Этика благоговения перед жизнью Альберта Швейцера и современная Медицина

Иванюшкин А.Я., Смирнов И.Е.

© ИВАНЮШКИН А.Я., СМИРНОВ И.Е., 2014 УДК 61:93:92 швейцер

Иванюшкин А.Я., Смирнов И.Е.

ЭТИКА БЛАГОГОВЕНИИ ПЕРЕД жизнью АЛЬБЕРТА шВЕЙЦЕРА И СОВРЕМЕННАя МЕДИЦИНА

Научный центр здоровья детей, 119991, Москва, Ломоносовский просп., 2, стр. 1

I Представлен очерк жизни и творчества Альберта Швейцера - великого моралиста, великого врача и музыканта, отражающий историю и содержание этики благоговения перед жизнью. Благоговение перед жизнью рассматривается как основной принцип нравственности, он по сути является ее единственным принципом, так как задает программу жизни индивидов в форме прямых действий, не требующих никаких конкретизирующих норм и промежуточных этических инстанций.

Ключевые слова: Альберт Швейцер; очерк жизни; этика благоговения перед жизнью. IvanyushkinA.Ya.1, SmirnovI.E.2

ETHICS OF REVERENCE FOR LIFE OF ALBERT SCHWEITZER AND MODERN MEDICINE

federal Medical Research Centre of Psychiatry and Narcology, 23, Kropotkinsky by-street, Moscow, Russian Federation, 119034 2Scientific Centre of Child Healthcare, 2, bld. 1, Lomonosov avenue, Moscow, Russian Federation, 119991

I There is presented the essay on the life and oeuvre of Albert Schweitzer - the great moralist, the great physician and musician, reflecting the history and content of the ethics of reverence for life. Reverence for life is considered as a fundamental principle of morality, it is, in fact, the sole principle, as installs the program for the life of individuals in the form of direct actions, not requiring any concretizing norms and intermediate ethical courts.

Key words: Albert Schweitzer, a sketch of life; ethics of reverence for life.

49

Лльберт Швейцер (1875-1965) приобрел поистине мировую известность не только как великий философ и музыкант, но и как великий врач. Г лавное, что поражает всякого знакомящегося с биографией Швейцера - это подлинно возрожденческий масштаб его творческой личности [1].

В 21 год Швейцер принимает решение, определившее всю последующую жизнь: "В одно прекрасное утро ... я проснулся с мыслью, что не должен принимать доставшееся мне счастье как нечто само собой разумеющееся, но обязан отдать что-то взамен. ... Я решил, что смогу считать свою жизнь оправданной, если буду жить для науки и искусства до тридцатилетнего возраста, чтобы после этого посвятить себя непосредственному служению людям" [2]. Как писал один из многочисленных биографов Швейцера: этот "молодой человек ощутил в своей душе бремя совести мира" [3].

В 18 лет Швейцер поступил в Страсбургский университет одновременно на философский и теологический факультеты. В 1899 г. он защищает диссертацию «Философия религии Канта от "Критики чистого разума" до "Религии в пределах только разума"», получив свою первую ученую степень доктора философии, а в 1902 г. на основании работ: "Проблема Тайной вечери. Исследование, основанное на научных изысканиях 19-го столетия и исторических свидетельствах" и "Тайна мессианства и страстей. Очерк жизни Иисуса" получает место приват-доцента теологического факультета. В 1903 г. он был назначен директором Теологического колледжа Св. Фомы (с пре-

Для корреспонденции (Correspondence to): Иванюшкин Александр Яковлевич, доктор филoc. наук, проф., вед. науч. сотр. отдела социальной педиатрии ФГБНУ НЦЗД

красной служебной квартирой и довольно высоким жалованьем), но при этом еще продолжает исполнять обязанности проповедника в церкви Св. Николая. И вот разбирая как-то почту в своем директорском кабинете (осенью 1904 г.) он обнаружил брошюру Парижского миссионерского общества "Нужды миссии в Конго", в которой говорилось, что миссия в провинции Габон Французской экваториальной Африки испытывает острую нужду во враче.

