Соотношение понятий и признаков фактическихбрачных отношений и легитимного брака

Брак - один из древнейших институтов, который в своем формировании прошел многочисленные правовые метаморфозы, приведшие к разночтению в понимании гражданами не только понятия института семьи с его признаками, но и самого понятия брака. Проблема изучения такого социального явления, как брак, его происхождения, способов заключения и иных правовых явлений, сопровождающих этот институт, занимает важное место в формировании и развитии современного российского законодательства, защищающего легитимные семейные отношения. М.М. Ковалевский в своей работе «Первобытное общество» отметил, что «...едва ли какой вопрос в истории брачного права подвергаем был столь тщательной обработке, как вопрос о древнейшем порядке заключения брачного союза. Мы имеем чуть ли не трехсотлетнюю литературу и могли бы составить целую библиотеку из монографических исследований, написанных на всевозможных языках и посвященных самому детальному его изучению у различнейших народов земного шара. И все же вопрос этот далеко не решен окончательно; разноречия и несогласия продолжают держаться по-прежнему» [1]. Нельзя не согласиться с данными выводами автора, поскольку на современном же этапе развития российского семейного права проблематикой семейно-брачных отношений с акцентом на пробелы в определении ключевых понятий занимаются такие ученые, как И.В. Афанасьева, Т.В. Шерешнь, М.А. Воронкова, при этом ошибочно предполагать, что тема брачно-семейных отношений изучена всесторонне и полностью.

Интерес ученых к институту брака и семьи обострился в связи с тем, что современное общество пошло по пути формирования своего, альтернативного, определения брака, основанного на современных реалиях формы брачно-семейных отношений, при которых фактические отношения в виде совместного проживания, ведения общего хозяйства без должного оформления отношений в органах загса стали называться «сожительство» и сопоставляться со значением легитимного брака. Новая, популяризованная современным обществом, форма семейных отношений имеет ряд завуалированных негативных на первый взгляд привлекательных свойств, позволяющих ей быстро ассимилироваться в обиходе. Одним из таковых свойств является алгоритм прекращения отношений между субъектами нелегитимного брака, который не требует дополнительных действий по его расторжению, как, например, обращение в органы загса или органы судебной системы. Кроме того, на первый взгляд сам фактический брак по критериям духовно-экономического аспекта равноценен браку, имеющему легитимный характер. Безусловно, такая упрощенная система правовой связи субъектов, вернее, ее отсутствие представляется гражданам очень благоприятной и необременительной. По нашему мнению, возникшие правовые метаморфозы, «удобные» для граждан, усложнили и без того размытые черты брака легитимного и фактического, что повлекло к необходимости развития отрасли семейного права, дабы законодатель и государство в целом смогли отреагировать на правовой феномен семей, состоящих в фактических брачно-семейных отношениях, но желающих иметь правовую составляющую легитимного брака. Тем не менее, общество преимущественно относится с неодобрением к таким брачно-семейным отношениям по сравнению с официально зарегистрированным браком, отдавая им меньшую социальную поддержку.

Как отмечает А.М. Нечаева, «.назрела проблема признания правового статуса таких (фактических) браков, который должны влечь за собой определенные правовые последствия в виде представления фактическим супругам установленных прав и обязанностей» [2, с. 87]. Между тем в общей массе исследователей до настоящего времени нет однозначного мнения, как юридически правильно дать понятие сложившимся отношениям между партнерами, которые ведут общее хозяйство и проживают совместно. В укоренившемся сознании общественного мнения категория сожительства соотносится с браком и определяется как гражданский брак, фактический брак или иной формой отношений без четко оговоренных критериев, ее характеризующих.

Для уточнения понятия брака и отграничения его от сожительства стоит обратиться к промежуточному связующему элементу - семья. Семья в традиционном понимании является ничем иным как человеческий союз, объединенный узами родства и, главным образом, брака. Немаловажным и обобщенным понятием семьи является гипотеза ст. 21 Международного пакта о гражданских и политических правах, говорящая о том, что семья является естественной и основной ячейкой общества и имеет право на защиту со стороны общества и государства [3]. Брак в социальном смысле - основа семьи, которая в свою очередь является ячейкой государства. По сути дела,

благополучие и целостность государства зависят от прочности семейных отношений [4, с. 1]. Интересно то, что в современных правовых реалиях нельзя не согласиться с Ю.А. Королевым, который отмечает, что современный Семейный кодекс Российской Федерации, пытающийся регламентировать всевозможные отношения между членами семьи, не рассматривает семью целиком как субъект правоотношений, относя все виды семейных отношений главным образом к кругу членов семьи - супругам, родителям, детям и другим родственникам [5, с. 61]. Таким образом, законодатель, пытаясь заполнить пробелы в источниках семейного права и ликвидировать неясность в законодательстве, защищающем права семьи, обходит наиважнейший его элемент, что в свою очередь негативно сказывается не только на институте семьи, но и на институте брака.

