ФОРАМИНИФЕРЫ ИЗ ОТЛОЖЕНИИ ОЛЬХОВСКОЙ СВИТЫ (Восточная Камчатка)

матических ритма. Первый ритм (зоны I и II)—господствующие степные сообщества из маревых, полыни и сложноцветных с участием такого степного растения как хвойник (Ephedra distachia L.) начинают вытесняться группировками с большим участием мезо-ксерофильного разнотравья. Облесенность территории возрастает. Второй ритм (зоны III, IV) отражает обратный процесс — уменьшение облесенности под влиянием увеличения сухости. Третий ритм (зоны V, VI) — формируется современная почва.

Эти палинологические данные хорошо согласуются с литологией отложений, вскрытых на стоянке. К сожалению, в соседних районах нет четких разрезов, охарактеризованных палинологически, к которым можно было бы привязать диаграмму по стоянке Золотовка I. Но по характеру, отражающему смену типов растительности и влажности, в дальнейшем ее можно будет увязать с общими палеогеографическими событиями на территории Восточно-Европейской равнины и таким образом более точно определить время и условия обитания палеолитических охотников на зубров на Нижнем Дону.

ЛИТЕРАТУРА

Борисковский П. И., Праслов Н. Д. Палеолит бассейна Днепра и Приазовья.— В кн.-

САИ, вып. AI-5. М.; Л.: Наука, 1964. Геоздовер М. Д. О культурной принадлежности позднепалеолитических памятников

Нижнего Дона.— Вопросы антропологии, 1967, вып. 27. Праслов Н. Д. Ранний палеолит Северо-Восточного Приазовья и Нижнего Дона. Л.: Наука, 1968.

Праслов Н. Д. Некоторые специфические формы каменных орудий Мураловской палеолитической стоянки.— КСИА, 1972, вып. 131. Праслов Н. Д. Работы по палеолиту на Нижнем Дону.— АО 1976 г., М., 1977.

УДК 551.5

М. Е. БЫЛИНСКАЯ ФОРАМИНИФЕРЫ

ИЗ ОТЛОЖЕНИЙ ОЛЬХОВСКОЙ СВИТЫ

На востоке Камчатки морские отложения ольховской свиты распространены в западной и юго-западной частях п-ва Камчатка, где они вскрываются в склонах долин и цоколях террас рр. Мутная, Ольховая Первая и их притоков.

Ольховская свита была выделена впервые в 1940 г. О. С. Вяловым и Р. И. Вяловой. В дальнейшем эти отложения изучали ряд исследователей, в том числе В. Г. Беспалый, Г. П. Борзунова, Т. Д. Давидович, Т. И. Линькова, Ф. С. Файнберг, М. Н. Шапиро [Беспалый и др., 1972] и др.

Отложения ольховской свиты представляют собой мощную глинисто-алевритовую толщу с прослоями песков, гравийников, галечников и подразделяются на две подсвиты: нижнюю, вскрывающуюся по р. Мутная, и верхнюю, вскрывающуюся по рр. Ольховая Первая и Белая.

Большинство исследователей возраст всей толщи оценивает как плиоценовый. Проведение палеомагнитного анализа позволило предположить, что накопление отложений верхней подсвиты происходило в эпоху

Брюнеса [Беспалый и др., 1972]. Изучение малакофауны осадков ольховской свиты показало, что во время ее накопления происходило постепенное похолодание климата. Таким образом, результаты как палео-магнитного, так и фаунистического анализа свидетельствуют о том, что ольховская свита представляет собой переходную плиоцен-четвертичную толщу морских отложений.

Изучение видового состава фораминифер верхней подсвиты позволяет судить о ее возрасте с еще большим основанием.

До сих пор в м'икрофаунистическом отношении был изучен лишь один небольшой разрез по р. Белая. По данным Н. А. Фрегатовой [Беспалый и др., 1972], здесь встречено 6 видов фораминифер: Buccel-la ex gr. niigatoensis (Husezima et Maruhasi), Epistominella pulchella (H. et M.) = (E. pacifica), Cassidulina kasiwazakiensis (Maruhasi), Cribroelphidium vulgare Voloshinova (? = C. goesi), Elphidium clavatum Cushman, Globigerina bulloides Orbighy. H. А. Фрегатова предположительно отнесла данный комплекс к самым верхам плиоцена.

