Общность грамматических категорий глаголов в чагатайском и кыргызском языках

дошкольного возраста возможно только при достаточном уровне развития психических процессов: мышления, памяти, внимания, восприятия.

Список литературы / References

1. Вайнрайх У. Языковые контакты. Киев, 1979.

2. Выготский Л.С. Умственное развитие детей в процессе обучения. М.: Наука, 1935.

3. Гвоздев А.Н. Вопросы изучения детской речи. СПб., 2007.

4. Мечковская Н.Б. Социальная лингвистика: пособие для студентов гуманитарных вузов и учашдхся лицеев. М.: Аспект-Пресс, 2000. 207 с

5. Розенцвейг В.Ю. Основные вопросы теории языковых контактов // Новое в лингвистике. Вып. 4: Языковые контакты. М., 1972.

6. Рябцева О.М. Билингвизм в современном мире // Известия ЮФУ. Технические науки. Раздел II. Проблемы педагогики и методики обучения иностранным языкам, 2011. № 10. С. 116-123.

7. Чуковский К.И. От двух до пяти. М.: Астрель: АСТ, 2003.

8. Харакоз В.П. На перекрестке культур. Новая литература Кыргызстана, 2010.

ОБЩНОСТЬ ГРАММАТИЧЕСКИХ КАТЕГОРИЙ ГЛАГОЛОВ В ЧАГАТАЙСКОМ И КЫРГЫЗСКОМ ЯЗЫКАХ Акынбекова А.У. Email: Akynbekova641@scientifictext.ru

Акынбекова Айман Усенбаевна — кандидат филологических наук, доцент,

кафедра кыргызского языка и литературы, гуманитарный факультет, Таласский государственный университет, г. Талас, Кыргызская Республика

Аннотация: в отчественной тюркологии с давних пор вызывали интерес вопросы кыргызского языка и литературы в период чагатайской эпохи. В этом направлении изданы труды таких ученых, как В.В. Радлов, Н.И. Ильминский, П.М. Мелиорансий, К. Брокельман А.К. Боровков, Н. Самойловичтин, Н. Вамбери, Фуат Кепрулу, Г.Ф. Благова, А. Шербак В этих трудах рассмотрены языковые комментарии, исследованы переводы, тексты письменных памятников. Вопрос о характеристике чагатайской письменности остается открытым в науке кыргызского языка, несмотря на некоторые мнения о том, что в XVIII — XIX в.в. чагатайский язык является языком письменных памятников, которые употребляли кыргызы.

При решении данной проблемы, ссылаясь на критические взгляды, разные мнения о территориальном распространении и возникновении чагатайской письменности, в трудах вышеуказанных ученых исследована на основе сравнительно-исторического метода общность грамматических категорий глаголов в кыргызском и чагатайском языках. В данном случае исследованы взгляды ученых по данной проблеме, общности даны конкретными примерами. На основе приведенных фактов выявилось то, что немало общностей грамматических категорий глаголов между современным кыргызским говором и чагатайским языком.

Автор, подытоживая мысль в своей статье, отмечает то, что прежде чем уточнить свои корни, нужно достаточно знать историю развития исторических соседей, поэтому можно сделать вывод о том, что материалы современного кыргызского языка: взаимосвязь с чагатайским языком, проблемы однокоренности на основе фактов исторической лингвистики должны стать объектами специального исследования.

Ключевые слова: глагол, чагатайский язык, грамматика, категория, лицо, время, наклонение, настоящее-будущее врем, несовершенное время, совершенное время, повелительно-желательное время, условное наклонение, морфема, форма, вариант.

THE GENERALITY OF THE GRAMMATICAL CATEGORIES OF VERBS IN CHAGHATAY AND KYRGYZ LANGUAGES Akynbekova A.U.

Akynbekova Aiman Usenbaevna — Candidate of Philology, Assistant Professor, KYRGYZ LANGUAGE DEPARTMENTS AND LITERATURE, HUMANITIES FACULTY, TALAS STATE UNIVERSITY, TALAS, REPUBLIC OFKYRGYZSTAN

Abstract: in the field of Turkic studies, for a long time, they evoked interest in the issues of the Kyrgyz language and literature during the Chagatai period. In this direction the works of such scientists as V.V.

Radlov, N.I. Ilminsky, P.M. Melioransii, K. Brokelman AK Borovkov, N. Samoilovichtin, N. Wambury, Fuat Koprul, GF Blagova, A. Sherbak. In these works, language comments, translations, texts of written monuments are examined. The question of the characterization of the Chaghatay alphabet remains open in the science of the Kyrgyz language, in spite of some opinions that in the eighteenth and nineteenth centuries. Chagatai language is the language of written monuments used by Kyrgyz.

