Оценка влияния фискальных инструментов на экономический рост

ФИНАНСОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Е.В. Балацкий

ОЦЕНКА ВЛИЯНИЯ ФИСКАЛЬНЫХ ИНСТРУМЕНТОВ НА ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ

В статье предлагается общая методология и конкретный методический инструментарий проведения прогнозно-аналитических расчетов влияния сдвигов в уровне налогов на экономический рост и состояние бюджета страны. Обосновывается новый подход к оценке эффективности налоговой системы, основанный на учете противоречия между ее регулирующей (производственной) и фискальной (бюджетной) функциями.

Эффективная налоговая система является одним из важнейших факторов динамичного развития национальной экономики. Несмотря на это за 13-14 лет экономических реформ Россия не смогла создать удовлетворительную налоговую систему, в должной мере выполняющую как регулирующую, так и фискальную функцию. Все эти годы российская налоговая система не обладала таким важнейшим качеством, как стабильность. Фактически годы реформ оказались периодом активного экспериментирования с налогами без достижения ощутимых позитивных результатов. Осознание тупиковости подобной ситуации нашло свое отражение в Послании Президента РФ Федеральному Собранию в 2003 г., в котором отмечалось, что только сейчас правительство в своей налоговой политике переходит от ежегодного планирования к среднесрочному. В этом же документе впервые ставится проблема установления «разумного уровня налогов». Однако не поясняется, какова конкретная величина этого «разумного уровня» и каким образом государство будет его оптимизировать и контролировать.

В настоящее время в экономике действует ряд факторов, актуализирующих значение налоговых регуляторов. Во-первых, на траектории экономического роста чувствительность национальной экономики к колебаниям налогов возрастает по сравнению с предшествующим, кризисным периодом. Во-вторых, все более настоятельной становится проблема рентных платежей. Поэтому требуется как разработка адекватного методического инструментария оценки эффективности налоговой политики, так и выработка практических рекомендаций по оптимизации российской системы налогообложения. Цель данной статьи - иллюстрация действия предлагаемых аналитических методов.

Введение в проблему. Одной из последних попыток эмпирического анализа эффективности фискальной политики государства является работа [1]. В ней приведены обоснованные, на наш взгляд, оценки точек А. Лаффера, которые очерчивают область эффективных значений суммарного фискального бремени. Одновременно с этим была предпринята попытка проверить предложенную эконометрическую методику на устойчивость. Результатом полученных эконометрических зависимостей и количественных оценок стала работа [2]. Впоследствии развитый в работах [1-2] подход был использован в [3] для осуществления прогнозных расчетов. Однако дальнейшие исследования в данном направлении выявили целый ряд дополнительных, чисто содержательных проблем и технических недостатков, имевших место в работах [1-3]. Рассмотрим их более подробно.

Во-первых, появившиеся дополнительные статистические данные Госкомстата России о задолженности по налогам делают необходимым учет величины не только реальных фискальных выплат и соответственно уровня реальной фискальной нагрузки, но и номинального фискального бремени. Фактически речь идет о том, что номинальная фискальная нагрузка, равная суммарной величине ее реальной (фактической) нагрузки и фискальной задолженности, должна фигурировать в экономическом анализе в качестве одного из основных индикаторов эффективности налоговой системы государства. В работах [1-3] такой учет не проводился, и обогащение методологии фискального анализа данным элементом сейчас является насущной необходимостью, ибо без него возникает опасность получения принципиально неправильных выводов и дезориентации всей системы принятия управленческих решений.

Первые шаги в этом направлении предприняты в работе [4]. Здесь следует отметить, что имеющаяся статистика о налоговой задолженности по своей глубинной сути предполагает определенную корректировку некоторых ранее сформировавшихся представлений о понятии и способе оценки потенциального (номинального) налогового бремени (см., например, работы [5-6]). Фактически сейчас появляется возможность непротиворечивым образом интегрировать данное понятие в общую концепцию кривой А.Лаффера в качестве одного из элементов на базе единой методологии, что раньше было невозможно.

Во-вторых, оперирование в прикладных расчетах величиной совокупной фискальной нагрузки оказывается оторванным от практических нужд системы управления, которая может манипулировать ставками конкретных налогов, но не может непосредственно изменять уровень суммарной налоговой нагрузки. Речь идет о том, что созданный в работе [1] эконометрический инструментарий оценки влияния суммарной фискальной нагрузки на экономический рост и доходы бюджета оказался как бы отстраненным, так как сам показатель суммарной фискальной нагрузки не является непосредственно регулируемой величиной.

