Большое путешествие с современным искусством

Большое путешествие с современным искусством

Милена Орлова о маршруте Венеция—Базель—Кассель—Мюнстер

Лет десять назад компашка московских арт-критиков и критикесс организовала тайный клуб имени Тома Сойера, памятуя о способности вышеназванного литературного героя убедить окружающих в том, что покраска забора — это удовольствие, а не наказание. Под забором подразумевалось, как нетрудно догадаться, современное искусство, а основной деятельностью клуба была организация во всех отношениях приятных путешествий, с этим самым искусством напрямую связанных. Том-сойеристы осваивали экзотические и не слишком уголки земного шара, где проводятся биеннале, триеннале и прочие регулярные выставки самых распоследних (по времени изготовления, разумеется) художеств, с чувством глубокого превосходства взирая на обыкновенных туристов, не ведающих о такой разновидности практически экстремального и уж точно элитарного отдыха (не путать с банальным музейным паломничеством!). И вот, на глазах тайное братство рушится — этим летом арт-туризм грозит превратиться в массовый вид спорта. По крайней мере, пол-Москвы сидит на чемоданах и читает вместо путеводителей художественные журналы.

Виной тому заговор четырех крупнейших мировых выставок-фестивалей современного искусства, чьи вернисажи в этом июне совпали — а такое бывает, как какое-нибудь затмение Марса, раз в десять лет. По этому поводу Венецианская биеннале (происходит раз в два года), базельская ярмарка (проводится каждый год, но всего неделю), Документа в Касселе (раз в пять лет) и Фестиваль современной скульптуры в Мюнстере (раз в десять лет) объединились и предлагают всем желающим большое путешествие, или гранд-тур, по гранд-вернисажам. Выдержать такое количество художественных впечатлений за одну неделю, с 10 по 17 июня, сможет, конечно, не каждый, но удовольствие легко растянуть — выставки, за исключением Базеля, открыты до середины осени (подробности на сайте www.grandtour2007.com).

Начинается путешествие в Венеции, со старейшей в мире художественной выставки, основанной в 1898 году. Старомодную систему национальных представительств-павильонов, хорошо известную нам по ВДНХ, нещадно критиковали, но момент соревновательности (какая страна победит в этом чемпионате мира по современному искусству, решается в первые же дни международным жюри, вручающим, как и на братском биеннале Венецианском кинофестивале, "Золотых львов") оказался так привлекателен, что в нынешней биеннале участвуют аж 77 стран. Дошло до смешного — в этом году свой национальный павильон впервые появился даже у цыган, хотя по паспортам участвующие в этой выставке художники — граждане восьми государств.

Россия — среди самых старых игроков, наш павильон появился в парке Джардини ди Кастелло, цитадели биеннале, еще в 1914 году. В этот раз есть шанс, прогуливаясь по аллее, промахнуть мимо — красно-белый фасад с барочными завитками архитектора Щусева обещают закрыть гигантским интерактивным экраном, да и внутри куратор павильона, знаменитая директорша Московского дома фотографии Ольга Свиблова сулит чудеса новых технологий — тут и звуковая инсталляция от Андрея Бартенева, и водные феерии от бывшего моряка Александра Пономарева, и 3D-анимация от группы "АЕС + Ф".

Весь павильон называется Clickihope и рассчитан явно на продвинутых пользователей искусства. А вот братская Украина поступила проще и хитрее: поделила павильон между своими местными звездами и приглашенными западными — ход беспроигрышный с точки зрения пиара. Британцы тоже особо не парились — вот уже третью биеннале подряд выставляют в своем павильоне уже раскрученных звезд: четыре года назад это был Крис Офили со своим художественным ноу-хау — слоновьим навозом, в прошлый раз — дуэт Гилберта и Джорджа, в этот раз это Трейси Эмин, исполняющая на мировой арт-сцене роль девушки с трудной судьбой. Прославили ее неубранная кровать, выдвинутая на британский приз Тернера, и, так сказать, девичий донжуанский список — произведение "Все, с кем я спала".

Но по традиции главных откровений ждут от сборной международной выставки, которая проходит в Арсенале — живописном старинном военно-морском порту; попасть в этот шедевр фортификации можно только во время биеннале. Эта выставка должна по определению быть таким же шедевром кураторской мысли. В этом году впервые за 110-летнюю историю биеннале на эту роль позвали американца, да не простого, а Роберта Сторра из нью-йоркского МОМА, то бишь Музея современного искусства. Непонятно, почему это случилось только сейчас: то ли европейцы комплексовали перед большими деньгами, которые штатовские миллионеры всегда тратили на своих художников, то ли брезговали пресловутой американской массовой культурой — черт его знает, но исторический момент настал, и счастливчик не преминул им воспользоваться.

Роберт Сторр дал установку: "Думай чувствами, чувствуй головой" — и под этим девизом протащил на международную выставку массу своих соотечественников. Чему можно только радоваться — люди это все известные и даже знаменитые, и большие интеллектуалы, если не просто чистые концептуалисты, как также участвующие в выставке наши герои этого толка — Илья Кабаков с женой Эмилией, Андрей Монастырский и их младший коллега, убежденный марксист и реалист Дмитрий Гутов.

Помимо этого есть еще чем потешить гордость великороссов — на биеннале ожидается настоящее нашествие разбогатевших русских галерей, которые снимают палаццо и делают там выставки. Впрочем, в Венеции так поступают все, параллельная программа тут конкурирует с основной.

Выжившие арт-туристы отправляются на АртБазель, который последнее время претендует на лавры не просто коллекционерской тусовки, а полномасштабного фестиваля. Отдельный выставочный зал отведен под грандиозные инсталляции. На площади перед выставочным ангаром располагают всякие аттракционы вроде прозрачных туалетных кабинок или бара в виде гигантского желудка. Нечто подобное можно увидеть и в Мюнстере. Самое дезориентирующее в мюнстерском фестивале скульптуры — это его название. Поскольку у нас под скульптурой, тем более городской, подразумевается что-то совсем другое. Что можно сделать с публичным пространством, кроме того чтобы поставить там бронзовых истуканов и запустить фонтаны, в этом году покажут сорок художников из самых разных стран. Русских среди них нет. Но может быть, среди арт-туристов окажутся люди, решающие, что должно стоять на наших площадях.

Возвращаясь к Базелю, стоит заметить, что все-таки самое интересное здесь — цены. В том числе и на современное русское искусство — если постараться, то среди трех сотен стендов можно отыскать стенд московской галереи XL. И вообще, именно в Базеле отчетливо понимаешь, что некоммерческого искусства на свете не существует.

Обратный тезис пытается доказать кассельская Dokumenta — самая высоколобая выставка современного искусства в мире. При этом ее главный принцип заключается в том, что, если зритель чего-то не понял, значит ему плохо объяснили. Немцы до сих пор стыдятся, что нацисты когда-то не "поняли" модернизм, объявив его "дегенеративным", и теперь отчаянно привечают любое вольномыслие. Только в Касселе можно увидеть такое несметное количество натренированных экскурсоводов, без запинки излагающих самые завиральные идеи художников. Уже на вокзале вас встречают с распростертыми объятиями, норовя подсунуть побольше бумажек с объяснениями, куда идти и на что смотреть. Эта демократичность доведена нынешним куратором Документы австрийцем Роджером Бюргелем до абсурда — до самого вернисажа неизвестно, каких художников он выставляет, зато объявлено, что в день открытия, 17 июня, Документа устраивает прием — не для арт-элиты, а для всех жителей Касселя и простых арт-туристов. Слава богу, что Кассель — городок маленький, и сосисок и пива должно хватить на всех.