Развитие конфессионального образования крещеных татар в XVIII в

УДК 94

Р.Р.Исхаков

РАЗВИТИЕ КОНФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ КРЕЩЕНЫХ ТАТАР В XVIII В.

В статье рассмотрено развитие системы конфессионального (православного) образования крещеных татар Среднего Поволжья в XVIII в. На историческом материале показано использование конфессиональных учебных заведений созданных для нерусского населения как канала продвижения христианской идеологии и православного вероучения среди крещеных татар. Большое внимание уделено анализу методики преподавания в этих учебных заведениях, оценена эффективность педагогических подходов для развития грамотности крещено-татарского населения. В работе подробно освещается причины, почему эти институты не смогли решить поставленных перед ними проблем и были в конечном итоге закрыты или реорганизованы. Статья позволяет оценить развитие одного из направлений миссионерской деятельности православной церкви и государства направленного на христианизацию кряшен, роль конфессионального образования в развитии православной идентичности крещеных татар. Работа направлена на расширение представлений об истории межконфессиональных отношений в Среднем Поволжье в XVIII в.

Ключевые слова: конфессиональное образование. Новокрещенские школы, история татар-кряшен, межконфессиональные отношения в Среднем Поволжье.

Radik Iskhakov. EDUCATION DEVELOPMENT CONFESSIONAL BAPTIZED TATARS IN THE XVIII CEN-TURY.

The article considers the development of denominational (Orthodox) Education baptized Tatars of the Middle Volga in the XVIII century. On the historical material shows the use of religious schools set up for non-Russian population as a channel for the promotion of Christian ideology and the Orthodox Faith among the baptized Tatars. Much attention is paid to the analysis of teaching methods in these schools, evaluated the effectiveness of pedagogical approaches to literacy development baptized Tatar population. The paper details the reasons why these institutions have not been able to solve the problems they face, and were eventually closed or reorganized. The article allows one to evaluate the development of the areas of the missionary work of the Orthodox Church and the state aimed at Christianizing Kryashens, the role of education in the development of the confessional identity of the baptized Orthodox Tatars. The work is aimed at increasing understanding of the history of interfaith relations in the Middle Volga in the XVIII century.

Keywords: confessional education. Novokreschenskoy school history Tatars Kryashens, interfaith relations in the Middle Volga.

Школа в православной традиции являлась одним из важных каналов, через который христианские идеи проникали в среду новообращенных. Первым русским церковным деятелем, использовавшим школы в деле христианизации и просвещения нерусских народов Восточной России считается св. Стефан Великопермский (1340-е-1396), который составил алфавит и перевел православные тексты для коми-пермяков. В Среднем Поволжье первые упоминания об открытии православных конфессиональных учебных заведений для представителей местных народов относятся ко второй половине XVI в., когда после присоединения Казанского ханства к Московскому государству здесь была открыта Казанская епархия и развернулась широкая миссионерская деятельность. В ряде дореволюционных исследований отмечается, что первым казанским архипастырем св. Гурием в стенах Казанского Спасского и Свияжского Успенского монастыря были открыты школы для обучения новокрещен [9, с. 15-17; 15, с. 109; 6, с. 45]. Я.Орлов, основываясь на «народных преданиях», утверждал, что Гурий «завел школы для татарских детей, многих из них окрестив, содержал на своем отчете» [9, с. 16]. Правда это не находит подтверждения в дошедших до нас источниках той эпохи. Не содержится прямого упоминания об этом факте и в официальном житии св. Гурия, составленном вскоре после его смерти другим известным деятелем Казанской епархии священником (впоследствии митрополит) Гермогеном (1589-1602) [10, с. 77-78]. Реальность открытия этих школ ставилась под сомнение уже в работах дореволюционных церковных историков [4, с.20].