Более скрупулезный анализ существующих в этой области подходов позволил сделать вывод, в соответствии с которым при сравнении агрегированного и дезагрегированного способов учета налогового бремени приоритет следует отдать все же первой группе [4]. Это вызвано целым рядом причин. Так, в дезагрегированных методиках, как правило, оптимизируется ставка только одного налога при фиксации остальных. Однако практика свидетельствует о постоянном изменении сразу нескольких налоговых ставок. Следовательно, дезагрегированный подход сильно упрощает реальность и с прикладной точки зрения оказывается малоприменимым. Попытки оптимизации одновременно нескольких ставок малопродуктивны, поскольку «налоговый портфель», как правило, достаточно велик и учет в модельных построениях даже базовых фискальных инструментов приводит к громоздким аналитическим конструкциям, не представляющим интереса для практиков. Кроме того, сопоставление эмпирических оценок, полученных на основе детализированного учета налоговых регуляторов, показывает их крайнюю противоречивость. Этот факт уже сам по себе свидетельствует об отсутствии объективности разрабатываемых методик данного класса. Следовательно, задача сейчас ставится следующим образом: как, оставаясь на позициях методологии агрегированного учета налогового бремени, расширить ее для осуществления связи с конечным этапом процесса принятия фискальных решений. Решение этой задачи, по нашему мнению, позволит существенно усовершенствовать методологию кривой Лаффера путем ее замыкания на конечной стадии и придания ей тем самым требуемой комплексности и полноты.

В-третьих, ранее полученные эконометрические зависимости между ВВП и такими объясняющими переменными, как труд, капитал и налоговое бремя, нуждаются в перепроверке и уточнении. Несмотря на то, что проведенные в работах [1-2] прикладные расчеты позволили добиться высокого качества аппроксимации, некоторые ^-статистики эконометрических зависимостей были незначимы и тем самым ставили под вопрос целесообразность и оправданность всей схемы анализа.

Забегая вперед, скажем, что уточняющие расчеты для Великобритании, Швеции и США, хотя и позволили существенно улучшить статистические характеристики регрессий (прежде всего, ^-статистики) и тем самым повысить надежность получаемых макроэкономических оценок, все же не продуцировали заметных изменений точек Лаффера 1-го и 2-го рода. Между тем для России такая перепроверка привела к построению принципиально другой эконометрической модели и сильному смещению первоначальных количественных оценок. Кроме того, новая эконометрическая зависимость для российской экономики инициировала несколько иную схему ее тестирования на наличие инвариантности точек Лаффера. Таким образом, обновление и уточнение количественных оценок всего комплекса рассматриваемых фискальных индикаторов уже само по себе является самостоятельной и достаточно актуальной проблемой.

В-четвертых, за прошедшее время произошло определенное переосмысление полученных в работах [1-2] результатов. Стала более понятной роль точек Лаффера 1-го и 2-го рода в качестве ведущих фискальных макроиндикаторов; в новом свете раскрылась диалектика стимулирующей (регулирующей) и фискальной (бюджетной) функций налоговых инструментов; более выпукло проявились недостатки и ограниченность традиционной концепции кривой Лаффера. Таким образом, более основательное идеологическое обоснование эконометрической методологии исследования лафферовых эффектов придает дополнительную остроту рассматриваемой проблеме.

Идентификация эконометрических зависимостей. В настоящее время методология моделирования производственно-фискальных эффектов нашла наиболее полное отражение в представлении о «расщеплении» влияния налогов на две составляющие [1]. Первая из них связана с изучением производственной кривой Г=Г(д) в системе координат «налоговое бремя (д) - объем производства (Г)». Данная кривая достигает локального максимума в точке д*, которая называется точкой Лаффера 1-го рода и для которой справедливы следующие условия: dY(q*)/dq=0^; d1Y(q*)/dq2<0. Вторая составляющая связана с изучением фискальной кривой Т=Т(д) в координатной плоскости «налоговое бремя (д) - объем налоговых платежей (Т)». Данная кривая достигает локального максимума в точке д**, получившей название точки Лаффера 2-го рода: dT(q**)/dq=0; d2T(q**)/dq2<0.

Экономически точка Лаффера 1-го рода означает предел налогового бремени, при котором производственная система еще не переходит в режим рецессии. Точка Лаффера 2-го рода указывает величину налогового бремени, за пределами которой увеличение массы налоговых поступлений становится невозможным. Идентификация точек Лаффера 1-го и 2-го рода и их сопоставление с фактическим и номинальным налоговым бременем позволяют оценить эффективность количественной настройки налоговой системы и определить направления ее оптимизации. В этом и состоит основная идея использования расширенной концепции кривой Лаффера.

