Современная певческая практика Ассирийской Церкви Востока (на примере служб Московского храма Март марьям)

Вестник ПСТГУ

Серия V. Вопросы истории и теории христианского искусства

2010. Вып. 2 (2). С. 90-106

Современная певческая практика Ассирийской Церкви Востока

Л. В. Ушанова

Статья посвящена музыкальной составляющей литургии Ассирийской Церкви Востока, одной из наиболее ранних христианских церквей, история которой восходит к апостольским временам. В работе автор рассматривает музыкальные стили церковных песнопений восточно-сирийского обряда, выделяя силлабический, псалмодический, речитативный и песенный. В качестве материала для статьи использованы звукозаписи, зафиксированные в московском храме Март Марьям (Девы Марии) Ассирийской Церкви Востока, авторские аналитические нотации песнопений, богослужебные тексты. Немаловажную роль сыграли наблюдения и знания, полученные из практики богослужений и консультаций настоятеля храма Самано Одишо и руководителя церковного хора Марины Урьяновой.

Современная христианская церковь включает в себя множество различных ветвей, возникавших на протяжении двух тысяч лет. Одной из них является Святая Апостольская Соборная Ассирийская Церковь Востока1. В литературе встречаются и другие названия этой традиции, такие, как персидская, несторианская, ассиро-халдейская, месопотамская, однако в настоящее время они по разным причинам признаны менее удачными2.

С эпохи античности предки современных ассирийцев были известны под именем «сирийцы»3 (не путать с арабским населением современного государс-

1 Святая Апостольская Соборная Ассирийская Церковь Востока (до конца XIX в. — Церковь Востока) — древняя апостольская Церковь, возникшая в I в. н. э. в среде арамеоязычно-го населения Месопотамии. Впоследствии включала в себя представителей многих народов Азии. В начале XXI в. Ассирийская Церковь Востока насчитывает около 400 тыс. верующих, главным образом ассирийцев (Селезнев Н. Ассирийская Церковь Востока // Большая Российская Энциклопедия. М., 2005. Т. 2. С. 375).

2 Ткаченко А. Восточно-сирийский обряд // Православная энциклопедия. М., 2004. Т. 9. С. 475.

3 «...с древности под сирийцем подразумевали коренного жителя Сирии. Ее костяк изначально составляла Ассирия, от которой и произошло слово "Сирия". Со временем ввиду политической разобщенности сирийцев их самосознание стало более локальным. Западные сирийцы, проживающие в Заречных областях, то есть в Сирии в современном понимании, естественно и совершенно справедливо считают себя "сирийцами". Восточные же ставят знак равенства между понятиями "сириец" и "ассириец", так как их часть Сирии в основном тер-

тва Сирия), в средневековых источниках они часто фигурировали под конфессиональными названиями «несториане», «яковиты» и др.

История Церкви Востока восходит к апостольским временам. Она зародилась в первые века христианства в среде арамеоязычных христиан Сирии и Месопотамии. После гибели Ассирийской державы в 605 г. до н. э. ассирийцы оставались жить вокруг мест традиционного расселения своих предков. Специалисты полагают, что при отсутствии своей государственности ассирийцы, арамеи, вавилоняне — исконные жители месопотамской цивилизации — интенсивно смешивались между собой. Так нарождалась новая общность людей, которую стали называть сирийцами. Они и были первыми, кто сразу же воспринял христианское учение.

Церковная традиция считает, что апостолы Петр, Фома, Фаддей и Варфоломей в разное время благовествовали в Сирии и Месопотамии, а апостол Фома донес благую весть до Индии. Огромная роль в становлении Церкви Востока отводится апостолу Мар Аддаю4 из числа так называемых «72 учеников», который проповедовал в Северной Месопотамии между 37—65 гг. от Р. Х. Ученики Мар Аддая — Мар Аггай (65—87) и Мар Мари (88—121) — продолжили его миссионерскую деятельность на территории Месопотамии. Именно при Мар Мари произошло укоренение Церкви Востока в столице парфянского Ирана Селев-кии-Ктесифоне. Поэтому многие исследователи считают его, наряду с его учителем Мар Аддаем истинным покровителем и основателем престола Церкви Востока — одной из древнейших церквей мира5.

Впоследствии Церковь Востока расширялась благодаря активной миссионерской деятельности в таких отдаленных странах, как Индия, Тибет, Китай, Монголия, даже после того как Месопотамия была завоевана в VII в. арабами.

В силу политических причин в течение многих столетий Церковь Востока мало контактировала с христианами Римской, позже Византийской империи. Эта изолированная позиция в значительной степени обусловила своеобразие ее исторического развития: появились свои богословские школы, выработался самостоятельный богословский язык, сложились свои литургические традиции.

