Организация исполнительного производства на кризисных этапах развития отечественного государства (на примере Великой отечественной войны)

8. Skelton T. and Valentine G. (eds) Cool Places: An Introduction to Youth and Youth Cultures. London: Routledge, 1998. - 402 p.

ОРГАНИЗАЦИЯ ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО ПРОИЗВОДСТВА НА КРИЗИСНЫХ ЭТАПАХ РАЗВИТИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ГОСУДАРСТВА

Маркин В.Ю., аспирант кафедры теории и истории государства и права Курский государственный университет г. Курск, Россия

В настоящей работе рассматривается один из важнейших институтов судебной системы - институт исполнительного производства. Исследование в области организации и деятельности судебных учреждений и органов по приведению в исполнение судебных актов в период 1941-1945 годы позволит в случае возникновения кризисных условий правильно и своевременно выработать направления государственной политики по сохранению судебной системы, эффективному отправлению правосудия с целью защиты прав и интересов граждан, организаций, государства. Подобные меры можно будет применить надлежащим образом только при условии их рассмотрения с помощью историко-правового анализа аналогичной ситуации.

Очередной этап судебной реформы, проводимой в нашей стране, актуализирует исследования, направленные на изучение и разработку оптимальных моделей судоустройства и судопроизводства. Данные факторы непосредственно способствуют повышению интереса к различным аспектам истории правосудия и механизму исполнения судебных актов, в том числе, и на кризисных этапах развития государства, которым и являлась по своей сути Великая Отечественная война.

Институт исполнения судебных актов, как один из способов защиты прав и законных интересов, как взыскателя, так и должника, в отечественном государстве прошел длительный путь становления и развития. На различных этапах развития, в частности, советского государства, данный институт претерпевал множество изменений, однако его значение для успешного функционирования судебной системы оставалось неизменным. Без исполненных надлежащим образом судебных актов весь правоприменительный процесс утрачивает свой смысл и назначение, доступ к правосудию остается нереализованным. Особое значение исполнение судебных актов приобретает в военный период, когда необходима не только защита конституционного строя и территориальной целостности государства, но и сохранение и поддержание «внутреннего» правопорядка в обществе посредством судебной власти. Подобное исследование поможет в случае возникновения чрезвычайных обстоятельств быстро и эффективно выработать комплекс мер по сохранению и поддержанию эффективности реализации судебной власти.

Представляемая научная статья - попытка типологического анализа опыта функционирования как судебной системы советского государства в годы Великой Отечественной войны, так и органически связанного с ней института принудительного исполнения судебных актов, в частности, по категориям гражданских дел. Ввиду этого в настоящей работе первоначально, кратко будет рассмотрена судебная система, а затем институт исполнительного производства.

Выбор указанных хронологических рамок объясняется тем, что чрезвычайные условия Великой отечественной войны поставили новые задачи перед судебной системой страны. С одной стороны - это приведение в исполнение мер по противодействию дезертирству на фронте и в тылу, жесткие меры по предотвращению нарушения государственной дисциплины, меры против халатности и расточительства, где ведущую роль исполняли военные трибуналы. С другой стороны - проведение жесткой судебной политики посредством осуществления мер, направленных на укрепление авторитета судебной власти в обществе, поддержание эффективности отправления (реализации) правосудия, защита прав и охрана законных интересов граждан в судах общей юрисдикции, приведение в исполнение решений и приговоров суда. Актуальность данной темы также заключается в том, что в историко-правовой науке вопросы исполнительного производства по гражданским делам в годы ВОВ рассматриваются весьма кратко.

Основополагающим законодательным актом, определившим порядок и особенности судопроизводства в чрезвычайных условиях войны, был Указ Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года «О военном положении» (далее по тексту: Указ о военном положении) [1]. В дополнение к Указу о военном положении Президиумом Верховного Совета СССР 22 июня 1941 года был издан Указ «Об объявлении в отдельных местностях СССР военного положения», который устанавливал перечень из 26 территорий, переведенных на военное положение [2]. Деятельность судебных учреждений отечественного государства в период с 1941-1945гг. можно условно разделить на три большие группы:

- рассмотрение уголовных дел и приведение в исполнение приговоров военных трибуналов;

- производство по гражданским и уголовным делам в судах общей юрисдикции;

- деятельность высших судебных органов государства, которые исполняли не только функции судов первой и второй инстанции, но и осуществляли координационную политику и руководство деятельностью нижестоящих судов, принимали меры по улучшению эффективности отправления правосудия во всех судебных учреждениях страны.

