Правовое регулирование торгового предпринимательства в сфере реализации книжной и иной печатной продукции: исторический аспект

УДК 340

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

ТОРГОВОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В СФЕРЕ РЕАЛИЗАЦИИ КНИЖНОЙ И ИНОЙ ПЕЧАТНОЙ ПРОДУКЦИИ: ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

© 2014 И. В. Сахневич

канд. ист. наук,

доцент каф. теории и истории государства и права e-mail: iusta_causa@mail.ru

Курский государственный университет

В статье анализируются состояние книжной торговли провинциальной России в конце XIX - начале XX в. и изменения, происходившие в ней под влиянием налоговой реформы. Рассматривая книготорговую деятельность через призму уголовного законодательства, автор приходит к выводу о наличии как общих, так и специальных норм, направленных на пресечение правонарушений в этой сфере.

Ключевые слова: торговое предпринимательство, книжная торговля, промысловый налог, цензура.

Политика правового регулирования торговли в России в начале XX в. состояла в том, чтобы этот вид деятельности стал максимально доступным. Важнейшим шагом в развитии законодательной базы предпринимательской деятельности было принятие Положения о государственном промысловом налоге [1899]. В отличие от прежних сборов, промысловый налог 1898 г. делал объектом обложения не предпринимателя, а предприятие и взимался с каждого торгового или промышленного заведения, сколько бы их ни было у капиталиста. Главным итогом его принятия была ликвидация последних сословных преград на пути развития свободы предпринимательства. Низкие налоговые ставки и разнообразные льготы способствовали притоку в торговлю малообеспеченных слоев населения.

Рассмотрим правовое регулирование предпринимательства в сфере реализации печатной продукции и влияние его на книжную торговлю в Курской губернии -типичном регионе Центрального Черноземья.

Некоторые из книготорговых предприятий были освобождены от государственного промыслового налога и вошли в специальный перечень, составление которого было вызвано необходимостью устранить встречавшиеся на практике разногласия между торговым надзором и владельцами предприятий. В перечень в числе прочих входили заведения, содержавшиеся духовным ведомством, для печатания и продажи учебных пособий и книг духовно-нравственного содержания, для изготовления и продажи предметов для богослужения.

Мелочную торговлю из столов, ларей, рундуков и тому подобных передвижных и переносных помещений и разносную торговлю также решено было не подвергать промысловому обложению, если она ограничивалась определенным ассортиментом внесенных в специальную роспись товаров первой необходимости и массового спроса, как то: спички, трут, огниво, смола и деготь, щетина, ручные сельскохозяйственные инструменты, простонародная одежда и обувь, газеты, книги и др. товары. Льготы эти были обусловлены тем, что податной надзор за этими простонародными и неоседлыми видами торга был бы весьма затруднителен, а результаты налогообложения -

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

незначительны. Ассортимент товаров, как видно из перечисления, был весьма скуден и призван был удовлетворить потребности лишь небогатых групп населения.

Развозно-разносная форма торговли являлась одной из наиболее древних [Летурно 1898: 156, 157]. Она осуществлялась странствующими торговцами, поэтому ее часто называли передвижной. В России с ее огромными просторами и слабо развитой инфраструктурой, она долго сохраняла важное экономическое значение. Типичным примером этого была Курская губерния. Передвижная торговля не только снабжала промышленными товарами деревни и местечки, удаленные от центров, но и обслуживала в определенной мере города.

В сфере разносной торговли книжную следует отметить особо. С 1899 г. общество содействия начальному образованию в Курской губернии проводило подготовительную работу по организации книжных складов и разносной книжной торговли, которая была разрешена ему в целях распространения среди народа «полезных» книг [Курский сборник 1901: 232-233].

Разносную торговлю книгами «религиозно-нравственного содержания» открывали церковно-приходские советы. Так, совет с. Беломестное Троицкой церкви Новооскольского уезда в феврале 1911 г. получил свидетельство на право производства такой торговли под «ответственным заведыванием и наблюдением председателя совета священника Л. Дикарева». Торговля эта предпринималась «для воспитания народа в духе православной церкви» и в целях «усиления скудных средств по воспитательноблаготворительной деятельности совета»1.

