Роковые хроники

Роковые хроники

Андрей Вилли Усов

Фотохроникер советского рока

Ольга Калашникова:

Добрый день, дорогие друзья! Я приветствую вас в эфире канала Mediametrics. У нас программа «Позитивный заряд от Ольги Калашниковой», её внеочередной выпуск. Я рада представить вам своего сегодняшнего гостя, благодаря которому этот выпуск появился и стал возможен. У меня в студии Андрей Вадимович Усов, которого мы знаем по другому имени, Андрей Вилли Усов. Андрей музыкант и фотохроникёр советского рока, начиная с семидесятых годов. Здравствуйте, Андрей Вадимович, я счастлива видеть Вас в своей студии, я безумно волнуюсь.

Андрей Вилли Усов:

Здравствуйте, Ольга, здравствуй, Москва, здравствуй, Россия.

Ольга Калашникова:

Да, очень хорошо, что вы сказали очень объёмно ваше здравствуй, потому что мы о вас знаем действительно всей страной, любим, ценим. И знаем мы вас по вашим фотографиям, которые запечатлели целую эпоху, целую эпоху музыкальной индустрии. И, что самое интересное, наверное, не очень правильно. Фотографии мы знаем, замечательных наших любимых исполнителей по этим фотографиям мы тоже знаем. А кто сделал эти прекрасные фотоработы знают далеко не все. Они фактически уже стали народными. Как говорится, песня народная, исполняет автор. Сегодня мы этого автора и представим. Дорогие друзья, я хочу сразу показать буквально несколько фотографий, которые всем известны. Вы поймёте, зная эти снимки, зная и любя людей, которые на этих снимках очень трепетно изображены, человек, который сегодня находится со мной в студии, его заботой, его доброжелательным, профессиональным взглядом мы имеем возможность проследить всю хронику, всю летопись нашего советского рока. В основном, конечно, это Ленинградский рок клуб. А потом мы гораздо больший охват. Пожалуйста, покажите нам некоторые фотографии, которые вы, Андрей, сразу прокомментируйте.

Андрей Вилли Усов:

Борис Борисович пишет музыку для Сергея Соловьёва «Дом под звёздным небом». Играет на гитаре смычком. Это студент Борис Гребенщиков на Университетской набережной. За спиной у него Нева во льду. Это на мансарде. Я сижу на крыше, я очень рад, вот там примерно он это всё писал. Андрей Вадимович Макаревич, мой тёзка, приехал в Питер, я его поснимал. Мы знакомы с 76-го года. Наташа Пивоварова и Витя Цой.

Ольга Калашникова:

Расскажите об этой фотографии поподробнее, пожалуйста.

Андрей Вилли Усов:

Фотография чисто бытовая. Мне Наташенькин взгляд очень нравится, а Витьку любили все. Такой молчун, обаяшка, эту фотографию какая-то газета напечатала. Сзади на фотографии был мой Postoffice box, его в тиснули в эту газету. И когда я открывал почтовый ящик абонированный, из него вываливались десятки писем. Мне писали со всей страны: вы наша последняя надежда, я люблю Виктора как мужчину, пришлите мне все фотографии Цоя, какие у вас есть, за любые деньги, хоть даже по рублю. Я не ответил ни на одно из этих писем, потому что понимал, что меня разорвут на сувениры, ну, и писать было бесполезно.

Ольга Калашникова:

Сейчас у вас, фактически, есть возможность ответить авторам всех этих писем одним махом.

Андрей Вилли Усов:

Простите меня, люди.

Ольга Калашникова:

Простите, ну не смог. Тем не менее, дорогие друзья, зрители,ценители людей, которые привнесли рок в его неповторимом виде в нашу советскую бытность. Есть эти фотографии, есть эти свидетельства, есть эта летопись, которую мы сейчас имеем возможность оценитть пафос того времени. Я не хочу умалять или преуменьшать заслуги этих людей и вас, благодаря которым мы можем этот музыкальный ряд ещё визуализировать. Вы, наверное, один из первых, кто стал профессионально пытаться визуализировать музыку, делая обложки к альбомам. Я сейчас постепенно перехожу к теме нашей сегодняшней встрече.

Андрей Вилли Усов:

«100 магнитоальбомов советского рока», который создал Саша Кушнир, эта книжка содержит 10 моих, то есть тех, которые я оформил. Это история. «Магнитоальбомы» оформлялись таким образом.

Ольга Калашникова:

Сейчас я показываю, тут ваша фотография на 22-й стране, на 23-е уже начинаются сами альбомы и те фотографии, с которых делались изображения.

Андрей Вилли Усов:

А вот так я тиражировал эти шедевры. Вот «Радио Африка», этот негатив клался на копировальное устройство, я делал контактные фотографии в большом количестве. Потом это клеилось на коробки с магнитофонной катушкой и раздавалось по всей стране за очень смешные деньги, но уже до Владивостока долетало.

Ольга Калашникова:

Как сказал Александр Кушнир, что интернета тогда не было. Но это был настолько мощный беспроводной способ связи, когда только что отпечатанное мгновенно расходилось по всей стране, и люди даже не зная, что они берут, они слушали, влюблялись, потом искали этого. Это фактически была эпидемия, и источник ее находился тогда в Ленинграде, ныне в Санкт-Петербурге. Вы держали, фактически, в руках все вот эти альбомы, благодаря которым мы сейчас и узнаем.

