Военные академии России: XIX век

5. Герцен А.И. Былое и думы // Сочинения в 9 томах. Т.4. - М., 1956.

6. ПироговН.И. Из жизни Московского сту-

денчества 20-х годов Х1Х века // Московский университет в воспоминаниях современников. - М.,1989. - С. 80-88.

7. Пыпин А.Н. Религиозные движения при

Александре 1. - СПб., 2000.

8. Свербеев Д.Н. Из воспоминаний // Московский университет в воспоминаниях современников. - М.,1989. -С. 64-79.

А. ЧИНЕННЫЙ, доктор исторических наук, профессор С. ЧИНЕННЫЙ, кандидат исторических наук, доцент

Военное дело в умелых руках - искусство, в неумелых - ремесло Военное образование в России являлось заметной составной частью образовательной системы. Знания, получаемые в военных академиях и военных училищах, были основательными, а их окончание - высокопрестижным. Все императоры России, начиная с Николая I, имели военное образование, а для великих князей это было правилом без исключения. Из семи военных министров России 1861-1915 гг. пять являлись начальниками или преподавателями военно-учебных заведений (Д.А. Милютин, П.С. Ванновский, А.Ф. Реди-гер, В.А. Сухомлинов, А.А. Поливанов). Многие начальники Генерального штаба были одновременно профессорами академии Генерального штаба. Видные государственные и общественные деятели России имели базовое военное образование, а три министра народного просвещения - А.С. Шишков, П.А. Ши-ринский-Шихматов, Е.В. Путятин -окончили морской кадетский корпус. Ценность военного образования состояла ещё и в том, что оно формировало не только профессиональное мастерство, но и идейную ориентацию, общую

Военные академии России: XIX век

культуру, политические взгляды. Образование - своеобразная форма власти и едва ли не самая эффективная её форма.

До начала тридцатых годов XIX века в России военные знания приобретались в разных университетах: в одном - по фортификации; в другом - по истории войн; в третьем - по военномуискусству.

В 1828 году генералы русской армии А.А. Жомини и А.И. Хатов подготовили императору Николаю I предложения о формировании Центральной стратегической школы. Инициатива была одобрена, и в 1832 году она была открыта в Петербурге и стала называться Императорской военной академией. Из войск старательно отбирались наилучшие офицеры, которые готовились для службы в Генеральном штабе и для распространения военных знаний. Уже на этом этапе развития школа, а затем академия вооружила своих выпускников фундаментальными военными знаниями, что становилось основой командно-штабной специальности. Первым начальником академии Генерального штаба был генерал-адъютант И.О. Сухозанет - герой Отечественной войны 1812 года, поте-

рявший ногу в сражении под Бородино, начальник строгий и требовательный. Позже он займёт пост военного министра. Начальниками академии последовательно являлись: М.И. Драгомиров, Г.А. Леер, Н.Н. Сухойен, В.Г. Глазов, Н.П. Михневич, Д.Г. Щербачёв.

Перед нами образ генерала от инфантерии, военного теоретика и педагога Драгомирова М.И. (1830-1905 гг.). С золотой медалью окончил академию Генерального штаба. В русско-турецкую войну 1877-1878 гг. - начальник дивизии. Позже сам возглавил академию Генерального штаба. Под его руководством академия превратилась в крупный центр военно-теоретической мысли России. Стиль руководства подчинёнными - уважение и требовательность. Он умел несколькими фразами дать подчинённым полную и объективную характеристику.

... Шла аттестация офицеров и генералов, и начальник академии Генерального штаба даёт высшему командному составу воттакие краткие и ёмкие оценки:

«Генерал-лейтенант Барсов - характерен, твёрд, даже упорен, служака почтенный.

Генерал-лейтенант Зверев - честен, предан делу, добросовестен. Книжник. В поле теряется.

Генерал-майор Отфиновский - давно по дряхлости нуждается в покое.

Генерал-лейтенант Липский - рачителен, добросовестен, толково деятелен.

Генерал-лейтенант Батьянов - весьма способный военный и боевой человек. К сожалению, любит выскакивать. Скор и опрометчив в решениях. Пронырлив. Треть года в отпусках. Двуличен. В деле нужно держать на глазах.

Генерал-лейтенант Новицкий -энергичен, толков, тучен, но не борется.