Основной «боевой» единицей судебной системы исходя из специфики военного времени, были военные трибуналы. Подсудность дел военным трибуналам была подробно регламентирована в п.п. 8,9,10 раздела 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года «Об утверждении Положения о военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении, и в районах военных действий» [3]. Следует отметить, что по мере развития военных действий подсудность дел военным трибуналам была расширена. Как отмечает А. Смыкалин, всю систему военных трибуналов действовавших в годы войны, можно структурировать следующим образом:

- военные трибуналы Красной Армии;

- военные трибуналы Военно-Морского флота;

- военные трибуналы войск НКВД;

- военные трибуналы железнодорожного и водного транспорта;

- военные трибуналы прифронтовых районов [4].

Представляется, что за основу данной классификации был избран критерий «по принадлежности к соответствующим органам государственной власти». Данная система возглавлялась непосредственно военной коллегией Верховного Суда СССР, которая выполняла функции суда первой и второй инстанции, кассационной инстанции, в случае если мерой наказания была избрана смертная казнь, осуществляла надзорную деятельность за всеми военными трибуналами страны, за исключением военных трибуналов путей сообщения [5]. Наряду с военными трибуналами значительную роль в противодействии преступности в годы войны исполняли также и народные суды, в мест-202

ностях, не находившихся на военном положении. Об этом свидетельствует и факт появления отдельных видов преступления, которые не были предусмотрены Уголовным кодексом РСФСР 1926 года: нарушение светомаскировки, продажа эвакуированного скота, кража личного имущества в период эвакуации, хищения имущества из квартир эвакуированных граждан и т.д.

Особо стоит отметить работу Верховного Суда РСФСР, которая, несмотря на кризисное время, на всем протяжении войны была направлена на сохранение и совершенствование судебной системы. В подтверждение данных обстоятельств, можно привести факт выезда работников Верховного суда РСФСР в освобожденные области с целью восстановления судебных органов на местах, проведение работы по повышению квалификации судей, в местностях, находящихся на военном положении [6].

В отечественной историко-правовой науке вопросы, связанные с организацией и деятельностью судебных органов, а также органов по приведению в исполнение приговоров военных трибуналов, а равно и судов общей юрисдикции по уголовным делам подробно изучены в работах

А. Смыкалина, В.В. Обухова, М.В. Кожевникова, Н.В. Крыленко, и дальнейшего рассмотрения в данной статье не предполагают [7].

В настоящей работе считаю необходимым акцентировать внимание именно на работе судебных исполнителей по приведению в исполнение решений судов общей юрисдикции по гражданским делам. Именно судебные исполнители в военное время фактически были единственным органом, которые обеспечивали правильное и своевременное исполнение судебных актов по гражданским делам, а как следствие этого -защиту прав и законных интересов граждан.

Центральным законодательным актом, определившим порядок принудительного исполнения судебных актов того времени была Инструкция Народного Комиссариата юстиции СССР от 28 сентября 1939 года «О порядке исполнения судебных решений» (далее по тексту: Инструкция 1939 года). Именно данным актом был окончательно сформирован механизм исполнения судебных решений, существовавший в 19301940-е годы, в частности, в период с 1941-1945 годы с соответствующим поправками на военное время. В соответствии с п. 1 Инструкции 1939 года исполнение решений и определений по гражданским делам и исполнение приговоров по уголовным делам в части имущественных взысканий производилось судебными исполнителями. Требования, которые предъявлялись судебными исполнителями по исполнению судебных приговоров, решений и определений были обязательны для всех должностных лиц и граждан. Основным исполнительным документом, подтверждающим обоснованность и правомерность требований взыскателя, был исполнительный лист. По общему правилу, судебный исполнитель производил исполнительные действия в месте жительства, или в месте работы должника, или в месте нахождения имущества должника на территории деятельности того суда, при котором состоял судебный исполнитель [8].

