К ВОПРОСУ О ПРАВОВОЙ ПРИРОДЕ ЧАСТНО-ПУБЛИЧНОГО УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО МЕХАНИЗМА ПРИВЛЕЧЕНИЯ К УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ В СФЕРЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

14. Калиновский К. Б. Всегда ли следует возбуждать уголовное дело при обнаружении нового преступления или нового лица? // Российский следователь. 2009. № 6. С. 5-8.

15. Смирнов А. В., Калиновский К. Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под общ. ред. А. В. Смирнова. Подготовлен для системы Консультант-Плюс, 2012. Пункт 9 комментария к ст. 146.

16. Арсенова Н. В., Козлов В. В. О необходимости вынесения постановления о возбуждении уголовного дела при обнаружении в ходе расследования нового преступления // Алтайский юридический вестник. № 3 (15). 2016. С. 112-117.

17. Уголовное право России. Общая часть. Особенная часть : учебник по специальностям «Правоохранительная деятельность», «Правовое обеспечение национальной безопасности» / под общ. ред. доктора юридических наук, проф. Н. Г. Кадникова. М. : ИД «Юриспруденция», 2013. 944 с.

18. Уголовное право. Особенная часть : учебник для вузов / под общ. ред. Л. М. Прозументова. Томск : Издательский Дом Томского государственного университета, 2019. 844 с.

О Григорьев В. Н.

О Терехов А. Ю.

УДК 343.13:343.7

О. В. ЛЕВЧЕНКО, прокурор Троицкого и Новомосковского административных округов города Москвы, кандидат юридических наук

О. V. LEVCHENKO, Prosecutor of the Troitsk and Novomoskovsk administrative districts of the city of Moscow, candidate of legal sciences

К ВОПРОСУ О ПРАВОВОЙ ПРИРОДЕ ЧАСТНО-ПУБЛИЧНОГО УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО МЕХАНИЗМА ПРИВЛЕЧЕНИЯ К УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ В СФЕРЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

ON THE QUESTION OF THE LEGAL NATURE OF THE PRIVATE-PUBLIC CRIMINAL ROCEDURAL MECHANISM OF BRINGING TO CRIMINAL RESPONSIBILITY FOR CRIMES IN THE SPHERE OF ECONOMIC ACTIVITY

Аннотация. В уголовно-процессуальном механизме привлечения к уголовной ответственности за преступления в сфере экономического деятельности законодатель сделал попытку найти баланс частного и публичного начал. Сделано это было на основе следственной формы частно-публичного обвинения и доказывания. Диалектика частного и публичного начал проявляются в таких следственных категориях, как повод, основание возбуждения уголовного дела. Дальнейшее развитие этого уголовно-процессуального механизма предполагает усиление процессуальной самостоятельности потерпевшего в форме субсидиарного обвинения и прекращение публичного уголовного преследования вследствие отказа потерпевшего-обвинителя от обвинения и возмещения ущерба от преступления.

Ключевые слова и словосочетания: частно-публичное обвинение, повод, основание, доказывание, уголовное преследование, преступления в сфере экономического деятельности.

Annotation. In the criminal procedure mechanism of bringing to criminal responsibility for crimes in the sphere of economic activity, the legislator made an attempt to find a balance between private and public

principles. This was done on the basis of an investigative form of private-public accusation and evidence. The dialectic ofprivate and public principles is manifested in such investigative categories as the reason, the basis for initiating a criminal case. Further development of this criminal procedural mechanism presupposes strengthening of the procedural independence of the victim in the form of subsidiary accusation and the termination of public criminal prosecution due to the victim-prosecutor's refusal to prosecute and compensation for damage from the crime.

Keywords and phrases: private-public accusation, reason, ground, proof, criminal prosecution, crimes in the sphere of economic activity.

Мы исходим из факта признания в российском уголовном процессе особого уголовно-процессуального механизма привлечения к уголовной ответственности лиц, совершающих преступления против правомерного ведения бизнеса. Относительно природы этого правового механизма сложились различные мнения [1, с. 40-56; 2, с. 157-162; 3, с. 8, 9-10]. Но исследователи сходятся во мнении о том, что ключевой деталью этого механизма является обвинение, частно-публичный характер которого, то есть комбинированный, смешанный из частного и публичного начал, и определяет специфическую природу.

Данное уголовно-процессуальное сотрудничество призвано обеспечить совместные действия публичной власти и частных лиц как в обвинении, так и в доказывании обвинения. Кроме того, авторы отмечают институциональное значение для анализируемого процессуального механизма таких категорий, как «законный повод» (в виде заявления потерпевшего) и «достаточное основание» для возбуждения уголовного дела частно-публичного обвинения [4, с. 372]. Указанные категории выражают природу данного уголовно-процессуального механизма.