Первые достоверные сведения о создании специального учебного заведения, ориентированного на обучение детей крещеных «инородцев», относятся к началу XVIII в. В 1707 г. в Казани по инициативе митрополита Тихона (Воинова) (1655-1724) была открыта школа, в которую было помещено 32 мальчика [3, с.94]. Через три года из 32 учеников 5 закончили обучение, 20 выучили часослов, а 7 померли [16, с.4]. Нового набора не последовало. Отсутствие твердой материальной основы привело к закрытию школы в 1719 г., ее воспитанники были распущены по домам, так как «оные, новокрещеные дети, будучи в Казани без отцов и матерей своих зачали помирать, а другие заболели» [8, №531]. Учтя ошибки прошлого, через три года казанский преосвященный возбудил дело об открытии новой школы. Для этого было набрано 15

детей. Их обучение было поручено Василию Яковлевичу Свенцицкому, выходцу из Западного края, где он получил образование в одной из польско-латинских школ. В связи с открытием в 1723 г. в Федоровском монастыре школы при архиерейском доме (Казанская архиерейская греко-латинская школа), преобразованной в 1733 г. в Казанскую духовную семинарию (КДС), «школа новокрещенских детей» была присоединена к ней, сохранив при этом свой обособленный статус и полиэтнический контингент учащихся. Благодаря этому в числе первых воспитанников духовной семинарии были лица из числа крещеных марийцев, чувашей, удмуртов и татар. Успешно окончивший ее в 1728 г. «природный татарин» Иван Димитриев получил место священника в «крещено-татарском селе» [5, с.47]. Количество учащихся из числа нерусских народов в КДС составляло до 20% от общего количества семинаристов. Практика обучения в этом учебном заведении представителей нерусских народов сохранилась и при приемниках митрополита Тихона на казанской кафедре. Академики И.Гмелин и Г.Миллер, посетившие семинарию в 1733 г. отметили среди его учеников, кроме русских чувашей, марийцев, мордву, калмыков и татар. По словам И.Гмелина, эти семинаристы должны были стать в дальнейшем священниками, поэтому особое внимание обращалось на сохранение их связи со своими соплеменниками. Для этого им во внеучебное время предлагалось разговаривать только на своих родных языках. Но при этом весь образовательный процесс здесь осуществлялся на русском и церковнославянском языках. Ученики изучали русскую речь, основы христианской религии, латинский язык и философию[16, с.4]. Для воспитанников, первоначально не знавших русского языка, обучение было сопряжено со значительными сложностями. Нерусским ученикам приходилось выучивать предлагаемый учебный материал без понимания его значения.

Подобное учебное заведение для детей новокрещен открыл в 1732 г. в Свияжском Богоро-дицком монастыре известный церковный деятель Алексей Раифский, который в этом году был назначен наставником и управляющим новокрещенскими делами (руководителем Новокрещенской комиссии). Учителем в школу был приглашен В. Свенцицкий. Как и в Казани, в Свияжске изучались специальные церковные богословские дисциплины и «словено-российская грамматика» [16, с. 5].

Оживление деятельности по обращению в христианство нерусских народов, связанное с деятельностью Новокрещенской конторы, привело к попыткам расширить систему конфессионального образования крещеных нерусских народов. 26 февраля 1735 г. Сенат принял указ «Об учреждении школ в Казанской губернии для обучения некрещеных и новокрещеных детей, о приеме в оные только желающих и содержании сих школ из собираемых в сей губернии денег с венечных памятей». В соответствии с указом школы должны были открыться в Казани, Елабуге, Цивильске и Царевококшайске. В каждую школу предполагалось привлечь до 30 учеников, а на их содержание выделить 1 378 руб. 20 коп. [1, с.118]. Несмотря на это предписание и последовавшие за ним законодательные акты, подтверждавшие и дополнявшие данное решение, открытие школ затянулось. Главной причиной было отсутствие у церковных и миссионерских организаций Казанской епархии необходимых финансовых средств на строительство школ, содержание учеников и выплату жалованья преподавательскому составу. Лишь в октябре 1745 г. стала действовать первая школа, открытая в Свияжске, со штатом в 50 учеников. В 1747 г. была отстроена школа в Казани при Федоровском монастыре, а в 1749 г. - в церковном селе Елабуга и г. Царевококшайске. Кроме самих школ для нужд учеников были также построены подсобные и жилые помещения, баня, амбар и погреб, пекарня и столовая. Строения были огорожены высоким забором [2, с.225]. В 1750 г. в 4 новокрещенских школах обучалось 200 чел. (62 крещеных татарина, 43 чувашина, 71 мари, 12 удмуртов, 11 мордвы, 1 мещеряк), в 1751 г.

- 191 чел. (48 крещеных татар, 45 чувашей, 68 мари, 18 удмуртов, 11 мордвы, 1 мещеряк), в 1752 г.

