Основные направления деятельности Костромской губернской ученой архивной комиссии (1885-1917)

чал композицию невысокий купол, перекрывающий моленный зал. Таким образом, последний этап развития нижегородского храмового зодчества завершается противоборством между барокко и классицизмом.

Библиографический список

1. Смежицкий А. Календарь Межегородской

епархии. А. Смежицкий. - Н. Новгород, 1888.

2. Грабарь И.Э. Русская архитектура первая половина XVIII века. - М.: Гос. изд-во лит-ры по архитектуре и строительству, 1954. - С. 413: ил.

3. Виппер Б.Р. Архитектура русского барокко. -М.: Наука, 1978. - С. 27.

4. Гуляницкий Н. Ф. XVIII век в русской архитектуре //Архитектурное наследство. - 1995. -Вып. №> 38. - С. 61-83.

А.Д. Шипилов

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОСТРОМСКОЙ ГУБЕРНСКОЙ УЧЕНОЙ АРХИВНОЙ КОМИССИИ

Основными направлениями деятельно сти Костромской губернской ученой архивной комиссии (КГУАК) были: 1) архивное; 2) археологическое; 3) музейное.

Архивная деятельность. В «Положении» 13 апреля 1884 г. архивная деятельность ГУАК была сформулирована очень лаконично: им доставлялось право отбирать из дел, предназначенных местными учреждениями к уничтожению, тех, которые имеют научный интерес, и формировать из них свои исторические архивы. Однако не был определен ни порядок отбора этих дел, на круг учреждений, с которыми предстояло иметь дело, ни, наконец, взаимные права и обязанности комиссий и учреждений. В дальнейшем, на практике, архивная деятельность КГУАК складывалась под влиянием трех факторов: 1) последующего законодательства; 2) собственных взглядов комиссии на свои задачи в этой области; 3) из сложившихся взаимоотношений комиссии с местной администрацией. Как отмечала Н.В. Бржостовс-кая, «отношения архивных комиссий к местным учреждениям различных ведомств было определенно специальными законодательными актами и циркулярными разъяснениями. Первым откликнулось на учреждение ведомство Министерства юстиции, учреждения которого были обременены материалами ликвидированных судебных учреждений. По представлению министра юстиции 31 октября 1884 г. последовало «высочайшее» разрешение на привлечение к разбору архивов окружных судов членов ГУАК и на передачу в их архивы дел упраздненных судебных мест. 12 апреля 1892 г. был разослан циркуляр Департамента Государственного казначейства казенным палатам такого же свойства. Указами Сената от 18 декабря 1898 г. и 5 мая 1900 г. предписывалось привлечь ГУАК к разбору дел уездных и городских

полицейских управлений. И, наконец, циркуляром МВД губернаторам от 7 ноября 1903 г. о порядке уничтожения дел волостных правлений предлагалось описи дел, предназначенных к уничтожению, направлять на заключение в местный статистический комитет, архивную комиссию или местное ученое общество»1. Таким образом, законодательным путем было определено отношение КГУАК к следующим ведомственным архивам: губерного правления, казенной палаты, окружного суда, управления государственным имуществом, полицейских управлений.

Члены КГУАК работали с документами и описями этих и других учреждений губернии. Хронология данных работ представлена в нижеследующем списке.

1891 г. И.Д. Преображенский и В.Г. Пирогов просматривали описи дел окружного суда, казенной палаты и губернского правления2.

1892 г. Н.И. Коробицын просматривал дела Костромской палаты уголовного суда, И.Д.Преображенский - дела Костромско-Ярославского управления государственным имуществом3.

1894 г. И.В. Миловидов разбирал дела губернского управления и окружного суда, И.Д. Преображенский - казенной палаты, бывшего Колог-ривского земского суда4.

1895 г. И.Д. Преображенский и Н.А. Альбиц-кий просматривали описи губернского правления, контрольной палаты, окружного суда и прокурорского надзора5.

1902 г. И.Д. Преображенский разбирал дела контрольной палаты, управления государственными имуществами, Кадыйской городской думы и Галичского полицейского управления6.

1904 г. П.А. Илинский, Н.Н. Виноградов, А.И. Черницын просматривали описи окружного суда, Судиславского городского общественно-

146

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 4, 2006

© А.Д. Шипилов, 2006

го управления, Чухломского земского суда и полицейского управления, Галичского мещанского старосты и полицейского управления, Кадыйской городской думы7.

