Особенности растительного покрова горы Половинкина (Приморский край, Ольгинский район)

Вестник ДВО РАН. 2016. № 3

УДК 581.9 (571.6) С В. ПРОКОПЕНКО

Особенности растительного покрова горы Половинкина

Растительный мир горы Половинкина представлен оригинальными, более нигде не повторяющимися группировками, в которых восточносибирские виды смешались с местными, сихотэалинскими и маньчжурскими, образовав удивительные сочетания. Во флоре горы отмечены редкие и эндемичные растения Сихотэ-Алиня. Верхнюю границу леса образуют уникальные кедровостланиковые дубовые леса.

Рассматривается одна из наиболее мощных на южном Сихотэ-Алине популяций кедрового стланика, сообщества которого расположены на массиве горы Половинкина на необычно низкой для южного Приморья абсолютной высоте (от 600-800 м над ур. м. и выше).

Ключевые слова: сообщества кедрового стланика, дубовые леса, растительность, Сихотэ-Алинь, аркто-альпийские, бореальные, неморальные виды, редкие и эндемичные растения.

Specificity of vegetation cover of the Polovinkina Mountain (Primorsky Krai, Olginsky District).

S.V. PROKOPENKO (Institute of Biology and Soil Science, FEB RAS, Vladivostok).

The vegetation cover of the Polovinkina Mountain is represented by original, not repeated anywhere else, plant groupings, in which the East Siberian species mingled with local Sikhote-Alin andManchurian species, creating amazing combinations. The flora of the mountain is marked by rare and endemic plants of the Sikhote-Alin. The upper boundary of the forest presents unique oak forests with Pinus pumila. On the Polovinkina Mountain massif the communities of Pinus pumila on unusually low for Southern Primorye altitude (600-800 m above sea level and higher) are located. This is one of the most great of its populations in the South Sikhote-Alin.

Kew words: communities of Pinus pumila, oak forests, vegetation, Sikhote-Alin, arctic-alpine, boreal and nemoral species, rare and endemic plants.

Гора Половинкина (Тазовская, 1101 м над ур. м.) расположена в Ольгинском районе Приморского края, в дальних окрестностях пос. Горноводное. Массив горы представляет собой расчлененное среднегорье в междуречье Васильковки и Минеральной (бассейн р. Аввакумовка) с верхнемеловым комплексом вулканитов кислого состава [12], абсолютная высота которого у подножия массива около 200-400 м над ур. м, у водоразделов - 900-1100 м над ур. м. (рис. 1). Таким образом, перепад высоты составляет около 600 м. Гора Половинкина служила местом охоты коренного населения этих мест - тазов. В 1906 г. гору посетил выдающийся исследователь природы Сихотэ-Алиня В.К. Арсеньев, обнаруживший здесь в июле в истоках одного из ключей куски льда [1]. Несмотря на то что на горе Половинкина проводили гербарные сборы известные ботаники (И.К. Шишкин в 1930 г., Н.С. Павлова в 1964 г., Н.Н. Гурзенков в 1965 г., А.Г. Крылов в 1973 г.), специальные публикации о ее флоре и растительности отсутствуют. С целью восполнения этого пробела автор в 1999 и 2004 гг. посетил гору.

Массив исключительно интересен тем, что здесь, на необычно низкой для южного Приморья абсолютной высоте - от 600-800 м над ур. м. и выше, а местами даже ниже 600 м,

ПРОКОПЕНКО Сергей Валерьевич - кандидат биологических наук, старший научный сотрудник (Биолого-почвенный институт ДВО РАН, Владивосток). E-mail: sergeyprokopenko@rambler.ru

Рис. 1. Массив горы Половинкина

встречаются сообщества кедрового стланика (рис. 2-4). Это одна из наиболее мощных его популяций на южном Сихотэ-Алине. Пояс пихтово-еловых лесов, обычно расположенный в горах южного Сихотэ-Алиня выше 700-800 м над ур. м., здесь не представлен (хотя ели - аянская (Picea ajanensis (Lindl. et Gord.) Fisch. ex Carr.*) и корейская (P koraiensis Nakai), а также пихта белокорая (Abies nephrolepis (Trautv.) Maxim.) присутствуют во флоре горы, но никакой роли в ландшафте они не играют, особенно редко встречаются ели), и верхняя граница леса образована кедровостланиковыми дубовыми лесами из группы так называемых «высокогорных» дубняков. Интересны взаимоотношения между этими двумя типами сообществ - дубняками и зарослями кедрового стланика. Ниже 600 м дубняки

