Борис Викторович Здравомыслов

ИМЯ В НАУКЕ

БОРИС ВИКТОРОВИЧ ЗДРАВОМЫСЛОВ

История России, российской науки, ее юридической составляющей — это прежде всего люди, которые ее творили, созидали, развивали. Борис Викторович Здра-вомыслов — один из них.

В анкетах обычно указываются стандартные лаконичные данные: когда родился, где учился, работал и т. д. За этими данными порой сложно увидеть человека во всем многообразии его качеств. Но это не про Бориса Викторовича. Даже за этими формальными свединиями видится яркая личность, прожившая красивую жизнь и оставившая на земле большой след.

Борис Викторович родился 19 сентября 1923 г. в Петрограде.

Участвовал в Великой Отечественной войне, награжден медалью «За отвагу».

В 1948 г он окончил Всесоюзный юридический заочный институт. С 1948 г по 1953 г обучался в очной аспирантуре ВЮЗИ. В 1953 г под руководством профессора М. М. Исаева и доцента Т. Л. Сергеевой подготовил и защитил в Московском юридическом институте (как тогда стал называться институт) кандидатскую диссертацию на тему «Уголовно-правовые воззрения русских революционеров-демократов». В 1971 г. им была защищена докторская диссертация на тему «Борьба с должностными преступлениями по советскому уголовному праву. Уголовно-правовое и криминологическое исследование». В 1972 г ему было присвоено звание профессора.

В сферу научных интересов Бориса Викторовича входил широкий круг проблем уголовного права. И в настоящее время чрезвычайно актуальны его работы, посвященные общей теории должностных преступлений. Особое внимание он уделял вопросам квалификации взяточничества. Весомый вклад был внесен им также в разработку проблем теории наказания и квалификации хищений. Всего Борис Викторович опубликовал свыше 100 работ. Среди них: «Уголовно-правовые взгляды русских революционных демократов А. И. Герцена, В. Г. Белинского, Н. Г. Чернышевского, Н. А. Добролюбова» (1959 г.), «Должностные преступления. Понятие и квалификация» (1975 г.), «Взяточничество: понятие, причины, квалификация» (1988 г., в соавторстве с П. И. Гришаевым), «Квалификация взяточничества» (1991 г.) и др. Особо следует отметить «Учебник уголовного права», изданный в 1996 г., подготовленный под редакцией Б. В. Здравомыслова коллективом кафедры уголовного права МГЮА. Этот учебник стал одним из первых основательных и при этом удачных учебно-теоретических исследований нового на тот момент Уголовного кодекса.

На протяжении 47 лет, начиная с 1951 г., Борис Викторович работал в ВЮЗИ (впоследствии — МЮИ, МГЮА), здесь же в 1958 г. возглавил кафедру уголовного пра-

в

ЕСТНИК п -уст

Борис Викторович Здравомыслов |/у

УНИВЕРСИТЕТА

имени О.Е. Кутафина

ва и руководил ею вплоть до своей кончины. Трудно назвать количество подготовленных им специалистов в области юриспруденции. Не менее проблематично назвать количество научных исследований, проведенных под его руководством, причем не только специалистами кафедры. Докторские и кандидатские диссертации, успешно защищенные в вузе в период руководства кафедрой Б. В. Здравомысловым, невозможно перечислить. Ни одна из них (без преувеличения) не оставалась без внимания маститого ученого. Закономерной стала потому и награда — за заслуги в подготовке юристов и научно-преподавательской деятельности Борис Викторович был награжден орденом «Знак Почета», присвоено звание заслуженного юриста РСФСР

Борис Викторович ушел из жизни 7 января 1998 г, но не ушел из памяти его коллег, друзей и близких.

