ЭВОЛЮЦИЯ АРТИЛЛЕРИЙСКОЙ ПОДГОТОВКИ

Эволюция артиллерийской подготовки

Генерал-полковник в отставке В.Н. ЗАРИЦКИЙ, доктор военных наук

Полковник АЛ. ЕДЕМСКИЙ, кандидат технических наук

АННОТАЦИЯ

Представлена история развития артиллерийской подготовки атаки, полезные уроки ее организации и проведения, актуальные в современных локальных войнах и вооруженных конфликтах.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА

Артиллерийская подготовка, артиллерийская поддержка, внезапность, взаимодействие, наступательная операция, ложный перенос огня.

ABSTRACT

The paper offers a history of progress in artillery softening-up for attack, and cites useful lessons of its organization and conduct still topical in contemporary local wars and armed conflicts.

KEYWORDS

Artillery preparation, artillery support, surprise, interaction, offensive operation, dummy shift of fire.

АНАЛИЗ боевого применения артиллерии в военных конфликтах последних лет показывает, что эффективность ее могла бы быть значительно выше, если бы артиллеристы использовали боевой опыт своих отцов и дедов. Речь в первую очередь идет об артиллерийской подготовке атаки.

Советская военная энциклопедия (1976), Словарь ракетных и артиллерийских терминов (1989), Военно-энциклопедический словарь (2007) под артиллерийской подготовкой понимают боевые действия артиллерии, непосредственно предшествующие атаке пехоты и танков, заключающиеся в подавлении и разрушении объектов обороны противника заранее организованным, тщательно спланированным массированным огнем с целью лишения обороняющегося возможности оказать организованное сопротивление атакующим войскам. В боевых уставах научного определения артиллерийской подготовки нет, они устанавливают ее цели. Таковыми целями являются нанесение противнику заданного ущерба и изменение соотношения в силах и средствах до уровня, обеспечивающего необходимое превосходство над ним.

С точки зрения истории элементы артиллерийской подготовки появились в XIV—XVI веках, когда артиллерия перед штурмом подвергала бомбардировке крепости и укрепленные позиции противника. Так, при осаде Казани войском Ивана Грозного в 1552 году 150 пушек обстреливали крепость больше месяца. Летом 1704 года 100 орудий осадной артиллерии Петра Великого 10 дней бомбардировали крепость Нарва перед ее штурмом. Такие действия по сути являлись артиллерийской подготовкой штурма крепостей силами осадной артиллерии. А вот в полевых сражениях роль артиллерии до начала XVIII века была довольно скромной. Русская полевая артиллерия нового строя получила боевое крещение в Полтавской битве 27 июня 1709 года, когда победа была одержана во многом благодаря ее действиям. Стоящая в первой линии полевая артиллерия вела огонь прямой наводкой по боевым порядкам шведского войска непосредственно перед атакой, что,

по сути, можно считать прообразом артиллерийской подготовки. В XIX веке совершенствование артиллерийской подготовки неразрывно связано с именем французского императора Наполеона I. Верный своему принципу — бить врага в решительный момент на решающем участке, Наполеон с необычайным искусством умел быстро массировать огонь корпусной и дивизионной артиллерии по важным объектам. Целями для массирования огня являлись не только готовые к бою войска противника, но и места, удобные для сосредоточения войск и оказания сопротивления. Артиллерия армии Наполеона вела огонь по таким местам еще до начала сражения, предопределяя успех своих войск. Большинство артиллерийских начальников того времени были настолько впечатлены артиллерийским искусством Наполеона, что еще более полувека, вплоть до появления нарезной артиллерии, они просто копировали наполеоновские приемы боевого применения артиллерии.

Сильный толчок развитию теории и практики боевого применения артиллерии дала Первая мировая война (1914—1918). Именно в те годы в боевых уставах и наставлениях официально появился термин «артиллерийская подготовка атаки», а также «артиллерийская поддержка атаки».