В предвоенные годы число разносчиков книжной продукции увеличивалось: с 10 до 30 человек за период с 1910 г. по 1913 г. Половина этого количества пришлась на Курск, на 5 торговцев стало больше в уездных городах и на 5 - в сельской местности2. Связано это было со значительным развитием печатного дела в стране, вызванным в числе прочего, отменой предварительной цензуры и установлением явочного порядка издания периодических органов печати в городах. К 1912 г. в стране насчитывалось 2787 названий периодических изданий и 34630 наименований непериодических изданий против 310 периодических в 1864 г. и 3549 непериодических, вышедших в свет в период с 1 сентября 1865 г. по 1 января 1867 г.3

Передвижная торговля создавала серьезную конкуренцию стационарной торговле. Податной инспектор Курского уезда сообщал: «Значительное влияние на понижение продажных цен оказывают развозчики... Имея возможность не платить за помещение для своих торговых операций и менять чуть ли не ежедневно место сбыта товаров, они находятся в гораздо более выгодных условиях торговли, нежели торговцы из постоянных лавок»4. Тем не менее стационарная книжная торговля получила дальнейшее развитие в исследуемый период.

С момента открытия первого книжного магазина в губернии в 1859 г., количество книжных заведений постепенно увеличивалось [Плаксин 1997: 125]. Этот процесс продолжался и в начале XX в. С 1900 по 1908 г. в городах Тим, Суджа, Курск, Фатеж, Льгов, Обоянь, Мирополье были вновь открыты 5 книжных магазинов и 6 книжных лавок. Эти заведения торговали исключительно русскими книгами, некоторые - учебниками, учебными пособиями и ученическими принадлежностями. Книгами религиозно-нравственного содержания, иконами торговали лавки при монастырях и церквях, например, лавка Знаменского мужского монастыря в г. Курске,

1 Государственный архив Курской области (далее - ГАКО). Ф. 1. Оп. 1. Д. 7977. Л. 1, 5, 6, 13.

2 ГАКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8437. Л. 75, 77, 79, 81-83, 86, 89, 90, 92, 93, 98, 99, 101, 102, 119.

3 Там же. Л. 129

4 ГАКО. Ф. 143. Оп. 1. Д. 514. Л. 13

Auditorium: электронный научный журнал Курского государственного университета. 2014. № 2

Сахневич И. В. Правовое регулирование торгового предпринимательства в сфере реализации книжной и иной печатной продукции:

исторический аспект

книжная лавка Софрониевой пустыни в Путивльском уезде и вновь открытая лавка при Покровской церкви г. Фатежа.

Некоторые книготорговые заведения имели каталоги 5 . Иностранные произведения можно было купить в торговой точке под названием «поставленный шкап» в Ямском вокзале г. Курска, принадлежавшей редактору «Нового времени» Суворину. Видимо речь шла о Борисе Суворине, сыне известного журналиста и издателя Алексея Суворина.

Обращает на себя внимание значительное количество прошений о разрешении торговать произведениями печати (книгами, газетами, открытками). Прошения направлялись в канцелярию губернатора. На примере крестьянина Феодосия Бондалетова, решившего открыть в г. Судже книжный магазин, рассмотрим, как это происходило. В октябре 1907 г. Ф. Бондалетов подал прошение на имя губернатора. Канцелярия губернатора обратилась к суджанскому исправнику с предписанием собрать сведения о просителе. Суджанский исправник направил губернатору рапорт, в котором сообщал, что крестьянин Ф.И. Бондалетов «поведения и нравственных качеств хороших, под судом и следствием не состоял и в политической благонадежности сомнений не представляет». Кроме этого, исправник обычно выражал свое мнение о целесообразности открытия торгового заведения. В данном случае мнение было положительным. Затем на имя исправника из канцелярии губернатора было отправлено свидетельство, которое он вручил Ф. Бондалетову под роспись. В свидетельстве указывалось, что оно выдано Бондалетову на право открытия им в г. Суджа книжного магазина и производства «под его личным ответственным заведованием» книжной торговли. Торговля должна была осуществляться под наблюдением полиции и чиновника особых поручений, контролировавшего книжную торговлю в губернии6.

В декабре 1907 г. свидетельства были выданы также жене статского советника А.Н. Волжиной (на право открыть в г. Рыльске книжный магазин) и мещанину А. В. Золотареву (на право торговли художественными открытками в его кондитерской в г. Рыльске). В то же время необходимо заметить, что некоторые из прошений были оставлены без удовлетворения, одни - без объяснения причин, другие - в связи с «политической неблагонадежностью» просителя7 8 9.