Рис. 2. Северо-восточный склон горы Половинкина

Рис. 3. Юго-западный склон горы Половинкина

занимают склоны любых экспозиций, но постепенно, с увеличением высоты над уровнем моря, спектр местообитаний дубняков сужается, и выше 800-900 м они представлены узкими полосами среди сплошных зарослей кедрового стланика лишь по наиболее прогреваемым участкам (южные и юго-западные склоны), поднимаясь до 900-1000 м (рис. 3, 4). Выше 900-1000 м заросли кедрового стланика занимают все склоны, гребни и вершины массива, но по мере снижения высоты постепенно переходят на склоны теневых экспозиций, оставляя более инсолируемые местообитания за дубняками. В местах контакта зарослей кедрового стланика и дубняков дуб монгольский образует стланиковую форму. Подобно кедровому стланику, его стволы, отходя от корня в количестве 4-5 шт., тянутся вниз

Рис. 4. Сообщества кедрового стланика и дубняков на южном макросклоне массива горы Половинкина

по склону, приподнимаясь над землей всего на 3 м (в этих условиях у кедрового стланика стволы приподнимаются на 2 м).

Древостои «высокогорных» кедровостланиковых дубняков, как правило, монодоминантные и образованы дубом монгольским Quercus mongolica Fisch. ex Ledeb. Изредка в качестве коэдификаторов выступают кедр корейский Pinus koraiensis Siebold et Zucc. или береза каменная Betula lanata (Regel) V. Vassil. В этом случае формируются кедрово-ду-бовые или каменноберезово-дубовые насаждения. Гора Половинкина - одно из немногих на Земле мест, где кедр корейский и кедровый стланик растут совместно, в одних сообществах, тогда как обычно на Сихотэ-Алине они входят в состав различных сообществ, соответственно неморальных и субальпийских. Высота дуба 8-10 м, средний диаметр 13-18 см, максимальный - 25-35 см. Сомкнутость древостоя 0,7-0,9. Дуб в этих лесах чаще представлен многоствольными особями, где от одного корня отходит по 2-5 стволов. Ярус кедрового стланика Pinus pumila (Pall.) Regel обычно разреженный, его высота 0,5-1,5 м, покрытие 5-15 % (рис. 5). Лишь в дубняках, развивающихся по границе с зарослями кедрового стланика, проективное покрытие последнего может увеличиваться до 60 % (а дуба - уменьшаться до 30 %). Иногда в подлеске заметное участие принимают рододендрон сихотинский Rhododendron sichotense Pojark. и можжевельник сибирский Juniperus sibirica Burgsd. В древостое «высокогорных» дубняков господствует маньчжурский флористический элемент, представленный дубом.

Подлесок и травяно-кустарничковый ярус образованы, с одной стороны, видами, относящимися к маньчжурскому флористическому комплексу, а с другой - видами с обширными ареалами на севере Дальнего Востока и в Сибири. Первые представлены неморальными (фиалка восточная Viola orientalis (Maxim.) W. Beck., марьянник щетинистый Melampyrum setaceum (Maxim. ex Palib.) Nakai, ландыш Кейзке Convallaria keiskei Miq., звездчаточ-ка твердая Pseudostellaria rigida (Kom.) Pax), бореально-неморальными (осока красовлас Carex callitrichos V. Krecz., осока малоприцветниковая Carex subebracteata (Kük.) Ohwi) и высокогорно-неморальными (рододендрон сихотинский) восточноазиатскими видами. Вторые - широко распространенными аркто-бореальными (кедровый стланик, можжевельник сибирский), бореальными (брусника Rhodococcum vitis-idaea (L.) Avror.) и боре-ально-неморальными (мерингия бокоцветная Moehringia lateriflora (L.) Fenzl, чина низкая