В этот момент и зародилось его решение стать врачом, но только спустя год оно было приведено в исполнение: "... 13 октября 1905 г. я бросил в почтовый ящик ... несколько писем - к родителям и самым близким друзьям. В этих письмах я извещал их, что в начале зимнего семестра поступаю студентом на медицинский факультет, с тем чтобы по окончании его отправиться врачом в экваториальную Африку ..." [2]. Чтобы понять, насколько "невероятным", "странным", "безумным" представлялось это решение Швейцера окружающим, необходимо кратко осветить еще одну важнейшую сторону его творчества - в области музыки.

Альберт Швейцер - не только великий музыкант-исполнитель, прежде всего на органе, не только мастер органостроения, но и выдающийся историк и теоретик музыки. В 1905 г. вышла его сравнительно небольшая книга "И.С. Бах, музыкант и поэт", написанная по-французски, а в 1908 г. - другая книга "И.С. Бах", объемом более 50 п.л., написанная по-немецки. На вопрос, кто финансирует госпиталь в Ламбарене (созданный им в 1915 г.) он нередко, шутя, отвечал: "Иоганн Себастьян Бах". Это означало, что деятельность госпиталя в значительной степени осуществлялась за счет средств от концертов органной музыки, которые периодически (между своими многочисленными и за-

частую многолетними поездками в Африку) давал в разных странах Европы маэстро Швейцер. Разумеется, мы можем здесь всего лишь с восхищением отметить огромное богатство данного труда по истории, теории музыки и культуры в целом. Каждому, кто впервые возьмет в руки эту книгу, заведомо ясно, каким пером в первых 12 главах написана биография Баха. Обратим внимание на вклад Швейцера в философию искусства

- главы "Бах и эстетика", "Поэтическая и живописная музыка", "Слово и звук у Баха" и т. д. Вот автор затрагивает одну из центральных проблем музыкальной эстетики - можно ли передать содержание музыки словами: «Речь идет об одной из проблем общего вопроса о взаимодействии искусств ... Искусство в себе

- не живопись, не поэзия, не музыка, но творчество, в котором все они объединены ... Не только творчество комплексно; искусство восприятия комплексно не в меньшей мере ... "Чистая" музыка дает лишь знаки образов, письмена, пользуясь которыми конкретная фантазия рисует картины, наделенные определенным эмоциональным содержанием. Они настойчиво взывают к фантазии слушателя и требуют обратного перевода драмы чувств ..., дабы слушатель снова, хотя бы до некоторой степени, прошел тот путь, по которому шла творческая фантазия композитора» [4].

Сначала Швейцер имел подданство Германии, а с 1918 г. (в 43 года) стал гражданином Франции. В 1917-1918 гг., во время Первой мировой войны, Швейцер как немец оказался в плену у французских властей (испытав мучительные тяготы заключенного). В результате поражения Германии в войне этот регион, включая Страсбург, опять отошел Франции. Здесь стоит вспомнить о курьезном протесте французского правительства норвежскому правительству в связи с присуждением в 1953 г. Альберту Швейцеру Нобелевской премии мира: французы возмутились, что на грамоте о присуждении премии было написано "Немецкому ученому ..."

О начале своей медицинской карьеры он писал: "Когда я явился к декану медицинского факультета, профессору Фехлингу, чтобы записаться в студенты, чувствовалось, что он гораздо охотнее передал бы меня своим коллегам из психиатрического отделения" [2]. Между прочим серьезным формальным барьером к реализации его решения изучать медицину стало то, что он к тому времени являлся приват-доцентом теологического факультета в этом же университете. Формальности были преодолены, и "начались годы непрерывной борьбы с усталостью" [2]. Сдавая комплексный экзамен по естественным наукам, так называемый физикум, он "испытал самое тяжелое переутомление за всю ... жизнь" [6]. Наконец, был сдан последний экзамен по хирургии: "... я вышел из госпиталя в темноту зимнего вечера ... (и) все еще не мог осознать, что страшное напряжение долгих лет учебы теперь позади" [2].

Хорошо известно, что профессиональное медицинское образование является очень трудоемким, но ведь одновременно он исполнял множество других обязательств (заметим, что работа над немецким изданием монографии "И.С. Бах" относится как раз к 1906-1908 гг.).

