Роль Кизляра в торгово-экономических связях кумыкских феодальных владений с Россией в XVIII веке

УДК 94

РОЛЬ КИЗЛЯРА В ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ СВЯЗЯХ КУМЫКСКИХ ФЕОДАЛЬНЫХ

ВЛАДЕНИЙ С РОССИЕЙ В XVIII ВЕКЕ

М.-П. Б. Абдусаламов, Н.Д. Чекулаев

В статье на основе материалов Кизлярского комендантского архива рассматриваются торгово-экономические связи кумыкских феодальных владений Дагестана с Россией. Развитию торговли способствовало выгодное географическое положение кумыкских государственных образований. У кумыков торговыми центрами были Тарки, Эндирей, Аксай, Костек, где персидские и закавказские купцы встречались с русскими купцами и обменивались товарами. По мнению авторов, в XVIII в. Кизляр играл роль важного связующего звена в торговле кумыкских феодальных владений с Россией. Отсюда через Кизляр вывозилось важное для мануфактурной промышленности России сырье такое, как шелк-сырец, хлопок, марена

Ключевые слова: феодальные владения, торговые центры, савдагары, Тарки, Эндирей, Аксай, Костек, Кизляр, пошлина

Выгодное географическое расположение кумыкских феодальных владений, через которые проходил удобный торговый путь из России в Закавказье и Иран, способствовало развитию торговли, имевшей на Прикаспийской плоскости многовековые традиции .

Торговыми центрами в XVIII в. на Прикаспийской низменности были селения Тарки, Эндирей, Аксай, Костек. Здесь съезжались купцы из Дагестана, Центральной России, Кабарды, Осетии, Ирана и т.д. /1, с. 101/.

Особо следует выделить Тарки, который был главным жизненным центром кумыкских земель. Сюда поставляли свои товары со всех концов шамхальства, а также из других владений Дагестана /2, с. 172/. В Тарках помимо местной продукции (марена, соль, пшеница, скот, шерстяные изделия домашней промышленности, ремесленные изделия и др.) в обращении было много товаров, поступавших из Ирана, Закавказья, России (а через Россию и из Западной Европы) /3, с. 54/.

Т аркинские купцы для продажи своих товаров ездили на Северный Кавказ и в Россию: в Терки, Астрахань, Москву, а также в города Закавказья и Ближнего Востока /4, с. 46-47/.

Оживленный характер носили в XVIII в. торговые связи кумыков с русскими. Из Тарков в Россию вывозились местные изделия кустарной промышленности: паласы, ковры, сукна, сабли, кинжалы, продукцию сельхоздеятельности: фрукты, воск, мед и т.п., а, главное, сырье: хлопок-сырец, шелк-сырец, марена. В Тарках русскими купцами приобретались и восточные товары: драгоценные камни, пряности и другие предметы роскоши, а также сырье: шелк и хлопок, часть из которых транзитом шла в Европу /4, с. 47-48/.

В 1735 г. был основан Кизляр, явившийся важным административным и торговым центром на Северо-Восточном Кавказе. Он играет видную роль

Абдусаламов Магомед-Паша Балашович - ДГИНХ, канд. ист. наук, доцент, тел. 89285066169 Чекулаев Николай Дмитриевич - ИИАЭ ДНЦ РАН, канд. ист. наук, науч. сотрудник, тел. 89887788155

в экономической и политической жизни Низменного и Приморского Дагестана/5, с. 54/.

На базары Кизляра съезжались все народы Северо-Восточного Кавказа, привозя продукты сельскохозяйственного и изделия ремесленного производства, и т. д.

Архивные документы позволяют проследить, в какой степени в этой торговле участвовали кумыкские савдагары(торговцы.-М.-П.А.). Каждый человек, направлявшийся по каким-либо делам в Кизляр, имел сопроводительное письмо от своего владетеля. В нем указывалось имя приезжающего и содержалась просьба не чинить ему обид и позволить беспрепятственно торговать и покупать. Кумыкские савдагары приезжали в Кизляр довольно часто. В документах Кизлярского коменданта упоминаются торговые люди из Тарков, Эндирея, Аксая и Костека, в разное время приезжавшие в город /4, с. 241/.

