Электронные деньги как новый вид финансовых услуг

© 2006 г. А.И. Галкин

ЭЛЕКТРОННЫЕ ДЕНЬГИ КАК НОВЫЙ ВИД ФИНАНСОВЫХ УСЛУГ

В современной экономике развитие финансовых услуг выполняет важнейшую функцию перераспределения финансовых ресурсов между отраслями и сферами социально-экономической системы. Отсюда на первое место выходят формы доходов, получаемых на финансовых рынках.

Развитый сектор финансовых услуг необходим России для обеспечения ее процветания в меняющемся мире, в котором производство услуг будет все более важным по сравнению с производством товаров. Вместе с тем, принимая во внимание высокую взаимозависимость торговли товарами и торговли услугами, становление в России конкурентоспособного сектора финансовых услуг будет позитивно сказываться и на улучшении качества отечественного производства и экспорта товаров, особенно за счет повышения доли в нем высокотехнологичной продукции. Как следствие создаются предпосылки развития принципиально новой финансовой инфраструктуры и технологий.

Создание современной динамичной рыночной экономики с механизмом саморегуляции невозможно без надежной системы связи и телекоммуникаций, которая является важным фактором инвестиционного климата и непременным условием развития современных финансовых услуг. В последнее время происходят реструктуризация финансовых институтов, их адаптация к потребностям финансового рынка и закладываются основы внедрения современных телекоммуникационных технологий, обслуживающих этот рынок. Дело в том, что Россия находится на переходном этапе своего развития, и, чтобы преодолеть отставание в организации обращения финансового капитала, необходимо внедрять информационные технологии, способствующие его мобилизации и сокращению времени оборота.

С середины 1990-х гг. стала резко усиливаться зависимость деятельности финансовых институтов от информационных технологий. Следует отметить, что отечественный рынок финансовых услуг фрагментарен. Отдельные его сегменты практически не связаны друг с другом. Ряд институтов проходит стадию становления, а иные еще не созданы (например, инвестиционные, ипотечные банки и др.). Относительно высокого уровня развития достигли институты, оказывающие посреднические услуги в процессе обращения реальных товаров и предоставляющие обязательные услуги типа расчетно-кассового обслуживания, обязательного пенсионного и медицинского страхования. В значительно меньшей степени реализован потенциал финансовых институтов, оказывающих услуги, например, по коллективному инвестированию (паевые фонды), добровольному страхованию, банковскому ритейлу и др.

Исследуя опыт России и опыт зарубежных стран в части, касающейся законодательного регулирования вопросов предоставления финансовых услуг, мы видим, что, как правило, такое регулирование осуществляется в рамках специальных законов, которые, однако, существуют в рамках системы национального законодательства, регулирующего имущественные отношения. При этом большинство стран идет по пути принятия нескольких законодательных актов, регулирующих различные области предоставления финансовых услуг: банковскую, страховую деятельность, деятельность профессиональных участников рынка финансовых услуг, форм коллективного инвестирования и т.п. Впрочем, само по себе количество законов не говорит о разнообразии возможностей, правовых форм и институтов, которые можно использовать для размещения денежного капитала и диверсификации инвестиционных рисков.

В то же время законодательные акты, принятые в зарубежных странах на рубеже XX - XXI вв., отражают тенденцию к универсализации рынка финансовых услуг. Такой подход находит отражение в принятии универсальных законов, охватывающих практически весь спектр услуг на финансовом рынке.

Так, развитие многофункциональной универсальной банковской деятельности в Великобритании шло по пути приобретения коммерческими банками участия в инвестиционных банках, продвигаясь в сторону немецкой модели универсальных банков, занимая своего рода промежуточное положение. В Великобритании большие банки по существу являются многофункциональными, универсальными, однако их универсальность носит более сложный характер. Денежные средства постепенно изымаются вкладчиками из банковских вкладов и трансформируются в паи инвестиционных фондов, пенсионные фонды и страховые компании. Таким образом, банки вынуждены расширять свое участие в предоставлении иных финансовых услуг, чтобы компенсировать потери, вызванные эрозией системы банковских депозитов [1]. Обратной стороной медали являются повышение доли риска в банковской деятельности и стремление банков увеличить доходы за счет активизации операций на валютном, фондовом рынках, а также рынке производных инструментов [2].

