Эмоциональные последствия личностной каузальной атрибуции

ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ЛИЧНОСТНОЙ КАУЗАЛЬНОЙ АТРИБУЦИИ

М.М. Далгатов,

кандидат психологических наук, доцент,

заведующий кафедрой психологии Дагестанского государственного педагогического университета

Впервые попытку систематически проследить связь между атрибуцией и аффективными проявлениями (эмоциями) индивида сделали Вайнер, Рассел и Лерман ^етег, Яш8е1, Ьегшап, 1978, 1979).

Б.Вайнер рассматривал эмоциональные процессы и состояния как важнейшие составляющие и детерминанты мотивационного процесса. Ученый предпринял попытку интегрировать в своем подходе каузальные атрибуции с эмоциональными реакциями, имеющими последствия для мотивации и самооценки субъекта.

Атрибутивный подход к эмоциональным состояниям, предложенный Б.Вайнером, предполагает анализ временной последовательности, в связи с которой более сложные эмоции возникает постепенно, и этот процесс сопровождается более тонким определением и дифференциацией аффективного опыта [12]. Исследователь приводит следующие примеры, описывающие последовательность возникающих когнитивно-аффективных процессов, отражающих сложность эмоциональных переживаний и их связи с когнициями субъекта.

«Я только что получил двойку за экзамен. Это очень низкая оценка». ^ Это рассуждение вызывает относительно легкие чувства фрустрации и расстройства. ^ «Я получил эту оценку, потому что не постарался как следует» ^ Это размышление сопровождается чувством вины. ^ «Очевидно, со мной что-то не так (во мне чего-то не хватает)». ^ Это рассуждение приводит к сомнениям в своей значимости, низкой самооценке. ^ «То, чего мне не хватает, мне, по-видимому, всегда будет не хватать...» ^ Это рассуждение провоцирует беспомощность.

Теперь рассмотрим альтернативную ситуацию.

«Я только, что получил на экзамене «отлично». ^ Это очень высокая оценка». Такое когнитивное представление порождает счастливое состояние. ^ «Я получил эту оценку, потому что я очень хорошо работал в течение учебного года». ^ Эта когниция запускает чувство удовлетворения и расслабления. ^ «У меня есть важные положительные качества, которые мне помогут в будущем». ^ Это рассуждение сопровождается высокой самооценкой, чувствами собственной значимости и оптимизма.

Приведенные выше сценарии позволяют нам, в соответствии с теорией атрибуции Б.Вайнера, выде-

лить по крайней мере три типа эмоциональных реакций на результат деятельности, будь то успех или неудача.

Вначале возникают общие позитивные или негативные эмоциональные реакции, такие, как радость или грусть, которые просто отражают факт произошедшего успеха или неудачи. Это так называемые эмоции, не зависящие от атрибуций, - достаточно несложные эмоциональные состояния, возникающие относительно рано во временной последовательности, еще не нагруженные приписываниями личностной ответственности.

За первыми эмоциональными реакциями следует поиск каузальных факторов (причин), ответственных за результат. Осуществление такого рода поиска особенно вероятно тогда, когда результат деятельности, с одной стороны, был неожиданным и негативным, а с другой - личностно значимым для индивида. За идентификацией определенных причин (типов атрибуции) следуют более детальные эмоции. Например, человек может чувствовать себя довольным или расслабленным после успеха, который он связывает (объясняет) с затраченными усилиями, или испытывать чувства благодарности, если тот же самый результат расценивается им как произошедший благодаря помощи других людей. Эти зависимые от атрибуции эмоции являются более сложными и разнообразными, чем эмоции первого типа.

Наконец, третий тип эмоциональных состояний непосредственно связан с основными параметрами каузальных атрибуций (локализация, стабильность, подконтрольность), их базовыми свойствами. Это наиболее когнитивно сложные эмоциональные состояния.