До Первой мировой войны боевые действия русской артиллерии регламентировались «Наставлением для действий полевой артиллерии в бою» и «Уставом полевой службы» от 1912 года. В данных документах имелись некоторые указания общего характера о действиях артиллерии при атаке и обороне укрепленной позиции. Однако в них не велось речи ни об артиллерийской подготовке, ни об артиллерийской поддержке атаки. Тактика артиллерии была довольно простой. Артиллерии не ставилось определенных задач по подготовке

атаки своей пехоты или кавалерии. В случае удачного продвижения своих войск артиллерия вела огонь по собственному усмотрению, стреляя по тем целям, которые ей казались в данный момент наиболее опасными. Взаимодействие артиллерии с пехотой и кавалерией отсутствовало. Из видов огня существовали только два — огонь по пехоте и огонь по артиллерии противника. Никаких расчетов для планирования огня не проводили, таблицы огня не составляли, централизация управления огнем и массирование огня отсутствовали. Высшим централизующим органом в артиллерии был командир дивизиона. Командир артиллерийского полка или бригады выполнял обычно функции административные и инспекторские, не являясь даже советником при общевойсковом начальнике.

На полях сражений Первой мировой войны проявилась несостоятельность такого подхода. Воюющие стороны убедились, что «без предварительной артиллерийской подготовки атака пехоты оказывалась невозможной даже в условиях открытого маневренного боя; атака же сколько-нибудь укрепившегося противника, хотя бы укрывшегося в полевых окопах, безусловно, не имела успеха и вела к огромным напрасным потерям пехоты»1. Кроме того, война дала ряд поучительных уроков артиллерийской подготовки атаки.

Изучая опыт боевого применения артиллерии в 1915—1917 годах, можно отметить стремление всех воюющих армий к длительной артиллерийской подготовке2. Наступательным операциям французской армии 1915 года в Шампани и в Артуа предшествовала артиллерийская подготовка в течение 3 и 5 суток. Плотность артиллерии достигала 55 орудий на 1 км фронта. В1916и1917 годах перед операциями во Фландрии и на реках Сомма и Эн проводилась артиллерий-

ская подготовка в течение 7,9 и 16 суток. Плотность артиллерии достигала уже 150 орудий на 1 км. Инструкции генеральных штабов армий требовали от артиллерии «уничтожения всего живого». «Артиллерия разрушает, пехота наводняет», — говорилось во второй инструкции французского генерала Ж. Жоффра от 16 января 1916 года. Англичане считали, что артиллерийская подготовка должна быть такой, чтобы пехота «с трубками в зубах могла идти в атаку».

Однако даже при массировании большого количества артиллерии и многодневной артиллерийской подготовке наступление получалось не всегда. Титанические усилия артиллерии с неимоверным расходом снарядов позволяли достигнуть лишь местных тактических успехов, в лучшем случае глубиной до 15 км.

Сильный толчок развитию теории и практики боевого применения артиллерии дала Первая мировая война (1914—1918). Именно в те годы в боевых уставах и наставлениях

официально появился термин «артиллерийская

подготовка атаки», а также «артиллерийская поддержка атаки».

Взгляды на артиллерийскую подготовку сильно изменились в 1918 году. Из анализа причин неудачных наступлений были сделаны правильные выводы. Продолжительная артиллерийская подготовка лишала атаку внезапности. Генерал Е.З. Барсуков по этому поводу писал: «Длительность артиллерийской подготовки при наступлении исключала один из важнейших факторов, обеспечивающих боевой успех, — эле-

мент внезапности. Противник получал возможность открыть намерения наступающего и принять все меры к ликвидации достигнутого противником успеха. Он успевал подтянуть нужные силы к угрожаемому пункту; позади первых линий обороны вырастали новые — наступление захлебывалось и нередко, после контратак свежими силами, заканчивалось неудачей (с большими потерями) и возвращением на исходные позиции».

