Эффективность антикризисных мер Правительства Российской Федерации в проблемных регионах

ЭФФЕКТИВНОСТЬ АНТИКРИЗИСНЫХ МЕР ПРАВИТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В ПРОБЛЕМНЫХ РЕГИОНАХ

И. У. БИСАЕВ, кандидат экономических наук, доцент Чеченского государственного университета, начальник отдела бюджетно-финансового и налогового законодательства Парламента Чеченской Республики E-mail: bisaen-isa2009@yandex.ru

Рассмотрено возможное влияние антикризисных мер Правительства Российской Федерации на социально-экономическое положение и последующее развитие регионов, в которых влияние кризиса ощущается наиболее остро в силу застойного состояния их экономики, характерного еще для докризисного периода. К числу таких регионов относятся, в частности, Чеченская Республика и большинство ее соседей по Южному федеральному округу. Аргументированно доказано, что обычных мер, способных поддержать экономический рост более или менее благополучного региона, совершенно недостаточно для такихрегионов, как Чеченская Республика. В этой связи, по мнению автора, необходима новая экономическая доктрина послекризисного развития. Одной из составляющих такой доктрины должна стать действенная и реальная поддержка малого и среднего предпринимательства в регионах.

Ключевые слова: антикризисные меры, социально-экономическое положение в регионах, безработица, бедность, малый и средний бизнес, доктрина послекризисного развития.

Мировой финансовый кризис сопровождается повсеместным падением производства, ростом безработицы, снижением реальных доходов населения. Для депрессивных и слаборазвитых регионов России, к каковым относится Чеченская Республика, все эти беды приобретают особый масштаб измерений. То, что происходит сегодня в некогда экономически благополучных регионах и характеризуется как катастрофа, давно стало «нормой» для депрессивной экономики Чеченской Республики.

Производство так и не смогло восстановиться даже до уровня довоенного периода, по доходам на душу населения республика остается на последнем

месте среди всех субъектов Российской Федерации, безработица среди экономически активного населения республики продолжает оставаться на запредельно высоком уровне, достигая 75—80 % на протяжении последних 12—15 лет. Так, по состоянию на 1 августа 2008 г., в Южном федеральном округе сальдо по трудовым ресурсам составляло 234тыс. чел. безработных. По состоянию наконец первого квартала 2009 г. число зарегистрированных безработных по округу составляло 700 тыс. чел., при этом 306тыс. из них приходилось только на одну Чеченскую Республику. Ненамного лучше ситуация в соседних Ингушетии и Дагестане. Разумеется, речь идет только об учтенных в органах занятости безработных, а не об общей их численности. В целом по России разрыв между этими двумя показателями составляет более чем четыре раза в пользу общей безработицы [5].

В этой ситуации исключительно важным является вопрос: какая из антикризисных мер Правительства Российской Федерации призвана оказать поддержку Чеченской Республике и другим депрессивным регионам, в которых влияние кризиса ощущается наиболее остро в силу застойного состояния их экономики?

Кроме общесистемных мер, призванных поддержать все отрасли экономики (поддержка кредитной системы, структурное обновление системы ЖКХ, некоторые налоговые послабления и т.д.), предусмотренных в перечне правительственных антикризисных мер, выделяются меры, так сказать, точечного воздействия, в том числе рассчитанные на поддержку мероприятий на региональном уровне.

Программа предусматривает поддержание бюджетной сбалансированности региональных бюджетных систем с целью безусловного исполнения социальных обязательств перед гражданами через поддержку бюджетов регионов путем предоставления недостающих средств из федерального бюджета. При этом от региональных бюджетов требуется отказаться от «необязательных» капитальных вложений, сосредоточившись на решении 3—4 наиболее важных первоочередных задач, и сократить множественность направлений их предоставления. Эти перемены в бюджетной политике центра в регионах лишают население Чеченской Республики адресной поддержки.

При этом существенно пострадают мероприятия в рамках Федеральной целевой программы (ФЦП) «Социально-экономическое развитие Чеченской Республики на 2008—2011 годы». Эта программа хоть и называется программой социально-экономического развития, по сути является программой восстановления социальной сферы республики. Это прежде всего школы, больницы, детские сады, объекты социальной инфраструктуры и т.д., — все то, что сегодня включается в понятие «нормальные условия жизни человека». Будет очень сложно выбрать из программного перечня наиболее важные объекты, определив другие как «менее важные». Кроме того, реализация программных мероприятий по ФЦП переносится на один год, т. е. выполнение программы растягивается до 2012 г.

