К вопросу о классификации нормативно-правовых актов

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2010. № 2

М. Джоусе-Иванина, аспирантка кафедры теории права и политологии

юридического факультета МГУ*

К ВОПРОСУ О КЛАССИФИКАЦИИ НОРМАТИВНО-ПРАВОВЫХ АКТОВ

Нормативно-правовые акты, являющиеся основными источниками российского права, характеризуются высокой степенью неоднородности. В статье рассмотрены различные группы нормативно-правовых актов и их отличительные признаки.

Ключевые слова: классификация; виды нормативно-правовых актов; закон; подзаконный акт.

Normative legal acts being the main source of Russian law are characterized by large nonuniformity. The article analyses different groups of normative legal acts and their distinctive features.

Keywords: classification; types of normative legal acts, law; bylaw.

Нормативно-правовые акты, являясь основными источниками российского права, существенно различаются по их юридической силе, положению в иерархии источников права, значимости и регулятивным возможностям. Поэтому для определения их роли в системе нормативно-правовых актов представляется целесообразным рассмотреть нормативно-правовые акты по отдельным группам, выявив их характерные признаки.

Классификация нормативно-правовых актов возможна по различным основаниям. Как правило, за основу классификации берутся объективные критерии, такие, как юридическая сила, сфера действия, компетенция нормотворческого органа и др. В то же время в ходе классификации невозможно полностью исключить субъективизм, поскольку применение многих критериев предполагает субъективную оценку1. Следовательно, необходимо признать, что любая классификация имеет условный характер.

Принципиальное значение имеет деление нормативно-правовых актов на законы и подзаконные акты. В основании такой классификации лежат признаки, характеризующие положение нормативно-правовых актов в иерархической структуре источников права, в силу которого подзаконные акты не могут противоречить законам. Законы и подзаконные акты в свою очередь представляют собой неоднородные группы, которые в зависимости от особенностей выражения в них признаков законов и подзаконных актов также могут быть поделены на виды.

* m_ivanina@yahoo.co.uk

1 См.: Марченко М.Н. Источники права. М., 2005. С. 138.

Само деление нормативно-правовых актов на законы и подзаконные акты характерно для двух уровней законодательства Российской Федерации — федерального и регионального.

К числу признаков, отличающих закон от иных нормативно-правовых актов, относят: особый порядок принятия, изменения и отмены; опосредование наиболее важных общественных отношений; преследование стратегических целей, интересов и задач; первичный характер содержащихся в законе норм; обладание высшей юридической силой2. К отличительным свойствам закона также относят принятие законодательным органом государственной власти или непосредственно населением, типичность и устойчивость регулируемых им отношений3. Как и всем нормативно-правовым актам, закону свойственны нормативный характер, выражение им общей государственной воли4 (народа или господствующего класса5) и др.

Процедура принятия закона отличается определенной сложностью и ее основные требования установлены Конституцией Российской Федерации. Принятие закона может быть инициировано ограниченным кругом лиц — субъектами законодательной инициативы — и осуществляется законодательным органом государства или его гражданами на референдуме. В отдельных случаях, например для принятия новой Конституции, может формироваться специальный представительный орган. Создание закона осуществляется в соответствии с установленными правилами законодательного процесса, в котором участвует большой круг лиц. Как правило, обсуждение законопроекта осуществляется в несколько стадий и имеет открытый характер. Закон принимается голосованием и подлежит официальному опубликованию. Соблюдение процедуры принятия закона является условием его легитимности и направлено на исключение возможности произвольного управления делами государства, на сведение к минимуму опасности волюнтаризма и необоснованных вторжений в личную сферу со стороны органов власти6. Изменение и отмена закона осуществляется в том же порядке, что и принятие: это объясняет относительную стабильность и неизменность закона по сравнению с иными нормативно-правовыми актами.

Главная особенность (признак) закона состоит в том, что он призван выражать государственную волю, волю народа, поэтому он принимается представительным органом или населением. Именно в законе, а не в подзаконных актах, воля народа получает более непосредственное

2 Там же. С. 123.