В своих исследованиях Б.Вайнер показал, что тип атрибуции определяет характер эмоциональных переживаний и связанных с ними мотивационных процессов [11, 12]. В своем первоначальном варианте им было выдвинуто достаточно расплывчатое положение о том, что эмоции вызывает внутренняя локализация причин успеха и неудачи (В^етег, 1971). В дальнейшем оно было конкретизировано и выросло в атрибутивную теорию мотивации, описывающую весьма сложные отношения между когни-циями, эмоциями и мотивацией при реализации дос-тиженческой деятельности.

По мнению Б.Вайнера, три параметра каузальных атрибуций - стабильность, локус и контролируемость - имеют разные следствия в плане проявления и порождения эмоциональных состояний индивида. Приписывание успеха или неудачи стабильным причинам (например, способности) влияет на ожидания успеха, а также связано с эмоциями, отражающими представления о будущих результатах. В частности, стабильные причины неудач, такие, как недостаточные способности или сложность задачи, порождают чувства безнадежности, апатии, покорности судьбе, т.е. негативные переживания, связанные с убеждением в том, что будущее не сулит улучшений. Это положение было подтверждено в исследованиях, проводимых в рамках теории выученной беспомощности. Результатами исследований Селигмана, Абрамсона и других ученых было показано, что когниции, основанные на том, что нет связи между усилиями субъекта и последующими результатами, ведут к депрессивным переживаниям [7, 10]. Напротив, атрибутирование неудачи к нестабильным причинам, таким как недостаточность старания, плохое настроение или случайность, должно приводить к более положительным эмоциям успеха в будущем, чем атрибутирование к стабильным причинам.

В ситуации успеха влияние параметра стабильности на ожидания успеха в будущем обратное: стабильные причины порождают мысли о будущих успехах, а нестабильные им не способствуют. Например, человек, уверенный в том, что его выигрыш в теннисном турнире вызван его способностями, бу-

дет ожидать победы в следующей игре. Тот, кто считает, что выигрыш является результатом приложения значительных усилий или случайностью, не будет рассчитывать на успех в следующей игре.

Второй параметр каузальной атрибуции в теории Вайнера - локус контроля. Локус связан прежде всего с гордостью и другими самооценочными эмоциями. В соответствии с параметром локуса, причины бывают внутренними и внешними. Внутренние причины - это способности, усилия, настроение, черты характера и физическое здоровье. Внешние причины включают в себя трудность задания, удачу и помощь со стороны других людей.

Когда человек считает, что успех достигнут за счет внутренних причин, это увеличивает его самоуважение, вызывает чувство гордости и удовлетворенности собой, тогда как причины, воспринимаемые им как внешние, не дают такого эффекта [11]. В случае неудачи, атрибутируемой к внутренним стабильным факторам, наблюдается снижение самооценки. Связь параметра локуса с самооценкой была косвенно подтверждена в социально-психологических исследованиях, посвященных ошибкам атрибуций. Было показано, что люди имеют тенденцию считать себя ответственными за позитивные результаты своей деятельности (т.е. приписывать успех внутренним факторам) и обвинять других в произошедших с ними неудачах (т.е. приписывать неудачи внешним факторам) (Weary, 1978). Такая атрибуция способствует сохранению их самооценки и позитивных представлений о собственной компетентности.

Универсальные Каузальные

Результат — Оценка —» позитивные или — атрибуции и ее — Специфические

действия результата негативные эмоции параметры эмоции

Рис. 1. Схема когнитивно-эмоционального процесса по Б.Вайнеру

Третий параметр атрибуции - это контролируемость со стороны субъекта. Согласно теории Б.Вайнера, контролируемость связана с различными социальными эмоциями, направленными как на себя, например, такие, как вина и стыд, так и на других окружающих людей - гнев и жалость.

Человек испытывает чувство вины, если он потерпел неудачу, причиной которой считает вполне контролируемые факторы. Такие факторы включают в себя не только недостаток или отсутствие усилий (старания), но и любые другие причины, которыми субъект способен сам управлять. Напротив, возникновение чувства стыда более вероятно тогда, когда неудача, по мнению субъекта действия, произошла из-за каких-то причин, не поддающихся его контролю, например, низких способностей.

