Цифровое будущее стоматологии

Цифровое будущее стоматологии

Организация здравоохранения

Самвел Апресян

к.м.н., профессор медицинского института РУДН, президент ассоциации цифровой стоматологии

Дмитрий Ахтуба:

Здравствуйте, друзья, «Мединвестклуб с доктором Ахтуба», поможет мне его провести Наталья Анисимова. Тема передачи – цифровое будущее стоматологии.

Наталья Анисимова:

Мне очень приятно представить моего дорогого друга, ближайшего соратника, человека, на которого я равняюсь во всех отношениях, это Самвел Апресян, который является президентом Ассоциации цифровой стоматологии не только на уровне России, но и на всемирном. Человек, который удивительно умеет доносить все необходимые новые знания в практику врачей-стоматологов и рассказывает о том, как на самом деле это все не сложно, удобно и просто.

Дмитрий Ахтуба:

Традиционно о госте. Что тебя привело в стоматологию и что потом привело в цифровую стоматологию?

Самвел Апресян:

В стоматологию я попал случайно, потому что я всегда был ориентирован на юриспруденцию, и школу заканчивал с юридическим уклоном, но потом, посовещавшись на семейном совете, мы все-таки решили попробовать в роли стоматолога. Однако на третьем курсе я получил второе высшее юридическое образование, но не потому, что стоматология не понравилась, а потому, что я решил не оставлять любимое хобби, и в стоматологию втянулся очень активно. Отучился в Российском университете дружбы народов, и уже со старших курсов института я начал увлекаться новыми технологиями, выезжал в основном за границу. И после того, как я уже окончил последипломное образование в медико-стоматологическом университете, пришла идея на примере западных стран, что в России нет организации, которая бы объединяла пользователей, производителей инновационного цифрового оборудования, потому что во всем мире уже начиная с середины 80-х годов активно развивается, интегрируется цифровая стоматология, а в России, странах СНГ все это немножко заходило очень долго. С 2014 года мы создали Ассоциацию цифровой стоматологии, которая успешно на сегодняшний день развивает свою деятельность, обучает врачей-стоматологов, зубных техников, и с каждым годом благодаря усилиям целой команды специалистов, партнеров мы развиваемся.

Дмитрий Ахтуба:

Основная задача ассоциации – обучать.

Самвел Апресян:

Обучать, интегрировать новые технологии, заимствовать опыт у наших иностранных коллег, и российская стоматология уже в целом не отличается и точно не отстает от стоматологии Европы и США.

Наталья Анисимова:

У нашего гостя Александра Смирнова существовало такое мнение, что в отечественной стоматологии есть понятие феномена ввиду того, что частная стоматологическая помощь развивалась особенно сильно, не получала никакого контроля, никакого торможения, и в высокой конкурентной среде мы старались быть самыми лучшими. Мы вывели такой знаменатель, что все-таки отечественная стоматология на вершине, не то чтобы не хуже, а во многих моментах лучше, может быть не в цифровом качестве, но в мануальном и комплексном подходе к пациенту точно.

Самвел Апресян:

Я согласен, но здесь больше вопрос в частности, потому что сложно говорить в совокупности про всю специальность, потому что везде есть хорошие специалисты, есть специалисты, которые еще учатся. Я очень много посетил стоматологических клиник и в Европе, и в США, и я вижу, какой уровень врачей-стоматологов и зубных техников в России и в мире, пока я для себя сделал выводы, что по многим моментам действительно российские специалисты не отстают это точно, по некоторым пунктам превосходят, если брать в общей своей массе, потому что именно научная школа, которая на протяжении многих лет активно развивается в России, цифровая стоматология, новые технологии, однако без научной основы все это не будет работать в том виде, в котором должно работать. И конкурентная среда, которая развита сегодня в России, идет на пользу специальности, потому что молодые специалисты уже со студенческой скамьи начинают интересоваться новыми технологиями, познавать, и многие молодые выпускники может быть не по практическим навыкам, но по уровню знаний не уступают многим коллегам со стажем.

