Мониторинг отношения российского населения к судебной реформе и судебной системе

РОССИЙСКОЕ И ПОСТСОВЕТСКОЕ ОБЩЕСТВО, ЕГО ИЗМЕНЕНИЯ

Татьяна ВОРОЖЕЙКИНА Лев ГУДКОВ Наталия ЗОРКАЯ Адель ОВАКИМЯН

Мониторинг отношения российского населения к судебной реформе и судебной системе1

Введение

Как показывает двадцатилетний опыт массовых социологических опросов, проводимых исследовательским коллективом Левада-центра (до 2003 года — ВЦИОМ), отношение граждан России к судебной системе носит в целом негативный и противоречивый характер. С одной стороны, доминирует широко распространенное представление о том, что обычный человек не в состоянии добиться справедливого решения в суде, защитить и восстановить даже в случае положительного решения свои права, а с другой стороны, он вынужден в случае необходимости обращаться в этот суд. Так в 2007 году 63% опрошенных россиян полагали, что рядовому человек нельзя надеяться на справедливый суд (противное мнение разделяли 28%).

Причины такого положения заключались в представлениях, что суд защищает интересы в первую очередь власти, затем - богатых или влиятельных лиц, связанных с властными или экономически влиятельными группами, в том числе — криминальными, а с другой - суд коррумпирован, бюрократизирован и подчинен вышестоящим инстанциям, которые оказывают прямое давление или влияние на судебный процесс. Слабая информированность вызвана

1 Рабочая группа исследователей, занятых в настоящей программе, включала также М.Плотко и А.Овакимян. Консультантами проекта выступали Т.Г.Морщакова, С.А.Пашин и Л.А.Прокудина. Финансирование проекта осуществлялось Фондом «Бюро экономического анализа», действующим по поручению Минфина и Минэконразвития РФ, в соответствии с условиями конкурса исследовательских работ, инициированных Мировым Банком.

закрыты характером судебной системы, отсутствием публичности, неверием в результативность и самостоятельность суда. Кроме того, значительную роль в негативном отношении играло стойкое убеждение в доминирующем произволе судебных решений. Подавляющее большинство россиян считает суд частью системы правоохранительных органов (и в этом качестве — подсистемой государственно-административного управления). В массовом сознании практически полностью отсутствует понимание того, что суд является самостоятельность ветвью власти, предназначенной исключительно для защиты прав граждан, в том числе, и от произвола самих органов государственной власти. Отсутствует какое-либо представление (даже в самых продвинутых и образованных слоях и группах) о том, что именно общество, то есть участие самих граждан в дискуссиях о содержании и процедурах судебного процесса и устройства судебной системы, является необходимым условием социального контроля над судебными органами. В этом плане речь идет не просто о недостаточной информированности граждан об устройстве и деятельности судов разного уровня, но и об инерции старой, идущей от советских времен репрессивно-государственной системы, не допускающей какого-либо контроля общества над собой и критики собственной деятельности. Недоверие, отчужденность и дис-танцированность населения от судебной власти и есть оборотная стороны этой репрессивной системы и условие ее воспроизводства и сохранения. Можно сказать, что недоверие, а стало

быть, и неучастие, необращение в суд, является производным от опыта пассивной адаптации к репрессивному государству в целом, которое в значительной мере сохраняется и в сознании граждан современной России. В этом смысле корни проблемы отношения граждан к суду и правосудию в целом гораздо глубже, чем относительно более простая и решаемая проблема информированности граждан об устройстве судебной системы, своих правах и возможностях. Кроме того, процессы трансформации посткоммунистического общества породили массу новых вопросов, требующих правового регулирования, адекватного ответа на которые (с точки зрения общества) судебная система дать не могла. В результате этого неудовлетворенность граждан функционированием судебной власти, особенно при взаимодействии с государственной или муниципальной администра-цими, за постсоветское время лишь усилилась, достигнув по существу критических величин, то есть получила трудно обратимый характер. На вопрос, как часто сейчас, обратившись в суд по поводу несправедливого решения государственного учреждения, человек может добиться благоприятного для себя результата, доля ответов «редко» и «практически никогда» выросла с 1990 года с 61% до 74% (1997 г.) и сохраняется на этом уровне до настоящего времени (2007 г. — 74%; доля ответов «практически всегда» не превышала и не превышает сегодня 2%, удельный вес ответов «часто» - незначительно увеличился с 8 до 13%). Поэтому обращение граждан в суд в целом носит характер крайней меры, когда все другие неформальные и неправовые способы решения проблемы или конфликтной ситуации исчерпаны или их нет у человека в принципе. Большинство опрошенных россиян рассматривают обращение в суд как вынужденную и крайне нежелательную для себя меру или способ решения споров.

По данным исследований Левада-центра, о возникающей в принципе необходимости обращения в судебные органы заявляли более трех четвертей населения, но реально в суде когда-либо в своей жизни решали свои проблемы (самого разного рода) от 20 до 26% взрослого населения. Хотя частота обращения в суд в последние годы заметно растет, но вместе с этим растет и неудовлетворенность работой судебной системы. Причины необращения в суд сводятся к следующим:

— неразвитость правового сознания российского населения, отсутствие правовой культуры;

— неразвитость системы институциональ-

ных и специализированных посредников между гражданами и судебными инстанциями (юридических консультантов, адвокатов, соответствующей литературы, доступной и внятной информации о порядке действий, включая и физическая недоступность, перегруженность нотариусов и проч.);

— относительная недоступность услуг адвокатов и консультантов, учитывая крайнюю ограниченность ресурсов большей населения (более 70% населения не имеет каких-либо сбережений);

— простое незнание технологии обращения к правовым органам и правоохранительным инстанциям;

— разочаровывающий опыт взаимодействия с правоохранительными и судебными органами (неудовлетворенность решением суда, волокитой и затягиванием сроков судебного разбирательства, прямое или косвенное вымогательство и проч. — каждый пятый из обратившихся в судебные органы сообщает о том, что он либо давал либо у него вымогали взятку за нужное решение суда);

— страх перед последствиями обращения в судебные органными и возможностью преследования со стороны заинтересованных административных органов, влиятельных групп или просто криминальных элементов; отсутствие защиты пострадавших от преступлений;

— представление о том, что законы защищают только «сильных»;

— декларативность законодательства и провозглашенных в Конституции принципов;

— представление о том, что законы не имеют собственной внутренней силы, а все зависит от правоприменительной практики, искажающей собственно смысл и дух законов и справедливости, что ведомственные должностные подзаконные акты имеют большую силу, чем собственно законы, так как здесь действует корпоративные интересы и солидарность государственно-бюрократических структур;

— неэффективность судебной власти (неисполнение судебных решений), проблема восстановления прав потерпевшего;

— представления о коррумпированности судей.

Если в случаях разрешения через суд гражданских споров граждан между собой вероятность справедливого решения относительно высока, то в случаях конфликтов граждан с властями или администрацией разного уровня, ожидания положительного исхода для истца носят в основном пессимистический характер.

Особенно безнадежным населению представляется защита своих прав, нарушенных правоохранительными органами или федеральными властями.

Другими словами, главными причинами неэффективности суда являются нераздельность властей, зависимость судебной и законодательной власти от исполнительной и вытекающие отсюда процедурная сложность судопроизводства для обычного человека и коррумпированность суда.

Настоящий проект поэтому ставил своей задачей проведение ежегодных общероссийских социологических опросов для выявление знаний и представлений о работе судебной власти, в том числе фиксацию:

— общих коллективных представлений и стереотипов о характере судебной власти в России, ее устройстве, принципах деятельности (назначении суда и основных целях судопроизводства);

— знаний и представлений о работе суда, полученных от круга людей, включенных когда-либо в судебные процессы;

— представлений о суде, полученных из разных источников опосредованной информации (СМИ, образовательных учреждений разного типа и уровня, художественной литературы и кино), в том числе — из рассказов людей, участвовавших в судебных процессах (но не ближнего окружения);

— полученных из специальных каналов информации: из специализированной литературы или специальных источников информации (например, адвокатов или юридических консультантов);

— рассказов людей, составляющих самый узкий круг общения и взаимодействия, то есть тех, кому респондент в наибольшей степени доверяет, круг непосредственного личного взаимодействия;

— личного опыта респондента взаимодействия с судебными органами.

Тем самым круг проблем, очерченный проектом, охватывал различные по природе и механизмам воспроизводства типы знания о судебной власти, соответственно, воздействия на нее и среды, в которых они обращаются.

Предполагалось, что по результатам четырех волн исследования можно (поскольку опросы будут проходить по одному и тому же дизайну выборки) составить укрупненный массив тех людей, которые обращались по разным поводам в суд, и анализировать его не только как самостоятельное целое, но и сравнивать его с дру-

гими категориями групп опрошенных. В итоге общий объем опрошенных за 4 волны опросов составил 8019 человек, из которых группа обращавшихся в суд, полученная посредством скриннингова отбора в каждой волне населен-ческого опроса, составляет 2290 человек. Это позволо провести детальный и углубленный, сравнительный анализ подгрупп, имеющих опыт обращения в суды и остального населения.

Общие оценки судебной системы и ее основные болевые точки в оценках населения

Отношение россиян и их оценки той или иной сферы деятельности государства и его институтов не являются прямой и тем более непосредственной «реакцией» на решения и действия, принимаемые руководством страны, или институциональную политику ведущих ведомств. Они опосредуются сложной системой коллективных представлений и ценностных установок, стереотипов массового сознания, укорененных в социальном опыте различных групп и воспроизводимых в процессах передачи повседневных правил и норм группового поведения. Лишь в отдельных социальных группах, как правило, более информированных и образованных, возникают особые реакции на происходящие в обществе события, генерируются повышенные ожидания и специфические запросы, меняющие отношение к государственным институтам, в том числе — и к правовой системе. Так, можно отметить феномен некоторого повышения авторитетности суда, порожденный общим возбужденным состоянием общественного мнения в крупных городах во время демонстраций и митингов протеста 2011-2012 гг., и его последующего спада после затухания протестной волны. Общественное мнение инертно и консервативно. Оно «противоречиво», так как почти всегда соединяет несоединимые (с точки зрения специалиста) вещи. Руководствуясь в оценке общественных событий, прежде всего, тем, как они отразятся на повседневной жизни и благополучии обывателей, то есть на доминирующих у населения интересах частного существования («выживания»), общественное мнение следует собственной рациональности, которую в нашем — постсоветском, российском — случае можно назвать логикой принудительной адаптации к идущим изменениям, вынужденным принятием сложившегося социального порядка, даже если этот порядок воспринимается как несправедливый, несоответствующий

идеальным представлениям о должном и правильном устройстве общества. Чем дальше эти события от круга повседневных интересов, тем более спокойным, равнодушным и позитивным становится восприятие действий руководства страны функционирования опорных государственных институтов, в данном случае — судебной системы.

Характер и изменения массовых установок формирует не столько собственный практический опыт респондента, сколько мнения и представления окружающих его людей, которые, в свою очередь, артикулированы авторитетными для них фигурами или каналами информации: неформальными лидерами из ближайшего окружения, а также — телевидением, и в некоторой степени — влиятельными сайтами немногих печатных изданий, дающих систематическим образом авторитетную интерпретацию социальной реальности. В этом отношении самые компетентные в правовом плане источники информации — профессиональные юридические мнения и высказывания специалистов — никак не представлены в поле массового сознания, а потому не влияют на массовые представления и оценки положения дел в сфере правосудия и правоприменения, охраны правопорядка.

Состояние массового правового сознания можно назвать структурированной социальной гетерономией, обусловленной принудительным, а потому всегда неполным приспособлением населения к двойственной структуре российского социума: сочетанию базовых государственных институтов (по-прежнему лишенных реального контроля со стороны общества) и новых социальных, моральных и экономических отношений, не получающих адекватных правовых механизмов регуляции. Не затрагивая тяжелую проблему исторического опыта бесправия российского общества, следует признавать, что правовой релятивизм, или даже правовой цинизм, «двоемыслие», характеризующие состояние массового сознания, воспроизводятся систематически, постоянно, поскольку они возникают из противоречия между принципами, декларированными в Конституции РФ, но не реализованными на практике, расхождений между законами РФ и правоприменительной практикой. Правовой релятивизм связан с затянувшимися переходными процессами (незавершенностью или неудачей «посттоталитарного транзита»), с появлением совершенно новых, неконституционных форм политической организации власти. Она проявляется в

виде сложившегося авторитарного режима, с одной стороны, и латентных форм или структур децентрализованной власти, апроприации власти (ее средств и ресурсов) на среднем уровне управления — уровне региональной или низовой бюрократии или государственных корпораций — с другой. Нарастающая сложность социальной жизни в послесоветское время, интенсивная социальная дифференциация, автономизация различных сфер, требующие адекватной правовой регуляции, вступают в противоречие с сохранением старых, советских принципов доминирования государства, неподотчетного обществу и неконтролируемого им, что оборачивается состоянием хронической, частично управляемой аномии.

Собственно, эту двойственность институциональных практик и отражают массовые установки и мнения населения о работе современной судейской системы, зафиксированные в ходе исследований в 2010-2013 гг.

Результаты изучения отношения российского населения к судебной системе и ее реформе (наиболее острых проблем, различных аспектов деятельности судов разного уровня, профессиональных и человеческих качеств судей и т.п.), не позволяют делать каких-либо обоснованных выводов о том, что общество хоть как-то отозвалось на проводимую судебную реформу. В общественном сознании нет представления, что в России в последние годы идет реформа судебной системы, а значит — нет и понимания ее целей и задач даже в самых образованных и информированных, политически и общественно ангажированных группах. Кроме явного обстоятельства — инициированного президентом принудительного слияния ВАС и ВС РФ, вызвавшего скорее недоумение общественности и некоторое время обсуждавшегося в СМИ, каких-либо значительных изменений в деятельности судов разного уровня, тем более — позитивных, общественное мнение не отметило. Напротив, целый ряд громких событий, показательных судебных процессов последних лет и скандалов, связанных с судьями, негативно отразился на авторитете правовой и судебной системы в России1.

1 Единственная группа, которая, как показывает таблица 1, заявляет, что авторитетность институтов правовой и правоохранительной системы в России «повысилась» и «усилилась», состоит из респондентов, являющихся сотрудниками правоохранительных органов и военнослужащими. Обращают на себя внимание негативные оценки состояния массового правового сознания самых компетентных групп респондентов, составляющих костяк социальной элиты общества: руководителей и специалистов.

КАК ИЗМЕНИЛОСЬ В РОССИИ ЗА ПОСЛЕДНИЕ ДЕСЯТЬ ЛЕТ УВАЖЕНИЕ К ЗАКОНУ?

Повысилось* Понизилось* Затруднились ответить

В среднем 25 66 9

Предприниматели 26 62 12

Руководители 16 75 9

Специалисты 21 72 7

Силовики (военные, полиция) 55 45 <1

Служащие 28 57 15

Рабочие 24 66 10

Учащиеся 45 53 2

Пенсионеры 20 72 8

Домохозяйки 38 53 9

безработные 8 75 17

* Приводится сумма ответов: «существенно усилилось» + «несколько усилилось» и «несколько ослабилось» + «существенно ослабилось»

Информированность россиян о судебной системе в целом

Знание собственных прав и устройства судебной системы. Данные четвертой волны исследования в целом подтверждают весьма низкий уровень правового сознания в России. Большинство ее граждан, от 60 до 80%, очень мало знают о своих правах, плохо представляют себе российскую судебную систему, считают информацию о ее деятельности малодоступной, но в то же время практически не интересуются этой информацией.

Информированность о правах граждан, закрепленных законом и Конституцией, в течение четырех лет исследования удерживались практически на одном уровне (а в последнем замере даже несколько возросла). Соотношение же знающих и не знающих о российской судебной системе несколько ухудшилось в 2013 г. по сравнению с 2012 г.: выросла доля ничего не знающих о ней и сократилась доля знающих в общих чертах. В среднем около 60% российских граждан имеют только самые общие представления о своих правах и о судебной системе и от 20 до 25% населения не знают об этом ничего. Исследование 2013 г. полностью подтверждает закономерности социально-демографического распределения ответов на вопросы, отмеченные в предыдущие годы. О хорошем знании как своих прав, так и судебной системы чаще говорят самые молодые респонденты, люди с высшим образованием1, принад-

1 Вместе с тем, только 34% респондентов с высшим образованием говорят о хорошем знании своих прав.

лежащие к высшему слою, жители Москвы и средних городов. Напротив, практически ничего не знают об этом, прежде всего, пожилые респонденты, с образованием ниже среднего принадлежащие к низшему слою и низшей части среднего слоя.

Как и в прошлые годы, недовольство недостаточной открытостью судебных процессов относительно чаще выражают люди с высшим образованием — больше половины респондентов этой категории неудовлетворена открытостью суда для СМИ и публики. Среди москвичей таких людей стало больше, и в 2013 г. доля недовольных открытостью суда для СМИ составила 76%, для публики — 80%. Скорее всего, это связано с тем, что большинство громких процессов в течение последних двух лет проходило в Москве, причем на фоне довольно выраженных протестных и оппозиционных настроений. Именно здесь сконцентрирована значительная часть населения, предъявляющего запрос на совершенно иное качество открытости судебной системы и ее подконтрольности обществу.

Но особенно важно, что за высокой неудовлетворенностью уровнем открытости и доступности судебной информации и судебных процессов, не стоит, как можно было бы ожидать, столь же высокая степень заинтересованности общества в получении такой информации. Жалуясь на закрытость судебной системы, респонденты одновременно признаются в растущем равнодушии к получению информации о работе российских судов.

Как бы Вы лично оценили знания своих прав, закрепленных законом, конституцией?

С 1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна _Среднее

Знаю очень хорошо 2 3 2 2 2

Знаю неплохо 18 17 16 17 21

Знаю только в общих чертах 59 59 60 58 58

Практически ничего не знаю 20 21 21 21 19

Затрудняюсь ответить_1_1_1_1_1

Таблица 3

КАК БЫ ВЫ ОЦЕНИЛИ СВОИ ЗНАНИЯ О ТОМ, КАК УСТРОЕНА, КАК РАБОТАЕТ РОССИЙСКАЯ СУДЕБНАЯ СИСТЕМА, РОССИЙСКИЙ СУД?

С 1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна _Среднее

Знаю очень хорошо 2 2 2 2 2

Знаю неплохо 14 12 12 16 16

Знаю только в общих чертах 57 60 55 58 54

Практически ничего не знаю 27 25 31 24 28

Затрудняюсь ответить_1_1_1_1_1

Источники информации о работе судебной системы. Основные знания и информацию о работе российских судов и судебной системы в целом большинство населения по-прежнему получает

через телевидение. Около 60% опрошенных постоянно называли основным источником такой информации новостные и информационные телевизионные передачи, 44% — специальные

Таблица 4

ОТКУДА ВЫ В ОСНОВНОМ ПОЛУЧАЕТЕ ЗНАНИЯ, ИНФОРМАЦИЮ О ТОМ, КАК УСТРОЕНА И РАБОТАЕТ СУДЕБНАЯ СИСТЕМА, СУДЫ?

| Г~\ /Л П 1 1АА 1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

Среднее

Из телевизионных новостных, информационных передач 62 63 62 61 60

Из телепрограмм типа «Суд идет», «Час суда», «Судеб- 52 57 56 50 44

ные страсти»

Из газет и журналов 31 32 32 29 31

Из кинофильмов и сериалов 2 22 24 24 25

От родственников, знакомых, имевших контакты с судами Из радиопередач 25 25 23 27 20

8 7 10 7 9

Из других источников в Интернете 7 4 5 10 8

На специальных сайтах в Интернете 7 7 5 10 7

Из художественной литературы, беллетристики 6 6 5 4 7

Из собственного опыта контактов с судами 8 10 7 8 5

Из специальной научной литературы, журналов 4 5 3 4 4

На сайтах судов 4 * 3 * 4

Из учебной программы, учебной литературы 4 5 4 5 3

Из популярных лекций, выступлений юристов 2 2 2 3 3

Из специальных баз правовой информации 2 2 1 3 2

Из профессиональной деятельности 2 2 3 2 2

Я не интересуюсь такой информацией 10 7 9 11 11

* - вариант ответа не предлагался

телепрограммы («Суд идет» и т.п.), которые, однако, явно утрачивают популярность. Третье место занимают газеты и журналы (31%). Из кинофильмов и телесериалов черпают свои знания о суде четверть опрошенных. Доля респондентов, которые получают основную информацию от родственников и знакомых, имевших контакты с судами в 2013 г. снизилась до 20%, так же как и доля тех, кто имел собственный опыт контактов с судом — до 5%.

Данные 2013 г. подтверждают выводы, сделанные на предыдущих этапах исследования: реальность происходящего сегодня в судах и судебной системе, как и картина происходящего в стране, в обществе в целом, для большинства россиян срежиссирована телевидением, его основными, наиболее распространенными и контролируемыми государством каналами.

Несмотря на то, что СМИ и в особенности телевидение остаются основным источником судебной информации, респонденты настроены по отношению к ним более критично, чем ранее: в 2013 г. доля негативных оценок выросла или осталась на прежнем уровне, а позитивных — снизилась. Только 15% опрошенных считает судебную информацию СМИ объективной и полной. Четверть населения полагает, что СМИ стараются приукрасить положение дел в российской судебной системе, еще четверть говорят, что СМИ некомпетентны и дают поверхностную картину работы суда. Наибольшее количество респондентов (36%) считает, что СМИ предпочитают давать скандальную информацию, а не объективно освещать происходящее. 22% отмечает зависимость СМИ от вышестоящих инстанций. Представляется, что в этом отношении общественное мнение отдает себе некоторый отчет в том процессе деградации, который происходит в российских СМИ и особенно на телевидении, что, конечно, отражается на объективности представляемой ими судебной информации.

Информированность населения о судебной реформе. Через двадцать с лишним лет после начала судебной реформы население России демонстрирует довольно низкий уровень заинтересованности, знания и понимания различных шагов, ее составляющих. Больше половины опрошенных в 2013 г. не очень понимали или не знали вообще о таких ее элементах как передача права давать санкцию на арест от прокуратуры суду (61%), право обжаловать в суде решение следователя (57%), введение института мировых судей (54%), право на обжало-

вание в суде действий должностных лиц (53%) и, особенно, введение института арбитражных заседателей (65%). Если в последнем случае такой высокий уровень незнания и непонимания можно объяснить удаленностью арбитражного суда от непосредственных интересов большинства населения, то во всех остальных случаях речь идет о важнейших институтах защиты человека от произвола государства. Непонимание их смысла означает, что большинство населения все еще воспринимает себя не в качестве граждан, являющихся полноправной стороной в судебных спорах с представителями государства и его институтов, а по-прежнему как подданных этого государства. Только в двух случаях — создания суда присяжных и возможности обжалования в суде нарушения прав потребителей — доля респондентов, знающих и понимающих хорошо или в общих чертах, превосходит долю тех, кто не знает и не очень понимает. В отношении суда присяжных это соотношение составляет 1,6 раза, в отношении судебной защиты прав потребителей — 1,3 раза. Таким образом, люди начинают осознавать себя полноправными потребителями раньше и в большей мере, чем полноправными гражданами. Иначе говоря, рыночная система, в которой они участвуют, является для них более важной и, по-видимому, представляется более эффективной, чем система гражданских институтов и институтов правовой защиты (табл. 5).

