Обеспечение безопасности несовершеннолетних потерпевших и свидетелей при производстве отдельных следственных действий

УДК 343.13

ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ПОТЕРПЕВШИХ И СВИДЕТЕЛЕЙ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ ОТДЕЛЬНЫХ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

© Юлия Васильевна Малахова

Воронежский институт МВД России, г. Воронеж, Россия, адъюнкт кафедры уголовного процесса, e-mail: malakhovy@rambler.ru

Статья раскрывает отдельные положения об обеспечении функционирования системы мер безопасности участников уголовного судопроизводства, в том числе и несовершеннолетних. Рассматриваются проблемы обеспечения безопасности несовершеннолетних потерпевших и свидетелей при производстве допроса, предъявления для опознания лица и иных следственных действиях при производстве предварительного расследования.

Ключевые слова: уголовный процесс; меры обеспечения защиты; личная безопасность несовершеннолетних; следственные действия.

Создание эффективной системы защиты общества от всех проявлений преступной деятельности невозможно без рационального разрешения вопросов, связанных с обеспечением безопасности участников уголовного процесса. Все задействованные в уголовном судопроизводстве лица имеют право на безопасность, и государство обязано обеспечить защищенность их основных прав и интересов в тех случаях, когда эти права и интересы могут быть ущемлены в связи с осуществлением указанными субъектами деятельности, направленной на достижение задач и целей уголовного судопроизводства. Необходимость защиты жизни, здоровья участвующих в деле лиц, их родственников, а также принадлежащих им имущественных и иных законных интересов является одной из наиболее острых проблем, стоящих сегодня перед уголовным судопроизводством. Несмотря на некоторые шаги, предпринятые законодателем в этой области, считать, что существует

достаточная правовая основа для обеспечения безопасности всех участников уголовного процесса, пока еще рано [1-3].

Несовершеннолетние лица в силу своего возраста, физических или психических особенностей в большей степени, чем другие участники процесса, поддаются противоправным воздействиям под давлением страха, который является одним из эффективных средств осуществления преступной деятельности. Это подтверждается результатами проведенного опроса несовершеннолетних в возрасте от 15 до 17 лет, из которых 56,3 % респондентов отказались бы сотрудничать с правоохранительными органами, если бы они стали свидетелями, а в процессе следствия им или их близким стали угрожать. 57,7 % из 300 несовершеннолетних респондентов считают, что в достаточной степени не осуществляется безопасность лиц, содействующих правосудию, 23,3 % - затруднились с ответом и

лишь 19 % считают обеспечение безопасности достаточным.

Для защиты от неправомерных посягательств на несовершеннолетних участников уголовного судопроизводства считаем необходимым рассмотреть аспекты обеспечения безопасности несовершеннолетних потерпевших и свидетелей при производстве отдельных следственных действий.

Анализируя нормы УПК РФ, мы полагаем, что система мер безопасности в отношении участников уголовного судопроизводства, а в частности несовершеннолетних, включает в себя меры, применяемые в досудебном производстве и в стадии судебного разбирательства, которые связаны с производством отдельных следственных и судебных действий: контроль и запись переговоров; опознание без визуального контакта; закрытое судебное разбирательство; производство допроса без визуального контакта; избрание в отношении подозреваемого (обвиняемого) меры пресечения, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ.

Обратим внимание на право несовершеннолетнего потерпевшего иметь представителя. Гражданин, признанный потерпевшим по делу, в стадии предварительного следствия может иметь представителя без каких-либо ограничений, за исключением лиц, указанных в ст. 72 УПК РФ. Если потерпевший пожелает, чтобы его законные интересы представляло другое лицо, то следователь должен создать условия этому лицу для реализации законными способами и средствами всех прав потерпевшего. В ст. 45 УПК РФ указано, что в качестве представителей потерпевшего могут участвовать в деле: адвокаты, близкие родственники и иные лица, управомоченные в силу закона представлять при производстве по уголовному делу законные интересы потерпевшего. Пункт 4 ст. 5 УПК РФ закрепил перечень лиц, относящихся к «близким родственникам», а именно: родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дед, бабка, внуки, а также супруг(а) [4]. Но чтобы более точно отразить то, как право несовершеннолетнего потерпевшего иметь представителя играет роль в обеспечении его безопасности, нам следует обратить свое внимание на такую категорию правосубъектности, как дееспособность.

