Магелланов прорыв

     480 лет назад в испанском порту Санлукар-де-Баррамеда бросил якорь корабль "Виктория" — единственный из пяти, отплывших оттуда тремя годами раньше. Так закончилось первое кругосветное путешествие под командованием Фердинанда Магеллана. Сам он не дожил до триумфального возвращения, как и 219 из 237 человек, отправившихся с ним в плавание. Только "Виктория" пришла к финишу, оправдав свое название: ее трюмы ломились от пряностей, в ту пору ценившихся в Европе буквально на вес золота. Финал кругосветки доказал не только шарообразность Земли, но и эффективность "бизнес-плана" португальского мореплавателя, принесшего баснословную прибыль не своей родине, а ее сопернице,— Испании.
Золото на первое, второе и третье
       О Магеллане и его плавании в общих чертах знают все. Значительно менее известна коммерческая подоплека дерзкого предприятия — настолько рискованного, что португальская корона отказалась финансировать этот безумный план. И такая осторожность Магеллановых соотечественников понятна: в предложенном им проекте поиска легендарных островов Пряностей было гораздо больше авантюризма, чем трезвого расчета и точного знания.
       Хотя ставка была высока: без пряностей в Европе XVI века не обходились ни торжественные трапезы (от закусок до десертов), ни аптеки. Черный перец, имбирь, корицу, шафран, миндальный орех, гвоздику и прочие незаменимые сегодня на кухне специи веками возили из-за океана арабские купцы, и тогда этот товар ценился на вес золота, выполняя роль конвертируемой валюты в межгосударственной торговле. Понятно, что две ведущие морские державы, Португалия и Испания, мечтали сломать арабскую монополию и напрямую получить доступ к источнику бесценного товара.
       О том, что заветные острова существуют — где-то восточнее и южнее Азии или, соответственно (с учетом гипотезы о шарообразности Земли), западнее Нового Света, веками знали европейские купцы, покупавшие у арабов пряности. Местоположение островов грубо представлял себе уже в начале XIII века Марко Поло, наблюдавший за разгрузкой кораблей с пряностями в китайском порту. Наконец, в 1511 году португалец Антониу д`Абреу, обогнув Африку, доплыл на восток до острова Борнео и достиг неизвестного архипелага, где, по утверждениям аборигенов, обильно произрастало искомое "растительное золото". Правда, застолбить острова за своей родиной мореплаватель по ряду формальных причин не смог.

Капитан-генерал Фернао Магальяеш детально проработал все стороны будущей экспедиции, кроме собственно морской

       Уже следующая португальская экспедиция могла бы принести победу в давнем споре, поскольку путь на восток испанцам был закрыт. Подписанный в 1494 году договор между двумя ведущими морскими державами, а еще раньше специальная папская булла делили весь доселе не исследованный мир "пополам": все, что находилось восточнее воображаемого меридиана, проходившего вблизи островов Зеленого Мыса, автоматически отходило к Португалии, а все, что западнее,— Испании. Пока дело ограничивалось уже освоенными Атлантическим и Индийским океанами, конфликтов не возникало: испанцы в одиночку качали золото из своих владений в Америке, а португальцы единолично "доили" Африку и Индию.
       Форс-мажорные обстоятельства внесла в подписанный пакт не учтенная вовремя революционная идея — шарообразности Земли. Логичным следствием этой гипотезы стала правовая неопределенность. Островов Пряностей, находившихся буквально на краю света по отношению к Европе, можно было достичь, двигаясь не только на восток, но и на запад, расстояния до островов никто не знал даже приблизительно, поэтому обе страны-соперницы оказывались в равных условиях. И победителем, очевидно, стала бы та, которая первой установит на островах свой штандарт. Доказывай потом, что они забрели в "чужое" полушарие.
       Второй вариант — плыть в поисках островов на запад как раз и предложил королю Испании португалец Магеллан, дав потомкам яркий пример того, как важны даже в самом рискованном предприятии грамотно составленный бизнес-план и безошибочный выбор инвестора. То, что не вызвало энтузиазма у родного королевского двора (зачем португальцам плыть на неведомый запад, когда есть испытанный путь на восток?), оказалось чрезвычайно привлекательно для двора испанского — по причинам, изложенным выше.

