Помиротворчили и разошлись

17 июня президент России Владимир Путин принял в Константиновском дворце Петербурга делегацию Африканского континента с миротворческой миссией. Специальный корреспондент «Ъ» Андрей Колесников, как и вся делегация, считает эту миссию исторической — и, безусловно, проваленной.

Владимир Путин во время переговоров с африканскими лидерами

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

И вот как-то запросто, безо всякой, можно сказать, подготовки и объявления войны съехались президент Замбии Хакаинде Хичилема, председатель Африканского союза и президент Союза Коморских Островов Азали Ассумани, президент Сенегала Макки Салл, президент ЮАР Сирил Рамафоса, премьер-министр Египта Мустафа Мадбули, государственный министр, директор кабинета президента Конго Флоран Нтсиба и спецпосланник президента Уганды по особым поручениям Рухакана Ругунда.

Африканцы прилетели из Польши. Там с самого начала случилась какая-то темная история с одним из двух самолетов ЮАР. Передовой борт несколько часов держали в аэропорту Варшавы, и несколько членов делегации, охрана и журналисты, прилетевшие из далекого — и даже очень — Кейптауна, так и не попали потом на поезде в Киев и 26 часов просидели в самолете, дожидаясь перелета уже в Петербург. Ну, тут их приняли как родных (просто даже как в культовом кафе «Сбарро» в Университете дружбы народов имени Патриса Лумумбы в Москве) и как будто бы даже без разрешения на оружие — а может, даже и оформили раз и навсегда.

Наверху, на четвертом этаже дворца, где всегда встречают большие делегации, сформировали огромный круглый стол (еще остался с лучших времен) и начали ждать.

Я вот, например, был удивлен, что африканцы так волнуются. Президент ЮАР Сирил Рамафоса, подойдя к столу и забыв, что журналисты остались в тылу (а может, генетическая память подсказывала ему, что журналистов держат взаперти где-то вдали от него), вдруг начал заправлять рубашку в штаны, задрав полы пиджака; да еще сразу никак не получалось, но он все же воткнул рубаху под ремень... Молодец.

Министр иностранных дел Сенегала Айсата Таль Саль, красивая высокая африканка с точеной фигурой (богиня, тем более если подлинным единым богом считать серерского бога Руг), олицетворяющая лучшее во всех освобожденных женщинах Африки, рассказывала интересовавшемуся ею корреспонденту «Первого канала» (а остальным, между прочим, было лень поинтересоваться), что шансы на успех переговоров (то есть на прекращение огня) высокие, и даже, быть может, очень.

Африканские лидеры вызывали живое участие российских

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Мне казалось, что проходивший в это время мимо помощник президента России Юрий Ушаков (вместе со своим помощником) с трудом подавил смешок.

Нет, может, он, конечно, и не слышал этого. И даже наверняка. А просто вспомнил чего-то.

Интересно при этом, что официальный представитель МИД РФ Мария Захарова еще 7 июня рекомендовала россиянам воздержаться от поездок в Сенегал на фоне актов насилия и протестов, разыгравших там (и даже само руководство Сенегала, как видим, уехало). А вот они к нам — пожалуйста. И никаких, главное, протестов.

В переговорах участвовала еще одна африканская женщина, министр иностранных дел ЮАР. Эта была осторожная. Сразу села на свое место, тоже спиной к журналистам (только это, похоже, было врожденное), а на вопросы из-за спины (корреспондента, конечно, «Первого канала») грамотно отвечала, что она только что приехала и пока не в курсе.

И вот они все постепенно собирались за столом и должны были подождать, пока президенты России и ЮАР проведут двустороннюю встречу в соседнем кабинете. И те даже встретились.

Но потом всем скомандовали идти на фотографирование, и все ввалились в кабинет, где на диванчике сидели Владимир Путин и Сирил Рамафоса, и нарушили интимность, вернее, камерность (а ведь им было что обсудить наедине; может, и вопрос с приездом Владимира Путина в ЮАР на саммит БРИКС решился бы в ту или иную сторону; и скорее всего — в иную; в Китай, что ли).

В результате переговоры прервались или даже рухнули (потом, после всего, они все же договорили), все сфотографировались и неожиданно для себя начали саммит прямо тут, на месте, и только минут через 40 пришли ко всем за большой стол.

— Уважаемый председатель Африканского союза, президент Союза Коморских Островов господин Азали Ассумани! — произнес президент России.

