Эволюция государственной семейной политики в России: от советских к современным моделям

ПОЛИТОЛОГИЯ

ЭВОЛЮЦИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЕМЕЙНОЙ ПОЛИТИКИ В РОССИИ: ОТ СОВЕТСКИХ К СОВРЕМЕННЫМ МОДЕЛЯМ

А.В. Носкова

Московский государственный институт международных отношений (университет) МИД России. Россия, 119454, Москва, пр. Вернадского, 76.

Центральными проблемами статьи являются генезис и эволюция государственной семейной политики в России в период с 1917 г. вплоть до принятия последних государственных мер в сфере семьи и демографии. В фокусе анализа - пять этапов и моделей государственной семейной политики:

- «постреволюционная» модель (1917-1926 гг.);

- «сталинская» модель (1926-1953 гг.);

- «советская социальная» модель (1954-1991 гг.);

- «постсоветская» модель (1992 - начало 2000-х гг.);

- новейшая модель (начиная с 2000-х гг.).

В рамках исследуемой проблемы рассмотрены следующие вопросы:

1) изменение семейной идеологии и направленности практических мер поддержки семей как реакции на различные социальные, политические, экономические, демографические контексты и условия жизни людей;

2) воздействие мер семейной политики на трансформацию семейного поведения россиян.

Автор раскрывает противоречивость государственной семейной политики, следствием которой стали неоднозначные по своей сути семейно-демографические трансформации в России в XX- начале XXI в.

Ключевые слова: семейная политика, государственная поддержка семей с детьми, эволюция семейной политики в России, демографические и семейные трансформации, государственная забота о детях, новейшая модель государственной семейной политики.

Вопрос о том, какие приоритеты должны определять семейную политику России в XXI в., с особой остротой встал в нынешнем 2013 г., когда отмечается двадцатилетие «Концепции государственной семейной политики Российской Федерации». «Концепция государственной семейной политики Российской Федерации» была разработана созданной при Президенте России Комиссией по вопросам женщин, семьи и демографии и одобрена Национальным советом по подготовке и проведению в России Международного года семьи 12 мая 1993 г. [5, с.10] К сожалению, ясного и однозначного ответа на этот вопрос пока нет. Специалисты по-разному видят семейные проблемы, будущее семьи и, следовательно, возможные сценарии развития деятельности государства в сфере семейной политики. Тем не менее очевидно, что при выработке и реализации новых мер необходимо опираться на успешные практики, а также учитывать «ошибки» нашего недавнего прошлого. Иными словами, не теряет своей актуальности научная рефлексия генезиса и эволюции государственной семейной политики в России.

Исследователи выделяют три основных этапа развития семейной (социальной) политики в советские годы, «различающихся по своей направленности и влиянию на внутрисемейные отношения и структуру семьи» [8, с. 89-97]:

- первый период - с 1917 г. до середины 1920-х гг.;

- второй период - с середины 1920 по 1953 г.;

- третий период - после 1953 г. до распада СССР в 1991 г.

Для современной России можно выделить постперестроечный (1990-е гг.) и новейший (с начала 2000-х гг.- по настоящее время) этапы. Иными словами, в фокусе нашего анализа - пять этапов и соответствующих им моделей государственной семейной политики: «постреволюционная» модель, «сталинская» модель, советская социальная модель, «первая постсоветская» модель и новейшая модель. Кратко опишем их основные особенности, достижения и противоречия.

Постреволюционная модель (1917-1926). В первые годы после Октябрьской революции 1917 г. семейный вопрос стал предметом политической борьбы и одним из важнейших идеологических и правовых дискурсов. «Разрушение до основания старого и построение нового мира» включало в себя в том числе деконструкцию традиционной семьи, на месте которой должна была появиться социалистическая «ячейка общества» - «свободный союз свободных индивидуумов» [6, с. 219]. Новая семейная мораль строилась на принципах полной свободы от влияния церкви, приоритета индивидуальных сексуальных свобод над семейными связями, свободного репродуктивного выбора (право женщины на аборт), равенства между мужчиной и женщиной в семье и публичной сфере. Все эти принципы получили правовую основу в первых «семейных» декретах и постановлениях советской власти: Декрете «О гражданском браке,

детях и ведении книг актов гражданского состояния» (18 декабря 1917 г.), Декрете «О расторжении брака», постановлении Наркомата здравоохранения и Наркомата юстиции, разрешавшем женщинам искусственное прерывание беременности в медицинских учреждениях.