Необходимо отметить, что за два года исследования, в течение которых задавался этот вопрос (2011 и 2012), доля знающих и понимающих в общих чертах по всем позициям судебной реформы выросла на 4-6 пп. Одновременно сократилась доля тех, кто вообще не знает о реформе судебной системы, хотя по большинству позиций эта доля остается весьма значительной — от четверти до трети населения. Без изменений осталась доля тех, кто достаточно хорошо знает и понимает смысл судебной реформы, и тех, кто слышал о ней, но не очень понимает ее смысл.

Данные проведенного в 2010-2013 гг. исследования подтверждают весьма слабый интерес граждан России ко всем аспектам информации о судебной реформе и деятельности суда. Одно из объяснений этого состоит, по-видимому, в том, что значительное большинство населения не считает российский суд эффективным средством защиты собственных жизненных интересов. Суд в представлении граждан скорее является частью противостоящей им коррумпированной системы власти, от которой не ждут

В 1991 Г. БЫЛА РАЗРАБОТАНА КОНЦЕПЦИЯ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ, В СООТВЕТСТВИИ С КОТОРОЙ ЗА МИНУВШИЕ ГОДЫ БЫЛ ОСУЩЕСТВЛЕН РЯД НОВОВВЕДЕНИЙ. СЛЫШАЛИ ЛИ ВЫ О СЛЕДУЮЩИХ ШАГАХ ПО РЕФОРМИРОВАНИЮ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЫ, И ЕСЛИ ДА, ТО НАСКОЛЬКО ХОРОШО ВЫ ПОНИМАЕТЕ ИХ СМЫСЛ?

Знаю и пони- Знаю и пони- Знаю, слышал, маю достаточ- маю в общих но не очень по- Не знаю но хорошо чертах нимаю

2011 2013 2011 2013 201 2013 201 2013~

Создание суда присяжных 14 Передача права давать санкцию на арест от прокуратуры суду 7 Введение института мировых судей 9 Введение института арбитражных заседателей 5 Право обжаловать в суде решение следователя 8 Право на обжалование в суде действий должностных лиц 9 Возможность обжалования в суде нарушений прав потребителей_13

помощи и изменения ситуации. Напротив, там, где существует реальный опыт, надежды (или иллюзии) получения реальной судебной защиты, там интерес и информированность российского населения весьма и неожиданно высокие, как в случае с ЕСПЧ, о существовании которого знают почти две трети опрошенных. Европейский суд по правам человека выступает как своего рода инстанция «конечной справедливости», к которой, в случае необходимости, может прибегнуть российский гражданин.

Вместе с тем низкий уровень интереса к суду и судебной системе указывает на внутреннее противоречие общественного мнения, свидетельствующее о глубокой коррумпированности самого общества. Жизнь в неправовой среде порождает у большинства привычку к бесправию и коррупции как единственно реальному способу существования. В такой ситуации нет места суду как способу улаживания конфликтов и эффективного отстаивания законных интересов. Суд оказывается не нужным большей части самого общества. Это внутреннее убеждение делает жалобы на недоступность судебной информации и закрытость судов достаточно лицемерными. В итоге образуется порочный круг, усиливающий аномию в обществе: представления о неэффективности и коррумпированности судебной системы снижает к ней интерес самого общества. Отсутствие информации, в свою очередь, укрепляет привычку к существованию в неправовой ситуации, поддерживающей коррупцию и неэффективность судебной системы. Выходом из этого порочного круга могла бы стать демократическая судебная реформа, кото-

13 43 49 27 26 16 12

7 2 со 3 г\э 27 29 39 32

8 32 38 31 30 29 24

5 24 30 31 30 40 35

8 31 35 26 29 34 2 со

8 33 38 27 2 со 31 25

13 40 44 25 26 22 17

рая убедила бы население в том, что справедливый и эффективный суд может и должен быть реальным средством отстаивания законных интересов граждан, их защиты от государственного и частного произвола, разрешения частных и общественных конфликтов.

Восприятие судебной системы в России. Общее отношение людей к суду как институциональной системе определяется, помимо прочего, и степенью их осведомленности о том, как устроена эта система, из каких элементов она состоит и в чем функциональная специфика судов разных уровней. В целом можно сказать, что имеющееся знание такого рода трудно назвать достаточным. Чем выше уровень судов, тем слабее массовые представления об их деятельности.1 Лишь каждый пятый-шестой опрошенный считает, что он «удовлетворительным образом» понимает смысл и функции районных судов общей юрисдикции, судов присяжных или мировых судей, то есть того уровня, который ближе к их повседневным проблемам, но знание о деятельности арбитражных судов или судов высшего уровня у абсолютного большинства остается весьма туманным (табл. 6).

Поэтому вопрос о «доверии» или «недоверии» к российским судам предполагает учет гораздо более сложных установок относительно природы государства в России, чем это кажется на первый взгляд. Массовая потребность в

1 В этом плане Европейский суд по правам человека в Страсбурге оказывается для граждан России последней - идеальной - инстанцией защиты нарушенных прав - о нем знают примерно 60% населения (что сопоставимо с «информированностью» о высших судах РФ).

правосудии сочетает надежды на справедливость (содержательно понимаемое право) при очень слабом распространении современного представления о суде как институте, где имеет место состязательный процесс сторон, и независимо от внешних сил и влияний суд рассматривает с формально-правовой точки зрения представленные аргументы и доказательства сторон. В этом плане суд не обладает значимым преимуществом перед другими институтами государства.

Наличие и живучесть государственно-патерналистских иллюзий или традиционалистских представлений о власти, которая, дескать, должна обеспечивать основные условия благополучия граждан (работу, приемлемый образ жизни, определенный набор услуг медицины, образования, жилья и т.п.) вступает в противоречие с идеей правового государства и разделения ветвей власти, парализуя собственно и само слабое правовое сознание граждан. Ожидание помощи и социальной поддержки слабы-

ми и малообеспеченными группами и слоями населения со стороны государства нейтрализует идею контроля «самодержавия» исполнительной власти, заставляя принимать ее как данность и чувствовать себя беспомощными и зависимыми от нее.

Патерналистские установки населения отчетливо проявляются в расхождении ответов на вопрос, кто может и кто должен защищать права и свободы граждан. «Должен» был бы обеспечивать их, если судить «по справедливости», президент, авторитарный лидер страны, сосредоточивающий в своих руках всю полноту власти; в массовом сознании в принципе он и может это делать, но, как считает большинство опрошенных, делает он это либо недостаточно, плохо или неохотно, или не делает по каким-то своим эгоистическим причина. Сомнения людей касаются оценок фактической деятельности судов (растет число затруднений с ответом), и выражаются в расхождениях между представлениями о должном и реальным положением

Таблица 6

ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ О СУЩЕСТВОВАНИИ СЛЕДУЮЩИХ СУДОВ, И ЕСЛИ ДА, ТО НАСКОЛЬКО ХОРОШО ВЫ ПОНИМАЕТЕ, ЧЕМ ОНИ ДОЛЖНЫ ЗАНИМАТЬСЯ, ЧТО ОТНОСИТСЯ К ИХ КОМПЕТЕНЦИИ?

Знаю и пони- Знаю, и по- Знаю, слышал, Знаю, слышал,

маю достаточно нимаю в общих но не очень но не очень

хорошо чертах понимаю понимаю

Региональные, городские, районные суды 18 55 23 4

общей юрисдикции

Суды присяжных 18 50 27 5

Мировые судьи 16 52 27 5

ВС РФ 13 47 34 6

КС РФ 11 44 37 8

Арбитражные суды 10 43 38 9

ВАС РФ 9 39 40 12

К (У) суды субъектов РФ 8 38 39 15

Таблица 7

1. КТО, ПО ВАШЕМУ МНЕНИЮ, ДОЛЖЕН ОБЕСПЕЧИВАТЬ В ГОСУДАРСТВЕ ЗАЩИТУ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРАВ И СВОБОД ГРАЖДАН?

2. А КТО, ПО ВАШЕМУ МНЕНИЮ, СПОСОБЕН СЕЙЧАС ОБЕСПЕЧИТЬ В РОССИИ ЗАЩИТУ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРАВ И СВОБОД ГРАЖДАН?

Должны Способны Разница

Президент страны и правительство 70 55 15

Законодательная власть 52 31 21

Судебная власть 43 26 17

Политические партии 10 7 3

Профсоюзы 10 5 5

Общественные организации и движения 7 7 0

СМИ 4 6 -2

Затрудняюсь ответить 4 14 -10

дел в судебной сфере. Причем это расхождения «желаемого» порядка вещей и фактического положения дел относятся примерно в равной степени ко всем трем ветвям власти. Различия в социально-нормативных представлениях о потенциале «должного» у разных ветвей власти указывают на растущую слабость парламента и тем более — слабость судебной системы, подчиненной в глазах населения исполнительной власти. Сфера публичности (общественного контроля, критики действий всех трех ветвей власти, рефлексии по поводу различных аспектов массового управления и сохранения общественного порядка, политического целеполага-ния и механизмов ответственности бюрократии и т.п.) оказывается подавленной и мало значимой для населения — ни партии, ни обще-

Таблица 8

ЧТО, НА ВАШ ВЗГЛЯД, НАИБОЛЕЕ ВАЖНО ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ

ственные организации или СМИ не являются в глазах абсолютного большинства населения России представителями интересов общества или его отдельных групп.

Каких-либо значимых различий в распределении представлений о правовом государстве у респондентов, относящихся к различным социальным группам, нет. Можно лишь говорить о различии способностей к артикуляции подобных представлений (большей выраженности соответствующих мнений в среде людей более образованных). Единственным исключением является относительно высокая доля жителей Москвы, считающих, что правовое государство обеспечивается, прежде всего, разделением ветвей власти и независимости судебной власти от двух других: в Москве доля подобных ответов

МОЖНО БЫЛО ГОВОРИТЬ О ПРАВОВОМ ГОСУДАРСТВЕ?

Среднее 2-я волна

Порядок, соблюдение законов 50 49 51

Высокий уровень жизни населения 43 45 40

Равенство всех граждан перед законом 43 41 44

Соблюдение политических прав и свобод граждан 38 38 37

Социальная справедливость 34 33 35

Государственная политика, проводящаяся в интересах самых массовых слоев

населения 14 14 14

Возможность контроля граждан за действиями власти 20 20 19

Государственная политика по защите неимущих 13 14 13

Разделение властей, независимость суда и законодательной власти от прези-

дента и правительства 13 12 13

Многообразие мнений, отсутствие тотального государственного контроля над

средствами массовой информации 7 5 8

Соблюдение прав и интересов национальных и иных меньшинств 4 4 4

Затрудняюсь ответить 1 2 1

Таблица 9

РАЗЛИЧИЕ В ПОНИМАНИИ «ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА»

Формально-правовое, процедурное понимание % Материальное, ценностно-акцентированное понимание %

соблюдение законов, порядок 50 высокий уровень жизни населения 43

равенство всех граждан перед законом 43 социальная справедливость 34

соблюдение политических прав и свобод граждан 38 государственная политика, проводящаяся в интересах самых массовых слоев населения 14

возможность контроля граждан за действиями власти 20 государственная политика по защите неимущих 13

разделение властей, независимость суда и законодательной власти от президента и правительства 13 соблюдение прав и интересов национальных и иных меньшинств 4

многообразие мнений, отсутствие тотального государственного контроля над средствами массовой информации 7

достигает 25%, что вдвое выше среднего.

Доверие к судебной системе в контексте доверия основным социальным институтам в России

Суды занимают средние позиции на лестнице доверия важнейшим социальным и политическим институтам в России. Первые четыре верхние позиции в этом списке занимают символические институты, воплощающие наиболее значимые коллективные ценности всего национального целого страны, интегрирующие социум — президент, церковь, армия и сравнительно недавно (после 2005 г.) к ним присоединившаяся ФСБ (тайная политическая полиция и другие спецслужбы). Социальные структуры, которые должны были бы в принципе представлять и защищать интересы и права граждан или различных групп в обществе, находятся в явно приниженном состоянии и не пользуются уважением или авторитетом в обществе (парламент, политические партии, профсоюзы и правоохранительные органы)1. Такое распределение символического доверия говорит скорее об авторитарном, квазитрадиционалистском и недемократическом социальном порядке.

Зафиксированные коллективные представления обусловлены структурой тех институциональных отношений в обществе, которые не меняются на протяжении жизни одного или двух поколений или меняются не столь значительно, чтобы отложиться в массовом созна-

Таблица 10

нии. Глубокая убежденность россиян в том, что российские (как ранее — советские) суды не соответствуют принципам правосудия и морали, отражается в контрастном преобладании мнений, что суд — это не то учреждение, где отстаиваются принципы объективного правосудия, что суд жестко подчинен власть имущим, использующим его в своих целях — в качестве инструмента репрессивной политики по отношению к оппонентам режима или в качестве средства коррупционного давления на бизнес.

Отсюда проистекает и двойственное отношение к Конституции. Массовое сознание в России не склонно видеть в Конституции РФ основополагающий документ, определяющий и регламентирующий все устройство и порядок жизни общества (см. табл. 10). Хотя за 13 лет социально-правовая значимость Конституции РФ как Основного закона в глазах россиян ощутимо повысилась (с 12 до 30%) и параллельно уменьшилось (почти вдвое) число тех, кто был не склонен приписывать ей какую-либо общественную роль, но она не приобрела статус безусловного закона, тем более закона прямого действия. Срединная масса колеблется между приписыванием ей некоторого смысла в качестве политического инструмента президента, позволяющего для своих целей контролировать другие органы и ветви власти, и отношением к ней как условию поддержания некоего договорного порядка и согласия в государстве. Но

Доверяют_Не доверяют Ресурс доверия (разница:

2-я волна 4-я волна 2-я волна 4-я волна «доверяют» - «не д°веряют»

Президент 74 63 23 33 30

Церковь 69 63 24 29 34

Армия, вооруженные силы 55 62 38 34 28

ФСБ 58 61 29 32 29

Правительство 63 51 33 44 7

Прокуратура 47 51 44 44 7

Администрация президента 54 47 36 44 3

Правозащитные организации 48 46 39 44 2

Судебная система 41 44 50 50 -6

Совет федерации РФ 45 41 40 47 -6

Госдума РФ 42 39 52 56 -17

Полиция 31 38 63 57 -19

Профсоюзы 36 36 48 52 -16

Политические партии 28 26 63 68 -42

В % от числа опрошенных, ответы ранжированы по доверяющим в 2013 г.

1 Ср. ниже распределения мнений об авторитетности различных социальных институтов в таблице 14

ни одна из точек зрения не является доминирующей или даже устойчивой. Авторитет Конституции в этом плане весьма невысок, и мало кто верит в то, что она является фиксацией тех правовых оснований, на которых строится общественная и государственная жизнь.

В связи с этим, казалось бы, вопрос о роли Конституции должен был бы восприниматься как риторический, однако этого не происходит. Хотя собственные знания о своих правах, закрепленных в Конституции, лишь 20% оценивают как достаточные, а абсолютное большинство — в лучшем случае «знают в общих чертах» или просто не знают, тем не менее, представление о фундаментальной роли Основного закона страны не теряет силы и значимости. Напротив, мы можем говорить о явном снижении нигилистических или пессимистических реакций и росте требований соблюдать принципы российской Конституции, о некотором усилении веры в ее значимость и о сознании ее важности, пусть даже не сегодня, а в перспективе развития страны.

Нормативными (в социологическом, а не юридическом смысле) стали не нигилистические, а инструментально-манипулятивные представления о Конституции и законе как

Таблица 11

С КАКИМ ИЗ СЛЕДУЮЩИХ МНЕНИЙ ПО ПОВОДУ РОЛИ К( ЛИСЬ? (в % от числа опрошенных в каждом замере) А) ДИНАМИКА ОТВЕТОВ, 1997-2012 гг.

таковом, а именно: «Конституция поддерживает какой-то порядок в деятельности государства» и «Конституция является для президента России средством, позволяющим держать под контролем все прочие органы власти» (в сумме эти ответы выросли с 29-30 до 41%). Характерно, что носителями этих взглядов являются преимущественно представители городского среднего класса, выступавшие в качестве главной силы в движении протеста и поддержки оппозиции (табл. 11Б). В Москве, где протестные настроения выражены самым отчетливым образом, доля таких ответов составила 54% (а вера в фактическую способность Основного закона РФ гарантировать права и свободы граждан и его действенность находится на самом низком уровне — 25% при средних значениях в 35%), в больших городах этот показатель составляет 43%. Отметим, что в социально-статусном разрезе названные различия проявляются не так заметно, поскольку они выравниваются по другим, более влиятельным факторам, например, по типу поселения.

Вопрос, который возникает в массовом сознании, можно сформулировать следующим образом: почему Конституция и законы РФ часто остаются лишь на бумаге? Ответ на него

ИТУЦИИ В ЖИЗНИ СТРАНЫ ВЫ БЫ СКОРЕЕ СОГЛАСИ-

Варианты ответов / Годы опросов 1997 2002 2003 2007 2008 2010 2012

1. Конституция гарантирует права и свободы граждан 12 20 14 30* 22 30* 35*

2. Конституция поддерживает какой-то порядок в деятельности государства 20 22 25 30 30 24 26

3. Конституция является для президента России средством, позволяющим держать под контролем все прочие органы власти 10 7 11 10 11 17 15

4.Конституция не играет значительной роли в жизни страны, поскольку мало кто с ней считается 45 41 42 21 28 24 20

Затруднились ответить 12 10 8 9 10 5 4

* периодическое резкое увеличение доли подобных ответов указывает на ожидания честных и прозрачных выборов как механизма циркуляции элит, смены людей во власти; оно возникает в предвыборные периоды, а значит — отражает ту особую роль, которую может играть в этом случае Конституция РФ

Б) РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ОТВЕТОВ ПО СОЦИАЛЬНО-ДЕМОГРАФИЧЕСКИМ ХАРАКТЕРИСТИКАМ ОПРОШЕННЫХ

1 2 3 4 з/о

Место жительства

Москва 25 32 22 19 2

Большие города 33 28 15 22 3

Средние города 29 22 20 24 5

Малые города 36 26 14 19 5

Село 40 27 11 17 5

КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, В КАКОЙ МЕРЕ РАСПРОСТРАНЕНЫ НАРУШЕНИЯ КОНСТИТУЦИИ И ДРУГИХ ЗАКОНОВ У... (в % от

числа опрошенных)

Очень значительно + Довольно значительно

Довольно незначительно + Практически не встречается

Затруднились ответить

2-я волна 4-я волна 2-я волна 4-я волна 2-я волна 4-я волна

Высших государственных чиновников 60 72 19 18 21 10

Чиновников госучреждений 72 71 18 20 10 9

Представителей местной власти 73 71 19 21 8 10

Депутатов 69 70 19 20 12 10

Сотрудников правоохранительных органов

(полиции, прокуратуры и пр.) 74 65 18 25 8 10

Сотрудников спецслужб 44 43 32 38 24 19

Бизнесменов 73 68 17 21 10 11

Рядовых граждан 41 36 49 56 10 8

Таблица 13

АВТОРИТЕТНОСТЬ ГОСУДАРСТВЕННЫХ И ОБЩЕСТВЕННЫХ ИНСТИТУТОВ

2-я волна

Очень высок + Довольно высок Довольно низок + очень низок Затруднились ответить

Церкви 72 63 19 30 9 7

Правительства 65 49 29 46 7 5

Спецслужб (ФСБ и др.) 63 65 21 26 16 9

Армии 46 55 47 41 7 5

Госдумы 45 38 48 57 7 5

Бизнеса 43 44 47 46 11 9

Суда 41 44 49 50 9 6

Правозащитных организаций 41 40 43 48 16 12

Общественной палаты 37 35 36 49 27 16

Правоохранительных органов 34 38 58 56 8 6

дается распределением мнений о том, кто чаще нарушает эти законы.

От второго к четвертому замеру заметно усилилось представление о систематических нарушениях Конституции и законов РФ высшими госчиновниками (отзвуки коррупционных скандалов, разоблачительных публикаций о сомнительной по происхождению собственности, диссертационных плагиатах, а также — об освобождении их под различными предлогами от судебной ответственности, как это имеет место с А.Сердюковым), и, видимо, на этом фоне, наблюдается ослабление представлений о криминальности рядовых граждан. В общественном мнении укрепляется представление, что законопослушность большинства граждан (они, по мнению опрошенных, реже всего нарушают за-

коны, в том числе отчасти в силу ограниченности своих возможностей и доступа к ресурсам власти) все сильнее вступает в противоречие с беззаконием чиновников любых ведомств. В массовом сознании явно усиливается пока еще смутная идея, что доступ к власти освобождает индивида от ограничений, накладываемых законом (в соответствии с «правилом генерала Франко»: «друзьям — все, врагам — закон»).

Авторитет в обществе различных институтов обусловлен не столько качеством исполнения той реальной функциональной деятельности, которая приписывается им общественным мнением, сколько их символическим и моральным значением. Выше всего авторитет у церкви, которой общество выдало кредит морального доверия, у спецслужб и армии (как

защитников страны в ситуации крайнего кризиса), ниже всего — у тех служб, которые обеспечивают рутинный порядок в обществе (полиции) или претендуют на роль представителей общественных интересов, имитируя саму общественность.

Наибольшие затруднения у респондентов проявились в оценке авторитетности Общественной палаты и правозащитных организаций, деятельность которых очень скупо (и в последнее время чаще в негативном ключе как «иностранных агентов») освещается на федеральных каналах ТВ. По отношению к ним зафиксирован наибольший процент отказов от ответов.

Главные причины недоверия граждан к судебной системе в нашем обществе заключаются в несамостоятельности российских судов или,

точнее, в их зависимости от власти, в «управляемости» сверху и свободе от общественного мнения, в неподконтрольности судов обществу. Именно так можно объяснить ссылки респондентов на волокиту и бюрократизм судебного аппарата, коррупцию в судах, невыполнение судебных решений и т.п. (более половины всех ответов на вопрос таблицы 14). Собственный разочаровывающий опыт участия в суде или столь же отрицательный опыт «друзей, знакомых», не добившихся справедливого, по их мнению, решения, оказывается не столь важным, как утвердившееся в общественном мнении негативное представление о характере деятельности и возможностях судебной системы в целом, ее равнодушии к интересам и правам «простых граждан».

Таблица 14

ИНДЕКС АВТОРИТЕТНОСТИ ВАЖНЕЙШИХ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ИНСТИТУТОВ

2-я волна

Спецслужб (ФСБ и пр.) 42 39

Церкви 53 33

Армии -1 14

Правительства 36 3

Бизнеса -4 -2

Суда -8 -6

Правозащитных организаций -2 -8

Общественной палаты 1 -14

Правоохранительных органов -24 -18

Госдумы -3 -19

Таблица 15

ПОЧЕМУ ВЫ НЕ ДОВЕРЯЕТЕ РОССИЙСКОЙ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЕ?

