Древнее искусство Тувы (петроглифы эпохи бронзы)

АРХЕОЛОГИЯ

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2020. Т. 7, № 1 (25). С. 165-173. УДК 902/904

DOI 10.24147/2312-1300.2020.7(1).165-173

Л. Д. Чадамба

ДРЕВНЕЕ ИСКУССТВО ТУВЫ

Рассматривается обширная серия разнообразных и очень выразительных рисунков, относящихся к эпохе бронзы, из числа около 80 известных на территории Тувы местонахождений петроглифов. Это многочисленные изображения быков, личин, колесниц, грибоголовых людей и др. По результатам исследования делается вывод о том, что наскальное искусство Тувы эпохи бронзы имеет специфику в наборе сюжетов и образов, выполненных согласно устоявшимся традициям. Эпоха бронзы характеризуется схожестью относительно сюжетного и стилистического характера с рисунками Хакасско-Минусинской котловины, Алтая и Казахстана.

Ключевые слова: эпоха бронзы; Восточная Сибирь; Тува; афанасьевская культура; искусство; наскальные изображения.

L. D. Chadamba

ANCIENT ART OF TUVA

On the territory of Tuva, about 80 locations of petroglyphs are known, while a rather extensive series of diverse and very expressive drawings dates back to the Bronze Age. These are numerous images of bulls, larvae, chariots, mushroom-headed people, etc. According to the results of the study, it was concluded that the cave art of Tuva in the Bronze Age has specifics in a set of plots and images made in accordance with established traditions. The Bronze Age is characterized by similarity with respect to the plot and stylistic character with drawings by the Khakass-Minusinsk depression, Altai and Kazakhstan.

Keywords: Bronze Age; Eastern Siberia; Tuva; Afanasyev culture; art; rock paintings.

В середине III тыс. до н. э. на Саяно-Алтайское нагорье проникают восточноевропейские племена, освоившие колёсный транспорт, медеплавильное и бронзолитей-ное производство и начальные формы кочевого скотоводства (афанасьевская культура). В процессе аккультурации местных, более древних неолитических социумов, в ареале пришлой афанасьевской культуры формируется уникальная окуневская культура [1]. Позднее в степной Алтай и Минусинскую котловину проникают племена андроновской культуры. В результате её трансформации в Западной Сибири складывается блок культур ирменского типа, в Минусинской котло-

вине - карасукская, которой в Туве соответствуют монгун-тайгинская археологическая культура [2, с. 13-16].

Среди археологических объектов, датируемых эпохой бронзы, своей многочисленностью и разнообразием выделяются памятники наскального искусства. На сегодняшний день на территории Тувы выявлено около 80 местонахождений петроглифов, при этом довольно обширная серия разнообразных и очень выразительных изображений относится к эпохе бронзы.

Известно, что содержание наскальных изображений менялось от эпохи к эпохе. Если говорить об эпохе энеолита - ранней

бронзы, то в это время на скалах Тувы широко представлены рисунки быков. Наиболее ранними образцами, запечатлёнными на скалах Тувы, можно считать контурные изображения фигур быков крупных размеров. Контурный приём нанесения рисунков исследователи часто считают архаичным признаком [3, с. 54]. В изображении животных делается акцент на воспроизведение туловища, кото-

рому придаётся важный знаковый смысл. Внутри контура на теле животного иногда выбиваются линии, точки, зигзаги. Рога у быков могут иметь кольцевидные, лировидные, серповидные и другие формы. Подобные изображения представлены на памятниках Бижиктиг-Хая в Саянском каньоне Енисея, Саамчыыр-Ужу на западе и Ямалык на юге республики (рис. 1).