Закон США о модернизации финансовых услуг допустил возможность совершения банками помимо традиционных банковских операций также операций как на рынке ценных бумаг, так и на рынке страховых услуг через учреждаемые дочерние компании [3]. Таким образом, данный закон по сути осуществил интеграцию между различными секторами финансового рынка.

Финансовые ресурсы все чаще функционируют в безбумажном - электронном виде, на протяжении последних десяти лет и тем более в обозримом прогнозируемом будущем все больше платежных операций осуществляется на основе новых телекоммуникационных технологий. Более того, перечень финансовых операций и услуг все больше зависит от телекоммуникационных возможностей систем передачи информации и расчетов, обслуживающих инфраструктуру рынка [4]. В условиях интенсивного роста технологических и рыночных инноваций в сфере розничных платежей, приводящих к появлению новых средств платежа и платежных инструментов, все большее значение приобретает четкое определение новой экономической категории - электронных денег (e-money) (ЭД), а также выявление особенностей их расчетных схем и организации систем ЭД [5].

Так, за последние три десятилетия термин «электронные деньги» получил широкое распространение и в зарубежной, и в отечественной экономической литературе. Существует множество научных работ, посвященных тем или иным аспектам развития ЭД. Вместе с тем в настоящее время отсутствует единое мнение относительно понятия «электронные деньги».

Первоначально под ЭД в отечественной науке понимали новые средства расчетов, основанные на применении ЭВМ. Одним из первых, кто использовал этот термин, был В.М. Усоскин, определивший их в виде «записей в памяти банковских компьютеров, передаваемых по каналам дистанционной связи» [6, с. 86].

Для анализа вышеприведенного определения ЭД важны следующие два момента. Во-первых, в экономической литературе под записями в банковских книгах, содержащих или подтверждающих требования клиентов к банку, понимаются «банковские депозиты» [7, с. 20]. Во-вторых, быстрое и массовое распространение информационных технологий, основанное на стремительном развитии ЭВМ, средств автоматизации и телекоммуникационных сетей, сделало возможным переход от бумажных носителей информации в денежно-кредитной сфере к электронным импульсам.

М.П. Березина, М.М. Ямпольский, Б.А. Райзберг, Е.Б. Стародубцева используют термин «электронные деньги» как синоним понятию «электронные системы платежей». Так, М.П. Березина отмечает, что «обычно термины "система электронных платежей", "электронная система денежных расчетов", "электронная система банковских услуг", "система электронного перевода финансовых средств", "электронные деньги" используются как синонимы» [8, с. 224].

По мнению М.М. Ямпольского, нет оснований для признания существования такой самостоятельной разновидности денег, как ЭД. Он считает, что «по существу в подобных операциях производятся безналичные денежные расчеты с той разницей, что вместо распоряжения денежными средствами с помощью документов, составленных на бумаге (поручения, чеки и др.), при электронной технике соответствующие

распоряжения выполняются посредством электронных сигналов» [9, с. 33].

В работе Ю.С. Крупнова отмечается, что в современной литературе термин «электронные деньги» в широком смысле применяется по отношению к следующим видам платежей: во-первых, выписывание счетов по кредитным карточкам; во-вторых, накопление задолженности по электронным торговым счетам; в-третьих, хранение денег на электронных счетах; в-четвертых, оформление счетов по электронным дебетовым картам; в-пятых, перевод с помощью электронных чеков [10, с. 1, 2].

Определение ЭД только как вида безналичных денег, несомненно, является дискуссионным. Один из основных признаков безналичных денег - наличие банковского счета. Кроме того, в безналичных денежных расчетах участвуют как минимум три стороны: плательщик, получатель и банк, в котором осуществляются такие расчеты в форме записей по счетам плательщика и получателя. В настоящий момент ЭД способны функционировать и без использования банковского счета. При этом расчеты могут совершаться и без участия третьей стороны - банка.