3 См.: ЛукьяноваЕ.А. Закон как источник советского государственного права. М., 1988. С. 27-30

4 См.: Алексеев С.С. Общая теория права. М., 1982. Т. 2. С. 220.

5 См.: Марченко М.Н. Указ. соч. С. 131-132.

6 См.: Иванов С.А. Нормативные правовые акты Российской Федерации: Учеб. пособие. М., 2004. С. 17-18.

выражение: в создании подзаконных актов ни сами граждане, ни избранные ими представители могут не участвовать. Вместе с тем сама постановка вопроса о возможности более или менее непосредственного выражения воли (народа) представляется небесспорной7, равно как и вопрос о том, чью волю выражает закон. Принятие закона самими гражданами или их представителями формально должно обеспечить отражение действительной воли граждан. В юридической литературе, тем не менее, отмечается, что в российской практике законы нередко выражают волю отдельных социальных групп, лоббировавших их принятие8.

По мнению В.А.Толстика, принятие нормативно-правового акта на референдуме должно придавать ему большую юридическую силу по сравнению с актами того же уровня, принятыми представительными органами власти9. Однако законодательство не содержит норм, позволяющих обосновать подобный приоритет. Кроме того, представляется, что соответствующий подход способен усложнить и запутать иерархию в системе нормативно-правовых актов.

Предмет регулирования является одним из наиболее неопределенных признаков закона как нормативно-правового акта. Традиционно в литературе отмечается, что законом регулируются важнейшие общественные отношения, посредством него достигаются стратегические цели, интересы и задачи. Однако вопрос состоит в том, как определить важность общественных отношений и какие цели, интересы и задачи действительно имеют стратегическое значение. Данную проблему можно считать разрешенной в отношении положений, закрепленных в Конституции РФ и федеральных конституционных законах. Включение норм в названные акты обусловлено признанием их значимости, хотя и здесь обоснованность выбранного предмета не всегда является бесспорной10.

Практическое значение на данный момент представляет проблема определения вопросов, по которым должны приниматься федеральные законы. Отдельные отношения, регулирование которых должно осуществляться федеральным законом, определены Конституцией Российской Федерации. Однако этого недостаточно. Отмечается необходимость четкого закрепления сферы законодательного регулирования с целью ограничения необоснованного вмешательства исполнительной власти в область деятельности законодательных ор-

7 Толстик В.А. Иерархия источников российского права. Н.Новгород, 2002. С. 41-45.

8 См.: Марченко М.Н. Указ. соч. С. 131-132.

9 См.: Толстик В.А. Указ. соч. С. 41

10 См.: Морозова Л.А. Выбор формы законодательного акта и эффективное ее использование // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. ст.: В 2 т. / Под ред. В.М. Баранова. Н. Новгород. 2001. Т. 1. С. 149.

ганов. Некоторые авторы считают, что перечень вопросов, подлежащих законодательной регламентации, должен быть закреплен в Конституции или специальном законе. Предлагаются различные перечни исключительного регулирования федеральных законов11. Так, С.А. Иванов выделяет 26 групп вопросов, подлежащих регулированию федеральным законом. Среди них, в частности, оказались вопросы, отнесенные к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов: условия пользования землей, недрами, полезными ископаемыми, адвокатура, административная ответственность и др. Очевидно, что помимо федеральных законов правовое регулирование названных сфер может осуществляться законодательством субъектов Российской Федерации. Таким образом, «важность» представляет собой субъективную оценку, о чем свидетельствует сам факт существования различных перечней вопросов законодательного регулирования. Значимость отношений также может зависеть от объективных факторов, конкретной ситуации, в которой осуществляется правотворчество. Поэтому следует согласиться с тем, что заранее установить перечень случаев, которые будут нуждаться в законодательном урегулировании, весьма затруднительно. Более целесообразно на общетеоретическом уровне использовать критерии выделения сфер жизни и отношений, которые требуют такого регулирования, а на отраслевом и иных уровнях использовать перечень конкретных отношений12.

