В рамках обсуждения проекта антикоррупционной стратегии Республики Казахстан до 2025 года: собственные рассуждения

Игембаев Дархан Жумабаевич,

заместитель директора Института законодательства РК кандидат юридических наук

В РАМКАХ ОБСУЖДЕНИЯ ПРОЕКТА АНТИКОРРУПЦИОННОЙ СТРАТЕГИИ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН ДО 2025 ГОДА: СОБСТВЕННЫЕ РАССУЖДЕНИЯ

15 апреля 2014 года на официальном сайте Агентства Республики Казахстан по борьбе с экономической и коррупционной преступность (финансовой полиции) размещен проект новой Антикоррупционной стратегии Республики Казахстан до 2025 года.

За несколько дней, что прошли с момента освещения проекта указанного документа, граждане нашей страны, что называется, «засучив рукава» приступили к обсуждению проекта Стратегии, а некоторые депутаты Мажилиса Парламента выразили свои мнения относительно ее отдельных положений.

Вооружившись активной гражданской позицией, считаю необходимым

включиться в процесс обсуждения проекта Антикоррупционной стратегии и выразить свои мысли и рассуждения на эту тему.

Как и следовало ожидать, проект Стратегии в достаточной степени структурирован, состоит из трех глав, каждая из которых взаимоувязана между собой смысловым содержанием.

Во введении авторы ненавязчиво окунают читателя в ракурс недавнего прошлого антикоррупционной политики Республики Казахстан, одновременно выдвигая новые задачи в сфере противодействия коррупции и обозначая формы реализации антикоррупционной стратегии.

Отмечая основные направления повышения эффективности противодействия коррупции, разработчики акцентируют внимание на вопросах имплементации норм международно-правовых актов в сфере противодействия коррупции в национальной законодательство.

В первую очередь имеются в виду нормы Конвенции ООН против коррупции, ратифицированной Республикой Казахстан в мае 2008 года. Как справедливо отмечено

в проекте Стратегии, еще не все положения данной Конвенции нашли отражение в нормах УК и других законодательных актов. Эту работу и предстоит проделать в рамках анализируемой Стратегии.

Также обращается внимание на необходимость ратификации других международных актов против коррупции, в том числе Конвенций Совета Европы об уголовной и гражданско-правовой ответственности за коррупцию.

Кроме того, заслуживает одобрения адекватное восприятие разработчиками вопросов выполнения рекомендаций международных организаций, специализирующихся в сфере противодействия коррупции.

Направлению создания атмосферы нетерпимости к коррупции определяется отдельный раздел, где освещены основные проблемы профилактики и предупреждения проявлений коррупции.

Тут же обозначены конкретные социальные группы, в отношении которых проведение пропагандистской работы в ракурсе воспитания «нулевой» терпимости к коррупции будет особенно ценным.

Разработчиками определяются превентивные ориентиры: демонстрация видео/аудио-роликов, информирование общества через печатные, электронные СМИ и телеканалы, публичное размещение информации о конфискованном у коррупционера имуществе, увеличение размеров поощрения, выплачиваемых «разоблачителям», публичное раскаяние для целей УДО, введение института провокации взятки, создание в госорганах подразделений по профилактике коррупции и др.

Повсеместному внедрению принципа прозрачности также отводится отдельный раздел. Позитивно оценивая вступление нашей

страны в число последователей Инициативы прозрачности добывающих отраслей (ИПДО), о чем, я думаю, многие граждане, включая меня, до ознакомления со Стратегией не были осведомлены, разработчики акцентируют внимание на необходимости продолжения заданного курса на прозрачность. В этой связи вполне справедливо отмечена необходимость работы по вступлению к Инициативе прозрачности строительных отраслей (ИПСО). Для нашей страны, по нашему мнению, это особо актуально. По крайней мере, для граждан и общества.

Проблема офшоризации капитала, отмечаемая в проекте Стратегии, приобретает особую актуальность в связи с призывом Президента Республики Казахстан Н.А. Назарбаева к возврату активов обратно в страну и проведению соответствующей амнистии.

Положение о необходимости введения налогового контроля на предмет соответствия официальных доходов и расходов чиновников и членов их семей, также гармонично вписывается в намерения Правительства страны поэтапно внедрить институт декларирования расходов госслужащих с 2015 года и всего населения с 2017 года.

В следующем разделе проекта стратегии анализируется феномен «теневой» экономики, проблемы ее формирования и влияния на уровень коррупции в стране.

