Молекулярно-генетическая диагностика минимальной остаточной болезни в онкогематологии

ВЕСТНИК ВГМУ, 2014, ТОМ 13, №4

© ШЛЯХТУНОВ Е.А., СЕМЕНОВ В.М., 2014

МОЛЕКУЛЯРНО-ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА МИНИМАЛЬНОЙ ОСТАТОЧНОЙ БОЛЕЗНИ В ОНКОГЕМАТОЛОГИИ

ШЛЯХТУНОВ Е.А., СЕМЕНОВ В.М.

УО «Витебский государственный ордена Дружбы народов медицинский университет», Республика Беларусь

Резюме.

В статье представлен обзор современной литературы по вопросам молекулярно-генетической диагностики минимальной остаточной болезни при онкогематологических заболеваниях. В настоящее время высокочувствительные тесты на основе определения ДНК, РНК и белков могут идентифицировать минимальные уровни опухолевых клеток в образцах ткани, с чувствительностью - одна опухолевая клетка на миллион нормальных клеток. Опухолевая клетка может быть идентифицирована путем определения специфических нуклеотидных последовательностей генов, которые могут быть специфическими для конкретной опухоли либо определяться в различных опухолевых тканях, но они никогда не определяются в нормальных клетках. Обоснованы возможности полимеразной цепной реакции (PCR) в идентификации различных опухоль-ассоциированных генов, генетических поломок (транслокаций), сопровождающих развитие ряда лейкозов. Наиболее часто определяемые транслокации генов являются: для острого лимфобластного лейкоза t(9;22) mi-BCR-ABL, t(12;21) TEL-AML1; для острого миелоидного лейкоза t(15;17) PML-RARA; для хронического лейкоза t(9;22) BCR-ABL и др. Определено их клиническое значение, прогностическая значимость при острых и хронических лейкозах. При помощи PCR возможно определение указанных генов непосредственно в периферической крови, очищенных лейкоцитах и стернальном пунктате. Исследования, направленные на изучение экспрессии опухоль-ассоциированных генов, являются перспективными и актуальными в целях индивидуализации лечебной тактики пациентов, страдающих злокачественными опухолями системы кроветворения.

Ключевые слова: минимальная остаточная болезнь, лейкоз.

Abstract.

The article presents the review of modem literature on the issues of molecular and genetic diagnosis of minimal residual disease in hematologic malignancies. Nowadays, high sensitivity tests based on DNA, RNA and proteins detection can identify minimum levels of tumor cells in tissue samples with sensitivity - one tumor cell per million normal cells. Tumor cells may be identified by means of detecting specific nucleotide successions of genes that may be either specific for the particular tumor or may be determined in various tumor tissues, but they are never revealed in normal cells. The opportunities of polymerase chain reaction (PCR) in the identification of different tumor - associated genes, genetic damages (translocations), accompanying the development of a number of leukemias have been grounded. Most often detected genes translocations are: for acute lymphoblastic leukemia t(9; 22) mi-BCR-ABL, t(12; 21) TEL-AML1; for acute myeloid leukemia t(15; 17) PML-RARA; for chronic leukemia t(9; 22) BCR-ABL and others. Their clinical significance and prognostic value in acute and chronic leukemias have been determined. Using PCR it is possible to detect the specified genes directly in the peripheral blood, purified leukocytes, sternal punctate. The researches aimed at studying the expression of tumor - associated genes are promising and relevant for individualization of treatment strategy of patients suffering from malignant hematopoietic tumors.

Key words: molecular and genetic diagnosis, minimal residual disease, leukemia.

Минимальная остаточная болезнь (МОБ) в онкогематологии - это состояние, которое определяется наличием минимального

количества опухолевых (лейкозных) клеток, которые остаются у пациента во время лечения или после его завершения, при отсутствии

21

МОЛЕКУЛЯРНО-ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА В ОНКОГЕМАТОЛОГИИ

симптомов и признаков заболевания (ремиссия) [1]. МОБ, т.е. наличие опухолевых клеток в организме, является основной причиной рецидива рака, в том числе и лейкоза.