Среди них, в частности, Эдуард НиколаевичЖевлаков, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ, почетный работник прокуратуры РФ, профессор кафедры уголовного права. Он вспоминает: «Это был высокоинтеллигентный, мягкий, всегда спокойный человек. Но за внешним спокойствием и мягкостью в нем таилась выдержка, умение владеть собой в самых различных ситуациях. Он редко повышал голос, но мог при необходимости поставить на место. В нем было то, что называют стержнем характера. Видимо, это свойство помогало ему выстоять и в годы войны на фронте, и в то время, когда он руководил огромным институтом с филиалами по всей стране и почти двумя десятками тысяч студентов и преподавателей. Будучи чрезвычайно загруженным по работе, он никогда не отказывал в приеме по личным вопросам сотрудникам института и кафедры даже в неурочное время, находил время пообщаться с аспирантами. Его отличало высокое чувство такта и огромное уважение к своим ученикам. И это при высокой требовательности — как к своей работе, так и к тому, что делают его ученики. Именно у него я воспринял совершенно правильные, на мой взгляд, мысли. Например: занимаясь наукой, подвергай сомнению любую научную "истину", ибо все в мире относительно; не считай правильной позицию, что существует только две точки зрения — одна моя, а другая неправильная; главное — не сама позиция, а умение ее аргументировать, обосновать; со студентом надо обходиться по-доброму, помнить, что он зависимый человек, но в необходимых случаях — строго. Б. В. (так мы звали его за глаза) был чрезвычайно остроумным собеседником: в редкие минуты кафедральных посиделок любил рассказывать одесские анекдоты и прибаутки, причем делал это довольно смешно, точно воспроизводя одесский говор. Вспоминается такой, как мне кажется, весьма характеризующий Б. В. случай.

В советские времена (1981 г.) мне, начинающему преподавателю, живущему с семьей в общежитии на аспирантскую стипендию и приработки, честно говоря, банкет устраивать не на что было, да и некогда: я был весь погружен в предстоящую защиту. Каково же было мое удивление и смущение, когда меня, еще не пришедшего в себя после защиты, пригласили в кабинет к Б. В., где я увидел накрытый в уголке небольшой столик. Борис Викторович и коллеги сердечно поздравили меня с успешной защитой и пожелали творческих и педагогических успехов. Я был сражен его вниманием и поступком! Вот таким человеком с большой буквы остался в моей памяти Борис Викторович».

Узнав о готовящемся очерке о Б. В. Здравомыслове, не смогла не сказать о нем добрые слова и Галина Олеговна Рыбакова (Петрова), профессор кафедры уголовного права и процесса юридического факультета ННГУ имени Н. И. Лобачевского, почетный работник высшего профессионального образования, заслуженный юрист

1 К

В НАУКЕ Ъ

176

И^ЛЯ В I—1АУКЕ Ш

I

ЕСТНИК

УНИВЕРСИТЕТА

имени О.Е. Кутафина

Российской Федерации. Из воспоминаний Галины Олеговны: «В 1972 г. я привезла из Горького направление Государственной экзаменационной комиссии в очную аспирантуру ВЮЗИ, документы и два вступительных реферата. Моим научным руководителем оказался очень мудрый, знающий, но сильно загруженный административной работой (зав. кафедрой, проректор по учебной работе, а затем — ректор) человек. Однако он находил время для общения со мной: коллоквиумы, рефераты, зачеты, экзамены, обсуждение промежуточных результатов моих исследований... Это был Борис Викторович Здравомыслов. До сих пор храню его замечания на первый вариант моей докторской диссертации». Галина Олеговна тоже называет его своим учителем.

Кандидат юридических наук, профессор кафедры уголовного права Вера Семеновна Савельева вспоминает: «С Борисом Викторовичем Здравомысловым я познакомилась в 1979 г., в связи с трудоустройством на Горьковский факультет ВЮЗИ, на кафедру уголовного права, на должность рядового преподавателя. Борис Викторович навсегда останется в моей памяти не только как выдающийся ученый, но и как спокойный, мудрый и благородный человек, сыгравший в моей судьбе решающую роль наставника как в профессиональном, так и в нравственном смысле этого высокого понятия. Занимая высокое должностное положение, он оставался простым, интеллигентным человеком, готовым в любой момент оказать помощь в науке, дать ненавязчивый совет, подсказать в жизненной ситуации нужное направление, т.е. быть всегда "человечным". Случалось видеть его в неофициальной обстановке, в дружеском кругу кафедры, и в таких ситуациях он был душой общества, любил потихоньку напевать, особенно песни на стихи поэта Б. Окуджавы. Особо отмечу его огромную работоспособность. Все окружающие и члены кафедры видели, что Борис Викторович всего себя посвятил работе как руководитель огромного заочного института и как ученый; он всегда был окружен аспирантами, пользовался уважением и любовью своих коллег».

