Проблема воинского служения в раннехристианский период

А.А. Козин, кандидат богословия, заведующий сектором Синодального отдела по взаимодействию с Вооружёнными силами и правоохранительными учреждениями Московской Патриархии.

ПРОБЛЕМА ВОИНСКОГО СЛУЖЕНИЯ В РАННЕХРИСТИАНСКИЙ ПЕРИОД

В статье рассматриваются проблемы генезиса феномена воинского служения христианина. Автор обосновывает современное отношение Церкви к воинскому долгу многовековой святоотеческой традицией, родившейся в первые века христианской истории.

Ключевые слова: генезис, феномен, воинское служение, христианин.

Проблема соединения христианской заповеди "Не убий" и воинского долга являлась предметом исследования для многих авторов разных времен и разных народов. На эту тему писали как священники всех христианских конфессий, так и светские публицисты, историки и философы, военные полководцы и военные теоретики. Понять цивилизационные истоки воинского служения христианина можно только в сопоставительном исследовании социокультурных контекстов, где особое значение придаётся "личностному измерению" изучаемого явления.

Более того, "православие во все времена относилось с глубочайшим почтением к воинам, которые ценой собственной жизни сохраняли жизнь и безопасность ближних. Многих воинов Святая Церковь причислила к лику святых, учитывая их христианские добродетели и относя к ним слова Христа: "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих" (Ин. 15:13)" [1. С. 46].

Впервые вопрос о возможности воинского служения христиан встал уже во II в.. Но до времён Марка Аврелия в первоисточниках христианской церкви встречаются трактаты об отношении христиан к правительству, государству, вопросы о браке, но совершенно отсутствует вопрос о военной службе христиан. Весьма вероятно, что такого вопроса как отношение христиан к военной службе не возникало по двум причинам: или христиане того времени исправно, безукоризненно проходили военную службу, или потому, что военная служба сама по себе, по существу своего характера, для христи-

ан признавалась безусловно запрещенной.

Можно считать наиболее вероятной вторую причину. Хищнический характер и мотивы войн, веденные римским правительством, бесстыдство, насилие и грабительство в поведении солдат не только на войне, но и в мирное время, языческий характер лагерной жизни и прочее должны были заставить христианина уклоняться от вступления в войско. И сделать это было совсем нетрудно, потому что всеобщей обязанности военной службы в империи не было. Численный состав войска по сравнению с населением был вообще не велик, а легионы вербовались из добровольцев. Поэтому причин для конфликта христианина с властью не существовало: крещеный христианин мог не быть солдатом.

Со П-ой половины II в., т.е. со времени Марка Аврелия, принципиальное отношение христиан к военной службе выразилось в многочисленных образах и аналогиях, заимствованных церковными писателями из военной жизни; в суждениях отдельных представителей христианства о войне и военной службе; в канонических постановлениях отдельных церквей относительно христиан, поступающих и состоящих на военной службе.

Например, в христианской литературе после-апостольского времени военные образы и аналогии встречаются очень часто. Климент, епископ Римский, в посланиях к коринфянам рассматривает всех христиан как воинов Бога, а послушание в войсках и распределение служащих на ранги как образец для христианских общин [2. С. 138]. Игна-

тий Богоносец, епископ Антиохийский, в своем послании к Поликарпу, епископу Смирнскому, рассматривает христиан, как воинов Бога, и в нравственных увещеваниях их, подобно апостолу Павлу (Еф^, 11-17), употребляет военные образы и термины [3. С. 428]. В послании к смирянам Игнатий Богоносец говорит о знамени, которое воздвиг Иисус Христос Своим воскресением [4. С. 417-418]. Аналогии мы находим у Климента Александрийского в "Строматах", где он говорит: "Как солдат на войне не может оставить поста, который указал ему командир, так и мы не можем оставить поста, который дало нам Слово" [5. С. 10].