Дмитрий Ахтуба:

В какой стране наиболее интересный уровень стоматологии?

Самвел Апресян:

Одно время особенно часто летал в Германию, и были периоды, когда по шесть-семь раз в год я летал на различного рода обучения, стажировки, и приглашающая сторона обязательно водила в какую-то стоматологическую клинику, для того чтобы посмотреть уровень стоматологии, оценить качество зуботехнических работ. В последние годы очень часто я посещаю стоматологические клиники в Америке, я очень люблю ездить в Калифорнию, и для меня было откровением, когда я увидел, насколько у них организована работа, насколько американские специалисты ценят свой труд, но больше всего меня поразило, насколько труд стоматолога ценят пациенты, что пока, к большому сожалению, не очень развито в России.

Дмитрий Ахтуба:

Что пациенты ценят?

Самвел Апресян:

Пациенты поход к стоматологу ценят настолько сильно, что они планируют его за месяц-полтора до назначенного времени, берут подтверждение, очень ответственно относятся к дате, времени приема, потому что там так устроена система, что если пациент не приходит или опаздывать на прием, у него автоматически с карты списывают деньги. И любая рекомендация, назначение лечащего врача является законом для пациента, и там в голову не может прийти поспорить или спросить, а почему нельзя сделать по-другому. У нас же, и мы сами в какой-то части в этом виноваты, стоматология потихоньку начинает скатываться в сферу услуг из сферы медицины, и многие пациенты могут себе позволить поспорить с лечащим врачом, начинаются рыночные отношения, связанные с ценообразованием, это недопустимо, потому что стоматолог – тот же врач, и когда мы сами идем к врачу общего профиля, кардиологу, урологу, гинекологу, нам в голову не может прийти поспорить с доктором о назначенном лечении, спросить, возможно ли уменьшить стоимость этого лечения, а со стоматологами почему-то принята такая система общения.

Дмитрий Ахтуба:

Есть у тебя идеи, как эту ситуацию исправить?

Самвел Апресян:

Тут все зависит непосредственно от самих стоматологов. От того, что мы здесь договоримся, что давайте мы не будем так себя вести, не будем делать акции несколько имплантов по цене 1, это не значит, что нашу философию воспримут другие наши коллеги, потому что для кого-то это считается нормой работы, для кого-то нормой поведения, но в совокупности когда каждый работает сам на себя и пытается одеяло перетянуть на себя, это приходит к такой разрозненности и дисбалансу. И если мы все не объединимся, если не будет структуры, регламентирующей поведение наших специалистов, поведение наших коллег, это должен быть регулирующий орган, будь то стоматологическая ассоциации или другая организация, которая будет строго регламентировать этику поведения врачей-стоматологов.

Наталья Анисимова:

Идет еще от базовых ценностей, образования, как тебе досталась клиника, иногда это бывает по сокращенной программе, и посему мы не очень ценим свой собственный труд и свои собственные знания, потому что кто-то учится за счет родителей, поэтому не сформирована сама по себе ценность этого стоматологического лечения, и мы можем делать акции и относиться к себе, как к мастерам ногтевого сервиса. Но даже в условиях такого окружения есть те специалисты, у которых может быть и нет профиля в Инстаграме, но у них есть запись на 3-4 недели вперед, потому что они единственные, кто могут развязывать сложные соматические клубки наших пациентов.

Самвел Апресян:

В России я знаю огромное количество уникальных специалистов, к которым приезжают учиться коллеги из других стран, и это действительно люди, на которых стоит равняться, я сам люблю и слушать, и учиться чему-то у них. Однако в целом ситуация со стоматологией в нашей стране не в плане качества лечения, не в плане качества образования, а именно в плане качества этики оставляет желать лучшего.