1-я волна 3-я волна

Простые граждане не могут защитить в суде свои права, нарушенные государством 35 33

Российские судьи зависимы в своих решениях от власти и других влиятельных групп 28 31

Работа судов плохо организована, много волокиты, бюрократизма 21 22

Мои друзья, знакомые, коллеги не смогли добиться в суде справедливого решения, защиты 25 21

своих прав

Я лично, мои близкие не смогли добиться в суде справедливого решения, защиты своих 21 21

прав

Знаю о случаях коррупции в судах 20 20

Большинство рядовых судей зависимы в своих решениях от вышестоящего начальства 15 16

Судебные решения не выполняются 13 16

Не доверяю никаким органам государственной власти 14 13

Мало знаю о работе судов, не разбираюсь в этом 9 12

Судебную систему постоянно критикуют СМИ 6 12

Другое 1 1

Затрудняюсь ответить 7 5

Это не случайное мнение, а более сложное и устойчивое представление, вытекающее из понимания существующего разрыва между тем, как должна быть устроена судебная система, и тем, как она действительно функционирует в нашей стране. В результате растет общая неудовлетворительность и настороженность в отношении судебной системы. Декларируемое доверие проистекает из представлений о том, как должно быть, недоверие и настороженность — из понимания несамостоятельности и зависимости судов от исполнительной власти или от влиятельных группировок в обществе. В любом случае, именно недоверие к суду или настороженность к судебной системе, не будучи рационализируемо и проработано массовым сознанием, оборачивается представлением о коррумпированности судов и судей. Это не столько фактическое знание о коррупции в судах, возникающее из личного опыта, сколько давление коллективных представлений, устойчивое мнение в обществе о зависимости судей от властей разного уровня, убежденность в том, что суд защищает не граждан, а власть в целом или влиятельные группы во власти.

За два года показатели недоверия не изменились (соотношение суммы ответов категорий «доверяющих» к сумме ответов категорий «не доверяющих», без учета средней 4-й позиции и затруднившихся с ответом; см. табл. 17). Но если сравнивать эти данные с данными 2007 года, то оценки несколько улучшились. Изме-

Таблица 16

ПОКАЗАТЕЛИ ДОВЕРИЯ НАСЕЛЕНИЯ К РОССИЙСКИМ СУДАМ

верите в то, что суды готовы защищать Ваши интересы?», в

нения связаны не с улучшением работы судов или с большей удовлетворенностью ими со стороны населения, а с уменьшением недовольства, критичности в отношении их работы — что, возможно, является следствием усиления цензуры в средствах массовой информации, а, с другой стороны, может вызываться эффектом привыкания, «притерпелости». Такой вывод подтверждается и распределением ответов на вопрос о том, могут ли люди рассчитывать на справедливость и беспристрастность рассмотрения своего дела в российском суде, если вдруг возникнет такая ситуация. Коэффициент доверия на протяжении последних пяти лет устойчиво держится вокруг отметки 0,5 (т. е. настроенных негативно в отношении российских судов в каждом случае в 1,5-2 раза больше, чем позитивно относящихся). Основная масса ответов может быть описана как умеренно скептическая и недоверчивая позиция в отношении суда в целом.

Данное соотношение мнений очень устойчиво, и колебания в разных социально-демографических группах незначительны (в пределах стандартной ошибки: 3-4 пп.). Более позитивно относятся к суду самые молодые респонденты и самые пожилые, менее образованные граждане, чаще даже — жители села, т. е. принадлежащие к тем социальным средам, в которых контакты с судебной системой случаются реже, чем в других возрастных и социальных группах. Заметны различия в установках и между мужчинами и

(Вопрос: «Оцените по 7-балльной шкале, насколько Вы

% от числа опрошенных)

2007 1-я волна 3-я волна

апрель

1 полное отсутствие доверия 14 9 10

2 15 13 10

22 19 18

17 27 29

16 20 18

6 7 8 9

7 полное доверие 3 3 4

затрудняюсь ответить 6 2 1

число опрошенных 1600 2000 2000

соотношение доверяющих и не доверяющих 0,5 0,8 0.8

Таблица 17

ИЗМЕНЕНИЯ КОЭФФИЦИЕНТА ДОВЕРИЯ

1-я волна (2010) 3-я волна (2012) 4-я волна (2013) Среднее

0,6 0,6 0,5 0,6

женщинами — мужчины более негативно относятся к суду, чем женщины (коэффициенты доверия 0,5 и 0,8, соответственно), но рост доверия у женщин обусловлен более высоким удельным весом пожилых и малообразованных женщин в возрастной структуре населения — они менее компетентны в оценках и более лояльны ко всем видам властей. Здесь важны именно синтетические характеристики респондентов, обладающих теми или иными установками в отношении суда: такие факторы, как только «образование», или только «возраст», или только «место жительства» по отдельности не коррелируют с отношением к суду. Важно их соединение, свидетельствующее о преобладании в той или иной среде определенных стереотипов отношения к суду, складывающихся не столько из личного опыта взаимодействия с судебной системой, сколько из доминирующих коллективных представлений и оценок ее работы в целом. При этом разные среды отличаются не только самими стереотипами, но и привычными для них, относительно устойчивыми механизмами их поддержания, передачи, усвоения.

На основании ответов респондентов о степени доверия тому или иному типу суда, полученных в ходе первого опроса, были рассчитаны индексы доверия судам разных инстанций1.

Данные о доверии населения судам разного уровня, полученные в настоящем опросе, позволяют подтвердить основные выводы предшествующих этапов. Наибольшим доверием пользуются высшие суды (КС РФ, ВС РФ, Таблица 18

В КАКОЙ МЕРЕ ВЫ ДОВЕРЯЕТЕ ...

ВАС РФ), с которыми население практически не имеет дело и о деятельности которых оно знает исключительно из СМИ.

На первый взгляд кажется парадоксальным тот факт, что отдельные институты (суды), составляющие судебную систему в России, пользуются значительно большим доверием россиян, чем судебная система как таковая, судебная система в целом. Однако это вполне объяснимо: понятие «судебная система в целом» в наибольшей степени отражает идеальные представления о «справедливом суде» и более высокие требования общества к правосудию, чем каждый отдельный тип суда с его функциональными особенностями. Наибольшим «доверием» среди россиян поэтому пользуются суды высшие суды — Верховный, Конституционный и Высший Арбитражный. На них опять-таки переносят идеальные ожидания и иллюзии относительно большей независимости и объективности. (Отношение к ВАС в опросе четвертой волны стало заметно более неопределенным из-за изменения его статуса и недоумения в обществе, возникшего из-за непонимания причин и оснований слияния его с ВС РФ; вероятно по этой причине доверие к нему снизилось). Специфика деятельности арбитражных судов (как на высшем, так и на всех остальных уровнях) наименее известна и понятна населению — почти каждый пятый опрошенный заявил о том, что ничего о нем не знает. Тот же уровень информированности респонденты демонстрировали и в отношении конституционных (уставных) судов субъектов РФ.

Полностью доверяю + Скорее не доверяю + Со- Индекс Ничего не знаю об этом,

Скорее доверяю вершенно не доверяю доверия затрудняюсь ответить

ВС РФ 59 22 2.7 19

КС РФ 55 23 2.4 22

Мировым судьям 52 30 1.7 18

ВАС РФ 49 23 2.1 28

Судам присяжных 48 33 1.4 19

Федеральным судам общей юрисдикции 44 39 1.1 17

Конституционным (уставным) судам субъектов РФ 43 26 1.6 31

Арбитражным судам разных уровней 42 28 1.7 30

В среднем по всем 4-м волнам опросов, в % (N=8019), ответы ранжированы по «доверяющим»

1 Индексы строились как сумма процентной доли ответивших «полностью доверяю» и половины от ответивших «скорее доверяю» за вычетом половины процентной доли, давших ответ «скорее не доверяю» и всей доли ответивших «совершенно не доверяю»

Наибольшей известностью и наименьшим доверием пользуются среди россиян суды общей юрисдикции всех уровней — это един-

ственныи элемент, уровень доверия которому сопоставим с уровнем доверия судебной системе в целом — 3,4 пункта индекса доверия.

Последовательно проведенные замеры отношения населения к судам разного уровня позволяют зафиксировать некоторые изменения в массовых установках. Практически во всех случаях они представляют собой негативный тренд.

Почти ко всем судам заметно последовательное снижение массового доверия: к КС РФ — с 57-58% в первых двух замерах до 52-54% в двух последующих, соответственно, рост недоверия с 16 до 28%; к ВС РФ снижение доверия с 63 до 55%, рост недоверия — с 16 до 28%; по отношению к ВАС РФ доверие практически не менялось, но недоверие выросло с 17 до 28%; то же самое следует сказать и об отношении к конституционным судам других уровней: недоверие к уставным судам субъектов РФ усилилось — с 20 до 31%; к федеральным судам общей юрисдикции доверие снизилось с 48 до 43%, но недоверие поднялось с 20 до 31%; недоверие к арбитражным судам разных уровней — с 23 до 35%, недоверие к мировым судьям — с 25 до 34%.

Изменения в отношении к судам присяжных незначительны и едва превышают допустимые статистические колебания: доверие 4947%, недоверие - 30-35%.

Другими словами, две трети российских граждан не считают судебную власть в России самостоятельной, независимой от исполнительной власти (российский парламент граждане точно также рассматривают как зависимую и подконтрольную президенту структуру, в значительной степени поэтому лишенную уважения и авторитета).

Лишь 31% опрошенных считают, что суды должны контролироваться другими ветвями власти - как федеральной, так и региональной, местной, большая же часть (57%) настаивают на том, что суд, судебная власть должны быть независимыми от других ветвей власти всех уровней. 12% респондентов не имеют

собственного взгляда по этому вопросу (это пожилые и наименее образованные люди).

Именно поэтому 69% опрошенных считают крайне важным для развития нашей страны реальное и последовательное проведение разделения властей (законодательной, судебной и исполнительной), уравновешивающих, проверяющих и контролирующих друг друга. И чем выше уровень социального капитала респондентов - образования, высоких социальных позиций, опыта, — тем настойчивее они заявляют о важности этого принципиального положения. Лишь 17% посчитали этот принцип устройства государственной системы неважным, и чаще других такое отношение демонстрировали малообразованные пожилые люди, жители малых городов или села, рабочие вне зависимости от квалификации, безработные.

Доверие к представителям судебной системы и правоохранительных органов

Отношение к различным представителям правовой системы за три года практически не изменилось, если не считать повышение доверия к правозащитникам и — в меньшей степени — к юристам на предприятиях. И то, и другое в определенной степени указывает на сохранение чувства незащищенности и надежды на фигуры, находящиеся за рамками государственно-корпоративных или ведомственных связей внутри судебной системы и правоохранительных органов.

Показатели доверия к различным профессиональным группам в сферах судопроизводства, деятельности правоохранительных органов и обеспечения правопорядка и законности в России представлены в таблице 20.

Степень доверия населения различным категориям юристов, судей и сотрудникам правоохранительных органов отражает значимость идеальных представлений о том, как должны защищать эти законники интересы обычного «маленького человека с улицы». Судьи тут занимают лишь срединное место или чуть ниже середины.

Таблица 19

КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ СЕГОДНЯ СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ В РОССИИ НЕЗАВИСИМОЙ ОТ ДРУГИХ ВЕТВЕЙ ВЛАСТИ?

Среднее 1-я волна

Да, в очень большой степени 7 7 7 7 6

Да, в достаточной степени 26 27 23 27 26

Нет, в слишком малой степени 37 39 31 42 34

Нет, она полностью зависима 21 17 27 15 24

Затрудняюсь ответить 10 10 11 8 10

Таблица 20

В КАКОЙ МЕРЕ ВЫ В ЦЕЛОМ ДОВЕРЯЕТЕ...

Среднее

судьям?

Полностью доверяю 6 7 6 6 6

Скорее доверяю 45 47 44 46 44

Скорее не доверяю 34 31 34 35 35

Совершенно не доверяю 8 8 8 7 9

Затрудняюсь ответить 7 7 8 7 7

адвокатам?

Полностью доверяю 8 9 10 6 9

Скорее доверяю 52 53 52 55 49

Скорее не доверяю 25 24 24 25 29

Совершенно не доверяю 7 7 6 7 7

Затрудняюсь ответить 7 7 8 7 6

прокурорам?

Полностью доверяю 6 5 7 6 7

Скорее доверяю 42 43 41 42 43

Скорее не доверяю 34 31 34 35 34

Совершенно не доверяю 9 9 8 8 10

Затрудняюсь ответить 9 11 10 10 6

следователям?

Полностью доверяю 5 4 4 5 5

Скорее доверяю 36 39 35 36 35

Скорее не доверяю 39 37 40 40 40

Совершенно не доверяю 11 11 11 11 12

Затрудняюсь ответить 9 10 9 9 8

нотариусам?

Полностью доверяю 13 15 12 12 12

Скорее доверяю 55 56 54 58 53

Скорее не доверяю 20 18 21 19 23

Совершенно не доверяю 5 5 5 4 7

Затрудняюсь ответить 7 6 7 7 5

юристам предприятий?

Полностью доверяю 6 6 6 7 7

Скорее доверяю 45 44 43 47 45

Скорее не доверяю 28 27 29 25 30

Совершенно не доверяю 9 10 9 7 9

Затрудняюсь ответить 13 13 14 14 10

правозащитникам?

Полностью доверяю 8 7 7 9 9

Скорее доверяю 47 49 45 50 44

Скорее не доверяю 25 23 26 22 28

Совершенно не доверяю 8 8 8 7 8

Затрудняюсь ответить 13 14 14 13 11

полицейским?

Полностью доверяю 3 2 3 3 5

Скорее доверяю 27 27 25 29 29

Скорее не доверяю 42 41 43 40 44

Совершенно не доверяю 21 24 23 20 16

Затрудняюсь ответить 7 6 7 8 6

Повторяя сделанный выше ход редукции массового отношения к судам к индексам доверия, проделаем для большей наглядности то же самое и в отношении доверия представителям различных юридических профессий и занятий (см. табл. 21).

Самым негативным образом россияне относятся к сотрудникам следственного аппарата и полицейским, в общественном мнении они являются наиболее коррумпированными и бесконтрольно используют монополию на «законное насилие» в собственных интересах.

цессов и косвенные страхи и тревоги, возникающие из-за участия в подобном суде, заставляют большую часть респондентов отказываться от участия в них (если бы такая перспектива встала перед ними). Ответы в данном случае разделились примерно в соотношении 1:2 (приняли бы участие 29-30%, отказались под каким-либо предлогом 64-66%). Это означает, что по отношению к суду присяжных сохраняются стойкие негативные коллективные установки, оказывающие своего рода «давление» на мнения людей, создающие латентный негативный

Таблица 21

ИНДЕКС ДОВЕРИЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОЙ И СУДЕБНОЙ СИСТЕМЫ

Среднее 1-я волна

Нотариусам 2,7 3,1 2,5 3,0 2.2

Адвокатам 1.9 2,0 2,1 1,9 1.6

Правозащитникам 1,7 1,8 1,9 2,0 1.5

Юристам предприятий 1,4 1,3 1,3 1,7 1.3

Судьям 1,2 1,4 1,2 1,2 1.1

Прокурорам 1,1 1,2 1,1 1,1 1.1

Следователям 0,8 0,9 0,8 0,8 0.8

Полицейским 0,5 0,5 0,4 0,5 0.6

Суд присяжных

Часто обсуждаемая в прессе проблема суда присяжных заседателей не получает особого отклика в общественном сознании, поскольку люди не слишком понимают функциональных отличий этого вида суда и не доверяют объективности отбора самих присяжных заседателей аппаратом суда. Хорошо разбираются (по их мнению) в специфике данного суда 13-14% (как правило, это образованные и зрелые люди, жители крупных городов), еще 43-45% имеют какое-то общее представление о суде присяжных (скорее из фильмов и телепередач), остальные по существу ничего не знают об этом.

Длительный срок подобных судебных про-

фон предубежденности.

В общественном мнении нет полной ясности относительно преимуществ судебного разбирательства с участием присяжных заседателей:

Большую ответственность и понимание специфики суда присяжных обнаруживают люди с высоким уровнем образования и социальным положением, жители Москвы. Среди москвичей готовы участвовать в подобном процессе 40%, тогда как в крупных городах или селах — от 28 до 25%. Хотя эти ответы не более чем декларативные заявления о готовности, тем не менее, они отражают более высокий уровень гражданского самосознания.

Таблица 22

С КАКИМ ИЗ СУЖДЕНИЙ О СУДЕ ПРИСЯЖНЫХ ВЫ БОЛЕЕ ВСЕГО СОГЛАСНЫ?

2-я волна 4-я волна

Суды присяжных необходимы, они обеспечивают более тщательное и объективное рассмотрение дел 32 30

Суды присяжных не нужны, рассматривать и решать дела в суде должны профессионально подготовленные юристы 20 25

Суды присяжных полезны, но вводить их нужно осторожно, не торопясь, поскольку большинство наших сограждан пока еще не готовы и 38 37

Затрудняюсь ответить 10 8

Авторитетность и морально-профессиональные качества российских судей

В оценке верности профессиональному долгу основной части российских судей общественное мнение склоняется к отрицательным суждениям: 32—38% опрошенных ставят ее достаточно высоко, 45—47% низко (22% респондентов во втором замере и 15% в четвертом затруднились сказать что-нибудь определенное в этом плане).

Авторитет основной части российских судей в обществе носит крайне противоречивый характер (см. табл. 23). В среднем за четыре года замеров 44% опрошенных отмечали авторитетность судей в обществе и практически столько же (46%) говорили об их низком авторитете или об отсутствии уважения к судьям. Характерно, что число затруднившихся в этом вопросе было очень невелико — в среднем 10%, что свидетельствует об определенности и четкости занятых позиций в обществе. В 2010 году (первая волна замеров) это соотношение составляло 48:44, затем оно несколько понизилось — 40:48, 42:48 и 44:47. Примечательно, что авторитет-

Таблица 23

КАК БЫ ВЫ ОЦЕНИЛИ.

ность судей оказывается в общественном мнении не связанной с их профессиональной компетентностью, которая в целом представляется весьма высокой (в среднем так полагали 49% опрошенных); скептически или отрицательно ее оценивали чуть больше трети респондентов (35%). Но и здесь тренд отношения следует считать скорее нисходящим: в 2010 г. высокие оценки дали 54% респондентов, в 2011 г. — 47, в 2012 г. — 49, в 2013 г. — 48%, в то время как негативные оценки выросли: от 30 в первом замере до 37% в последнем.

Проблема массового отношения к судейскому корпусу определяется восприятием человеческих и моральных качеств российских судей. Этот параметр выступает самым важным фактором восприятия функционирования судов в России. Зависимость судейской корпорации от власти или влиятельных групп самым негативным образом отражается на представлениях о справедливости судов и судей и соответственно задает доминирующий тон восприятия судей как сомнительной в моральном плане корпорации.

авторитет в обществе основной части российских судей?

Среднее 2010 2011 2012 2013

Очень высоко 6 6 6 6 5

Довольно высоко 38 42 34 36 39

Довольно низко 39 37 40 40 41

Очень низко 7 7 8 8 6

Затрудняюсь ответить 10 8 13 10 9

Соотношение противоположных мнений 0,9 1,0 0,9 0,9 0,9

квалификацию, компетентность основной части российских судей?

Очень высоко 5 6 4 6 5

Довольно высоко 44 48 43 43 43

Довольно низко 30 26 29 31 32

Очень низко 5 4 6 4 5

Затрудняюсь ответить 16 17 18 16 15

Соотношение противоположных мнений 1,4 1,9 1,3 1,4 1,3

моральные качества основной части российских судей?

Очень высоко 4 5 3 4 4

Довольно высоко 29 31 28 27 30

Довольно низко 38 35 37 40 41

Очень низко 9 9 9 9 8

Затрудняюсь ответить 20 21 22 21 18

Соотношение противоположных мнений 0,7 0,8 0,7 0,6 0,7

Продолжение табл. 23

независимость основной части российских судей?

Очень высоко 4 4 4 4 4

Довольно высоко 23 24 22 22 26

Довольно низко 45 44 45 45 45

Очень низко 13 13 13 16 12

Затрудняюсь ответить 14 14 16 13 13

Соотношение противоположных мнений 0,5 0,5 0,4 0,4 0,5

человечность основной части российских судей?

Очень высоко 3 3 3 4 3

Довольно высоко 27 31 25 26 27

Довольно низко 40 37 39 39 43

Очень низко 10 9 11 10 10

Затрудняюсь ответить 20 19 21 21 17

Соотношение противоположных мнений 0,6 0,7 0,6 0,6 0,6

внимательность к людям основной части российских судей?

Очень высоко 4 4 3 4 3

Довольно высоко 25 29 23 23 24

Довольно низко 43 39 43 43 46

Очень низко 12 12 13 13 12

Затрудняюсь ответить 17 16 18 17 15

Соотношение противоположных мнений 0,5 0,6 0,5 0,5 0,5

справедливость основной части российских судей?

Очень высоко 4 4 3 4 3

Довольно высоко 25 28 23 23 27

Довольно низко 42 39 42 45 42

Очень низко 12 13 13 12 12

Затрудняюсь ответить 17 17 19 16 16

Соотношение противоположных мнений 0,5 0,6 0,5 0,5 0,6

верность профессиональному долгу основной части российских судей?

Очень высоко 5 - 4 6 5

Довольно высоко 30 - 28 29 33

Довольно низко 36 - 35 36 37

Очень низко 10 - 10 9 10

Затрудняюсь ответить 19 - 22 20 15

Соотношение противоположных мнений 0,8 - 0,7 0,8 0,8

смелость основной части российских судей

Очень высоко 5 - 4 - 5

Довольно высоко 28 - 26 - 30

Довольно низко 34 - 33 - 36

Очень низко 12 - 13 - 12

Затрудняюсь ответить 21 - 24 - 18

Соотношение противоположных мнений 0,7 - 0,7 - 0,7

Представим приведенные данные в виде индексов, построенных как соотношение суммы положительных и отрицательных оценок (табл. 24).

Ниже всего, как мы видим, оцениваются российским обществом автономность судебного корпуса, моральные и человеческие качества судей, такие как чувство справедливости, человечность, внимание к людям.

Распределение ответов респондентов (табл. 25) слабо зависит от образования или возраста, но сильнейшим образом — от социальной среды, а именно — от типа поселения, а значит, и плотности, сложности социального пространства (дифференцированности социальных связей респондентов, информационного контекста, социальной активности, которая, конечно,

выше в мегаполисе в сравнении с провинцией). Наибольший негативизм оценок судей наблюдается у москвичей (соотношение 14:75).

Российские судьи воспринимаются большей частью общества как, несомненно, люди знающие, профессионально подготовленные и квалифицированные, но судящие несправедливо. Это массовое убеждение (мы не говорим о его объективной оправданности, а лишь о его значимости в массовом сознании) тем более важно, что собственные знания респондентов о том, как работает судебная система, и как она устроена, абсолютное, доминирующее большинство опрошенных считает недостаточным (82—85%). Другими словами, представление о человеческих качествах судей — это именно «общее мнение», складывающееся независимо

Таблица 24

КАК БЫ ВЫ ОЦЕНИЛИ ТАКИЕ КАЧЕСТВА ОСНОВНОЙ ЧАСТИ РОССИЙСКИХ СУДЕЙ, КАК.

2010 2011 2012 : 2013 В среднем по

четырем волнам

квалификация, компетентность 1,9 1,3 1,4 1,3 1,4

авторитет в обществе 1,0 0,9 0,9 0,9 0,9

верность профессиональному долгу - 0,7 0,8 0,8 0,8

моральные качества 0,8 0,7 0,6 0,7 0,7

смелость - 0,7 - 0,7 0,7

человечность 0,7 0,6 0,6 0,6 0,6

справедливость 0,6 0,5 0,5 0,6 0,5

внимательность к людям 0,6 0,5 0,5 0,5 0,5

независимость 0,5 0,4 0,4 0,5 0,5

Таблица 25

КАК БЫ ВЫ ОЦЕНИЛИ МОРАЛЬНЫЕ КАЧЕСТВА ОСНОВНОЙ ЧАСТИ РОССИЙСКИХ СУДЕЙ?

