Учебные программы подготовки юристов России: эволюция, современное состояние, перспективы

ПРОБЛЕМЫ ЮРИДИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2011. № 4 (29). С. 170-174.

УДК 37

УЧЕБНЫЕ ПРОГРАММЫ ПОДГОТОВКИ ЮРИСТОВ РОССИИ: ЭВОЛЮЦИЯ, СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ

CURRICULUMS FOR LAWYER PREPARATION IN RUSSIA:

EVOLUTION, A CURRENT STATE AND FUTURE PROSPECTS

Т. Ф. ЯЩУК

Выделяются основные этапы российского юридического образования. Показана преемственность учебных программ подготовки юристов. Названы основные проблемы современного юридического образования.

Ключевые слова: юридическое образование, юридические вузы, учебные программы, бакалавриат, магистратура, история образования.

Article shows how the basic stages of the Russian juridical education are allocated. Article also names the basic problems of modern juridical education and shows the continuity of curriculums for lawyer preparation.

Key words: juridical education, legal universities, curriculums, a bachelor degree, a magistracy, formation history.

Российское юридическое образование имеет вполне обозримую историю: как значимый социальный институт оно оформилось в начале XIX в., т. е. на отечественной почве существует чуть более 200 лет. Процесс его становления и развития можно подразделить на три больших этапа (дореволюционный, советский, современный), отметив, что ожидается переход к последующему -четвертому этапу, содержание которого будет обусловлено факторами глобализации и интернационализации.

На первом этапе, который хронологически охватывает период Российской империи, происходит институциональное оформление юридического образования. Основным центром обучения, профессиональной подготовки и науки становится университет. Общеизвестно, что практически все университеты имели в своём составе юридические факуль-

теты, хотя их открытие могло и запаздывать. Например, после учреждения самого восточного - Томского университета юридический факультет в его составе приступил к работе только через 10 лет, а именно в 1898 г. В России была воспринята немецкая модель университета, в законченном и органичном виде апробированная при организации университета в Берлине. Германскими просветителями была сформулирована идея о социальном предназначении университета, или, используя современную терминологию, о его миссии. Хотя одна из задач университета и заключалась в приготовлении юношества к будущей государственной службе, но, при этом декларировалась значительная академическая свобода, т. е. научно-педагогическое сообщество само определяло, чему и как учить студенчество. Своеобразным способом преодоления противоречия между академиз-

© Ящук Т. Ф., 2011

мом образования и требованиями к компетенции государственных служащих стала практика специальных испытаний. Еще до объединения Германии в Пруссии и Бранденбурге кандидату, претендовавшему на должность советника при дворе или суде высшей инстанции, предстояло выдержать государственный экзамен. Позднее требование сдачи квалификационного экзамена стало применяться не только к будущим судьям, но и к кандидатам на должности прокуроров, адвокатов и нотариусов [1]. Обязательность таких экзаменов, хотя и в значительно модифицированном виде, сохраняется и в современной Германии. Таким образом, завершение университетского курса не создаёт гарантий трудоустройства, но открывает доступ к юридической профессии, в том числе и к самой престижной - к судейской.

Сформировавшаяся в немецких условиях теоретико-догматическая модель образования не выделяла специфики юридических знаний и квалификаций, поэтому обучение юристов по методике и даже содержанию принципиально не отличалось от подготовки других специалистов, и эта традиция была перенесена на российскую почву. Кроме того, ввиду отсутствия вплоть до начала XX в. в большинстве российских университетов других факультетов социально-гуманитарного профиля, юридическое образование оставалось слабо специализированным. Учебные программы свидетельствуют о том, что они включались в общий контекст социальноэкономических и гуманитарных наук. В качестве иллюстрации можно привести темы научных сочинений студентов Казанского университета («Рождаемость населения Казанской губернии в сравнении с рождаемостью Европейской России и государств Западной Европы», «Экономическое положение крестьян Бугурусланского уезда Самарской губернии по данным земской статистики») и некоторые названия диссертационных работ («Сельский пролетариат в России», «Значение труда в народном обычном праве») [2].

