Роль социальной поддержки как стратегии преодоления личностью трудных жизненных ситуаций

УДК 159.923

РОЛЬ СОЦИАЛЬНОЙ ПОДДЕРЖКИ КАК СТРАТЕГИИ ПРЕОДОЛЕНИЯ ЛИЧНОСТЬЮ ТРУДНЫХ ЖИЗНЕННЫХ СИТУАЦИЙ

К.И. КОРНЕВ, А.С. АГАЛАКОВА

Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского

The role of social support as coping strategy is studied. The types of social support in different stressful situations are considered. The social supporting environment of an individual is researched. Accounting the stressful situation the efficiency of the presented social supporting types is estimated.

Современные исследования совпадающего поведения личности доказывают значимую роль особенностей ситуации и личностных характеристик в выборе стратегий копинга, психоэмоциональном состоянии человека, находящегося в трудной жизненной ситуации (ТЖС), а также в эффективности преодоления самой ситуации. Данные аспекты широко представлены и описаны в современной научной литературе, что, тем не менее, не снижает актуальность копинг-исследований.

Анализ работ по стрессу и совпадающему поведению личности позволил нам обнаружить значительный пробел в исследованиях относительно социально-ориентированных

стратегий копинга. Между тем любая трудная жизненная ситуация так или иначе включает социальные условия, в которых разворачивается процесс совладания личности, а также ее социальное окружение, к которому человек может обратиться (или обращается) за социальной поддержкой. Исходя из этого изучение стратегии социальной поддержки личности, на наш взгляд, является одной из центральных проблем в психологии совпадающего поведения, разработка которой важна для понимания механизмов социально-ориентированных форм копинга и роли социального окружения личности в эффективном преодолении трудных жизненных ситуаций.

Немногочисленные работы в данном направлении показывают, что социальная поддержка понимается как способ совладания, связанный с социальными контактами и обращением к другим людям за помощью.

Анализ зарубежных исследований, посвященных проблеме социальной поддержки, показал, что они сосредоточены в основном на изучении социального окружения личности и особенностях восприятия помощи такого окружения (S. Cohen, T.A. Wills, B.N. Uchi-no, N. Bolger, J. Eckenrode, S.J. Lepore,

G.W. Evans, M.L. Schneider, K.S. Kendler, J. Myers, C.A. Prescott и др.), а понимание стратегии социальной поддержки сопряжено с неоднозначным толкованием форм поддержки и их эффективностью (R. Lazarus,

S. Folkman, C.S. Carver, M.F. Scheier, J.K. Weintrab, P. Thoits и др.).

Так, например, Р. Лазарус и С. Фолкман выделили шкалу поиска социальной поддержки, которая подразумевает обращение за информационной, эмоциональной и действенной помощью [1]. Н.С. Эндлер и Д.А. Паркер вводят стратегию социального отвлечения, которая характеризует стремление быть в обществе знакомых и близких людей [1]. По мнению П. Тойтс, поиск социальной поддержки предполагает общение с членами семьи, поиск совета или помощи, общение с друзьями, консультации у психотерапевта или должностного лица [2]. С. Хобфолл рассматривает две копинг-стратегии социальной поддержки: «вступление в социальные контакты» как общее стремление быть включенным в социальные связи; «поиск социальной поддержки» как обращение за помощью и сочувствием к ближайшему окружению [1].

Ч. Карвер с соавторами [11], а также Л. Ас-пинвал, Р. Шварцер, С. Тауберт [1] диффе-

© К.И. Корнев, А.С. Агалакова, 2Q1Q 12

ренцируют виды социальной поддержки, предлагая две стратегии копинга: поиск информационной и эмоциональной поддержки.

Таким образом, отсутствует единое понимание стратегии социальной поддержки, а толкование видов социальной поддержки зависит от теоретических позиций самого ученого. Данные закономерности позволяют критически отнестись к имеющемуся диагностическому инструментарию стратегий копинга.

