Возводить до белого каления

В 2015 году у России впервые с момента распада СССР должен появиться свой космодром — Восточный. Но чем меньше времени остается до первого пуска, тем больше вскрывается проблем, ставящих под угрозу сроки ввода Восточного в строй. Большинство вопросов вызвано постоянными конфликтами между заказчиком (Роскосмос) и генподрядчиком (Спецстрой РФ). Корреспондент "Ъ" ИВАН САФРОНОВ разбирался в том, насколько реальны шансы России получить свой космодром в 2015 году.

1 / 4

21 января был снят с работы глава Роскосмоса Олег Остапенко, занявший эту должность в октябре 2013 года. Официально отставку объясняли необходимостью "мобилизовать" ресурсы отрасли, объединив космическое агентство и Объединенную ракетно-космической корпорацию (ОРКК) в единую госкорпорацию "Роскосмос". Неофициально же в правительстве признают, что увольнение господина Остапенко было отчасти связано с накопившимися проблемами Восточного. Их теперь придется решать новому руководителю российского космоса Игорю Комарову.

В курсе Восточного

Владимир Путин подписал указ о создании космодрома Восточный 6 ноября 2007 года. Предстояло построить первый космодром "несоветского образца", который стал бы гарантом независимости России в космосе, исключил политические риски при эксплуатации арендуемого у Казахстана космодрома Байконур и дополнил военный космодром Плесецк. Первый непилотируемый пуск был назначен на 2015 год, пилотируемый — в 2018-м (см. справку). Было определено точное место строительства Восточного (вблизи поселка Углегорск Амурской области), зарезервирована площадь под возведение его объектов (более 1000 кв. км). В 2011 году началось техническое и эскизное проектирование, а в 2012-м — стройка.

Как рассказал высокопоставленный источник "Ъ" в Роскосмосе, незадолго до увольнения господин Остапенко направил премьеру Дмитрию Медведеву сводный доклад о состоянии Восточного. Судя по документу, ряд объектов находится в критическом состоянии: например, заправочно-нейтрализационная станция отсутствует как сооружение. "Ни одно помещение не передано, готовность к проведению работ по установке технологического оборудования составляет 51%, но смонтировано всего лишь 2% при плане в 45%,— утверждается в докладе.— В период с октября по декабрь 2014 года запланированный монтаж систем пожаротушения, сбора и нейтрализации паров, а также промышленных стоков не выполнялся". Не лучше дела обстоят и со стартовым сооружением — из-за неготовности бетонного кольца отметки 0 специалистам Центра эксплуатации наземной и космической инфраструктуры (ЦЭНКИ) пришлось изменять технологию монтажа кабины обслуживания с использованием 160-тонных кранов, что должно сократить сроки монтажа на месяц. Все это, по словам собеседника "Ъ", накладывается на плохое качество строительно-монтажных работ ввиду низкой квалификации инженерно-технического персонала: "Это приводит к многочисленным переделкам и затягиванию сроков работ". Не лучше обстоят дела и с количеством сотрудников Спецстроя на Восточном. Так, в докладе говорится, что 29 декабря 2014 года на объектах космодрома трудилось 6073 человека (по данным генподрядчика — 9347 человек), что в любом случае меньше необходимых 14 763 работников. "Усиление темпов строительства на любом объекте осуществляется методом снятия специалистов с другого объекта,— отмечается в документе.— В период с 2 по 11 января ежедневно на объектах технического и стартового объекта, по данным дирекции космодрома Восточный, работало от 800 до 1200 человек". "Говорить о кардинальном увеличении количества людей вправду не приходится,— заявил "Ъ" руководитель координационного центра по строительству космодрома Константин Чмаров.— Заказчику всегда нужно больше людей на строительстве, подрядчик же пытается оптимизировать численность". В целом господин Остапенко признает, что никаких "кардинальных изменений в ходе строительства и темпах производства строительно-монтажных работ по линии Спецстроя на объектах космодрома в 2014 году не произошло".