1906 г. П.А. Илинский, Н.Н. Виноградов просматривали описи окружного суда, уездных полицейских управлений, Чухломского земского суда, Варнавинского уездного казначейства8.

Помимо архивов местных правительственных учреждений костромская комиссия обращалась и к другим категориям архивов, в частности, к монастырским. Интерес к данной категории архивов был понятен: губерния располагала немалым количеством старинных монастырей, время основания некоторых из них уходило в XIV-XV вв. Конечно, эти монастырские архивы уже не представляли собой таких богатых собраний исторических документов, как некогда. Последнее крупное изъятие монастырских документов произошло еще при Екатерине II в 1764 г. при секуляризации церковных земель. Отсутствие в костромских архивах ценных исторических источников общероссийского значения подтвердили результаты Археографической экспедиции П.М. Строева. Однако в них продолжал хранится значительный комплекс документов XVI-XVIII вв., имеющий местный исторический интерес. В основном, это были хозяйственные документы, отражающие старый быт монастырей и их вотчин: инвентарные и приходо-расходные книги, описания земельных владений, списки братии, дела о строительстве и ремонте зданий и др. Силами всего лишь трех членов КГУАК - И.К. Херсонского, И.В. Миловидова и И.Д. Преображенского - были разобраны и описаны архивы Ипатьевского, Ма-карьево-Унженского, Богоявленского, Богоро-дицко-Игрицкого Тихонова монастырей.

Особенной энергией и результативностью отличалась КГУАК в деле собирания и изучения частных дворянских архивов. Идея сделать это направление в деятельности комиссии приоритетным принадлежала ее председателю Н.Н. Селифонто-ву. Благодаря частным поступлениям архив КГУАК пополнился довольно ценными документами. К 1902 г. число дел частного происхождения в архиве комиссии составило ок. 8 тыс. Наиболее ценными поступлениями были: Линевский архив -712 рукописей, Шевлягинский - 575, Ерлыков-ский - 1183, Долматовский - 963, Колычевский -более 700, Корниловский - 910, Львовский - 6009.

Одной из наиболее сложных задач в области архивного дела, с которой столкнулась и костром-

ская и другие комиссии, была выработка принципов описания документальных материалов. Проблема усугублялась тем, что и в русском архивоведении того времени не было еще установившихся и общепризнанных норм описания документов. Поэтому примечателен тот факт, что в 1893 г. Петербургский Археологический институт рекомендовал ГУАК России, как пример, достойный подражания, опубликованные к тому времени описи Линевского архива, составленные Н.Н. Селифонтовым. Им же была разработана специальная программа для составления подробных описей. Ее основные положения заключались в следующем: «Более древним документам и в чем-то отступающим от общего типа делают дословную транскрипцию с удержанием орфографии; последующим же документам делают лишь описание. В описании означаются номер документа по порядку, когда написан документ, т.е. год от Рождества Христова и от сотворения мира, точное его оглавление, придерживаясь терминов, употребляемых в документе; за оглавлением следует изложение акта с указанием лиц и предметов, к которым он относится. За изложением документа указывается внешний признак акта: печати, следы печатей, прорези, проколы, гербовые знаки, явки, адреса, памяти и т.п. Акты описываемого архива размещаются в особых соответствующих разделах в строгом хронологическом порядке. К описанию прилагаются азбучные указатели лицам и предметам, упоминаемым в документах, а также географические указатели и частный список воевод, дьяков, губных старост и т.д.»10. Целесообразность создания подробных описей была признана КГУАК только для документов монастырских или вотчинных архивов числом от 200 до 1000 и более11. По такой схеме были составлены и опубликованы описи дел Ли-невского, Лосевского, Долматовского, Шаховского архивов и архива Большесольской посадской избы и ратуши. Эти подробные описи получили в комиссии название «систематически-хронологические или научные». Помимо них практиковалось составление и более простых «инвентарных или перечневых описей». Каким из них отдавалось предпочтение видно из ответа КГУАК на анкету Археографической комиссии Императорского Московского Археологического общества: «Описи должны быть настолько полны, подробны и систематичны, чтобы всякий исследователь мог извлекать из них нужные ему данные, не при-

бегая к подлинным делам или актам, кроме случаев сомнения для проверок»12.