In solving this problem, referring to critical views, different opinions about the territorial distribution and the emergence of the Chagatai script, in the works of the above-mentioned scientists are investigated on the basis of a comparative historical method of generality of grammatical categories of verbs in Kyrgyz and Chaghatay languages. In this case, the views of scientists on this issue have been investigated, the generalities are given by concrete examples. On the basis of the above facts, it was revealed that there are many common grammatical categories of verbs between modern Kyrgyz dialect and Chagatai language. The author, summarizing the idea in his article, notes that before you clarify your roots, you need to know enough the history of the development of historical neighbors, so we can conclude that the materials of the modern Kyrgyz language: the relationship with the Chaghatay language, the problems of unity, based on facts Historical linguistics should become objects of special research. Keywords: verb, Chagatai language, grammar, category, face, time, inclination, present-future tense, imperfect tense, perfect tense, imperative time, conditional mood.

УДК 81/80, ББК 81А 44

Значения глаголов в чагатайском языке, грамматические категории и их выполняемые функции не отличаются от кыргызского литературного языка. Точнее говоря, отличие можно заметить в том случае, если к глаголам чагатайского языка после суффикса -лар, который образует множественное число, прикреплены морфемы II лица, в других случаях принцип структуры одинаковые. Это можно понаблюдать в реконструкции Яноса Экманна по морфемам лица в чагатайском языке [5, 40]: единственное: 1 лицо -m, 2 лицо -ц, 3 лицо -; множественное: 1 лицо -u /-k, 2 лицо -цг, -ц1аг.

В данном случае по морфемам единственного числа нет особых различий от кыргызского литературного языка. Но тем не менее отмечено то, что в глаголах чагатайского языка склонение второго лица множественного числа дается как во всех южных говорах литературного языка с - цыз или вместо него короткое -ыц: Сиз ичиц (ичициз). Сиз окуц (окуцуз). Сиз мектепке барып келиц (келициз).

А также в глаголах чагатайского языка присоединение морфемы -лар после сокращенной морфемы -ыц множественного числа II лица (-ц1аг, -йщг1аг: 8огащг1аг "сурацыздар") встречается и в других говорах кроме южных говоров (южный, Талас, Чаткал). Можно заметить, что конструкция такого типа в данное время активно применяется в некоторых говорах кыргызского языка (во II лице морфема -лар множественного числа, преобразуясь в морфему -ыцыз, сохраняя первоначальный звук [л], присоединяется в форме -ыцдар//-ыцлар): Энди жатыцар, меймандар. Кана, майерге келицдер. Ойноп жатканыны карацдар [1, 91]. И это на каком-то уровне является конструкцией, связывающей чагатайского языка с кыргызским языком. Поэтому, возможно есть какая-то доля чагатайского языка в возникновении древних форм -ыцдар//-ыцлар в кыргызских говорах.

Деление категории времени глагола в кыргызском языке по морфологическим особенностям на прошедшее время, настоящее время, будущее время характерно и чагатайскому языку. Вернее, если не учитывать незначительные различия в морфемах, образующих категории времени, в целом создают общность с кыргызским литературным языком и их говорами.

Например, во многих тюркских языках морфема -ар предполагаемого будущего времени сохранена как древняя форма будущего времени, поэтому и в чагатайском языке, присоединяясь к корню глагола морфема -ар предполагаемого будущего времени, затем морфемы лица, предварительно отражают выполнимые действия в будущем: barmau kerek; sizni pad^ah koterUrler "барышкерек, сиздипадышаквтврушвр" sen bargil, men kelur men "сен барсыц, мен келермин" 'auibetuel-emr bolur biz behem "аягында бирге болорбуз".

В кыргызском литературном языке и их говорах настояще-будущее время глагола образуется при помощи суффиксов лиц от настоящего деепричастия с окончаниями -а //-е//-й. Например: мен иште-й-м, сен иште-й-сиц, сиз иште-й-сиз, ал (ол) иште-й-т; биз иште-й-биз, силер иште-й-си-ц-ер, сиздер иште-й-сиз-дер, алар (олор) иште-ш-е-т. Отмечено, что такие конструкции в некоторых говорах кыргызского языка, особенно в говорах южно-западного диалекта, вместо морфемы -т или наряду с ним, которое образует третье лицо единственного числа настояще-будущего времени, применяется морфема -дыр (калат - каладыр.).

Названная морфема (применение морфемы -дыр вместо -т) чаще встречается в данной форме в фольклорных памятниках (Коцурбай уулу азадыр, Коопуу уулу ошодур. С.Орозбаков «Манас») [4,193]. С этой стороны говоры кыргызского языка составляют общность с чагатайским языком,

потому что наблюдается то, что в настояще-будущем времени кыргызского литературного языка вместо морфем - -а //-е//-й в чагатайском языке к корням глаголов чаще применяется конструкция + -а + -дыр/-дур + лицо: единственное число, 1 лицо: tapadur men (табамын), deydür men (деймин); 2 лицо: tapadur sen (табасыц), deydür sen (дейсиц); 3-лицо: tapadur (табат), deydür (дейт); множественное число, 1 лицо: tapadur biz (табабыз), deydür biz (дейбиз); 2 лицо: tapadur siz (табасыз), deydür siz (дейсиз); 3 лицо: tapadurlar (табышат); deydürler (дешет).