Сегодня ассирийцы живут в Ираке, Иране, Сирии, Ливане, Швеции, Канаде, США, Австралии, в странах бывшего СССР и других. Численность последователей Ассирийской Церкви Востока, по различным данным, колеблется от 200 до 400 тыс. человек. Возглавляет Ассирийскую Церковь Востока Католикос-Патриарх. Ныне это Мар Дынха IV (р. 1935), резиденция которого расположена в Мортон-Гров, штат Иллинойс, США. Российские верующие находятся в подчинении епископа Северного Ирака и СНГ Мар Йсхака Иосифа. В быту ассирийцы до сих пор употребляют модификат арамейского языка6, который к середине

риториально совпадает с сердцевиной Ассирии, и в их регионе сохранилась память о том, что топоним "Сирия" произошел от Ассирии и употреблялся в том же значении, что и "Ассирия"» (Зая И. История ассирийцев с древних времен до падения Византии. М., 2009. С. 55).

4 «Мар» по-сирийски значит «господин».

5 Биджамов Р. Краткий исторический очерк. Святая Апостольская Соборная Ассирийская Церковь Востока — сайт московской общины. [Электронный ресурс]. URL: http:// assyrianchurch.ru/publ/2-1-0-3

6Арамейский язык (сирийский) — язык арамеев, семитских племен, пришедших в Сирию

I тыс. до н. э. вытеснил на их прародине, в Месопотамии, аккадский язык и до прихода в VII в. арабов оставался lingua franca на всем Ближнем и Среднем Востоке7.

На Кавказ и в Россию несколько десятков тысяч ассирийцев попали в результате событий Первой мировой войны, которая стала для ассирийского народа и его церкви подлинной трагедией. В результате геноцида со стороны турецких властей и вождей курдских племен были уничтожены более двух третей общего числа ассирийцев, а оставшиеся в живых навсегда покинули свою родину. Среди беженцев были священники и диаконы Ассирийской Церкви Востока, которые продолжали окормлять свою паству в течение долгого времени, по некоторым сведениям до середины 1970-х гг. Однако в результате проводимой советским государством антирелигиозной политики, отсутствия связей со своей церковью и невозможности рукополагать священников еле теплившаяся духовная деятельность церкви пришла в упадок8.

Московская община Святой Апостольской Соборной Ассирийской Церкви Востока была создана и официально зарегистрирована в 1992—1993 гг. Появилась возможность пригласить священнослужителей из-за рубежа. Силами церковной общины в Москве был построен собственный храм во имя Пресвятой Девы Марии (Март Марьям), освященный 28 сентября 1998 г. Его Святейшеством Патриархом Мар Дынха IV. В настоящее время в храме Март Марьям регулярно проводятся церковные богослужения на сирийском9 языке. Храм существует на постоянные пожертвования прихожан и меценатов. Московская община также поддерживает тесные связи с ассирийскими общинами, зарегистрированными в Ростове-на-Дону и Краснодаре.

Как известно литургия — центральный и главный чин у всех христиан. В современной практике Ассирийской Церкви Востока почти без изменений со-

и Северную Месопотамию с юга в конце I тыс. до н. э. Во всем разнообразии своих исторических вариантов и территориальных диалектов арамейский язык (иногда говорят об арамейских языках) образует, по классификации И. М. Дьяконова, отдельную подгруппу в составе северо-центральной группы семитских языков (афразийская макросемья). В составе арамейской подгруппы выделяются староарамейский язык надписей IX—VII вв. до н. э.; «имперский арамейский», бывший официальным канцелярским языком Ахеменидов в VI—IV вв. до н. э.; а также многочисленные арамейские диалекты, объединяемые под названием западных (пальмирский, набатейский, иудео-палестинский, самаритянский) и восточных (сирийский, или эдесский, на котором имеется богатая литература; язык Вавилонского Талмуда IV—VI вв.; современный ассирийский, или новосирийский, язык, носители которого (около 350 тыс. человек) живут в странах Ближнего Востока, бывшего СССР, США и других. (Арамейский язык. Онлайн энциклопедия Кругосвет. [Электронный ресурс]. URL: http://www.krugosvet.ru/ articles/80/1008049/1008049a1.htm).

7 Зая И. Указ. соч. C. 5.

8 Биджамов Р. Краткий исторический очерк. Святая Апостольская Соборная Ассирийская Церковь Востока — сайт московской общины. [Электронный ресурс]. URL: http:// assyrianchurch.ru/publ/2-1-0-3

9 Литературный язык, сложившийся на основе арамейских диалектов, называют сирийским, а носителей этого языка — сирийцами.

хранились три литургических чина: святых апостолов Мар Аддая и Мар Мари, Феодора Мопсуестийского (Мар Теодороса) и Нестория (Мар Несториоса).

В традиции Ассирийской Церкви Востока на протяжении веков все знания, умения и музыка передавались устно. Большинство служителей церкви были профессионалами, наследующими свое мастерство от учителей10. Устная природа данной певческой традиции, почти не исследованной, естественно, требует особого подхода к ее изучению.

Музыкальная составляющая богослужений Ассирийской Церкви Востока имеет большое значение. Она представляет собой унисонное пение. Как и в традиции Православной церкви, музыка неотделима от литургического чина, который пропевается полностью, за исключением чтений фрагментов канонических текстов, некоторых молитв и проповеди священника.