Результаты архивной деятельности КГУАК могли бы быть более весомыми, располагай она достаточными возможностями, в первую очередь, материальными. В одном из ее заседаний 1909 г. указывалось: «Если бы комиссия имела достаточно средств и удобное помещение для архива, она могла бы заняться просмотром не только документов упраздненных присутственных мест, но и архивов волостных правлений и переданных в некоторые из них документов бывших помещичьих вотчинных контор, и тем могла бы получить богатый материал для изучения народного юридического права и экономического положения народа как в прежнее, так и в настоящее время»13.

Археологическая деятельность. Наибольших результатов в этом виде деятельности, как отмечалось в аналитических отчетах Археологического института, достигли и Рязанская, Таврическая, Ярославская и Калужская ГУАК. Костромская комиссия хоть и уступала им, но также находилась в «первой десятке» этого списка вместе и на одном уровне с Тамбовской, Тверской, Саратовской, Нижегородской и Смоленской комиссиями. Эти результаты во многом зависели от наличия на территории губерний археологических памятников и от присутствия в составе комиссий членов, обладавших хотя бы некоторыми специальными знаниями и опытом. Археологическая деятельность КГУАК заключалась в организации и проведении раскопов древних могильников и городищ, обследования древних памятников архитектуры, экспертизы монетных кладов и археологических находок на территории губернии, общего наблюдения за сохранностью памятников старины и составления губернских археологических карт.

Археологические раскопки курганов и городищ производились в Костромской губернии и до создания КГУАК. Однако эта работа носила бессистемный и эпизодический характер. После образования КГУАК деятельность в этом направлении стала плановой и более результативной. Археологическими изысканиями в комиссии занимался в разные годы довольно узкий круг лиц, это: Н.М. Бекаревич, И.Д. Преображенский, Н.Ф. Нефедов, реже К.И. Алякритский, П.И. Гаврилов, А.Н. Рождественский. Археологические раскопки производились под методическим руководством Археологической комиссии в Петербурге, от которой КГУАК по существующему зако-

нодательству обязана была получать открытые листы на право производства этих работ. Необходимость и важность археологических изысканий неоднократно подчеркивалась на заседаниях КГУАК. «Год от году многие интересные в археологическом отношении местности - отмечалось на одном из них - распахиваются, утрачивая... их первоначальный вид. Много древностей гибнет, благодаря незнанию их владельцев, продающим за бесценок редкие вещи случайным «любителям», сбывающим их в свою очередь с большой выгодой заграничным агентам»14.

Перед проведением серии более или менее масштабных археологических исследований или для составления археологических карт губернии комиссия практиковала рассылку по уездам подробных «вопросных листов», ответы на которые затем тщательно изучались и использовались в дальнейшей работе15.

Далее представлены по годам, с 1892 по 1903, наиболее значимые археологические экспедиции с указанием их руководителей и местностей, где производились работы.

1892 г. Н.М. Бекаревич, И.Д. Преображенский. Раскопки курганов в Ильинской, Пушкинской и Челпановской волостях Костромского уезда.16 1893 г. И.Д. Преображенский. Раскопки курганов в Пушкинской, Коряковской, Ильинской и Каримовской волостях Костромского уезда.17 1894 г. Н.М. Бекаревич, И.Д. Преображенский. Раскопки курганов в бассейне р. Покши в Гридинской, Пушкинской, Семеновской и Шишкинской волостях Костромского уезда. Раскопано 44 курганные груп-пы18. 1895 г. Н.М. Бекаревич. Раскопано 20 курганных групп в Гридинской и Башутинской волостях Костромского уезда и Нерехтского уезда. Н.Ф. Нефедов. Раскопано более 500 курганов в Нерехтс-ком, Кинешемском и Костромском уездах19.

1897 г. Н.М. Бекаревич. Раскопано 68 курганов в Гридинской волости Костромского уезда и в Макарьевском уезде20.

1900 г. Н.М. Бекаревич. Раскопки Богородского городища в Варнавинском уезде21.

1902 г. Н.М. Бекаревич. Раскопки курганов в Варнавинском и Ветлужском уездах22.

1903 г. Н.М. Бекаревич. Раскопки курганов в Костромском, Макарьевском, Кологривском и Ветлужском уездах23.

Результаты археологической деятельности КГУАК были отражены в экспозициях музея.