- 188 чел., в 1754 г. - 177 чел. [13, л.35-561].

С самого основания школы столкнулись с массой проблем. Задумывавшиеся как миссионерские центры, которые должны были оказать благотворное христианское влияние на местное население и охватить основные части Казанской епархии, школы были построены на значительном удалении друг от друга, что создавало трудности по централизованному управлению учебного процесса и обеспечению учеников съестными припасами и медикаментами. В 1751 г. по неосторожности одного из учеников полностью выгорела елабужская школа. Воспользовавшись этим удобным случаем, новый казанский архипастырь Лука (Конашевич) (?-1758) возбудил перед Св. Синодом ходатайство о переводе всех школ в Казань. Просьба была удовлетворена, и к 1755 г. для 200 учеников в Татарской слободе Казани

было возведено большое деревянное здание [1, с.120].

Несмотря на то, что все четыре школы были переведены в Казань и помещены в одном здании, они продолжали считаться отдельными учебными заведениями со своим штатом, учителями и прислугой. Главной целью создания школ была подготовка кадров священно- и церковнослужителей для приходов, в которых преобладало нерусское население. Как и ранее, никакого добровольного приема учеников в эти школы не существовало, в связи с отсутствием желающих поступать и обучаться в них. Детей приходилось буквально отбирать у родителей. В основном этим занимались новокрещенские команды, помогавшие православным миссионерам обращать в христианство местное нерусское население. Как свидетельствуют документы, эти действия сопровождались различными злоупотреблениями и вымогательством [12, с.5].

Срок обучения составлял от 6 лет и более, в зависимости от даровитости учеников. Характерной чертой системы обучения был его схоластический характер, сводившийся к постепенному заучиванию материала под наблюдением учителя-наставника. Первоначально школьники проходили букварь, учились писать русские буквы, затем переходили к изучению катехизиса и гомилетики, занимались латинским языком, церковным пением [6, с.45].

На новом месте новокрещенские школы столкнулись с прежними трудностями. В связи со спадом миссионерской активности и переводом архиепископа Луки на белгородскую кафедру «новокрещенские школы и вообще миссионерское дело приходит все более и более в расстройство» [3, с. 106]. Недостаточное финансирование, низкое медицинское обслуживание привели к существенной смертности среди них. По данным Н.В. Никольского, в 1756 г. в школах умерло от разных болезней 12 чел., в 1757 г. - 12 чел., в 1758 г. - 27 чел., 1759 г. - 5 чел., в 1760 - 2 чел. [6, с.61]. Одной из основных причин такого положения стали падение интереса со стороны епархиального руководства к деятельности школ, отсутствие достаточного контроля, приводившее к многочисленным злоупотреблениям [12, с.5].

Наряду с плохим питанием и обеспечением, дети сталкивались в школе с бытовыми и учебными сложностями. Попадая в абсолютно незнакомую обстановку, изолированные от внешнего мира, ученики были вынуждены день за днем изучать «церковную науку» на чужом языке, не понимая значения пройденного материала. В связи с этим у некоторых из них происходило помутнение рассудка, другие отчислялись или сбегали из школы.

В связи с плохой постановкой школьного дела и большими материальными издержками на содержание учеников в 1764 г. Св. Синод и Сенат возбудили вопрос о расформировании вслед за Новокрещенской конторой и новокрещенских школ. Но Екатерина II, видевшая в школьном просвещении единственный путь к «смягчению нравов» и распространению христианских понятий в народной массе, решила сохранить школы, придав им более твердые основания [11, № 12126, п.4]. Во время своего пребывания в Казани в 1767 г. она соизволила почтить учеников школ своим вниманием. Для нужд учебных заведений было решено выделять ежегодную субсидию от казны в размере 3699 руб.

