Духовная основа правосознания в работах И. А. Ильина

УДК 17:340.12

БАРГИЛЕВИЧ О.А. Духовная основа правосознания

в работах И.А. Ильина

В статье рассматривается социально-философская концепция правосознания, разработанная в трудах философа И.А. Ильина. Раскрываются сущность и духовно-ценностные основы правосознания, ведущая роль душевно-духовной сущности правосознания в развитии законодательства, стабильности и правопорядка Российского государства.

Ключевые слова: дух, духовность, духовные ценности, правосознание, правовая культура, право, предметное правосознание, «сердечное созерцание», духовная свобода, идеал.

Сегодня, как и в начале прошлого века, проблема формирования правосознания оказывается в центре внимания не только теоретиков в области социальной философии и философии права, но и практиков, непосредственно осуществляющих свою деятельность в правовой сфере. Повышение уровня правовой культуры и правосознания современного российского общества выступает необходимой предпосылкой развития российской государственности. Интерес к данной проблеме определяется острой необходимостью реформирования российской правовой системы.

Как следует из Конституции РФ, конструкция новой системы современного российского общества предполагает формирование гражданского общества, основанного на приоритете права. С возрастанием роли права растет и значение правосознания. По мнению исследователей, «правовое сознание придает общественному сознанию характер рациональности, сознания здравого смысла»1. Актуальность формирования правосознания в условиях становления правового государства является важнейшей задачей ученых-правоведов, юристов и политиков. Правосознание есть важный фактор развития законодательства, стабильности правопорядка, реальности прав и свобод граждан.

Русская философия права - это значительный пласт отечественной философской мысли, в разработке которого участвовали П.И. Новгородцев, Н.А. Бердяев, В.С. Соловьев, С.Л. Франк, И.А. Ильин и другие. Заслуга русских философов права состоит не только в исследовании проблем философии прав личности, правового регулирования взаимоотношений личности и государства, личности и общества, демократии и ее институтов в России, но и в постановке проблемы развития правосознания и исследовании сущности правосознания как составной части правовой культуры.

Правосознание является одной из основных тем в философии права Ивана Александровича Ильина (1883-1954). Вопросы права и правосознания затронуты в ряде его произведений, в частности в работе «О сущности правосознания». В ней И.А. Ильин исследует структуру правосознания личности, общества и государства, проблему соотношения естественного и положительного права, анализирует взаимодействие правосознания и других форм общественного сознания - религии и нравственности. И. Ильин подчеркивал, что очередная задача современного правосознания состоит в том, чтобы освободить себя от черт, «характеризующих душу

раба. Нормальное правосознание есть волевое состояние души, активное и творческое; оно ищет в жизни свободного, верного и справедливого права и заставляет человека вести борьбу за его обретение и осуществление»2. Но этот процесс не сиюминутный, и нам потребуется ни один десяток лет, чтобы изменить отношение русских людей к праву, вывести их из затянувшейся правовой «спячки».

В учении И.А. Ильина категория «правосознание» занимает центральное место. В этой категории ученый усматривал основную сущность права - сущность душевно-духовную. Право, по мысли И. Ильина, несмотря на свою объективность, является атрибутом духа, способом жизни, его необходимым проявлением. Он давал несколько определений правосознания в различных научно-философских дискурсах. Двумя основными составляющими правосознания, по Ильину, «являются признание права и признание духа -без них правосознание не может считаться полноценным»3. Правосознание в понимании Ильина - «не просто формально-юридическая, а универсальная онтологическая категория, поскольку именно из нее выводятся все основные эмпирически опосредованные социальные и правовые реалии - государство, общество, власть, правопорядок, естественное право, правовой обычай, правовое поведение индивида»4.

Ученый различает естественное и положительное право. Для него естественное право представляет собой «прообраз положительного права», данную от Бога и от природы свободу самовоспитания и самостроительства, которую надо искать в глубине собственного духа»5. И.А. Ильин рассматривал правосознание в качестве более значительного феномена, чем само право. Правосознание понимается Ильиным «как естественное чувство права и правоты, как особая духовная настроенность инстинкта, как особого рода инстинктивное правочув-ствие, как некая универсалия, имеющая и формально-юридическое, и естественно-правовое измерение»6.