Так как вина сопровождается эмоциями, связанными с личной контролируемостью фактора (недостаточность усилий при неудаче), она должна мотивировать индивида к действиям. В подтверждение этой гипотезы Covington и Omelich (1984) обнаружили, что студенты, которые сообщали, что испытывали вину после плохо сделанного в середине семестра теста, показали лучшие результаты на экзамене в конце семестра по сравнению со своими однокурсниками, не испытывавшими чувства вины. Таким образом, каузальная атрибуция своих успехов и неудач не только влияет на понимание субъектом ситуации и ведет к различным эмоциональным состояниям, но и определяет будущее поведение субъекта, направленное на достижение поставленных им целей, а также эмоции и поведение других людей по отношению к нему.

Результат Каузальная информация ^ Каузаль- _ ные атрибуции Каузальные _ь параметры Каузальные следствия —Поведенческие следствия

Успех Прошлый успех Способности усилия Стабильность Ожидания успеха Достиженческое поведение

Неудача Социальные Нормы Другое Задача Случай Другое Локус Контролируемость Самооценка (гордость) Вина, стыд Настойчивость Интенсивность усилий Выбор

Рис. 2. Модель детерминант, определяющих поведение,

Рассмотрим другую ситуацию, когда ученик, столкнувшись с провалом на экзамене, вспоминает, что он в прошлом хорошо справлялся с экзаменами и что в этот раз он не готовился, не занимался как следует (не старался). Соответственно, он атрибутирует неудачу к недостатку усилий, стараний. Усилия, согласно атрибутивной теории - нестабильная (изменчивая) характеристика субъекта, поэтому в будущем имеет смысл ожидать лучших результатов. Поскольку усилия являются помимо всего прочего внутренней и контролируемой характеристикой (сам ученик может приложить усилия столько, сколько нужно), то она сопровождается чувством вины за плохой результат в сочетании с положительной эмоцией - чувства контроля за поведением. Разумные ожидания успеха в будущем в сочетании с позитивными эмоциональными последствиями - чувством вины - будут мотивировать субъекта и приведут к улучшению его учебной деятельности.

Из приведенных выше примеров следует, что атрибутирование к способностям и атрибутирование к усилиям своих неуспехов (провал на экзамене) приводит к различным мотивационным и поведенческим реакциям на неудачу, так как они обуславливают различные эмоциональные состояния (стыд или чувство вины, чувство компетентности или отсутствие его). Причем атрибуция неуспеха к способности подавляет мотивацию (демотивирует), а атрибутирование неудачи отсутствием или недостатком усилий, наоборот, стимулирует мотивацию. Эти типы атрибуции вызывают также различные ожидания будущего успеха (соответственно, низкие или высокие) [13].

В своих последующих исследованиях в последние годы Б.Вайнер обратился к использованию социально-психологического подхода в изучении каузальных атрибуций. В своем подходе ученый подчеркивает важность рассмотрения дифференцированного влияния не только различных типов атрибуции (способности, усилия, трудности, удачи) субъекта деятельности на его эмоциональные состояния и поведенческие проявления (действия), но и влияние различных атрибуций субъекта на чувства, эмоциональные состояния и поведенческие ре-

направленное на достижение цели по Б.Вайнеру [12]. акции других людей (например, учителей и одноклассников). Последнее, в свою очередь, ведет к изменениям в поведении самого субъекта (Weineг, 2002).

Такие зависящие от типа атрибуции эмоциональные проявления личности Вайнер и его коллеги представляют в виде таблицы.

Таблица 3. Атрибуции и доминирующие эмоции

при неуспехе и неудаче

Атрибуция относительно Эмоции

После успеха После неудачи

Способностей Уверенность в себе, ощущение компетентности Ощущение некомпетентности

Ситуационного старания Нарастание активности Вина, стыд

Стабильного старания Расслабление Вина, стыд

Личностных свойств Повышение самооценки Уныние

Других людей Благодарность Агрессия

Везения или невезения Удивление Удивление

Из таблицы следует, что в случае успеха внутренней локализации соответствуют такие самооценочные эмоции, как гордость, чувство компетентности, уверенность в себе и удовлетворение, а внешней локализации - благодарность, удивление и чувство вины. В ситуации неудачи внутренняя атрибуция провоцировала прежде всего чувство вины, а внешняя - гнев и удивление. Как видно, чувство вины могло сопровождать как успех, так и неудачу с той лишь разницей, что при успехе оно было связано с внешней атрибуцией, при неудаче - с внутренней.