Рис. 5. Дубняки с подлеском из кедрового стланика

Lathyrus humilis (Ser.) Spreng., осока бледная Carex pallida C.A. Mey.) видами. В составе «высокогорных» дубняков наряду с представителями маньчжурской флоры (помимо вышеперечисленных видов упомянем еще клен моно Acer mono Maxim., липу амурскую Tilia amurensis Rupr., леспедецу двуцветную Lespedeza bicolor Turcz., лещину маньчжурскую Corylus mandshurica Maxim., василистник клубненосный Thalictrum tuberiferum Maxim., подмаренник широкоподмаренниковый Galium platygalium (Maxim.) Pobed.), участвуют каменная береза, спирея березолистная Spiraea betulifolia Pall., герань волосистоцветковая Geranium erianthum DC., осока Ван-Хьюрка Carex vanheurckii Muell. Arg. и другие северные виды. Проведенный нами анализ поясно-зональной структуры константных видов (со встречаемостью более 40 % от числа описаний) «высокогорных» дубняков показал, что эти сообщества связаны как с бореальной зоной и поясом горной тайги (81 % от общего числа константных видов), так и с неморальной зоной и поясом широколиственных и хвойно-широколиственных лесов (85 %; среди них лишь 19 % видов - строго неморальные, остальные виды общие с бореальными экосистемами), и лишь эдификаторная роль дуба в них позволяет относить эти леса к неморальной растительности. Связи с высокогорным поясом несущественны (11 %).

Заросли кедрового стланика на массиве простираются вдоль западного отрога горы Половинкина через безымянную высоту 990 м до горы Потиловая и далее от горы По-тиловая вдоль ее южного отрога. Другая часть его зарослей располагается вдоль южного отрога горы Половинкина через высоты с отметками 991 м, 978 м вплоть до высоты с отметкой 101З м. Ассоциации кедрового стланика с горы Половинкина на первый взгляд напоминают его же ассоциации, развитые в высокогорном поясе Сихотэ-Алиня (в них принимают участие береза Миддендорфа Betula middendorffii Trautv. et Mey., рододендрон си-хотинский, можжевельник сибирский, брусника, вейник Короткого Calamagrostis korotkyi Litv., осока тонкообразная Carex tenuiformis Lévl. et Vaniot, таран Юрия Aconogonon jurii (A. Skvorts.) Holub, копеечник Бранта Hedysarum branthii Trautv. et Mey., мытник маньчжурский Pedicularis mandshurica Maxim., козелец лучистый Scorzonera radiata Fisch. ex Ledeb., качим фиолетовый Gypsophila violacea (Ledeb.) Fenzl, плаунок северный Lycopo-dioides borealis (Kaulf.) O. Kuntze и некоторые другие), но отличаются от них отсутствием автохтонных альпийских видов южного происхождения (сихотэ-алинских и сихотэ-алин-ско-корейских: китагавии синеголовниколистной Kitagawia eryngiifolia (Kom.) M. Pimen., володушки молочайной Bupleurum euphorbioides Nakai, хризантемы сихотинской Chrysanthemum sichotense (Tzvel.) Worosch., соссюреи Накая Saussurea nakaiana Kom.), а главное, крайне незначительным участием альпийских и арктоальпийских видов с более северными ареалами (среди подобных видов нами отмечены лишь осока ложножесткая Carex rigidioides Gorodk., арктоус альпийский Arctous alpina (L.) Niedenzu и альпийская голубика Vaccinium uliginosum L. subsp. alpinum (Bigel.) Hult., которые присутствуют на массиве с низким постоянством). Напротив, в составе сообществ участвуют невысокогорные бореально-неморальные и неморальные виды ксерофильного (аяния Палласа Ajania pallassiana (Fisch. ex Bess.) Poljak., лапчатка Траншеля Potentilla tranzschelii Juz., воло-душка Комарова Bupleurum komarovianum Lincz., соссюрея советская Saussurea sovietica Kom., остролодочник маньчжурский Oxytropis mandshurica Bunge, незабудочник сихотин-ский Eritrichium sichotense M. Pop.), реже мезофильного (спирея березолистная Spiraea betulifolia Pall., маточник Максимовича Ostericum maximowiczii (Fr. Schmidt ex Maxim.) Kitag., бубенчик изгибающийся Adenophora curvidens Nakai) склада; присутствуют также бореально-неморально-степные и неморально-степные виды, распространенные помимо дальневосточных лесов в даурских степях (касатик одноцветковый Iris uniflora Pall. ex Link, китагавия терпентиновая Kitagawia terebinthacea (Fisch. ex Spreng.) M. Pimen., ленец преломленный Thesium refractum C.A. Mey., клевер люпиновидный Trifolium lupinaster L., скабиоза шерстистолистная Scabiosa lachnophylla Kitag.).