И это только коррективы, появившиеся в течение первого года кризиса в экономике страны. Какие же изменения придется вносить в эту программу по объемам финансирования мероприятий и срокам их реализации в случае, если кризис будет углубляться в течение ближайших 2—3 лет и страна для покрытия бюджетного дефицита должна будет прибегнуть к внешним заимствованиям? Скорее всего, ей будет уготована участь большого числа других федеральных целевых программ, выполнение которых растягивается на десятилетия, а финансирование происходит от случая к случаю, без каких-либо надежд на достижение первоначально поставленной цели.

Следующее направление антикризисных мер для регионов — снижение напряженности на рынке труда. В этой части программы для регионов предусмотрены расходы в размере 43,7 млрд руб., которые предназначены для проведения мероприятий по профессиональной переподготовке трудовых ресурсов, оказанию помощи в переезде в другой регион, созданию временных рабочих мест, в част-

ности, на строительстве дорог общего пользования, через развитие форм малого и среднего бизнеса, что должно способствовать процессу самозанятости неработающихграждан [7].

Конечно, в определенной степени эти меры будут способствовать снижению напряженности на рынке труда, но только в тех регионах, где безработица начала возрастать в последнее время с минимальных уровней. Как известно, почти во всех федеральных округах России, за исключением Южного, до начала кризисных явлений большинство субъектов было трудодефицитным. Предусмотренные в программе меры и суммы, заложенные в федеральном бюджете на их софинансирование, не могут дать большого эффекта. В расчете на официально признанное число безработных выделенная сумма 43,7 млрд руб. означает, что на одного ищущего работу приходится около 20 тыс. руб. Речь идет, как известно, только о регистрируемой безработице, которая в разы меньше уровня общей безработицы. Разумеется, этих денег будет недостаточно, если число официально зарегистрированных безработных увеличится в течение года, как это предсказывают некоторые аналитики. Ведь уже в настоящее время общее число безработных в стране превышает 8 млн чел.

В этой ситуации Чеченской Республике и другим депрессивным регионам России не приходится рассчитывать на существенное улучшение положения на своих рынках труда за счет реализации антикризисных мер программы в этой части. В частности, ситуация на рынке труда в Чеченской Республике грозит значительно ухудшиться даже по сравнению с существовавшей до начала кризиса, так как значительному сокращению подверглось финансирование мероприятий по ФЦП (до 30 %), а это — основная сфера трудоприложения населения республики после бюджетной сферы, государственной и муниципальной служб.

С начала текущего года в республике значительно возросло число уволенных по «кризисным» статьям. В результате регистрируемая безработица достигла 320 тыс. чел. К концу первого квартала этот показатель снизился до 309тыс. чел., что никак не свидетельствует о росте числа занятых в экономике республики, так как за этот период не произошло увеличения числа рабочих мест. Скорее, требования к оформлению документов на признание человека безработным ужесточились в условиях начавшегося кризиса. Кроме того, в федеральный закон «О занятости населения в Российской Федерации» были внесены изменения,

поднимающие минимальный и максимальный размеры пособий по безработице, что, по всей видимости, подвигло многих незарегистрированных безработных начать оформляться на получение пособия по безработице.

При этом многие не в курсе, что на получение максимального пособия в размере 4 900 руб. могут претендовать только те, кто был уволен или сам уволился после того, как непрерывно проработал перед увольнением не менее 26 недель, т. е. для тех, кто подпадает под «кризисные» статьи. Большинство же безработных в Чеченской Республике могут претендовать только на получение минимального размера пособия по безработице в 850 руб., хотя и увеличенного с прежних 700 руб., по причине того, что они не являются уволенными с работы после начала кризиса, а относятся к категории безработных «докризисного» периода.

Такое положение, когда более 600 тыс. чел. из числа экономически активного населения республики постоянно пребывают в категории безработных и показатель этот перманентно воспроизводится из года в год во все более возрастающих объемах, имеет ряд негативных социальных явлений со всеми вытекающими из этого последствиями для политической и экономической составляющей жизни людей. Получателями пособия, хоть и в минимальном размере, являются не более трети от общего числа безработных граждан. Остальные перебиваются случайными заработками и постоянно недоедают. Совершенно очевидно, что те, кто получает пособие по безработице в размере 850 руб., и те, кто лишен возможности его получения с точки зрения установленной в республике величины прожиточного минимума (на первый квартал 2009 г. — 4 500 руб.) [6], смело могут быть отнесены к категории граждан, живущих зачертой бедности, так как размер пособия по безработице меньше прожиточного минимума почти в 5 раз.