Известный ученый Х.Хекхаузен рассматривает данный вопрос в другом ракурсе: «Если процессы атрибуции приводят к возникновению определенных эмоций, то эмоции позволяют установить, каким причинам субъект приписывает результаты своего действия. Возможно человек поэтому так часто старается сдержать свои эмоции, что хочет скрыть от других те мысли, которые к этим эмоциями при-

вели» [3]. Из этого высказывания следует, что по характеру проявляемых эмоций можно выявить тип атрибуции.

В своей работе Г. Бреслав указывает: «В атрибутивной теории Вайнера основная роль в изменении эмоции приписывается каузальной атрибуции индивидом причин полезности или вредности данного воздействия; эта атрибуция может менять эмоцию и приводить к ее переоценке" (Бреслав, 2004).

Источник пассивности (отсутствие попыток что-либо предпринять), которая является частью этого порочного круга, находится в когнитивной сфере. В состоянии депрессии люди мыслят пессимистически. Их атрибуции «депрессивны». Когда случается что-нибудь плохое, они объясняют это внутренними причинами («это моя вина...») и считают, что не могут самостоятельно добиться каких-либо улучшений в будущем («.и я ничего не могу с этим поделать»). Хорошие результаты относятся на счет временной удачи или действий других людей. Такого рода атрибуции приводят к появлению чувства безнадежности, а следовательно, и к отсутствию попыток изменить свою судьбу (Peterson and Seligman, 1984).

Для поддержания этих депрессивных атрибуций у страдающих депрессией людей возникает повышенная общая склонность к негативным мыслям. Исследования говорят о том, что у хорошо адаптирующихся людей в среднем на каждую негативную мысль приходится по две позитивных (Schwartz and Garamoni, 1986).

У людей, страдающих депрессией, наоборот, на каждую негативную мысль приходится менее одной позитивной. В исследовании Kendall обнаружено, что около 55% их мыслей имеет негативное содержание. («Я недостаточно способный, чтобы поступить в эту школу». «Мной никто не интересуется»). В состоянии депрессии все представляется человеку в мрачном свете.

Атрибутивный стиль понимается как личностная черта, которая является связующим звеном между негативными событиями и депрессией. «Депрессивный атрибутивный стиль» относится к тенденции рассматривать негативные события как вызванные внутренними, стабильными и глобальными факторами.

Поскольку индуцировать клиническую депрессию неэтично, экспериментальные данные, относящиеся к атрибуциям депрессии, выводятся из лабораторных аналоговых исследований, где изучается подавленное настроение. Хотя эти исследования часто дают результаты, согласующиеся с переформулированной моделью усвоенной беспомощности, их трудно генерализовать исходя из временных изменений настроения, индуцированных в лаборатории до наступления клинической депрессии. С такой проблемой не приходится сталкиваться, когда исследуется результат терапии. В одном подобном исследовании (Hollon, Shelton and Loosen, 1991) депрессивным пациентам случайным образом назна-

чали 12-недельное лечение, которое включало в себя когнитивную терапию, или три цикла приема антидепрессантов, или то и другое. Все группы почувствовали облегчение. Интерено, что была корреляция между изменением в атрибуции и изменением в депрессии и при когнитивном (корреляция 0,77), и при комбинированном (корреляция 0,55) лечении. Хотя результат обнадеживает, есть по крайней мере две проблемы. Во-первых, не было корреляции с группой, получавшей лечение препаратами. Почему это произошло? Во-вторых, даже если атрибуции вызвали облегчение, из этого логически не следует, что они вызвали депрессию.