Очень высоко + Довольно низко + Затруднились

достаточно высоко очень низкое ответить

В среднем 33 49 18

Возраст

18-24 42 42 16

25-39 32 49 19

40-54 31 53 16

55 и старше 33 48 19

Образование

Высшее + незаконченное высшее 32 53 15

Среднее + среднее специальное 33 48 19

Ниже среднего 39 43 18

Тип поселения

Москва 14 75 11

Большой город 30 52 19

Средний город 35 45 20

Малый город 39 43 18

Село 36 46 18

от степени информированности и адекватности знания граждан о предмете их оценок. Поэтому сомнения в справедливости российского суда никак не уменьшаются на протяжении всех четырех замеров.

Зависимость и коррумпированность суда как осевые проблемы судебной системы

Тема коррупции в судебной системе России включает в себя две тесно связанные проблемы. Во-первых, это непосредственная коррумпированность судей и судебных работников и, во-вторых, это зависимость суда от власти и других влиятельных групп, давление, которому подвергаются судьи в процессе принятия решений. Обе эти проблемы, по мнению большинства опрошенных, в решающей мере препятствуют эффективной работе судов, беспристрастному и эффективному правосудию. При этом взяточничество и коррупция судей на протяжении четырех лет прочно удерживает первое место по числу полученных ответов (в среднем 55%), а зависимость судей от властей и других влиятельных групп — второе (в среднем 47 %), хотя в 2013 г. доля респондентов, выбравших эти варианты ответов, снизилась по сравнению с предыдущими годами. Напротив, выросла доля респондентов, указавших на низкий авторитет суда в обществе (см. табл. 26).

Самое сильное давление на судей, по мнению опрошенных, оказывают власти — эта тенденция устойчиво сохраняется на протяжении всех четырех лет исследования (см. табл. 27). В 2013 г. это — федеральные власти, поскольку шкала ответов на вопрос: «Кто сегодня в России оказывает на судей самое сильное давление?» во второй и четвертой волнах исследования была более детализированной по сравнению с первой и третьей волнами. Второе место так же

как и в предшествующие годы занимает вышестоящее судебное начальство. На третье место вышли представители региональной и местной власти и крупного бизнеса, потеснив криминальные структуры, что, по-видимому, связано с изменением предложенной шкалы ответов. Число тех, кто считает, что в большинстве случаев судьи принимают решения независимо, остается на уровне 6-9% (это, по-прежнему, самые молодые люди, с образованием ниже среднего и жители села). Сравнение данных 2012 и 2013 гг. не дает сколько-нибудь устойчивых социально-демографических тенденций, за исключением того, что жители Москвы относительно чаще других отмечают давление на судей со стороны представителей (федеральной) власти и вышестоящего судебного начальства.

Проблема зависимости суда от влиятельных групп интересов, давления на суд и коррупционные практики

При всех различиях формулировки вопросов доля людей, которые настаивают на полной самостоятельности и автономности судейских решений, остается постоянной и не превышает 7-9%. Понятно, что централизованная судейская бюрократия не является самостоятельной силой в этом процессе, она, по мнению, опрошенных, лишь воспроизводит и ретранслирует те требования, которые предъявляют к судебному процессу внешние силы — власти разного уровня, как федеральные, так и региональные или местные, а также смежные ведомства (правоохранительные органы, полиция, спецслужбы).

Как уже отмечалось в предыдущих отчетах, отношение к российскому суду как таковому (судебной системе как социальному институту) подрывается не только общим убеждением в коррумпированности и зависимости суда, но и пони-

Таблица 26

КАКИЕ ПРОБЛЕМЫ В РАБОТЕ СУДОВ ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ ВЫ СЧИТАЕТЕ САМЫМИ ОСТРЫМИ?

Среднее 1-я волна

Взяточничество, коррупция судей, работников судов 55 56 59 55 48

Зависимость судей от властей и влиятельных групп 47 46 45 50 40

Отсутствие равенства сторон в судебном процессе: например, заведомое преимущество чиновников перед рядовыми гражданами. 27 25 27 30 25

Волокита, непродуктивность работы судей 27 29 26 26 25

Низкий авторитет суда в обществе 21 17 24 17 25

КАК ВАМ КАЖЕТСЯ, КТО СЕГОДНЯ В РОССИИ ОКАЗЫВАЕТ НА СУДЕЙ САМОЕ СИЛЬНОЕ ДАВЛЕНИЕ?

1-я волна (2010) 3-я волна (2012) В среднем по двум волнам

Представители власти 46 53 49

Вышестоящее судебное начальство 31 35 33

Криминальные структуры 34 34 34

Представители крупного бизнеса 33 33 33

Люди, которые дают им крупную взятку, способны оказать важную услугу 35 30 32

Коллеги, судейская корпорация 7 10 9

Я считаю, что в большинстве случаев судьи принимают решения независимо 7 9 8

Средства массовой информации 4 6 5

Затрудняюсь ответить 10 7 9

В несколько иной формулировке вопроса мы получаем аналогичные распределения мнений (табл. 28):

Таблица 28 КАК ВАМ КАЖЕТСЯ, КТО СЕГОДНЯ В РОССИИ ОКАЗЫВАЕТ НА СУДЕЙ САМОЕ СИЛЬНОЕ ДАВЛЕНИЕ?

Среднее 2-я волна

Представители федеральной власти 35 35 35

Вышестоящее судебное начальство 33 32 34

Представители крупного бизнеса 30 32 29

Представители региональной и местной власти 29 30 29

Люди, которые дают им крупную взятку, способны оказать важную услугу 26 27 26

Криминальные структуры 25 30 20

Правоохранительные органы: полиция (милиция), прокуратура, следственные органы 14 13 15

Спецслужбы 9 7 11

Коллеги,судейская корпорация 8 6 11

Я считаю, что в большинстве случаев судьи принимают решения независимо 7 6 7

Средства массовой информации 5 4 7

Затрудняюсь ответить 4 4 4

манием более конкретных обстоятельств — использования суда властями как в политических целях, так и в практике нечестной экономической конкуренции. В 2013 г. доля респондентов, согласных с тем, что судебная система используется в политических целях, чтобы избавиться от политических соперников и для преследования инакомыслящих, выросла до максимального за все четыре года значения — 67%. Соотношение положительных и отрицательных ответов составило 3,1 при почти вдвое сократившейся доле затруднившихся с ответом (табл. 25). Это, без сомнения, объясняется эффектом громких судебных процессов последних двух лет, связанных с ростом репрессивности политической системы и все более очевидной роли суда как орудия политических репрессий.

Подтверждением последнего вывода служат ответы на вопрос об использовании суда высшими представителями власти в своих политических и корыстных целях (табл. 30). Все громкие судебные дела, несомненно, и очевидно для общества имеют политический характер, хотя открыто политическим является только «Болотное дело» и в меньшей мере дело «Пусси Райот»; дело «Юкоса» и дело Кировлеса власти и суд пытались представить как дело по экономическим преступлениям. Наибольшую убежденность в политических и корыстных целях высшей власти респонденты демонстрируют в случае дела «Юкоса»; с этим в той или иной мере согласна половина респондентов, а не согласны только 18%. 41% респондентов (в каждом случае) считает, что суд использовался высшими представителями власти в деле

Навального и в «Болотном деле», 19% опрошенных не согласны с этим. В деле «Пусси Райот» доля согласных (36%) и несогласных (37%) практически одинакова. В последнем случае властям с помощью государственных СМИ удалось представить дело не как политическое выступление, направленное против авторитарной власти, а как дело об оскорблении чувств верующих. Наибольшее количество ничего не знающих о деле или затрудняющихся с ответом (около 40%) наблюдается в случае дела Навального и «Болотного дела». Наиболее задевающим общественное мнение оказалось дело «Пусси Райот»: только 27% не могли определиться со своим отношением к делу или

ничего не знали о нем. В случае дела «Юкоса» соответствующая доля составила 32%. Следует отметить, что во всех случаях доля равнодушных меньше (или почти равна) доле тех, кто соглашается с политической и корыстной ролью власти, и существенно больше доли тех, кто не видит такой подоплеки.

При этом понимание политических и корыстных целей высшей власти, в которых использовался суд в перечисленных случаях, как правило, не связано с симпатией к подсудимым и осужденным по этим делам. Напротив, большинство респондентов относятся к фигурантам этих дел в лучшем случае с недоверием, а то и с осуждением, даже сознавая заказной или об-

Таблица 29

КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, ИМЕЮТ ЛИ МЕСТО В СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЕ СЛЕДУЮЩИЕ ЯВЛЕНИЯ: ИСПОЛЬЗОВАНИЯ СУДА В ПОЛИТИЧЕСКИХ ЦЕЛЯХ, ДЛЯ ТОГО. ЧТОБЫ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ ПОЛИТИЧЕСКИХ СОПЕРНИКОВ, ДЛЯ ПРЕСЛЕДОВАНИЯ ИНАКОМЫСЛЯЩИХ?

Всего 1-я волна

Определенно да/скорее да 62 59 63 57 67

Скорее нет/определенно нет 20 19 17 22 21

Затруднились ответить 19 22 21 21 12

Да/нет 3,1 3,1 3,7 2,6 3,1

Таблица 30

КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, ИСПОЛЬЗОВАЛСЯ ЛИ СУД ВЫСШИМИ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ ВЛАСТИ В СВОИХ ПОЛИТИЧЕСКИХ ИЛИ КОРЫСТНЫХ ЦЕЛЯХ В СЛЕДУЮЩИХ ГРОМКИХ СУДЕБНЫХ ДЕЛАХ?

Определенно да Скорее да Скорее нет Определенно нет Ничего не знаю об этом деле Затрудняюсь ответить

Дело «Юкоса»/ Суд над М.Ходорковским и П.Лебедевым Суд над участницами панк-группы «Пусси-Райот» Суд на А. Навальным и П. Офицеро-вым по делу Кировлес Суды над обвиняемыми по «Болотному делу» 17 11 13 13 2 2 2 3 СО СО СЛ СО 13 24 13 13 5 13 6 6 22 16 29 27 10 11 11 12

Таблица 31 ВЫЗЫВАЮТ ЛИ У ВАС СОЧУВСТВИЕ ОСУЖДЕННЫЕ ИЛИ ОБВИНЯЕМЫЕ ПО ЭТИМ ДЕЛАМ?

Определенно да Скорее да Скорее нет Определенно нет Ничего не знаю об этом деле Затрудняюсь ответить

Дело «Юкоса»/ Суд над М.Ходорковским и П.Лебедевым Суд над участницами панк-группы «Пусси-Райот» Суд над А. Навальным и П. Офицеровым по делу Кировлес Суды над обвиняемыми по «Болотному делу» 7 4 5 5 16 13 12 16 26 24 24 22 21 34 20 18 21 16 28 27 10 8 11 12

условленный идеологическими интересами власти характер приговора суда. Доля сочувствующих обвиняемым и осужденным по всем перечисленным делам в 2-2,5 раза превышает долю тех, кто видит политическую или корыстную подоплеку в этих делах. (Ср. данные таблиц 30 и 31). Доля несочувствующих также в 2-3,5 раза превышает долю сочувствующих; респондентов не сочувствующих осужденным по делу «Пусси Райот» — 58%.

Признание неправосудного характера процессов, неизбежно вытекающее из использования суда властью, очевидно, не вызывает в обществе сочувствия к жертвам судебной несправедливости (сочувствие выражает лишь одна пятая опрошенных). По-видимому, большинство населения полагает, что использование суда высшей властью в своих политических и корыстных целях является если не нормальной, то практически безальтернативной ситуацией. Признавая, что у «нас по-другому не бывает», общество тем самым фактически поддерживает властный произвол, осуществляемый с помощью суда. Такое состояние обще-

ственного мнения представляется одним из важнейших препятствий для осуществления судебной реформы, которая обеспечила бы прозрачное и независимое от власти правосудие. Из сравнения данных, приведенных в таблицах 30 и 31, следует, что запрос на осуществление такой институциональной реформы весьма слаб и пользуется поддержкой меньшинства общества.

По данным 2013 г., доля согласных с тем, что суд в России используется и в экономических целях, в конкурентной борьбе с целью захватить бизнес конкурента, практически равна доле тех, кто говорит о политическом использовании суда — 68% опрошенных, достигнув самого высокого за все годы исследования уровня (табл. 32).

Несмотря на то, что неэффективность судебной системы респонденты связывают, в первую очередь, с коррупцией и взяточничеством судей и судебных работников, эта категория отнюдь не предстает в общественном мнении самой коррумпированной среди государственных служащих. Первое место по этому

Таблица 32

КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, ИМЕЮТ ЛИ МЕСТО В СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЕ СЛЕДУЮЩИЕ ЯВЛЕНИЯ: ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СУДА В КОНКУРЕНТНОЙ БОРЬБЕ С ЦЕЛЬЮ ЗАХВАТИТЬ БИЗНЕС КОНКУРЕНТА, ИСПОРТИТЬ ЕГО РЕПУТАЦИЮ ИЛИ ИНЫМ ОБРАЗОМ ПОВРЕДИТЬ ЕМУ?

Всего 1-я волна

Определенно да/скорее да 66 67 66 62 68

Скорее нет/определенно нет 17 14 14 18 21

Затруднились ответить 17 20 19 19 11

Да/нет 3,8 4,8 4,7 3,4 3,2

Таблица 33

КАКИЕ ГРУППЫ ГОСУДАРСТВЕННЫХ СЛУЖАЩИХ, НА ВАШ ВЗГЛЯД, БОЛЕЕ ВСЕГО КОРРУМПИРОВАНЫ?

Всего 1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

Чиновники/служащие федеральных органов влести 53 49 51 60 53

Работники ГИБДД 54 56 57 51 52

Служащие местных органов власти 31 30 30 33 32

Работники милиции 30 32 34 27 27

Врачи 18 17 16 16 23

Судьи, работники суда 21 20 21 23 22

Работники следственных органов и прокуратуры 18 16 17 20 17

Работники военкоматов 16 17 16 14 16

Работники налоговых, таможенных служб 14 15 14 12 13

Учителя и преподаватели вузов 11 11 11 11 12

Другое 1 2 1 2 1

Затрудняюсь ответить 8 9 8 7 8

критерию на протяжении всего исследования поочередно занимают чиновники и служащие федеральных органов власти (53%) и работники ГИБДД (52%). Уровень коррумпированности судей по оценкам общественного мнения в два раза ниже (22%); в последней волне исследования (2013 г.) , на тот же уровень, что и работники суда, вышли врачи, которые раньше занимали более низкие места в рейтинге коррупции (23%) (табл. 33).

Готовность к решению судебной проблемы в обход закона

Отмеченная выше тенденция, выведенная из реального опыта людей, которые непосредственно давали взятки или лично знают о таких случаях, совпадает и с декларируемой готовностью респондентов решать свои проблемы в суде в обход закона. Половина опрошенных (48%) при тех или иных условиях готовы пойти на решение своих проблем в суде «по обоюдному согласию», примерно столько же (45%) заявляют, что не готовы решать свои проблемы за взятки, 8% затруднились с ответом на этот вопрос. Это соотношение практически не изменилось за четыре года исследований. Лишь доля затруднившихся с ответом сократилась с 14 до 8% в 2010- 2013 гг. (см. табл. 34).

Полученные в 2013 г. данные подтверждают тенденцию, проявившуюся уже в прошлых волнах исследования. Социально-демографическое распределение ответов на этот вопрос вполне однозначно свидетельствует о том, что наиболее молодые, современные, влиятельные группы населения более склонны решать свои проблемы в суде в обход закона. Согласно данным исследования, приведенным в табл. 35,

чем выше образование и доходы респондента, чем больше населенный пункт, в котором он проживает, чем ниже его возраст, тем более склонен он давать взятки для достижения желаемого результата в суде. Более того, эта тенденция в последней волне исследования выглядит еще четче: соотношение готовых и не готовых давать взятки в суде среди респондентов с высшим образованием выросло с 1,2 в 2012 г. до 1,5 в 2013 г., среди причисляющих себя к высшей части среднего/высшему слою — с 1,7 до 4,2, соответственно. Как и в прошлые годы, самым высоким это соотношение является в Москве, где готовых давать взятки почти в два раза больше, чем не готовых. Напротив, лишь в самых слабых социально-демографических группах (среди женщин, лиц пожилого возраста, с образованием ниже среднего, принадлежащих к низшему слою и нижней части среднего слоя, жителей средних городов) преобладают люди, которые не готовы давать взятки в суде ни при каких условиях. Моральная позиция по-прежнему сохраняется только среди людей с низкими имущественными и другими ресурсами, у которых, соответственно, невелики и возможности подкупа, дачи взятки, слабы социальные связи с «нужными людьми».

Такое распределение ответов, как уже отмечалось на предыдущем этапе исследования, свидетельствует о достаточно высоком и нарастающем уровне цинизма в обществе и позволяет по-иному оценить место взяточничества, которое, как мы видели, играет центральную роль в представлениях общества о коррупции в суде. Такая высокая (и устойчивая) потенциальная готовность людей участвовать в коррупционных сделках и реальная готовность быть их

Таблица 34

В КАКОЙ МЕРЕ ВЫ ЛИЧНО МОГЛИ БЫ, ЕСЛИ ПРОБЛЕМУ В СУДЕ МОЖНО БУДЕТ РЕШИТЬ ИЛИ ПОПЫТАТЬСЯ ПОВЛИЯТЬ НА ЕЕ РЕШЕНИЕ ПО «ОБОЮДНОМУ ИНТЕРЕСУ» ПОЙТИ НА ЭТО?

Всего 1-я волна

Готов(а), я считаю что это самый простой и эффективный способ добиться желаемого результата 11 11 11 12 12

Это возможно лишь в тех случаях, когда я буду уверен(а), что данный факт не станет известен посторонним людям 6 5 5 6 7

Это возможно в том случае, если я буду уверен(а), что мои проблемы будут решены полностью 13 14 13 13 13

Я готов поступить таким образом, если пойму, что другого, легального способа решить мою проблему не существует 15 15 17 12 16

Нет, я не буду пытаться решать свои проблемы в суде за взятки. 43 41 44 43 45

Затрудняюсь ответить 11 14 11 12 8

В КАКОЙ МЕРЕ ВЫ ЛИЧНО МОГЛИ БЫ, ЕСЛИ ПРОБЛЕМУ В СУДЕ МОЖНО БУДЕТ РЕШИТЬ ИЛИ ПОПЫТАТЬСЯ ПОВЛИЯТЬ НА ЕЕ РЕШЕНИЕ ПО «ОБОЮДНОМУ ИНТЕРЕСУ» ПОЙТИ НА ЭТО?

Готовы Не готовы Затруднились ответить Да/нет

В среднем 48 45 8 1,0

Пол

Мужчины 49 41 10 1,2

Женщины 44 48 8 0,9

Возраст

18-24 года 55 37 9 1,5

25-39 лет 54 37 9 1,5

40-54 года 46 47 7 1,0

55 лет и старше 36 55 8 0,7

Образование

Высшее и незаконченное высшее 55 37 8 1,5

Среднее и среднее специальное 45 47 8 1,0

Ниже среднего 38 53 9 0,7

К какому слою в обществе Вы бы скорее себя отнесли

К низшему слою 33 57 10 0,6

К низшей части среднего слоя 44 49 9 0,9

К средней части среднего слоя 48 44 8 1,1

К высшей части среднего/высшему слою 75 18 16 4,2

Тип населенного пункта

Москва 59 33 9 1,8

Большой город (500 тыс. и более ) 49 43 9 1,1

Средний город (от 100 до 500 тыс.) 41 53 6 0,8

Малый город (до 100 тыс.) 47 43 11 1,1

Село 46 46 7 1,0

инициаторами означает, что представления о взяточничестве в значительной мере отражают перенос проблем самого общества, его самосознания на суд и его работников. Это не значит, конечно, что в российском суде не берут взяток. Это, скорее, указывает на то, что коррумпированное общественное мнение и реальная коррупция в суде взаимно подпитывают друг друга.

Коррупция в судебной системе представляет собой очень важное, хотя и частное явление — производное от неправового характера российского государства, практически лишенного институциональной системы, позволяющей защищать интересы граждан от произвола государства и интересы государства — от подчинения частным интересам лиц, занимающих государственные должности. Коррупция в России непрерывно воспроизводится самой социальной системой, сверху донизу пронизанной отношениями господства-подчинения и основанной на этих отношениях на всех ее уровнях. Элементы рыночной экономики, вопреки ожиданиям, не только не подорвали эту систему,

но в течение двух последних десятилетий были интегрированы в нее, создав дополнительные каналы властного произвола уже в денежной форме и усилив, по сравнению с советским периодом, ее коррупционный характер. Практически неограниченная возможность властвовать над человеком (по-прежнему лишь от власти зависит, по выражению Пушкина, «стать сто крат хуже») — главный и неустранимый в этой системе власти источник коррупции, поскольку человек неизбежно ставится в подчиненное и зависимое от властвующего положение.

Российское правосудие не только встроено в систему властного произвола, но и является одним из наиболее эффективных его орудий. Укоренению коррупции в судебной системе способствует избирательное правоприменение как по экономическим, так и по политическим мотивам, а также принятие и введение в действие несправедливых, антиконституционных законов, нарушающих права и свободы человека и все более сужающих и делающих фиктивным само понятие «правового поля».

КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, МОЖНО ЛИ ЖИТЬ СЕЙЧАС В РОССИИ*, НЕ НАРУШАЯ ЗАКОНА?

1990 1997 2000 2001 2007 2010 1-я волна

Да 33 26 33 30 36 41 43 52

Нет 48 59 60 60 54 51 49 39

Затруднились ответить 19 15 7 10 10 8 8 9

Число опрошенных 1600 1600 1600 1000 1600 2300 2008 2002

* В 1990 г. — «в Советском Союзе»

Таблица 37

ПОЧЕМУ В РОССИИ НЕЛЬЗЯ ЖИТЬ, НЕ НАРУШАЯ ЗАКОНА? КАКИЕ ИЗ ПРИВЕДЕННЫХ НИЖЕ МНЕНИЙ БЛИЖЕ К ВАШЕМУ СОБСТВЕННОМУ?

Среднее 1-я волна

Закон в нашей стране не работает, ему не подчиняются даже власти 38 42 36

Закон нарушают все, поэтому по закону ничего не добьешься 30 28 32

У большинства людей сегодня отсутствует мораль, их ничто не сдерживает 20 19 20

Нет авторитетов, влиятельных людей, которые поддерживали бы законность и

правосознание 6 5 8

Затрудняюсь ответить 4 4 4

М=... - 991 781

В этих условиях в обществе сложилось, по выражению А.Г. Левинсона, устойчивое согласие по поводу коррупции. В общественном мнении коррупция выступает одновременно как одна из наиболее тревожащих людей проблем и как неизбежное зло, к которому люди не только вынуждены приспосабливаться, но считают, что это наиболее естественный и оправданный в данной ситуации способ существования. Готовность к коррупционным сделкам в суде, которую в наибольшей мере демонстрируют самые образованные, урбанизированные и высокодоходные группы населения, отсутствие моральных барьеров свидетельствуют, по-видимому, о том, что общественный запрос на прозрачные правовые институты, который одновременно исходит от этих же слоев, носит пока что вербальный и маргинальный характер.

Правовая защищенность граждан

Большинство российских граждан (подробнее об этом см. ниже, в разделах об информированности) слабо представляют себе устройство и деятельность отечественной судебной системы, но уверены, что такая информация по большей части недоступна для простых граждан, закрыта от них. Вместе с тем большинство россиян, по их собственным признаниям, и не испытывают потребности в подобной информации.