Внезапность наступления требовала короткой артиллерийской подготовки, измеряемой не днями, а несколькими часами. Первыми короткую артиллерийскую подготовку осуществили немцы. Весной 1918 года они с полной внезапностью осуществили прорыв фронта англо-французских войск в Пикардии. Атака была подготовлена на широком фронте — до 100 км. Для обеспечения внезапности прорыва продолжительность артиллерийской подготовки была сокращена до 5 часов. С этого момента многодневные артиллерийские подготовки больше не практиковались. В последующих операциях время артиллерийской подготовки сократилось до 2 часов.

Естественно, короткая артиллерийская подготовка не позволяла уничтожить все огневые средства в полосе обороны противника, артиллерии перестали ставить задачу «все разрушить». Основными задачами стали «нейтрализация» огневых средств неприятельской артиллерии и пехоты. Теперь артиллерия в ходе короткой артиллерийской подготовки должна была подавить своим огнем, т. е. привести в небоеспособное состояние на некоторое время, цели противника в полосе и на флангах предстоящего наступления.

Таким образом, опыт войны подтвердил, что более эффективное подавление обороны противника в период артиллерийской подготов-

ки и обеспечение внезапности атаки должны достигаться за счет сокращения времени и увеличения плотности артиллерии на участке прорыва.

Другим уроком Первой мировой войны стало «...повсеместное признание необходимости тесного взаимодействия артиллерии с пехотой. Осуществление этого взаимодействия отныне мыслилось не только установлением и поддержанием надежной связи между пехотой и артиллерией, но и жестким (насколько это позволяла боевая действительность) планированием действий обоих родов войск в пространстве и во времени, чтобы обеспечить совместное ведение боя, стремление к достижению общей цели, даже при отсутствии связи»3. Успешные наступательные операции русских войск на Юго-Западном фронте летом 1917 года подтвердили целесообразность разработки конкретного плана боевого применения артиллерии в наступлении. В плане определялась группировка артиллерии, распределение средств разведки и наблюдения, порядок выполнения огневых задач артиллерийскими группами в период артиллерийской подготовки и последующей артиллерийской поддержки атаки пехоты, схема огня и порядок перемещения артиллерии. На основе плана боевого применения артиллерии разрабатывались боевые приказы каждой батарее. В приказе указывались районы огневых позиций, места наблюдательных пунктов, районы (секторы) наблюдения, время и цели для пристрелки, время ведения огня по периодам, темп стрельбы и расход снарядов на орудие, порядок переподчинения при сопровождении пехоты после артиллерийской подготовки, способы связи с общевойсковыми командирами, организация обеспечения боеприпасами. Примечательно, что все командиры, начиная от командиров

рот (батарей), получали графические планы с нанесенными на них целями и местными предметами, графики с порядком ведения огня по периодам действий артиллерии. Современные «плановые таблицы» и «таблицы огня» для артиллерийской подготов-

ки и последующей артиллерийской поддержки берут свое начало от тех «расписаний боевых действий», которые появились впервые у Ф. Кирея и Г. Брухмюллера* во время организации ими артиллерийской подготовки прорывов.

* Кирей Василий Фадеевич, генерал-майор, талантливый артиллерист, организатор успешной работы артиллерии в нескольких прорывах корпусного и армейского масштабов. Автор двух брошюр 1916—1917 годов, изданных позже в СССР в 1926 году в виде книги «Артиллерия атаки и обороны».

Брухмюллер Георг, полковник германской армии, артиллерийский авторитет, создатель системы артиллерийской подготовки и централизованного управления артиллерийскими массами. Автор книги «Германская артиллерия во время прорывов в мировой войне». Перевод книги был издан в Москве в 1923 году.