Рис. 1. Памятник Саамчыыр-Ужу. Общий вид на камень с изображениями животных

Фото Л. Д. Чадамба, 2019 г.

t -m^m v

Рис. 2. Памятник Бижиктиг-Хая на р. Хемчик [4]

М. А. и Е. Г. Дэвлет считают, что в представлениях древнего человека бык ассоциировался с производящим мужским началом, с мужским божеством или его атрибутом. Для ряда скотоводческих народов было характерно мифологическое и обрядовое отождествление мужчины и быка. Также исследователями неоднократно отмечалась семантическая связь между изображениями быков и женских божеств [4, с. 146-148]. Среди уникальных композиций эпохи бронзы можно отметить памятник Бижиктиг-Хая на Хемчике, где изображено шествие быков с «вьюками», соединённых линиями (поводом) с антропоморфными фигурами в широких одеждах с геометрическим орнаментом, которые нередко считают женскими (рис. 2).

Быки с прямоугольными конструкциями на спине, которые позволяют интерпретировать их как вьючных быков, вместе с фигурой человека, который их ведёт на поводе, известны среди петроглифов Тувы - на Ал-ды-Мозаге, Орта-Сарголе, Мозага-Комужапе в Саянском каньоне Енисея, на Бижиктиг-Хая в Хемчикской котловине Тувы.

Две крупные фигуры вьючных быков представлены на камне с изображением «дороги» у подножия горы Устю-Мозага на правом берегу Улуг-Хема. Этот камень М. А. Дэвлет называет «Каменным компасом», а линии-дороги на камне сравнивает со стрелками в компасе, указывающими на стороны света. Одна из фигур на камне является самой крупной на плоскости и как бы доминирует во всей композиции, а у второй на спине помещена схематичная антропоморфная фигура [5, с. 14].

Наибольшее количество рисунков, отнесённых к эпохе бронзы на территории Тувы, расположено на берегах Енисея (Улуг-Хем). В так называемом Саянском каньоне Енисея расположены скалы, покрытые тёмной бле-

стящей коркой загара с многочисленными рисунками, в том числе и представленными стилизованными рогатыми личинами, воспроизводящими, по мнению некоторых учёных, духов - хозяев места. Доскифский возраст изображений личин доказывают стратиграфические наблюдения, проведённые М. А. Дэвлет. С целью выявления новых петроглифов она произвела небольшие раскопки и выявила, что рисунки рогатых личин были перекрыты изображениями горных козлов, датируемыми скифским временем по аналогии с рисунками на оленных камнях [6, с. 227].

Существует мнение, что этот образ мог возникнуть в эпоху энеолита и сформироваться под влиянием пришлых скотоводов, так как в древнеямной культуре имеются антропоморфные стелы. В то же время личины «доживают» до скифского времени как один из компонентов окуневской традиции, который лёг в основу формирования скифо-сибирского звериного стиля. Например, личины выбивались на ранних оленных камнях, которые сами по себе воплощают человеческую фигуру, за которой стоит идея божественного первопредка и антропоморфности космоса [7].

Изображения личин, исследованные М. А. Дэвлет на памятниках Мугур-Саргол и Алды-Мозага (1976, 1998), отличались большим разнообразием: форма головы (круглая, овальная, яйцевидная, сердцевидная), с рогами и без рогов, форма рогов, с выступом-«антенной» на макушке, с вы-ступом-«ручкой» под подбородком, внутреннее заполнение (поперечные линии, скобки и т. д.). Следует согласиться с мнением исследовательницы, которая считает, что за подобным разнообразием может стоять их разновременность, а также различное семантическое содержание [6, с. 226].

Личины изображались как одиночно, так и в композициях. Так, у подножья горы Бижиктиг-Хая на Хемчике выбито изображение крупной по размерам (около 1 м) птицы, под ней расположены личины яйцевидной формы, которые воспринимаются как снесённые этой птицей яйца (рис. 3). Одна из личин перекрыта фигурой быка, под ними -фигурки женщин. Здесь изображены три различные личины, по форме очень близкие мугур-саргольским. У одной ветвистые рога со свисающими вниз отростками, «антенна» и нос, соединённые одной линией, овальные глаза и рот. У второй - рога, свисающие вниз, «антенна», соединённые нос и рот, глаз нет. У третьей рогов нет, но есть «антенна», нос, рот и глаза. На отдельной плоскости слева от птицы выбиты две женские фигуры в длинных колоколовидных одеяниях и в рогатых головных уборах, аналогичных изображениям у первой личины. Они держат в руках изогнутые посохи. У фигур нет лица, но показаны ноги со ступнями. Одна идёт вправо, другая влево. М. А. Дэвлет интерпретирует посохи у женских фигур как тела змей, считая, что свисающие с подолов одежд жгуты или бахрома рассматривается как символ культового одеяния. Так могут изображаться служители культа, связанного с личинами, в котором определённую роль играет образ гигантской птицы [6, с. 228].

