Российскому бизнесу готовят новый тест

Новые требования к нефинансовой отчетности в ЕС должны быть приняты до конца первого квартала 2021 года. Они призваны положить конец произвольной оценке устойчивости компаний, которая позволяет им манипулировать показателями ESG и вводить в заблуждение инвесторов и другие заинтересованные стороны. Российские предприятия, работающие с рынками ЕС, будут вынуждены учитывать новые правила в своей работе. Возможно, это наконец заставит их перейти от экологизации на бумаге к реальному снижению нагрузки на окружающую среду.

ESG на любой вкус

К концу первого квартала текущего года Еврокомиссия должна утвердить новую версию Директивы о нефинансовой отчетности (NFRD), которая потребует от компаний с занятостью более 500 человек перейти к единому формату раскрытия информации о влиянии их основной деятельности на общество и окружающую среду. В пояснительной записке к документу указано, что действующую NFRD от 2004 года нужно пересмотреть, так как «предоставляемая компаниями важная информация об устойчивости их деятельности разрознена, не систематизирована и неполна». В результате инвесторы «не могут оценить реальное влияние компании на экологию и общество», а общественные организации — «призвать компании к уменьшению их негативного влияния».

Проблему можно описать и менее дипломатично. «В последние годы мы наблюдаем бум ESG-фондов, каждый из которых имеет свой собственный набор критериев,— говорит Дора Бланшет из Европейского агентства по ценным бумагам и рынкам.— Без единой методологии оценки невозможно сравнить их между собой, определить, действительно ли это ESG-фонды или люди просто зарабатывают деньги на модном тренде».

Тренд очевиден: в 2020 году, по данным компании Morningstar, мировой объем направляемых в ESG-фонды денег удвоился. В ЕС же в 2020-м 45% всех вложенных средств направлялись именно в ESG-фонды. По данным отчета Sustainable bonds insight 2021 платформы Environmental finance, мировой выпуск «зеленых», «социальных», «устойчивых» облигаций и бондов, привязанных к устойчивости, вырос в 2020 году на 53% в годовом выражении, до $600 млрд, что фактически втрое превышает показатель 2018-го. Опросы Environmental finance фиксируют, что в 2021 году этот рынок вырастет до $700–800 млрд.

Опасаясь «гринвошинга» (подложного «озеленения» бумаг и фондов для привлечения капитала), к унификации критериев активно призывают и заемщики, и эмитенты, и профессиональные организации, в частности Европейская ассоциация управляющих фондами и активами. Задавшись еще в конце 2019 года целью сопоставить популярные западные ESG-рейтинги, аналитики Bloomberg обнаружили, что в лучшем случае списки «наиболее устойчивых» компаний там совпадают на 73%, обычно же — на 40–50%.

В России эта проблема тоже актуальна. В последние годы большинство крупных российских компаний перешли на регулярный выпуск ESG-отчетности (в форме нефинансовых отчетов, отчетов об устойчивом развитии или аналогичных документов), что позволило начать создавать отраслевые рейтинги. Такой, к примеру, публикует рейтинговое агентство RAEX-Europe (последний выпуск был 15 февраля). Согласно ему, первые три места делят компании «Полиметалл», ЛУКОЙЛ и СИБУР. Рейтинг строится на основе «динамики образования отходов, потребления энергоресурсов» и других показателей. Впрочем, составители указывают, что «ввиду отсутствия четко закрепленных понятий "зеленых" и "социальных" проектов оценка во многом носила качественный характер».

В рейтинге агентства AK&M (ноябрь 2020-го) первые три места делят «Газпром», «РусГидро» и СУЭК. Правда, здесь речь идет уже об «уровне раскрытия информации об устойчивом развитии». В отраслевом рейтинге журнала «Эксперт» (декабрь 2020-го) первые три строчки — Сбербанк, НОВАТЭК, «Роснефть». Он, по словам авторов, показывает «роль абстрактной компании в устойчивом развитии страны». Есть и другие рейтинги. Их результат зависит от методики, а методика — от предпочтений конкретных составителей, что потенциально открывает простор для манипуляций.

Отчетность по нормативам

Принятие единых правил отчетности в ЕС, безусловно, скажется на ситуации в России и вынудит российские компании (особенно желающие попасть на европейские рынки) к ней приспосабливаться. «Российские компании, тесно взаимодействующие с ЕС, должны будут следовать рекомендациям NFRD, чтобы оставаться конкурентоспособными,— сообщила “Ъ” Светлана Гришанкова, управляющий директор RAEX.— Они, впрочем, уже довольно давно следят за международными стандартами в ESG. К сожалению, таких компаний не очень много — 30–40. Остальные задумываются об ответственном развитии, услышав от кого-то из стейкхолдеров о проблемах, выявленных в процессе анализа их отчетности. В результате их действия начинаются с улучшения отчетности, и только потом наступает очередь реальных изменений».

Дискуссии о содержании новой версии NFRD ЕС еще продолжаются, но, как говорится в пояснительной записке к ней, от компаний будут требовать публикации определенного списка показателей, подтверждения каждого из них, будет введена форма отчетности и определено место ее размещения на сайте компании. NFRD будет прилагаться к «Таксономии устойчивой деятельности ЕС», которая, собственно, и определит, какая деятельность является соответствующей ESG-критериям, а также установит экологические нормативы для каждого вида деятельности. Согласно выпущенным 1 марта рекомендациям Европейского органа по рынкам и ценным бумагам, будут обновлены и закреплены ключевые показатели эффективности для «зеленых» проектов в разных секторах экономики: оцениваться будут отдельно «экологичность» оборота, капитальных и операционных затрат.