Дееспособность - это способность потерпевшего самостоятельно использовать свои процессуальные права и исполнять обязанности. Так, давая более точное определение уголовно-процессуальной дееспособности, П.В. Полосков определяет ее как закрепленную в нормах уголовно-процессуального права способность лица с учетом его физического, психического состояния и возраста самостоятельно совершать процессуальные действия или участвовать в них, сознательно используя права и выполняя обязанности [5]. Процессуалисты в этом плане различают три рода потерпевших:

- вполне дееспособные - здоровые совершеннолетние люди, по своему выбору осуществляющие свои права лично или передоверяющие их осуществление своим представителям;

- ограниченно дееспособные: несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, а также немые, глухие, слепые и другие лица, которые в силу своих физических или психических недостатков при осуществлении своих процессуальных прав нуждаются в помощи представителей;

- малолетние, а также психически больные, которые не могут давать отсчета в своих действиях или руководить ими, ввиду чего их права - всецело или в значительной части - осуществляют их представители [1].

Учитывая специфичность такого рода воздействия на потерпевшего, нередко выражающееся в запугивании последнего, мы склоны предположить, что наиболее уязвимыми в данном случае являются несовершеннолетние, малолетние, лица с физическими и психическими недостатками, а также психические больные, т. е. лица ограниченно дееспособные или недееспособные.

Согласно результатам проведенного нами опроса, 300 несовершеннолетних граждан на вопрос согласия об участии законного представителя (родителя) при производстве допроса несовершеннолетнего в качестве свидетеля дали в подавляющем большинстве случаев (61,7 %) положительный ответ. А 34,7 % респондентов заявили, что могут самостоятельно принимать участие в допросе. В нашем случае данные результаты связаны с возрастом респондентов, поскольку лица 16, 17-ти лет ощущают себя довольно самостоятельными. Однако, на наш взгляд, уча-

стие законных представителей при производстве следственных действий необходимо. Нам представляется важным отметить то обстоятельство, что наличие у потерпевшего представителя, регламентированное уголовно-процессуальным законодательством, в общем смысле всегда выступало гарантией обеспечения безопасности участия потерпевшего на стадии предварительного расследования.

В ч. 3 ст. 45 УПК РФ говорится о том, что законные представители и представители потерпевшего, гражданского истца и частного обвинителя имеют те же процессуальные права, что и представляемые ими лица. Таким образом, законный представитель имеет возможность ориентироваться во всех тонкостях расследуемого дела и у него расширяется арсенал средств для охраны прав и интересов представляемого (потерпевшего) [4].

Например, если при производстве очной ставки между несовершеннолетним потерпевшим и обвиняемым последний в завуалированной форме высказал в адрес потерпевшего угрозу расправы, а последний в силу психологических особенностей не смог воспринять ее всерьез или вообще не смог воспринять, то присутствие представителя потерпевшего в такой момент рядом с последним может благоприятным образом отразиться в дальнейшем на нем, в частности, в виде акцентирования внимания сотрудников правоохранительных органов на высказанной обвиняемым угрозе. В результате гарантия на участие представителя потерпевшего в уголовном процессе не превращается в декларацию и не носит формальный характер.

Мы поддерживаем высказанное в процессуальной литературе предложение об обязательном участии в процессе представителя потерпевшего, когда он является несовершеннолетним и не может сам отстаивать свои права и интересы.

Подводя итог рассмотрению права потерпевшего иметь представителя, мы можем сделать вывод о том, что законодатель, предоставив потерпевшему данное право со всеми вытекающими отсюда последствиями, создал возможность потерпевшему в процессе расследования опереться на помощь близких людей, профессиональных адвокатов, которая, несомненно, может играть существенную роль в обеспечении безопасности потерпевшего.

