Демократизм уголовно-исполнительного права: декларация или реальность?

Уголовно-исполнительное право

УДК 343.8 VA. UTKIN*

ББК 67.409.0 У84

DEMOCRACY OF PENAL LAW: DECLARATION OR REALITY?

Аннотация: в статье анализируется принцип демократизма применительно к уголовно-исполнительному праву.

Ключевые слова: уголовно-исполнительное законодательство, правовые принципы, принцип демократизма.

ВЛАДИМИР

АЛЕКСАНДРОВИЧ

УТКИН*

ДЕМОКРАТИЗМ УГОЛОВНОИСПОЛНИТЕЛЬНОГО ПРАВА: ДЕКЛАРАЦИЯ ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ?

Annotation: the article deals with the principle of democracy in respect of penal law.

Key words: penal legislation, legal, principle, principles of democracy.

Статья 8 УИК РФ «Принципы уголовно-исполнительного законодательства» гласит, что «уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма, равенства осужденных перед законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их правопослушного поведения, соединения наказания с исправительным воздействием». В советском исправительно-трудовом законодательстве не было аналогичной нормы. Только законность как общее требование к исполнению уголовных наказаний упоминалась в ст. 10 Основ исправительно-трудового законодательства Союза ССР и союзных республик 1969 г. и в ст. 10 ИТК РСФСР 1970 г.

Попытка законодателя определить некие положения в ранге принципов, безусловно, заслуживает поддержки с точки зрения обеспечения единства и системности правового регулирования исполнения всех уголовных наказаний и иных мер уголовно-правового характера в новых социально-политических условиях. Между тем существующее многие годы традиционное понимание правовых принципов лишь как «руководящихидей» сохраняет неоправданно высокую степень субъективности в определении как перечня принципов, так и содержания каждого из них. В связи с этим закрепление в законе принципов уголовно-исполнительного законодательства не только не ставит точку в дискуссиях, но и предполагает их активизацию в свете реформирования уголовно-исполнительной системы. Рассмотрим более подробно один из них - принцип демокра-

* Доктор юридических наук, профессор, директор института (Юридический институт Томскогогосударственногсуниверситета) E-mail: editor@academiust.rvazantelecom.ru.

so

тизма с учетом замечания более общего свойства. Оно касается отраженной в ст. 8 УИК РФ сферы действия- упомянутых в ней принци -пов. Данная статья именуется «принципы уголовно-исполнительного законодательства», что безосновательно сужает границы их действия и не отвечает реальному положению вещей. Согласно ч. 1 ст. 2 УИК РФ уголовноисполнительное законодательство Российской Федерации «состоит из настоящего Кодекса и других федеральных законов». Остается только сожалеть, что законодатель не распространил указанные принципы на подзаконные нормативные акты (ст. 4 УИК РФ) и такие важные элементы механизма уголовно-исполнительного правового регулирования, как индивидуальные правовые акты, правовые отношения субъектов исполнения и отбывания уголовных наказаний и, наконец, на фактическое их поведение. Методологически более правильно расценивать роль приведенных в ст. 8 УИК РФ положений в качестве принципов не только законодательства, но и уголовно-исполнительного правового регулирования.

В отношении принципа демократизма очевидно, что он является производным от понимания демократии. С позиций общей теории права и конституционного права демократия -это политический режим, который основывается на познании принципа равенства и свободы всех людей, верховенства закона, разделении властей, участии граждан в управлении государством, в том числе путем выборов1.

В отличие от законности (социалистической законности), которая на волне преодоления наиболее одиозных черт ГУЛАГа стала выдвигаться в качестве принципа исправительно-трудового права (политики, деятельности) уже в середине 50-х годов прошлого века, демократизм (советский, социалистический) занял аналогичное место лишь в начале 60-х годов, что, несомненно, было связано с так называемой хрущевской оттепелью. Все пе-нитенциаристы тех лет упоминали о нем как об одном из общеправовых принципов советской исправительно-трудовой политики, но вкладывали в него неодинаковое содержание. Наиболее часто демократизм исправительно-трудового права усматривался в том, что последнее «закрепляет волю трудящихся масс» (Н.А. Беляев, 1971), «всего народа» (И. А. Сперанский, 1970), «защищает народовластие» (О.Н. Бажанов, 1980), предполагает возрастание роли советской общественности в деле исполнения наказаний, выражает демократи-

зацию управления органами, исполняющими наказания (Н.А. Стручков, 1984).

