В борьбе за ЕТО

Министр Греф (слева), министр Южанов (справа) и энергетический комиссар Кутовой (фото внизу) уже готовы единолично руководить еще не созданным тарифным органом

       Реструктуризация правительства все же состоится, и нешуточная: будет создан единый тарифный орган (ЕТО). Речь идет о министерстве по делам естественных монополий — ни больше ни меньше. По степени влияния на российскую экономику этот орган сможет посоревноваться с Центробанком.

       О необходимости создания органа, контролирующего тарифы всех естественных монополий, президент Путин высказался еще зимой. Мысль здравая и в общем-то очевидная. В самом деле, почему железнодорожные тарифы контролирует МАП, тарифы РАО ЕЭС — Федеральная энергетическая комиссия (ФЭК), цены за прокачку нефти и газа — комиссия Виктора Христенко? Тем более что все эти многочисленные инстанции чаще всего штампуют договоренности монополистов: между РАО ЕЭС и "Газпромом" о том, насколько вырастут цены на газ и электроэнергию, или между тем же РАО ЕЭС и МПС по поводу тарифов на транспортировку угля. Ответ обычный: так вышло, это результат стихийной борьбы как в самом правительстве, так и вокруг него.
       Президента этот ответ не удовлетворяет. Проведя ревизию имеющихся у государства инструментов воздействия на экономику,— а это занятие Владимир Путин полюбил, еще будучи руководителем контрольно-ревизионного управления в администрации Бориса Ельцина,— президент нашел способ укрепления вертикали власти, на этот раз экономической. Не нарушая принципов либерализма, которые официально исповедуют и президент, и его кабинет, это, казалось бы, сделать сложно. Но можно.
       Российская экономика — это прежде всего естественные монополии ("Газпром", РАО ЕЭС, МПС, "Транснефть"), которые именно в этом качестве должны контролироваться государством. С этим вряд ли станет спорить даже радикал-либерал. И вот найден простой и надежный способ этого контроля. Создание единого тарифного органа, который должен контролировать тарифы естественных монополий,— это такая реструктуризация кабинета, по сравнению с которой теряются как несущественные вопросы, сколько будет вице-премьеров и какие министерства следует укреплять, а какие вовсе ликвидировать. По существу, создается Госплан и Госкомцен в одном лице.

     Президенту такой орган нужен — и не только для того, чтобы фактически контролировать всю экономику. Бывают в жизни главы государства моменты, когда с доверенным человеком надо обсудить вопросы, связанные с финансированием бюджетных или почти бюджетных затрат. А где взять это желанное финансирование? Прежде всего у естественных монополий, с которыми лучше всех договорится глава тарифного органа или министерства по делам естественных монополий. Премьеру этот орган должен нравиться не очень. Не вполне понятно, у кого — у самого премьера или скромного главы единого тарифного органа — будет больше рычагов экономической, а значит, и политической власти.
       
       Появления единого тарифного органа ждет не только президент. В том, что все естественные монополисты (компании, как известно, небедные) будут бороться за влияние на этот орган и его главу, никто не сомневается. В этой борьбе поучаствуют и те, кто заинтересован, чтобы проводимая тарифная политика соответствовала интересам развития их бизнеса.

В принципе, куратором тарифного органа должен стать вице-премьер Христенко. Но, говорят, даже о смене начальников "Газпрома" и Федеральной энергетической комиссии он узнал последним

       Борьба уже идет полным ходом. Редакция "Власти" располагает конкурирующими проектами, подготовленными в ФЭК и в Минэкономразвития (первоначально в забеге участвовало и МАП, но оно уже сошло с дистанции). По сути, проекты различаются только в одном. ФЭК формулирует ключевое положение проекта указа коротко и ясно: "Установить, что Федеральная энергетическая комиссия является федеральным органом исполнительной власти, проводящим государственную политику в области регулирования естественных монополий". ФЭК предлагает добавить ей полномочий, отобрав их, соответственно, у МАП, МПС и даже у Христенко, который, впрочем, может остаться куратором единого тарифного органа. А может и не остаться. Как говорят соседи вице-премьера по Белому дому, Виктор Христенко, куратор ТЭКа, узнал о назначениях Алексея Миллера главой "Газпрома" и Григория Кутового председателем ФЭК, когда они уже состоялись, и искренне переживал по этому поводу.
       Минэкономразвития придерживается прямо противоположной точки зрения. В его проекте указа говорится: "Считать целесообразным упразднение Федеральной энергетической комиссии и передачу всех ее функций Федеральной комиссии по тарифной политике и регулированию естественных монополий". Написано каким-то неуказным языком. Что значит "считать целесообразным" в тексте президентского указа? Объясняется этот пассаж тем, что президент не может взять и ликвидировать ФЭК, как бы этого ни хотело Минэкономразвития. И все потому, что ФЭК фигурирует в тексте закона "О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию".
       Чем же ФЭК не угодила Минэкономразвития? Формальный ответ дается в подготовленном в министерстве проекте письма Михаила Касьянова Владимиру Путину: "Присоединение всего комплекса регулирующих функций к ФЭК будет затруднительно ввиду узкой отраслевой специализации этой комиссии". Более откровенно авторы высказались в проекте положения о Федеральной комиссии по тарифной политике и регулированию естественных монополий: комиссия "совместно с Минэкономразвития разрабатывает меры по проведению единой государственной политики цен и обеспечивает их реализацию". Естественно, в этом тандеме роль ведущего Минэкономразвития оставляет за собой.