Еще одним уроком Первой мировой войны являются ложные переносы огня в ходе артиллерийской подготовки. Впервые его осуществили в мае 1915 года в ходе артиллерийской подготовки при Черновицком прорыве 9-й русской армии. Вспышки ураганного огня в разное время артиллерийской подготовки сопровождались короткими перерывами и переносами огня в тыл. Все это согласовывалось с наступлением разведчиков, усилением ружейного огня, криками «Ура!» и заставляло австрийцев несколько раз покидать убежища и занимать окопы, после чего на них снова обрушивался сильнейший огонь русской артиллерии. После нескольких ложных переносов огня последовала реальная атака русской пехоты, которая застала основную массу войск противника в укрытиях и убежищах.

Одним из главных уроков стала обязательность артиллерийской поддержки атаки вслед за ее артиллерийской подготовкой. Потребовалось три года боев и большое количество безуспешных атак, чтобы воюющие стороны усвоили этот урок. Теперь после артиллерийской

подготовки атаки пехоты артиллерия должна была сопровождать ее своим огнем перед фронтом и на флангах, осуществляя артиллерийскую поддержку. В мае 1917 года русская армия получила утвержденное главковерхом «Наставление для борьбы за укрепленные полосы». Часть II Наставления предусматривала применение для прорыва укрепленной полосы подвижного заградительного огня в виде огневого вала, который должен был переноситься вперед от рубежа к рубежу, увлекая за собой атакующую пехоту. Однако революционные события в России не позволили русской артиллерии реализовать огневой вал на практике.

Как водится, извлечение уроков из опыта большой войны не обошлось без крайностей, от которых долго не могли избавиться впоследствии.

Во-первых, это отказ от артиллерийской подготовки вообще. Так, утром 20 ноября 1917 года у городка Камбрэ артиллерия англичан открыла огонь, применив огневой вал, без предварительной артиллерийской подготовки. Английские танки в сопровождении пехоты начали ата-

ку еще в темноте. К полудню англичане продвинулись в глубину на 6—8 км, захватив первую и вторую позиции немцев. Развить свой успех англичане не сумели, остановив наступление. Успешной была и совместная англо-французская наступательная операция у Амьена в августе 1918 года, также начатая без артиллерийской подготовки. Англичане и французы отказались от артиллерийской подготовки в интересах внезапности, делая ставку на превосходство в количестве артиллерии и на наличие танков. Они считали, что огневой вал сам по себе может в достаточной степени подавить оборону немцев. В тех условиях на четвертом году войны этот расчет оправдался. Однако при хорошо подготовленной обороне, наличии укрытий и высоком моральном духе обороняющихся атака без артиллерийской подготовки не гарантирует успеха. Проверить это утверждение не получилось по причине окончания войны в ноябре 1918 года. Однако «горячие головы от артиллерии» еще долго продолжали поддерживать идею наступления без артиллерийской подготовки. Оживленную полемику по этому вопросу можно найти на страницах «Артиллерийского журнала» за 1939—1940 годы. Здравый смысл победил, необходимость артиллерийской подготовки была утверждена. Этому способствовал опыт боевого применения артиллерии в войнах 30-х годов прошлого века в Китае, Испании и Финляндии.

Вторая крайность — это обоснование необходимости стрельбы «по площадям» в ходе артиллерийской подготовки. Данную идею поддержал Г. Брухмюллер в своих книгах по артиллерии, изданных в СССР в 20-х и 30-х годах прошлого века. Возможно, после прочтения его книг идею стрельбы «по площадям» поддержал И.В. Сталин. На совещании началь-

ствующего состава по итогам войны с Финляндией он сказал: «В современной войне артиллерия — это Бог, судя по артиллерии. Кто хочет перестроиться на новый современный лад, он должен понять, артиллерия решает судьбу войны, массовая артиллерия. И поэтому разговоры, что нужно стрелять по цели, а не по площадям, жалеть снаряды, это несусветная глупость, которая может загубить дело»4. Спорить с вождем было не принято, а все его слова воспринимались как руководство к действию. В результате в практику артиллерийской подготовки советской артиллерии прочно вошла стрельба «по площадям» по предполагаемым районам расположения противника с большим расходом снарядов и низкой эффективностью поражения. Справедливости ради отметим, что робкие попытки возразить против стрельбы «по площадям» на совещании сделали начальник артиллерии РККА комкор H.H. Воронов и командующий армией комкор В.И. Чуйков. Естественно, их никто не услышал. Зато немцы по достоинству оценили такую любезность со стороны советской артиллерии: «.. .русская артиллерия, располагая большим количеством боеприпасов, вела огонь по площадям, не определив с достаточной точностью исходного района наших войск. Этот метод стрельбы применялся при ведении массированного огня, а также при ведении дальних огневых нападений»5. Сколько снарядов было выпущено зря из-за приверженности вождя к стрельбе «по площадям» и скольких потерь это стоило нашим войскам, конечно же, никто не считал.