Важно отметить, что отношение государства к семье менялось. Теперь государство взяло на себя функцию защиты материнства и детства, и тем самым оно становилось в определенной степени посредником в супружеских и детско-родительских отношениях. Активная интервенция государства в частную жизнь, его стремление искоренить многовековые семейные традиции в первое постреволюционное десятилетие породило, на наш взгляд, острое противоречие между «традиционным» и «современным»: в поведенческих установках на брак, рождение детей, формате супружеских и гендерных отношений.

«Сталинская» модель (1926-1954). Поворот к иному пониманию того, какая семья нужна социалистическому обществу, произошел окончательно в 1930-х гг. Главным идеологическим смыслом семейной политики этого периода стало институциональное укрепление семьи, возврат к традиционным семейным ценностям и нормам брачного поведения. Изменение модели семейной политики, имевшее не только политическую основу, но главным образом демографическую обусловленность, было вызвано проблемой воспроизводства населения. Речь идет о людских потерях в военные годы и существенным падением рождаемости. В период между переписями 1926 и 1959 гг. среднее число детей на женщину (суммарный коэффициент рождаемости) сократилось примерно с 6,8 до 2,8, то есть на 4 ребенка [3].

Постановление СНК и ЦИК СССР 1936 г. «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах» и Указ Президиума Верховного Совета СССР 1944 г. «Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям, усилении охраны материнства и детства, об установлении почетного звания "Мать-героиня" и учреждении ордена "Материнская слава" и медали "Материнство"» являются хорошей иллюстрацией иного «лица» советской семейной политики и новых практик общественной помощи семьям с детьми.

Так, согласно Постановлению 1936 г., впервые вводилось «государственное пособие матерям, имеющим 6 детей, при рождении каждого следующего ребенка в 2 тысячи рублей ежегодно в течение пяти лет со дня рождения ребенка, а матерям, имеющим 10 детей, - единовременное государственное пособие при рождении каждого следующего ребенка в 5 тысяч рублей и со второго года ежегодное пособие в 3 тысячи рублей, выдаваемое в течение следующих четырех лет со

А.В. Носкова

дня рождения ребенка» [2]. В 1944 г. была введена система ежемесячных пособий на детей в многодетных семьях, которая просуществовала вплоть до 1991 г. Право на ежемесячное пособие получали семьи после рождения 4-го ребенка [4, с. 91]. В сочетании с другими факторами принятые меры имели кратковременный позитивный демографический эффект. В 1935-1939 гг. и 1948-1953 гг. наблюдался подъем рождаемости и рост кривой естественного прироста [1, с. 23].

Помимо демографического, на передний план семейной политики вышло гендерное направление. Ускоренное вовлечение женщин в сферу общественного производства как результат индустриализации страны актуализировало вопрос общественной помощи матерям для совмещения ими трудовой занятости с воспитанием детей. Развитие дошкольной и внешкольной детской инфраструктуры стало одной из центральных задач и достижением Советского государства в социальной сфере. Отметим, что инвестирование в сферу раннего дошкольного образования способствовало переходу к современной модели семьи с двумя работающими родителями.

Характеризуя «сталинскую» модель семейной политики в целом, отметим ее амбивалентность, проявлявшуюся в стремлении руководства страны сохранять традиционные семейные ценности и вместе с тем продвигать современные модели семейно-гендерных отношений, что приводило к развитию противоречий в семейно-демографи-ческой сфере.

Советская социальная модель (1954-1991). В середине 1950 - 1960-х гг. произошла очередная либерализация семейных отношений. Было восстановлено право женщин на аборт (Закон 1955 г.), а также была значительно упрощена процедура развода (1965) [8]. Вместе с другими социально-экономическими детерминантами либерализация семейных отношений стимулировала дальнейшую трансформацию брачного и репродуктивного поведения советских людей. Уровень рождаемости в 1960-х гг. вновь стал устойчиво снижаться, а число разводов быстро увеличиваться. К началу 1970-х гг. суммарный коэффициент рождаемости в РСФСР опустился ниже значения 2,1, то есть уровня, необходимого для простого воспроизводства населения. Массовой стала малодетная семья с одним ребенком или двумя детьми. Как следствие, обнажилось противоречие между демографическими потребностями общества и индивидуальными репродуктивными предпочтениями граждан. В целях демпфирования этого противоречия в начале 1980-х гг. руководство страны усиливает меры государственной поддержки семей с детьми [9].

