Под сделку с Ираном подводят юридическую базу

Совет Безопасности ООН сегодня должен принять резолюцию в поддержку достигнутого на прошлой неделе в Вене прорывного соглашения по иранскому ядерному досье, которая придаст сделке юридический характер. Реализация конкретных мер по урегулированию иранской ядерной проблемы начнется через 90 дней. Между тем, как рассказал замглавы МИД РФ Сергей Рябков, условия подключения российских компаний к проектам в рамках венского соглашения — перепрофилированию центра в Фордо и вывозу излишков урана — еще не до конца проработаны. Тем не менее он заверил, что "благотворительностью" Россия заниматься не будет.

Сегодня (в 16-17 часов по московскому времени) в Совбезе ООН состоится голосование по резолюции в поддержку заключенной в Вене 14 июля исторической сделки по иранской ядерной программе. Эта резолюция станет юридической базой одобренных главами МИДов "шестерки" международных посредников (пять постоянных членов СБ ООН плюс Германия), ЕС и Ирана документов. Рассчитанная на десять лет резолюция предполагает постепенную отмену действующих в отношении Ирана международных и односторонних санкций в обмен на существенное ограничение Тегераном своей ядерной программы.

"Там 30 параграфов, крайне сложный текст, юридически очень изощренный, как персидская вязь или многоцветный ковер",— рассказал о резолюции замглавы МИД РФ Сергей Рябков на состоявшемся в конце минувшей недели заседании закрытого клуба "Триалог". По его словам, к проекту резолюции приложено заявление "шестерки", где зафиксированы конкретные шаги, которые будут предприниматься этими странами в русле выполнения "Совместного всеобъемлющего плана действий" по иранскому досье. "Степень чистоты этих текстов с точки зрения отсутствия в них двусмысленности беспрецедентна, так что, я думаю, эти договоренности устоят под натиском критиков",— заявил дипломат.

К непосредственной реализации записанных в резолюции и венских документах мер стороны должны приступить через 90 дней после голосования в Совбезе ООН. Это включает в себя и обязательства России, которая обещала активно участвовать в практической реализации договоренностей с Ираном. Речь идет о двух ключевых составляющих сделки. Во-первых, Иран согласился сократить свой запас низкообогащенного (до 5%) урана, составляющий около 10 т, до 300 кг. Значительная часть имеющегося у Ирана низкообогащенного урана в соответствии с венскими договоренностями должна быть вывезена в Россию, которая в обмен будет поставлять Тегерану природный уран. А во-вторых, российские специалисты должны принять участие в перепрофилировании уранообогатительного завода в Фордо, где будет налажено производство изотопов для медицинских и промышленных целей.

Между тем, как сообщил Сергей Рябков, на данный момент "нет коммерческих договоренностей и контрактов, позволяющих приступить к вывозу урана и переоборудованию объектов в Фордо". Впрочем, их, по его словам, и не может быть, пока в отношении Ирана действуют санкции СБ ООН. "Для дальнейших действий необходима отмена прежних резолюций. Это будет сделано в ближайшее время, после чего начнутся переговоры по содержательной части будущих решений",— заметил дипломат.

Сергей Рябков подчеркнул: "Речь не идет о благотворительности". "Это коммерческие проекты. Мы, конечно, денег не заработаем, но они должны быть самоокупаемыми, никакого бюджетного финансирования осуществляться не будет, а это достаточно трудная задача,— признал он.— Но "Росатом", МИД, другие российские структуры рассчитывают, что мы эти вопросы урегулируем и все будет сделано своевременно". При этом господин Рябков уточнил: скорее всего, вывезенные из Ирана излишки урана станут частью созданного в 2007 году Международного центра по обогащению урана в Ангарске (Иркутская область).

Вместе с тем начало реализации договоренностей могут сорвать "ястребы" в Конгрессе США. Многие республиканцы и некоторые демократы не верят в то, что сделка позволяет затянуть "период прорыва" — то есть время, за которое Иран может произвести "начинку" для одного ядерного боезаряда,— до одного года, как обещает администрация США. При этом судьба венского соглашения останется подвешенной как минимум до того, как свое мнение о ней выскажет Конгресс,— у законодателей будет на это 60 дней. На днях представитель Белого дома Джош Эрнест заявил, что отказ Конгресса одобрить достигнутое соглашение нанесет серьезный ущерб имиджу США на мировой арене. "Если Конгресс уничтожит эту сделку, это окажет пагубное влияние на позиции США в мире",— предупредил чиновник, добавив: сделка с Ираном поддерживается мировым сообществом.