«Русская земля» в первой половине xii В. : из наблюдений над текстом Ипатьевской летописи за 1110-1150 гг

2006. № 7 ИСТОРИЯ

УДК 94

Д.М. Котышев

«РУССКАЯ ЗЕМЛЯ» В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XII ВЕКА: ИЗ НАБЛЮДЕНИЙ НАД ТЕКСТОМ ИПАТЬЕВСКОЙ ЛЕТОПИСИ ЗА 1110-1150 ГОДЫ

Анализируется понятие «Русская земля» в сообщениях Ипатьевской летописи за 11101150 гг. Эволюция термина в рассматриваемый период, по мнению автора, отражает процесс политического распада Киевской Руси.

Ключевые слова: древнерусская народность, Русь, «Русская земля», Ипатьевская летопись.

В историографии древней Руси послевоенного времени сложился достаточно устойчивый стереотип: в Х1-Х11 вв. существовала единая территория, на которой проживала единая - древнерусская - народность, и вся указанная территория описывалась понятием «Русь».

Само определение древнерусской народности появилось в результате дискуссии о периодизации истории СССР и принадлежало В.В. Мавродину. В работе, опубликованной в 1950 г., ученый высказался в том смысле, что уже в

1Х-Х1 вв. сложилась единая языковая и культурная восточнославянская общность, которую он предложил называть древнерусской народностью1. Почти тут же мысль о древнерусской народности была подхвачена рядом других историков, в первую очередь Б.А. Рыбаковым2. Согласно построениям историка, под Русью подразумевалась первоначально территория племенного союза антов, существовавшего в У1-У11 вв. с центром в Среднем Поднепровье. С IX в. Русь или Русская земля расширятся до пределов всего древнерусского государства и в этом качестве существует до XIV в., то есть до времени распада древнерусской народности. При этом Б.А. Рыбаков выделяет, помимо «широкого» толкования Русской земли, и ее узкое понимание, относя к ней «область приднепровской, южной Руси», которая «включала в себя Киев с Поросьем на правом берегу Днепра и Десну с Посеймьем на левом»3. Подобное отождествление Южной Руси с собственно Русью и Русской землей, по мнению Б.А. Рыбакова, «было только историческим воспоминанием»,

отражавшим предания о территории «антов-руси» VI-VII вв.

В результате выстроилась схема развития понятия «Русь» и «Русская земля»: VI-VII вв. - антско-полянский племенной союз «Русь» в Среднем Поднепровье; ГХ-Х! вв. - территория Древнерусского государства; ХЬХГУ вв. -территория Восточной Европы, занятая древнерусской народностью. По мнению Б.А. Рыбакова, налицо расширение со временем понятия «Русь» как отражение процесса развития древнерусской государственности и народности.

ИСТОРИЯ 2005. №7

Высказанная в начале 50-х гг. ХХ в. Б.А. Рыбаковым точка зрения оказала значительное воздействие на формирование всей послевоенной историографии. Основные положения, высказанные Б.А. Рыбаковым о ранней истории Руси4, были приняты исторической общественностью, перекочевали в ряд обобщающих работ и стали на долгое время отражением официальной позиции советской исторической науки5. Одновременно с Б.А. Рыбаковым высказывали свои мнения по данному вопросу и другие историки. К примеру, М.Н. Тихомиров считал, что в ХП-ХШ вв. «термин “Русь” получил двоякое значение: узкое для обозначения Киевской земли и широкое для обозначения всей земли, населенной русскими». При этом историк утверждал, что «Русью первоначально называлась только Киевская земля, откуда это название распро-

6 т~>

странилось на остальные земли восточных славян» . В этом вопросе точка зрения М.Н. Тихомирова незначительно отличалась от мнения Б.А. Рыбакова и представляла собой воспроизведение мысли, высказанной еще в начале ХК в.

А. Федотовым7. Главный пункт, в котором Тихомиров разошелся с Рыбаковым, состоял в тезисе, что на заре русской государственности «Русская земля» обозначала не все государство, а только Киевскую землю. Взвешенный и осторожный подход характерен для работы А.Н. Насонова. Он был склонен видеть в «Русской земле» К-Х вв. «политически господствующее ядро Киевского государства», которое включало в себя территории будущих Киевского, Черниговского и Переяславского княжеств8. Но охарактеризованные выше точки зрения для своего времени так и остались частностями, принципиально не повлиявшими на трактовки «Руси» а науке 50-70-х гг. ХХ в.

Работа Н.Ф. Котляра, посвященная изучению термина «Русь» в летописной традиции ХП-ХШ вв., стала своеобразным рубежом в изучении вопроса. Киевский историк одним из первых в новейшей историографии указал на то обстоятельство, что в 30-40-е гг. ХП в. изменяется само содержание термина «Русская земля», что «узкое» толкование в летописных текстах весьма неоднородно9. Исследования Е.А. Мельниковой и В.Я. Петрухина о значении термина «Русь» в ранний период русской истории убедительно продемонстрировали, что речь идет не о географическом понятии, а о этническом и социаль-ном10. В дальнейшем В.Я. Петрухину удалось показать несостоятельность рассуждений о народе «Рос» в Среднем Поднепровье в VI-VII вв. путем наблюдений над трудами Псевдо-Захарии11. Сложились, таким образом, историографические предпосылки для пересмотра концепции об «узком» значении «Русской земли». Данную задачу попытался решить В.А. Кучкин. Его работы12 имели целью пересмотр выводов Б.А. Рыбакова, но тем не менее, на мой взгляд, не привнесли ничего принципиально нового (хотя выявление большого количества неточностей, допущенных работами Б.А. Рыбакова само по себе немаловажно). Расплывчатость формулировок работы В. А. Кучкина объясняется стремлением исследователя выбрать и проанализировать те выборки летописного текста, которые содержат конкретные географические локализации «Русской земли». Как полагает И.В. Ведюшкина, подобная выборочность чревата большими погрешностями в выводах. По ее мнению, представляется бо-

2006. № 7 ИСТОРИЯ

лее целесообразным не исключать неоднозначные упоминания, а изучать весь корпус сведений целиком13. Итогом предварительных наблюдений исследовательницы стали выводы, идущие вразрез с построениями Рыбакова и его последователей. И.В. Ведюшкина отмечает «разительный контраст в семантике самоназвания между ПВЛ и более поздними летописными сводами (ПВЛ -преобладают общерусские и географически нейтральные названия, при полном отсутствии однозначно узких...; летописные статьи второй трети ХП -первой трети ХШ в. - преобладают определенно узкие и узкие по контексту толкования, мало географически нейтральных, совсем единичны случаи общерусского понимания).» Все это, по мнению И.В. Ведюшкиной, «заставляет поставить под сомнения целый ряд привычных стереотипов». Одним из таковых является «легенда о первичности узкого географического значения “Русской земли”»14. Исходя из сделанных выводов, И.В. Ведюшкина призывает перевести научные дискуссии на данную тему «с уровня концепций на уровень картотек».