К 1910 г. в губернии насчитывалось 62 стационарных торговых помещения, реализовывавших печатную продукцию (магазины, лавки, склады, лари, киоски и др.). Их количество постепенно увеличивалось, достигнув к 1913 г. 82; это увеличение падало главным образом на Курск (6) и другие уездные города (10). Еще два новых помещения, из которых производилась книжная торговля, были открыты в сл. Борисовке и по одной в Молчанской и Глинской пустыни .

В 1914-1915 гг. прошения о выдаче разрешений на право производства торговли

9

произведениями печати из стационарных торговых помещений продолжали поступать . Среди просителей были не только отдельные граждане, но и компании, например акционерное общество издательского и печатного дела «Московское издательство»10. Несмотря на то что об одном из членов правления общества имелись «неблаговидные» сведения (будучи студентом, он держал у себя на квартире запрещенные книги),

5 ГАКО. Ф. 1. Оп.1. Д. 7802. Л. 2-61 об.

6 Там же. Д .7804. Л .1,3,5,7.

7 Там же. Д. 7810. Л. 1; Д. 7813. Л. 1, 3, 4; Д. 7846. Л. 1, 15, 17, 22, 37; Д. 7853. Л. 1; Д. 7856. Л. 4; Д. 7858.

Л. 6.

8 Там же. Д. 8437. Л. 117.

9 Там же. Д. 8473. Л. 1-7; Д. 8558. Л. 1-10; Д. 8561. Л. 1-11; Д. 8562. Л. 1-8; Д. 8579.

Л. 1-18; Д. 8581. Л. 1-9; Д. 8766. Л. 1-12

10 Там же. Д. 8451. Л. 1-17, 22-23об., 27

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

«Московскому издательству» свидетельство на право торговли в Курске было выдано. Таким образом, в Курске в 1914 г. работало 7 книжных магазинов, 2 книжные лавки, книжный склад Курского губернского земства и 8 киосков с продажей газет и книг11.

«Суджанская книжная торговля», располагавшаяся в г. Судже в «новых рядах владельца К.Ф. Тахтамирова», предлагала покупателям детские, «народные» и образовательные книги, книги по сельскому хозяйству, пчеловодству, садоводству, животноводству, учебники для гимназий, начальных училищ, а также письменные и канцелярские принадлежности. Здесь же принималась подписка на газеты и журналы.

Книжный склад Курского губернского земства извещал, что имеет большой выбор наглядных учебных пособий, «выписанных как от русских, так и заграничных фирм». В целом перечень книг, выпускавшийся, например, русским издательством «Посредник», был довольно широк. В 1901 г. это издательство выпустило книги, более 400 наименований, для различных категорий населения. «Интеллигентным» читателям предлагались драма Ф. Шиллера «Дон Карлос», «Очерки критической философии» А. Шпира, «Вегетарианская кухня» и другие. Для детей были выпущены «Хижина дяди Тома» Г. Бичер-Стоу, детские рассказы, обучающие книги: азбука-картинка, географическая хрестоматия. В помощь земледельцам были выпущены «книжки»: «Как делать самодельные крестьянские веялки и молотилки», «О крестьянской рабочей лошади», «Как выстроить хорошую каменную избу». Широкому кругу читателей предлагались романы, лечебники, исторические сочинения, например рассказы о жизни древних греков. Список всех изданий «Посредника» высылался бесплатно всем желающим из редакции. Выписывать книги можно было из книжных магазинов Т-ва И.Д. Сытина [Справочный сборник 1901: 11-14.].

Ответственность за нарушения постановлений о торговле приобрела систематизированный характер с изданием Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Нормы, регулирующие ответственность за нарушения торгового законодательства, были сосредоточены в основном в главе XIII «О нарушении Уставов торговых» раздела VIII «О преступлениях и проступках против общественного благоустройства и благочиния» уложения. Однако часть норм, непосредственно устанавливающих ответственность за торговые нарушения, была рассредоточена по разным разделам и главам Уложения. В частности, интересующие нас нормы получили закрепление в главе V «О нарушениях постановлений о цензуре», отделении втором «О нарушениях постановлений о книгопечатании и торговле книгами, эстампами и т.п.» раздела VIII «О преступлениях и проступках против общественного благоустройства» [Свод законов 1857: 356-360]. Отделение первое данной главы было посвящено преступлениям и проступкам цензоров и не будет являться предметом нашего рассмотрения.

Статьи с 1365 по 1368 содержали составы правонарушений в области книгопечатания.

