Коммуникативная асимметрия ситуации передачи слухов и ситуации злословия (на материале пьес В. Шекспира)

УДК 81-114.2 О. В. Рамантова

Вестник СПбГУ. Сер. 9. 2012. Вып. 4

КОММУНИКАТИВНАЯ АСИММЕТРИЯ СИТУАЦИИ ПЕРЕДАЧИ СЛУХОВ И СИТУАЦИИ ЗЛОСЛОВИЯ

Цель настоящего исследования — выявить составляющие коммуникативной ситуации передачи слухов и коммуникативной ситуации злословия и сопоставить эти ситуации с точки зрения структурного и семантического аспектов исследуемых категорий.

Прежде всего, необходимо разграничить данные категории. Для этого обозначим параметры, определяющие границы пересечения исследуемых понятий и их различия. В исследованиях, касающихся категории слухов, слухи определяются как наиболее широкое и универсальное понятие для таких слов, как сплетня, новость, пересуды, разговоры и злословие. С точки зрения социально-психологического подхода слухи — «это массовидное явление межличностного обмена искаженной, эмоционально окрашенной информацией... чаще всего слухи возникают при отсутствии полной и достоверной информации по какому-либо интересующему людей вопросу» [1]. Слухи — это специфический вид неформальной межличностной коммуникации, в процессе которой сюжет, до известной степени отражающий некоторые реальные или вымышленные события, становится достоянием обширной диффузной аудитории [2]. Из данных определений следует, что слух — это сообщение, исходящее от одного или более лиц, о некоторых событиях, официально не подтвержденных, устно передающееся в массе людей от одного человека другому. Здесь важно отметить, что слух — это сообщение, переданное лицом, которое не является непосредственным первичным источником информации.

По мнению психологов, одной из разновидностей слухов считаются сплетни. «Под сплетней понимают ложную или истинную, проверенную или не поддающуюся проверке, неполную, пристрастную, но правдоподобную информацию о делах, которые рассматриваются как личные... Как правило, сплетни носят обычно более локальный и интимный характер, они имеют оттенок непристойности и касаются как бы запретных, сокрытых, в силу их неприличности, тем» [3, с. 284]. Следовательно, сплетня отличается от слухов тем, что она маркирована особым, более личным, характером информации и касается более замкнутого круга лиц. В силу этого передача и дальнейшее распространение подобной информации несут достаточно негативный оттенок.

Таким образом, внутри категории слухов специалисты в области социологических и психологических наук выделяют отдельный феномен сплетни.

Исследование категорий слухов и злословия и изучение своеобразия их функционирования в языке предполагают рассмотрение двух аспектов — содержательного и структурного. Поэтому прежде чем перейти непосредственно к рассмотрению структуры коммуникативной ситуации, сопоставим изучаемые категории на семантическом уровне. Для решения этой задачи обратимся к словарным данным.

Проведение дефиниционного анализа единиц, представляющих семантическое поле слухов (как отдельно взятой категории), предполагает определение ключевой лексемы: наиболее нейтральным значением обладает лексема rumours.

© О. В. Рамантова, 2012

Исходя из словарного материала, можно выделить основной компонент значения лексемы rumours, а именно "unofficial information", который в большей или меньшей степени присутствует во всех вышеприведенных толкованиях. Немаловажной является такая составляющая понятия rumours, как «устная передача информации». Из дефиниций также следует, что информация как обязательный компонент слухов (rumours) предполагает не только некоторую осведомленность, но и новое знание о ком-то или о чем-то. В нашем исследовании необходимо учитывать и неформальный характер передаваемой информации: речь идет о неформальном общении, которое происходит, как правило, между близкими людьми, друзьями. Неформальное общение носит характер доверительной беседы, хотя и не имеет серьезной насыщенности официальной беседы.

Таким образом, носители английского языка под категорией rumours понимают некую информацию о ком-то или о чем-то, имеющую неформальный характер сообщения и вызывающую неподдельный интерес. Категория rumours включает в себя такой компонент, как неофициальная неподтвержденная информация, имеющая характер новости. Широкий обзор возможных языковых единиц, объективирующих категорию слухов вообще и смежные с ней понятия в частности, дает синонимический словарь. В значении некоторых лексем эксплицитно обозначена либо положительная, либо отрицательная коннотация. Таким образом, категория слухов действительно представляет собой сложное и обширное образование, которое не является просто суммой значений множества отдельных языковых единиц.

Что касается семантической составляющей категории злословия (gossip), словарный материал показывает, что речь идет о личной жизни посторонних людей и поэтому употребление одноименной лексемы приобретает несколько негативную коннотацию — обсуждение личной жизни других людей считается неприличным и всегда осуждается.

Ярким примером явного наличия отрицательного компонента в значении лексемы, репрезентирующей концепт слухов, является семантика лексемы slander:

A false spoken statement about smn which damages their reputation, or the making of such a statement [4, p. 1348].

Slander is an untrue spoken statement about smn which is intended to damage their reputation [5, p. 1033].