Общегуманитарный характер образования подтверждает и последующая профессиональная карьера выпускников юридических факультетов и вузов, к наиболее ярким и показательным примерам относится поэти-

ческая судьба А. С. Пушкина и его друзей-лицеистов, которых в стенах Александровского лицея готовили для государственной службы.

Либеральный, а не утилитарный подход определял и технологию, т. е. методику образования. Учебные программы не предусматривали обязательных семинарских занятий, тематику таких занятий в порядке собственной инициативы могли объявлять сами профессора, но и в этом случае их посещение считалось добровольным, а сами семинары часто проходили не в университетских аудиториях, а на квартире профессора. Практическое обучение также не было распространенным и массовым, хотя в современных работах убедительно доказывается, что уже в середине XIX в. в Казанском университете усилиями выдающегося цивилиста Д. И. Майера в учебный процесс была внедрена «клиническая инновация» [3].

Однако в большинстве случаев студент мог закончить факультет, не увидев ни одного реального судебного дела, но именно выпускники университетов сумели провести Судебную реформу 1864 г., идеи и принципы которой оказались актуальны и востребованы в современных условиях. Нельзя не отметить роли юристов в реализации других «великих» реформ второй половины XIX в. -крестьянской, местного самоуправления, полицейской, финансовой. Приведённые факты позволяют более адекватно оценивать потенциальные возможности в формировании профессиональных компетенций столь популярных сегодня интерактивных методов, включенного обучения и других аналогичных приёмов.

Необходимо указать важнейший фактор, влияющий на содержание учебных программ - это выбор фундаментальной идеологической модели (либеральной или утилитарной), положенной в основу образования. Либеральная модель, восходящая своими корнями в античность, априори признает самоценность любого знания, независимо от того, востребовано ли оно в данный исторический период или нет. Утилитарная модель, связанная происхождением со средневековыми цехами, ориентируется на полезное, практичное знание, а целью обучение объявляет формирование необходимых профессиональных навы-

ков. Европейский университет как образовательный, научный и культурный феномен возник результате гармоничного синтеза либеральной и утилитарной традиций. Очевидно, что в чистом, абсолютном виде ни та, ни другая модель не проявляются, но на отдельных исторических этапах развития университета или в границах национальных систем высшего образования со всей очевидностью обнаруживается доминирование одной из них. Если преобладает либеральная тенденция, то образование носит более широкий, общий характер, если утилитарная, то оно становится более специализированным и прикладным. В свою очередь, смена ведущей модели определяется эволюцией политического режима. Такую взаимосвязь на примере Университетских уставов Российской империи проследил

В. В. Захаров [4].

Утверждение утилитарной модели, причём в крайней, гипертрофированной форме хронологически совмещается со становлением тоталитаризма в начале 1930-х гг. В этот период были закрыты факультеты советского права, что означало упразднение университетского юридического образования. Создавались узкоспециализированные институты советского права, подчиненные наркомату юстиции РСФСР, который, исходя из потребностей своего ведомства, должен был определять содержание учебных программ. Устанавливался усеченный срок обучения -3 года, что влекло исключение из программ многих «ненужных» предметов. Либерализация политического режима в середине 1950-х гг. вызвала обратные процессы: Новый учебный план по специальности «Правоведение», разработанный и принятый в 1954 г. существенно расширял перечень преподаваемых дисциплин. Вводились такие курсы, как латинский язык, римское право, логика. Изучаемое ранее в качестве одной дисциплины «Государственное право СССР в связи с государственным правом буржуазных стран» разделилось на три самостоятельных - «Советское государственное право», «Государственное право стран народной демократии», «Государственное право буржуазных стран». Гораздо разнообразнее стала тематика спецкурсов, богаче их содержание. Другой пример влияния либерализации режима на учебные планы подготовки юри-

стов относится к началу 1990-х гг. В данный период прекращается преподавание таких глубоко идеологизированных дисциплин, как «История КПСС», «Научный коммунизм» и др., зато внедряются курсы культурологии, политологии, социологии и др. В значительно большем объёме по сравнению с современным периодом изучалась отечественная история, которая ныне вообще исключена из перечня обязательных дисциплин федерального компонента.

