Религиозная философия и психология в Киевской духовной Академии в первой половине ХIХ века и ее влияние на учение И. П. Четверикова о личности

Религиозная философия и психология в Киевской Духовной Академии в первой половине XIX века и ее влияние на учение И.П. Четверикова о личности

00

сэ

сч

£

Б

а

2 ©

Сизинцев Павел Васильевич,

аспирант, Московская Духовная Академия, sizinpash@yandex.ru

В статье ставится задача рассмотреть метафизическую психологию как часть философии и науку о душе в русле российской православной традиции и отражения ее в трудах Киевской Духовной Академии России в первой половине XIX века. Автором показано религиозное творчество ряда преподавателей курса умозрительной психологии и духовно-академического теизма с рассмотрением вопросов сознания, состава души, личных свойств, свободы, веры, любви и святости. Также автором показано развитие представлений о личности человека. Проведен краткий обзор теологических и философских трудов ректора Киевской Духовной Академии архиепископа Иннокентия (Борисова), взглядов русского философа И.В. Киреевского, профессора Ф.А. Голубинского и профессора В.Д. Кудрявцева. Исследование включает в себя рассмотрение взглядов И.П. Четверикова христианско-теисти-ческого направления. Оригинальность исследования имеет максимальную степень, так как никем исследований философского наследия И.П. Четверикова в научной среде практически не проводилось.

Ключевые слова: психология, самосознание, свобода, вера, личность человека, философия духа, социальность, переживания, творчество.

Концепции умозрительной психологии, поясняющие духовные и личные черты человека с первой половины XIX века в духовно-академической среде Киевской Духовной Академии (далее - КДА) получили религиозно-философскую окраску и новую аргументацию в деятельности теолога и проповедника Иннокентия (Борисова), архиепископа Херсонского (1800-1857), прославленного в чине святых Русской православной церковью. Все силы он отдал развитию понятий нравственной жизни и принципов психологии человека, придавая огромное значение нравственному подвигу и необходимости личностного сопереживания Иисусу Христу. Он призывал к подражанию Ему в личных свойствах, тем самым отвергая совет И. Канта «отказаться от умозрения бессердечного ума и предаться чаяниям умного сердца» [Материалы, 1882, 518]. Иерарх церкви выступал за жизнь по совести, которая предполагает, что человек постоянно задумывается о своей природе и ее евангельских основах. Такая направленность человеческого бытия неизменно ставит вопросы смысла в центр существования. Он решил очень трудную для российского времени образовательную проблему -наука о душе стала одним из важнейших предметов духовного обучения в КДА.

Архиеп. Иннокентий (Борисов) проповедовал «научение человека, которое предполагает непосредственное, т.е. личное отношение Бога к человеку» [Иннокентий, 2000, 125]. Духовность человека у него черпала силы в Откровении и была направлена на целостность душевной жизни, определяя единственно правильный способ его бытия через «поведение и действия в мире» [Гаврюшин, 2007], общения с другими людьми. Обширная психологическо-философская база его подготовки дала большой и многообразный материал изучения представлений о душе, который он воспринял через ракурс святоотеческого наследия. Как ректор КДА он осуществлял развитие науки о самосознающем духе человека, разносторонности его переживаний, относящихся в человеческой природе к ее физическим, социальным и культурным состояниям сознания. Главная цель свободных действий человека по мнению владыки состояла «в образовании его нравственного бытия» [Коцюба, 2014, 133]. Религиозная составляющая его лекций опиралась на творения преподобных православных святых Мака-рия Египетского, Иоанна Лествичника, Исаака Сирина.

Ректор КДА призывал строить способ личного бытия человека, формируя своей жизнью свободу самосознания и веру в жизнь «по идеалу», подчеркивая ответственность за поступки. При этом, он не признавал греховным принцип удовольствия, получаемого человеком от творческого труда, например, в поэзии, наставляя поэта, чтобы тот, «воспевая добродетель, не пренебрегал бы совершенно и удовольствием» [Иннокентий, 1883, 684]. Чувство естественного удовольствия от хорошего исполнения работы или выполненной творческой задачи у человека по мнению архиепископа не должно было противоречить чувству его нравственности.