Дмитрий Ахтуба:

Ассоциация ставит перед собой цель обучения. Это все-таки ориентировано больше на врачей или это предложение больше бизнесу, клиникам?

Самвел Апресян:

Ассоциация ориентирована в первую очередь на частно практикующих специалистов, но мы очень большой уклон делаем и на молодое поколение стоматологов и зубных техников. И мое педагогическое настоящее, потому что я работаю профессором в Университете дружбы народов, это укрепляет наши позиции, потому что Центр цифровой стоматологии, в котором мы работаем, является базой университета, там же находится и офис ассоциации, у нас большое количество молодых специалистов, которых мы на абсолютно безвозмездной основе принимаем к себе в клинику на обучение, стажировку, это врачи постдипломного образования, врачи-ординаторы.

В первую очередь мы делаем акцент на обучающихся именно Университета дружбы народов, потому что мы являемся клинической базой, но в клинике проходят обучение в том числе и ординаторы из других университетов. Мы не можем в силу ограниченного пространства принять всех желающих, а заявок постоянно приходит очень много, но какой-то конкурсный отбор мы проводим и берем определенную группу обучающихся в начале учебного года, и по окончанию обучения мы кого-то из них даже оставляем в нашей клинике работать врачом. Но те остальные, кто по каким-либо причинам не остался в нашем штате на постоянную работу, мы с уверенностью можем сказать, что после нашего обучения выходят специалистами хорошего уровня с хорошими не только теоретическими, но и практическими навыками.

Наталья Анисимова:

Когда-то будет цифра заменять всю аналоговую стоматологию или нет?

Самвел Апресян:

Это очень частый и немножко провокационный вопрос, потому что очень многие специалисты, особенно более мудрые, неправильно интерпретируют, что такое на сегодняшний день цифровая стоматология, потому что у нас есть огромное количество приспособлений, есть технологии искусственного интеллекта, различные программы по планированию лечения, и некоторые ошибочно полагают, что все это может заменить интеллект врача. Я всегда позиционирую все эти технологии таким образом, что они являются помощником для врача-стоматолога либо зубного техника, для того чтобы оказать более высококачественное лечение для наших пациентов, потому что ближайшие еще много-много лет ничто не заменит врачебное мышление, и те устройства, как они помогают нам воплотить задуманное в реальность, как оказать лечение, которое мы запланировали нашим пациентам, напрямую зависит от того, мы это будем делать сами либо будем применять различные гаджеты и устройства для его воплощения. Поэтому заменить полностью все аналоговое – наверное, да, лечить и мыслить за врачей – точно нет, по крайней мере не в ближайшие годы.

Наталья Анисимова:

Оборудование цифрового формата достаточно дорогостоящее, и не все клиники готовы пойти на то, чтобы заменить. Сколько у Вас в клиниках НоваДент стоит цифровых ротовых сканеров?

Дмитрий Ахтуба:

В каких-то клиниках еще нет, но сейчас идет перевооружение, идут активные переговоры.

Наталья Анисимова:

А в отношении цифровых лабораторий, есть ли они у Вас или заключаете контракты со сторонними?

Дмитрий Ахтуба:

Заключаем со сторонними контракты, думаем про свою лабораторию.

Самвел Апресян:

На протяжении многих лет сложилось определенное мнение, что такое цифровая стоматология, и поэтому цифровая стоматология отталкивала многих специалистов, потому что все всегда полагали, что для того чтобы начать работать с цифровой стоматологией, надо тут же бежать покупать дорогостоящие интраоральные камеры, фрезерные станки, это стоит все несколько миллионов рублей, и многих специалистов это отталкивало, потому что у них не было возможности приобрести все это. Я последние года два активно преподаю, читаю лекции в разных городах России, я преподношу несколько иную философию цифровой стоматологии и пытаюсь продемонстрировать слушателям, что на сегодняшний день для того чтобы в полной мере работать с цифровой стоматологией, не обязательно покупать супердорогостоящее оборудование. Все дело заключается в грамотном планировании лечения, а для планирования лечения нам достаточно иметь выборную по показаниям, по функциям 3D-программу и недорогой 3D-принтер, и все это позволит нам уже сегодня в полной мере проводить не только диагностику, но и комплексное планирование стоматологического лечения. И тот концепт, который я пытаюсь поменять, находит отклик у врачей-стоматологов и зубных техников, поэтому я очень надеюсь, что такая позиция несколько расширит горизонты для врачей-стоматологов, и все больше специалистов будут применять в своей ежедневной практике цифровые технологии.

