Хакодате: исторический очерк (с древнейших времен до конца XVIII В. )

А. В. Трёхсвятский,

преподаватель филиала ДВГУ в Хакодате

ХАКОДАТЕ: ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК

С апреля 1994 г. в г.Хакодате действует первое в истории отношений между Россией и Японией российское учебное заведение

— филиал Дальневосточного государственного университета, в котором на двух отделениях обучаются японские студенты по специальности «Регионоведение» со знанием русского языка*(4 года) и по специальности «Русский язык» (2 года). Помимо изучения практического русского языка студенты слушают теоретические курсы (история, литература, экономика, культура, страноведение России и др.). В филиале работает 10 преподавателей — в основном выпускники и преподаватели восточного факультета, а также факультета английской филологии и Русской школы Дальневосточного государственного университета.

В истории города Хакодате, как в зеркале, отразились важнейшие исторические события и процессы, происходившие не только в географических рамках современной Японии, но и в масштабах северо-западной части Тихого океана. Хакодате занимает особое место и в истории российско-японских отношений, является воротами проникновения русской культуры в Японию, о чем напоминают здание православной церкви, русское кладбище, здание российского генконсульства и многое другое. В свое время в городе нашли приют сотни русских эмигрантов, спасавшихся от полыхавшего пожара гражданской войны. Здесь проживают тысячи репатриантов с юга Сахалина и Курильских островов, и это тоже история российско-японских отношений, вернее, их советский отрезок. Немало в городе и уже пожилых японцев, которые полвека назад обучались «коммунистическому отношению к труду» на стройках народного хозяйства Сибири и Дальнего-Востока. Многие видимые и невидимые нити связывают этот продуваемый ветрами город с соседней страной.

Предлагаемый читателям очерк касается «предыстории» города, охватывающей период с древнейших времен до конца XVIII в.

Роль, которую сыграл Хакодате в открытии страны и ее последующих контактах с европейской цивилизацией (во многом ее но-

сителями выступали подданные Российской империи), в значительной степени обусловлена его географическим положением. Город расположен на южном побережье о-ва Хоккайдо, на берегу Сангар-ского пролива, на узком перешейке, соединяющем гору Хакодатея-ма (высота 333 м) с п-овом Осима. Созданная природой с северной стороны перешейка удобная глубоководная гавань и явилась тем фактором, который определил историческое предназначение города не только как главных транспортных ворот Хоккайдо, но и как международного порта наряду с Кобе и Иокогамой во второй половине XIX в.

Со времен палеолита место, на котором расположен город Хакодате, являлось своеобразным «японским Гибралтаром» — транзитным пунктом, через который древние племена следовали с юга на север и в обратном направлении. Известные в настоящее время самые южные на Хоккайдо палеолитические стоянки находятся в нескольких десятках километров от Хакодате, недалеко от города Яку-мо (Товарубэцу и др.). Найденные на этих стоянках каменные орудия однотипны с палеолитическими орудиями Сибири, что свидетельствует об общности исторического процесса на огромных азиатских просторах, тем более, что в то время (20 — 18 тыс. лет назад) острова Японского архипелага были соединены не только между собой, но также через Сахалин и Корейский полуостров— с Азиатским континентом, а Японское море было внутренним1. Климатические изменения в раннем голоцене, в результате которых произошло обособление Японского архипелага от материка и появился Сангарский пролив (примерно 13 тыс. лет назад), способствовали переориентации палеолитических жителей юга Хоккайдо на эксплуатацию морских ресурсов. Это наглядно проявляется на примере мезолитических и неолитических поселений в черте города и его окрестностях. Из них изучено более 100 (!) поселений, относящихся к разным периодам эпохи дзёмон (японский неолит) (от 8 до 2 тыс. лет назад) и дзоку-дзёмон (продолженный дзёмон) (2000 — 1400 лет назад). Основная часть поселений расположена на берегах протекающих в черте города рек Камэда, Акагава, Юнокава, Сиодомари, а также вдоль древней береговой черты моря и сопровождается раковинными кучами. Самое древнее поселение, датируемое 8 тыс. лет, находится в городском районе Сумиёси, у подножия юго-восточного склона горы Хако-датеяма. Характерной особенностью поселения Сумиёси является керамика с орнаментом, полученным путём оттиска раковин. (Кстати,

изготовление керамики— это одна из основных характеристик неолитических культур. В Японии появление керамики относится к культуре, значительно старше дзёмона, и датируется примерно 12 тыс. лет). Существует гипотеза, согласно которой жители поселения

Сумиёси и других поселений юга острова переправились на южный берег Хоккайдо на лодках-долблёнках с севера острова Хонсю (района Тохоку), а восточная часть Хоккайдо была заселена племенами, мигрировавшими на юг с материка, Сахалина и Курильских островов.