Интересны суждения Швейцера, интеллектуала-гуманитария, относительного полученного им на медицинском факультете естественнонаучного образования: "... изучение естественных наук дало мне гораздо больше, чем просто увеличение знаний ... Оно было для меня духовным опытом. Я все время ощущал психологическую опасность, которая таится в занятиях так называемыми гуманитарными науками: в них не существует истин, которые были бы очевидны сами по себе, зато просто мнение, если оно выражено красиво и убедительно, может быть признано истиной ... Аргументация от факта никогда не может здесь добиться окончательной победы над искусно построенным суждением" [2].

Еще год Швейцер работал практикантом в клиниках, а затем отправился изучать тропическую медицину в Париж, и в это же время работал над докторской диссертацией по медицине. В своей 46-страничной диссертационной работе Швейцер-врач делает предметом исследования фундаментальную проблему всей клинической психиатрии, а именно демаркации всякого девиантного поведения и собственно психиатрической патологии. Вывод диссертанта таков: "... Иисус никогда не ведет себя как человек, блуждающий в мире бредовых иллюзий. Он реагирует абсолютно нормально и на то, что Ему говорят, и на те события, которые Его касаются. Он никогда не теряет контакта с реальностью" [2].

В книге А.А. Гусейнова "Великие моралисты" Швейцер не только в одном ряду с Сократом и Иисусом, но и с Львом Толстым. Бросается в глаза параллель - африканское местечко Ламбарене стало таким же местом паломничества, каким стала в начале ХХ века Ясная Поляна Л.Н. Толстого. Толстой оказал на Швейцера большое влияние, он называл Толстого великим воспитателем человечества [1].

Работая над диссертацией, будущий доктор медицины одновременно готовился к отъезду в Африку, куда он отправился вместе с женой в марте 1913 г. Местечко Ламбарене во французской колонии Габоне (на западе Африки в 40 км южнее экватора) появилось на карте в 70-е годы XIX века - сначала здесь была американская пресвитерианская миссия, а в 90-е годы она перешла под юрисдикцию Парижского миссионерского общества. Более чем 50-летняя врачебная деятельность Альберта Швейцера сделала Ламбарене таким знаменитым, что с образованием в начале 60-х годов независимого государства Габон его правительство выпустило почтовую марку с портретом Швейцера.

В общей сложности он совершил около 15 поездок в Ламбарене: первая длилась более 3 лет, наиболее продолжительная была в 1938-1948 гг., т. е. длилась 12 лет. Хотя со временем в больницу приезжали и другие врачи, основная нагрузка по работе с больными выполнялась им лично. Это в общем-то хорошо известно, следует обратить внимание на другую сторону медицинской деятельности Швейцера - организацию и строительство медицинского дела.

Невозможно перечислить все почетные награды, звания, дипломы, которых был удостоен Альберт Швейцер: почетный доктор теологического факуль-

Иванюшкин А.Я., Смирнов И.Е.

действительностью ... в какой степени он может подчиниться необходимости уничтожения или нанесения вреда жизни и в какой мере, следовательно, он может взять за все это вину на себя ... Чистая совесть есть изобретение дьявола» [5].

«Те люди, которые проводят эксперименты над животными, связанные с разработкой новых операций или с применением новых медикаментов ..., никогда не должны вообще успокаивать себя тем, что их жестокие действия преследуют благородные цели. В каждом отдельном случае они должны взвесить, существует ли в действительности необходимость приносить это животное в жертву человечеству. ... Этика благоговения перед жизнью ... заставляет нас ... отплатить животным за все причиненные им человеком страдания доброй помощью и таким путем избавить их хотя бы на мгновение от непостижимой жестокости жизни» [5]. Этика благоговения перед жизнью Альберта Швейцера нашла воплощение в экспериментальной биологии и медицине только через 20 лет после его смерти. В 1985 г. Совет международных медицинских научных организаций опубликовал «Международные рекомендации по проведению медико-биологических исследований с использованием животных», которые сейчас реализуются [7].