Рис. 3. Памятник Бижиктиг-Хая на р. Хемчик [8]

Анализ изображений личин показывает, что «тувинские» личины стилистически неоднородны: различаются формой головы (круглая, овальная, яйцевидная, сердцевидная); наличием и отсутствием рогов (и их формой); наличием выступа-«антенны» на макушке или выступа-«ручки» под подбородком; внутренним заполнением и т. д. При детальном сопоставлении обнаруживаются различия и в изображении глаз, носа, бровей и т. д. Автор присоединяется к мнению Я. А. Шера, который утверждал, что «при всей стилизации тувинские "маски" намного ближе к изображениям реальных человеческих лиц, чем минусинские личины» [3, с. 231].

На скалах Тувы встречаются антропоморфные фигуры в рогатых головных уборах и широкополых одеяниях, в которых М. А. Дэвлет видит так называемых шаманствующих лиц, или протошаманов (рис. 4). Она указывает, что к эпохе бронзы относятся «наиболее достоверные экземпляры наскальных изображений шаманов. Они продолжают встречаться в наскальном искусстве и в дальнейшем, претерпевая со временем определённые изменения» [4, с. 209].

Аналогичные фигуры известны также на скалах Алтая, Монголии, Казахстана, Чукотки. Нередко они интерпретируются как люди-мухоморы. Не согласен с этой гипотезой А. П. Окладников. Он считал, что на фигурах отчётливо изображены шляпы или шапки-малахаи, тонкие концы которых опускаются вниз, ничем не напоминая шляпки гриба [11, с. 93]. В. Д. Кубарев предположил, что у антропоморфных фигур изображён именно хвост. В доказательство своей гипотезы исследователь опирается на археологические данные, полученные при исследовании алтайского могильника Кальджин, где в одном из курганов была найдена меховая шуба оригинального покроя с лопастью в виде хвоста [12, с. 84].

В эпоху поздней бронзы происходит новая волна миграций, которая связана с расселением в Центральной Азии индоариев. Они знали колёсный транспорт, и в их хозяйстве уже большую роль играла лошадь. Приток нового населения, изменение мировоззрения мифо-ритуальной системы, несомненно, находит отражение в искусстве. Символом этой эпохи может считаться колесница.

Наскальные рисунки - своего рода «чертежи» колесниц. Это обстоятельство немаловажно, потому что в тех регионах, где на скалах встречаются их изображения, как правило, остатки реальных образцов колёсного транспорта из археологических раскопок отсутствуют. В наскальном искусстве повозки и колесницы бывают представлены

в определённой манере - как бы в плане, и значительно реже - в профильной проекции. Некоторые исследователи высказывали суждение, что плановая трактовка связана с погребальным культом и соответствует традиционному расположению коней и колесниц на дне погребальной ямы или на её перекрытии [4, с. 219-224] (рис. 5).

Рис. 4. Изображения «грибоголовых» людей: 1-10 - Алды-Мозага; 11-13, 16 - Ортаа-Саргол; 14, 15 - левый берег р. Чинге, камень с «дорогой»; 17 - Мозага-Комужак; 18-20 - Устю-Мозага; 21 - левый берег р. Чинге [9]; 22 - Саамчыыр-Ужу [10]

Рис. 5. Изображения колесниц: 1, 23 - Алды-Мозага; 18 - Ортаа-Саргол [9]; 2 - Алды-Мозага; 4, 5, 6, 7, 20 - Устю-Мозага; 14-15 - Мугур-Саргол; 16-17, 19 - Ортаа-Саргол [5]; 3 - Сыын-Чурек [4]; 8-10 - Мортук; 11-13 - Чайлаг-Хем; 21-22 - Догээ [13]

