Там вдали за Лукой

Согласование 28 союзных интеграционных программ и в Москве, и в Минске назвали важным шагом к созданию двумя странами единого экономического пространства. Это действительно выглядит так, поскольку более трех лет переговоров в итоге завершились подготовкой документа. Однако устроен он так, что интеграцию в союзном государстве можно форсировать, но можно и тормозить.

Премьер-министры России и Белоруссии Михаил Мишустин и Роман Головченко (в центре) сделали все от них зависящее, чтобы интеграция двух стран из словесной стала хотя бы бумажной

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ / купить фото

В Минске 10 сентября премьеры РФ и Белоруссии Михаил Мишустин и Роман Головченко подписали постановление, которым одобрили 28 союзных программ по экономической интеграции двух стран. После того как накануне в Москве президенты Владимир Путин и Александр Лукашенко объявили о полном согласовании программ, в белорусской столице сюрпризов не ожидалось.

Как отметил Михаил Мишустин, в повестке заседания совета министров Союзного государства РФ и Белоруссии значился один вопрос — одобрение «Основных направлений реализации положений Договора о создании Союзного государства на 2021–2023 годы» и 28 отраслевых союзных программ. «По сути, правительствами двух стран была проведена инвентаризация положений договора — на этой основе сформирован новый перечень задач в целях дальнейшего развития отношений, при безусловном сохранении как политического, так и экономического суверенитета»,— добавил Роман Головченко.

Напомним, договор о союзном государстве был подписан еще в 1999 году, но его положения выполнялись выборочно. Процесс «углубления» интеграции был запущен лишь в конце 2018 года. И Москва, и Минск начали работу над «дорожными картами» по интеграции. Процесс их согласования шел непросто. Доходило до того, что Минск обвинял Москву в планах поглотить соседнюю страну. В какой-то момент искрить перестало. А чтобы «дорожные карты» больше не ассоциировались с негативом, их переименовали в союзные программы.

Но и после этого проблемы не исчезли. Самыми проблемными вопросами стали формирование общего рынка газа и цена на него, а также гармонизация налогового законодательства. Переговоры перестали буксовать после того, как в Белоруссии в 2020 году прошли президентские выборы. Их итог в виде очередной победы Александра Лукашенко не устроил довольно большую часть населения этой страны. Власть отреагировала жестко. И, кстати, продолжает реагировать по сей день. В стране продолжают задерживать и отправлять в СИЗО тех, кто выходил на протесты в 2020 году или сегодня демонстрирует несогласие с политикой властей.

Эти действия властей стали причиной санкций Запада, который не признал Александра Лукашенко президентом. В итоге Минск, ранее пытавшийся лавировать между Россией и Евросоюзом, остался с Москвой один на один. В 2021 году состоялось пять встреч президентов РФ и Белоруссии. Их итогом и стало то, что произошло в белорусской столице 10 сентября.

Согласованные 28 программ, которые теперь, после одобрения премьерами, должны 4 ноября утвердить господа Путин и Лукашенко, охватывают широкий спектр вопросов: экономику, финансы, торговлю, транспорт, энергетику, туризм, связь, а также трудовые отношения и социальную сферу.

По словам Романа Головченко, они направлены «на развитие совместного экономического пространства, формирование объединенных отраслевых рынков».

В части сближения макроэкономической политики предполагается создание основ для совместной поддержки малого и среднего предпринимательства. Михаил Мишустин пояснил, что российский бизнес сможет нарастить деловую активность в Белоруссии, запустить новые совместные предприятия и увеличить экспорт, а белорусская сторона получит доступ к российским госзакупкам и мерам поддержки (в частности, субсидиям и средствам институтов развития).

Финансовый блок предполагает гармонизацию денежно-кредитной политики — интеграцию платежных систем и требований к информбезопасности в финансовой сфере, а также синхронизацию таможенной и налоговой политики.

«Теперь необходимо оперативно подготовить к подписанию договор об общих принципах налогообложения по косвенным налогам и внедрить интегрированную систему их администрирования»,— пояснил Михаил Мишустин. Для координации этой работы будет создан Комитет по налоговым вопросам. Глава Минэкономики РФ Максим Решетников заверил, что это не приведет к повышению налоговой нагрузки — речь идет о снижении возможности «пользоваться разной интерпретацией законодательства».