Однако и на этом беды этих людей не заканчиваются. Дело в том, что существующая в стране система социального и пенсионного обеспечения построена таким образом, что она не только не направлена на преодоление замкнутого круга социальной дифференциации и нищенского существования людей по причине несовершенства самой этой системы, а напротив — она воспроизводит эту нищету в процессе дальнейшей жизни человека. Достигая пенсионного возраста (средняя продолжительность жизни мужчин в РФ составляет 58 лет 11 мес., т.е. среднестатистический мужчина не доживает до пенсионного возраста год и один

месяц) и не имея страхового стажа, большинство граждан в республике могут претендовать только на социальную пенсию по старости, которая является минимальной в этой системе, т. е. дискриминационное положение сегодняшнего безработного обернется последующим дискриминационным положением в его пенсионном обеспечении.

Существенным источником пополнения рядов безработных является и число молодых людей, вступающих во взрослую жизнь по получении высшего, среднего специального и школьного образования. По состоянию на конец первого квартала 2009 г. в девятых классах школ республики обучались 24 103 ученика. Как правило, из них только 40% продолжают учебу в школе до получения среднего образования. Оставшаяся часть учащихся после окончания девятого класса вкупе с выпускниками одиннадцатого класса, число которых составляет в этом году 10 042 чел., могут претендовать на занятие около девяти с половиной тысяч мест на первых курсах вузов, техникумов и училищ в республике, в том числе и четырехсот мест в иногородних вузах, предоставленных абитуриентам, получившим среднее образование в Чеченской Республике.

Одновременно такое же количество студентов выпускных курсов получат дипломы об окончании высших и средних специальных учебных заведений республики. Из этого числа предполагается трудоустроить в пределах республики в общей сложности 28 % выпускников или около 2 700 чел. За исключением небольшого числа молодых людей, которые пойдут служить в армию, остальные не будут иметь возможности учиться или работать. Таким образом, школы и другие учебные учреждения в текущем году могут «обеспечить» рост безработицы в республике на уровне 30—32 тыс. чел. С учетом положительной динамики миграционных процессов в республике этот показатель может быть значительно выше, так как из других регионов России, дальнего и ближнего зарубежья сегодня на родину возвращается большое число соотечественников, которые по тем или иным причинам, связанным в первую очередь с экономическим кризисом, вынужденно покидают места своего пребывания в последние годы и возвращаются домой.

Темпы естественного прироста населения Чеченской Республики продолжают оставаться самыми высокими не только в Южном федеральном округе, но и в России в целом. Так, в 2008 г. естественный прирост населения республики составил 30 тыс. чел. против 25 тыс. в среднем за предыдущие годы [10].

Еще один источник возможного пополнения числа безработных — это предполагаемое сокращение или увольнение определенного числа сотрудников МВД в связи с окончанием контртеррористической операции (КТО) в Чеченской Республике. Понятно, что после отмены надбавок за участие в КТО заработки сотрудников МВД и других силовых ведомств, задействованных в Чечне, существенно снизятся, что неизбежно повлечет сокращение числа сотрудников этих ведомств.

В этих условиях, когда увеличение армии безработных в республике почти неизбежно, есть большая вероятность усиления негативных тенденций (увеличение числа людей, живущих за чертой бедности; дальнейшая криминализация общества; увеличение числа людей, страдающих хроническими заболеваниями из-за недоступности медицинских услуг) и, как следствие всего этого, — рост протестных настроений в обществе.

В этой связи, на наш взгляд, наиболее эффективный путь трудоустройства безработных людей — это содействие развитию малого и среднего предпринимательства.

Этот вопрос на всех уровнях власти так часто и подолгу обсуждается, что порядком уже надоел рядовому гражданину. В обществе к нему сложилось отношение, как к какой-то дежурной теме, разговорами на которую заполняют перерыв между политически значимыми событиями в стране. В программе антикризисных мер нет ни одного сколько-нибудь значимого мероприятия, предусмотренного для активизации этого процесса или облегчения участи уже работающих в сфере малого и среднего предпринимательства.

