Геоэкологическое состояние природно-антропогенных систем Европы

ГЛОБАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ПРИРОДНОЙ СРЕДЫ И ОБЩЕСТВА

УДК 911.2

Э.П. Романова1

ГЕОЭКОЛОГИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ ПРИРОДНО-АНТРОПОГЕННЫХ

СИСТЕМ ЕВРОПЫ

Геоэкологическое состояние основных зональных типов ландшафтов на территории зарубежной Европы проанализировано на основе расчета биопотенциала ландшафтов, их ассимиляционного потенциала и экологического следа населения по потреблению (показатель "давления на землю") в абсолютных размерах площади и душевом выражении. Расчеты выполнены по международной методике определения экологического следа. Выявлено неблагополучное геоэкологическое состояние природно-антропогенных систем в основных зонах Европы, обусловленное дефицитом продуктивных земель для удовлетворения современного уровня потребления населением экосистемных услуг.

Ключевые слова: геоэкологический анализ, природно-антропогенные геосистемы, экологический след.

Введение. Изучение природно-антропогенных геосистем (ландшафтов) в последние годы все чаще завершается оценкой их геоэкологического состояния и происходит это независимо от масштаба исследования [1, 2]. Если исходить из понимания геоэкологии как науки, изучающей взаимодействие природы, хозяйства и общества, исследование геоэкологического состояния природных геосистем, освоенных антропогенным фактором, основано на анализе всех компонентов этой триады и характера их взаимоотношений. Очень важный аспект геоэкологического анализа — детальное изучение социальных связей и последствий, возникающих между природной и хозяйственной подсистемами ландшафта и населением, которое обитает в нем и использует его природно-ресурсный и средо-образующий потенциал. Такой анализ проводится на основе изучения набора экосистемных услуг [1, 10]. Под экосистемными услугами понимают полезные свойства и ресурсы, которыми обладает конкретная природная геосистема (природный ландшафт) и которые она потенциально предлагает населению и хозяйству. Полный набор услуг — это функционально-ресурсный потенциал территории, определяющий базу для жизнедеятельности населения и организации производства. От того, насколько полно и рационально общество реализует предлагаемые ему ландшафтом экосистемные услуги, зависит характер взаимоотношений и геоэкологическое качество системы природа — общество — хозяйство. При этом рациональность понимается не только как экономическая категория, но и как природная. Иными словами, важнейшее свойство геоэкологического качества природно-антропогенной геосистемы — степень адаптированности экономических и социальных структур к структурам, потенциалу и функционированию природной основы.

Постановка проблемы. Среди крупных регионов суши (макрорегионов) особое геоэкологическое положение занимает территория зарубежной Европы. Ее уникальность обусловлена несколькими факторами. На очень скромной по размеру территории (590 млн га, или 4,8% площади суши) в 2010 г. проживало свыше 592 млн человек (или 8% мирового народонаселения), т.е. каждый квадратный километр европейской территории в среднем должен обеспечивать всеми необходимыми для жизнедеятельности и производства ресурсами и благоприятной средой для проживания более 100 человек [8]. Общий вклад Европы в мировую экономику исчисляется в 18 трлн долл. ППС США (или 25% мирового ВВП по данным на 2009 г.) [11]. При этом уровень экономического благосостояния европейцев один из самых высоких в мире. Встает закономерный вопрос: насколько природная среда Европейского региона (другими словами, ее природно-ресурсный и сре-дообразующий потенциалы) обеспечивает такой уровень потребления и проживания населения? Ответ на него можно получить, анализируя современное геоэкологическое состояние природно-антропогенных ландшафтов региона.

Метод исследования. В обобщенном виде геоэкологическая оценка любого ландшафтного образования слагается из следующих процедур [1, 2].

1. Выявление природно-ресурсного и ассимиляционного потенциала геосистемы. В понятие ассимиляционного потенциала входят такие категории земельного фонда, которые могут нейтрализовать (поглощать) отходы жизнедеятельности населения: леса, водоемы, шельф морских акваторий [9]. Поскольку при мелкомасштабном исследовании территории приходится иметь дело с огромным объемом информации, то неизбежны некоторые допущения. Так, при расчетах

1 Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова, кафедра физической географии мира и геоэкологии, профессор, докт. геогр. н., зав. кафедрой, e-mail: romanova@geogr.msu.ru

ассимиляционной способности ландшафта и степени ее исчерпаемости учитывается не весь объем поступающих в природу отходов, а только самый мощный и хорошо отражаемый статистикой газообразный выброс СО2, влияющий на парниковый эффект в атмосфере.