Специфика соотношения позитивного и естественного права в социально-фило-

софской концепции И.А. Ильина заключается не только в том, что они не исключают друг друга, а, напротив, дополняют и обогащают друг друга. В таком соотношении естественное право является моральной основой для права положительного, иначе говоря, выступает идеалом положительного права, которое, в свою очередь, проявляется как «целесообразная форма поддержания естественного права». Определив позитивное право как правовые нормы, установленные государственной властью и подлежащие применению, а естественное право - как правовые нормы, стоящие в согласии с моралью и справедливостью, признавая его правом, соответствующим самому естеству человека как духовно-нравственного существа, И. Ильин тем самым преодолевает устоявшееся мнение о противостоянии позитивного и естественного права.

Необходимость положительного права в социальной философии как целесообразной формы поддержания естественного права, по мнению И.А. Ильина, обосновывается низким уровнем правосознания, вызванным в России «незрелым состоянием человеческих душ», которое может измениться с течением большого промежутка времени. И. Ильин выделяет две наиболее характерные черты права: объективность и духовность. Правосознание определяется ученым как «знающая воля к праву, признающая его в его объективном значении и обязательности и признающая его потому, что она признает его цель». Именно поэтому правосознание выступает как «воля к цели права», и для него проистекает необходимость «знать право и необходимость жизненно осуществлять его, т.е. бороться за право»7.

Необходимость системного анализа феномена правосознания обусловлена прежде всего потребностью в теоретико-практической корректировке правовой политики с учетом особенностей социокультурного развития российского общества и государства. В условиях глобализации под угрозой оказалась национальная и культурная идентичность России, активизировались процессы политико-правового отчуждения граждан. На

этом фоне приобретает особую актуальность обращение к отечественной традиции философии права и прежде всего к социально-философской концепции правосознания, разработанной Ильиным, стремившимся развивать ее на основе национально-культурных традиций и базовых ценностей, сформировавшихся в ходе строительства Российского государства.

Именно в его творчестве наиболее полно проявились характерные особенности русской философской мысли, отечественной юриспруденции, что позволило основательно разработать концепцию правосознания. На этой основе социокультурные, мировоззренческие, методологические и аксиологические основания права и правосознания, условия и пределы правовой свободы личности, проблемы соотношения нравственности и права, формирование правосознания с учетом общественного идеала получают в его социально-философской мысли новую концептуальную разработку.

Опыт строительства российской государственности последних двух десятилетий свидетельствует о том, что игнорирование социокультурных и философско-ми-ровоззренческих оснований права закономерно приводит к его «инструментальному» пониманию как формального принципа организации и деятельности государства. Понимание особенностей российского национального правосознания, выявленных в социальной философии И.А. Ильина, может стать одним из необходимых условий формирования правовой культуры современного российского общества.

Сознательное осуществление гражданских прав и выполнение правовых обязанностей в рамках отдельного общества связано с наличием определенного уровня правового сознания. И.А. Ильин писал, что «человеку невозможно не иметь правосознания; его имеет каждый, кто сознает, что, кроме него, на свете есть другие люди. Человек имеет правосознание независимо от того, знает он об этом или не знает, дорожит этим достоянием или относится к нему с пренебрежением. Вся жизнь человека и вся судьба его слагаются при участии правосознания и под его

руководством; мало того, жить - значит для человека жить правосознанием, в его функции и в его терминах: ибо оно остается всегда одною из великих и необходимых форм человеческой жизни»8.

Из данного высказывания можно выделить следующие характеристики правосознания: во-первых, отражая объективные потребности общественного развития, правосознание придает человеческой деятельности в сфере действия права и общественных отношений целенаправленный характер, то есть достижение поставленных обществом и конкретной личностью задач. Во-вторых, правосознание является одной из форм человеческой жизни. Ни один из видов человеческой деятельности немыслим без ее оценки сознанием личности. Никакая деятельность немыслима вне сознания. В-третьих, правосознание является важнейшим регулятором поведения человека в обществе. В-четвертых, правосознание порождено объективными условиями жизни людей, оно на всех этапах исторического развития является продуктом отражения их общественного бытия. В-пятых, правосознание - форма общественного сознания, включающая в себя правовые знания людей, их мышление, чувства и эмоции и определяющая их отношение к окружающим правовым явлениям.