Нам представляется также важным обратить внимание на особенности участия несовершеннолетних лиц в допросе. Так, в ч. 1 ст. 191 УПК РФ говорится о том, что при допросе потерпевших, свидетелей в возрасте до четырнадцати лет, а по усмотрению следователя и при допросе свидетелей в возрасте от четырнадцати до шестнадцати лет, вызывается педагог. Здесь обозначена очень серьезная проблема - приглашение для участия в проведении допроса случайных лиц, главное, чтобы у них было педагогическое образование. Вместе с тем такой подход может принести серьезный урон интересам подростка, отрицательно сказаться на его психическом состоянии. Педагогу нужно обладать особым тактом, чтобы помочь подростку сообщить правдиво и без преувеличения и фантазий интересующую следствие информацию.

Насколько данное положение (участие педагога при допросе несовершеннолетнего свидетеля) обеспечивает безопасность свидетеля, мы однозначно судить не можем по некоторым причинам. Так, очевидным по своему позитивному значению является тот факт, что несовершеннолетний (малолетний) свидетель в присутствии хорошо знакомых ему лиц раскрепощается и вследствие этого между ним и следователем может установиться контакт. Но если мы предположим, что этот свидетель был очевидцем преступления, при этом лицо, совершившее преступление, не знает о существовании этого свидетеля, то логично будет предположить, что не в интересах следствия раскрывать перед подозреваемым (обвиняемым) данные о личности этого свидетеля с целью избежать возможного воздействия преступника на него. Однако закон не учитывает всех возможных ситуаций (что естественно) и в отдельных нормах не содержит четких разграничений, касающихся отдельных лиц, принимающих участие при производстве следственных действий.

Гипотетически мы можем предположить, что несовершеннолетний учащийся средней школы (допустим, возраст его 11 лет) был очевидцем преступления, которое совершил также ученик этой школы, но уже старшеклассник. Не исключено, что при такой ситуации этот свидетель будет давать показания в присутствии педагога этой же школы. Кто может твердо гарантировать, что именно от этого педагога не произойдет утечка ин-

формации относительно данных личности свидетеля, вследствие чего тот подвергнется преступному воздействию со стороны как лица, совершившего преступление, так и его знакомых.

Мы считаем, что в данном вопросе следует согласиться с мнением А. В. Харчикова о том, что следователю должно быть предоставлено право выбора лиц, участвующих в допросе несовершеннолетнего свидетеля (специалиста в области детской и юношеской психологии, другого психолога, педагога с большим стажем и т. п.) [6].

Хочется отметить, что законодатель предусмотрел участие педагога из соображений установки психологического контакта свидетеля со следователем, но он также предусмотрел и возможность негативного влияния информации, которую может распространять педагог. А именно, закрепив возможность подписки о неразглашении данных предварительного следствия у свидетеля, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика, защитника, эксперта, специалиста, переводчика, понятых и других лиц, присутствующих при производстве следственных действий (каким, по нашему мнению, может быть и педагог), и закрепив это право за следователем, прокурором в ст. 161 УПК РФ, законодатель, таким образом, предоставил гарантию, в частности, тому же потерпевшему и свидетелю, что лицо подлежит уголовной ответственности за разглашение данных предварительного следствия, к которым могут быть отнесены и автобиографические данные свидетеля.

Надо полагать, что при своевременном и профессиональном использовании следователем данного права эта гарантия безопасности участия свидетеля (не только несовершеннолетнего) в стадии предварительного расследования будет действовать.