После Первой мировой войны дальнейшее развитие вопросы артиллерийской подготовки получили уже в советское время, после Октябрьской революции 1917 года. По объективным причинам в первые годы

Одним из главных уроков стало осознание обязательности артиллерийской поддержки атаки вслед за ее артиллерийской подготовкой. Потребовалось три года боев и большое количество безуспешных атак, чтобы воюющие стороны усвоили

этот урок. Теперь после артиллерийской подготовки атаки пехоты артиллерия должна была сопровождать ее своим огнем перед фронтом и на флангах, осуществляя артиллерийскую поддержку.

советской власти руководству страны было не до совершенствования теории и практики боевой работы артиллерии. В данный период Страна Советов здорово отстала от других государств в развитии артиллерийской науки. Те после окончания Первой мировой войны не замедлили внести соответствующие изменения в свои боевые уставы и правила стрельбы артиллерии. У нас этот процесс затянулся более чем на 10 лет. Следует, однако, признать, что в обстановке Гражданской войны, иностранной интервенции и послереволюционной разрухи в стране советское правительство придавало большое значение развитию молодой Красной Армии вообще и ее артиллерии в частности. В 1924 году на всеармейском артиллерийском совещании рассматривались вопросы развития теории и практики стрельбы артиллерии и была установлена необходимость разработки современных наставлений для артиллерии РККА.

Масштабное перевооружение Красной Армии после Гражданской войны послужило толчком к развитию В.К. Триандафилловым и К.Б. Кали-

новским известной теории глубоких наступательных операций, важная роль в которых отводилась артиллерии. Первые проверки новых взглядов на боевое применение артиллерии состоялись в конце 1930-х годов в военном конфликте с Японией на реке Халхин-Гол, в ходе участия наших добровольцев в гражданской войне в Испании, в «Зимней войне» с Финляндией.

Совещание командного состава по ее итогам подстегнули научно-исследовательскую работу по обобщению боевого опыта, крайне необходимого в то неспокойное время. Германия тогда уже «поставила на колени» почти всю Европу, и ее нападение на СССР было лишь вопросом времени. Весьма своевременно были изданы такие труды, как «Новые формы борьбы» Г.С. Иссерсона (1940), «Артиллерия в основных видах боя» В.Д. Грендаля (1940), «Прорыв укрепленной полосы» П.С. Смирнова (1941), учебники «Общая тактика», «Тактика артиллерии» и др. В них большое внимание уделялось вопросам артиллерийской подготовки. В боевых уставах, приказах и инструкциях определялись задачи, возможная продолжительность, порядок планирования и проведения артиллерийской подготовки в дневных и ночных условиях. Считалось, что артиллерийская подготовка должна начинаться одновременно на всем участке наступления в целях обеспечения внезапности первого огневого удара по обороняющемуся противнику для нанесения максимальных потерь, пока его живая сила не успела укрыться в различных оборонительных сооружениях и естественных укрытиях. От артиллерии требовалось не только подавить оборону, но и разрушить важнейшие оборонительные сооружения, поэтому в артиллерийской подготовке выделялся специальный период разрушения. Для введения противника

в заблуждение о времени начала атаки в ходе артиллерийской подготовки предусматривались ложные переносы огня, во время которых пехоте предписывалось имитировать ее начало.