Наталья Анисимова:

В отношении регионов ты замечаешь какую-то разницу, что Москва больше может себе позволить, а в той же Казани или Самаре, которые тоже являются крупными городами, где очень много достойных специалистов, есть сложности с поставкой цифрового оборудования, удобного и эргономичного варианта, о котором говоришь ты?

Самвел Апресян:

С поставками по всей России проблем нет нигде, потому что логистика позволяет доставить любое оборудование в любую точку России. Тут больше стоит говорить о ценообразовании и об экономике в конкретных городах, потому что нельзя сравнивать Москву или Санкт-Петербург по стоматологическим услугам для пациентов с отдаленными региональными городами. И учитывая, что в регионах пациенты меньше платят за стоматологическое лечение, соответственно, у врачей-стоматологов, владельцев стоматологических клиник меньше возможностей на приобретение дорогостоящего оборудования. Однако, как показывает моя практика, когда я езжу по различным городам России, огромное количество первоклассных специалистов там находится, которые по своему уровню, качеству точно не уступают специалистам из Москвы и Санкт-Петербурга.

Дмитрий Ахтуба:

Какие изменения грядут на российском стоматологическом рынке? Какие очень близко и какие будут чуть позже?

Самвел Апресян:

Стоит рассмотреть две позиции. Первая позиция – это экономическая. Здесь все не так радужно, как хотелось бы, потому что постоянно повышение цены на стоматологические услуги, что вызывает недовольство наших пациентов, это связано не из-за того, что врачи-стоматологи либо владельцы клиники решили и повысили цены, мы напрямую зависим от поставок импортного оборудования, поставок импортного сырья, и как только происходит рост валюты, мы пропорционально закупаем все это сырье дороже и вынуждены повышать цены для наших пациентов. Поэтому мы здесь зависимы напрямую.

Однако есть небольшой луч света в темном царстве, что появляется большое количество перспективных российских разработчиков, производителей. И во время своих курсов я постоянно рассказываю про российские разработки, причем уникальные разработки, будь то технологии искусственного интеллекта, создание собственных костно-пластических материалов, собственных 3D-программ, аналогов которых нет в других странах. И те цифровые программы, например, программа Авантис профессора Ряховского, которая уже более 10 лет существует на рынке и которая по научно-обоснованному исследованию показала себя самой результативной, самой функциональной программой, и многие российские специалисты даже не знают, что такая программа уже 10 лет существует на рынке, в то время, как ею начинают уже активно пользоваться за границей.

Что касается второй стороны медали, по образованности коллег и в целом по специальности, здесь перспективы как раз хорошие, потому что доступность большого количества образования на стоматологическом рынке позволяет совершенствоваться молодому поколению стоматологов, и очень скоро мы придем к тому, что молодой врач-стоматолог, который окончил ординатуру, будет полноценным специалистом в большинстве своем, потому что уровень образования у тех ребят, которые хотят учиться, будет настолько первоклассным. Если раньше главные врачи и владельцы клиник несколько с опаской относились, когда на работу приходили устраиваться молодые специалисты, вчера окончившие университет, то сегодня я могу сказать, что многие выпускники по своему уровню действительно претендуют на хорошие места.

