О мифах с любовью…

РЕЦЕНЗИИ УДК 82-95

В. И. Рогачев, Е. Н. Ваганова

О МИФАХ С ЛЮБОВЬЮ...

Вышла монография Н. Г. Юрченковой, доктора философских наук, профессора кафедры русской, зарубежной литературы и методики преподавания МГПИ им. М. Е. Евсевьева «Мифология мордовского этноса: Генезис и трансформации» (Саранск, 2009), в которой мифология рассмотрена как феномен культуры, глубоко проанализированы финноугорские мифологические системы и их связь с мордовской мифологией. Представлена модель мордовской мифологии, прослежены ее генезис и эволюция, выявлено взаимодействие национальной мифологии с религией, литературой и изобразительными видами искусства.

Миф и мифологическое сознание существуют ровно столько, сколько существует человек. Мифология устойчива и проходит через всю историю человеческого общества. Исследователь Дж. Кэмпбелл, без боязни быть обвиненным в чрезмерной любви к мифологии, подчеркивает, что «... мифотворчество никогда не увядало; всякое порождение человеческого тела и духа есть плод вдохновения, черпаемого из этого живого источника, . миф является чудесным каналом, через который неистощимые потоки энергии космоса оплодотворяют человеческую культуру во всех ее проявлениях».

XX век не только усилил интерес людей к мифологии как важному компоненту традиционной культуры, определяющему многие парадигмы человеческого мышления, но чрезвычайно расширил наши представления об этом феномене -мифе, его функциях и структуре, тесных связях с индивидуальной психологией творчества. Обращение к мордовской мифологии в литературе в живописи последнего времени стало нормой. Литературные произведения и художественные работы Я. Я. Кулдыркаева, В. К. Радаев, Ф. С. Атянина, А. М. Шаронова, Н. С. Макушкина, М. С. Шанина, А. И. Коровина, П. А. Алексеева, Л. В. Попова, Ю. В. Смирнова, А. С. Алешкина и др., включающие мифологические аспекты и сюжеты, хорошо известны и популярны в республике.

Проблемы мордовской мифологии не были вне поля зрения ученых: к мифологии как феномену культуры обращались в Х1Х в. видные писатели, ученые-этнографы П. И. Мельников, (А. Печерский), В. Н. Майнов, И. Н. Смирнов. На рубеже веков на мифологию обратили внимание Х. Паасонен, А. А. Шахматов, М. Е. Евсевьев. Известны весьма добротные работы Н. Ф. Мокшина, А. М. Шаронова и др., касающиеся религиозных аспектов мифа, героических сюжетов в мифологии, словарно-терминологических обозначений.

Однако, по мнению ученых, научное осмысление мифологии мордвы пока находится в стадии становления и уточнения ее предмета и методов изучения. Как

научная дисциплина мифология еще не обрела теоретической зрелости, а существующие исследования представляют собой попытки реконструкции древнемордовских мифов и нередко содержат довольно спорные и элементарные (практические и теоретические) сведения и основания.

Широкий современный интерес к мифологии далеко не праздный. Дело в том, что мифология играет особую роль в истории и культуре этносов, выражая отношение к ключевым проблемам бытия. Она помогает осознать национальную идею, выявить и осмыслить архетипы, воссоздать картину мировосприятия и мировоззрения, являющуюся стержнем культуры каждого этноса.

В последней монографии проф. Н. Г. Юрченковой мифология аргументированно представлена не только как генетический источник развития художественного мышления, но и как его вечная модель и существенный элемент. Мотивируя свое обращение к теме, автор пишет, что современное изучение мифологии продиктовано не только интересами разума, но и насущной потребностью человека разобраться в смысловых основаниях собственного бытия.

Задача, стоявшая перед исследователем, была непростая — попытаться осуществить переход от эмпирических реконструкций к подлинно научному осмыслению феномена мордовской мифологии. Ее решение потребовало комплексного исследования данного явления.