Как следует из положений ст. 79 Закона от 16 августа 1938 года «О судоустройстве СССР, Союзных и Автономных республик» (далее по тексту: Закон о судоустройстве СССР) судебные исполнители состояли при народных судах, при окружных, краевых, областных судах, судах автономных областей, Верховных Судах автономных и союзных республик и назначались Народным Комиссариатом юстиции союзной республики, а в автономных республиках - Народным Комиссариатом юстиции автономной республики [9].

В первые годы войны были внесены некоторые изменения в судебную систему, в связи с введением на отдельных территориях СССР военного положения. Например, Постановлением Военного совета Западного фронта с 25 октября 1941 года реорганизации в военные трибуналы подлежали все судебные учреждения города Москвы и

Московской области. Городской суд и народные суды столицы были преобразованы в военный трибунал города Москвы [10]. Что касается отправления правосудия по гражданским делам, то для этих целей в каждом районе Москвы сохранялся участок народного суда, который действовал на прежних основаниях и осуществлял соответственно гражданское судопроизводство. По мере освобождения от немецких войск оккупированных территорий военные трибуналы переформировывались в суды общей юрисдикции. Однако только в августе 1942 года начался процесс восстановления сети народных судов города Москвы по штатам довоенного времени [11].

Как было упомянуто выше, при народных судах предусматривалась должность судебного исполнителя. Общую динамику и особенности приведения в исполнение решений по категориям гражданских дел можно проследить по отдельным законодательным актам, принятых в годы войны.

Их можно условно разделить на две группы:

- акты процессуального характера, направленные на правильное и своевременное привидение в исполнение судебного решения;

- акты организационного характера, направленные на обеспечение деятельности судебных исполнителей.

К первой группе таких актов можно отнести Инструкцию Народного Комиссариата юстиции СССР от 22 апреля 1942 года «О порядке выдачи дубликатов исполнительных листов в случае утраты по обстоятельствам военного времени, судебного или исполнительного производства» (далее по тексту: Инструкция 1942 года). В соответствии с Инструкцией 1942 года устанавливался перечень обстоятельств для выдачи дубликата исполнительного листа по отдельным категориям дел:

- по делам о возмещении ущерба от растрат и хищений;

- по делам о взыскании алиментов;

- по делам, возникших вследствие причинения вреда (увечья);

- по делам о спорах между предприятиями, учреждениями,

организациями.

Для конкретной категории дел устанавливался свой перечень документов, на основании которых выдавался дубликат исполнительного листа. Согласно п.1 Инструкции 1942 года рассмотрение заявлений о выдаче дубликатов исполнительных листов производилось судами в общем порядке, который был предусмотрен ст. 190 Гражданского процессуального кодекса РСФСР от 10 июля 1923 года (далее по тексту: ГПК РСФСР) и соответствующими статьями ГПК других союзных республик [12].

Данным законодательным актом подтверждался факт повышения активности взыскателей по указанным категориям гражданских дел, в связи с тем, что исполнительный лист - основной документ по которому производилось взыскание. В связи с тем, что данным правоотношениям потребовалась дополнительная нормативная регуляция со стороны высших судебных органов, то такие обстоятельства служат подтверждением того, что количество обращений граждан для получения дубликатов исполнительных листов с последующим производством взыскания по ним было существенным. Соответственно это привело и к увеличению нагрузки судебных исполнителей.