Музейная деятельность. Устройство музеев являлось для ГУАК одним из приоритетных ви-

дов деятельности. Объяснялось это тем, что музейный материал был наиболее доходчивым и наглядным средством для пропаганды исторических взглядов в местном обществе. К 1914 г. крупнейшими музеями обладали Воронежская, Тверская и Ярославская комиссии (более 10 тыс. предметов в каждом). Менее значительными (до 10 тыс. предметов), но также ценными и оригинальными, считались музеи Тамбовской, Владимирской, Пензенской, Костромской и Черниговской комиссий24.

По мнению Л.И. Сизинцевой, «музейная деятельность КГУАК опиралась на серьезное и последовательное изучение древностей Костромской земли, ... историю династии Романовых, а история самого музея комиссии делится на три этапа: 1) 1891-1896 гг. Музей с закрытым хранением, предназначен, прежде всего, для специалистов в области археологии, археографии.; 2) 18961913 гг. Музей с открытым хранением, не получивший статуса «публичного»; 3) 1913-1917 гг. Публичный Романовский музей в особом специально для него предназначенном здании.»25.

Первый период существования музея был потрачен, в основном, на организационные дела и комплектование первоначальных фондов. Основные поступления в музей - материалы археологических раскопок и так называемые церковные древности. В связи с этим на заседании Совета КГУАК 30 января 1894 г. было решено создать при музее специальный отдел церковных древностей и обратиться к местному духовенству с просьбой о помощи в их собрании26. В 1895 г. председатель КГУАК Н.М. Селифонтов выступил с инициативой по случаю предстоящего 12 июля 1896 г. 300-летия царя М. Ф. Романова и 24 февраля 1913 г. - 300-летия Дома Романовых «возбудить вопрос об открытии «Романовского отдела» при историческом архиве комиссии27. В мае -июне 1895 г. на общих собраниях комиссии активно обсуждались детали плана предстоящих работ. Главной задачей было признано комплексное и скрупулезное исследование рода Романовых. Причем, начать эту работу следовало с изучения родословной матери М.Ф. Романова - инокини Марфы (в миру Ксении Ивановны Шестовой), которая в начале XVII в. владела в Буйской осаде Костромского уезда Домнинской волостью в 50 селений. Н.Н. Селифонтов поставил в связи с этим следующую задачу: 1) произвести осмотр местностей бывшей Домнинской вотчины, в т.ч. церквей и монастырей; 2) собрать местные пре-

дания о Смутном времени и о владельцах вотчины; 3) попытаться разыскать родовой архив Шестовых; 4) ходатайствовать о допуске членов КГУАК в правительственные архивы; 5) собрать печатные материалы генеалогического характера; 6) составить исторический очерк рода костромских дворян Шестовых. Конечным результатом этой работы должно было явиться издание специального сборника материалов о предках царя М.Ф. Романова28. Данный план работ был доведен до сведения вице-президента Академии Наук и 1 ноября 1895 г. одобрен на совещании ее историко-филологического отделения29.

4 февраля 1897 г. в Комитете Министров была заслушана записка министра внутренних дел об образовании при КГУАК особого «Романовского отдела». На заседание был приглашен председатель костромской комиссии Н.Н. Селифонтов, сообщивший присутствующим следующее: изучение истории и в частности генеалогии Царствующего Дома относится к задачам всех отечественных учреждении научно-исторического характера. «Но некоторые отдельные вопросы данной области исследования могут служить предметом изучения тех или иных местных исторических учреждений. Таким именно вопросом специального исследования является для КГУАК собрание сведений о предках родоначальника династии Романовых - царе Михаиле Федоровиче». Поэтому КГУАК ходатайствует об открытии при ней особого Романовского отдела. Комитет Министров постановил: 1) «испросить высочайшее разрешение» на открытие отдела; 2) предоставить возможность представителям КГУАК «для обозрения документов и снятия с них копий» доступа в архивы Государственного Совета, Комитета Министров, Собственный Его Императорского Величества канцелярии, Синода, министерств -Двора и уделов, Иностранных дел, Внутренних дел, Путей сообщения, Народного просвещения, Финансов, Земледелия и государственных иму-ществ, Юстиции, Государственного контроля. 15 февраля 1897 г. «высочайшее разрешение» было получено30. А 26 августа 1797 г. на специальном заседании КГУАК было объявлено об открытии «»Романовского отдела»31.