Например, в платежной системе WebMoney «титульные знаки» типа R (электронные рубли) являются единицами учета документарных векселей, каждый номиналом в один российский рубль. В системе Ян-декс.Деньги с помощью электронной наличности учитываются денежные обязательства, выпущенные банком. При покупке товаров или услуг через Сеть за деньги электронных систем такая операция может быть довольно просто отображена в бухгалтерской отчетности, если только та или иная платежная система предоставляет Интернет-магазину соответствующий набор соглашений, устанавливающих правовой статус ее цифровой наличности. Так, купля-продажа за WMR (WebMoney Rubbles) будет отображаться аналогично другим операциям, оплаченным векселями. Однако, для того чтобы системы Интернет-платежей нормально работали в России, они должны соответствовать отечественному законодательству. Российские законы не определяют статуса электронной наличности, а поэтому не признают ее в качестве денег. Любая цифровая наличность - это фактически электронное средство учета каких-либо активов, прав требования, имущества.

Если сравнивать затраты на проведение одной операции с помощью ЭД и других платежных инструментов, то разница может быть очень значительной. Так, в Австрии каждая трансакция с помощью наличных денег (монет или банкнот) обходится от 0,2 до 0,5 дол. США, а стоимость одной трансакции, совершаемой ЭД, - 0,04 дол. [11]. По данным, представленным комитетом по банкам и финансовым услугам Белого дома США, затраты по переводу ЭД с одного чипа на другой составят менее одного цента. Средние затраты кредитных карт колеблются в интервале от 0,08 до 0,15 дол. Операция через автоматическую кассовую машину обойдется в 0,27 дол., а если эту операцию будет проводить кассир в финансовом институте (например, банке), ее стоимость возрастет до 1,07 дол.

[12]. Экономия 1,06 дол. на каждой из триллиона финансовых операций, проводимых ежегодно, является существенной причиной, по которой ЭД будут развиваться.

Таким образом, они все больше приобретают черты объективной реальности, хотя пионер в отрасли электронных наличных компания DigiCash объявила о своем банкротстве. Это, безусловно, привело к большому резонансу в банковских и телекоммуникационных кругах. Но большинство экспертов сходятся во мнении, что, во-первых, финансовый крах системы был вызван несоответствием ее высокого технического уровня и юридической и финансовой концепций. Во-вторых, процесс легализации электронных платежей в целом стал набирать темп. В частности, ЦБ РФ опубликовал целый ряд документов, посвященных электронному документообороту [13].

В силу указанных причин, на наш взгляд, является несостоятельным отождествление ЭД с электронными денежными переводами (платежами), поскольку последние по сути представляют собой систему выполнения расчетных межбанковских или внутрибанковских операций на основании распоряжений клиента или банка-партнера, передаваемых в электронной форме. Иными словами, электронные платежи относятся к безналичным денежным расчетам. Как подчеркивает в этой связи В. Захарченко [14], вообще не совсем правильно говорить «электронные деньги» или «электронная платежная система». Правильнее употреблять термин «электронное средство учета» или «электронная система учета».

Не следует также рассматривать ЭД и как вид пластиковой карты, который некоторые отечественные и зарубежные экономисты представляют как вид кредитных денег [15, 16]. Пластиковая карта может выступать либо в роли инструмента доступа к банковскому счету, либо в качестве носителя ЭД (электронный кошелек). По существу пластиковые карты деньгами не являются.

Системы ЭД не могут работать на основе индивидуальных счетов, поскольку фактически это делало бы их одной из форм депозитов. Предполагается, что в этих системах допускается использование только общих счетов пассивов (general liability accounts) или так называемых теневых счетов (shadow accounts), которые выполняют не финансовую, а учетную функцию. Они используются для фиксирования информации об объемах эмиссии ЭД и их уничтожения в целях безопасности платежей.

В последнее время все большую популярность приобретает мнение, согласно которому ЭД следует рассматривать как аналог наличных денег. Так, например, М.П. Березина считает, что «электронные деньги есть электронный аналог наличных денег в виде файла, записанного на носитель: жесткий диск компьютера или смарт-карту» [17, с. 5].

С.В. Ануреев высказывает весьма интересные доводы в пользу отнесения ЭД к наличным деньгам, выделяет две основные причины того: во-первых, платеж ЭД осуществляется путем передачи от платель-

щика к получателю денежных знаков в виде электронного файла без использования банковского счета, и, во-вторых, передаваемый от плательщика к получателю файл имеет так называемую нарицательную стоимость, что также позволяет отнести ЭД к наличным [18, с. 3].