Службы Ассирийской Церкви Востока богаты разнообразными церковно-музыкальными формами и песнопениями разного содержания. Эти песнопения включаются между молитвословиями, чтениями священных книг, сопровождают различные священнодействия. Тексты песнопений раскрывают главную тему того или иного праздника или дня памяти святого, поучают слушателей в поэтической форме важнейшим догматам веры. Так, слово в песнопениях появляется в различном звуковом оформлении, согласно характеру самого богослужения. При этом музыкальный компонент способствует глубокому запечатлению воспринимаемых текстов в памяти и сознании прихожан и одновременно дает их эмоциональное толкование.

Структура богослужения и литургическая функция музыкально преподносимого слова обусловливают различные способы исполнения текстов. Каждый из них влияет на музыкальное оформление богослужения в целом и имеет свое определенное место, которое регулирует Устав.

Музыкальное оформление слова в литургии Церкви Востока в зависимости от количества исполнителей можно разделить на две группы:

• песнопения, исполняемые одним певцом — священником или диаконом;

• песнопения, исполняемые коллективом поющих — диаконами или хором, независимо от их числа.

В свою очередь, в песнопениях первой группы можно выделить следующие способы интонирования текстов:

• краткие возгласы священнослужителей;

• произнесение молитвословий нараспев, мелоречитативом;

• собственно пение.

Перечисленные три формы интонирования богослужебных текстов комбинируются различным образом.

Краткие возгласы священнослужителей и мелоречитация — простейшие формы проявления музыкального начала. Они еще не являются, в строгом смысле слова, пением, но это уже и не простая речь. Что касается песнопений второй группы, исполняемых коллективом поющих, то подавляющее большинство из

10 Стоит отметить, что будущий священник или диакон не может быть рукоположен, если он не овладел восточно-сирийской традицией богослужебного пения, в которой человеческий голос играет главенствующую роль.

них поются. В практике Ассирийской Церкви Востока существуют несколько форм их исполнения: антифонная, респонсорная и совместная.

Остановимся особо на антифонном и респонсорном способах исполнения, широко распространенных и составляющих характерную особенность данной традиции. Известно, что эта (одна из ранних) форма богослужебного христианского пения была принята в IV в. на Востоке, а затем распространилась по всему христианскому миру. Антифонное пение предполагает разделение исполнителей на две группы или «стороны» и чередование строф при неизменяемой мелодии.

Участниками антифона могут быть:

• священник и диакон (или диаконы);

• «ансамбль» диаконов;

• священник и хор;

• диакон (или диаконы) и хор.

Суть же респонсорного пения заключается в том, что исполнители отвечают пением одного и того же текста и мелодии на каждое изменяемое прошение или молитвенное воззвание священнослужителя. Респонсорно исполняются, например, ектении, где на возглашаемые прошения священнослужителя поющие отвечают пением «Господи, помилуй».

Большинство восточно-сирийских богослужений поются в виде диалогов между служащим священником, диаконами и хором в разных комбинациях. В частности, в литургии принцип антифонного пения пронизывает всю службу. С литургическим текстом антифонное пение может быть связано по-разному. Наиболее простой формой является объединение одним целостным текстом исполнителей, которые по очереди поют по одному стиху. Литургический чин в целом представляет собой постоянное чередование разных исполнительских форм.

Как известно, в православной традиции (и в более ранней — византийской) существует практика пения по музыкальным моделям — так называемое пение «на подобен». В отношении музыки Церкви Востока данный аспект практически не изучался. Лишь американский исследователь Дж. Палакаль (J. Palackal) в своей диссертации «Syriac tradition in South India»11 пишет, что одним из значительных свойств восточно-сирийской литургии следует считать использование принципа, называемого res qala (по-русски — головная, главная мелодия, напев). Этот термин понимается как особый песенный текст, написанный в определенном поэтическом ритме, и как мелодия этого песнопения. Термин res qala может также использоваться для обозначения первой строфы песнопения, так как песнопения, которые относятся к этой категории, — строфические, и все строфы поются на мелодию «головной» строфы.

Дж. Палакаль отмечает, что res qala — композиционный принцип, который служит ритмической и мелодической моделью для сочинения новых текстов на существующую мелодию. В связи с этим исследователь переводит термин как

11 Palackal J. Syriac chant traditions in South India: A dissertation submitted to the Graduate Faculty in Music in partial fulfillment of the requirements for the degree of Doctoral of Philosophy City Uneversity of New York. 2005. P. 130-132.

«модельная мелодия» и определяет его как завершенный, фиксированный напев, который ассоциируется с текстом, написанным в определенном поэтическом ритме. Дж. Палакаль указывает, что значительная часть литургической музыки Церкви Востока принадлежит данной категории.

Жанровая система восточно-сирийской гимнографии включает в себя совокупность различного рода песнопений, употребляемых в литургической практике церкви. Термин «жанр» в отношении гимнографии применим с известной степенью условности, поскольку привычных устоявшихся критериев определения данного понятия здесь недостаточно в силу синтетической природы церковного музыкального искусства. Тем не менее, необходимость упорядочения гим-нографического материала требует обращения к аппарату современной научной терминологии, из которой слова «жанр», «жанровая система» представляются наиболее подходящими.