При этом противодействие «теневой» экономике обозначается в качестве одного из главных постулатов антикоррупционной политики государства.

В качестве основных направлений противодействия проектом Стратегии предусматривается комплекс мер, среди которых: интегрирование баз данных госорганов, госпредприятий и частного бизнеса с информационно-коммуникационными

сетями АБЭКП; сокращение наличного оборота; сохранение баланса между упрощением регистрации юридических лиц и соответствующим контролем; налаживание информационного обмена между уполномоченными органами и БВУ; противодействие ложному и преднамеренному банкротству, налоговым преступлениям, незаконному возмещению НДС, незаконному обороту нефти и ее производных, алкогольной продукции, незаконному игорному бизнесу, преступлениям в сфере ВЭД; контроль и подотчетность госсредств; совершенствование

процедур госзакупок; прозрачность освоения бюджетных средств и др.

В заключение разработчики вновь отмечают конечную цель Стратегии и антикоррупционной политики в целом - «нулевая» терпимость к коррупции в обществе.

Вместе с тем, не принижая роли авторов проекта Антикоррупционной стратегии, считаю необходимым остановиться на следующем.

1. В проекте Стратегии отсутствует анализ правоприменительной практики борьбы с коррупцией. Полагаю необходимым приведение статистики и динамики не только коррупционной преступности, но и административной и дисциплинарной практики в данной области. Это позволит населению и обществу увидеть реальную обстановку и осознать всю опасность коррупционной «эпидемии».

В ходе анализа должны быть представлены сферы, наиболее подверженные коррупции у нас в стране. На основе этих данных в Стратегии необходимо определить конкретные пути и направления не только борьбы с коррупцией, но и противодействия данному явлению.

2. Далее считаю правильным отметить о достигнутых успехах антикоррупционной политики. Здесь имеется в виду не только совершенствование законодательства, но и принятые и принимаемые меры организационно-практического характера. К примеру, осветить все три этапа по сокращению и оптимизации разрешительных процедур, переводу некоторых из них на уведомительный порядок и даже исключение.

Также следует упомянуть о проекте Закона «О разрешениях и уведомлениях», находящемся в настоящее время на рассмотрении Мажилиса Парламента.

Необходимость такого подхода выражается тем, что население и общество должны видеть и осознавать проделанную работу в сфере противодействия коррупции. Чтоб народ не думал, что государство по сегодняшний день не занималось данной проблемой. Государство занималось. И занималось системно, на программной основе. Есть результаты. И их надо показать. Показать рейтинги международных организаций и динамику позиций нашей страны за последние 5-10 лет. Народ обо всем этом должен знать.

3. Считаю, что «красной линией» всю Стратегию должен пронизывать очень важный посыл, если хотите, даже установка - коррупция должна стать ущербным явлением, невыгодным

до такой степени, что всякий здравомыслящий человек не будет ее воспринимать даже на уровне мыслительного процесса! Вот это действительно важно. Сегодня коррупция в большинстве своем латентна. Почему? Потому что она выгодна. Сегодня заниматься коррупцией чрезвычайно выгодно обеим сторонам: и подкупателю и подкупаемому, цинично продающему свои полномочия!

4. Проектом Стратегии предусмотрено введение института «презумпции

коррумпированности». При этом введение данной новеллы позиционируется в качестве «одного из краеугольных камней повышения эффективности противодействия коррупции».

Отдавая должное разработчикам в их желании повысить эффективность борьбы с коррупцией, все же считаю введение подобного института нецелесообразным по следующим основаниям.

Из отдельных положений пункта 3 статьи 77 Конституции Республики Казахстан следует, что: лицо считается невиновным в совершении преступления, пока его виновность не будет признана вступившим в законную силу приговором суда; обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность; никто не обязан давать показания против самого себя, супруга (супруги) и близких родственников; любые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого; никто не может быть осужден лишь на основе его собственного признания.

Этими основополагающими принципами Основного закона страны, являющимися общими и едиными для всех судов и судей, должен руководствоваться судья при применении закона.

Любые новеллы, влекущие нарушение указанных принципов Конституции, в какой бы форме они не выражались и какие бы цели они не преследовали, недопустимы.

Также принцип презумпции невиновности, гласящий, что никто не обязан доказывать свою невиновность, является базовым принципом уголовного процесса, основанного на Уголовно-процессуальном законе государства.