Андрей Вилли Усов:

Мы создали аудио визуальную революцию, люди увидели эту музыку. Они не только ставили безликую плёнку, они видели изображения. Там была информация.

Ольга Калашникова:

Да, очень много музыкантов по стране, они никак не занимались оформлением своих альбомов, даже в Москве считалось это где-то провинциально, где-то пошло даже и не заморачивались. Либо какая-то очень простая графика была.

Андрей Вилли Усов:

Ольга, я могу показать первый альбом, который я оформил.

Ольга Калашникова:

Давайте мы начнём уже смотреть.

Андрей Вилли Усов:

Борис Гребенщиков и Майк Науменко на берегу реки Невы сделали альбом «Все братья и сёстры» и предложили мне оформить его фотографиями. Это была первая работа, Борис и Майк. Между ними статуэтка Будды. На обратной стороне этого первого альбома Борис Борисович держит книжку «Боб Дилан», а Майк бутылку портвейна.

Ольга Калашникова:

Это действительно одна из самых известных фотографий, это какой год?

Андрей Вилли Усов:

Это июнь 78-го года. Как раз за Смольным собором на речке Неве. Майка я очень любил, я для него сделал ещё несколько альбомов. Например, «Сладкую Н' оформил графикой и фотографией. У меня был доступ к техническим плёнкам, и я умудрился совместить изображения с текстом. А потом Майк записал легендарный альбом «55».

Ольга Калашникова:

«55», вот о нём тоже поподробнее.

Андрей Вилли Усов:

Этот альбом был оформлен простейшим образом. Миша пришёл ко мне в коммунальную комнату на Васильевском острове, я на белом ватмане сделал эти снимки и потом размещал тексты.

Ольга Калашникова:

По поводу текста я хотела бы здесь, чтобы вы подробнее рассказали. Насколько я знаю историю создания этой обложки, этого альбома, это текст, который написан от руки самим Майком. Расскажите, это просто совершенно исторические вещи.

Андрей Вилли Усов:

Да, Милка мне просто нарисовал, а я потом переснял и совмещал изображение собственно музыканта с текстами.

Ольга Калашникова:

То есть это не просто шрифты, это не просто какая-то графика, это действительно совмещение и фото работ. Вот написано внизу Вилли фото, 82-й год. Майк. Можно я прямо прочитаю даже, это совершенно потрясающе, это история нашей всей индустрии музыкальной, которую мы сейчас имеем. Потому что мы сейчас благодаря энтузиастам возвращаемся к этой виниловой культуре, очень замечательно.

Андрей Вилли Усов:

Слава богу.

Ольга Калашникова:

Это действительно, благодаря такому оформлению эти пластинки имеют самоценность, это отдельный арт объект.

Андрей Вилли Усов:

Мало того, они бессмертны, потому что винил неубиваем.

Ольга Калашникова:

Особенно сейчас, в нынешнем материальном исполнении его.

Андрей Вилли Усов:

Сыпятся диски CD, уничтожаются электронные носители.

Ольга Калашникова:

Про плёнку мы вообще молчим.

Андрей Вилли Усов:

А это механическая запись, древняя.

Ольга Калашникова:

На этой пластинке «55», которая вот такими, не сразу понятными буквами.

Андрей Вилли Усов:

И буквы Мишка написал, слово Майк, это он написал.

Ольга Калашникова:

Майк, голос акустический, гитары электрические, гитары бас, ритм, бокс. Илья «Зоопарк» бас, Саша «Зоопарк» лидер гитара, БГ «Аквариум», так вот скромно. Второй голос, регги гитара голос воина Джа, электрическая гитара и губная гармошка, это всё к Борису Гребенщикову. Юлик Винни-Пух лидер гитара, Манозуб запись приказы и Вилли фото. Вот такая совершенно потрясающая.

Андрей Вилли Усов:

А приказы, это «переворачивай», «ставь по-новой».

Ольга Калашникова:

Это да, то, что слушались все, никому в голову не приходило каким-то образом перечить.

Андрей Вилли Усов:

Ну и конечно, группа «Аквариум» моя любимая, любовь моя, это Борис Борисович и группа «Аквариум», судьба свела и это счастье. Первый альбом, который я оформил, номерной альбом, это «Синий альбом», вот он. «Синий альбом», вот они смотрят в несуществующей лифтовой шахте такой, потом они поднимаются по лестнице.

Ольга Калашникова:

Это в одном из домов построили шахту, не стали делать лифт.

Андрей Вилли Усов:

А лифт не построили.

Ольга Калашникова:

Собственно говоря, этот момент родил одну интересную такую философию, когда поднимаешься ввысь, к свету, но падаешь вниз.

Андрей Вилли Усов:

Да, потом обрыв. Кстати, на этой пластинке я пытался придумать торговый знак товарища Тропилло.

Ольга Калашникова:

Вот уже появился Андрей Тропилло.

Андрей Вилли Усов:

Я написал Loss Pills Records.

Ольга Калашникова:

Покажите.

Андрей Вилли Усов:

Таблетки рекордз.

