Политэкономия / История болезни

Политэкономия / История болезни

Бюджет наложенным платежом

       В России складывается революционная налоговая ситуация. Верхи не могут собрать налоги, поскольку низы не хотят их платить. Государство на пороге финансового краха.
       
       Выступая в минувший вторник в Московском международном нефтяном клубе, глава Госналогслужбы Александр Починок сделал сенсационное признание: "Как ни парадоксально, позиция налоговой службы — это общее снижение расходов государства и соответствующее снижение налогового бремени. Мы считаем, что, например, налоговую нагрузку на нефтяные компании можно снизить на 20-25%. Результаты будут только положительные".
       Несложно понять причины, которые сподвигли главного налоговика страны на признание того, что система, которую он призван олицетворять, неэффективна. Они на поверхности — собираемость налогов пока не превышает 60% от плана. Сложнее понять, почему Починок не идет привычным путем угроз и запугивания налогоплательщиков. Для этого необходимо вникнуть в логику развития налоговой системы России последних лет.
       
Вынужденные роды
       Современный российский бюджет и современные российские налоги родились 2 января 1992 года, в день, когда правительство Егора Гайдара провело либерализацию цен.
       До того, в советское время, бюджет и налоги существовали только на бумаге, а свои реальные расходы государство финансировало за счет печатного станка. Денег было напечатано так много, а товаров в России было так мало, что у государства оставался только один выход — обесценить все находившиеся на руках у населения и на счетах предприятий деньги, либерализовав цены. Что было свидетельством банкротства финансовой системы.
       Начиная с 1992 года бюджет в России уже был настоящим — государство действительно стало расходовать деньги в строгом соответствии с бюджетными проектировками. А вот за то, что придуманные тогда новые российские налоги — НДС (взимавшийся по очень высокой ставке в 28%), налог на прибыль (ставка от 32 до 45%), налоги на имущество, подоходный налог с многоступенчатой прогрессивной шкалой — действительно обеспечивают те госдоходы, которые записаны в бюджете, никто не рискнул бы поручиться.
       Дело в том, что в течение нескольких лет Центробанку было разрешено покрывать бюджетный дефицит своими кредитами. А какой на самом деле был бюджетный дефицит и какую долю в нем составляли запланированные, но несобранные налоги, проверить было очень трудно. Правительство на несовершенство налоговой системы не жаловалось — ЦБ не жалел кредитов. А огромная инфляция к концу каждого бюджетного года сама добавляла нули в цифры налоговых поступлений.
       Единственное, что можно было сказать о российских налогах, так это то, что внешне они абсолютно походили на налоги любой цивилизованной страны. И это было главное, о чем заботились разработчики новой российской системы. Не особенно скрывалось, что экономические реформы (как и реформы в любой другой развивающейся или постсоциалистической стране) проводятся под давлением Парижского и Лондонского клубов кредиторов. России, имеющей огромный внешний долг и не способной его выплатить, нужно было убедить кредиторов подождать.
       Для этого российская экономика и обзаводилась хорошо знакомыми кредиторам атрибутами нормальной рыночной экономики. Цивилизованная по форме налоговая система — это то, что кредиторам виднее всего. И не только кредиторам, но и инвесторам. Запад и Москва единодушно считали, что иностранные инвестиции — это тот самый необходимый для преодоления кризиса капитал. Поначалу новая российская налоговая система и представителям западных фирм, и МВФ понравилась — ведь она отличалась от советской. Вызывали сомнения только явно завышенные налоговые ставки. Но, как считали инвесторы, российские власти со временем сами поймут чрезмерность налогового бремени и ставки снизят.
       
Интенсивная терапия
       В 1995 году произошло то, что давно должно было произойти: под давлением Запада российские власти отказались от прямого кредитования Центробанком бюджетного дефицита. Российский бюджет стал полностью аналогичен бюджету любой цивилизованной страны, где государство финансирует свои расходы исключительно за счет налогов и размещения государственных ценных бумаг.
       Началось самое интересное. Выяснилось, что российская налоговая система почему-то не может собрать необходимые государству деньги. Бюджетные планы по налоговым поступлениям ни разу выполнены не были. Государство выручали только кредиты МВФ, размещение на внутреннем, а затем и на внешнем рынке огромного количества ГКО и на редкость успешная продажа еврооблигаций.
       Последовали попытки что-то исправить в налоговой системе — чтобы она все же приносила побольше денег. Например, увеличивали ставки налогов. Так, в марте 1995 года налог на прибыль повысили с 32 до 35% (в то время он занимал первое место по роли в бюджетных поступлениях). Ежегодно ликвидировали налоговые льготы. Квинтэссенцией попыток исправить российскую налоговую систему стала разработка в прошлом году проекта Налогового кодекса, в котором есть все — ликвидация льгот, повышение одних ставок и снижение других, введение новых налогов.
       Одновременно власти пытались выбить налоговые платежи с помощью административных методов. Самое эффектное мероприятие этого рода прошло в октябре прошлого года. Анатолий Чубайс, тогда глава администрации президента, возмутился: "Одни голодают, другие не платят налогов!" В итоге была создана Временная чрезвычайная комиссия по укреплению налоговой и бюджетной дисциплины при президенте России. Организация, которую все сразу окрестили ВЧК и которая действительно начала работать чекистскими методами, осуществляя психологический террор среди директоров крупных предприятий и угрожая им уголовным преследованием.
       