Справедливости ради стоит отметить точку зрения Г.Б. Романовского на сам институт брака, а именно, что «...давление, которое брак оказывает на характер супружеских отношений, для многих является основанием для отказа от регистрации своих супружеских отношений. Постоянное сожительство без оформления брака стало распространенным явлением, что обусловило скептическое отношение к самому институту брака» [6]. В рамках настоящей работы автором не будут детально рассматриваться псевдобрачные отношения, возникающие в рамках так называемого сожительства граждан, однако уместно отметить мнение социолога А.Р. Михеева, который дает понятие сожительства и обозначает его как официально не зарегистрированный супружеский и хозяйственнобытовой союз мужчины и женщины продолжительностью не менее 2-х лет [7, с. 11].

С учетом вышеизложенного автору имеет смысл попытаться дать следующее определение сожительства и брака - сожительство - первостепенно система норм и правил, регулирующих взаимоотношения между мужчиной и женщиной, не состоящих в официальных зарегистрированных супружеских отношениях, проживающих совместно и ведущих общее хозяйство; брак - это добровольный союз мужчины и женщины, который заключен в органах записи актов гражданского состояния, имеющий целью создание семьи. В указанном автором определении брака имеются разночтения с официальным толкованием данного понятия в п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации, а именно - союз мужчины и женщины, который заключен в органах записи актов гражданского состояния [8].

Что касается непосредственно категорий «брак» и «сожительство», то они имеют между собой ряд схожих признаков, что и делает их на первый взгляд идентичными. Тем не менее, сожительство -правовой антипод браку, а значит, прежде всего, оно основано на эмоциональных чувствах и совместном проживании граждан, что не влечет у субъектов никаких обязательств, возникающих в официально зарегистрированном браке. Социологи Л.Г. Квиткина и Ю.С. Воеводина считают, что традиционный брак, супружество является институтом, диктующим и устанавливающим права и обязанности друг перед другом, перед их детьми и обществом [9, с. 69]. Тем не менее рационально мнение и М.В. Антокольской, в соответствии с которым брак - это не только возникновение брачных правоотношений, но и создание союза, основанного на любви, уважении, взаимопомощи, взаимной поддержке друг друга. Нельзя не согласиться с выводами вышеуказанных исследователей, т.к. союз сожителей распадается чаще, чем официально зарегистрированные браки. Недолговечность брачносемейных отношений между сожителями выражается преимущественно в отсутствии обязательств друг перед другом, закрепленных правовой нормой. В.С. Толстой отметил, что практически в каждой отрасли права термин «семья» наполнен особым, своим значением, которое, прежде всего, отвечает необходимым потребностям регламентации определенной области общественных отношений [11, с.

5].

Если говорить о правовой стороне различий брака и сожительства в рамках поддержки легитимных супругов и сожителей как во время брака первых и сожительства вторых, так и после прекращения последних, то здесь законодательство стоит на стороне зарегистрированных отношений. Лица, не зарегистрировавшие свои отношения в органах загса, не обладают правами супругов, что делает их моральные качества основополагающей и абсолютно ненадежной гарантией взаимопомощи в случае непредвиденных ситуаций. Незарегистрированный - псевдобрак - говорит казалось бы об отсутствии семейно-правовых связей между фактическими супругами, но, по мнению Е.А. Чефрановой, это может подвергаться сомнению [12, с. 243-244].

Брачно-семейные отношения, по древнеримским понятиям, выходили за рамки близкородственных отношений и играли значительную роль, прежде всего, в регулировании имущественных отношений. В Европе семья определенный период являлась юридической инстанцией и наделялась полномочиями суда в отношении ненадлежащего поведения, недееспособности или безумия члена семьи [13, с. 439]. Вместе с тем след в истории также был оставлен и нормами, посвященными законодателями отношениям субъектов со статусом фактических супругов. Так, например, в ст. 515.5 Гражданского кодекса Франции (Кодекс Наполеона) оговорено, что фактические супруги на основании договора о совместной жизни могут учредить режим общей собственности в отношении предметов домашней обстановки, которые они будут приобретать за плату после заключения договора. Важным, по нашему мнению, является то, что, несмотря на нелегитимность брака, Кодекс Наполеона позволяет в данном случае создать правовую связь между фактическими супругами и упрощает вопрос, связанный с режимом совместно нажитого имущества, при этом делает необходимость регистрации брака в ряде случаев ничтожной. Также существует ряд прецедентов в законотворчестве зарубежных стран, которые пошли по пути принятия фактических брачных отношений в качестве нормы, позволяющей избежать регистрации брака, но при этом избежать и различных правовых проблем с режимом имущества, находящегося у субъектов. Так, в Эквадоре принят закон «О регулировании фактического брака» № 115 от 29 декабря 1982 г., ст. 10 которого позволяет применять к пережившему лицу, состоящему в фактическом браке, всех правил о наследовании по закону, предусмотренному Гражданским кодексом Эквадора в отношении супруга [14, с. 422]. 16 февраля 2001 г. в Германии начал действовать закон «О пожизненном партнерстве», что также дало лицам состоящим в нелегитимных брачно-семейных отношениях, но тем не менее состоящих в пожизненном партнерстве, принять наследственную массу без завещания [15, с. 22]. Данные нормы позволяют говорить об абсолютном уравнивании наследственно-правового положения супруга-наследника независимо от легитимности самого брака.