Ряд экономистов (Е.И. Платонов, В.А. Кузнецов, Ю.С. Крупнов, С.В. Ануреев и др.) отмечают, что ЭД, сочетая в себе свойства как наличных, так и безналичных денег, являются более совершенной, новой версией традиционных безналичных и налично-денежных платежных систем.

Ю.С. Крупнов, рассматривая ЭД как то же самое, что и наличные, подчеркивает, что «различие между безналичными деньгами и электронными деньгами все более стирается в связи с растущей комплексной механизацией и автоматизацией деятельности банковских институтов» [13, с. 3].

В российском законодательстве вместо термина «электронные деньги» используется понятие «пред-оплаченный финансовый продукт», под которым понимаются «денежные обязательства кредитной организации, заменяющие в процессе их обращения требования юридических и/или физических лиц по оплате товаров или услуг, и в том числе денежные обязательства, составленные в электронной форме» [19].

В западных кругах преобладает так называемый технологический подход к определению ЭД.

В настоящее время большая группа западных экономистов (Б. Фридмэн, М. Кинг, Б. Коэн, О. Иссинг, Ч. Фридмэн, Ч. Гудхарт, М. Вудфорд, Л. Мейер, А. Принц и др.) понимают под ЭД электронное хранение (запас) денежной стоимости с помощью технического устройства для осуществления платежей. В рамках этого (технологического) подхода ЭД - это «предоплачен-ные или хранящие стоимость финансовые продукты, в которых информация о фондах или стоимости, доступной потребителю для многоцелевого использования, хранится на электронном устройстве, находящемся в его владении» [20, с. 2]. Данное определение включает как предоплаченные карты (prepaid cards), также известные как электронные кошельки (electronic purses), так и предоплаченные программные продукты (prepaid Software products), используемые в компьютерных сетях, также известные как цифровые наличные (digital cash). Оно является типичным примером подхода физического владения, используемого для интерпретации ЭД.

Кроме того, деятельность институтов-эмитентов ЭД, помимо эмиссии последних, ограничена следующими операциями: 1) предоставлением тесно связанных финансовых и нефинансовых услуг, таких как администрирование ЭД (распространение и учет), а также выпуск и администрирование других платежных средств, за исключением тех, которые основаны на той или иной форме кредита; 2) сохранением информации на электронных носителях, поступивших от других предприятий или общественных институтов [21, р. 40].

В «Докладе об электронных деньгах», подготовленном экспертами Европейского центрального банка, ЭД - это «электронное хранение денежной стоимости на техническом устройстве, которое может быть широко использовано для осуществления платежей компаниям иным, нежели эмитент, без обязательного использования при проведении расчетных операций банковских счетов, но действует как предоплаченный продукт на предъявителя (prepaid bearer instrument)» [22, р. 7].

В ряде исследований, посвященных актуальным проблемам развития ЭД [20, 23], выделяют следующие основные элементы, характеризующие их в качестве нового средства платежа: ЭД представляют собой денежную стоимость; хранение стоимости основывается на электронном устройстве; выпуск стоимости производится на основе предварительного внесения денежных средств; прием стоимости осуществляется третьими лицами. Причем, согласно исследованиям Д.А. Кочергина [5, с. 52], в отличие от традиционных денег, которые могут выпускаться либо центральным банком (в виде наличных денег), либо другими банковскими институтами (в форме депозитных денег), денежная стоимость (ЭД) может эмитироваться специализированными небанковскими кредитными институтами, предусматривающими особый порядок регулирования их деятельности.

Электронная денежная стоимость, находящаяся в распоряжении потребителя, необязательность использования банковских счетов при расчетных операциях, принятие в качестве средства платежа не только эмитентом, но и другими фирмами - это все свидетельствует о том, что, по мнению специалистов Банка международных расчетов и Европейского центрального банка, ЭД являются аналогом наличных денег.

