Зия Бажаев: к концу года наши активы составят $500 млн

Зия Бажаев: к концу года наши активы составят $500 млн

       На прошлой неделе Зия Бажаев, экс-президент СИДАНКО, представил свой новый проект. Он возглавил зарегистрированную 30 апреля холдинговую компанию ОАО "Группа 'Альянс'", которая впервые в российской практике профессионально займется оздоровлением гибнущих предприятий. В число учредителей компании через территориальные органы РФФИ и МГИ уже вошли 11 регионов: Саратовская, Ленинградская, Новгородская, Мурманская, Иркутская, Магаданская, Читинская, Воронежская и Новосибирская области, республики Удмуртия и Бурятия. Им принадлежит 26% акций холдинга. Столько же акций получат менеджеры, а 48% — крупные российские предприятия и различные инвестиционные институты, в том числе зарубежные.
       Интерес губернаторов понятен: до 80% расположенных на их территориях предприятий неплатежеспособно. Их банкротство вряд ли даст деньги местным бюджетам, но создаст массу новых социальных проблем в регионах. Поэтому губернаторы не знают, что с ними делать. "Альянс" же предлагает им комплекс услуг по реструктуризации предприятий, очистке их от долгов и в конечном итоге — их выгодную продажу, доходы от которой с лихвой покроют долги региональным бюджетам. Причем это будет осуществляться без остановки производства и под контролем местных администраций. Проект не противоречит и намерениям федеральных властей: Кириенко считает переход предприятий в руки таких собственников одной из стратегических задач.
       Об актуальности бажаевского бизнеса свидетельствует и шквал звонков с просьбой "дать телефончик", обрушившийся на "Коммерсантъ" после того, как газета опубликовала сообщение о презентации "Альянса". Все это дало Александру Тутушкину повод подробно расспросить Зию Бажаева о проекте.
       
— Вы предложили новый бизнес. Как родилась идея?
       — Главным толчком стало состояние рынка. Потребность в комплексных услугах по антикризисному управлению возникла давно, но особенно отчетливо обозначилась к концу 1997 — началу 1998 года. Конкретный проект антикризисного управления как самодостаточной сферы бизнеса созрел у нас в марте-апреле этого года. Мы почувствовали, что наши услуги будут широко востребованы лишь в случае, если заказчику будет предложен готовый продукт — как говорится, под ключ. Поэтому и решили — первыми — создать фирму, специализирующуюся на таком продукте. Возможно, команда "Альянса" ощутила необходимость такой формы работы острее других, потому что многие из нас на протяжении ряда лет так или иначе занимались оздоровлением предприятий.
       — Вы предлагаете антикризисное управление как альтернативу банкротству. В чем заключается разница для предприятий и их работников? Их не будут увольнять?
       — Цель антикризисного управления — сохранение производства, а значит, и трудовых коллективов. Избежать сокращения персонала при реструктурировании предприятия вряд ли возможно, степень сокращения зависит от состояния конкретного производства. Но альтернатива этому — утрата коллектива в целом. В случае с "Группой 'Альянс'" чисто технократический подход к социальным вопросам исключен уже потому, что антикризисные программы будут контролироваться изнутри региональными администрациями как акционерами группы.
       --Какими будут механизмы санации предприятий?
       — Методика антикризисного управления стандартна: анализ состояния предприятия и рынка, выявление факторов кризиса, выбор варианта оздоровления, разработка программы и ее выполнение. Мы не считаем, что антикризисное управление обязательно должно быть прологом к передаче акций. Нашими заказчиками вполне могут быть собственники, не планирующие отчуждения активов. Однако связь процесса оздоровления с движением собственности не будет редкостью. Вероятный частный случай такого движения — схема "налоги--акции--деньги", т. е. получение региональными администрациями акций должников в счет погашения их задолженности в бюджет при условии, что есть гарантии того, что в результате санации предприятия акции можно через непродолжительное время реализовать на рынке, обеспечив денежные поступления в местный бюджет.
       — Откуда у вас уверенность в том, что власти согласятся на продажу акций стратегическим инвесторам и потерю контроля над предприятием? Ведь хорошо известно, что губернаторы не продали ни одной акции из федеральных пакетов, переданных им Москвой в счет трансфертов.
       — Мы и не ожидаем, что администрации обязательно будут продавать акции. Мы лишь гарантируем оздоровление предприятия и увеличение стоимости его акций. Если в конкретных случаях это будет целесообразно, в договорах с администрациями мы будем фиксировать некие опционы для обязательной продажи.
       — Возможен ли переход оздоровленного "Альянсом" предприятия в его же собственность?
       — При взаимном интересе оплата услуг "Альянса" может осуществляться и акциями, но это не является самоцелью. Помимо акций оплата может производиться денежными средствами, имущественным комплексом, долгами третьих сторон.
       — Объявлено, что 48% акций "Альянса" будут принадлежать крупным российским предприятиям и инвестиционным структурам, в том числе и иностранным. Кто это может быть?
       — Мы ведем переговоры с "Кировским заводом", "Ижмашем", "Иркутскэнерго". Они — наиболее вероятные кандидаты. К концу года, возможно, появятся стратегические партнеры. Это, скорее всего, будут крупные западные инвестиционные банки. Мы сможем предоставить им от 10 до 30% акций "Альянса". К 11 нашим учредителям-регионам скоро могут добавиться Северная Осетия и Ингушетия. Переговоры с ними уже ведутся. В принципе оптимально работать мы сможем с 15-20 российскими регионами.
       — На какие средства "Альянс" намерен осуществлять свою деятельность?
       — Речь может идти об общепринятых рыночных механизмах формирования публичной компании — об эмиссии и размещении акций, о кредитных ресурсах. Вторая эмиссия будет оплачиваться деньгами и ценными бумагами. В частности, мы готовы рассмотреть вопрос о принятии в качестве оплаты акции проблемных предприятий, имея в виду обеспечить рост их капитализации за счет антикризисных программ. Думаю, что к концу этого года наши активы могут достичь $500 млн.
       