Глубинный смысл введения в рассмотрение двух точек Лаффера состоит в том, что между регулирующей и фискальной функциями налоговой системы всегда существует определенный антагонизм: содействуя пополнению бюджета страны, увеличение налогового бремени уменьшает деловую активность экономических агентов, погашает стимулы к расширению производства. В связи с этим основная проблема фискальной политики состоит в том, чтобы найти компромисс между интересами производителя и бюджета.

Отметим, что введение в рассмотрение двух точек Лаффера впервые было осуществлено в явной форме только в работе [7]. Сам А. Лаффер и практически все его последователи использовали в фискальном анализе только одну точку, которая в соответствии с нашей терминологией называется точкой Лаффера 2-го рода. Точка Лаффера 1-го рода долгое время вообще не фигурировала в экономических построениях, и тем самым игнорировался факт противостояния двух функций фискальной системы. На первый взгляд, такое положение вещей представляется довольно странным, однако в дальнейшем приводится вполне естественное объяснение возникшей ситуации.

Учитывая сказанное, основу предлагаемого модельного инструментария составляет «первичная» производственно-институциональная функция (ПИФ): Y=Y(L,F,q), где У - выпуск (объем ВВП страны); F - капитал (объем основных фондов); L - труд (численность занятых в экономике); д - фактическая фискальная нагрузка (доля фискальных поступлений Т в ВВП, д=Т/Г). Фискальная кривая, т. е. зависимость между массой собираемых фискальных платежей и фискальной нагрузкой, описывается «вторичной» функцией T=qY=qY(L,F,q). Непосредственной эконометрической оценке подлежит именно производственная функция У=У^,Е,д), почему она, собственно, и выступает в качестве «первичной» зависимости; фискальная функция Т=дУ получается путем умножения производственной функции на величину фискальной нагрузки.

Показатели труда и капитала учитывают ресурсные и технологические возможности национальной экономики, в то время как показатель фискальной нагрузки д отображает институциональный фон. Разумеется, такой подход сильно агрегирован и не претендует на полноту объяснения всех явлений.

С вычислительной точки зрения показатель д - ключевой для проводимого фискального анализа и на макроуровне представляет собой долю фискальных платежей в ВВП, изъятых у физических и юридических лиц. В состав фискальных изъятий входят все налоговые платежи в бюджет и отчисления во внебюджетные фонды. Необходимость учета платежей физических лиц обусловлена тем, что бремя этих платежей косвенно переносится на предпринимателей, выступающих в качестве работодателей.

Прикладные расчеты на основе официальных статистических данных позволили получить следующие «национальные» ПИФ1:

для экономики США (1986-2000 гг.):

1п У = - 5,63- 35,86[д 1п I] + 136,92[д21п I] + 16,18[д 1п Е ] - 49,26[д21п Е ];

Л2=0,999; Е£=2037,86; £>Г=2,05; #=15.

для экономики Великобритании (1978-1994 гг.) 2:

1 Исходные данные для расчетов размещены в официальных интернет-сайтах национальных

статистических служб и занесены в соответствующий реестр на сервере ООН [8]. При формировании массива данных по экономике США активно использовались ресурсы [9-10], для Швеции — [11], для Великобритании — [ 12-13], для России — [13-16].

1п

Л2=0,964; ^5=80,58; £>Г=1,73; #=17.

для экономики Швеции (1980-1994 гг.):

1п

Л2=0,998; га=1038,50; £>Г=3,21; N=15.

Все три зависимости прошли основные статистические тесты и могут быть признаны вполне достоверными и работоспособными3. Учитывая это, можно утверждать, что основная наша гипотеза о существовании производственной кривой У, зависящей от трех переменных, включая фискальную нагрузку, выполняется.

В отличие от результатов, полученных в работе [1], зависимости (1)-(3) подверглись более основательной проверке и более тщательному тестированию. В этой связи еще одну гипотезу о существовании параболической зависимости между объемом производства и величиной налогового бремени можно также принять как окончательную, ибо результаты оценки (1)-(3) носят универсальный межстрановой характер и не оставляют места для двух мнений.

Несложно видеть, что общий вид зависимостей (1)-(3) задается ПИФ У = уЦа+Ъ?) цїї(с +) 4, где а, Ъ, с и g - параметры, оцениваемые статистически на основе ретроспективных динамических рядов. Данная функция позволяет рассчитать точки Лаффера 1-го и 2-го рода по следующим формулам:

* = 1Г а 1п Ц + с 1п її

^ 2 ^Ъ 1п Ц + g 1п її

** 1 (а 1п Ц + с 1п F)2 - 8(Ъ 1п Ц + g 1п F) - а 1п Ц - с 1п F

^ 4 Ъ 1п Ц + g 1п F

Помимо этих двух главных фискальных индикаторов, построенные модели (1)-(3) позволяют сконструировать целый ряд дополнительных показателей эффективности фискальной системы. В частности, большое значение имеют фискальные точки переключения дх и др, соответствующие стационарным условиям дУ(дх)/дХ=0 и дУ(дР)/дР=0. Для США, Великобритании и Швеции, характеризуемых моделями (1)-(3), данные точки вычисляются по формулам: дь = -а / Ь и др = -с / g.

