Подсудимых хотят выпустить из клеток

Глава президентского Совета по правам человека (СПЧ) Михаил Федотов и представители адвокатского сообщества на совещании в Совете федерации (СФ) предложили прекратить помещение подсудимых в металлические клетки в зале суда. Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) неоднократно признавал такое содержание "унижающим человеческое достоинство". Эта и другие проблемы следуют не из законов, а из ведомственных нормативных актов и репрессивной правоприменительной практики, отметили участники совещания. Глава профильного комитета СФ Андрей Клишас пообещал изучить "массив подзаконных актов", которые затрагивают права человека.

Заместитель управделами уполномоченного по правам человека Татьяны Москальковой Иван Соловьев на совещании в СФ рассказал, что омбудсмен запрашивала позицию госорганов "по поводу металлических ограждений" в зале суда, и "все признали" целесообразной их замену на "модульные конструкции из стекла". Отметим, что ЕСПЧ еще в июле 2014 года признал российскую практику содержания подсудимых в клетках "унижающей человеческое достоинство" и обязал выплатить заявителям компенсацию €10 тыс. за моральный ущерб ("Свинаренко и Сляднев против России"). Аналогичный вердикт ЕСПЧ вынес 1 февраля этого года, обязав выплатить троим заявителям от €3 тыс. до €7,5 тыс. ("Воронцов и другие против России").

Господин Соловьев согласился, что "выставление подозреваемых на всеобщее обозрение в клетке подрывает их репутацию" и "унижает достоинство". При этом "никаких специальных норм", которые регулировали бы "обязанность оснащать суды тем или иным оборудованием", в законодательстве нет, подчеркнул он: "Все регулируется ведомственными нормативными актами, которые официально не опубликованы".

Президент адвокатского бюро "Юстина" Виктор Буробин рассказал, что работал "еще при советской власти" и никогда не встречал в судах "никаких железных и иных предметов, препятствующих общению с подсудимым". "Первая клетка в российские времена появилась в 1992 году по делу Чикатило, потому что все боялись, что он укусит",— сообщил адвокат. По его мнению, размещение подсудимого в клетке оправдывает только его общественная опасность, в остальных же случаях нужно отказаться от этой практики: "Я был судьей в военном суде, у нас бросили гранату прямо в суд и ничего страшного".

Глава Федеральной палаты адвокатов Юрий Пилипенко отметил, что подсудимые должны находиться в ходе процесса "за стойкой, как это всегда было при советской власти", а размещение в "пластиковых укреплениях" лишь ухудшит ситуацию: "Там дышать нечем, ничего не слышно, нельзя пообщаться со своими защитниками". В либерализации судебного процесса, по его мнению, правка законодательства, "возможно, не самая главная мера", важнее "изменить правоприменение": "в законе клетка не предусмотрена", а на самом деле есть почти в каждом суде.

Глава СПЧ Михаил Федотов заявил, что "никого нельзя держать в клетке, если это не установлено законом", и предложил прописать эту процедуру в Уголовно-процессуальном кодексе. По его мнению, помещать в металлические клетки следует только опасных подсудимых, обвиняемых в совершении насильственных преступлений: "Нужно установить, что подсудимый может быть помещен в специально приспособленное помещение по соображениям безопасности".

Глава комитета СФ по конституционному законодательству Андрей Клишас согласился, что металлические заграждения для подсудимых — "избыточная мера, которая унижает человека". Он подчеркнул, что по Конституции ограничивать права и свободы могут только законы. Вопрос с клетками, по его словам, "частный". Поэтому нужно изучить весь "массив подзаконных актов, который регулирует чувствительные вопросы, связанные с правами и свободами человека", и уже потом "определиться с тем, переводим мы на уровень законодательного регулирования такие ограничения или нет". Вопросы либерализации законодательства он пообещал обсудить и с коллегами-единороссами (господин Клишас возглавляет либеральную платформу партии).