Если тарифный орган отдадут министру Грефу, глава РАО ЕЭС Чубайс наверняка с ним договорится

       Это логично. Во-первых, тарифы естественных монополий весьма существенно влияют на всех остальных отечественных производителей. Во-вторых, рост тарифов — важная составляющая развертывания инфляции. В-третьих, российский бюджет напрямую зависит от того, как идут дела у естественных монополистов. В-четвертых, такие естественные монополисты, как "Газпром" и "Транснефть", имеют прямое отношение к размеру поступающих в Россию долларов, а следовательно, к валютному курсу рубля и масштабам рублевой эмиссии. Поэтому претензии Минэкономразвития на участие в деятельности тарифного органа (а по существу, на формирование тарифной политики) выглядят убедительно.
       У ФЭК другие аргументы. Комиссия уникальна тем, что она прямо названа в тексте закона. Обычно законодатели отделываются формулировкой "полномочный орган", а тут дали слабину, прямо написав "Федеральная энергетическая комиссия". На этом основании ФЭК считает, что если возобладает позиция Минэкономразвития, то как раз единого тарифного органа и не получится — по крайней мере до тех пор, пока не будут внесены поправки в закон "О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию".
       
       Казалось бы, какая разница, останется ФЭК, будет вовсе упразднена или ее накачают полномочиями? Главное — появится министерство по делам естественных монополий, остальное — чиновничьи игры. Однако в любой игре, имеющей отношение к власти, есть смысл. Да и настоящими игроками в данном случае являются отнюдь не чиновники. По существу, борьба между Минэкономразвития и ФЭК за родительские права на создаваемый тарифный орган отражает не столько чиновничьи амбиции, которые, конечно, присутствуют, сколько схватку олигархов за возможность контролировать министерство естественных монополий.
       После того как Андрея Задернюка на посту председателя ФЭК сменил Григорий Кутовой, между комиссией и РАО ЕЭС пробежала не одна черная кошка. Дело дошло до того, что РАО ЕЭС направило письмо в Генпрокуратуру, чтобы та пресекла незаконную деятельность ФЭК. Нарушение закона усматривается в том, что ФЭК "необоснованно снизила размер абонентной платы РАО 'ЕЭС России' для ОАО 'Башкирэнерго', ПЭО 'Татэнерго', ОАО 'Иркутскэнерго', одновременно увеличив ее для остальных энергосистем". ФЭК утверждает, что "Башкирэнерго", "Татэнерго" и "Иркутскэнерго" "самостоятельно содержат сети высокого (свыше 220 кВт) напряжения, не пользуясь для этого услугами РАО 'ЕЭС России'". В данном случае неважно, были услуги желанными или принудительными. Факт в том, что обращение в Генпрокуратуру — это война. И оснований вести эту войну у РАО ЕЭС больше чем достаточно.

Начальнику "Газпрома" Миллеру нет разницы, кого назначат главным по тарифам — главный по газу все равно подчиняется напрямую президенту

       Дело в том, что ФЭК и ее глава — противники плана реструктуризации РАО ЕЭС, уже принятого правительством. Принципиальное возражение состоит в том, что РАО неверно формирует энергетический рынок. В отличие от передовых мировых образцов, прежде всего скандинавского, когда на уровень цен прямо влияет потребитель, в РАО, как считают в ФЭК, собираются отгородить потребителя от формирования тарифов, и тогда уровень цен будут формировать затраты на самом неэффективном генераторе. Чтобы ограничить рост тарифов, ФЭК предлагает вычленить из тарифов РАО ЕЭС инвестиционную составляющую и централизовать ее в руках государства (например, в государственном Российском банке развития). Так как тарифы есть и будут, поток средств в инвестиционный фонд не иссякнет. А раз так, то можно не ждать 2003 года, когда, по прогнозам РАО ЕЭС, с которыми ФЭК согласна, начнется массовое выбытие генерирующих мощностей, а сразу взять кредиты на Западе и бросить на модернизацию. Кредиты дадут: источники обслуживания налицо.
       С тем, чтобы инвестиционная составляющая тарифов была выведена из РАО, Анатолий Чубайс, естественно, не согласен. Лучший для него выход — ликвидация ФЭК. В том, что с предлагаемым Минэкономразвития тарифным органом ему договориться удастся, Чубайс уверен. Герман Греф ему гораздо ближе Григория Кутового. К тому же в энергетических советниках у Грефа значится предшественник Кутового на посту председателя ФЭК Андрей Задернюк, с которым у Чубайса отношения давно налажены.
       Любопытно, что идею централизации инвестиционной составляющей в тарифах РАО ЕЭС публично высказал вовсе не Кутовой, а глава "Русского алюминия" Олег Дерипаска. Произошло это на заседании президиума РСПП при обсуждении плана реформирования РАО ЕЭС. Это расставляет все по своим местам.
       В борьбе за единый тарифный орган производитель электроэнергии Анатолий Чубайс противостоит ее крупнейшим потребителям — алюминиевым королям Роману Абрамовичу и Олегу Дерипаске. Пока счет в этом матче 1:1. Алюминщики забили свой гол, когда Григорий Кутовой возглавил ФЭК. Чубайс отыгрался, когда правительство одобрило нужную ему программу реструктуризации РАО ЕЭС. Но это была разминка. Настоящая схватка разворачивается сейчас и ведется вокруг создания министерства естественных монополий.
НИКОЛАЙ ВАРДУЛЬ