Так в этом зале Владимир Путин еще ни к кому не обращался.

Российский президент сидел под флагами слетевшихся к нему стран, и прямо над ним навис, казалось, большой красный петух. И в этом не виделось ничего удивительного. Но все равно так только казалось. На самом деле это был восточный венценосный журавль на флаге Уганды.

Журавли, как известно, в свое время помогли вождю племени после охоты найти дорогу к дому. Сейчас они не смогли помочь не заблудиться даже в Константиновском дворце.

Приветствия удостоились, конечно, и остальные гости.

Господин Путин был, казалось, так добр к ним, стелил мягко:

— Уважаемые друзья, мы ценим вашу заинтересованность в поиске путей урегулирования конфликта. Сразу же положительно откликнулись на ваше предложение провести переговоры по украинской проблематике.

Российский и южноафриканские журналисты создавали атмосферу дружелюбия

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Президент Коморских Островов Азали Ассумани сразу сказал все как есть:

— Ваше превосходительство господин Владимир Путин, большой друг Африки, господин президент Российской Федерации!

Уже, казалось, и добавить нечего.

Но было, было:

— Спасибо вам за то, что вы поверили в желание нашей делегации привнести свой вклад в то, чтобы найти устойчивый мир тому кризису, который противопоставляет вашу страну Украине и который продолжается уже довольно долго,— добавил господин Ассумани.

Он показывал себя очень разумным человеком:

— Как вы знаете, господин президент, дорогие друзья, войны всегда имели ужасные последствия, и чем дольше они продолжаются, тем глубже и беспрецедентнее их последствия. Мы ничему новому не научим вас по этой теме, потому что ваша страна пережила многие болезненные события в прошлом.

Вот это «мы ничему вас не научим» было ведь ключевым, похоже, во всей этой истории.

— И мы решили приехать в вашу страну в этот момент в качестве делегации, которая представляет Африканский континент, и таким образом мы хотели вам показать нашу дружбу, которая всегда связывала Россию и Африку,— продолжал Азали Ассумани.— Мы также приехали, чтобы выслушать вас и через вас услышать мнение русского народа. Также мы бы хотели вас побудить вступить в переговоры с Украиной, для того чтобы положить конец этому сложному испытанию.

1 / 2

На самом деле перед нами была сейчас реальная мировая политика, переговоры о мире во время войны. И давайте называть вещи своими именами: это было величественное зрелище.

— Наш брат, президент Рамафоса, сделал предложение (их, как известно, десять.— А. К.) в надежде, что он сможет убедить две страны — Россию и Украину — пойти по пути диалога,— говорил президент Коморских Островов.

Коморских.

Президент Сенегала Макки Салл продолжил миротворческие усилия Африки:

— Спасибо, что приняли нас 3 июня 2022 года. Я тогда приехал в Россию в качестве председателя Африканского союза, и уже тогда я передавал вам послание мира и деэскалации (то есть все происходящее сейчас, он дал понять, вторично.— А. К.). Нас особенно волновала проблема продовольствия и поставки удобрений России и Украины. Вы внимательно выслушали нас и показали, что вы были готовы поддержать нас в разблокировке этого конфликта. Благодаря вам и другим акторам, таким как Турция и ООН, мы нашли соглашение — зерновое соглашение.

Этот мудрый человек не упомянул даже про Украину.

Но, конечно, только пока:

— Вчера мы были в Киеве и передали это послание, рассказали о наших добрых услугах и выслушали также президента Зеленского,— продолжил Макки Салл.— Я отметил, что диалог — это не исключенная опция, хотя были названы условия, и среди них — соблюдение Устава ООН (как переведено.— А. К.). Я убежден, что Россия, которая является основателем этой организации, а также постоянным членом Совета Безопасности ООН, также соблюдает этот Устав.

В Уставе, намекал Микки Салл, есть все для того, чтобы должным образом охарактеризовать происшедшее.

Следующий был главный спикер прибывшей делегации Сирил Рамафоса.

— Война не может продолжаться вечно,— объяснил он.— Все войны должны завершиться в какой-то момент, и здесь сегодня мы для того, чтобы передать вам очень четкое послание о том, что мы бы хотели, чтобы эта война завершилась. (Или даже ультиматум. А то что? — А. К.) Я говорю об этом, потому что война имеет негативные последствия для Африканского континента и, помимо этого, для многих других стран по всему миру.

