«Здесь был тот же фронт, и отказ от работы — то же, что и дезертирство»

К началу Великой Отечественной войны Уральский завод тяжелого машиностроения (УЗТМ, Уралмашзавод) располагал большими производственными площадями, сталеплавильной и литейной базой, уникальным современным оборудованием и специалистами. А во время войны главной задачей Уралмаша стало производство оружия: завод выпускал литые самоходные гаубицы и установки, танки, бронекорпуса для танков, башен и самоходок. Как в годы войны работал флагман машиностроения — история из книги «Победа. Одна на всех», изданной «Ъ-Урал».

Приемка СУ-85.Фото зима 1944 год

Фото: Книга «Победа одна на всех»

УЗТМ, запущенный в эксплуатацию в 1933 году, располагал большими производственными площадями, сталеплавильной и литейной базой, уникальным современным оборудованием и специалистами. Завод специализировался на создании различных машин по индивидуальным проектам для горных и металлургических предприятий. Среди выпускаемой продукции: блюминги, прокатные станы, тяжелые гидравлические прессы.

Главной задачей Уралмаша во время войны стало производство оружия: завод выпускал литые самоходные гаубицы и установки СУ-122, СУ-85, СУ-100, Д-1, танки Т-34, КВ-1, бронекорпуса для танков, башен и самоходок. Кроме того, уралмашевские металлурги освоили за период войны ряд броневых марок стали.

Уралмашзавод имел довоенный опыт в создании артиллерийских систем М-30. В 1940 году он выпустил 200 орудий, но после срыва плана, их производство поручили заводу №92, расположенному в Горьком.

После начала войны уралмашевское артиллерийское производство (будущий завод №9) решило свои проблемы и повысило свою эффективность: в 1941 году завод выпустил 2760 гаубиц при плане 2000. В 1942 году завод №9 выделился в самостоятельное предприятие, но связка с Уралмашем сохранилась.

В октябре 1941 года УЗТМ обязали выпускать дополнительно к гаубицам по 600 танковых пушек в месяц. К 1 мая 1943 году были разработаны и изготовлены пять образцов новой 152-мм гаубицы Д-1. Почти немедленно она была запущена в серийное производство, принимала участие в Курской битве.

Проверка 122-мм пушки Д-25 для танка ИС-2

Фото: Книга «Победа одна на всех»

26 июня директор УЗТМ Борис Музруков направил одну группу инженеров Уралмаша в командировку на Ижорский завод, где находилось производство корпусов KB и артиллерийских систем, а другую — в Челябинск, где имелись чертежи корпусов и оснастки танков КВ. Главный технолог завода С. Самойлов потом вспоминал, что технология изготовления корпусов KB предусматривала подбор в один ряд порядка 700 станков. Специалисты также ездили за опытом на Уралвагонзавод, где изучали весь цикл производства бронетехники, чтобы потом воспроизвести его на Уралмашзаводе.

За четыре военных года в армию было призвано 2 839 рабочих

Уже к концу августа 1941 года УТЗМ должен был выпустить первую партию бронекорпусов для танков КВ, выпускаемых на будущем «Танкограде» — Челябинском тракторном заводе (ЧТЗ), куда эвакуировали из Ленинграда Кировский завод. Правда, план сентября и начала октября 1941 года по поставке бронекорпусов был сорван. На завод и в свердловский обком пришли грозные телеграммы от Сталина.

Телеграмма

17 сентября 1941 года

Прошу Вас честно и в срок выполнять заказы по поставке корпусов для танка KB Челябинскому танковому заводу. Сейчас я прошу и надеюсь, что вы выполните долг перед Родиной. Через несколько дней вы окажетесь нарушителями своего долга перед Родиной, начну вас громить как преступников, пренебрегающих честью и интересами своей Родины. Нельзя терпеть, чтобы наши войска страдали на фронте от недостатка танков, а вы в далеком тылу прохлаждались и бездельничали.