Первой чертой, отражающей специфику российского правосознания, является его слабость, историческая несформиро-ванность. Эта слабость выражается в том, что закон в историческом развитии России всегда воспринимался как чуждая, давящая сверху сила, в нем никогда не видели права самого гражданина, гарантированное государством и обществом. Это объясняется тем, что закон в России и до и во время Советской власти был государственно-ориентированным и государство защищающим. Вторая причина несформированно-сти российского правосознания проявляется в исторических особенностях развития, в специфике уклада жизни, в менталитете русского народа.

Дефицит права и правосознания в России имеет отдаленные корни, которые уходят в историю Российского государства.

Русская государственность была установлением не до конца добровольным, а в известном смысле вынужденным путем, она не являлась внутренней потребностью русской души, но была вызвана необходимостью сохранения исторического бытия русского народа, который вынужден был строить ее даже против своей воли.

История государства Российского представляет собой большой контраст по сравнению с западной колонизацией и порабощением народов мира. «Живя и творя на своем языке, русский народ, как надлежит большому культурному народу, щедро делился своими дарами со своими замиренными и присоединенными бывшими соседями, вчувствовался в их жизнь, вслушивался в их самобытность, учился у них, воспевал их в своей поэзии, перенимал их искусство, их песни, их танцы и их одежды и простосердечно и искренно считал их своими братьями; но никогда не гнал их, не стремился денационализировать их (по германскому обычаю!) и не преследовал их»9.

В дореволюционной России общество воспринималось как патриархальная общность. Власть в этой общности предстает в виде патриархальной формы, в которой Первое Лицо - Государь - выступает в роли «отца», а не официального главы государства. «...Государственная власть мыслилась как главный стержень всей общественной жизни. она складывалась на основе эксплуатации патриархальной идеи отношения человека и власти как отношений детей и родителей, подразумевающей хорошее, отеческое, справедливое правление хозяина-отца»10. В правосознании людей было представление об отеческом отношении Царя к народу -«царь-батюшка», который был воплощением правды в обществе. В то же время все официальное, формализованное, выходящее за пределы патриархальных структур, встречается с подозрением, воспринимается как чуждое.

Многочисленные исследования показывают, что общество все еще воспринимается населением как патриархальная общность - она всецело определяет жизнь индивида, который не видит себя вне этой коллективной формы своего бытия, и по-

тому должна быть, по его представлениям, устойчивой, неизменной. В глазах населения и сегодня исполнительная власть ставится выше законодательной. Фактически людям нужна действующая власть, а не действующий закон.

В правосознании россиян нравственное право в целом всегда доминировало над юридическим. Поступать по законам совести, а не по писаным законам было общепринято в России. Это является одной из причин пренебрежительного отношения россиян к юридическим нормам и законам, в частности к тем из них, которые расходятся в той или иной мере с нравственными нормами.

Правосознанию должна быть присуща некоторая постоянная составляющая, которая при всех изменениях экономики и политики воспроизводит определенный тип отечественного правового мышления, выступающий основой российской традиции права. Правосознание и правовая культура народа обеспечивают непрерывность развития правовой традиции, гарантируют правовую преемственность. В теории правосознания такую постоянную составляющую выделил И. Ильин, отмечая, что нормальное правосознание утверждало и будет утверждать единство и объективность государственной цели. «По своей основной идее государство есть союз духовно сопринадлежащих людей, племен и наций, объединенных ради гетерономного осуществления естественного права. Это означает, что государство имеет единую, объективную и высшую цель и что только свободное, волевое приятие этой цели делает человека воистину гражданином»11. Данный тезис как нельзя лучше отражает сущность конституционного правосознания: цель государства и цель гражданина данного государства есть единство двух противоположностей - общественного и индивидуального.

Рассматривая советский период нашей истории, нельзя проигнорировать и тот факт, что у населения формировалось сознание «винтиков». Удобной «ячейкой» для построения общества нужного типа был избран коллектив. Существовавшая в стране для подавляющего большинства жите-

лей уравниловка на возможно более низком уровне жизни усугубляла ощущение взаимозаменяемого равенства. Наличие же наряду с этим привилегированного слоя еще больше подчеркивало «равенство неравенства» основной массы населения.