Развивая их в виде конгломерации «повод-основание-обвинение», мы хотим показать (а) формальный, (б) фактический, (в) уголовно-правовой сущностные аспекты частно-публичного уголовного преследования по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности.

Вначале выделим формальный аспект, который концентрированно выражен в категории «повод». Как известно, в поводе присутствуют, во-первых, информационная составляющая и во-вторых, следственная,

публично-правовая, право-организующая компонента. Повод есть атрибут следственной формы, в которой правовая организация уголовного преследования находит свое исходное проявление. Появление повода порождает активные действия со стороны компетентных государственных органов по его принятию (регистрации), проверке, возбуждению уголовного дела и все последующее правоприменение.

Единственным законным поводом к возбуждению уголовного дела частно-публичного обвинения является заявление самого потерпевшего или его представителя.

Подача заявления потерпевшим о привлечении к уголовному преследованию лица, совершившего предпринимательское преступление против правомерного ведения бизнеса, является не только и не столько информированием компонентного государственного органа, сколько порождением для него обязанности принять это заявление, оформить надлежащим образом, зарегистрировать и провести предварительную проверку согласно ст. 21 и 144 (ч. 1) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ).

Указанное заявление является как сообщением потерпевшим или его законным представителем о совершении преступления, так и актом, определяющим юридическую позицию потерпевшего, касающуюся характера этого преступления. В отсутствие заявления деяние, совершенное против потерпевшего, не считается преступным, уголовное дело не может быть возбуждено государственным органом предварительного расследования, а публичное обвинение предъявлено. Никаких правовых последствий не наступит, даже если нарушение уголовного закона в сфере

экономической деятельности все-таки произошло. В этом проявляется зависимость уголовно-процессуального механизма и средства уголовно-правового воздействия от воли частного лица.

Нельзя не отметить, что данный повод более «основателен» по сравнению с прочими (за исключением «прокурорского постановления»), если мы говорим о поводах к началу публичного уголовного преследования. Это проявляется в особенностях правового статуса заявителя (потерпевшего), а также в содержании требований, которые включает в себя заявление (которое можно трактовать как заявление на получение статуса, во-первых, потерпевшего, во-вторых, субсидиарного обвинителя - частного уголовного преследователя), и, наконец, в уголовно-правовом значении этого заявления [5, с. 77-82; 6, с. 117-119].

Официальной правовой доктриной признано, что в заявлении потерпевшего по делу частно-публичного обвинения обязательно должно содержаться требование о привлечении к уголовной ответственности. В противном случае, может возникнуть вопрос о прекращении уголовного дела на основании ст. 24 (ч. 1 п. 5) УПК РФ [4, с. 52].

Потерпевший должен утверждать о совершении лицом, против которого он подает заявление, преступления. Это роднит заявление потерпевшего по делу частно-публичного обвинения с обвинением (п. 22 ст. 5 УПК РФ).

В случае подтверждения сведений, приведенных в заявлении, лицо постановлением о возбуждении уголовного дела привлекается к публичному уголовному преследованию в качестве подозреваемого, то есть происходит первый этап привлечения к уголовной ответственности.

Таким образом, прослеживается совместная деятельность частного и публичного обвинителей по привлечению к уголовной ответственности лица, совершившего преступление в сфере экономической деятельности. При этом говорить о зависимости публичного начала от частного здесь не приходится.

Само заявление потерпевшего от предпринимательского преступления еще не составляет основания для возбуждения уголовного дела. Достаточные данные для принятия решения о возбуждении уголовного дела частно-публичного обвинения получает сам орган предварительного расследования. Содействие потерпевшего в доказывании основания может иметь место, но оно необязательно.

Как писал Н. Н. Полянский, «если одно действие составляет только повод для другого действия, а не основание или причину его, то это значит, что первое действие не обязательно влечет за собою второе, а только может повлечь его» [7, с. 99]. Повод - заявление потерпевшего - содержит только возможность привлечения к уголовному преследованию лица, совершившего предпринимательское преступление в сфере экономической деятельности. Тогда как «основание», как нашедшая свое подтверждение в ходе предварительной проверки информационная компонента повода, есть уже «причина» привлечения к уголовному преследованию подозреваемого на предмет изобличения его в совершении преступления.

Окончательное решение о привлечении к уголовному преследованию лица, предположительно совершившего данное преступление, остается за органом публичной власти. Если повод зависит от воли потерпевшего, то основание формируется правоприменителем. Основание возбуждения уголовного дела частно-публичного обвинения - это сформированное в установленном уголовно-процессуальном порядке знание о совершенном преступлении, которое достаточно для того, чтобы орган предварительного расследования приступил к публичному уголовному преследованию подозреваемого. Нами разделяется позиция, согласно которой на момент возбуждения уголовного дела выводы органов судопроизводства о факте наличия преступления в целом предположительные [4, с. 370, 371; 3, с. 110; 6, с. 117], то есть основание для возбуждения уголовного дела является

предположительным знанием, это обоснованное предположение о совершенном преступлении, указанном в заявлении.