Современное развитие методов молекулярно-генетического исследования открыла новую эру в изучении МОД. В настоящее время высокочувствительные тесты на основе определения ДНК, РНК и белков могут идентифицировать минимальные уровни опухолевых клеток в образцах ткани, с чувствительностью - одна опухолевая клетка на миллион нормальных клеток [2].

При лечении лейкозов тестирование МОБ имеет важное значение. Прежде всего -это определение, какое лечение позволяет излечить пациента, затем - это сравнение эффективности различных методов лечения, мониторинг ремиссии и рецидива опухолевого процесса у пациента и персонализация лечения [1, 3].

ГЕН C-ABL

C-ABL известный как онкоген 1, или вирусный гомолог Абельсон мышиного лейкоза. С-ABL используется для обозначения версии гена, найденного в пределах генома млекопитающих, в то время как v-ABL относится к вирусному гену [8].

Ген с-ABL локализован в длинном плече 9 хромосомы (рис. 1) и кодирует нерецепторные ядерные ферментативные белки и цито-плазаматические тирозинкиназы, участвующие во многих клеточных процессах. Белки семейства ABL локализованы в различных внутриклеточных местах, включая ядра, цитоплазму, митохондрии и эндоплазматический ретикулум, где он взаимодействует с большим разнообразием клеточных белков, включая сигнальные адаптеры, киназы, фосфатазы, регуляторы клеточного цикла, транскрипционные факторы, белками цитоскелета [9].

Рисунок 1 - Локализация гена с-ABL 9q34.1.

Большинство исследований по МОБ было выполнено при изучении лейкозов, особенно двух основных наиболее часто встречающихся видов: хронического миелоидного лейкоза (PML) у взрослых и острого лимфобластного лейкоза (AML) у детей [4, 5].

Большинство тестов основаны на обнаружении специфических лейкозных ДНК-последовательностей. Обычно это достигается за счет использования высоко чувствительной методики, такой как полимеразная цепная реакция (PCR). Избранная для детекции ДНК-последовательность может вносить свой вклад в патогенез лейкоза или может быть просто с ним ассоциирована [6].

Маркеры, используемые для тестирования на основе ДНК, часто являются хромосомными транслокациями. Наиболее часто определяемые транслокации генов являются: для острого лимфобластного лейкоза t(9; 22) mi-BCR-ABL, t(12;21) TEL-AML1; для острого миелоидного лейкоза t(15;17) PML-RARA; для хронического лейкоза t(9;22) BCR-ABL и др. [7].

С-ABL - это протоонкоген, который кодирует цитоплазматическую и ядерную протеинтирозинкиназу, которые, в свою очередь, вовлечены в процессы дифференцировки клеток, клеточного деления, клеточной адгезии и реакции на стресс.

Функции нерецепторной тирозинкиназы сложно преувеличить - это роль в процессе роста клеток и их выживание, ремоделирования цитоскелета в ответ на внеклеточные стимулы, подвижность клеток и их адгезия. Кроме того, это работа с рецепторами эндоцитоза и ауто-фагии, в ответ на повреждение ДНК, и апоптоз [10, 11, 12, 13].

С медицинской точки зрения определение с-ABL весьма важно, поскольку есть причинно-следственная связь между синтезом химерного белка Abl-Bcr, вызванного транслокацией и образованием химерного гена ABL-BCR в так называемой Филадельфийской хромосоме и развитии хронического мие-лоидного лейкоза [14].

22

ВЕСТНИК ВГМУ, 2014, ТОМ 13, №4

ГЕНЫ СЕМЕЙСТВА BCR: M-BCR/t, mi-BCR

Ген BCR (Breakpoint Cluster Region -зона ложного точкового кластера) известен также, как антиген рака почки NY-REN. BCR и является одним из двух генов в комплексе BCR-ABL, который связан с Филадельфийской хромосомой.