В ходе подготовки новой кодификации исправительно-трудового (уголовно-исполнительного) законодательствапринцип демократизма нашел отражение практически во всех проектах Основ уголовно-исполнительного законодательства и уголовно-исполнительных кодексов 1985-1996 гг. И это понятно, ведь проекты, конечно же, не могли игнорировать вначале провозглашенную «демократизацию» советского общества как составную часть «перестройки», а после 1991 г. - демократизм нового Российского государства в качестве противовеса «социалистическому демократизму» советского общенародного государства. Тем не менее конкретное понимание принципа демократизма уголовно-исполнительного права также было весьма различным, нередко излишне политизированным, аморфным и очень противоречивым. Например, в одном из проектов УИК РФ (1991 г.) демократизм при исполнении наказаний усматривался в развитии самоуправления осужденных, участии в исправлении осужденных общественности, трудовых коллективов, родственников осужденных, в общественном контроле за деятельностью уголовно-исполнительной системы. Многообразие иногда несовместимых взглядов на конкретное содержание принципов уголовноисполнительного права привело к тому, что окончательный вариант проекта УИК 1996 г. ограничился их перечислением, не раскрывая содержания последних.

После принятия УИК РФ 1996 г. возник широкий спектр мнений по поводу содержания закрепленных в ст. 8 УИК РФ принципов. Обобщим эти суждения применительно к принципу демократизма. По мнению ряда российских ученых-пенитенциаристов, содержание и действие этого принципа в российском уголовноисполнительном законодательстве следует усматривать:

- в демократизме принятия уголовно-исполнительного законодательства и порядка внесения в него изменений;

- учете общественного мнения при совершенствовании законодательства и деятельности уголовно-исполнительной системы;

- соответствии задач уголовно-исполнительного законодательства интересам народа;

- признании осужденных субъектами права при гарантировании им прав и свобод с установленными в законе ограничениями;

Уголовно-исполнительное право

Уголовно-исполнительное право

- содействии общественных объединений учреждениям и органам уголовно-исполнительной системы и общественном контроле за их деятельностью;

- расширении участия общественности в исполнении наказания в порядке подачи и разрешения обращений осужденных и свободе выбора ими языка обращений и переписки;

- открытости, гласности деятельности учреждений и органов, исполняющих наказания;

- различных формах контроля (судебный, ведомственный контроль, прокурорский надзор, контроль со стороны органов власти субъектов РФ и органов местного самоуправления) за деятельностью учреждений и органов, исполняющих наказания, и в расширении круга его субъектов

- принятии ряда решений администрацией исправительных учреждений с участием общественности;

- расширении так называемых диспозитивных начал решения некоторых вопросов при исполнении наказания;

- демократизации управления уголовно-исполнительной системой, в усилении в этом роли местных (региональных, муниципальных) властей.

Данными положениями, в сущности, и исчерпываются попытки определения содержания принципа демократизма уголовно-исполнительного законодательстваи исполнения наказаний.

Отмеченное ранее понимание всякой «руководящей идеи» как принципа правового регулирования предполагает обращение к предмету уголовно-исполнительного права, отраженному в ч. 2 ст. 2 УИК РФ. Очевидно, что в ранг принципа может быть возведена лишь такая «руководящая идея», которая распространяется или может быть распространена на все или большинство институтов уголовно-исполнительного права, регламентирующих отдельные стороны общественных отношений, возникающих между государством и осужденными в процессе и по поводу исполнения уголовных наказаний и реализации иных мер уголовно-правового характера. Такой подход, который мы считаем единственно верным с позиций общей теории права, побуждает весьма скептически отнестись к характеристикам принципа демократизма, приведенным выше.

Очевидно, что направленность уголовноисполнительного законодательства на обеспечение интересов народа, а также порядок его принятия и внесения в него изменений, учет при этом общественного мнения, методы управления уголовно-исполнительной системой, наличие прокурорского надзора, судебного и ведом-

ственного контроля не имеют отношения к предмету уголовно-исполнительного права, а соответственно не могут выражать его демократизма. Последние играют роль средств обеспечения иных принципов и прежде всего принципа законности в уголовно-исполнительной системе. Формой реализации данного принципа является также признание осужденных субъектами права, установление и гарантирование их конкретных прав и законных интересов.