В годы правления КПСС правосознание граждан развращалось политическим лицемерием партии, которая на словах требовала исполнения закона, а на деле любое решение высшего партийного органа было важнее закона и выше закона. Не вызывает удивления тот факт, что в отечественной политической элите, во многом собранной из прежней партноменклатуры, столь сильна привычка руководствоваться не законом, а старым правилом жить «по усмотрению начальства». Член партии, совершивший преступление, не мог быть привлечен к уголовной ответственности без разрешения партийного органа. Господствовали «телефонное право» (когда партийный руководитель звонил судье и диктовал ему, какой приговор вынести обвиняемому), «усмотрение вышестоящих начальников».

И. Ильин говорит об особенностях российских исторических национальных традиций: «...русская история есть упорная борьба между порывом к свободе и жесткой государственной необходимостью, между склонностью к анархии и инстинктом национального самосохранения»12.

Действительно, мечта о свободе издавна жила в русском народе, обреченном историей на многовековую зависимость от деспотической власти царя, чиновника, помещика. По Ильину, сердце и созерцание дышат свободно. Они требуют свободы, и творчество их без нее угасает. «Сердцу нельзя приказать любить, его можно только зажечь любовью. Созерцанию нельзя предписать, что ему надо видеть и что оно должно творить. Дух человека есть бытие личное, органическое и самодеятельное; он любит и творит сам, согласно своим внутренним необходимостям». Этому соответствовали исконное славянское свободолюбие и русско-славянская приверженность национально-религиозному своеобразию. «Этому соответствовала и православная концепция Христианства: не формальная, не законническая, не мора-

лизирующая, но освобождающая человека к живой любви и к живому совестному созерцанию. Этому соответствовала и древняя русская (и церковная, и государственная) терпимость ко всякому иноверию и ко всякой иноплеменности, открывшая России пути к имперскому (не «империалистическому») пониманию своих задач»13.

Вся жизнь русского народа могла бы быть выражена и изображена так: «свободно созерцающее сердце искало и находило свой верный и достойный Предмет. По-своему находило его сердце юродивого, по-своему - сердце странника и паломника; по-своему предавалось религиозному пред-метовидению русское отшельничество и старчество; по-своему держалось за священные традиции Православия русское старообрядчество; по-своему, совершенно по-особому вынашивала свои славные традиции русская армия; по-своему же несло тягловое служение русское крестьянство, и по-своему же вынашивало русское боярство традиции русской православной государственности». Иван Ильин писал: «Государственная форма зависит, прежде всего, от уровня народного правосознания. ...Нелегко вводить в стране государственную форму, не считаясь с уровнем и навыками народного правосознания»14.

Необходимо отметить, что зрелого правосознания требует и гражданское общество, и правовое государство, и непосредственно демократия. Надо помнить слова Ивана Ильина о том, что «русское правосознание имеет тяжелое историческое наследие. удельные раздоры, татарское иго, смуту, кочевой и разбойничий юго-восток, восстание Разина и Пугачева, дворцовые перевороты, революционные движения XIX и XX века, правление большевиков»15. Правление либералов в 90-е годы не прибавило правосознания нашему населению. «Все это нарастало на тот особый уклад души, - пишет И. Ильин, -который можно охарактеризовать как равнинную недисциплинированность, как славянский индивидуализм и славянскую тягу к анархии, как естественную темпераментность, как дыхание Азии. Все это, вместе взятое, выработало в русском народе такое правосознание, которому им-

понирует только сильная власть. Слабая власть всегда вызывала и еще долго будет вызывать в России чувство вседозволенности и общественный распад»16.

В настоящий период перед российским обществом стоит задача найти равновесие, свое сочетание, присущее России, между полномочиями государства и полномочиями и возможностями самоуправления, которое бы соответствовало национальным историческим традициям, социокультурным основаниям, уровню правосознания, политической и общей культуры населения, а не являлось бы заложницей чуждых нам западных традиций. Исходя из русского уклада души, отмечает И. Ильин, нам следует помнить одно и заботиться об одном: «... Мы призваны не заимствовать у других народов, а творить свое и по-своему; но так, чтобы это наше и по-нашему созданное было на самом деле верно и прекрасно, т.е. Предметно»17.

Аксиология правосознания Ильиным выстраивается через трехуровневую систему измерений ценностей: личностное, через духовную сущность человека; социальное, через семью, нацию, государство; религиозное. Это позволяет Ильину одну и ту же ценность анализировать в трех плоскостях. Например, свобода рассматривается как внутренняя свобода человека, его духовная самостоятельность; как политическая свобода, конкретный набор гражданских прав; как «религиозная автономия», свободная любовь к Богу. Отсюда и вырастает аксиологическая специфика правосознания, понимаемая Ильиным как соотношение между человеком, обществом и Богом.