Ольга Калашникова:

Это были таблетки рекордз, вот они здесь указаны. Насколько я помню, не пошёл почему-то этот знак, как-то не прижился.

Андрей Вилли Усов:

Да и мне не понравился. Сидя в кафе потом, недалеко от студии, где Тропилло мастерил всё это, я ему предложил, давай сделаем большое Т и разместим буковки Антроп.

Ольга Калашникова:

Есть какой-то у нас?

Андрей Вилли Усов:

На всех.

Ольга Калашникова:

На всех дальнейших этот знак.

Андрей Вилли Усов:

На всех дальнейших у нас пойдёт Антроп. Вот он лучше всего виден на треугольнике.

Ольга Калашникова:

Вот он на треугольнике внизу есть вот этот значок.

Андрей Вилли Усов:

Антроп.

Ольга Калашникова:

Который уже был действительно фирменным знаком, логотипом студии звукозаписи Андрея Тропилло.

Андрей Вилли Усов:

Кстати, этот альбом «Треугольник» содержит интересную информацию. Кроме того, что я вместо надписи «Треугольник» я использовал собственно треугольник.

Ольга Калашникова:

Да, просто знак, символ. Это гениальная идея.

Андрей Вилли Усов:

Зачем писать слово лишнее. Здесь есть фотография, как Боря записывает этот альбом. Так вот, он играет на гитаре, которую я построил сам. Вот впоследствии он на ней несколько лет играл.

Ольга Калашникова:

Когда я представлена Андрея Вадимовича в начале нашего эфира, я сказала, что он не только фотограф, но и музыкант. Андрей во время знакомства меня поправил, он в первую очередь музыкант, а фотография была его хобби. Уже потом, когда.

Андрей Вилли Усов:

10 января 79-го года, обманув всех, я хобби сделал профессией и говорил с удивлением: они мне за это ещё и деньги платят.

Ольга Калашникова:

Я хочу сказать, что это мечта многих, заниматься хобби и получать за это деньги. Я сейчас сделаю небольшую такую вводную с вашего позволения, перерыв альбомов. Я очень хочу их всех показать. Тем не менее, я знаю, что в своё время вы достаточно активно занимались музыкой, у вас даже была своя группа, и в этой группе играл на гитаре Михаил Наумов, Науменко, Майк Науменко.

Андрей Вилли Усов:

Майк играл.

Ольга Калашникова:

Расскажите об этом.

Андрей Вилли Усов:

Была такая группа, она даже попала в историю, трёхтомник «Рок энциклопедии», которую написал Андрей Бурлака. В первом томе на букву А группа «Ассоциация скорбящих по зимнему отдыху».

Ольга Калашникова:

Это летом группа так называлась.

Андрей Вилли Усов:

Летом, и по летнему отдыху, естественно, зимой. Потому что я повязал траурную ленточку. По чем скорбишь? - спросили. Я говорю: придумали название группы. На барабанах играл Женя Губерман, гениальный музыкант, который играл с лучшими джазовыми артистами и рок. Женя Губерман нас покинул безвременно. А Майк вторую гитару. Пели наши песни, написанные на английском языке. Вот так.

Ольга Калашникова:

Замечательно. Вообще история конечно поразительная и малоизвестная почему-то. Потому что это, фактически, Майк ещё до того, как мы знали Майка как такового.

Андрей Вилли Усов:

Да, 78-й год оборвалось наше музыкальное творчество. Мы закончили группу «Ассоциация скорбящих». С 75-го по 78-й год.

Ольга Калашникова:

Фактически, для Майка это, наверное, был такой хороший, пробный шаг, после которого он не остановился.

Андрей Вилли Усов:

Мы были друзья, самые близкие. Представь себе, что Майк приходит Новый год встречать ко мне домой, например.

Ольга Калашникова:

Конечно, это невероятно.

Андрей Вилли Усов:

Всех ставит в странную такую стойку, потому что он пришёл в женском красном плаще, застёгнутом на женскую сторону. Что за персонаж? Это Мишка, музыкант любимый.

Ольга Калашникова:

Его альбомы мы уже так быстро показали, там, по-моему, «Зоопарка» ещё будет альбом у вас. Дойдём.

Андрей Вилли Усов:

Да.

Ольга Калашникова:

Тогда давайте вернёмся к альбомам, и следующий представьте, пожалуйста, в нашем совершенно потрясающем списке раритетов.

Андрей Вилли Усов:

У нас, например, есть альбом «Акустика», который нескучно оформлен изображением дворца на Елагином острове. Я решил дать его в негативе. Вообще переворачивать позитив в негатив, это было любимое моё занятие. Задняя сторона оформлена таким образом.

Ольга Калашникова:

Вот историю этой фотографии расскажите.

Андрей Вилли Усов:

Этот портрет я называл «Козлодоев», Боря не обижался.

Ольга Калашникова:

Я помню, что это был концерт, на котором Борис принимал участие в качестве такого персонажа, создающего некий шум, то ли белый.

Андрей Вилли Усов:

Издававший звуки.

Ольга Калашникова:

Издававший звуки на совершенно специально ненастроенной гитаре.

Андрей Вилли Усов:

Контрабасист Волков и Боря, вот это лицо, которое я сделал окадровку и использовал.