В эпоху дзёмон уровень моря был значительно выше, поэтому перешеек, соединяющий Хакодатеяма с берегом, находился под водой и появился только в эпоху позднего дзёмона (примерно 3 тыс. лет назад). Все неолитические поселения располагались на склонах горы Хакодатеяма или вдоль древней береговой линии (в настоящее время возвышенность Камэда). При раскопках Сумиёси наряду с образцами керамики найдено большое количество каменных изделий, идентифицированных сотрудниками городского музея как грузила для сетей В раковинных кучах кроме большого количества раковин много рыбьих костей и костей диких животных (олень, кабан, морской зверь), что дает основание говорить о смешанном типе хозяйства. При раскопках поселения в районе Хиёси вскрыты жилища типа татэ-ана (полуземлянки с углублением от нескольких десятков сантиметров до метра), захоронение с каменными кругами, в котором найдены нефритовые и иные украшения.

Примерно 2 тыс. лет назад на Хонсю получила распространение культура яёй (одна из основных особенностей— рисоводство), а на Хоккайдо— культура дзоку-дзёмон (продолженный дзёмон). На юге она характеризуется керамикой типа «Эсан», отличающейся от керамики дзёмона утонченностью узора. На орудиях из кости появляются резные узоры. На поселениях в Хакодате (например, Нисикикё) обнаружены украшения, типичные для культуры яёй острова Хонсю, что свидетельствует о существовании обменов между культурами.

Культуру продолженного дзёмона примерно 1 400 лет назад сменила культура сацумон, названная так по типу орнамента на керамике, похожего на следы от гребня. В это время на Хонсю наступил поздний этап курганной культуры, шёл процесс образования японской государственности (родо-племенной союз Ямато и др.). Всё более ощутимым становится влияние материальной культуры с Хонсю. На сацумонских поселениях Хакодате (например, в районе ипподрома) обнаружен новый тип жилищ, отличный от полуземлянок дзёмона, по форме — квадрат с закруглёнными углами, с каменным очагом и дымоходом. Обнаружены следы столбов, державших крышу. Поселение датируется началом VIII в. Керамика поселения представляет собой угрублённый вариант керамики северо-востока Хонсю, в связи с чем возникло предположение, что она не привезена с юга, а изготовлена на месте переселенцами с юга.

Вопрос о переселенцах с Хонсю неизбежно влечет за собой следующий: кем были древние жители, жившие на месте Хакодате в эпоху

сацумон? Последующие 800 лет уверенно датируются как период айнской культуры, но в отношении носителей культуры сацумон единой точки зрения пока нет. По мнению Эмори Сусуму из университета Тохоку гакуин, носителями культуры сацумон являлись айны2. Принято считать, что в японских исторических источниках «эдзо» обозначаются айны, но в эпоху династии Ямато (с IV в.) так назывались коренные жители северной и восточной части подвластных династии земель, и само слово в японском чтении (кун) читалось как «эмиси». Нет никаких оснований думать, что оно обозначало только одну народность. Чтение «эдзо» появилось только в конце эпохи Хэйан и теперь уже четко относилось к народности, отличающейся от жителей Хонсю. По одной из версий, слово «эдзо» произошло от самоназвания айнов «эндзю», по-айнски — человек (также «кур»). Существуют различные гипотезы происхождения айнов. Согласно одной из них, в отличие от японцев, которые сложились в результате смешения па-леомонголоидов и неомонголоидов, айны являются палеомонголои-дами, и собственно айнская народность возникла в результате слияния носителей культуры сацумон с носителями охотской культуры3. В летописном своде «Нихонсёки» (720 г.) встречается упоминание об экспедиции в эпоху Ямато в VII в. Абэно Хирафу в земли «Ватарисима-но Эмиси» (народ эмиси, живший через пролив). Там же упоминается о шкурах бурых медведей, а медведи в Японии, как известно, водятся только на Хоккайдо. Ряд ученых полагает, что речь идёт о протоай-нах юга Хоккайдо культуры сацумон. Во времена Ямато о-в Эдзо находился под юрисдикцией провинции Косинокуни, но в эпоху Нара из Косинокуни была выделена провинция Дэванокуни, и Эдзо перешел под ее юрисдикцию.