Так, в соответствии с п. 21 ч. 2 ст. 42 (потерпевший) и п. 7 ч. 4 ст. 56 (свидетель) УПК РФ, данные участники уголовного судопроизводства имеют право заявлять ходатайства о применении мер безопасности, предусмотренных ч. 3 ст. 11 данного кодекса. Более того, в УПК РФ право потерпевшего заявлять ходатайства усиливается посредством дублирования данного права в ст. 119 УПК РФ. Так, в данной статье разъясняется право потерпевшего заявить ходатайство о

производстве процессуальных действий или принятия процессуальных решений для установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, обеспечения прав и законных интересов лица, заявившего ходатайство [4].

Гарантией безопасности участия несовершеннолетнего потерпевшего и свидетеля в стадии предварительного расследования является такой порядок производства следственного действия предъявления для опознания, при котором опознание может быть проведено в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым. Проведенное нами исследование показало, что 67 % несовершеннолетних респондентов предпочли бы опознание, при котором их не было бы видно, возможно, с использованием видеоконференцсвязи. Опознание по фотографии предпочли 33,7 % опрошенных, и лишь 11 % уверены, что смогли бы опознавать лицом к лицу.

Норма, нашедшая закрепление в п. 8 ст. 193 УПК РФ служит еще одним ярким доказательством того, что государство создает условия, при которых каждый человек может осуществлять свой гражданский долг без боязни за свою жизнь - приоритетное направление сегодня.

Некоторые авторы, например Л.В. Брус-ницын, полагают, что присутствие понятых необходимо не только в группе лиц, где находится опознающий, но и в помещении, где находится опознаваемый (таким образом автором предусматривается участие четырех понятых) [7].

Мы не склонны поддержать данную точку зрения исходя из следующих соображений: привлечение такого большого числа людей идет в разрез с самим предназначением такого порядка проведения предъявления для опознания. Разве в данном случае следователь не преследует цель зашифровать личность опознающего лица? В подобном случае нам представляется очевидным, что привлечение наибольшего числа лиц, участвующих в данном следственном действии, обратно пропорционально эффективности его проведения.

Так же мы не можем согласиться и с предложением В.И. Комиссарова, которым он выразил возможность нахождения в одной комнате с опознающим лицом и защитника подозреваемого (обвиняемого), т. е. защит-

ника лица, которое выступает в роли опознаваемого [8]. Учитывая фактор общения защитника со своим подзащитным, не будет ли реализация данного предложения на практике способствовать тому, что данные о личности опознающего могут стать известны подозреваемому (обвиняемому) от своего защитника. Мы полагаем, что это не исключено. В связи с этим мы с одобрением встречаем отсутствие данной нормы в УПК РФ.

Далее, говоря о возможном количестве понятых, участвующих при производстве следственного действия, можно с уверенностью предположить, что содержание ч. 4 ст. 60 УПК РФ является одной из процессуальных гарантий обеспечения безопасности участия несовершеннолетнего потерпевшего и свидетеля в стадии предварительного расследования. Однако, учитывая то обстоятельство, что правоохранительные органы не могут проконтролировать каждый шаг лица, принимавшего участие в уголовном деле в качестве понятого и таким образом следить за тем, чтобы это лицо не стало разглашать данные предварительного расследования, мы считаем несколько опрометчивым, полностью полагаться на неукоснительное соблюдение понятым данной обязанности.

Поэтому мы не только поддерживаем позицию законодателя, установившего, что понятые, в случае предъявления для опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым, находятся в месте нахождения опознающего (ч. 8 ст. 193 УПК РФ), но и считаем целесообразным со стороны законодателя в ч. 1 ст. 170 УПК РФ, где говорится об участии понятых, буквально отразить следующее: «следственные действия производятся с участием не менее двух понятых».

Однако анализ ст. 170 УПК РФ (участие понятых) позволяет нам предположить, что закон предусматривает производство такого следственного действия, как предъявление для опознания, и без участия понятых. Так, в ч. 3 ст. 170 говорится о том, что в труднодоступной местности при отсутствии надлежащих средств сообщения, а также в случаях, если производство следственного действия связано с опасностью для жизни и здоровья людей, следственное действие, предусмотренное ст. 193 УПК РФ (предъявления для опознания), может производиться без уча-

стия понятых. Здесь же отмечается, что в случае производства следственного действия без участия понятых применяются технические средства фиксации его хода и результатов. Если же в ходе следственного действия применение технических средств невозможно, то следователь делает в протоколе соответствующую запись.