В настоящей работе дается описание видового состава фораминифер из отложений 30-метрового разреза на правом берегу р. Ольховая Первая напротив устья руч. Буйный. В разрезе обнажается слоистая песча-но-алеврито-глинистая толща. На высоте 6 м от подошвы разреза залегает слой пепла. В отложениях над слоем пепла обнаружен богатый и разнообразный комплекс фораминифер, представленный секреционными бентосными и планктонными формами. В дальнейшем для удобства изложения будем называть этот комплекс ольховским. Общее количество фораминифер в образцах составляет порядка 2—3 тыс. экземпляров

Комплекс содержит 48 видов фораминифер, представленных в подавляющем большинстве ныне существующими формами. Обнаружены лишь 4 вида, не встречающиеся в современных морских бассейнах. Это — Retroelphidium hughesi (Cushman et Grant), Islandiella laticame-rata (Voloshinova), Cribroelphidium crassum Kuznetzova. Только первый из названных видов имеет широкое распространение в отложениях изучаемой нами ольховской свиты (порядка 800 экз.), остальные встречаются единично.

Среди ныне живущих видов преобладают: Cribroelphidium granatum (Gudina) (порядка 60—300 экз.), С. goesi (Stschedrina) (10—50 экз.), Elphidium subclavatum Gudina (20—200 экз.), а также Epistominella pacifica (Cushman) (до 920 экз.). Обилие последнего ида в разрезе — очень интересная характерная черта данного комплекса, поскольку этот вид не встречен нигде в плейстоценовых отложениях СССР, но распространен в современных дальневосточных морях на глубинах 136—1200 м [Саидова, 1961]. Очевидно, его наличие в разрезе свидетельствует о сравнительно глубоководных и относительно тепловодных условиях древнего бассейна. '

Довольно широко в изучаемых отложениях представлены букцеллы. Распространены: Buccella frígida (Cushman) (до 60 экз.), В. troitzkyi Gudina (от 20 до 120 экз.), а также в небольшом количестве В. inusitata Andersen. Постоянно, но в небольших количес^х, по разрезу встречается Islandiella islandica (Nervang), лишь в одном образце насчитывается 260 экз. Из представителей исландиеллид обнаружены единичные экземпляры Islandiella teretis (Таррап) и I. norcrossi (Cushman).

Кроме перечисленных видов в отложениях встречаются: Quinquelo-culina seminulum (Linné), Triloculina trihedra Loeblich et Tappan, La-gena distoma Parker et Jones, Sigmomorphina trilocularis (Bagg), Globulina gibba (Orbighy), Oolina apiopleura (Loeblich et Tappan), Fissuri-

1 Данные приводятся в расчете на 50 г сухой породы.

па marginata (Walker et Boys), Discorbis cf. deplanatus, Cibicides rotun-datus Stschedrina, Astrononion gallowayi Loeblich et Tappan, Nonionelli-na labradorica (Dawson), Nonionella auricula Heron — Allen et Earland, Cribroelphidium subarcticum (Cushman), Stainforthia loeblichi (Fey-ling — Hanssen), S. concava (Héglund), Bolivina decussata Brady, В. su-baenariensis, Uvigerina peregrina Cushman, U. hootsi Rankin, U. juncea Cushman et Todd.

В разрезе обнаружено также довольно большое количество планктонных фораминифер, представленных видами Globigerina bulloides Or-bighy, G. pachyderma (Ehrenberg), G. guingueloba Natland, Globigerini • ta uvula (Ehrenberg).

Из 32 встреченных в разрезе видов, зоогеографическая характеристика которых установлена, большинство составляют аркто-бореальные и бореальные виды (соответственно 40 и 28%), 8 видов бореально-аркти-ческих и 2 арктических. Шесть форм, не определенных до вида вследствие плохой сохранности единичных экземпляров, с большой степенью вероятности можно отнести к бореальным или аркто-бореальным.

Таким образом, комплекс в целом можно охарактеризовать как аркто-бореальный со значительным содержанием бореальных элементов.

Определение возраста отложений, вмещающих описанный выше комплекс фораминифер, можно проводить на том основании, что из 48 видов подавляющее большинство (92%) являются ныне живущими. Это свидетельствует о том, что исследуемые отложения относятся скорее всего к четвертичным.

