Полицейская организация Франции от свержения якобинцев до крушения Первой империи (1794-1814 гг. )

© В.В. Кучма, 2006

ИСТОРИЧЕСКИЕ И ОБЩЕТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ ЮРИСПРУДЕНЦИИ

ПОЛИЦЕЙСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ФРАНЦИИ ОТ СВЕРЖЕНИЯ ЯКОБИНЦЕВ ДО КРУШЕНИЯ ПЕРВОЙ ИМПЕРИИ (1794-1814 гг.) *

В.В. Кучма

Завершив анализ теоретических основ полицейской организации Франции в периоды Консульства и Первой империи, перейдем далее к характеристике ее структуры, полномочий и методов практической деятельности.

Первые месяцы пребывания Ж. Фуше на посту министра общей полиции (конец июля -начало ноября 1799 г.) не были ознаменованы сколько-нибудь серьезными организационными мероприятиями. Решительные преобразования были начаты позднее, уже после переворота 18 брюмера.

28 плювиоза VIII года (17 февраля

1800 г.) по инициативе Ж. Фуше был принят закон, учреждающий единообразную структуру полицейских должностей на всей территории Республики 1. На основании ст. 12 указанного закона низовым звеном полицейского аппарата становилась единоличная должность комиссара полиции, учреждаемая в городах и селениях с числом жителей от 5 до 10 тыс. человек. Если население превышало эту цифру, на каждые 10 тыс. жителей сверх установленной нормы должно было приходиться еще по одному комиссару. В городах, население которых превышало 100 тыс. человек, вводилась должность генерального комиссара полиции, которому подчинялись все город-

ские комиссары и который, в свою очередь, находился в непосредственном подчинении министра общей полиции (ст. 14).

В Париже этим же законом учреждалась должность префекта полиции, который руководил деятельностью столичных комиссаров, распределенных по 12 городским округам (ст. 16). Характерно, что анализируемый закон не ставил префекта столичной полиции в подчинение министра общей полиции - в данном случае наглядно проявилось стремление Наполеона противопоставить названных должностных лиц друг другу и тем самым обеспечить их взаимное ослабление.

Постановлением 12 мессидора VIII года (1 июля 1800 г.) были определены функции префекта полиции Парижа. Ему вверялось осуществление полномочий по следующим основным вопросам:

- паспортное дело;

- ведение так называемых «карт безопасности»2;

- разрешение на поселение в столице;

- меры борьбы с нищенством и бродяжничеством;

- инспекция мест заключения;

- инспекция общественных зданий (гостиницы, меблированные квартиры, игорные и публичные дома и т. д.);

* Продолжение. Начало статьи опубликовано в: Вестник ВолГУ Серия 5, Юриспруденция. Выпуск 7. 2005. Волгоград, 2005. С. 24-31.

- надзор за книготорговлей, книгопечатанием, театрами;

- надзор за эмигрантами и дезертирами;

- наблюдение за отправлением религиозных культов;

- выдача разрешений на ношение оружия;

- весь комплекс вопросов, связанных с осуществлением так называемой муниципальной полицейской деятельности (надзор за путями сообщения, общественными зданиями и памятниками, биржей, торговлей, здравоохранением, снабжением продовольствием и т. д.)3.

По аналогии с главой столичной полиции соответствующими функциями и полномочиями наделялись генеральные комиссары полиции других крупных городов; в их распоряжении находилась местная национальная гвардия и жандармерия. Генеральные комиссары, помимо подчинения министру общей полиции, подчинялись и главам соответствующих департаментов. В частности, в компетенцию глав департаментов (префектов) входило утверждение ордонансов, издаваемых генеральными комиссарами.

17 фрюктидора IX года (9 сентября

1801 г.) было издано постановление о размерах денежного содержания, выплачиваемого комиссарам полиции из средств соответствующего городского муниципалитета. Жалование ставилось в зависимость от числа жителей города или селения, где имел резиденцию данный комиссар. Ежегодное содержание комиссара полиции определялось в следующих размерах:

• в Париже - 4 тыс. франков;

• в Бордо, Лионе, Марселе - 2 400 франков;

• в городах с населением:

- более 40 тыс. жителей - 1 800 франков;

-от 40 до 25 тыс. жителей -

1 500 франков;

- от 25 до 1 5 тыс. жителей -

1 200 франков;

-от 15 до 10 тыс. жителей -

1 000 франков 4.

В городах и селениях с числом жителей менее 10 тыс. человек размер жалования комиссара полиции определялся местными муниципальными властями по согласованию с префектом департамента.