Следующими признаками, характеризующими закон, называют типичность и устойчивость предмета законодательного регулирования. Иными словами, закон призван урегулировать «сложившиеся и прошедшие длительную проверку практикой общественные отноше-ния»13. При этом, как отмечается в литературе, законом могут создаваться и новые отношения и в таких случаях необходимость их законодательного регулирования определяется значимостью этих отношений.

В отличие от большинства подзаконных актов закон может регулировать отношения, еще не урегулированные правом. Следовательно, закон имеет первичный характер по отношению к подзаконным актам, которые развивают его положения и издаются на его основе и во исполнение. Нормы закона, характеризующиеся наибольшей степенью абстрактности и обобщенности, конкретизируются в подзаконных актах. Содержание подзаконных актов предопределено законами. Следует отметить, что и сами законы могут издаваться на основе и в целях конкретизации законов более высокой юридической силы. Так, Конституция Российской Федерации предусматривает принятие федеральных

11 См.: Иванов С.А. Указ. соч. С. 19—20; Поленина С.В. Научные основы определения предмета правового регулирования // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование:сборник статей. Т. 1. С. 136.

12 См.: Марченко М.Н. Указ. соч. С. 131.

13 См.: Лукьянова Е.А. Указ. соч. С. 30.

конституционных законов, определяет отношения, которые должны быть урегулированы законами. В то же время отдельные федеральные законы могут не требовать подзаконного развития и конкретизации.

Закон обладает высшей юридической силой, которая выражается в том, что иные нормативно-правовые акты должны соответствовать законам, отмена и изменение законов такими нормативно-правовыми актами невозможны14. При несоответствии подзаконного акта закону подлежит применению закон, а противоречащий ему акт должен быть приведен в соответствие с законом. Как известно, наивысшей юридической силой обладает Конституция Российской Федерации. В соответствии с Конституцией, большей юридической силой, чем иные законы, обладают общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации (ч. 4 ст. 15 Конституции). При этом федеральные законы не должны противоречить федеральным конституционным законам, а законы субъектов Российской Федерации — принятым по вопросам совместного ведения и ведения Российской Федерации федеральным законам.

В юридической литературе господствует мнение, что в отличие от подзаконных актов различных форм акт, принятый в форме закона, всегда имеет нормативный характер. Однако нормативность закона не является абсолютно бесспорной. Так, Г.Ф. Шершеневич обращал внимание на существование «законов в формальном смысле», например, в тех случаях, когда законодательное учреждение утверждает бюджет или же одобряет внешний или внутренний заем. Он отмечал, что соответствующие документы рассчитаны на однократное применение и не являются нормативными. В советской юридической науке вопрос о нормативности закона также не решался однозначно. Сторонники «нормативности» закона отмечали, что закон призван служить постоянной основой для установления в стране порядка отношений, а это могут сделать только нормы. Их противники утверждали, что отдельные индивидуальные акты, такие, как акты планирования и бюджеты, также служат основой многих отношений. Более того, нормативность не придает закону большую значимость15. Действующее законодательство и Конституция Российской Федерации не требуют обязательной нормативности законов. Среди федеральных законов есть по крайней мере одна группа актов (если не считать законов, принятых в связи со смертью депутатов), не имеющая нормативного характера, — это законы об исполнении бюджетов. Вместе с тем следует признать, что подавляющее большинство законов являются нормативно-правовыми актами.

По юридической силе, порядку принятия и предмету регулирования на федеральном уровне различаются следующие виды законов:

14 См.: Алексеев С.С. Указ. соч. С. 221.

15 См.: Алексеев С.С. Проблемы теории права: В 2 т. Свердловск, 1973. Т. 2. С. 64.

Конституция Российской Федерации, законы Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы. На региональном уровне выделяют конституции (уставы) субъектов Российской Федерации и законы субъектов Российской Федерации. В некоторых субъектах Российской Федерации имеются конституционные законы субъектов Российской Федерации.