Несомненный интерес в изучении торговых связей кумыков с Кизляром представляют письма кумыкских владельцев, направленных кизлярским комендантам. Так, в письме от 12 мая 1748 г. шамхал Тарковский Хазбулат просит ген.-л. А.П. Девицу позволить его людям в Кизляре свободно торговать: «Податель сего письма человек мой Зерюш отправлен от меня, и при мне несколько людей с арбами в Кизляр для купечества, и по прибытии, и их в Кизляр, прошу вашего высокопревосходительства приказать оных для моей просьбы ни каких обид не чинить, и в баранту не брать, и пожаловать позволение им торговать своею волею, и по отправлении оных обратно ко мне покорно прошу письма от оных 4-х сторон, какие есть известия обо всем меня уведомить...» /6, л. 6]. 3 августа 1748 г. этот же владетель просит ген.-л. А.П. Девица позволить его человеку купить в Кизляре олово и стрелы: «При сем письме отправлен от меня Ибраим с одним товарищем Амаликаем для свидания в Кизляре с родственниками своими с Шамурзою, и по возвращении оного Ибраима покорно прошу вас пожаловать позволение купить пуд олова и одну лошадь две дести стрел...»/7, л. 52/. С

аналогичной просьбой шамхал Хасбулат обращался кизлярскому коменданту 6 сентября 1748 г.: «Прошу от вашего высокопревосходительства для моей нужды присланному от меня человеку позволение дать купить несколько кремней, також три или четыре лошади. Потому ж и вашему высокопревосходительству дружески прошу от себя прислать ко мне кремней. » /7, л. 4/.

Документы кизлярского комендантского архива свидетельствуют, что тарковские савдагары были частыми гостями в Кизляре. Шамхалы стремились обеспечить им беспрепятственную торговлю. Так, в письме от 17 февраля 1749 г. шамхал Хазбулат ген.-лейтенанту А.П. Девицу обращается с просьбой его человеку позволить свободно торговать в Кизляре: «Сим моим

дружеским письмом вашего высокопревосходительства прошу при сем моему письме послан от меня в Кизляр для купечества человек мой Асан, которому прошу, как продавать, так и покупать запрещение не чинить. Притом же по-нашему приятству, как в баранту, и обижаем вышеписанный не был.» /7, л. 37/. Аналогичная просьба шамхала содержится и в письме от 25 февраля 1750 г. кизлярскому коменданту, где он просит позволить его визирю купить лошадей и прочий товар в Кизляре: «. Ныне с сим моим дружеским письмом послан визирь мой Абдулла Ажинди, да уздени мои . с товарищи и с ним семь человек для купечества. отправил в Кизляр для покупки и прочего товара, которым по соседственной дружбе прошу в Кизляр позволить им купить каждому по две лошади и прочего товару, сколько у них денег имеется наипаче покорно прошу оной моей дружеской просьбы не оставить. Оному визирю и узденям приказать позволить купить товару и лошадей для моей надобности и в бытие их в Кизляре своею высокою милостью не оставить и по покупке всего ко мне проводить...»/7, л. 15 об./.

Аналогичные сведения содержатся и в документах за вторую половину XVIII в. Так, в письме от 15 марта 1767 г. аксаевского владельца Султанбека Магомед Уцмиева кизлярскому коменданту Н. А. Потапову содержится просьба позволить ему купить 15 лошадей: «. ныне при сем отправил я ближнего человека своего Муташа до вашего превосходительства для покупки собственной про моей домашней надобности 15 лошадей. Чего ради по приятельской дружбе прошу вас по силе моей прошению в том дать ему дозволения. » /7, л. 56/.

21 февраля 1769 г. эндиреевский владетель Темир Хамзин в письме кизлярскому коменданту Н. А. Потапову просит разрешить его людям свободную торговлю в Кизляре: «Сим вам

уведомляю с подателем сего письма человеком моим отправился . люди мои в Кизляр для продажи в Кизляре пшена сорочинского на трех арбах, которым прошу приказать без удержания, как в Кизляр, так и обратно сюда дозволение о пропуске, да для меня покупкою, и о пропуске

дозволить две оловянные блюда, да один шандал медной. » /7, л. 65/.