2. Определение в ландшафте набора возможных экосистемных услуг.

3. Инвентаризация объектов хозяйственной подсистемы (категории использования земель, селитебных и производственных объектов, инфраструктуры и др.), выступающих в качестве главных потребителей эко-системных услуг и трансформаторов природного комплекса в системе природа — хозяйство.

4. Анализ социальной подсистемы и ее взаимоотношений с исходным ландшафтом; для этого анализируются индикаторы и показатели, описывающие плотность размещения населения, величину экологического следа (ЭС) или "давления на землю" [6, 10], и ряд других индикаторов.

5. Итоговый расчет геоэкологического состояния геосистемы согласно классификационным критериям.

Результаты исследования. Ландшафты Европы в целом отличает высокая степень трансформации длительным и глубоким хозяйственным освоением, однако природные, социальные и хозяйственные структуры меняются на европейской территории часто и разнонаправленно. Различия в геоэкологическом состоянии природно-антропогенных геосистем проявляются уже при мелкомасштабном анализе, при их сравнении на уровне зональных типов, но они обнаруживаются практически на всех типологических классификационных уровнях (на уровнях классов, подклассов, родов и т.д.).

Природный и ассимиляционный потенциал ландшафтов. На территории Европы развиты ландшафты 13 природных зон [3]. Самые обширные из них — это зоны тайги и широколиственных лесов в умеренном поясе и зона летнесухих лесов и кустарников в субтропиках. С позиций современного геоэкологического анализа территории расчет ее биопотенциала проводится на основе учета не всей имеющейся площади, а лишь той ее части, которая в состоянии давать реальную биопродукцию [6], т.е. непродуктивные участки (скальные выходы, дюны, высокогорные вершины, покрытые ледниками, и пр.) не включаются в расчет. Категории биопродуктивных земель (пашни, пастбища, леса, земли под застройками и объектами инфраструктуры) взвешиваются по среднемировым показателям продуктивности, чтобы иметь возможность сравнить результаты выполнения ими экосистемных услуг. Формула расчета биопотенциала имеет следующий вид:

ВС = Л-УБ^Б,

где ВС — биопотенциал в глобальных гектарах (гга), А — площадь соответствующей категории земель в га, а УБ и EQF — фактор урожайности (соотношение национальной урожайности конкретной культуры за

определенный год к ее средней мировой урожайности в этом же году) и фактор эквивалентности соответственно. Последний отражает специфику средней мировой продуктивности каждой категории земель по ее отношению к универсальной средней мировой продуктивности этой же категории и выражается в глобальных гектарах. Показатели ежегодно меняются в зависимости от урожайности культур, продуктивно -сти биоценозов на пастбищах, ежегодного прироста древесины в лесах в конкретных странах и в мире в целом [4, 9].

В Северной Европе господствуют ландшафты гу-мидной и семигумидной тайги, среди которых еще сохранились условно-коренные и вторично-производные комплексы. Их природно-ресурсный потенциал определяется невысокой продуктивностью биоты в условиях недостатка тепла и избытка увлажнения, широким распространением низкопродуктивных подзолов и болотных почв, господством плоскогорных поверхностей, сложенных кристаллическими породами. Многочисленные речные системы обладают высоким гидроэнергопотенциалом в норвежском и шведском секторах. Однако самое существенное природное богатство Северной Европы — ее таежные леса и чистые природные воды. Леса образуют крупнейший лесорас-тительный район Европы площадью 60 272 тыс. га [4], что составляет 59% территории. Внутренние водоемы занимают 9279 тыс. га, или 9% общей площади. Таким образом, общий ассимиляционный потенциал Северной Европы в совокупности весьма значителен: 68% территории активно выполняют функцию очищения ландшафтов от выбросов.

