Индексы для всех и каждого

Государство уходит от импортной зависимости в ценовых котировках путем перехода на биржевые и индексы регистрации внебиржевых сделок. Но остается вопрос, поможет ли это в снижении зависимости всего российского рынка.

Начальник Центра ценовых индексов Газпромбанка Наталья Порохова

Фото: Предоставлено пресс-службой Газпромбанка

Дискуссия вокруг ценовых агентств сейчас фокусируется исключительно вокруг расчета налогов. Но государство не является главным потребителем их услуг в России. Объективные ценовые индексы гораздо больше нужны бизнесу, использующему индикаторы для коммерческих целей. Объем доходов федерального бюджета, который сейчас рассчитывается от котировок недружественных ценовых агентств, составляет 8 трлн руб., или 30%, а объем сырьевого экспорта России, 100% долгосрочных контрактов которого сейчас привязано к котировкам зарубежных агентств, в три раза больше. Также в отечественных котировках нуждаются финансовые институты, использующие индикаторы для анализа рисков, оценки инвестиционных проектов. Они нужны аудиторам для ежедневной работы.

Для расчета налогов государство может выбрать любую базу. Это не обязательно должны быть репрезентативные цены. Котировка ценового агентства как независимого арбитра — это один из возможных вариантов формулы расчета налогов. Есть примеры других формул. А вот бизнес, банки, аудиторы нуждаются именно в репрезентативной цене, иначе долгосрочный договор не заключишь, проверку не проведешь, корректно не оценишь ни риски, ни инвестиционные возможности.

Почему же дискуссию ведет только государство? Импортная зависимость от ценовых индикаторов действительно велика. До сих пор доля ценовых агентств из недружественных стран на рынке России составляет 98%. Чтобы заместить импортные котировки в контрактах, в новые индикаторы должны поверить контрагенты. Чтобы банки и аудиторы могли использовать эти котировки, они должны быть в контрактах у бизнеса. И так возникает замкнутый круг: создать котировку сложно, почти невозможно.

Может ли регулятор создать стимулы для создания собственного бенчмарка, например перейдя в расчетах налогов на национальные индикаторы? У России есть позитивный опыт в импортозамещении аналогичных услуг. Например, с нуля была создана национальная отрасль кредитных рейтингов благодаря стимулу со стороны регулятора в переходе в банковском регулировании на национальные индикаторы. Как и кредитные рейтинги, они являются продуктом, основанным на доверии к независимости оценщика. При этом в кредитных рейтингах были установлены требования, что через два года от даты публикации закона в регулировании будут применяться только рейтинги аккредитованных агентств. Такой подход применительно к ценовым котировкам вряд ли сработает. Если индикатор будет создаваться изначально с целью налогообложения, это может отразиться на его качестве и снизить вероятность того, что он будет использоваться бизнесом при заключении контрактов. В данном случае мы имеем дело с обратной ситуацией: чтобы ценовой индекс отражал реальную ситуацию на рынке, он должен использоваться в контрактах.

Стимулы к биржевой торговле — хороший путь к созданию ценовых индикаторов. Например, торговля нефтепродуктами в России на внутреннем рынке достаточна ликвидна, и это сложившиеся ценовые индикаторы. В США именно внутренняя (а не экспортная) биржевая торговля дала миру бенчмарки: WTI для нефти, Henry Hub для природного газа, CBOT для пшеницы. В России биржевые индексы на нефтепродукты могут использоваться как бенчмарки внутреннего рынка, но не экспортного, так как, хоть это и парадокс, они зависят от экспортных цен из-за налогов (то есть опять-таки от недружественных котировок). У биржевых цен как рыночных индикаторов в России по сравнению с США есть три ограничения: механизмы регулирования внутренних цен, меньшая зрелость финансового рынка, бОльшая зависимость экономики от экспорта.

Вернемся к потребителям ценовых индикаторов. Наш банк тоже является крупным потребителем ценовых индикаторов. Столкнувшись с ограничениями к доступу к ценовой информации, когда мировые бенчмарки перестали быть репрезентативными индикаторами цен на российский экспорт, мы начали реализовывать проект российского ценового агентства. Работа ведется по практикам мировых агентств, когда сбор котировок должен включать проверку информации со стороны двух сторон сделки. Действительно, это сложный и долгий путь — завоевать доверие к оценкам. Что уже сейчас внушает надежду, что это возможно?

Во-первых, никого, ни в России, ни в зарубежных странах-партнерах, не нужно убеждать, что цены на товары российского экспорта сегодня отличаются от мировых, что оценки мировых агентств стали страдать в качестве, так как им сегодня в России стало сложнее собирать информацию. Уже есть примеры, когда крупнейшие мировые ценовые агентства потеряли национальные рынки, потому что торговля сильно изменилась. Например, для угля и металлов в Азии сейчас наиболее востребованы оценки китайских ценовых агентств.

Во-вторых, многое уже получается. Например, наши экспортные котировки на уголь уже в WeChat обсуждают китайские трейдеры. Это первый шаг к тому, чтобы это стало бенчмарком в контрактах. И, надеюсь, этот путь не будет длиной тысячи километров.