Полковник Путин провел штабные мучения

Вчера премьер РФ Владимир Путин в Рязани инспектировал перинатальные центры и на глазах специального корреспондента "Ъ" АНДРЕЯ КОЛЕСНИКОВА превращался из председателя правительства РФ в товарища полковника.

На входе в новый перинатальный центр Рязани, куда через час должен был подъехать Владимир Путин, висела табличка: "Прием новорожденных". В этом чувствовалась какая-то недоговоренность. Куда их должны были принимать? Уж не в партию ли "Единая Россия" — особенно учитывая ее курс на омоложение рядов?

В приемном покое суперсовременного центра медсестра читала газету. Заголовок во всю полосу многое объяснял здесь, в этих стенах: "Соблазнила меня грудью".

В коридоре сидела девушка. Шел, если не ошибаюсь, пятый-шестой месяц. И надо сказать, он ей и в самом деле шел — если бы не глаза девушки, наполненные такой тихой, светлой грустью и смирением перед лицом судьбы, что было ясно: она предполагала все что угодно, но только не такой нелепый исход.

Заместитель главврача клиники Елена Микитюк рассказывала: если у женщины есть настойчивое желание попасть к нам на роды — приходите.

— Сколько стоит? — вдруг нервно спросила одна рязанская журналистка.

— Нисколько,— беспечно пожала плечами замглавврача.

Журналистка благодарно кивнула.

— Если ребенок заслуживает экстренной помощи,— продолжала Елена Микитюк,— мы ее окажем.

Понятно: еще до рождения ребенок должен заслужить экстренную помощь. А если решат, что он ее не заслуживает? Пусть выкарабкивается из этой сомнительной истории самостоятельно?

На четвертом этаже, в родовом отделении, на стене висела инструкция по кормлению младенцев. Один из пунктов бил в набат: "Не убирайте у ребенка грудь раньше, чем он ее отпустит сам!"

— А то некоторые прямо выдергивают! — возмущенно заметила медсестра, обратив внимание на мой нездоровый интерес к инструкции.

На этом этаже в одной из палат уже пятые сутки хранились двойняшки Мирослава и Святослава. Хранились в целости и были единственными на этаже, кто не беспокоился насчет прихода премьера.

Господин Путин вручил их маме, Светлане Акимушкиной, сертификат в красивой деревянной рамке на двухместную коляску и добавил, что завтра губернатор решит с ней квартирный вопрос (у Светланы Акимушкиной, кроме пятидневных двойняшек, еще двое малышей, восьми и двадцати лет, а квартиру семья снимает).

— И что мне с этим сертификатом делать? — удивлялась Светлана Акимушкина после ухода премьера.— Где отоварить? Ничего ведь не сказали!

— Вы бы лучше насчет квартиры порадовались,— сказал я ей.— А коляску, может, просто привезут, и все.

— Квартиры? — с недоумением посмотрела она на меня.— Вы думаете, он серьезно?

На совещании, посвященном строительству перинатальных центров и развитию в регионах программ модернизации здравоохранения, господин Путин рассказывал о том, что в некоторых, уже построенных перинатальных центрах люди платят за то, чтобы в них попасть (похоже, Рязани это не касается. В конце концов, центр здесь работает всего лишь с 1 марта...). Платят за лекарства.

— Я не очень понимаю: почему? Ну почему? — спрашивал Владимир Путин окружающих. Хотя, казалось бы, что же тут непонятного.

Непонятно ему вчера было многое. Он не понимал, почему почти ни в одном из новых центров (их уже больше 10 из 22, которые должны быть введены в эксплуатацию по программе модернизации здравоохранения) нет интернета.

— А это же современный способ связи! — снова недоумевал господин Путин.— Можно пообщаться с родственниками!

Он говорил об этом с такой уверенностью, как будто сам он с родственниками только так и общается.

— Для центра в Саратове,— перечислял господин Путин,— была закуплена стойка эндоскопическая за 3,9 млн руб. Для центра в Курске точно такая же стойка — за 7 млн руб. Дефибриллятор, производство Япония, в Кемерове купили за 84 тыс. руб. В Краснодаре такой же дефибриллятор — за 464 тыс. руб.! Ну, я понимаю: что-то купили в начале года, что-то в конце... Но такая разница!..

Он недоумевал. Он не понимал, почему же так.

— В Чите,— продолжал премьер,— в Благовещенске и Курске квадратный метр строительства перинатального центра стоит 40 тыс. руб. А в Волгограде 60 тыс. руб. На Дальнем Востоке — 40 тыс., а в Волгограде — 60 тыс.! А в Перми — 70 тыс.! А чем Волгоград от Курска-то отличается?!