Грянувшая в 1941 году Великая Отечественная война всесторонне проверила теорию и практику проведения артиллерийской подготовки. Так, в годы войны неоднократно уточнялись вопросы о плотностях артиллерии, методах и глубине подавления обороны, продолжительности и построении артиллерийской подготовки, борьбе с артиллерией противника до начала атаки пехоты и танков и другое.

Далеко не все получалось в начальный период войны. В первых наступательных операциях 1941 года наша артиллерия часто не могла надежно подавить оборону противника до начала атаки. Причинами этого стали недостаток орудий и снарядов, средств артиллерийской разведки, а также отсутствие опыта и знаний у командиров и штабов. Нередки были случаи, когда пехоту поднимали в атаку после слабой артиллерийской подготовки или вообще без таковой. Об артиллерийской поддержке атаки, казалось, вообще забыли. Это подтверждают исторические документы и ветераны — участники войны, причем обеих воюющих сторон. Для устранения недостатков в боевом применении артиллерии Ставка Верховного Главнокомандования направила в войска директивное письмо № 03 от 10 января 1942 года. В нем указывалось: «У нас нередко бросают пехоту в наступление против оборонительной линии противника без артиллерии, без какой-либо поддержки со стороны артиллерии, а потом жалуются, что пехота не идет против обороняющегося и окопавшегося противника. Понятно, что такое «наступление» не может дать желаемого

эффекта. Это не наступление, а преступление — преступление против Родины, против войск, вынужденных нести бессмысленные жертвы». Письмо Ставки завершалось выводами, обязательными к исполнению. Вот некоторые из них:

«5) Чтобы ударные группы имели успех, они должны иметь серьезную артиллерийскую поддержку за все время прорыва обороны противника на всю ее глубину.

6) Чтобы обеспечить пехоте такую артиллерийскую поддержку, нужно перейти от практики «артиллерийской подготовки» к практике артиллерийского наступления...».

Директиву подписали И.В. Сталин и А.И. Василевский. Однако единое понимание сущности артиллерийского наступления пришло не сразу. Некоторые артиллерийские начальники и штабы, неточно истолковав требования директивы, вообще отказывались от артиллерийской подготовки. Подобная рекомендация, например, имелась в указаниях штаба артиллерии Западного фронта от 23 февраля 1942 года начальнику артиллерии 5 А. Это своего рода результат неправильно усвоенных уроков Первой мировой войны. Исправить положение помогло издание в ноябре 1942 года нового Боевого устава пехоты. В нем артиллерийское наступление было четко разделено на три периода — артиллерийская подготовка, артиллерийская поддержка атаки и артиллерийское сопровождение огнем пехоты и танков при бое в глубине.

В результате принятых мер положение стало постепенно выправляться. Артиллерия выросла количественно и качественно. Возросло воинское мастерство солдат и офицеров артиллерийских частей, которое ярко проявилось в контрнаступлении под Сталинградом. Здесь впервые было проведено артиллерийское наступле-

ние по трем периодам, в полном соответствии с новым Боевым уставом. К началу операции на участках прорыва плотность артиллерии составляла 60—80 орудий и минометов на 1 км фронта. В артиллерийском наступлении участвовало более 15 тысяч орудий и минометов. Это вдвое больше, чем было в контрнаступлении под Москвой. Продолжительность артиллерийской подготовки составляла от 70 до 80 минут. Артиллерийская поддержка атаки осуществлялась последовательным сосредоточением огня на глубину до 1 км. Затем было организовано артиллерийское сопровождение пехоты и танков на глубину от 6 до 18 км.

После 1943 года продолжительность артиллерийской подготовки в начале наступательных операций Великой Отечественной войны была уже стабильной, от 1,5 до 2,5 часов. Исключение составляет Свирская наступательная операция в июне 1944 года. Там продолжительность артиллерийской подготовки 3,5 часа была связана с необходимостью форсирования реки Свирь. Во второй половине Великой Отечественной войны плотность советской артиллерии в важнейших операциях составляла 200 и более орудий на километр фронта. Про такую плотность было сказано: «При двухстах орудиях на километр фронта о противнике не спрашивают и не докладывают, а только доносят, до какого рубежа дошли наши наступающие части» (эту фразу историки приписывают маршалу К.С. Москаленко).

