Правозащитнику не дали договорить с обвиняемым

Как стало известно “Ъ”, следственный изолятор (СИЗО) «Лефортово» и заместитель начальника по режиму учреждения Николай Иванов станут ответчиками по иску правозащитника Евгения Еникеева. Он требует признать, что администрация СИЗО нарушила закон «Об общественном контроле», прервав его беседу с фигурантом дела о попытке устроить крушение «Сапсана» в 2017 году Фахраджоном Нозимовым. Это уже второй случай, когда члены ОНК пытаются оспорить в суде незаконность прекращения бесед в таких случаях,— ранее аналогичный иск к СИЗО «Кресты» подали петербургские правозащитники.

Лефортовский районный суд Москвы зарегистрировал исковое заявление к СИЗО-2 ФСИН России и заместителю начальника по режиму СИЗО Николаю Иванову об оспаривании Евгением Еникеевым действий администрации учреждения. 25 апреля 2019 года беседа членов московской общественной наблюдательной комиссии Евгения Еникеева и Александра Бачу с Фахраджоном Нозимовым, фигурантом дела о попытке устроить крушение поезда «Сапсан» в 2017 году, была прервана господином Ивановым сразу после того, как подследственный начал рассказывать об обстоятельствах появления на его теле повреждений.

Сотрудник СИЗО заявил, что разговор не имел отношения к условиям содержания. При этом, как утверждает истец, составить акт о прерывании беседы он отказался.

Позднее члены ОНК ознакомились с медицинской картой обвиняемого, исходя из данных которой следует, что с момента поступления в СИЗО у Фахраджона Нозимова минимум трижды появлялись ушибы челюсти, множественные ссадины шеи и запястий, гематомы. В июле этого года Московский окружной военный суд приговорил его к двадцати годам колонии строгого режима. Еще пятеро его сообщников получили от 15 до 21 года лишения свободы строгого и особого режимов. Свою вину в полном объеме признал только один из них. По версии следствия, в июле 2017 года они прикрепили железнодорожный башмак к пути, считая, что при наезде на него «Сапсан» сойдет с рельсов и столкнется со встречным составом. Поезд с рельсов не сошел, но пять его вагонов получили повреждения, которые РЖД оценило в 55 млн руб. До своего попадания в СИЗО господин Нозимов работал врачом в 91-й поликлинике Санкт-Петербурга.

Как рассказывал “Ъ” юрист Института права и публичной политики Григорий Вайпан, представляющий интересы истцов в суде, прерывание бесед в таких случаях можно считать распространенной практикой. Менее двух недель назад аналогичный иск к петербургскому СИЗО «Кресты» подали члены ОНК Яна Теплицкая и Роман Ширшов. Поводом стало прерывание беседы с Аброром Азимовым, обвиняемым по делу о теракте в метро Санкт-Петербурга 3 апреля 2017 года. В обоих случаях истцы считают, что администрация СИЗО нарушила п. 3 ч. 1 ст. 16 ФЗ №76 «Об общественном контроле», согласно которому члены ОНК могут разговаривать с подозреваемыми или обвиняемыми о вопросах обеспечения их прав в местах принудительного содержания. Несмотря на возражения Совета по правам человека при президенте РФ, в июле прошлого года в закон внесли поправки, уточняющие, что беседа может быть прервана, если члены ОНК обсуждают с подследственными любые другие вопросы. Ранее глава СПЧ Михаил Федотов пояснял “Ъ”, что «закон не запрещает разговаривать с подследственным о нарушениях прав человека в местах принудительного содержания, к числу которых относятся не только СИЗО, но и отделы полиции и изоляторы временного содержания», уточнив, что СПЧ готов поддерживать требования членов ОНК в суде. Предварительное заседание по иску Яны Теплицкой и Романа Ширшова назначено на 6 августа.

Отметим, в 2016 году правозащитники жаловались в Генпрокуратуру на психологическое давление и угрозы со стороны администрации «Лефортова». Зампред московской ОНК Ева Меркачева заявляла, что членов комиссии допускали только в пустые помещения, а разговаривать с подследственными предлагали в специально выделенных комнатах, что мешало оценить условия их содержания. В свою очередь, заместитель начальника СИЗО Николай Иванов, ныне указанный как соответчик в иске, вместе со своим коллегой Виктором Шкариным ссылался на приказ ФСИН о порядке посещения мест лишения свободы: в п. 11 приказа говорится, что администрация учреждения должна создавать для членов ОНК «возможность бесед», в том числе предоставляя «помещения для индивидуальных бесед и принятия жалоб, оснащенные необходимой мебелью, канцелярскими принадлежностями, а также оборудованные кнопкой тревожной сигнализации». Николай Иванов был фигурантом и других конфликтов с членами ОНК. Так, в 2016 году «Новая газета» приводила расшифровку разговоров между ним, членами ОНК и обвиняемым в шпионаже украинским журналистом Романом Сущенко, где господин Иванов утверждал, что члены ОНК не могут знакомиться со списком вещей, изъятых у журналиста, поскольку это считается «перепиской между заключенными и членами ОНК», «а переписка только через цензуру».