"Россия — третий по величине рынок денежных переводов после США и Саудовской Аравии"

О реалиях и перспективах рынка денежных переводов в России и в мире старший вице-президент компании MoneyGram International Дэниел О'Мэлли и вице-президент MoneyGram в России, СНГ, Восточной Европе и Израиле Питер Гнатюк рассказали корреспонденту "Денег" Марии Глушенковой.

Давайте сначала поговорим о том, что происходит в мире. В ЕС — долговой кризис, в США пытаются захватить Уолл-стрит... Как в таких условиях чувствует себя бизнес?

Дэниел О'Мэлли (Д. О'М.): В 2011 году мы видели существенное изменение в экономической среде. Несмотря на все потрясения, которые испытывают мировые экономики, мы отмечаем рост рынка денежных переводов, увеличение общего объема трансакций и рост объема самих переводов. Так происходит в мире в целом и в России в том числе. И это говорит о том, что населению, которое является нашим основным потребителем, удается сохранить работу. И одновременно увеличивается переход денежных потоков из неформального рынка в формальный.

Естественно, на некоторых рынках мы чувствуем прямые последствия нестабильности, в том числе политической. Например, в Ливии сейчас рынка денежных переводов фактически нет. ЦБ не действует. И в целом "арабская весна" вызвала существенные потрясения на рынке денежных переводов на Ближнем Востоке. И клиенты, и потенциальные потребители находят другие способы переправлять деньги домой. Мы надеемся, что в 2012 году ситуация будет более стабильной, и мы продолжим свой рост.

А как вы оцениваете инвестиционный климат в России, где сейчас тоже имеет место политическая нестабильность?

Д. О'М.: Инвесторы в разных сегментах рынка по-разному чувствуют политическую нестабильность и изменение политического климата. Это стоит оценивать в контексте общемировой ситуации. В каких-то странах уровень стабильности в принципе гораздо выше, в каких-то — ниже. Многие наши клиенты приехали в Россию из стран с гораздо меньшим уровнем стабильности, поэтому они совершенно иначе смотрят на то, что происходит здесь.

Если мы возьмем наших клиентов и основные коридоры переводов, такие как Узбекистан и Таджикистан, то в эти страны продолжают поступать большие потоки средств. Со всех сторон, в том числе и из России. Например, для Таджикистана эти поступления составляют 30% ВВП страны. Похожая ситуация в Киргизии и ряде других стран. И мы верим, что Россия по-прежнему будет оставаться привлекательной для людей, которые приезжают туда работать, чтобы обеспечивать семью.

Питер Гнатюк (П. Г.): Понимаете, у этих людей есть конкретная цель: они приехали в Россию, чтобы зарабатывать деньги. Они не оценивают ситуацию так, как это делает российское общество. Этих людей не интересует политика. Им необходимо заработать и отправить деньги домой. Мы, в свою очередь, верим в инвестиционную среду в России и надеемся справиться со всеми сложностями, которые здесь могут возникнуть, в том числе в связи с политическими изменениями. И это только одно из многих соображений, которые позволяют нам считать, что в России все не так плохо.

А какие у MoneyGram планы в России?

Д. О'М.: Мы планируем расширять присутствие в России и сейчас ведем переговоры с российскими партнерами. В ближайшее время объявим о нескольких новых направлениях, которые MoneyGram будет развивать в России.

Можете их назвать?

Д. О'М.: Пока еще нет. Но могу сказать, что в России мы обратили внимание на сети розничной торговли, которые предлагают достаточно удобные многофункциональные сервисы за пределами банковской системы. Например, магазины продаж сотовой связи. И мы будем развивать взаимодействие с ними. Это часть стратегии нашего роста.

Работает ли MoneyGram с розничными сетями в других странах?

Д. О'М.: Да. Например, в Америке мы работаем с крупнейшей розничной сетью Walmart.

На каких направлениях бизнес с российскими партнерами имеет, на ваш взгляд, наибольший потенциал?