Иначе формируется природно-ресурсный потенциал в ландшафтах суббореального подпояса Европы. Здесь много равнин, неплохо обеспеченных теплом (сумма активных температур более 2000—3000 °С) и влагой, но широкое распространение моренных суглинков, частично перекрытых флювиогляциальными песками, обусловливает затрудненный естественный дренаж и заболачиваемость почв. Теплые, мягкие зимы и длительный вегетационный период способствуют ориентации растениеводства на выращивание кормовых культур, а дефицит земельных ресурсов создает предпосылки для сокращения пастбищ и внедрения стойлового содержания скота. В то же время более 60% общей площади приходится на возвышенности и горные сооружения, т.е. на эрозионно-опасные земли, что снижает агроприродный потенциал ландшафтов зоны широколиственных лесов. Продуктивность почвенного покрова, в котором господствуют выщелоченные, слабонасыщенные буроземы и дерново-подзолистые почвы, невысока и требует активного применения комплексной мелиорации.

В зоне гумидных широколиственных лесов лесные массивы и водоемы, выполняющие ассимиляционные функции, представлены гораздо меньше по сравнению с ландшафтами Северной Европы. Так, на Британских островах леса и водоемы занимают всего 12% общей

площади, во Франции — 29%, в Германии — 34% и т.д. Их общая площадь в ландшафтах зоны гумидных широколиственных лесов составляет немногим более 43 млн га [4].

Природно-ресурсный потенциал семигумидных широколиственных лесов Восточной Европы достаточно благоприятен для сельскохозяйственного производства. Распределение тепла и влаги способствует организации массового земледелия, а в растениеводстве — выращиванию более широкого набора культур, нежели на переувлажненном западе. Но и здесь на обширных пространствах флювиогляциальных равнин, где господствуют дерново-подзолистые почвы и зандровые песчаные отложения, почвы нуждаются в комплексной мелиорации. На равнинах сохранилось мало лесов, их основные массивы приурочены к склонам гор, и только в восточных районах (в Белоруссии, Латвии) они образуют сплошные лесные насаждения. Общий ассимиляционный потенциал составляет около 38 млн га.

Ландшафты европейских субтропиков по природному потенциалу разительно отличаются. Их тепло-обеспеченность колеблется от 4000 до 6500 °С активных температур, но резко возрастает дефицит увлажнения (до 450—600 мм/год). Длительные засухи летом и обильные дожди зимой — главная характеристика агроклиматических условий в этом регионе Европы, определяющая возможности и специфику сельскохозяйственного производства (в первую очередь необходимость ирригации). Еще одна особенность региона — доминирование горного и возвышенного рельефа, а также ограниченность пахотнопригодных земель. Высокий эрозионный потенциал, ливневый характер выпадения осадков, широкое распространение мергелей и глин, повсеместное сведение лесов даже на горных склонах создают серьезную опасность образования оползней и овражной сети. Ксерофитные леса, кустарники и водоемы, выполняющие в ландшафтах ассимиляционную и средозащитную функции, занимают

всего 27 млн га. Недостаток природно-ресурсного потенциала региона Южной Европы — слабая обеспеченность топливно-энергетическим сырьем.

Хозяйственные подсистемы. Исторически освоение ландшафтов на территории Европы определялось природными условиями и ресурсным потенциалом. Даже в ХХ в., когда многие технологии позволяют преодолевать неблагоприятные природные ситуации и корректировать недостатки ресурсного потенциала, производственная зависимость от качества среды и набора естественных благ остается базовой предпосылкой организации производства. Эта обусловленность отражается в системах использования земель (табл. 1).

В таежных ландшафтах Северной Европы расчетный биопотенциал лесов оценивается в 128,8 млн гга, хотя реальная площадь лесных массивов почти в 2 раза меньше — 60,3 млн га [8]. Высокая продуктивность лесов в этом Европейском регионе объясняется успехами лесной мелиорации и рационально организованным лесным хозяйством. Аналогичная ситуация характеризует категорию пахотных угодий, весьма ограниченных в тайге по площади из-за низкой теп-лообеспеченности, широкого развития болот и неблагоприятного рельефа. В этом регионе площадь пашен составляет всего 5 726 тыс. га, но их биопотенциал оценивается в 14 090 тыс. гга благодаря применению высокотехнологичного сельскохозяйственного производства.