Вопрос еще в качестве образования, которое сегодня на российском рынке представлено, потому что это очень острый вопрос. Огромное количество частных курсов, которые преподают различные наши коллеги из различных учебных центров, и никакого органа, регулирующего качество этого образования, потому что объявляется какой-то курс, собирается аудитория из стоматологов, зубных техников, лектор преподает им материал, и никто не контролирует, насколько правильный материал подается, а не приведет ли это к осложнениям в дальнейшем с пациентами.

Дмитрий Ахтуба:

Бизнес-образование тоже прошло большую стадию проб и ошибок, и там устоялся термин «инфо-цыгане», в стоматологи их нужно находить и всем рассказывать, что это неправильные курсы.

Самвел Апресян:

Я сам являюсь организатором, на протяжении последних шести лет организовываю мастер-классы и конгрессы, и мы сталкиваемся с тем, что если я, как организатор, захочу организовать курс очень грамотного специалиста, профессора или частно практикующего стоматолога, который обладает уникальными знаниями, но он не зарегистрирован в социальных сетях, его не знает аудитория, то мне будет крайне сложно собрать аудиторию. Если взять молодого специалиста, который вчера окончил институт, учился на тройки, но зато он мегапопулярен в соцсетях, у него большое количество подписчиков, лайков, и неважно, о чем он будет говорить на курсе, аудитория на него пойдет на ура, и это на самом деле прискорбно, потому что качество материала, который преподносится на курсе, должно жестко регулироваться, иначе это все может привести к плачевным последствиям.

Наталья Анисимова:

Я согласна, и для меня этот вопрос актуальный, потому что наша территория – это безопасность и неотложные состояния, и если винир будет приклеен не туда или имплантат будет установлен не так, а потом изъят, никто от этого не погибнет, будет неприятно, больно, плохо, а если неотложная помощь будет оказана не должным образом, человек погибнет, и люди гибнут, потому что лекторы определенного уровня импровизируют, показывая, что они могут. Но у нас были попытки попробовать отрегулировать такое настроение среди лекторского сообщества, мы встретили большое количество сопротивления с разных сторон, но мне думается, что это то информационное поле, в котором нам просто нужно уметь работать, жить и, зная законы маркетинга и бизнеса, правильно преподносить информацию от качественных узкоспециализированных специалистов для массовой аудитории. Наша задача – научиться пробовать оседлать эту волну популярности у умных людей, это очень непростая задача, потому что всем интересно наблюдать за тем, что этот интересный специалист делает дома, в туалете, на кухне, быть популярным в соцсети – это не такая уж большая задача. Большая задача – донести правильные знания от хороших, закрытых и непопулярных специалистов на большую аудиторию.

Самвел Апресян:

Тут спорный вопрос, потому что беда может случиться, и я не вижу ни одной причины, почему до сих пор этим не занимаются наши общественные организации, потому что рынок обучения растет, правда, после прошлогодней пандемии количество учебных центров резко сократилось в стране, но качество образования, особенно которое публично преподносится аудитории, должно быть подтвержденным.

Дмитрий Ахтуба:

Что сейчас происходит интересного в стоматологии, чего мы ждем технологически? Я был в Кельне года два-три назад, и аппараты все меньше и меньше становятся. Движение компактности к тому, что гаджет для доктора будет рядом с ним, это оправданные надежды?

Самвел Апресян:

То, что доктор сегодня может многие виды стоматологических реставраций изготавливать уже без привлечения зуботехнической лаборатории, это на протяжении 30 лет активно используется, и уменьшение в размерах, то есть эргономика устройств интересна, но она в данном случае не принципиальна. Тут больше мы ожидаем технологично несколько других вещей, потому что когда мы читаем лекции, обучаем, и сейчас говорим, что есть интраоральные 3D-камеры, фрезерный станки, которые из куска керамики, циркония изготавливают реставрации, я придерживаюсь все-таки такого мнения, что будущее не за этими всеми фрезерными станками, будущее за 3D-принтерами, потому что эра 3D-принтинга очень активно развивается, и мы только лишь ограничены теми материалами, которые присутствуют на рынке, в основном это фотополимеры, из которых мы можем изготавливать только временные конструкции. Однако я знаю, что уже идут активные разработки, уже есть довольно неплохие результаты, когда печатают в том числе и керамику, и все это в конечном итоге значительно снижает себестоимость работ, потому что конструкции, изготовленные с помощью 3D-принтера, в разы дешевле, нежели конструкции, изготовленные с помощью фрезерной машины. Поэтому как только направление аддитивных технологий начнет еще более расширяться, как только будут появляться новые материалы для постоянного ношения, тогда мы сможем и нашим пациентам предоставлять самые инновационные стоматологические услуги, но уже по более приемлемым ценам.

