Аппарат сработал как машина

Вчера президент России Владимир Путин в Милане исследовал российский и итальянский павильоны на Expo и сообщил итальянскому премьеру Маттео Ренци, что G7 — "это даже не организация, а так... клуб по интересам". C подробностями — специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ.

На выставке Expo в Милане свои экспозиции представили, кажется, все существующие в природе страны. Масштабными являются павильоны Ганы и Германии, Анголы и Швейцарии. Правда, нет павильона Украины. На вопрос, а куда же он делся, высокопоставленный организатор рассказала поучительную историю о том, как Украина честно просила коллег из США и ЕС о непринципиальной для них финансовой помощи с целью организации павильона в Милане, но, наткнувшись на недоумение партнеров ("Ну не перебор ли это?!"), отказалась от многообещающей идеи.

Зато там, где должен был стоять украинский павильон, теперь наливают бельгийское пиво и дают бельгийскую картошку: потому что рядом, конечно, павильон Бельгии.

И вот что я скажу: нет, мягко говоря, худа без добра.

Местом паломничества является также павильон Туркмении. По уровню достатка он не сравнится ни с одним другим на этой выставке. Посетители выставки бросают все и идут наслаждаться туркменским изобилием — так же, как и немногочисленные туркменские гости, которым этим изобилием насладиться больше негде.

Российская экспозиция располагается на двух этажах. Один — ультрасовременный. На другом, наоборот, представлены достижения российских регионов.

На первом — мерцающая в полутьме на две огромные стены таблица химических элементов Д. И. Менделеева, гордости нашей. В глубине — водный бар, как пояснила уже очень сильно волнующаяся в предчувствии Владимира Путина и Маттео Ренци девушка-гид.

Водный бар представляет собой сложносочиненный многоуровневый самогонный аппарат. Журналисты, посетившие павильон еще до его открытия, гордятся, по-моему, этой своей догадкой, когда очень уж внимательно разглядывают водный бар, но повода для гордости никакого нет: тут никто этого и не скрывает.

— Это машина, производящая русские национальные напитки,— поясняет девушка.— Морс, компот, тархун, вина Крыма... Да, самогонный аппарат, оформленный в виде современной лаборатории.

Аппарат занимает значительную часть площадей первого этажа. И это смело: гордиться так гордиться. Ясно же, что это — именно то, чем мы еще можем удивить мир: вряд ли еще кому-то из стран--участниц Expo может прийти в голову такое решение.

Второй этаж при желании можно назвать постмодернистским. Экспонаты здесь — из 60-70-х годов прошлого века, хотя зачем-то выдаются за современную продукцию агропромышленного комплекса Татарстана. Пластмассовые помидоры, огурцы и перец, выкрашенные в более или менее естественный цвет муляжи краковской колбасы, гипсовые батоны хлеба, среди которых вдруг с потрясением встречаешь подлинные образцы...

Просматривается и антисанкционная тема: Татарстан демонстрирует Prego Maasdam и Parmigiano-Reggiano, к производству которых Татарстан приступил в полном объеме, а также "Просто сыр" — величественную альтернативу любым попыткам.

Владимир Путин вылетел из Москвы вовремя и вместе с премьером Италии, который еще два дня назад единогласно голосовал за продление санкций по отношению к России на саммите G7, осмотрел российский павильон, а потом итальянский. Оба они должны были убедиться: чем больше санкций, тем больше экспонатов из российского павильона будут просто перетекать в итальянский (как вот сыр Parmigiano-Reggiano).

Владимир Путин, выступая на открытии российского дня на Expo, сказал, что Россия, как известно, одной из первых поддержала заявку Милана на проведение Expo, и тем самым частично объяснил приглашение в Милан, которое все-таки выглядит вычурным в условиях усиливающейся освободительной борьбы Запада за избавление народов Крыма от российской внешней угрозы.

То есть это не в последнюю очередь знак вежливости, а не только особой мужественности Маттео Ренци.

Владимир Путин отметил, что в российском павильоне представлены основные достижения отечественного народного хозяйства и сделан акцент на главной теме выставки: "Питание для планеты — основа для жизни".

Он упомянул и об "Открытой кухне", где многочисленные повара представят все многообразие российской кухни (она, как было сказано, существует в 180 разновидностях, то есть о таком понятии, как "российская кухня", строго говоря, рассуждать не приходится: есть башкирская, а есть аварская).