В зоне гумидных и семигумидных широколиственных лесов умеренного пояса Европы (Британские острова, Франция, Германия, Нидерланды, Польша и др.) структура землепользования иная (табл. 1). Мягкий влажный климат и крупные массивы равнинного рельефа наряду с высокой плотностью населения способствовали значительной распаханности земель. Под пашню отведено более 30—35% продуктивных угодий, площадь лугов и пастбищ почти в 2 раза меньше. В этом проявляется особенность, характерная для

Таблица 1

Структура освоения территории в зональных ландшафтах Европы*

Регион Общая площадь, тыс. га Категории использования земель

пашни, тыс. га % луга и пастбища, тыс. га % леса, тыс. га % водоемы, тыс. га %

Тайга Северной Европы 101 971 5726 5,6 666 0,6 60 272 59 9 554 9,3

Гумидные широколиственные леса Западной Европы 147 328 45 168 30,7 33 626 22,8 39 187 26,6 4 524 3,1

Семигумидные широколиственные леса Восточной Европы 96 789 34 118 35,2 13 029 13,5 32 495 33,6 5 358 5,5

Субтропические летнесухие леса Южной Европы 117 977 35 245 30 21 114 17,8 25 325 21,5 2 010 1,7

Европа в целом 569 717 169 403 29,7 84 218 14,8 194 490 34,1 20 314 3,6

* Рассчитано по [3, 5].

индустриального сельскохозяйственного производства: организация высокопродуктивного растениеводства, осваивающего за счет агротехники и агромелиорации не только равнинные, но и возвышенные и холмистые местности, и стойловое содержание скота, базирующееся на полевом кормопроизводстве.

В европейских субтропиках равнин мало. Превалируют холмистые и горные местности с высоким риском развития эрозии, режим увлажнения из-за длительных летних засух неблагоприятен для сельского хозяйства, и все это сказывается на сокращении доли пашни в структуре земельных угодий, появляются крупные массивы плантаций древесных культур и виноградников. В условиях орошения и химической мелиорации биопотенциал пахотных угодий возрастает почти в 2 раза. Одновременно в регионе увеличивается доля пастбищ, но их продуктивность невысока, так как биоценозы представлены жесткими ксерофитными видами трав, полукустарничков и кустарников. Биопотенциал пастбищ снижается до 73%.

Объем техногенных выбросов (в основном СО2) в окружающую среду дифференцируется в зависимости от плотности городских объектов, размещения промышленных предприятий и их отраслевой специфики, сети инфраструктуры. В Северной Европе города и промышленные зоны сконцентрированы в южных районах Швеции и Финляндии, в Норвегии — тяготеют к прибрежным участкам. По данным [7], объем СО2, выбрасываемого в воздух таежных ландшафтов Скандинавии, составляет немного более 120 млн т, или 6% общего объема в зарубежной Европе. В то же время объем выбросов СО2 резко возрастает в странах Западной и Центральной Европы, где города, инфраструктура и промышленные предприятия образуют плотную сеть практически на всей территории. На этот регион приходится почти 1560 млн т, или 79% всех выбросов СО2. В Южной Европе их много меньше: в воздух выбрасывается 300 млн т, или 15% (табл. 2).

Как показывают расчеты, ассимиляционная способность ландшафтов основных зон на территории Ев-

ропы — широколиственных лесов умеренного пояса и ксерофитных лесов субтропиков — не справляется с той нагрузкой, которую оказывают на них хозяйственные и селитебные объекты. Исключение составляет Северная Европа, где ассимиляционная способность таежных ландшафтов пока еще в состоянии нейтрализовать выбросы местных хозяйственных и городских систем, особенно в центральных и северных районах. Однако на остальной территории Европы ассимиляционный потенциал оказывается намного меньше, чем давление на ландшафты выбросов СО2 (табл. 2). Это обстоятельство объясняет остроту проблемы загрязнения воздушной среды во многих городах и районах Западной и в Восточной Европы.

Социальные подсистемы. Но ситуация оказывается еще острее, когда в расчеты вводятся показатели потребления населением продовольствия и материальных ресурсов. Именно эта группа показателей наряду с индикатором выброса СО2 определяет общую величину "давления на землю", т.е. экологический след (ЭС) населения, проживающего в данном ландшафте или регионе. Величина ЭС зависит от числа людей, проживающих в регионе, но в итоге и от того объема продовольствия и прочих материальных ресурсов (энергетических, промышленных, транспортных и т.д.), которое потребляется жителями на данный момент. При оценке ЭС учитываются как биопотенциал ландшафта (т.е. потенциальные возможности ландшафта), так и ассимиляционный (углеродный) след. При этом подсчет ведется по двум индикаторам — ЭС по производству и ЭС по потреблению.