В указанных организационных формах функционировал полицейский аппарат Франции в период первого министерства Ж. Фуше. После отставки Ж. Фуше, последовавшей в сентябре 1802 г., министерство общей полиции было упразднено, а весь его аппарат был передан в подчинение министру юстиции. Непосредственное осуществление полицейской деятельности было возложено на особого чиновника в ранге государственного советника.

После воссоздания министерства полиции и восстановления Ж. Фуше в качестве его руководителя совершенствование полицейского аппарата было продолжено. Декретом 21 мессидора XII года (10 июля 1804 г.) вся территория империи была поделена на 4 полицейских округа, во главе которых были поставлены чиновники в ранге государственных советников. В первый округ вошло 35 департаментов страны, во второй - 28, в третий - 43; Париж выделялся в особый, четвертый округ 5.

Декрет 23 фрюктидора XIII года (10 сентября 1805 г.), повторив положения предшествующих нормативных актов, которые регламентировали функции генеральных комиссаров полиции, внес некоторые дополнения и уточнения. Прежде всего, он установил перечень всех городов страны, в которых учреждалась эта полицейская должность; всего таких городов насчитывалось 26. Кроме того, в декрете определялись территориальные пределы, на которые распространялись полномочия генеральных комиссаров. Сюда относились: 1) сам город, где генеральный комиссар имел резиденцию; 2) городская округа, размеры которой устанавливались соответствующим императорским декретом; 3) черта таможенной линии, которая также определялась императорским распоряжением по рапорту министра полиции; 4) линия военных укреплений и расквартирова-ний воинских контингентов.

К 1810 г. структура полицейских учреждений определилась в окончательном виде. Полицейская организация Первой империи вступила в период своего наивысшего расцвета. Влияние Ж. Фуше на государственные дела достигло максимальных размеров - фактически он исполнял функции премьер-министра Наполеона. В 1809 г. одновременно со своей основной должностью он определенное время осуществлял и функции министра внутренних дел. Именно в

это время он добился права, которого Наполеон длительное время ему предоставить не решался, - права назначения префектов департаментов, являвшихся полновластными представителями императора на местах.

В рассматриваемый период центральный аппарат полицейского ведомства подразделялся на общий (генеральный) секретариат и

6 центральных отделений (бюро). В ведении генерального секретариата находилась курьерская служба министерства и подготовка всей документации по министерству. Центральные отделения были специализированы по направлениям деятельности.

1-е отделение ведало секретной документацией, изъятой из ведения органов юстиции. В связи с особой конфиденциальностью деятельности данного отделения руководство им возлагалось на личного секретаря Ж. Фуше.

2-му отделению были вверены дела, связанные с общественной безопасностью. Руководитель отделения П.-М. Демаре, которого современники иногда называли «вице-Фуше», в одном из своих рапортов так определял задачи своей службы: «Это отделение является специально созданной государственной полицией, которая осуществляет обнаружение всех заговоров и замыслов против Конституции, Правительства и личности первых магистратов, а также преследование вдохновителей, участников и соучастников этих действий. Оно осуществляет наблюдение за книжной торговлей, фальшивомонетничеством, ложными слухами, которые касаются Правительства, за тайными объединениями и выдающимися представителями всех партий и идеологических течений, а также за иностранцами. Оно имеет право инспекции Мэзон дю Тампль (наименование тюрьмы в Париже. - В. К.) и предлагает министру соображения относительно этой тюрьмы и лиц, заключенных в ней; оно руководит секретными и исполнительными агентами, прикрепленными к министру; оно предлагает последнему производство арестов лиц, причастных к заговору... Отделение составляет ежедневный бюллетень, касающийся ситуации в Париже и общего положения за границей и в департаментах...»6.

В ведении 3-го отделения находились пресса и личные права граждан; в своей прак-

тической деятельности отделение поддерживало тесный контакт с Сенатской комиссией по делам прессы и индивидуальных свобод. 4-е отделение ведало службой эмиграции, 5-е отделение - финансами министерства, 6-е отделение - его архивами.

Структура полицейских округов, учрежденных указанным выше декретом 10 июня

1804 г., с течением времени подвергалась определенной модификации. Так, 21 февраля

1806 г. третий округ был ликвидирован, а департаменты, входившие в него, распределены между первым и вторым округами. Впрочем, позднее, когда в составе империи оказались департаменты по ту сторону Альп, количество округов вновь достигло четырех. Главами полицейских округов являлись чиновники в ранге государственных секретарей7. Вместе с министром полиции, главой генерального секретариата, руководителями шести отделений министерства высшие полицейские чиновники в округах составляли своеобразный штаб полицейского ведомства, распространявшего свою власть на всю территорию государства.