По смыслу закона, истолкованному Конституционным Судом РФ, заявление не может отождествляться с актом обвинения, который адресован в суд, его правовое значение ограничивается порождением обязанности у органа предварительного расследования проверить его, прочие вопросы, касающиеся привлечения к уголовному преследованию и уголовной ответственности лица, против которого подано заявление, оставляются на усмотрение уполномоченного должностного лица или органа [8]. Как отмечает Конституционный Суд РФ, «возбуждение уголовного преследования (выделено нами - О. В. Левченко), формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами, а также потерпевшим» [9].

Мы толкуем эту позицию в фактологическом и правотворительном аспектах. Во-первых, потерпевший не обязан доказывать обвинение, тем более перед судом, а во-вторых, правопорождающий эффект поданного им заявления ограничен стадией возбуждения уголовного дела.

Формально нельзя считать заявление потерпевшего частным обвинением по той главной причине, что оно не приводит непосредственно в движение судебный механизм, а только следственный. В то же время надо принимать во внимание следующие соображения. Потерпевший - это лицо, заинтересованное в исходе дела и в реализации уголовного преследования. В будущем при положительном решении о возбуждении уголовного дела заявитель признается потерпевшим - участником стороны обвинения, который будет выполнять функцию обвинения, то есть осуществлять уголовное преследование, которое можно считать субсидиарным (вспомогательным) по отношению к публичному уголовному преследованию, проводимому органами предварительного расследования и прокурором. Таким образом, заявление потерпевшего

можно считать одновременно и требованием о допуске его к уголовному преследованию и о признании его субсидиарным обвинителем подозреваемого (обвиняемого). Фактически получается, что потерпевший от предпринимательского преступления испрашивает у государства в лице правоохранительных органов разрешения на участие в уголовном преследовании подозреваемого (обвиняемого), то есть разрешения стать обвинителем субсидиарным по отношению к официальному органу обвинительной власти государства, уполномоченному на проведение публичного уголовного преследования. Этот момент в анализируемом нами виде уголовного преследования ранее упускался из вида, но в свете концепции самозащиты лицами (потерпевшим) своих прав приобретает актуальность.

В юридической литературе представлена концепция субсидиарного обвинения как института, гарантирующего процессуальную самостоятельность потерпевшего и возможность реализации им самозащиты [10, с. 41-44]. Не будем подробно останавливаться на этом, ограничась констатацией того, что на заявителя, по требованию которого возбуждено уголовное дело частно-публичного обвинения, надо смотреть не только как на потерпевшего, но и как на частного субсидиарного обвинителя.

Итак, уголовное дело не может возникнуть без повода, а обвинение, в свою очередь, может быть сформулировано и выдвинуто только по уголовному делу в стадии предварительного расследования, то есть в следственном формате. Получается, что повод, нашедший свое подтверждение в виде основания возбуждения уголовного дела плюс обвинение - это и есть «загрузка» системой обвинения судебной системы уголовного дела, которое, в свою очередь, может быть единственным местом реализации уголовного преследования.

По отношению к понятию «основание уголовной ответственности» указанные уголовно-процессуальные понятия, по нашему мнению, соотносятся по степени доказанности: повод - заявление потерпевшего долж-

но отвечать первому стандарту доказанности основания уголовной ответственности, основание возбуждения уголовного дела частно-публичного обвинения - второму стандарту доказанности, обвинение - третьему стандарту доказанности этого основания. Каждый из этих стандартов - степень разумных сомнений в правильности утверждения о том, что подозреваемый/обвиняемый совершил преступления. Это степень возрастает вплоть до полного снятия сомнений в виновности подсудимого обвинительным приговором суда. Через эти этапы проводит фактическое развитие уголовного преследования анализируемого нами вида частно-публичного вида. Специфика в том, что в формировании первого стандарта доказанности совместно участвуют орган предварительного расследования и потерпевший.

Под формальной компонентой надо понимать следственную форму, установленную кодексом для доказывания основания для возбуждения уголовного дела. Под содержательно-информационной (фактической) компонентой мы понимаем фактические данные, которые являются способом доказывания данного основания.

Содержательная (фактическая) компонента и формальная компонента основания возбуждения уголовного дела частно-публичного обвинения против лица, совершившего преступление в сфере экономической деятельности, составляют неразделимое целое. В своем единстве они могут трактоваться как правовой стандарт основания привлечения к уголовному преследованию в частно-публичном правовом порядке.