То, что в программе обозначено как меры, принятые для поддержки малого и среднего бизнеса, непосредственного отношения собственно к самой программе не имеет, так как они разрабатывались еще в начале 2008 г. после вступления Д. А. Медведева в должность Президента РФ и законодательно были оформлены в августе 2008 г. как пакет мер по поддержке малого и среднего бизнеса, т. е. до начала активной фазы кризиса.

Следует отметить, что в числе предложений по поддержке малого бизнеса есть и право, предоставляемое субъектам Российской Федерации для самостоятельного установления величины ставки налога на доходы, уменьшенные на величину расходов, в пределах от 5 до 15 % для предприятий и индивидуальных предпринимателей, работающих на упрощенной системе налогообложения. Однако большинство предпринимателей предпочитают пользоваться

единым налогом на совокупный доход в размере 6 % по причине удобства его расчета. Использование налога на доходы, уменьшенные на величину расходов, субъектами малого бизнеса и индивидуальными предпринимателями сопряжено с определенными трудностями, поскольку требует содержания штата квалифицированных бухгалтеров, которые могут доказать правомерность отнесения конкретных видов расходов к категории, уменьшающей доходы для целей налогообложения по указанной ставке налога. Поэтому для малого бизнеса и индивидуальных предпринимателей удобнее, а главное, дешевле пользоваться налогом на совокупный доход, ставка которого, к сожалению, осталась без изменений, и право по его регулированию не передается субъектам федерации, как в случае с первым видом налога, который, как указывалось ранее, не пользуется популярностью в предпринимательской среде.

Между тем в странах мира, затронутых экономическим кризисом, большие надежды возлагают на активность малого и среднего бизнеса, способного создать большое число рабочих мест без больших расходов со стороны государственного бюджета. Поэтому их рассматривают как главный локомотив в процессе выхода из кризиса и предотвращения массовой безработицы. Для них в национальных антикризисных программах почти всех стран предусмотрены солидные преференции в налогообложении, в доступе к кредитным ресурсам, прямой финансовой поддержке со стороны государства. Так, в принятом в феврале текущего года в США антикризисном законе (известном как Пакт стимулов) на поддержку малого бизнеса предусмотрено 800 млн долл., которые должны пойти на погашение долгов компаний и выделение им дополнительных финансовых средств в виде субсидий для освоения новых видов производств. Кроме того, предусмотрено дополнительно 250 млн долл. для оказания помощи тем, кто только открывает свое дело. О положении малого бизнеса в экономике США и надеждах, которые возлагаются на него в условиях кризиса, сказал вице-президент Национальной федерации независимых бизнесменов США Данн Данер: «Малый бизнес находится в гораздо лучшей форме, нежели весь остальной экономический комплекс. Эта та сфера, которая даже сейчас, в условиях экономического спада, продолжает создавать рабочие места. Но вместе с тем он функционирует недостаточно полнокровно, не так, как в прежние докризисные времена. Малый бизнес, как и весь экономический организм страны, нуждается в финансовой поддержке» [4].

В соответствии с антикризисной программой Правительства РФ на поддержку малого бизнеса, в частности, по линии Внешэкономбанка, и на прямые субсидии регионам на софинансирование процентных ставок по кредитам в федеральном бюджете на 2009 г. предусмотрено 40,5 млрд руб. Из этой суммы 30 млрд руб. предназначены для реализации механизма рефинансирования за счет средств Внешэкономбанка портфелей кредитов предприятий малого бизнеса, сформированных российскими кредитными организациями. Оставшиеся 10,5 млрд руб. как раз и предназначены для прямых субсидий регионам на софинансирование процентных ставок по кредитам [8]. И в том, и в другом случаях при оказании косвенной поддержки малому бизнесу главной целью этих мер является содействие в повышении финансовой устойчивости кредитных организаций за счет государственных средств: в первом случае — через государственный Внешэкономбанк на рефинансирование основного долга по ранее взятым кредитам, а во втором — прямым финансированием процентных ставок по кредитам из федерального и местных бюджетов. Поэтому эффективность этого плана помощи малому и среднему бизнесу во многом будет определяться тем, насколько эта мера будет отвечать текущим интересам кредитных организаций финансового сектора, занятых в том числе и кредитованием малого бизнеса.