Несмотря на монаршее внимание, положительных изменений в состоянии этих школ не произошло. Как и ранее, система преподавания здесь строилась на схоластическом заучивании молитв. Ученики изучали азбуку, часослов, псалтырь, букварь и скоропись, сакрамент и катехизис. Методика преподавания и изучаемые предметы соответствовали курсу обучения в духовных семинариях. Но в отличие от последних, в связи с особым контингентом учащихся, первоначально не обладавших знанием русского языка, на котором осуществлялось преподавание предметов, эффективность обучения в новокрещенских школах была значительно ниже. Преподавательский состав в основном комплектовался из числа выпускников КДС. Набор в школу проводился при содействии местных светских властей. С 1765 г. количество учеников постепенно сокращается. В 1765 г. в школах числилось 129 обучающихся, в 1767 г. - 114, в 1768 г. -115, в 1769 г. - 123, в 1770 г. - 110, в 1772 г. - 95 [13, л. 35-561], в 1786 г. - 80 чел. [6, с. 76]. В этот период в них преобладали ученики из числа крещеных татар. Значительным было представительство чувашей, опережавших по численности учеников из марийцев, удмуртов и мордвы [7, с. 224].

Динамика численности учащихся довольно точно отражает положение новокрещенских школ. Сложная система обучения не позволяла ученикам в полной мере реализовать себя, отбивала всякий интерес к наукам. На уровень подготовки школьников влияла и высокая текучесть преподавательских кадров - учителя редко оставались работать в школе более двух-трех лет [16, с. 53]. В связи с этим лишь единицы из воспитанников школ, проучившись долгие годы, успешно оканчивали их, пополняя число церковного причта в многочисленных приходах

Казанской епархии.

К 1790-м гг., наряду с учебными, новокрещенские школы сталкиваются с материальными трудностями - деревянное здание школы, построенное более 30 лет назад, приходит в полную ветхость. Но благодаря усилиям архиепископа Амвросия (Подобедова) (1742-1818), после длительной переписки со Св. Синодом, удается найти деньги, и в 1792-1793 гг. для школы возводится новое здание с общежитием и квартирами для учителей, комиссара и лекаря [16, с. 72]. Наряду с этим Амвросий предпринимает шаги по реформированию системы обучения в новокрещенских школах. Воспитанники получают право поступать для дальнейшего обучения в КДС, к преподаванию привлекают представителей нерусских народов края. В «Ведомости об учителях новокрещенских школ» за 1793 г. упоминаются: священник Михаил Стефанов, учитель третьей и четвертой школы, 25 лет, «от роду татарской нации»; диакон Тимофей Михайлов, учитель первой и второй школы, 24 лет, из новокрещеных чувашей [7, с.321]. Важной новацией в педагогической деятельности стало введение «нового метода», применявшегося в это время в народных училищах, предусматривавшего непосредственную работу учителя с учениками, использование наглядного метода преподавания.

Несмотря на эти реформы полностью решить застарелые проблемы школ в полной мере не удалось. Сохранялся невысокий уровень подготовки воспитанников, и, как следствие, только малая их часть успешно оканчивала полный курс обучения. Спад миссионерской активности на рубеже XVIII - XIX вв. привел к новой попытке расформирования новокрещенских школ. На этот раз у этих учебных заведений не нашлось достаточно высоких покровителей, способных защитить их право на существование. Указом от 16 июня 1800 г. казанскому архиепископу было предписано закрыть школы, а ее учеников перевести в Казанскую духовную академию[11, № 19455]. В начале XIX в. здесь продолжали духовное обучение 12 бывших воспитанников этих школ

[14].

Таким образом, просуществовав более 50 лет, новокрещенские школы были закрыты в самом конце XVIII в. По неполным данным, за период существования в них получило образование 1135 чувашей, 923 крещеных татарина, 566 марийцев, а также несколько крещеных башкир, калмыков, удмуртов и мордвы [1, с. 121]. Эти школы были одними из наиболее крупных учебных заведений Казани, единственными, в которых учились исключительно представители крещеных нерусских народов Казанского края.

Источники и литература

1. Ислаев Ф.Г. Казанская новокрещенская школа // Образование и просвещение в губернской Казани. Вып. 2. - Казань: Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2009. С. 117-125.

2. Лупов П.Н. Христианство у вотяков. - СПб., 1899. - 564 с.

3. Малов Е.А. О новокрещенских школах в XVIII веке // Отдельный оттиск из Православного обозрения. - Казань, 1868. - 121 с.

4. Можаровский А. Ф. Изложение хода миссионерского дела по просвещению казанских инородцев с 1552 по 1867 года. - М., 1880. - 160 с.

5. Никольский Н.В. Краткий конспект по этнографии чуваш // Собрание сочинений. Т.1. -Чебоксары, 2004. - С.33-105.