Генерал-лейтенант Панютин - представительный боевой человек. Не прочь втереть очки делом, а особенно словом.

Любит заниматься делами, к его специальности не относящимися.

Генерал-лейтенант Плаксин - отличный начальник дивизии, будет таким же корпусным, если Бог ему даст.

Генерал-лейтенант Хришатацкий -весьма даровитый и разумный человек, но много говорит.

Генерал-лейтенант Филиппов - своеобычен и с заскоком. Путальник. Лучше под благовидным предлогом убрать.

Генерал-лейтенант Есаулов - исполнителен, не прочь порадеть родному человечку.

Генерал-лейтенант Домантович - был конь, да изъездился» [1].

Преподавателями в академию направлялись лучшие офицеры русской армии, с широким кругозором и значительным опытом военной службы.

Уже первые слушатели изучали целый набор военных дисциплин: стратегию, тактику, военную историю, артиллерию, фортификацию, основы топографии и геодезию. Широким был и круг гуманитарных наук, что расширяло эрудицию и кругозор офицеров, окончивших академию Генерального штаба.

В1855 году академия получила название Николаевской академии Генерального штаба. Затем вместе с Михайловской артиллерийской и Николаевской инженерной академиями, созданными в том же 1855 году, вошла в состав вновь образованной Императорской академии. В 1909 году стала называться Императорской Николаевской академией.

Она довольно быстро приобрела общественный статус «академии полководцев». Стать слушателем первой академии России являлось заветной мечтой русского офицера. Окончить её - означало получить широкий простор для служебного роста. Даже форма одежды выпускника академии Генерального штаба была отличительной - аксельбанты на мундире. А офицер, служивший в Генеральном штабе, носил на мундире осо-

бый знак, и обращение к нему начиналось со слов: «Академии Генерального штаба полковник».

Отбор слушателей в академию был взыскательным - вначале в военных округах, затем абитуриент подвергался испытаниям в академии. На вторую стадию вступительных экзаменов допускались только те офицеры, которые получали на первой по испытываемым предметам 8 из 12 возможных баллов. Непосредственно в академии вступающий экзаменовался по четырём-пяти предметам, большинство из которых проводились в форме письменных испытаний. Абитуриенты приёмов XIX -начала ХХ веков держали письменные ответы по тактике, политической истории, географии, русскому языку. Вот вопросы в билетах, на которые, например, должен был ответить поступающий в академию офицер:

«а) по тактике:

Авангард. Его назначение и действия при встрече с противником. Фронтальный наступательный бой в пехоте. Назначение резервов в бою. Подготовка и розыгрыш встречного боя.

б) по политической истории:

Борьба России за овладение Балтийским побережьем. Борис Годунов и первый самозванец. Внутренняя политика Бурбонов. Освобождение Москвы в 1612 году и избрание на престол царя Михаила Фёдоровича.

в) по географии:

Значение важнейших рек Европейской России в жизни государства. Значение Восточной Сибири в политическом, торговом, промышленном и военном отношениях. Политическое устройство Германии. Положение Финляндии в политическом, торговом и военном отношениях.

г) по русскому языку:

Солдат-рабочий и солдат-крестьянин. Кутузов - полководец. Нравственный смысл закона о всеобщей воинской

повинности. Кому война 1812-1815 годов принесла больше выгод: России или её союзникам?» [2].

Желающих учиться в академии ежегодно составляло от 700 до 800 офицеров. Принималось лишь менее 100. В 1883 году, например, число принятых на первый курс не превышало 70 человек. С 1884 года в академию принимались офицеры, прослужившие в строю не менее трёх лет.

Кроме обстоятельных знаний, проявленных на вступительных экзаменах, претенденты на учёбу в академии Генерального штаба должны были обладать высокими нравственными качествами. Это те, кто «...не будучи обременены долгами, отличаются исполнительностью и усердием по службе и обладают теми нравственными достоинствами, которые необходимы для службы в Генеральном штабе»[3, с.3].

Слушатели академии получали основательные военные знания в тактике, оперативном искусстве и стратегии, приобретали способность к творческому мышлению. В 1869 году при ней открываются дополнительные подготовительные курсы, куда отбираются наиболее одарённые слушатели. Они работают самостоятельно по проблемам военного искусства и публично защищают проведенные исследования.