Конституция является основным законом, обладающим высшей юридической силой по отношению ко всем источникам права. По Г. Кельзену, именно конституция служит обоснованием законности всех действующих в государстве правовых норм16. Она служит базой для текущего законодательства, которое развивает ее положения. Ее принятие и изменение — специально усложненный процесс, который может быть инициирован ограниченным кругом лиц17.

Конституция имеет многоцелевой и многофункциональный характер. Она является не просто юридическим документом, но и политическим, идеологическим, социальным и экономическим актом18. Это и учредительный документ19. Нормы Конституции могут быть как конкретными, так и предельно абстрактными — по мнению некоторых исследователей, настолько, что они реализуются только через посредство других норм, не имея самостоятельного регулятивного характера20. Однако даже самые абстрактные конституционные нормы определяют основные параметры поведения в наиболее важных сферах общественной и государственной жизни и в силу этого имеют нормативное, регулирующее значение21.

Согласно ст. 135 Конституции Российской Федерации, главы 1, 2 и 9 не могут быть пересмотрены Федеральным Собранием. В случае поддержки последним предложения о пересмотре названных глав созывается Конституционное Собрание, которое либо подтверждает неизменность Конституции, либо разрабатывает проект новой Конституции. Подготовленный проект принимается Конституционным Собранием. Однако такое принятие не делает проект нормативно-правовым актом, поскольку он не имеет общеобязательного характера. Новая Конституция должна быть принята в результате всенародного голосования.

Законами Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации вносятся любые изменения в гл. 3-8 Консти-

16 McLeodI. Legal theory. Hampshire, 2003. С. 88.

17 См.: Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность. М., 1997. С. 31-38.

18 См.: Марченко М.Н. Указ. соч. С. 174.

19 См.: Алексеев С.С. Общая теория права. С. 224.

20 См.: Лучин В.О. Конституция Российской Федерации. Проблемы реализации. М., 2002. С. 9.

21 Там же. С. 13.

туции Российской Федерации. Порядок внесения предложения о поправке к Конституции, принятия, одобрения и вступления в силу Закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 04.03.1998 г. № 33-ФЗ «О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции Российской Федерации»22.

Федеральные конституционные законы принимаются только по тем вопросам, которые предусмотрены Конституцией Российской Федерации, и должны быть приняты и одобрены квалифицированным большинством голосов парламента Российской Федерации. Они не должны противоречить Конституции Российской Федерации и им должны соответствовать федеральные законы. Как отмечает С.А. Авакьян, введение категории «федеральные конституционные законы» объясняется необходимостью подчеркнуть важность определенных вопросов и обеспечить их стабильность и основательность. Однако это не ставит федеральные конституционные законы на один уровень с Конституцией Российской Федерации23.

Основную группу законов составляют федеральные законы, принимаемые Федеральным Собранием Российской Федерации или на референдуме по вопросам, входящим в предмет ведения Российской Федерации.

Конституции (уставы) субъектов Российской Федерации, определяя их статус, равно как и законы субъектов Российской Федерации, должны соответствовать Конституции Российской Федерации и федеральным законам (за исключением актов субъектов, принимаемых вне пределов ведения Российской Федерации и совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации).

Подзаконные нормативно-правовые акты характеризуются следующими особенностями: их принятие, опубликование и вступление в действие осуществляется в упрощенном порядке; правотворческая компетенция органов, их принимающих, определяется в законе или ином нормативно-правовом акте; они опосредуют нормы федеральных законов; высокой степенью неоднородности; их соотношение с законами выражается в таких юридических формулах, как «на основании и во исполнение закона», «не должны противоречить закону», «в соответствии с законом» и т.п.24

Итак, порядок принятия подзаконных актов существенно различается в зависимости от вида, но в целом они принимаются по более простой процедуре, чем законы, и поэтому используются для оперативного реагирования на потребности в правовом регулировании. К признакам подзаконного акта относят также необходимость их госу-

22 СЗ РФ. 1998. № 10. Ст. 1146.