С точки зрения специфики выполняемой службы вся полиция Первой империи подразделялась на три разряда: так называемая официальная полиция, секретная полиция, жандармерия. Что касается последнего из этих разрядов - жандармерии, то она не претерпела сколько-нибудь существенных изменений по сравнению с предшествующими периодами: Ж. Фуше продолжал рассматривать ее как «полицейскую армию» или «армейскую полицию», имея в виду ее, по существу, военную организацию. Находясь в принципе в ведении военного министерства, жандармерия при осуществлении непосредственно полицейских функций вступала в распоряжение руководителей министерства внутренних дел или министерства полиции. Предназначение жандармерии заключалось в вооруженном подавлении массовых выступлений, в содействии полиции при преследовании и поимке преступников, дезертиров, бродяг, контрабандистов и т. п.

Официальная полиция составлялась из следующих структурных элементов:

- префектуры столичной полиции во главе с префектом полиции Парижа, имевшим под своим командованием

комиссаров полиции городских кварталов, мировых должностных лиц, комиссара полиции биржи, комиссара полиции путей сообщения, комиссаров и инспекторов рынков и торговых площадей, инспекторов речных пристаней на Сене. Военной силой, находившейся в ведении префекта столичной полиции, являлись отряды столичной национальной гвардии и жандармерии;

- префектов и супрефектов департаментов, которые оставались официальными руководителями полиции в пределах своих департаментов;

- генеральных комиссаров и комиссаров полиции в масштабах городов и сельских поселений;

- аудиторов трех категорий: 1) причисленных к министру общей полиции; 2) причисленных к префектуре столичной полиции; 3) причисленных к главам полицейских округов. Аудиторы выполняли поручения, связанные со сбором дополнительных сведений, проверкой фактов, инструктированием местных властей. Поскольку деятельность аудиторов была связана с частыми командировками, к их годовому окладу (6 тыс. франков) добавлялась оплата расходов по разъездам; при этом учитывалось и расстояние поездки, и продолжительность командировки (10 франков за каждые 8 верст пути и 20 франков суточных)8.

Особое развитие получила в период Первой империи секретная полиция, которую Ж. Фуше считал главным звеном в полицейском ведомстве. Генеральная идея Ж. Фуше по этому поводу заключалась в следующем: условием успешной деятельности полиции должна быть ее максимальная информированность. Следовательно, главнейшая задача секретной полиции заключалась в обеспечении регулярного, бесперебойного, систематического поступления соответствующих сведений, которые могли быть эффективно использованы в целях государственной превенции. При этом Ж. Фуше весьма скептически относился к письменным сообщениям и рапортам. «Вы не сделаете никакой важной полицейской работы, - поучал министр своих подопеч-

ных, - если будете полагаться лишь на письменные донесения и рапорты.. .»9. Ж. Фуше давал личный пример своим подчиненным, постоянно входя в прямые контакты с самым широким кругом своих информаторов. Такая система, подчеркивал Ж. Фуше позднее в своих мемуарах, всегда приносила ему успех; по его собственным словам, он «был лучше знаком с секретами Франции посредством устных и доверительных бесед, нежели посредством ознакомления с кипами письменного хлама...»10.

Как уже было указано ранее, сбор секретной информации входил в непосредственные обязанности второго отделения министерства общей полиции. По этой причине деятельности данного отделения уделялось наиболее пристальное внимание руководства -это бюро котировалось в качестве службы «первого сорта» на фоне других полицейских ведомств.

Важнейшим источником секретных сведений являлась перлюстрация корреспонденции, осуществлявшаяся в так называемом «черном кабинете»11. В период Первой империи работой «черного кабинета» длительное время руководил Ла Валетт, директор почтовой службы. В 1811 г. отделения «черного кабинета» по распоряжению Наполеона были созданы во многих крупных городах империи. В мемуарах Де Лаказа, составленных во время бесед с Наполеоном на острове Святой Елены, неоднократно подчеркивается большое значение, которое уделял Наполеон изучению почтовой корреспонденции, - его не смущало даже то, что эти действия наносили ущерб государственной казне. Правда, время от времени Наполеон делал выговоры Ла Валетту за слишком долгую задержку корреспонденции, возникавшую вследствие ее «изучения»: так, в письме от 14 ноября 1807 г. император укорял директора почтовой службы за арест сразу

12 тыс. писем. Следует к тому же отметить, что Наполеон рассматривал деятельность Ла Валетта как противовес всемогуществу Ж. Фуше. Впрочем, в этом отношении Наполеон явно заблуждался: Ла Валетт на протяжении всей своей службы оставался «слугой двух господ»: выполняя распоряжения Наполеона, он одновременно оказывал и тай-

ные услуги Ж. Фуше, осуществляя особый надзор за той или иной информацией, которая вызывала повышенный интерес министра полиции.