На наш взгляд, представление о видах социальной поддержки может быть дополнено. Опираясь на исследования S. Cohen и N.A. Wills [12], H. Sek [13], мы выделили информационную (получение полезной информации, совета), эмоциональную (сочувствие, понимание), материальную (безвозмездная материальная помощь, подарки, деньги взаймы) и инструментальную виды социальной поддержки (помощь делом). Изучение данных видов социальной поддержки позволяет, на наш взгляд, более полно раскрыть способы поведения и ресурсы личности в трудных жизненных ситуациях.

В отношении проблемы взаимосвязи социально-ориентированных форм совпадающего поведения с копингом личности в целом, а также с эффективностью преодоления ТЖС можно выделить следующие закономерности, обнаруженные зарубежными коллегами.

Р. Лазарус и С. Фолкман оценивают поиск социальной поддержки как эмоционально-ориентированный способ преодоления, который способствует приспособлению к ситуации путем регуляции своего состояния [1]. По мнению Н.С. Эндлера и Д.А. Паркера, поиск социальной поддержки относится не к эмоционально-ориентированному, а избегающему типу копинга, в соответствии с этим, они вводят субшкалу социального отвлечения [6]. П. Тойтс относит поиск социальной поддержки к стратегиям, ориентированным на ситуацию и ее изменение [2]. Ч. Карвер с соавторами относят поиск информационной поддержки к активным проблемно-ориентированным стратегиям, а поиск эмоциональной поддержки - к стратегиям, не связанным с активным преобразованием ситуации [11].

В соответствии с существующими подходами к пониманию социальной поддержки можно сделать вывод о том, что обращение за поддержкой к другим людям может способствовать и активному преобразованию ситуа-

ции, и улучшению эмоционального состояния, и отказу от решения проблемы. В связи с этим вопрос эффективности копинг-стратегии социальной поддержки также является открытым.

На наш взгляд, социальная поддержка как копинг-стратегия не только позволяет снизить психологическое напряжение, но и способствует эффективному преодолению трудной жизненной ситуации, что позволяет отнести данную стратегию к копинг-ресурсам личности.

Отечественные исследования, посвященные изучению восприятия социальной поддержки и стратегии социальной поддержки, также являются немногочисленными (В.М. Ялтонский, Н.А. Сирота, С.А. Лигер,

Н.А. Рождественская, Е.А. Писарева и др.).

Анализ как зарубежных, так и отечественных исследований показывает, что помимо проблемы эффективности существует проблема недостаточной изученности ситуационных и личностных детерминант социальной поддержки как стратегии копинга.

Изучение ситуационного контекста ко-пинг-поведения позволяет выявить и прогнозировать поведение человека в соответствии с характером стрессовых воздействий. Существующие исследования [3; 4; 5; 9 и др.] обращаются в целом к ситуационному контексту копинга, тогда как проблема соответствия эффективности копинг-стратегий той или иной трудной жизненной ситуации является малоизученной.

Исследования личностных детерминант копинга студентов в ситуации экзамена [9; 14] позволили выявить влияние самооценки, тревожности, локуса контроля, мотивации аффилиации, мотивации достижения, экстраверсии, нейротизма на поиск социальной поддержки. В исследовании копинг-поведе-ния студентов-медиков [8] была выявлена значимая роль мотивации аффилиации, эмпатии и восприятия социальной поддержки. Закономерности личностной детерминации стратегии социальной поддержки, выявленные в исследованиях, посвященных изучению копинга студентов [8; 9; 14], позволяют сделать предположение о существовании аналогичных тенденций, характерных в целом для юношеского возраста.

Согласно результатам исследований Л.И. Дементий [4], Т.Л. Крюковой [5], С.А. Лигер [8], А.Ю. Маленовой [9] и др.,

стратегия социальной поддержки является одной из основных, наиболее распространенных копинг-стратегий, используемых лицами юношеского возраста для преодоления трудных жизненных ситуаций. Такая закономерность не случайна, поскольку в данном возрасте, возрастает значимость межличностных отношений, молодой человек активно включен в систему социальных контактов и процесс освоения социальных ролей, что сопровождается недостатком жизненного опыта в решении возникающих трудностей, а это способствует тому, что молодой человек обращается за поддержкой к своему социальному окружению. Такие особенности юношеского возраста и значимой роли социальной поддержки позволяют нам обратиться к изучению особенностей социально-ориентированных форм копинга у юношей и девушек.