Ольга Калашникова:

Он его мелом намазал, накрасил губы и накрасил глаза.

Андрей Вилли Усов:

Он был выбелен, губы чёрным. Вообще, красить лицо он любил и делал это мастерски.

Ольга Калашникова:

Это совершенно театральная такая история. Вкладыш покажите отдельно, пожалуйста. Вот о нём расскажите. Эти фотографии я тоже очень хотела показать.

Андрей Вилли Усов:

Это 77-й год. Сева Гаккель сказал: давай на замке поснимаемся, я собираюсь волосы постричь.

Ольга Калашникова:

Запечатлели.

Андрей Вилли Усов:

Ну что, как это, такие волосы да не запечатлеть. И вот мы посидели на замке, на Инженерном замке, там Наташка, которая, кстати, Борису Борисовичу родила Алису, известную актрису театральную.

Ольга Калашникова:

Да, она была у меня в эфире, Алиса Гребенщикова, конечно.

Андрей Вилли Усов:

Это вот её мама, Наташенька. Вот так мы.

Ольга Калашникова:

Я путаю или нет, из этой фотосессии потом какие-то тоже вышли у вас оформления к альбомам. Там, где вы тут фотографировали.

Андрей Вилли Усов:

Нет.

Ольга Калашникова:

Ничего не было, это просто осталась такая фотосессия.

Андрей Вилли Усов:

А вот интересная история. Без фотоаппарата я не хожу. И вот я вышел на какую-то странную поляну.

Ольга Калашникова:

Собирая грибы.

Андрей Вилли Усов:

Собирая грибы, и вдруг увидел газовую плиту. И когда мы думали. чем удивить публику. Альбом «Электричество» оформили вот этой смешной фотографией. А что сделали сзади? Затем мы подали вот эту фотографию, которую вы сейчас увидите в подлиннике, с улицей, домами, 6-я Красноармейская. 27 градусов минус, мороз, февраль. Я бегал в квартиру заряжать вспышку сетевую, а они стояли так на улице и ждали, когда я прибегу снова.

Ольга Калашникова:

Опасно, потому что там, наверное, объектив замерзал.

Андрей Вилли Усов:

Что потом. А потом на негативе скальпелем убран город.

Ольга Калашникова:

Титанический труд, потому что не было компьютеров, фон нельзя было убрать одним махом, это всё вычищалось.

Андрей Вилли Усов:

Борисыч мне предложил: напиши «Спасибо всем, кто помогал делать эту музыку». Я говорю: а давай напишем «и не мешал». Так и написали.

Ольга Калашникова:

Ещё учитывая время, в которое создавалось.

Андрей Вилли Усов:

Спасибо всем, кто помогал и не мешал делать эту музыку. 80-й год. После выступления в Тбилиси Борис Борисович был уволен из университета, с работы, исключен из комсомола.

Ольга Калашникова:

Это знаменитый фестиваль Тбилиси-80.

Андрей Вилли Усов:

Да, Тбилиси-80. И мы делали съёмки как раз для этого фестиваля.

Ольга Калашникова:

Позвольте, я покажу поближе, чтобы могли эту надпись увидеть, рассмотреть, потому что это действительно весьма знаковая такая подпись, слова, они отражали дух того времени. И все риски, которые были у музыкантов, которые творили не за страх, а ради вечности.

Андрей Вилли Усов:

Представить себе, что всё это.

Ольга Калашникова:

Покажите, пожалуйста.

Андрей Вилли Усов:

Вот эта фотография квадратная, это слайд на немецкую ORWO Chrom я снял на фотоаппарате «Любитель» дома. «Музыканты пьют чай» называется. Он великолепного качества. И я показал директору ленинградской филиала фирмы «Мелодия» и говорю: давайте сделаем The best of «Аквариум». Прекрасно, все музыканты здесь, пьют чай, никакого хулиганства.

Ольга Калашникова:

Рок тоже может быть интеллигентным.

Андрей Вилли Усов:

Не пойдёт.

Ольга Калашникова:

Все равно не прошло.

Андрей Вилли Усов:

Это не пойдёт. Это было так обидно, потому что толково придумано. Ещё одна игра в негатив. Помните, я говорил, что я этот приём использовал. Вот обратная сторона альбома «Табу».

Ольга Калашникова:

Это была грандиозная съёмка.

Андрей Вилли Усов:

Борис идёт по мосту через Мойку, Полицейский мост, а тень у него белая.

Ольга Калашникова:

А белая тень.

Андрей Вилли Усов:

Ничего, съедается, никаких вопросов никто не задавал.

Ольга Калашникова:

Самое интересное, съёмка была в толпе людей, люди шли на работу, там было плотно очень всё.

Андрей Вилли Усов:

Там было достаточно.

Ольга Калашникова:

И тоже взяли, с плёнки счищали этот фон и оставляли только фигуру.

Андрей Вилли Усов:

Я немножко похулиганил, у Казанского собора сделал фотографию, в которую включил и себя бородатого.

Ольга Калашникова:

Вот на первом плане автопортрет.

Андрей Вилли Усов:

Портрет группы.

Ольга Калашникова:

Замечательно. Сева Гаккель, который делает арку над Борисом Гребенщиковым, эта композиция.