В создании при КГУАК «Романовского отдела» Н.Н. Селифонтов проявил себя, выражаясь современным языком, как опытный «имиджмейкер». Крупный администратор, хороший знаток психологии высшей чиновничьей бюрократии он

прекрасно понимал, что играя верноподданней-шими чувствами, в будущем ставит свою комиссию в особое, привилегированное положение. В тот момент было не важно, какими будут реальные результаты конкретной деятельности. Важно было вовремя и громко заявить о себе, привлечь к деятельности комиссии самое высокое внимание и извлечь из этого максимальные выгоды. В самом деле, результаты первоначальной работы в рамках «Романовского отдела» в 18971900 гг. были весьма скромными: осмотрена Дом-нинская волость, Новосспаский монастырь в Москве (родовая усыпальница бояр Романовых), храм в с. Коробово (местопребывание потомков И. Сусанина); из синодиков разных монастырей были сделаны выборки о лицах из рода Романовых (Шестовых, Салтыковых, Морозовых); предпринята попытка (неудачная) определить место погребения И. Сусанина; просмотрены частично дела Министерств юстиции и внутренних дел32. Зато, пользуясь принципом - «куй железо, пока горячо» - КГУАК замахнулась на масштабное, по меркам провинции, мероприятие - построить собственное здание музея, присвоив ему в будущем наименование «Романовский». 17 декабря 1898 г. на заседании костромского губернского дворянского собрания было решено отвести под постройку музея землю рядом с домом дворянства на улице Павловской33.

Таким образом, вплоть до 1913 г в составе КГУАК одновременно и параллельно существовали музей и «Романовский отдел». В 1903 г. был принят устав музея комиссии. Музей получил наименование - «историко-естественный». Он имел целью «служить наглядным пособием к изучению Костромской губернии в ее прошлом и настоящем состоянии. Согласно сему, в музее полагаются два отделения: историко-археологическое и естественное». В первом «помещаются памятники местной старины, предметы, относящиеся к палеонтологии, этнографии, антропологии, исторические документы и рукописи, портреты и бюсты уроженцев Костромской губернии, прославившихся в различных сферах деятельности, и лиц, принесших особую пользу губернии, и вообще все предметы, могущие служить к наглядному ознакомлению с историей Костромской губернии и развитием в ней культуры во всех ее формах и проявлениях». Во втором «помещаются предметы, относящиеся к естественно-научному изучению края, а также диаграммы, картограммы и карты губернии и во-

обще все могущее послужить к ознакомлению с губернией и ее населением»34

О составе и содержании музейных фондов КГУАК позволяет судить «Каталог» музея, изданный в 1909 г. Музей состоял из четырех отделов. Первый - «церковные древности» - имел 18 подотделов и в нем были сконцентрированы: антиминсы, на престольные дарохранительницы, священно-служебные сосуды, дискосы, звездицы, проскомидийные блюдца, лжицы, ковши, дароносицы, покровцы, воздухи, священные облачения, напрестольные кресты, кресты тельные, медные образы и складни, различная церковная утварь и т.д. Во втором отделе - «Предметы, добытые при раскопках в Костромской губернии» -хранились и экспонировались археологические находки: кости животных, различные металлические предметы (кресты, браслеты, бусы, кольца, застежки и т.д.), фрагменты глиняной посуды и др. В третьем отделе - «этнографическом» - были собраны холодное и огнестрельное оружие, предметы домашнего быта, головные уборы, одежда и украшения35. В четвертом - нумизматическом -находилась коллекция (более 2 тыс. предметов) монет, медалей, жетонов и др.

К 1907 г. была расширена и более детализирована программа работ «Романовского отдела». Поняв, что одним только изучением родословной рода Романовых не объяснишь существование отдела и не создашь никаких музейных экспозиций, т.е. видимых результатов своей работы, КГУАК решила начать сбор материалов, относящихся в целом к династии Романовых: портретов, бюстов, реликвий и регалий, автографов, авторских сочинений, грамот, манифестов, указов, личных вещей и др. Продолжалась реализация амбициозного проекта строительства здания музея комиссии. Первоначальный проект и смету здания музея составил губернский инженер Л.А. Тре-берт. Планировались расходы в сумме 35 тыс. рублей. В феврале 1903 г. костромской губернатор И.М. Леонтьев через великого князя Сергея Александровича передал этот проект Николаю II, который одобрил его. В губернской типографии было отпечатано ок. 2 тыс. подписных листов для сбора денежных пожертвований. В 1908 г. МВД сообщило КГУАК, что Николай II разрешил присвоить проектируемому зданию музея наименования «Романовский».36 21 июня 1909 г. была торжественно совершена закладка здания Романовского музея. В этом же году губернатор А.П. Ве-