Отдельная директива со строгими требованиями будет выпущена для банков и инвесткомпаний (SFRD). Европейское банковское управление также предлагает ввести для банков обязательство публиковать «долю зеленых активов» (green asset ratio, GAR), которая будет рассчитываться как доля всех вложений и кредитов «зеленым» проектам от общих вложений и кредитов банка. Авторы замечают, что на первом этапе показатель «для большинства банков, скорее всего, не будет достигать и 10%». Введение показателя позволит сравнивать банки между собой и «создаст необходимое давление со стороны инвесторов и вкладчиков», желающих поддержать «зеленые» компании.

Новое регулирование будет вводиться постепенно, и уже с 1 января 2022 года многие эмитенты, позиционирующие свои бумаги и фонды как «зеленые», «устойчивые», ESG или «социальные», должны будут отчитываться в рамках новой Таксономии и новой NFRD. При этом указано, что действие документов будет распространяться не только на резидентов, но и на всех, «кто желает продавать свои финансовые продукты на территории ЕС». Те, кто не будет соответствовать новым нормативам, смогут выпускать свои бумаги и котироваться на бирже, но их привлекательность для инвесторов заметно снизится.

Европейский рынок для российских заемщиков важен. Объем еврооблигаций российских эмитентов хоть и упал с 2017 года на 30%, но все еще составляет около €110 млрд. «Зеленых» облигаций пока не так много: единственный эмитент — по-прежнему РЖД, разместившие в 2019 и 2020 годах два выпуска объемом €500 млн и 250 млн швейцарских франков соответственно под 0,84% годовых. Повторить этот успех российские компании подталкивает государство: нацпроектом «Экология» до 2025 года на экологическую модернизацию экономики планируется привлечь 3,2 трлн руб. (около €35,7 млрд) частных инвестиций. Только на российском рынке найти эти деньги будет трудно: в «устойчивой» секции Мосбиржи торгуется 14 выпусков общим объемом около €270 млн. Привлекать деньги на экологическую модернизацию строго через «зеленые» долговые инструменты необязательно, но на рынке ЕС намного больше инвесторов, готовых вложиться в устойчивые компании.

После принятия новой версии NFRD потенциальным российским заемщикам придется приводить свою отчетность в соответствие с европейскими требованиями. Разрабатываемая госкорпорацией ВЭБ.РФ и Минэкономики национальная система «зеленого» финансирования (должна быть завершена до конца лета 2021 года) пока не предполагает аналога NFRD, но, как считает первый заместитель председателя ВЭБ.РФ Алексей Мирошниченко, ее в совокупности с другими документами будет достаточно, чтобы сделать ESG-показатели компаний сопоставимыми. «С выходом европейских требований к отчетности мы, конечно, будем учитывать ее при совершенствовании нашей методологии «зеленого» финансирования,— добавил господин Мирошниченко.— Правительством была поставлена задача сделать эту систему полностью совместимой с международными требованиями, чтобы помочь российским компаниям выходить на иностранные рынки».

Предлагаемая ЕС отчетность помимо отраслевых удельных выбросов парниковых газов, которые будут одним из основных параметров российской таксономии, учитывает и другие показатели. Она должна соответствовать Таксономии ЕС, которая устанавливает шесть принципов устойчивой деятельности: борьба с изменениями климата, адаптация к ним, бережное использование водных ресурсов, переход к экономике замкнутого цикла, борьба с загрязнением окружающей среды и защита экосистем. Чтобы соответствовать понятию «устойчивой деятельности», бизнес должен вносить вклад в один из пунктов и не ухудшать ситуацию по другим. Важность этого положения становится понятна на примере происшествия на объектах «Норникеля»: разлив нефтепродуктов в июне 2020 года и аварии в цехе Норильской обогатительной фабрики в феврале 2021 года вряд ли можно перевести в CO2-эквивалент, но их влияние на ESG-показатели компании очевидно.

Новое внешнее регулирование

Компании, уже активно представленные на европейских биржах, не видят в новых правилах отчетности проблем, если те будут совместимы с существующими стандартами GRI, SASB, TCFD. «Если компания в полной мере следует международным стандартам отчетности, она не может не демонстрировать свои результаты — как позитивные, так и не очень,— полагает директор по устойчивому развитию компании "Полиметалл" (котируется на Лондонской бирже) Дарья Гончарова.— Другое дело, что такой отчетностью необходимо уметь пользоваться: смотреть не только вынесенные на первый разворот красивые цифры, но и анализировать все данные в динамике и по активам». В случае же, если новый европейский стандарт отчетности не будет совместим с другими, это «не только дополнительное административное бремя для компаний, но и информационный шум для аналитиков и инвесторов», добавляет госпожа Гончарова.

В результате принятие европейских стандартов отчетности может помочь и российским властям, испытывающим, по словам источников “Ъ” в Минэкономики и Минприроды, серьезные проблемы с российскими компаниями, не желающими никаких реальных экологических ограничений. Сильнее всего это раздражение заметно в словах спецпредставителя президента по климату Руслана Эдельгиреева: «На бумаге и в корпоративных отчетах наш бизнес активно декарбонизируется, но скоро он будет вынужден платить в рамках трансграничного углеродного регулирования ЕС. Пострадает экономика нашей страны, увеличатся расходы отечественных компаний, и государству придется субсидировать тех, кто еще недавно выступал против создания национального углеродного рынка. Я не понимаю, почему наш бизнес очень плотно взаимодействует с европейскими регуляторами, а у себя на родине пытается всячески задушить любые инициативы». Видимо, основным драйвером изменений в качестве отчетности российских компаний и в этот раз будет внешнее регулирование.