Жанры имеют свои определенные названия на арамейском языке, отчасти аналогичные принятым в православной традиции. Например, 'onita — тропарь, karozuta — ектения, проповедь, marmita — псалом. Аналоги других (tesbohta, turgama, qanona, qala, suraya, madrasa, sogita) нами пока не выявлены.

Восточно-сирийскую поэзию первых веков христианства отличает высокое мастерство. Известно, что гимнография была широко распространена в практике Ассирийской Церкви Востока. Один из самых характерных музыкальных жанров восточносирийского богослужения — гимны — создавался, начиная с первых веков христианства и всегда составлял значительную часть церковных чинов. К гимнам относятся песнопения как праздничных дней, так и будней.

Среди поэтов того времени такие известные имена, как Бардейсан (р. 155), Мар Апрем (IV в.), почитаемый Русской Православной Церковью под именем Ефрема Сирина, Барсаббаэ (Симеон, IV в.), Мар Нарсай (V в.), Бар Саума (V в.), Мар Баввай Великий (VII в.) и многие другие. Важнейшим центром развития восточносирийской духовной поэзии был город Эдесса (УрИай), где св. Ефрем Сирин (306—373) стал лидером литературного движения на сирийском языке. Древние авторы были творцами и текстов, и мелодий песнопений, поэтому текст и напев имеют тесную взаимосвязь и представляют собой два компонента художественного выражения религиозной мысли и чувства.

Область церковной поэзии весьма сложна и разнообразна. Мы ограничимся лишь указанием некоторых общих закономерностей, видов и особенностей ритмического состава сирийских богослужебных текстов и напевов.

В состав литургии входят как прозаические, так и поэтические тексты силлабического склада. Важно отметить, что восточносирийское стихосложение основано не на акцентности и ударности слогов, а исключительно на их фиксированном количестве в стихе, без различения на ударные и неударные слоги12.

Главным основанием ритма текстов песнопений служит их логическое деление на полустишия (слоговые группы), стихи (периоды) и строфы (куплеты). Каждый стих обычно заключает в себе законченное предложение. Этим разделам свойственна либо точная, либо относительная соразмерность и завершенность

12 Chabot J.-B. Syriac Hymnody // The Catholic Encyclopedia. New York, 1912. Vol. 14. (The Catholic Encyclopedia. http://www.newadvent.org/cathen/14407a.htm

мысли. Каждые два стиха в совокупности образуют двустишие, которое служит основанием строфы и составляет ее простейшую форму. Например:

ивах мкумнэ/ ббаба вбруна/ вруха д'кудша

батрэ кьянэ/ вбатрэ кнумэ/ б'ишо мщиха.

Веруем во Отца и Сына, и Святого Духа,

В две природы и в две кномыв Иисуса Христа.

Строфы могут содержать в себе и большее количество стихов.

Большая часть богослужебных песнопений Ассирийской Церкви Востока относятся к разряду поэтических произведений и имеют в своем составе тот или иной ритм. Среди доступных нам литургических текстов в зависимости от ритмического устройства следует выделить три их вида:

• поэтические — с постоянной формой стиха (т. е. такие, в которых количество слогов в стихах не меняется);

• поэтические — с переменной формой стихов (те, в которых чередуются стихи с разным количеством слогов);

• и «мерную прозу», складывающуюся из тех же слоговых групп и периодов, что поэтические, но чередующихся в тексте свободно.

Проанализировав доступные нам богослужебные тексты, отметим, вслед за Ж.-Б. Шабо (J.-B. Chabot)14, что наибольшее распространение получают стихи, состоящие из 12, 7 и 5 слогов. Внутреннее деление каждого стиха может быть разным. Так, стиху из 12 слогов свойственна группировка по 4 слога (4+4+4), из 7 слогов — комбинации трех и четырех (4+3 или 3+4), из 5 — комбинации двух и трех (2+3 или 3+2). Указанные формы встречаются в большинстве литургических текстов:

итлян киви

(а)15 итлян киви/биюх марья/Нав парока 4+4+4

дпахлэт гнакан/ ап хтыятан/я шавока. 4+4+4

итлян савра в тухляна

итлян савра в тухляна/ б'ишо мшиха махьяна 7+7

днашпэ рахмэ вахнана/мин гяззэ мле хавсана. 7+7

авакэ ждмелюн

(а) авакэ ждмелюн/ б'элитэ тэвлюн. 5+5

шлихэ каддише/халъат кубеллюн. 5+5

кабальта д'руха/льшпила бусемлюн. 5+5

13 Сирийское понятие, означающее частные данности природы. Для богословия Церкви Востока традиционной является христологическая формула: «две природы, две кномы в одном лице и одной воле Христа» (Селезнев Н. Ассирийская Церковь Востока // Большая Российская Энциклопедия. М., 2005. Т. 2. C. 375—376).

14 Chabot J.-B. Syriac Hymnody // The Catholic Encyclopedia. New York, 1912. Vol. 14. (The Catholic Encyclopedia. http://www.newadvent.org/cathen/14407a.htm

15 Данный текст составлен в виде акростиха.