Ведущим подразделением академии являлась кафедра военного искусства, объединявшая курсы стратегии, тактики и военной истории. Среди изучаемых предметов приоритетным были военная история, военное искусство (стратегия и тактика), военная география и статистика; геодезия; топография; съёмки. Выпускник должен был знать военную историю от Петра I и Людовика XIV до новейшего времени, быть знакомым с военной литературой древних и средних веков. В академии сложился подготовленный корпус профессоров, среди которых доктора военных наук:

Горемыкин, Богданович, Милютин - лауреаты Демидовской и Уваровской премий.

В русско-турецкой войне 1877-1878 гг. выпускники академии Генерального штаба - начальники соединений и командиры частей - показали высокий профессионализм и внесли заметный вклад в успешные операции действующей армии. В целом академия выполнила своё предназначение и получила положительную оценку верховного руководства: «В течение минувшей войны наш Генеральный штаб заслужил громко выраженное одобрение обоих Главнокомандующих действующих армий и сумел стяжать общее уважение и признание своих заслуг в среде войск»[4], - констатировал военный министр Д.А. Милютин.

Однако, как позже выяснилось, слушатели знали стратегию и тактику войн далёкого прошлого, но слабо - современную. Ущербность знаний выпускников академии, ставших затем командирами полков, начальниками дивизий и корпусов, проявилась в русско-японской войне 1904-1905 гг. Храбрости у офицеров, как всегда, было достаточно. Не хватало знаний. Уроки были учтены, и в последующем новые потоки слушателей академии старательно изучали поучительные моменты русско-турецкой войны 1877-1878 гг. и печальные уроки русско-японской войны.

Военную академию окончил и Д.М. Милютин (1816-1912 гг.) - прославленный учёный и военачальник. Он знаменит коренными военными реформами, преобразовавшими русскую армию и флот. В течение 20 лет (с 1861 по 1881 гг.) Милютин возглавлял военное ведомство. Его имя было так легендарно, а вклад в образование и науку так велик, что он пользовался и устойчивым авторитетом. Являлся почётным президентом Императорской Николаевской военной академии, Александровской юридической академии и ещё трёх академий - ар-

тиллерийской, инженерной и медикохирургической. На восьмидесятом году жизни ему было присвоено воинское звание «генерал-фельдмаршал».

Дмитрию Алексеевичу Милютину была свойственна скромность. Воистину -«талант хорошо смотрится в оправе скромности». Когда он, выходец из среднего сословия генералитета, был назначен военным министром, его охватило сомнение: «Буду ли я в силах вынести на своих плечах такую обузу? В состоянии ли вести борьбу с неизбежными интригами, с бесчисленными врагами, явными и скрытыми, которых вызовет моё назначение? Наконец, не буду ли чувствовать неловкость своего положения на таком высоком посту, на котором привыкли видеть или титулованных советников, или заслуженных генералов?»[5].

Среди завершивших учёбу в академии Генерального штаба преобладали офицеры гвардии, воспитанники кадетских корпусов и военных училищ. В составе окончивших академию в начале 80-х годов XIX столетия: офицеров гвардии -44 проц., офицеров армии - 23 проц., офицеров артиллерии - 26 проц., прочих - 7 проц.[6].

Офицеры, обучавшиеся в академии, «во время прохождений оной» имели жалованье по усиленному окладу и квартирные по положению. Кто окончили академию по 1 и 2 разрядам, получали: «свидетельство, академические отличия (аксельбанты), которые носились до полковничьего чина включительно, где бы он ни служил; единовременное пособие в размере 142 руб. 85 коп. серебром, без занесения в формуляр; право на четырёхмесячный отпуск с сохранением содержания. Офицеры, окончившие академию по первому разряду, получали малые серебряные, большие серебряные, золотые медали. Их имена вырезывались на мраморных досках, выставленных в конференц-зале академии» [3, с.9].

В 1909 году на территории академии из красного финского гранита был открыт памятник-призма. На нём надпись: «Питомцам академии, павшим при исполнении воинского долга». Открывая памятник, начальник академии сказал: «Цементом, скрепляющим эту связь, несомненно, являются причины порядка высшего, духовного, среди которых первое место занимают: объединяющая сила науки, знания, а также нравственное воздействие школы, стремящейся привить привычку и способность к самостоятельному труду, силу воли и характера, стремление к честному исполнению своего долга» [7].