Подобный подход представляется мне достаточно правомерным и целиком оправданным. Изучение процессов этнокультурного и государственного развития Руси через призму летописной терминологии должно сопровождаться учетом всех упоминаний «Русской земли», как явных, так и неявных, без оглядки на их географическую определенность. Каждый случай упоминания должен изучаться в составе текста и как его неотъемлемая часть, т.е. в контексте упоминания.

Настоящая работа ставит своей задачей ознакомить научную общественность с результатами наблюдений над текстом Ипатьевской летописи на пространстве 1110-1150 гг. в целях выявления эволюции терминов «Русь и «Русская земля». Ограниченный объем работы делает невозможным изложение результатов наблюдений в полном объеме, поэтому речь пойдет только об основных моментах. Для начала попробую свести выделенные мной упоминания выражений «Русь» и «Русская земля», а также производных от них в хронологическую таблицу, где сведения группируются по погодным статьям.

Г од летописной статьи* Общее число упоминаний терминов в одной погодной статье В том числе упоминаний «широкого» характера

6618 (1109/10) 1 -

6619 (1110/11) 8

6623 (1114/15) 2

6624 (1115/16) 1

6625 (1116/17) 1

6629 (1121/22) 1

6634 (1125/26) 3 1

6647 (1138/39) 1

6648 (1139/40) 3

6652 (1144/45) 1

29 «Русская земля» в первой половине XII века

ИСТОРИЯ 2005. №7

6653 (1145/46) 3 2

6654 (1146/47) 1

6655 (1147/48) 2 1

6656 (1148/49) 1Q

6657 (1149/5Q) 5 1

6658 (115Q/51) 3

6659 (1151/52) 9

Итого 55 5

* Перевод хронологии в современное летосчисление осуществлен по изданию: Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. М., 1963. С. 125, 131, 142.

Анализ известий за первую половину XII в. дает весьма интересный результат. Из 55 упоминаний только 5 случаев, с моей точки зрения, могут быть отнесены к числу так называемых широких толкований.

Таковы, к примеру, сообщения погодных статей 6624-6625 гг., описывающих события 1115-1117 гг. Под 6624 (1115/16) г. встречается единичное упоминание «Руси», в контексте битвы половцев с торками и печенегами на Дону. Битва эта, по словам летописца, продолжалась два дни и двЬ нощи, после чего придоша в Русь къ Володимеру Торци и ПеченЬзи15. О какой Руси здесь идет речь? Сам материал погодной статьи не дает возможности сделать определенные выводы. «Русь» здесь с успехом может быть истолкована как в узком смысле (южнорусские земли), так и в широком (обозначение пределов восточнославянского мира). Косвенным образом в пользу «узкой» трактовки может говорить само построение фразы - торки и печенеги пришли не просто «в Русь», а «къ Володимеру» (который был, как известно, киевским князем). Но это соображение не более чем гипотеза. То же можно сказать об употреблении термина «Русь» в статье 6625 (1116/1117) г. После сообщения о смерти Переяславского епископа Лазаря с указанием точной даты читаем, что придоша БЬловЬжци в Русь16. По смыслу сообщение это напрямую связано с анализировавшимся выше. Уход обитателей Белой Вежи был, по-видимому, вызван активизацией половцев на Дону. Точно так же, как и в 6624 г., термин «Русь» может пониматься двояко, поскольку никакой дополнительной информации для уточнения у нас нет.

Точно так же упоминание Руси и «русского князя» Володаря в статье 6653 (1145/46) г. является одним из немногих примеров расширительного толкования «Русской земли». После сообщения о явлении кометы Галлея читается сообщение о событиях в Польше. Летописец повествует о том, как польский король Владислав «емъ мцжа своего Петрка ослЬпи его... выгна изъ земли свое" и иде в Рцсь». Далее, осмысляя евангельскую притчу, составитель свода указывает на то, что участь, постигшая Петрка, стала возмездием ему за то, что он «емъ Рцского кнзя лестью Володар# и цмучивы и имііние его въсхити»17. Этим указанием летописец возвращает читателя к событиям двадцатилетней давности, случившимся в 1122 г. Об этом сообщает Ипатьевская

под 6630 мартовским годом: «Володаря "ша ЛяховЬ лЬстью Василкова брата»18. Володарь Ростиславич после Любечского съезда 1097 г. и вплоть до своей смерти владел Перемышльской волостью19, никогда не упоминавшейся в составе «Русской земли». Титулование Володаря «русским князем» означает здесь всего лишь, как мне кажется, его противопоставление польским князьям и Польше (в плане этноконфессиональной самоидентификации).

Представляется спорным и содержание термина «Русь» в ст. 6655 (1147/48) г., рассказывающей о поставлении митрополитом Климента Смоля-тича. В его характеристику летописец включает следующие слова: «бЬ бо черноризец и скимникъ и бысть книжник и философъ тако "коже в Рцскои земле не б#шеть»20Идет ли тут речь о Русской земле как этноконфес-сиональном самоопределении (характеризующем все православные земли русской митрополии) либо здесь понимается «узкое» содержание термина, охватывающее территории, подчинявшиеся непосредственно митрополичьему столу? Вопрос представляется мне достаточно сложным и далеким от однозначного разрешения. Список иерархов, принимавших участие в выборах митрополита, не добавляет аргументов в пользу узкого толкования: «Черниговь-скыи епскпъ Wнофрии, бЬлгородьскии еппъ Феwдръ, Пере"славськии еппъ Ецфимии, Гюргевскыи еппъ Демъ"н, Володимерьскии Федоръ, Нов-городьскии Нифонтъ, Смоленскии Манцилъ»21. Из этого списка к епископам «Русской земли» в ее локальном смысле могут быть отнесены черниговский, белгородский, переяславский и юрьевский иерархи. Остальные - влади-миро-волынский, новгородский и смоленский представляли территории, никогда в состав «Русской земли» не входившие. Следовательно, на соборе 1147 г., избравшем Климента, было общерусское представительство в широком смысле этого слова.