В западной латинской литературе идея о воинстве Христа получила сильное фактическое выражение в лице Тертулиана, пресвитера карфагенской церкви, который дает многочисленные описания духовной военной службы христиан. Во многих местах своих сочинений он обозначает христиан как воинов Христа [6. С. 197]. Вообще у латинских писателей III в. нравственные увещевания наполнены гораздо больше образами военной службы, военной дисциплины и самих битв, чем у писателей восточной церкви. Особенно много таких аналогий мы находим у св. Киприана, епископа Карфагенского.

Итак, основные аналогии военного характера, употребляемые писателями первых трёх веков следующие: все христиане - воины Христа (milites Christis); Иисус Христос - полководец (imperator); крещение - таинство (sacramentum) и присяга знамени; Церковь - лагерь Бога (castra Dei) [7. С. ПО-111].

Уклонение христиан от поступления на службу в римские легионы находит свое подтверждение у Цельса, писавшего около 150 г. Этот патриот Римской империи озабочен уже заметным ослаблением политического могущества империи и начинающимся наступлением на нее варваров. Знаменитый учитель Александрийской школы III в. Ориген также исповедывал "религиозный пацифизм". По его словам, "божество должно быть чтимо чистыми руками". Но главный аргумент Оригена, - христиане сражаются за императора молитвами, а не оружием, - должен рассматриваться, скорее, как апологетический прием частного характера, а не как безусловное отрицание всякой войны согласно христианскому учению. Другой западный писатель III в. Киприан, епископ Карфагенский, говорит о войне и военной службе очень резко. В письме к Донату "О благости Божией", Киприан рисует внутреннюю перемену в крещенном, производимую благодатию Божиею. Чтобы "яснее видеть следы звания Божия", он описывает христианские добродетели на фоне "отвратительного образа мира" с разбоями на суше и на море, с постоянной войной, с ее кровавыми ужасами, с шумом в городах, отвратительностью гладиаторских зрелищ, развратным влиянием театров [8. С. 11]. Карфагенский

пресвитер Тертуллиан, апологет конца II в. подробно рассуждает о недозволенности для христиан военной службы в особом сочинении "О венке солдата".

Аргументация Тертуллиана убедительна: воинский венок как символ служения императору в христианстве понимается как символ идолослужения, а присяга знамени, требующая любить до смерти императора, есть измена Господу; само прохождение военной службы связано с исполнением языческих обязанностей; офицерское же служение есть чистое идолопоклонство. Отсюда военная служба, понимаемая как "лагерь тьмы", не может мириться с "лагерем света", т.е. служением Христу. А запрещение военной службы христианину, сыну мира, комментирует Тертуллиан, дано в словах Спасителя Петру о том, что взявший меч, мечем погибнет.

Итак, Климент Александрийский, Ориген, Тертуллиан убийство на войне рассматривали как простое убийство и считали это деяние преступлением. Такой взгляд на войну обусловлен историческим и религиозным контекстом того времени, характером тех войн, современниками и наблюдателями которых они были.

Иначе стало обстоять дело, когда солдаты стали исповедовать христианство. Но и здесь не было необходимости специально ставить этот вопрос. Великое правило Апостола Павла: "Каждый оставайся в том звании, в котором он призван" могло быть применено ко всякому званию, хотя звание воинское могло быть опаснее, чем другие. Смысл этого правила в том, что в каждом из званий христианин должен оставаться верным заветам Евангелия, вплоть до готовности пожертвовать собой. Но полная противоположность общественной и военной жизни того времени евангельским принципам обостряла нравственную мотивированность поступков христианина: он всюду и всегда должен быть готов сделать выбор, если обнаружится его принадлежность к "преступной секте".

Ситуацию могли бы прояснить церковные законы по этому вопросу. Но их из древнейших времен известно очень мало. А те, которые известны, в большинстве своем причисляются к апокрифическим. В них выражены свидетельства и взгляды отдельных христианских общин и частных церквей на военную службу, о чём подробнее мы остановимся ниже. Как правило, они были обусловлены военнополитическим ситуациями и социальными проблемами, и имели обязательное значение лишь для данной местности и временно.