Представляется, именно по этой причине поступление в регионы этих денег, сумма которых сама по себе несоразмерна проблемам малого бизнеса, задерживается Минфином РФ, несмотря на то, что прошло уже полгода со времени начала исполнения федерального бюджета. Об этом, в частности, говорили участники Всероссийской конференции малых и средних предприятий, проходившей в конце мая в Москве [9].

Так, в Чеченскую Республику из предусмотренной по этой программе суммы в 100 млн руб. по состоянию на середину июля текущего года не поступило ни копейки. Вместо этого Российский банк развития (дочернее предприятие государственной корпорации «Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)», уполномоченный Внешэкономбанком по реализации программы помощи малым и средним предприятиям) направил в регион информационное письмо с приглашением к сотрудничеству в рамках программы помощи через региональные банки-партнеры и организации инфраструктуры поддержки малого и среднего предпринимательства для кредитования субъектов малого и среднего бизнеса.

Понятно, что деньги, предназначенные на поддержку малого и среднего бизнеса, которые поступят в регионы после банкротства там большего числа предприятий, не дадут желаемого эффекта, а будут расходованы на другие цели. Аведь многим они нужны уже сегодня, а большинству из их числа они нужны были еще вчера.

Кроме того, механизм распределения субсидий по указанной программе предусматривает размер помощи пропорционально доле малых предприятий, действующих на территории региона, что исключает возможность рассчитывать на получение сколько-нибудь существенной поддержки малым бизнесом в депрессивных и слаборазвитых регионах. По состоянию на 1 января 2009 г. в Чеченской Республике было зарегистрировано 5 721 малое предприятие частной формы собственности и 26 058 индивидуальных предпринимателей [3]. Между тем по данным федеральных источников, число малых предприятий (не на бумаге, а реально работающих, без учета микропредприятий) в Чеченской Республике составляло всего 100. Столько же их и в Ингушетии. Ненамного больше в Республике Калмыкия (200), Карачаево-Черкесской Республике (300), Адыгейской республике (400) и Республике Дагестан (1 200). Понятно, при таких параметрах малый бизнес в этих республиках не получит большой поддержки, не говоря уже о том, что их кредитные портфели особо не обременены заемными средствами в силу их недоступности в депрессивных регионах для малого и среднего бизнеса со слабой залоговой базой.

Условия работы малого и среднего бизнеса до сих пор остаются в очень сильной зависимости от административных инстанций. Государство в целом продолжает подходить к бизнесу, в первую очередь к малому и среднему, с двойными стандартами. С одной стороны, в унисон с общемировой практикой признается его огромная роль в решении важных экономических проблем обеспечения роста и устойчивости национальной экономики и как легкодоступного резерва в решении вопроса занятости населения, создания среднего класса в стране, увеличения роста валового национального продукта. С другой стороны, малый и средний бизнес — это «дойная корова», которую держат в черном теле под прессом громоздкого, неуклюжего, а зачастую некомпетентного аппарата надзора, контроля и администрирования. На такие предприятия практически не распространяется система государственных закупок, они ограничены в возможности участвовать в массовых электрон-

ных торгах, не имея специальной поддержки со стороны государства. Кроме того, важно обеспечить им равный доступ к земле, государственным закупкам, производственной инфраструктуре, которая сегодня находится в руках естественных монополий и региональных политических элит, предпочитающих «близкие», аффилированные с властными структурами «бизнес-элиты».

В условиях кризиса особую актуальность приобретает необходимость разработки действенной системы мониторинга и контроля эффективности антикризисных мер со стороны всех участников этого процесса, начиная с федерального уровня и заканчивая кардинальным повышением статуса самих участников малого и среднего бизнеса в решении вопросов, от которых зависят судьба и роль этого вида предпринимательства в России.

Высокая персонификация региональных политических систем и угрожающие размеры коррупции в правоохранительных и административных ведомствах не оставляют больших надежд на то, что службы государственного надзора, которым поручается контроль за соблюдением законов по защите прав малого и среднего бизнеса, в состоянии будут эффективно проводить эту работу без активного участия в нем самого бизнес-сообщества и независимых общественных организаций.