В остальных же 50 случаях «Русь» или «Русская земля» определяются достаточно узко и географически конкретны. Но при этом даже в узком понимании «Русской земли» есть своя специфика. До 30-40-х гг. XII в. понятие «Русской земли» включает всю территорию Южной Руси - Киевское, Черниговское и Переяславское княжения. Наиболее краснречиво, на мой взгляд, ситуацию начала XII в. отражают материалы статей 6618/19 и 6623 г.

В первом случае мы сталкиваемся с повествованием о походе на половцев, начинающемся после описания чудесного знамения над Печерским монастырем. В начале статьи говорится, что «цмилосердис# Бъ и посла англы в помощь Русьским кн#земъ на поганы"»22. Более подробно раскрыть смысл выражения Русьским кн#земъ позволяет содержание статьи ИЛ под 6619 г. При описании княжеского съезда на Долобском озере летописец передает обращение Владимира Мономаха к Святополку: «почни глаголати како бы-хомъ промыслили w Русьскои земли»23. На основании дальнейшего текста статьи 6619 г., как мне представляется, можно уточнить географически, о какой Русской земле идет речь, узкое или широкое толкование используется летописцем. Для ответа на этот вопрос попытаемся сначала определить содер-

ИСТОРИЯ 2005. №7

жание термина «Русские князи», а потом, на основании этого точно установить, чьи владения входили в состав «Русской земли».

Выражение «Русские князи» употреблено на пространстве летописной статьи 6619 г. шесть раз:

Приход русских войск под стены «града Шаруканя (выидоша из города и поклонишас# княземъ Рускымъ); сражение с половцами на «потоци ДегЬ"» (и падоша мнози врази наши супостати предъ Рускыми князи и вои... и поможе Бъ Рускымъ кн#земъ ; генеральное сражение с основными силами левобережных половецких орд (...и wступиша [половцы. - Д.К.] пол-кы Рускыи и посла Гъ Бъ англа в помощь Русьскымъ кн#земъ и поидоша Половецтии полци и полъцЬ РусьстЬи24; описание замыслов Владимира Мономаха (англъ вложи въ срдце Володимеру Манамаху пцстити брвтью свою на иноплеменникы Русьскии князи)25; триумфальное возвращение русских князей с победой (възратишас# Русьтии кн#зи въ сво"си съ славою

великою 26.

Помимо «Русских князей», в приведенных отрывках дважды упомянуты «Русские полки».

Кого же понимает летописец под термином «князи Русские»? Само собой понятно, что под русскими князьями следует понимать участников похода на половцев, а не совокупное определение княжеской «братии», включавшей всех потомков Ярослава. Из текста статьи 6619 г. мы без труда узнаем состав участников похода: поидоста на половцЬ Св#тополкъ съ сыномъ, Ярославъ и Володимеръ с сынми, и Давыдъ со сыном27. Итак, речь идет о Святополке Изяславиче, его сыне, Ярославе Святополчиче, Ярославе и Давыде Святославичах и Владимире Всеволодовиче Мономахе. Летописец упоминает о Ярославе и Владимире «съ сынми», говоря о Давыде, указывает на то, что и он был «со сыномъ». Однако имен он при этом не называет, что лишает возможности установить точный состав участников похода, это можно сделать только приблизительно28.

Но даже и без этого ясно, что младшим князьям и Ярославу отводилось второстепенное значение, в дальнейшем летописец сообщает только о трех князьях: «...и поступи Володимеръ с полки своими и Давыдъ со полкы своими», «Св#топлкъ же и Володимеръ и Давыдъ прославиша Бга...»29.

Таким образом, киевский, черниговский и переяславский князья являются главными действующими лицами. Поэтому логично допустить, что под термином «князи Руские» в летописной статье 6619 г. скрываются как раз Свято-полк, Владимир и Давыд. Следовательно, Русская земля в статье 6619 г. однозначно включает в себя территорию Киевской, Черниговской и Переяславской земель. Учитывая время составления указанного отрывка, можно прийти к выводу, что еще в начале XII в. «Русская земля» воспринималась современниками как некое единое образование, состоящее из трех крупнейших южнорусских земель.

Схожую ситуация можно наблюдать и в летописной статье 6623 г. Данная летописная статья начинается словами «съвъкупишас# братья Русции

князи Володимеръ зовемыи Монамахъ, сынъ Всеволожъ и Давыдъ Свято-славлиць и Олег братъ его» (ИЛ, 280) и практически целиком (за исключением сообщений о солнечном затмении, смерти Олега Святославича с точной датой и устроении моста через Днепр) посвящена перенесению мощей Бориса и Глеба во вновь возведенную каменную церковь. Упоминание Русской земли в статье 6623 г. встречается всего один раз: после фразы о том, как завершилось перенесение мощей, летописец говорит: ...иже еста похвала кн#земъ нашимъ и заступника земли РусцЬи (ИЛ, 281). Что же понимается под Русской землей в этом случае?

Ни А.Н. Насонов, ни М.Н. Тихомиров в 40-50-х гг., ни В.А. Кучкин и И.В. Ведюшкина в начале 90-х гг. в своих обстоятельных работах данный эпизод не рассматривали. Если следовать логике рассуждений И.Н. Данилевского, то указанное выражение следует трактовать как этноконфессиональный термин. Этот термин, по мысли И.Н. Данилевского, обозначает совокупность не только южнорусских, но и большинства восточнославянских земель, населенных православными. По мнению исследователя, выражение земли РусцЬи (Рцстш) противопоставляется по смыслу Руской земли30. Можно ли применить подобное рассуждение для анализа нашего отрывка?

Сразу следует оговориться, что единственный пример, на котором И.Н. Данилевский выстраивает систему своих рассуждений, - фрагмент летописной статьи 6523 (1015) г. Однако эта статья по своему составу достаточно неоднородна, на что указывалось в литературе31. Тот отрывок, о котором идет речь, начинается от слов И съвкуплена тЬлома и до слов въ вся вЬкы до окончанья, представляет, как мне кажется, отрывок службы или молитвы Борису и Глебу, включенной в текст ПВЛ достаточно поздно - на рубеже Х1-Х11 вв. По всей вероятности, этот фрагмент тоже отразил представление летописца о Русской земле, бытовавшее в начале XII в. Поэтому, возвращаясь к анализу статьи 6623 г., примем во внимание эту однородность текстов.