В своем последнем интервью "Ъ" экс-глава Роскосмоса признавал, что положение дел на стройке Восточного "было критическим уже в октябре 2013 года". "Мы не имели детальных графиков строительства, изготовления и поставки технологического оборудования. Не существовало единого организационного документа, то есть с самого начала строительства, с 2012 года, работы велись хаотично, бессистемно,— говорил он.— Уже при планировании строительства была допущена стратегическая ошибка: завершение строительства и проведение первого старта ракеты-носителя были спланированы на одно и то же время — конец 2015 года". В связи с этим, по его словам, пришлось перенести срок завершения строительства с декабря на июль 2015 года, а также скорректировать срок завершения монтажа технологического оборудования и постараться все это увязать в единый график. Понимая, что потерянное время стандартным подходом наверстать не удастся, Роскосмос принял решение о параллельном монтаже технологического оборудования на недостроенных объектах. "С точки зрения технологий это, конечно, не совсем правильно и рискованно,— говорит источник "Ъ" в ЦЭНКИ.— Но если бы эти решения не были приняты, то сейчас бы вопрос ставился о подготовке документов для внесения изменений в президентский указ о сроках первого пуска с Восточного".

В сентябре 2014 года, побывав на Восточном, Владимир Путин поручил вице-премьеру Дмитрию Рогозину лично контролировать строительство. Он делает это практически ежемесячно: в последний раз господин Рогозин был с инспекцией 29 декабря 2014 года.

"Да вырой ты мне эту яму!"

От аэропорта Благовещенска до Углегорска на машине можно доехать за три-четыре часа — если повезет с погодой. Тогда повезло — вместо ожидаемых минус 40 градусов термометр показывал лишь минус 20, да и снег практически не шел.

Как только Дмитрий Рогозин добрался до строительной площадки, представители Роскосмоса и Спецстроя сразу же повели его осматривать территорию. "Монтажно-испытательный корпус ракеты-носителя, космического аппарата и заправочная станция — эти технические помещения сейчас самые проблемные,— рассказывает господину Рогозину заместитель руководителя ЦЭНКИ Андрей Охлопков.— Мы сможем принять ракету-носитель, но дальше не пройдем. Здесь нет силового пола. И когда он будет — мы даже не понимаем". Но слишком уж сгущать краски господин Охлопков не стал и пообещал вице-премьеру построить стартовый комплекс для ракеты "Союз-2" к 1 июня.

То, что состояние многих объектов далеко не идеально, видно невооруженным глазом. Так, в одном из корпусов на стенах в некоторых местах видны достаточно большие трещины. Вдоль стен натянуты тенты, в которые рабочие из тепловых пушек нагоняют тепло: они поясняют, что иначе цемент не схватится и стена может "поплыть". Такое на стройке уже было, рассказал "Ъ" один из сопровождавших господина Рогозина: в декабре 2014 года специалисты Роскосмоса установили, что грунты основания фундаментов жилых домов N1 и N31 находились в обводненном состоянии и с наступлением холодов глубина их проморозки составила более полутора метров. "Строить эти объекты можно будет только после того, как грунты оттают",— отмечает собеседник "Ъ". По его словам, весной 2014 года схожая беда могла произойти и при строительстве стартового комплекса, но "чудом обошлось".

Вдоль железной дороги стоят контейнеры. В них — оборудование, которое надо устанавливать в готовые помещения. Но они еще не готовы, поэтому техника лежит на улице в контейнерах. "Молимся, чтобы не испортилось",— говорит один из сотрудников ЦЭНКИ.

Пока замдиректора Спецстроя Александр Мордовец докладывает господину Рогозину, корреспонденту "Ъ" удается пообщаться с рабочим, вязавшим арматуру рядом со стартовым столом.

— Условия устраивают?

— Холодно, если честно, у нас в Молдавии потеплее.

— В Молдавии?

— Да, у меня семья там живет, а здесь я просто деньги зарабатываю.

— И много получаете?

— 17 тысяч рублей.

На этой фразе его подзывает один из бригадиров и объясняет, что больше говорить ничего не надо. Вице-премьер тем временем отправляется в штаб строительства космодрома. За несколько минут до того, как господин Рогозин сел в машину, я увидел позади себя Александра Мордовца и Андрея Охлопкова.

— Саш, ну вырой ты мне эту яму (по всей видимости, речь шла о стартовом столе.— "Ъ") к 1 июня,— в сердцах произнес господин Охлопков.— Хочешь, я тебе даже поляну накрою?

Господин Мордовец молча кивнул.

Один космодром и много проблем

Проблема Восточного не только в недостатке рабочих и технических сложностях, но и в бюрократической войне между Роскосмосом и Спецстроем. Как рассказал источник "Ъ" в Роскосмосе, в конце 2013 года строители не предоставляли информацию о состоянии объектов. С этого и начался конфликт между Олегом Остапенко и главой Спецстроя Александром Волосовым. Руководитель Роскосмоса в итоге попросил главу Счетной палаты Татьяну Голикову провести аудиторскую проверку стройки, которая состоялась с 17 февраля по 14 марта 2014 года. Нарушений было выявлено достаточно с обеих сторон: это и размещение части выданных заказчиком авансов на депозитных счетах, и задержка сроков выдачи документации, и присутствие в уже выданных документах дефектов, необоснованное увеличение стоимости госконтрактов уже после их заключения, отсутствие отчетности и многое другое.