В зарослях кедрового стланика на массиве горы Половинкина широко представлена береза Миддендорфа, находящаяся здесь на южной границе ареала. По морфологическим

признакам эта популяция березы отличается от типичной березы Миддендорфа, распространенной в гольцах среднего и северного Сихотэ-Алиня, более крупными листьями, несколько напоминающими листья другой кустарниковой березки - березы овальнолистной Betula ovalifolia Rupr., растущей на марях, болотах и сырых лугах. Не исключено, что популяция березы на горе Половинкина представляет собой плейстоценовый гибрид этих двух видов. Реже в зарослях кедрового стланика встречается эндемик Сихотэ-Алиня -микробиота перекрестнопарная Microbiota decussata Kom. (рис. 6), занесенная в Красную книгу Российской Федерации [9].

Наиболее распространены на массиве горы Половинкина сомкнутые (высота 1,5-2,0 м, сомкнутость 0,9-1,0) труднопроходимые заросли кедрового стланика, развитые на каменистых россыпях крутых склонов и отличающиеся бедностью флористического состава (в среднем 14 видов сосудистых растений на одно описание). Кроме стланика (его покрытие составляет 60-95 %) доминантами служат рододендрон сихотинский (высота 0,4-1,0 м; покрытие 30-75 %) и брусника (высота 0,1-0,2 м; покрытие 30-80 %), редко - микробиота (высота 0,5 м; покрытие 25-35 %) и можжевельник сибирский (высота 0,2-0,4 м; покрытие 40-60 %). Чаще всего встречаются сообщества кедрового стланика с рододендроном сихотинским и брусникой (иногда брусника не выступает в роли доминанта), реже - сообщества кедрового стланика с микробиотой и брусникой и кедрового стланика с можжевельником сибирским и брусникой.

Большим видовым разнообразием (в среднем 24 вида на описание) характеризуются березово-кедровостланиковые сообщества с рододендроном сихотинским. Это невысокие (высота 0,5-1,2 м, сомкнутость 0,5-0,8) несомкнутые и поэтому легкопроходимые заросли кедрового стланика и березы Миддендорфа. Они развиваются на щебнистых участках в привершинных частях отрогов горы Половинкина (особенно в районе высоты 1013 м), занимая более пологие участки. Как правило, береза на 10-30 см ниже стланика. Проективное покрытие кедрового стланика и березки составляет 30-60 % каждого (на разных участках больше то одного, то другого вида). Осенью береза окрашивается в красный цвет, что хорошо заметно на аэрофотоснимках. Во втором ярусе представлен рододендрон сихотинский (высота 0,2-0,5 м; покрытие 5-60 %). Здесь встречается ряд интересных редких растений, например прострел аянский Pulsatilla ajanensis Regel et Tilling, соссюрея советская, остролодочник маньчжурский, незабудочник сихотинский.

