"Я в молодости мечтал стать актером"

Перед приездом в Москву великий французский кутюрье ответил на вопросы корреспондента "Коммерсантъ-Weekend" Али Харченко
— За свою жизнь вы много раз бывали в России. Есть ли у вас какое-то особое отношение к нашей стране?
       — Впервые я приехал в Россию еще в 1963 году, тогда это был еще СССР. У нас очень много писали о вашей стране, отзывы были самыми разными. И мне очень захотелось самому побывать здесь, самому все увидеть и попытаться разобраться. С первой же поездки я был очарован. Меня поразила прежде всего ваша культура — яркая и очень многоплановая. Потом я встретил здесь высокообразованных людей. И со многими подружился, например с Майей Плисецкой, Андреем Вознесенским. Я всегда старался продвинуть русскую культуру во Франции. Возможно, вы знаете, что я был инициатором и главным организатором больших гастролей "Ленкома" во Франции. Театр приезжал со спектаклем "Юнона и Авось" Марка Захарова. Это были незабываемые гастроли, во время которых Франция познакомилась с новым театральным искусством России.
       — Тридцать лет назад, когда вы только возглавили Espace Cardin, вам было легко переключиться с мира моды на театр?
       — В принципе, да. Дело в том, что с кино и театром я встретился во время работы с Кокто. Для него я сделал маски и костюмы к фильму "Красавица и чудовище". К тому же я имел и опыт организационной работы, поскольку всегда лично руководил своим бизнесом, который по объему значительно превосходит работу в театре, и вникал во все до последних мелочей. Работа в театре для меня — это еще и огромное удовольствие, потому что я сам в молодости хотел стать актером.
       — Доверили бы вы кому-нибудь из современных модельеров или театральных художников создание костюмов для собственных спектаклей?
       — Не думаю. Для своих спектаклей я всегда создавал костюмы только сам. И дело не только в том, что я чужое творчество оцениваю недостаточно высоко. Мне просто нравится эта работа, потому что дает возможность для фантазии, для воплощения разных стилей, эпох, национальных особенностей.
       — Участие в мюзикле "Тристан и Изольда" чеченских танцоров выглядит довольно экзотично...
       — "Тристан" — это особый сюжет, с которым я впервые столкнулся лет тридцать назад, когда работал над фильмом. Для этой истории нужна своеобразная постановка. Там много танцев-сражений. И молодые артисты "Ловзара", с которыми я познакомился во время их гастролей в Париже, должны передать особый приподнятый боевой дух танцев спектакля. Конечно, они сохраняют свой национальный колорит, и в этом их индивидуальность. Хочу оговориться, что мое сотрудничество с этим коллективом не имеет никаких других подтекстов, кроме культурного сотрудничества.
       — Почему второй свой спектакль вы решили посвятить Сальвадору Дали?
       — С Дали мы встретились еще в конце 1940-х годов. Мы всегда дружили. Он в свое время одобрил мою покупку театра и даже дал несколько советов. С его легкой руки в Espace Cardin появился, например, Элис Купер. Дали необычная, яркая личность, поэтому интерес к его творчеству, к персоне с годами не ослабевает. Спектакль — своего рода дань дружбе и памяти Дали. Мы используем в нашей постановке слайд-проектор с репродукциями его картин, чтобы еще раз напомнить о них публике.