Предметами ввоза из Кизляра служили железо, медь, различные металлические изделия, хлопчатобумажные и шелковые ткани, посуда и т.д. /1, с. 102/. Об этом свидетельствуют письма кумыкских владетелей, адресованных кизлярским комендантам. Так, 8 июля 1751 г. шамхал Хазбулат просит А. П. Девица позволить его человеку купить в Кизляре все необходимое: «Вашему

высокопревосходительству сим моим дружеским письмом объявляю при сем отправлен человек мой именем Юсуп нарочно в Кизляр для купечества прошу покорно вашего высокопревосходительства .для моей домашней нужд кож яловочные, скоб железных, деланные железа и прочего товару купить дозволить,.. При сем же прошу покорно вашего превосходительства о нуждах моему человеку холста, несколько и масла коровьего в Кизляре купить дозволить. А по окончании своего дела прошу оного ко мне благополучно отправить» /7, л. 30 и об./. В ответном письме от 18 июля 1751 г. шамхалу Хасбулату кизлярского коменданта Л.И. Дебеугобрия дается согласие о позволении купить в Кизляре все необходимое: «Вашего сиятельства письмо через человека вашего Юсупа Казымова получил, которым требовали, что оному для вашей домашнею нужды кож яловачьих, скоб железных, железа и прочего товару купить дозволить, на которое объявляю, хотя здесь кож и железа недостаточно. Однако ж для соседственной дружбы купить приказано, и оной Юсуп к вашему сиятельству обратно отправлен» /7, л. 52 об./.

Следует отметить, что своего железа в кумыкских владениях не хватало. Остро нуждающиеся в металле для нужд, кумыкские князья закупали ее в Кизляре. В своем письме от 30 января 1772 г. шамхал Тарковский Муртузали пишет кизлярскому коменданту Ф. И. Паркеру позволить купить пятнадцать пуд железа: «. ближний мой человек Баба с несколькими товарищами для своих нужд, при сем отправился до вас чего ради прошу по прибытии их к вам оказать всякое благодеяние, да для не обходительных моих собственных нужд дозволить ему купить пятнадцать пуд железа, которых потребно мне для подков лошадиных и воротных петель и крючков.» /7, л. 21/. Этот же кумыкский владетель в другом письме от 5 апреля 1782 г. кизлярскому коменданту А. М. Куроедову просит позволить его человеку купить железо: «При сем отправил я человека своего Усейналия по необходимости моей для покупки у вас в Кизляре разного сорта мелочи железа, о пропуске оных на четырех арбах повелением вашим подтверждением.» /7, л. 115/. С аналогичной просьбой обратился в письме от 20 февраля 1776 г. эндиреевский владетель Темир Хамзин кизлярскому коменданту И. И. Штендеру: «. подателю сего письма отправителя для покупки четырех пуд железа, того ради вашего высокородия прошу, как в покупке, так и в пропуске ему

приказать дозволение.» /7, л. 15/. Сведения, содержащиеся в рапорте от 23 сентября 1790 г. директора Кизлярской таможни, свидетельствуют о спросе на железо среди местных владетелей: «Сего сентября 18 числа господин советник таможенных дел предложением предписал сей таможне пропустить без пошлинно тысяча пуда железа в Дагестан.» /7, л. 30/.

В Тарковское шамхальство направлялись специальные торговые агенты для закупки фруктов для царского двора. /7, л. 41/. В своем письме от 1 сентября 1764 г. кизлярский комендант Н. А. Потапов просит тарковскому шамхалу Муртузали оказать содействие этим торговым агентам: «Для покупки к высочайшему Е.И.В. двору фруктов при сем отправлен в кавказские горы находящейся при астраханских казенных садах татарин Ага Киши Аджи Исмайлов с определенным к нему в канвой Мурзой Алишем Килякаевым; того ради ваше высокостепенство прошу по соседственной дружбе в том показать ему всякое вспоможение, и когда ему надобность будет далее следовать придать безопасный канвой.» /7, л. 150/. Кизлярские купцы заключали подряды с кумыкскими владельцами на поставку «всяких потребных им вещей... принимая за них тамошние товары» /4, с. 50/.

Следует отметить, что торговые связи с Кизляром не всегда носили мирный характер. Со стороны кизлярских комендантов чинились и некоторые преграды. В письме (август 1749 г.) шамхал Хасбулат обращается с жалобой кизлярскому коменданту А.П. Девицу на задержку его людей в Кизляре и учинении препятствий в торговле: «. А от меня отправленным моим людям в Кизляре запрещено от вас покупать юфтей, кремней и прочего и по покупке от вас запрещено по заставам пропускать, которые возвратно вашим купцам отдаются. Прошу оное все отложить и что потребно моим людям покупать, також их с тем пропускать во всем дать позволение ...» /4, с. 243/.