23 См.: Авакьян С.А. Указ. соч. С. 32.

24 См.: Иванов С.А. Указ. соч. С. 28.

дарственной регистрации, которая имеет разрешающий характер25. Однако такой государственной регистрации подлежат не все акты: например, не требуют регистрации акты Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации.

Полномочия на издание подзаконных актов, правотворческая компетенция издающих их органов определяются законами или же иными нормативно-правовыми актами. Так, правотворческая компетенция палат Федерального собрания (при принятии ими постановлений) и Президента Российской Федерации определена Конституцией Российской Федерации (ст. 90, 102, 103 и др.). Особым образом определена Конституцией Российской Федерации правотворческая компетенция Правительства Российской Федерации, которое вправе принимать распоряжения и постановления на основании и во исполнение Конституции Российской Федерации, федеральных законов, нормативных указов Президента Российской Федерации. Иными словами, для принятия акта Правительства необходимо особое указание в акте более высокой юридической силы, в то время как подзаконные акты палат Федерального Собрания и Президента Российской Федерации принимаются в пределах из компетенции.

Ю.Г. Арзамасов выделил следующие способы формирования правотворческой компетенции федеральных министерств: путем законодательных предписаний, прямо определяющих правотворческую компетенцию или содержащих ссылки на определенный акт; в силу поручения Президента Российской Федерации или Правительства Российской Федерации; на основании нормативно-правовых актов Президента Российской Федерации или Правительства Российской Федерации; по общему указанию на возможность регламентации сферы общественных отношений нормативно-правовыми актами федеральных министерств и ведомств; определение компетенции нормами ведомственных нормативных актов, принятых на основе актов большей юридической силы26. Необходимо отметить, что общее указание законодательства на возможность регламентации отношений подзаконными актами само по себе недостаточно для обоснования права конкретного органа на издание акта. Что касается определения компетенции в актах самих ведомств, то такими документами, на наш взгляд, может быть определен внутренний порядок реализации полномочий, возложенных на соответствующие органы актами большей юридической силы.

К отличительным свойствам подзаконных нормативно-правовых актов относят то, что их нормы, как правило, являются видовыми по отношению к нормам законов, которые являются нормами родового

25 См.: Бошно С.В. Указ. соч. С. 280.

26 См.: Арзамасов Ю.Г. Нормотворческая компетенция федеральных органов исполнительной власти // Государство и право. 2007. № 6.

значения27. Данный критерий представляется весьма неопределенным, поскольку неочевидно, какие нормы являются видовыми, а какие родовыми. Содержательная зависимость подзаконных нормативно-правовых актов от закона заключается в том, что последние детализируют, конкретизируют, дополняют, организационно и иным образом обеспечивают реализацию норм законов. Нередко положения законов не могут применяться в отсутствие необходимой подзаконной регламентации. Закон регулирует наиболее важные общественные отношения, а подзаконные акты создают механизм их реализации.

Высокая степень неоднородности нормативных актов связана с относительно большим количеством субъектов подзаконного правотворчества и с различными целями принятия ими актов. Подзаконные акты также образуют систему, в которой имеются иерархические и иные связи. Поэтому в юридической литературе предлагается рассматривать системность в качестве признака подзаконных актов28. Вместе с тем системность характерна не для отдельного нормативно-правового акта, а для совокупности всех нормативно-правовых актов.

Среди подзаконных актов федерального уровня в зависимости от органа, их принявшего, выделяют: постановления (нормативно-правового содержания) палат Федерального Собрания Российской Федерации, нормативно-правовые акты Президента Российской Федерации, постановления Правительства Российской Федерации, акты федеральных министерств и ведомств, а также некоторых органов и организаций (например, Центрального банка Российской Федерации или Пенсионного фонда Российской Федерации).

Постановления палат Федерального Собрания иногда рассматривают в качестве законодательных актов, при этом ссылаются на их юридическую силу и характер29. К сожалению, вопрос о юридической силе таких документов законодательно не определен: неясно их положение в системе источников права. Учитывая упрощенный порядок принятия постановлений, они не могут быть возведены на уровень федерального закона.