Чтобы не повторять подвигов Магеллана в одноименном проливе, пришлось в ХХ веке прорыть комфортабельный Панамский канал

"Специальное" предложение
       Будущий мореплаватель родился примерно в 1480 году в городе Сабороса, мэром которого был его отец — отставной военный дон Педро Руй де Магальяеш. Сына он назвал Фернао. И только в возрасте 37 лет, когда уже известный португальский капитан и военачальник Фернао Магальяеш сменил национальность и поступил на службу к королю Кастилии и Арагона Карлу I (будущему императору Карлу V), он сменил также и имя, став Эрнандо Магальянесом. После чего вошел во все европейские языки как Фердинанд Магеллан.
       Но до этого была служба при дворе короля Португалии, куда отцу с помощью старых связей удалось пристроить сына. Тот, в отличие от сотен таких же счастливчиков, придворным развлечениям предпочел занятия науками, овладел астрономией и морским делом, и уже к двадцати годам получил чин помощника капитана. В 1505 году молодой моряк впервые принял участие в серьезной военной кампании: в составе экспедиции Педро д`Алмейды отправился завоевывать Индию. Затем Магальяеш проявил себя при завоевании Малакки, а вернувшись на родину, тут же отбыл в новый поход, в Марокко, где несколько раз был серьезно ранен.
       Молодому воину явно светила блестящая карьера. Однако она оборвалась на самом взлете: поссорившись со своим непосредственным начальником, адмиралом д`Алмейдой, капитан Магальяеш самовольно покинул корабль, о чем д`Алмейда сообщил в рапорте на высочайшее имя. Серьезного наказания не последовало, однако с тех пор отношение двора к Магальяешу стало более чем прохладным. Капитану, отлученному от военной службы, оставалось только строить прожекты и планировать экспедиции, на которые еще нужно было находить деньги.
       Больше всего увлекла будущего Магеллана идея достичь легендарных островов Пряностей, или Молуккских. Все его предложения, посланные королю Португалии, остались без ответа, а через знакомых придворных Магальяеш узнал, что монарху не понравилось главным образом, сколько будет стоить предполагаемая экспедиция. Честолюбивому капитану стало ясно: поход к островам Пряностей под родным флагом ему не светит.

Магеллан привез на Филиппины деревянный крест, сохранившийся до сих пор. Но туземцы неправильно поняли намек бледнолицых пришельцев

И он решил предложить свои услуги другому двору — испанскому. Но для этого нужно было составить еще более рискованный и дорогостоящий план — путешествия на запад.
       То, что на западе от Пиренейского полуострова лежит Новый Свет, после Колумба тайной уже не являлось. Было также известно, что за новым материком простирается еще один океан: впервые уходившую к горизонту водную гладь наблюдал с Панамского перешейка испанский конкистадор Бальбоа. А дальше должен был находиться неведомый материк, на существовании которого настаивал самый авторитетный в ту пору картограф Меркатор. Он основывал свои утверждения на трудах Птолемея и сравнительно новой гипотезе о шарообразности Земли, предполагая, что западнее открытой Колумбом земли лежит еще один огромный участок суши, который должен уравновешивать известные материки в Восточном полушарии — Евразию и Африку.
       Но во времена Магеллана никто не смог бы точно указать на карте, где расположена эта Неизвестная Южная Земля (Terra Australis Incognita) — нынешняя Австралия. Неизвестно было, сколько времени займет плавание в океане и встретятся ли на пути к островам Пряностей какие-то другие, где можно будет пополнить запасы пресной воды и продовольствия. Не существовало ни карт морских течений, ни роз ветров в тех краях, куда собирался отправиться Магеллан.
       Однако параллельно главному плану будущей экспедиции (мягко говоря, приблизительному и неточному), новоиспеченный Эрнандо Магальянес разработал и второй, говоря современным языком, бизнес-план. В котором скрупулезно рассчитал, сколько получит испанская казна в случае успеха операции, особо оговорив свою долю. А на случай возможной неудачи посоветовал королю финансировать экспедицию не из казны, а из карманов купцов. Предполагалось обложить их "добровольно-принудительной" данью — взять у них специальный (под процент с будущего дохода от продажи специй) кредит.