Аналогичная жалоба Тарковского шамхала Хазбулата кизлярскому коменданту Л. И. Дебеаугобрии содержится в письме от 24 сентября 1751 г. с просьбой вернуть отобранные гребенскими казаками у его людей лошади и товары: «Сим моим покорным письмом вашему высокородию объявляю, люди мои посланы были в Крым для покупки лошадей и прочего товара, которые и купя ехали обратно через реку Сунжу и брагунской владелец Мудар с гребенскими казаками тех лошадей и товар отбили и притом многих людей взяли. А ныне я, что мои подвластные от российской стороны там обижены в великом сомнении нахожусь. И для того до вашего высокородия подлинно от меня люди мои Ажи Алиев, Дахан Киши, которые, что вашему высокородию словесно объявить они извольте верить. Прошу вашего высокородия оных лошадей и товар, також и людей сим посланным от меня людям моим приказал отдать, и ежели оные лошади в зачин вошли или за другое, за что взять в

том меня уведомить и между соседства таких отбоев не бывало /7, л. 73/.

В конце 40-х гг. XVIII столетия вдоль Терека были установлены казачьи разъезды, запрещавшие беспошлинную торговлю. Это была попытка направить торгующее местное население в Кизляр /4, с. 243/. Это вызвало недовольство кумыкских владетелей, о чем свидетельствуют их письма, адресованные кизлярским комендантам. Так, в своем письме от 27 ноября 1762 г. князь Алиш Хамзин обращается кизлярскому коменданту А. А. Ступишину с просьбой не брать пошлин с них за купленные в Кизляре вещи: «.вам, довольно известно, есть прежде сего я двоекратно ездил и, тогда с покупных мною вещей пошлин не брали, ни смотрели, . а ныне, ежели с привезенных вещей с ним пошлину, хотят взять, то я тем доволен не буду, а ежели хотят взять, то я оные вещи все здесь покину» /7, л. 127/. Аналогичная просьба содержится и в письме от 6 февраля 1763 г. аксаевской княгини Джана кизлярскому

коменданту А. А. Ступишину: «.в недавнем

времени отправила я узденя своего в Новогладковской городок для продажи собственных моих парчовых товаров, а именно красных мовей 12, желтых мовей 12, кутней 3, полушелковых красных мовей 2, пестрядей 3, итого всех 32 штук; а я оному узденю моему приказала, что ежели в том городке продашь, то указную пошлину заплатить, а означенной уздень мой там продать не желал, а намерен был ехать обратно, то тогда обретающейся в том городке досмотрщик оной товар весь отнял, а я ныне известилась, что он весь оной товар отправил к вашему превосходительству, того ради прошу вышеозначенной парчовый товар без пошлины отпустить, и я продать оной товар там не желаю» /7, л. 113/.

Любопытен тот факт, что с иностранных товаров пошлины не брали. Об этом свидетельствует письмо от 15 февраля 1763 г. князя Алиша Хамзина кизлярскому коменданту А.А. Ступишину: «Через сие объявляю вашему превосходительству об отставшем товаре сына моего Хамзе посылал я к вашему превосходительству узденя своего именем Мулла Аллея, чтоб с оного товару пошлину не взяв пропустить, и ваше превосходительство с немецкого товара пошлину взять не приказали. прежде сего ваше превосходительство изволили сказывать, что с немецкого товару пошлину не берут.» /7, л. 127/.

Однако, эти меры не принесли желаемых результатов и в 1764 г. царское правительство было вынуждено отменить пошлины на товары, привозимые кумыкскими торговцами в Кизляр.

В XVIII в. поездки кумыкских савдагаров в Астрахань является обычным делом. Так, в октябре 1749 г. шамхал Тарковский Хасбулат предупредил кизлярского коменданта о том, что его люди «Акай, Юсуп, Каурзалий намерены ехать для купечества в Астрахань». Из Астрахани вывозились английские

и немецкие сукна, кожи, меха, кожи красные, шубы, шапки и другие товары /4, с. 244/.