Монография Н. Г. Юрченковой «Мифология мордовского этноса: Генезис и трансформации», посвященная феномену мордовской мифологии, давно ожидаема в финно-угорском мире и в национальной филологии. В ней даются ответы на вызовы современности. Уже давно известны произведения мордовского эпоса «Сия-жар», «Масторава», имеющие мифологическую природу. На почве мифологического видения мира возник гений С. Эрьзи, человека особого склада, способного воспринимать мир под широким углом зрения, обладающего полихромным видением мироздания, наделенного уникальными свойствами и способностями, утонченного, едва ли не мистического постижения природы, состояния людей, их бытия. Благодаря народной культуре и мифологии, он сломал традиционные каноны искусства, стал триумфатором нового направления в скульптуре, в жестокое время спел гимн любви к человеку.

В контексте с национальной мифологией развивается сегодня творчество многих видных деятелей искусства, литературы. Однако, долгое время значительным был разрыв между теоретическим, философским осмыслением мифа и его художественным воплощением, отсутствовали научные подходы в оценке мифа, его места в жизни, фольклоре, декоративно-прикладном искусстве, литературе, живописи. Можно сказать, что этот пробел ликвидирован. Читателю представлено серьезное и глубокое исследование по мифологии, вобравшее в себя межпредметные научные подходы и связи с философией и историей, археологией и этнографией, с фольклористикой и литературой, декоративно-прикладным искусством и живописью.

Монография Н. Г. Юрченковой по своим основным научным параметрам, разделам и тематической заданности соответствует решаемым проблемам. Она детально продумана, композиционно выверена, имеет универсальную и удобную трехчастную структуру: «Мифология как феномен культуры», «Мордовская мифология в контексте финно-угорской культуры», «Мордовская мифология как основание культуротворчества».

В первой (теоретической) главе повествуется о мифологии как форме социального познания, об историческом становлении мифа, его семиотическом аспекте -символе и мифе; вторая глава рассматривает проблемы культурного единства финно-угорского мира, модель мордовской мифологии, ее генезис и эволюцию, финно-угорские мифологические системы как ареал взаимодействия культур; третья глава, имеющая прикладной характер, посвящена мифологии и религии, мифологии и литературе, изобразительным видам искусства.

Книгу завершают два приложения, которые можно назвать ее хрестоматийной частью. Они являются своего рода разворотом издания к практике мифа. Первое Приложение «Произведения мордовского фольклора, содержащие мифологические образы и сюжеты» включает основные, наиболее важные сюжеты национальной мифологии. Второе («Реконструкция мифов») вобрало в себя воссозданные учеными и писателями варианты мифов. Оба Приложения органично вошли в ткань монографии и могут стать любимыми страничками для юношества, так как миф здесь звучит в его первозданной популярной форме, именно в таком виде, в каком когда-то, может быть 1000 лет назад, он преподносился детям.

Монография лаконична. Исследовательская часть занимает 306 страниц, приложения - 77, а общий объем вместе с научным аппаратом - 412 страниц, или 33, 47 п.л., формат 70х100. В эти параметры вмещен весьма солидный аналитический материал, дающий основательное представление не только о мордовской, но и о финно-угорской мифологии в целом.

Поражает богатство иллюстративной части, включающей более 166 репродукций картин на мифологические сюжеты, 77 фотографий, связанных с этнографическими реалиями бытования мифов, с именами ученых, фольклористов, этнографов. Визуальный ряд сопровождает текстовый материал, облегчая восприятие разделов книги, усиливая интерес к ней. Восхищает полнота информации. В разделе «Финно-угорский мир: проблемы культурного единения» нашли место схемы: Происхождение финно-угорских языков, Генеалогическое древо финноугорских народов, Виды языкового развития, Изображение связей между уральскими языками с помощью изоглосс; таблицы: Численность финно-угорских народов, Финно-угорские народы: Этнодемографические и социально-политические параметры и др.