Виды подзаконных актов субъектов Российской Федерации также различаются и устанавливаются нормативно-правовыми актами субъектов. Такие акты должны не только соответствовать Конституции и законам Российской Федерации, но и конституциям (уставам) и законам субъектов Российской Федерации.

Подзаконный характер имеют акты органов местного самоуправления. При этом уставы и акты, принятые на местном референдуме, обладают высшей юридической силой в системе муниципальных нормативно-правовых актов и иные акты не должны им противоречить.

27 См.: Иванов С.А. Указ соч. С. 28.

28 См.: Бошно С.В. Указ. соч. С. 281.

29 См.: Российское законодательство: проблемы и перспективы. М., 1995. С. 2.

В зависимости от степени систематизации нормативно-правовые акты делят на кодифицированные и акты текущего законодательства. Кодифицированные формы используются для целостной регламентации какой-либо сферы законодательства с целью упорядочения соответствующих норм. Кодифицированные акты создаются в соответствии с особенными правилами юридической техники и характеризуются большим объемом, сложной структурой и большой степенью обобщенности норм. Они призваны играть роль основного нормативно-правового акта по соответствующему вопросу. Такие акты, как правило, отличаются стабильностью30.

К числу спорных вопросов законодательства и правоприменительной практики относится вопрос о том, обладают ли кодифицированные акты большей юридической силой по сравнению с актами текущего законодательства. Так, Конституция Российской Федерации не предусматривает большей юридической силы кодифицированных актов. В то же время системообразующая роль кодифицированных актов требует признания за ними большего авторитета, нежели за иными актами. В связи с этим, например, многими кодексами закрепляется приоритет их норм по отношению к иным нормативно-правовым актам соответствующей сферы.

Конституционный суд Российской Федерации в связи с закреплением приоритетного значения кодексов сформулировал две различные позиции. В определении от 03.02.2000 г. № 22-О Суд в связи с вопросом о соответствии норм Федерального закона от 25.02.2009 г. № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организа-ций»31 нормам Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК) подчеркнул, что «ни один федеральный закон в силу статьи 76 Конституции Российской Федерации не обладает по отношению к другому федеральному закону большей юридической силой»32. С другой стороны, в постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 29 июня 2004 г. № 13-П сделан вывод о том, что федеральный законодатель, кодифицируя нормы, регулирующие производство по уголовным делам, вправе установить приоритет Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК) перед иными федеральными законами в регулировании уголовно-процессуальных отношений. Представляется неясным, чем обусловлено такое различие в оценке правомерности установки приоритета норм ГК и УПК.

Решение о возможности закрепления приоритета норм УПК Конституционный суд Российской Федерации, в частности, мотивировал тем, что установление новых норм, регулирующих уголовно-процес-

30 См.: Бошно С.В. Указ. соч. С. 255; Котелевская И.В, Тихомиров Ю.А. Правовые акты: Учеб.-практ. пособие. М., 1995.С. 38.

31 СЗ РФ. 1999. № 9. Ст. 1097.

32 СЗ РФ. 2000. № 14. Ст. 1532.

суальные отношения, должно быть согласовано с УПК, а появление в регулировании уголовного судопроизводства нормативных положений, ему противоречащих, может создать неопределенность в правовом положении участников судопроизводства, привести к дестабилизации единого правового пространства в сфере уголовного судопроизводства. При установлении требования о приоритете законодатель, по мнению суда, исходил из особой роли, которую выполняет в правовой системе Российской Федерации кодифицированный нормативный правовой акт. Сказанное справедливо и для иных кодексов. Особенностью УПК является то, что другими федеральными законами не должны регулироваться уголовно-процессуальные отношения. Однако если иными федеральными законами не должны регулироваться уголовно-процессуальные отношения, то неясно, по отношению к каким актам закрепляется приоритет.