Таким образом, значение лексемы slander имеет достаточно сильно выраженную отрицательную коннотацию, сему злого умысла, неблагого намерения. Речь идет о сообщении, как правило, заведомо неверной или искаженной, преувеличенной информации о ком-то или о чем-то, на основании чего можно выделить самостоятельное семантическое поле языковых средств, которые репрезентируют так называемую категорию злословия (gossip). Среди единиц, также представляющих данную категорию, стоит назвать имена существительные defamation, abuse, slur, calumny, libel; глаголы defame, vilify, malign, disparage, calumniate, libel, abuse, blackbite [6, p. 373].

После краткого обзора словарного материала и проведения дефиниционного анализа, а также на основании таких критериев, как характер передаваемой информации и цель коммуникации, были выявлены лексические единицы, представляющие категорию злословия и отделяющие ее от наиболее общей и нейтральной категории слухов. Общими параметрами исследуемых категорий являются компоненты may or may not

be true, interesting, informal talks. Для категории злословия обязательны негативная коннотация информации и наличие совершенно определенного намерения у говорящего сообщить или передать информацию дальше.

Особый интерес представляет коммуникативная асимметрия ситуаций передачи слухов и злословия. Поэтому следующая и основная задача данного исследования — показать механизм функционирования категорий слухов и злословия в соответствующих коммуникативных ситуациях на примере текстов В. Шекспира.

Коммуникативная ситуация передачи слухов характеризуется наличием говорящего, слушающего, сообщения и указания на источник сообщаемой информации. Сопутствующими и немаловажными параметрами могут быть обстоятельства коммуникации. Целесообразно предположить наличие некоторой первичной коммуникативной ситуации непосредственной передачи слухов, не выраженной в тексте, в рамках которой говорящий является реципиентом той информации, которую он в дальнейшем передает, уже функционируя как говорящий. Следовательно, можно сделать вывод о наличии двух коммуникативных ситуаций: 1) имплицитно выраженной, в которой присутствует реальный источник информации, и 2) вторичной, или эксплицитно выраженной, представленной в тексте и номинирующей процесс передачи слухов.

Проанализируем примеры коммуникативной ситуации передачи слухов.

(1) Hor. And then it started like a guilty thing Upon a fearful summons. I have heard, The cock, that is the trumpet to the morn, Doth with his lofty and shrill-sounding throat Awake the god of day; and at his warning. <...>

Mar. It faded on the crowing of the cock. Some say that ever'gainst that season comes Wherein our Saviour's birth is celebrated, The bird of dawning singeth all night long; And then, they say, no spirit can walk abroad. <...>

Hor. So have I heard and do in part believe it (Hamlet) [7].

В данном случае маркерами коммуникативной ситуации передачи слухов являются отдельные языковые единицы и выражения: I have heard, Some say, They say, So have I heard and do in part believe it. Прежде всего, они содержат указания на неопределенный источник сообщения (напр., неопределенно-личное местоимение some) или глаголы have и say в различных временных формах, семантика которых отражает процесс передачи информации с разных сторон ее восприятия, а именно распространения и получения.

Перейдем к рассмотрению следующего фрагмента текста:

(2) Ver. There is more news: I learn'd in Worcester, as I rode along, he cannot draw his power these fourteen days.

Doug. That's the worst tidings that I hear of yet (Henry IV, part 1) [7].

Несмотря на то что здесь речь идет о передаче ложной информации, данную коммуникативную ситуацию не представляется возможным рассматривать как ситуацию злословия, поскольку, как отмечалось выше, категория злословия в первую очередь

характеризуется определенным намерением говорящего передать негативную информацию, которая может и не соответствовать реальному положению дел, а в данном случае говорящий не осознает, что сообщает искаженную информацию. Говорящий получил информацию по пути в Вустер и не указывает на источник сведений. Из этого следует, что данная новость носит неопределенный и неподтвержденный характер, но в силу таких факторов, как обстановка войны и устная передача сведений в средневековой Англии, люди были склонны все-таки верить слухам.

Перейдем к анализу коммуникативной ситуации злословия. В отличие от коммуникативной ситуации передачи слухов, в которой говорящий не является непосредственным источником информации, в ситуации злословия говорящий может намеренно передавать слова, которые ему не принадлежат и могут искажать реальное положение дел, или может быть первоисточником сообщаемой информации.

Проанализируем следующий фрагмент текста:

(3) Hero. And when I lived, I was your other wife: (unmasking) and when you loved, you were my other husband.

Claud. Another Hero!

Hero. Nothing certainer: One Hero died defiled, but I do live, And surely as I live, am I a maid.

D. Pedro. The former Hero! Hero that is dead!

Leon. She died, my lord, but whilst her slander lived... (Much ado about nothing) [7].

По сюжету репутация Геро становится объектом злословия — некоторые персонажи заинтересованы в «очернении» чести и достоинства девушки в глазах ее жениха, хотя распускаемые о ее якобы тайных связях с мужчинами слухи не соответствуют реальному положению дел. После своей мнимой смерти она и ее друзья открыто изобличают ложь. Интересно отметить, что события, номинируемые автором как slander (злословие), предшествуют данной коммуникативной ситуации.