б'бакра рухана/ льхэшкя бутэллюн. 5+5

льшовви втрэ шлихэ/ шультана йвыллюн. 5+5

Дополняя наблюдения исследователей, отметим, что не менее часто встречаются в литургических текстах формы стиха, не упомянутые ими: 6+6, 8+8, 4+7 или 7+4.

Эти формы стихов характерны для значительного пласта литургической поэзии. Вместе с тем, едва ли не такой же объем текстов представляют формы принципиально иного склада. Мы имеем в виду тексты с переменным стихом, в котором чередуются несколько разных их форм. При этом возникает новая, более сложная архитектоника строфы. Существенным признаком таких стихов является строгая периодичность чередования тех или иных ритмических форм, что принципиально отличает их от ритмизованной прозы. Например, тексты, в которых десятисложный стих (4+3+3) чередуется со стихом 8 (3+5) + 8 (3+5):

ина б'сапра

ина б'сапра: д'хошиба д'Нав юма. 4+3+3

ишо мщиха: мин кавра кяд кима. 4+3+3

мин тар'а: Нав кипарима. Нав пахра: бьядруха гшима.

кяд виле: мин гибан: духрана: хаккима.

Встречаются тексты еще более сложной структуры. Среди них:

маквэх эдта ошана

маквэх эдта ошана/льишо мщиха ошана/ амрах куллян ошана. 7+7+7

шаррукэвах/ ам яллюдэ/ д'маквухэва 4+4+4

ошана/ ошана/ ошана лях бамравмэ. 3+3+7

ишо мщиха хуббана/ бит шакьрахлюх ханнана/

ах бнэй мдита д'пуркана/ 7+7+7

бнунэ д'атур/блибба дыхья/бизмарэна/ 4+4+4

ошана/ ошана/ ошана лях бамравмэ. 3+3+7

Весьма характерно и чередование пятисложных и семисложных стихов.

Судя по нашим первичным наблюдениям, формы стихов, отмеченные западноевропейскими исследователями, связаны с текстами, исполняемыми на гё$ qala, а формы стихов, которые выявляются дополнительно, такие, как 6+6, 8+8, 7+4, и тем более тексты с переменным стихом, очевидно, менее связаны с ё qala.

Помимо текстов, имеющих поэтический склад, в литургии широко применяются такие, которые можно вслед за другими исследователями назвать мерной прозой. Отличие мерной прозы от переменного стиха в том, что в ней ритмические периоды чередуются свободно. В качестве примера приведем текст гимна Троице, в котором свободно чередуются периоды разных ритмических форм:

тлитайута

тлитайута/д'ва итбаррах/мНаймне кенэ 4+4+4

в'аваката/ кадмае

ба нитбаррах/умра Нана/ внеНвэ мварха микель ва'дамма/льалям.

внаттарей мар/ влядамрин бэ/мин куль ныхьян вкуль акан. вништартах бхуль тавата/бадмут байтэ/д'авраНам внисге внерав кыньянэ/ ах байтэ д'иув кена. внеткайям баславата/д'марьям бтульта каддишта. микель вальалям.

Исследователи отмечают, что до девятого столетия восточные сирийцы нередко использовали расположение строф в виде алфавитного или словесного акростиха. Примеры акростихов присутствуют и в литургическом чине.

Существуют простые линейные акростихи, когда каждый период последовательно начинается с одной из 22 букв сирийского алфавита, и составные акростихи с более сложной структурой, когда два, три, или больше периодов начинаются с той же самой буквы. Она могла находиться либо только в начале первого стиха, либо повторяться в начале каждой строфы. Словесный акростих сирийскими авторами использовался реже. В этом случае имена Иисуса Христа, Девы Марии или какого-либо святого, в честь которого составлен гимн, также располагались так, чтобы сформировать либо простой линейный, либо строфический акростих. Существовали и другие формы. В качестве примера алфавитного акростиха приведем текст гимна перед чтением Евангелия (Ш^ата)16:

:1ало 2л1л ! ¿2

£.1 ¿001 :;слЛ'1а ¿аз

7

4+4+4

7

4+4+7

7+4+5

5+7

7+7

16 Чтение и письмо в сирийском (арамейском) и в современном ассирийском языках, как и в других семитских языках, направлены справа налево. «Что касается письменности, то до

V в. сирийцы пользовались "эстрангелой", что в переводе с греческого значит "округленный". Позже на основе эстрангелы были созданы два новых варианта сирийского письма: западно-сирийское — "серто", или "яковитское") и восточно-сирийское — "несторианское". Последнее является также письмом современного ассирийского языка». Заглавных букв сирийский и ассирийский алфавит не имеют, хотя буквы эстрангело иногда заменяют их. Алфавит состоит из 22-х букв, которыми обозначаются согласные звуки. Для обозначения гласных звуков используются вспомогательные надстрочные и подстрочные знаки — огласовки. (Агассиев С. Грамматика современного ассирийского языка. СПб., 2007. С. 12, 15). Грамматическое ударение — закрепленное и всегда падает на предпоследний слог слова.