Примерно 800 лет назад в истории Хакодате начинается эпоха айнской культуры, длившаяся до массового переселения японцев с Хонсю и оттеснения айнов дальше на север, а затем и установления полного господства над ними. Интересно, что и название города — Хакодате — имеет айнские корни. Гора Хакодатеяма называлась по-айнски «Хаккотаппу» (красивая маленькая гора). По другой версии город назван так из-за крепости, имевшей форму ящика и построенной в XV в. переправившимся на Хоккайдо японским феодалом Ма-самити Коно. Хако по-японски — ящик, татэ — маленькая крепость, форт4. Вполне возможно, что, как и в других местах на Хоккайдо, айнское название «Хаккотаппу» было слегка японизировано, и к нему были подобраны японские иероглифы. Вдобавок песчаные дюны к востоку от подножия горы Хакодатеяма назывались по-айнски «Хаха-отатэссю» (место, в котором

остановились принесенные пески).

Существует множество легенд, повествующих о прибытии на землю айнов потерпевших поражение в борьбе за власть феодалов,

буддистских проповедников уже в XII в. Например, якобы погибший в 1189 г. Минамото-но Ёсицунэ спасся бегством на Эдзо5. Оставив в стороне легенды о чудесном спасении известных исторических деятелей (кстати, популярные и в нашей отечественной истории), можем с очень большой степенью уверенности допустить наличие активных контактов на низовом уровне (беглые самураи, торговцы, искатели приключений), тем более, что течения в Сангарском проливе благоприятствуют переправе с Хонсю (п-ов Симокита)*в Хакодате. Историческая хроника «Адзумакагами» феодального правительства Камаку-ра свидетельствует, что в 1216 г. на остров было сослано примерно 50 морских разбойников, а в 1235 г.— собранные со Ёсего района Канто преступники, промышлявшие ночными грабежами6. Позднее потомков японцев, переправившихся, осевших на Хоккайдо и смешавшихся с айнами, стали называть «ватарито» (бродяги, перекати-поле). В хронике одного из синтоистских храмов префектуры Нагано содержится упоминание о трех народах, живущих на северных островах: «хи-но мото», «карако», «ватарито». Под «хи-но мото» (дословно «восходящее солнце») предполагаются курильские айны, так как по-айнски Курильские острова называются «Чюпка», т.е. «место, где восходит солнце». «Карако»— сахалинские айны, а «ватарито» — айны юга Хоккайдо. В хронике отмечается, что «хи-но мото» и «карако» говорят на непонятном языке, а «ватарито» внешне очень похожи на японцев и говорят на языке, который в основном понятен. В то время поселение на месте нынешнего Хакодате по-айнски называлось «Усо-рикэси» (позднее Усукэси), а поселение на месте нынешнего Мацу-маэ — «Матомайну». Жители этих мест поддерживали активную торговлю с севером Хонсю7.

В эпоху Южной и Северной династий в XIV в. наряду с «ватарито» в Хакодате стали селиться «чистокровные» японцы, довольно высоко стоящие на иерархической лестнице, о чем свидетельствуют каменные обелиски с летосчислением Северной династии, что характерно и для района Цугару на Хонсю (известный обелиск Дзёдзи датирован 1367 г.), а также гонги в некоторых храмах. Так, гонг в синтоистском храме Хатиман района Исидзаки датирован 1439 г. и найден в том же культурном слое, что и каменный обелиск, подписанный фамилией Тайра (в Цугару существовал феодальный клан с такой фамилией), а также мечи и другие предметы, явно принадлежащие представителю феодального сословия. В тот же исторический период в Хакодате стали заходить суда торговцев, которые закупали здесь комбу (морская капуста ламинария) и поставляли ее во многие города Японии. На берегу были построены торговые фактории. Восточная часть перешейка в то время называлась Уга, и комбу из Хакодате стала известна по всей Японии

как «комбу из Уга», а само слово «Уга» стало обозначать эту местность.

С течением времени поток феодалов, переселявшихся с Хонсю на Хоккайдо, возрастал. В эпоху Муромати (XV в.) на южном побережье Хоккайдо уже насчитывалось примерно 12 феодальных замков (укрепленных усадеб) (по-японски татэ, тати, яката). Среди них— и замок Хакотате, владельцем которого был Коно Масамити. Существует много различных дат возможного прибытия Коно в Усукэси (Хакодате), в любом случае это было в раннем Муромати. Согласно «Хронике земель Эдзо» (Эдзо дзицути кэнкороку), при строительстве замка в земле был обнаружен ящик с железными изделиями; оттуда якобы и пошло название замка, а затем и всего города. Замок сначала назывался Хакотате, затем благодаря озвончению «т» на «д» появился Хакодате. Замок стоял на том месте, где сейчас находится Дом общественных собраний.

