Аллергическая тенденция

Мировой рынок средств от аллергии уже сопоставим по объему с рынками декоративной косметики и компьютерных игр. Россияне на лечение пока скупятся, но активно тратятся на альтернативные методы спасения от недуга.

Аллерген-специфическая иммунотерапия (АСИТ), или лечение непосредственно через введение малых доз аллергенов, как метод лечения аллергии была разработана чуть больше века назад — в 1911 году — и до сих пор по эффективности остается лидером (хотя точные принципы воздействия АСИТ на иммунную систему по-прежнему неизвестны).

С тех пор — этим ли методом или каким-либо другим — в Европе и США аллергию принято лечить. В России принято действовать иначе: большинство граждан обходятся дешевыми антигистаминами, временными отъездами и постоянными поисками виновных: «в прежние времена такого не было, а с тех пор как поменяли реагенты… вырубили/посадили деревья… назначили новых начальников»…

Это и не удивительно: в страховку лечение от аллергии не входит, аллерген-специфическая иммунотерапия требует три-пять лет, не гарантирует результат на 100% и влетает в копеечку — в Москве на нее можно потратить более 100–150 тыс. руб.

Эпидемия XXI века

Несколько лет назад Всемирная организация здравоохранения окрестила наступившее столетие «веком аллергии», а саму болезнь — «эпидемией»: по данным ВОЗ, с 2001 по 2010 год число аллергиков в мире увеличилось на 20%. К 2025 году, считают в ВОЗ, страдать от этого недуга будет уже 50% мирового населения. Сейчас, согласно данным Европейской академии аллергологии и клинической иммунологии (EAACI), в Европе 150 млн хронических аллергиков (20% населения).

По оценке Всемирной организации по аллергии (World Allergy Organisation), аллергики в отдельных странах уже составляют до 40%. В Дании и Канаде, к примеру, этим недугом страдают 30% населения, в Германии — 40%.

В Великобритании, согласно внутренним подсчетам, цифра даже выше: у 44% взрослого населения отмечается как минимум один из видов аллергии, а у 40% детей хотя бы раз был зафиксирован аллергический ринит. Кроме того, британские исследователи подсчитали, что число случаев госпитализации с анафилактическим шоком выросло за 20 лет на 615%.

Вне учета

Многочисленные статистические исследования, посвященные числу аллергиков и динамике распространения заболевания в России, довольно разрозненны и порой противоречивы. С 2010 года для Москвы в основном называют 15%, хотя, согласно наблюдениям врачей, скорее всего, цифра приуменьшена. «Известно, к примеру, что в столице в 2013 году к врачам обратились 4774 пациента с первичным поллинозом (аллергия на пыльцу.— “Ъ”), а в 2014 году — уже 6012»,— рассказывает аллерголог-иммунолог Владимир Болибок.

Доклады Института иммунологии РФ ближе к реальности: они свидетельствуют о наличии различных форм аллергии у 17–30% населения.

Ситуация, впрочем, сильно зависит от региона: есть данные, что в Амурской области поллинозом страдает до 90% жителей, но это связывают главным образом с цветением полыни.

Или другая тенденция: в 2011–2012 годах Минздрав фиксировал рост аллергии на 10% в Северо-Западном и Северо-Кавказском округах.

«Самый резкий всплеск заболеваемости поллинозом отмечается в ЦФО, СКФО и Приморье, а в Сибири и Поволжье, наоборот, отмечается снижение числа вновь регистрируемых больных. Прирост в Московской и Ярославской областях составил 25% за один год, а в Костромской области — более 72%»,— отмечает Болибок.

«Мы занимаемся анализом состояния здоровья жителей в Поволжье и в последние годы видим рост числа людей с аллергическими заболеваниями примерно на 10–15%,— не согласен с ним Руслан Ибрагимов, директор по маркетингу сервиса OkDoctor.— Пропорционально растет спрос на прием у аллерголога».

Разногласия показательны. Помимо отсутствия внятной статистики в России до сих пор большие проблемы с диагностикой «болезни века». Редко кто сразу обращается к врачу, предпочитая заниматься самолечением: к примеру, только 18% тех, кто подозревает у себя сезонный аллергический ринит, идут на осмотр в первый год заболевания, а 53% тянут с посещением врача более трех лет.

Время от времени, правда, предпринимаются попытки ввести в поликлиниках обязательное тестирование на аллергию. Так, в конце прошлого года депутат Госдумы Николай Герасименко предложил Минздраву в обязательном порядке проверять пациентов на аллергию на медпрепараты, в частности на анестезию. Парламентарий ссылался на данные Росздравнадзора, согласно которым в 2015 году в России из-за реакции на инъекцию лидокаина погибли более трех десятков пациентов стоматологических клиник. Однако дальше обсуждения дело не пошло.