В рассматриваемый период в Северном Дагестане выгодное торговое положение занимал Эндирей. Оно служило «воротами ведущими на плоскость». /8, с. 149/. Через это владение проходил торговый путь из России в Закавказье и Иран, контроль над которым обогащал эндиреевских князей за счет пошлин с русских и персидских купеческих караванов за перевозы через реки Сунжа и Койсу (Сулак). /9, с. 51/.

«Эндери стало торговым местом, куда стекались армяне и евреи, без которых торговля не мыслима», - писал известный кавказовед П.И. Ковалевский /2, с. 167-168/. Роль Эндирея как центра международной транзитной торговли, с одной стороны, и центра русско-дагестанских торгово-экономических отношений, связующего звена между Россией и нагорным Дагестаном, с другой, является весьма важной. Через Эндирей кизлярское купечество связывалось с Гумбетом, Салатавией, Анди, Ботлихом. Отсюда кизлярские купцы ездили вглубь дагестанских гор, в «тавлинские деревни» /9, с. 51/. Их не удерживали ни трудности, ожидаемые в дороге, ни пошлины, взимаемые феодальными правителями, по чьей земле они проезжали, ни грабежи, случавшиеся в пути. Проезжим купцам следовать по землям Дагестана было весьма опасно /4, с. 244/. Так, в письме от 25 августа 1751 г. кизлярского коменданта Л.И. Дебеаугобрия аксайскому

владельцу Каплан-Гирею Ахмадханову содержится требование заплатить армянину Григорьеву за украденные у него товары: «.Кизлярского жителя армянина Ивана Григорьева по просьбе его у бывшего при Кизляре генерал-лейтенанта и кавалера господина Девица за пограбленной у прикащика его армянина Эфстрата Филиппова в прошлом 1750 году октября 9 числа не доезжая Каргинского верст за двадцать воровскими людьми товар андреевскими и аксаевскими владельцами, из которых признато, что были при оном ограблении аксайской владелец Казбулат Казаналыпов с подвластными своими всего по цене на семьсот рублей, и дабы он армянин от того бедности понести не мог разграбления товару из подвластных андреевских и аксаевских брать в баранту на кого он покажет, и определенно чего для в обличении по письму вашего оного армянина присылкою не оставить. Дабы он армянин Григорьев в настоящей нужде, бедность и оскудения в пропитании иметь не мог дружески прикажите заплатою по соседственной дружбе удовольствовать, и егда заплатою оставить» /7, л. 56 об.- 57/.

В Эндирей на еженедельные базары, особенно по пятницам, съезжались из всех областей Северного Кавказа. Здесь можно было встретить горцев Дагестана, Чечни, Ингушетии, Осетии, Кабарды. Эндирей вело оживленную торговлю не только с Кабардой, но и с Ираном и Крымским ханством. На эндиреевском базаре можно было

приобрести самые разнообразные товары, все необходимое для нужд в хозяйстве горцев. С плоскости и гор Северного Кавказа в Эндирей поступали товары сельскохозяйственного и ремесленного производства: зерно, фрукты,

виноград, орехи, скот, продукты животноводства, шерсть, бараньи шубы и т.д. /9, с. 51/. Из Эндирея через Кизляр вывозилось важное для России XVIII в. сырье, как марена, шелк-сырец. Через Эндирей транзитом шли в Россию восточные товары. Из России в Эндирей купцы привозили сукна, меха, кубки, котлы, по специальному разрешению предметы вооружения - пищали, сабли, панцыри, и также по специальному разрешению пленников -ясырь /9, с. 52/. Приезжали сюда и гребенские казаки для продажи рыбы и закупки зерна, лошадей и ремесленных изделий / 9, с.52 /.

Сведения о поездках русских купцов из разных городов в кумыкские торговые центры встречаются в документах XVIII столетия довольно часто. В архивном документе за март 1750 г. упоминается кизлярский купец Иван Дудкин, приезжавший в «тунтаркалинскую

(кумторкалинскую.-М.-П. А.) деревню для купечества». /4, с. 245/.

В исследуемый период в Дербенте, Шемахе и других населенных пунктах значительным спросом пользовались хорошие скакуны-аргамаки. В письме от 10 апреля 1782 г. тарковского шамхала Муртузали кизлярскому коменданту А. М.