Еще одной категорией дел, по которым также в значительных объемах в годы войны судебными исполнителями осуществлялось исполнение были жилищные споры. Можно привести следующие примеры:

- судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда СССР 18 октября 1943 года было принято Определение «Поворот исполнения может последовать только в результате отмены и изменения судебного решения вышестоящим судом ». В данном акте содержалось разъяснения о правомерности приведения в исполнение судебным исполнителем решения народного суда 3-го участка Москворецкого района 204

города Москвы по делу о выселении гражданина Васина из квартиры, принадлежащей гражданке Выгодской. По итогам рассмотрения данного дела Судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда СССР процессуальных нарушений при исполнении решения народного суда от 13 июля 1943 года со стороны судебного исполнителя выявлено не было [13];

- судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда СССР 11 августа 1942 года было принято Определение «Приобретатель имущества с публичных торгов является его собственником», где содержались разъяснение по приведению в исполнение решения народного суда по делу гражданки А. Рублевой к гражданину К. Андреа-сяну по возврату жилой комнаты, приобретенной на торгах [14].

- судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда СССР 06 ноября 1944 года было принято Определение «Предоставление в порядке ст. 182 ГПК отсрочки исполнения решения является исключительной мерой, которая должна применяться судом в крайних случаях». В данном определении разъяснялся оптимальный и эффективный порядок приведения в исполнение определения народного суда от 15 сентября 1944 года по делу о выселении гражданина Изотовича с жилой площади гражданина Ануфриева [15].

Это всего лишь несколько примеров из судебной практики, подтверждающих, что несмотря на тяжелые условия военного времени судебными исполнителями производилось надлежащим образом исполнение решений народных судов по жилищным спорам, а со стороны высших судебных органов велась разъяснительная работа посредством обобщения судебной практики с целью совершенствования как института исполнительного производства, так и деятельности отдельных судебных учреждений страны.

Примечательным представляются и положения Инструкции Народного Комиссариата юстиции СССР от 1 февраля 1945 года №7 «О порядке рассмотрения судами дел о взыскании недоимок по обязательным натуральным поставкам, налогам, обязательному окладному страхованию, самообложению и не внесенных в срок штрафов» (далее по тексту: Инструкция 1945 года). В соответствии с п. 7 данного акта дела о взыскании административных штрафов с лиц, призванных в Красную Армию и Военно-Морской Флот и которые не были рассмотрены судами, также подлежали прекращению [16]. А в соответствии с постановлением Пленума Верховного суда СССР от 11 октября 1941 года №42/24/у исполнение судебных решений о взыскании административных штрафов с указанных лиц также подлежало прекращению [17]. Придавая исключительно важное значение предписаниям судебного исполнителя, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда СССР 07 апреля 1941 года постановила Определение, в соответствии с которым материальная ответственность лиц и учреждений на основании ст. 291 ГПК имела место лишь в тех случаях, когда неправильные действия учреждений и лиц являлись результатом неисполнения ими предписаний судебного исполнителя [18].

В числе актов второй группы, которым, как отмечалось выше, был свойственен организационный характер, хотелось бы особо выделить Приказ Народного Комиссариата юстиции СССР от 04 июля 1941 года №107 «О выплате судебным исполнителям премиального вознаграждения за работу по взысканию денежных сумм в возмещении ущерба от растрат и хищений» (далее по тексту: Приказ №107). Особенности этого акта заключались в следующем:

- несмотря на кризисные условия, устанавливалось дополнительное стимулирование деятельности судебных исполнителей с целью усиления материальной базы их деятельности посредством премиальных выплат. Так в соответствии с п. 1 Приказа №107 устанавливались 01 июля 1941 года выплаты судебным исполнителям из сумм,

взысканных ими в пользу государственных, кооперативных и общественных организаций по делам о растратах и хищениях, премиального вознаграждения в размере 5% от взысканных сумм;

- содержание в том же акте инструкции, которая подробно регламентировала порядок и особенности производства таких выплат [19].

В последствии, Приказом Народного Комиссариата юстиции от 12 июня 1943 года №49 «Об изменение инструкции НКЮ СССР от 04 июля 1941 г. «О порядке выплаты премиального вознаграждения судебным исполнителям за работу по взысканию денежных сумм в возмещение ущерба от растрат и хищений» порядок выплаты премиальных вознаграждений судебным исполнителям был несколько изменен. Такие выплаты производились в независимости от срока взыскания сумм с соответствующих лиц [20].