Президент ЮАР Сирил Рамафоса настаивает на четвертом пункте

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Оказалось, Африканский континент страдает, и именно от войны на Украине:

— Наш континент подвергается негативным воздействиям в сфере экономики: цены на энергоносители поднялись, равно как и цены на удобрения и на продовольственные товары, цены на топливо также возросли! И это последствия войны, которая продолжается!

Да, Африканский континент всегда страдает по той или иной причине, но сейчас он страдает именно по этой.

— Мы признаем суверенитет стран в понимании Устава ООН,— заявил президент ЮАР.— И да, в понимании Устава ООН мы полагаем, что все мы должны работать на основе международно признаваемых принципов. Именно поэтому мы хотели бы заявить, что мы признаем суверенитет стран в понимании Устава ООН.

Он произнес это два раза.

Сирил Рамафоса имел в виду, что следует руководствоваться пунктом о суверенитете. Между тем господин Путин руководствуется пунктом о праве наций на самоопределение. Оба есть в Уставе ООН. Этот спор идет еще с прошлого года, когда президент Казахстана на ПМЭФ-2022 занял точку зрения президента ЮАР, а президент России — свою.

Остальные пункты, по поводу военнопленных и отпустить детей, казались не такими принципиальными.

— Президент Путин, пункт десятый заключается в том, что мы хотели бы видеть определенную работу, определенные процессы, которые повлекут за собой окончание этой войны,— заключил господин Рамафоса, казавшийся жестким африканским переговорщиком.— Мы очень четко выразили эту мысль с президентом Зеленским, и он согласился, что, да, мы, Африканский континент, мы, присутствующие здесь африканские страны, можем сыграть в этом определенную роль.

Африка, может, и голодает до сих пор, но в восстановлении Украины способна сыграть неоценимую роль. Заодно их, кстати, отчасти и накормят.

— И в завершение я хотел бы сказать: эта миссия имеет историческое значение,— добавил Сирил Рамафоса, и был прав: никогда еще африканские страны не поднимались на такую звенящую дипломатическую высоту.— Африканский континент, представленный сегодня здесь семью странами, ранее не был вовлечен в подобного рода миссии, и поэтому мы хотели бы заявить, что мы предприняли этот шаг, будучи убежденными, что, да, мы можем внести положительный вклад.

Он понимал, что именно африканские страны могут повлиять на Россию: очень уж близки. Когда-то Россия в лице Советского Союза бескорыстно помогала Африке. Теперь настал черед Африке отплатить России той же монетой. Да и Украине также. Тоже ведь наследница СССР в каком-то смысле.

Владимир Путин, по идее, должен был предоставить слово следующему гостю по алфавиту, но решил прокомментировать, причем именно в присутствии журналистов (это было, видимо, важно для него, хоть и не очень).

И он напомнил суть противостояния (делает это без устали):

— Первое. Вы хорошо знаете, я уверен в этом, что все проблемы на Украине начались после государственного неконституционного вооруженного и кровавого переворота на Украине в 2014 году. Этот переворот был поддержан западными спонсорами. Они, собственно говоря, не стесняясь, об этом говорят и говорили. Даже назвали сумму, которую они истратили на подготовку и осуществление этого государственного переворота. И это источник власти сегодняшних правителей в Киеве — госпереворот. Первое.

Господин Путин, конечно, готовился. Может, даже репетировал. Говорить он старался уверенно, и отчетливо, и не быстро — так, чтоб поняли, причем раз и навсегда.

— Второе. После этого госпереворота часть населения Украины не поддержала этот государственный переворот и объявила о том, что население этих территорий не будет подчиняться тем людям, которые пришли к власти в результате этого события,— продолжал господин Путин.— Россия вынуждена была поддержать этих людей, имея в виду наши исторические связи и с территориями, и культурно-языковые связи с теми людьми, которые на этих территориях проживают. Долгое время мы стремились восстановить ситуацию на Украине мирными средствами. Если вы слышали... наверняка что-то слышали об этом (но это и необязательно: он же рассказал.— А. К.)... подписали соответствующие соглашения между противоборствующими сторонами в столице Белоруссии — в Минске. Таким образом начался так называемый минский процесс по урегулированию.

Вот она, каноническая версия в наиболее лаконичном ее виде.

