Жизнь на шпагате

На прошлой неделе президент Украины посетил Москву, а до этого побывал в Брюсселе. "Огонек" попытался разобраться в челночной дипломатии соседей

"Украина строит независимое, демократическое государство. Отступать от этого пути мы не хотим: Стратегия (Украины.— "О") интеграции в Европу, в Европейский союз. Мы знаем, что путь будет долгим. Но главное для нас — получить сигнал, ведь стучать в закрытую дверь не очень перспективно. Сейчас на повестке дня в Украине — ускорение экономических реформ, и ускорение радикальное, чтобы вести переговоры о нашей интеграции". Это слова украинского президента. Но не Виктора Януковича, который за последние две недели успел посетить Брюссель, где принял участие в саммите Украина — ЕС, и Москву, где пообщался с Владимиром Путиным. Это слова президента Леонида Кучмы, сказанные им в декабре 1999 года, во время его заграничного турне, состоявшегося после повторного избрания главой государства. Спустя 14 лет ситуация во внешней политике Украины практически не изменилась — Киев заверяет Запад в том, что туда стремится, Запад выслушивает и ставит все новые задачи. Тем временем Россия без лишнего шума пытается привлечь Украину к себе — оставив в стороне разговоры о демократии, Москва в качестве аргумента убеждения использует экономические рычаги.

По стойке смирно

Третью годовщину своего президентства Виктор Янукович отметил в Брюсселе, где состоялся XVI саммит Украина — ЕС. Отправился господин Янукович в столицу ЕС с непростым багажом — лидеры оппозиции продолжают находиться в заключении, экономика страны по итогам года показала рост в 1 процент, договоренность с МВФ о продлении финансирования не достигнута, а такие структуры, как Human Rights Watch, в своих отчетах наперебой сообщают о сворачивании на Украине демократических свобод. Но, даже несмотря на это, результат саммита оказался для Киева весьма приемлемым. "У нас есть историческая возможность сделать рывок в отношениях Украина — ЕС путем подписания Соглашения об ассоциации, включая глубокую и всеобъемлющую зону свободной торговли,— заявил на итоговой пресс-конференции президент Европейского совета Герман ван Ромпей.— Определенные шаги уже были сделаны, однако нам нужно увидеть больший прогресс".

Между тем большинству украинцев нет дела до внешнеполитической парадигмы: сторонников вступления в ЕС примерно столько же, сколько и тех, кто стоит за интеграцию Украины в Таможенный союз (ТС), главную роль в котором играет Россия. Такой баланс обуславливает и характер внешней политики Украины, и только ленивые эксперты не отмечали, что Киев находится в шпагате, пытаясь разорваться между Брюсселем и Москвой.

— Президент Янукович достигает чрезвычайно высокого уровня в политической эквилибристике. Нельзя сказать, что он отказывается от безальтернативности европейского выбора,— рассуждает директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии Михаил Погребинский.— Но при этом мы слышим о формате наблюдателя в Таможенном союзе (речь идет о пресс-конференции президента Украины, состоявшейся 1 марта.— "О"). Я, возможно, ошибаюсь, но, насколько мне известно, такого формата ТС не предусматривает. Это говорит о том, что от направления поиска комфортного варианта отношений с Таможенным союзом Янукович не отказывается.

И это действительно так. Трудно не брать во внимание тот факт, что за 2012 год уровень товарооборота Украины и стран ТС, согласно подсчетам Виктора Януковича, составил 63 млрд долларов, а со странами ЕС — около 50 млрд. Поэтому колеблющемуся вектору придан статус национальной позиции, поскольку, как заявил президент Украины, терять что-либо мы не имеем никакого права.

При этом надо помнить: и у России, и у ЕС есть свой набор целей, которых они добиваются от Украины.

Наклон вправо

Начнем с Евросоюза. Брюсселю, во всяком случае официально, от Киева нужно выполнение всего трех вещей. Во-первых, отказаться от выборочного правосудия; во-вторых, устранить проблемы в системе выборов; в-третьих, реализовать заявленный самой же Украиной курс реформ. Взамен этого ЕС готов подписать договор об ассоциации, который упростит доступ украинских товаров и услуг на европейский рынок и отменит визы для украинских граждан. За формулировкой "выборочное правосудие" скрываются дела двух (ранее трех) украинских политиков: экс-премьера Юлии Тимошенко и бывшего главы МВД Юрия Луценко. Третьим был бывший и.о. министра обороны Валерий Иващенко, но в этом году он получил политическое убежище в Дании, куда, если верить источникам, попал через Москву. В идеале ЕС хотел бы, чтобы Тимошенко и Луценко вышли на свободу. На практике они не могут потребовать этого от президента Януковича, который всеми своими заявлениями дает понять, что он к делам этим не причастен и сам страдает от того, что из-за уголовного преследования лидеров оппозиции ухудшается международный имидж. Но вот парадокс. Стоило президенту во время телевизионного эфира сказать: "Я бы убрал эти камеры (видеокамеры в палате Юлии Тимошенко в харьковской больнице.— "О"), чтобы они не раздражали никого. Если меня слышат эти работники, я бы очень хотел, чтобы они это сделали",— р-раз — и в тот же день камер не стало.