Куроедову содержится просьба о покупке лошадей: «Податель сего письма Эмчек мой Умар с тремя товарищами отправился от меня в калмыцкие улусы и к трухменцам для покупки лошадей, которым покорнейше прошу в покупке, и о пропуске сюда снабдить повелением.» /7, л. 124 и об./. Кумыкские князья часто прогоняли лошадей к иранским границам контрабандным путем, заранее закупив их в калмыцких улусах и Кабарде /4, с. 250-251/. В письме от 9 марта 1756 г. кизлярский комендант И. Л. фон-Фрауендорф требует костековскому воеводе Алишу Хамзину прекратить тайные прогоны лошадей:

«Уведомился я, что из калмыцких улусов калмыками пригнано, потаено для продажи в Персии немало лошадей, которые лошади содержатся в табунах вашем и брата вашего Темира Хамзина под охранением, а понеже оные потаенные прогоны, как вам довольно известно, указами Е.И.В. накрепко запрещены, и одерживать повелено потому и вам по подданнической своей к Е. И. В. должности, таким вспомогательства и при провождении чинить не надлежит, чего ради имеете ваше почтение тех калмык теми лошадьми в Персию не пропускать, а тем их лошадей отлуча из своих табунов пригнать и с калмыками к Каргинскому форпосту и обо всем уведомить меня. »/7, л. 113 об./.

Важным центром торговли и ремесла в XVIII в. в Засулакской Кумыкии было и селение Аксай. Здесь в каждую неделю проходили оживленные базары, куда собирались много людей из соседних

областей Северного Кавказа. /8, с. 152/. Купцы съезжались в Аксай заранее, за один или два дня до открытия базара. /10, л. 17/.

В рассматриваемый период Аксай выступает в роли торгового центра, где осуществлялись русско-дагестанские торгово-экономические контакты, в то же время он посредничает в торговле России с народами Северо-Восточного Кавказа.

Аксаевские князья взимали пошлины с кизлярских купцов, ведущих торговлю в данном владении. В письме от 1 мая 1765 г. аксаевский владелец Эльдархан Султанмамутов к кизлярскому коменданту Н. А. Потапову высказывает свое право взимать пошлины с кизлярских купцов: «У нас и отцовские и дедовские обычаи имеется так: таки люди, ежели в таких случаях сообщается с нашими подвластными людьми и приедут к нашим конским табунам, тогда мы с них чрез бегаулов своих, по отцовским обычаям, надлежащие пошлины берем. Но ныне мы по той же силе с них брали пошлины, а вы хотите те отдревле надлежащие наши пошлины отставить, то мы того весьма в обиду почитаем...». /9, с. 53/.

Необходимо отметить, что в XVIII в. наблюдается укрепление и дальнейшее развитие торговых отношений Аксаевского владения с Кизляром. Об этом свидетельствуют письма аксаевских князей, адресованные кизлярским комендантам. Так, в письме от 14 декабря 1751 г. аксаевский владелец Каплан-Гирей Ахмадханов просит Л. И. Дебеаугобрии позволить дербентскому жителю купить все необходимое: «Вашему высокородию объявляю, что при сем послал от меня один дербентской житель Мамасаит в Кизляр своих нужд, а именно принадлежащее число масла коровьего, железа, холста, кож красных, да три лошади на базаре российском купить» /7, л. 13 и об./. В аналогичном письме от 25 августа 1753 г. аксаевский владелец Магомед Уцмий Султанмамутов обращается с просьбой кизлярскому коменданту И.Л. фон Фрауендорфу позволить купить скотину: «Вашему высокородию сим доношу, что потребно . для свадьбы восемьдесят баранов, пять быков, пять буйволов и четыре лошади, також и прочего подлежит, о чем вашего высокородия всепокорно прошу предписанных баранов, быков, буйволов и лошадей милостивно покупкою и пропуском подателю сего письма Мутаю дозволить» /7, л. 52 и об./.

Как свидетельствуют документы, солидным предметом ввоза служил хлеб. Так, 1 мая 1755 г. Аксаевская княгиня Бикебай бики Казаналыпова кизлярскому коменданту И. Л. фон Фрауендорфу просит разрешить купить хлеб в Кизляре: «Сим письмом вашему превосходительству покорнейше прошу, хотя напред сего дозволение в покупке на шесть арб хлеба от вашего высокородия имелся, паки которому приказанию куплено на две арбы было. А ныне паки прошу подательницы сего письма Аимеси приказать купить хлеба четыре арбы.»/7, л. 7/.