В связи с недостаточной разработанностью обозначенных выше проблем возникает необходимость расширения и дополнения научных представлений о социальной поддержке как копинг-стратегии и копинг-ресурсе личности.

В 2009-2010 гг. нами было проведено исследование, целью которого стало изучение социальной поддержки как копинг-стратегии и ресурса личности юношеского возраста.

Для достижения цели были поставлены следующие исследовательские задачи:

1. Изучить ситуационный контекст копинга личности в юношеском возрасте.

2. Изучить копинг-стратегии и определить место стратегии социальной поддержки в копинг-поведении личности юношеского возраста.

3. Изучить особенности копинг-стратегии социальной поддержки личности в трудных жизненных ситуациях.

4. Определить личностные детерминанты копинг-стратегии социальной поддержки.

5. Изучить социальную поддержку как копинг-ресурс личности в трудных жизненных ситуациях.

6. Выделить типы личности, характеризующиеся особенностями социальной поддержки в трудных жизненных ситуациях.

Теоретической гипотезой стало предположение о том, что социальная поддержка является типичной копинг-стратегией личности юношеского возраста и выступает ко-пинг-ресурсом, обеспечивая эффективное преодоление трудных жизненных ситуаций.

В исследовании приняли участие 149 студентов высших учебных заведений г. Омска в возрасте от 17 до 23 лет (средний возраст 19,5 лет) - 30 % юношей и 70 % девушек.

Основными методами исследования являлись опрос и тестирование.

Для проведения опроса был составлен авторский опросник-интервью, посвященный изучению стратегии социальной поддержки в трудных жизненных ситуациях личности юношеского возраста.

Для изучения копинг-стратегий мы использовали «Опросник диагностики копинг-стратегий» (COPE-inventory) C.S. Carver,

M.F. Scheier, J.K. Weintrab (в адаптации Л.И. Дементий), модифицированный в целях исследования путем добавления дополнительной шкалы «Эффективность». Испытуемым предлагалось оценить, насколько тот или иной способ поведения помогает преодолеть трудную жизненную ситуацию по 5-балльной шкале, при этом эффективность копинга мы понимали как преодоление стрессовой ситуации путем разрешения проблемы.

Для изучения личностных особенностей был использован следующий диагностический инструментарий: «Методика исследования локализации контроля личности» Е.Г. Ксенофонтовой; «Диагностика мотивов аффилиации» (А. Мехрабиан); «Многомерная шкала восприятия социальной поддержки» (M.S.P.S.S.) Д. Зиммета (адаптация НА. Сирота и В.М. Ялтонский); 16-факторный опросник Р.Б. Кеттелла (16PF- форма С).

В соответствии с логикой задач представим полученные результаты.

Нами был изучен широкий спектр трудных жизненных ситуаций, запускающих копинг личности в юношеском возрасте. На основании исследования Т.Л. Крюковой [5] мы выделили 20 ситуаций, которые могут быть стрессовыми в юношеском возрасте, и предложили студентам отметить те трудные жизненные ситуации, с которыми они сталкивались в своей жизни. Применив метод контент-анализа, мы выделили три типа трудных жизненных ситуаций: ситуации, связанные с трудностями в отношениях; ситуации, связанные с активностью (предполагающие какую-либо деятельность, участие/неучастие в чем-то); ситуации потери, связанные с переживанием потери близкого человека (в случае смерти, разлуки или разрыва отношений), потери здоровья, потери безопасности (в случае переезда, материальных проблем).

Нами было выявлено, что наиболее распространенными трудными жизненными ситуациями в молодежной среде являются ситуации потери, ситуации профессионального выбора и обучения в вузе, ситуации, связанные с желанием или нежеланием участвовать в какой-либо деятельности, а также ситуации трудностей в отношениях со сверстниками и противоположным полом (табл. 1). Полученные результаты в целом отражают особенности юношеского возраста: значимой является сфера межличностных отношений с противоположным полом и сверстниками, выбор профессии и учебно-профессиональная деятельность.