Причины такого отношения, на наш взгляд, лежат не только в плохой организации правового просвещения населения, отсутствии должного преподавания таких предметов в средней школе, наиболее массовом и охватывающем все категории населения институте, или отсутствии внимания к этим проблемам со стороны СМИ. Более глубокие корни этого равнодушия к системе судопроизводства вытекают из недоверия к суду в целом и, соответственно, нигилистического отношения к праву как таковому, широко распространенному в массе населения представлению, что правовые институты используются властями исключительно в собственных интересах (для перераспределения собственности, защиты своих позиций или позиций государственной бюрократии, недопустимости критики и т.п.). Причем население воспринимает это положение как неизменное или не могущее быть измененным в обозримом времени, несмотря на его нравственную сомнительность или несправедливость такого порядка вещей, люди смиряются с ним и теряют интерес ко всей этой сфере. Можно сказать, что таков горизонт массового правового сознания в России, поскольку, как было показано выше, доверие к отдельным судам существенно выше, нежели доверие и интерес к судебной системе в целом.

Кроме того, у населения присутствует смутное понимание того, что причинами соверше-

ния многих правонарушений или преступлений является не «злая природа» тех или иных людей, пренебрегающих почему-то нормами закона, а привычный, т. е. идущий со времен тоталитарного режима, произвол власти, а также сама противоречивость или даже противоестественность многих законов, принимаемых властями в собственных интересах без учета интересов и моральных представлений большей части населения. Или даже еще точнее — доминирование, превосходство подзаконных или ведомственных актов и инструкций над собственно законами, монополия на интерпретацию или произвол в интерпретации бюрократией законодательных актов и положений в собственных интересах, в результате чего «обычный человек» оказывается полностью беспомощным перед государственной машиной и абсолютно незащищенным. 50% всех опрошенных заявляют, что они не чувствуют себя под защитой закона; еще 6% затруднились ответить на этот вопрос, что также указывает на слабость правоприменительной практики в нашей стране (см. табл. 38). Более или менее уверенно в этом плане чувствуют себя лишь 42% (скорее «менее уверенно», поскольку настаивающих на том, что они «определенно защищены законом», насчитывается лишь 6%).

В этой группе «защищенных» преобладают категории населения, уже вышедшие из фазы активной социальной жизни: домохозяйки (59%), не работающие и не ищущие ра-

Таблица 38

ЧУВСТВУЕТЕ ЛИ ВЫ СЕБЯ ПОД ЗАЩИТОЙ ЗАКОНА?

2006 2009 1-я волна 2010 2-я волна (2011) 3-я волна (2012) 4-я волна (2013) В среднем по четырем волнам

Да 25 25 42 46 42 45 44

Нет 68 64 52 49 51 50 50

Затруднились с ответом 7 11 6 5 7 5 6

Число опрошенных 1600 940 2000 2000 2000 2000 8000

Таблица 39

ПОЧЕМУ ВЫ НЕ ЧУВСТВУЕТЕ СЕБЯ ПОД ЗАЩИТОЙ ЗАКОНА?

Потому, что... Среднее 1-я волна

Законы постоянно меняются 10 10 9 11 11

Законы вольно трактуются теми, кто находится у власти 19 19 17 19 21

Законы писаны не для всех; появилось слишком много

тех, кто ставит себя выше закона 22 24 20 25 20

Все коррумпировано, я не могу надеется на честное и

справедливое судебное разбирательство 18 16 19 18 17

У людей не средств, чтобы отстоять свои законные права 13 15 13 13 12

Затруднились ответить 1 1 1 1 1

боту (54%), пенсионеры (45%) или же — еще не вступившие во взрослую жизнь: учащиеся или студенты (49%). В провинции (малых городах и селе) подобное сознание выражено сильнее, чем в столицах или крупных городах: 46% в первом случае и 34% и 40% — в Москве и крупных городах. Увереннее всех чувствуют себя те, кто воплощает в себе «силу закона», кто идентифицирует себя с ним (и присваивает в собственных интересах его возможности), кто сам принадлежит к «силовым структурам»: военнослужащие и милиция — 62%. Напротив, среди руководителей предприятий и организаций таковых всего 31%, среди предпринимателей, наиболее уязвимой для административного произвола социальной категории населения, еще меньше — 25% и т. п.

Все остальные чувствуют себя в социальном и правовом плане весьма неуверенными, уязвимыми и хронически фрустрированными, что косвенно отражается в осознании того, что всякий человек в любой момент может стать объектом уголовного или административного преследования за реальное или вменяемое правонарушение.

Объяснения, почему собственно граждане не ощущают себя в правовом пространстве, не верят в силу закона, не чувствуют себя находящимися под его защитой, абсолютное большинство людей дает, почти не затрудняясь в поиске необходимого мотива (табл. 39). Затруднившихся с ответом было всего 1%, что

ниже любых значений допустимых колебаний в стандартных распределениях (в 2006 г. — 3%); кроме того, велико общее число вариантов ответов, данных респондентами при объяснении своей уязвимости перед возможностью преследования за «нарушения закона»: в среднем респонденты выбирали более одного варианта ответа (1,7).

Получается, что, по мнению россиян, само состояние законодательной базы или сама практика правоприменения порождают ответный правовой нигилизм и пренебрежение законами, причем в первую очередь он порождается именно теми, кто воплощает в своем должностном статусе авторитет государства и авторитет закона, «властями». Проблема в массовом сознании оказывается нерешаемой, поскольку суд защищает государство от гражданина, а должен был бы поступать прямо противоположным образом.

Преступления или правонарушения со стороны властей становятся поводом (или оправданием) для нарушения законов обывателями и вместе с тем становятся для людей источником постоянной, непреходящей внутренней неуверенности и чувства опасности, угрозы, незащищенности жизни (см. табл. 40 и 41).

Наиболее часто избираемым ответом является «практически все» (37%; а вместе с «рядовыми гражданами» доля подобных ответов достигает 39%, см. ниже). В сумме первый и второй варианты ответов даны более чем половиной респондентов (63%), что означает: в сознании населения практически разрушена

граница между «законным» и «незаконным» поведением, и тем самым упраздняется смысл этого различения. Правовой нигилизм снимает ответственность с граждан за соблюдение правовых норм и подрывает легитимность государства, настаивающего на том, что оно является источником и гарантом соблюдения права. Убеждение во всеобщности нарушения законов уничтожает смысл законопослушного и криминального поведения, или, точнее, сводит в массовом сознании это различение к неартикули-руемым правилам обычного права или нравам данного сообщества, живущего «по понятиям». Это наиболее серьезное поражение правового сознания, поскольку оно исходит из убежденности в наличии зависимого и несправедливого суда.

В массовом сознании сохраняются травматические следы распада советской системы, не восполняемого новым порядком, который значительной частью общества не воспринимается как принципиально «новый», а скорее как деградация или дефектная модификация старого. Если у молодежи возникает хрупкое ощущение, что постсоветское общество принципиально отличается от прежнего, то у людей пожилых преобладает точка зрения, что постсоветское развитие — это аномический процесс разложения старого государственно-общественного устройства, не компенсируемого новыми и позитивными образованиями и структурами. Поэтому в ответах на вопрос «Как вы думаете, нарушений закона в России за последние годы стало больше, меньше или ничего в этом от-

Таблица 40

ЧЬИ ИНТЕРЕСЫ ЗАЩИЩАЕТ СУД? «КАК, ПО ВАШЕМУ МНЕНИЮ, СУД В РОССИИ ДОЛЖЕН, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, СТОЯТЬ НА СТРАЖЕ ИНТЕРЕСОВ ГОСУДАРСТВА ИЛИ ЗАКОННЫХ ПРАВ ГРАЖДАНИНА?» «А В ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ СУД В ОБЩЕМ И ЦЕЛОМ, СТОИТ НА СТРАЖЕ ИНТЕРЕСОВ ГОСУДАРСТВА ИЛИ НА СТРАЖЕ ЗАКОННЫХ ПРАВ ГРАЖДАНИНА?» (В % от

числа опрошенных, 2012 г.)

Должен стоять В действительности стоит

На страже интересов государства 8 57

На страже законных прав гражданина 86 19

Затрудняюсь ответить 6 23

Таблица 41 КТО, ПО ВАШЕМУ МНЕНИЮ, В РОССИИ ЧАЩЕ НАРУШАЕТ ЗАКОНЫ?

Среднее 1-я волна

Практически все 37 37 37

Представители государства 22 19 26

Криминальные структуры 29 31 26

Работники частных фирм 7 6 7

Рядовые граждане 2 2 2

Затрудняюсь ответить 4 4 3

ношении не изменилось?» большинство опрошенных (51% в 2010 и 53% в 2012) заявили, что правонарушений в последние годы стало больше, чем «раньше» (о том, что их стало «меньше», сказали лишь 12 и 11% соответственно), и 30—31% респондентов полагали, что ситуация в этом плане за последние годы принципиально не изменилась (см. табл. 42).

Хотя негативные явления в практике судебной работы накапливаются годами, если не десятилетиями, общественным мнением они начинают осознаваться, а тем более артикулироваться лишь в условиях обозначившегося кризиса опорных государственных институтов, размывания нормативно-правового сознания граждан, на фоне падения легитимности властных структур. Общая дезорганизация социального порядка и трансформация институциональных структур вызвала в общественном сознании представление о росте преступности (что подтверждается данными статистики правонарушений) и об общем ослаблении нормативной системы общества.

В оценках изменений соблюдения законов преобладают ответы «стало больше» в сравнении и с доперестроечными временами, и с первыми годами путинского правления. Речь в данном случае не может идти об адекватной оценке «больше/меньше», поскольку общественное мнение по определению некомпетентно, не располагает реальной статистической информацией. Речь идет, прежде всего, о сознании остроты проблемы и нестерпимости подобного состояния права в обществе, об изменении отношения людей к нему, и как следствия — деморализации сферы или системы социального контроля.

Ответы «стало меньше» и «ничего не изменилось» чаще дают именно самые молодые люди (в 2012 году среди респондентов в возрасте 18—24 лет так считали, соответственно, 16 и 35%). Напротив, реже всего подобные ответы давали пожилые респонденты (9 и 27%), Таблица 42

КАК ВЫ ДУМАЕТЕ, НАРУШЕНИЙ ЗАКОНА В РОССИИ СТАЛО ИЗМЕНИЛОСЬ..?

обладающие памятью о ситуации в прошлом и возможностью судить об изменениях на основе своего жизненного опыта. Другими словами, оптимизм молодых — не более чем декларативная возрастная ценностная установка, выражение общей лояльности путинскому режиму, характерной для молодежи, дистанцирование от недовольного большинства, а не констатация фактического положения дел. Примечательно, что уровень образования, а значит и ресурсы информированности, способности к анализу и осмыслению не играют для этих оценок какой-либо роли; распределение мнений примерно одинаково в разных образовательных группах. Среди сотрудников правоохранительных органов и военных доля «оптимистов» («стало меньше») заметно больше (этот показатель вдвое выше среднего — 23%, а 40% этой группы считают, что ничего не изменилось), кроме того, удельный вес негативных высказываний в этой категории опрошенных самый низкий (37%). Это едва ли должно вызывать удивление, поскольку говорит лишь о характере корпоративных интересов работников правоохранительных органов и силовых ведомств и высокой степени профессиональной солидарности.

Напротив, доля суждений «нарушений в последние годы стало больше» оказывается самой высокой у «руководителей», то есть занимающих авторитетные и ответственные посты и социальные позиции, социально более вовлеченных и активных людей (62% при среднем показателе в 53%).

Важно отметить, что представления населения о растущей социальной дезорганизации российского общества сохраняют свою силу и значимость вопреки объективным показателям повышения уровня жизни населения, принятию руководством различных политических программ, направленных на повышение эффективности работы различных ведомств и институтов и, может быть, самое важное, - вопреки усилиям государственных средств массовой

БОЛЬШЕ, МЕНЬШЕ ИЛИ НИЧЕГО В ЭТОМ ОТНОШЕНИИ НЕ

за последние годы по сравнению с советскими временами

2010 2012 2010 2012

Стало больше 51 52 60 59

Стало меньше 12 11 7 8

Ничего не изменилось 31 31 17 15

Я тогда еще не родился, был ребенком - - 10 11

Затруднились ответить 6 6 6 7

информации (прежде всего — федеральных каналов, ставших мощным механизмом официальной пропаганды), направленным на успокоение общественного мнения.

Именно на этом фоне доминирующего недоверия и негативизма в отношении к судопроизводству и состоянию правовой сферы в России возникает компенсаторная идеализация Европейского суда по правам человека. Он играет роль утопического носителя идеи справедливости, беспристрастного и объективного суда, внимательного к человеку и защищающего его от произвола российских властей. О Европейском суде по правам человека знают две трети населения (64%, что гораздо больше числа опрошенных, информированных о любой судебной структуре в самой России), причем условием его высокой авторитетности является представление о том, что россияне могут в крайней ситуации обратиться в Европейский суд по правам человека как в последнюю инстанцию справедливости и объективного правосудия. Об этом знают 60% всех опрошенных (или 90% знающих о существовании такого института). В силу веры в его независимость и беспристрастность уровень доверия этому суду очень высок, можно сказать — предельно высок. Стереотипы представлений об идеальном суде очень близки к оценкам суда в Страсбурге.

Оценка знания собственных прав и возможности их защиты

Оценивая знание своих прав, закрепленных законом и Конституцией, судившиеся чаще говорят, что знают собственные права очень хорошо или неплохо — 29% против 17% у тех, кто не имеет опыта судебных разбирательств в последнем замере (см. табл. 43). При этом если

среди судившихся этот показатель между замерами колеблется незначительно, то у не имеющих опыта судебного разбирательства он растет от 13 и 11% в первых двух волнах до 17% в последних двух, что говорит о том, что уровень знаний о собственных правах у граждан пусть и незначительно, но повышается. Также показательна разница в доле тех, кто практически ничего не знает: одна пятая судившихся, а среди не судившихся значительно больше — почти треть опрошенных. Впрочем, как и в случае с информированностью и пониманием компетенций разных судов, большинство выбирает расплывчатую формулировку «знаю в общих чертах».

Столь посредственная оценка знания своих прав даже среди имеющих опыт судебного разбирательства вместе с другими общераспространенными негативными представлениями о работе судов, видимо, сказывается на том, что оценки возможности отстоять свои нарушенные права в суде в этой подгруппе практически не отличаются от оценок респондентов, не имеющих такого опыта. Судившиеся чуть более оптимистичны в ожиданиях, но эта разница в 4-6% недостаточно велика, чтобы утверждать, будто наличие опыта судебного разбирательства вселяет в человека уверенность в собственной защищенности. Так или иначе, половина опрошенных полагает, что у них не получится отстоять свои права в суде. На протяжении четырех замеров показатели незначительно колеблются в разные стороны, что не позволяет сделать статистически надежного вывода о наличии тренда к изменению ситуации.

Относительное большинство опрошенных — 34% — даже в случае серьезного нарушения своих прав или интересов предпочли бы уладить конфликт легальными способами без Таблица 43

КАК БЫ ВЫ ОЦЕНИЛИ СВОЕ ЗНАНИЕ ВАШИХ ПРАВ, ЗАКРЕПЛЕННЫХ ЗАКОНОМ, КОНСТИТУЦИЕЙ?

1-я волна

я я я я

я с ес и я с ес и я с ес и я с ес и

ие —1 вш ие —1 вш ие —1 вш ие —1 вш

ш в ив ш в ив ш в ив ш в ив

и диу с ду с и диу с ду с и диу с ду с и диу с ду с

не не не не

Знаю очень хорошо 5 2 4 2 5 2 4 2

Знаю неплохо 22 11 21 9 22 15 25 15

Знаю только в общих чертах 60 59 58 55 60 57 54 54

Практически ничего не знаю 13 27 17 33 12 25 18 29

Затруднились ответить 1 2 0 1 1 1 0 1

обращения в суд, причем в трех замерах из четырех видно, что такую склонность скорее демонстрируют те, кто никогда не судился. Среди имеющих опыт судебных разбирательств наоборот больше тех, кто предпочел бы довести дело до суда, но как и в предыдущем случае, это едва ли можно читать индикатором успешности работы судов. Так, в последнем замере судившиеся всего на 7% чаще, чем не судившиеся, отвечали, что стали бы обращаться в суд в случае нарушения своих прав должностным лицом или организацией. Одновременно с этим впервые в четвертой волне судившиеся, всегда демонстрировавшие больший оптимизм, выбирали вариант ничего не предпринимать ввиду безнадежности ситуации наравне с теми, кто никогда не судился, — такой вариант выбрала почти пятая часть опрошенных.

Таблица 44

КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, МОЖЕТ ЛИ ТАКОЙ ЧЕЛОВЕК КАК ВЫ, ЯТЬ ИХ В РОССИЙСКОМ СУДЕ?

Готовность к обращению в суд для защиты прав и интересов

Утвердительные ответы на вопрос «Может ли такой человек, как Вы, в случае нарушения его интересов отстоять свои права в суде?» составили в первой, второй и третьей волнах 40, 32 и 37%, соответственно (в среднем — 36%); отрицательные ответы — 49, 54 и 51% (в среднем - 51%).

Пассивность, смирение и чувство неопределенности, если не сказать — безнадежности, охватывающее граждан России в случае конфликта интересов с представителем государственной власти, оборачивается, как мы уже показывали в предыдущих отчетах, отказом от обращения в суд для защиты своих интересов и прав

В СЛУЧАЕ НАРУШЕНИЯ ВАШИХ ПРАВ И ИНТЕРЕСОВ ОТСТО-

1-я волна

я я я я

я с с е я с с е я с с е яс ся е

е и и 3 е и и 3 е и и 3 еи 1 1

в ив в ив в ив ив ди

и ду д у с и ду д у с и ду д у с ди ду ду с

су е н су е н су е н су е н

Определенно да/Скорее да 43 39 43 31 51 36 44 38

Скорее нет/Определенно нет 46 49 49 55 41 51 49 53

Затруднились ответить 11 12 9 14 8 12 8 10

Таблица 45

В СИТУАЦИИ СЕРЬЕЗНОГО НАРУШЕНИЯ ВАШИХ ПРАВ ИЛИ ИНТЕРЕСОВ КАКИМ-ЛИБО ДОЛЖНОСТНЫМ ЛИЦОМ ИЛИ ОРГАНИЗАЦИЕЙ, ЧТО БЫ ВЫ ПРЕДПОЧЛИ СДЕЛАТЬ?

1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

я с я с е я с я с е я с я с е я с я с е

е и и вш е и —1 и вш е и —1 и вш е и —1 и вш

ш в ив ш в ив ш в ив ш в ив

и диу ду с и диу ду с и диу ду с и диу ду с

с е н с е н с е н с е н

Довести дело до суда 36 23 33 18 38 26 28 21

Уладить конфликт самостоятельно, договориться легальными, 32 34 33 36 37 32 32 35

не нарушающими закон, способами

Уладить конфликт любыми доступными мне средствами 10 10 12 10 11 12 11 13

Уладить конфликт с помощью специального посредника 3 4 3 6 4 4 4 5

Другое 0 0 -- 0 1 0 1 0

Предпочел бы ничего не предпринимать, считаю это дело безна- 12 16 14 20 7 15 19 18

дежным в наших условиях

Затрудняюсь ответить 7 13 5 11 2 10 7 7

ЕСЛИ БЫ СУДЬЯ, ЧИНОВНИК ИЛИ КАКОЙ-ЛИБО ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ, СУДЬЯ, РАБОТОДАТЕЛЬ НАРУШИЛ ВАШИ ЗАКОННЫЕ ПРАВА, СТАЛИ БЫ ВЫ ПОДАВАТЬ НА НЕГО В СУД?

Среднее 2010 2011 2012 2013

На государственного чиновника?

Определенно да 11 10 11 10 11

Скорее да 25 24 28 23 26

Скорее нет 34 34 32 34 36

Определенно нет 22 24 18 23 21

Затрудняюсь ответить 9 8 11 10 6

На милиционера?

Определенно да 12 11 13 11 12

Скорее да 28 28 31 24 27

Скорее нет 31 29 30 33 36

Определенно нет 22 25 17 23 21

Затрудняюсь ответить 8 7 9 9 6

На следователя?

Определенно да 10 9 11 10 10

Скорее да 24 23 28 22 25

Скорее нет 33 33 33 34 34

Определенно нет 23 26 18 25 23

Затрудняюсь ответить 10 10 10 9 9

На судью?

Определенно да 9 8 9 9 9

Скорее да 20 19 23 18 20

Скорее нет 35 34 36 36 37

Определенно нет 26 30 22 28 26

Затрудняюсь ответить 10 10 12 10 8

На работодателя государственного учреждения?

Определенно да 15 13 18 14 15

Скорее да 37 38 38 35 39

Скорее нет 24 24 22 25 25

Определенно нет 16 17 13 16 15

Затрудняюсь ответить 8 8 9 10 7

На работодателя частного учреждения?

Определенно да 17 15 18 17 16

Скорее да 38 37 39 36 39

Скорее нет 22 22 20 23 23

Определенно нет 15 18 14 16 15

Затрудняюсь ответить 9 8 10 10 7

Таблица 47

ИНДЕКСЫ ГОТОВНОСТИ ОБРАЩАТЬСЯ В СУД С ИСКОМ ПРОТИВ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ГОСУДАРСТВА И РАБОТОДАТЕЛЕЙ

Иск против... Среднее 2010 2011 2012 2013

судьи 0,47 0,42 0,55 0,42 0.46

следователя 0,61 0,54 0,76 0,54 0.59

чиновника 0,64 0,59 0,78 0,58 0.65

милиционера 0,75 0,72 0,94 0,62 0.9

работодателя государственного учреждения 1,3 1,2 1,6 1,2 1.4

работодателя частного 1,45 1,3 1,7 1,4 1.4

Как следует из таблиц 46 и 47 наибольшая безнадежность при воображаемой необходимости найти защиту против злоупотреблений или несправедливости, произвола (даже в чисто условной, прожективной ситуации социологического опроса) проявлена населением в случаях конфликта интересов частного гражданина и судьи, следователя, госчиновника и полицейского (именно в том порядке, в каком они здесь перечислены).

Напротив, в трудовых конфликтах работодателя и работника шансы опрошенными расцениваются как относительно высокие, причем в случае трудового спора в частной фирме веро-

ятность защиты своих интересов видится даже выше, чем в государственных учреждениях и на госпредприятиях. Область трудовых споров защищена в стране гораздо сильнее, чем любые другие отношения (если, конечно, не вмешиваются внеэкономические интересы).

Судебный опыт: общие характеристики, динамика оценок и мнений

Доверие к представителям досудебного и судебного разбирательства среди судившихся

Среди судившихся наивысшим доверием пользуются адвокаты: во всех четырех замерах

Таблица 48

В КАКОЙ МЕРЕ ВЫ В ЦЕЛОМ ДОВЕРЯЕТЕ,

1-я волна

Следователям

Полностью доверяю 3 3 4 3

Скорее доверяю 33 33 36 33

Скорее не доверяю 37 42 36 44

Совершенно не доверяю 17 14 15 14

Затрудняюсь ответить 11 7 10 5

Соотношение доверяющих и не доверяющих 0,66 0,64 0,78 0,62

Прокурорам

Полностью доверяю 4 6 5 6

Скорее доверяю 38 38 40 41

Скорее не доверяю 32 39 36 37

Совершенно не доверяю 16 12 11 11

Затрудняюсь ответить 11 5 8 6

Соотношение доверяющих и не доверяющих 0,87 0,86 0,96 0,98

Адвокатам

Полностью доверяю 10 12 7 8

Скорее доверяю 49 47 53 47

Скорее не доверяю 24 27 25 31

Совершенно не доверяю 9 9 9 10

Затрудняюсь ответить 8 5 6 6

Соотношение доверяющих и не доверяющих 1,78 1,63 1,76 1,36

Судьям

Полностью доверяю 6 6 5 5

Скорее доверяю 40 42 44 39

Скорее не доверяю 33 36 37 37

Совершенно не доверяю 13 11 10 13

Затрудняюсь ответить 8 5 5 6

Соотношение доверяющих и не доверяющих 1,0 1,02 1,04 0,88

доля доверяющих им превышает долю не доверяющих. Однако, индекс доверия к ним в последнем замере самый низкий: если в первой волне соотношение доверяющих к не доверяющим было 59 к 33% (высший показатель), то в последней волне — 55 к 41%. Показатели доверия (недоверие) к судьям, следующим за адвокатами по уровню доверия, делятся в первых трех волнах почти поровну, однако и к ним, по данным последней волны, доверие снизилось, индекс недоверия впервые стал меньше единицы.