Дмитрий Ахтуба:

Когда это примерно может случиться?

Самвел Апресян:

Я уже встречался с ребятами, которые поставляют в Россию оборудование для 3D-печати циркониевых каркасов коронок, однако стоит это оборудование баснословных денег и абсолютно не жизнеспособно в настоящее время, но я думаю, что не позднее, чем в течение 5 лет уже появятся доступные 3D-принтеры, которые позволят изготавливать конструкции для постоянного ношения.

Дмитрий Ахтуба:

Чего еще ждать в терапии, в ортодонтии идут большие изменения.

Самвел Апресян:

Очень активно сейчас развиваются технологии искусственного интеллекта, и есть очень яркий пример применения искусственного интеллекта в стоматологии. Для меня особенно радужно говорить о том, что именно российская разработка нашего друга и коллеги, технология уникальна, и я думаю, что эра искусственного интеллекта будет все больше и больше с каждым годом внедряться в различные отрасли, не только в медицину, но и в жизнь в целом. В дальнейшем мы можем ожидать таких вещей, которые сегодня даже не предполагаем, не исключено, что пациент будет заходить в клинику, и специальные датчики, пока он заполняет историю болезни, будут сканировать, и уже на экране монитора будет выводиться полностью его диагноз, состояние полости рта и автоматически выводиться компьютерная томография.

Наталья Анисимова:

Пока эта эра не наступила, пока мы можем только фантазировать, как мы повышаем безопасность вмешательства?

Самвел Апресян:

Цифровая безопасность заключается именно в тех аспектах, когда мы проводим тщательное планирование лечения и не приступаем к реализации, к инвазивным процедурам до тех пор, пока не будем уверены, что в том виртуальном образе пациента, который мы получаем на экране компьютера, мы же проводим все диагностические, подготовительные процедуры, мы изготавливаем прототипы будущих реставраций, примеряем все это в полости рта, и только после того, как находим гармонию между функцией и эстетикой и удовлетворяем полностью свои врачебной взгляды в плане функционально необходимых моментов, только после этого мы уже переходим к инвазивным процедурам, препарированию, имплантации зубов. Все это позволяет нам получать гарантированный результат, который мы запланировали, тот цифровой сценарий, который мы составили, не экспериментируя на пациенте, как зачастую бывает, что начинают изготавливать работу, не проведя должного планирования, а потом на выходе, когда фиксируют конструкцию в полости рта пациента, возникает масса вопросов, связанных как минимум с цветом, который не нравится. Но самое страшное, когда развиваются проблемы, связанные с дисфункцией.

Наталья Анисимова:

И тогда можно привести к инвалидизации определенным образом наших вациентов.

Дмитрий Ахтуба:

И как это исключить?