Миллиардная индустрия

Согласно данным маркетинговых исследований, к 2024 году мировой рынок диагностики и лечения аллергии достигнет $55,8 млрд против прошлогодних $36,4 млрд. Это сопоставимо, к примеру, с мировым рынком декоративной косметики ($42,8 млрд в 2016 году) или с мировым же рынком компьютерных игр — $36 млрд.

Росту рынка средств от аллергии способствуют и высокие инвестиции. «Антигистаминные препараты часто не работают, поэтому рынок нуждается в новых продуктах»,— объясняет Тод Брейди, CEO стартапа Aldeyra Therapeutics, который занимается разработкой лекарства, призванного справиться с раздражением глаз при аллергии.

Инвесторами выступают не только фармкомпании.

Nestle отдала в прошлом году $145 млн за 15% в уставном капитале швейцарской компании Aimmune Therapeutics, которая разрабатывает препараты от пищевой аллергии.

Главная разработка, в частности, связана с препаратом против аллергии на арахис — в Европе и США около 6 млн человек страдают именно этим видом пищевого расстройства.

Объем российского рынка системных и местных противоаллергических препаратов гораздо скромнее. Согласно данным IMS Health, в 2014 году он оценивался в 14,1 млрд руб. В последних исследованиях российского фармрынка доля антигистаминных средств отдельно даже не подсчитывалась. По прикидкам аналитиков, она составляет менее 2,5% рынка.

«Рынок противоаллергических препаратов в последние годы существенно изменился,— говорит Руслан Ибрагимов.— Есть лекарства на разный кошелек. Так, самые дешевые можно найти даже за 20–50 руб., оптимальный вариант — 150–300 руб. Дорогие, но наиболее эффективные, обойдутся уже в 1200–2100 руб.».

Согласно общим исследованиям фармрынка, россияне в принципе достаточно редко платят за упаковку лекарств более 500 руб., а уж на дорогостоящее лечение, а не снятие симптомов и вовсе решаются немногие.

«На сегодняшний день единственный метод лечения аллергии — иммунотерапия. Его суть в воздействии на пациента постепенно увеличивающимися дозами аллергена,— рассказывает биолог (и аллергик со стажем) Белла Юрьева.— Суммарная стоимость аллерген-специфической иммунотерапии, правда, сопоставима с другим действенным способом пережить сезонную аллергию — поездкой в иную климатическую зону на время пыления».

Возвращаясь к иммунотерапии, по словам Юрьевой, тут есть несколько вариантов: препараты, которые принимают каждый день под язык, или уколы, которые нужно делать в медицинском учреждении. Сама она с аллергией на березу боролась с помощью недорогих капель, принимаемых сублингвально. Капли и анализы стоили в сумме около 25 тыс. руб.

Игра на страхах

Поскольку болезнь прогрессирует, осведомленность о заболевании с каждым годом растет. Достаточно популярными во всем мире становятся различные мобильные приложения, призванные помочь аллергикам справиться с недугом или хотя бы облегчить его. Только в США таких уже несколько десятков.

Самые простые приложения аккумулируют различную информацию об аллергии, более сложные предлагают анализ местности на различные растения-аллергены, определяют риск прогулок, экскурсий и путешествий.

Приложения-дневники для аллергиков помогают отслеживать состояние и эффективность лечения. Самые экзотические касаются пищевой аллергии: в них можно проверить составы блюд и подобрать рецепты, совместимые с вашим типом аллергии.

«В разгар цветения нашим приложением пользуются 15 тыс. человек. Люди ставят отметки самочувствия с геотегами, кто-то благодаря им решает, когда и куда уехать. Многие просто терпят, следят за прогнозами, запираются и 30 дней сидят дома»,— рассказывал изданию The Village один из создателей российского приложения для аллергиков «Пыльца Club» Павел Баскаков.

Активно развиваются и рынки товаров, так или иначе помогающих в борьбе с аллергией. «По нашим данным, сегмент климатической техники — увлажнители и очистители воздуха — с 2013 по 2016 год вырос на 17%,— рассказывает Элина Павлова, маркетинг-менеджер компании Philips.— Такая техника, конечно, не является лекарством от аллергии, но помогает уменьшить количество аллергенов — в первую очередь таких, как пыль. В Китае, например, очистители воздуха есть практически в каждом доме, а в Сингапуре и Австралии на государственном уровне поддерживают установку очистителей воздуха в школах».

Несмотря на то что аллергия изрядно портит многим повседневную жизнь, причины заболевания толком не выяснены. По одной гипотезе, во всем виновата излишняя чистота, по другой — избыток химикатов в еде. Так или иначе, все это приводит к игре на потребительских страхах, особенно на страхах родителей. «Растет интерес к одежде для новорожденных из органического хлопка и других гипоаллергенных натуральных материалов. Родители требуют, чтобы все — игрушки, подушки, постельное белье — было гипоаллергенным,— подтверждают в магазинах детских товаров.— Это очень перспективный рынок».