Подводя итог всему вышесказанному, можно сформулировать следующие выводы о деятельности судебной системы и об организации исполнительного производства в период с 1941-1945 годы:

- несмотря на крайне тяжелые условия, которые поставила перед государством Великая Отечественная война, работникам судебных учреждений нашего государства удалось обеспечить надлежащий порядок уголовного и гражданского судопроизводства, доказать жизнеспособность судебной системы и сохранить важнейшие принципы осуществления правосудия: устность, непосредственность, гласность, право обвиняемого на защиту, независимость судей и подчинение их только закону;

- необходимо отметить и надлежащим образом поставленную работу судебных исполнителей. Как показывает судебная практика того времени, процессуальные ошибки допускались именно со стороны народных судей, а не со стороны судебных исполнителей. На всем протяжении войны они (судебные исполнители) должным образом исполняли свои обязанности по приведению в исполнение судебных актов. При поддержке Высших государственных органов, их координационной политики и рекомендательных указаний, в целом, организация исполнительного производства в военный период заслуживает высокой оценки;

- особо хотелось бы подчеркнуть значимость подобных исследований. Именно, изучая реально существовавшие ситуации на отдельных этапах развития отечественного государства, мы сможем приблизиться к построению наиболее точных по своему содержанию моделей организации и работы судебной системы, органов принудительного исполнения в кризисных условиях. Такие исследования помогут спрогнозировать развитие судебной системы, правильно и своевременно произвести оценку эффективности ее деятельности в сложившихся обстоятельствах.

Литература

1.Указ Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года «О военном положении» // Ведомости Верховного Совета СССР. 1941. №29.

2. Указ Президиума Верховного Совета СССР 22 июня 1941 года «Об объявлении в отдельных местностях СССР военного положения» // Ведомости Верховного Совета СССР. 1941. №29.

3. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года «Об утверждении Положения о военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении, и в районах военных действий» // Ведомости Верховного Совета СССР. 1941. №29.

4. Смыкалин А. Судебная система в годы Великой Отечественной войны //Российская юстиция. 2002. №9. С. 40.

5. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года «Об утверждении Положения о военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении, и в районах военных действий» // Ведомости Верховного Совета СССР. 1941. №29.

6. Смыкалин А. Указ. соч. С. 41.

7. Смыкалин А. Указ. Соч.; Обухов В.В. Правовые основы организации и деятельности военных трибуналов войск НКВД СССР в годы Великой Отечественной войны 1941-1945гг (историко-правовое исследование).

Автореф. дисс... канд. юрид. наук. - М., 2002.; Кожевников М.В. История советского суда. 1917-1956гг. - М., 1957.; Крыленко В.В. Советское правосудие. Суд и прокуратура в СССР. 2-е изд., испр. - М., 1957.

8. Инструкция Народного Комиссариата юстиции СССР от 28 сентября 1939 года «О порядке исполнения судебных решений».- М., 1952. Ст.ст.1-5.

9. Закон от 16 августа 1938 года «О судоустройстве СССР, Союзных и Автономных республик» // Ведомости Верховного Совета СССР. 1948. №38.

10. Постановление Военного совета Западного фронта от 25 октября 1941 года // http://bdsa.ru/documents/html/donesoktober41/411025.html.

11. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 06 ноября 1944 года //Судебная практика Верховного суда СССР. 1944. №9. С. 9.

12. Инструкция Народного Комиссариата юстиции СССР от 22 апреля 1942 года «О порядке выдачи дубликатов исполнительных листов в случае утраты по обстоятельствам военного времени, судебного или исполнительного производства» // Сборник приказов и инструкций Министерства юстиции СССР 1936-1948 гг. - М., 1949. С. 246.

13. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 18 октября 1943 года // Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда Союза ССР, 1943 год. - М., 1948. С. 291.

14. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 11 августа 1942 года // Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1942 год. - М., 1947. С.138.

15. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 01 июня 1944 года // Судебная практика Верховного суда СССР. - М., 1944. №6. С. 14.