В советский период оформилось три типа учебных заведений, в стенах которых готовили юристов: 1) юридические факультеты классических университетов, восстановление которых началось уже в период Великой отечественной войны; 2) юридические институты: на территории РСФСР их работало два - в Свердловске и в Саратове; 3) ведомственные вузы: школы милиции и др.

При этом только для университетов предусматривался 5-летний срок обучения, впервые введенный на юридических факультетах в 1946/47 уч. г. Однако выпускники юридических вузов и ведомственной высшей школы, которые учились 4 года, не подвергались профессиональной дискриминации, могли назначаться на любые должности в государственном аппарате, в том числе в правоохранительных органах, могли поступать в аспирантуру, заниматься наукой и преподаванием. Дополнительное учебное время на юридическом факультете университета позволяло изучать в расширенном объёме общественно-политические дисциплины, которые считались важными для формирования соответствующего мировоззрения будущего юриста. Восемь семестров, т. е. значительно дольше по сравнению с современным периодом, продолжалось изучение иностранного языка. На старших курсах выделялось дополнительное время для самостоятельной научной работы, предусматривалась продолжительная преддипломная практика, предназначенная для написания дипломного сочинения. В целом, исторический опыт успешного четырёхлетнего обучения юристов позволяет утверждать, что в течение данного срока возможно организовать подготовку кадров высшей квалификации, что планируется достичь в рамках бакалавриата. Однако выпускники университетов считались в

большей степени ориентированными на научную и педагогическую деятельность.

Современное состояние юридического образования характеризуется соединением в нём элементов, сложившихся ещё в советский и даже более ранний период, и новациями, обусловленными реалиями сегодняшнего дня. К числу важнейших факторов, воздействующих на его содержание, следует отнести участие России в Болонском процессе, появление новой парадигмы высшего образования, а именно вытеснение идеи «общего блага» идеей «образовательной услуги». Утвердившийся в России рынок определяет цену такой услуги, поэтому вузы стремятся предложить максимально привлекательный для потребителя товар. В данных условиях российское юридическое образование вынуждено эволюционировать в сторону утилитарной модели, приобретать чёткую практи-ко-ориентированную направленность. Учебное время, освободившееся за счёт упразднения общественных дисциплин и сокращения иностранного языка, заполнено спецкурсами, в большинстве своём основанными на действующем российском законодательстве. Негативной стороной данного процесса стало размывание системности права, взаимосвязанности и взаимообусловленности его отдельных отраслей. В юридическое образование активно внедряются интерактивные методы обучения, которые во многом сходны с технологиями, ранее используемыми в бизнес-тренингах. При этом не учитывается, что коммерческие организации, которые практикуют их более широко, преследуют цель формирования у специалистов конкретных, зачастую весьма узких компетенций. Нельзя не поддержать мнение ректора Новосибирского государственного университета

В. А. Собянина, который пишет, что владеющий компетенциями - это просто квалифицированный учёный, квалифицированный рабочий. Но главное - экспертные знания, за которыми наше будущее [5].

Серьёзного осмысления требует и присутствующий в современных учебных программах уклон в сторону самостоятельной работы студентов. С одной стороны, современные информационные технологии значительно расширяют познавательное поле. В режиме открытого доступа действует Науч-

ная электронная библиотека, в крупных городах открыты залы Президентской библиотеки им. Б. Н. Ельцина, которые также работают в режиме онлайн, официальные сайты имеют все крупные государственные учреждения, регулярно обновляются информационные базы правовых справочных систем и т. д. С другой стороны, обилие и доступность информации создаёт иллюзию легкости получения знаний, девальвирует их ценность. Аналитические навыки работы с информацией у многих студентов, особенно младших курсов, развиты очень слабо. Студент зачастую не видит разницы между лекцией преподавателя и «скачанным» из Интернета текстом на аналогичную тему, статьей авторитетного учёного из электронного журнала и анонимным рефератом с неизвестного сайта. Поэтому организация самостоятельной работы требует серьёзного взаимодействия (подготовки, контроля и т. д.) преподавателя и студента, к которому современные вузы слабо готовы, в том числе и по материальнотехническим причинам.