Какой вывод можно сделать об усвоенной беспомощности? Во-первых, весомых проверок атрибутивной переформулировки усвоенной беспомощности не проводилось. Хотя исследование ожиданий, самого прямого детерминанта беспомощности считается решающим в проверке истинности модели (Alloy, 1982), такого исследования не было. Точно так же исследование паттернов постулированных атрибутивных реакций (внутренний, стабильный, глобальный) проводилось в пользу проверки средних оценок по параметрам. Но средние оценки могут быть генерированы многочисленными, разнообразными паттернами реакций (Homeffer and Fincham, 1995). Наконец, мы очень мало знаем об истоках развития атрибуций, связанных с усвоенной беспомощностью (Fincham and Cain, 1986), и это важное упущение, если мы стремимся предотвратить усвоенную беспомощность.

Несмотря на эти проблемные моменты, некоторые данные наводят на мысль, что атрибуции важны для понимания депрессии или, что, вероятно, более правдоподобно, подтипа депрессии. Хотя каузальная картина пока не ясна, по-видимому, можно утверждать, что атрибуции, описанные в модели, являются фактором уязвимости, который может привести к депрессии при наличии стрессового жизненного события. Наверное, важнее всего то, что данные разработки привели к фокусировке внимания на атрибуциях, которые теперь связывают с множеством проблем.

По нашему мнению, реальное достижение переформулированной модели - лучшее понимание не депрессии, а многих других проблем, где применение каузальных параметров, постулированных в модели, продвинуло понимание проблемы. Прежде чем обратиться к примеру близких отношений, мы коротко рассмотрим влияние теории атрибуции на лечение.

Выделенные М. Селигманом оптимистический и пессимистический стили объяснения как приятных, так и неприятных событий (личностно значимых) отличаются друг от друга по таким параметрам, как постоянство, глобальность и персонализация (личная ответственность).

Постоянство. Люди, отказавшиеся от борьбы и ощутившие беспомощность, считают, что причины неприятных событий, происходящих в их жизни,

постоянны. Люди же, не прекращающие бороться, наоборот полагают, что неприятные события - явление временное. Приятные события пессимисты расценивают как нечто временное. Оптимисты же, наоборот, считают их более или менее постоянными.

Глобальность. Когда пессимисты переживают нечто плохое, они распространяют это на всю свою жизнь. Их взгляд на неприятные события универсален. Оптимисты, напротив, ощущают, что жизнь не всегда такова, какой хотелось бы ее видеть. Они воспринимают жизнь как состоящую из отдельных частей, в каждой из которой есть своя ценность, которую нужно сберегать. Пессимисты объясняют приятные события временными причинами, например настроением, приложенными усилиями, а оптимисты стабильными - например, чертами характера и способностями [6].

Два параметра объяснительного стиля - глобальность и постоянство, согласно теории М.Селигмана, лежат в основе «надежды» и «безнадежности». Человек, полный надежд, считает неприятные события специфическими и временными, потерявший же надежду, напротив, - постоянными и универсальными.

Персонализация: интернальная - экстернальная. Столкнувшись с неприятными событиями, человек склонен либо винить себя самого (интернальное объяснение), либо кого-либо другого (экстернальное объяснение). В психологии установлено, что люди с низкой самооценкой винят во всех неприятностях самих себя, а люди с высокой самооценкой склонны обвинять других. Стиль объяснения приятных событий противоположен стилю объяснению неприятных. Если человек считает, что причина приятных событий он сам, то он себе нравится и испытывает положительные эмоции. В то же время человек менее склонен быть довольным собой, когда приятные события им объясняется как результат внешних обстоятельств, которые от него не зависят.

Вместе с тем Селигман предусмотрительно отмечает, что, несмотря на все преимущества экстер-нальной системы представлений, он не призывает превращаться в таких людей, поскольку в жизни важна ответственность [10]. По мнению Б.Вайнера, в конечном итоге человек должен научиться быть ответственным за то, что может контролировать, и не брать ответственность за не контролируемое им [13].