По мнению ученых - тюркологов морфемы, образующие настояще-будущее время -дыр//-дур, появились при деформации глагола турур ( в современном кыргызском языке тур, туруу), путем сокращения, турур> туру>тур>дыр>ду(ды)> т [4, 194]. В связи с тем, что тюркоязычные народы начали жить по отдельности, формы -дыр//-дур применялись в тюркских языках по - разному.

Например, в туркменских, тюркских, азербайжанских языках, которые входили в группу огуз, применялись -тыр, -дыр, в уйгурском языке - дур, казахском, каракалпакском и узбекском языках -ды//-ты, в кыргызском языке -т, а в татарском, башкырском и в некоторых других языках совсем не применяются [2, 43].

В итоге можно отметить влияние уйгурских и кыпчакских языков в частом применении в чагатайском и кыргызском говорах особенных форм настояще-будущего времени от древнего слова турур. Применение значений будущего и настоящего времени зависит от контекста предложения.

Образующий форму прошедшего времени форма -ды, встречается во всех тюркских языках:единственное число: 1 лицо: aldim, kettim, oûudum, tü$tüm; 2 лицо: aldiЖ, kettiЖ, oûuduЖ, Ш$ШЖ; 3-лицо: aldi, ketti, oûudi, tügti, множественное число: 1 лицо: alduû, kettük, oûuduû, tüqtük, 2 лицо: ald^iz, kéttiЖiz, oûuduЖlz, Щ^ШЖ^, ald^lar, kétiЖler, oûuduЖlar, tüijüMler, 3-лицо: aldilar, kettiler, oûudilar, tügtiler.

Некоторые ученые отмечают, что морфема -ды принадлежит к древним языкам [3, 216]. Такие ученые как Ж. Дени, К. Брокельман, А.П. Поцелуевский, Н.К. Дмитриев, Э.Р. Севортян преполагают, что морфема (-ды) появилась от именных глаголов -ыт, -ит, а по мнению Дмитриева форма алт-ым «менин алышым», спустя некоторое время, превратилась в форму - алдым [3, 216].

Значит, форму -ды, образующая определительное прошедшее время глагола, можно рассматривать как неизменно сохраненную с древних времен в чагатайском и кыргызском языках.

Таким образом, таких примеров можно привести немало. Эти факты показывают, что кыргызский язык и их говоры очень близки по значению к грамматическим категориям глаголов чагатайского языка. Ну а звуковые варианты, возможно, связаны с развитием тюркского языка как независимого национального языка.

Список литературы / References

1. Абдулдаев Э. Местные особенности в языках кыргызов в Узбекистане. Ф., 1962. 91 с.

2. Абдулдаев Э., МукамбаевЖ. Очерки кыргызской диалектологии. Фрунзе, 1958. 168 с.

3. Кудайбергенов С. Категория наклонения в кыргызском языке. Труды ИЯЛ АН КИРГ. ССР. Вып. IX. Фрунзе, 1957. 124 с.

4. ЮнусалиевБ.М. Избранные труды. Фрунзе, 1985. С. 193-194.

5. Eckmann Janos. Çagatayca El Kitabi. (GûnayKaraagaç, Mut.) Istanbul; Ed. Fak., 1988. С. 40.

ПОЛИПАРАДИГМАЛЬНЫЙ АСПЕКТ ИССЛЕДОВАНИЙ В СОВРЕМЕННОЙ ТЕРМИНОЛОГИИ Алиева С-K. Email: Aliyeva641@scientifictext.ru

ААлиева Севиль Курбан кызы — кандидат филологических наук, кафедра иностранных языков, Азербайджанский государственный университет нефти и промышленности, г. Баку, Азербайджанская Республика

Аннотация: в статье рассмотрена одна из самых важных проблем терминологии современного периода глобализации — изучение актуальных направлений когнитивной терминологии. Особое внимание привлекает лексика, постоянно развивающаяся и подвергающаяся влиянию извне, сложная система и процессы, происходящие в ней — методы когнитивного подхода в терминообразовании, комплексный подход к некоторым проблемам, выявление тенденций в исследуемой области, и, в первую очередь, роль и место системы понятий в мышлении носителей языка. Учитывая внутреннюю природу терминов, автор отмечает, что необходимо определить методы подхода к ним, прагматичность семантики, зависимость от причины, цели и области, в