Доверившись картам современников, Магеллан расчитывал пересечь Тихий океан за трое суток. А потребовалось - три с половиной месяца

Поскольку в те времена ссориться с властями для купцов значило рисковать жизнью, требуемые деньги были собраны, хотя купцы прекрасно знали, что монархи редко возвращают кредиты. Кроме того, расчетливый капитан сумел удачно жениться — на дочери управляющего королевским замком в Севилье, и тесть добился для него высочайшей аудиенции. Помогла и другая аудиенция, у влиятельного кардинала Фонсеки: Магальяеш вдохновил его перспективами миссионерской деятельности во вновь открытых землях.
       Словом, проект был обставлен как надо со всех сторон кроме, собственно, морской. Но в ней король не разбирался и легко дал согласие, назначив Магеллана капитан-генералом экспедиции.
       
Морская одиссея 1450-х годов
       Небольшая флотилия, состоявшая из пяти кораблей, чьи имена вошли в историю: "Виктория", "Тринидад", "Консепсьон", "Сантьяго" и "Сан-Антонио", получила скромное название "Молуккской армады". В ее состав входили 237 человек, включая купленного у арабов молуккского раба — будущего переводчика при контактах с аборигенами и венецианского "журналиста" (а по совместительству шпиона) Антонио Пигафетту, который подробно описал все перипетии путешествия.
       Магеллан запасся оружием и провизией, рассчитанной на два года плавания, но корабли были явно не приспособлены к покорению трех океанов. Наблюдавший за отплытием португальский консул в Севилье не без злорадства доносил в Лиссабон: "Я не рискнул бы отправиться на подобном корыте даже на Канары". Но Магеллан, имевший при себе королевский мандат на открытие прохода в океан, еще не названный Тихим, и на присоединение островов Пряностей к испанской короне, был полон оптимизма.
       20 сентября 1519 года его маленькая армада снялась с якоря и взяла курс на запад. До конца января плавание через Атлантику ничем не отличалось от других, совершенных до Магеллана. И только в начале февраля, когда корабли вышли из бухты Ла Плата, где сейчас находится город Монтевидео, и поплыли на юг вдоль южноамериканского побережья, все изменилось.
       Теперь экспедиции не могли помочь никакие карты: в этих широтах никто до Магеллана не плавал. Всю весну и лето (в южном полушарии это самое холодное время года) корабли медленно ползли вдоль побережья, исследуя по пути каждый залив. Всякий раз Магеллану казалось, что перед ним — долгожданный пролив, который выведет их на океанский простор, и с каждой очередной неудачей росло недовольство команды. Моряки были истощены продолжавшимся почти год плаванием, бунт следовал за бунтом, однако Магеллан железной рукой подавлял любое возмущение. Ему пришлось даже казнить двух капитанов из пяти, а третий был оставлен с запасом провизии на диком берегу.