Второй пункт касается выборов. ЕС настаивает, чтобы на Украине был принят Избирательный кодекс — унифицированный свод правил проведения всех, начиная с местных и заканчивая президентскими, выборов в стране. Требование не только здравое, но и крайне необходимое. У украинских парламентариев есть дурная привычка — за несколько месяцев до выборов они меняют правила избрания депутатов. Последний раз это произошло в прошлом году, когда они резко осознали необходимость введения смешанной системы выборов, по которой 225 депутатов избирались по партийным спискам и 225 — по мажоритарным округам. Тогда многие эксперты сошлись во мнении, что таким образом Партия регионов, почетным лидером которой является Виктор Янукович, пытается, с одной стороны, увеличить свое присутствие в Раде, с другой — уменьшить число депутатов от оппозиции, которым на региональном уровне агитировать за себя было бы труднее. Поди убеди в каком-нибудь селе, что "оппозиция — это добро", когда "злая власть" может под выборы и дорогу провести, и больницу лекарствами обеспечить.

Третий пункт — реализация реформ. Источники в ЕС утверждают, что готовы поставить "зачет" по этому пункту, даже если реформы только начнутся. Но для Киева и здесь все не просто — реформы "кусаются". Скажем, Украина должна договориться с МВФ, но пока это не получается, поскольку главное требование фонда — установление экономически обоснованных цен на газ для населения. Но повышение цен на газ, хоть за год, хоть за два года до выборов — верная электоральная смерть.

Задачи, поставленные ЕС, выполнимы, особенно если осознать, что на кону. Речь идет прежде всего об отмене виз. Во времена Виктора Ющенко Украина отменила визовый режим для стран ЕС и США. В ответ Киев надеялся, что западные государства поступят так же, но этого не произошло. ЕС опасается, и, надо признать, небезосновательно, что из Украины в Европу хлынет поток мигрантов, часть из которых окажется жителями бывших советских республик. Пока европейцы готовы говорить о либерализации визового режима для трех категорий: студентов, ученых и бизнесменов, что тоже немало. Сторонники более тесного сотрудничества с ЕС отмечают еще один важный аспект — сближение с Евросоюзом рано или поздно закончится тем, что стандарты не только материальной жизни, но и традиции, правила, свободы станут частью самой Украины. "Евросоюз для нас важен с точки зрения ценностей,— уверен народный депутат, бывший глава Службы безопасности Украины Валентин Наливайченко (фракция "УДАР Виталия Кличко").— Мы за то, чтобы промышленность Украины получила новые рынки сбыта. ЕС и интеграция туда означает для нас и получение льготных условий для выхода наших товаров на европейские рынки".

Оглядка влево

"Это политический выбор самой Украины. И мы, безусловно, будем относиться с уважением к любому выбору",— это слова Владимира Путина, сказанные им перед самым началом закрытых переговоров с Виктором Януковичем в Завидово на прошлой неделе. Вступление в Таможенный союз. Вот то, чего хочет Россия от Украины, даже если вслух говорится о том, что Москва примет любой выбор Киева.

Нет сомнений: приблизив к себе Украину, Россия сделает громадный рывок. Из Киева даже кажется, что ради этого Москва готова пойти на беспрецедентные шаги, самым простым из которых станет урегулирование стоимости газа и оплата его по "братскому" тарифу, скажем, не выше 250 долларов за тысячу кубометров. Вообще, приближение Украины трудно переоценить, учитывая глубокие исторические корни, совместную историю, войны, победы и поражения и, чего уж тут, язык. Украина в ТС — это также дополнительный рынок сбыта продукции, на Западе не востребованный. Это новая западная граница, это налоговые поступления и рабочие места, общность культур и церкви. Это понимают и в Брюсселе. "Одна страна не может одновременно быть членом Таможенного союза и иметь зону свободной торговли с Евросоюзом",— заявил по итогам саммита Украина — ЕС председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу. Так что не будет преувеличением сказать, что сейчас между Западом и Востоком развернулась борьба за Украину. И это прекрасно понимают в Киеве. "Украине свойственно и выгодно сейчас быть посередине — политически и отчасти экономически",— считает директор Института экономических исследований и политических консультаций Игорь Бураковский.

В случае если план А — приобщение к ТС — не реализуется, то у России, наверняка, есть план Б. Его составляющей может оказаться отказ от идеи снижения цены на газ, активизация строительства обходных газопроводов, выход из авиационных проектов, таких как Ан-70 или Ан-148, возобновление запрета на ввоз молочной продукции. Рычагов много, и они абсолютно реальны, в отличие от обещаний ЕС — потерять всегда больнее, чем недополучить.

Всем очевидно: Москва Киев без боя не сдаст. Более того, интеграция между государствами сейчас происходит активнее, чем когда-либо. Да, о ней не говорят во всеуслышание. Но присмотритесь: почти синхронно в столицах заговорили о борьбе с пьянством на дорогах и необходимости введения запрета на использование наличности при оплате дорогих покупок. В Киеве и Москве (или наоборот) начали серьезно уделять внимание правам усыновленных детей, изгонять из парламентов неугодных депутатов, у которых находят собственность за рубежом (Россия) или уличают в совмещении должностей (Украина). В России, вслед за Украиной, предлагают ввести смешанную избирательную систему и отказаться от партийных блоков на выборах. В Киеве некоторые бдительные эксперты уже беспокоятся: тут можно зайти очень далеко, вплоть до появления общего государства без объявления его таковым...

Положение у нынешней украинской власти действительно непростое: надо одновременно на двух фронтах соблюсти интересы, не потерять лицо, получить выгоду. А еще попытаться удовлетворить если не всех, то хотя бы большинство внутри одной — своей — страны. Возможно ли это?