— Что мы будем делать в русском павильоне с типично крепкими, русскими напитками? — интересовался Маттео Ренци.— Надеюсь, что мы дойдем до их дегустации, когда что-то все-таки поедим...

Расположенность итальянского премьера к российскому президенту даже немного пугала.

Маттео Ренци рассказал, что грандиозным событием в России будет, безусловно (то есть безусловно будет), чемпионат мира по футболу-2018, и пообещал, что приедет с итальянской командой в Россию и нанесет чувствительный удар. После этого чертовски захотелось в отпуск в Италию: все равно, похоже, нигде больше не примут.

Обстановка максимального участия друг к другу сохранилась и на пресс-конференции. Господина Ренци крайне интересовала проблема Ливии: очевидно, что он рассчитывает на помощь России на переговорах по этому поводу.

Итальянский премьер рассказал, как надеется на активное участие в оперативных переговорах министра иностранных дел России Сергея Лаврова:

— Мы решили, что если он не будет давать хороших советов насчет Ливии, мы его и обедать не позовем.

Владимир Путин говорил как умел:

— Распад ливийской государственности и связанные с этим события (массовый исход беженцев, прежде всего в направлении Италии.— А. К.) — это результат внешнего военного вмешательства в 2011 году.

Разумеется, спрашивали о санкциях. Господин Путин становился резок.

— Итальянские компании, которые боролись за российские контракты, встали — из-за санкций в адрес некоторых российских финансовых учреждений... решайте эти проблемы... мы партнеров найдем... по линии ВТС (военно-технического сотрудничества.— А. К.) итальянские компании могли заработать миллиард евро. Это не случилось,— развел руками российский президент и огорченно поглядел на итальянских журналистов.

Но они, кажется, не очень расстроились.

На вопрос, как он оценивает отношения с "семеркой" (группой государств G7.— А. К.), Владимир Путин удивился:

— Что касается отношений с "семеркой", у нас нет отношений с "семеркой"... мы представляли там некоторую альтернативную точку зрения. Наши партнеры решили, что альтернативная точка зрения не нужна. Ну это же не организация... Это так... клуб по интересам.

Маттео Ренци не стал с этим спорить. Он был или согласен, или просто выше этого.

Вчера он был, безусловно, в очень хорошей форме.

После демонстрации такой формы "семерка" может и в "шестерку" превратиться.

И квасу он в российском павильоне выпил (наверное, посчитал его крепким напитком). Да, блинов с икрой не попробовал. Единственная к нему за весь день претензия.

Уже через два часа Владимир Путин был в Риме. Церемония встречи в Ватикане отработана, без преувеличения, веками (если не тысячелетиями). Сначала приехавшего гостя встречает префект папского двора архиепископ Георг, потом свита джентльменов папского двора. Эти люди идут медленно и печально, потому что грудь каждого состоит из большого количества орденов, которыми джентльменов награждают по праздникам, а праздников в Ватикане столько, что большинство орденов джентльменам, похоже, приходится оставлять дома.

Кроме джентльменов Владимира Путина сопровождала делегация, состоящая из министра иностранных дел Сергея Лаврова, пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова и других джентльменов. Все они проследовали в библиотеку папы, где и состоялся недетский по всем признакам разговор.

Утром посол США в Ватикане Кеннет Хэкетт рекомендовал папе занять жесткую позицию по отношению к Владимиру Путину:

— Возможно, сейчас для Святого престола настала возможность выразить беспокойство в приватной встрече, в том числе территориальной целостностью,— заявил господин Хэкетт.

Впрочем, папа римский Франциск вряд ли приглашал президента России Владимира Путина именно для этого, особенно судя по его виду в библиотеке. Да, он отказался занимать жесткую позицию. Он лучезарно улыбался российскому президенту (и наоборот), хоть и смотрел, кажется, сквозь Владимира Путина — похоже, что, как обычно, в вечность.

Ну и Владимир Путин тоже в конце концов заглянул в нее, конечно.

Остается сказать, что встреча их в этот день продолжалась почти вдвое дольше, чем предыдущая, то есть около часа.

Расстались друзьями.

Назло врагам.

Впрочем, лучший друг еще только ждал Владимира Путина - в аэропорту Рима.

И не спрашивайте, кто это был. Сами знаете.