Более того, в рамках проекта УПК в новой редакции, одобренного Мажилисом Парламента во втором чтении, данный принцип значительно усовершенствован путем расширения сферы его действия. Согласно данным поправкам, после вступления в действие УПК в новой редакции, неустранимые сомнения в виновности будут толковаться не только в пользу обвиняемого, но и в пользу подозреваемого и подсудимого.

В этой связи убежден, что позиционируемый

в проекте Стратегии принцип «презумпции коррумпированности» не имеет права на существование в условиях правовой системы Казахстана.

5. По поводу возложения специальных обязанностей на граждан, за невыполнение которых наступает ответственность, вплоть до уголовной.

Здесь разработчики Стратегии, по сути, выдвигают два предложения:

- законодательное возложение специальных обязанностей на граждан сообщать (доносить) в правоохранительные органы информацию о готовящемся или совершенном коррупционном преступлении и имуществе (активах), добытом в результате совершения данных деяний;

- установление ответственности за неисполнение указанных обязанностей, в том числе уголовной (думаю, скорее всего, авторы имели в виду именно уголовную ответственность).

Необходимо отметить, что закрепление обязанностей либо запретов без установления ответственности за их нарушение, довольно-таки распространенная практика национального законодательства. К примеру, подпункт 12-1 пункта 1 статьи 9 Закона «О государственной службе», устанавливающий обязанность госслужащих «незамедлительно доводить до сведения руководства государственного органа, в котором они работают, или до правоохранительных органов о ставших им известными случаях коррупционных правонарушений».

Однако установление ответственности за нарушение закрепленной обязанности или запрета не является своеобразной догмой, применимой в обязательном порядке.

Эти вопросы правомочен решать исключительно законодатель, который должен исходить от специфики общественных отношений, на регулирование которых направлена та или иная обязанность (запрет).

Что касается данного предложения авторов Стратегии, то здесь отметим следующее.

Возложение обязанности сообщать о ставших известными случаях коррупции на всех граждан считаем нецелесообразным и невозможным. Иначе, как справедливо отмечается на страницах СМИ, высок риск возврата в «суровые 30-е годы», когда люди доносили из-за страха самим подвергнуться репрессиям.

Это должно позиционироваться и культивироваться как проявление высшей

степени активности гражданской позиции населения и общества. Но, ни в коем случае, не как обязанность, за которую еще и наступает ответственность.

Вместе с тем, полагаем возможным установление ответственности за неисполнение такой обязанности чиновниками. Тем более что такая идея возможна в реализацию уже закрепленной обязанности (пп.12-1 п.1 ст.9 Закона «О госслужбе»).

Однако в целях сохранения последовательности законодательных мер, на данном этапе следует установить исключительно административную ответственность за подобные нарушения.

Установление уголовной ответственности чиновников и, тем более, всех граждан за не сообщение о коррупции и незаконно нажитом имуществе не поддерживается, поскольку имеющиеся на сегодняшний день уголовно-правовые механизмы, при их умелом и профессиональном использовании, в достаточной степени могут выступать в качестве сдерживающего антикоррупционного фактора.

Применительно к рассматриваемым случаям вполне реально использовать действующий уголовно-правовой «арсенал» (ст.ст. 352, 353, 354, 363, 364 УК РК).

6. Нужно совершенствовать уже имеющиеся правовые механизмы в борьбе с коррупцией. Например, думается, время требует дальнейшего развития института уголовного наказания за коррупционные преступления.

Действующие виды уголовных наказаний не всегда способствуют достижению конечной цели - восстановлению социальной справедливости и предупреждению новых преступлений.

Применительно к коррупционным преступлениям актуален вопрос введения новых

видов наказаний. К примеру, идея о применении штрафов в кратном размере от полученной взятки или похищенных бюджетных средств не нова. Такие предложения высказывались неоднократно, а в 2010 году даже разрабатывался соответствующий законопроект. Полагаем, что настало время рассмотреть и этот вопрос, в том числе в рамках Стратегии.

Также видится возможным корректировка наказания в виде исправительных работ, которые назначаются за совершение коррупционных преступлений, путем его обязательного исполнения по месту бывшей работы коррупционера (наведение и поддержание чистоты и порядка двора и прилегающей территории госоргана, где работал чиновник, мойка полов и санузлов и т.д.).

Кроме того, стоит задуматься о введении наказания в виде общественного порицания. К примеру, в США данный вид наказания применяется в штатах Техас, Кентукки, Джорджия и др.

Содержательная часть данного наказания заключается в том, что осужденный по приговору суда в определенные дни и часы, предварительно надев на себя таблички с соответствующими записями (Ф.И.О., статья УК, по которой осужден и назначенном виде наказания), обязан ходить перед зданием госоргана, в котором он работал до осуждения за коррупцию.