В 1960-1980-х гг. оставалась приоритетной и гендерная стратегия в семейной политике. Так, в принятом в 1968 г. Законе «Об утверждении основ законодательства Союза ССР и Союзных республик о браке и семье» фиксировалось «равноправие мужчины и женщины в семейных отношениях», а также декларировалась «защита семьи государством, охрана и поощрение материнства»

[2]. Важным инструментом достижения тендерного равенства считалось дальнейшее расширение доступного дошкольного и внешкольного образования (детские сады, кружки, секции, дома детского творчества, школы искусств и т.д.). Согласно данным Федеральной службы государственной статистики [10], в период с 1932 по 1990 г. абсолютное число детских дошкольных учреждений увеличилось на 60,4 тыс. единиц (с 27,5 тыс. в 1932 г. до 87,9 тыс. в 1990 г.), а число детей, посещающих эти учреждения, возросло более чем в 7500 раз (с 1,2 тыс. в 1932 г. до 9009,5 тыс. в 1990 г.).

Тем не менее даже при таком уровне развития дошкольной инфраструктуры государство не могло полностью удовлетворить потребности семей в детских садах и яслях. Результаты Всесоюзного репрезентативного исследования, проведенного Институтом социологических исследований (ИСИ) АН СССР в 1981 - 1982 гг. (всего было опрошено 10 150 человек, в том числе по России - 5522), показали: около 19% родителей, почти каждый пятый, в 1982 г. оценивали возможности по устройству своих детей в детский сад как «плохие» [7, с. 155]. Так как для советских женщин трудовая занятость являлась общественно значимой обязанностью, а не предметом выбора, то проблема «мест в детских садах» стала острым социальным вопросом, а также барьером в принятии решения о рождении вторых и последующих детей.

Постсоветский период. Переход от социализма к капитализму, вызвавший глубокий социально-экономический кризис начала 1990-х гг., деформацию морали и т.д., породил целый ряд новых проблем, девиаций в семейно-демографи-ческой сфере и жизни простых людей. На обломках советской системы социальной защиты семьи выстраивалась новая парадигма государственной семейной поддержки. Главными «нововведениями» 1990-х гг. стали:

- «Семейный кодекс Российской Федерации» (принят Государственной Думой 8 декабря 1995 г.);

- новая система пособий для семей с детьми (1995);

- переход от универсальной к адресной системе детских пособий (1999 г.).

Несмотря на «обвал» рождаемости и рост смертности в 1990-х гг., приведших в демографическому феномену «русского креста» (пересечение кривых рождаемости и смертности), демографическая проблема оказалась на периферии семейной политики. В условиях резкого расслоения общества и обнищания большой доли населения главным направлением деятельности государства в семейной сфере в первое постсоветское десятилетие оказалась борьба с семейной бедностью, «социальная защита малообеспеченных и многодетных семей» [4, с. 85]. Введение новых пособий, в том числе ежемесячных выплат на детей в возрасте от 1,5 до 18 лет, размер которых привязывался к минимальному размеру оплаты труда, должно было компенсировать затраты семьи на содержание детей и снизить риск бедности при рождении ребенка. Однако, по расчетам специалистов [4, 84],

размер этих пособий и их вклад в бюджет семьи были крайне незначительными, ввиду чего они теряли свою функцию компенсации расходов на содержание детей.

Стагнация состояния детской дошкольной и внешкольной инфраструктуры (детские сады, дома пионеров стали перепрофилироваться и закрываться), ее коммерциализация еще больше осложнили жизнь семей с детьми. Ситуация с острой нехваткой мест в детских садах отбросила бывший передовым советский опыт на десятилетия назад. В то время как в странах Европы предлагаются все новые и новые форматы общественного ухода за детьми от 0 до 3 лет, от 3 до 5, перед нами стоит задача восстановления потерянных в 1990-х гг. «площадей» дошкольной инфраструктуры.