За весь дореволюционный период в академии Генерального штаба было подготовлено более 4 тыс. офицеров высокой военной квалификации. Ее выпускники - боевые генералы, учёные, педагоги, государственные и военные деятели. Они внесли заметный вклад в разработку фундаментальных научных проблем, воинских уставов и наставлений. В 1896 г. выпускников академии имелось среди командиров полков 21%, начальников дивизий - 44%, командиров корпусов - 35% [8].

Таким образом, Николаевская академия Генерального штаба относилась к категории особо привилегированных военных учебных заведений. Она способствовала развитию в стране военного образования и одновременно комплектовала корпус офицеров Генерального штаба.

Российская академия Генерального штаба своё существование прекратила в 1917 году.

В советское время функционирование академии Генерального штаба было возобновлено только в 1936 году, и носила она имя К.Е. Ворошилова. За четыре предвоенных года учёбу в ней прошли более двухсот офицеров, многие из которых проявили себя с наилучшей стороны в Великой Отечественной войне.

Выпускниками академии являлись: А.И. Антонов, И.Х. Баграмян, А.Н. Боголюбов, А.В. Василевский, Н.Ф. Ватутин, М.В. Захаров, Г.К. Маландин, Л.А. Говоров, С.М. Штеменко.

В послевоенный период академию закончили сотни офицеров и генералов среднего и высшего звеньев. Полученные знания они реализовывали как в войсках, так и в самом Генеральном штабе. И тем не менее жизнь показывает: в войсках ещё крайне мало служат офицеров с высшим военным образованием, выпускников «академии полководцев». Особенно недостаёт их в структурах самого Генерального штаба, в штабах военных округов.

Кроме академии Генерального штаба - альма-матер военного образования, до революции функционировало ещё шесть академий: Михайловская артиллерийская, Николаевская морская, Александровская военно-юридическая, Военно-медицинская академия, Интендантская, Николаевская военноинженерная.

Вслед за академией Генерального штаба в реестре значимости следовали Михайловская артиллерийская академия и Николаевская инженерная академия.

Михайловская артиллерийская академия была образована в 1855 году. Обучение преследовало цель: а) подготовку офицеров к строевой службе в артиллерийских частях; б) подготовку к службе в технических частях артиллерийского ведомства. Для практических занятий слушатели направлялись на Ижорский, Обуховский, Путиловс-кий и Тульский оружейные заводы, на артиллерийские арсеналы. Ежегодный выпуск составлял менее ста человек. С артиллерийской академией связана деятельность ученых-артиллеристов Н.В. Маневского, Т.М. Альбицкого, А.В. Га-болина, Д.К. Чернова, А.Н. Крысова,

Н.А. Забуцкого, Л.Н. Гобято.

Николаевская инженерная академия.

Создана была в 1855 году. Выпускники имели право перевода в корпус военных инженеров. Кроме обязательных военных дисциплин, слушатели изучали геодезию, архитектуру, земляные и бетонные работы, материаловедение, гидравлику и водоснабжение, тепловые двигатели и электротехнику, морские и речные сооружения, дороги и мосты. Приём в академию был предельно требовательным и не превышал полсотни человек в год. Академия сосредоточивала в себе передовую науку о современной фортификации. Ряд слушателей направлен во Францию (на «театр военных действий») для сбора сведений о фортификационном деле в западных армиях, после чего было разработано Положение о фортификации в армии России. Из академии вышли выдающиеся инженеры и полководцы: Э.И. Тотлебен, Ф.Ф. Радец-кий, А.Е. Струве, Р.И. Кондратенко, С.А. Рашевский, КИ. Величко, Д.М. Карбышев. В академии преподавал Д.И. Менделеев.

Императорскаявоенно-медицинская академия была образована в 1838 году на базе Санкт-Петербургской медико-хирургической академии (создана в 1798 г.). Академия объявлялась «военно-учебным учреждением и высшим учебным заведением, имевшем целью приготовление врачей, преимущественно для морского и военного ведомств». Срок обучения - 5 лет (2 года - подготовительные, 3 года -специальные). Слушателями академии являлись не офицеры, а молодые люди, получившие законченное среднее образование. Они зачислялись на военную службу. Режим обучения и быта - военный. Воспитателями и учителями выступали штаб-офицеры. Студенты носили военную форму. При академии имелись: клинический госпиталь, специальные лаборатории и институт усовершенствования врачей. Выпускники академии сдавали экзамен на звание лекаря. В академии работали видные ученые в области меди-

цины: И.П. Павлов, В.М. Бехтерев, С.П. Боткин, Н.В. Склифосовский, И.М. Сеченов, В.В. Пашутин, К.Н. Виноградов, И.Р. Тарханов, Ф.И. Заварыкин, Е.И. Богдановский.