При сравнении ольховского комплекса с рядом комплексов из других районов, наибольшее сходство по видовому составу обнаруживается с пинакульским (нижнеплейстоценовым) комплексом Чукотки, изученным И. М. Хоревой (1974). Большинство видов, обнаруженных в пина-кульских отложениях, присутствует в описываемой ассоциации. Это такие виды, как Elphidium subclavatum, Cribroelphidium goesi, С. grana-tum, Buccella frígida, B. inusitata, Cassidulina islandica, Stainforthia concava, Astrononion gallowayi. В то же время ольховский комплекс является более богатым и, по-видимому, более тепловодным по сравнению с пинакульским. Для него характерно отсутствие ряда арктических видов, содержащихся в пинакульском комплексе (в частности, видов рода Protelphidium). Несмотря на значительное сходство этих комплексов, ассоциация ольховской свиты, судя по присутствию в ней вымерших видов, древнее пинакульского комплекса, а также комплексов Кольского п-ва, Западной Сибири и Енисейского Севера, описываемых В. И. Гу-диной [1976].

Таким образом, изучение видового состава фораминифер, встреченных в разрезе ольховской свиты на р. Ольховая Первая, свидетельствует о плейстоценовом возрасте верхней подсвиты. Вероятно, ее накопление соответствует самому началу раннего плейстоцена.

Что касается условий осадконакопления данных отложений, то, судя по составу сформировавшегося в них комплекса, они были близки к современным. Это был сравнительно глубоководный водоем (около 200 м или более), о чем свидетельствует обилие вида Epistominella pacifica и планктонных видов, а также представителей родов Uvigerina и Bolivina. Придонные воды имели низкую положительную температуру ( + 1—4° С) и пониженную соленость, судя по преобладанию эльфидиид по сравнению с исландиеллидами.

12 Заказ № 4874

ЛИТЕРАТУРА

БеспальЛ В. Г., Борзунова Г. П., Давидович. Т. Д., Линькова Т. И., Файнберг Ф. С., Шапиро М. Н. К вопросу о возрасте золотоносных морских отложений ольховской свиты (Восточная Камчатка).— В кн.: Актуальные проблемы геологии золота на Северо-Востоке СССР. Магадан, 1972.

Гудина В. И. Фораминиферы, стратиграфия и палеозоогеография морского плейстоцена-севера СССР. Новосибирск: Наука, 1976.

Саидова X. М. Экология фораминифер и палеогеография дальневосточных морей СССР и северо-западной части Тихого океана. М., 1961.

Хорева И. М. Стратиграфия и фораминиферы морских четвертичных отложений за падного берега Берингова моря. М.: Наука, 1974.

УДК 551.791'

Т. А. СЕРЕБРЯННАЯ

К ГОЛОЦЕНОВОЙ ИСТОРИИ ЛЕСОВ ЗАПАДА СРЕДНЕРУССКОЙ ВОЗВЫШЕННОСТИ

Территория Среднерусской возвышенности отличается плохой сохранностью естественного растительного покрова, что связано, прежде всего, с интенсивным сельскохозяйственным освоением. Небольшие массивы широколиственных и вторичных березовых лесов концентрируются в северных и западных районах. На западной периферии возвышенности лесистость резко возрастает: здесь наблюдается переход к хвойным лесам, до сих пор еще одевающим территорию Брянской части бассейна Дёсны.

В составе флоры этих лесов сохранились представители флоры дубрав, которые указывают на иные лесорастительные условия в прошлом. Палинологические данные по торфянику Березовое, расположенному как раз на контакте ландшафтов Среднерусской возвышенности и Брянщины, рассматривались как свидетельство «наивысшего расцвета широколиственных лесов» в атлантический период голоцена с последующими незначительными «вспышками» степной растительности [Банникова, Соколовская, 1971].

Наши палинологические данные по центральным районам Среднерусской возвышенности [Серебрянная, Ильвес, 1974; Серебрянная, 1976], относящиеся к зоне лесостепи, показали, что эта территория переживала период значительного проникновения широколиственных лесов, сначала ¿'преобладанием липы, затем дуба в более позднее время. Предпринятое Э. О. Ильвесом серийное радиоуглеродное датирование позволило установить, что последний лесной этап начался только в середине суббореального периода, примерно 3500—4000 лет назад. Климат позднего голоцена в целом благоприятствовал распространению дубрав в лесостепи, однако этот процесс был приостановлен деятельностью человека.

В свете отмеченных данных представляет интерес вновь рассмотреть вопрос об истории лесов запада Среднерусской возвышенности, используя спорово-пыльцевой и радиоуглеродный методы исследования. В поисках подходящего объекта мы остановили свой выбор на разрезе торфяника у х. Балкашинский Хотынецкого района Орловской области. Этот разрез приурочен к зоне контакта широколиственных и широколиственно-хвойных лесов. Слои торфа вскрываются в обнажении в сред-