-238.

3. Kochetkova A. Fractal breakthrough // Business Journal. 2006. № 14.

4. Slipenchuk M.V. Integration of the new economic space of Russia: global, corporate and regional aspects: abstract of PhD Sc. (Ec.) Diss. M., 2009.

5. Ovchinnikov V.N. Ethnoeconomic structure in theoretic coordinates of informal economy // Economicheskiy vestnik of the Rostov State University. 2005. Vol. 3. № 2. C. 14.

6. Shandirov M.O. Ethnoeconomics in system of regionalreproduction (on data the Kabardino-Balkarian Repablic): abstract of Cand. Sc. (Ec.) Diss. Rostov-na-Donu, 2003. C. 5-6.

7. Pechura O.V. Ethnoeconomics phenomenon: stability, self-development, dynamics / ed. by N.M. Surnina. Ekaterinburg, 2009. C. 82-83.

8. Ryazantsev SV Ethnic entrepreneurship as a form of adaptation of migrants // Obschestvennye nauki i sovremennost. 2000. № 5. C. 73.

9. Toshchenko Zh. Economic nationalism // Obschestvo i economika. 2002. № 1. C. 127.

10. Ethnoeconomics of region: theory, methodology, practice / NM Surnina, OV Pechura, IA Antipin, AA Maltsev; under the scientific. Ed. Dr. Sc. (Ec.), prof. Surnina NM. - Ekaterinburg: Izd. USUE, 2010. C. 30-31.