Прийти к благоговению перед жизнью Швейцер призывал через мышление, так как «отказ от мышления - это провозглашение духовного банкротства, а только живой является истина, которая порождена мышлением». Благоговение перед жизнью - больше, чем основной принцип нравственности, он по сути является ее единственным принципом, так как задает программу жизни индивидов в форме прямых действий, не требующих никаких конкретизирующих норм и промежуточных этических инстанций [1, 2].

Следовательно, «благоговение перед жизнью» относится к естественной жизни так же, как и к духовной. Чем сильнее благоговение перед естественной жизнью, тем в большей степени человек будет его испытывать перед жизнью духовной. Этот вопрос является очень актуальным в настоящее время. Его дело продолжается и реализуется сейчас в принципах биоэтики в спорте высших достижений, при разработке этического кодекса врача-генетика, решении морально-этических проблем спидофобии и стигматизация ВИЧ-инфицированных детей, правовом регулировании диагностики смерти мозга у детей и др. [8-12].

Феномен Швейцера состоит не в том, что он в одну эпоху жил по законам другой. Его старомодность оказалась поразительно современной. Он прорвал тяготящие людей границы общественного разделения труда, опытом своей жизни преодолел отчуждение личностного бытия от родовой, нравственной сущности человека. Безумию и сложности века он противопоставил ясность и простоту этически осмысленного существования. Он показал, что человек может жить ответственной и достойной жизнью. Надо лишь восстановить утраченную связь культуры с этикой, осознать, что только элементарная нравственность задает вектор, противостоящий хаосу бытия.

тета в Цюрихе, почетный доктор философского факультета Немецкого университета в Праге, кавалер высшей награды британской короны "За заслуги" (из иностранцев этой награды удостоен только он и генерал Эйзенхауэр), Нобелевская премия мира (составляющие премию 220 тыс. марок были потрачены на строительство недалеко от больницы в Ламбарене поселка для прокаженных) и др. Среди этого неисчислимого количества наград есть диплом Международного общества архитекторов. Этой награды Швейцер удостоен за строительство уникальной больницы в Ламбарене. Во второй свой приезд Швейцера (1925-1927) больницу пришлось практически строить заново. Из эпидемиологических соображений (среди пациентов свирепствовала дизентерия) Швейцер перенес больницу в другое, менее заболоченное, место и поставил на сваи. У Швейцера при стационировании пациентов их семейные, социальные связи почти не нарушались: если в последние годы его больница вмещала уже более 600 пациентов, то вместе с родичами, соседями (которые селились рядом с больницей, здесь же могли быть и собаки, другие мелкие животные) набиралось до 2000 человек.

С нашей точки зрения, здесь мы имеем дело с ростками новой философии больничного дела: отчуждению человека в современных медицинских учреждениях (одна из причин интенсивная технизация медицины) должна быть противопоставлена гуманизация больничного пространства. В полной мере идеи новой философии больничного дела реализованы в современных хосписах.

П.Г. Фрейер вспоминал, что Швейцер неоднократно говорил: африканская больница не самое главное в его жизни, важнее для него - мировоззрение [3]. В заключение нашего очерка интеллектуальной биографии этого великого человека кратко воспроизведем его этическое мировоззрение. Приводимые далее цитаты взяты из текстов Альберта Швейцера, отражающих историю и содержание этики благоговения перед жизнью. «Начавшееся во время моей юности движение в защиту животных произвело на меня большое впечатление ... Благоговение перед жизнью ... эта элементарная этика обладает совершенно иной энергией, нежели та, которая имеет дело только с людьми ... Фундаментальный факт сознания человека гласит: «Я есть жизнь, которая хочет жить среди жизней, которые хотят жить». Мыслящий человек переживает необходимость выказывать перед всеми волями к жизни такое же благоговение перед жизнью, как и перед своей. Он переживает другие жизни в своей собственной ... Человек этичен только тогда, когда для него священна жизнь как таковая, и человеческая, и всех созданий ...» [5, 6].

«И я подвержен раздвоению воли к жизни ... Как же может оправдать этика эту жестокую необходимость, которой я подвержен в результате раздвоения воли к жизни? ... Там, где я наношу вред какой-либо жизни, я должен ясно сознавать, насколько это необходимо. Этика благоговения перед жизнью всегда и каждый раз по-новому полемизирует в человеке с

ЛИТЕРАТУРА

1. Гусейнов А.А. великие моралисты. М.: Республика; 1995.