Частное обвинение потерпевшего реализуется в следственной уголовно-процессуальной форме в виде таких ее содержатель-

ных элементов, как «повод», «основание» и, наконец, само постановление следователя о возбуждении уголовного дела.

Такой нам видится принципиальная схема диалектической взаимосвязи уголовно-процессуального и уголовного правового моментов в уголовно-процессуальном механизме привлечения к уголовной ответственности за преступления в сфере экономической деятельности.

В заключение необходимо добавить следующее. Хотя по общему условию предварительного расследования позиция потерпевшего не имеет решающего значения для определения судьбы уголовного дела, полагаем, что привлечение к уголовной ответственности за совершение предпринимательского преступления против правомерного ведения бизнеса не может состояться против воли потерпевшего. При том, конечно, условии, что последствия преступного деяния ограничились интересами потерпевшего и не затронули иных лиц, а тем более публичный интерес. По смыслу ст. 281 УПК РФ следователь, суд обязан(ы) прекратить уголовное преследование, если обвиняемый возместил ущерб в полном объеме. Полагаем, аналогичным образом он должен поступить и в случае отзыва потерпевшим своего заявления, то есть отказа от своего (частного) обвинения. Опять же это может произойти по причине возмещения причиненного ему ущерба или в результате иного урегулирования отношений с обвиняемым мировым соглашением. Подобное условие должно быть правовым стандартом ведения уголовного преследования по всем уголовным делам об экономических преступлениях, возбуждаемых в частно-публичном порядке.

ЛИТЕРАТУРА

1. Зайцев О. А., Кашепов В. П., Нудель С. Л. Уголовная политика в отношении преступлений, совершаемых в сфере предпринимательской деятельности // Вестник Томского государственного университета. Серия : Право. 2020. № 37. С. 40-56.

2. Горюнов В. Г. Частно-публичное уголовное преследование в системе уголовно-процессуальных форм реализации функции обвинения // Вестник Нижегородской правовой академии. 2014. № 1(1). С. 157-162.

3. Панфилов П. О. Особенности производства по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической и предпринимательской деятельности : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2019. 247 с.

4. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. 7-е изд., перераб. и доп. М. : Юрайт, 2014. 1087 с.

5. Александров А. С., Александрова И. А. Частно-публичное уголовное преследование по делам о мошенничестве //Уголовное право. 2013. № 2. С. 77-82.

6. Попова Л. В. Особенности уголовно-процессуального регулирования досудебного производства по уголовным делам об экономических преступлениях, совершенных в сфере предпринимательской деятельности : дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2019. 278 с.

7. Уголовно-процессуальный кодекс : научно-популярный, практический комментарий профессоров П. И. Люблинского и Н. Н. Полянского. М. : Право и Жизнь, 1928. 428 с.

8. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Жеребятникова Андрея Викторовича на нарушение его конституционных прав частью третьей статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации : определение Конституционного Суда РФ от 16 апреля 2009 г. № 441-0-0 // СПС КонсультантПлюс (дата обращения: 18 июня 2021 г.).

9. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Будаева Цогта Нацагдоржевича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 283 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации : определение Конституционного Суда России от 18 июня 2004 г. № 204-0 // СПС КонсультантПлюс (дата обращения: 18.06.2021).

10. Доктринальная модель уголовно-процессуального доказательственного права РФ и Комментарии к ней. М. : Юрлитинформ, 2015. 304 с.

О Левченко О. В.

УДК 343.131.5

Э. Р. МИРГОРОДСКАЯ, адъюнкт кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского университета МВД России

Е. R. MIRGORODSKAYA, adjunct of the Department of Criminal Procedure of the St. Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia

О РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНЦИПА СОБЛЮДЕНИЯ РАЗУМНОГО СРОКА УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА В СУДЕБНОМ КОНТРОЛЕ

ON THE IMPLEMENTATION OF THE PRINCIPLE OF COMPLIANCE WITH A REASONABLE TIME OF CRIMINAL PROCEEDINGS IN JUDICIAL CONTROL

Аннотация. В статье автор рассматривает вопросы соблюдения разумных сроков уголовного судопроизводства на досудебных стадиях при проверке судом жалоб на действия, бездействия и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, следователя, руководителя следственного органа или прокурора. Как показывает правоприменительная практика, рассмотрения судом в установленный законом пятисуточный срок обжалования не всегда представляется возможным по различным причинам, среди которых выделяют: невозможность истребования в указанный срок копий необходимых материалов, извещения заинтересованных лиц о судебном заседании, обеспечения процессуальных прав участников судебного заседания. Кроме того, на оперативность судебного контроля также влияет злоупотребление правом обжалования. Недобросовест-