Среди других договоренностей — отмена роуминга, формирование единых рынков электроэнергии, нефти, газа, гармонизация подходов к пенсионному обеспечению и мерам соцзащиты.

Не обошлось и без внешней политики. Как отмечается в совместном заявлении премьеров, «позитивному развитию Союзного государства», укреплению экономик и решению социальных задач России и Белоруссии «препятствуют деструктивные, противоречащие международному праву действия ряда западных государств и структур». В связи с этим согласованы совместные действия «в условиях применения нелегитимных экономических санкций» в отношении двух стран. «Ненадежность западных партнеров и готовность в любой момент схватиться за санкционную дубину известна — полагаться нужно на собственные силы, что и будет сделано»,— пояснил в Минске глава МИД РФ Сергей Лавров.

Между тем одобрение и даже предстоящее утверждение программ российским и белорусским президентами не означает, что движение Москвы и Минска навстречу друг другу будет простым. Вице-премьер РФ Алексей Оверчук сказал, что «дальше предстоит большая работа по фактической имплементации этих документов, необходимо будет вносить изменения в правовую базу».

Это означает, что России и Белоруссии предстоит подготовить и подписать массу международных и межведомственных документов, а парламентам двух стран — провести гигантскую законодательную работу: из комментариев к опубликованному на сайте российского правительства списку программ следует, что во многих сферах предстоит гармонизировать и унифицировать законодательства.

«Посмотрим, как все это будет работать,— отметил в беседе с “Ъ” близкий к белорусским властям минский политолог Александр Шпаковский.— Помимо согласования на уровне президентов и подписания правительствами, надо, чтобы прошло время, чтобы эти договоры были имплементированы на уровне внутреннего законодательства и была наработана определенная правоприменительная практика». Господин Шпаковский напомнил, что за 20 лет интеграции было «немало разного рода бравурных слов и договоров, которые впоследствии заработали не в полной мере». «Будем надеяться, что эти заработают»,— заключил эксперт.

«Неизвестно, когда программы будут реализованы,— согласен близкий к переговорам источник “Ъ”, просивший не называть его страновую принадлежность.— Пока это протокол о намерениях. Все нужно будет пропускать через правительства и парламенты. И есть возможность все притормозить — не буду говорить кем».

Намек явно был на господина Лукашенко, который давно отточил мастерство ухода от конкретных договоренностей и обязательств. Ранее российские собеседники “Ъ” говорили: Минск настаивал на том, чтобы две страны сначала сформировали единые рынки нефти и газа, следствием чего стало бы снижение для Белоруссии цен на российские энергоносители, и только потом приступили бы к гармонизации налогового законодательства.

Россия же настаивала: сначала унификация, потом скидка на газ. Не исключено, что именно по этой причине единый рынок газа отложен на 2023 год — чтобы посмотреть, как белорусская сторона будет двигаться по остальным вопросам. Этот момент, говорит политолог Шпаковский, расстроил Минск: «Прискорбно с точки зрения Минска, что только в 2023 году заработает единый рынок газа. Для нас это существенная составляющая, однако это, видимо, та скорость, на которую способны наши российские партнеры».

Политолог Дмитрий Болкунец полагает, что у Александра Лукашенко больше нет возможности увиливать от выполнения договоренностей, поскольку маневрировать в сторону Запада он больше не может. Программы, говорит он, направлены на изменение белорусской экономической модели, чтобы из плановой она стала рыночной. «Подробно прописаны механизмы либерализации экономической системы, формирования финансовых рынков и так далее. Для Лукашенко это, конечно, поражение — он теряет контроль над экономической ситуацией в стране»,— считает господин Болкунец.

Впрочем, точку или крест на отношениях Минска с Западом ставить все же рано. На встрече с Владимиром Путиным белорусский лидер воспользовался случаем, чтобы прямо из Кремля обратиться к отвернувшимся от него западным странам: «Видите ли, они с нами разговаривать не могут, потому что там вроде бы то ли президент нелегитимный, то ли власть не такая. А вот с талибами (запрещенное в РФ террористическое движение.— “Ъ”) — это другое, как у нас говорят, это другое, там они могут разговаривать и вести диалог». Что это, если не приглашение поговорить о том, куда господин Лукашенко уведет Белоруссию, если Запад продолжит его игнорировать.