Рис. 6. Заросли кедрового стланика

Вслед за Б.П. Колесниковым [7] для сниженных сообществ кедрового стланика мы используем название «псевдогольцовая растительность». По мнению Б.П. Колесникова, это интразональные сообщества, которые не следует отождествлять с ассоциациями высокогорного пояса Сихотэ^линя, а надо рассматривать как конвергирующие с ними группировки, получившие одинаковый экологический облик и отчасти видовой состав благодаря некоторому сходству условий местообитания (ветры и инсоляция). Проведенный нами анализ поясно-зональной структуры константных видов сообществ кедрового стланика с массива горы Половинкина показал, что наиболее тесно они связаны с бореальной зоной и поясом горной тайги (100 % видов сомкнутых зарослей и 86 % видов несомкнутых сообществ кедрового стланика и березы Миддендорфа). Причем строго бореальных (микротермных) видов в этих сообществах немного: спирея березолистная, брусника, осока Ван-Хьюрка, водосбор мелкоцветковый Aquilegia parviflora Ledeb. Большое число общих видов с бореальной зоной и горнотаежным поясом достигается суммированием высокогорно-бореальных, высокогорно-бореально-неморальных и бореально-немораль-ных видов. Связи с высокогорным поясом (соответственно 57 и 46 %), с одной стороны, c неморальной зоной и поясом широколиственных и хвойно-широколиственных лесов (соответственно 43 и 61 %), с другой стороны, тоже вполне заметны, но составляют менее двух третей от состава константных видов. Б.П. Колесников «псевдогольцовые» сообщества считал интразональными. Однако, как показал наш анализ видового состава, стлани-ковые заросли на горе Половинкина занимают место бореальных экосистем. Возможно, что в этих условиях сложился дефицит бореальной древесной породы, поэтому уцелевшие, очевидно со времени позднего плейстоцена, сообщества кедрового стланика не были вытеснены в голоцене бореальной лесной растительностью (лишь более солнечные теплые склоны были заняты неморальными дубняками, в которых кедровый стланик вошел в состав подлеска). Можно предположить, что для ели аянской и каменной березы здесь слишком сухо. Теоретически, здесь могла бы образовывать леса более засухоустойчивая лиственница ольгинская Larix olgensis A. Henry, также присутствующая во флоре горы Половинкина, но как эдификатор она в настоящее время на Сихотэ^лине практически не имеет значения.

Сообщества кедрового стланика на склонах чередуются с каменными россыпями (ку-румами), на которых можно встретить вудсию северную Woodsia ilvensis (L.) R. Br., щитовник пахучий Dryopteris fragrans (L.) Schott, плаунок сибирский Lycopodioides siberica (Milde) Tzvel., вейник Короткого, новоуссурию Ольги Neoussuria olgae (Maxim.) Tzvel., бадан тихоокеанский Bergenia pacifica Kom., шиповники тонконожковый Rosa gracilipes Chrshan. и корейский R. koreana Kom., рябинник рябинолистный Sorbaria sorbifolia (L.) A. Br., полынь заячьеголовую Artemisia lagocephala (Bess.) DC., можжевельник даурский Juniperus davurica Pall., микробиоту и др. Несмотря на то что заросли кедрового стланика занимают обширные площади, горные тундры на горе не выражены. Нами отмечены лишь отдельные гольцовые (арктоальпийские) растения: на высоте около 1000 м над ур. м. найдены арктоус альпийский и альпийский подвид голубики, на высоте около 800 м - осока ложножесткая.

«Псевдогольцовые» сообщества горы Половинкина, вероятно, представляют уцелевшие (однако изменившиеся в периоды голоцена, особенно в отношении флористического состава) участки стланиковой растительности восточного Сихотэ^линя позднего плейстоцена, которая почти целиком была поглощена в течение голоцена лесной растительностью. Имеющиеся в Ольгинском и Тернейском районах Приморского края дубняки с подлеском из кедрового стланика [3, 4, 10, 13], очевидно, унаследовали кедровый стланик от его зарослей, широко распространенных в позднем плейстоцене в нижнем горном поясе. Известно, что времени главного климатического минимума плейстоцена (около 18-20 тыс. л. н.) на Сихотэ^лине соответствует расширение площадей горных тундр, субальпийских стелющихся лесов, березово-лиственничных лесов и редколесий и исчезновение вертикальных поясов широколиственных, кедрово-широколиственных и