К сказанному следует добавить, что отдавая должное существенной роли «черного кабинета», и император, и министр полиции никогда не были склонны эту роль преувеличивать: они, разумеется, понимали, что лица, представлявшие опасность для общества, отнюдь не будут стремиться демонстрировать эту свою опасность в открытой корреспонденции.

Кроме писем, источниками полицейской информации являлись книги, газеты, театральные спектакли - наблюдение за ними также составляло важнейшую сферу деятельности секретной полиции. Получая постоянные напоминания императора на этот счет, Ж. Фуше стремился не только извлекать сведения из средств массовой информации о состоянии общественного мнения, но и формировать это мнение в желательном направлении. В 1815 г. министр полиции явился инициатором отмены цензуры прессы, но при условии, что с газетами будут заключаться соответствующие договоры о назначении редакторов правительством. Третье отделение министерства полиции (бюро прессы) контролировало систематическую публикацию специально инспирированных статей. Ж. Фуше практиковал выдачу вознаграждений наиболее благонадежным газетам, устанавливал пенсии и пособия отдельным журналистам и писателям. Сам он одно время являлся издателем газеты под характерным названием «L’Indépendant» («Независимый»)12. В целом же собственная оценка Ж. Фуше результатов своих взаимоотношений с прессой была достаточно самокритичной. Так, в одном из своих последних писем, датированном 3 августа 1819 г. и адресованном брату Наполеона, бывшему вестфальскому королю Жерому Бонапарту, Ж. Фуше признавал свою вину в том, что он «препятствовал свободе прессы»13. Очевидно, до самого конца своей жизни Ж. Фуше так и не смог изгладить из собственной памяти факт, имевший место в самом начале его служебной карьеры, когда в январе 1800 г. по инициативе министра полиции был издан декрет,

касавшийся состояния дел в прессе того времени. Результатом реализации этого декрета явился фактический разгром французской печати: из 173 газет, выходивших тогда в Париже, получили разрешение продолжать издание лишь 13 газет, тогда как 160 остальных печатных органов подлежали немедленному закрытию 14.

В период первой и второй магистратур Ж. Фуше в стране резко увеличилось количество секретных агентов-информаторов («му-шардов»). По мнению современников, на пике своей карьеры Ж. Фуше имел 10 тыс. платных осведомителей в столице, 5 тыс. в провинции и 500 за границей. И если эти цифры преувеличены, они тем более характерны для оценки общественным мнением состояния всеобщей слежки и доносительства, царивших в стране, когда, по выражению А.А. Егорова, шпионство приобрело статус важнейшего общественного служения 15. Списки действующих мушардов не сохранились: Ж. Фуше уничтожил их в июне 1810 г., в период своей второй опалы, чтобы затруднить деятельность вновь назначенного министра - Р. Савари, возглавлявшего до этого назначения службу жандармерии 16.

Известен, однако, список из 253 имен, составленный по памяти одним из служащих ведомства Ж. Фуше. Эти имена подразделялись на три категории: 1) осведомители нерегулярные, поставлявшие сведения от случая к случаю; 2) служащие путей сообщения Парижа, получавшие по 100 франков за информацию о каждом эмигранте, тайно вернувшемся в страну; 3) лица, получавшие регулярное жалование за осведомительство (так называемые индивиды секретных расходов). С упомянутым списком хорошо согласуется фраза самого Ж. Фуше из его мемуаров, где говорится «о трехстах регуляторах общественного мнения в Париже»17.

Анализ социального положения информаторов, зафиксированных в упомянутом списке, поражает своей пестротой и разнообразием: среди них встречаются буквально все представители социальной лестницы, вплоть до самых крайних ее антиподов - от кухарки и лакея до министра и придворной дамы. Этот факт не должен вызывать недоумения: «инспирированию» и «формированию», по убежде-

нию полицейского руководства, должно было подлежать общественное мнение на всех его уровнях 18.