С аналогичной просьбой обратился в письме от 4 мая 1755 г. Аксаевский владелец Каплан-Гирей Ахмадханов кизлярскому коменданту И. Л. фон Фрауендорфу дозволить его человеку вывезти из Кизляра хлеб: «Напред сего просил я, чтоб пропустить хлеба, токмо не пропущено. А ныне прошу при сем посланному человеку моему приказать пропустить шесть чувалов» /7, л. 19/.

В Засулакской Кумыкии важным торговым центром был Костек - центр Костековского владения. Судя по архивным материалам, Костек играл видную роль в осуществлении русско-дагестанских торгово-экономических связей. Здесь также имелись лавки кизлярских армян, комиссионеры крупных российских

предпринимателей скупали марену, хлопок, поставляя «потребные вещи» в Костек /9, с. 53/.

В ХVШ в. наблюдаются прочные торговые связи жителей Костека с Кизляром. «Доходы

костековского народа состоят ... в продаже в Кизляр дров, кольев в сады виноградные и леса строевого...», - писал А.И. Ахвердов /9, с. 54/.

Важной статьей ввоза являлось кизлярское вино, особо ценимое костековскими владельцами. В письме от 3 августа 1751 г. костековский князь Алиш Хамзин просит кизлярскому коменданту Л. И. Дебеаугобрии позволить его человеку в Кизляре купить вино: «Вашему высокородию сим моим дружеским письмом объявляю нарочно посланному человеку моему позволить купить вина несколько ведер. Понеже ныне приходит день праздника, а в нем весьма не малой нужду имею /7, л. 91/. В ответном письме от 19 ноября 1751 г. кизлярский комендант Л. И. Дебеаугобрия костековскому воеводе князю Алишу Хамзину пишет об отпуске для лечения его жены десять ведер вина: «Вашего почтенства дружеское письмо я исправно получил, которым просили о пропуске десяти ведер вина и княгине для излечения руки её лекарства, по которому вашему почтенству вина надлежащее число покупкою дозволено и при сем княгине лекарство с присланным от вас узденем Мусакаем отправлено» /7, л. 71/.

Среди товаров, ввозимых из России в Костек, холст, котлы медные, железо, а из Костека вывозились марена, шелк-сырец, просо, курага, орехи, глиняная посуда /4, с. 246/.

Таким образом, в ХVШ в. на развитие экономики кавказского региона огромное влияние оказывали такие центры внутренней и внешней торговли Дагестана как Тарки, Эндирей, Аксай и Костек.

Рост производительных сил и оживление внешних торговых связей кумыков вызвали расширение внутреннего рынка, прежде всего связи района с городом. Рост городов весьма благоприятствовал сбыту хозяйственных излишков как земледельческой кумыкской плоскости, так игорных районов. Так как кумыки не имели своей денежной единицы, в обращении были дербентские, шемахинские, российские, персидские и др. монеты. В торговле господствующей была

товаро-денежная форма, больше - во внешнеторговых операциях, меньше в операциях внутренней торговли. Но и в тех случаях, когда в заключенных торговых сделках денег не было в обращении, они все же непременно присутствовали в функции меры стоимости, т.е. даже в случаях натурального обмена обмен шел в пересчете на деньги, обмен товарами происходил исходя из цены (денежного выражения стоимости) каждого товара /9, с. 54/.

Важно подчеркнуть, что в торговлю были вовлечены феодальные элементы кумыкского общества. Они имели больше возможностей для накопления средств путем сдачи своих кутанов и рыбных промыслов в аренду, взимая дорожные пошлины. Однако, следует отметить, что в Кумыкии по-прежнему господствовало

натуральное хозяйство. В условиях феодальной раздробленности, бесконечных междоусобиц, борьбы против иноземных завоевателей, нельзя было и ожидать в ХVШ в. большего развития экономики страны. Торговля была сопряжена с большими расходами, так как правитель, через владение которого надо было проехать с товарами, взимал так называемый рахтарный сбор (торговую пошлину). Так, например, в шамхальстве Тарковском за провоз товаров брали: «С каждой повозки, как бы она нагружена ни была товарами или весьма мало, по 2 руб. 50 копеек, с фруктов с одной повозки по 1 руб. 30 коп., с канцелярского семя по 5-ти рублей с пуда и с табунов, прогоняемых через их владения, с каждой лошади по 50 копеек, с овец с 20 одну, с рогатой скотины с 20-ти одну, с рыбы, которую привозят с 10-ти одну, с людей пеших и верховых, которые не имеют товаров и не магометанского закона: с россиян, армян и жидов, по одному рублю, с магометан же ничего не собирают» /9, с. 55/.