Нормальный ген BCR локализован в длинном плече 22 хромосомы (рис. 2). В настоящее время известно, что нормальный ген BCR кодирует два основных белка [15, 16, 17]. Белки, кодируемые данным геном, обладают серин-тренин киназной активностью, а также являются ГТФ-активирующими белками.

Недавние исследования быстро добавляют новые и важные идеи в сложные функции нормального гена BCR и организацию BCR-ABL химеры, а также обосновывают потенциальные терапевтические прорывы в лечении лейкозов, ассоциированных с Филадельфийской хромосомой. Термин «зона ложного точкового кластера, или Breakpoint Cluster Region - BCR» был впервые применен к промежутку ДНК на длинном плече хромосомы, который нарушается у пациентов с ХМЛ [18] и имеет свое проявление в Филадельфийской хромосоме, образующейся в результате транслокации генов между 9 и 22 хромосомой (рис. 3) [18, 19, 20].

Последующие исследования показали, что данный фрагмент локализовался в центральной области гена BCR [21]. В настоящее время хорошо известно, что точка остановки в BCR может быть переменной, а при гибридизации вместе с ABL приводит к гибридной постоянной точке [21-26]. Образованный химерный (гибридный) генотип характеризует фенотипически острый лимфоидный лейкоз. Синтезированный химерный белок имеет тирозинкиназную активность, причем наличие в клетке данного онкобелка тормозит функцию своих нормальных аналогов.

Было обнаружено, что высокие уровни мРНК гена BCR обнаружены в тканях мозга и гемопоэтических клетках [27]. Однако до настоящего времени непонятно, как химерный ген BCR-ABL и его продукт влияют на кроветворные клетки. Bcr белок экспрессируется в основном на ранних стадиях дифференци-ровки миелоидных клеток, и его уровни значительно сокращаются при созревани в полиморфно-ядерных лейкоцитах [28]. Поскольку BCR-ABL экспрессируется с промотора BCR, неудивительно, что этот белок показывает аналогичную корреляцию между характером экспрессии и миелоидной дифференцировкой [29].

Как известно, белок Bcr-Abl, цитоплазматический [30]. Исследования показывают,

Рисунок 2 - Локализация гена BCR 22q11.

3 *

3q34.12

ABL

і

Jt.22q11.21 Ж BCR Ж

-BCR IjAeLg

З

^ їй Philadelphia-= Chromosom

9 22

У 9+ 22-

Рисунок 3 - Схема образования Филадельфийской (Ph) хромосомы. 23

23

МОЛЕКУЛЯРНО-ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА В ОНКОГЕМАТОЛОГИИ

что он принимает участие в передаче клеточных сигналов [31]. Продукты Bcr также могут ассоциироваться с конденсированной ДНК [32], Bcr взаимодействует с митотической ДНК, а также с высококонденсированным гетерохроматином в интерфазных клеток. Продукты Bcr-Abl гена преобладают в ядре, играя отрицательную роль в репарации ДНК, общей инициации транскрипции и регуляции клеточного цикла [33].

Одним из предложенных механизмов, с помощью которого проявляется активность Bcr-Abl, является подавление. Гемопоэтические факторы роста подавляет апоптоз, а BCR-ABL может аннулировать зависимость фактор роста в различных гемопоэтических клеточных линиях [34]. Подавление апоптоза Bcr-Abl может быть опосредовано индукцией экспрессии антиапоптического белка Bcl-2, путем фосфорилирования проапоптотического белка, или через Ras-зависимый путь [35, 36, 37].

Отличительным признаком хронического миелоидного лейкоза (ХМЛ) является Филадельфийская хромосома, которая представляет собой укороченную 22 хромосому в результате транслокации, t(9, 22) (q34; q11), между 9 и 22 хромосомами [38]. Идентичная транслокация также встречается примерно в 20% ХМЛ взрослого населения, 5% ХМЛ детского населения, и в редких случаях острого миелобластного лейкоза (ОМЛ) [39].