Информативная насыщенность книги исключительна. Это тот случай, когда мы имеем дело с изданием, где словам тесно, а мысли просторно. Творческая удача пришла после многолетней и тщательной выверки всех разделов книги, замечательного редактирования, благодаря виртуозной электронной верстке, за счет притирки, ювелирной подгонки друг к другу всех ее частей, где всё необходимо, всё нужно для понимания идеи, содержания книги, в которой каждая глава и каждый параграф дают представление о сути, логично открывая доступ в мир других разделов. А все вместе они открывают фантастически красивый мир мордовской мифологии.

Книга сделана со вкусом, с любовью, написана хорошим языком. Несмотря на научный характер издания, автор не увлекается терминологией, сложные понятия излагает на простом языке. Стиль изложения легок, красив и доступен широкому читателю, материал богат и занимателен, может пригодиться всем - от учащихся старших классов до преподавателей вузов. Здесь есть что найти и студенту, и начинающему ученому, и философу, и художнику, и фольклористу, и этнографу.

В своем научном жанре монография заслуженно может считаться одним из лучших изданий последнего времени в финно-угристике.

Многие положения книги - плод длительных научных поисков и размышлений автора. Читателю небезынтересны категории, которыми оперирует автор, считающий, что мифология, длительное время определявшая многие стороны духовной жизни мордовского этноса, наложила существенный отпечаток на его мировосприятие, национальную психологию, менталитет, определяемые понятием «космо-психо-логос», который при самоидентификации этноса служит приоритетной составляющей, характеризует этнический облик в целом.

Исследовательский путь Н. Г. Юрченковой был непрост. По ее словам, «определенную сложность для исследования создавало отсутствие у мордовского народа собственно мифологических текстов, поэтому для изучения мифологического феномена, реконструкции мифологического мышления, выявления характера и уникальных особенностей древней культуры этноса привлекался мордовский фольклор в целом - сказки, предания, песни, плачи, пословицы, загадки, а также обычаи, обряды и ритуалы, отражающие мировоззрение этноса». Отрадно, что из этой непростой ситуации автор выходит достойно, гибко оперируя научным инструментарием. Н. Г. Юрченкова использует интегрированный подход к изучению мифологии: культурологическая, философская, фольклорная и этнографическая рефлексии способны привести к своеобразному сращиванию разных сфер знания и в большей степени объективировать осмысление мифологии (ее аспектов и категорий) в заданном научно-исследовательском режиме. Это обогатило и максимально полно представило национальную мифологию.

Автор разрушает бытовые представления о фольклоре и мифологии как о явлении прошлого, утверждая, что исследования последних десятилетий показали устойчивость феномена мифологии, проходящей через всю историю различных обществ. Мифология не является принадлежностью только первобытных народов или ранних, архаичных культур. Она не замыкается и в рамках того типа сознания и художественного творчества, который относится к классическим периодам, когда она уже встроена в более развитую духовную систему. Миф живет, умирает, возрождается вновь, и как форма освоения жизни он не устраним. Приведены примеры живучести и устойчивости мифологического сознания, проявляющего себя в более развитых построениях (религия, идеология, философия и художественное творчество).

Анализ сложной многоплановой работы «Мифология мордовского этноса: Генезис и трансформации» позволяет нам говорить о том, что Н. Г. Юрченкова впервые осуществила комплексный подход к изучению мордовской мифологии. Автором выявлена специфика мифологии мордвы как культурологического феномена. Мордовская мифология исследуется как структурированное явление, научное осмысление которого придает этому явлению новый онтологический статус.

В работе исследованы генезис и эволюция мифологических воззрений мордовского этноса (космогония, пространственные и темпоральные представления, образы и мотивы), проанализирована степень близости мифологических воззрений мордвы к воззрениям других финно-угорских народов, выделено общее и особенное, рассмотрено соотношение мордовской мифологии и мировых религий, мифологии и различных видов искусства.