Интересно то, что в России, в каноническом праве преобладающей религиозной доктрины -православие, также существует огромное множество толкований брака, общим признаком которых служит глубокий духовный союз мужчины и женщины. Протоиерей Иоанн Мейендор в своей работе «Брак в православии» поясняет, что «Брак есть союз мужчины и женщины, соглашение на всю жизнь, общение в божеском и человеческом праве» [16]. М.И. Горчаков в своей работе «О тайне супружеской жизни» высказывался в ином, неканоническом характере относительно супружества, а именно, что «...идея о супружестве как божественном установлении получила весьма слабое и неточное развитие в сознании народа; понятие о значении брака как таинства оставалось невыясненным; брачные отношения супругов выражались не в “единении”, “содружестве” и “нерасторжимом союзе любви”, а в господстве мужа над женой и в рабстве жены перед мужем» [17, с. 301].

Справедливости ради следует отметить, что нормы семейного права, введенные Постановлением ВЦИК от 19 ноября 1926 г. [18] Советской властью, отвергающей каноны церкви, объявляли в Кодексе законов о браке, семье и опеке, что фактические брачные отношения могли признаваться наряду с легитимными, т.е зарегистрированными, даже в том случае, если лица, в них состоящие, взаимно признали друг друга супругами или же брачные отношения, сложившиеся между ними, были признаны судом по признакам фактической обстановки жизни [19]. Начало XX в. ознаменовалось работами таких юристов, как К.Н. Анненков и А.Э. Вормс, которые утверждали, что понятие «брак» не сформулировано [20]. Однако, несмотря на расплывчатость и многогранность формулировки понятия брака в Кодексе законов о браке, семье и опеке советского периода, уже на тот момент некоторые ученые имели более точное, по нашему мнению, описание понятия «брак». В частности, Г.Ф. Шершеневич писал: «.с точки зрения юридической, брак есть союз мужчины и женщины с целью сожительства, основанный на взаимном соглашении и заключенный в установленной форме» [10, с. 263].

Модель признания фактических брачных отношений по вышеуказанному кодексу была упразднена в 1944 г. указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. «Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям, усилении

охраны материнства и детства, об установлении высшей степени отличия - звания “Мать-героиня” и учреждения ордена “Материнская слава” и медали “Медаль материнства”». Таким образом, появились не только узаконенные признаки брачно-семейных отношений, напоминающие современные, но и способствующие решить ряд социальных проблем в послевоенные годы.

В целом в настоящее время также остро стоит проблема как отграничения брачно-семейных отношений от легитимного брака, так и необходимости создания универсальных терминов и правовых концепций, способных удовлетворить наиболее распространенную форму сосуществования субъектов в незарегистрированном браке, но имеющую все его признаки.

Литература

1. Ковалевский М. Первобытное общество. Вып. 2: Семья. М., 1886.

2. Нечаев А.М. Семейное право: актуальные проблемы теории и практики. М., 2007.

3. КонсультантПлюс // http: //www. consultant.ru/ document/ cons_doc_LAW_ 5531/

4. Гаранова Е.П. Православное каноническое право о браке. Публикации Костромской духовной семинарии. К., 2009.

5. Королев Ю.А. Семья как субъект права // Журнал российского права. 2000. № 10.

6. Романовский Г. Евгеника и публичный статус семьи // Российская юстиция. 2004. № 4.

7. Михеев А.Р. Брак, семья, родительство: социологические и демографические аспекты: Учеб. пособие. Новосибирск, 2001.

8. Семейный кодекс Российской Федерации // Собрание законодательства РФ. 1996. № 1. Ст. 1.

9. Квиткина Л.Г., Воеводина Ю.С. Методологические принципы разработки типологии гражданского брака // Вестник Моск. ун-та. Сер. 18. «Социология и политология». 2007. № 3.

10. Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1915. Т. 2.

11. Толстой В.С. Понятие семьи в советском праве // Советская юстиция 1969. № 19.

12. Чефранова Е.А. Имущественные отношения супругов: науч.-практ. пособие. М.: Эксмо, 2008.

13. Фуко М. История безумия в классическую эпоху. СПб., 1997.

14. Слепкова А.В. Правоотношения собственности супругов. М., 2005.

15. Борминская Д. Новые тенденции в развитии семейного права: внебрачные союзы на примере отдельных европейских стран // Семейное и жилищное право. 2007. № 2.

16. Протоиерей Иоанн Мейендорф. Брак в православии. М., 2001. Гл. 48.

17. Горчаков М.И. О тайне супружества. М.; СПб., 1880.

18. Сайт Конституции РФ // http://constitution. garant.ru/history/ussr-rsfsr/1925/postanovleniya/ 3946752/

19. Кодекс законов о браке, семье и опеке // СУ РСФСР. 1926. № 82. Ст. 11.

20. Анненков К.Н. Система русского гражданского права. СПб., 1905. Т. V.