Итак, в каком же смысле употребил летописец под 6623 г. термин «Русская земля» - в узкотерриториальном смысле или в более широком, конфессиональном? Как мне представляется, говорить о широком толковании неправомерно. Это утверждение опирается на следующие аргументы. В самом начале статьи 6623 г. говорится о том, что съвъкупишас# брать" Русции и указывается, что в число этих русских князей входили Владимир Мономах, Давыд и Олег Святославичи - то есть. те князья, чьи владения располагались в Южной Руси. Владимир Мономах, который незадолго до рассматриваемых событий стал киевским князем, продолжал сохранять за собой переяславский стол. В руках Давыда и Олега Святославичей, находилась Черниговская земля32. Поэтому рискну предположить, что смысловое содержание термина брать" Русции летописной статьи 6623 г. аналогично определению Русьские кн#зи под 6619 г.; под этим определением понимаются киевский, черниговский и переяславский князья.

Отсюда логично следует предположение, что говоря о земли РусцЬи под 6623 г., летописец имел ввиду Южную Русь, то есть Киевскую, Чернигов-

ИСТОРИЯ 2005. №7

скую и Переяславскую земли. В пользу именно такого понимания дела говорят и другие наблюдения. Обратим внимание на состав участников церемонии перенесения мощей. Нас в данном случае интересуют церковные иерархи, которые приняли участие в этом празднике: митрополитъ Микифоръ съ всимим епископы съ Феокистомъ Черниговськимъ, съ Лазаремъ Переславськымъ с попомъ Никитою БЬлогородскымъ и с Данилою Гурьговськымъ и съ игумены съ Прохоромъ Печерьскымъ и съ Селивестромъ стого Михаила и Савва стого Спаса и Григории стого АндрЬа, Петръ Кловьскыи и про-чии игумени. На основании этого перечня можно прийти к следующему выводу: в церемонии освящения вышгородского храма приняли участие митрополит Никифор, три епископа - черниговский, переяславский и юрьевский, белгородский поп и как минимум, пять игуменов киевских монастырей (Печерского, Выдубицкого, Спасо-Берестовского, Андреевского и Кловского). Обращает на себя внимание тот факт, что несмотря на фразу съ всими епископы, список участников не соответствует этому утверждению. Помимо черниговской, юрьевской и переяславской кафедр в 1115 г. существовали новгородская, туровская, полоцкая и волынская33. Однако епископов, занимавших эти кафедры, мы не видим в числе участников церемонии. На празднике представлены опять-таки Киевская, Черниговская и Переяславская земли (Белгород и Юрьев находились в составе Киевской земли. Если бы речь шла об общерусской церковной церемонии, то логично бы предполагать присутствие на ней остальных, перечисленных выше епископов. Однако перед нами торжество, не выходящее за пределы южной Руси. Поэтому фраза заступника земли РусцЬи с полным основанием может быть истолкована в ее узком понимании - святые князья-мученики являются покровителями и заступниками Русской земли как совокупности Киевской, Черниговской и Переяславской волостей.

Подобное понимание «Русской земли» как Южной Руси сохраняется и в летописном тексте до 6648 (1139/40) г. В летописной статье этого года сразу после отрывка о возвращении полоцких князей. За словами мы же на предняя възратимс# следует заголовок Начало кн(я)жения Всеволожа в КиевЬ. После этого следует рассказ о политических акциях Всеволода, которые он предпринял после своего вокняжения в Киеве. Согласно изложению летописца, Всеволод надЬ" бо с# силЬ своеи самъ хот#ше землю всю держати34. С этой целью Всеволод Ольгович собирался изгнать Ростислава из Смоленска, Изя-слава из Владимира, а Андрея - из Переяславля. Выступив в Переяславлю, он потребовал от Андрея оставить город и удалиться в Курск. На это предложение переяславский князь ответил категорическим отказом - лЬпши ми того см(е)рть съ дрцжиною на своеи ЛцинЬ и дЬдинЬ вз#ти нежели Кцрьское кн#женье. При этом летописец вкладывает в уста Андрея упрек, обращенный ко Всеволоду: wже ти брат не досити волости всю землю Рцскцю дьржачи, а хощеши се# волости35. Попытки раскрыть содержание данного толкования «Русской земли» неоднократно предпринимались в литературе. Б.А. Рыбаков, анализируя это известие, полагает, что в 1139 г. в руках Всеволода Ольговича «находилась вся “Русская земля”, в том числе и Курск, куда он выгонял Анд-

рея Владимировича Переяславского»36. К такому утверждению В.А. Кучкин относится достаточно скептично, полагая, что «“Русская земля” упомянута здесь в явно экспрессивном контексте и реальное значение термина установить сложно». Кроме того, исследователь указывает на то, что если анализировать слова Андрея как исторически достоверные, то окажется, то Переяславль не входил в состав «Русской земли», а это, по словам В.А. Кучкина, противоречит показаниям других источников. В заключение историк приходит к выводу, что «Курск следует исключить из числа городов, входивших когда-то в Южную Русь»37.

Соглашаясь с мнением В.А. Кучкина относительно Курска, я считаю, что в отношении известия о Переяславле (в смысле принадлежности последнего «Русской земле») с выводами торопиться не стоит. Во-первых, нет основания ставить под сомнение достоверность этого сообщения. В ответе Андрея Владимировича Всеволоду Переяславская земля противопоставляется «Русской земле» как волость, то есть самостоятельное государственнотерриториальное образование. Примечательно, что термин «волость» применяется и в отношении «Русской земли». Это дает возможность определить ее границы в представлениях современников. Под контролем Всеволода находились не только киевские, но и черниговские владения38. Следовательно, в состав Русской земли в 6648 г. входили Киевская и Черниговская земли как «волости» (т.е. подвластные Всеволоду как князю территории). Что же касается замечания о противоречивости летописных данных, на которую указывает

В.А. Кучкин, то тут надо сказать следующее. В настоящий момент не решается принципиальный вопрос - входил или не входил Переяславль в состав «Русской земли» в принципе. Речь идет об определении пределов и состава «Русской земли» в конкретной летописной статье 6648 г. И уникальность этой статьи в том, что Переяславская земля здесь впервые упоминается как самостоятельное и независимое от «Русской земли» государственнотерриториальное образование. Последующие летописные известия отражают дальнейшую эволюцию термина, однако для нас важен именно факт первого противопоставления одной части Русской земли другим.