Весьма любопытна находка клада монет в 3 глиняных сосудах в 1962 г. в районе Синори при ведении дорожных работ. Сосуды относятся к периоду раннего Муромати (начало XV в.). В них хранилось 374 436 монет! Это самый крупный клад мелких монет из когда-либо обнаруженных в Японии. Но самое удивительное, что время выпуска монет варьируется от 175 г. до н.э. (Ханьская династия) до 1368 г. (династия Минь). Японских монет в кладе всего 15. Остальные— китайские. По стоимости клад равнялся 55 т риса (в ценах на Хонсю того времени). Тот факт, что в кладе содержатся именно китайские монеты, неудивителен, так как в средние века (вплоть до эпохи Эдо) в Японии не выпускались в обращение мелкие монеты, и их полностью заменили китайские. Интересно другое: в кладе отсутствуют монеты «Эйраку цухо» династии Минь 1411 г. изготовления, которые поступили в Японию к середине века. Следовательно, клад был заложен не позднее середины XV в., когда в Хакодате и окрестностях бушевал пожар айнского восстания под руководством Косямаина. Есть предположение, что клад из Синори — это коллективный клад жителей уничтоженного айнами в ходе восстания поселения, которые так и не смогли им воспользоваться. Обнаруженный клад подтверждает наличие товарно-денежных отношений между торговцами с Хонсю и японскими жителями Хакодате и между самими жителями города, в то время как торговые отношения с местным айнским населением сводились к натуральному обмену. О зависимости айнов от подобного обмена говорит хотя бы тот факт, что с XII в., когда начинается период айнской культуры, идет исчезновение местной керамики и замена ее на железные котлы и т.д., получаемые в результате меновой торговли. Вместе с тем усиление процесса колонизации п-ова Осима и всего юга Хоккайдо неизбежно привело к росту напряжен-

ности между японцами и айнами, которая проявилась в форме крупномасштабного восстания.

Поводом для восстания, оставшегося в японской истории под названием «Бунт Косямаина», послужило убийство в 1456 г. кузнецом селения Синори айна (поссорились из-за цены низкого качества ножа, которым айн и был убит). Восстание началось весной 1457 г. и охватило всех айнов юга Хоккайдо, участвовавших в меновой торговле с японцами. Это был первый межнациональный конфликт между «сямо» (японцами) и айнами, в котором нашло выражение стихийное недовольство и обида айнов на обман и несправедливости со стороны японцев. Были атакованы и уничтожены практически все крепости японцев южного берега Хоккайдо, включая и крепость Хакодате Коно Масамити. Устояли только две крепости: Мобэцутатэ (западная часть Хакодатского залива) и Ханасавататэ (побережье Японского моря, район Ками-но куни). Итоговое сражение между айнами, руководимыми Косямаином, и японским отрядом во главе с Такэдой Нобухиро из крепости Ханасава произошло на побережье Нанаэхама, недалеко от Хакодате. В сражении погибли сам Косямаин и его сын. После этого восстание пошло на убыль.

Меньшее по масштабам айнское восстание произошло в 1512 г., когда восставшие захватили и уничтожили крепости Усукэси (Хакодате), Синори и Ёкурамаэ. В результате первого восстания погибли практически все феодалы — владельцы крепостей, включая Коно Масамити, и произошло возвышение клана Такэда, потомки которого составили феодальный клан Мацумаэ. Существуют гипотезы, по которым именно Такэда Нобухиро инспирировал восстание айнов, чтобы их руками сокрушить конкурентов-феодалов и занять лидирующие позиции8. Так или иначе, Такэда Нобухиро стал Токугавой Иэясу в хоккайдском исполнении, объединив под своей властью всех японцев Хоккайдо.

Волнения айнов продолжались до 1525 г.; цветущий и оживленный Хакодате и окрестные населенные пункты были полностью уничтожены, а оставшееся в живых население спаслось бегством в сторону Мацумаэ и Ками-но куни, куда сместился форпост японцев на Хоккайдо. На долгие годы восточная часть юга Хоккайдо была оставлена японцами. Хакодате представлял собой город-призрак. Исключение составляла небольшая айнская крепость у юговосточного склона горы Хакодатеяма, где периодически пребывал старейшина.