Доктор юридических наук, профессор кафедры уголовного права Университета Иван Анатольевич Клепицкий рассказывает: «С Борисом Викторовичем я познакомился в 1991 г., при поступлении в аспирантуру МГЮА (тогда еще МЮИ), и общался с ним в основном по работе вплоть до его смерти в январе 1998 г. В то время он заведовал кафедрой, выполнял обязанности проректора по учебной работе и моего научного руководителя. В этом человеке, моем Учителе, Бог сочетал исключительные качества: талант ученого, педагога и руководителя и, кроме того, благородство и аристократизм (правильный и хороший аристократизм как антипод бюрократизма, трусости и прочих проявлений скудности духа). Вклад его в правоведение велик, достаточно вспомнить труды о должностных преступлениях. Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 3 и 4 о должностных преступлениях были составлены на основании этих трудов, вплоть до прямого цитирования; труды эти оказали серьезное влияние на развитие уголовного закона и практики его применения на долгие годы и по сей день не утратили актуальности. Борис Викторович всегда трепетно относился к вопросам правовой доктрины, научный интерес его всегда был искренним, естественным и очень серьезным, он не просто размышлял о проблемах права, он переживал их, заражая этим переживанием своих учеников. При этом, отстаивая свою позицию по дискуссионным вопросам, он не навязывал свою точку зрения (даже ученикам), но мягко и терпеливо разъяснял ее, прибегая к древнему методу Сократа. Внешне это выглядело так, будто он советовался с учеником по сложному и не до конца ясному для него вопросу, в ходе диалога стороны приходили

в

ЕСТНИК п -7-7

Борис Викторович Здравомыслов 17 7

УНИВЕРСИТЕТА

имени О.Е. Кутафина

к искомой позиции, иногда позиция эта корректировалась. Уважение к свободе научного творчества было одним из принципов его научного руководства. Это проявлялось и в редактировании текстов научных работ и учебников: редактирование было минимальным и принимало форму советов. Обсуждение диссертаций также всегда было свободным; даже если, например, заведующему кафедрой хотелось поддержать своего ученика, он не использовал "административный ресурс", все решения принимались кафедрой коллегиально в ходе свободного обсуждения и без какого-либо заметного давления.

Умение понять сложное, разложить по полочкам, потом разъяснить просто и понятно — одна из граней таланта педагога. Примером этого мастерства может служить небольшое учебное пособие «Квалификация взяточничества», по сей день не утратившее своей научной и учебной ценности1. По учебникам, вышедшим под редакцией Б. В. Здравомыслова, в течение десятилетий уголовное право изучали большинство советских и российских студентов.

Работать под руководством Бориса Викторовича было легко и приятно. Отношения его с подчиненными, независимо от возраста и заслуг, можно охарактеризовать как дружеские, люди его любили. Его вежливость — не только деловой этикет, она основывалась на искреннем уважении к людям. Практически никогда он не использовал командный тон и умел избегать конфликтных ситуаций, при этом эффективно управляя кафедрой и в принципиальных вопросах непреклонно реализуя свою волю руководителя. За годы работы помню единственный серьезный конфликт на кафедре, причиной которого стали лекции профессора Ю. А. Красикова. Насколько мне известно из обсуждения вопроса на кафедре, профессор, вместо систематического изложения российской уголовно-правовой доктрины (в контексте правоприменения), в своих лекциях уходил далеко и глубоко в теорию и философию права, пренебрегая рутинной работой2. Это противоречило складывавшейся уже тогда концепции юридического образования в ВЮЗИ (МЮИ, МГЮА) — Non scholae, sed vitae discimus («Не для школы, а для жизни») — и повлекло негативную оценку лекций Б. В. Здравомыс-ловым. К моему сожалению, Ю. А. Красиков не пошел на уступки в этом вопросе и оставил кафедру.

Аристократический либерализм Бориса Викторовича был столь крепок, что им злоупотребляли. Помню, вскоре после моего зачисления в аспирантуру он вызвал

Здравомыслов Б. В. Квалификация взяточничества. М., 1991.