Русский мыслитель не приемлет сведение человеческой жизни к материальным процессам, при котором пренебрежительное отношение к духовным законам ведет к распаду общества и государства. Следование духовным законам, познаваемым исключительно путем веры, обеспечивает достойную, творческую и прекрасную жизнь. Подлинная христианская любовь всегда предполагает самоотречение и самопожертвование. Отторжение или неприятие религиозной веры и любви, сведение человеческой жизни к материальным процес-

сам ведут к душевному разложению, вырождению правосознания, что заканчивается общественным беспорядком и смутой.

Таким образом, религиозность и любовь становятся у И. Ильина основной духовно-творческой силой русской души и основой правосознания, самым глубоким и могучим источником духовного обновления. На этой основе философ рассматривает задачи и функции правосознания в развитии российского общества и государственности. Русскому человеку надо духовно вернуться на свою Родину, к своей национальной культуре, усвоить русскую идею и осуществить ее во всем - в религии, науке, праве, государстве, искусстве, труде, суде, медицине, воспитании. Нужны «свое видение, своя вера, свои мысли и новая своя государственная форма». Надо победить в себе, продолжает Ильин, дух частного, личного, партийного, классового интереса; надо восхотеть русского, всероссийского, единого и общего; надо укорениться сердцем и волею в Божием деле до бесстрашия, до непоколебимости.

В целом государство рассматривается Ильиным как «автономная форма национального духа», «ограда национальной духовной культуры», соответственно ему свойственны все признаки духа как такового, в том числе главный признак - воля. По словам Ильина, «государство есть начало волевое и действенное. Его нужды и пользы требуют зоркого видения и решимости. Режим, не способный к волевым решениям, будет... разочаровывать своих граждан»18.

В основе концепции власти Ильина воля к власти - только воля «одухотворенная», синтез воли инстинкта (человек) и воли разума (Божество). По словам Ильина, «христианство учит, что Божественное выше человеческого и духовное выше материального. «Что бы ни делал христианин, он ищет, прежде всего, живого единения с Богом - Его совершенной воли, чтобы осуществить ее как свою собственную»19.

«В отличие от всякой физической силы государственная власть есть волевая сила. Это означает, что способ ее действия по самой природе своей внутренний, психический, и при том духовный»20. Здесь речь идет как о воле правящего, так и о воле

подвластного, ведь «нормальная сила власти не в мече, а в авторитарном влиянии ее волевого императива»21. Власть - это та сфера, где неизбежно сталкиваются воли различных индивидуумов. Политическое «властвование состоит в социально-сосредоточенном и юридически организованном влиянии воли одних, лучших и уполномоченных людей на волю других, подчиненных, причем подчиненные связуются не только правотой и силою власти, но и собственным правосознанием.»22.

По мнению И.А. Ильина, правосознание в своем целостном виде представляет неразрывную совокупность четырех элементов: знание права; признание права; прочувствование права; претворение права в жизнь. Взаимообусловленность и взаимозависимость права и правосознания он выразил следующей формулой: «Право нуждается в правосознании для того, чтобы стать творческой жизненной силой, а правосознание нуждается в праве для того, чтобы приобрести предметную основу и объективную верность»23.

Необходимо формирование и воспитание личностей, которые ощущали бы необходимость главенства права, осознавали потребность в создании развитой системы законодательства, соотносили правовые ценности с нормами морали и политики. Ведь от уровня и состояния правового сознания зависит характер поведения людей в правовой сфере. Именно через сознание и волю людей право регулирует общественные отношения. «Чтобы нормы права "работали" на общество в своем нормативно-регулирующем значении и более эффективно осуществлялись в конкретных правоотношениях, их, в первую очередь, необходимо довести до сознания широких масс в качестве общих норм поведения, социальных ценностей. В противном случае данные нормы останутся мертвыми, потеряют свое общественное значение»24.

Конкретизацией цели является идеал, образ будущего. Таким образом, развитие правосознания общества находится в сопряжении с его социально-временной ориентацией и сферой целеполагания; и их взаимовлияние фиксируется как раз на

уровне тех элементов правосознания, которые выделяет Ильин под названием «аксиомы правосознания».

