«Сахалин-1» на один

Российские власти в попытке реанимировать проект «Сахалин-1» поставили ультиматум американской ExxonMobil, которая еще в марте отстранилась от участия в нем. Президент РФ Владимир Путин передал управление проектом «Роснефти», а также распорядился перерегистрировать оператора проекта в российской юрисдикции по аналогии с «Сахалином-2». Одновременно Генпрокуратура подала иск к старому оператору — Exxon Neftegas Ltd. По словам собеседников “Ъ”, Exxon едва ли останется в проекте, а ее долю может получить «Роснефть». Но, по мнению экспертов, перезапустить проект будет очень трудно.

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

Дочерняя структура «Роснефти» «Сахалинморнефтегаз-шельф» получила функции временного оператора проекта «Сахалин-1», следует из указа президента РФ от 7 октября. Прежде их осуществляла зарегистрированная на Багамских островах Exxon Neftegas Limited — структура американской ExxonMobil (принадлежит 30% в проекте), которая в марте объявила о прекращении участия в проекте из-за того, что Россия начала боевые действия на Украине. Exxon оценивала свои убытки от фактического выхода из проекта в $3,4 млрд. Самоустранение Exxon парализовало операционную деятельность «Сахалина-1», и добыча на проекте практически прекратилась к апрелю.

В нефтекомпаниях и секретариате вице-премьера Юрия Трутнева, курирующего Дальний Восток, не дали комментариев.

Акционеры «Сахалина-1» помимо Exxon — структуры «Роснефти» «Сахалинморнефтегаз-шельф» и «РН-Астра» (11,5% и 8,5%), японская Sodeco (30%), индийская ONGC (20%). В 2021 году «Сахалин-1», включающий месторождения Чайво, Одопту, Аркутун-Даги, произвел более 11 млн тонн нефти. Проект реализуется на базе соглашения о разделе продукции (СРП).

Как отмечается в указе президента, возникли «угрозы ЧС природного и техногенного характера и национальным интересам и экономической безопасности РФ в результате нарушения некоторыми иностранными юрлицами и физлицами обязательств по СРП».

По словам собеседника “Ъ”, знакомого с позицией властей, речь идет об Exxon, «которая стала препятствовать функционированию проекта». Он заверяет, что после перехода управления в проекте добыча будет возобновлена, хотя и неясно, в каком объеме.

Согласно указу, правительство РФ в принудительном порядке переводит имущество консорциума на создаваемое российское ООО по аналогии со схемой, уже использованной в другом СРП-проекте «Сахалин-2».

Валерий Лимаренко, губернатор Сахалинской области, о проекте «Сахалин-1», 28 сентября:

Объем добычи нефти и конденсата за семь месяцев уменьшился почти в два раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. А на данный момент добыча нефти остановлена.

После создания ООО иностранные акционеры проекта за месяц должны уведомить РФ о готовности продолжать в нем участие, в противном случае их доля будет продана властями РФ российской компании. До тех пор «Роснефть» останется оператором проекта, а затем оператора изберет общее собрание участников ООО. Данный указ фактически реализует механизм устранения американских и европейских лиц (которые обязаны исполнять соответствующие санкционные ограничения) из проекта посредством его принудительного переноса полностью в российскую юрисдикцию, отмечает руководитель юрпрактики CM Grace Consulting Екатерина Орлова.

По мнению собеседников “Ъ”, Exxon не станет претендовать на долю в «Сахалине-1» и она с высокой вероятностью перейдет «Роснефти», которая в итоге обеспечит мажоритарное участие. Японские и индийские компании, скорее всего, останутся в проекте. Глава Минпромторга Японии Ясутоси Нисимура заявил телеканалу NHK 8 октября, что «Сахалин-1» важен для энергообеспечения Японии. Напомним, японские компании сохранили участие в «Сахалине-2» в аналогичной ситуации.

Exxon прежде угрожала обратиться в суд против РФ, если власти не дадут ей возможности продать свою долю в «Сахалине-1». 9 октября стало известно, что Генпрокуратура и министерство финансов Сахалинской области подали свой иск к Exxon Neftegas Limited, содержание претензий пока неизвестно. По мнению экспертов, возобновление добычи на «Сахалине-1» может быть сопряжено с технологическими трудностями и санкционными препятствиями. На перезапуск проекта может уйти до полугода, считает Сергей Кондратьев из Института энергетики и финансов, среди возможных проблем — необходимость в дополнительных кадрах, а также выстраивание системы сбыта. Екатерина Орлова отмечает, что санкции не позволяют полноценно эксплуатировать имеющееся импортное оборудование, так как возникают проблемы с лицензиями и использованием IT-решений, и потребуется «масштабная работа для переформатирования проекта и возобновления добычи в прежнем объеме».