Дальнейшее сужение пределов «Русской земли» демонстрирует нам и статья 6654 г. После вокняжения Изаслава Мстиславича в Киеве и пленения им Игоря Ольговича брат последнего Святослав развил активную деятельность для освобождения Игоря. Он отправляет послов к Юрию Долгорукому с предложением союза против Изяслава Мстиславича: «Всеволода Бъ по "л а Игор# Из#савъ "ль, а поиди в Рцскую землю Киевц»39. Указанное сообщение ценно тем, что это единственное за всю предшествующую половину XII в. прямое отождествление Русской земли с Киевом. Чуть позже из пределов Русской земли выделяются Черные Клобуки.

Подытоживая предварительные наблюдения, можно сказать, что на протяжении ХЬХП вв. Русская земля развивается не в сторону территориального расширения, а напротив, в сторону сужения. Если в составе Русской земли в начале XII в. числится почти вся территория Южной Руси, то к середине сто-

ИСТОРИЯ 2005. №7

летия намечаются устойчивые тенденции к отпадению сначала Переяславщи-ны, а затем - Черниговщины.

При этом процессы, замеченные и отмеченные южнорусским летописцем, получают подтверждение и «со стороны». Так, в ШЛ читаем под 6642 г. «...и раздьрася вся земля Русьская». Далее новгородский летописец конкретизирует картину этого «раздрая» - «Ходи Мирославъ посадникъ из Нова-города мирить киян с церниговци и не успевъ ничегоже... Яропълкъ к со-бе зваше новъгородьце, а церниговскыи князь собе». Подобная картина военного противостояния продолжалась достаточно долго: через полгода епископ Нифонт «иде въ Русь... с лучьшими мужи и заста кыяны съ церни-говьцы стояще противу собе, и множьство вои...»40

Ситуация, зафиксированная в источниках, отражает процесс распада единого государственного образования на отдельные составляющие, активно враждующие друг с другом; причем процесс распада начался во второй четверти XII в. Целиком и полностью можно согласиться с И.В. Ведюшкиной, что ни о какой консервативности и архаичности летописной терминологии не может быть и речи; напротив, эта терминология «мобильна, динамична и адекватно отражает происходящие изменения»41.

В заключение осталось только охарактеризовать те этнические и социальные процессы, которые отразились на страницах летописных текстов.

Сложившаяся в конце IX в. на территории Восточной Европы «держава Рюриковичей» представляла собой образец раннегосударственного образования, построенного на господстве одного общинного организма над другим. По справедливому замечанию И.Я. Фроянова, восточнославянская государственность вв. была иерархией славянских племенных союзов, с полянами во

главе42. Полянская община, опираясь на военную силу скандинавских конунгов, сумела подчинить себе окрестные племенные образования. Такой социум еще не есть государство в классическом виде и может с полным правом быть отнесен, по моему мнению, к числу сложных вождеств - высшей стадии доклассовой государственности43.

Территориальная держава, возникшая как результат завоевания новгородским Севером киевского Юга, и фигурирует в источниках вв. под определением Русской земли. Отсутствие в той же Повести временных лет точных географических характеристик объясняется, по-видимому, генеалогическим характером власти - под Русской землей подразумевалась прежде всего та территория, на которую распространялась власть киевских князей.

На рубеже X-XI вв. «Русь вступила в полосу крушения родоплеменного строя»44. На месте вчерашних вождеств возникают территориальные общинные организации - политии, принимая форму городов-государств. Параллельно этому происходит распад единства правящего рода Рюриковичей и как результат - утрата «Русской землей» политического единства. Выросшие из потомства Ярослава многочисленные княжеские кланы начинают активно бороться за свою долю власти, за право обладания тем или иным княжеским столом. Точно так же и городские общины начинают борьбу за самостоятель-

ность, за независимость от власти Киева, опираясь при этом на оппозиционные столице княжеские династии45. В итоге уже к середине XII в. Русская земля начинает неминуемо распадаться на отдельные составляющие, из ее состава начинают выделяться Черниговская и Переяславская волости. Указанный процесс отчетливо осознавался современниками и нашел на страницах летописных сводов адекватное выражение. Эволюция содержания термина «Русская земля» за первую половину XII в., прослеженная на страницах южнорусского летописания, - яркое тому подтверждение.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Мавродин В.В. Основные этапы этнического развития русского народа // Вопросы истории. 1950. № 4. С. 62, 70.

2 Рыбаков Б.А. Проблема образования древнерусской народности в свете трудов И.В. Сталина // Вопросы истории. 1951. № 9. С. 42-62.

3 Там же. С. 53.

4 Здесь подразумевается целый ряд работ, посвященных ранней истории славян. На страницах указанных работ «древности антов», выделенные еще А. А. Спицыным, Б. А. Рыбаков без всяких сомнений переименовал в «древности русов» - прямых предков днепровских полян (Спицын А. А. Древности антов // Сборник статей в честь А.И. Соболевского. Л., 1928; Рыбаков Б. А. Ранняя культура восточных славян // Исторический журнал. 1943. № 11-12. С. 7576; Он же. Проблема образования древнерусской народности... С. 42-62; Он же. Древние русы // Советская археология. 1953. Т. 17. С. 23-101).

5 Большая часть разделов в коллективных работах была написана самим же Б. А. Рыбаковым. См.: Очерки истории СССР. П-К вв. М., 1959. Раздел «Образование древнерусского государства»; История СССР: (В 12 т.) Т. 1. М., 1966. Раздел II, гл. 7 («Славяне в VI в. и предпосылки образования русского государства»).

6 Тихомиров М.Н. Происхождение названий «Русь» и «Русская земля» // Советская этнография. 1947. Т. 6, 7. С. 62.

7 Федотов. А. О значении слова «Русь» в наших летописях // Русский исторический журнал. 1836. Т. 1. С. 104-121.

8 Насонов А.Н. «Русская земля» и образование территории Древнерусского государства. М., 1951. С. 32 и сл.