П. Г.: Рынок денежных переводов в России делится на две части: ближнее и дальнее зарубежье. Почти 80% переводов из России идут в страны СНГ. Из них основные направления — Узбекистан, Украина, Таджикистан. Российские системы денежных переводов работают в основном только на этом пространстве. Есть несколько игроков, которые пытаются выходить на какие-то ключевые рынки, например в Израиль или Китай. Но им тяжело это делать, потому что у них там нет сети. Им необходимо создавать альянсы.

И мы, и наши российские партнеры заинтересованы развивать трансграничные переводы и в страны СНГ, и в дальнее зарубежье. Но надо понимать и еще одну специфику рынка денежных переводов. Кроме близкого и дальнего зарубежья, которое является точкой отправления, существуют также формальный и неформальный рынки. Есть рынки, где денежные потоки идут через системы, где они прозрачны, надежны, где они идут через банки. Но есть неформальные переводы, когда ты передаешь деньги поездом или автобусом, который идет в Европу, или с другом, есть подпольные системы. По оценкам Всемирного банка, этот сегмент во многих странах занимает до половины рынка денежных переводов. И Россия здесь не исключение. И это тоже огромный потенциал. Поэтому кроме прогноза роста официального рынка денежных переводов есть еще и потенциал неформального рынка.

Почему вы думаете, что формальный рынок отберет долю у неформального?

Д. О'М.: Это вопрос удобства для клиентов. У нас появляются новые технологии, новые услуги. Мы добавляем каналы продаж, например перевод наличных на банковский счет. Буквально недавно мы запустили в Китае услугу по переводу наличных из любой точки мира на счет клиента банка ICBC в Китае. В некоторых странах, к примеру в Грузии и на Украине, MoneyGram уже дает возможность получения перевода наличных на счет через колл-центр. Просто поднимаешь трубку, звонишь в колл-центр и говоришь: мне приходит перевод MoneyGram, вот мой номер перевода, зачислите мне на счет. И все это можно сделать с мобильного телефона.

Мы видим большой потенциал отправки переводов на банковские счета; это могут быть счета, связанные с кредитными картами, счета юридических лиц или другие банковские счета. И точно так же мы предлагаем обратную услугу — перевод с банковского счета и получение наличных в любой точке мира. Мы знаем, что 78% наших клиентов по всему миру имеют как минимум один банковский счет. Поэтому это для них вопрос удобства. Осуществлять перевод наличных на счет, со счета в наличные или со счета на счет.

Это то, что делают банки...

П. Г.: Только с тем условием, что если осуществлять такие переводы через банковскую систему, то это может занимать несколько дней. Тогда как, пользуясь услугами MoneyGram, это можно сделать за десять минут.

Когда эта услуга будет доступна в России?

П. Г.: Мы рассчитываем, что уже во втором квартале 2012 года.

Она будет доступна клиентам всех банков, с которыми вы работаете?

П. Г.: Услуга будет вводиться постепенно, в зависимости от технологической готовности банка. У нас есть подобный проект со Сбербанком. В плане использования банкоматов, терминальных сетей, использования онлайн-банкинга. Технологии уже позволяют это сделать. Для российского рынка это будет уникальная услуга. Причем как для клиентов, так и для наших партнеров, с которыми мы будем работать.

Вы развиваете бизнес на Украине, в Индии, в Китае. А какие еще точки роста вы видите для себя в мире? И на каком месте в этом списке Россия?

Д. О'М.: Точки роста — это Средняя Азия: Таджикистан, Узбекистан. Из дальнего зарубежья — США и Китай. В Китае мы расширили свою сеть во всех 27 провинциях, и нашими агентами там являются ICBC и Банк Китая.

