Механизмы десинхроноза циркадианной организации эритропоэза при беременности, осложненной анемией

МЕХАНИЗМЫ ДЕСИНХРОНОЗА ЦИРКАДИАННОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ЭРИТРОПОЭЗА ПРИ БЕРЕМЕННОСТИ, ОСЛОЖНЕННОЙ АНЕМИЕЙ Баркова Э.Н., Созонова Н.С., Назаренко Е.В., Ашихмина Е.П.

Тюменская государственная медицинская академия, кафедра патофизиологии, кафедра акушерства и гинекологии, кафедра детских болезней, г. Тюмень

По данным Минздрава России, частота железодефицитных состояний (ЖДС) среди беременных за последние 10 лет увеличилась в 6,3 раза. Дефицит железа во время беременности повышает вероятность фетоплацентарной недостаточности, прежде-временных родов, а также материнской и детской смертности. Цель работы - разработать алгоритм ранней диагностики нарушений обмена железа на основе анализа пространственновременной организации обмена железа и эритропоэза (ПВОЭОЖ) и определить их роль в патогенезе анемии при беременности. Обследовано 240 женщин в возрасте от 20 до 32 лет: здоровые небеременные женщины репродуктивного возраста (контрольная группа); соматически здоровые женщины с физиологическим течением беременности; беременные с нарушениями обмена железа (НОЖ). Обследование проводили 4 раза в сутки через шестичасовые интервалы, определяя содержание гемоглобина, эритроцитов и их распределение по объему, абсолютное количество ретикулоцитов, активность глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы, концентрацию сывороточного ферритина (СФ) и железа (КСЖ), суточную продукцию (СПЭ) и продолжительность жизни эритроцитов (ПЖЭ), содержание малонового диальдегида (МДА) и а—токоферола. Для статис-тической обработки результатов использовали программы "SPSS 17" и "Косинор". Результаты показали, что циркадианные ритмы содержания эритроцитов и гемогло-бина в периферической крови, а также КСЖ и СФ нивелированы. В зависимости от мезора сидеремии и ферритина беременные с НОЖ были дифференцированы на две группы: гипосидеремическая (1 группа) и нормосидеремическая (2 группа). Установлено, что у беременных 1 группы повышена СПЭ, но снижена ПЖЭ, что обусловлено мобилизацией терминального и неэффективного эритропоэза. При этом акрофаза для терминального эритропоэза соответствует утренним, а для не-эффективного - вечерним и для нормального типа кинетики - ночным часам. Очевидно, что активация альтернативных путей эритропоэза в утренние и вечерние часы приводит к интенсивной утилизации железа, обусловливая нивелирование циркадианного ритма сидеремии. Недостаточность АОС проявляется в снижении мезора а—токоферола и нивелировании его циркадианного ритма. Таким образом, десинхроноз ПВОЭОЖ у беременных 1 груп-пы обусловлен латентной формой дефицита железа. У беременных 2 группы нивелирование циркадианного ритма КСЖ и СФ наблюдалось на фоне нормальных значений мезоров, соответствующих сроку гестации. Десинхроноз эритропоэза проявлялся в инверсии циркадианного ритма: в дневное время максимум СПЭ сопровождался преобладанием потомков терминального эритропоэза, обладающих наиболее мощной АОЗ. При анализе составляющих сидеремии обнаружено существенное повышение доли двухвалентного железа, что привело к снижению коэффициента Feз+ / Fe2+ до 0,8 —1,0, по сравнению с таковым у здоровых беременных (1,3 — 2,4). Кроме того, обнаружена инверсия циркадианного ритма свободного железа, акрофаза которого смещена на дневное время. Повышение уровня свободного железа и инверсия его циркадианного ритма сопровождаются существенным ростом мезора МДА в сыворотке крови, акрофаза которого синхронизирована с наибольшей стимуляцией терминального эритропоэза. Суточная динамика продуктов ПОЛ в сыворотке крови синхронизирована с их содержанием в моче и уровнем сидерурии: наибольшей концентрации свободного железа в сыворотке крови—днем — соответствуют максимумы активности ПОЛ и эксреции с мочой свободного железа. Важно отметить, что на этом фоне недостаточность АОЗ проявляется в существенном снижении ее неферментативного звена —концентрации а—токоферола. Следовательно, повышение экскреции с мочой и инверсия его суточного ритма так же, как и нивелирование ритма сидеремии, может являться маркером нарушения механизмов утилизации железа клетками- мишенями - ведущий механизм десинхроноза ПВОЭОЖ у беременных 2 группы, лежащий в основе анемии хронических заболеваний.

ЛИТЕРАТУРА

1. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 2009. Т. 11. № 4.

2. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 2008. Т. 10. № 4.

3. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 2007. Т. 9. № 4.

4. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 2006. Т. 8. № 4.

5. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 2005. Т. 7. № 4.

6. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 2004. Т. 6. № 4.

7. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 2003. Т. 5. № 4.

8. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 2002. Т. 4. № 4.

9. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 2001. Т. 3. № 4.

10. Сборник научных тезисов и статей «Здоровье и образование в XXI веке». 1999. Т. 2. № 4.

11. Электронный сборник научных трудов «Здоровье и образование в XXI веке». 2009. Т. 11. № 12.

12. Электронный сборник научных трудов «Здоровье и образование в XXI веке». 2008. Т. 10. № 12.

13. Электронный сборник научных трудов «Здоровье и образование в XXI веке». 2007. Т. 9. № 12.

14. Электронный сборник научных трудов «Здоровье и образование в XXI веке». 2006. Т. 8. № 12.

15. Электронный сборник научных трудов «Здоровье и образование в XXI веке». 2005. Т. 7. № 12.

Материалы1 XI международного конгресса «Здоровье и образование в XXI веке» РУДН, Москва, 2010

16. Электронный сборник научных трудов «Здоровье и образование в XXI веке». 2004. Т. 6. № 12.

17. Электронный сборник научных трудов «Здоровье и образование в XXI веке». 2003. Т. 5. № 12.

18. Электронный сборник научных трудов «Здоровье и образование в XXI веке». 2002. Т. 4. № 12.

19. Электронный сборник научных трудов «Здоровье и образование в XXI веке». 2001. Т. 3. № 1.

Материалы1 XI международного конгресса «Здоровье и образование в XXI веке» РУДН, Москва, 2010