Мыслитель строил свое видение души человека, прекрасно зная труды Ф.Г. Якоби, идеи философии Фихте-ст. и Г.Ф. Гегеля, но, без подчинения им своих рассуждений, Он направлялся православной традицией Откровения и разделял природу души от личных свойств человека, а тленную жизнь в миру от его вечно-идеального призвания. Его духовное мировоззрение было проникнуто нравственным смыслом бытия человека. Того подлинного существования, которое приобщает людей к постижению творческого, вневременного смысла бытия, делая его из субъекта политики этической личностью, стремящейся к высшим ценностям. Ибо «над всеми целями жизни должна господствовать мысль о вечном назначении нашем» [Малышевский, 1869, 109]. Человек воспринимался архиеп. Иннокентием как личное свободно-разумное существо, имеющее самосознание, а в душе печать образа Божия, что отражало духовное призвание человека и его стремление жить вечно. Поэтому цель бытия выражалась в святости, т.е. пусть человек «представляет всю природу храмом своего удовольствия,

но, чтобы в храме не было ни одного идола самолюбия» [Иннокентий, 1883, 685]. Из этих слов очевиден приоритет нравственного способа бытия, который должен выбираться как основание поступков на жизненном пути человека. Вера как часть образа жизни несовместима с эгоизмом, и считалась глубоко личной чертой бытия. Именно под ее влиянием высшие потребности человека, получали представление о нравственности и силы к ее исполнению. В продолжение этих идей, русская православная психология через несколько десятилетий в лице профессора психологии И.П. Четверикова была нацелена на то, чтобы раскрыть в каждом человеке «идеальную личность», высшим проявлением которой было стремление к идеалу и постижение смысла своего собственного бытия. Личность И.П. Четвериков понимал, как неделимо-единое начало, метафизическую форму, объединяющую в себе посредством самосознания «Я» духовные и природные свойства человека. Нравственным идеалом для него было христианское поведение, ибо «объективную основу христианства составляет факт богочеловечества Христа. Уяснение этого факта, установление его в точных формулах, составляет главную задачу для богословской мысли эпохи вселенских соборов» [Четвериков, 1903, 309]. Это была эпоха исследований, когда активно развивалось стремление русской мысли к гипотезам идеализма и высшего бытия. Духовно-академическая мысль рвалась как к метафизическим построениям, так и к рационально осмысленным схемам жизни, философски их обосновывая. Для психологии, основанной на философских размышлениях, разница между человеком и животными была в духовности, сущность которой раскрывалась в стремлении к высшему Благу, и к личному общению с Ним. В ответ наблюдалось проявление в окружающем мире идей истины, красоты и добра, которые воспринимал и осознавал человек. А через самосознание себя и духовное ощущение высшего бытия применительно к Богу как к личному Существу И.П. Четвериков видел личность как состояние бытия абсолютного Существа, свойством, которого является самосознание, любовь, свобода воли и проявление святости. Отсюда, через познание человеком себя самого, открытие у себя собственного стремления к идеалам, возникает побуждение искать высшего, исполнять свои обязанности к ближним и самим себе.

Центр познания у человека уходит в сторону идеальной сферы и общих, це-

лостных представлений, а аспект эмпирических знаний становится минимальным, фиксируя точку встречи знаний и веры. Ибо люди «сами должны быть убежденными в той истине, какую хотят передать другим. А для этого нужна твердая вера» [Иннокентий, 1864, 79]. Идея Божественного, рожденная логическими и созерцательными способами исследования, в истории человечества всегда поддерживалась верованиями, возникшими из моральных, эстетических и творческих побуждений души человека. Следовательно, главную этическую задачу ар-хиеп. Иннокентий видел в том, чтобы способствовать восстановлению и преображению природы человека, поврежденной пагубным образом жизни. Ибо, чтобы постигнуть идеал, мало одного мышления, но нужна активная внутренняя жизнь человека в ее полноте и синтезе духовных переживаний.

Особенное значение имело свойство личной свободы, ибо «каждый человек, каждую минуту может переменить свои мысли и действия, и следовать истине или лжи» [Иннокентий, 2005, 33]. А ложь, и следующий за нею грех затеняет в человеке разум, как средство межличностного общения, помрачает рассудок для житейской жизни, убийственно влияет на его дух, делает выборочной память, угнетенной совесть, обрекает человека на эгоизм. Человек в этой переменчивости почти не владеет собственным бытием, ибо, поверив лжи, он тогда же умер «для жизни и лишился высшего начала своей деятельности» [Иннокентий, 2005, 489], поскольку его личное начало находится под влиянием природной зависимости от страстей. При этом натура человека и ее личные свойства, включающие в себя переживания обыденного опыта, противостоят идеальным представлениям, незримо также присутствующим в человеке. Иерарх даже считал, что «мало того, что человек грешит - грех в нем живет, являясь чем-то самостоятельным, живым, постоянным, имеющим личность» [Иннокентий, 1869, 283]. Иными словами, жизненные переживания страстного характера, объединялись архиепископом в понятие «отрицательной» личности, которая разрушала подлинную гармонию бытия. И в этом размышлении также налицо идеи, повлиявшие на религиозно-философское творчество профессора психологии И.П. Четверикова. Подобие Божие при этом есть максимальное развитие личных свойств и направленность природных способностей на внутреннюю гармонию физических, социальных и ду-

ховных переживаний. А использование образа Иисуса Христа отражено у И.П. Четверикова, как наличие у человека нравственного примера для духовной коррекции своего образа жизни. Ибо «непосредственное сознание божественного бытия служит главным и основным доказательством его действительного существования» [Четвериков, 1903, 138] для человека.