Новейший этап развития семейной политики характеризуется, прежде всего, своей демографической направленностью. Начиная с Послания Президента Федеральному собранию РФ в 2006 г., демографическая тематика получила особый вес в риторике политических лидеров нашей страны. На авансцену семейной политики вышла поддержка рождаемости. Из всех принятых в последние годы мер, призванных повысить рождаемость, самой дискуссионной оказался материнский (семейный) капитал (введен с 01.01. 2007), главный смысл которого - стимулирование рождения второго ребенка. Ученые по-разному оценивают вклад стимулирующих мер в повышение рождаемости в последние годы (в 2011 г. суммарный коэффициент рождаемости достиг 1,582 [10]). Одни (С. Захаров) счита-

ют, что принятые меры не дали демографического эффекта. Другие (В. Архангельский) доказывают, что усиление материальной поддержки семей с детьми привело к увеличению рождений вторых и третьих детей. Думается, что требуется еще некоторое время, чтобы однозначно ответить на этот вопрос.

Помимо демографической направленности, обозначим еще две специфические особенности нынешнего этапа семейной политики. Во-первых, это плюрализация ее направлений: кампания по устройству детей-сирот в семьи, помощь семьям с детьми-инвалидами, остающаяся актуальной борьба с семейной бедностью, профилактика семейной девиантности и т.д.

Во-вторых, регионализация семейной политики, которая проявилась в передаче значительной доли ответственности за состояние семейно-де-мографической сферы с федерального центра на «плечи» самих регионов. Каждый регион теперь должен сам выстраивать свою «семейную стратегию», исходя из наиболее остро стоящих перед ним проблем.

К сожалению, несмотря на предпринимаемые усилия региональных властей в этом направлении, пока остается больше вопросов, чем понимания того, какие меры нужно принимать для достижения семейно-демографического благополучия. Слишком острыми и многоплановыми оказались семейные проблемы России начала XXI в., являющиеся отражением противоречивой истории российской семьи и семейной политики XX в.

Список литературы

1. Багдасарян В.Э. К вопросу о формировании теории демографической вариативности как новой объяснительной модели демографических процессов. М: Научный эксперт, 2006.

2. Библиотека нормативно-правовых актов Союза Советских Социалистических Республик // Режим доступа: http://www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_4081.htm

3. Вишневский А. Особенности российской рождаемости // Население и общество.2006. № 100. Режим доступа: http://www.demoscope.ru/acrobat/ps100.pdf

4. Елизаров В.В. Демографические и социально-экономические факторы семейной политики в условиях перехода к рынку // Семья в России. 1994. № 1. С. 80-101.

5. Елизаров В.В. Семейная политика: прошлое, настоящее, будущее // Стратегия демографического развития России: рождаемость и семейная политика. Материалы Всероссийской научно-практической конференции 19-20 июня 2013 г. М.: Эконом-инфор, 2013. С.10-28.

6. Коллонтай А. Социальные основы женского вопроса. С.-Петербург, 1909.

7. Образ жизни в советской и постсоветской России: динамика изменений. М.: РГСУ, 2009.

8. Рабжаева М.В. Историко-социальный анализ семейной политики в России XX века // Социологические исследования. 2004. № 6. С. 89-97.

9. Резолюция Центрального комитета КПСС и Совета министров СССР «О мерах усиления государственной поддержки семей с детьми» 22.01.1981 // Библиотека нормативно-правовых актов Союза Советских Социалистических Республик // Режим доступа http://www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_4081.htm

10. Федеральная служба государственной статистики // Режим доступа www.gks.ru

Об авторе

Носкова Антонина Вячеславовна - д.социол.н., профессор кафедры социологии МГИМО(У) МИД России.

E-mail: avnoskova@mail.ru

A.B. HocKOBa

EVOLUTION OF STATE FAMILY POLICY IN RUSSIA FROM SOVIET TIMES

TO THE PRESENT

A.V. Noskova

Moscow State Institute of International Relations (University), 76, Prospect Vernadskogo, Moscow, 119454, Russia.

