У России есть свои планы на ИГ

Вчера в Катаре глава МИД РФ Сергей Лавров, госсекретарь США Джон Керри и их коллеги из стран Персидского залива обсудили пути активизации борьбы с террористами из группировки "Исламское государство". В ходе переговоров Сергей Лавров впервые раскрыл подробности плана президента РФ Владимира Путина по нейтрализации исламистов: его суть в создании широкой коалиции с участием сирийской и иракской армий, курдов и стран региона. Впрочем, вчера же стало известно о новой стратегии властей США в Сирии — отныне любая угроза "умеренной оппозиции" может стать основанием для вооруженного вмешательства Вашингтона, в том числе против сирийских правительственных войск. В этой ситуации предложенный Москвой план мог бы стать единственной реальной альтернативой прямому вовлечению США в сирийскую гражданскую войну. Однако по итогам переговоров Сергея Лаврова в Дохе у корреспондента "Ъ" ПАВЛА ТАРАСЕНКО сложилось впечатление, что США и их арабские союзники не готовы принять предложения Москвы.

Недостижимая коалиция

В Дохе Сергей Лавров провел ряд двусторонних и многосторонних встреч, включая трехсторонние переговоры с госсекретарем США Джоном Керри и главой МИД Саудовской Аравии Аделем аль-Джубейром. Встреча началась с протокольной съемки, во время которой одна из американских журналисток громко выкрикнула: "Мистер Лавров, что сегодня Россия предложит для урегулирования сирийского кризиса?" "Думаю, что сегодня что-нибудь предложат эти джентльмены для продвижения российской политики... ну и для исправления прежних ошибок",— не растерялся глава МИД РФ.

Впрочем, российский министр явно "играл в меньшинстве". Вашингтон и Эр-Рияд (как и Доха) по-прежнему добиваются отставки президента Сирии Башара Асада, поддерживая противостоящие им вооруженные формирования. В Москве же считают такой подход губительным, особенно на фоне отсутствия прогресса в борьбе с террористами из группировки "Исламское государство" (ИГ), установившими контроль над значительными территориями Сирии и Ирака. Созданной США международной коалиции с участием их союзников в регионе пока не удается остановить разрастание этой угрозы. При этом Россия и другие государства, поддерживающие режим в Дамаске, не готовы сотрудничать с этой коалицией до тех пор, пока ее миссия не будет оформлена в виде специальной резолюции Совбеза ООН.

У Москвы есть собственные предложения по противодействию террористической угрозе в Сирии и Ираке, которые ранее конспективно изложил президент РФ Владимир Путин, а в Дохе впервые развернуто представил Сергей Лавров.

Напомним, в конце июня в Москве перед началом переговоров с главой МИД Сирии Валидом Муаллемом Владимир Путин сказал: "Чтобы эффективно бороться с терроризмом, надо объединять усилия всех стран региона". Президент РФ тогда признал, что "создание подобной коалиции — дело непростое, с учетом всех сложностей, которые были в отношениях между странами региона в предыдущие годы". Владимир Путин заверил своего собеседника: Москва постарается "использовать свои добрые отношения" со всеми заинтересованными сторонами для того, чтобы "предпринять попытку создать такую коалицию".

С тех пор, однако, никакой дополнительной информации о сути предложений Кремля по созданию широкого антитеррористического фронта не поступало. Вчера же Сергей Лавров объявил: Москва считает, что "только ударов с воздуха недостаточно", "необходимо формировать коалицию единомышленников, в том числе из тех, кто "на земле" с оружием в руках противостоит террористической угрозе". "А это включает сирийскую и иракскую армии и курдов",— заявил он, уточнив, что именно в этом заключается инициатива президента РФ.

Формироваться такая коалиция должна "на согласованной международно-правовой основе",— об этом говорится в заявлении МИД РФ, распространенном по итогам визита Сергея Лаврова в Катар. Дипломатические же источники "Ъ" уточняют: для Москвы принципиально важно, чтобы у этой коалиции был соответствующий мандат Совбеза ООН. По информации "Ъ", российский президент планирует уделить этой теме особое внимание в ходе своего выступления на открытии 70-й сессии Генеральной ассамблеи ООН в Нью-Йорке в конце сентября.

