«Дружеское письмо» в татарской литературе XIX-XX вв. (на примере письма г. Тукая)

УДК 8с

ББК 83.3

И.Я. Исмагилова

«ДРУЖЕСКОЕ ПИСЬМО» В ТАТАРСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ Х1Х-ХХ ВВ.

В статье проанализированы структурные и содержательные схождения «дружеских писем» в русской и татарской литературе на примере письма известного татарского поэта Г Тукая к С. Сунчелею. В качестве таковых выделяются следующие: диалогизация, многотемность, коммуникативность, ког-нитивность, информационность, экспрессивно-эмоционально оценочность, синтез элементов разных функциональных стилей, формализованная специфическая структура.

Ключевые слова: дружеское письмо, Г. Тукай, композиционные элементы, стилевые элементы, экспрессивно-эмоциональная оценка, адресат, адресант, диалог.

I.Y. Ismagilova

"FRIEND LETTER" IN THE TATAR LITERATURE

OF THE XIX-XX CENTURIES

The article analyzes the similarities between the friend letters of Russian literature of XVIII century and the letters of Tatar writers. The structural and informative similarities of the letters were analyzed. For example the letters of the great Tatar poet G.Tukay to the poet Suncheley. As such are the following: dialogization, multi-topicality, communication, cognition, information, expressive and emotional evaluation, the synthesis of elements of different functional styles, formalized specific structure.

Key words: "friend letters", G.Tukay, composite elements, stylistic elements, expressive-emotional evaluation, destination, addressee, dialog.

к го

-Û

О

Переход от бытового письма к литературному был ответной реакцией на требования времени, на масштабные реформы Петра I. Как отметил P.M. Ла-зарчук, «дружеское письмо» второй половины XVIII века - явление особое. Не переставая быть средством связи, документом частной жизни, оно превращается в «школу» чувствования, становится не только формой познания, самовыражения личности, но и, шире, формой освоения действительности» [1, с. 7]. Письма творческой интеллигенции этой эпохи относят к «дружеским письмам». «Дружеское письмо» определяется нами как частное неофициальное письменное средство общения лиц (автора и адресата), характеризующееся достаточной содержательной свободой, наличием «ритуальных» эпистолярных элементов (обращение, подпись, а также дата, место написания) и ориентированное, как правило, на получение ответа или само

являющееся ответом» [3, с. 39]. Авторов, как правило, интересуют, беспокоят исторические события, роль искусства, творческой личности в обществе и т.д.

В 19 веке эпистолярное искусство в русской литературе проходит важный этап развития: идет поиск новых жанров, новых форм передачи разнообразной информации (письма Пушкина, Тургенева, Герцена, Белинского, Достоевского, Толстого и др.). Эти письма в то же время являлись и хроникой новостей, и способом выражения чувств, переживаний, и комментариями к тому или иному событию в общественной жизни, и экспериментом в области жанра и стиля, и напряженной работой над русским литературным языком.

Письма русской интеллигенции достаточно хорошо изучены и принимаются как часть достижений в области искусства России. Объектами изучения являлась дружеская переписка ученых,

<и <и

с

го

. I

m m

ф

го

<и

I-

о

О

ГО I-го I-

ф о

О ф

и

о;

выдающихся государственных деятелей, писателей, дворянской и разночинной интеллигенции, купеческого сословия. Работы Ю.Н. Тынянова, Г.П. Макогонен-ко внесли огромный вклад в этом направлении, в свою очередь, они дали направление исследованиям Н.И. Белуновой, Р.М. Лазарчук и др.

«К сожалению, очень редко письма писателей... являются объектом научного изучения, выяснения их роли в становлении прозы и развитии литературного языка. Традиционно они используются лишь как биографический источник. Эта устойчивая недооценка писем русских писателей ... как историко-литературного явления должна быть решительно преодолена» [4, с. 3-4].

Татарская литература рубежа XIX-ХХ вв. развивалась под влиянием русской литературы. Письма татарских писателей своей композицией и синтаксическими средствами близки жанру «дружеского письма». Рассмотрим это явление на примере письма Г. Тукая к молодому поэту С. Сунчелею.