Агентурная сеть Ж. Фуше охватывала не только всю империю, но и простиралась далеко за ее границы. По выражению А. Вер-мореля, все французы, постоянно или временно находившиеся за пределами империи, «были лишь агентами огромной полицейской организации, все нити которой приводил в движение Фуше»19. С другой стороны, все иностранные дипломатические агенты во Франции состояли под полицейским наблюдением 20. Ж. Фуше стремился, таким образом, сосредоточить в ведении своего министерства также и разведывательную и контрразведывательную деятельность. На этом поприще ему неоднократно приходилось сталкиваться с императором, желавшим лично монополизировать эти сферы. Как известно, вторая отставка Ж. Фуше (июнь 1810 г.) была следствием его столкновения с Наполеоном именно на этой почве.

В своей практической деятельности Ж. Фуше прилагал все усилия к тому, чтобы добытая его агентами информация не оставалась объектом лишь однократного использования. Он проявил себя энергичным сторонником налаживания четкой статистической службы в полиции. Как уже отмечено ранее, в составе центрального аппарата министерства полиции существовало специальное бюро архивов, где все индивидуальные досье были систематизированы и сведены в генеральный каталог.

Под руководством Ж. Фуше полицейским ведомством был разработан особый комплекс документов, получивший у современников наименование «шуанской топографии»21. Этот комплекс представлял собой атлас, дополненный точными сведениями о характеристике отдельных местностей, где концентрировались основные силы мятежни-ков-роялистов, данными о путях их передвижений, местах сборов, пунктах выгрузки товаров; сюда же прилагался перечень коммун, особенно энергично поддерживавших шуане-рию. Одновременно была составлена и «шу-анская биография», включавшая подробнейшие характеристики наиболее видных руководителей мятежников, их родителей, детей

и друзей, имена и адреса укрывателей шуа-нов и т. д.; всего таким учетом было охвачено до 1 200 человек. Эти сведения в виде специально отпечатанных листовок выдавались войскам и жандармерии, участвовавшим в подавлении мятежа. Опыт, приобретенный при разработке указанных документов, использовался впоследствии полицейскими службами и в ходе борьбы с другими оппозиционными течениями.

Ж. Фуше явился инициатором создания и организатором-практиком службы наружного наблюдения («службы филеров»), поскольку рассматривал ее в качестве важнейшего источника полицейской информации. Свои первые шаги при этом министре сделал также промышленный и финансовый шпионаж.

Сведения, получаемые из самых разнообразных источников, подлежали сопоставлению и взаимной сверке - тем самым достоверность информации значительно повышалась. Отрывочные, разрозненные свидетельства, мало понятные непосвященному абоненту, будучи обобщенными и систематизированными, были способны дать подготовленному и опытному профессионалу достаточно полную, близкую к действительности картину состояния общественного мнения. Осмысленное понимание этого факта отчетливо звучит в письме Ж. Фуше от 25 марта 1815 г., адресованном префекту столичной полиции: «Такое событие, которое мало приметно по внешнему виду в масштабе департамента, может представить большой интерес в общем порядке, вследствие своих связей с аналогиями, которые могут быть вам неизвестны»22.

Синтез работы секретной полиции по сбору и обработке полученной информации воплощался в специальном бюллетене, который представлялся императору ежедневно. Бюллетень составлялся по единой форме и включал в себя следующие показатели:

- сведения о наиболее важных событиях, поступившие в министерство полиции из других министерств, а также от департаментских префектов;

- рапорты генеральных комиссаров полиции, касающиеся деталей их службы и реакции общественного мнения на правительственные распоряжения;

- рапорт префекта полиции Парижа;

- бюллетень внешнеполитических событий;

- анализ отношения населения к рекрутскому набору;

- анализ сведений о состоянии книжной торговли;

- анализ различных общественно-политических событий, являющихся наиболее значительными;

- рапорт о распоряжениях министра полиции (касающихся арестов, освобождений и т. п.)23.

Созданная в течение первого десятилетия XIX в. усилиями Ж. Фуше полицейская машина Франции действовала как хорошо отлаженный механизм, а сама полицейская организация была доведена до высшего уровня совершенства и максимальной степени могущества. «Я должен сказать, - писал в конце жизни Ж. Фуше в своих мемуарах, - что никогда не существовало более могущественной полиции, нежели та, которая находилась под моим начальством»24. Однако после его второй отставки эта совершенная и эффективная машина была подвергнута коренной реорганизации на основании декрета 25 марта 1811 г., инициированного Р. Савари.

Декрет учредил новую структуру полицейских должностей, которые были подразделены на 4 категории:

- генеральные директора полиции, числом 5, имеющие под своим руководством территории, заново присоединенные к империи;

- генеральные комиссары полиции, числом 18;

- специальные комиссары полиции, числом 34;

- частные комиссары отдельных городов.