Не понимал премьер также, почему такие очереди в поликлиниках.

— Вот видеозапись! — показывал он.— Люди на морозе стоят на улице! В Барнауле очередь в поликлинику — 102 человека!.. В Благовещенске, Смоленске, Мурманске, Вологде люди проводят в очередях по три-четыре часа! К этому можно смело прибавить и почте все города Российской Федерации (включая столицу нашей многострадальной Родины).

— А в отчетах все вроде ничего! — премьер переставал недоумевать и начинал раздражаться.

Нервы у него сдали, когда выяснилось, что несколько губернаторов до сих пор не представили региональные программы модернизации здравоохранения (последний срок, который был им отведен для этого,— 10 марта этого года).

— Так и хочется сказать: мужики, вы чего?! Это же ваша сфера ответственности! Вы же сорвете эти программы! Вы же в них заинтересованы! Нет программ?.. Значит, на следующей неделе все приезжайте в Москву! И чтобы у каждого в руках программа была! Мы вам большие деньги выделяем, а вы чего?!

В режиме видеоконференции губернаторы объяснялись, чего они. Впрочем, губернатор Волгоградской области Анатолий Бровко (60 тыс. руб. за квадратный метр) рассказал, что центр в Волгограде был сдан раньше срока и укомплектован современнейшим оборудованием.

Премьер, только что клеймивший Волгоград за эти 60 тыс. руб., ни слова губернатору по этому поводу не сказал, чем, было видно, вызвал к себе крайне благожелательное отношение господина Бровко.

Прекрасен был губернатор Кировской области Никита Белых. Он построил перинатальный центр в Кирове за 33 тыс. руб. квадратный метр. (Кто меньше?! Да никто.) И сидя, как и остальные губернаторы, на фоне палаты, в которой суетились, очевидно, принимая роды, врачи и медсестры, Никита Белых рассказывал, что в отличие от центров в других регионах, на кировском объекте родились не десятки младенцев и не сотни.

— 1703 человека! — взволнованно отчитался Никита Белых.— Причем двое — во время нашей видеоконференции! И наверное, пока она будет продолжаться, еще кто-то родится!

Если бы он знал, сколько времени она продлится, он бы в этом вообще не сомневался.

С особым чувством Никита Белых говорил о введенном в эксплуатацию отделении выживания недоношенных, об интенсивной терапии новорожденных...

— И, конечно, особое внимание оказывается семейным парам с бесплодием! — воскликнул Никита Белых.

Вот что бывает, если направить энергию человека в мирное русло.

— А у вас в ванных комнатах водонагреватели стоят! — спохватился премьер.— У вас что там, горячей воды нет?

— Это резервные,— успокоил его господин Белых.— Так полагается.

Человеку в белом халате хотелось верить.

Многотрудным был разговор с губернатором Пермской области Олегом Чиркуновым. Центр в Перми должны были сдать в начале 2011 года. Губернатор планирует теперь, что это произойдет не раньше 1 августа, и с недоделками.

— Ну вы сейчас критично отнеситесь к тому, что сказали! — возмутился премьер.— К 1 августа сдадут с недоделками, а потом будут доделывать! Кого вы выбрали в качестве подрядчика?!

Господин Чиркунов пообещал, что объект будет сдан и лицензирован к 1 октября 2011 года.

Если бы господин Путин сказал ему еще что-нибудь недоброе, это привело бы только к тому, что срок сдачи объекта отодвинулся бы еще на пару месяцев.

Про 70 тыс. руб. за квадратный метр объекта Олег Чиркунов вспомнил сам:

— У нас был пермский подрядчик,— объяснял он.— Но потом мы поняли, что это не лучший вариант... Нашли Гипроздрав, который всегда по жизни проектировал эти объекты... Они дали такую смету! И я не могу найти ошибку! В четырех городах они проектировали, и везде цена разная! Торги проведены, названа цена. Давайте все еще раз проверим! Давайте найдем ошибку...

Премьер соглашался с пермским губернатором. Он уже никого не собирался наказывать и не говорил о персональной ответственности, как в начале совещания.

Только хабаровскому губернатору Вячеславу Шпорту, который сказал, что объект в городе намерены ввести к 10 сентября, он заявил:

— Так, вы в армии служили?

— Да, старшиной роты был,— подтвердил губернатор.

— Ну, так и скажите, как старшина роты: "Товарищ полковник, 10 сентября сдадим!"

— Так точно! — сидя на стуле, вытянулся в струнку хабаровский губернатор.

Товарищ полковник работал начальником штаба строительства перинатальных центров до позднего вечера.