Изучив ситуационный контекст копинг-поведения, мы обратились к рассмотрению тех копинг-стратегий, которые используются юношами и девушками для преодоления трудных жизненных ситуаций, и определению места поиска социальной поддержки среди других способов совладания. Мы использовали подход к копингу Ч. Карвера, который предлагает рассматривать широкий спектр поведенческих стратегий в трудной жизненной ситуации, в том числе две стратегии социальной поддержки - информационной и эмоциональной, что в рамках нашего исследования имеет значение (рис.).

Таблица 1

Распространенность трудных жизненных ситуаций в юношеском возрасте

№ п/п Трудные жизненные ситуации Распространенность, %

1 Болезнь 81,8

2 Поступление в вуз, обучение в нем 78,0

3 Разрыв с любимым человеком 68,8

4 Трудности отношений с противоположным полом 68,8

5 Выбор профессионального пути 66,1

6 Неучастие в том, в чем хочется 57,8

7 Трудности отношений со сверстниками 56,9

8 Принудительное участие в какой-либо деятельности 55,0

9 Переезд 52,3

10 Материальные проблемы 51,4

11 Смерть бабушки, дедушки 49,5

12 Разлука с родителями 32,1

13 Развод/разлад родителей 30,3

14 Сверхконтроль родителей 25,7

15 Трудности отношений с братьями/сестрами 21,1

16 Трудности отношений с отчимом/мачехой 12,8

17 Равнодушие родителей 11,0

18 Смерть родителей 9,2

19 Сексуальные проблемы 7,3

20 Брак, отношения с супругом 2,8

14

12

10

8

6

с

с

(О

ю

сё

ф

о

л

н

о

о

X

X

ф

*

(О

_0

со

13,17 12,94 12,64 12,61

12,03 11,14 11,09 11,08

10,35 10,28

9,85

7,89 7 4

7 8 9

Копинг-стратегии

10

11

12

7,09 6,76

13

14

15

Среднегрупповой профиль копинг-стратегий личности юношеского возраста:

1 - положительное истолкование и рост; 2 - планирование; 3 - активный копинг; 4 - поиск активной общественной поддержки; 5 - поиск эмоциональной поддержки; 6 - подавление конкурирующей деятельности; 7 - фокус на эмоциях; 8 - принятие; 9 - сдерживание; 10 - юмор; 11 - ментальное отстранение; 12 - обращение к религии; 13 - отрицание; 14 - поведенческое отстранение; 15 - использование алкоголя и наркотиков.

4

2

0

2

3

4

5

6

К числу типичных копинг-стратегий личности юношеского возраста (больше 12 баллов) относятся положительное истолкование и рост (средний балл - 13,17), планирование (12,94), активный копинг (12,64), поиск активной общественной поддержки (12,61), поиск эмоциональной общественной поддержки

(12,03). Как видно на рис., поиск информационной и эмоциональной поддержки занимают 4-е и 5-е места по степени выраженности у молодежи. При этом мы установили, что информационная поддержка является типичной стратегией (т. е. набирает более 12 баллов) для 76 % испытуемых, эмоциональная поддержка - для 64 % молодых людей. Таким образом, мы можем говорить о том, что социальная поддержка является типичной копинг-стратегией личности юношеского возраста.

В рамках исследования мы обратились к изучению специфики социальной поддержки. На основе анализа опросника-интервью нами были выявлены следующие виды (или выраженность) копинг-стратегии социальной поддержки. Наиболее предпочитаемыми видами социальной поддержки у молодежи является информационная (69,7 %) и инструментальная поддержка (68,8 %). За эмоциональной поддержкой к окружающим обращается около половины испытуемых - 56 %. Обращение за материальной поддержкой является наименее распространенной стратегией преодоления трудных жизненных ситуаций (19,3 %).

Особенности стратегии социальной поддержки зависят от типа трудных жизненных ситуаций.

В ТЖС, связанных с трудностями отношений, наиболее предпочитаемыми видами социальной поддержки является информационная и эмоциональная. Так, в ситуациях трудных отношений с противоположным полом со сверстниками за эмоциональной поддержкой обращаются 58,7 % и 58,1 % студентов, за информационной поддержкой - 49,3 % и 40,3 % юношей и девушек соответственно.