Однако было бы ошибкой переоценивать универсальность полученной зависимости. Совершенно очевидно, что спецификация ПИФ может сильно варьировать для различных стран. Так, расчеты, проведенные для экономики России, свидетельствуют о необходимости определенной модификации эконометрической модели, успешно прошедшей проверку на трех странах. В частности, вычислительные эксперименты показали, что фактор основного капитала для российской экономики не может быть гармонично включен в аналитическую

В скобках под коэффициентами регрессионных моделей приведены значения соответствующих X-статистик; N — число наблюдений; Я —коэффициент детерминации; Р8 — значение р-статистики; ВШ — коэффициент автокорреляции Дарбина—Уотсона.

2 Для экономики Великобритании и Швеции фактор капитала (р) учитывался как инвестиции в основные фонды в связи с отсутствием в национальных системах статистики этих стран показателя объема основных фондов.

3 Автор выражает глубокую признательность А.Б.Гусеву за помощь в сборе информации и проведении расчетов, а также Ю.В.Кузнецову за высказанные им ценные замечания.

схему: любые попытки внедрить в спецификацию эконометрической модели переменные капитала, инвестиций в основной капитал и других показателей, производных от основного капитала, успеха не имели (Х-статистики при этих показателях оказывались незначимыми). В результате для России 1989-2000 гг. получена следующая эконометрическая зависимость:

1п У = 3,64+ 0,21[Ьд] - 0,33[Ьд2];

Я2=0,963; р£=117,40; ВШ=2,08; N=12.

Особенность функции (6) состоит в том, что ВВП, производимый в российской экономике, зависит только от живого труда и фискального бремени и не зависит от объема средств производства. Несложно видеть, что общий вид ПИФ для России выражается формулой у = ехр(С + аЬд + ЬЬд2), где а, Ь и с - статистически

оцениваемые параметры. Полученная зависимость генерирует выражение:

для точки Лаффера 1-го рода:

д* = -а / 2Ь;

для точки Лаффера 2-го рода:

* * — л/ (аХ)2 - 8ЬЬ - аЬ

д ** = ^—1-----------------

4ЬЬ

Что касается точек переключения, то для модели (6) существует только одна такая точка, когда дУ(дЬ)/дЬ=0: Ть =-а / Ь .

Хотя нами установлена явная усеченность российской ПИФ по сравнению с моделями Великобритании, Швеции и США, общая схема анализа для России сохраняется.

Система фискальньх индикаторов: эмпирический анализ. Построенные эконометрические зависимости позволяют провести довольно обширный межстрановой анализ. Однако, учитывая, что подобная работа уже была проведена в статье [1], ограничимся только двумя интересующими нас странами: Россией и США. На примере этих стран постараемся наиболее ярко показать возможности методологии расширенной концепции кривой Лаффера.

Расчеты на основе ПИФ (1) для американской экономики по формулам (4) и (5) приведены в табл. 1.

Таблица 1

Фискальные индикаторы экономики США, %

Год Точка Лаффера 1-го рода

1986 27,37 28,30 27,10

1987 27,57 28,50 27,89

1988 27,83 28,76 27,62

1989 28,03 28,97 27,89

1990 28,12 29,06 27,70

1991 27,95 28,88 27,67

1992 27,93 28,86 27,61

1993 28,08 29,02 27,97

1994 28,36 29,31 28,25

1995 28,60 29,55 28,61

1996 28,76 29,71 29,04

1997 28,98 29,93 29,33

1998 29,19 30,16 29,76

Год Точка Лаффера 1-го рода Точка Лаффера 2-го рода Фактическая фискальная

1999 29,39 30,36 30,06

2000 29,57 30,53 30,63

Изучение взаимного расположения значений д, д* и д** показало, что фискальный зазор между точками Лаффера 1-го и 2-го рода в США составил примерно

1 проц. п. (табл. 1). Подобное расхождение лежит в пределах обычной

статистической погрешности. Это означает, что реакция бюджета в США почти полностью эквивалентна реакции производителя. Следовательно, любая фискальная нагрузка на производителя выше предельного уровня автоматически ухудшает бюджетные позиции страны. Таким образом, можно констатировать чрезвычайно высокую чувствительность фискальной системы США к производственной динамике.