Итак, военная служба для христиан в языческой Римской империи (т.е. в до-константиновскую эпоху) некоторыми отцами и представителями Церкви, а также отдельными церковными правилами не одобрялась. Аргументы, используемые здесь, можно подразделить на два вида. Во-первых, это аргументы нравственно-этического характера, основанные на духе евангельского отноше-

ния к ближнему и врагам. Христианская этика отвергала всякое насилие, всякую месть, значит, косвенно запрещала войну, пролитие крови. Поведение солдат даже в мирное время противоречило христианской нравственности, например, традиционные игры в войсках. Это позволило Марку Аврелию, императору-философу, в своих "Размышлениях" поставить солдата на одну ступень с разбойником. Во-вторых, это аргументы сакральномистического толка, в основе которых культовая (и, соответственно, сакральная) несовместимость язычества и христианства. К ним мы относим: солдатскую присягу (васгатепШт), которая была препятствием выполнения солдатом-христианином обязательств, данных при Крещении (васгатеп-Шт); культ императора, который нигде так сильно не являлся как в войске и был неизбежным для каждого солдата; обязательность жертвоприношения, его исполнение как сакральный долг офицера и солдат; армейские символы (военные знамёна, воинские знаки, венки и т.д.), имевшие языческий характер, но почитавшиеся как святыни.

Позиция ригористов, отрицательно относившихся к воинскому служению христиан в армии Римской империи, большого успеха не имела. Жизненная практика неопровержимо говорит за то, что христиане первых трех веков служили в войсках Римской империи и не в малом количестве. При этом военную службу в громадном большинстве случаев они избирали добровольно. Следовательно, христиане проходили военную службу, несмотря на широкую возможность уклониться от неё. Тертуллиан опровергает упрек язычников в том, что христиане бесполезны для общественной жизни. "Мы, - пишет он, - не уподобляемся индейским брахманам и гимнософистам, не обитаем в лесах, не бегаем людей... Мы с вами плаваем по рекам и морям, носим оружие, обрабатываем землю, торгуем" [9. С. 77].

Согласно историческим данным солдаты-христиане в этот период были во многих легионах, рассеянных по обширной Римской империи. Множество свидетельств о воинах-христианах, проходивших службу в римских легионах, мы находим в "Церковной истории" Евсевия [10].

В диоклетиановскую эпоху римское правительство обращает уже серьезное внимание на христиан в войсках. Преследование и началось как очищение войска от сторонников Христова вероучения. "Правительство думало, - замечает при этом Евсевий, - воздвигая не вдруг против нас брань, но искушая только тех, которые находились в войске, что если оно принудит к уступчивости солдат, то может легко и всех остальных в империи христиан склонить к язычеству" [11. С. 474]. Здесь мы имеем не только свидетельство о большом количестве воинов-христиан в войсках империи, но можем сделать вывод о том, что их военная служба не вызывала осуждения со стороны церкви.

Жития святых, если их рассматривать как самостоятельный источник, доносят до нас имена во-инов-мучеников, претерпевших истязания за Христа, за исповедание христианской веры, за решительный отказ приносить жертвы языческим богам, а не за отказ от военной службы [12]. Житийные свидетельства мученичеств ясно свидетельствуют, что солдаты-христиане верно исполняли свой воинский долг римскому императору до тех пор, пока приказания императора не ставили под сомнение их вероисповедание, требуя принести жертву языческим богам.

Итак, христиан в войсках Римской империи в начале IV в. было настолько много, что уделялось специальное внимание взаимоотношениям императорской власти и солдат-христиан. В качестве признака веротерпимости Константина Великого можно рассматривать появление на воинских знамёнах изображения креста. Это же обстоятельство служит, на наш взгляд, подтверждением наличия большого количества христиан-воинов в армии.

Конечно, естественный нравственный закон, заложенный в природе каждого человека, создаёт благоприятные предпосылки для выбора христианского вероисповедания как религии мира и любви, религии смирения, терпения и незлобия. Но нельзя забывать о характерном для языческой армии разгульном, разбойничьем образе жизни, создававшем большие препятствия на пути воцерковления римских воинов. Преодоление этих обстоятельств стало возможным, по нашему мнению, благодаря следующим причинам: отсутствие повсеместного и строгого запрещения для христиан служить в армии, хотя войско в начале нашей эры и было языческим; наличие возможности для христиан-воинов избегать участия в языческих обрядах; примеры мученичества за веру и продемонстрированные лучшие черты воинского служения и поведения вызывали у сослуживцев уважение и стремление так же послужить Господу.