Андрей Вилли Усов:

Это очень красивый альбом, который я сделал немецким Rolleiflex.

Ольга Калашникова:

С вашего позволения я покажу ещё, вот она, это конверт. Это оформление конверта, в котором лежала непосредственно пластинка.

Андрей Вилли Усов:

Да и каждая пластиночка, там такие яблоки, там так всё придумано. Например, Майку мы сделали посмертно альбом «Музыка для фильма», где кошка барабанщика группы «Зоопарк» Валеры Кириллова, белая кошка снималась на чёрном фоне. Кошка спиной, это side 2, а кошка глазами, это side 1.

Ольга Калашникова:

А вот он альбом «Радио Африка». Это тоже отдельно.

Андрей Вилли Усов:

Это слёзы просто. У гостиницы «Прибалтийская» по команде Всеволод Яковлевич Гаккель входил несколько раз в кадр, и было создано такое.

Ольга Калашникова:

Эпическое полотно.

Андрей Вилли Усов:

Странное изображение. Никто не может перевести эти иероглифы.

Ольга Калашникова:

Самое интересное, что саму группу не указали, написали просто «Радио Африка».

Андрей Вилли Усов:

Категорически, она была запрещена, это 83-й год, это самые смутные времена. Он сложно оформлялся, мы несколько раз ездили в разные места.

Ольга Калашникова:

Вот эта фотография с обнажёнными людьми тоже в негативе.

Андрей Вилли Усов:

Это тоже был как вариант.

Ольга Калашникова:

Это справа Виктор Цой.

Андрей Вилли Усов:

Витенька, да.

Ольга Калашникова:

Слева второй, это Борис Борисович.

Андрей Вилли Усов:

Много наших добрых друзей.

Ольга Калашникова:

Наши добрые друзья.

Андрей Вилли Усов:

Бориса Борисовича здесь нет.

Ольга Калашникова:

А кто тогда, вот видите.

Андрей Вилли Усов:

Всеволод Яковлевич.

Ольга Калашникова:

Оказывается, я даже в каких-то деталях сама путаюсь. Давайте вот это тоже ещё покажем подробнее. Я очень хочу остановиться.

Андрей Вилли Усов:

Вот, кстати, этот альбом был сведён в автобусе специальном профессиональном.

Ольга Калашникова:

Виктор Глазков, который был на эфире во вторник вместе с Александром Кушниром, подробно рассказывала о своём замечательном этом звездолёте, который приезжал записывать «Спящую красавицу» в Санкт-Петербурге. Днём писали классику, а ночью к нему приходили Майк Науменко, Борис Борисович с гитарами, с портвейном и с арбузом один раз даже пришли. Нет, портвейн был самого Виктора. И писали все эти вещи.

Андрей Вилли Усов:

Писали, да. А я оформлял. Так вот вышли из этого автобуса и в этот же день, когда закончили сведение, поехали на фестиваль в Выборг. И вот там выступает группа «Аквариум», которая не называется «Аквариум». Потому что произносить «Аквариум» было категорически.

Ольга Калашникова:

Его тогда уволили.

Андрей Вилли Усов:

Его называли тогда «Мануфактура 2». И «Мануфактура 2» стоит на сцене в Выборге в парке Монрепо и поёт «Рок-н-ролл мертв».

Ольга Калашникова:

Это вот после какой-то безумной записи сел и на одном дыхании написал эту песню, совершенно находящийся в состоянии полного такого опустошения.

Андрей Вилли Усов:

Это талантливый человек.

Ольга Калашникова:

Расскажите про эту фотографию, пожалуйста. Великолепное фото.

Андрей Вилли Усов:

Мы пытались создать какую-то игру провокационную даже, даже люди, лес, обнажённые тела девушек, наш фавн без копыт.

Ольга Калашникова:

Полуобнажённый.

Андрей Вилли Усов:

Полуобнажённый. На самом деле, он обнажённый, я его просто прикрыл травушкой.

Ольга Калашникова:

Я хочу сказать, что это настолько всё не просто скромно, а даже целомудренно. Замечательный этот фильм «Лето», где показывают, как вы отдыхаете, как вы купаетесь на питерском пляже чудесном. Это же всё очень близко к природе, и абсолютно там нет никакого специального эпатажа. Это настолько чисто и духовно.

Андрей Вилли Усов:

На заливе было любимое место, оно называлось «Остров Сент-Джорджа». Это двумя рукавами реки Сестры отделённый пляж. Там, по-моему, до сих пор нудисты. И туда приходили, скидывали с себя всё и радовались солнцу, заливу, этим несчастным нескольким солнечным дням. А что ты делал прошлым летом? В тот день я работал.

Ольга Калашникова:

А я в тот день, к сожалению, работал.

Андрей Вилли Усов:

Это наша питерская шутка, потому что этих солнечных дней так мало. И потом стала появляться там конная милиция и разгонять этих нагих людей. И мы зло переименовали «Остров Сент-Джорджа» в «Землю Франца Иосифа Кобзона».