Согласно точке зрения М. А. Дэвлет, наскальные изображения демонстрируют не существовавший в действительности древний транспорт, а нереальные «небесные» колесницы [4, с. 219-224], что обуславливает факт осознанного несоответствия количества спиц. При гористом рельефе, который наблюдается в некоторых регионах Алтая и Саянского каньона Енисея, как и на Памире, не могли применяться для передвижения колесницы, снаряжённые дышловой упряжкой. Их изображения были наделены ритуальным смыслом, который заключался в обычае отправления умершего в погребальном катафалке, а также отражении в мифологии.

Мифические упряжки и повозки, наделённые колёсами спиралевидной формы, встречаются в наскальных рисунках Средней Азии и в окрестностях Енисея. Помимо этого, зафиксированы рисунки фантастических повозок, имеющих непарную упряжку, с объединением упряжённых животных, которые в реальности как тягловая сила не могут существовать. Примерами такой упряжки могут быть запряжённые вместе баран и лошадь или же бык и козёл. Я. А. Шер нашёл несколько письменных текстов, упоминающих такие «чудесные» упряжки [3, с. 281].

В конце бронзового века на скалах Тувы начали появляться рисунки, выполненные в специфической, в так называемой «карасук-ской», геометризованной манере. Такие изображения, вероятно, воспроизводили глобальные изменения, происходившие на обширной территории Саяно-Алтайского региона, Монголии и Казахстана. Судя по мно-

гочисленности изображений животных и, особенно, антропоморфных фигур в схематичной геометризированной форме, этому процессу была подвержена большая часть жителей древней Тувы. Однако в центральной части республики зафиксирована серия рисунков, выполненных в особой манере, не известной на других территориях. Такие рисунки имеют специфический «чайлагский» стиль. Вероятно, его создателями была определённая группа населения, которая тщательно оберегала свою территорию и не имела связей с соседями.

Рисунки животных на памятниках Чай-лаг-Хем имеют соответствующее название «чайлагских» по причине того, что такой стиль не встречается на других тувинских памятниках. В данной стилистике они изображаются с массивным туловищем и гипертрофированным огромным животом (ладьевидная форма), выгнутой спиной, подшейными складками и опущенной острой мордой с массивными ветвистыми рогами. По причине того, что в наскальных изображениях не выражена перспектива, прорисованная фигура передана в профиль или анфас. В петроглифах Чайлаг-Хема можно встретить смешанные варианты, на которых животные изображаются в профиль, притом что рога прорисованы в анфас (рис. 6). Антропоморфные фигуры выполнялись преимущественно анфас, реже - в профиль. Применялся и вариант «компромисса»: тело в профиль, ноги анфас [14, с. 33]. Многочисленны на Чайлаг-Хеме плоскости, полностью заполненные изображениями зооморфных

Рис. 6. Памятник Чайлаг-Хем. Прорисовка М. Е. Килуновской и Л. Д. Чадамба, 2010 г.

и антропоморфных существ, представляющие различные сюжеты. Необходимо учесть, что одной из характеристик искусства позднего периода эпохи бронзы выступают многофигурные композиции, среди которых встречаются изображения в виде массового скопления животных, как правило, идущих вслед друг другу.

В заключение можно отметить, что тувинские наскальные изображения эпохи ранней и поздней бронзы имеют устойчивый набор образов и сюжетов, выполненных согласно установленным в регионе традициям, менявшимся с течением времени. В эпоху ранней бронзы преобладали изображения быков, грибоголовых людей, личин-масок. В эпоху поздней бронзы появляются петроглифы, выполненные в геометрической манере. В общей совокупности рисунки эпохи бронзы составляют около трети изображений, притом что иные археологические объекты, к примеру могильники этой же эпохи, составляют меньшую долю, и приурочены к степным зонам Тувы. Помимо этого, эпоха бронзы характеризуется схожестью относительно сюжетного и стилистического характера с рисунками Хакасско-Минусинской котловины, Алтая и Казахстана. Но всё же, несмотря на сюжетную и стилистическую схожесть, на территории Тувы представлены и петроглифы, выполненные в уникальной, свойственной только им, манере.