Поломка при транслокации t(9, 22) (q34; q11) между 9 и 22 может возникать преимущественно в двух альтернативных местах с образованием либо более длинного химерного гена, синтезирующего белок 210 кДа, либо с образованием химеры, кодирующей белок 190 кДа. При ХМЛ разрыв в хромосоме 22

ограничен у большинства пациентов с площадью 5,8 т.п.н. и называется M-BCR [19]. При остром лейкозе, примерно в половине случаев, поломка может происходить за пределами M-BCR [24, 39, 40, 41, 42], как правило, в пределах 3’-конца интрона гена BCR [42]. Данная область получила название mi-BCR.

Количественное определение с помощью real time PCR М-BCR и mi-BCR как в образцах цельной крови, так и в образцах очищенных лейкоцитов, а также в аспирате костного мозга является не только одним из диагностических приемов для установления диагноза хронического миелоидного лейкоза ассоциированного с Филадельфийской хромосомой и острого В-лимфобластного лейкоза, но и для установления необходимости лечения препаратом Иматинибом, обладающим антитиро-зинаной активностью. Кроме того, данный диагностический тест служит для контроля эффективности лечения и определения МОБ. Количественное определение с-ABL с помощью real time PCR по рекомендациями программы «Европа против рака» является геном-маркером для диагностики МОБ при лейкозах.

PML-RARA

PML-RARA (PRAM1) - химерный ген [43], который образуется в результате транс-алакации двух генов PML (Promyelocytic Leukemia - ген промиелоцитарного лейкоза), расположенного в длинном плече 15 хромосомы, и гена RARA (Retinoic Acid Nuclear Receptor Alpha - ядерный рецептор альфа ре-тиноивой кислоты), расположеннного в длинном плече 17 хромосомы, с последующим вста-риванием химерного гена в короткое плечо 19 хромососмы (рис. 4-6).

Chr 15

Рисунок 4 - Локализация PML гена 15q24.1.

Chr 17

тЧ СМ СО

СО СЧ -Т-1 С\1 -Т-1 ’Н СЧ СЧ СО СО СО СЧ СО тЧ сч

СО СО СО СЧ тЧ тЧ тЧ тЧ СЧ тЧ тЧ тЧ тЧ СЧ СО СО т±

тЧ тЧ тЧ тЧ тЧ тЧ тЧ тЧ тЧ СЧСЧСЧСЧ СЧ СЧ СЧ СЧ СЧ

Q.Q.Q. О. О. О. W С С С С О" С с с с с с

Рисунок 5 - Локализация RARA гена 17q21.1.

24

ВЕСТНИК ВГМУ, 2014, ТОМ 13, №4

Рисунок 6 - Локализация химерного гена PML-RARA1 9p13.2.

Функции продукта гена PML весьма разнообразны. Кодируемый белок относится к фосфопротеину, который локализуется в ядрах клеток, где он функционирует как транскрипционный фактор, а также супрессор опухолевой трансформации. Его участие в клеточном цикле связано с регуляцией реакции р53 онкогенных сигналов [44].

Функция продукта гена RARA также разнообразна. Этот ген кодирует ядерный рецептор ретиноевой кислоты. Кодируемый белок регулирует транскрипцию лиганд-зависимым образом. Этот ген принимает участие в регуляции развития, дифференцировки и апоптоза гранулоцитарного ростка гемопоэза, а также в процессах транскрипции ряда генов [45].

ГЕН AML

Ген AML, известный как RUNX1 (Runt-related transcription factor 1 - связанный с транскрипцией фактор 1), или основной фактор связывания субъединицы альфа-2 (CBFA2) [43, 44].

Основной связывающий фактор (Core binding factor - CBF) представляет собой гетеродимерный транскрипционный фактор, который связывается с основными элементами многих промоутеров. Белок, кодируемый геном AML, представляет собой альфа-субъединицу CBF и, как полагают, участвует в развитии нормального кроветворения. Ген AML локализован в длинном плече 21 хромосомы (рис. 7).

Chr 21

СО СЧ

тЧ чЧ

а. о.

сч со

Н чЧ сч

сч сч сч

сч сч сч

сг С С

Рисунок 7 - Локализация гена AML 21q22.3.