ЭС по производству (ЕБр) определяется по формуле

ЕБр =-р-,

р • УБ • ЕОБ

где Р — общий объем собранной на территории региона продукции

Таблица 2

Объемы выбросов СО2 и потребность в биопродуктивных землях для их нейтрализации на территории Европы, 2008 г.

Регион Выбросы СО2, тыс. т Площадь лесов и водоемов, тыс. га ЭС по выбросам СО2, тыс. гга Резерв/дефицит биопродуктивных земель, тыс. гга

Тайга Северной Европы 126 593 70 982 54 510 +16 472

Гумидные широколиственные леса Западной Европы 1 161757 41 261 761 090 -719 829

Семигумидные широколиственные леса Восточной Европы 350 0831) 38 015 355 100 -317 085

Субтропические летнесухие леса Южной Европы 345 675 27 335 292 310 -264 975

Вся Европа 1 983 508* 214 804 1 463010 -1 285 417

* Без Украины и Белоруссии, по [7, 8].

и эквивалентности для данного типа угодий (в гга) соответственно.

Производственный потенциал геосистемы зависит от экономического развития и специализации хозяйства, организации земельного фонда, применения агромелиоративного комплекса и других факторов.

ЭС по потреблению (EFС) включает не только ЭС по производству, но и ЭС по объемам импортируемых товаров (EFI) за вычетом ЭС по объемам экспорта (EFE). Следовательно, он отражает валовый объем продукции данного вида, потребляемой населением в регионе в текущем году. Формула для расчета приобретает вид:

EFC = EFP + EFI - EFE.

Уровень жизни и потребления населением материальных и энергетических услуг зачастую совершенно несопоставим с биопотенциалом территории. Это особенно характерно для таких экономически и социально развитых стран, как государства Западной Европы, где и величина территории, и ее биопотенциал далеко не обеспечивают существующий высокий уровень потребления (рис. 1). Если перевести ЭС в душевом выражении (в гга/чел) в расчетные величины площади биопродуктивных земель (гга), то для получения необходимого объема продовольствия и прочих материальных затрат при современном уровне их потребления ныне живущему населению европейских стран требуется не 570 млн га, которыми оно располагает, а 2795 млн га, т.е. в 5 раз больше (табл. 3).

Таблица 3

Экологический след по потреблению в регионах Европы*

Регион Общая площадь, тыс. га Потребность в землях согласно ЭС по потреблению, тыс. гга Превышение/дефицит ЭС над реальными земельными ресурсами

тыс. гга гга/чел

Тайга Северной Европы 101971 112 670 -10 699 +0,1

Гумидные широколиственные леса Западной Европы 147 328 1 426 080 -1 278 752 -6,7

Семигумидные широколиственные леса Восточной Европы 96 789 556.560 -459 771 -3,6

Субтропические летнесухие леса Южной Европы 117 977 686 310 -568 333 -3,7

Европа в целом 569 717 2 794 040 -2 224 323 -3,8

* Рассчитано по [6].

Рис. 1. Структура экологического следа в зонах Европы. Рассчитано по [6]

ЕЭ ЭС потребления  ЭС импорта  ЭС экспорта  Баланс ЭС

Рис. 2. Душевой экологический след по потреблению в зональных типах ландшафтов Европы. Рассчитано по [6]

Подобная социальная ситуация разрешается двумя способами: во-первых, применением высокоинтенсивных и высокотехнологичных методов хозяйствования во всех отраслях экономики с целью получения дополнительной необходимой продукции (именно благодаря этому ЭС по производству оказывается почти во всех европейских странах выше биопотенциала) и, во-вторых, за счет огромного потока импорта. В большинстве стран Западной Европы в общей величине национального ЭС по потреблению доля импортируемых товаров и услуг составляет значительную часть. Так, в Германии из 5,08 гга/человек общего ЭС по потреблению доля импорта равна 3,9 гга/чел. (или 77%), во Франции — 5,01 и 3,23 гга/чел. (или 63%) соответственно, в Великобритании — 4,89 и 2,84 гга/чел. (или 58%) и т.д. Аналогичная ситуация сохраняется и в странах Южной Европы: в Италии из 4,99 гга/чел ЭС по потреблению 3,5 гга/чел. приходится на импортируемые товары (или 70%), в Испании — из 5,42 гга/чел. на импорт падает 3,64 гга/чел., или 67%, в Португалии — 4,47 и 4,08 гга/человек соответственно (или 91%) и т.д. (рис. 2).