Данный аспект проблемы имеет и теоретическую интерпретацию. Так, влияние изменения величины относительной фискальной нагрузки на массу налоговых поступлений (ёТ / ёд) может быть выражено через производственный эффект

(ёУ / ёд):

ёТ / ёд = У + д

Из уравнения (9) видно, что даже при отрицательном производственном эффекте, когда увеличение налогов снижает объем производства (ёУ / ёд < 0),

величина фискальных сборов может возрастать4 (ёТ / ёд > 0). Синхронизация

фискального и производственного эффектов происходит только на краях соответствующих фискальных и производственных кривых. В зоне же «активных» значений фискальной нагрузки в основном наблюдается резкое расхождение между двумя рассмотренными эффектами. Как указывалось выше, в этом заключается основное противоречие государственной фискальной политики. Чем шире полоса значений между двумя точками Лаффера, тем шире область значений фискальной нагрузки, где происходит столкновение производственных и бюджетных интересов страны.

Учитывая тенденцию к совпадению в США точек Лаффера 1-го и 2-го рода, можно констатировать, что названные два эффекта были практически полностью гармонизированы, а антагонизм между двумя сторонами фискальной политики почти полностью снят. Иными словами, в США действует принцип: что плохо (хорошо) для производителя, то плохо (хорошо) и для бюджета страны. Следствием такой ситуации является тот факт, что сам выбор эффективной ставки фискального бремени в США значительно упрощается. Фактически государство уже не должно проводить «двойной» анализ интересов производителей и консолидированного бюджета. Правительству страны достаточно в своих прогнозах ориентироваться только на реакцию производителя.

4 Данный вывод становится еще более убедительным, если уравнение (9) переписать в терминах показателей эластичности с учетом соотношения Т = дУ(д): ц = 1 + £,, где ^ = (# /У)(іїУ / dq)—

эластичность выпуска по налогам; М = ^/ Т)(йТ / ^) — эластичность фискальных доходов по налогам. Отсюда следует, что эластичность м может быть положительной даже при отрицательной эластичности

Отсутствие зримых количественных различий в США между фискальными точками 1-го и 2-го рода проливает свет на однобокость классической концепции кривой Лаффера, которая оперирует только точкой 2-го рода. По-видимому, многолетние эмпирические наблюдения привели американского экономиста А.Лаффера к пониманию полной зависимости бюджета США от активности национального бизнеса, что и легло в основу его теории как постулат. Разумеется, в общем случае такой постулат неправомерен.

Анализ процесса переплетения фискального и технологического факторов в экономике США позволил оценить еще два фискальных ограничителя: qF=32,8% и qL=26,2%. Содержательно эти индикаторы означают следующее: чтобы предельная производительность труда и предельная производительность капитала были одновременно положительными, фактическое фискальное бремя должно находиться в интервале qL<q<qF. Конкретизация данного ограничения означает, что должно обеспечиваться выполнение следующего жесткого условия: 26,2%^<32,8%. Из табл. 1 видно, что на протяжении всех 15 лет фактическая величина фискальной нагрузки в США лежала строго в этом интервале. Это, с одной стороны, свидетельствует о высокой сбалансированности американской экономики, а с другой - демонстрирует возможности практического использования таких фискальных индикаторов, как точки переключения qL и qF.

Результаты расчетов на основе ПИФ (6) для российской экономики по формулам (7) и (8) приведены в табл. 2.

Средняя величина точки q** составила 38,9%, и ее значение все время было существенно выше точки Лаффера 1-го рода. В среднем «фискальный зазор» между ними составлял 6 проц. п. Эта величина представляется чрезвычайно большой и свидетельствует о своеобразном конфликте производственного и бюджетного критериев оптимизации фискального бремени. В этом состоит, пожалуй, глубинное отличие экономики России от экономики США. Так, если в США производственные интересы бизнеса и бюджетные интересы государства составляют некое единство ориентиров относительно оптимальной ставки фискального бремени, то в России налицо их непримиримое противостояние.

Таблица 2

Фискальные индикаторы экономики России, %

Год Точка Лаффера 1-го рода ^*) Точка Лаффера 2-го рода ^**) Фактическая фискальная нагрузка ^) Задолженность по налогам ^2) Номинальная фискальная нагрузка ^к)

1989 32,94 38,24 31,58

1990 32,94 38,26 35,64 - -

1991 32,94 38,35 32,21 - -

1992 32,94 38,53 36,03 - -

1993 32,94 38,70 29,53 - -

1994 32,94 39,00 30,33 2,47 32,80

1995 32,94 39,05 26,27 3,69 29,96

1996 32,94 39,15 30,94 5,97 36,91

1997 32,94 39,41 33,85 7,33 41,18

1998 32,94 39,56 30,32 9,61 39,93

1999 32,94 39,14 32,19 8,18 40,37

2000 32,94 39,03 35,16 6,54 41,70

1 За 19 89-1993 гг. - нет дан ных.