В этом перечне особое внимание привлекает должность специального комиссара - она учреждалась заново. Специальные комиссары должны были «наблюдать особенно за общественным мнением жителей, торговыми операциями и операциями по рекрутскому набору, службами таможен, движениями в портах, в линии берегов и границ, связями с заграницей, снабжением продовольствием, книжной торговлей, народным образованием, политическими и религиозными ассоциациями и

вообще за всеми структурами администрации и общественных служб»25.

Последняя фраза в этом отрывке из декрета 25 марта 1811 г. особенно многозначительна: она означает, что специальные комиссары могли быть назначены для исполнения любых экстраординарных поручений. Они были обязаны информировать департаментских префектов «обо всем том, что могло интересовать их департаменты»; им было предоставлено право в случаях, не терпящих отлагательств, обращаться с письменными рапортами непосредственно к министру полиции. Впрочем, о конкретной деятельности указанных должностных лиц в период министерства Р. Савари известно сравнительно мало.

Буквально через неделю после своего нового восстановления в должности министра полиции (после «Ста дней») Ж. Фуше добился издания декрета от 28 марта 1815 г., согласно которому вся система полицейских должностей, действовавших в период магистратуры Р. Савари, была снова полностью перестроена. Должности генеральных директоров, генеральных и специальных комиссаров были упразднены. Воссоздавалась должность префекта полиции Парижа, а остальная территория страны делилась на 7 (позднее - на 8) округов во главе с лейтенантами полиции. Произошедшая вследствие такой реорганизации значительная децентрализация управления полицией, вероятно, негативно отразилась на ее деятельности. Потребовалось проведение срочных дополнительных мер, и правительство действовало здесь в двух основных направлениях. Во-первых, пришлось пойти на частичное восстановление должности специальных комиссаров полиции - правда, в весьма ограниченных пределах и лишь по узкоспециализированному профилю. Так, декретом 11 мая 1815 г. были учреждены должности специальных комиссаров полиции по делам книготорговли: всего их было назначено 9 в Париже и по 3 в городах Страсбурге, Лионе, Авиньоне, Тулузе, Бордо и Лилле. Во-вторых, получила распространение практика направления на места экстраординарных лейтенантов полиции для осуществления специальных миссий: декретом от 17 мая 1815 г. такие специальные лейтенанты были направлены в Шербур и Дьепп, декретами от 19 и

25 мая того же года - в Перпиньян и Шамбе-

ри. Но, по всей видимости, эти меры не могли обеспечить той эффективности в деятельности полицейских служб, которая была свойственна ранним магистратурам Ж. Фуше: теперь эти структуры стали действовать с большими перебоями. Л. Мадлен пишет по этому поводу, что после падения Первой империи Ж. Фуше уже не удалось заново реконструировать разбухшую полицейскую машину, «колеса которой, теперь ржавые, погнутые и поломанные, он некогда смазывал с такой любовью»26.

Не лишен интереса вопрос о бюджете полицейского ведомства в периоды Консульства и Первой империи, в частности о размерах этого бюджета и источниках его формирования.

Прежде всего, обращают на себя внимание значительные колебания в ежегодных размерах финансовых средств, отпускаемых на содержание полиции. Так, в 1800 г. общие расходы на эти цели составили 1,1 млн франков. В 1802 г. расходы выросли до 1,5 млн франков (в том числе 80 тыс. франков было израсходовано на содержание министра, почти 530 тыс. франков - на оклады его служащих, около 35,5 тыс. франков - на жандармерию, 674 тыс. франков - на секретные расходы). В 1803 г. бюджет полиции составил 1 млн 645 тыс. франков (из них 800 тыс. франков ушло на секретные расходы). В 1805 г. финансирование полиции значительно увеличилось - оно возросло до 7 млн франков. В следующие два года наблюдается резкое сокращение таких расходов (1806 г. - до 1 млн 418 тыс. франков,

1807 г. - до 1 млн франков). Затем снова проявляется некоторый рост: 1808 г. - 1 млн 55 тыс. франков, 1809 г. - 1 млн 200 тыс. франков, 1810 г. - 1 млн 530 тыс. франков, 1811 г. -

2 млн франков.

Объясняя причины указанных колебаний, А. Бюиссон полагал, что дело зависит от того, учитывались ли в каждом конкретном случае оба источника финансовых расходов на полицию (субсидии из государственного бюджета и суммы, идущие из средств муниципальных органов) или же только какой-либо один из них 27.