Анализируя теорию М.Селигмана, Р.Фрэнкин задается вопросом: как можно показать, что пессимистический стиль объяснения событий - причина депрессии? Один из способов - посмотреть, как на таких людей влияют неприятные события. Селигман доказал, что пессимисты в большей мере поддаются депрессии. «Обследовав студентов, которые не экзамене получили оценку ниже, чем та, на которую они рассчитывали, он установил, что у людей с пессимистическим мышлением чаще отмечаются депрессивные симптомы. В другом исследовании испытуемыми были заключенные. Селигман обнару-

жил, что пессимисты, попавшие в места лишения свободы, переживают более тяжелую депрессию, чем оптимисты» [6].

В силу своего пессимистического мышления депрессивные личности создают крайне негативную картину мира. Поэтому «одной из основных характеристик как людей с депрессией, так и с повышенным уровнем тревожности является присущая им тенденция к чрезмерному глубокому анализу, или руминициям» [6].

Пессимистический стиль объяснения, по данным ряда исследований, связан с целым рядом показателей состояний здоровья. В частности, «люди - пессимисты» больше жалуются на свое самочувствие; у них отмечаются более высокое систолическое и диастолическое кровяное давление. Все эти результаты подтверждают идею о том, что необходимо поддерживать позитивный эмоциональный настрой [6].

Разные типы атрибуции, помимо качественных характеристик вызываемых ими эмоций, отличаются еще уровнем (степенью) их аффектогенности. По мнению Х.Хекхаузена и его коллег, «приписывание себе способностей после успешного результата сопровождалось большим аффектом, чем приписывание себе усилий. После неудачи неудовлетворенность собой была тем меньше, чем больше человек относил ее на счет недостаточных усилий, а не способностей» [5]. В то же время неудача на фоне значительных усилий переживается удручающе, поскольку она приводит к выводу о невысоких способностях.

Автор считает, что самооценочные эмоции, связанные с внутренней локализацией причин (в частности, способности и усилия), обладают значительно большей мотивационной силой, выполняют мотивирующую функцию. «Если человек потерпел неудачу из-за того, что слишком мало старался, то он испытывает ощущение вины: он не сделал наилучшим образом то, что было вполне в его силах. За это он сам несет ответственность. Иначе обстоит дело в том случае, когда причиной неудачи стали недостаточные способности субъекта. В этом случае результатом оказывается стыд: субъект ощущает, что он осрамился перед окружающими, поскольку он вынужден признать перед лицом других людей свой изъян, за который он хотя и не несет ответственности, но который является его долговременной характеристикой. Таким образом, различие между стыдом и чувством вины проходит по показателю подконтрольности события» [5].

В случае же успеха испытуемые чаще всего сообщают о чувстве гордости, а также о чувстве собственной компетентности. Гордость представляет собой социальную эмоцию, чувство, возвышающее победителя над побежденными [5].

Отечественный психолог А.Б. Орлов отмечает, что влияние атрибуции при, как он называет, психологической причинности на мотивацию деятельности и в целом на поведение опосредовано различ-

ными эмоциональными переживаниями индивида. Автор подчеркивает, что причинные схемы не являются сугубо рациональными, рассудочными конструктами, действующими исключительно по законам чистой логики. «Действие причинных схем всегда сопровождается разного рода эмоциональными переживаниями и чувствами. Более того, сами эти чувства выступают в качестве весьма существенных промежуточных факторов, влияющих на мотивацию поведения» [4]. Действительно, несмотря на разницу в расставляемых акцентах, большинство теоретиков согласны с тем, что эмоции играют очень важную роль в мотивации деятельности человека [6].

Связь атрибуции с эмоциональными переживаниями была выявлена экспериментально. В одном из таких экспериментальных исследований учащихся попросили указать на специальных шкалах интенсивность различных эмоциональных переживаний героев вымышленных рассказов, в которых приводились типы атрибуции (причинные объяснения) успеха и неудачи. Результаты исследования показали, что изменение причинных схем (типов, стилей атрибуции) ведет к неминуемому изменению доминирующих чувств и эмоциональных переживаний.