6. Никольский Н.В. Народное образование у чуваш // Собрание сочинений. Т.2. - Чебоксары, 2007. - С.43-90

7. Никольский Н.В. Христианство среди чуваш Среднего Поволжья в XVI - XVIII в. // Собрание сочине-ний. Т.2. - Чебоксары, 2007. - С. 126-356.

8. Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего правительствующего синода / составлено Комиссией для разбора и описания архива Святейшего Правительствующего Синода. Т.1 . - СПб., 1868. - 568 с.

9. Орлов Я. Памятники событий в церкви и отечестве. Т.2. - СПб., 1816. - 112 с.

1. Islaev F.G. Kazanskaja novokreshhenskaja shkola // Obrazovanie i prosveshhenie v gubernskoj Kazani. Vyp. 2. - Kazan': Institut istorii im. Sh. Mardzhani AN RT, 2009. S. 117-125.

2. Lupov P.N. Hristianstvo u votjakov. - SPb., 1899. - 564 s.

3. Malov E.A. O novokreshhenskih shkolah v XVIII veke // Otdel'nyj ottisk iz Pravoslavnogo obozrenija. - Kazan', 1868. - 121 s.

4. Mozharovskij A. F. Izlozhenie hoda missionerskogo dela po prosveshheniju kazanskih inorodcev s 1552 po 1867 goda. - M., 1880. - 160 s.

5. Nikol'skij N.V. Kratkij konspekt po jetnografii chuvash // Sobranie sochinenij. T.1. - Cheboksary, 2004. - S.33-105.

6. Nikol'skij N.V. Narodnoe obrazovanie u chuvash // Sobranie sochinenij. T.2. - Cheboksary, 2007. - S.43-90

7. Nikol'skij N.V. Hristianstvo sredi chuvash Srednego Povolzh'ja v XVI - XVIII v. // Sobranie sochine-nij. T.2. - Cheboksary, 2007. - S. 126-356.

8. Opisanie dokumentov i del, hranjashhihsja v arhive Svjatejshego pravitel'stvujushhego sinoda / sostavleno Komissiej dlja razbora i opisanija arhiva Svjatejshego Pravitel'stvujushhego Sinoda. T.1 . - SPb., 1868. - 568 s.

9. Orlov Ja. Pamjatniki sobytij v cerkvi i otechestve. T.2. - SPb., 1816. - 112 s.

10. Платон (Любарский). Сборник древностей Казанской епархии и других приснопамятных событий, старанием и трудами Спасоказанского монастыря архимандрита Платона составленный, 1782 года. - Казань, 1868. - 365 с.

11. Полное собрание законов Российской империи. Собрание 1. - Т.26. - СПб, 1830.

12. Пугачевщина. Сб. документов и материалов. В 2 т. Т.2. - М.-Л., 1929. - 456 с.

13. РГИА. Ф.796 Оп.23 Д.695.

14. РГИА. 796. Оп.82. Д.930.

15. Рыбушкин М. Краткая история города Казани. - Казань, 1834. - Ч.1.

16. Харлампович К. Казанские новокрещенские школы. (К истории христианизации инородцев Казанской епархии в XVIII в.). - Казань, 1905. - 91 с.

10. РМоп (ЦиЬагеку). 8Ъогп1к ^упоб!^ КжапБко] ерагЬИ 1 dгugih рпзпораш^пуИ 8оЪу1у, Б1агатет 1 Spasokazanskogo топаБ1у1]а агЫтаМгка РМопа 8о81ау1еппу|, 1782 goda. - Ка7ап', 1868. - 365 8.

11. Ро1пое 8оЬгате 7акопоу треги. 8оЬгате 1. - Т.26. - 8РЪ, 1830.

12. Pugachevshhina. 8Ъ. dokumentov 1 та!епа1оу. V 2 t. Т.2. - Ы.-Ь., 1929. - 456 8.

13. Я01Л. Б.796 Ор.23 Б.695.

14. Я01Л. 796. Ор.82. Б.930.

15. Rybushkin Ы. Kгatkaja goгoda Ка7ап1. - ^ап', 1834. - СЫ.

16. Haг1ampovich К. Kazanskie novokгeshhenskie shko1y. (К hгistianizacii inoгodcev Kazanskoj epaгhii v XVIII v.). - Kazan', 1905. - 91 8.