И.Сталин

Для выполнения задания были освоены новые технологии: башни танков КВ начали сразу выливать из металла. До этого использовались только сварка и катаная броня. Совместно с создателями танка КВ (часть конструкторского бюро Кировского завода находилась тогда в Челябинске) конструкторы спроектировали новую башню: обтекаемую по форме, за счет ликвидации углов, неизбежных при изготовлении сварной башни. Стенки башни стали дифференцированными по толщине брони. Вес литых башен оказался даже меньше сварных. Броневая сталь создавалась в ходе многочисленных экспериментов в мартеновском цехе Уралмаша совместно со специалистами ЦНИИ-48, эвакуированными на Урал из Ленинграда.

Стахановка Тоня Эвиг вытачивает колпачки для гаубиц

Фото: Книга «Победа одна на всех»

21 марта 1942 года УЗТМ получил задание по изготовлению башен Т-34. Завод освоил их выпуск за сорок дней. В апреле завод отправил первые бронекорпуса Т-34 в Челябинск и Нижний Тагил. Башни танков Т-34 на Уралмашзаводе с самого начала изготавливались только в литом варианте. При этом конструкторы разработали новую форму башни (шестигранную), которую так и называли — «уралмашевской». Она была несколько большей по размеру и с двумя круглыми люками вместо одного трапециевидного.

Погрузка гаубиц М-30 на жд платформу

Фото: Книга «Победа одна на всех»

В июле 1942 года было принято решение о выпуске танков Т-34 целиком на УЗТМ. За три месяца уралмашевцы наладили производство. Уже в сентябре 1942 года завод выпустил пятнадцать танков Т-34, которые были направлены под Сталинград. С ноября Уралмаш начал изготовлять более 100 машин в месяц.

Впервые в мире на Уралмаше была сделана сборка танков на потоке. Этот метод дал прирост производительности труда на 58% и сокращение срока на трое суток.

Со второй половины 1942 года УЗТМ переходит на выпуск средних самоходных артиллерийских установок (СУ). В июне 1944 года УЗТМ приступил к серийному выпуску бронекорпусов танка ИС-2. До мая 1945 года в челябинский Танкоград было отправлено 709 единиц новой продукции. Освоение новых производств требовало колоссального напряжения. Руководители не уходили домой целыми неделями, на сон они могли себе позволить не более трех-четырех часов.

Работникам завода объявили казарменное положение: они не уходили домой до завершения работ. Рабочий день мог длиться по 16-18 часов в сутки.

Промышленному гиганту пришлось перестраивать свою работу. Для решения этой задачи потребовалась мощная сварочная база, рабочие и технические кадры, несколько сотен станков. Даже эвакуированные предприятия не могли обеспечить нехватку специалистов и оборудования. Станки собирали буквально по всем заводам. В кратчайшие сроки были переоборудованы механические и сборочные цеха, увеличено термическое производство, организованы новые цеха и производства. Когда возникли трудности в снабжении инструментом, уралмашевцы научились восстанавливать изношенный инструмент: только за 1941 год привели в рабочее состояние 27 тыс. единиц.

За годы войны с завода дезертировали свыше 4,5 тыс. человек

Инженеры Уралмаша неоднократно принимали неординарные технические решения. Например, для замены остродефицитного ацетилена на заводе по предложению инженера П. Геркена впервые в стране стали применять пиролизный газ, получаемый из мазута и торфяной смолы. Этот опыт распространился и по другим заводам. Когда для газовой резки броневых листов потребовалось огромное количество кислорода, в цех с кислородного завода протянули газовые трубы.

27 раз в годы войны Уралмашу присуждалось переходящее Красное Знамя Государственного Комитета Обороны, которое в 1946 году было оставлено на заводе на вечное хранение. За большие заслуги в обеспечении фронта боевой техникой коллектив завода награжден орденами Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны I степени и Трудового Красного Знамени.