В ситуациях потери характерным видом помощи со стороны окружающих является эмоциональная поддержка: за сочувствием и пониманием обращаются от 65,2 % до 82,7 % испытуемых. При этом между эмоциональной помощью и другими видами поддержки обнаружены значимые различия в ситуации разрыва с любимым человеком (ф = 4,2 при р< 0,01), в ситуации смерти бабушки и дедушки (ф = 3,4 при р< 0,01), при разлуке с

родителями (ф = 2,2 при р < 0,05), в ситуации развода, разлада родителей (ф = 2,7 при р< 0,01).

В ситуациях профессионального выбора и учебно-профессионального становления определяющую роль играет информационная поддержка: при выборе профессии за ней обращаются 90 % молодых людей, при поступлении в вуз и обучении - 72,9 % юношей и девушек (значимые различия с остальными видами поддержки при р < 0,01).

В ситуациях «неучастия в том, в чем хочется» либо принудительного участия в какой-нибудь деятельности наиболее предпочтительной является эмоциональная поддержка (62 % и 58,3 % соответственно).

Специфика копинг-стратегии социальной поддержки также раскрывается в выявлении того социального окружения, которое оказывает поддержку в тех или иных трудных жизненных ситуациях (табл. 2).

Таблица 2

Распространенность обращения к социальному окружению в трудной жизненной ситуации

№ п/п Социальное окружение Распространенность поддержки, %

1 Друзья 96,3

2 Родители 88,1

3 Любимый человек, супруг/супруга 61,5

4 Одногруппники, однокурсники 59,6

5 Близкие родственники 55,0

6 Знакомые, приятели 39,4

7 Специалисты 28,4

8 Одноклассники 17,4

9 Коллеги 12,8

10 Дальние родственники 5,5

11 Отчим/мачеха 4,8

В трудной жизненной ситуации молодые люди чаще всего обращаются за поддержкой к друзьям, родителям, любимому человеку, однокурсникам и близким родственникам. Социальное окружение, оказывающее поддержку, отражает специфику возрастного периода. В период юности происходит расширение социальных контактов, молодые люди устанавливают дружеские отношения, формируют любовные привязанности, вступают в брак. Получение профессионального образования сопровождается формированием новых социальных контактов - с однокурсниками и одногруппниками. Поэтому, помимо родственников, значимым социальным окружением юношей и девушек являются друзья, лю-

бимые и однокурсники, к которым в трудной ситуации обращаются за помощью.

В рамках нашего исследования, помимо ситуационного контекста копинг-поведения личности, нас интересовали личностные детерминанты социальной поддержки как ко-пинг-стратегии и ресурса личности в трудных жизненных ситуациях. Мы предположили, что обращение за поддержкой к другим людям могут обусловливать такие личностные особенности, как восприятие социальной поддержки, локус контроля, мотивация аф-филиации, личностные черты (например, общительность). В результате проведения однофакторного дисперсионного анализа ЛКОУЛ был выявлен ряд закономерностей.

На выбор копинг-стратегии информационной поддержки оказывает прямое влияние высокий уровень восприятия социальной поддержки (Б = 3,24 при р < 0,05) и дипломатичность (фактор К+) (Б = 2,47 при р < 0,05). Человек обращается за советом и полезной информацией к другим людям в трудной ситуации в том случае, если высоко оценивает наличие социального окружения, которое потенциально может оказать ему поддержку. При этом обладание такой чертой, как дипломатичность (хитрость, расчетливость, проницательность, непрямолинейность), позволяет построить эффективную коммуникацию с собеседником для получения нужной информации. Способность человека выстроить диалог с учетом всех тонкостей и нюансов определяет возможность реализовать ко-пинг-стратегию обращения к другим людям за информационной поддержкой.