С точки зрения абсолютного фискального бремени российский производитель находился в сложном положении. Так, в 1990, 1992, 1997 и 2000 годах у него забирали больше, чем он в принципе был готов отдать. Таким образом, хотя в остальные годы ситуация может квалифицироваться как вполне приемлемая, налоговый климат в России был далек от комфортного. Заметим, что работа [1] содержит прямо противоположный вывод, и с этой точки зрения уточнение истинного положения вещей на базе более взвешенных и корректных оценок чрезвычайно важно.

Оценка фискальной точки переключения qL показала, что ее значение для российской экономики составляет 63,6%. Превышение фискальным бременем этой величины способно разрушить естественные технологические связи в экономике, так как в этом случае предельная производительность труда станет отрицательной. В контексте проводимого анализа можно утверждать, что критическая величина qL=63,6% представляет собой тот абсолютный предел фискальной нагрузки, за которым начинается разрушение всей системы национального производства. Этот ограничитель для России пока является «холостым», поскольку его преодоление на практике абсолютно исключено.

Серьезным дополнением к пониманию того, что же на самом деле представляла собой российская налоговая система, дает показатель номинальной фискальной нагрузки в российской экономике ^м), рассчитываемый как сумма фактического фискального бремени ^) и задолженности по налогам в консолидированный бюджет ^2): qм=q+qz. Слагаемое qz рассчитывается как доля в ВВП задолженности по налогам в консолидированный бюджет5. Данные о налоговой задолженности имеются в официальной статистической отчетности Госкомстата России в разделе «Финансы», а их разработчиком является Министерство по налогам и сборам РФ. Временной ряд этих данных начинается с 1994 г., поэтому в нашем рассмотрении имеется довольно продолжительный интервал времени: 1994-2001 гг.

Предложенный подход представляется вполне правомерным, так как задолженность по налогам должна быть погашена и, в крайнем случае, переходит на следующий финансовый год. В целом же фактическая фискальная нагрузка ^) показывает долю реальных изъятий, а номинальная величина ^м) дает представление о том, сколько государство требовало заплатить. Фактически задолженность по налогам представляет собой нечто среднее между уклонением от налогов и обычной отсрочкой платежа. Результаты расчетов представлены в соответствующих столбцах табл. 2.

Оценка коэффициента фискального давления V=qм/q* показывает, что в течение 1997-2000 гг. государство в среднем перегружало производителя налогами более чем на 20%. Совершенно очевидно, что российские производители не могли выдержать такого налогового бремени, и это способствовало росту налоговых недоимок. В этой связи обращает на себя внимание тот факт, что по сравнению с номинальной налоговой нагрузкой фактическая была выше точки Лаффера 1-го рода довольно редко. Это означает следующее: сколько бы государство ни требовало налоговых

5 Показатель фискальной задолженности содержит элемент просроченной задолженности. Соответственно перенос задолженности одного пер-иода на другой может показаться неправомерным при вычислении уровня номинального налогового бремени за конкретный пер-иод. Однако, на наш взгляд, такая операция неправомерна только при статическом (точечном) анализе, когда рассматривается лишь один год. Если же анализ становится динамическим, когда рассматриваются временные (динамические) ряды, то такой подход становится вполне корректным. В этом случае задолженность текущего года включает часть задолженности предыдущего года, но в свою очередь часть задолженности текущего года переходит в состав задолженности будущего года. Подобная преемственность в межвременных переливах просроченной фискальной задолженности позволяет говорить о ее постоянном присутствии, что делает оправданным используемый нами способ оценки фискальной задолженности.

платежей, производитель заплатит ровно столько, сколько он действительно готов заплатить; остаток просто-напросто уйдет в долги перед государством.

Данные табл. 2 свидетельствуют также о том, что в 1997-2000 гг. российские власти, максимизируя объем фискальных доходов бюджета, практически не считались с интересами производителя, устанавливая номинальную фискальную нагрузку, превышающую значение точки Лаффера 2-го рода на 1-2 проц. п. Подобные перегибы - следствие грубых просчетов в государственной фискальной политике, что еще раз подтверждает основной тезис: фискальный климат в России периода экономических реформ никак нельзя назвать либеральным (этот вывод расходится с поспешным выводом о фискальном благополучии российской экономики в работе [1]).