В 1943 году благодаря инженерам Павлу Василевскому и Юрию Шкабатуре были применены и внедрены в производство методы кокильного литья, которое не только увеличило объем производства танков, но и позволяло намного быстрее получить необходимые для производства детали.

Начальник производства артиллерии Николай Никитич Казаков с военпредом

Фото: Книга «Победа одна на всех»

Когда исход войны стал понятен, в начале 1944 года Музруков организовал группу по подготовке генерального плана послевоенного развития Уралмашзавода.

Были созданы конструкторские бюро по развитию гражданской продукции — оборудования для нефтяной, металлургической, каменноугольной, энергетической и других отраслей промышленности. В первую очередь, для восстанавливаемых заводов, фабрик шахт, разрушенных фашистами. 15 декабря 1945 года программу подписал Сталин, но ее реализация проходила уже без Музрукова.

В ходе эвакуации на Уралмашзавод были перевезены персонал и оборудование с Кировского и Ижорского заводов. До конца 1941 года население соцгорода увеличилось более чем на 15 тыс. человек. Многих размещали на первое время в подвалах домов «Дворянского гнезда», где были организованы временные жилые помещения. Потом эвакуированных расселяли по постоянным квартирам. Жилья не хватало, поэтому снова стали строить бараки. В барачный микрорайон подвели водопровод, устроили прачечные, сделали деревянные тротуары, провели электрическое освещение. С 1942 года на УЗТМ направлялись бойцы трудармии, в которую были мобилизованы жители среднеазиатских республик. Всего было отправлено около 15 тыс. человек. Среди них была крайне высокая смертность из-за голода и тяжелых условий труда. На 22 июня 1941 года на Уралмашзаводе работало свыше 20 тыс. человека, из них рабочих — свыше 15,5 тыс. человек. За четыре военных года в армию было призвано 2839 рабочих. За годы войны с завода дезертировали свыше 4,5 тыс. человек.

Из воспоминаний модельщика А. Юркова:

Официально рабочий день в модельном цехе длился 12 часов плюс обеденный перерыв, то есть с 8 утра до 9 вечера. Затем следовали два часа обязательных сверхурочных работ, затем два часа «необязательных» сверхурочных работ. Затем трудились столько, сколько нужно.

Однажды уже за полночь к нашей бригаде подошел мастер и сказал: «Надо к утру еще вот такую-то работу сделать». Один модельщик вспылил, сказал, что с него хватит, он больше не может. Мастер не стал его уговаривать, но доложил начальнику цеха. Утром тот модельщик не вышел на работу. Оказывается, за ночь его успели «разбронировать» и к утру к нему на квартиру приехал мотоциклист из военкомата с повесткой.

Мы не раз обсуждали этот случай и решили, что начальник цеха поступил правильно: здесь был тот же фронт, и отказ от работы — то же, что и дезертирство.

За годы войны на Уралмашзаводе было изготовлено:

Корпусов и башен танка КВ — 2 300
Бронекорпусов и башен ИС-2 — 709
Бронекорпусов и башен ИС-З —120
Бронекорпусов самоходок ИСУ-152 — 3 854
Бронекорпусов и башен танка Т-34 — 7 257
Бронекорпусов самоходок СУ-122 — 653
Бронекорпусов самоходок СУ-85 — 2 350
Бронекорпусов самоходок СУ-100 — 1 982

Боевых машин:

танков Т-34 — 706
Самоходок СУ-122 — 636
Самоходок СУ-85 — 2 649
Самоходок СУ-100 —1 560

Среди выпускаемых боевых машин Уралмаша были именные: «Боевая подруга», «Александр Суворов», «Иван Сусанин», «Борец Ян Цыган», «Комсомолец Уралмаша» и так далее. Их граждане покупали на личные средства. Первый танк купили артисты свердловского театра музыкальной комедии Маренич и Емельянова, он получил название «Артист музкомедии». Артель золотоискателей-старообрядцев из Березовского приобрела 32 машины, на которых по просьбе покупателей были нарисованы кресты и написано: «С нами Бог!».