Что же касается России, то она — третий по величине рынок денежных переводов в мире после США и Саудовской Аравии. Мы исходим из оценок Всемирного банка, по которым в 2011 году рынок денежных переводов в мире вырос на 5-7%. Совокупный объем денежных переводов в развивающиеся страны увеличился на 8%, примерно до $350 млрд. В то время как рост бизнеса MoneyGram в 2011 году и только в России составил более 100%. То есть динамика российского рынка значительно опережает мировую.

За счет чего такой рост?

П. Г.: За счет передела рынка. В России работает около 20 различных систем денежных переводов. И я должен сказать, что российские конкуренты проявляют себя очень сильно и многого достигли за последний год. Но наше конкурентное преимущество базируется на том, что у нас хорошо известный бренд и глобальное присутствие — более 256 тыс. точек продаж по всему миру. Мы надеемся, что это обеспечит нам такой же уровень роста и в 2012 году.

Не планируете ли вы получить конкурентное преимущество за счет снижения тарифов?

П. Г.: Мы следим за тем, чтобы наши тарифы были конкурентоспособными. Ведь необходимо, чтобы на рынке был соблюден баланс — баланс интересов всех участников этого процесса. Мы считаем, что сейчас необходимый баланс соблюден. Наши цены сопоставимы с качеством предложения, с уровнем услуг, который мы предлагаем.

Такие системы, как MoneyGram, обязаны соответствовать требованиям законодательства, а сегодня уделяется огромное внимание борьбе с отмыванием денег и в России, и в мире. Есть FATF — межправительственная организация, которая занимается выработкой мировых стандартов в сфере противодействия легализации средств, полученных преступным путем, и финансированию терроризма. В каждой стране есть системы финмониторинга. И каждая трансакция MoneyGram проходит эту систему контроля, проверку по спискам FATF, проверку национальных систем мониторинга, чтобы обеспечить безопасность не только переводов и денежных потоков, но и клиентов. Когда клиент отправляет деньги, ему важно, чтобы их получил именно тот человек, кому они предназначены. И система позволяет этому человеку получить деньги, а это наличные, в любой точке присутствия MoneyGram.

Другой пример — банк, который выплачивает наличные в валюте, в Узбекистане. Он покупает эти деньги у западных банков, и эти деньги везут ему самолетом, на паллетах, запечатанными, в Ташкент. Он должен их привезти, застраховать и т. д. То есть деньги стоят денег. И повторюсь: конкуренция на российском рынке сейчас очень жесткая. Поэтому, честно говоря, тарифы уже находятся ниже разумного уровня. Я думаю, что в ближайшие несколько лет этот рынок будет трансформироваться. Те, кто не выдержит конкуренции, просто с него уйдут.

В 2011 году в России был принят закон "О национальной платежной системе". Нужно ли вам что-то менять, чтобы соответствовать требованиям этого закона?

Д. О'М.: Данный закон вступает в силу в июле 2012 года. И соответствие этому закону все компании должны обеспечить к декабрю 2012 года. Законодательство еще требует инструкций Центробанка по его исполнению. В данный момент ЦБ как раз ведет эту работу — выпускает инструкции, дает разъяснения.

Россия не первая страна, где вводятся подобные законы. Например, у нас уже разработаны механизмы, которые обеспечивают выполнение требований подобного законодательства в Европе. Примерно полтора года назад в ЕС была принята директива по регулированию рынка платежей, которая распространяется на всех участников европейского рынка. Представители ЦБ РФ участвовали в рабочих группах по подготовке этого документа. И много понятий, которые содержатся в российском законе, соответствуют европейскому законодательству.

Да. Но в законе есть вещи, которые понятны уже сейчас. К примеру, в России на рынке денежных переводов компании должны работать либо через НКО, либо с лицензией банка...

П. Г.: Вы называете лишь варианты того, как можно соответствовать законодательству. На самом деле есть разные возможности решения этого вопроса. И на сегодня мы прорабатываем разные варианты, не исключая любой из них, чтобы найти оптимальное решение для соблюдения законодательства и для удобства наших партнеров и клиентов. Думаю, в ближайшее время мы сообщим о нашей стратегии.