Таким образом, можно констатировать, что на сегодняшний день однобокая ортодоксальная концепция кривой Лаффера, оперирующая лишь точками Лаффера 2-го рода, для российской экономики совершенно не подходит; для нее нужна ее расширенная версия, которая рассматривалась нами выше. При этом сама величина рассогласования двух лафферовых точек должна выступать в качестве чуть ли не главного критерия и индикатора эффективности национальной фискальной системы.

В контексте сказанного довольно ясно просматривается логика фискального регулирования, которую можно представить в виде трех целей (руководящих принципов). Первая цель - снятие противоречия между интересами производителя и бюджета, свидетельством которого может служить почти полное совпадение точек Лаффера 1-го и 2-го рода: д*«д**. Вторая - балансировка номинальной фискальной нагрузки на левой дуге производственной кривой Лаффера и предотвращение ее захода за точку Лаффера 1-го рода: д^<д*. Третья цель -обеспечение налоговой дисциплины для обеспечения минимизации задолженности по налогам, что воспрепятствует использованию производителями примитивных способов нейтрализации давления со стороны налогов путем их недоплаты: дг~0.

Подобные принципы разработки фискальной политики позволяют широко использовать все рассмотренные в данной статье фискальные индикаторы. С учетом простоты предлагаемого инструментария все эти индикаторы вполне могут стать реальным подспорьем при осуществлении прикладных прогнозно-аналитических расчетов.

Инвариантность значений фискальных индикаторов. Для окончательного решения вопроса, насколько работоспособны рассмотренные фискальные индикаторы и, прежде всего, точки Лаффера 1-го и 2-го рода, следует убедиться в их состоятельности и объективности. Для этого рассмотрим проблему инвариантности точек Лаффера, т. е. проверим, как это делалось в работе [2], расчетные значения д* и д** на устойчивость.

Для США и России применялись разные тесты на инвариантность фискальных индикаторов. Так, для США в исходной модельной спецификации (1) вместо показателя численности занятых (Г) использовался показатель фонда оплаты труда (№), а вместо основного капитала (Р) - показатель инвестиций в основные фонды (I). Окончательная зависимость приняла вид:

1п7=-8,58 + 0,04

Я2=0,999; DW=1,99.

Расчеты показали, что изменение способа учета макрофакторов не привело к смещению ранее полученных оценок точек Лаффера 1-го и 2-го рода. Для подтверждения сказанного укажем лишь, что максимальное расхождение между

точками Лаффера 1-го рода в двух сценариях составило всего лишь 0,38 проц. п., а минимальное - 0,05. Относительно точки Лаффера 2-го рода подобные расхождения составили соответственно 0,45 и 0,01 проц. п. (более подробный числовой анализ содержится в работе [4]).

Для России построенная модель тестировалась не с помощью вариации способов учета макрофакторов, а посредством изменения спецификации модели при тех же объясняющих переменных. Окончательная зависимость приняла вид обычной квадратической функции:

У=-605,38+93,34^і]-142,39^2Ь];

Я2=0,946; DW=1,57.

Учитывая, что общий вид модели (11) выражается формулой

У = с + аЬТ + ЬЬТ2 , где а, Ь и с - параметры модели, точка Лаффера 1-го рода определяется по формуле (7), а точка Лаффера 2-го рода из соотношения:

±ЛІ(аЬ)2 - 3ЬСЬ - аЬ

Т ** = *__________________

3ЬЬ

Тестирование на инвариантность значений точек Лаффера для экономики России показало, что точка 1-го рода оценивается с чрезвычайно высокой точностью, а в отношении точки Лаффера 2-го рода максимальный сдвиг составил 2 проц. п. - от 37 до 39% ВВП. Данная погрешность может быть признана вполне удовлетворительной.

Таким образом, в целом проведенные тесты на инвариантность точек Лаффера для экономики России и США свидетельствуют о том, что к полученным в данной статье качественным выводам можно относиться с высокой степенью доверия, так как любые смещения количественных оценок не могут их принципиально изменить.

Влияние частных фискальных инструментов на экономический рост. Так как конечным результатом анализа производственно-фискальных эффектов должно быть решение об изменении ставок конкретных налогов, то в рассматриваемой задаче необходимо осуществить переход от частных фискальных инструментов с присущими им величинами ставок к совокупной фискальной нагрузке. Если такая процедура будет реализована, то можно непосредственно оценивать влияние каждого конкретного налога на экономический рост и доходы бюджета.

Для решения поставленной задачи целесообразно использовать простую схему «взвешивания» налогов с точки зрения их «фискальной силы», определяемой налогооблагаемой базой. Показатель «фискальной силы» налога в этом случае представляет собой эластичность совокупной фискальной нагрузки по процентной ставке данного налога. Показатель эластичности фиксирует, на сколько процентных пунктов изменится величина совокупного налогового бремени при изменении ставки рассматриваемого налога на 1 проц. п. Для расчета данной величины определим долю платежей по і-му налогу в ВВП: qг=T/Y, где Ті - масса і-го вида фискальных поступлений. Зная базовые ставки налогов () и их вес в доходах относительно ВВП ^г-), искомый параметр эластичности фискального бремени Еі для і-го налога оценивается по формуле:

Е, = qi / 5і.