ретеников образовал специальный строительный комитет. Городской архитектор Н.И. Горлицын создает новый проект музея, предусматривающий строительство здания больших размеров, чем по проекту Л.А. Треберта37. В 1909 г. по подписным листам было собрано более 20 тыс. руб. На эти деньги был сделан фундамент и первый цокольный этаж. В 1910 г. в строительный комитет поступило более 30 тыс. руб. пожертвований: на эти средства были выведены стены двух остальных этажей, выточены украшения из белого камня, устроена крыша из оцинкованного железа, построено крыльцо по главному фасаду. В 1911 г. поступило более 14 тыс. руб. пожертвований: средства использовались для устройства железобетонных сводов, внутренней и внешней штукатурки, проведения водопровода, канализации, монтажа парового отопления и вентиляции. В 1912 г. частных пожертвований было получено на сумму 8481 руб.; Николай II выделил из личных средств 35 тыс. руб.: на эти деньги были закончены все остальные работы, в т.ч. по внутренней отделке38. 2 января 1913 г. общее собрание членов КГУАК состоялось уже в новом здании Романовского музея. Здание имело 3 этажа, 12 комнат и 2 небольшие квартиры для прислуги. Общая стоимость работ составила 110 тыс. руб. По подписным листам было собрано 102717 руб. Наиболее крупные пожертвования, кроме царского, поступили: от костромского дворянства -3000 руб., от красноярского купца Г.В. Юдина (уроженца г. Чухломы) - 10000 руб., от Товарищества мануфактуры И.И. Скворцова - 3000 руб., от Товарищества мануфактуры Анны Красиль-щиковой - 5000 руб., от губернской земской управы - 3000 руб., от Костромской льняной мануфактуры - 2000 руб.39

Примечание

1 Бржостовская Н.В. Деятельность губернских ученых архивных комиссий в области архивного дела (1884-1917): Дис. ... канд. истор. наук. -М., 1951. - С. 179-181.

2 ГАКО, ф. 179, оп. 2, д. 27, л. 53.

3 Там же, л. 77.

4 Там же, л. 205.

5 Там же, л. 234.

6 Там же, д. 27б. Л. 652.

7 Там же, д. 48. л. 43-44.

8 Там же, л. 61.

9 Снежневский В.И. ГУАК и архивное дело в них. - М., 1902. - С. 9-10.

10 ЦГИА СПб., ф. 119, оп. 1, д. 91, л. 88-90.

11 ГАКО, ф. 179, оп. 2, д. 13, л. 150.

12 Там же, д. 67, л. 9.

13 Там же, д. 13, л. 153.

14 Там же, д. 27, л. 239.

15 См.: ГАКО, ф. 179, оп. 2, д.36, л. 14-15.

16 Там же, д. 27, л. 69.

17 Там же, л. 122.

18 Там же, л. 143-151.

19 РождественскийА.Н. Краткие сведения о раскопках в Костромской губернии. - Кострома, 1909. - С. 6.

20 ГАКО, ф. 179, оп. 2, д. 27а, л. 374.

21 Там же, л. 446.

22 Там же, д. 27б, л. 652.

23 Там же, л. 657-658.

24 Бржостовская Н.В. Указ. соч. - С. 162.

25 Сизинцева Л.И. Музейная деятельность в костромском крае. Становление и развитие. XIX -первая третьХХ в.: Автореф. дис. ... канд. культурологии. - М., 1998. - С. 14.

26 ГАКО, ф. 179, оп. 2, д. 27, л. 114.

27 Там же, д. 3, л. 7.

28 Там же, д. 23, л. 11-20; д. 9, л. 82-84.

29 Там же, д. 27а, л. 282-283.

30 Там же, д. 27а, л. 279б, 279в.

31 Там же, л. 288.

32 Там же, д. 27а, л. 284-286.

33 Там же, д. 22, л. 73.

34 Там же, д. 27б, л. 656.

35 См. каталог музея КГУАК. - Кострома, 1909.

36 ГАКО, ф. 179, оп. 2, д. 22, л. 65.

37 Там же, д. 20, л. 26.

38 Там же, д. 25, л. 16.

39 Там же, д. 20, л. 29-30.