— Как выяснилось,— продолжил господин Путин,— западные страны и власти предержащие в Киеве нас водили просто за нос, потом объявили практически публично, что не будут придерживаться наших мирных договоренностей, и фактически вышли из этого мирного процесса. Именно после этого, уважаемые друзья, Россия была вынуждена признать не признаваемые нами в течение восьми лет независимые государства, образовавшиеся на территории Украины: Луганскую Народную Республику и Донецкую Народную Республику.

Особенно вот это «уважаемые друзья»... Звучало, с одной стороны, воспитательно, а с другой — подчеркивало эпичность изложения.

— Теперь я перехожу к международно-правовой стороне этого дела,— просто чтобы вы были в курсе реального положения дел, имел он в виду.— Вопрос: мы имели право признать независимость этих территорий? В полном соответствии с Уставом ООН мы на это имели право, потому что, руководствуясь соответствующими статьями Устава ООН, эти территории имели право объявить о своей независимости. Значит, у нас возникло право их признать, и мы это сделали.

Вся суть была сейчас в этом. И вокруг этого, надо понимать, и в будущем будут идти любые дискуссии о мире в этой истории.

— Затем, подписав с ними Договор о дружбе и взаимодействии, мы в полном соответствии с Уставом ООН имели право это содействие им и оказать. Потому что киевский режим предпринял многократные попытки решить эту проблему вооруженным путем и, по сути, начал боевые действия в 2014 году, используя против этих мирных граждан авиацию, танки и артиллерию. Он, именно киевский режим, развязал эту войну в 2014 году. А мы в соответствии с 51-й статьей Устава ООН имели право оказать им помощь, ссылаясь на пункт по самообороне.

Содействие ЛНР и ДНР оказывали, как известно, подойдя к Киеву и освободив часть Херсонской области и Запорожской области.

— Поэтому, уважаемые коллеги,— заключил Владимир Путин,— вот эта логика, которая мною сейчас была изложена, на мой взгляд и на взгляд моих коллег, экспертов, является безупречной с точки зрения международного права и Устава Организации Объединенных Наций.

Таким образом, вот он, образец безупречной логики президента России.

И ее предложено взять за образец и африканским переговорщикам, если они еще этого не поняли.

И от произнесенных слов отступления не будет ни на миллиметр, это тоже ясно. Такими будут любые переговоры.

Владимир Путин во время переговоров

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Зерновой кризис, по словам Владимира Путина, тоже не он придумал. И не война на Украине в этом виновата, тут яркие представители Африканского континента ошибаются тоже:

— По сути, проводя огромную эмиссию,— в Штатах это было, по-моему, около девяти триллионов долларов, в Европе где-то в районе пяти триллионов евро,— они (западные страны.— А. К.), как пылесосом, сметали с мирового рынка все продовольственные товары в свою пользу, злоупотребляя своим монопольным положением и ставя в невыгодное положение развивающиеся страны. Я не буду вдаваться в детали, но это, как у нас говорят, медицинский факт, очевидная вещь.

Проблемы африканских стран из-за войны, как выяснилось, преувеличены:

— Мы не считаем, что поставки украинского зерна на мировые рынки решают проблему бедности и голода. Нет, это не так. Тем не менее мы пошли навстречу предложениям господина Гутерриша, генерального секретаря ООН, и сделали все для того, чтобы, как он тогда говорил, обеспечить поставки украинского зерна прежде всего в беднейшие страны Африки. Мы пошли на это! Каков же результат, уважаемые дамы и господа? Позвольте мне огласить цифры. Цифры — сухая, бесстрастная вещь.

Про это господин Путин говорил часто, хоть, может, и без таких технических подробностей:

— По состоянию на 15 июня из украинских портов при нашем и турецком содействии,— президент Турции многое сделал для этого,— вывезено 31,7 миллиона тонн сельхозпродукции. 31,7 миллиона тонн — немало. В нуждающиеся страны Африки, а это Джибути, Сомали, Судан, Ливия, Эфиопия, было направлено 976 тысяч тонн из 31,7 миллиона.

А вот Уганда, например, по недавнему признанию ее министра иностранных дел, сделанному в Москве, ест бананы, а не хлеб, и от исхода реализации зерновой сделки себя таким образом давно обезопасила.