Неотложная реанимация
       Однако две недели назад стало ясно, что все эти усилия были совершенно напрасны. Российские и иностранные держатели ГКО разочаровались в государственных бумагах и бросились на российский валютный рынок, правительство и Центробанк по-настоящему запаниковали.
       Причина их паники в том, что, даже по официальным данным, сейчас собирается не более 65% запланированных налогов и судьба бюджета по-прежнему полностью зависит от размещения государственных бумаг. Кризис на рынке этих бумаг (а это действительно кризис — не случайно доходность ГКО пришлось увеличить чуть ли не вдвое, чтобы их продолжали покупать) показал, что российский бюджет может рухнуть в любой момент.
       Сейчас российские власти готовы к налоговой революции. Две недели назад премьер Виктор Черномырдин и первый вице-премьер Анатолий Чубайс объявили, что правительство готовит план кардинального улучшения собираемости налогов. А на прошлой неделе заместитель главы президентской администрации Александр Лившиц обнародовал свой налоговый план.
       Суть предложений Лившица такова. Во-первых, объединить ГНС, ГТК и Росалкогольмонополию и передать их в подчинение министру финансов. Во-вторых, активизировать работу ВЧК ("Возбуждать уголовные дела и сажать",— пояснил Лившиц). В-третьих, прекратить разговоры на тему налоговой амнистии, как "деформирующие психологию налогоплательщика". В-четвертых, изменить Гражданский кодекс, обязав предприятия сначала платить налоги, а только потом зарплату. Наконец, в-пятых, ввести обязательное декларирование источников средств при осуществлении крупных покупок.
       Кстати, закон о госконтроле над крупными покупками граждан Госдума именно на прошлой неделе единогласно приняла в третьем чтении.
       Итак, суть налоговой революции заключается в том, что государство намерено на самом деле выбивать налоги. До сих пор оно занималось этим не всерьез — ВЧК после первых бурных заседаний приутихла, так никого и не посадив; власти стали проявлять все большую готовность торговаться с крупнейшими неплательщиками (достаточно вспомнить появившееся в марте этого года правительственное постановление о реструктуризации налоговой задолженности предприятий при условии передачи государству в залог дополнительной эмиссии их акций). А теперь государство может оставить все попытки договориться и действительно начать конфисковывать имущество предприятий и сажать директоров.
       
Неизбежный рецидив
       Есть ли другие сценарии налоговой революции?
       Есть. Александр Починок утверждает: "Необходимо снижать налоговое бремя на российских налогоплательщиков".
       Идея совершенно понятна. Высокие налоги существуют только на бумаге, а предприятия сейчас платят столько, сколько могут. Снизить существующие налоговые ставки — это всего лишь признать реальность. Пусть формально бюджетные доходы сократятся, но зато это будут настоящие деньги. Остается только пересмотреть бюджет, снизив и государственные расходы. Если удастся это сделать, все в России будет настоящее — и бюджет, и налоги.
       Второй сценарий реализовать труднее. Против снижения налоговых ставок протестовать, конечно, никто не будет — ни граждане, ни парламент, ни правительство, ни президент. А вот со снижением бюджетных расходов все будет иначе. Конечно, имеется в виду настоящее снижение, которое сделает российский бюджет похожим на бюджеты западных стран в те годы, когда они были еще не столь богаты, как сейчас. Попросту говоря, почти полностью будут ликвидированы социальные программы и государственная поддержка производства.
       А против этого протестовать будут все — и парламент, и правительство, и президент, и граждане. Причем никто не гарантирует, что при реальном бюджете и реальных налогах все начнут их с энтузиазмом платить. Разве что российские граждане и предприятия вдруг проникнутся благодарностью к государству. Но ведь могут и не проникнуться, заподозрив, что государство, снизив налоги, задумало хитрым образом всех обмануть.
       Так что более вероятен первый сценарий налоговой революции, то есть чрезвычайщина. Чрезвычайные меры военно-полицейского характера всегда в запасе у любого государства, если граждане ставят под сомнение само его существование. А в случае с российскими налогами все выглядит, как ни громко это звучит, именно так. В самом деле: законно избранный парламент утверждает перечень налогов и налоговые ставки, законно избранный президент их утверждает, а налогоплательщики берут и отказываются подчиняться и денег по тем или иным причинам платят недостаточно.
       Однако вот ведь какая штука: такая налоговая революция вряд ли спасет российские финансы. Если граждане и предприятия до сих пор выплачивали налоги не в полной мере — по-видимому, не особенно уважая нужды бюджета и вообще государство,— то репрессии переполнят их еще большим отвращением к российской налоговой системе, и уж тогда-то она точно лишится даже того, что имела прежде.
       
СЕРГЕЙ ВИКТОРОВ
       
       Инвесторы разочаровались в государственных бумагах — заполнять дыры в бюджете стало нечем
       Теперь государство намерено выбивать налоги всерьез
       Налоговая революция не спасет российские финансы