Ольга Калашникова:

В общем, в долгу не оставались, конечно, но время было замечательное. И я ещё раз хочу выразить свою благодарность и восхищение, что именно вашему самоотверженному творчеству всё-таки без страха и сомнения, рискуя очень многим, вы всё-таки делали эти работы, вы всё-таки не пытались идти на компромисс, вы творили, шли за внутренним вашим посылом.

Андрей Вилли Усов:

Ольга, мы делали это, фактически, бесплатно. Это был энтузиазм бешенный. Вот у меня нет камеры, а я хочу сделать оформление, я снимаю 10-рублёвым фотоаппаратам «Любитель», которым профессионал категорически никогда ничего не будет снимать. Что я, с ума сошёл, эту игрушку брать. Эта игрушка позволила мне сделать большинство этих обложек.

Ольга Калашникова:

Я сейчас покажу, что вот это как раз было снято под этим «Любителем». Это дивное цветное замечательное фото. И вот, это по-моему, если я не ошибаюсь, тоже «Любитель».

Андрей Вилли Усов:

Если мы вспомним Майка Науменко, сидящего на каминной полке, раскинувшего руки, эта фотография квадратная.

Ольга Калашникова:

Да, известная очень.

Андрей Вилли Усов:

Сделанная этим же самым пресловутым «Любителем». На пятидесятилетие Майка пятиметровую огромную эту фотографию повесили на сцене ДК Горького.

Ольга Калашникова:

В качестве задника для выступающих.

Андрей Вилли Усов:

Музыканты выступали на фоне гигантского портрета Майка.

Ольга Калашникова:

Парящего в воздухе, фактически.

Андрей Вилли Усов:

Я смотрел на эту картинку и понимал, что главное, это умение, а не аппаратура за многие тысячи долларей. Так и учимся обходить трудности.

Ольга Калашникова:

Во-первых. Во-вторых, вы же учите и учеников своих, у вас мастер-классы есть замечательные по фото. И вы вашим ученикам так и говорили. Вас спрашивали, что главное в фотографии.

Андрей Вилли Усов:

Я заведовал главный фотолабораторией факультета журналистики нашего университета в Питере. Кстати, жил в этом же доме, обходил из одной парадной в другую, поднимался просто на пару этажей. Так вот, когда у меня студенты, в основном студентки замечательные спрашивали: Андрей Вадимович, скажите честно, что для вас главное в фотографии? Я говорил: вы будете смеяться. Главное в фотографии для меня диафрагма. Потому что экспозицию можно отбить включением света в тёмной комнате, куском чёрной бумаги, масса.

Ольга Калашникова:

Подручными средствами.

Андрей Вилли Усов:

Да, а диафрагма вот эта. Когда человек плохо видит, он вот так глазик свой сжимает и вдруг видит лучше. Он диафрагму закрывает.

Ольга Калашникова:

Регулирует.

Андрей Вилли Усов:

Вот такие истории.

Ольга Калашникова:

Это действительно важно. Мы говорили о том, насколько это всё-таки подвижничество было, энтузиазм голый. Денег вы за это не получали, тратили вы на это уйму времени, сил, плюс ещё такая изобретательность невероятная.

Андрей Вилли Усов:

Материалы мне оплачивали, честно, мне платили.

Ольга Калашникова:

Невероятная совершенно изобретательность, чтобы в данных условиях.

Андрей Вилли Усов:

Без компьютера.

Ольга Калашникова:

Совершать максимально удачные вещи, которые вошли в историю. Они уже бессмертны, фактически. Но я ещё хочу сказать, что помимо того, что это ещё такой мощнейший энтузиазм рабочий, вы действительно сильно рисковали. И быть уволенным, и быть привлечённым, и быть в опале.

Андрей Вилли Усов:

Могли посадить просто.

Ольга Калашникова:

Просто могли посадить.

Андрей Вилли Усов:

Тиражировали подпольное запрещённое это нечто.

Ольга Калашникова:

Музыкальные материалы.

Андрей Вилли Усов:

Да. «Сползает по крыше старик Козлодоев», кому это в стране нужно. А мы тиражировали эту музыку и распространяли. Слушайте.

Ольга Калашникова:

Чудесная группа, по-моему, «Братья по разуму» вчера были на презентации книги «100 магнитоальбомов советского рока». И они вспомнили, что те плёнки и те альбомы, которые они не могли как-то продать за большие деньги.

Андрей Вилли Усов:

Боялись.

Ольга Калашникова:

Или боялись открыто, они их просто разносили по аэропортам, по вокзалам железнодорожным и оставляли на сидениях, люди могли просто забрать.

Андрей Вилли Усов:

Подкладывали.

Ольга Калашникова:

Фактически, подкладывали. И как сказал Александр Кушнир, именно поэтому эта группа была в то время самой продаваемой, что люди брали, слушали и уже хотели сознательно это найти и приобрести. Это времена, конечно, были просто потрясающие. Я ещё раз вернусь к этой книге, благодаря которой вы оказались в это время в Москве из Санкт-Петербурга. Почему эта книга важна, в принципе, и наш с вами сейчас разговор. Дорогие друзья, очень часто спрашивают молодые люди, очень хочется творить, есть идея, а денег нет, возможностей мало, как это лучше сделать. Целая эпоха, 15 лет советского подпольного рока, подпольной записи. Потом оформление виниловых пластинок и магнитоальбомов. Это то, что не делалось категорически, государством не то, что не поощрялось, а преследовалось. Вошли в историю, оставили мощнейший свой след энтузиастами, людьми, которые работали бесплатно, средств не имели, прятались, делали это по ночам, и всё вот оно.