Заключение. За счет интенсивного торгового ма-териало- и энергообмена на территорию европейских стран поступает огромный поток импортируемых товаров и услуг, но одновременно выводится значительный объем обработанной продукции и отходов. Почти

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Романова Э.П. Экосистемный анализ геоэкологического состояния ландшафтов // Проблемы региональной экологии. 2010. № 6. С. 46—54.

2. Романова Э.П. Геоэкологическая оценка ландшафтов при мелкомасштабных исследованиях // География и

всюду, кроме Северной Европы, баланс ЭС по потреблению, учитывающий объем местного производства, импорта и экспорта, оказывается отрицательным. Это свидетельствует о том, что потенциальные природные ресурсы территории давно исчерпаны, и следовательно, геоэкологическое состояние природно-антропогенных геосистем не может быть признано удовлетворительным.

За последние 30—40 лет население в странах Европейского союза увеличилось всего на 180%, а экономический рост, выраженный через удельные душевые показатели ВВП, вырос на 350%. Экологический след за этот же период увеличился на 260% в расчете на каждого жителя ЕС [6, 12]. По данным на 2009 г., он составил 4,5 гга/человек, что на 60% выше значения мирового экологического следа (2,6 гга/человек). Таким образом, во-первых, объем потребления в Европе увеличивается гораздо быстрее, чем общий рост населения, а во-вторых, происходит это увеличение не благодаря использованию собственных природно-ресурсных возможностей, а за счет других регионов мира. Высокий уровень жизни европейцев поддерживается импортом многих товаров и продовольственного сырья, произведенного за пределами европейской территории, и одновременно экспортом отходов в другие регионы мира.

геоэкология на современном этапе взаимодействия природы и общества. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2009. С. 266—270.

3. Романова Э.П. Современные ландшафты Европы. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1998.

4. Agroecological Atlas of the World, 2000. URL: http:// www.fao.org (дата обращения 15.10.2010).

5. CORINE land cover. EEA, Copenhagen, 2008. URL: www.eea.eu.int (дата обращения 8.09.2010).

6. The Ecological Footprint Atlas 2010. URL: www.Eco-logical Footprint Atlas 2010 (дата обращения 16.04.2011).

7. E-PRTR, The European Pollutant Release and Transfer Register. EEA, Copenhagen, 2009. URL: www.prtr.ec.europa.eu (дата обращения 12.10.2010).

8. FAOSTAT, 2009. URL: www.fao.org (дата обращения 2.09.2010).

9. Guidebook to the National Footprint Accounts 2008. URL: www.footprintnetwork.org (дата обращения 25.11.2010).

10. Millennium Ecosystem Assessment. Ecosystems and Human Well-being: Synthesis. Washington, 2005. URL: http:// www.millenniumassessment.org (дата обращения 11.02.2010).

11. The World Bank: World Development Indicators. 27 September 2010. Gross Domestic Product 2009. URL: http:// gtmarket.ru (дата обращения 15.10.2010).

12. The CIA World Factbook 2010. URL: http://biblioteki. net (дата обращения 18.06.2011).

Поступила в редакцию 21.03.2011

E.P. Romanova

GEOECOLOGICAL STATE OF THE NATURAL-ANTHROPOGENIC SYSTEMS IN EUROPE

The analysis of the geoecological state of the main zonal types of landscapes within the territory of exterior Europe is based on the calculation of biopotential of landscapes, their assimilation potential and the ecological footprint of population in terms of consumption which indicates the pressure over lands. The indicators were calculated in both absolute values of area and specific per capita values using the international procedure of calculating the ecological footprint. Unfavorable geoecological state of natural-anthropogenic systems within main natural zones of Europe was revealed, resulting from the deficit of productive lands which are necessary to satisfy the present-day demand for ecosystem services.

Key words: geoecological analysis, natural-anthropogenic geosystems, ecological footprint.