Остров Мактан, на котором убили Магеллана, стал модным курортом

До 50-й параллели, рядом с которой расположены Фолклендские острова, дошло только четыре судна: налетев на скалы, затонул "Сантьяго". Понимая, что долго удерживать команду в повиновении не удастся, капитан-генерал клятвенно обещал ей: еще двадцать дней к югу и, если проход не будет найден, армада поворачивает на восток и плывет к Молуккским островам в португальской "зоне ответственности". Конечно, это означало бы поставить крест на всей затее с присоединением островов к испанской короне, но капитан-генерал взял грех на душу, обещав то, чего никогда бы не сделал.
       К счастью, ему не пришлось нарушать слово. 21 октября 1520 года корабли обогнули одинокий мыс, за которым открывался узкий и извилистый пролив длиной в 373 мили, ведущий в глубь материка. Тот самый, названный позже Магеллановым.
       Проход по нему, занявший три недели, едва не стал для экспедиции роковым. Ледяной шквальный ветер швырял кораблики по узкой акватории как щепки, и армада чуть было не лишилась двух кораблей — посланных на разведку "Сан-Антонио" и "Консепсьона". К счастью, в критический момент, когда судьба всего предприятия висела на волоске, матросы "Виктории" заметили среди скал паруса потерявшихся кораблей, и флотилия продолжила движение в полном составе.
       28 ноября корабли миновали наконец кошмарный пролив и вышли на океанский простор. Хотя и не без потерь: чуть раньше команда "Сан-Антонио", взбунтовавшись, повернула назад. Мятежный корабль уносил с собой в Испанию не только треть запасов провизии, но и "телегу" на капитан-генерала, который будто бы и прохода в Тихий океан не нашел, и экспедицию погубил.
       
Смерть в Раю
       После ужасов Магелланова пролива океан встретил путешественников почти штилем, и летописец экспедиции Антонио Пигафетта впервые употребил в своих записях название, позже приписанное Магеллану: море Тихое. Воодушевленные моряки взяли курс норд-вест. Никто из них не представлял себе, сколько продлится плавание и когда они вновь увидят землю.

Убивший Магеллана вождь Лапу-Лапу сегодня — национальный герой Филиппин

Полтора месяца корабли, подгоняемые пассатами, мирно плыли к неведомой цели. Магеллана словно вел ангел-хранитель: совершенно не представляя себе, куда плывет, он тем не менее двигался прямо к цели. Возьми он курс чуть севернее — и неминуемо уперся бы в Маркизские острова, чуть южнее — попал бы на Таити. Места тоже вполне райские, однако пряностей там не водилось, по крайней мере в таких количествах, как, по слухам, на Молукках. Кроме того, корабли прошли всего в сотне миль от атолла Бикини и в полусутках пути от коварных коралловых рифов, где экспедицию подстерегала верная гибель.
       Однако обстановка на кораблях была отнюдь не идиллическая. На всех трех судах начался мор, вызванный нехваткой пищи и пресной воды. Искатели пряностей не брезговали закусывать отварной кожей от ботфорт и пойманными крысами — хотя океан кишел разнообразной морской живностью, тогдашние суда были мало приспособлены к рыбалке в открытом океане.
       Только к концу января корабли наткнулись на небольшой атолл, названный Магелланом островом Святого Павла (ныне — Пукапука, входящий в архипелаг Туамоту). После недельной стоянки, во время которой экспедиция пополнила запасы воды, а моряки отведали местных деликатесов — мяса гигантских черепах и тропических фруктов, настроение команды улучшилось и флотилия продолжила путь. Всем казалось, что еще чуть-чуть, и перед ними раскинется Молуккский архипелаг — главная цель плавания.
       Заблуждение рассеялось быстро. К тому времени экспедиция Магеллана преодолела лишь треть пути через Тихий океан, и спустя месяц плавания на кораблях снова начался мор. 4 марта на флагмане кончились все запасы пищи. К счастью, спустя два дня впередсмотрящий, с трудом взобравшись на мачту, наконец увидел землю. Это был большой остров, который сейчас называется Гуамом.
       Океан был пройден — но не за три дня, как полагал в начале плавания Магеллан, а за три с половиной месяца. Теперь предстояло отыскать в россыпи островов, встречавшихся на пути, искомые Молуккские. То, что они близко, подтвердил счастливый случай.