Андрей Вилли Усов:

И были счастливы.

Ольга Калашникова:

И были безмерно счастливы и творили в вечность.

Андрей Вилли Усов:

У меня был принципиально такой подход всегда к работе. Придумали? Очень хорошо. Хватит разговаривать, давайте начнём.

Ольга Калашникова:

Давайте делать, да. И как-то никто не ныл, никто не жаловался на то, что плохо жить, находили люди и возможности, и средства. Это притом, что они нищие были, голодные. Виктор Глазков рассказывал, как он, имея зарплату и командировочные, приезжал в Питер, чувствовал себя богачом на фоне музыкантов, которые торговали арбузами, чтобы хоть как-то семьи прокормить, принесли этот арбуз в подарок ему в благодарность за то, что он писал, и сами этот арбуз съели, потому что действительно недоедали. И он их сам подкармливал чем мог, и тем не менее, это было настолько счастливое время, богатое на шедевры.

Андрей Вилли Усов:

Да, это поколение дворников и сторожей, это не пустая фраза. Устраивались куда угодно, лишь бы только не стоять Иосифом Бродским и не уехать куда-нибудь в Задырск за то, что ты не оформлен на работу.

Ольга Калашникова:

За то, что ты тунеядец.

Андрей Вилли Усов:

Ты обязан было где-то оформиться.

Ольга Калашникова:

Майк работал сторожем сутки через трое.

Андрей Вилли Усов:

Да и Боб тоже, и Сева Гаккель. Миша Файнштейн у нас работал программистом.

Ольга Калашникова:

Это была элита.

Андрей Вилли Усов:

Но он был Васильев. Файнштейн его не брали, поэтому он вдруг оказался Мишка Васильев. А потом, когда времена изменились, он всё-таки.

Ольга Калашникова:

Вернул фамилию.

Андрей Вилли Усов:

Нет, обратно стал Фаном.

Ольга Калашникова:

Андрей Вадимович, ещё один альбом у вас есть, давайте мы тоже его сейчас покажем.

Андрей Вилли Усов:

Грустный альбом.

Ольга Калашникова:

Наверное, к финалу.

Андрей Вилли Усов:

«Дети декабря». Этот альбом грустен тем, что это была последняя пластинка, которую я из номерных оформил для группы Бориса Гребенщикова. Это уже остатки «Аквариума». Потому что здесь появляется Серёжа Курёхин, Петя Трощенков. Ведь первый, основной барабанщик был Женя Губерман, появляется Петя Трощенков. Саша Титов берет бас-гитару, Серёжа Курёхин клавиши. Вот тут интересная деталь. «Дети декабря», там в колясочка лежит Глебка Гребенщиков.

Ольга Калашникова:

Крошечный, новорожденный. Ребёнок декабря, фактически, тот, в честь которого эта фотография сделана была. И обратную сторону тоже покажите, пожалуйста.

Андрей Вилли Усов:

Обратную сторону. Лаконично всё, скромно.

Ольга Калашникова:

И Антоп, пожалуйста, знак товарный.

Андрей Вилли Усов:

Я своим лаконизмом был уже ценен. Просто в изготовлении, легко копировать, тиражировать, просто делать.

Ольга Калашникова:

Максимум информации.

Андрей Вилли Усов:

Как сделан текст. Текст, переснимался алфавит нужный по стилю, тиражировался в количестве нужных букв, потом врезалась буква вертикально из строчки, чтобы была ещё белая бумажка сверху и снизу, и резиновым клеем наклеивалось по линеечке на бумагу. И так выстраивался вся вот эта, весь текст был набран вручную.

Ольга Калашникова:

Каждая буква вырезана, сфотографирована отдельно.

Андрей Вилли Усов:

Нет, сфотографировано, распечатано, потом вырезано, приклеено, а потом снова перефотографировано уже в слове. Сложнейшая работа.

Ольга Калашникова:

Поразительно, детали, которые сейчас даже в голову прийти никому не могут.

Андрей Вилли Усов:

Полторы минуты и любой альбом будет уже оформлен шрифтом.

Ольга Калашникова:

Я хочу сказать, что Александр Коротич, который много альбомов «Наутилуса помпилиуса» оформил, он конечно уже не вырезает и не фотографирует, буквы не клеит их вручную. Но он вернулся к вот этой тщательной подборке и знаков, вплоть до того, что он оформляла альбом, набрал Саше Самойленко, если я не ошибаюсь. Он сам собирал листы клёна жёлтые, сушил их, расправлял и в каждый такой конверт делал прозрачное окошко, вставил этот кленовый лист. То есть он тоже ручную работу в оформлении очень активно использует, фактически, ваши традиции поддерживает.

Андрей Вилли Усов:

Очень хорошо.

Ольга Калашникова:

И каждый альбом вот этот, это действительно отдельный арт объект, интересный даже сам по себе, не говоря уже о его содержимом. Потому что представить себе, как в тех условиях каждая буква создавалась, не печаталась даже, создавалась.