Наиболее важное клиническое значение имеет достаточно часто встречающаяся транслокация генов PML и RARA, которая ассоциирована с развитием острого промиелоцитар-ного лейкоза (APL).

Функция химерного гена PML-RARA (PRAM1) достаточно конкретная: белок, кодируемый этим геном, подобен FYN связывающему белку (FYB/SLAP-130), белку адаптера, участвующего в Т-клеточной рецептор опосредованной сигнализации. Ген FYN связывающего белка экспрессируется и регулируется во время нормального миелопоэза. Экспрессия его индуцируется ретиноевой кислотой, а экспрессия химерного PRAM1 ингибирует функцию последнего, что приводит к неконтролируемому и недифференцированному миелопоэзу и острому промиелоцитарно лейкозу (AML) [46].

Как уже отмечалось, ген AML кодирует синтез альфа-субъединицы основного связывающего фактора CBF, который участвует в нормальном кроветворении. RUNX1 является фактором транскрипции, который регулирует дифференцировку гемопоэтических стволовых клеток в зрелые клетки крови [45]. Он относится к фактором транскрипции, а белки образуют гетеродимерный комплекс с CBFp, который придает повышенную ДНК-связанную стабильность комплекса.

Хромосомные транслокации с участием ген RUNX1 связаны с несколькими типами лейкозов включая ОМЛ [46]. Мутации в RUNX1 являются причинами рядя случаев рака молочной железы [47].

При различных генетических поломках, которые достаточно хорошо уже изучены, наблюдается аномальное патологическое кро-

25

МОЛЕКУЛЯРНО-ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА В ОНКОГЕМАТОЛОГИИ

ветворение и развитие, как правило, острого лейкоза. Так, например, траслокация гена TEL из короткого плеча 12 хромосомы в область гена AML длинного плеча 21 хромосомы (рис. 8) приводит к образованию химерного гена TEL-AML, в результате чего развивается острый лимфобластный лейкоз у детей.

развивающейся технологией лабораторной диагностики. Необходимо дальнейшее развитие и совершенствование техники методики исследования, синтезирование и очистка праймеров, для более точной детекции генетических поломок не только онкогематологических заболеваний, но и для диагностики

12

Рисунок 8 - Схема транслокации гена TEL и AML t(12;21).

Заболевания, связанные с различными транслокациями AML, включают острый лейкоз, кольцевидную 21-ую хромосому, а также ассоциированные с геном AML являются солидные опухоли, такие как рак поджелудочной железы и рак эндометрия [48, 49].

Определение наличия TEL-AML1 в образцах из цельной крови либо очищенных лейкоцитах, а также в образцах аспирата костного мозга может рассматриваться как маркер мониторинга эффективности лечения острого миелоидного лейкоза у детей от 1 до 10 лет, т.е. для диагностики МОБ, однако данный тест не пригоден для первичной диагностики острого лейкоза.

Заключение

Таким образом, применение PCR метода для определения различных генетических изменений в хромосомах при онкогематологических заболеваниях является оптимальным методом диагностики МОБ. Молекулярно-генетическая диагностика с помощью PCR - одна из наиболее современных высокотехнологических методик исследования. ДНК-диагностика с использованием PCR является самой востребованной и динамично

и контроля эффективности лечения солидных опухолей.

Литература

1. Outcome prediction in childhood acute lymphoblastic leukaemia by molecular quantification of residual disease at the end of induction / M. J. Brisco [et al.] // Lancet. - 1994 Jan. - Vol. 343, N 8891. - P. 196-200.

2. Clinical significance of minimal residual disease in childhood acute lymphoblastic leukemia. European Organization for Research and Treatment of Cancer-Childhood Leukemia Cooperative Group / H. Cave [et al.] // N. Engl. J. Med. - 1998 Aug. - Vol. 339, N 9. - Р. 591-598.