Подводя некоторые итоги, нужно отметить следующее. Опираясь на Новозаветное Писание (Мтф. XXII. 17-21, Мтф. XXVI. 52, Мрк. XII. 14-17, Иоанна. XVIII. 33-38., XIX. 9-11), на церковное предание из времён Спасителя и апостолов (I Петра. II. 13-17; Римл. XIII. 1-7), на анализ канонических, вероучительных и историко-философских источников [13,

14, 15], мы делаем вывод, что в первые три века нашей эры (т.е. до Константина Великого) военная служба не проповедовалась церковью как священная обязанность христиан. С IV в., когда церковь вступила в союз с государством, когда армии стали комплектоваться преимущественно из христиан, священноначалию не было необходимости пересматривать или отменять постановления или осуждать существующие порядки относительно военной службы христиан.

Раннехристианских канонов, т.е. церковных законов о военной службе, до нас дошло очень мало.

В большинстве своем они не имеют серьёзного авторитета, поскольку в них выражены свидетельства и взгляды отдельных христианских общин. Как правило, они были обусловлены военно-политическим ситуациями и социальными проблемами, и имели обязательное значение лишь для конкретной местности. К ним можно отнести "Завещание Господа нашего Иисуса Христа", известный нам в двух редакциях - ранней сирийской и более поздней коптско-арабской, а так же "Каноны Ипполита" (V в.).

Существовали и два соборных канона, трактующих об отношении христиан к военной службе: третий канон Арлесского собора (314 г) и двенадцатый канон Никейского (325 г) собора. Сопоставительный анализ исторического контекста и со-

держания данных канонов позволяет сделать вывод об отсутствии запрещения военной службы для христиан [16. С. 44-46].

Таким образом, военная служба для христиан считалась недозволенной некоторыми писателями главным образом из этических соображений, поскольку "языческая организация" военной жизни солдат не соответствовала Евангельским заповедям. В последующем общецерковные каноны прямого запрещения военной службы для христиан также не установили, а смысловая трансформация воинского служения, отрефлексированная богословием святых отцов Древней Церкви, изменила не только социальное значение, но и сняла духовно-нравственные противоречия в его толковании.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. Информационный бюллетень Отдела внешних церковных связей Московской Патриархии. 2000. № 2.

2. Климент Римский. 1 Коринф.. XXXVII гл. // Памятники древней христианской письменности. М. 1860. Т. 1.

3. Послание Поликарпу. VI гл. Т. 1.

4. Послание Смирянам .

5. Климент Александрийский. Строматы. Ярославль. 1892. VII.

6. Тертуллиан. Послание к мученикам. СПб.. 1849. Ч. 2.

7. Творения Киприана, еп. Карфагенского // Письма 19, 46, 58, 60, 61. Т. 1. 1896; Нагпаск. 1905.

8. Творения Киприана, еп. Карфагенского // Письмо к Донату. Т. 1. 1896.

9. Тертуллиан. Апология. Гл. 37. Ч.1.

10. Евсевий. Церковная История. Кн.4. Кн. 6.

11. Евсевий. Указ. соч. Гл.4.

12. "Жития Святых" Дмитрия Ростовского.

13. Ильин И. Основное нравственное противоречие войны // Ильин И. Собр. соч.: В 10 т. Т. 5. Москва. 1996

14. Ильин И. О сопротивлении злу силою // Ильин И. Собр. соч.: В 10 т. Т. 5. 1996

15. Христолюбивое воинство: Российский военный сборник. Москва. 2006

16. Правила Святых Вселенских соборов с толкованиями. Москва. 1877. Ч. 1.

Kozin A.A.

THE PROBLEM OF MILITARY SERVICE IN EARLY CHRISTIAN PERIOD

The article is devoted to the origin of military service issue in early Christian history. The author links the modern attitude of Church to military duty to the old Fathers' of Church tradition, which appeared in the first centuries of Christianity.