Подводя итог вышесказанному, необходимо подчеркнуть, что в экономической жизни кумыков в XVIII в. значительную роль играла торговля. Кумыки очень рано были втянуты в торговлю с Закавказьем и со странами Ближнего Востока, а также с Россией через Астрахань. Кизляр также

играл роль важного связующего звена в торговле кумыкских феодальных владений с Россией. У кумыков торговыми центрами были Тарки, Эндирей, Аксай, Костек, где персидские и закавказские купцы встречались с русскими купцами и обменивались товарами. Отсюда через Кизляр вывозилось важное для мануфактурной промышленности России сырье, как шелк-сырец, хлопок, марена. Среди товаров, ввозимых из России в кумыкские феодальные владения, были холст, котлы медные, железо, мед, меха, сабли и т.д.

Литература

1. Гаджиева С.Ш. Кумыки: Историко-

этнографическое исследование. М.: Изд-во АН СССР, 1961. - 385 с.

2. Ковалевский П.И. Кавказ. Т. 1. Народы Кавказа. СПб.: Тип. М.И. Акинфиева, 1914. - 344 с.

3. Гамрекели В.Н. Торговые связи Восточной Грузии с Северным Кавказом в ХVШ в. В 2-х ч. Тбилиси: Мецниереба, 1968. Ч. I. - 108 с.

4. Акбиев А.С. Общественный строй кумыков в ХУП-ХУШ вв. Махачкала: Изд. дом «Новый день», 2000.

- 303 с.

5. Иноземцева Е.И. Дагестан и Россия в ХVШ -первой половине ХГХ в.: проблемы торговоэкономических взаимоотношений. Махачкала: Тип. ДНЦ РАН, 2001. - 226 с.

6. Центральный государственный архив Республики Дагестан (ЦГАРД). Ф. 339. Походная канцелярия ген.-л. А.П. Девица. Оп. 1. Д. 5, 27.

7. ЦГАРД. Ф. 379. Кизлярский комендант. Оп. 1. Д. 6, 7, 25, 47, 653, 729, 225, 524, 852, 1169, 979, 82, 1196, 565, 712, 227, 525, 542, 542, 226, 681, 1169, 357, 595, 226, 289, 336, 336, 225, 226.

8. Гашимов Ч.М. Из истории взаимоотношений народов Дагестана с народами Северного Кавказа во второй половине ХУТ-ХУШ вв.: Дис... канд. ист. наук. Махачкала, 1969. - 249 с.

9. Абдусаламов М.-П.Б. Кумыкские феодальные владения в политической жизни Дагестана в первой половине XVIII в. Махачкала: «Народы Дагестана», 2008.

- 192 с.

10. Рукописный фонд института истории,

археологии и этнографии Дагестанского научного центра Российской Академии наук (РФ ИИАЭ ДНЦ РАН). Ф. 3. Оп. 1. Д. 114.

Дагестанский государственный институт народного хозяйства

Институт истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра Российской академии наук

THE ROLE OF KIZLYAR IN THE TRADE AND ECONOMIC RELATIONS KUMYK FIEFDOMS WITH RUSSIA IN THE ХVШ CЕNTURY

M.-P.B. Abdusalamov, N.D. Chekulaev

In an article on the basis of Kizlyar commandant archives, are considered economic and trade ties Kumyk fiefdoms of Dagestan with Russia. Trade contributed to the favorable geographical position Kumyk public entities. In Kumyk shopping centers were Tarki, Endirey, Aksay, Kostek, where Persian and Caucasian merchants met with Russian merchants and exchanged goods. According to the authors, in the XVIII century. Kizlyar played the role of an important link in trade Kumyk fiefdoms with Russia. Hence, through the Kizlyar exported manufacturing industry is important for Russian raw materials like raw silk, cotton, madder

Key words: fiefs, shopping centers, savdagary, Tarki, Endirey, Aksay, Kostek, Kizlyar, duty