Наталья Анисимова:

Планирование и еще раз планирование. Здесь мы можем упереться в один вопрос, который всегда задает наше сообщество, – тогда планирование можно вносить отдельно в прайс или это должно быть включено в стоимость лечения? Действительно, с этим планом лечения, с расписанными моментами обследования наш пациент может пойти в другую клинику, где могут и не следовать цифровым протоколам, но планом воспользуются с удовольствием. Мне хочется вспомнить про замечательную программу Диагнокат. Мне с точки зрения работы со сложными соматическими пациентами кажется большим преимуществом компании и возможностью увидеть хронические очаги инфекции, возможность их не упустить, потому что когда человек планирует это все, очень сложно в потоке пациентов не забыть, о чем идет речь, а когда мы находим очаги инфекции, очаги деструкции, которые могут повлиять на здоровье человека в целом, цифровая система это высчитывает, рассказывает нам о том, как нам стоит планировать, мы соотносим это с соматическим статусом и уже тогда принимаем решение, что удаление в этом случае для общего здоровья пациента будет лучше, нежели попытки его лечить. Я думаю, это значительно сократит и время лечения наших пациентов, улучшит общее качество медицинской помощи, и у нас меньше будет инфекционных осложнений у пациентов, у которых есть проблемы с сосудистой системой, ведь те же пародонтопатогены активно высеивают во всем, чем только можно, и кроме эстетики еще есть и функции, инфекции в полости рта, которые мы упускаем, не используя современные цифровые методики.

Самвел Апресян:

Диагнокат – яркий пример искусственного интеллекта российской разработки, про который я и говорил. Не так давно у меня было выступление, была аудитория из более мудрого поколения стоматологов, и они не могли понять и задавали мне вопросы: получается, на основании результатов искусственного интеллекта можно ставить диагноз пациентам? Я пытался переубедить, что искусственный интеллект является исключительно помощником, потому что врачу-стоматологу, чтобы полноценно исследовать компьютерную томографию, полноценно описать, минут 30 нужно, не меньше. Технология искусственного интеллекта делает это за 2-3 минуты, и это не значит, что мы должны, следуя отчету искусственного интеллекта, тут же заполнять историю болезни, но это является хорошим помощником и указателем на те проблемные зоны, которые мы, возможно, упустили при визуальном осмотре, причем мы это все научно доказали.

Наталья Анисимова:

У меня тоже в практике были такие моменты, когда серьезные костные очаги деструкции мной были пропущены, несмотря на то, что компьютерная томограмма была сделана, мы с пациентом обратили внимание на более насущную проблему, и это повторялось раза три или четыре за всю мою практику. Нужно иметь больше времени на то, чтобы общаться с пациентами, в этом случае цифровые помощники нам в этом отличное подспорье.

Дмитрий Ахтуба:

Вы кандидат медицинских наук, профессор, президент ассоциации, еще масса конгрессов, образовательной деятельности, чтобы все это успеть, что помогает в жизни?

Самвел Апресян:

Самое главное ставить цели для себя, потому что можно довольствоваться тем, что есть здесь и сейчас, а можно ставить какие-то цели. И я действительно получаю удовольствие, что вокруг нас собирается большое количество молодых ребят, которые горящими глазами смотрят на все это, что им интересно. Я вспоминаю себя в их возрасте, мне хочется помочь, и самая большая благодарность и цель, которую необходимо мне достигнуть, это чтобы было большое количество учеников, последователей, хотя я еще не в том возрасте, когда могу говорить об учениках, но тем не менее мне приятно, что у нас в клинике, в нашем центре молодые ребята уже показывают результат, многие международные компании начинают заключать с нашими докторами контракты, многие коллеги приезжают к нам в клинику, и их молодые ординаторы, которые владеют технологиями, их уже обучают. Для меня лично это самая большая награда. Самое главное – это заниматься любимым делом, потому что если работа тяготит либо не лежит душа, это горе для человека, заниматься нелюбимым делом, а когда ты получаешь заряд и энергию от того, чем ты занимаешься, здесь все пропорционально, по формуле: чем больше ты занимаешься, тем больше энергии ты получаешь.

Дмитрий Ахтуба:

Занятия спортом?