Аксиомами правосознания, по И.А. Ильину, являются закон духовного достоинства, закон автономии и закон взаимного признания. Он подчеркивает: зрелое правосознание, характеризующееся тем, что человек сознательно и устойчиво руководствуется этими законами человеческого духа, формируется верным духовным и деятельностным опытом, который одновременно воздействует на развитие личности и на ее мировоззренческие позиции, включающие в себя и отношение к праву.

Первая аксиома правосознания - закон духовного достоинства. «Чувство собственного достоинства есть необходимое и подлинное проявление духовной жизни; оно есть знак того духовного самоутверждения, без которого немыслимы ни борьба за право, ни политическое самоуправление, ни национальная независимость. Гражданин, лишенный этого чувства, -политически недееспособен; народ, не движимый им, обречен на тяжкие исторические унижения»25. Чувство собственного достоинства возникает только при условии переживания человеком определенного духовного опыта.

По Ильину, функция такого духовного опыта состоит в том, что он должен удостоверить человека в его способности к осуществлению поставленной цели, жизненного задания, к воплощению того должного, необходимого образа будущего, который является средством для приближения к идеалу, будь то идеал общественного или личностного развития. Чувство права становится сферой его стремления к идеалу, для него становится ясной и понятной цель права. Ильин отмечает, что происходит установление градации жизненных целей: охранительная и стабилизирующая цель права как безусловная и общая всем людям и необходимая для осуществления личных жизненных целей отдельного человека получает преимущество перед любой условной и частной целью.

Вторая аксиома правосознания - закон автономии. «Быть духом - индивидуумом или социальной организацией - зна-

чит определять себя и управлять собою; это значит иметь силу, направляющую жизнь к благим целям». Управлять собою - значит волею решать о своих действиях и выбирать свои жизненные содержания, утверждать свое достоинство и свои силы и в то же время устанавливать и соблюдать свои пределы, отстаивать свои полномочия и исполнять свои обязанности. «Духовному существу подобает самому усматривать и знать, что такое добро и зло, где кончается право и начинается обязанность, самому искать и находить, находить и решать, решать и поступать согласно своему решению и, совершив деяние, открыто исповедовать, что совершил его сознательно и преднамеренно, следуя собственному убеждению и заранее принимая на себя всю ответственность за содеянное»26.

Третья аксиома правосознания - закон взаимного признания. Иван Ильин так формулирует его сущность: поскольку человек не может жить в обществе, не общаясь с другими людьми, «ему неизбежно обращаться именно к духовному составу других людей, взывать к нему, воздействовать на него, рассчитывать на него и тем организовывать совместную жизнь»27. Закон взаимного признания требует от субъекта духовного опыта уважения к духовному достоинству и автономии другого человека. Третья аксиома является конкретизацией закона духовной автономии. Как отмечает философ-правовед, ее значение особенно важно для правоотношений между человеком и государством, человеком и обществом.

Недостаток взаимного признания приводит к тому, что государство и общество начинают препятствовать реализации законов духовного достоинства и автономии в непосредственном жизненном опыте личности. Чаще всего несоблюдение закона взаимного признания со стороны государства в отношении к обществу и личности приходится на периоды социальной, политической и экономической нестабильности, периоды исторических кризисов, таких, например, как кризисы начала и конца XX века в России. Их ближайшим следствием становится отсутствие в общественном

сознании представления о целях общественного развития; появляются трудности в восстановлении взаимосвязи между прошлым, настоящим и будущим. Это приводит к искажениям в развитии общественного и личностного правосознания.

Народу необходимо знать законы своего государства - это входит в правовую культуру общества. «Народ, не знающий "законов" своей страны, - отмечает И. Ильин, - ведет внеправовую жизнь или довольствуется самодельными и неустойчивыми зачатками права. Люди, не ведающие своих обязанностей, не в состоянии и блюсти их, не знают их пределов и бессильны против вымогательства «воеводы», ростовщика и грабителя; люди, не знающие своих полномочий, произвольно превышают их или же трусливо уступают силе»28.