Как правило, средства на полицию, выдаваемые казной, пополнялись за счет оплаты разрешения на ношение оружия, на выдачу паспортов, и особенно - за счет откупов

на азартные игры. Так, известно, что в 1804 г. известные предприниматели братья Перрен получили от государства долговременный откуп на азартные игры, согласно которому они были обязаны ежегодно вносить в государственную казну суммы от 3,5 до 5 млн франков. Большая часть из этих средств по распоряжению императора была отчислена на общественные работы, на дела благотворительности, на поощрение изящных искусств, но значительная сумма была передана в бюджет министра полиции.

Первоначальный замысел Наполеона состоял в том, чтобы полностью перевести полицейское ведомство на бюджет муниципальных органов. Так, в декрете 5 брюмера IX года (27 октября 1800 г.) говорилось: «Расходы генеральных комиссаров... будут оплачиваться из средств, складываемых из контрибуций и других доходов коммуны». Однако эта идея оказалась нереализованной, и декретом 28 фрюктидора XII года (10 сентября

1805 г.) финансирование большей части расходов полиции государство фактически взяло на себя 28.

Подводя общий итог проведенному исследованию, можно придти к заключению, что рассматриваемый период явился важнейшим этапом в формировании и совершенствовании французской модели полицейской системы, основой которой является принцип бюрократического централизма. Тем не менее о полной и окончательной централизации этой системы говорить не приходится. На протяжении всего рассматриваемого периода полицейское ведомство продолжало управляться из двух центров - министерства общей полиции и министерства внутренних дел. Неоднократно предпринимаемые попытки ликвидировать это двоевластие своей цели не достигли: два указанных министерства продолжали функционировать параллельно и в значительной степени независимо друг от друга. «Неизбежным следствием такой системы были беспрестанные столкновения двух властей - столкновения тем более частые, чем труднее было разграничить пределы ведения и власти того или другого ведомства»29.

На законодательном уровне вся полиция империи продолжала подразделяться на государственную (генеральную - police

générale) и муниципальную (общинную -police municipale et rurale); первая из них должна была находиться в ведении министерства внутренних дел, вторая - в ведении министерства общей полиции. Указанное деление, установленное еще законом 1790 г., не предусматривало четкого разграничения предметов ведения двух категорий полицейского ведомства, вследствие чего между двумя видами полиции возникали постоянные столкновения. Как было показано выше, некоторые важнейшие функции государственной полиции (обеспечение политической безопасности, функции разведки и контрразведки) стремилось монополизировать министерство полиции. В свою очередь, министерство внутренних дел через подчиненных ему департаментских префектов пыталось контролировать деятельность органов муниципальной полиции. В условиях конкуренции двух министерств совершенно неясным оставалось правовое положение префекта столичной полиции. Теоретически он являлся главой одного из департаментов министерства внутренних дел, однако практика пошла по пути предоставления ему фактической независимости от обоих министерств, а в его функциях реально сочетались элементы деятельности и по линии муниципальной, и по линии генеральной полиции 30. Наконец, очень нечеткой оставалась специализация органов и подразделений обеих разновидностей полиции по роду выполняемой ими службы (административной, судебной, исполнительной и т. д)31.

Естественно, что указанные организационные недостатки не могли не сказываться отрицательно на результатах деятельности полицейских структур. Однако центральным властям поневоле приходилось мириться с этим. Мало того, конкуренция между высшими руководителями полиции в значительной степени была выгодна Наполеону: он всегда предпочитал иметь дело не с одним всевластным «силовиком», а с двумя или даже несколькими уравненными в правах и полномочиях (а следовательно, взаимно уравновешивающими друг друга) чиновниками 32. Одна из характернейших черт бонапартизма, заключающаяся в стремлении лавировать между соперничающими общественными силами

в условиях их неустойчивого равновесия, находила свое конкретное воплощение в том числе и в такой весьма специфической сфере функционирования государственной системы, какой является полицейская деятельность.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Содержание закона изложено в издании: Buisson H. La Police, son histoire. P., 1958. Р. 136.

2 «Карта безопасности» (carte de sûreté) -особый документ, фиксировавший благонадежность человека. Документ был учрежден декретом Конвента 27 марта 1793 г и распространялся как на французских граждан, так и на иностранцев, имевших жительство на территории Республики.

3 Яркий материал о конкретной практической деятельности префектуры столичной полиции по осуществлению указанных полномочий содержится в издании: Тэн И. Происхождение современной Франции: В 5 т. Т. 5: Новый порядок. СПб., 1907.

4 См. об этом: Buisson H. Op. cit. P. 137. О реальном размере этого жалования можно судить по тому факту, что стоимость одного литра вина в это время составляла одну десятую франка.