Подход к трактовке правовой природы ЭД можно встретить и в зарубежном законодательстве. Согласно Директиве Европарламента и Союза ЕС 2000/46/ЕС «О деятельности в сфере электронных денег и пруденциальном надзоре над институтами, занимающимися этой деятельностью», ЭД представляют собой «денежную стоимость, представленную в виде требования к эмитенту, которая:

1) хранится на электронном устройстве;

2) эмитируется после получения эмитентом денежных средств, сумма которых не менее выдаваемой денежной стоимости (в первоначальной редакции вместо данного критерия фигурировал другой: «... создается для предоставления в распоряжение пользователей в качестве заменителей монет и банкнот и для осуществления переводов денежных средств электронным способом в ограниченном размере» [24, с. 143]);

3) принимается в качестве платежного средства предприятиями, отличными от эмитента [21, с. 39-40].

Как подчеркивает в этой связи Д. А. Кочергин [25], в настоящее время функциональный подход к интерпретации ЭД является более востребованным как среди исследователей, так и разработчиков новых электронных платежных систем, поскольку только технологически нейтральная интерпретация позволяет полностью реализовать потенциальные выгоды от вне-

дрения ЭД в качестве нового средства платежа. Среди таких выгод: сокращение трансакционных издержек, снижение платежных/расчетных рисков, развитие конкуренции в сфере розничных платежей, стимулирование достижения критической массы пользователей.

В рамках североамериканского подхода (США, Канада) ЭД не рассматриваются в качестве новой формы денег, а трактуются как новый вид финансовых или платежных услуг, предоставляемых либо кредитными, либо иными институтами. Согласно широкому определению ЭД, предлагаемому «Актом об унификации денежных услуг» (Uniform Money Service Act), термин «электронные деньги» относится к деньгам или денежным субститутам, которые преобразованы в информацию, хранимую на микрочипе или персональном компьютере, для того, чтобы они могли быть переданы по информационным сетям, таким, как Интернет» [26]. Таким образом, в США ЭД чаще всего уподобляют другим предоплаченным финансовым продуктам, таким как дорожные чеки или денежные приказы.

В рамках азиатского подхода (Япония, Сингапур, Тайвань) в настоящее время не используется однозначное определение ЭД. В этих странах они часто рассматриваются либо в качестве новой формы депозита, либо - близкого их заменителя. Например, Банк Японии совместил в определении ЭД два наиболее распространенных подхода. Согласно ему, «электронные деньги представляют собой электронное средство платежа, хранящее денежную стоимость в электронной форме (или право требования денежной стоимости), эмитированную в обмен на наличные или депозитные деньги» [27, р. 12]. В целом анализ официальных публикаций позволяет заключить, что ЭД рассматриваются в большинстве азиатских стран как одна из новых форм банковского долга (новый вид депозита), используемых в качестве средства платежа.

В России в настоящее время нет официального определения ЭД. Тем не менее на основании непубли-куемой информации можно сделать вывод, что ЦБ России склонен рассматривать их в качестве денежного обязательства эмитента. При этом эмиссия не предусматривает открытие клиенту банковского счета или предоставление ему кредита. В настоящее время ЦБ России изучает возможность использования определений ЭД и требований по регулированию деятельности в этой сфере, содержащихся в Директивах Европейского парламента и рекомендациях Банка международных расчетов [25, с. 31].

С нашей точки зрения, под ЭД следует понимать принципиально новый вид финансовых услуг, многоцелевых платежных средств, представляющих собой обязательства эмитента и денежную стоимость, хранящуюся в электронной форме, трансформирующуюся из финансовых потоков в информационные посредством телекоммуникационных систем. Это и позволяет интерпретировать их как новый вид финансовых услуг.

В заключение хотелось бы отметить, что развитие ЭД и электронных платежей имеет существенное значение для нашей экономики. Так, по словам отечественных и зарубежных исследователей, в частности, С.В. Ануреева [28], К. Родригеса [29], издержки, связанные с использованием системы наличных платежей, составляют от 5 до 7 % ВВП. Они утверждают, что переход на систему электронных платежей позволяет сэкономить в год порядка 1 - 2 % ВВП, а это в денежном выражении означает многие миллиарды рублей. В случае с Россией, на основе данных ВВП 2005 г., это порядка 180 млрд дол. Электронные платежи повысили бы прозрачность проводимых в России финансовых операций, позволив правительству добиться уменьшения масштабов неофициальной, или, проще говоря, теневой экономики. Плюс и в том, что возрастет эффективность работы всей банковской системы. Электронные платежи дают и другие преимущества. Так, благодаря широкому применению различных схем выплаты заработной платы на банковские карточки, значительно уменьшается часть населения, не охваченная банковскими услугами, а стимулируемое ими увеличение вкладов физических лиц и повышение скорости обращения денег помогает повысить качество финансового посредничества, что способствует экономическому росту.