Письмо Тукая, как того требует разговорный этикет, начинается с обращения. Обычно обращение - это показатель стилистического тона, средство установления контакта, компонент, показывающий, в каких отношениях находятся адресант и адресат. Подписи в дружеском письме - это не только (и не столько) дань этикету, а прежде всего (как и обращения) - показатель личных отношений между адресантом и адресатом. В данном случае, обращение выполняет ту же функцию. Обращение «Уважаемый Сагит Сунчелей эфэнди!» говорит о том, что адресант уважает, тепло относится к адресату. Следующие обращения: «Берэдар!» (друг, брат), «Эфэндем!» (эфенди) - также показывают дружелюбное отношение автора. Текст дополняет этот тон («В одном из номеров «Бэянел хак» мне понравился ваш стих, который заканчивается словами «Сказали, что это воробушек и засмеялись». Если найду, это ваше стихотворение хочу занести в свой новый учебник в виде примера», «А пока желаю вам удачи во всех начинаниях и откладываю долгие разговоры

на наши будущие письма и прощаюсь», «С радостью принимаю и жму Вашу дружески протянутую мне руку» и т.д.). Мы видим желание автора общаться, переписываться с малознакомым человеком, которого он уважает как поэта («откладываю долгие разговоры на наши будущие письма»). Тукай, который обычно тяжело сходился с людьми, на этот раз проявляет искренний интерес, положительные эмоции по отношению к Сунче-лею (эта функция письма определяется термином «установление контакта»).

В конце письма автор подписался как «Габдулла Тукаев». Подпись - это компонент, который выполняет несколько функций в письме: единица речевого этикета, показатель взаимоотношений, коммуникативная, прагматическая функции. Как показатель взаимоотношений, подпись говорит о том, что пока адресант и адресат не находятся в дружеских отношениях. Роль коммуникативной функции в тексте - осуществление диалога между автором и Сунчелеем. Такую же функцию выполняют и обращения, их возможности, довольно широки.

Прагматическая функция письма характеризуется следующими явлениями: советом («Лучше уж пишите-ка Вы меньше, зато в каждом стихотворении стремитесь, как только можете, достичь художественного совершенства»), предупреждением («Иначе из-за одной шероховатости изящное искусство может обернуться грубым ремесленничеством»), просьбой («К тому же в Ваших стихах я вижу слова провинциальные, местные, которых нет в обиходе коренного народа. Лучше бы их не примешивать...»), убеждением («Казань я считаю нашей столицей, а татар Заказанья - главным корнем нашего народа, который не утерял наших национальных черт доселе и не утеряет их впредь. И хочу, чтобы наша национальная литература развивалась на его языке и в его духе»). Адресант стремится воздействовать на адресата, используя побудительные предложения. Через эту функцию выделяем основную тему текста - будущее национальной литературы. Эта тема широко освещается и в письмах русской интеллигенции начала XIX - конца

XX вв. В письмах Тукая же она является основной темой. Таким письмам в независимости от обьема характерна много-темность. В рассматриваемом письме мы также видим такие подтемы, как оценка произведениям Сунчелея, радость от общения с собеседником, татарский язык, пессимизм в настроении автора.

Функция эмоционально-экспрессивной оценки письма раскрывается в следующих предложениях: «В Вас, вне всякого сомнения, есть самая горячая любовь к нации и к славе. Боюсь оказаться перед вами скорее лицемером, нежели честным другом, чтобы утверждать, что все, написанное Вами, одинаково прекрасно и изъящно»; «К тому же, в Ваших стихах я вижу слова провинциальные, местные, которых нет в обиходе коренного народа»; «Будучи до этого времени жизнерадостным человеком, я не любил Надсона, который всю свою жизнь провел в слезах...». Посредством стилистических средств адресант обычно выражает свои чувства, дает оценку адресату или творчеству третьего лица.

С первого предложения письма Тукай, который не знаком с Сунчелеем близко, выражает сомнение в его национальных чувствах. Здесь он сам раскрывается как требовательный критик, указывает как на успешные, так и на неудачные стороны произведений молодого поэта. Через эмоционально-экспрессивно-оценочные, прагматические средства Тукай дает критическую оценку и советы своему другу.