9 Котляр Н.Ф. «Руська земля» в літописах XI-XIII ст. // Український історичний журнал. 1976. № 11. С. 97-108.

10 Мельникова Е.А., Петрухин В.Я. Название «Русь» в этнокультурной истории Древнерусского государства (К^ вв.) // Вопросы истории. 1989. № 8. С. 24-38.

11 В основу тезиса о народе «Рос» в Среднем Поднепровье было положено известие сирийской хроники VI в., псевдо-Захарии Милитенского. В этой хронике сообщается о народе «Игш (Иіш), мужчинах с огромными конечностями, у которых нет оружия и которых не могут носить кони из-за их конечностей» (Пигулевская Н.В. Сирийский источник VI в. о народах Кавказа // Вестник древней истории. 1939. № 1. С. 115; Она же. Сирийские источники по истории народов СССР. М.; Л., 1941, С. 166). Опубликовавшая сведения псевдо-Захарии Н.В. Пигулевская сначала не отождествляла народ «Иіш» со славянами. Однако позже она изменила свою точку зрения, высказавшись в

ИСТОРИЯ 2QQ5. №7

пользу славянства народа «Игоз» (Пигулевская Н.В. Имя «рус» в сирийском источнике VI в. н.э. // Академику Б.Д. Грекову ко дню 70-летия. М.; Л., 1952. С. 46-47.). Однако аргументы, к которым прибегла исследовательница, вызвали массу критических замечаний (См.: Мавродин В.В. Образование Древнерусского государства и формирование древнерусской народности. М., 1971. С. 167; Он же. Происхождение Русского народа. Л., 1978. С. 166; Фроянов И.Я. К истории зарождения русского государства // Из истории Византии и византиноведения. Л., 1991. С. 70; Артамонов М.И. Первые страницы русской истории в археологическом освещении // Советская археология. 1990. № 3. С. 287. Новейший критический разбор сведений псевдо-Захарии см.: Петрухин В.Я. Начало этнокультурной истории Руси (К-К! вв.). Смоленск; Москва, 1995. С. 42-48.

12 Кучкин В.А. Русская земля по летописным данным XI - первой трети XIII вв. // Образование Древнерусского государства. Спорные проблемы. Чтения памяти член-корр. АН СССР В.Т. Пашуто. Москва. 13-15 апреля 1992. М., 1992. С. 79-82. Расширенный вариант работы См.: Кучкин В. А. Русская земля по летописным данным XI - первой трети XIII вв. // Древнейшие государства Восточной Европы. Материалы и исследования. 1992-1993 гг. М., 1995. С. 74-100.

13 Ведюшкина И.В. «Русь» и «Русская земля» в Повести Временных лет и летописных статьях второй трети XII - первой трети XIII вв. // Древнейшие государства Восточной Европы. Материалы и исследования. 1992-1993 гг. М., 1995. С. 115, примеч. 8.

14 Там же. С. 113.

15 Полное собрание русских летописей. Т. 2. (Ипатьевская летопись). М., 1998. (далее -ПСРЛ. Т. 2.) Стб. 285.

16 Там же.

17 ПСРЛ. Т. 2. Стб. 319.

18 Там же. Стб. 286.

19 После перечисления разделов, совершенных по решению Любечского съезда, Повесть временных лет сообщает о том, что еще до того ряд князей получил от Всеволода Ярославича держания: «а имъ же роздаялъ Всеволодъ городы». В числе наделеных упоминается и Володарь Ростиславич: «...Перемышль Володареви» (Повесть временных лет. СПб., 1996. (далее - ПВЛ) С. 110). Права Володаря были подтверждены и позже - в 1100 г. (Там же. С. 116-117). О.М. Рапов, опираясь на сведения В.Н. Татищева о владении Володарем Червенской волостью, предполагает, что «в конце XI в. этот князь владел всей территорией, расположенной между верховьями Сана и Западного Буга» (Татищев В.Н. История Российская. М., 1961. Т. 2. С.110; Рапов О.М. Княжеские владения на Руси в X - первой половине XIII в. М., 1977. С. 71). Однако это утверждение достаточно спорно. Сам О.М. Рапов утверждает, что Володарь скончался князем Перемышльским. Но в текстах, на которых он ссылается, такой информации нет. См.: в Лавр. Под 6632 г.: «В тоже лИто преставис# Володарь» и в Ипат: «по немъ же (т.е. после Василька Ростиславича - Д.К.) преставися Володарь» (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 243; Т. 2. Стб. 289). Поэтому, на мой взгляд, нет никаких оснований безоговорочно утверждать, что в последние годы своей жизни Володарь владел еще какими-нибудь столами, кроме Перемышля.

20 ПСРЛ. Т. 2. Стб. 340.

21 Там же. Стб. 340, 341.

22 Там же. Стб. 264.

23 Там же. Стб. 265.

24 Там же. Стб. 266-267.

25 Там же. Стб. 268.

26 Там же. Стб. 273.

27 Там же. Стб. 265, 266.