— Это, уважаемые дамы и господа, дорогие друзья, это всего 3,1 процента! — воскликнул (именно так.— А. К.) президент России.— Эти неоколониальные власти европейские, а по сути американские, в очередной раз обманули международное сообщество и нуждающиеся страны Африки: 31,7 миллиона тонн вывезено, и только три процента ушло в нуждающиеся страны Африки! Это разве не обман?!

Ну конечно, тут уж у кого хочешь нервы сдадут.

— Привыкли врать всему миру на протяжении столетий и продолжают это делать сегодня! — продолжал Владимир Путин.— В государства ЕС между тем направлено 38,9 процента — 12,3 миллиона тонн, в Турцию — 11 процентов и потом в другие страны.

Между тем оказалось, что главный сюрприз — впереди.

— Россия никогда не отказывалась от переговоров! — сообщил господин Путин.— Хочу обратить ваше внимание на то, что при содействии того же президента Эрдогана, как вы знаете, в Турции прошла целая серия переговоров между Россией и Украиной по выработке и мер доверия, о которых вы сказали, и по подготовке самого текста договора. Мы не договаривались с украинской стороной, что этот договор будет носить конфиденциальный характер, но мы никогда его не предъявляли, не комментировали.

Ага, и где же договор?

— Проект этого договора был парафирован руководителем переговорной группы из Киева — он поставил там свою подпись! Вот он, он есть! — сообщил президент России и поднял вверх, чтобы не увидеть было невозможно всему миру, несколько листков бумаги.— Он так и называется: «Договор о постоянном нейтралитете и гарантиях безопасности Украины». Именно о гарантиях, о которых вы сказали, уважаемый друг президент Южно-Африканской Республики! 18 статей!

Он уже не стал их зачитывать. Пока.

— Более того, к нему есть еще и приложения! — добавил господин Путин.— Они, знаете,— сейчас даже не буду об этом говорить,— они касаются и вооруженных сил, касаются и других вещей... (Но все уже известно.— А. К.) Все прописано — до единиц боевой техники и до личного состава вооруженных сил (и того и другого в соответствии с документом, как оказалось, предполагалось не много.— А. К.). Вот этот документ, и он парафирован киевской делегацией. Подпись стоит!

Финал был предсказуемым:

— Но после того как мы, как и обещали, отвели войска от Киева, киевские власти, как обычно делают их хозяева, выбросили это все на свалку истории, скажем так аккуратно, и постараюсь интеллигентно выражаться (Владимир Путин оглядел собравшихся и сделал выразительную паузу. Да, понятно, что есть и более русские слова, которые он имел в виду.— А. К.). Они отказались от этого (говорилось, что как раз после событий в Буче.— А. К.)! Где гарантии, что они и дальше не будут отказываться от каких-то других договоренностей?! Но и в этих условиях мы никогда не отказывались от ведения переговоров.

Так африканская миссия была раз и навсегда провалена. Могло ли быть по-другому? Нет, исключено. Жаль ли? Очень.

— Не мы, а руководство Украины объявило о том, что оно не будет вести никаких переговоров,— продолжал президент России.— Более того, действующий президент Украины подписал соответствующий декрет, запрещающий вести эти переговоры. Поэтому я понимаю вашу озабоченность, разделяю ее, и, безусловно, мы готовы рассмотреть любые ваши предложения. Но мы не отказывались от переговоров — отказалась украинская сторона, и декрет даже издали! Чего же от нас хотят?

Декрет, кстати, был, получается, нарушен, когда в Киеве приняли африканскую делегацию. Или вето господина Зеленского касается только запрета самому себе на переговоры с господином Путиным?

— По поводу детей,— заканчивал господин Путин.— Дети — святое дело! Мы вывозили их из зоны конфликта, спасая их жизни и здоровье,— вот что происходило! Никто не собирался никаких детей разлучать с семьями. Вывозили целыми детскими домами — абсолютно легально, потому что руководители этих домов были законными их представителями. Мы никогда не были против того, чтобы дети воссоединялись со своими семьями, если, конечно, их родственники объявляются. Никаких препятствий к этому никогда не было, нет и, разумеется, никогда не будет! Хочу вас заверить в этом.

То есть Международный уголовный суд должен все переосмыслить.

Переговоры закончились уже поздним вечером, вернее уже белой ночью, неторопливой прогулкой по парку Константиновского дворца. Да, можно было расслабиться.

Должна же была быть хоть какая-то польза от происходившего для приехавших в июньский Петербург африканских лидеров.