Военно-медицинская академия выпускала лучших в России врачей, которые занимали 1/3 профессорских кафедр в медицинских факультетах страны [9].

Александровская военно-юридическая академия. Её выпускники - офицеры армии и флота - имели право поступать на службу в военно-судебное ведомство. К преподаванию были привлечены ведущие отечественные учёные: К.Д. Кавелин, Н.М. Коркунов, Н.А. Неклюдов, С.А. Береладский, Н.Д. Сергиевский, Ф.Н. Платонов. С 1891 г. набор в академию составлял 15 человек в год. До 1910 г. академию закончили 902 офицера. 21 декабря 1908 г. академии было присвоено наименование Александровской в память её основателя Александра II.

Морской корпус - специальное среднее, а с 1807 года высшее военно-учебное заведение. Был основан Петром I в 1701 году. Осуществлял подготовку моряков, инженеров, артиллеристов, геодезистов. С 1752 года стал называться морским корпусом. С 1906 г. выпускники производились в корабельные гардемарины после годичного корабельного плавания.

К военным академиям по статусу примыкали курсы восточных языков, которые функционировали при азиатском департаменте Министерства иностранных дел. Обучение - 3 года. Открылись в 1883 году.

Поступить в академию мечтали многие армейские офицеры. Пробивались единицы. И те, кто преодолел преграды, хорошо понимали оказанную им честь, оставались верны культу знаний и соблюдали кодекс офицерского достоинства.

Отбор абитуриентов во все академии был весьма строгим. Военный ми-

нистр требовал: «В академии представлять только офицеров, которые служат залогом успешного прохождения службы» [10].

Дисциплина занятий в академии была жёсткой. Расслабленность не допускалась. К назначенному занятию слушатели прибывали вовремя. И делали в журнале собственную отметку о своём прибытии. Опоздавшие не имели права входить в класс, чтобы не мешать профессору читать лекцию. Посещаемость была в пределах 90%, что гарантировало усвоение материала.

Обучавшиеся в академии имели повышенный денежный оклад, столовые и квартирные деньги по чинам. На канцелярские расходы отпускалось по 100 руб. в год. У каждого слушателя была казённая прислуга из нижних чинов. Окончившие академию имели право на 4-месячный отпуск с сохранением жалованья и столовых денег.

В 1903-1904 гг. в академиях России обучалось 774 слушателя, что составляло 2% от общего числа офицерского состава армии и флота [11].

Император и члены царской фамилии выпускникам академий и военных училищ оказывали честь: присутствовали на торжествах и юбилейных датах, вручали дипломы. Так, император Николай I за годы своего правления 97 раз посетил морской корпус [12].

Кроме того, существовала традиция: офицеры, окончившие полный курс академии, приглашались в Царское Село, в одну из дворцовых зал. После оглашения фамилии выпускника император подавал руку и поздравлял. Всё это подчёркивало высокий статус офицера-выпускника.

Из стен высших военных учебных заведений - академий, пажеских и морских корпусов - один за другим выходили питомцы, которые многое делали для славы России. Так, выпускник Пажеского корпуса генерал от кавалерии Бруси-

лов А.А. вошёл в историю России как главнокомандующий Юго-Западным фронтом, который со своими войсками в 1916 г., проведя успешное наступление на австро-венгерском фронте, добился значительных военных успехов. То был знаменитый «брусиловский прорыв». Операция, разработанная и проведённая Брусиловым, вошла в историю мирового военного искусства. Она бы получила значительное развитие в ходе кампании 1916 г., если бы соседние фронты поддержали «брусиловский прорыв». Командующий Центральным фронтом генерал Эвертзаявил: «Я не намерен стараться для славы Брусилова». В книге «Мои воспоминания», обращаясь к потомкам, Брусилов с горечью и надеждой написал: «Конечно, эти записи увидят свет, когда я уже сойду с арены, до славы земной мне будет мало дела, но скрывать свои переживания того времени от будущей России не считаю себя вправе ввиду того, что карьеризм, личные интересы, зависть, интриги... загубили общее русское дело. Да не будет так в будущем!» [13].