Результаты расчетов для основных фискальных инструментов применительно к экономике России приведены в табл. 3.

Таблица 3

Фискальные характеристики экономики России за 2001 г.

Вид фискальных платежей Доля фискальных сборов в ВВП ^), % Базовые ставки налогов

Налог на прибыль 5,68 24,00 0,24

Налог на добавленную стоимость 7,07 20,00 0,35

Налог на имущество Отчисления во внебюджетные фонды 0,99 2,00 0,50

(единый социальный налог) 6,49 35,60 0,18

Расчетные значения эластичности Еі позволяют провести сопоставление «фискальной силы» рассматриваемых налогов. Так, с точки зрения размера фискальной нагрузки изменение ставки налога на имущество на 1 проц. п. оказывается эквивалентным либо изменению ставки налога на прибыль на 2 п., либо изменению ставки налога на добавленную стоимость на 1,4 п., либо изменению ставки единого социального налога на 2,7 п. Полученная иерархия фискальных инструментов дает вполне определенные ориентиры для процесса принятия решений о манипулировании ими. Кроме того, вектор эластичности фискального бремени (Е) позволяет проводить вариантные расчеты влияния каждого налога на темпы экономического роста. Исходя из смысла введенных показателей, это можно сделать с помощью простого соотношения:

дУ / дч = Еі

Для показателя бюджетных доходов характерно аналогичное уравнение. При необходимости учета всего набора фискальных инструментов можно воспользоваться формулой:

ДУ =

і=1

Таким образом, подход (13)-(15) предполагает реализацию очень простого двухшагового алгоритма оценки влияния процентных ставок налогов на экономический рост. На первом шаге определяется влияние изменения процентных ставок налогов на совокупную фискальную нагрузку, а на втором - влияние изменения совокупной фискальной нагрузки на экономический рост. Расчеты первого шага обеспечиваются формулами (13), (14) и (15), а второго шага -

эконометрическими моделями в виде производственно-институциональных зависимостей.

Разумеется, предложенный подход ориентирован на проведение агрегатных расчетов. Учитывая, что разные отрасли и сегменты экономики по-разному реагируют на изменения налогов, предлагаемые усредненные расчеты будут давать хорошие результаты только для периодов отсутствия масштабной структурной перестройки экономики. Однако в любом случае данный подход пригоден для ориентировочных прогнозов возможного влияния изменений налогового климата на экономический рост и наполнение бюджета страны.

Литература

1. Балацкий Е.В. Анализ влияния налоговой нагрузки на экономический рост с помощью производственноинституциональных функций //Проблемы прогнозирования. 2003. № 2.

2. Балацкий Е.В. Инвариантность фискальных точек Лаффера // Мировая экономика и международные отношения. 2003. № 6.

3. Гусев А.Б. Налоги и экономический рост: теории и эмпирические оценки. М.: Экономика и право, 2003.

4. Гусев А.Б. Влияние фискальных инструментов на экономический рост: методы макроанализа. Диссертация на соискание ученой степени кандидата экономических наук. М.: ИМЭИ, 2003.

5. Балацкий Е.В. Воспроизводственный цикл и налоговое бремя // Экономика и матем. методы. 2000. № 1.

6. Ибрагимов Р.Х. Государственное регулирование налоговой нагрузки на российские промышленные предприятия. Диссертация на соискание ученой степени кандидата экономических наук. М.: ИМЭИ, 2001.

7. Балацкий Е.В. Эффективность фискальной политики государства //Проблемы прогнозирования. 2000. № 5.

8. www.un.org/Depts/unsd/gs_natstat.htm — перечень официальных сайтов национальных статистических служб по странам мира на сайте ООН (www.un.org).

9. www.polyconomics.com — официальный сайт Университета экономики предложения, США.

10. www.bea.gov — официальный сайт Бюро экономического анализа, США.

11. www.scb.se — официальный сайт Статистического бюро Швеции.

12. www.statistics.gov.uk — официальный сайт Службы национальной статистики Великобритании.

13. www.ifs.org.uk — официальный сайт Института фискальных исследований, Великобритания.

14. www.minfin.ru — официальный сайт Министерства финансов РФ.

15. www.nalog.ru — официальный сайт Министерства РФ по налогам и сборам.

16. Российский статистический ежегодник: Стат. сб. М.: Госкомстат России, 2002.