И. А. Клепицкий вспоминает: «Нужно сказать, что лекции Ю. А. Красикова были замечательные, мне довелось их слушать студентом МГУ, профессор был и остается высочайшим для меня авторитетом. Работа Ю. А. Красикова в МЮИ стала определяющим фактором при выборе мной аспирантуры, именно у него я желал учиться. Так сложилось, что моим научным руководителем стал не Юрий Алексеевич, а Борис Викторович, о чем я, впрочем, не жалею. Конфликт и уход профессора меня огорчили, я пытался смягчить позицию Б. В. Здравомыслова по этому вопросу, всячески хвалил лекции, полагая, что они весьма полезны для одаренных студентов, которые сами смогут освоить учебник. Заведующий кафедрой, терпеливо выслушав мое ходатайство, не изменил своего мнения, резонно отметив, что студентов одаренных не так много, чтобы пренебрегать интересами подавляющего их большинства. Позиция была такая: если профессор отказывается следовать программе и "разводит анархию" — с ним правильно расстаться. Позиция, на мой взгляд, небесспорная, но по-

И

нятная и заслуживающая уважения». в НАУКЕ

7/2015

>

2

1/8

И^ЛЯ В I—1АУКЕ Ш

I

ЕСТНИК

УНИВЕРСИТЕТА

имени О.Е. Кутафина

меня и очень вежливо попросил поехать "на картошку", т.к. заболел преподаватель, руководивший аграрными работами студентов. Я согласился при условии, что, приехав на поля, сразу же отправлю студентов домой, поскольку принудительный труд противоречит моей гражданской позиции и правосознанию юриста. В итоге "на картошку" поехал кто-то другой, моя дерзость осталась для меня без последствий.

Вспоминая Б. В. Здравомыслова как руководителя, нельзя не отметить его покровительственное, почти отеческое отношение к подчиненным. Он заботился о " своих" людях, всячески защищал их интересы, в том числе и от вышестоящего начальства, считая это своим долгом. Нужно отметить и его порядочность и справедливость. К примеру, распределение аудиторной нагрузки на кафедре стало своеобразным ритуалом. На заседании кафедры, посвященном этому священнодействию, детально объявлялось распределение групп и потоков всех преподавателей, равное и пропорциональное, предложения и претензии рассматривались на месте, по ним сразу же принималось решение. В итоге никаких обид и неясностей, фаворитизма и прочих злоупотреблений в части распределения нагрузки не было.

До самой смерти Борис Викторович не утратил аристократизма и благородства почти гусарского. В начале лихих 90-х было совершено нападение на одного из деканов (или заместителя декана — подробностей не помню), сопровождавшееся побоями. Проходивший по коридору Б. В. Здравомыслов заметил непорядок и с ходу ввязался в бой, несмотря на преклонный возраст и не лучшую физическую форму. Думаю, сказалось фронтовое воспитание разведчика.

В целом кафедра под его руководством жила хорошо, спокойно и счастливо, без лишних стрессов и неприятностей, по мере возможности (а время было сложное) были созданы благоприятные условия для творческой научной и учебной работы».

Портрет Бориса Викторовича был бы неполным, если не сказать о том, что он был любящим отцом и внимательным дедом. Его дочь, Ольга Борисовна, пошла по стопам отца, связав свою жизнь с юриспруденцией. В 1983 г. она закончила адъюнктуру ВНИИ МВД СССР; в том же году успешно защитила кандидатскую диссертацию; успешно трудилась сначала там же, а потом в ВЮЗИ (МЮИ). Лишь здоровье помешало ей продолжить дело отца, но до сих пор она трепетно хранит воспоминания о нем. Внук Алексей так вспоминает годы, проведенные с дедом: «Все зимние каникулы мы проводили на лыжах. Он был спортивным человеком. По вечерам устраивались киносеансы. "Три дня Кондора" — один из его любимых фильмов. А еще он любил читать детективы Джеймса Чейза, Дика Фрэнсиса. Он был замечательным дедом, любил пошутить и сам посмеяться, много рассказывал о том, как был на войне. И рассказы эти преподносились с большим чувством юмора. Я никогда не видел его грустным или озабоченным. Теперь, повзрослев, понимаю: все проблемы он оставлял на работе».

Говорят, что человек жив, пока о нем помнят близкие и друзья. А Бориса Викторовича они вспоминают с большой теплотой и с удовольствием делятся своими воспоминаниями.

Материал подготовила Т. П. Суспицына,

кандидат юридических наук, доцент