¿A¿»ó :¿cr ? V \ v> v» :4¿¿uJoaaa ❖ ¿«л ¿isa ¿jlm,

• t-fjaáa ¿alxo ¿<£a

: o-A ^jiJua ¿io '. ;.Л »a

Ai^ ела '.iLiís oic1 (en) : ilia i -oí ¿aero í4*al

•:• >¿Luors ^o I ¡ S' . ni ¿\£aa ^ ^¿í • p УЧу%у> ClÍ№

cual : 01Л

С девятого столетия в восточносирийской гимнографии проявилось влияние арабской поэзии, главным образом благодаря введению рифмы. Такой способ маркировки заключительного слога стиха был до того времени неизвестен. Однако восточные сирийцы изменили формы использования «арабской» рифмы. Например, существуют гимны, в которых у всех стихов одна и та же рифма. В большей же части гимнов у стихов каждой строфы своя собственная рифма. В частности, в текстах акростихов рифмы связаны с соответствующей буквой алфавита, таким образом, первая строфа рифмуется с А, вторая с Б и т. д. Это самые распространенные комбинации. Приведем пример акростиха, в котором у каждой строфы своя собственная рифма:

aha савма каддиша

(а) ака савма каддиша/ бъяд ишо арбъи приша.11

льбнэ эдта бтахса хвиша/ дпарик льбнейнаша мбиша18

(б) бней эдта саймах савма/ля мин михульта д'явма.

11В данном случае мы используем кириллическую фиксацию сирийского текста, так как она более понятна русскоязычному читателю и позволяет совмещать тексты и нотную запись напева.

18 В современном ассирийском языке пользуются теми же знаками препинания, что и в европейских языках. Часто встречаются тексты, где применяются арабские знаки препинания, которые отличаются от европейских тем, что повернуты в обратную сторону (« í s). Однако, помимо всего, у ассирийцев есть свои традиционные знаки препинания, которые чаще всего можно встретить в Библии или в средневековых сирийских текстах: знак : выполняет функцию запятой; знак. выполняет функцию точки или точки с запятой; знак выполняет функцию точки в конце абзаца (Агассиев С. Указ. соч. СПб., 2007. С. 29).

99

блибба дыхъя для мума/ авдах тьявута б'савма

(г) гура сура бней эдта/ сумун савма б'хадута. льмарья мсалимун слута/д'парэк льумтан мин мавта

(д) даяна куштаная/ сам савма шатъисая. льбаньяна хуббаная/льНайрля д'парра нашая

Н) Навэ савма льютрана/льпаНра внафша мъадрана. рыхка Навах мсатана/куль ха льгянэ даяна

и т. д.

а) Этот пост святой: выбран Иисусом сорокодневным.

Для верующих по пунктам расписан: чтоб он спас людей от зла.

б) Верующие, будем поститься: но не только от пищи каждодневной. С чистым сердцем, без пороков: совместим раскаянье с постом.

г) И стар и млад из верующих: поститесь с радостью.

Господу сотворите молитву: чтоб он спас нашу нацию от смерти.

д) Судья справедливый: Он создал основополагающий пост. Созидающий любовь: помогающий бренному телу.

И) Чтоб был пост на пользу: и телу и душе помощник.

Будем вдали от лукавого: каждый сам душе своей судья. и т. д.

Музыкальный ритм напевов складывается из типовых ритмических формул для каждой слоговой группы стиха. Формулы объединяются в периоды, периоды в строфы. Ритмика в целом цезурированная, подобно фольклорным традициям многих народов. Таким образом, для музыкального ритма литургических песнопений Церкви Востока характерны:

• господство квантитативного (времяизмерительного) музыкального ритма;

• наличие типизированных слого-ритмических формул;

• чередование формул двоичного и троичного счисления;

• свободное соотношение грамматических ударений текста и музыкальных акцентов.

В литургии Ассирийской Церкви Востока нами выделены четыре основных музыкальных стиля: силлабический, псалмодический, литургический речитатив и песенный.

Значительная часть богослужебных песнопений поется силлабически, т. е. без внутрислогового распева. Музыка, как правило, следует за строением текста. Членение напева соответствует делениям текста на стихи и строфы. Каждому стиху соответствует музыкальное предложение, каждой строфе — музыкальный период, который, как правило, складывается из двух предложений, иногда из одного.

Песнопения данного стиля встречаются у всех групп исполнителей. Среди песнопений, представляющих силлабическое пение, назовем такие, как молитва «Отче наш»

и «Господи, очисти грехи» (maria hasa h{ahï), тропарь тайн ('onïta d-raze), гимн «Тебя, Господи» (laku mara) и др.

Среди перечисленных выше музыкальных текстов встречаются как развернутые целостные композиции, так и более краткие, представляющие собой составные части антифонов. Следует отметить, что существуют песнопения, которые являются «самоподобнами» и исполняются с разными текстами в зависимости от дня календаря.

Тексты силлабических песнопений могут быть прозаическими («мерная проза») и поэтическими. В тех случаях, когда текст поэтический, масштаб каждого периода стабилен и соответствует ритму стиха.