Не претендуя на исключительность вышеуказанных предложений, надеемся, что рассмотрение в рамках Антикоррупционной стратегии Республики Казахстан до 2025 года подобных подходов будет способствовать положительным отзывам общества по поводу осуществляемой антикоррупционной деятельности и перспективах развития политики государства в данном направлении.

• • • • •

Осы гылыми мацалада автор Цазащстан Республикасыныц 2025 жылга дешнг! сыбайлас жемщорлыщща царсы стратегиясыныц жобасын талцылау шецбертде вз пМрлерт баяндайды. Ty^h свздер: сыбайлас жемцорлыщ, сыбайлас жемщорлыщща царсы стратегия, жаза.

В данной научной статье автор приводит собственные рассуждения в рамках обсуждения проекта Антикоррупционной стратегии Республики Казахстан до 2025 года. Ключевые слова: коррупция, антикоррупционная стратегия, наказание.

In this scientific article an author brings the own reasoning over within the framework of design of Anticorruption strategy of Republic of Kazakhstan review 2025 to. Keywords: corruption, anticorruption strategy, punishment.

Дархан Ж^мабай^лы Игембаев,

КР Зац шыгару институты директорыныц орынбасары, з.г.к.

^азакстан Республикасыныц 2050 жылFа дейiнгi сыбайлас жемкорлыкка карсы стратегия жобасын талкылау шецбершде: жеке пiкiрлер

Игембаев Дархан Жумабаевич,

заместитель директора Института законодательства РК, к.ю.н.

В рамках обсуждения проекта Антикоррупционной стратегии Республики Казахстан до 2025 года: собственные рассуждения

Igembayev Darhan Zhumabayevich,

deputy director of the Institute of legislation of the Republic of Kazakhstan, c.j.s. Within discussion of the project of Anti-corruption strategy of the Republic of Kazakhstan till 2025: own reasonings

Институт законодательства Республики Казахстан представляет

•ДОЗАКЁ1АН РЬСПУЪДЛМСЫ ПРГ МЦЦНПНЦ ЖаЛДЛУЫ АДСЫНДА СОТ

тот «¡тч.и». «¡оргал* л > Атлеты ламгырту

1йаПГР|1М2ЛЦНД СУДИ ПРАЯООХРАМ»1Т1Гй>КЖ I \ CH^Tf«: А доте ГСКИММН FlPf TJ^RFHFA fo)

«eiTTfiftecK шлжпи V-<

КАЗАХСТАН РЕСПУБЛИКАСЫ ПРЕЗИДЕНТ1НЩ ЖОЛДАУЫ АЯСЫНДА СОТ ЖЭНЕ К^КЫК КОРFАУ ЖYЙЕЛЕРIН ЖА^ЫРТУ: Fылыми-прaктикaльщ конф-ция материалдары, 2012 жылгы 13 сэуiр / Б.М. Имашев жалпы ред. - Астана: «Казахстан Республикасыныц Зац шыгару институты» ММ, 2012. - 180 б. МОДЕРНИЗАЦИЯ СУДЕБНОЙ И ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМ В СВЕТЕ ПОСЛАНИЯ ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН: Мат-лы науч.-практ. конф. 13 апреля 2012 г. / Под общей ред. Б.М. Имашева. - Астана: ГУ «Институт законодательства Республики Казахстан», 2012. - 180 с.

Казахстан Республикасыныц Президент - Елбасы Н.Э. Назарбаев 2012 жылгы 27 ^ацтарда Казахстан хал^ына арнаган «Элеуметик-экономикалыщ жацгырту - Казахстан дамуыныц басты багыты» атты Жолдауы аясында сот жэне ^оргау жYЙелерiн жацгырту мэселелерi бойынша

гылыми-практикалыщ конференцияга арналган материалдары.

Fылыми жэне практикалыщ ^ызметкерлерге, ^лттык; зацнаманы одан эрi дамытудыц проблемалыщ мэселелерiмен айналысатындардыц барлыгына арналган.

Материалы научно-практической конференции посвящены вопросам модернизации судебной и правоохранительной систем в свете Послания Президента Республики Казахстан - Лидера Нации Н.А. Назарбаева народу Казахстана «Социально-экономическая модернизация - главный вектор развития Казахстана» от 27 января 2012 года.

Для научных и практических работников, всех, кто интересуется проблемными вопросами дальнейшего развития национального законодательства.