И 400 лет спустя человечество испытывает нужду в первооткрывателях: космический зонд "Магеллан" на фоне Магеллановых Облаков

Магеллан лишь ненамного промахнулся, завершив океанский вояж в районе Филиппин: Молуккские острова, входящие в состав Индонезии, лежали чуть южнее. В Европе уже были наслышаны и о "райских" Филиппинах, однако нога белого человека туда еще не ступала. Магеллан начал методично исследовать остров за островом, и на одном из них его ждала удача: подплывшие к кораблям аборигены в пирогах неожиданно поняли язык, на котором их окликнул с борта тот самый раб-толмач по имени Энрике.
       Строго говоря, именно он стал первым человеком на земле, совершившим кругосветное путешествие, поскольку его спутникам еще предстоял путь на родину. Будучи ребенком, Энрике был захвачен в рабство враждебным племенем, затем, по мере продвижения с востока на запад, много раз менял хозяев и в конце концов вернулся в родные места уже с востока. Правда, История этот факт благополучно забыла.
       А вот самому капитан-генералу не удалось обогнуть Землю. Перед финальным рывком к островам Пряностей он решил дать команде отдых на мирных Филиппинах. 27 апреля 1521 года на острове Мактане отряд испанцев попал в засаду и в завязавшейся схватке Фердинанд Магеллан был убит отравленной стрелой.
       Там его и похоронили. На памятнике, сохранившемся по сей день, начертаны две противоположные по смыслу надписи. Одна — на лицевой стороне, для туристов — рассказывает о трагической гибели великого европейского мореплавателя от рук вероломных туземцев. Другая, на тыльной стороне, повествует о победе великого местного вождя над белокожим пришельцем-чудовищем, одетым в железо. Словом, образец филиппинской политкорректности!

В XVI веке вместо доллара повсеместно ходили перец и гвоздика. А печатали эту "валюту" в Юго-Восточной Азии

Через специи — к звездам
       То, что не удалось довести до конца Магеллану, исполнили его спутники, теряя по пути суда и людей. После того как "Консепсьон" затонул, напоровшись на рифы, "Виктория" и "Тринидад" 8 ноября 1521 года достигли Молуккского архипелага и набили трюмы тем, ради чего, собственно, и затевалась экспедиция,— тоннами гвоздики, перца, шафрана и прочих специй.
       Затем экспедиция потеряла флагмана: "Тринидад" штормом отнесло к берегам Японии, где он вместе с грузом стал легкой добычей хозяйничавших там португальцев. И только "Виктории" водоизмещением всего 85 тонн, ведомой капитаном Хуаном Себастьяном Эль Кано, удалось вернуться домой. Для этого оставшимся в живых пришлось пересечь еще один океан — Индийский и обогнуть Африку с запада. Главным откровением для участников первой кругосветки стал неведомо куда исчезнувший календарный день, о котором сегодня знает любой школьник.
       8 сентября 1522 года "Виктория" вошла в бухту Санлукар-де-Баррамеда, имея на борту 18 членов экспедиции и 26 тонн специй в трюмах. Стоимость груза с избытком окупила расходы на кругосветное плавание, так что "бизнес-план" португальца оказался как минимум не убыточным.
       Все выжившие участники экспедиции были награждены. Капитану Эль Кано король пожаловал пожизненную пенсию и герб, на котором изображены замок, три мускатных ореха, 12 высушенных бутонов гвоздичного дерева, две коричные палочки и над всем этим земной шар с надписью: "Ты первым обошел меня".
       Того же, кто затеял и "пробил" первое кругосветное плавание, ждала другая слава. Мало того, что имя Магеллана вошло в энциклопедии и атласы и ему воздвигли памятники в Испании, Португалии (в 1997 году португальцы, спохватившись, выпустили памятную монету номиналом в 2,5 эскудо в его честь) и даже на Филиппинах. Имя его отныне красуется не только на земных картах, но и на небесных: две ближайшие к нам галактики носят название Магеллановых Облаков.
ВЛАДИМИР ГАКОВ