Классическим образцом совместного силлабического пения является пение священнослужителями и хором молитвы «Отче наш» (avun d-basmaia).

Молитва в течение литургии звучит трижды: в начале литургии слова (или литургии оглашенных) и дважды в литургии причащения (в начале и в конце). Текст данной молитвы разделен на соразмерные фразы, в которых в основном от 10 до 14 слогов. Для напева характерно четкое соблюдение структуры, следующей за словом. Все остановки находятся в моментах словоразделов, период состоит из двух предложений, соответствующих двум текстовым фразам.

Пример 1

Примером песнопения, опирающегося на поэтический текст, является гимн перед чтением Евангелия. Его поют антифонно, чередуя строфы, две группы исполнителей — священник с диаконами и хор. Особенностью данного гимна является поэтический текст со стихом 4+4+4 (+2 слога — припев). Данный на-

пев — политекстовый, с групповой прикрепленностью текстов. В связи с тем, что структура текстов стабильна, масштаб музыкального периода, состоящего из двух предложений, соответствует одной строфе и не меняется.

Примером песнопений, опирающихся на «мерную прозу», является гимн «Тебя, Господи» (¡аки тага). Он звучит в литургии слова (или литургии оглашенных). Его респонсорно исполняют священник, диаконы и хор. Гимн повторяется трижды, после каждого повторения вкрапляются речитативные фразы священника и диакона, образуя последовательность: R, Ь, R, с, d, R, е. При этом текстовые фразы Ь, c и d в музыкальном отношении являются вариантами одного периода, а завершающая фраза «Помолимся, мир с нами» иного строения. Это устойчивая текстово-мелодико-ритмическая формула. Так как текст гимна прозаический, то масштаб фраз варьируется и представляет собой четыре фразы по 9, 8, 7 и 8 слогов. Музыкальный период складывается из двух предложений.

Пример 2

Большинство силлабических песнопений узкообъемны. Диапазон напевов, как правило, не превышает чистой кварты или квинты (реже терции). Эпизодически в песнопениях возникает мелоречитация. В качестве основного тона ре-читации выступает чаще всего третья ступень, что дополнительно подчеркивает важность терцового диапазона напевов.

Характеризуя ладовую сторону песнопений, следует отметить, что существуют одноопорные лады, но в основном преобладают лады с переменностью

опорных тонов, в качестве которых выступают финалисы периодов. При этом композиционное строение песнопений часто основано на вариантном повторе первого периода: А, Ар А2, А^..

Другой особенностью ладового строения напевов является наличие во многих из них двух вариантов второй ступени — «натуральной» и «низкой». Их появление нельзя расценивать как хроматическую последовательность, так как они всегда встречаются на расстоянии и входят в разные мелодические звенья напевов. При этом существует определенная закономерность их функционирования. Выбор того или иного варианта второй ступени связан, как правило, с направлением мелодического движения. При восходящем движении снизу вверх появляется вторая «натуральная» ступень, а при нисходящем сверху вниз — вторая «низкая».

Пример 3

Таким образом, все характеристики силлабического пения (диапазон, лад, мелодика, композиция) позволяют оценить его как единый в стилевом отношении музыкальный пласт.

К псалмодическому стилю мы относим песнопения, в которых моменты псалмодирования на одном, двух звуках завершаются небольшими внутрисло-говыми формулами, что позволяет также отнести этот стиль к невматическому. Данный стиль встречается в пении священника и диаконов.

Для псалмодирования характерны свободный ритм, узкий диапазон напевов, определенность опорного тона, ладовая центрированность, наличие кратких мелодических формул, лежащих в основе псалмодирования, а также включение в мелоречитацию внутрислоговых распевов, которые расположены преимущественно в предкадансовой зоне и построены на варьировании одной и той же формулы.

В псалмодическом стиле в литургическом чине Ассирийской Церкви Востока исполняются следующие песнопения: антифонные псалмы с припевом «Ал-лилуия» (marmita), (süraya) и (zumara), а также ектении (karozuta) «Встаньте кра-

сиво» (nqum sappir), «Воздайте мир друг другу» (hav slama had lhad), песнопение, сопровождающее удаление оглашенных, «Кто не принял крещение да изыдет», (man dla sqilala mamodita nizal), Символ веры, и песнопение «Свят, свят, свят» (qaddis).

Многие признаки звуковысотного строения песнопений псалмодического стиля повторяют признаки силлабического пения, что свидетельствует о едином интонационном поле основных песнопений литургического чина.

С песнопениями силлабического пения их объединяют узкообъемный диапазон, перемена опор лада, наличие второй вариантной ступени, форма, основанная на вариантном повторении первого периода.

Тем не менее, существует и специфика песнопений псалмодического стиля. Несмотря на то что их диапазон, как и напевов силлабического пения, — чистая кварта, чистая квинта, опорный тон может быть не нижним, а вторым сверху, т. е. реальный звукоряд расширяется вниз от опорного тона. Централизован-ность лада здесь не всегда ярко выражена.