Новая страница в истории Хакодате была открыта в 1580— 1590 гг., когда после заключения мира с айнами в эти места стали возвращаться японцы. Строго говоря, поселенцы вернулись не в город, а построили новое поселение Камэда у основания пере-

шейка (сейчас это район города Камэда-тё, неподалеку от парка Горёкаку). Выбор места был во многом обусловлен наличием реки Камэда, впадавшей в Хакодатский залив (сейчас она по искусственному руслу течет в Сангарский пролив), что способствовало ведению сельского хозяйства на окрестных землях. Именно в Камэда был открыт таможенно-пограничный пункт Камэда (Камэда бансё) клана Мацумаэ.

Безраздельное господство клана Мацумаэ на Хоккайдо было официально закреплено сначала в документе от Тоётоми Хидэёси в 1598 г. и подтверждено в документе от Токугава Иэясу 1604 г. Как отклик на многолетнюю борьбу айнов с пришельцами можно рассматривать установление четкой границы между районами, населенными японцами, и айнской территорией. Японская зона ограничивалась на западе селением Кумаиси (район Хияма), а на востоке— селением Камэда (Хакодате). Японская зона стала называться «Мацумаэти» (земля Мацумаэ) или «сямоти» (земля японцев). Клан превратил земли айнов в место ведения монопольного товарообмена главы клана и высших вассалов. В качестве вознаграждения за службу клан раздавал вассалам право на ведение меновой торговли (факторное кормление) с айнами (акинайба), а также рыбалки (сакаба) и места для соколиной охоты (такаба). Проникновение простых японцев на айнскую территорию строго запрещалось. Для контроля за въездом на Хоккайдо были установлены два таможенно-пограничных пункта: в Камэда (Камэда бансё)— на востоке и в Кумаиси — на западе.

Наряду с этим в японских поселениях была учреждена система местного административного управления (бугё), в принудительном порядке установленная после утверждения власти токугавского баку-фу по всей стране. Фундаментом этой системы являлись знаменитые «пятидворки» (гонингуми) — коллективная ответственность и

доносительство, особенно по части скрывающихся христиан и прочих преступников. В общем, эпоха Эдо достигла и Хоккайдо. Любопытный документ был отправлен из Мацумаэ в Камэда в 1691 г. В нем кратко сформулированы задачи местной администрации:

— Предотвращать неправомерные действия японцев в отноше нии айнов. Сообщать в Мацумаэ о появлении у берегов Эдзо «нусу-мигайсэн» (судов «левых» торговцев).

— Справедливо рассматривать жалобы и информировать о них Мацумаэ, в затруднительных ситуациях — ожидать указаний из Мацу маэ. При вынесении приговора на изгнание из местной общины со ветоваться с руководством общины.

— Ужесточить розыск христиан, четко разъяснить это руководи телям «пятидворок» и старостам.

— Строго преследовать азартные игры, вести дознание воров и прочих преступников, сообщать о них в общины.

— Оказывать помощь терпящим бедствие на море судам из дру гих провинций, снабжать продовольствием членов экипажей и пре провождать их в Мацумаэ.

— Останавливать суда из других провинций, приблизившиеся к «капустным» местам (ламинария), сразу же сообщать о них в Ма цумаэ.

— Пресекать выход в море без разрешения местной админист рации. Следить за тем, чтобы вернувшиеся с моря суда сдавали мар ки (киттэ) в администрацию Оки-но кути.

— Запретить перевозить грузы с Юраппу (нынешний Якумо), Осяманбэ как морем, так и сушей.

— Изгонять выходцев из других провинций, поселившихся без разрешения администрации и старосты. Сообщать в администрацию о подозрительных выходцах из других провинций.

— Запретить задержку в уплате налогов. Освобождать от уплаты налогов новые семьи только на 5 лет.

— Запретить переселение крестьян в другие деревни, следить, чтобы не прерывалось наследование их хозяйств.

— Запретить сбор морской капусты комбу в сроки, кроме ука занных. Заставлять людей по окончании полевых работ находиться по месту жительства. Поля, не обрабатываемые 5 лет, передавать новым семьям.

— Экономно относиться к продуктам питания и одежде.

— Заставлять приезжих из других провинций возвращаться на родину через Мацумаэ; хорошо проверять местных жителей, собира1 ющихся в гости к родственникам и т.д. в другие провинции.

— В декабре каждого года проверять наличие торговцев, ру дознатцев, путешественников, брать с каждого судна налог в 50 сэн. Сбившиеся с курса суда заставлять как можно быстрее отбы вать домой9.