Рассматривая вопрос о приоритете норм УПК, Л.В. Головко справедливо отметил неопределенность критериев разграничения общественных отношений. Так, УПК счел нормы о возмещении имущественного вреда реабилитированному гражданину уголовно-процессуальными, а ГК — гражданско-правовыми33.

Представляется оправданным мнение о том, что приоритет кодекса должен быть обеспечен на стадии правотворчества, а не в ходе применения законодательства34.

В зависимости от принадлежности к отрасли законодательства могут выделяться акты конституционного, гражданского, уголовного, административного и др. законодательства. Внутри каждой отрасли складывается своя подсистема нормативно-правовых актов.

По объекту правового регулирования выделяют институционные нормативно-правовые акты, регулирующие правовой статус государственных и общественных органов и организаций, и регламентационные акты, регулирующие те или иные общественные отношения или формируемые на их основе комплексы35. В юридической литературе наряду с нормативно-правовыми актами предлагается выделять акты об отмене, изменении или утверждении правовых норм, не содержащие правовых норм (акты «нормативно-вспомогательного значения»)36.

Актуальной представляется предлагаемая М.Н. Марченко классификация нормативно-правовых актов в зависимости от их эффективности на эффективные, малоэффективные и не эффективные37. Национальным планом противодействия коррупции от 31.07.2008 г.

33 См.: Головко Л.В. Место кодекса в системе источников уголовно-процессуального права // Государство и право. 2007. № 1. С. 43.

34 См.: Бошно С.В. Указ. соч. С. 260-261; Головко Л.В. Указ. соч. С. 44.

35 См.: Марченко М.Н. Указ.соч. С. 137.

36 См.: Иванов Р.Н. Юридическая природа нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти: Дис. ... канд.юрид.наук. М., 2005. С. 16-17.

37 См.: Марченко М.Н. Указ. соч. С. 144.

№ Пр-156838 предусмотрено создание системы мониторинга правоприменения в целях своевременной корректировки законодательства. Оценка в рамках мониторинга эффективности законодательства потребует выработки четких критериев эффективности. Целесообразно включить в число таких критериев показатели качества самих актов, а также их реализации.

К особому виду нормативно-правовых актов в юридической литературе относят формы выражения судейского права. Так, постановления высших судов, содержащие нормативное толкование, могут рассматриваться как нормативные интерпретационные правовые акты39. Правотворческая деятельность судов существенно отличается от нормотворчества законодательных и исполнительных органов власти, а результаты этой деятельности обладают специфическими чертами, несвойственными нормативно-правовым актам: возникновение при осуществлении правосудия и по поводу свершившихся фактов; вторичный характер по отношению к законодательству; связанность с конкретными случаями и др. В связи с этим формы судейского права целесообразно рассматривать в качестве особого источника права — судебной практики, а не разновидности нормативно-правовых актов.

Возможны и иные классификации нормативно-правовых актов помимо названных. В юридической литературе отмечают важность законодательной, официальной классификации нормативно-правовых актов для построения четкой системы нормативно-правовых актов40. Признавая необходимость официальной классификации нормативно-правовых актов в зависимости от юридической силы, в то же время следует подчеркнуть, что формирование целостной и непротиворечивой системы правового регулирования невозможно без классификации всех источников права по названному критерию, т.е. в зависимости от юридической силы.

Список литературы

1. Бошно С.В. Формы российского права. М., 2004.

2. ГоловкоЛ.В. Место кодекса в системе источников уголовно-процессуального права // Государство и право. 2007. № 1.

3. Иванов С.А. Нормативные правовые акты Российской Федерации: Учеб. пособие. М., 2004.

4. Марченко М.Н. Источники права: Учеб. пособие. М., 2005.

5. Морозова Л.А. Выбор формы законодательного акта и эффективное ее использование // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. ст. Н. Новгород. 2001. Т. 1.

38 Российская газета. 2008. № 164.

39 См.: Гурова Т.В. Актуальные проблемы теории источников права. Тольятти, 2001. С. 93-94.

40 Там же. С. 110.

7 ВМУ, право, № 2