На фронтах Великой Отечественной войны от сражения к сражению совершенствовались методы артиллерийской подготовки и артиллерийской поддержки атаки. В противовес теории Г. Брухмюллера6, исповедующей постулат, что запущенная по единому плану машина артиллерийской подготовки должна отработать

по этому плану до конца, невзирая на изменения обстановки, на завершающем этапе Великой Отечественной войны наши артиллеристы стали готовить несколько возможных вариантов артиллерийской подготовки и успешно меняли их в соответствии с изменениями обстановки. Соответственно, различные варианты артиллерийской подготовки и сигналы для их выбора прописывались в таблицах огня.

Артиллерия выросла количественно и качественно. Возросло воинское мастерство солдат и офицеров артиллерийских частей, которое ярко проявилось в контрнаступлении под

Сталинградом. Здесь впервые было проведено артиллерийское наступление по трем периодам, в полном соответствии с новым Боевым уставом.

После победы в Великой Отечественной войне полученный опыт артиллерийского наступления был тщательно проанализирован, изучен и обобщен. Первым послевоенным трудом на эту тему стала изданная в 1946 году книга генерал-полковника артиллерии Ф.А. Самсонова «Артиллерийское наступление». Результаты анализа нашли свое отражение в послевоенных боевых уставах, в правилах стрельбы, в учебниках, в специальной литературе и на страницах «Артиллерийского журнала». Прекрасный анализ вопросов артиллерийской подготовки и артиллерийской поддержки атаки содержит изданная в 1980 году книга маршала артиллерии Г.Е. Передельского «Артиллерия в бою и операции».

Творческий поиск в вопросах совершенствования артиллерийской подготовки и артиллерийской поддержки продолжался до конца 80-х годов прошлого века. Затем теоретическое и практическое развитие вопросов артиллерийского наступления было заторможено. За так называемой «перестройкой» последовал развал Советского Союза и повальное сокращение армии, включая артиллерию. После продолжавшейся без малого двадцать лет ломки государственного и социального строя Российская Федерация наконец взяла курс на возрождение сильных Вооруженных Сил. Постепенно возвращает себе былое могущество и артиллерия. Однако до количественного и качественного уровня СССР пока далеко. Сегодня мотострелковая бригада в штатном составе может создать плотность артиллерии в наступлении до 30 орудий на километр фронта. Усиление бригады даже двумя артиллерийскими дивизионами не сильно изменит этот показатель. Для полноценной артиллерийской подготовки сегодня просто не хватит орудий. Можно возразить, конечно, что современная военная доктрина не рассматривает в ближайшей перспективе возможности глобальных войн и наступательных операций стратегического уровня с необходимостью прорыва глубокоэшелонированной обороны. Сегодня наиболее вероятным считается участие государства в одном-двух военных конфликтах или в одной локальной войне. Предусматривается ведение маневренных боевых действий, где не будет линий фронта, как в двух последних мировых войнах, где войска не будут штурмовать укрепленные позиции и прорывать укрепленные полосы, а будут их обходить, вынуждая противника отступать. Получается, в современной войне масштабная артиллерийская подготовка с высо-