Из памятки, носящей запретительно-регламентирующий

характер, видно, что наряду со строгим ограничением въезда на

Хоккайдо из других провинций, а также контактов с айнским

населением в целях обеспечения монополии клана на торговлю с айнами властители Мацумаэ также ревностно защищали

экономическую основу жизни княжества — морскую капусту комбу. Интересно, что уже в 30-е годы XVIII в. пункт о сроках сбора комбу исчезает. Видимо, за несколько десятков лет данное ограничение стало нормой жизни, и сборщики комбу уже не нуждались в напоминаниях.

Четко прослеживается политика стимулирования сельского хозяйства, чтобы снизить зависимость от завоза продовольствия с Хон-

сю. Примерно к 1692 г. относится первая попытка возделывания риса на Хоккайдо (в районе Камэды). Тем не менее со второй половины XVII в. и далее именно морская капуста комбу становится основой экономики и залогом процветания района Хакодате. Именно комбу является стимулом к возрождению города Хакодате через столетие после восстания Косямаина. Выбор Камэда, с точки зрения сельского хозяйства, был хорош, так как рядом протекала река Камэда, но из-за этого часть залива Хакодате рядом с устьем реки Камэда постоянно мелела и не подходила в качестве порта. По этой причине основная часть судов становилась на якорную стоянку ближе к западному склону горы Хакодатеяма, куда постепенно из Камэда потянулись и люди. Вслед за ними в Хакодате переехали буддийские и синтоистские храмы. И наконец, как признание статуса возрожденного Хакодате в 1741 г. таможенно-пограничный пункт Камэда был перенесен в Хакодате (с прежним названием Камэда бансё).

По переписи 1785 г. в Хакодате насчитывалось 450 дворов, в то время как в Камэда — всего 20. В сезон сбора комбу в Хакодате собирались сборщики из Мацумаэ, Эсаси и других мест юга Хоккайдо. Клан Мацумаэ собирал налог в виде сушеной комбу. Кроме комбу жители Хакодате занимались рыбным промыслом (зимняя сельдь, треска, иваси, морские ракушки и др.). Ежегодно в порт заходило до 200 судов водоизмещением от 30 до 800 коку в основном из Осаки и Симоносеки. Комбу поставлялась в Осаку и Нагасаки, откуда часть ее экспортировалась в Китай.

Новая страница в истории города начинается с 1799 г., когда бакуфу на 23 года взяло Хоккайдо под непосредственное управление. Первые 9 из 23 лет под управлением бакуфу находился только Восточный Хоккайдо (тихоокеанское побережье), а Хакодате играл роль его центра. В последующие годы под непосредственное управление попал весь остров, и центр сместился в Фукуяму (Мацумаэ), но Хакодате остался центром Восточного Хоккайдо. Причиной нового отношения центрального правительства к Эдзо является изменение внешнеполитической обстановки вокруг острова

— продвижение русских на юг по Курильским островам и появление российских судов непосредственно у японских берегов. Впервые российские моряки достигли берегов Японии (о-в Хонсю) в 1739 г. (экспедиция М.П. Шпан-берга и В.Вальтона10).

Клан Мацумаэ впервые получил сведения о появлении русских на Северных Курилах от айнских старейшин островов Итуруп и Куна-шир в 1759 г. Так как русские носили красные одежды, их назвали «акаэдзо» или «акахито» (красные люди). Появление русских на Хоккайдо было зафиксировано в 1778 г. в районе мыса Ноккамаппу (восточнее нынешнего Нэмуро). В японских источниках отмечено имя ру-

ководителя этой экспедиции — Иван Очередин11. (Согласно

российским источникам, экспедиция проводилась по указанию главного командира Камчатки премьер-майора К.М.Бема; руководителем был Ша-балин, И.Очередин выполнял обязанности переводчика)12. В ходе переговоров российская сторона предлагала установить торговые отношения. Представители Мацумаэ обещали дать ответ на встрече в районе Итурупа, которую предлагалось провести на следующий год. Летом следующего года судно с представителями княжества из-за неблагоприятных погодных условий долгое время не могло выйти в море, и не дождавшиеся японцев российские представители снова появились в районе Нэмуро. На этот раз переговоры начались с того, что японская сторона вернула все подарки, полученные от русских в предыдущем году и категорически настаивала на невозможности торговли, так как «в Японии запрещено вести торговлю с иностранцами за исключением Нагасаки». Российской стороне было предложено покинуть японские воды и никогда впредь не приближаться к японским берегам. Любопытно, что клан Мацумаэ утаил от бакуфу факт прибытия русских в Эдзоти и ведение с ними переговоров. Бакуфу стало известно о появлении русских в окрестностях Эдзо только в 1785 г., когда на Хоккайдо и Южные Курилы по указанию бакуфу была отправлена экспедиция.