Самвел Апресян:

Я активно занимался в студенческие годы боевыми видами спорта, потом меня на это перестало хватать, были последствия, я прибавил 40 килограммов к весу, потом пришлось в течение 4 лет избавляться от этих вредных килограммов. Что касается прогулок, это мой минус, я категорически не люблю ходить пешком. Когда появляется свободная минута, мы с коллегами садимся и начинаем писать новые статьи, писать книги. Прошла пандемия, в плане бизнеса она очень негативно отразилась на всем бизнесе в целом, но в плане научных прорывов мы продвинулись значительно вперед, потому что за период пандемии мы написали интересный учебник по цифровой стоматологии, у нас вышло порядка 13 статей, 3 патента, то есть за время, которое нам не давали зарабатывать деньги, мы решили внести вклад в науку.

Дмитрий Ахтуба:

Какие жизненные принципы помогают быть активным?

Самвел Апресян:

Самыми главными принципами считаю, как для любого нормального человека, это всегда быть открытым и честным в первую очередь перед собой, потому что моя прямота, порой резкость очень часто приводила к неким недопониманиям со стороны оппонентов. Я считаю это своим плюсом, кто-то считает это моим минусом, когда я могу человеку в глаза сказать все, что я о нем думаю, но это честно. Если ты что-то думаешь не очень хорошее про человека или он тебе неприятен, зачем улыбаться в лицо и лицемерить, когда можно открыто человеку сказать о своих недовольствах, претензиях, тем самым не забивать свою карму, это очищает и с этим проще жить.

Наталья Анисимова:

Как эта прямота дает о себе знать с точки зрения собственных эмоций, потому что чаще всего те люди, которые умудряются ни с кем не ссориться, живут дольше, приятнее? И у меня есть такой пример, я работаю на кафедре под руководством такого человека, который ни с кем никогда не поссорился, и никто никогда не скажет о нем плохого слова, и мы всем коллективом очень гордимся, что Соломон Абрамович Рабинович – это единственный человек, которого любят все.

Самвел Апресян:

Я очень эмоциональный человек, иногда чрезмерно, в некоторых вопросах это мешает рассудительно и холодно подойти к вопросу, но в целом я такой, какой есть, и в каких-то моментах эта эмоциональность меня стимулирует и помогает.

Дмитрий Ахтуба:

Какие принципы и методы помогают с сотрудниками? Кто-то считает, что с людьми нужно по-доброму, кто-то говорит, что нужно быть категоричным, строгим. Ты добрый руководитель?

Самвел Апресян:

Я справедливый руководитель, я очень люблю свой коллектив, основной костяк – это те, кто у меня учился, у кого я учился в свое время, и у нас очень теплые отношения. Все знают, чтобы я проявил эмоции, поругался просто так, потому что мне так захотелось, не бывает, любое решение, кадровое либо волевое, я собираю коллектив и говорю: ситуация такая, давайте решать этот вопрос вместе. У меня со всеми сотрудниками, помимо деловых, дружеские отношения, и мы постоянно помимо рабочих отношений можем позволить себе вместе выйти в какое-то место, посидеть, отметить корпоратив. Но для меня есть определенные принципы, что бизнес и дружба – это совершенно два разных понятия, и если они начинают смешиваться, то либо одно заканчивается, либо другое, поэтому эти принципы, что работа есть работа, никаких дружеских теплых отношений не должно быть, только чисто рабочие отношения, а все, что касается дружеских отношений, это за пределами клиники.

Дмитрий Ахтуба:

Есть понимание, что бизнес работает по своим цифрам?

Самвел Апресян:

Я постоянно в голове генерирую какие-то идеи, и это мешает мне порой засыпать вечерами, и у меня есть свое видение этого бизнеса, партнеры, с которыми я работаю, когда я представлял один, второй проект, сначала все это казалось недостижимым в те сроки, которые я указывал, но с Божьей помощью мы все равно достигали этим сроков, поэтому есть своя формула, но это секретная формула.

Дмитрий Ахтуба:

Спасибо за приятную встречу, «Мединвестклуб с доктором Ахтуба», до встречи в эфире.