В процессе реконструкции и анализа традиционного мировоззрения и ментальности мордвы Н. Г. Юрченкова воссоздает целостную мифологическую картину мира, рассматривает ее генезис, эволюцию, основные этапы развития и культурные факторы, оказавшие воздействие на направленность данной трансформации, проводит сравнительно-типологический анализ мифологических систем финно-угорских народов с использованием широкого круга источников, в том числе ранее не рассматривавшихся. Их введение в научный оборот базируется на понятиях системности и целостности, предполагающих представление мифологической картины мира в совокупности. С учетом последних достижений науки проанализированы процессы взаимодействия мордовской мифологии и разнообразных пластов культуры (религии, литературы, изобразительного искусства).

Исходя из достижений мировой науки и финно-угристики, автор дает определение мордовской мифологии как совокупность мировоззренческих представлений народа, особый тип мышления с характерным всеобщим одушевлением жизненно-родственных элементов, объяснением мира и способа существования в нем человека от периода существования единой этнокультурной общности и родоплеменного строя до настоящего времени актуализирующийся в общественном сознании.

Автор отдает дань уважения своим предшественникам: научный аппарат книги составляют более 500 источников. В современном аспекте рассмотрены труды финских ученых Х. Паасонена, П. Равилы, А. Хямяляйнена, А. Тальгрена, У. Хар-ва, Г. Стипа и других, изучавших духовную культуру мордовского народа. В числе зарубежных источников (более 100) труды видных ученых: Л. Леви-Брюль, М. Элиаде, Дж. Фрэзер, Э. Б. Тайлор, А. Тойнби, Ф. М. Мюллер, И. Бахофен, К. Леви-Стросс и др. Из отечественных ученых представлены А. Н. Веселовский, А. Н. Афанасьев, Ф. И. Буслаев, А. Ф. Лосев, Е. М. Мелетинский, В. Я. Пропп, М. М. Бахтин, Б. А. Рыбаков, Ю. М. Лотман и др.

Важной чертой монографии является ее диалогичность. В ходе диалога сопоставляются, оспариваются разные точки зрения, идет неустанный поиск истины. Ученый сопоставляет различные взгляды на миф. И при этом его отличают научная этика, такт, деликатность, высокая культура ведения дискуссии, уважительное отношение к оппонентам, их вкладу в изучение проблемы.

Отрадно, что в монографии рассматривается такой важный вопрос, как мифологическая символика, взаимосвязь мифа и символа, их семиотический аспект, бытование символа и знака в декоративно-прикладном искусстве, в вышивке, резьбе по дереву и в живописи. Эта сторона проблемы долгое время, практически, оставалась белым пятном в национальной этнографии.

В отличие от ставшего традиционным рассмотрения отдельных вопросов мировоззрения и миропонимания мордвы, в данной работе впервые сделана попытка анализа всего мифологического материала как единой системной целостности. При этом традиционное мировоззрение мордвы осмысливается как одна из важнейших характеристик этноса, как феномен его сознания, неотъемлемая часть народной культуры.

Комплекс духовной культуры мордвы проанализирован в книге с учетом исторических реалий, с привлечением этнокультурных параллелей и сопоставлений. Главное внимание уделено таким основополагающим аспектам, как традиционные представления мордвы об устройстве мира, пантеон богов, мордовская мифология

и взаимодействие пластов культуры, мифологические воззрения мордвы в сравнении с другими финно-угорскими народами. Выявлены внутрисистемные связи мифологических сюжетов и персонажей, тем самым делается еще один шаг по пути реконструкции предполагаемого прафинно-угорского ядра мифологической системы.

Исследование генезиса и эволюции мордовской мифологии позволило автору выявить отличительную особенность мордовской космогонии. Приведен основной космогонический миф о ныряющей птице, демиурге-утке - прародительнице мира, дана пространственная модель мира, оформленная в мифологическом сознании в образе Мирового дерева, символизирующего центр Вселенной.