Роскосмосу удалось сформировать более или менее реальное представление о состоянии строительства Восточного, но отношения между господами Волосовым и Остапенко испортились окончательно. Из служебной межведомственной переписки видно, что строители постоянно винили проектантов в отсутствии рабочей документации, а те, в свою очередь, утверждали, что все бумаги выдаются опережающими темпами. К 18 ноября 2014 года переписка между генподрядчиком и заказчиком насчитывала 2461 письмо. В Спецстрое именно масштаб бюрократических работ называли одной из причин срыва сроков. Чтобы погасить конфликт, Дмитрий Рогозин подключил к работе Минстрой в лице первого замминистра Леонида Ставицкого. Он должен был стать арбитром между заказчиком и исполнителем. Докладывая о Восточном Дмитрию Медведеву, господин Рогозин заявлял, что это решение "себя полностью оправдало".

Однако на финансовые претензии Роскосмоса к Спецстрою Минстрой повлиять был не в состоянии. Олег Остапенко в письме Александру Волосову от 29 декабря 2014 года сообщает, что финансирование строительно-монтажных работ за период 2011-2014 годов было осуществлено на 60,098 млрд руб., или же 54,7% от суммы контрактов (из которых аванс составляет 51,781 млрд руб.). "Ранее направленные запросы в Спецстрой о предоставлении детального отчета об использовании выделенных средств по каждому заключенному госконтракту, а также обосновывающие материалы на дополнительные затраты, остались без ответа,— сообщает он.— Несвоевременное выполнение объемов строительно-монтажных работ и, как следствие, непредставление отчетных материалов за ранее выданные авансы повлекло за собой возврат в бюджет средств в размере 20,126 млрд руб.". Источник "Ъ" в руководстве Спецстроя утверждает, что задержка связана исключительно с "бюрократическими процедурами": для составления отчета требуется время на сбор информации из субподрядных организаций. В Роскосмосе это объяснение называют "детским лепетом", напоминая, что Спецстрой сам не желает создать отдельный строительный главк с отдельным расчетным счетом, позволяющим отслеживать движение средств.

По сведениям "Ъ", всего до 2015 года план капитальных вложений, предусмотренных на строительство Восточного, составляет 139,037 млрд руб., из которых почти 129 млрд прописано в Федеральной космической программе до 2015 года и федеральной целевой программы "Развитие российских космодромов". По словам источника "Ъ" в космическом ведомстве, в ближайшее время сумма уменьшится на 10% — таково требование Минфина по секвестру госпрограмм.

"Никаких сдвижек!"

То, что очередная структурная и кадровая реформы космической отрасли не должны сказаться на первом пуске с Восточного, Дмитрий Рогозин дал четко понять 22 января на представлении Игоря Комарова. "Для нас это задача общегосударственного масштаба, это крупнейшая стройка, эта стройка должна быть завершена в те сроки, которые установлены,— заявил он.— Никаких сдвижек, ни на один день!" Шанс лично оценить состояние космодрома у нового главы Роскосмоса появится уже 30 января, когда Дмитрий Рогозин полетит на Восточный с очередной инспекцией.

Как будут складываться отношения между господами Комаровым и Волосовым — пока судить трудно. Связи у каждого из них основательные: первый является давним соратником гендиректора "Ростеха" Сергея Чемезова, а второй же, по словам источника "Ъ" в Спецстрое, считается личным другом министра обороны Сергея Шойгу. У Олега Остапенко таких высоких заступников не было.

В любом случае, времени на раскачку у Игоря Комарова уже нет: отставание на некоторых объектах составляет от 30 до 180 суток. Предположение о том, что старт "Союза-2" можно осуществить, подготовив только "пусковой минимум" (первостепенные объекты, необходимые для пуска), вице-премьер отвергает, требуя выполнить все показатели, заложенные в план.

Если же план выполнен не будет, то одними отставками в Роскосмосе и Спецстрое (и их структурных подразделениях в том числе) дело не ограничится, убеждены собеседники "Ъ": "Если что-то пойдет не так, то в дело вступят правоохранительные и следственные органы".