В начале ХХ века важную роль играет критическая деятельность Г. Тукая. Он понимал, что критика - это мощнейшее средство воздействия на процесс развития литературы. (Вспомним, что Тукай сразу после возвращения в Казань выступает со статьей «Тэнкыйть кирэкле шэйдер» («Критика - нужная вещь») (1907)). «Критика, в такое время как наше, когда очень много книг, брошюр, газет, журналов, не только нужна, без нее невозможно жить. Каждый день выходят на свет книги с новыми названиями. Между тем, всего должно быть в меру, перебарщива-ние только во вред. Поэтому, среди этих произведений могут быть и те, которые

только навредят нашим уважаемым простым читателям, виду того, что не проходили через цензор нашей критики» [5, с. 243]. Поэт эти мысли конкретизировал и расширил в своих письмах к Сунчелею. Например, он счел своим долгом обратить внимание друга на лексику его стихотворений и укоряет его в использовании диалектизмов. По его мнению, язык произведений должен быть изящным и не следует использовать диалектные слова. Таким образом, Тукай особое внимание уделял проблеме стиля и языка произведений, считал это основным требованием художественного произведения. «Тукай, несмотря на то что имел желание написать обьемный труд по теме теории стиха, специальную научную статью или работу не написал, однако его научно-теоретические мысли и представления по данной теме прослеживаются во всех критических записях, письмах» - говорит Т. Гилязев в статье «Г. Тукай - критик [2, с. 30]. Мы считаем, что письма Тукая могут уточнять и конкретизировать некоторые наблюдения и мысли, высказанные в его статьях.

В данном письме выяснили, что несмотря на то, что Тукай всю жизнь был оптимистом, в этот период он пребывал в пессимистическом настроении. Это подтверждается также последующими предложениями и отрывком из его нового стихотворения. «Что касается меня, то я лично устал от жизни, от мыслей о ней. Даже начал писать стих об этом.

Я теперь цвета предметов по-иному видеть стал, Где ты, жизни половина? Юности цветок увял. Если я теперь на небо жизни горестной смотрю, Больше месяца не вижу, светит полная луна. И с каким бы я порывом ни водил пером теперь, Искры страсти не сверкают, и душа не зажжена».

Поэт чувствует себя усталым, измученным, обессилевшим, нет желания творить, бороться дальше. Причины такого настроения Тукая мы найдем в его последнем письме. Хотя лирический герой говорит, что «полжизни прожито», читателя не покидает чувство беспокойства, ведь это похоже на прощание. Лю-

к го

-О

о

ф ф

с

го

. I

ей ей

ф го

Ф

н

о

о ^

го н го н

ф

о ¡£

о ф

и

С1

о;

бопытно, но когда читаешь остальные его произведения того же периода, возникает такое же чувство.

Юным был - сверкал зарницей,

сильным был - гремел, как гром.

Отсверкал и отгремел я,

не пылает грудь огнем.

Основной функцией «дружеского письма» исследователи отмечают коммуникативную функцию [1, с. 27]. Письмо Тукая также написано с целью общения, остальные функции: когнитивная, экспрессивно-эмоциональная оценка, установление контакта, прагматическая -выполняют второстепенные роли. Коммуникативная функция в тексте осуществляется конструкциями, содержащими личные местоимения 2 лица («...В Вас, вне всякого сомнения, есть самая горячая любовь к нации и к славе», «Боюсь оказаться перед вами скорее лицемером, нежели честным другом... », («В одном из номеров «Бэянел хак» мне понравился ваш стих, который заканчивается словами «Сказали, что это воробушек и засмеялись»,« ...в Ваших стихах я вижу слова провинциальные, местные, которых нет в обиходе коренного народа», «.Желаю вам удачи во всех начинаниях... » и т.д.).

Многие специфические признаки «дружеских писем», которые были отмечены исследователями, наблюдаются и в письмах Тукая: автор привлекает адресанта к решению каких-либо важных задач («Лучше уж пишите-ка Вы меньше, зато в каждом стихотворении стремитесь, как только можете, достичь художественного совершенства»), включает в письмо отрывки из своих произведений (стихотворение «взелгэн емид» («Разбитая надежда»), использует иноязычную лексику, (в данном случае, русскую - «терпеть не могу», «лично», «жизнерадостный», «изящный», «номер»), а также чувствует, понимает личность адресата. Элитарная речевая культура писем, синтаксические средства, которые использует адресант (обращения, вопросительные и побудительные предложения, личные местоимения, глаголы 2 лица, оценочные hэм эмоционально-оценочные предложе-

ния) участвуют в организации атмосферы беседы в тексте, так как они направлены на эмоционально-интеллектуальную сферу адресанта и от него в активной форме «требуют» ответной реакции. Диалогиза-ция также видна в строении письма: композиционные элементы, относящиеся к двум собеседникам - обращения и подпись.