О деловом и полезном взаимодействии и взаимовлиянии военного образования и образования гражданского говорит и такой исторический факт. Военный министр Ванновский П.С., 17 лет (с 1881 г. по 1898 г.) возглавлявший военное ведомство, в 1901 г. был назначен министром народного просвещения. В то время просвещение в России переживало трудности. Император Николай II высоко оценивал организаторские и научные способности военного министра и в рескрипте о его назначении министром народного просвещения писал: «Опыт последних лет указал на столь существенные недостатки нашего учебного строя, что я признаю благонамеренным безотлагательно приступить к коренному его пересмотру и исправлению» [14].

Военно-учебные заведения России всегда пользовались уважением и под-

держкой в обществе. Архивные документы свидетельствуют о патриотическом и благородном порыве людей разного социального статуса - представителей интеллигенции, купцов, рядовых граждан, которые жертвовали свои сбережения, иногда очень скромные, для поддержания обучения в университетах и военных академиях своих питомцев.

Из многочисленных фактов частного пожертвования в пользу обучающейся военному делу молодёжи приведём один пример: «Вдова генерал-лейтенанта Елизавета Ивановна Черткова, с высочайшего соизволения принесла в дар второму военному Константиновскому училищу принадлежавшую её покойному мужу часть библиотеки, заключающей в себе издания специально-воинского содержания в количестве около трёх тысяч томов, с тем, чтобы пользование этой библиотекой, согласно воле покойного её мужа, сделалось доступным возможно большему числу военнослужащих» [15].

В память Д.А. Милютина, его двадцатилетнего управления военным министерством устанавливалась ежегодная премия в размере 100 рублей каждая для отличившихся трёх юнкеров, имена которых поставлены были в списках старшинства перворазрядных выпускников каждого училища (по одному на юнкерское училище) [15].

Таким образом, военные академии

вровень с университетами развивали отечественную науку и её особую отрасль -военное искусство, готовили для армии и флота квалифицированные офицерские кадры, способствовали повышению интеллектуального потенциала России XIX века.

Литература

1. ГАРФ, ф.601, оп.1, ед.хр.428, л.1-12.

2. Офицерская жизнь. - 1910. - № 226. -

С.1879-1880.

3. Академия Генерального штаба. Програм-

ма для испытаний. - СПб., 1882.

4. ГАРФ, Ф.687, оп.1, ед.хр.487, л.90.

5. РГБ, Отдел рукописей, ф.169, оп.82, д.23, л.9.

6. Исторический очерк Николаевской ака-

демии Генерального штаба. Н.П. Глино-ецкий. - СПб., 1882. - С.338.

7. Офицерская жизнь. - 1909. - № 186. -

С.1255.

8. Русский инвалид. - 1896. - № 277.

9. Российские офицеры. - М., 1995. - С.32.

10. Приказ по военному ведомству за 1862 г., № 119.

11. Всеподданнейший отчёт о действиях военного министерства за 1904 г. - СПб., 1906. - С.34.

12. См.: Кротков А. Морской кадетский корпус. - СПб., 1901. - С.168.

13. Брусилов А.А. Мои воспоминания. - М., 1983. - С.138.

14. Брокгауз Ф.И. и Ефрон А.И. Энциклопедический словарь. Т.ХХХТУ. - СПб., 1902.-С.798.

15. Приказы по военному ведомству. - 18691886. - С.239-240,993,994.

Уважаемый Борис Григорьевич!

Коллектив профессоров, преподавателей, сотрудников, студентов и аспирантов МПГУ сердечно поздравляет Ваш коллектив с 10-летием.

На страницах журнала пропагандируется новаторский педагогический опыт. Делается это искренне, талантливо, профессионально. «Высшее образование в России » собирает вокруг себя преданных друзей, среди которых и Московский педагогический государственный университет. Пусть новый век - век образования - будет для Вашего коллектива благополучным и плодотворным.

Ректор МПГУ, член-корреспондент РАН В.Л. Матросов