Наряду с появлением русских на Курильских островах и их стремлением к установлению торговых отношений с Японией была еще немаловажная причина, повлиявшая на решение бакуфу ввести непосредственное управление Восточным Эдзоти — восстание айнов Кунашира и противоположного берега Хоккайдо — района Мэ-наси в мае 1789 г. В ходе восстания был убит 71 японец и атакованы фактории и торговые суда. В отличие от предыдущих это восстание айнов было подавлено при помощи айнской верхушки, которая выдала японскому карательному отряду 37 участников восстания, позднее казненных в Ноккамаппу. Кунаширско — Мэнасское восстание стало последним выступлением айнов против клана Мацумаэ и японцев13.

Повторно русские появились у берегов Хоккайдо через 3 года после подавления выступления айнов, в октябре 1792 г. На транспорте «Екатерина» находилась миссия Адама Лаксмана. В истории российско-японских отношений миссия Лаксмана во многом является отправной точкой — впервые российские посланники были уполномочены вести переговоры на самом высоком уровне (в соответствии с указом Екатерины Второй «Об установлении торговых отношений с Японией» миссия направлялась от имени иркутского генерал-губернатора И.А.Пиля); впервые переговоры велись на уровне бакуфу, а не регионального клана Мацумаэ.

Пребывание российской миссии в Японии и ход переговоров с бакуфу достаточно подробно описаны как в российской, так и в японской исторической литературе. Для нас наибольший интерес представляет приход «Екатерины» в порт Хакодате, так как это первое посещение россиянами города. Заход в Хакодате не планировался японской стороной. На переговорах в Немуро представители бакуфу настаивали на сухопутном маршруте из Нэмуро в Фукуяму (Мацу-маэ), но в силу непреклонной позиции Лаксмана был выбран компромиссный вариант — морем до селения Савара (южное побережье залива Утиура), а затем сушей в Мацумаэ.

В тумане японское судно, на котором находились представители бакуфу, и «Екатерина» потеряли друг друга; японцы прибыли в Савару в конце мая, а «Екатерина» появилась в совершенно другом месте — 8 июня она зашла в Хакодате, т.е. россиянам понадобилось около 2 недель, чтобы достичь юга острова и обогнуть мыс Эсан. Лаксман подобную ситуацию объяснил неблагоприятным направлением ветров и неумением лоцмана.

Так или иначе, 8 июня 1793 г. впервые в истории Хакодате в порт зашло иностранное судно. В момент захода судна в порт в городе случился большой переполох. На все время нахождения «Екатерины» в порту было введено строгое ограничение на использование жителями огня; было запрещено громко разговаривать; проводилось усиленное ночное патрулирование улиц. В соответствии с указанием бакуфу о почтительном обращении с русскими Лаксман был поселен в доме именитого торговца Сиратори; на воротах дома была прикреплена табличка «Росиа ясики» (Русская усадьба). 17 июня для проведения переговоров 11 чел. во главе с Лаксманом (на «Екатерине» оставалось 30 членов экипажа) в сопровождении представителей княжества Мацумаэ и под усиленной охраной (в целом отряд насчитывал не менее 700 чел.— невиданное в тех местах зрелище) направились в сторону Фукуямы. На путешествие понадобилось целых 3 дня.

При переговорах, которые длились до 30 июня, Лаксману не удалось добиться от представителей бакуфу согласия на установление торговых отношений (да по-иному в той ситуации и быть не могло), • но неудачной его миссию назвать нельзя. Было получено разрешение на посещение российским судном Нагасаки (оно было использовано Резановым через 10 лет). Японской стороне были переданы Кодаю и Исокити (оба потерпевших кораблекрушение японца через много лет смогли вернуться на родину). Во время экспедиции было собрано большое количество сведений о Японии. 4 июля Лаксман вернулся в Хакодате, и начались приготовления к отплытию, затянувшиеся до 16 августа, так как не было попутного югозападного ветра.