В своих лекциях владыка Иннокентий старался примирить истины Откровения и данные разума, считая, что идея Бога есть безусловная черта человеческого сознания. Он считал, что такая мысль являет центр духовной действительности и в ее отсутствие дух умаляется. И также указывал, что непосредственное, личное и цельное представление о божественном дается только через церковный опыт. Мыслитель учил, что при синтезе умозрения и религиозного сознания ум не в состоянии постичь принцип нравственных ценностей. Поэтому, человеку все свои действия следует нацеливать на добро, выбирать только нравственные побуждения, контролировать свои желания, соотнося их с заповедями. Тогда приходит «свобода, которая состоит в том, чтобы свободно соединиться с Божественной свободой» [Иннокентий, 1996, 47]. изменив себя нравственно, ибо нравственность «есть самое существенное в христианстве» [Иннокентий, 2005, 553]. Но эта свобода требует духовной борьбы в стремлениях к нравственному идеалу, которое и приближает человека к раскрытию природы своей личности.

Это образ бытия особого восприятия жизни, целеустремленного к свободе и творческому вдохновению, самосознающего себя через проявления в своем бытии все большего количества личностных черт - самосознания, уникальности, творчества, любви, управляющего своими природными проявлениями для максимально возможного их совершенствования. Здесь видна близость рассуждений мыслям русского философа И.В. Киреевского о собрании всех сил человека в единое целое, ибо для рассудочного бытия «несовместимо сознание о Живой Личности Бога и о ее живых отношениях к личности человека» [Киреевский, 2002, 281]. Очевидно несовпадение в отношении к личностной терминологии у И.В. Киреевского и архиепископа Иннокентия, несмотря на сходство их размышлений. Киреевский именовал Бога Живой Личностью, ибо «Сознание об отношении живой Божественной Личности к личности человеческой служит основанием для

О £

ю

5

V

2 а

8

00

сэ

сч

£

Б

а

2 ©

веры» [Киреевский, 1911, 274]. Личность у него «разумно - свободная» и «обладает своим уникальным признаком - специфическим образом бытия и действия» [Антонов, 2006, 183]. Однако, подобная дерзость философских размышлений была нехарактерна для владыки, который держался в русле православных святоотеческих понятий. Но, стремление человека к новому и идеальному, раскрывающееся в его деятельности и творчестве подмечено и воспринято И.П. Четвериковым в его концепте о «идеальной» и «эмпирической» личностях и их взаимодействии в рамках переживаний сознания.

Владыка Иннокентий считал, что дух состоит «из ума, воли, понятий и желаний», при этом человеку свойственны в его личном бытии состояние независимости, стремление к добру, истине, красоте, чувства смерти тела и бессмертия души. Он полагал центром бытия волю человека, ибо «воля дает направление всему: быть так или иначе» [Иннокентий, 2005, 549]. Однако, вопрос о том, что является источником волевой деятельности человека он не раскрыл. В его представлениях личность отождествлялась только с тварностью и самолюбием человека по природе, при этом само самолюбие воспринималось владыкой как самостоятельное начало, склонное к греху. Он считал, что грехопадение было итогом неверного употребления людьми своей свободы. Свт. Иннокентий написал о личности Иисуса Христа, лишь то, что, по его мнению, Церковь «признавала этот предмет неизъяснимым, так же, как неизъясним у философов способ соединения конечного с бесконечным» [Иннокентий, Б/г, 357]. Он произвольно смешивал понятие познания с понятием сознания и считал, что процесс сознания предполагает участие всегда двух лиц, т.е. человек со - знает с кем-то другим, кто и делится с ним этим другим знанием. Якобы, это «внутрь нас кто-то другой знает, и это Бог, действующий непрерывно в сердцах наших». Отсюда очевидно, что понятие самосознания человека он почти не рассматривал.