2. швейцер А. Жизнь и мысли. М.: Республика; 1996.

3. Фрайер П.Г. Альберт Швейцер. Картина жизни. М.: Наука; 1984.

4. швейцер А. Иоганн себастьян Бах. 3-е изд., М.: Классика XXI»; 2011.

5. швейцер А. Культура и этика. М.: Прогресс; 1973.

6. швейцер А. Возникновение учения о благоговении перед жизнью и его значение для нашей культуры. Философские науки. 1993; 1-3: 75-84.

7. Международные рекомендации по проведению медико-биологических исследований с использованием животных (Основные принципы). Хроника вОЗ. 1985; 39 (3): 7.

8. Смирнов И.Е., Иванюшкин А.я., Смирнов В.И., Поляков С.Д. Спорт высших достижений в свете биоэтики. Российский педиатрический журнал. 2014; 1: 53-9.

9. Иванюшкин А.я., Попова О.В., Лапин Ю.Е., Смирнов И.Е. Методологические вопросы разработки этического кодекса врача-генетика. Российский педиатрический журнал. 2013; 5: 57-62.

10. Иванюшкин А.я., Смирнов И.Е. Спидофобия и стигматизация ВИЧ-инфицированных детей: морально-этические проблемы. Российский педиатрический журнал. 2009; 5: 36-40.

11. Иванюшкин А.я., Лапин Ю.Е., Попова О.В., Смирнов И.Е. Философские и этико-правовые аспекты проблемы смерти мозга. Российский педиатрический журнал. 2008; 6: 4-9.

12. Баранов А.А., Иванюшкин А.я., Попова О.В., Смирнов И.Е., Лапин Ю.Е., Москвина Л.В., Баранова С.В. Проблемы правового регулирования диагностики смерти мозга у детей. Российский педиатрический журнал. 2010; 2: 8-15.

REFERENCES

1. Guseynov А.А. Great moralists. Мoscow: Respublika; 1995.

2. Schweitzer А. The life and thought. Moscow: Respublika; 1996.

3. Frayer P.G. Albertschweitzer. scene of life. Moscow: Nauka; 1984.

4. Schweitzer А. Johann sebastian Bach. 3 rd ed. Moscow: Klassika XXI; 2011.

5. Schweitzer А. culture and ethics. Moscow: Progress; 1973.

6. Schweitzer А. The emergence of the doctrine of reverence for life and its meaning for our culture. Filosofskie nauki. 1993; 1-3: 75-84.

7. International recommendations on the conduct of biomedical research with animals

8. Smirnov I.E., Ivanyushkin A.Ya., Smirnov V.I., Polyakov S.D.

High performance sport in terms of bioethics. Rossiyskiy pedi-atricheskiy zhurnal. 2014; 1: 53-9.

9. Ivanyushkin A.Ya., Popova O.V., Lapin Yu.E., Smirnov I.E.

Methodological issues of developing the code of ethics of physician-geneticist. Rossiyskiy pediatricheskiy zhurnal. 2013; 5: 57-62.

10. Ivanyushkin A.Ya., Smirnov I.E. AIDS phobia and stigmatization in HIV-infected children: moral and ethical issues. Rossiyskiy pediatricheskiy zhurnal. 2009; 5: 36-40.

11. Ivanyushkin A.Ya., Lapin Yu.E., Popova O.V., Smirnov I.E. Philosophical and ethical-legal aspects of the problem of brain death. Rossiyskiy pediatricheskiy zhurnal. 2008; 6: 4-9.

12. Baranov A.A., Ivanyushkin A.Ya., Lapin Yu.E., Popova O.V., Smirnov I.E., Moskvina L.V., Baranova S.V. Problems in the legal regulation of brain death diagnosis in children. Rossiyskiy pedi-atricheskiy zhurnal. 2010; 2: 8-15.

Поступила 07.07.14 Received 07.07.14

Сведения об авторах:

Смирное Иван Евгеньевич, доктор мед. наук, проф., зам. директора по научной работе ФГБНУ НЦЗД, e-mail smirnov@nczd.ru