3. The diagnosis of BCR/ABL-negative chronic

myeloproliferative diseases (CMPD): a

comprehensive approach based on morphology, cytogenetics, and molecular markers / T. Haferlach [et al.] // Ann. Hematol. - 2008 Jan. - Vol. 87, N

I. - Р. 1-10.

4. Frei, E. Section 34: Hematopoietic System: Adult Acute Lymphocytic Leukemia: Evaluation of Minimal Residual Disease / E. Frei, D. W. Kufe,

J. F. Holland // Cancer medicine 6. - Hamilton : BC Decker, 2003. - Р. 129.

5. Frei, E. Part VII: Pediatric Oncology. Section

37: Pediatric Oncology: Childhood Acute

Lymphoblastic Leukemia / E. Frei, D. W. Kufe, J.

26

ВЕСТНИК ВГМУ, 2014, ТОМ 13, №4

F. Holland // Cancer medicine 6. - Hamilton : BC Decker, 2003. - Р. 141.

6. Смолякова, Р. М. Молекулярно-генетические методы исследования в онкологии / Р. М. Смолякова // Онкологический журнал. - 2011. - Т. 5, № 4. - С. 37-41.

7. Thebcl-2/Ig rearrangement in a population of 204 healthy individuals: occurrence, age and gender distribution, breakpoints, and detection method validity / C. Schmitt [et al.] // Leuk. Res. - 2006 Jun. - Vol. 30, N 6. - Р. 745-750.

8. Structure of the Bcr-Abl oncoprotein oligomerization domain / X. Zhao [et al.] // Nat. Struct. Biol. - 2002 Feb. - Vol. 9, N 2. - Р. 117-120.

9. Bcr and Abl interaction: oncogenic activation of c-Abl by sequestering Bcr / X. Ling [et al.] // Cancer Res. - 2003 Jan. - Vol. 63, N 2. - P. 298-303.

10. Bcr-Abl oncoproteins bind directly to activators of the Ras signalling pathway / L. Puil [et al.] // EMBO J. - 1994 Feb. - Vol. 13, N 4. - Р. 764-773.

11. Lionberger, J. M. Transformation of myeloid leukemia cells to cytokine independence by Bcr-Abl is suppressed by kinase-defective Hck / J. M. Lionberger, M. B. Wilson, T. E. Smithgall //

J. Biol. Chem. - 2000 Jun. - Vol. 275, N 24. - Р. 18581-18585.

12. The SH2-containing adapter protein GRB10 interacts with BCR-ABL / R. Y. Bai [et al.] // Oncogene. - 1998 Aug. - Vol. 17, N 8. - Р. 941948.

13. CRKL binding to BCR-ABL and BCR-ABL transformation / K. S. Kolibaba [et al.] // Leuk. Lymphoma. - 1998 Mar. - Vol. 33, N 1/2. - P. 119-126.

14. Regulation of dendritic arborization by BCR Rac1 GTPase-activating protein, a substrate of PTPRT / A. R. Park [et al.] // J. Cell. Sci. - 2012 Oct. - Vol. 125, N 19. - Р. 4518-4531.

15. Identification of two normal BCR gene products in the cytoplasm / S. Dhut [et al.] // Oncogene. -1988 Nov. - Vol. 3, N 5. - P. 561-566.

16. Evidence that the PHL gene encodes a 160,000-dalton phosphoprotein with associated kinase activity / K. Stam [et al.] // Mol. Cell. Biol. -1987 May. - Vol. 7, N 5. - P. 1955-1960.

17. Amson, R. B. Identification of a 130 Kda BCR related gene product / R. B. Amson, C. Marcelle, A. Telerman // Oncogene. - 1989. - Vol. 4, N 2. -P. 243-247.

18. Rowley, J. D. A new consistent chromosomal abnormality in chronic myelogenous leukaemia identified by quinacrine fluorescence and Giemsa staining / J. D. Rowley // Nature. 1973 Jun. - Vol. 243, N 5405. - P. 290-293.

19. Philadelphia chromosomal breakpoints are clustered within a limited region, bcr, on

chromosome 22 / J. Groffen [et al.] // Cell. - 1984 Jan. - Vol. 36, N 1. - P. 93-99.