На наш взгляд, лучший способ поддержать предпринимателя — снизить налоговый пресс на него и снять административные барьеры. Предприниматель лучше любого чиновника в правительстве найдет способ оптимизации расходов и предпримет шаги по спасению своего дела. Свою эффективность как инвестор он доказал тем, что на свой страх и риск уже начал предпринимательскую деятельность, инвестировал необходимую сумму первоначальных вложений, мобилизовал активы и наладил кооперационные связи. И теперь он лучше всяких чиновников способен найти пути выхода из кризиса.

Наиболее эффективный и короткий путь финансирования программы поддержки малого и среднего бизнеса — оставление части налогов в их распоряжении, что исключило бы участие чиновника в распределении этих средств и возможное их разворовывание, когда государство сначала собирает налоги в бюджет, а затем распределяет их в виде помощи бизнесу. В большинстве стран мира при выработке антикризисных программ пошли по пути предоставления малому и среднему бизнесу налоговых преференций и расширения их финансовой самостоятельности. В этих странах превали-

рующими стали меры по стимулированию спроса, расширению финансовых возможностей самих субъектов малого и среднего бизнеса и ослабление административных рычагов контроля.

К сожалению, антикризисная программа, принятая у нас, не изобилует мерами по расширению прав предпринимателей и усилению их финансовой базы за счет накопления собственных ресурсов, а ориентирована на активное участие в реализации предусмотренных мер чиновничьего аппарата бюджетной системы и государственных банков. Не является секретом, что до половины бюджетных средств в нашей стране используется не по назначению, попросту говоря, разворовываются.

В этой связи особую актуальность при реализации антикризисных мер приобретет необходимость принятия действенных антикоррупционных мер, которые позволят нейтрализовать или, по крайней мере, существенно ослабить негативное влияние коррупции на реальную жизнь людей и массовое сознание общества.

В программе антикризисных мер в общих чертах сказано о необходимости усиления деятельности по предотвращению и пресечению действий чиновников, направленных на коррупционное вмешательство в дела бизнеса.

Между тем это явление, по признанию Президента РФ Д. А. Медведева во время его пребывания в г. Махачкале в начале июня 2009 г., приняло в северокавказском регионе угрожающий размах. По выводам Национального института системных исследований, который проверил регионы России на предмет противодействия коррупции, среди 19 регионов, в которых, по мнению руководителей исследования, не предпринимается никаких антикоррупционных действий, числятся Чеченская Республика, Ингушетия и Ростовская область [1]. Столь бедственное положение дел с антикоррупционными действиями в регионе подвигло Президента Чеченской Республики Р. Кадырова высказаться по этому поводу со свойственной ему прямотой, в жесткой форме: «Кто замешан во взяточничестве, будет считаться врагом народа. Искоренение этого социально опасного зла является делом чести самой власти» [2].

Выработка эффективных антикризисных мер — это прежде всего кардинально новая экономическая политика (отраслевая и региональная), которая позволит национальной экономике России выйти из кризиса, сориентироваться на эффективную интеграцию в мировое экономическое пространство, а не продолжать оставаться его сырьевым придат-

ком. Вместо этого, к сожалению, в последнее время наметился определенный отход руководства страны от некоторых предвыборных обещаний Президента РФ Д. А. Медведева. В частности, уже не ведутся разговоры о возможном сокращении НДС. Тема эта считается на время закрытой для обсуждения по причине того, что Минфин РФ не приемлет ни один из вариантов сокращения ставки налога. Следующее направление — сворачивание курса на диверсификацию экономики страны, заложенного в правительственной «Стратегии—2020», а также продолжение активной государственной поддержки сырьевых компаний и государственных монополий.

В целом антикризисная программа является продолжением той экономической политики, которая и привела национальную экономику к столь глубокому падению в условиях начавшегося мирового финансового кризиса. Поэтому масштаб нынешних трудностей в нашей экономике по большей части не присущ другим развивающимся рынкам, а является порождением неэффективности созданной в стране системы управления.

Проблема еще усугубилась чрезвычайными шагами правительства на первом этапе кризиса, когда для спасения банковской системы в нее влили многомиллиардные средства, обвалив в одночасье валютный курс рубля, вызвав повышение цен на продукты питания и предметы первой необходимости и, как следствие, падение уровня жизни населения и ухудшение условий функционирования самого бизнеса.