Формирование правосознания личности не может происходить стихийно, вне системы социальных институтов государства. Поэтому первоочередной задачей государства и общества становится создание условий для оздоровления нации, в том числе и реализации системы мер по повышению правосознания и правовой культуры граждан. Эффективность преобразований в социально-экономической и социально-политической сферах жизнедеятельности общества во многом зависит от того, насколько осознанно - а следовательно, активно -будут участвовать в данном процессе все социальные группы, в том числе и молодежь - самая динамичная и энергичная часть общества. «Активная трансформация российской действительности изменила отношение молодого поколения к праву как к жизненной ценности. Меняются взгляды и оценки правомерного и неправомерного поведения, социальной деятельности, а также формы и методы развития правосознания в молодежной среде. Как свидетельствуют статистические данные, динамика молодежной преступности имеет тенденции к возрастанию»29. В молодежной среде процветают неуважение к закону, праву, правовой нигилизм. Динамика развития правосознания и выработка у молодежи правового мышления, адекватного общественным изменениям, связаны с решением ряда задач, одной из которых является

овладение молодыми людьми соответствующими знаниями о социальной и духовной ценности права как явления мировой цивилизации, осознание неразрывной связи гражданских прав и обязанностей.

«России необходимо новое правосознание, национальное по своим корням, христиански православное по своему духу и творчески содержательное по своей цели. Для того чтобы создать такое правосознание, русское сердце должно увидеть духовную свободу, как предметную цель права и государства, и убедиться в том, что в русском человеке надо воспитать свободную личность с достойным характером и предметною волею. России необходим новый государственный строй, в котором свобода раскрыла бы ожесточенные и утомленные сердца, чтобы сердца по-новому прилепились бы к Родине и по-новому обратились к национальной власти с уважением и доверием. Это открыло бы нам путь к исканию и нахождению новой справедливости и настоящего русского братства. Но все это может осуществиться только через сердечное и совестное созерцание, через правовую свободу и предметное правосознание»30.

И.А. Ильин неоднократно указывал на то, что основная задача образования и воспитания заключается не в совершенствовании интеллекта и не в развитии памяти за счет полезных сведений, а в пробуждении сердца, выделяя в качестве основных принципов воспитания «здорового» правосознания религиозность, любовь, доверие и искренность, альтруизм и взаимопомощь, самостоятельность и творческую инициативность, труд и дисциплину, справедливость, патриотизм и национализм, сохранение традиций, правосознания и внутренней свободы.

Социально-философское изучение концепции правосознания Ивана Ильина представляется актуальной задачей, поскольку позволяет уточнить своеобразие русской философии права, раскрыть сущность и ценностные основания правосознания, показать их значимость в современных условиях.

И.А. Ильин насыщает правосознание духовно-ценностным содержанием, исходя из «сердечного созерцания» познава-

емого предмета. И вот дефицитом такого насыщения страдает, на наш взгляд, процесс преподавания права в образовательных учреждениях.

Вера, любовь, свобода, воля и совесть как универсальные элементы духовности являются фундаментом правосознания, они определяют уровень его духовно-нравственного развития. «Здоровое» правосознания должно быть основано на «духовном обновлении человека», которое станет возможным только тогда, когда духовность будет воспитана у человека родителями и учителями. Главной целью воспитательной деятельности, основанной на принципах традиций, патриотизма, здорового национального самосознания и преобладании духовно-нравственных доминант, добровольном признании дисциплины, является, по мысли И.А. Ильина, воспитание гражданина, заботящегося не только о личном благе, но и о благополучии общества и государства.

Взаимообусловленность и взаимозависимость права и правосознания И.А. Ильин выразил следующей формулой: «Право нуждается в правосознании для того, чтобы стать творческой жизненной силой, а правосознание нуждается в праве для того, чтобы приобрести предметную основу и объективную верность»31.

Правосознание должно стать фактором гармонизации жизни, посредником между общей формулой закона и единичным человеком с тем, чтобы формальное, строгое, последовательное и неумолимое применение закона не породило в жизни несправедливости. Необходимо, как советовал Ильин, сделать все, «чтобы приблизить право к народу, чтобы укрепить массовое правосознание, чтобы народ понимал, знал и ценил свои законы, чтобы он добровольно соблюдал свои обязанности и запретности и лояльно пользовался своими полномочиями. Право должно стать фактором жизни, мерою реального поведения, силою народной души»32.