Не следует также смешивать демократизм и гуманизм. Если последний воплощен в целом ряде авторитетных международных документов общего и специального характера (например, в Своде принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме (1988) и Минимальных стандартных правилах обращения с заключенными), то этого нельзя сказать о принципе демократизма. То же справедливо и для соотношения демократизма и участия общественности (гражданского общества) в реализации уголовно-исполнительной политики. Важность такого участия бесспорна и отражена на международном уровне (например, в ст. 60, 61 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными). В Уголовно-исполнительном кодексе РФ 1996 г. данное положение, к сожалению, не получило закрепления в ранге принципа, что не могло не породить известную непоследовательность, противоречивость и половинчатость решений, принятых впоследствии в этом направлении. Кроме того, нельзя, конечно, отрицать в уголовно-исполнительном праве и его применении некоторыхначал диспозитив-ности (например, ч. 1 ст. 77, п. «д» ч. 3 ст. 78 УИК РФ)2. Однако это лишь исключения, подтверждающие общее правило: превалирующим методом уголовно-исполнительного правового регулирования все же служит императивный метод, или метод «властного приказа».

Попытки увязать отдельные элементы дис-позитивности в сфере исполнения наказаний с принципом демократизма представляются, по меньшей мере, искусственными.

Уголовное наказание, будучи по сути лишением, ограничением, играет важную роль в охране от преступных посягательств демократического конституционного строя Российской Федерации, прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка. и общественной безопасности, окружающей среды, мира и безопасности человечества (ч. 1 ст. 2 УК РФ). Установление подобных ограничений оправдано, помимо прочего, целью «обеспече-

ния общего благосостояния в демократическом обществе» (ст. 29 Всеобщей декларации прав человека). Но это отнюдь не означает, что в отношениях между государством в лице соответствующих учреждений и органов и осужденными непосредственно реализуется принцип демократизма, ведь уголовное наказание - это мера государственного принуждения. Не случайно принцип демократизма не закреплен ни в уголовном, ни в уголовно-процессуальном законодательстве. Тем не менее это отнюдь не снижает значения в защите интересов народа основных ценностей демократического правового государства (ст. 1, 2, 17 Конституции РФ).

На наш взгляд, закрепление в УИК РФ принципа демократизма стало привычной данью прошлому, подобно тому, как в советский период считалось обязательным упоминание «руководящей роли КПСС». К сожалению, данный принцип фактически и юридически заслонил собой принцип участия общественности, который ранее довольно успешно осуществлялся при исполнении наказаний (наблюдательные комиссии, общественные инспекторы инспекций исправительных работ и т. п.). По действующему законодательствуправовые основы участия общественности в уголовно-исполнительной деятельности на порядок ниже, чем в ИТК РСФСР 1970 г. и иных ранее действовавших нормативных актах советского периода3.

Можно возразить, сославшись на принятие в 2008 г. Федерального закона «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания». Между тем недолгая

практика его применения продемонстрировала неполноту и декларативность ряда его ключевых положений и отсутствие надлежащего механизма их реализации. Например, лишь в июле 2010 г. в ст. 23 УИК РФ было внесено дополнение, конкретизирующее одну из форм участия членов общественных наблюдательных комиссий в общественном контроле за обеспечением прав человека в исправительных учреждениях и дисциплинарных воинских частях. Кроме того, данный Закон не распространяется на уголовно-исполнительные инспекции, осуществляющие свою деятельность примерно в отношении половины всех осужденных в России.

Изложенное не означает, что, отрицая принцип демократизма в правовом регулировании исполнения наказаний, мы призываем к закручиванию гаек. Просто в решении своих задач уголовно-исполнительному законодательствуи правоприменительной практике достаточно принципов гуманизма, законности, экономии репрессии и принудительных средств, равенства перед законом, а также иных принципов, состав которых нуждается в специальном исследовании. Во всяком случае, следует внести в число предусмотренных в ст. 8 УИК РФ принципов участие общественности (гражданского общества) в уголовно-исполнительной деятельности и контроле за учреждениями и органами, исполняющими уголовные наказания. Следующим шагом должна быть разработка и законодательное закрепление именно в УИК РФ конкретных форм такого участия на основе адаптации к современным реалиям богатого отечественного и значимого для России международного опыта.

1 См.: НудненкоЛ.А. Теориядемократии. М., 2001. С. 14; ЛебедевВ.А., Киреев В.В. Сувереннаядемократия как конституционнаяидея современной России. Челябинск, 2007. С. 55-56.

2 См., напр.: КиселевН.В. Диспозитивные начала правового регулированияисполненияуголовногонака-зания в виде лишения свободы: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск 1998.

3 См.: Уткин В.А. Правовые основы неучастия общественности в реализации уголовно-исполнительной политики // Проблемы теории наказания и его исполнения в новом Уголовноми Уголовно-исполнительном кодексах М., 1997. С. 146.

Уголовно-исполнительное право