Японцев не радовала перспектива длительной стоянки судна в Хакодате (приближался сезон тайфунов); жители города испытали огромное облегчение, когда 16 августа подул долгожданный югозападный ветер; в 10 утра «Екатерина» снялась с якоря и покинула порт, взяв курс на север. Сохранились свидетельства, что после того как русские покинули порт, жители города проводили обряд «великого очищения». Так завершилась первая встреча хакодатцев не только с посланцами России, но и с иностранцами вообще.

В 1796 и 1797 гг. было зафиксировано появление английского судна под командованием У. Бротона в заливе Утиура (у селения Абута). Интересно, что, когда на судно прибыли чиновники из Мацумаэ, они не могли понять национальную принадлежность судна, хотя англичане и показывали карту мира и флаги разных стран. Спасло положение то, что среди членов экипажа оказался русский моряк, а один из японских чиновников запомнил немного русских слов еще во время пребывания в Мацумаэ миссии Лаксмана и смог понять объяснения русского. Встревоженное подобными сообщениями с севера бакуфу направляет в 1798 г. на Хоккайдо и Южные Курилы трех чиновников для прояснения обстановки. Известен эпизод, связанный с установкой одним из членов этой группы (Кондо Дзюдзо) пограничного столба на о-ве Итуруп с надписью «Дайнип-пон Эторофу» (Великая Япония Итуруп). В докладе, подготовленном группой, сообщалось о неспособности княжества Мацумаэ организовать защиту Японии с севера. В декабре 1798 г. секретарь кабинета Мацудайра Тадааки назначается ответственным за Эдзо (Эдзоти торисимари гоё гакари; через некоторое время количество ответственных возросло до 5 чел.), а с января земли Восточного Хоккайдо (включая Южные Курилы) передаются от Мацумаэ в прямое управление бакуфу. С приездом Мацудайра Тадааки на Хоккайдо и в Хакодате связана активизация процесса освоения острова: прокладываются дороги, налаживаются перевозки гужевым транспортом, строятся лечебницы. Мацудайра дает указание на «акклиматизацию» (ассимиляцию) айнов. В Хакодате располагается администрация новой территориальной структуры (Хакодате бугё), и город становится столицей Эдзо. Начинается новый этап в развитии Хакодате.

Именно с этим периодом в жизни Хакодате связана деятельность Такадая Кахэй, пожалуй, самого знаменитого в истории города предпринимателя, оставившего значительный след не только в экономической жизни города, но и в истории российско-японских отношений, но это тема уже другого очерка.

Таким образом, к концу XVIII в. город становится не только важным экономическим, но и политическим центром Хоккайдо, призван-

ным сыграть значительную роль в освоении острова. В XIX в. городу предстоит пережить многие из тех событий, которые сформируют его исторический облик. Но город живет не только своей богатой историей. Являясь третьим после Саппоро и Асахикавы городом Хоккайдо, Хакодате устремлен в наступающий век.

ПРИМЕЧАНИЯ

' Судо Рюсэн. Хакодатэ-но сэннэн (1000 лет Хакодате). Токио, 1982. С. 15.

2 Иноуэ К. Из истории айнского народа // Дальний Восток России в контексте мировой истории: от прошлого к будущему. Владивосток, 1997. С.298.

3 Эмори Сусуму. Айны: прошлое и настоящее: (Доклад на междунар. конф.

(июнь 1996 г., Владивосток), посвященной 25-летию Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока. Владивосток, 1996.

4 Хоккайдо: история и современность: Справочник. Владивосток, 1992. С. 189.

5 Судо Рюсэн. Указ. соч. С.26.

" Там же. С.27.

7 Там же. С.40.

8 Хакодатэсиси (История города Хакодате). Хакодате, 1977. Т.1. С.345.

' Накамура С. Нихондзин то росиадзин (Японцы и русские). Токио, 1978. С.36—

41.

10 Хакодатэсиси. Т.1. С.383.

11 История Дальнего Востока СССР в эпоху феодализма и капитализма. М.: Наука, 1991. С. 101.

12 Эмори Сусуму. Указ. соч.

13 Хакодатэсиси. Т. 1. С.397.

Anatoly V. Tryokhsvyatsky Hakodate: Historic Study

The paper investigates 'prehistory' of the town of Hakodate from the ancient times to the end of the XVIII-th century. The emphasis is laid on the southern part of Hokkaido island which was first populated by ainu people and then by Japanese many years afterwards. The author shows their relations within a long period of history and strengthening of the Japanese clan Mat-sumae on the territory of the present-day Hakodate.

The author also describes the first Russian people who came ashore Hokkaido island and particularly in the town of Hakodate, came in contact with Japanese people and held first official negotiations.