20. Prakash, O. High resolution chromosomes of the t(9;22) positive leukemias / O. Prakash, J. J. Yunis // Cancer Genet. Cytogenet. - 1984 Apr. - Vol. 11, N 4. - P. 361-367.

21. Konopka, J. B. An alteration of the human c-Abl protein in K562 leukemia cells unmasks associated tyrosine kinase activity / J. B. Konopka, S. M. Watanabe, O. N. Witte // Cell. - 1984 Jul. - Vol. 37, N 3. - P. 1035-1042.

22. The human cellular ABL gene product in the chronic myelogenous leukemia cell line K562 has an associated tyrosine protein kinase activity / W. Kloetzer [et al.] // Virology. - 1985 Jan. - Vol. 140, N 2. - P. 230-238.

23. Alternative 5' exons in c-ABL mRNA / Y. Ben-Neriah [et al.] // Cell. - 1986 Feb. - Vol. 44, N 44.

- P. 577-586.

24. Identification of molecular variants of p210bcr-abl in chronic myelogenous leukemia / R. Kurzrock [et al.] // Blood. - 1987 Jul. - Vol. 70, N 1. - P. 233-236.

25. Unique fusion of BCR and c-ABLgenes in Philadelphia chromosome positive acute lymphoblastic leukemia / A. Hermans [et al.] // Cell. - 1987 Oct. - Vol. 51, N 1. - P. 33-40.

26. Novel chimaeric protein expressed in Philadelphia positive acute lymphoblastic leukaemia / L. C. Walker [et al.] // Nature. - 1987 Oct-Nov. - Vol. 329, N 6142. - P. 851-853.

27. Collins, S. Expression of BCR and BCR-ABL fusion transcripts in normal and leukemic cells /

S. Collins, H. Coleman, M. Groudine // Mol. Cell. Biol. - 1987 Aug. - Vol. 7, N 8. - P. 2870-2876.

28. Subcellular localization of Bcr, Abl, and Bcr-Abl proteins in normal and leukemic cells and correlation of expression with myeloid differentiation / Wetzler M. [et al.] // J. Clin. Investig. - 1993 Oct. - Vol. 92, N 4. - P. 1925-1939.

29. Heisterkamp, N. ABR, an active BCR-related gene / N. Heisterkamp, C. Morris, J. Groffen // Nucleic Acids Res. - 1989. - Vol. 17, N 21. - P. 8821-8831.

30. Arlinghaus, R. B. Multiple BCR-related gene products and their proposed involvement in ligand-induced signal transduction pathways / R.

B. Arlinghaus // Mol. Carcinog. - 1992. - Vol. 5, N 3. - P. 171-173.

31. Cell cycle-related shifts in subcellular localization of Bcr: association with mitotic chromosomes and with heterochromatin / M. Wetzler [et al.] // Proc. Natl. Acad. Sci. USA. -1995 Apr. - Vol. 92, N 8.

- P. 3488-3492.

32. Frit, P. Transcription factor IIH: a key player in the cellular response to DNA damage / P. Frit, E. Bergmann, J-M. Egly // Biochimie. - 1999 Jan-

27

МОЛЕКУЛЯРНО-ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА В ОНКОГЕМАТОЛОГИИ

Feb. - Vol. 81, N 1/2. - P. 27-38.

33. The ABLgenes in normal and abnormal cell development / S-W. Chung [et al.] // Crit. Rev. Oncog. - 1996. - Vol. 7, N 1/2. - P. 33-48.

34. Sanchez-Garcia, I. Tumorigenic activity of the BCR-ABL oncogenes is mediated by BCL2 / I. Sanchez-Garcia, G. Grutz // Proc. Natl. Acad. Sci. USA. - 1995 Jun. - Vol. 92, N 12. - P. 5287-5291.

35. The Bcr-Abl tyrosine kinase inhibits apoptosis by activating a Ras-dependent signaling pathway / D. Cortez, [et al.] // Oncogene. - 1996 Dec. - Vol. 13, N 12. - P. 2589-2594.