Копинг-стратегия эмоциональной поддержки обусловлена высоким уровнем восприятия социальной поддержки (Б = 12,88 при р< 0,01), высоким страхом отвержения (Б = 3,2 при р < 0,05), подчиненностью (фактор Е-) (Б = 0,93 при р < 0,05) и конформизмом (фактор Q2-) (б = 2,99 при р < 0,05). Закономерным нам видится выявленное влияние на поиск эмоциональной поддержки таких личностных черт, как подчиненность и конформизм. Подчиненность и конформизм характеризуют человека уступчивого, покорного, зависимого от группы, нуждающегося в поддержке других людей, зависимого от мнения группы и стремящегося к согласию с ней. Наличие таких личностных черт у человека обуславливает обращение к другим людям как в обычной, так и в проблемной ситуации.

Интересным нам кажется факт влияния страха отвержения на поиск эмоциональной поддержки. Согласно нашей гипотезе обращение за сочувствием к другим людям обусловлено выраженным стремлением к принятию, а не мотивом страха отвержения. Полученный результат мы можем объяснить тем, что переживание потенциального отвержения со стороны других людей заставляет человека обращаться за эмоциональной поддержкой, чтобы, возможно, найти опровержение собственному страху и подтверждение того, что его понимают и принимают окружающие.

В рамках нашего исследования помимо личностно-ситуационного подхода мы реализовали ресурсную модель к стратегии социальной поддержки. Мы предположили, что если стратегия социальной поддержки является эффективной, то ее можно рассматривать как ко-пинг-ресурс личности. Критерием эффективности для нас являлось успешное разрешение проблемы. Данный критерий мы заложили в «Опросник диагностики копинг-стратегий», добавив 5-балльную шкалу эффективности ко-пинга. Каждая копинг-стратегия могла получить оценку эффективности от 4 баллов минимально и до 20 баллов максимально.

Анализ полученных результатов показывает, что стратегия поиска информационной поддержки (средний балл - 15,1) является эффективной в разрешении проблемы наравне с положительным истолкованием и ростом

(15,4), планированием (15,2) и активным ко-пингом (14,7). Тот факт, что стратегия социальной поддержки находится на 3-м месте по эффективности, имеет большое значение, поскольку обращение за полезной информацией и советами к другим людям оценивается испытуемыми как одна из наиболее эффективных копинг-стратегий, которая стоит в одном ряду с активными способами копинга.

Поиск эмоциональной поддержки занимает 5-е место среди копинг-стратегий по степени эффективности решения проблем, таким образом незначительно, но все же «уступая» в эффективности стратегии информационной поддержки.

Таким образом, обращение за поддержкой к другим людям позволяет эффективно преодолеть трудную ситуацию путем разрешения существующей проблемы. Обеспечивая эффективное преодоление, социальная поддержка выступает в качестве копинг-ресурса личности в трудных жизненных ситуациях.

Понимая, что особенности ситуации могут предопределять копинг-стратегии и их эффективность, мы изучили эффективность видов социальной поддержки в зависимости от трудной жизненной ситуации и получили следующие закономерности.

В ситуации болезни, материальных проблем, смерти родителей наиболее эффективна эмоциональная, материальная, инструментальная поддержка.

В ситуации разрыва отношений, развода родителей, выбора профессии, в случае неучастия в желаемом событии и сверхконтроле родителей эффективной является информационная, эмоциональная и инструментальная поддержка.

При переезде, смерти родителей, трудных отношениях с братьями/сестрами ресурсом выступает информационная, материальная, инструментальная поддержка.

В ситуации поступления в вуз и обучения в нем, при принудительном участии в какой-либо деятельности, в ситуации трудностей в отношениях со сверстниками и супругом/супругой эффективны информационная, эмоциональная, материальная поддержка.

При равнодушии родителей большей эффективностью обладают эмоциональная и инструментальная поддержка.

При разлуке с родителями эффективной является эмоциональная и материальная поддержка, а при трудностях в отношениях с отчимом или мачехой - материальная и инструментальная помощь.

В ситуации трудностей в отношениях с противоположным полом ресурсом копинга является эмоциональная и информационная поддержка, при сексуальных проблемах эффективно помогает эмоциональная поддержка.

На основании полученных данных мы можем говорить о том, что не только социальная поддержка в целом, но и конкретные виды социальной поддержки являются ко-пинг-ресурсом в тех или иных ситуациях.