Зато, в чем-то развивая, а в чем-то и корректируя идеи Иннокентия (Борисова) его активно применял через полвека профессор психологии КДА И.П. Четвериков как основу своего учения о личности в человеке и в абсолютном бытии. Он писал, что наличие «конечных целей в мире свидетельствует о бытии сознательно-духовного абсолютного существа, которое должно быть личностью, необхо-

димым свойством которой является самосознание и духовность» [Четвериков, 1903, 143]. В то же время, сама проблема бессмертия души человека, или личной свободы, характерна для религиозной философии, и для религиозной психологии, касаясь категорий, которые одновременно реальны и не реальны. Умозрительное представление, как об понятии Абсолюта синонимичного Богу, так и о душе человека представляет теоретическое рассуждение о феномене бытия или субъекте, отрефлексированное духовной интуицией. Ибо опытное подтверждение метафизических выводов в жизни не имеет места. Этот взгляд на человека присущ всей духовно-академической школе России XIX в. Он был важен и для И.П. Четверикова, признававшего метафизическую основу души и личности как высшей части духа. Поэтому, вместо понятия «Бог» в философских трудах профессора Ф.А. Голубинского употреблялась категория «Бесконечное бытие», профессор В.Д. Кудрявцев применял в аналогичных рассуждениях термин «Абсолютное бытие», а И.П. Четвериков использовал понятие «Абсолют» или «Абсолютная Личность».

Таким образом, в статье показано, что умозрительная психология КДА в первой половине XIX века была значимой религиозно-философской дисциплиной, насыщенной теологическими ценностями, логическими методами и святоотеческими интуициями. Она являлась наукой «о душе человека» и нуждалась в дальнейших исследованиях и талантливых исследователях. Одним из них и стал в начале ХХ века ее выпускник, а впоследствии профессор психологии И.П. Четвериков.

Литература

1. Гаврюшин Н.К., Черты богословского творчества святителя Иннокентия (Борисова) // Христианское просвещение и русская культура. Материалы Х научно-богословской конференции. - Йошкар-Ола, 2007. - С. 11-20.

2. Иннокентий Херсонский, свт. Сочинения Иннокентия, архиеп. Херсонского и Таврического. - СПб: Издательство П.П. Сойкина, Б/г.

3. Иннокентий Херсонский, свт. Нравственная антропология. - М. Издательство Императорское общество истории, 1869. - 597 с.

4. Иннокентий Херсонский, свт. Венок на могилу высокопреосвященнейше-го Иннокентия, архиепископа Таврического: Собрание воспоминаний о нем с

приложением избранных проповедей. -М., 1864. - 310 с.

5. Иннокентий Херсонский, свт. Можно ли позволить употребление поэзии для собственного каждого удовольствия и каково должно быть сие удовольствие? // Из неизданных рукописей архиепископа Иннокентия Борисова. / Труды Киевской духовной академии. 1883. Т. 1. № 4.

6. Иннокентий Херсонский, свт. О путях промысла Божия в жизни человеческой // О грехе и его последствиях. -М.: Издательство Паломник, 1996. - 144 с.

7. Иннокентий Херсонский, свт. О религии. - М.: Издательство Лествица, 2000. - 464 с.

8. Иннокентий Херсонский, свт. Сочинения: в 4 кн. // 2 Кн. / О человеке. -Издательство «Единецко-Бричанская епархия», 2005. - 784 с.

9. Иннокентий Херсонский, свт. Сочинения: в 4 кн. // 3 Кн. / Падение адамово. - Издательство «Единецко-Бричанс-кая епархия», 2005. - 432 с.

10. Иннокентий Херсонский, свт. Сочинения: в 4 кн. // 4 Кн. / Последние дни жизни Господа нашего Иисуса Христа. -Издательство «Единецко-Бричанская епархия», 2005. - 768 с.

11. Малышевский И.И., Историческая заметка о состоянии Академии в минувшее пятидесятилетие. // Труды Киевской Духовной Академии. 1869. № 11. - С. 64-138.

12. Материалы для истории Киевской духовной академии // Киевская старина. 1882. Т. 1. № 3.

13. Четвериков И., О Боге, как личном существе. - Киев: Типография Н.А. Гирит, 1903. - 347 с.

14. Антонов К.М., Философия Киреевского. Антропологический аспект. - М.: Издательство ПСТГУ, 2006. - 235 с.

15. Извлечение из журналов Совета Киевской Духовной Академии за 19101911 учебный год. // Труды Киевской Духовной Академии. 1911. № 1. - С. 610612.

16. Киреевский И.В., Полное собрание сочинений: в 2 Т. // Т. 1. - М.: Издательство Типографии Императорского Московского Университета, 1911. - 289 с.

17. Киреевский И.В., Разум на пути к Истине. - М.: Правило Веры, 2002. -662 с.