В отношении книгопродавцов действовали как те же нормы, что и в отношении торговцев вообще, так и специфические, связанные с особенностями предметов продажи. Например, статья 1374 - открытие без разрешения книжной лавки и производство в ней продажи содержала отсылку к статье 1660, предусматривавшей наказание за любую торговлю без свидетельства.

Статья 1369 запрещала торговлю неодобренными цензурой или запрещенными книгами, эстампами, рисунками, нотами и т.п. произведениями, если в них содержались слова. В качестве наказания выступало денежное взыскание, размер которого зависел от наличия или отсутствия рецидива. В любом случае товары конфисковывались, а торговое заведение закрывалось и могло быть вновь открыто только после получения

11 ГАКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 8468. Л. 10-10об

Auditorium: электронный научный журнал Курского государственного университета. 2014. № 2

Сахневич И. В. Правовое регулирование торгового предпринимательства в сфере реализации книжной и иной печатной продукции:

исторический аспект

разрешения в установленном порядке. Данная статья касалась также содержателей публичных библиотек.

Если выпущенные через продажу или иным способом в обращение книги не были одобрены цензурой и содержали в себе высказывания, подпадающие под действие статей 197 (богохульство, порицание христианской веры), 207 (совращение православных в другие вероучения), 279 (неуважение к верховной власти, личным качествам государя), 282 (оскорбление членов императорского дома) и т.д., то виновные в этом приговаривались к наказаниям, предусмотренным данными статьями за сочинение и распространение подобных книг.

В Уголовном уложении 1903 г. нормы, предусматривающие ответственность за правонарушения в сфере книжной торговли, были сгруппированы в главе XV «О нарушении постановлений о надзоре за печатью» [Уголовное уложение 1903: 433444]. В данной главе нового уложения было увеличено количество составов правонарушений, но за счет деяний, не связанных с книготорговлей.

Составители уложения 1903 г. остались на позиции уже нашедшей отражение в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных. За исключением нарушений правил о надзоре за печатью, все остальные преступные деяния, совершаемые посредством печати, так называемые «преступления печати», должны рассматриваться как «общие» преступления, которые отличаются лишь способом совершения преступления. Они посягают на государственные, общественные и частные интересы, не связанные прямо с печатью, хотя средством совершения данных преступлений является печатное слово. Признаки преступного деяния заключаются в содержании произведения печати, которое становится доступным неограниченному кругу лиц и в силу этого приобретает особую важность. Но средства преступного действия не могут служить основанием классификации преступлений [Там же].

Правонарушениям торговцев - разносчиков печатной продукции в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных, как и в Уложении 1903 г., было посвящено по одной статье. При определенной разнонаправленности этих статей, речь в них шла о наказании разносчиков за производство запрещенной по тем или иным основаниям торговли. Например, статья 297 Уложения 1903 г. предусматривала наказание в виде денежного взыскания в размере не выше 25 рублей виновному в производстве уличной или разносной торговли произведениями тиснения без установленного разрешения.

Таким образом, в провинциальной Курской губернии в начале XX в. продолжалось развитие различных форм торгового предпринимательства в сфере реализации книжной и иной печатной продукции, чему способствовало реформирование налогового законодательства.

Уголовно-правовые нормы, регулирующие реализацию книжной и иной печатной продукции, имели как общий: пресечение правонарушений в области торговли вообще независимо от ее специализации, так и специальный характер: карательные санкции за нарушения постановлений о цензуре (в дальнейшем -постановлений о надзоре за печатью).

Библиографический список

Курский сборник. Вып. I. Курск: Изд. Курск. губ. Стат. к-та, 1901. 251 с.

Летурно Ш. Эволюция торговли у различных человеческих рас. СПб.: Тип. И.Н. Скороходова, 1898. 182 с.

Плаксин И.М. Торговля Курской губернии во второй половине XIX века: дис. ... канд.. ист. наук. Курск, 1997. 154 с.

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

Положение о государственном промысловом налоге. СПб.: Изд. гос. канцелярии, 1899. 483 с.

Свод законов Российской империи. Т. 15. Кн. 1. СПб., 1857.

Справочный сборник Суджанского экономического бюро. Суджа: б/и, 1901.

450 с.

Уголовное уложение 22 марта 1903 года / издание Н.С. Таганцева. СПб., 1904.

Auditorium: электронный научный журнал Курского государственного университета. 2014. № 2