Столь глубокий обвал в экономике страны (по итогам первого полугодия 2009 г. Минэкономразвития РФ объявило о снижении ВВП на 10,1%) был еще предопределен сохраняющейся старой архаичной структурой экономики. В благополучные для экономики предкризисные годы не были проведены модернизация производственной базы реального сектора экономики, структурная реформа всей экономики, включая ее управленческие звенья. Страна из года в год все больше зависела от импорта, теряя целые отрасли как самостоятельные структурные подразделения национальной промышленности (например, станкостроение, производство лекарственных препаратов и медицинской техники, производство товаров широкого потребления и т.д.). Поэтому государство должно осознавать свою роль в том, что национальная экономика оказалась столь уязвимой перед лицом мирового финансового кризиса, и сделать выводы о необходимости кардинально изменить стратегию

развития страны, предоставив бизнесу и регионам значительно больше прав и свобод для развития в первую очередь депрессивным и слаборазвитым регионам.

В этой связи интересна судьба федерального законопроекта «О мерах по стимулированию предпринимательской деятельности на территории Чеченской Республики», подготовленного и внесенного Парламентом Чеченской Республики в Государственную Думу ФС РФ. Законопроект был продиктован необходимостью создания на территории Чеченской Республики благоприятных инвестиционных условий для притока частного капитала, российского и иностранного. Но главной целью, которую ставили перед собой разработчики этого документа, было устранение административных барьеров и снижение налогового пресса на бизнес для скорейшего становления в республике частного инвестиционного капитала, способного решить задачу восстановления экономики и восполнить выпадающее вследствие экономического кризиса бюджетное финансирование строительно-восстановительных работ.

Этот законопроект не был принят депутатами Государственной Думы к рассмотрению. По их мнению, задачи, которые ставились чеченскими парламентариями в предложенном документе, можно будет решать в рамках другого законопроекта — «О зонах территориального развития в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», который уже получил положительное заключение Правительства РФ и находится на рассмотрении в Государственной Думе. По словам разработчиков законопроекта (депутаты фракции «Единая Россия» Е. Федоров, А. Коган, Г. Хор, Г. Изотова), он имеет антикризисную направленность и призван способствовать преодолению различий в уровнях развития регионов. Однако, по нашему мнению, меры стимулирования предпринимательской деятельности, прописанные в законопроекте, не дадут желаемого эффекта из-за их половинчатости и неадекватности сложившейся в стране ситуации. Снижение ставки налога на прибыль с 20 % до 18 %, субсидии из федерального бюджета на возмещение части затрат на уплату лизинговых платежей, процентов по кредитам, на приобретение электрической и тепловой энергии, а также право применять инвестиционный налоговый кредит сроком на 10 лет без уплаты процентов по нему — все это меры, способные поддержать экономический рост более или менее благополучного региона, однако совер-

шенно неэффективны для таких регионов, как Чеченская Республика, где экономика находится в условиях тяжелейшего кризиса.

Стране пора уже обзавестись новой экономической доктриной послекризисного развития. Необходимо отказаться от отсталой структуры экономики, которая продолжает доминировать и воспроизводить себя (упор на преимущественное развитие экспорта сырья и топлива, военно-промышленный комплекс, аграрный сектор, усиление вертикально-административных методов управления экономикой), которая показала свою нежизнеспособность и привела национальную экономику к столь глубокому падению, едва лишь столкнулась с мировым финансовым кризисом.

Какими должны быть параметры этой новой экономической доктрины, какие приоритеты должны быть определены в ней в качестве главных и в какой мере она будет отвечать вызовам времени — все это будет зависеть от того, насколько адекватно в ней будут учтены интересы регионов, и, как следствие этого, насколько значимой будет поддержка с их стороны в реализации новой стратегии.

Список литературы

1. Газета «Аргументы и факты». 2009, № 13.

2. Газета «Вести республики». Грозный, 2009, № 111.

3. Газета «Вести Республики». Грозный, 2009, № 48.

4. Газета «Новые Известия». 2009, № 89.

5. Газета «Северный Кавказ». 2009, № 18, № 19.

6. Постановление Правительства Чеченской Республики от 09.06.2009 №96// Газета «Вести республики». Грозный, 2009, № 121.

7. Программа антикризисных мер Правительства Российской Федерации // «Российская газета». 2009, № 48.

8. Программа антикризисных мер Правительства Российской Федерации // «Российская газета». 2009, № 48.

9. «Российская газета». 2009, № 94.

10. Социально-экономическое положение Чеченской Республики в январе — марте 2009 года // Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Чеченской Республике. Грозный, 2009.