Abstract: The paper describes some peculiarities in evolution of the State family politics and policies in Russia since the beginning of the XX century to present time. The aim of the paper is to shed light on the family state policy in Russia during the different periods of time. We define here the family state policy widely enough as the various state activity (ideological, legislative, economic, social) concerning institute of family. The analysis of the state measures concerning the family in different social and political contexts allowed us to allocate the five main stages and models of the family state policy in Russia. They are: the post-revolutionary model (1917-1926), the «Stalin» model (1927-1953), the "welfare"Soviet model (1954-1991), the yearly postSoviet model (1991-2005), the modern model (since 2006). The paper is based on the some demographic and sociological surveys data and devoted to an analysis of the family changes in these various periods. On the one hand, the family policies were a reaction to new social requirements and demographic changes (decline of fertility, for example). On the other hand, the state activity concerning a family itself caused transitions in the family institute. We show how various measures of soviet and post-soviet family policies and public interventions in family life have influenced on the family relations.

Keywords: family politic, family policies, changes in the state family policy in Russia, demographic and family changes, public childcare.

References

1. Bagdasarian V.E. K voprosu o formirovanii teorii demograficheskoi variativnosti kak novoi ob"iasnitel'noi modeli demograficheskikh protsessov [To a question of formation of the theory of demographic variability as a new explanatory model of demographic processes]. Moscow, Nauchnyi ekspert, 2006.

2. Biblioteka normativno-pravovykh aktov Soiuza Sovetskikh Sotsialisticheskikh respublik [Library of normative legal acts of the USSR]. Available at: http://www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_4081.htm (accessed 17 September 2013).

3. Vishnevskii A. Osobennosti rossiiskoi rozhdaemosti [The peculiarities of the Russian birth rate. Naselenie i obshchestvo [Population and Society] № 100. 2006. Available at: http://www.demoscope.ru/acrobat/ps100.pdf (accessed 17 September 2013).

4. Elizarov V.V. Demograficheskie i sotsial'no-ekonomicheskie faktory semeinoi politiki v usloviiakh perekhoda k rynku [Demographic and socio-economic factors of family policy in the conditions of transition to the market]. Sem'ia v Rossii [The Family in Russia]. 1994. № 1. pp. 80-101.

5. Elizarov V.V. Semeinaia politika: proshloe, nastoiashchee, budushchee [Family policy: last, real, future]. Strategiia demograficheskogo razvitiia Rossii: rozhdaemost' i semeinaia politika. Materialy Vserossiiskoi nauchno-prakticheskoi konferentsii 19-20 iiunia 2013 [Strategy of demographic development of Russia: birth rate and family policy. Materials of the All-Russian scientific and practical conference June 19-20, 2013]. Moscow: Ekonom-infor, 2013. pp.10-28.

6. Kollontai A. Sotsial'nye osnovy zhenskogo voprosa [Social bases of the women's issue]. S-Peterburg, 1909.

7. Obraz zhizni v sovetskoi i postsovetskoi Rossii: dinamika izmenenii [Way of life in the Soviet and Post-Soviet Russia: dynamics of changes]. Moscow: RGSU, 2009.

8. Rabzhaeva M.V. Istoriko-sotsial'nyi analiz semeinoi politiki v Rossii XX veka [The historical and social analysis of family policy in Russia in the XX century]. Sotsiologicheskie issledovaniia [Sociological Studies]. № 6. 2004. pp. 89-97.

9. Rezoliutsiia Tsentral'nogo komiteta KPSS i Soveta ministrov SSSR «O merakh usileniia gosudarstvennoi podderzhki semei s det'mi» 22.01.1981 [The resolution of the Central committee of CPSU and Council of ministers of the USSR "About measures of strengthening of the state support of families with children" 22.01.1981]. Biblioteka normativno-pravovykh aktov Soiuza Sovetskikh Sotsialisticheskikh respublik [Library of normative legal acts of the Union of the Soviet Socialist republics]. Available at: http://www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_4081.htm (accessed 17 September 2013).

10. Federal'naia sluzhba gosudarstvennoi statistiki [Federal State Statistics Service]. Available at: www.gks.ru (accessed 17 September 2013).

About the author

Antonina V. Noskova - Doctor of Sociology, Professor in the Department of Sociology of Moscow State Institute of International Relations. E-mail: avnoskova@mail.ru