Можно сказать, что письма творческих личностей - это эмоционально-интеллектуальное средство общения. В тексте наблюдается синтез разных стилевых элементов. Например, лексика, предложения, относящиеся к разговорному стилю: «Я терпеть не могу употребления Мажитом Гафури «булмай» вместо «булмый»; «Боюсь оказаться перед вами скорее лицемером, нежели честным другом, чтобы утверждать, что все, написанное Вами, одинаково прекрасно и изъящно», («В одном из номеров «Бэянел хак» мне понравился ваш стих, который заканчивается словами «Сказали, что это воробушек и засмеялись», «что касается меня, то я лично устал от жизни, от мыслей о ней. Даже начал писать стих об этом»; «Будучи до этого времени жизнерадостным человеком, я не любил Надсона, который всю свою жизнь провел в слезах», «Друг!» и т.д.; к официальному стилю: «Уважаемый Сагит Сунчелей эфэнди!», публицистическому стилю: «С радостью принимаю и жму Вашу дружески протянутую мне руку. Я читаю Ваши стихи, которые попадаются на глаза». Автор в письме использовал преимущественно разговорный стиль, так как он способствует установлению дружеских отношений между адресатом и адресантом, помогает непринужденно вести беседу. Этот факт также еще раз подтверждает, что у Тукая появилось желание продолжить общение с юным Сунчелеем.

Таким образом, можем сделать вывод, что русские «дружеские письма» и письма татарских писателей имеют схожие моменты, такие как:

• диалогизация;

• многотемность;

• коммуникативность;

• когнитивность;

• информационность;

• экспрессивно-эмоционально оцено-чность;

• синтез элементов разных функциональных стилей (литературного, научного, публицистического, разговорного);

• формализованная специфическая структура.

Основными синтаксическими средствами выступают: 1) обращения, 2) вопросительные предложения, 3) побудительные предложения, 4) предложения, образованные с помощью местоимений 2 лица и глаголов 2 лица, 5) оценочные и эмоционально-оценочные предложения.

Библиографический список

1. Белунова, Н.И. Дружеские письма творческой интеллигенции конца XIX- начала XX в. (жанр и текст писем) [Текст] / Н.И. Белунова. - СПб.: Изд-во С.-Петербургского гос. ун-та, 2000. - 175 с.

2. Гилязев, Т.Ш. Тукай - литературный критик [Текст] / Т.Ш. Тукай // Магариф. - 2011. -№ 4. - С. 9-27.

3. Лазарчук, Р.М. Дружеское письмо второй половины XVIII века как явление литературы [Текст]: автореф. ... дис. канд. филол. наук / Р.М. Лазарчук. - Л., 1972. - 19 с.

4. Макогоненко, Г.П. Письма русских писателей XVIII века и литературный процесс / Г.П. Мако-гоненко // Письма русских писателей XVIII века. - Л.: Наука, 1980. - С. 460-471.

5. Тукай, Г. Произведения [Текст]: в IV. Т. IV / Г. Тукай. - Казань: Тат. кн. изд-во, 1977. - 162 с.

Referencеs

1. Belunova N.I. The friend letters of intellectuals of the end of XIX - the beginning of XX centuries. SPb: Izd-vo SPb. Un-ta, 2000. P. 175. [in Russian].

2. Gilazev T.S. Tukay-the literature critic. Magarif 2011. № 4. P. 9-13. [in Russian].

3. Lazarchuk R.M. The friend letters of the second part of XVIII century as the fact of literature. Author's abstract. Dis. ... cand. of sciences (Philology). L., 1972. P. 19. [in Russian].

4. Makagonenko G.P. The letters of the Russian writers of XVIII century and the literature process. The letters of the Russian writers of XVIII century. L.: Nauka, 1980. P. 460-471. [in Russian].

5. Tukay G. The works of art. In IV v., IV. Kazan: Tat. Kn. Izd-vo, 1979. P. 162. [in Russian].

сведения об авторе: Information about the author:

исмагилова илюса Лвдатовна, Ismagilova Ilusa Yavdovna,

преподаватель, Lecturer,

Стерлитамакский Филиал Башкирского госу- The Sterlitamak Branch

дарственного университета, of Bashkir State University,

г. Стерлитамак, Российская Федерация. Sterlitamak, Bashkortostan

E-mail: ismagilova.ilyusa@mail.ru E-mail: ismagilova.ilyusa@mail.ru

к го

.0

О

Ф Ф

с ГО . I

CO

ca

ф ro

Ф H

о

О

ro

H ro H

Ф

о

О Ф

n