Литература

1. Семилютина Н.Г. Российский рынок финансовых услуг (формирование правовой модели). М., 2005. С. 156.

2. Cranston R. Principles of Banking Law. Oxford, 1997. P. 3.

3. Семилютина Н. Влияние реформы законодательства США о рынке финансовых услуг на российскую практику // Право и экономика. 2000. № 2.С. 50-57.

4. Логинов Е.Л., Чикова О.Г. Электронные финансовые операции в Интернете: проблемы развития в условиях глобализации // Финансы и кредит. 2004. № 23 (161). С. 56.

5. Кочергин Д.А. Электронные деньги: определение и особенности расчетных схем // Банковские технологии. 2004. № 12. С. 51.

6. Усоскин В.М. Теории денег. М., 1976.

7. Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е. Б. Современный экономический словарь. М., 1999.С. 80.

8. Березина М.П. Безналичные расчеты в экономике России. Анализ практики. М., 1997.

9. Деньги, кредит, банки: Учебник / Под ред. О.И. Лаврушина. М., 2001.

10. Крупнов Ю.С. О природе электронных денег // Бизнес и банки. 2003. № 5.

11. Прокопов Б., Пищук И. Банковские карточки и «электронные деньги» в Австрии // Банковский вестник. 1999. № 31. С. 24.

12. Vartanian T.P. The future of electronic payments: roadblocks and emerging practices. U.S. Washington, 2000.

13. Ройтберг П. Г. Некоторые проблемы электронных наличных // Финансы и кредит. 2003. № 19 (133). С. 87.

14. Захарченко В. Деньги виртуального мира. Специально для «Банкир.Ру». 14.03.05 // http://bankir.ru/ analytics/it/3/27881

15. Деньги. Кредит. Банки: Учебник для вузов / Под ред. Е.Ф. Жукова. М., 1999.

16. Meyer L.H. The future of money and of monetary policy / Remarks by Mr. L.H. Meyer. Pennsylvania, 2001.

17. Березина М.П. Деньги в современной интерпретации // Бизнес и банки. 2002. № 22.

18. Ануреев С.В. Проблема сущности безналичных денег // Бизнес и банки. 2002. № 24.

19. Указание Банка России от 3.07.1998 г. № 277-У «О порядке выдачи регистрационных свидетельств кредитным организациям-резидентам на осуществление эмиссии пред-оплаченных финансовых продуктов».

20. Survey of Developments in Electronic Money and Internet and Mobile Payments. Bank for International Settlements. Basle. 2004.

21. Directive of the European Parliament and of the Council 2000/46/EC of 18.09.2000 «On the taking up, pursuit of and prudential supervision of the business of electronic money institutions» // Official Journal of the European Communities. 2000. P. 40.

22. Report on electronic money. European Central Bank. Frankfurt-am-Main, 1998.

23. Electronic Money System Security Objectives. European Central Bank, Frankfurt-am-Main, 2003. P. 5-6.

24. См.: Тедеев А.А. Электронная коммерция (электронная коммерческая деятельность): правовое регулирование и налогообложение. М., 2002.

25. Кочергин Д.А. Интерпретация электронных денег и оценка их влияния на денежно-кредитную систему // Финансы и кредит. 2005. № 13 (181). С. 30.

26. Uniform Money Services Act. National Conference of Commissioners on Uniform State Laws. St. Augustine, Florida, 2001. P. 10.

27. Tachi R. et al. Forum on the Development of Electronic Payment Technologies and Its Implications for Monetary Policy. Bank of Japan, Institute for Monetary and Economic Studies. 2000. P. 12.

28. Ануреев С.В. Платежные системы и их развитие в России. М., 2004. С. 6.

29. Родригес К. Электронные платежи сэкономят http://www.nbi.ru/announce/article/?&

миллиарды // Национальный банковский mode=1&number=23&id=599&template=9

журнал. 2005. № 11 (23) //

Ростовский государственный экономический университет 28 февраля 2006 г