28 У киевского князя Святополка Изяславича было (если исходить из данных источников) четыре сына - Мстислав, Ярослав, Брячислав и Изяслав. Старший из них - Мстислав Святополчич - погиб при осаде Владимира-Волынского, о чем сообщает ПВЛ, причем дважды - под 1097 и 1099 гг. (ПВЛ, С. 115, 116), называя во втором случае точную дату. Второй сын Святополка - Ярослав - упоминается на рубеже XI-XII вв., в 1097 и 1100 гг., где сообщается о передаче ему Владимира-Волынского (Там же. С. 116, 117). О.М. Рапов, опираясь на сообщение В.Н. Татищева, приходит к выводу, что Ярослав получил Владимир по решению Уветичского съезда (Татищев В.Н. История Российская. Т. 2. С. 120; Рапов О.М. Княжеские владения. С. 88). Потомки Давыда Святославича представлены в источниках пятью сыновьями - Владимиром, Изясла-вом, Ростиславом, Всеволодом и Святославом. Последний сразу выпадает из сферы нашего внимания, т.к. 17 февраля 1106 г. он постригся в монахи и к походу 1111 г. не имел никакого отношения. О. М. Рапов, ссылаясь на В. Н. Татищева, полагает, что Владимир и Изяслав Давыдовичи имели какие-то владения в Северской земле (См.: Татищев В.Н. История Российская, Т. 2. С. 139; Рапов О.М. Княжеские владения. С. 104). О Всеволоде известно, что в 1124 г. он являлся муромским князем (ПСРЛ, Т. 7. С. 26), а о Ростиславе источники сообщают только одно - дату его смерти (ПСРЛ, Т. 2. Стб. 286). Из сыновей Ярослава достоверно известны трое - Юрий, Святослав и Ростислав, владевшие в 40-50-е гг. XII в. Муромо-Рязанской землей (ПСРЛ, Т. 2. Стб. 318, 339; Т. 7. С. 242, 244). Потомство Мономаха представлено семью сыновьями - Мстиславом, Романом, Святославом, Ярополком, Вячеславом, Юрием и Андреем. Старший Мстислав с 1095 по 1117 гг. занимал новгородский стол, Роман с 1117 г. стал князем владимирским. Святослав и Ярополк владели переяславским княжением (после смерти Святослава 16 марта 1114 г. Ярополк стал править в Переяславле самостоятельно (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 276-277; Т. 2. Ч. 3. СПб., 1843, С. 290). Вячеслав с 1113 г. владеет Смоленской землей (Там же. Т. 2. Стб. 276). Теперь на основании этого обзора можно попытаться составить приблизительный список участников похода 1111 г. «Стплкъ съ сы-номъ» с наибольшей степенью вероятности подразумевает киевского князя с сыном Ярославом, который занимал владимирский стол с 1100 по 1117 гг. Ярославъ и Воло-димеръ с сынми - здесь возможны варианты. Характерно, что все сыновья Ярослава Святославича как владетельные князья упоминаются достаточно поздно - в 30-40 гг. XII в. Это может означать лишь одно - к рассматриваемому времени потомство Ярослава своих владений не имело и находилось при отце, княжившем вне пределов Южной Руси. (О.М. Рапов со ссылкой на известие В.Н. Татищева полагает, что по итогам Любечского съезда Ярославу достался муромский или рязанский стол: Татищев В. Н. История Российская, Т. 2. С. 124; Рапов О.М. Княжеские владения., С. 102). С сыновьями Мономаха дело обстоит несколько сложнее. Мстислав, будучи новгородским князем, в 6619 г. не принимал участие в походе на половцев. Новгородская I летопись, кратко рассказывая об этом событии, добавляет, что томъ же лИтИ ходи Мьстиславъ на Очелу (ПСРЛ. Т. 3. М., 2000. С. 20, 203). Остальные сыновья Мономаха (речь идет о тех, которые по своему возрасту могли участвовать в походе 1111 г.) в источниках как владетельные характеризуются только под 1113 г. (если не принимать во внимание

ИСТОРИЯ 2QQ5. №7

сообщение Татищева (вызывающее, по моему мнению, сомнение) о том, что Ярополк с 1101 г. является смоленским князем (Татищев В.Н. История Российская, Т. 2. С. 129). Поэтому, вероятнее всего, княжичи находились при отце, который являлся в это время переяславским князем. Давыдъ со сыномъ - здесь можно предполагать старших сыновей - Владимира или Изяслава. В итоге, реконструируемый (с большой степенью условности) список участников похода не оправдывает нашей главной мысли, поскольку присутствие не-южнорусских князей минимально и в дальнейшем они в повествовании не фигурируют.

29 ПСРЛ. Т. 2. Стб. 267, 268.

30 Данилевский И.Н. Древняя Русь IX-XII вв. глазами современников и потомков. М., 1998. С. 178-181.

31 Одно из первых наиболее обстоятельных исследований проблемы в послевоенное время см.: Ильин Н.Н. Летописная статья 6523 г. и ее источник (Опыт анализа). М., 1957. Поставленные в этой работе вопросы соотношения литературных памятников борисоглебского цикла и их отражении в летописании по сей день не имеют однозначного ответа. См.: Дмитриев Л. А. Сказание о Борисе и Глебе // Словарь книжников и книжности Древней Руси. XI - первая половина XIV в. Л., 1987. С. 398-408, здесь же подробная библиография. Дискуссия по вопросу см.: Милютенко Н.И. Правители-мученики - святые покровители своих народов (К эволюции образа) // Церковная археология. Христианство и древнерусская культура. СПб., Псков. 1995. Ч. 2; Мюллер Л. О времени канонизации святых Бориса и Глеба // Russia medievlis. T. 1. P. 1. Munchen, 1995; Поппе А. О зарождении культа св. Бориса и Глеба и о посвященных им произведениях // Там же. Касаясь же мнения И.Н. Данилевского, можно указать еще на одно обстоятельство, которое затрудняет однозначное понимание предложенного им толкования. Речь идет о самом характере ПВЛ как источника. Именно И.Н. Данилевский был одним из первых, кто не просто обратил внимание на взаимоотношение ПВЛ и библейских текстов, но и предложил свое видение этой проблемы (Данилевский И.Н. Библия и Повесть временных лет // Отечественная история. 1993. № 1; Он же. Замысел и название «Повести временных лет» // Отечественная история. 1995. № 5. С. 101-110; Он же. Потоп и Русская земля (к вопросу об исторических взглядах древнерусского летописца) // От Бытия к Исходу. Отражения библейских сюжетов в славянской и еврейской народной культурах. М., 1998. С. 263-268). Значение ветхозаветных текстов для осмысления истории средневековым человеком постепенно начинает осознаваться современными исследователями (См.: Успенский Б. А. Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва - Третий Рим» // Избранные труды. М., 1996. Т. 1. С. 84 и сл.). В этих условиях, когда библейская история служила моделью восприятия мира и истории отдельных народов, неудивительно то влияние, которое испытывала ПВЛ со стороны ветхозаветной традиции раннеисторического описания (о специфике такого литературного жанра см.: Петрухин В.Я. Легендарная история Руси и космографическая традиция // Механизмы культуры. М., 1990. С. 99-104; Он же. Начало этнокультурной истории Руси IX-XI вв. М.; Смоленск, 1990. С. 41-61; 3) Библия, апокрифы и становление славянских раннеисторических традиций (к постановке проблемы) // От Бытия к Исходу. С. 269-286.). В своей монографии И.Н. Данилевский затрагивает эти вопросы, но эпизодически, не выстраивая их в систему; см. например, очерк «Мог ли Киев быть “Новым Иерусалимом?” (Данилевский И.Н. Древняя Русь... С. 355-368 (прил. № 5)). Однако речь идет не о эпизодическом заимствовании, а о систематиче-

2006. № 7 ИСТОРИЯ

ском «конструировании» русской истории «по образу и подобию» ветхозаветной. Поэтому употребление термина «Русская земля» в интересующем нас отрывке может (с большой долей вероятности) не носить конкретно-смыслового содержания (как «широкого» - этноконфессионального, так и «узкого» - территориального), а являться результатом осмысления библейских сюжетов через призму русской истории конца XI -начала XI вв. В этом плане очень интересными представляются наблюдения Б.А. Успенского над преломлением ветхозаветной традиции в памятниках борисоглебского цикла (Успенский Б. А. Борис и Глеб: восприятие истории в Древней Руси. М., 2000. С. 40-51).