В обзоре, посвященном проблеме атрибуции, О.А. Гулевич, И.К. Безменова также указывают на эмоциональные последствия процесса атрибуции. В частности, приписывание неудачи личностным особенностям ведет к возникновению чувства стыда, а трудностям задания или несправедливости - удивление и гнев. В то же время, в случае контролируемости внутренних причин (например, усилия) у человека возникает чувство вины, а при недостатке контроля - подавленности. Поэтому атрибуция не только влияет на понимание ситуации и определяет будущее поведение, она важна и потому, что помогает определить, понять, какие чувства при этом испытывает человек [2].

Исследования, посвященные проблеме самоуважения, также показали, что атрибутивные процессы, стиль объяснения так или иначе связаны с проявлениями уважения или неуважения личности к себе.

Неуважение к себе определяют как «стыд, проистекающий из представления об отсутствии у себя навыков и способностей, ценимых значимыми для меня людьми» [6]. Люди с низким уровнем самоуважения не ставят перед собой смелых целей, не воспринимают похвалу со стороны социального окружения, вредят себе. По мнению Franken и Prpich (1996), людям с низким уровнем самоуважения свойственны пессимизм и отчаяние.

Факт того, что оптимисты кажутся более здоровыми, чем пессимисты, может объясняться следующим: они в большей мере склонны к поведению, способствующему сохранению и укреплению здоровья. Оптимисты гораздо чаще преодолевают трудности, сосредотачиваясь на проблеме, а не на своих эмоциях. Они выходят из стрессовых ситуаций, используя более активные копинг-стратегии.

Больше занимаются физическими упражнениями

(M.Kavussanu, E.McAuley, 1995), последовательнее в соблюдении рекомендуемых медициной правил сохранения здоровья (Scheier, Carver, 1987).

Таким образом, теоретический анализ проблемы взаимосвязи атрибуции и эмоциональных проявлений личности показывает, что причинное объяснение собственного поведения, своих успехов и неудач в деятельности выступает в качестве важнейшего фактора, детерминирующего эмоциональные реакции индивида. Более того, каждому типу и стилю атрибуции соответствует та или иная форма эмоциональных переживаний. При этом одни эмоции и чувства мотивируют деятельность, повышают ее эффективность, другие же, наоборот, способствуют снижению мотивации и продуктивности деятельности. Следует также отметить, что каждый из параметров изменений (по Вайнеру или по Селиг-ману) связан с определенными эмоциями. В частности, локус причинности связан с гордостью, стабильность с надеждой или безнадежностью, контролируемость - со стыдом, благодарностью, жалостью

Литература

1. Бреслав Г.М. Психология эмоций. - М.: Смысл, 2004.

2. Гулевич О.А., Безменова И.К. Атрибуция: общее представление направления исследований, ошибки. Реферативный обзор. - М.: РПО, 1998.

3. Зимбардо Ф., Лайпе М. Социальное влияние. -СПб.: Питер, 2000.

4. Орлов А.Б. Методы изучения, активизации и развития мотивации учения в современной зарубежной психологии - М., 1999.

5. Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность. -СПб.: Питер; М.: Смысл. 2-е изд., 2003.

6. Фрэнкин Р. Мотивация поведения: биологические, когнитивные и социальные аспекты. - СПб.: Питер., 2003.

7. Abramson L.Y., Seligman M.E.P., Teasdale J.D.. Learned helplessness in humans. Journal of Abnormal psychology. Vol. 87.

8. Graham S. A review of attribution theory in achievement contexts. Educational Psychology Review, Vol. 3.

9. Peterson C., Semmel A., von Bayer C., Abramson L., Metalsky G., Seligman M.E.P. The attributional style questionnaire. Cognitive therapy and research, vol. 6.

10. Seligman M.E.P. Ltarned optimism. N.Y., A. Knopf, 1990.

11. Weiner B. An Attributional Theory of Achievement Motivation and Emotion. Psychological Review, Vol. 92, 1985.

12. Weiner B. An attributional theory of motivation and emotion. New York: Springer-Verlag., 1986.

13. Weiner B. Judgments of responsibility. New York: Guilford, 1995.