В рамках нашего исследования нам наиболее важным представляется рассмотрение такого условия, регламентированного законодателем и обеспечивающего предъявления для опознания без участия понятых, как опасность для жизни и здоровья людей, принимающих участие в следственном действии. Однако, учитывая специфику проведения такого следственного действия, следует заметить, что условия, при которых возможно производство предъявление для опознания, практически исключают возможность подвергнуть опасности жизнь и здоровье того же опознающего лица (потерпевшего, свидетеля) в силу причин природного и техногенного характера. Естественно, что в большинстве случаев производство предъявления для опознания проходит в кабинете сотрудника правоохранительных органов, что само по себе не содержит опасности для жизни и здоровья лиц, участвующих в данном следственном действии.

Учитывая изложенное, мы полагаем, что законодатель в ч. 3 ст. 170 УПК РФ под опасностью для жизни и здоровья людей подразумевает не только вероятность угрозы жизни и здоровью этих людей вследствие причин природного и техногенного характера, но и вероятность угрозы их личной безопасности, а в нашем случае - безопасности участия несовершеннолетнего потерпевшего и свидетеля в таком следственном действии, как предъявление для опознания. Мы пришли к выводу, что законодатель не препятствует проведению предъявления для опознания вовсе без участия понятых.

Современное уголовно-процессуальное законодательство должно быть ориентировано на соблюдение прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, а также на обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному судопроизводству, в общем и в частности на обеспечение безопасности несовершеннолетних участников уголовного процесса. Нам представляется,

что в современном уголовно-процессуальном законодательстве приоритеты в направлении защиты прав и законных интересов лиц, оказывающих содействие правосудию, должны быть выражены более четко.

1. Захарихин С.А. Обеспечение безопасности

потерпевшего и свидетеля в уголовно-процессуальном аспекте: монография. Хаба-

ровск, 2008.

2. Бабкина Е.В. Обеспечение безопасности свидетелей при производстве предварительного расследования по УПК РФ: автореф. дис. ... канд. юр. наук. Владимир, 2009.

3. Григорьев В.Н., Победкин А.В., Яшин В.Н. Уголовный процесс. М., 2005.

4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (по состоянию на 15.02.2011 г.). М., 2011.

5. Полосков П.В. Правоспособность и дееспособность в советском уголовном процессе: автореф. дис. ... канд. юр. наук. М., 1985. С. 7.

6. Харчиков А.В. Проблемы получения и оценки показаний несовершеннолетнего на предварительном следствии: автореф. дис. ... канд. юр. наук. М., 1996. С. 11.

7. Брусницын Л.В. Теоретико-правовые основы и мировой опыт обеспечения безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию, в условиях вооруженных сил Российской Федерации: автореф. дис. ... д-ра юр. наук. М., 2002.

8. Комиссаров В. И. Дополнительные формы обеспечения прав и законных интересов участников предварительного расследования преступлений // Южно-уральские криминалистические чтения. Уфа, 2001. № 8. С. 28.

Поступила в редакцию 10.02.2011 г.

UDC 343.13

SAFETY OF MINOR VICTIMS AND WITNESSES BY MANUFACTURE OF INVESTIGATORY ACTIONS IN CRIMINAL TRIAL

Yuliya Vasilyevna Malakhova, Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia, Voronezh, Russia, Adjunct of Criminal Proceeding Department, e-mail: malakhovy@rambler.ru

The article opens separate positions about maintenance of functioning of system of security measures of participants of criminal trial, including minors. The problems of safety of minor victims and witnesses at interrogation, a presentation for identification of the person and other investigatory actions on preliminary investigation are considered.

Key words: criminal process; measures of defend providing; personal security of minors; investigatory actions.