36. Sanchez-Garcia, I. Regulation of BCL-2 gene expression by Bcr-Abl is mediated by Ras / I. Sanchez-Garcia, D. Martin-Zanca // J. Mol. Biol. - 1997 Mar. - Vol. 267, N 2. - P. 225-228.

37. Nowell, P. C. A minute chromosome in human chronic granulocytic leukemia / P. C. Nowell, D. A. Hungerford // Science. - 1960. - Vol. 132. - P. 1497.

38. Multiparameter studies in lymphoid leukemias /

D. Catovsky [et al.] // Am. J. Clin. Pathol. - 1979 Oct. - Vol. 72, N 4. - P. 736-745.

39. The ABL-BCR fusion gene is expressed in chronic myeloid leukemia / J. V. Melo [et al.] // Blood. -1993 Jan. - Vol. 81, N 1. - P. 158-165.

40. Heterogeneity of chromosome 22 breakpoint in Philadelphia-positive (Ph+) acute lymphocytic leukemia / J. Erikson [et al.] // Proc. Natl. Acad. Sci. USA. - 1986 Mar. - Vol. 83, N 6. - P. 18071811.

41. BCR rearrangement and translocation of the c-ABL oncogene in Philadelphia positive acute lymphoblastic leukemia / A. De Klein [et al.] // Blood. - 1986 Dec. - Vol. 68, N 6. - P. 1369-1375.

42. Fusion of the BCR and the c-ABL genes in Ph-positive acute lymphocytic leukemia with no rearrangement in the breakpoint cluster region / A. Ar-Rushdi [et al.] // Oncogene. - 1988 Apr. - Vol. 2, N 4. - P. 353-357.

43. Hariharan, I. K. cDNA sequence for human BCR, the gene that translocates to the ABL oncogene in chronic myeloid leukaemia / I. K. Hariharan, J. M. Adams // EMBO J. - 1987 Jan. - Vol. 6, N 1. - P. 115-119.

44. Linkage mapping of the AML1 gene on human chromosome 21 using a DNA polymorphism in the 3’ untranslated region / D. Avramopoulos [et al.] // Genomics. - 1992 Oct. - Vol. 14, N 2. - P. 506-507.

45. RUNX1/AML1: a central player in hematopoiesis / T. Okuda [et al.] // Int. J. Hematol. - 2001 Oct. -Vol. 74, N 3. - P. 252-257.

46. Asou, N. The role of a Runt domain transcription factor AML1/RUNX1 in leukemogenesis and its clinical implications / N. Asou // Crit. Rev. Oncol. Hematol. - 2003 Feb. - Vol. 45, N 2. - P. 129-150.

47. Comprehensive molecular portraits of human breast tumours / The Cancer Genome Atlas Network // Nature. - 2012 Oct. - Vol. 490, N 7418.

- P. 61-70.

48. Sequence specificity of the core-binding factor / I.

N. Melnikova [et al.] // J. Virol. 1993 Apr. - Vol. 67, N 4. - P. 2408-2411.

49. AML-associated translocation products block vitamin D(3)-induced differentiation by sequestering the vitamin D(3) receptor / E. Puccetti [et al.] // Cancer Res. - 2002 Dec. - Vol. 62, N 23.

- P. 7050-7058.

Поступила 13.05.2014 г. Принята в печать 07.10.2014 г.

Сведения об авторах:

Шляхтунов Е.А. - к.м.н., доцент кафедры онкологии с курсами лучевой диагностики, лучевой терапии ФПК и ПК УО «Витебский государственный ордена Дружбы народов медицинский университет»; Семенов В.М. - д.м.н., профессор, заведующий кафедрой инфекционных болезней УО «Витебский государственный ордена Дружбы народов медицинский университет».

Адрес для корреспонденции: Республика Беларусь, 210023, г. Витебск, пр. Фрунзе, 27, УО «Витебский государственный ордена Дружбы народов медицинский университет», кафедра онкологии с курсами лучевой диагностики, лучевой терапии ФПК и ПК. E-mail: Evgenij-shlyakhtunov@yandex.ru - Шляхтунов Евгений Александрович. 28

28