18. Коцюба В.И., Духовно-академическая философия первой половины XIX века и ее оценка в трудах отечественных и зарубежных мыслителей и исследователей. - М.: Академика, 2014. - 672 с.

Title of the article: Religious philosophy and psychology in the Kiev Theological Academy in the first half of the XIX century and its impact on the teaching of I. p. Chetverikov about personality.

Sizintsev P.V.

Moscow Spiritual Academy

The article aims to consider metaphysical psychology as a part of philosophy and science of the soul in line with the Russian Orthodox tradition and its reflection in the works of the Kiev Theological Academy of Russia in the first half of the XIX century. The author shows the religious creativity of a number of teachers of the course of speculative psychology and spiritual and academic theism with consideration of issues of consciousness, composition of the soul, personal properties, freedom, faith, love and Holiness. The author also shows the development of ideas about the person. A brief review of the theological and philosophical works of the rector of the Kiev Theological Academy, Archbishop Innokenty (Borisov), the views of the Russian philosopher I. V. Kireevsky, Professor V. V. Golubinsky and Professor D. Kudryavtsev. The study includes consideration of the views of I. p. Chetverikov Christian theistic direction. The originality of the study has the maximum degree; since no one studies, the philosophical heritage of I. P. Chetverikov in the scientific community has been practically carried out.

Keywords: Psychology, self-consciousness, freedom, faith, human personality, philosophy of spirit, sociality, experiences, creativity.

References

1. Gavryushin N.K., Lines of theological creativity

of the prelate Innokenti (Borisov)//Christian education and Russian culture. Materials X of a scientific and theological conference. -Yoshkar-Ola, 2007. - Page 11-20.

2. Innokenti Hersonsky, prelate. Innokenti's

compositions, apxuen. Hersonsky and Taurian. - SPb: Publishing house of P.P. Soykin, Headless.

3. Innokenti Hersonsky, prelate. Moral anthropology. - M. Izdatelstvo Imperial society of history, 1869. - 597 pages.

4. Innokenti Hersonsky, prelate. A wreath on a

grave of the most eminent Innokenti, archbishop Taurian: A meeting of memories of him with the application of the chosen sermons. - M, 1864. - 310 pages.

5. Innokenti Hersonsky, prelate. Whether it is

possible to allow the use of poetry for own each pleasure and what this pleasure has to be?//From unpublished manuscripts of the archbishop Innokenti Borisov. / Works of the Kiev spiritual academy. 1883. T. 1. No. 4.

6. Innokenti Hersonsky, prelate. About ways of

God's trade to lives human//About a sin and its consequences. - M.: Pilgrim publishing house, 1996. - 144 pages.

7. Innokenti Hersonsky, prelate. About religion. -

M.: Lestvitsa publishing house, 2000. - 464 pages.

8. Innokenti Hersonsky, prelate. Compositions: in

4 princes//2 Princes / About the person. -Edinetsko-Brichansky Diocese publishing house, 2005. - 784 pages.

9. Innokenti Hersonsky, prelate. Compositions: in

4 princes//3 Book / Falling Adam's. -Edinetsko-Brichansky Diocese publishing house, 2005. - 432 pages.

10. Innokenti Hersonsky, prelate. Compositions: in 4 princes//4 Princes / the Last days of life of the Lord our Jesus Christ. - Edinetsko-Brichansky Diocese publishing house, 2005.

- 768 pages.

11. Malyshevsky I.I., the Historical note about a condition of Academy in the last fiftieth anniversary.//Works of the Kiev Spiritual Academy. 1869. No. 11. - Page 64-138.

12. Materials for history of the Kiev spiritual academy//the Kiev old times. 1882. T. 1. No. 3.

13. Chetverikov I., About God, as a personal being.

- Kiev: N.A. Girit's printing house, 1903. -347 pages.

14. Antonov K.M., Kireevsky's Philosophy. Anthropological aspect. - M.: PSTGU publishing house, 2006. - 235 pages.

15. Extraction from magazines of Council of the Kiev Spiritual Academy in 1910-1911 academic year.//Works of the Kiev Spiritual Academy. 1911. No. 1. - Page 610-612.

16. Kireevsky I.V., Complete works: in 2 T.//T. 1. -M.: Publishing house of Printing house of the Imperial Moscow University, 1911. - 289 pages.

17. Kireevsky I.V., Reason on the way to the Truth.

- M.: Article of faith, 2002. - 662 pages.

18. Kotsyuba V.I., the Spiritual and academic philosophy of the first half of the 19th century and her assessment in works of domestic and foreign thinkers and researchers. - M.: Academician, 2014. - 672 pages.

О

Ю

5

v

2 e

8