Проанализируем еще один фрагмент текста из пьес В. Шекспира:

(4) Cyprus. Before the Castle. Enter othello and iago.

Iago. What, If I had said I had seen him do you wrong? Or heard him say, as knaves be such abroad, Who having, by their own importunate suit, Or voluntary dotage of some mistress, Convinced or supplied them, cannot choose But they must blab. Oth. Hath he said any thing?

Iago. He hath, my lord; but be you well assur'd, No more than he'll unswear. Oth. What hath he said?

Iago. Faith, that he did — I know not what he did. Oth. What? what? Iago. Lie — Oth. With her?

Iago. With her, on her; what you will.

Oth. Lie with her! he on her! We say, He on her, when they belie her. Lie with her! that's fulsome. Handkerchief, — confessions, — handkerchief.. !

Iago. Work on, My medicine, work! Thus credulous fools are caught; And many worthy and chaste dames even thus, All guiltless, meet reproach. What, ho! My lord! My lord, I say! Othello! (Othello) [7].

Этот текст особенно интересен тем, что он содержит описание непосредственно процесса злословия, то есть коммуникативная ситуация совпадает с номинативной: Яго намеренно разогревает любопытство Отелло, распространяет ложь и оскверняет Дездемону, фактически как бы обличая ее в измене.

Перейдем к следующему примеру:

(5) Bene. What's he?

Beat. I am sure you know him well enough. Bene. Not I, believe me. Beat. Did he never make you laugh? Bene. I pray you, what is he?

Beat. Why, he is the prince's jester: a very dull fool; only his gift is in devising impossible slanders: none but libertines delight in him; and the commendation is not in his wit, but in his villany; for he both pleases men and angers them, and then they laugh at him and beat him. I am sure he is in the fleet: I would he had boarded me! Bene. When I know the gentleman, I'll tell him what you say.

Beat. Do, do: he'll but break a comparison or two on me. (Much ado about nothing) [7].

Один из участников коммуникации, Бенедикт, пользуясь моментом, обещает передать «добрые» слова тому, о ком нелестно отзывается Беатриче. Она не подозревает, что перед ней находится сам объект ее комментариев. Отрицательная оценка объекта слухов заключена в таких высказываниях, как a dull fool, devising impossible slanders. Таким образом, Беатриче злословит. Но в данном случае злословие может стать слухом, поскольку один из коммуникантов, преследуя собственные цели и прекрасно понимая, что информация не совсем соответствует правде, заявляет о намерении распространить ее дальше.

В результате проведенного сопоставления структуры коммуникативных ситуаций передачи слухов и ситуации злословия можно выявить следующую коммуникативную асимметрию.

1. В ситуации злословия говорящий не всегда является вторичным источником сообщаемых сведений — это главная и наиболее яркая особенность ситуации злословия.

2. В ситуации передачи слухов информация носит нейтральный характер и тематика новости не является строго привязанной к ситуации общения, а в случае злословия речь идет о намеренном сообщении негативной информации, которая к тому же не всегда соответствует реальному положению дел, то есть говорящий выражает намерение «оговорить» и «очернить» кого-то.

3. Тема злословия всегда достаточно щепетильна и носит интимный характер (отношения с супругом, любовная связь, личные взаимоотношения и т. д.).

4. Распространение злословия несет негативный оттенок. Тогда как распространение слухов необязательно означает неприятные последствия для объекта этих слухов. Обратимся к тексту:

(6) Jul. Lucetta, as thou lov'st me, Let me have What thou think'st meet and is most mannerly. But tell me, wench, how will the world repute me For undertaking so unstaid a journey?

I fear me, it will make me scandalized.

Luc. If you think so, then stay ay home and go not. Jul. Nay, that I will not.

Luc. Then never dream on infamy, but go (The two gentlemen of Verona) [7].

Джулия собирается последовать за своим возлюбленным, но не хочет быть узнанной. Поэтому она переодевается в пажа, рискуя при этом своей репутацией и опасаясь дурной молвы (злословия).

Источники и литература

1. Платонов К. К. Краткий словарь системы психологических понятий. М.: Высшая школа, 1984. 174 с.

2. Психология. Словарь / под ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. М.: Политиздат, 1990. 494 с.

3. Ольшанский Д. В. Психология масс. СПб.: Питер, 2002. 363 с.

4. Cambridge International Dictionary of English. Cambridge: Cambridge University Press, 1998. 1796 p.

5. Collins Cobuild Learner's Dictionary. London: Harper Collins Publishers, 1996. 1348 p.

6. The Penguin Dictionary of English Synonyms and Antonyms. London: Penguin Books, 1992. 442 p.

7. Shakespeare W. The Complete works. URL: http://www.gutenberg.org/cache/epub/100/pg100. html (дата обращения: 11.09.2012).

Статья поступила в редакцию 6 сентября 2012 г.