32 Касательно Мономаха предположение может быть обосновано разноголосицей в источниках. Ипатьевская летопись сообщает под 1113 г. о посажении в Переяславле Святослава Владимировича. Тот умирает 16 марта 1114 г., а его место занимает Яро-полк (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 276-277; Т. 2. Ч. III. СПб., 1843, С. 290). Однако согласно Лаврентьевской летописи, Ярополк получает Переяславль только в 1125 г., после смерти Мономаха (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 295). О.М. Рапов видит в этом акте подтверждение прав Ярополка на переяславский стол (Рапов О.М. Княжеские владения. С. 141). Однако отсутствие прямого указания источников на это оставляет проблему открытой, допуская как минимум три варианта развития событий вокруг Переяславля на отрезке 11131125 гг.: а) переяславским князем был Ярополк; б) Мономах, сев в Киеве, сохранил за собой переяславский стол; в) Ярополк правил в Переяславле как наместник отца, а не владетельный князь. Что же касается черниговских князей, то Давыд после 1097 г. проходит по известным нам источникам как князь черниговский; на черниговском княжении он и умирает в 1123 г. (См.: ПСРЛ. Т. 1. Стб. 293; Памятники литературы Древней Руси. XII в. М., 1980, С. 338-342). Относительно владений Олега такой определенности нет. Если верить сообщению Ипат., то по решению Любечского съезда Олегу досталась земля вятичей (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 310). В.Н. Татищев под 1113 г. упоминает о тмутараканских владениях Олега, однако эти сведения не находят подтверждения в других источниках (Татищев В.Н. История Российская. Т. 2. С. 130).

33 В Новгороде в это время епископом был Иоанн Попьян, поставленный на кафедру в 1110 г. (ПСРЛ. Т. 3. С. 19, 203). Туровский епископ Кирилл занимал кафедру с 1114 по 1120-е гг. (во всяком случае, в 20-х гг. XII в. источники называют туровским епископом Симона (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 290; Абрамович Д.И. Жития св. мучеников Бориса и Глеба и службы им. Пг., 1916. С. 199; Голубинский Е.Е. История русской церкви. М., 1901. Т. 1., 1-я пол. С. 680, прим. 2; Щапов Я.Н. Государство и церковь Древней Руси

X-XIII вв. М., 1989. С. 208). Епископ Мина был рукоположен на полоцкую кафедру в 1105 г., скончался в 1116 г. (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 281, 291; Т. 2. Стб. 257). Владимиро-Волынский епископ Амфилофий был рукоположен на кафедру в 1105 г. и занимал ее вплоть до своей смерти в 1122 г. (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 280-281; Т. 2. Стб. 286; Щапов Я.Н. Государство и церковь... С. 211).

34 ПСРЛ. Т. 2. Стб. 304.

35 Там же. Стб. 305.

36 Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. М., 1994. С. 64.

37 Кучкин В. А. «Русская земля». С. 85.

38 Показательны в этом смысле сообщения Ипат. под 6650 (1142) г.: когда братья Всеволода Игорь и Святослав стали просить своей доли, то он стал предлагать им Бере-стье, Дрогичин, Клеческ и Черторыеск, а лчинИ своеИ не дасть В#тичь. Братья же, не-

ИСТОРИЯ 2005. №7

довольные таким решением, заявили Всеволоду: просим q тобе Черниговськои и Нов-гороцкои волости, а Киевьскоh не хочемь (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 310-311). Из процитированного эпизода следует вывод: даже после вокняжения в Киеве Всеволод сохранил за собой контроль за большинством черниговских волостей.

39 ПСРЛ. Т. 2. Стб. 329.

4401 ПСРЛ. Т. 3. С. 23, 24, 208, 209.

41 Ведюшкина И.В. «Русь» и «Русская земля». С. 113.

42 Фроянов И.Я. К истории зарождения Русского государства, С. 76 и сл.

43 Одним из первых о сложном или комплексном вождестве заговорили М. Салинз и

И. Г олдмен, выделившие их на полинезийских материалах (Sahlins M. Social Stratifica-

tion in Polinesia. Seattle, 1958; Goldman I. Ancient Polinesian Society. Chicago, 1970). Ряд исследователей склонен выделять больше двух уровней в организации такого рода образований. Так, Н. Н. Крадин, помимо простых и сложных, выделяет и суперслож-ные вождества (Крадин Н.Н. Политогенез // Архаическое общество. Узловые проблемы социологии развития. Ч. 2. М., 1991). Исследователь называет их территориальными ранними государствами или мультиполитиями, к их числу он относит и Древнюю Русь и империю Каролингов (Крадин Н.Н. Политическая антропология. М., 2000. С. 146). В принципе, по содержанию, этот термин близок определению «суперсоюза племен», но представляется мне более корректным и точным.

44 Фроянов И.Я. К истории зарождения Русского государства. С. 80.

45 Перипетии этого процесса были мной рассмотрены на примере Киевской земли: Котышев Д.М. Князья и община в Киевской земле в XI-XII вв.: Дис. . канд. ист. наук. СПб., 1998.

Поступила в редакцию 12.05.06

D.M.Kotishev

“Russkaya zemlya” in the first half of the XII century: observations of the text of Ipati-evo annals 1110-1150

Analys of the concept “Russian Land” in Ipatievo annals’ reports for 1110 - 1150 years. To the author’s opinion evolution of the term in this period reflects the process of political collaps of Kiev Russia.

Котышев Дмитрий Михайлович Челябинский государственный университет 454021, Россия, г. Челябинск, ул. Братьев Кашириных, 129 E-mail: grizli@csu.ru