темнохвойных лесов. В южной части восточного склона Сихотэ-Алиня вблизи Японского моря нижняя граница гольцового пояса располагалась на высоте 400-600 м над ур. м. [5]. Сообщества кедрового стланика на горе Половинкина - зримое доказательство мощного внедрения бореальных и гольцовых восточносибирских видов (кедровый стланик, береза Миддендорфа, арктоус альпийский, козелец лучистый, водосбор мелкоцветковый, копеечник Бранта, качим фиолетовый, прострел аянский, осока Ван-Хьюрка, осока ложножесткая, вейник Короткого, плаунок северный и др.) в плейстоцене на территорию Сихотэ-Алиня. Перечисленные растения чужды маньчжурскому флористическому комплексу, преемственно развивающемуся на Сихотэ-Алине с третичного периода и образующему здесь неморальные хвойно-широколиственные и широколиственные лесные сообщества, наибольшее структурное и видовое разнообразие которых сосредоточено в южном Приморье. На горе Половинкина восточносибирские виды смешались с местными сихотэ-алинскими и маньчжурскими видами (микробиотой, соссюреей советской, остролодочником маньчжурским, лапчаткой Траншеля, володушкой Комарова и др.), образовав удивительные сочетания - оригинальные, более нигде не повторяющиеся растительные группировки.

На заросших осыпях затененных склонов, в окружении зарослей кедрового стланика и ниже их, местами распространены редколесья и небольшие участки (фрагменты) лесной растительности, образованные мелколиственными породами - березой плосколистной Betula platyphylla Sukacz. и осиной Populus tremula L. (в них также принимают участие дуб монгольский, липа амурская, кедр корейский, пихта белокорая, каменная береза, клен желтый Acer ukurunduense Trautv. et Mey.). В подлеске преобладают кедровый стланик, рододендрон сихотинский, багульник крупнолистный Ledum macrophyllum Tolm., местами участвует микробиота; в травяно-кустарничковом ярусе много бадана и брусники. Здесь сохраняется ряд мезофильных таежных видов (голокучник обыкновенный Gymnocarpium dryopteris (L.) Newm., орлячок сибирский Diplazium sibiricum (Turcz. ex G. Kunze) Kura-ta, баранец пильчатый Huperzia serrata (Thunb. ex Murray) Trevis.), развитию которых на большей части массива горы Половинкина мешает сухость субстратов.

В долинах ручьев и в верховьях рек, где сказывается большее увлажнение, в составе лесной растительности участвуют береза каменная, пихта белокорая, клен желтый, присутствуют также черемуха птичья Padus avium Mill., ясень маньчжурский Fraxinus mandshurica Rupr., боярышник Максимовича Crataegus maximowiczii C.K. Schneid., трескун амурский Ligustrina amurensis Rupr.; в травяном покрове можно встретить калужницу лесную Caltha silvestris Worosch. (этот вид, обычно распространенный в самом нижнем горном поясе южного Приморья, поднимается здесь до высоты 800 м над ур. м.), крапиву

узколистную Urtica angusti-folia Fisch., борец Щукина Aconitum sczukinii Turcz., хохлатку крупноцветковую Co-rydalis macrantha (Regel) M. Pop., сердечник крупнолистный Cardamine macrophylla Willd., селезеночник побего-носный Chrysosplenium fla-gelliferum Fr. Schmidt.

На горе Половинкина находится locus classicus (классическое местонахождение) соссюреи советской (рис. 7), чрезвычайно редкого, эндемичного для южного Сихотэ-Алиня и очень декоративного

Рис. 7. Соссюрея советская

вида, занесенного в Красную книгу Российской Федерации [9]. Здесь сосредоточена наиболее многочисленная популяция этого вида, известного еще лишь из бассейна р. Не-жданка (система р. Рудная) Дальнегорского городского округа и с горы Открытая Лазовского района [9]. По-видимому, эта соссюрея представляет собой элемент каких-то ныне не уцелевших светолюбивых лесных формаций верхней половины лесного пояса среднегорий восточного Сихотэ-Алиня третичного периода (возможно, это были сообщества с участием лиственницы ольгинской). Отсутствие на горе Половинкина альпийских видов южного происхождения, которые известны только на более высоких горах южного Сихотэ-Алиня (Облачная, Снежная, Ольховая), свидетельствует о том, что массив горы Половинкина не представляет собой древней высокогорной зоны, поэтому соссюрея советская не может считаться высокогорным видом. На среднем и северном Сихотэ-Алине соссюрея советская замещается соссюреей Вышина Saussurea vyschinii Barkalov, очень близким и тоже эндемичным видом, который приурочен уже к настоящим высокогорным сообществам - горным тундрам и высокогорным ассоциациям кедрового стланика [2].