На этом фоне доверие к прокурорам по последним двум замерам несколько повысилось, доля доверяющих им уже почти равна доле не доверяющих. Наименьшим же доверием у судившихся по прежнему пользуются следователи: недоверие к ним уже ощутимо превышает доверие, соответственно волнам исследования, 36:54, 36:56, 40:51, и 36:58 — опять-таки самый низкий показатель доверия зафиксирован в четвертом замере. Это соответствует низкой оценке представителей правоохранительных органов, в особенности — милиции, как населением в целом, так и судившимися. Так, выше среднего (но незначительно) доверие к милиции у потерпевшей стороны уголовных процессов, а предельно низкое доверие милиции высказывают подсудимые, соотношение доверяющих и не доверяющих здесь составляет 8 к 86%.

Общие характеристики респондентов с судебным опытом и их динамика

Блок вопросов об опыте участия в суде в качестве одной из сторон был ограничен во всех четырех волнах исследования теми, кто судился не более 20 лет назад, и по делу которых (последнему, если их было больше одного) было принято судебное решение.

Рассмотрим некоторые характеристики контингента судившихся, полученного в четырех волнах исследования.

Относительное большинство, в четвертой волне — простое большинство — участвовали

в судебном процессе один раз, еще около одной пятой — два раза. При этом около трети попадавших в выборку судившихся проходили через суд три и более раза (см. табл. 49). Можно предполагать, что ощутимую долю судившихся составляют те, кто относится к криминализированной, аномизированной среде, в которой весьма ограничены возможности социальной реабилитации и, напротив, велики риски повторных правонарушений. Доля многократно участвовавших в судебных процессах сократилась в сравнении с первой волной (с 35% до 27%), однако объяснение этого результата затруднительно из-за относительно небольшой совокупности судившихся в отдельной волне. В рамках более общих процессов аномизации общества, социальной деградации его периферийных слоев и групп, прослеживаемых на основе регулярных опросов Левада-Центра, зафиксированное обстоятельство может указывать на углубление этих процессов.

Понятно, что доля участвовавших в конституционном судопроизводстве среди опрошенного населения очень мала, так что даже на слитом массиве данных за четыре волны мы не можем делать никаких заключений об оценках и мнениях этих опрошенных. Участвовавших в арбитражном судопроизводстве — чуть больше, но и в этом случая мы имеем слишком небольшую для отдельного анализа группу судившихся. Подавляющее большинство судившихся опрошенных участвовало в гражданском судопроизводстве, причем в четвертой волне их доля несколько выше (прежде всего за счет сокращения среди опрошенных числа участвовавших в уголовном, а так же в административном судопроизводстве). Доля последних среди опрошенных судившихся наиболее низка в четвертой волне, но в слитом массиве данных набирается относительно большая совокупность, так что мы имеем возможность сравнивать мнения и оценки судившихся по гражданским, уголовным и административным делам.

Таблица 49

СКОЛЬКО РАЗ ВАМ ПРИХОДИЛОСЬ УЧАСТВОВАТЬ В СУДЕБНОМ ПРОЦЕССЕ ИЛИ ПРИСУТСТВОВАТЬ НА НЕМ В ЛЮБОМ КАЧЕСТВЕ, ВКЛЮЧАЯ ЗРИТЕЛЯ

1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

Число опрошенных 647 600 562 480

Один раз 45 48 47 51

Два раза 20 22 21 22

Три раза 12 13 14 10

Четыре и более раз 23 17 18 17

Более устойчивыми оказываются данные о соотношениях среди опрошенных судившихся разных сторон процесса, колебания здесь явно не выходят за пределы статистической погрешности. Наполнение данных групп опрошенных оказывается в слитом массиве достаточным для сравнительного анализа их мнений и оценок.

Во всех волнах проведенного исследования в среднем доля обратившихся в суд самостоятельно превышает долю привлеченных к суду почти в два раза (см. табл. 52). Эти данные существенно отличаются в зависимости от типа судопроизводства, в котором участвовал опрошенный. Так, среди судившихся по гражданским делам значительно преобладают те, кто обратился в суд сам (в среднем по объединенному массиву 78 к 22%), тогда как среди судившихся по уголовным и административным делам, напротив, преобладают привлеченные к суду (соответственно 41 и 60%).

В трех последних волнах респондентам, обратившимся в суд самостоятельно, задавал-

ся вопрос о цели их обращения. Распределение ответов остается весьма устойчивым, если учесть, что колебания данных в значительной мере можно отнести на счет статистической погрешности небольших подвыборок. Однако иерархия целей обращения в суд во всех зондажах остается неизменной.

Итак, для половины судившихся главной причиной обращения в суд по данным трех волн была невозможность решения проблемы иначе, чем в судебном порядке (в среднем по всем судившимся — 52%). Другая значительная группа — те, кто обратился в суд как к крайней мере; их доля выросла с примерно одной пятой до чуть более четверти опрошенных, обратившихся в суд (см. табл. 53). Далее примерно с равной частотой называлось «стремление восстановить справедливость», а также «желание возместить материальный ущерб» (17%, 15% в среднем по всем судившимся). Примерно каждый десятый, обращался в суд, «чтобы восстановить законность», и примерно с той же частотой — «чтобы

Таблица 50

В КАКИХ ВИДАХ СУДОПРОИЗВОДСТВА ВАМ КОГДА-ЛИБО ПРИХОДИЛОСЬ УЧАСТВОВАТЬ?

1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

Число опрошенных 647 600 562 480

Конституционном 2 3 2 2

Гражданском 66 65 67 72

Уголовном 37 35 38 33

Судебном деле об административных правонарушениях 20 16 18 13

Арбитражном 4 6 4 4

Затрудняюсь ответить 1 1 1 1

Таблица 51

В КАКОМ ИМЕННО КАЧЕСТВЕ ВЫ ЛИЧНО ИЛИ ЧЕРЕЗ СВОЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ УЧАСТВОВАЛИ В СУДЕБНОМ ПРОЦЕССЕ? ЕСЛИ ЭТО БЫЛО НЕСКОЛЬКО РАЗ, СКАЖИТЕ О ПОСЛЕДНЕМ СЛУЧАЕ

1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна _

Число опрошенных 647 600 562 480

Потерпевшего 19 22 23 23

Подсудимого 15 15 17 14

Истца 34 34 32 36

Заявителя 13 14 14 13

Ответчика 18 15 15 15

Таблица 52

ВЫ САМИ ОБРАТИЛИСЬ В СУД ИЛИ БЫЛИ ПРИВЛЕЧЕНЫ К СУДУ?

1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

Число опрошенных 647 600 562 480

Сам, сама 64 67 64 65

Был привлечен 37 33 36 35

защитить свои нарушенные права и свободы». Еще одна возможная тенденция — сокращение доли людей, обращающихся в суд за компенсацией морального вреда.

Таким образом, около половины обращающихся в суд делают это потому, что нет иного решения проблемы, спора, конфликта, то есть для человека это вынужденная мера. Для четверти судившихся речь также идет о вынужденном характере обращения в суд, как крайней мере решения своего дела. Вместе с тем на такие мотивы, как восстановление справедливости, восстановление законности, защита нарушенных прав и свобод от волны к волне указывали не менее трети обратившихся в суд, но доля их остается практически неизменной.

Для большинства обращавшихся в суд (в среднем 64%) это было личным решением. Примечательно, что на втором месте оказались юристы, причем в сравнении с первым замером доля таких случаев чуть возросла (в среднем — 19%). Неформальные каналы, прежде всего родственников, друзей, по-видимому, включенных в ситуацию, называли менее одной десятой (в среднем 8%), еще меньше (5%) доля тех, кто принял решение обратиться в суд, узнав о подобном случае, проблеме, конфликте от знакомых (см. табл. 54).

Во всех волнах опроса среди тех судившихся, дело которых предполагало участие в процессе адвоката или защитника, совокупная доля тех, чьи интересы защищал адвокат, пример-

Таблица 53

ПОЧЕМУ, С КАКОЙ ЦЕЛЬЮ ВЫ ОБРАТИЛИСЬ В СУД?

В среднем по 2-я волна 3-я волна 4-я волна

всем судившимся

Эту проблему можно было решить только в судебном порядке, на практике не существует другой возможности 52 49 58 49

Обратился в суд как к крайней мере, после попыток решить ее другими способами 23 18 24 27

Чтобы восстановить справедливость 17 16 18 17

Чтобы возместить материальный ущерб 15 17 12 15

Чтобы восстановить законность 11 9 11 13

Чтобы защитить свои нарушенные права и свободы 9 11 9 8

Чтобы наказать обидчика или обидчиков 8 12 5 6

Чтобы получить компенсацию за причиненный моральный вред 4 7 2 2

Я принципиально считал необходимым решать мою проблему в суде 3 4 3 2

Чтобы восстановить свое доброе имя 1 2 -- 1

Другое 1 1 1 <1

Затрудняюсь ответить 1 1 1 2

Таблица 54 ПОСОВЕТОВАЛ ЛИ ВАМ КТО-ТО ОБРАТИТЬСЯ В СУД ИЛИ ЭТО БЫЛО ВАШЕ ЛИЧНОЕ РЕШЕНИЕ? (в % от тех, кто сам

обратился в суд)

Среднее -я волна

Это было мое личное решение 64 71 60 61 66

Обратиться в суд мне посоветовали юристы 19 15 23 19 18

Обратиться в суд мне посоветовали родственники, друзья 8 6 7 12 8

Обратиться в суд мне посоветовали знакомые, у которых был подобный случай или опыт судебного разбирательства 5 3 6 5 5

Чиновник имел право решить мою проблему, но сказал, чтобы я обращался в суд 1 2 1 1 1

Другое 2 2 2 1 2

Затрудняюсь ответить 2 2 1 2 1

но равна доле тех, кто защищал свои интересы сам. Отметим, что доля находивших адвоката самостоятельно (соответственно, плативших за его услуги) во всех замерах выше доли тех, кто воспользовался помощью адвоката, предоставленного судом (см. табл. 55).

Во всех волнах относительное большинство отказавшихся от услуг адвоката объясняли это тем, что лучше других знали свое дело и были подготовлены к суду (в среднем 43%), а вторая по частоте упоминания причин — отсутствие средств на привлечение частного адвоката в сочетании с неверием в бесплатную государственную помощь (в среднем — 26%).

Помощью бесплатного адвоката, предоставленного судом, в два раза чаще среднего воспользовались судившиеся в уголовном судопроизводстве (41%), помощью частного адвоката — судившиеся в арбитражном судопроизводстве (35%), а чаще всего самостоятельно защищали свои интересы судившиеся по административным правонарушениям (60%).

Наиболее частое упоминание судившимися причины отказа от профессиональной юридической помощи («я лучше знал обстоятельства своего дела»), возможно, связано и с высокой долей

типовых дел, по которым судились респонденты, попавшие в выборку. На это косвенно указывает одна из оценок работы судьи: на суждение «судья вел дело формально, поскольку случай был типовой, и стандартное решение было заготовлено заранее» ответило утвердительно около 40% опрошенных в среднем по всем судившимся в четырех волнах. Причем такой ответ давало относительное большинство судившихся в уголовном, и еще чаще — административном судопроизводстве, но и среди судившихся по гражданским делам такую оценку выбирали те же две пятые респондентов данной группы.

Вместе с тем, другие данные указывают на то, что судившиеся весьма низко оценивают свою информированность о работе суда, знание процессуального кодекса и пр. Так, напомним, что по результатам первой волны, лишь четверть всех обратившихся в суд признали, что они были хорошо информированы о деятельности суда, когда в него обратились. Относительное большинство респондентов (39%) считали, что они были информированы лишь «в целом», а выше трети (34%!) признали, что они были информированы «очень слабо» или «практически не были информированы».

Таблица 55

КТО ПРЕДСТАВЛЯЛ ВАШИ ИНТЕРЕСЫ В ЭТОМ СУДЕБНОМ ПРОЦЕССЕ?

Среднее 1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

Адвокат, представленный мне бесплатно судом 20 21 17 22 21

Адвокат, приглашенный мной для этого судебного

процесса 26 26 22 29 27

Штатный юрисконсульт моего предприятия, организации 1 2 2 1 1

Нанятый мной представитель юридической фирмы, но не

адвокат 1 <1 1 2 3

Другой нанятый мною представитель, но не адвокат 1 1 1 2 1

Правозащитник 2 2 2 1 <1

Я сам (а) 47 47 53 43 45

Затрудняюсь ответить 1 1 2 1 2

Таблица 56

«КОГДА ВЫ ОБРАЩАЛИСЬ В СУД, НАСКОЛЬКО ХОРОШО ВЫ БЫЛИ ЗНАКОМЫ С ПРОЦЕССУАЛЬНЫМ КОДЕКСОМ, БЫЛО ЛИ У ВАС ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ТОМ, ЧТО ОБЯЗАН ДЕЛАТЬ СУД И КАКИЕ У ВАС ЕСТЬ ВОЗМОЖНОСТИ ДЛЯ ОТСТАИВАНИЯ СВОЕГО ДЕЛА?»

Среднее 2-я волна

Был хорошо знаком, имел хорошее представление 19 18 19 21

Был знаком в целом, имел общее представление 39 39 41 36

Был знаком очень слабо, имел плохое представление 22 23 24 20

Практически не был знаком, не имел практически

никакого представления 19 19 15 22

Затрудняюсь ответить 1 1 1 1

В трех последующих волнах исследования вопрос, задававшийся респондентам, был сформулирован по-другому. И в данном случае в среднем лишь около одной пятой давали своим знаниям наивысшую оценку, около двух пятых (39%) оценивали свои представления как «общие», а 41% — как «плохие» или «практически отсутствующие» в сумме (см. табл. 56).

Хуже всего представляли себе нормы и законы ведения процесса подсудимые — плохое или практически никакого представления не имели 50%, но и среди потерпевших таких — 40% (среди судившихся в уголовном судопроизводстве — 52%). Слабо подготовленными были при этом и потерпевшие (40%) и ответчики (47%). Среди судившихся в других типах судопроизводства, а также истцов или заявителей — этот показатель ниже, но все же приближается к двум пятым в соответствующих группах.

Уровень удовлетворенности судебным разбирательством

Во всех четырех замерах большинству в суде их права были разъяснены, по их мнению, «полностью и обстоятельно» — в среднем по всем волнам так ответили 65% судившихся, а самый высокий показатель в последнем замере — 69%. При этом все же около четвер-

Таблица 57

РАЗЪЯСНИЛИ ЛИ ВАМ В СУДЕ ВАШИ ПРАВА?

Да, полностью и обстоятельно

Да, формально, скороговоркой

Нет, хотя я знал (а), что это должны были сделать

Нет, но я не знал (а), что это должны были сделать

Не помню, затрудняюсь ответить_

ти судившихся считают, что это было сделано «формально». Чаще других с ними согласны подсудимые (35%), при том, что именно для этой категории разъяснение прав особенно важно, если учесть, что среди них преобладают низкообразованные респонденты, представляющие в значительной степени социальную периферию общества (см. табл. 57).

Равенство сторон и состязательность

Обратимся к сравнению оценок судебного процесса в четырех волнах проведенного исследования (см. табл. 58). Во всех замерах большинство опрошенных судившихся (в среднем 65%) в той ли иной мере удовлетворено обеспечением судом равных возможностей для дачи показаний, представлением ходатайств; не удовлетворенными оказываются менее трети судившихся. То же относится и к обеспечению судом состязательности сторон, хотя неудовлетворенность судившихся в данном случае в первых трех замерах была чуть выше, чем в первом случае.

По объединенным данным, меньше претензий к этим важнейшим сторонам судебного процесса, обеспечивающим свершение правосудия, имеют судившиеся в гражданском судопроизводстве: в первом случае соотношение

Среднее 1-я волна

65 62 67 62 69

26 29 24 30 23

3 4 4 2 3

2 3 1 3 2

3 3 5 3 3

Таблица 58

УДОВЛЕТВОРЕННОСТЬ РАБОТОЙ СУДА ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ РАВЕНСТВА СТОРОН

С 1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна _Среднее

В какой мере вы удовлетворены: обеспечением равных возможностей обеим сторонам для дачи показаний, высказывания аргументов, предоставления документов, заявления ходатайств?

Полностью удовлетворен/ скорее удовлетворен

Скорее не удовлетворен/совершенно не удовлетворен

Затрудняюсь ответить_

„.Обеспечением состязательности сторон: объективность и непредвзятость суда по отношению к любой из сторон?

65 67 64 66 64

г\э со 29 2 со 27 26

5 4 5 7 7

Полностью удовлетворен/ скорее удовлетворен Скорее не удовлетворен/совершенно не удовлетворен Затрудняюсь ответить_

62 63 60 62 63

29 3 г\э 29 30 27

7 6 7 8 7

«довольных» и «недовольных» 74 к 23%, во втором 68 к 24% (именно эти опрошенные ближе всего к среднему показателю). Ниже среднего уровень удовлетворенности судившихся в уголовном судопроизводстве (соответственно, 54 к 36% и 51 к 39%), а также среди судившихся по административным правонарушениям (соответственно, 56 к 33% и 55 к 38%).

Сходная тенденция просматривается в оценках респондентов, представляющих разные стороны процесса. Так среди потерпевших соотношение этих характеристик удовлетворенности 62 к 32% и 58 и 31%, а среди подсудимых, соответственно, 48 к 41% и 46 к 49%. Сторона истцов удовлетворена еще больше — 72 к 22% и 70 к 21%, а ответчики недовольны сильнее (64 к 30% и 56 к 36%).

Отметим, что в приведенных выше данных оценки как всех судившихся в целом, так и участников уголовного и административного процессов, и особенно — подсудимых и ответчиков — критичнее в отношении «непредвзятости суда по отношению в любой из сторон», то есть в отношении обеспечения состязательности сторон. Присутствие обвинительного уклона чувствуют не только сами обвиняемые, но и судившееся на другой стороне.

Мы приводили суммарные позитивные и негативные оценки, но если рассматривать вы-

бравших самую позитивную («полностью удовлетворен») оценку в ответах на вопрос об удовлетворенности обеспечением судом равенства сторон и состязательности процесса, то их доля (по объединенному массиву судившихся) составит лишь, соответственно, 22 и 20% всех ответивших.

Возможность ознакомиться с материалами дела и точность протоколирования судебного процесса

Как и в случае оценок респондентами обеспечения судом равенства и состязательности сторон в процессе, общие оценки судившимися обеспечения доступа к материалам дела и точности протоколирования судом процесса весьма стабильны во всех волнах (колебания можно отнести и на счет статистической погрешности). По всем этим четырем показателям удовлетворенности доля позитивных оценок примерно в три раза выше доли негативных. Отметим только, что доля «недовольных» в данном случае меньше, чем в вопросах об обеспечении судом равенства сторон и состязательности в процессе (см. табл. 59).

Иными словами, соблюдение тех норм и законов судебного процесса, которые как бы не зависят от судившихся (обеспечиваемое судом равенство сторон, состязательность) вызывают более

Таблица 59

УДОВЛЕТВОРЕННОСТЬ РАБОТОЙ СУДА:

Среднее

1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

А. Возможность полностью ознакомиться с материалами дела?

Полностью удовлетворен / скорее удовлетворен Скорее не удовлетворен/ совершенно не удовлетворен Затрудняюсь ответить_

71 72 69 69 71

24 27 23 24 23

5 2 5 6 5

Б. Точность протоколирования процесса, возможность ознакомиться с протоколом, принести на него замечания?

Полностью удовлетворен/ скорее удовлетворен Скорее не удовлетворен/ совершенно не удовлетворен Затрудняюсь ответить

63 64 62 62 64

22 20 24 23 23

14 16 12 16 12

Таблица 60

В КАКОЙ МЕРЕ ВЫ УДОВЛЕТВОРЕНЫ ВОЗМОЖНОСТЬЮ ПОЛНОСТЬЮ ОЗНАКОМИТЬСЯ С МАТЕРИАЛАМИ ДЕЛА?

Среднее

Тип судопроизводства

гражданское

уголовное

административное

Полностью удовлетворен 26 28 20 24

Скорее удовлетворен 45 47 40 43

Скорее не удовлетворен 16 14 21 16

Совершенно не удовлетворен 8 6 12 13

Затрудняюсь ответить 5 4 6 3

критичную оценку, тогда как предоставление возможностей активного участия или контроля над ходом процесса — менее критичную. Отметим высокую в сравнении с другими вопросами долю затруднившихся при оценке точности протоколирования процесса во всех волнах.

В наибольшей мере недовольны возможностью полностью ознакомиться с материалами суда опять-таки участники уголовного судопроизводства и судебных разбирательств по административным правонарушениям — таких около трети (33 и 29% при средней 24%), тогда как среди участников гражданского судопроизводства «неудовлетворенных» существенно меньше (20%) (см. табл. 60).

Возможностью проверить точность протоколирования процесса и внесения замечаний также менее удовлетворены судившиеся по уголовным и административным делам, хотя в данном случае оценки менее критичны (28 и 25% «неудовлетворенных», при средней 21%). Самая низкая доля «неудовлетворенных» и самая близкая к средней опять-таки среди участвовавших в гражданском типе судопроизводства (20%) (см. табл. 61).

Еще раз отметим, что большую критичность высказывают не только участники уголовного процесса (особенно «подсудимые»), но и участники дел об административных правонарушениях, значительная часть дел которых — тяжбы с правоохранительными органами, прежде всего милицией и ГИБДД, доверие к которым очень низкое, а оценка степени коррумпированности весьма высока.

Но вернемся к зафиксированной в обеих волнах высокой доле затруднившихся в оценках точности протоколирования судебного процесса и возможности предложения замечаний. Нам представляется, что такие затруднения указывают на пассивное и зависимое отношение к ходу судебного процесса, ведь неточности

протоколирования могут служить основанием для оспаривания судебного решения, его обоснованности, в том числе важнейших правовых составляющих процесса — обеспечения судом равенства возможностей дачи показаний, представления ходатайств и пр., состязательности сторон в целом.

Итак, в случаях, когда влияние судившихся на ход судебного разбирательства ограничен (именно от судьи, прокурора, защитника зависит обеспечение судом равенства возможностей сторон и состязательности процесса), они чаще высказывают критическую оценку и меньше затрудняются с ответом (доля затруднившихся в этих вопросах минимальна). Напротив, когда речь заходит о возможности активного участия, влияния на процесс (знакомство с материалами дела, контроль над точностью протоколирования процесса), доля «неудовлетворенных» обеспечением судом этих законных возможностей падает и растет доля тех, кто не может высказаться определенно, а это и указывает на распространенность пассивной, зависимой позиции судящихся, неуверенных в исходе дела и плохо ориентирующихся в том, что именно происходит. Об этом свидетельствуют не только низкие оценки большинства судящихся во всех рассматриваемых типах судопроизводства своих знаний процессуального кодекса, но и высокая доля испытывавших перед процессом страх, волнение, беспокойство и другие негативные чувства не только среди «подсудимых» и «ответчиков», но и среди «потерпевших» и «истцов». Иными словами, мы имеем дело с разными формами выражения пассивности и зависимости значительной части прошедших через суд.