В целом необходима кардинальная переоценка ценностей, установок сознания. И.А. Ильин по этому поводу писал о том, что «строить право - не значит придумывать новые законы и подавлять бес-

порядки; но значит воспитывать верное и все углубляющее и крепнущее правосознание». Он справедливо отмечал, что «если человек хочет видеть свои личные права огражденными и защищенными, то он должен вложиться своим правосознанием в эту общественную правовую жизнь и верно участвовать в ее устроении»33.

Подводя итоги, можно отметить, что правосознание - весьма сложный феномен, который имеет различные аспекты философского, юридического, социально-политического и морального содержания. Оно представляет собой сферу общественного сознания и является элементом правовой жизни. При изменении подхода к сущности самого права, его роли в жизни общества, при коренной переоценке ценностей в сфере права, в том числе и категории правосознания, особенно важно возродить, оценить и воплотить в жизнь весь накопленный в этой области духовно-ценностный потенциал. Это позволит подвести под право и правосознание духовно-нравственную основу. Право эффективно тогда, когда оно в сознании народа нравственно обосновано.

1 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. М., 2000. С. 482.

2 Ильин И.А. О сущности правосознания // И.А. Ильин. Собрание сочинений: В 10 т. Т. 4. М.: Русская книга, 1994. С. 210.

3 Ильин И.А. О сущности правосознания. М., 1993. С. 113.

4 Окара А.Н. Правосознание - центральная категория философии права И.А. Ильина // Государство и право. 1999. № 6. С. 87.

5 Ильин И.А. О государстве и демократии // Советское государство и право. 1991. № 11. С. 112.

6 Ильин И.А. О сущности правосознания // И.А. Ильин. Собрание сочинений: В 10 т. Т. 2. М., 1993. С. 140.

7 Ильин И.А. О сущности правосознания. М., 1993. С. 22.

8 Ильин И.А. О сущности правосознания // И.А. Ильин. Собрание сочинений: В 10 т. Т. 4. М.: Русская книга, 1994. С. 155.

9 Ильин И.А. Россия есть живой организм // Русская идея. Сборник статей. М., 1992. С. 433.

10 Поздяева С.М. Российское общество в условиях модернизации (социально-философский анализ). Уфа: Изд. БашГУ, 1998. С. 113.

11 Ильин И.А. О сущности правосознания. М.: Рарогъ, 1993. С. 110.

12 Ильин И.А. О русской культуре. // И.А. Ильин Собрание сочинений: В 10 т. Т. 6. Кн. 2. М., 1996. С. 564.

13 Ильин И.А. Собрание сочинений: В 10 т. Т. 2. Кн. 1. М., 1993. С. 419-431.

14 Ильин И.А. Наши задачи. Собрание сочинений: Т. 2. Кн. 1. М., 1993. С. 47.

15 Там же. С. 409.

16 Там же. С. 409.

17 Ильин И.А. Собрание сочинений: В 10 т. Т. 2. Кн. 1. М., 1993. С. 419-431.

18 Ильин И.А. Собрание сочинений: В 10 т. Т. 2. Кн. 2. М., 1993. С. 197.

19 Ильин И.А. Мир перед пропастью (часть III). Аналитические записки и публицистика. М., 2001. С. 325.

20 Ильин И.А. Собрание сочинений: В 2 т. Т. 1. М., 1993. С. 196.

21 Там же. С. 196.

22 Там же. С. 197.

23 Ильин И.А. О сущности правосознания. М., 1993. С. 40.

24 Бура Н.А. Функции общественного правосознания. Киев: Наукова Думка, 1986. С. 86.

25 Ильин И.А. Собрание сочинений: В 2-х т. Т. 1. М., 1993. С. 211.

26 Там же. С. 233.

27 Там же. С. 255.

28 Ильин И.А. О сущности правосознания / / И.А. Ильин. Собрание сочинений: В 10 т. Т. 4. М.: Русская книга, 1994. С. 160.

29 Российский статистический ежегодник // Статистический сборник. М., 2001. С. 273-276.

30 Ильин И.А. Собрание сочинений: В 10 т. Т. 2. Кн. 1. М., 1993. С. 419-431.

31 Ильин И.А. О сущности правосознания. М., 1993. С. 40.

32 Ильин А.И. О сущности правосознания. М., 1992. С. 159.

33 Ильин И.А. Путь духовного обновления // И.А. Ильин. Собрание сочинений: В 10 т. Т. 1. М.: Русская книга, 1994. С. 226.