Гора Половинкина является местом произрастания прострела аянского, редчайшего во флоре Приморского края вида, находящегося здесь на южной границе ареала (рис. 8). Численность популяции - не более 100 экз. Это растение в крае еще известно лишь из окрестностей пос. Ольги по старым сборам И.К. Шишкина, никем не повторенным с 1930 г. Обе популяции из Приморья оторваны от основного ареала вида, который расположен значительно севернее - на Охотском побережье и в Восточной Сибири. Прострел аянский представляет собой таежно-гольцовый вид ангарского (восточносибирского) происхождения. На территории Приморья это реликт позднего плейстоцена.

В заключение подчеркнем, что массив горы Половинкина имеет аномальную высотную поясность и перспективен для изучения вопросов динамики растительного покрова южного Сихотэ-Алиня в позднем плейстоцене и голоцене. Здесь сохранились редкие растительные сообщества (дубовые и кедрово-дубовые леса с подлеском из кедрового стланика, сниженные заросли кедрового стланика), представлены редкие и эндемичные виды растений (соссюрея советская, микробиота перекрестнопарная, бадан тихоокеанский, новоуссурия Ольги, звездчаточка твердая, лапчатка Траншеля, остролодочник маньчжурский, рододендрон сихотинский, лиственница ольгинская, прострел аянский, незабудоч-ник сихотинский). На низкой абсолютной высоте для южного Сихотэ-Алиня присутствует несколько видов арктоальпийских растений (арктоус альпийский, альпийская голубика, осока ложножесткая), которые, вероятно, уцелели с позднего плейстоцена. Здесь проходят южные границы распространения березы Миддендорфа и прострела аянского. Уникальный растительный мир горы должен быть сохранен. Гору Половинкина целесообразно присоединить к рядом расположенному Васильковскому заказнику или объявить памятником природы, что предлагалось ранее [9].

Автор выражает благодарность А.В. Ефремову и В.Б. Манаеву за помощь в проведении полевых исследований.

Рис. 8. Прострел аянский

ЛИТЕРАТУРА

1. Арсеньев В.К. Собрание сочинений: в 6 т. Владивосток: Рубеж, 2007. Т. 1. 704 с.

2. Баркалов В.Ю., Прокопенко С.В. Уточнение номенклатуры некоторых видов рода Saussurea DC. (Asteraceae: Са^иеае) с Сихотэ-Алиня // Бюл. МОИП. Отд. биол. 2010. Т. 115, вып. 5. С. 67-72.

3. Воробьев Д.П. Дикорастущие деревья и кустарники Дальнего Востока. Л.: Наука, 1968. 277 с.

4. Добрынин А.П. Дубовые леса российского Дальнего Востока. Владивосток: Дальнаука, 2000. 260 с. (Тр. ботан. садов ДВО РАН. Т. 3).

5. Климатические смены на территории юга Дальнего Востока в позднем кайнозое (миоцен-плейстоцен). Владивосток: Дальнаука, 1996. 56 с.

6. Кожевников А.Е., Кожевникова З.В. Таксономический состав и особенности природной флоры Приморского края // Комаровские чтения. Владивосток: Дальнаука, 2014. Вып. 62. С. 7-62.

7. Колесников Б.П. Растительность восточных склонов Среднего Сихотэ-Алиня // Тр. Сихотэ-Алин. гос. заповедника. 1938. Вып. 1. С. 25-207.

8. Конспект флоры Азиатской России: Сосудистые растения. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2012. 640 с.

9. Красная книга Российской Федерации (растения и грибы). М.: Тов-во науч. изд. КМК, 2008. 855 с.

10. Крестов П.В., Верхолат В.П. Редкие растительные сообщества Приморья и Приамурья. Владивосток: ДВО РАН, 2003. 200 с.

11. Сосудистые растения советского Дальнего Востока. Л.; СПб.: Наука, 1985-1996. Т. 1-8.

12. Старожилов В.Т. Ландшафты Приморского края (Объяснительная записка к карте масштаба 1 : 500 000): монография. Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2009. 368 с.

13. Урусов В.М. Генезис растительности и рациональное природопользование на Дальнем Востоке. Владивосток: ДВО АН СССР, 1988. 356 с.