Таможня пошла по рукам
       Войну банков за счета ГТК можно назвать позиционной: не переходя в атаку, то одна, то другая заинтересованная сторона заявляла о своей позиции по этому вопросу. Что неудивительно — ведь на кону примерно 70 млрд рублей в год.
       Главные события вокруг счетов ГТК начали разворачиваться за несколько дней до начала конкурса. МЕНАТЕП, СБС-АГРО, Мост-банк и Технобанк направили в адрес премьер-министра Сергея Кириенко письмо с предложением отменить конкурс и без боя передать все счета таможни Сбербанку. Свою позицию банкиры объясняли тем, что тендер все равно будет проведен необъективно, а это вызовет очередной всплеск напряженности в отношениях между банками. Такое предположение было немедленно и категорически отвергнуто Минфином. Ведь именно он был ответствен за проведение тендера. Замминистра Антон Силуанов заявил, что условия конкурса проработаны правительственной комиссией очень детально и исключают любую возможность злоупотреблений.
       Одновременно другой замминистра финансов, Олег Вьюгин направил Сергею Кириенко и Борису Немцову письмо с просьбой установить новое ограничение для участников тендера. Они, по мнению Вьюгина, не должны получить права обслуживать более 1/5 от общего объема таможенных платежей на одного участника.
       Тендер все же был проведен. Но из 28 банков, подавших заявки на обслуживание счетов ГТК, 18 не прошли по условиям конкурса. Среди отсеянных оказались МЕНАТЕП и СБС-АГРО (из подписавших письмо только Мост-банк был допущен к обслуживанию счетов ГТК). Оставшиеся банки заседали больше двенадцати часов — поделить счета таможни даже между десятью претендентами оказалось нелегким делом. В конце концов всю ответственность решено было переложить на правительственную комиссию по финансовой и кредитно-денежной политике.
       И вот после нескольких дней переговоров комиссия вынесла вердикт: ОНЭКСИМбанк получил Северо-Западное и Дальневосточное таможенные управления и Щелковскую таможню, МФК — Московскую западную и энергетическую таможни, Сбербанк — Северо-Кавказское и Поволжское таможенные управления, Московские северную и южную таможни, а также Центральную акцизную таможню, Альфа-банк — Уральское и Башкирское таможенные управления, Собинбанк — Западно-Сибирское и Калининградское таможенные управления и Внуковскую таможню, "Российский кредит" — Западное таможенное управление и Московскую восточную таможню, Мост-банк — Восточно-Сибирское таможенное управление, а также Ногинскую и Шереметьевскую таможни, Автобанк — Зеленоградскую и Одинцовскую таможни, Промстройбанк (Санкт-Петербург) — Подольскую, Жуковскую и Чкаловскую таможни, МДМ-банк — Люберецкую и Домодедовскую.
       Таким образом, наиболее привлекательные счета достались группе ОНЭКСИМ--МФК и Сбербанку. Остальные получили заметно меньшие куски таможенного пирога. Надо отметить, что из всех победителей лишь МДМ-банк и Собинбанк не работали раньше с таможенными счетами. А из тех, кто активно работал с таможней ранее, в список победителей не попал только Мосбизнесбанк.
       
Почтовый роман
       Проект создания Федерального почтового банка (см. "Деньги" #13-14 и #18) на прошлой неделе получил неожиданное развитие. В Госкомсвязи поговаривают о том, что создавать почтовый банк надо не на базе Связь-банка (как до сих пор предполагалось), а с нуля. Иными словами, борьба двух конкурирующих банковских консорциумов (ОНЭКСИМбанка и СБС-АГРО) за контроль над Связь-банком может оказаться бессмысленной. Бороться за участие в проекте им придется на открытом тендере. О том, как расценивают последние события в самом Связь-банке, корреспонденту Ъ Анастасии Булгаковой рассказал зампредседателя правления банка Геннадий Лапшенков.
       
— Можно ли создать почтовый банк с нуля?
       — Думаю, нет. Ведь нами уже пройдена часть пути. В 28 наших филиалах работает прототип ФПБ. Этого недостаточно. ФПБ должен иметь общероссийскую сеть. А для этого нужны огромные капиталовложения, которых у нас нет. Но будет непонятно, если вся предыдущая работа окажется перечеркнутой.
       — Связь-банк будет участвовать в тендере на ФПБ?
       — Да, наравне с другими банками.
       — Правда ли, что у вас испортились отношения с почтой и Госкомсвязи?
       — Нет. Просто кто-то хочет создать такое впечатление.
       — Кто именно?
       — Это лица, которых не интересует судьба ФПБ и которым важна только собственная выгода. Кто-то пытается искусственно отстранить нас от проекта. Но, на мой взгляд, это нереально.
       — Должно ли участвовать в проекте государство?
       — Мы всегда поддерживали идею государственного участия в ФПБ. И считаем, что контрольный пакет акций этого банка должен быть у государства. Но на нынешнем этапе у государства нет денег. А у коммерческих структур они есть.