В рамках рассмотрения проблемы эффективности социальной поддержки испытуемым предлагалось также оценить эффективность поддержки тех или иных людей из их окружения, к которым они обращаются в трудной жизненной ситуации. Мы исходили из предположения о том, что социальное окружение и его поддержка выступают в качестве условия эффективности копинга личности в юношеском возрасте.

Были получены следующие результаты. В трудной жизненной ситуации наиболее эффективную поддержку оказывают любимый человек, супруг (4,33), родители (4,2), друзья (4,09). При этом 4-е и 5-е место по эффективности занимает поддержка близких (3,97) и дальних родственников (3,6). С 6-го по 9-й ранг эффективности - обращение за поддержкой к специалистам (3,48), коллегам (3,38), однокурсникам (3,25), отчиму или мачехе (3,2). Наименее эффективной является помощь знакомых, приятелей (3,07) и одноклассников (2,79).

Таким образом, наиболее эффективную поддержку оказывает ближайшее окружение человека: родители, близкие родственники, друзья и любимый человек. Именно к данному кругу людей юноши и девушки обращаются чаще всего, оценивая его поддержку как ресурс в трудной жизненной ситуации.

Построение типов личности юношеского возраста, характеризующейся особенностями социальной поддержки, стало заключительным этапом нашей работы. Построение данной типологии позволило нам получить несколько моделей взаимодействия личности с трудными жизненными условиями. По мнению К.А. Абульхановой-Славской, реализация типологического подхода к личности должна происходить на основе принципа анализа личности через ее жизнедеятельность. В рамках нашего исследования данный принцип проявляется в выделении типичного для личности копинг-поведения и типичных особенностей социальной поддержки, объясняющих способ ее жизнедеятельности в трудных жизненных ситуациях.

Мы использовали процедуру кластерного анализа методом К-средних и выделили 3 кластера, которые наиболее полно отражают эмпирические данные. В кластер 1 (эмоционально-ориентированный тип со страхом отвержения) вошло 52 % выборки, в кластер 2 (информационно-ориентированный тип со стремлением к принятию) - 22 % выборки, в кластер 3 (самостоятельный тип с мотивацией аффилиации) - 26 % выборки. В соответствии с выделенными типами личности мы можем описать особенности социальной поддержки в трудных жизненных ситуациях.

Эмоционально-ориентированный тип со страхом отвержения характеризует общительных, смелых, экспрессивных, эмоционально устойчивых, расслабленных, уверен-

ных в себе людей с высоким страхом отвержения, высоким уровнем восприятия социальной поддержки, типичными копинг-стра-тегиями которых является поиск эмоциональной поддержки, поиск информационной поддержки, фокус на эмоциях.

Для представителей эмоциональноориентированного типа со страхом отвержения в трудной жизненной ситуации наиболее эффективной является информационная, эмоциональная и инструментальная поддержка любимого человека, друзей, родителей, в результате которой снижается напряжение и решается проблема.

Информационно-ориентированный тип со стремлением к принятию характеризует замкнутых, робких, сдержанных, эмоционально неустойчивых, напряженных, тревожных людей с высоким стремлением к принятию, средним уровнем восприятия социальной поддержки, типичной копинг-стратегией которых является поиск информационной поддержки.

Для представителей информационно-ориентированного типа со стремлением к принятию в трудной жизненной ситуации наиболее эффективной является эмоциональная и информационная поддержка родителей, любимого человека, близких родственников, в результате которой снижается напряжение и появляется возможность отстраниться от проблемной ситуации.

Самостоятельный тип с мотивацией аф-филиации характеризует замкнутых, смелых, экспрессивных, эмоционально устойчивых, расслабленных, уверенных в себе людей с высоким страхом отвержения и высоким стремлением к принятию, со средним уровнем восприятия социальной поддержки, для которых обращение за поддержкой к другим людям не является типичной копинг-стратегией.

Для представителей самостоятельного типа с мотивацией аффилиации в трудной жизненной ситуации наиболее эффективной является инструментальная и информационная поддержка любимого человека, родителей, близких родственников, в результате которой снижается напряжение и решается проблема.