Возможно, в этом лежит одно из объяснений кажущегося парадокса, выявленного уже в первой волне исследования. Значительное преобладание среди судившихся позитивных оценок

Таблица 61

В КАКОЙ МЕРЕ ВЫ УДОВЛЕТВОРЕНЫ ТОЧНОСТЬЮ ПРОТОКОЛИРОВАНИЯ ПРОЦЕССА, ВОЗМОЖНОСТЬЮ ОЗНАКОМИТЬСЯ С ПРОТОКОЛОМ, ВОЗМОЖНОСТЬЮ ПРЕДЛОЖЕНИЯ ЗАМЕЧАНИЙ?

Среднее

Тип судопроизводства

гражданское

уголовное

административное

Полностью удовлетворен 24 26 19 22

Скорее удовлетворен 39 41 36 38

Скорее не удовлетворен 14 13 17 15

Совершенно не удовлетворен 8 7 11 10

Затрудняюсь ответить 14 13 17 15

конкретного судебного разбирательства и относительно невысокий уровень неудовлетворенности различными его сторонами сочетается с куда более выраженной в сравнении с не имевшими опыт суда критичностью по отношению к работе российской судебной системы в целом, к деятельности отдельных судов, с более низким уровнем доверия ко всем институтам, включая суды разных уровней и особенно — к правоохранительным органам.

Подавляющее большинство судившихся, как мы уже отмечали, в принципе доверяет адвокатам, особенно — частным (хотя и нечасто обращается к ним из-за отсутствия средств), но не хочет пользоваться услугами адвокатов, предоставленных государством (исключение, разумеется, «подсудимые», у большинства которых практически нет выбора). Опрошенные судившиеся в массе своей плохо разбираются в процессуальном кодексе и работе суда. Тем не менее, значительная их часть представляет (или вынуждено представлять) свои интересы в суде самостоятельно. Встает вопрос: что же при таком положении дел стоит за положительными оценками процесса? В какой мере эти оценки обоснованы, а в какой — отражают именно пассивную, полностью зависимую от «внешних инстанций» позицию в суде, сознание, что с этой судебной «машиной» не поборешься, а закончилось это испытание — и хорошо.

Эти соображения отчасти подтверждаются тем, что самые позитивные общие оценки работы судебной системы и ее представителей даны теми, кто выступал в суде в качестве потерпевших, в то время как наиболее критичными оказываются, с одной стороны подсудимые, а с другой — истцы. То есть, с одной стороны,

Таблица 62

В КАКОЙ МЕРЕ ВЫ УДОВЛЕТВОРЕНЫ, (в % по столбцу к

те, кто слабо надеются на оправдание, с другой — те, кто, напротив, являются инициаторами судебных дел, для кого главным является отстаивание своих прав.

Обоснованность судебного решения, своевременность и исполнение решения

Оценки «обоснованности вынесенного судебного решения» практически не меняются (соотношение довольных и не довольных в среднем 66 к 30%), а доля тех, кто с этим не согласен, несколько снизилась. Такой же расклад оценок и отсутствие явной динамики мы видим и в случае ответов на вопрос об удовлетворенности исполнением судебного решения. Своевременность получения судебного решения оценивается наиболее высоко, соотношение удовлетворенных и не удовлетворенных практически не менялось на протяжении трех лет и в среднем составляет 75 к 20% (см. табл. 62).

Выше среднего удовлетворенность «обоснованностью вынесенного решения» среди истцов и заявителей (74 и 75%). Самый низкий показатель удовлетворенности, по понятным причинам, среди подсудимых (52%; для 66% этой группы судебное решение было вынесено не в их пользу). Но и среди потерпевших он ниже среднего — 59%, а более трети из них (35%) — не удовлетворены обоснованностью судебного решения (хотя для 63% потерпевших решение суда было принято в их пользу, а еще для 21% — частично в их пользу, и лишь 16% — не в их пользу).

Среди участвовавших в разных типах судопроизводства по данному блоку оценок судебного процесса также преобладает удовлетворение. Наивысший показатель неудовлетворенности обоснованностью судебного

соответствующей группе)

1-я волна 2-я волна среднее

Обоснованностью вынесенного судебного решения?

Полностью удовлетворен/ скорее удовлетворен 66 66 65 64 68

Скорее не удовлетворен/ совершенно не удовлетворен 30 33 32 30 26

Затрудняюсь ответить 4 2 3 5 4

Своевременностью получения судебного решения?

Полностью удовлетворен/ скорее удовлетворен 75 80 73 74 75

Скорее не удовлетворен/ совершенно не удовлетворен 20 19 21 20 21

Затрудняюсь ответить 3 2 4 5 3

Исполнением судебного решения?

Полностью удовлетворен/ скорее удовлетворен 64 67 61 66 65

Скорее не удовлетворен/ совершенно не удовлетворен 29 29 30 28 29

Затрудняюсь ответить 5 4 6 6 5

решения среди судившихся по уголовному делу — 41%, высок он также и среди судившихся по поводу административных правонарушений — 35% (для сравнения, в гражданских делах таких оценок лишь около четверти — 26%).

Как и в первом замере, наибольшую удовлетворенность у судившихся вызывает «своевременность получения судебного решения» (заметной дифференциации в зависимости от роли участника в процессе и типа судопроизводства нет).

Исполнением судебного решения довольны также почти две трети судившихся, и соотношение довольных и не довольных практически не меняется (в среднем 64 к 29%).

Наиболее критичны в своих оценках в данном случае не только подсудимые, но и потерпевшие. Соотношение позитивных и негативных оценок исполнения судебного решения в этих двух группах довольно близко: среди потерпевших 57 к 36%, среди подсудимых — 61 к 31% (доля недовольных среди истцов практически равна средней — 28%).

Сходную картину дают и распределения оценок в зависимости от типа судопроизводства: максимально удовлетворены исполнением судебного решения судившиеся по гражданским делам (69 к 27%). Соотношение оценок исполнения судебного решения у проходивших по уголовным делам составляет 56 к 35%.

Сроки рассмотрения дела

Что касается оценок сроков рассмотрения дела и продолжительности судебного процесса,

Таблица 63

В КАКОЙ МЕРЕ ВЫ УДОВЛЕТВОРЕНЫ СРОКАМИ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛА?

то удовлетворенных во всех замерах примерно в два раза больше, чем неудовлетворенных, причем последние два года он несколько выше, чем в первом замере (см. табл. 63).

И в данном случае более критичны судившиеся по уголовным делам. Среди потерпевших и подсудимых доля неудовлетворенных сроками рассмотрения дела равна почти двум пятым этих групп, соответственно, по 36%, тогда как среди истцов (как и среди ответчиков) этот показатель равен 27%.

Ответы на вопрос, предлагающий оценить продолжительность судебного процесса, также показывает стабильность распределения оценок во всех замерах. Большинство (в среднем 63%) считает, что продолжительность судебного разбирательства была в пределах допустимого.

Среди негативных оценок работы судов чаще всего во всех волнах исследования озвучивалось затягивание начала судебного процесса (особенно участниками уголовного судопроизводства — 24%). Затягивание процесса «из-за волокиты и бюрократизма» называл примерно каждый десятый опрошенный в под-выборке судившихся и значимых различий в различных подгруппах респондентов, которые мы сравниваем, нет. В целом «искусственное затягивание процесса» упоминалось чуть чаще, чем его «искусственное ускорение». Однако судившиеся по административным правонарушениям больше указывали именно на «искусственное ускорение» (10% при 6% в среднем) (см. табл. 64).

1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

Среднее

Полностью удовлетворен / скорее удовлетворен 67 66 63 69 69

Скорее не удовлетворен/ совершенно не удовлетворен 30 32 31 28 28

Затрудняюсь ответить 3 1 4 4 4

Таблица 64

ЕСЛИ ГОВОРИТЬ О ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТИ СУДЕБНОГО ПРОЦЕССА, ТО БЫЛО ЛИ В ВАШЕМ СЛУЧАЕ СЛЕДУЮЩЕЕ...

1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

Среднее

Начало судебного процесса долго затягивалось по

разным причинам 17 18 17 15 16

Судебный процесс шел неоправданно долго из-за во-

локиты и бюрократизма 11 11 11 11 10

Судебный процесс искусственно затягивался 8 8 8 7 7

Судебный процесс был искусственно ускорен 6 7 5 5 5

Считаю, что все было нормально, в рамках допустимого 63 61 64 63 63

Затрудняюсь ответить 4 3 4 6 2

Оценки работы судьи и судебного разбирательства в целом

Как и во всех предыдущих сравнениях четырех волн исследования, мы видим, что явно

выраженной динамики оценок в сравнении с первым замером нет, соотношение позитивных и негативных оценок работы судьи по разным параметрам сохраняется (см. табл. 65).

Таблица 65

ЕСЛИ ГОВОРИТЬ ПОДРОБНЕЕ О РАБОТЕ СУДЬИ ВО ВРЕМЯ РАЗБИРАТЕЛЬСТВА ВАШЕГО ДЕЛА, ТО.

_Среднее 1-я волна

_судья внимательно выслушивал аргументы сторон?_

Да Нет

Затрудняюсь ответить

80 17 3

79 19 2

79 17 5

83 14 4

80 17 2

судья принял во внимание все важные аргументы каждой из сторон?

Да Нет

Затрудняюсь ответить Продолжение табл. 61

70 25 5

71 26 4

70 25 6

69 25 6

72 23 5

судья очень вежливо и корректно обращался к обеим сторонам?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

80 15 5

81 16 3

79 16 5

81 13 6

80 16 4

судья был явно предубежден против одной из сторон?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

29 62 9

27 62 11

32 60 8

27 63 10

30 63 8

судья убедительно обосновал свое решение?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

70 23 7

70 24 6

68 25 7

71 21 8

70 21 9

было ощущение, что судья был не вполне самостоятелен?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

21 69 9

24 67 9

23 68 9

19 70 11

18 73 9

судья систематически игнорировал аргументы и ходатайства одной из сторон?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

23 71 7

24 68 8

24 71 6

21 71 8

21 74 5

судье были безразличны высказывания сторон, их ходатайства и речи?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

23 67 9

28 64 8

19 72 9

22 66 12

24 67 9

судья вел дело формально, поскольку случай был типовой и стандартное решение было заготовлено заранее? Да 41 44 40 40 Нет 47 44 49 47 Затрудняюсь ответить_12_12_12_13_

41 48 11

судья оказывал давление на свидетелей?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

7 86

8

5 86 9

6

85 9

8 86 6

судья оказывал давление на присяжных?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

2

78 21

1

76 23

3

76 22

1 82 17

судье заранее было ясно решение, поэтому он вел процесс формально?

да нет

затрудняюсь ответить

42

43 15

42

43 15

Практически по всем вопросам, касающимся оценки работы судьи на процессе, значительно преобладают положительные оценки. Прежде всего это относится к формальным характеристикам поведения судьи: «вежливости и корректности поведения судьи» и «внимания к аргументам обеих сторон»; в этом отношении недовольных поведением судьи меньше всего. Но это усредненные оценки по всем су-

дившимся — мнения участников разных типов судебного разбирательства в данном случае расходятся довольно существенно. Наибольшее недовольство перечисленными характеристиками поведения судьи на процессе высказывают подсудимые в группах, выделенных по типу судопроизводства; «лидируют» по критичности своих оценок судившиеся по административным правонарушениям (см. табл. 66).

Таблица 66

ЕСЛИ ГОВОРИТЬ ПОДРОБНЕЕ О РАБОТЕ СУДЬИ ВО ВРЕМЯ ВАШЕГО СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА:

среднее

гражданское

уголовное

административное

Судья внимательно выслушивал аргументы сторон?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

80 17 3

84 13 3

75 22 4

72 25 4

Судья принял во внимание все важные аргументы каждой из сторон?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

70 25 5

76 20 4

60 34 7

62 30 8

Судья очень вежливо и корректно обращался к обеим сторонам?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

80 15 5

84 12 4

74 20 6

79 18 3

Судья был явно предубежден против одной из сторон?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

29 62 9

28 64 9

32 57 11

31 64 5

Судья убедительно обосновал свое решение?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

70 23 7

75 20 6

61 30 9

64 26 10

Было ощущение, что судья был не вполне самостоятелен?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

21 69 9

19 73 8

25 62 12

26 64 10

Судья систематически игнорировал аргументы и ходатайства одной из сторон?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

23 71 7

20 73 7

28 66 6

27 68 5

Судье были безразличны высказывания сторон, их ходатайства и речи?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

23 67 9

21 71 9

29 61 11

30 65 6

Судья вел дело формально, поскольку случай был типовой и стандартное решение было заготовлено заранее?

Да Нет

Затрудняюсь ответить

41 47 12

40 49 11

45 41 14

48 41 11

Продолжение табл. 62

среднее гражданское уголовное административное

Судья оказывал давление на свидетелей?

Да 7 6 10 6

Нет 86 87 83 87

Затрудняюсь ответить 8 8 7 8

Судья оказывал давление на присяжных?

Да 2 2 1 1

Нет 78 79 73 78

Затрудняюсь ответить 21 19 26 22

Судье заранее было ясно решение, поэтому он вел процесс формально?

да 42 39 48 55

нет 43 46 37 39

затрудняюсь ответить 15 15 15 6

Когда же вопрос касается оценки конкретных действий судьи, от которых, собственно, и зависит ход и исход судебного разбирательства, доля недовольных возрастает примерно до четверти всех опрошенных судившихся. Так, хотя подавляющее большинство (80%) считает, что судья внимательно выслушал аргументы обеих сторон, а на невнимательность указывает менее одной пятой опрошенных, в вопросе о том, принял ли судья все важные аргументы к сведению, отрицательный ответ дает уже примерно четверть всех опрошенных в каждом замере. Наиболее критичны здесь — подсудимые: 38% из них считают, что не все важные аргументы были приняты во внимание; выше среднего недовольны в этом плане и судившиеся по административным делам (30%). Но важно, что и среди потерпевших недовольных по этому поводу около четверти (25% в среднем).

Мнение, что судья был предубежден против одной из сторон, образует во всех замерах самый высокий негативный показатель оценок работы судьи на процессе (в среднем — 29%), если не принимать во внимание очень высокий показа-

тель оценки формальности ведения судебного разбирательства из-за типового характера дела. Что судья был предубежден, считают около двух пятых подсудимых и около трети (31%) ответчиков, но и среди потерпевших и истцов так думает больше четверти этих групп (29 и 27%).

Примечательно, что суждение о том, «что судья был не вполне самостоятелен» чаще среднего высказывают потерпевшие и подсудимые (по 25%), а также опять-таки судившиеся по уголовным и административным делам (25 и 26%). Можно было бы считать, что «критицизм» подсудимых выражает нежелание признать себя виновным и желание избежать или смягчить наказание. Но это и выражение беспомощности подсудимых перед лицом судебной машины уголовного судопроизводства с его почти тотальным обвинительным уклоном и давлением прокуратуры, прокурора на суд. Важно, что все участники уголовного судопроизводства — и потерпевшие, и подсудимые — высказали еще более значительное сомнение в полной самостоятельности судьи — так считает 27% данной группы опрошенных.

Таблица 67

КАК БЫ ВЫ В ЦЕЛОМ ОЦЕНИЛИ В ВАШЕМ СУДЕБНОМ РАЗБИРАТЕЛЬСТВЕ РАБОТУ СУДЬИ?

среднее 1-я волна 2-я волна 3-я волна 4-я волна

Очень высоко 17 15 19 15 19

Довольно высоко 2 со 22 23 24 25

Средне 38 38 37 42 36

Довольно низко 6 8 5 7 4

Очень низко 14 16 13 11 15

Затрудняюсь ответить 2 1 3 2 2

Обобщенная оценка работы судьи на процессе демонстрирует некоторые колебания, и в последнем замере она несколько выше усредненного показателя (см. табл. 67). Если не считать практически не меняющуюся оценку относительного большинства «средне» (38%), то соотношение положительных и отрицательных оценок (сумма двух первых и двух последних ответов) в первой волне было 37 к 24%, а в четвертой - 44 к 19%.

Если относительное большинство судившихся по гражданским делам дают высокую оценку работе судьи (45%), а отрицательную — менее одной пятой (18%), то оценки участников уголовного судопроизводства и

дел об административных правонарушениях практически идентичны: относительное большинство выбирают оценку «средне» (42 и 44%), «высоко» и «довольно высоко» оценивают работу судьи 35 и 31%, а отрицательно — от одной пятой до четверти данных групп опрошенных.

При этом общие оценки работы суда по делу опрошенного постепенно росли, достигнув максимума в последней волне: если в первой волне так или иначе работу суда оценивало положительно 64% судившихся, то в последнем замере — 75%.

Различия у судившихся в разных типах судопроизводства при этом существенны: так, у

Таблица 68

КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, РАБОТНИКИ СУДА СДЕЛАЛИ ПО ВАШЕМУ ДЕЛУ ВСЁ, ЧТО БЫЛИ ОБЯЗАНЫ СДЕЛАТЬ И ЧТО ОТ НИХ ЗАВИСЕЛО?

Среднее

1-я волна

2-я волна

3-я волна

4-я волна

Да, полностью 38 36 38 38 40

Да, в значительной степени 30 28 29 30 35

Нет, в очень малой степени 17 19 16 20 12

Нет, совсем ничего не сделали, отделались совершенно

формально 12 13 12 9 12

Затрудняюсь ответить 3 3 5 3 2

Таблица 69

СОЦИАЛЬНО-ДЕМОГРАФИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ СУДИВШИХСЯ В РАЗНЫХ ВИДАХ СУДОПРОИЗВОДСТВА И ВСЕХ

СУДИВШИХСЯ В ЦЕЛОМ ПО ЧЕТЫРЕМ ВОЛНАМ

Среднее гражданское уголовное административное

Ваш пол?

мужской 50 41 67 66

женский 50 59 34 34

Образование

высшее и незаконченное высшее 25 28 12 28

среднее профессиональное 59 60 62 58

ниже среднего 16 12 27 14

Возраст

18-24 года 8 5 13 12

25-39 года 35 31 41 41

40-54 года 35 37 30 31

55 лет и старше 23 28 16 17

Род занятий респондента

руководитель 7 8 3 9

специалист 18 19 10 23

служащий 14 14 15 11

квалифицированный рабочий 21 17 28 25

не квалифицированный рабочий 5 5 8 2

военные, МВД 1 1 1 <1

учусь в дневном техникуме, училище, ВУЗе 1 1 2 <1

нахожусь на пенсии по возрасту, инвалидности 19 24 14 13

Домохозяйка / нахожусь в отпуске по уходу за ребенком 4 4 4 2

не работаю 8 5 14 13

судившихся в гражданском судопроизводстве сумма отрицательных ответов составляет 24%, то в уголовном — 37%, в административном — 36% (в последней группе к тому же самый высокий показатель оценки суда, как совершенно формального — 20% при средней 13%).

Повышенная критичность участников дел по административным правонарушениям может объясняться и тем, что здесь выше всего доля судебных решений, принятых не в пользу судившихся. Но еще более важно, что в этой категории судившихся выше всего доля молодых, социально активных респондентов, в ней самая высокая доля людей с высшим образованием, более четверти ее составляют специалисты, выше всего представлен самый активный в социальном и профессиональном плане возраст (25-39-летние). Кроме того, в этой подгруппе выше доля мужчин, более критичных в сравнении с женщинами. Для женщин, особенно средних и старших возрастов, в большей мере характерно пассивно-адаптивное поведение. Именно женщин этой возрастной группы больше среди участников гражданского судопроизводства; в этой же категории судившихся самая высокая доля пенсионеров по возрасту (25%), средний возраст судившихся по гражданским делам значительно выше, чем у судившихся по административным правонарушениям (см. табл. 69).

Таким образом, наиболее критичны в оценках судебного процесса оказываются, участники уголовного судопроизводства, большинство которых составляют относительно молодые, низкообразованные мужчины, представляющие социальную периферию, аномизированную среду (среди участников уголовного судопроизводства выше всего доля участвовавших в разных качествах в работе суда четыре и более раз — 22%). С другой стороны — это участники дел по административным правонарушениям, представляющие в значительной степени наиболее продвинутую и квалифицированную среду социально активных слоев общества.

Готовность обращения в суд для защиты прав среди имеющих опыт суда

Данные четырех волн показывают, что готовность в будущем обращаться в суд высказывают чуть более двух пятых имевших судебный опыт. В наименьшей степени на это готовы подсудимые, что понятно, поскольку их судебный опыт можно рассматривать как самый тяжелый. Кроме того, среди них самые низкие культурные, социальные и материальные ресурсы для возможного самостоятельного инициирования суда, хотя именно в этой группе зафиксирован весьма высокий процент людей, которые, по их мнению, сталкивались с нарушением своих прав. Но однозначно готовых обратиться в российский суд для защиты своих прав среди них только 25% (в среднем 43%, а среди истцов — 53%, это самый высокий показатель); не намеренных больше когда-либо иметь дело с судом по собственной инициативе в этой группе более одной четверти (27%, при средней — 12%).

Отметим, что во всех группах, кроме судившихся в уголовном судопроизводстве, подсудимых и ответчиков, относительное большинство выражает именно определенную готовность обращаться в суд в случае необходимости. Однако значительной остается среди судившихся доля тех, для кого обращение в суд воспринимается как крайняя, вынужденная мера.

Заключение и основные выводы исследования

1. Задача настоящей программы исследования заключалась в фиксации динамики массовых установок относительно различных аспектов работы судов в России и судебной системы, по показателям.

Социологические замеры, производимые в течение нескольких лет, выявили высокую устойчивость массового отношения (оценок, мнений, представлений) к судебной системе. Такая стабильность представлений в социологической интерпретации означает:

Таблица 70

ГОТОВЫ ЛИ ВЫ В БУДУЩЕМ ОБРАЩАТЬСЯ В СУД ДЛЯ ЗАЩИТЫ СВОИХ ПРАВ?

Среднее 1-я волна

Да, я намерен в случае необходимости всегда обра-

щаться в судебные инстанции 43 42 47 40 43

Я намерен обращаться в судебные инстанции только в

крайнем случае, если у меня не будет другого выбора 38 38 33 43 37

Я не намерен впредь обращаться в судебные инстанции 12 13 13 10 13

Затрудняюсь ответить 7 7 7 7 7

а) глубокую укорененность массовых установок в сложившейся практике социального взаимодействия граждан как с государственными институтами в целом, так и органами судебной власти и правоохранительной системой;

б) незначимость для массового сознания происходящих изменений в судебной системе, что связано с небольшим опытом обращения в суд, несмотря хроническое недовольство соблюдением своих прав и интересов, постоянным ощущением ущемления прав, правовой незащищенности;

в) недоверие массового сознания к декларируемым «сверху» переменам в деятельности государственных органов власти, включая судебную власть, к их социальной эффективности, повышению правовой защищенности, в особенности — для той значительной части российского населения, которая располагает весьма ограниченными социальными ресурсами.

Каких-либо принципиальных или структурных изменений в отношении к судебной системе или работе российских судей обнаружено не было.

