Ночь простоять да день продержаться

Знаменитую гонку на выживание «24 часа Ле-Мана» марка Rolex поддерживает с 2001 года. Во французском языке есть выражение «course contre la montre». Это не «гонка против часов», это «наперегонки со временем». Вот уже почти сто лет раз в год машины соревнуются с часами, кружа по трассе в направлении против часовой стрелки.

На «24 часа Ле-Мана» Rolex повсюду

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

Первую гонку «24 часа Ле-Мана» организовали французы из Западного автомобильного клуба в 1923 году. Движение гонки останавливали война, забастовки и эпидемия. В 2021-м гонщики снова вышли на старт, доказав, что жизнь продолжается. Прежние рекорды посещения за 250 тыс. зрителей остались в прошлом, в этом году разрешено занять лишь 50 тыс. мест. Очередные соревнования начнутся через несколько дней — 90-е «24 часа Ле-Мана» пройдут с 11 по 12 июня. На старт выйдут 62 машины, которыми будут управлять 186 гонщиков.

Нашей группе журналистов повезло: мы встречаемся с датчанином Томом Кристенсеном. Его называют «мистер Ле-Ман» за то, что он единственный в мире девять раз победил в легендарной гонке, причем шесть раз из них — подряд. Он король автоспорта, королева Дании наградила его рыцарским титулом, а еще одну корону он получил от Rolex — в 2010 году швейцарская часовая марка сделала его своим «посланником». 2022-й — особенный для него год: исполняется 25 лет c его первой победы на трассе в Ле-Мане.

Кристенсен носит Rolex Daytona и говорит нам о том, что среди гонщиков это самые популярные часы. Конечно, самые дорогие среди них те, что получены за победу: «Часы идут без остановки гораздо дольше, чем 24 часа. Мы ожидаем от них того же, что и от машины,— красоты дизайна, точности и надежности».

Мы спрашиваем Тома Кристенсена, как на трассе ощущается время.

«Когда ты лидируешь и можешь выиграть, время тащится, как черепаха. Ты переживаешь, что все может измениться, тебя нагонят и обойдут. И наоборот, когда ты пытаешься догнать лидера, тебе кажется, что время слишком торопится и ты можешь не успеть».

Носил ли он часы за рулем гоночного автомобиля? Разрешено ли это правилами? «Теперь это запрещено,— отвечает гонщик.— Двадцать лет назад секундомер мог действительно помочь, но теперь у тебя есть множество приборов, которые показывают тебе и число кругов, и время на круг, и все, что ты хочешь знать о ходе гонки. И даже когда ты выходишь из машины, ты можешь посмотреть на табло или на настенные часы, они ведь в Ле-Мане тоже Rolex».

Rolex Oyster Perpetual Cosmograph Daytona, хронограф, сталь, желтое золото, автоматический подзавод

Фото: Rolex

Rolex в Ле-Мане и вправду повсюду — и на зеленых ограждениях трассы, и на многочисленных стендах и афишах гонки. В гонках на выживание марка начала участвовать с 24 Hours of Daytona, которая называется теперь Rolex 24 At Daytona. В 1963 году в честь знаменитых американских гонок был создан Oyster Perpetual Cosmograph, получивший затем надпись «Daytona» на циферблате. Именно моделями Daytona марка награждает победителей Ле-Мана.

Что значит «гонка на выживание»? Мы лучше знаем «Формулу-1» — это испытание для машин-спринтеров. В Ле-Мане соперничают машины-стайеры, машины-марафонцы, которые должны не сходить с трассы целые сутки. Им позволены только короткие остановки для заправки и смены расходных материалов: шин и пилотов. Отсюда и главный принцип победы — чем меньше времени машина проводит на пит-стопах, тем ближе кубок.

«Посланника» Rolex датчанина Тома Кристенсена называют «мистер Ле-Ман» за девять побед в легендарной гонке

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

Том Кристенсен мечтал о «Формуле-1», но нашел себя в гонках на выживание. «Настойчивость, постоянные усилия и командную работу» он называет среди тех качеств, которые объединяют мир машин и мир часов: «Во время 24-часовой гонки вы всегда должны готовиться к неожиданностям и быть на пике игры — физически и эмоционально. Важно ехать быстро и всегда сохранять бдительность. "24 часа Ле-Мана" требуют высочайшего уровня от пилотов, команд и автомобилей, что так похоже на Rolex с его стремлением к совершенству».

Он рассказывает, как со временем менялись его отношение к славе и стиль вождения: «Когда тебе нет тридцати, ты хочешь только выигрывать, чего бы это ни стоило. И ты готов рисковать, не думая о семье, даже если она у тебя есть. Потом ты становишься ответственнее и заботишься о тех, кто от тебя зависит, кому не обойтись без тебя. А это не только семья, это и команда, которая зависит от твоего поведения, от твоего успеха — и от твоей осторожности тоже».

Кинематографическая история о том, как он впервые попал в Ле-Ман в 1997 году, известна всем. Он был у себя дома, в Дании, и не помышлял об этих гонках. Но однажды, когда он играл в теннис, прямо на корт ему позвонил менеджер из команды Joest Racing и пригласил приехать во Францию, чтобы выступать вместе с итальянцем Микеле Альборето и шведом Стефаном Йоханссоном. Дело было всего за десять дней до старта. «К счастью, мне не дали времени ни на сомнения, ни на опасения»,— говорит Кристенсен. Первое выступление принесло ему первый кубок. С тех пор трасса стала ему знакомой до мелочей. Он ездил на Porsche, BMW, Bentley, но больше всего на Audi.

К наградам, которые ждут победителей гонки, прибавятся часы Rolex

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

В 2014 году, когда он в последний раз выступал за команду Audi, он надеялся одержать свою десятую победу. «Мы лидировали, до победы было рукой подать, и я уже подумал о прекрасных часах Rolex, которые я должен был получить. Но мне не суждено было округлить счет в моем соперничестве с этой трассой».

Мы спрашиваем о лучших его воспоминаниях за годы участия в Ле-Мане. И тут он снова возвращается к часам: «В гоночной команде учишься ценить хорошую работу, точность, надежность, поэтому-то мне и комфортно с Rolex. Свои первые Rolex я купил, когда первый раз выиграл гонки. У этой марки все доведено до совершенства. Ее часы — это особенная вещь, это награда за что-то, этап в жизни».