кой плотностью артиллерии будет не нужна. Однако это не так. Порядок работы советской артиллерии в ситуациях маневренных боевых действий с осуществлением «миниатюрной артиллерийской подготовки» по отдельным опорным пунктам подробно описан генерал-полковником Ф.А. Самсоновым7. Из истории Великой Отечественной войны известны примеры, когда в условиях маневренных боевых действий противник легко оставлял маловажные оборонительные позиции и «зубами держался» за важные опорные пункты («шверпункты» — по терминологии вермахта). Шверпункт представлял собой хорошо укрепленную, насыщенную войсками, приспособленную к долговременной круговой обороне позицию, как правило, в узлах дорог, которую следовало удерживать длительное время. Оставление таких позиций в своем тылу грозило срывом выполнения задач оперативного уровня. Поэтому для уничтожения шверпунктов создавались сильные войсковые группировки, усиленные артиллерией, а их захват производился по классическим правилам, но с «миниатюрной артиллерийской подготовкой» и «миниатюрной артиллерийской поддержкой». В условиях современных военных конфликтов атакующим войскам регулярно приходится сталкиваться с подобными укрепленными пунктами. Вот где, казалось бы, следует использовать полезный опыт Великой Отечественной войны. Однако сегодня современные артиллеристы не могут похвастаться глубокими знаниями полезного опыта своих предшественников.

Такое положение дел, естественно, вызывает тревогу. Утрачивается приобретенный в больших войнах и оплаченный кровью полезный опыт боевого применения артиллерии. Профессиональные знания ограничиваются узкими рамками боевых

уставов и руководящих документов. Вот еще пример: с формальной точки зрения количественные и качественные показатели артиллерийской подготовки сегодня регламентируются «Методикой оперативно-тактических расчетов». В ней приведен пример расчетов и построения артиллерийской подготовки. И вот уже на протяжении многих последних лет на учениях различного уровня наблюдается шаблонное планирование артиллерийской подготовки, сильно напоминающее известный пример из Методики. Возвращается шаблон, то самое зло, от которого предостерегали авторы многих трудов, содержащих анализ артиллерийской подготовки в двух мировых войнах. О ложных переносах огня артиллерией в современных боевых действиях не вспоминает никто.

Вывод очевиден: современным артиллеристам нельзя забывать полезных уроков из опыта боевого применения артиллерии в прошедших войнах. Несмотря на современное увлечение доктриной малых войн, артиллерия по-прежнему остается основным средством огневой поддержки пехоты и танков в бою. И уж тем более не следует забывать об оплаченном жизнями многих солдат опыте артиллерийских подготовок прошедших войн. Грамотный артиллерист должен и в условиях ма-

В условиях современных военных конфликтов атакующим войскам регулярно приходится сталкиваться с укрепленными опорными пунктами. Вот где, казалось быу следует использовать полезный опыт Великой Отечественной войны. Однако сегодня современные артиллеристы не могут похвастаться глубокими знаниями полезного опыта своих предшественников.

невренной современной войны при необходимости уметь спланировать и провести нешаблонную, неожиданную для противника артиллерийскую подготовку и поддержку атаки своей пехоты и танков. Для этого артиллеристам необходимо изучать соответствующие исторические труды в ходе обучения в профильных вузах. Задача профессорско-преподавательского состава соответственно заключается в доведении до обучаемых необходимых полезных уроков артиллерийской подготовки и мотивации их к самостоятельному углубленному изучению источников, содержащих полезную для расширения профессионального кругозора информацию.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Барсуков Е.З. Артиллерия русской армии (1900—1917 гг.). Т. 3. Ч. IV, V. «Тактика и стрельба артиллерии». М.: Воениз-дат, 1949.

2 Смирнов П.С. Прорыв укрепленной полосы. М.: Воениздат НКО СССР, 1941.

3 Кириллов-Губецкий И.М. Современная артиллерия. Второе исправленное издание. М.: Госвоениздат НКО СССР, 1937.

4 Зимняя война 1939—1940. Кн. 2. И.В. Сталин и финская кампания. Стенограмма совещания при ЦК ВКП(б). М.: Наука, 1999.

5 Мидделъдорф Э. Тактика в русской кампании. М.: Вече, 2011.

6 Брухмюллер Г. Артиллерия при наступлении в позиционной войне. М.: Воениздат, 1936.

7 Самсонов ФА. Артиллерийское наступление. М.: Воениздат, 1946.