Выявился весьма низкий уровень правового сознания в России. Большинство ее граждан, от 60 до 80%, очень мало знают о своих правах, плохо представляют себе структуру и организацию российской судебной системы, считают информацию о ее деятельности малодоступной, но в тоже время практически не интересуются этой информацией.

Состояние массового сознания можно характеризовать как правовой релятивизм, возникающий из-за существующих, по мнению россиян, противоречий между принципами, декларированными в Конституции РФ, но не реализованными на практике или реализованными не полностью из-за расхождений между законами РФ и правоприменительной практикой. Нарастающая сложность социальной жизни в послесоветское время, интенсивная социальная дифференциация, автономиза-ция различных сфер, требующие адекватной правовой регуляции, вступают в противоречие с сохранением старых, советских принципов доминирования государства, неподотчетного обществу и неконтролируемого им. Эту двойственность институциональных практик и отражают массовые установки и мнения населения о работе современной судейской системы, фиксируемые в данном исследовании.

2. Проблемы реформы судебной системы: информированность о работе судебной системы и ее реформе. Данные исследования в целом

подтверждают весьма низкий уровень правового сознания в России. В среднем около 60% российских граждан имеют только самые общие представления о своих правах и о судебной системе, а от одной пятой до четверти населения не знают об этом ничего. Более двух третей опрошенных полагают, что информация о деятельности судов недоступна или доступна весьма ограниченно для граждан и широкой общественности, и только четверть респондентов считают эту информацию полностью или по большей части доступной. Вместе с тем, за высокой неудовлетворенностью уровнем открытости и доступности судебной информации, не стоит, как можно было бы ожидать, столь же высокая степень заинтересованности общества в получении такой информации. Жалуясь на закрытость судебной системы, респонденты одновременно признаются в своем полном и растущем равнодушии к получению информации о работе российских судов: почти две трети населения такая информация не интересует. Запрос на формирование прозрачной системы правовых институтов и соответствующие требования со стороны наиболее современных, образованных и урбанизированных слоев населения имеют известный отпечаток цинизма и лицемерия, поскольку они также, хотя и в меньшей мере, разделяют господствующее в обществе равнодушие к суду.

Основные знания и информацию о работе российских судов и судебной системы в целом большинство населения по-прежнему получает через телевидение. Реальность происходящего сегодня в судах и судебной системе, как и картина происходящего в стране, для большинства россиян срежиссирована телевидением, его основными, наиболее распространенными и контролируемыми государством каналами. Однако общественное мнение настроено достаточно критично в отношении объективности и профессионализма СМИ, освещающих судебную проблематику: только 15% опрошенных считают их информацию объективной и полной. Вместе с тем, более трети опрошенных соглашаются с тем, что критические публикации в СМИ по поводу громких судебных дел, затрагивающих интересы власти и других влиятельных групп, способствуют вынесению судом справедливых, беспристрастных и законных решений.

Через двадцать с лишним лет после начала судебной реформы население России демонстрирует довольно низкий уровень знания и понимания различных шагов, ее составляющих. Больше половины опрошенных не очень

понимают или не знают вообще о таких ее элементах как передача права давать санкцию на арест от прокуратуры суду, право обжаловать в суде решение следователя, введение института мировых судей, право на обжалование в суде действий должностных лиц. Поскольку речь идет о важнейших институтах защиты человека от произвола государства, то непонимание смысла судебных нововведений означает, что большинство населения все еще воспринимает себя не в качестве граждан, являющихся полноправной стороной в судебных спорах с представителями государства и его институтов, а по-прежнему как подданных этого государства. Только в двух случаях — создание суда присяжных и возможность обжалования в суде нарушения прав потребителей — доля знающих и понимающих хорошо и в общих чертах респондентов превосходит долю тех, кто не знает и не очень понимает. Очевидно, что люди начинают осознавать себя полноправными потребителями раньше и в большей мере, чем полноправными гражданами. Рыночная система, в которой они участвуют, является для них более важной и, по-видимому, представляется более эффективной, чем система гражданских институтов и институтов правовой защиты.

Слабый интересе граждан России ко всем аспектам информации о судебной системе и ее реформе объясняется, по-видимому, тем, что значительное большинство населения не считает российский суд эффективным средством защиты собственных жизненных интересов. Так, большинство респондентов, которых не интересует информация о российской судебной системе, убеждены, что это далеко от их повседневных проблем. Суд в представлении граждан скорее является частью противостоящей им и коррумпированной системы власти, от которой не ждут реальной помощи и реального изменения ситуации. Вместе с тем низкий уровень интереса к суду и судебной системе в сочетании со столь же всеобщим недовольством малой доступностью соответствующей информации указывает на внутреннее противоречие общественного мнения, которое свидетельствует о глубокой коррумпированности самого общества. Жизнь в неправовой среде порождает у большинства привычку к бесправию и коррупции как единственно реальному способу существования. В такой ситуации нет места суду как способу улаживания конфликтов и эффективного отстаивания законных интересов. Суд оказывается не нужным большей части самого общество. Это внутреннее убеждение достаточ-

но лицемерно прикрывается жалобами на недоступность судебной информации и закрытость судов, которые в реальности воспринимаются как бесполезная — в лучшем случае — часть государственного пейзажа. В итоге образуется порочный круг, усиливающий аномию в обществе: представление о неэффективности и коррумпированности судебной системы снижает интерес к судебной информации в общественном мнении. Отсутствие информации, в свою очередь, укрепляет привычку к существованию в неправовой ситуации, поддерживающую коррупцию и неэффективность судебной системы. Выходом из этого порочного круга могла бы стать демократическая судебная реформа, которая убедила бы население в том, что справедливый и эффективный суд действительно может и должен быть реальным средством отстаивания законных интересов граждан, их защиты от государственного и частного произвола, разрешения частных и общественных конфликтов.

Респонденты, имевшие личный опыт участия в судебных процессах, демонстрируют существенно более высокий уровень понимания функций и компетенции судов всех уровней. Среди этой категории опрошенных доля тех, кто хорошо знает о судах общей юрисдикции, мировых судах, о суде присяжных — в 2-2,5 раза больше, чем среди тех, кто не имел такого опыта. Информированность судившихся граждан о различных судах высшего уровня и арбитражных судах также в 1,5—2 раза выше, чем у несу-дившихся.

Массовые представления о деятельности судебной системы в России воспроизводятся на протяжении всех волн исследования практически без изменений. И в целом эти оценки отражают явную, хотя и не резко выраженную неудовлетворенность общества работой судов. Однако за 12 лет признание важности роли судов в общественной жизни, понимание их значимости, оценка действенности судов обществом повысилось почти вдвое — с 19-20% до 35-39%.

Признание большей роли судебных органов в общественной и экономической жизни России еще ничего не говорит о положительной или отрицательной оценке подобного влияния или роли. Смысл этого повышения далеко не однозначен: признание важности объективного правосудия и независимого суда проявляется из сознания неудовлетворительности положением дел в нынешних судах, из несоответствия реальной деятельности судебной системы представлениям респондентов о должном. В обществе растет понимание значимости такого фактора,

как независимость судов, представление о том, что без эффективно действующих судов не может быть надежной защиты граждан, гарантий их собственности и прав от государственного произвола.

3. Усиливающееся осознание необходимости независимости суда и судей как условия справедливого и объективного правосудия вступает в противоречие с его фактической реализацией. На последней волне доля респондентов, разделяющих требование независимости судов достигла 60%, в то время как число считающих, что российские суды «зависимы в своих решениях», практически такое же и не изменилось в ходе исследования (57-59%). Другими словами, сегодня представление о необходимости обеспечения независимости судебной системы от других ветвей власти или групп влияния и давления стали разделять абсолютное большинство респондентов. Можно сказать, что материалы исследования свидетельствуют о некотором изменении к лучшему мнений общества в этом плане, более того — растущее утверждение значимости этого принципа в качестве идеальной нормы. Признание этой нормы (необходимости независимости суда от внешнего давления) одновременно сопровождается ростом числа тех, кто считает, что в «России можно жить, не нарушая закон» (с 43 до 52%) и снижением числа правовых пессимистов (с 49 до 39% опрошенных). Понятно, что такое требование респондентов (значимость «идеальной нормы») обращено прежде всего к самим себе, оно работает как подкрепление императива «идеальной нормы», но это одновременно повышает напряжение в системе отношений «граждане — судебная система» и ведет к более ясному понимаю реального расхождения между тем, что «должно быть», и тем, как «оно есть в действительности». Чем сильнее это напряжение выражено в различных социальных слоях, тем хуже общее отношение к судебной системе и настороженнее массовое отношение к конкретным институтам судопроизводства.

4. Доверие населения судам разного уровня. Наибольшим доверием пользуются высшие суды (КС РФ, ВС РФ, ВАС РФ), с которыми население практически не имеет дело и о деятельности которых оно знает исключительно из СМИ. Важно подчеркнуть высокий процент тех, кто не имеет представления о том, чем заняты эти судебные органы: меньше всего население знает о работе и функциях конституционных (уставных) судов субъектов РФ (здесь доля незнающих и затрудняющихся ответить

достигает максимума, более трети опрошенных), а также — о работе арбитражных судов (31-32%), далее следует КС РФ и ВС РФ (от одной пятой до четверти ничего не знают о деятельности этих судов).

Если говорить о доверии, то меньше всего затруднений вызывает вопрос о доверии тем судам, которые лучше всего знакомы населению, поскольку это самый близкий ему уровень судопроизводства: доля затруднившихся с ответами на вопросы о судах общей юрисдикции, мировых судьях даже несколько снизилась и составляет 15% опрошенных.

Индексы доверия за четыре года наблюдений равномерно снижаются в отношении судов всех уровней (исключение — мировые судьи). То же самое приходится говорить и о доверии ко всем представителям судебной и правоохранительной системы. Исключение составляют «правозащитники», отношение к которым становится несколько более определенным и позитивным, и «юристы на предприятиях». И то, и другое указывает на сохранение чувства незащищенности и надежды на фигуры, находящиеся за рамками государственно-корпоративных или ведомственных связей внутри судебной системы и правоохранительных органов.

Самым негативным образом россияне относятся к сотрудникам следственного аппарата и полицейским, являющимися в общественном мнении самыми коррумпированными и бесконтрольными группами государственных служащих, использующих монополию на «законное насилие» в собственных интересах и целях.

5. Российские судьи воспринимаются большей частью общества как, несомненно, профессионально подготовленные, компетентные и квалифицированные специалисты, но судящие несправедливо. Это — стереотипное массовое убеждение. Мы не говорим о его объективности или оправданности, а лишь о распространенности подобных взглядов в массовом сознании. Подчеркнуть это обстоятельство тем более важно, что собственные знания респондентов о том, как работает судебная система и как она устроена, абсолютное большинство опрошенных считает «недостаточным» (8386%). Другими словами, представление о человеческих качествах судей — это именно «общее мнение», складывающееся независимо от степени информированности и адекватности знания граждан о предмете их оценок. Влиять на такие клише и предрассудки крайне трудно, поэтому сомнения в справедливости российского суда и неудовлетворенность работой су-

дов никак не уменьшаются на протяжении всех трех замеров.

6. Основания для неудовлетворенности работой судов в общественном мнении артикулированы совершенно ясно — это наиболее часто упоминаемые респондентами взяточничество, коррупция судей, работников суда, зависимость судей от властей и влиятельных групп в обществе, отсутствие равенства сторон в судебном процессе (например, заведомое преимущество чиновников перед рядовыми гражданами), волокита, непродуктивность работы судей (варианты ответов приводятся в порядке убывания частоты упоминаний).

Эта группа причин низких оценок работы судов (упоминаемых от половины до четверти опрошенных) фиксирует внимание на особенностях институциональной организации российской судейской системы.

Менее существенными оказываются, условно говоря, «технические» дефекты функционирования судейской системы. Сюда относятся: недостаточность материального обеспечения судебного производства, чрезмерность нагрузки на судью, нехватка квалифицированных опытных судей в районных судах, трудности доступа суда для граждан.

Отношение к российскому суду как таковому (судебной системе как социальному институту) подрывается не только общим убеждением в коррумпированности и зависимости суда, но и пониманием более конкретных обстоятельств — использования суда властями как в политических целях, так и в практике нечестной экономической конкуренции.

Несмотря на то, что неэффективность судебной системы респонденты связывают в первую очередь с коррупцией и взяточничеством судей и судебных работников, эта категория отнюдь не предстает в общественном мнении самой коррумпированной среди государственных служащих (по этому критерию на первое место в 2012 г. вышли чиновники и служащие федеральных органов власти (60% опрошенных), за которыми следует категория «сотрудники ГИБДД» (51%), занимавшие в предыдущих волнах данного исследования первое место по этому показателю).

В целом, в российском общественном мнении сложилось устойчивое согласие по поводу судебной коррупции. Она выступает одновременно как одна из наиболее тревожащих людей проблем и как неизбежное зло, к которому они не только вынуждены приспосабливаться, но считают, что это наиболее естественным и

оправданным в данной ситуации способом существования. Готовность к коррупционным сделкам в суде, которую в наибольшей мере демонстрируют самые образованные, урбанизированные и высокодоходные группы населения, отсутствие моральных барьеров свидетельствует, по-видимому, о том, что общественный запрос на прозрачные правовые институты, который одновременно исходит от этих же слоев, носит пока что вербальный и маргинальный характер.

7. Анализ ответов опрошенных, имевших судебный опыт (объединенный массив данных трех волн опросов), подтверждает представленные ранее заключения о характере оценок судебного процесса респондентами в зависимости от вида судебного разбирательства.

Так, например, в наибольшей степени удовлетворены обеспечением судом равных возможностей обеим сторонам для дачи показаний, предоставления документов, ходатайств и прочему респонденты, судившиеся по гражданским делам (позитивную оценку дает около двух третей опрошенных). Среди судившихся по уголовным и административным делам такую оценку дают уже лишь половина опрошенных соответствующих групп, а около трети, напротив, во всех случаях оказываются неудовлетворенными.

Обеспечение состязательности сторон, объективности и непредвзятости суда по отношению к одной из сторон, позитивно оценивают только участники гражданского судопроизводства (причем в подавляющем большинстве), тогда как аналогичные оценки судившихся по уголовным и административным делам распадаются примерно поровну: на неудовлетворенных этим аспектом судопроизводства и удовлетворенных. В целом, как это и было отмечено ранее, уровень удовлетворенности обеспечением состязательности сторон у судившихся ниже, чем обеспечением судом равенства возможностей для дачи показаний, предоставления ходатайств и пр.

Уровень критичности в оценках различных аспектов судебного процесса выше среди участников уголовного процесса (особенно «подсудимых»), а также у участников судебных дел об административных правонарушениях, что было зафиксировано уже в двух предыдущих волнах исследования. Значительная часть дел по административным правонарушениям связана с тяжбами с правоохранительными органами — прежде всего полицией и ГИБДД, доверие к которым, как мы уже говорили, очень низкое, а представления об их коррумпированности весьма высоки.

В вопросах, касающихся тех сторон судебного разбирательства, когда влияние судившихся на ход судебного разбирательства ограничено (поскольку именно от судьи, прокурора, защитника зависит обеспечение судом равенства возможностей сторон и состязательности процесса), респонденты чаще высказывают критическую оценку и меньше затрудняются с ответом. Напротив, когда речь заходит о возможности активного участия, влияния на процесс (знакомство с материалами дела, контроль над точностью протоколирования процесса), доля неудовлетворенных обеспечением судом этих законных возможностей падает, и растет доля тех, кто не может высказаться определенно. Это обстоятельство указывает на распространенность пассивной, зависимой позиции среди судившихся, неуверенных в исходе дела и плохо ориентирующихся в том, что именно происходит в судебном зале в ходе процесса. Об этом свидетельствуют не только низкие оценки большинства судившихся своих знаний процессуального кодекса, подготовленности к суду (причем это касается участников любых типов

судопроизводства), но и высокая доля тех, кто испытывал страх, волнение, беспокойство и другие негативные чувства перед процессом, причем не только среди «подсудимых» и «ответчиков», но и среди «потерпевших» и «истцов».

Иными словами, подтверждается вывод о высокой фрустрации значительной части граждан, прошедших через суд, их неуверенности в успешном для себя исходе дела, слабая вера в справедливый суд, выражающаяся в пассивной позиции по отношению к ходу судебного процесса.

Этими обстоятельствами может объясняться парадокс, выявленный уже в первой волне исследования: преобладание позитивных оценок конкретного судебного разбирательства, в котором они участвовали, среди судившихся, сочетается с критичностью по отношению к работе российской судебной системы в целом, к деятельности отдельных судов. Критическое отношение выражено гораздо сильней у судившихся в сравнении с теми, кто не имел опыт суда. У судившихся респондентов отмечен более низкий уровень доверия ко всем институтам, включая суд и правоохранительные органы.

Приложение

А.Выборка

Для реализации проекта была спроектирована многоступенчатая стратифицированная вероятностная выборка, репрезентирующая взрослое население РФ в возрасте от 18 лет и старше, объемом 2000 респондентов. В обследуемую совокупность не включаются

♦ Лица, проходящие срочную службу в армии

♦ Лица, находящиеся в местах лишения свободы, больницах, проживающие на территории воинских частей, в монастырях и др. закрытых территориях

♦ Лица, проживающие в малых деревнях и селах, насчитывающих менее 50 жителей.

♦ Жители Чеченской и Ингушской Республик.

♦ Жители следующих районов Крайнего Севера: - Ненецкого АО, Ямало-Ненецкого АО, Таймырского АО, Эвенкийского АО, Чукотки и Сахалинской области.

В общей сложности из рассмотрения исключается менее 5% населения РФ

1. Первая ступень. Отбор точек проведения опроса

1.1. Предварительная стратификация

На первой ступени выборки в качестве пер-

вичных единиц отбора (ПЕО) выступают городские населенные пункты (ГНП) и сельские административные районы (САР). При отборе ПЕО используется процедура предварительной стратификации. В соответствии с ней, еще до того как приступить к отбору ПЕО, они группируются в страты. В качестве стратообразую-щих признаков используется

♦ географический признак

♦ численность населения

♦ административный статус ПЕО.

Стратификация ПЕО производится следующим образом: сначала вся территория России делится на 7 федеральных округов (Северо-Западный, Центральный, Приволжский, Южный, Уральский, Сибирский и Дальневосточный), а затем в каждом из этих округов, независимо друг от друга, все ПЕО разбиваются на типы.

По признакам численность населения и административный статус ПЕО выделяется 6 типов ПЕО:

1. города с численностью более 1 млн.

2. города с численностью от 500 тыс. до 1 млн.

3. города с численностью от 100 тыс. до 500 тыс.

4. города и поселки городского типа (пгт) с численностью от 20 до 100 тыс.

5. города и поселки городского типа (пгт) с численностью до 20 тыс.

6. сельские административные районы.

Для каждой страты подсчитывается число

постоянно проживающих жителей в возрасте от 18 лет и старше и доля (p(i); 2 p(i)=1) этой страты во взрослом (18+) населении России. Всего образовано 40 страт с учетом того, что в СевероЗападном ФО отсутствуют города с населением от 500 тыс. до 1 млн. человек, а в Дальневосточном ФО нет городов с населением более 1 млн.

I.2. Отбор населенных пунктов.

На следующем шаге общий объем выборки 2000 (n=2000 респондентов) распределяется между всеми стратами пропорционально весу (численности взрослого населения) каждой страты (см таблицу 1)..

n

Затем определяется число ПЕО, которое следует отобрать в каждой страте (k(i)). Для определения этих чисел используется следующая процедура. При проектировании выборки закладывается ограничение на среднее число респондентов в одной ПЕО равное 12 (m=12). Число ПЕО в каждой страте определяется исходя из этого ограничения. Для этого количество анкет в ней делится на установленное среднее количество анкет в одной ПЕО. При получении дробного результата он округлялся.

k

Таким образом, на первой ступени выборки в каждой страте отбирается от 1 до 10 первичных выборочных единиц (k(i)=1^10) в зависимости от числа n(i) респондентов, пришедшегося на страту.

Отбор ПЕО осуществляется в каждой страте независимо случайным методом с вероятностью, пропорциональной размеру (PPS).

Всего будет отобрано 147 ПЕО, в том числе 104 городских населенных пунктов и 43 сельских района.

Количество анкет, приходящееся на страту, делится поровну между отобранными точками опроса.

II. Вторая ступень выборки — отбор опросных участков.

На второй ступени выборки в качестве единиц отбора (ВЕО) выступают опросные участки: избирательные участки — в городских населенных пунктах и села/деревни — в сельских районах. Количество отбираемых опросных участков определяется из следующего условия: на одном опросном участке должно опраши-

ваться в среднем около 6-8 респондентов. Таким образом, в сельских районах отбирается

1-2 села, а в городских населенных пунктах по

2-3 избирательных участка. Исключения составляют г.г. Москва и Санкт-Петербург, где отбирается по 21 и 10 избирательных участков, соответственно. Всего опрос проводится на 270 опросных участках.

Отбор опросных участков в городских населенных пунктах производится вероятностным методом из полных списков избирательных участков заданного города.

По данным Госкомстата РФ около 50% сельского населения проживает в населенных пунктах с численностью жителей менее 1000 человек и столько же в населенных пунктах с численностью жителей более 1000 человек. Поэтому отбор опросных участков в половине сельских районов проводится из списков сел заданного района с численностью жителей более 1000 человек, в половине — из списков сел с численностью менее 1000 человек.

III. Третья ступень выборки — отбор домохо-зяйств

На третьей ступени выборки интервьюеры отбирают домохозяйства маршрутным методом.

IV. Четвертая ступень выборки — отбор респондентов.

В отобранном домохозяйстве опрашивается один респондент. Отбор проводится методом «ближайший день рождения». В случае отсутствия нужного респондента интервьюер делает до трех повторных посещений, варьируя день недели и время суток посещения.

Дополнительная выборка. Целевая подгруппа респондентов, имеющих опыт взаимодействия с судебной системой, составляет около 10-15% взрослого населения России. Соответственно, ожидаемый размер интересующей подгруппы в выборке должна была бы составлять 200-300 респондентов. Выборка такого объема обеспечивает статистическую ошибку выборочных оценок изучаемых дихотомических признаков 8-10% при уровне доверительной вероятности 95% не более 6 %. Учитывая относительно невысокую долю целевой подгруппы в населении страны, указанная целевая подгруппу, добиралась по завершении «основного» социологического исследования методом сплошного обхода домохозяйств на отобранных опросных участках. Дизайн дополнительной выборки целевой подгруппы объемом 300 респондентов аналогичен дизайну основной выборки населения объемом 2000 респондентов.

В. Контроль работы интервьюеров осуществляется следующими методами:

♦ 100 % контроль маршрутных карт;

♦ 100 % логический контроль ответов респондентов;

♦ 10 % контроль проведенных интервью повторным посещением или по телефону;

♦ 15 % почтовый контроль проведенных интервью.

В том случае, если в результате проведенного контроля работа какого-либо интервьюера вызывает сомнение, контролируется все (100%) интервью, проведенные данным интервьюером.

Апостериорный контроль. Для устранения смещений, возникающих в ходе проведения полевых работ, обусловленных отказами респондентов от участия в исследовании, недостижимостью и т.д., собранные данные «взвешиваются» по полу, возрасту, уровню образования, размеру домохозяйства, региону и типу населенного пункта.

Ошибка выборки. Предложенный дизайн выборки обеспечивает статистическую ошибку выборочных оценок изучаемых переменных (для дихотомических признаков) не более 3% при уровне доверительной вероятности 95%.