Таким образом, предложенные типы личности позволяют прогнозировать поведение личности в той или иной трудной жизненной ситуации. Знание типичных для личности

особенностей позволяет понять, какой вид поддержки эффективен для каждого типа личности, каким образом можно организовать социально-поддерживающий процесс в соответствии с выявленными личностными особенностями, кого из социального окружения человека необходимо привлечь для успешного совладания с трудностями.

Проведенное нами исследование раскрывает особенности социальной поддержки как копинг-стратегии личности и позволяет сделать некоторые обобщения.

Существуют трудные жизненные ситуации, которые характерны для юношеского возраста. Типичной для данного возраста стратегией преодоления этих трудностей является стратегия социальной поддержки, которая обеспечивает эффективное преодоление трудных жизненных ситуаций путем разрешения проблемы и выступает ресурсом в различных ТЖС.

Выбор стратегии социальной поддержки зависит как от ситуационного контекста совпадающего поведения, так и от ряда личностных особенностей, которые образуют типы личности, характеризующиеся особенностями социальной поддержки личности в трудных жизненных ситуациях.

Полученные результаты позволяют говорить нам о перспективности изучения проблемы социальной поддержки. Дальнейшие исследования могут затронуть гендерный аспект социальной поддержки, специфику копинг-стратегии в различные возрастные периоды, что расширит представление об эффективных способах социально-ориентированных форм копинга личности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Водопьянова Н. Е. Психодиагностика стресса. - СПб. : Питер, 2009. - 336 с.: ил. -(Серия «Практикум»).

2. Дементий Л. И. К проблеме диагностики социального контекста и стратегий копинг-поведения // Журнал прикладной психологии. - 2004. - № 3. - С. 20-25.

3. Дементий Л. И. Ответственность как копинг-ресурс в ситуации экзамена // Теоретические и эмпирические исследования активности личности / под общ. ред. Л. И. Дементий. - Омск : Омск. гос. ун-т, 2001. С. 4-21.

4. Дементий Л. И. Ответственность личности как свойство субъекта жизнедеятельности : дис. ... д-ра психол. наук : 19.00.01. - М., 2005. - 357 с.

5. Крюкова Т. Л. Возрастные и кросскультур-ные различия в стратегиях совладеющего

поведения // Психологический журнал. -2005. - Т. 26, № 2. - С. 5-15.

6. Крюкова Т. Л. Методология исследования и адаптация опросника диагностики совладеющего (копинг) поведения // Психологическая диагностика. - 2005. - № 2. - С. 6576.

7. Кулагина И. Ю., Колюцкий В. Н. Возрастная психология: Полный жизненный цикл развития человека. - М. : ТЦ «Сфера», 2001. -464 с.

8. Лигер С. А. Формирование копинг-поведе-ния студентов медицинского вуза и его влияние на личностно-профессиональное развитие врача : дис. ... канд. психол. наук : 19.00.04. - Бишкек, 1997. - 191 с.

9. Маленова А. Ю. Особенности и личностные

детерминанты копинг-поведения в ситуациях оценивания : на примере ситуации экзамена : дис. ... канд. психол. наук :

19.00.01. Омск, 2007. - 209 с.

10. Хазова С. А. Совладеющее поведение одаренных старшеклассников // Психологический журнал. - 2004. - Т. 25, № 5. - С. 5969.

11. Carver C. S., Scheier M. F., Weintrab J. K. Assessing coping strategies: A theoretically based approach // Journal of Personality and Social Psychology. - 1989. - Vol. 56, № 2. -P. 267-283.

12. Cohen S., Wills T.A. Stress, social support, and the buffering hypothesis: Psychological Bulletin. - 1985. - Vol. 98, №. 2. - P. 310357.

13. Sek H. Life stress in various domains and perceived effectiveness of social support // Polish Psychol. Bull. - 1991. - Vol. 23 (3). - P. 151161.

14. Terry D. J. Coping resources and situational appraisals as predictors of coping behavior // Pers. Individ. Diff. - 1991. - V.12.10. -P. 1031-1047.