Сложившееся юридическое образование оценивается крайне неоднозначно вплоть до признания его положения критическим. Обозначим лишь некоторые наиболее спорные позиции. Одни исследователи говорят об академическом фундаментализме юридического образования в России [6], другие считают фундаментальность юридического образования не более, чем мифом [7]. Одни отстаивают целесообразность узкоспециализированной подготовки юристов, предлагают полностью исключить учебные курсы философии, социологии [8], другие доказывают, что приобретению собственно юридического образования должно предшествовать гуманитарное, экономическое или иное университетское образование, хотя бы на уровне бакалавриата [9]. С диаметрально противоположных позиций характеризуются состояние и перспективы развития негосударственных юридических вузов: одновременно утверждается, что они скоро отомрут [10], имеют высокие конкурентные позиции на рынке образовательных услуг и обладают отличным потенциалом на будущее [11].

Даже среди профессиональной корпорации не сложилось общего мнения, много или мало готовится в стране юристов, стоит ли

добиваться сокращения юридических вузов и факультетов, какие вузы следует считать профильными, а какие нет. Публикуются совершенно умозрительные, без какой-либо документальной аргументации, цифры о количестве «качественных» и «некачественных» выпускников. Совершенно необоснованными представляются пессимистические оценки состояния российского юридического образования, суждения по поводу анахронизма учебных программ и отсталости методик, консерватизма и инертности научнопедагогического сообщества. Следует остерегаться и высказываемых предложений об усилении государственного регулирования высшей школы, ужесточении контроля, введении новых бюрократических процедур. Необходимо помнить, что ограничение академических свобод несовместимо с духом университета.

Дискуссии, состоявшиеся по поводу содержания проектов ФГОС, наполнения их конкретными предметами, определения соотношения значимости отдельных дисциплин могут стать предметом специального исследования. Пока реальная политика в сфере юридического образования строится в соответствии со взвешенными предложениями о сочетании «академической фундаментальности и прагматизма» [12].

1. Антонов И. П. Подготовка «юридического корпуса» в Германии // Юридическое образование и наука. - 2001. - № 2. - С. 36.

2. Юридический факультет Казанского университета: Два века образования и науки. - Казань, 2004. - С. 22-23.

3. Зипунникова Н. Н. «Университеты учреждаются для преподавания наук в высшей степени». Российское законодательство об университетах XVIII - начала XIX века. - Екатеринбург, 2009. - С. 334.

4. Захаров В. В. Как готовить юриста: изучая русские рецепты. Очерки истории юридического образования в России второй половины XIX - начала XX века. - Курск, 2006. - С. 82.

5. НГУ: вчера, сегодня, завтра. Воспоминания. Очерки. Интервью. 1959-2009. - Новосибирск, 2009. - С. 61.

6. Синюков В. Н. Юридическое образование в контексте российской правовой культуры // Журнал российского права. - 2009. - № 7. -С. 32.

7. Немытина М. В. Право России как интеграционное пространство. - Саратов, 2008. -

С. 195.

8. Карпанов Я. В. Особенности юридического образования в США // Закон. - 2009. - № 3. -

С. 77.

9. Синюков В. Н. Указ. соч. - С. 42.

10. Томсинов В. А. Преступление под названием юридический факультет // Закон. - 2009. -№ 3. - С. 41.

11. Панченко П. М. Негосударственное высшее юридическое образование: отличная заявка на существование // Юридическое образование и наука. - 2010. - № 1. - С. 11-12.

12. Марченко М. Н. России нужна концепция юридического образования // Закон. - 2009. -№ 3. - С. 62.