16. Инструкция Народного Комиссариата юстиции СССР от 1 февраля 1945 года №7 «О порядке рассмотрения судами дел о взыскании недоимок по обязательным натуральным поставкам, налогам, обязательному окладному страхованию, самообложению и не внесенных в срок штрафов» // Сборник приказов и инструкций Министерства юстиции СССР 1936-1938гг. - М., 1949. С. 318.

17. Постановление Пленума Верховного суда СССР от 11 октября 1941 года №42/24/у // Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1941 год. - М., 1947. С. 304.

18. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 07 апреля 1941 года // Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1941 год. - М., 1947. С. 159.

19. Приказ Народного Комиссариата юстиции СССР от 04 июля 1941 года №107 «О выплате судебным исполнителям премиального вознаграждения за работу по взысканию денежных сумм в возмещении ущерба от растрат и хищений» // Сборник приказов и инструкций Министерства юстиции СССР 1936-1948гг. - М., 1949. С. 21.

20. Приказ Народного Комиссариата юстиции от 12 июня 1943 года №49 «Об изменение инструкции НКЮ СССР от 04 июля 1941 г. «О порядке выплаты премиаль-

ного вознаграждения судебным исполнителям за работу по взысканию денежных сумм в возмещение ущерба от растрат и хищений» // Сборник приказов и инструкций Министерства юстиции СССР 1936-1948гг. - М., 1949. С. 24.

«СЕРВИСНАЯ» МОДЕЛЬ ГОСУДАРСТВА НА МУНИЦИПАЛЬНОМ УРОВНЕ: ВОПРОС ТЕРМИНОЛОГИИ

Мартынова С.Э., канд. филол. наук, доцент Томский государственный университет г. Томск, Россия

В статье рассматривается процесс распространения модели «сервисного» государства в РФ на муниципальный уровень и соответственно поднимается вопрос корректного терминологического обозначения данных преобразований. Показана ведущая роль государства в развитии «сервисного» публичного управления, обоснована правомерность использования в термине сочетания понятий «модель государства» и «муниципальный уровень».

The article is devoted to the problem of "service " state model on the municipal level in the Russian Federation and the terminological denotation correctness of the given reforms is accordingly broached. The leading role of the government in the development of public "service management" is pointed out and the appropriateness of terminological usage of the following phrases as "state model" and "municipal level" are proved.

О реализации в России «сервисной» модели государства, которая предусматривает понимание граждан как пользователей государственных услуг, а государство - как институт, предоставляющий качественные услуги [1, 2], фактически было заявлено уже в концепции Административной реформы в РФ [3]. В этом документе появились понятия «государственные и муниципальные услуги», как первая цель реформы было обозначено повышение качества и доступности услуг, а деятельность органов исполнительной власти была сориентирована «на интересы пользователей». Некоторые подступы к таким формулировкам были сделаны еще в Указе Президента РФ № 824 от 23 июля 2003 г. «О мерах по проведению административной реформы в 2003 - 2004 годах», где упоминалось о предоставлении «государственными организациями услуг» [4]. Кроме того, В.В.Путин в 2004 г. заявлял о том, что в результате преобразований «каждый гражданин будет не только знать, но и будет иметь возможность реально требовать тот уровень и то качество услуг, которые ему обязаны предоставить конкретные уровни власти» [5].

Термин «сервисное» государство в последние пару лет стали употреблять напрямую. Так, заместитель Министра экономического развития и торговли А.Шаронов квалифицировал преобразования в Министерстве как инструмент, который позволит реализовать концепцию «сервисного государства» [6]. В 2010 г. Минэкономразвития совместно со Всемирным банком провели Первый Всероссийский форум, в названии которого присутствовала фраза «от бюрократии к сервисному государству» [7]. И, наконец, Э.С. Набиуллина, Министр экономического развития, изложила развернутые представления о «сервисном» государстве, которые обозначены в разрабатываемой Концепции снижения административных барьеров и повышения доступности государственных услуг на 2011-2013 годы. В этом проекте сформулировано «концептуальное видение системы исполнительной власти», которое определилось как модель «компактного, сервисно ориентированного государства». Под «сервисной ориентированно-208