Очевидно, что мелодика в песнопениях псалмодического стиля не имеет четко выраженных контуров, как в силлабическом пении. Мелодия в них либо «держится» на одном звуковысотном уровне, распределяясь между двумя, тремя звуками, либо в ней обнаруживается слабая тенденция к нисходящему движению.

Наибольший интерес в этом пласте пения представляют мелодические формулы, которые звучат в конце периодов. Они могут по-разному соотноситься с текстом: встречаются как краткие, так и большие распевы, вплоть до десяти звуков на одном слоге. Начало мелодической формулы может не содержать подтекстовки, тогда как в конце слоги распеваются, но чаще подтекстована вся мелодическая формула.

Конечные мелодические формулы в песнопениях литургического чина унифицированы. Они охватывают несколько звуков (обычно два или три) и представляют собой нисходящее либо восходящее движение к опорному тону, иногда их комбинации. В целом преобладает нисходящее движение, распеваются либо все звуки формулы, либо один из них. Как правило, это отличный от опорного тона звук, возможен и распев самого опорного тона.

Орнаментальные распевы и ритмика каденций противопоставляются равномерному звучанию в начале периода. Прихотливый, изысканный мелодический контур формул интонационно близок восточной музыке. Образец такого пения демонстрирует антифонный псалом с припевом «Аллилуия» (marmita). Внутрислоговые мелизматические распевы расположены в нем либо на гранях формы и завершают мелодическую фразу, либо на значимых, выделенных по содержанию словах.

Пример 4

Таким образом, псалмодическое пение, имея безусловные имманентные черты, органично вписывается в общее «стилевое поле» восточносирийского литургического чина, обнаруживая заметные параллели с пластом силлабического пения.

Литургический речитатив характерен в основном для сольного исполнения служащего священника, а также эпизодически может входить в антифоны с участием священника, диаконов и хора. Особенность данного речитатива в том, что он свободно импровизируется, при этом «певец» использует высотно-фикси-рованные речитации с простыми каденционными формулами. Однако и в этой свободной импровизации исполнители следуют традиции, неизменно опираясь на похожие мелодические формулы, передаваемые из поколения в поколение.

Речитативное пение, вероятно, имеет древнее происхождение, о чем свидетельствует его звучание, близкое к чтению. В нем большая часть слогов произносятся довольно быстро, почти скороговоркой, без определенной меры, и только в конце периодов появляются мелодические обороты, имеющие определенное ритмическое оформление.

Текст здесь безусловно господствует над музыкальным оформлением. Ритмическая сторона литургического речитатива характеризуется гибкостью и свободой. Фразировка опирается на естественное произнесение текста и дыхание с остановками на более долгих длительностях в конце фраз. Речевые ударения, как правило, не совпадают с музыкальными. Стиль литургического речитатива прежде всего характерен для молитвословий, произносимых священником. Именно им свойственно относительно свободное импровизационное интонирование, опирающееся на устойчивые мелодические формулы и каденции.

В исследуемом литургическом чине можно выделить песнопения, которые лишь с точки зрения поэзии принадлежат к силлабическому пласту. С точки зре-

ния музыкального стиля они представляют собой поздний музыкальный пласт и вызывают прямые аналогии со светским песенным творчеством ассирийцев. Именно потому данный стиль мы условно назвали песенным, хотя эта группа гимнов в настоящей статье не рассматривается: будучи вполне самостоятельной, она требует отдельного изучения.

Таким образом, в литургии Ассирийской Церкви Востока нами выделены четыре основных музыкальных стиля: силлабический, псалмодический, речитативный и песенный.

Хотя каждое песнопение литургии индивидуально, сопоставляя их между собой, можно выделить общие черты, характерные для основного мелодического пласта. К общим свойствам можно отнести сходную организацию ритма текстов и соответственно музыкального ритма, общность диапазонов звучания песнопений и сходство ладового строения (вариантная вторая ступень, узкоо-бъемность, основной диапазон ладов не превышает чистой кварты и квинты, однотипность музыкальных каденций).

Все это, безусловно, создает единое стилевое поле музыкальной составляющей литургии Ассирийской Церкви Востока. Описанные выше музыкальные стили песнопений, входящих в чинопоследование литургии, характеризуют его основную часть, имеющую наиболее древнее происхождение.

Ключевые слова: Ассирийская Церковь Востока, литургия Аддая и Мари, восточносирийская литургическая музыка, песнопения, музыкальные стили.

Modern singing practice of Assyrian East Church

by L. Ushanova

The article focuses on the musical component of the liturgies of Assyrian East Church, one of the earliest Christian churches, whose history goes back to the times of the apostles. The author analyses the music styles of church singing in the eastern Syrian tradition, identifying a syllabic, psalmodic, recitative and song-like styles. The article is based on the recordings made in the Moscow church of Mart Maryam (Virgin Mary) of the Assyrian East Church, as well as the author's analytical notations of hymns and liturgy texts. Samano Odisho, rector of the church, and Marina Uryanova, head of the church choir, contributed to the research, providing valuable insight into the topic.

Keywords: Assyrian Church of the East, Liturgy Addai and Mari, east syrian, syriac liturgical music, chants, musical styles.