ЛИТЕРАТУРА

1. Семенов Вл. А. Окуневские памятники Тувы и Минусинской котловины (сравнительная характеристика и хронология) // Окуневский сборник. - СПб. : Петро-РИФ, 1997. - С. 152160.

2. Савинов Д. Г. Ранние кочевники Верхнего Енисея. Археологические культуры и культу-рогенез. - СПб. : Изд-во СПбГУ, 2002. - 202 с.

3. Шер Я. А. Петроглифы Средней и Центральной Азии.- М. : Наука, 1980. - 328 с.

4. Дэвлет М. А., Дэвлет Е. Г. Мифы в камне. Мир наскального искусства России. - М. : Алетейа, 2005. - 472 с.

5. Дэвлет М. А. «Каменный компас» в Саянском каньоне Енисея. - М. : Научный мир, 2004. -86 с.

6. Дэвлет М. А. Петроглифы Мугур-Саргола. -М. : Наука, 1980. - 272 с.

7. Семенов Вл. А. Древнейшая миграция индоевропейцев на восток (к столетию открытия тохарских рукописей) // Петербургский археологический вестник. - 1993. - Вып. 4. -С. 25-30.

8. Боковенко Н. А., Килуновская М. Е., Ким Чжонг Бэ, Чжан Со Хо. Наскальные изображения Центральной Азии. - Сеул : Фонд истории Северо-Восточной Азии, 2007. - 355 с.

9. Дэвлет М. А. Петроглифы на дне Саянского моря (гора Алды-Мозага). - М. : Памятники исторической мысли, 1998. - 287 с.

10. Килуновская М. Е. Быки Саамчыыра // Тропою тысячелетий : К юбилею М. А. Дэвлет. - Кемерово : Кузбассвузиздат, 2008. - С. 124130.

11. Окладников А. П. Петроглифы Центральной Азии. - Л. : Наука, 1980. - 111 с.

12. Кубарев В. Д. Антропоморфные хвостатые существа Алтайских гор // Антропоморфные изображения. - Новосибирск, 1987. - С. 150-167.

13. Килуновская М. Е. Колесницы эпохи бронзы // Наскальное искусство в современном обществе (к 290-летию научного открытия Томской писаницы) : материалы междунар. науч. конф. - Кемерово : Кузбассвузиздат, 2011. -Т. 2. - С. 44-53.

14. Килуновская М. Е. Чайлаг-Хем - новый памятник наскального искусства в Туве // Труды II (XVIII) Всероссийского археологического съезда в Суздале. - Т. III. - М. : ИА РАН, 2008. - С. 33-35.

Информация о статье

Дата поступления 16 января 2020 г.

Дата принятия в печать 3 марта 2020 г.

Сведения об авторе

Чадамба Лариса Дадар-ооловна- кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник группы археологии Тувинского института гуманитарных и прикладных социально-экономических исследований при Правительстве Республики Тыва

Article info

Received

January 16, 2020

Accepted March 3, 2020

About the author

Larisa D. Chadamba - PhD in Historical Sciences, Senior Researcher of the Archeology Group of the Tuva Institute of Humanitarian and Applied Social and Economic Research under the Government of the Republic of Tuva

Адрес для корреспонденции: 667000, Россия, Кызыл, ул. Кочетова, 4 E-mail: Chadamba2001@mail.ru

Для цитирования

Чадамба Л. Д. Древнее искусство Тувы (петроглифы эпохи бронзы) // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2020. Т. 7, № 1 (25). С. 165-173. DOI: 10.24147/2312-1300.2020.7(1).165-173.

Postal address: 4, Kochetova ul., Kyzyl, 667000, Russia

E-mail: Chadamba2001@mail.ru For citations

Chadamba L.D. Ancient Art of Tuva (Petroglyphs of the Bronze Age). Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2020, vol. 7, no. 1 (25), pp. 165-173. DOI: 10.24147/2312-1300.2020.7(1).165-173 (in Russian).