Вместе с тем вчера же стало известно, что США готовы в значительной степени скорректировать свою стратегию в Сирии. Согласно распоряжению президента Барака Обамы, вооруженные силы США получат право отвечать на любые враждебные действия, предпринятые против сирийской "умеренной" оппозиции. При этом Пентагон будет защищать противников Башара Асада с воздуха в случае атак на них не только со стороны радикалов из ИГ, но и со стороны сирийской армии. По сути, это означает возможность прямого вовлечения США в гражданскую войну в Сирии на стороне оппонентов Дамаска.

Сергей Лавров с таким подходом был категорически не согласен. Он сообщил журналистам, что "поставил этот вопрос перед госсекретарем Керри". "Когда США год назад объявили о создании коалиции по борьбе с ИГ в Ираке и Сирии, Вашингтон заручился согласием иракского правительства, но не стал спрашивать согласия Дамаска. Мы уже тогда подчеркивали нелегитимность и контрпродуктивность такого подхода",— напомнил российский министр.

Он добавил: такая позиция стала "препятствием для формирования единого фронта борьбы с ИГ, "Джебхат-ан-Нусрой" и аффилированными с ними группировками". По словам Сергея Лаврова, новая стратегия Вашингтона по поддержке "умеренной" сирийской оппозиции с воздуха "еще больше осложнит борьбу с терроризмом". Глава МИД РФ напомнил: до сих пор все примеры "подготовки на территории соседних государств американскими инструкторами боевиков так называемой умеренной оппозиции заканчивались тем, что они оказывались на стороне экстремистов".

Впрочем, как и следовало ожидать, такой подход не встретил понимания госсекретаря США, что и признал Сергей Лавров: "Не думаю, что мне удалось поколебать позицию США. В этом вопросе мы, очевидно, расходимся". Разошлась Москва, как можно было понять, не только с Вашингтоном, но и с его союзниками в регионе — Саудовской Аравией и хозяином встречи — Катаром. В ходе совместной пресс-конференции с российским министром его катарский коллега Халед аль-Атыя обвинил сирийскую армию в том, что она "использует оружие против беззащитных гражданских лиц". При этом он произнес фразу, явно не встретившую одобрения Сергея Лаврова: "С терроризмом сейчас в Сирии борются только революционеры".

Сближение с Катаром

Впрочем, в остальном российско-катарский диалог впервые за долгое время складывался достаточно конструктивно. В ходе визита в Доху Сергей Лавров был принят эмиром Катара Тамимом ат-Тани. По словам одного из собеседников "Ъ" в российской делегации, участники встречи выразили готовность к плодотворному сотрудничеству — как на многосторонней, так и на двусторонней основе. Другой дипломатический собеседник "Ъ" высказался еще более оптимистично: прежние разногласия и недоверие между странами остались в прошлом.

А разногласия действительно были, и существенные. Серьезный конфликт разразился в 2002 году, когда в Дохе был убит один из лидеров чеченских боевиков Зелимхан Яндарбиев. Власти эмирата обвинили двух сотрудников посольства РФ в организации покушения и приговорили их к пожизненному заключению. Конфликт удалось притушить после высылки дипломатов на родину. Вновь отношения обострились в 2011 году, когда сотрудники таможни Катара попытались проверить содержимое диппочты посла России в Дохе Владимира Титоренко, а встретив сопротивление, избили его.

Дальше разногласия лишь нарастали: Москва и Доха занимали противоположные позиции по отношению к событиям "арабской весны", причинам войны в Сирии, путям урегулирования иранской ядерной проблемы. Одно из немногих, что объединяло две страны в последние годы,— это футбол: в 2018 году мировое первенство примет Россия, а спустя четыре года — Катар. В ходе пресс-конференции с катарским коллегой Сергей Лавров — сам страстный болельщик — дал понять, что две страны намерены обмениваться опытом по подготовке чемпионатов. При этом он вчера впервые за долгое время назвал катарцев "друзьями".