Андрей Вилли Усов:

Какие здесь песни.

Ольга Калашникова:

Соответственно и музыка, абсолютные шедевры, совершенно бессмертные вещи.

Андрей Вилли Усов:

Когда вышел альбом фирмы Мелодия «Аквариум», созданный из двух пластинок «День серебра» и «Дети декабря», по одной стороне взяли и сложили такой сборничек. Мы так радовались. Теперь фирма Мелодия. А у Мелодии миллионные тиражи, значит этот альбом услышали и услышали эту гениальную песню «Я уезжаю в деревню, чтобы стать ближе к земле», «Сны о чем-то большем».

Ольга Калашникова:

Понятно. Я думаю, сейчас время, я точно я приду домой и вспомню ещё раз все эти замечательные, всю эту музыку, на который я росла, в том числе, и я была воспитанная, я это заслушивала, сначала на магнитофонных лентах, потом на виниле. И очень многие мои друзья, новое поколение сейчас фильмы снимает про этих музыкантов, которых они сами не застали. Но музыка продолжает будоражить души, вдохновлять и вести дальше.

Андрей Вилли Усов:

Очень было печальное время, когда советский народ слушал только английскую музыку. Выключи это, поставь что-нибудь на английском. Не хочу я слушать, вдумываться не хочу. Когда я тиражировал на кассетах «Синий альбом» «Аквариума», который начинается «Дай мне напиться железнодорожной воды». Я впихивал, говорю: слушай эту музыку. Уговаривал, умолял, раздавал.

Ольга Калашникова:

Приучали. Воспитывали вкус, это бесценно.

Андрей Вилли Усов:

Это гениальная музыка была.

Ольга Калашникова:

И музыка гениальная, и ваши действия, я не зря сказала, что это фактически подвижническая деятельность. Действительно, вашими руками, вашими общими усилиями эта музыка делалась, физически.

Андрей Вилли Усов:

Сашенька Кушнир поддержал всю эту жуткую, тяжёлую кропотливую многолетнюю работу.

Ольга Калашникова:

Это каторжный труд был с его стороны.

Андрей Вилли Усов:

И с его тоже.

Ольга Калашникова:

Отдельно ему хочу еще раз выразить благодарность и за нашу с вами встречу. Потому что именно вчера на презентации переиздания этого шедевра, это библия магнитофонной субкультуры, по-другому не скажешь. И вы занимаете 10 % этой библии.

Андрей Вилли Усов:

Меня спрашивают: как ты участвуешь в этом? Я говорю: ты знаешь, из 100 этих магнитоальбомов 10 моих.

Ольга Калашникова:

Я хочу ещё с вашего позволения поблагодарить Юрия Наумова, замечательного нашего рок-музыканта, легенду, фактически, создателя русского блюза, который всё-таки уехал, но продолжает приезжать, творить. И всё-таки для него Россия - вторая Родина. Вернее, первая Родина, чтобы не ошибиться. И именно он рассказал мне о вас, не просто как об авторе фотографий, а как о человеке, который являлся активным участником этой исторической эпохальной, не только этих 15 лет подпольной звукозаписи, но и последующих всех фотоснимков. Сподвиг меня интересоваться ближе, полнее. Александр Кушнир буквально вас привёз на свою презентацию, дал мне возможность с вами встретиться и создать вот эту сегодняшнюю беседу.

Андрей Вилли Усов:

Спасибо Юре Наумову, чудесному музыканту, одному из немногих, который играет она очень подготовленной гитаре.

Ольга Калашникова:

Да, его 9-струнка собственного.

Андрей Вилли Усов:

С отпущенным строем.

Ольга Калашникова:

Там это всё уникальные вещи.

Андрей Вилли Усов:

Слушайте «Карла и Клару», это шедевр.

Ольга Калашникова:

Андрей Вадимович, у нас время программы, к сожалению, неумолимо заканчивается.

Андрей Вилли Усов:

Подозреваю.

Ольга Калашникова:

Огромная вам благодарность за то, что вы подписались на мою сегодняшнюю авантюру, за то, что вы были легки на подъём, за то, что вы принесли с собой сокровища и раритеты, приподняли завесу над тем, как создавалась эта музыка, её визуальный ряд. Я желаю вам успехов в вашем бесконечном, это творчество, которое никогда не заканчивается. Пусть оно двигается и вдохновляет всех вокруг. Радуйте нас. А мы будем радовать вас тем, что будем узнавать по вашим работам нашу же историю.

Андрей Вилли Усов:

У меня ещё есть мечта. У меня, у профессионального фотохудожника нет ни одного авторского фотоальбома. Я очень мечтаю издать, но для этого надо собирать средства. Если народ поддержит.

Ольга Калашникова:

Давайте тогда будем пускать эту идею в массы, я думаю, что естественно, много желающих.

Андрей Вилли Усов:

Материал огромный.

Ольга Калашникова:

Вас поддержать найдётся, мы ещё обсудим непременно этот вопрос. А сейчас мы с вами прощаемся, спасибо вам огромное.

Андрей Вилли Усов:

Спасибо, страна.

Ольга Калашникова:

Дорогие друзья, до свидания, до новых встреч, всего вам доброго.