5 Полный перечень департаментов по округам см. в издании: Buisson H. Op. cit. P. 138.

6 Цит. по: Ibid. P. 139.

7 Позднее некоторые из этих чиновников достигли высоких государственных должностей. Так, один из руководителей четвертого полицейского округа, граф д’Англе, в апреле 1814 г был назначен на пост министра полиции (под официальным наименованием «комиссара поручений департамента общей полиции»), а впоследствии возглавлял полицейскую префектуру столицы. Глава второго полицейского округа П. де ла Лозер в период второй реставрации Бурбонов также стал министром полиции - он получил эту должность из рук Ж. Фуше, возглавившего на некоторое время правительство Франции после окончания «Ста дней». Впрочем, магистратура П. де ла Лозера оказалась чрезвычайно кратковременной: буквально через несколько дней его сменил на этом посту сам Ж. Фуше, назначенный министром общей полиции на основании ордонанса Людовика XVIII от 9 июля 1815 года.

8 См. об этом: Buisson H. Op. cit. P. 141.

9 Цит. по: Егоров А.А. Фуше. Ростов н/Д, 1998.

С. 110.

10 Там же.

11 О работе «черного кабинета» существует старое специальное исследование, сохраняющее свое значение до настоящего времени: Daube E. La Police politique. P., 1912.

12 Характеристика положения прессы в периоды Первой империи и двух реставраций Бурбонов содержится в исследовании: Rémond R. La vie politique en France depuis 1789. T. 1: 1789-1848. P., 1965. Chap. XVI.

13 Цит. по: Buisson H. Op. cit. P. 147.

14 См. об этом: Манфред А.З. Наполеон Бонапарт. М., 1972. С. 312.

15 См.: Егоров А.А. Указ. соч. С. 127.

16 Подробную характеристику деловых и личных качеств Р. Савари см. в исследовании: Тэн И. Наполеон Бонапарт. М., 1912. С. 74-78. См. также: Егоров А.А. Указ. соч. С. 245-250.

17 Цит. по: Buisson H. Op. cit. P. 148.

18 Конкретные примеры способов и методов агентурной работы среди представителей дворянского сословия приведены в исследовании: Тэн И. Происхождение современной Франции... С. 105. Имеются основания предполагать, что среди информаторов Ж. Фуше одно время (в частности, накануне переворота 18 брюмера) состояла даже Жозефина Бонапарт (см. об этом: Егоров А.А. Указ. соч. С. 114).

19 Цит. по: Buisson H. Op. cit. P. 148.

20 Наиболее распространенным способом контроля полиции над дипломатической почтой являлся подкуп курьеров, перевозивших эту почту: за определенное вознаграждение они позволяли французским полицейским чиновникам ознакомиться с содержанием доставляемых депеш (см. об этом: Егоров А.А. Указ. соч. С. 202).

21 Термином «шуаны» обозначались участники контрреволюционного мятежа, развернувше-

гося в северо-западных департаментах Франции. Движение началось летом 1792 г. и было окончательно подавлено лишь в 1803 году.

22 Цит. по: Buisson H. Op. cit. P. 150.

23 В указанном исследовании А. Бюиссона приводятся в качестве примера 4 бюллетеня, датированные 3 апреля 1805 г., 4 октября 1806 г., 19 января и 14 февраля 1807 года. По существу они представляют собой как бы моментальный фотографический снимок явлений и событий, имевших место на всей территории империи в данный конкретный момент.

24 Цит. по: Егоров А.А. Указ. соч. С. 373.

25 Цит. по: Buisson H. Op. cit. P. 142.

26 Madelin L. La Police generale de l’Empire // Revue des Deux-Mondes. 1940. T. 60. Chap. 15.

27 См.: Buisson H. Op. cit. P. 144.

28 Содержание двух указанных декретов изложено в издании А. Бюиссона (см.: Buisson H. Op. cit. P. 145).

29 См.: Полицейские постановления иностранных государств. Т. 1. Франция. СПб., 1866. С. II.

30 См. об этом: Андреевский И.Е. Полицейское право. Т. 1-2. СПб., 1874. С. 123.

31 См. об этом: Дегтярев Л.М., Максименко Н.П., Соловьева М.Г. Полиция буржуазных государств. М., 1966. С. 54-56.

32 Наполеон неоднократно и официально заявлял, что он убежден в необходимости иметь не одну, а сразу несколько полиций: только при этом условии он считал себя способным «чувствовать пульс Республики» (цит. по: Егоров А.А. Указ. соч. С. 136).