Изучая степень близости мифологических воззрений мордвы с другими финно-угорскими народами, исследователь обращается к вопросам предыстории народов уральской языковой семьи, к локализации места существования праураль-ской общности, ее дивергенции, внешним и внутренним связям. Используя лингвистические данные, открытия археологии, генетики, результаты изучения фольклорных традиций, собственные исследования, автор говорит об антропого-нической общности уральцев, о единстве культур, мифологии, оперирует понятием «финно-угорский мир», предполагая общие этнодемографические и социальнополитические параметры составляющих его этносов. Это позволяет Н. Г. Юрчен-ковой утверждать, что мифологические системы, которые можно включать в ядро архетипа, стали одним из краеугольных камней этногенетического единства финно-угорского мира. Их взаимодействие во многом обусловлено общим происхождением, основными чертами генезиса. Исходя из лингвистического, а также мифологического и фольклорного материала утверждается, что на определенном этапе исторического развития единая финно-угорская этнокультурная общность разделилась и на ее основе возникли родственные этнокультурные образования.

Это позволило сделать вывод о том, что единство происхождения, сходные этногенетические, этнодемографические и этнокультурные процессы во многом определили структурную общность культуры финно-угорских народов, ее основу, парадигму развития

Актуальны положения книги и о том, что из всех финно-угорских мифологических систем мордовская испытала наибольшее инородное воздействие, что обусловлено историческими контактами мордвы с соседними балтскими, славянскими и тюркскими этносами, носящими достаточно интенсивный характер.

Внимание ученого направлено на вопрос о той существенной роли, которую в развитии мордовской мифологии сыграли мировые религии, особенно христианство. Внедрение православия в мордовскую среду привело к взаимодействию и смешению, породило своеобразный сплав в мировоззрении мордвы - «двоеверие», привело к контаминации христианской мифологической картины мира и этнической модели мироздания.

Одним из важных разделов монографии является рассмотрение мифологии как основы культуротворчества. Указывается на то, что мифология во многом определила поэтику мордовского искусства, его национальное своеобразие, придала ему уникальность и самобытность. Подчеркивается, что мифотворческие традиции лежат в основе мордовского прикладного и профессионального искусства, что мифология оказала и продолжает оказывать воздействие на формирование и раз-

витие отдельных жанров мордовской литературы. Влияние мифологии прослеживается на сюжетно-композиционном и стилистическом уровнях текстов.

Своеобразно отражение мифологических воззрений мордвы в изобразительных видах искусства. Н. Г. Юрченкова рассматривает степень включенности мифа в быт, его овеществление в окружающих человека предметах. Так отмечено, что в мордовской вышивке и резьбе по дереву это проявилось в использовании отдельных мифологем (мотив «Мирового дерева», водоплавающей птицы, коня, солнца, звезд) на основе выработанной веками знаково-символической системы. Отмечено, что в основе орнаментальных украшений архаичных хозяйственно-бытовых предметов (сундуков-парей, донцев прялок) лежат мотивы, включающие изображения старинных женских украшений: лапчатых подвесок, блях, нашиваемых на пояс, нагрудных и шейных украшений.

В третьей главе книги рассматриваются мифология и изобразительное искусство, обращено внимание на своеобразие отражения мифологических воззрений мордвы в пластических работах С. Д. Эрьзи, основанных на культурных архетипах мордовского этноса.

Здесь же исследуются мифологические аспекты в современной живописи, оцениваются работы художников разных поколений, отразивших в своем творчестве ритуально-магическую деятельность мордовского народа (жертвоприношения, моления, обряды) и отдельные мифологические образы и сюжеты. Отмечается, что наиболее разнообразны и оригинальны иллюстрации к литературным произведениям на мифологические сюжеты Н. С. Макушкина, сумевшего на высоком профессиональном уровне передать в них обобщенное осмысление мифологических образов. Обращается внимание и на новое направление современной живописи - этнофутуризм, где в абстрактно-символических образах, навеянных космогоническими воззрениями, находит отражение мордовская и финно-угорская мифология в целом. Отмечены работы А. С. Алёшкина, Ю. А. Дырина, Л. Н. Колчановой-Нарбековой и др., наполнивших свои творения поиском условных форм выражения, в которых изобразительно-сюжетная основа и сложная гамма красок способствуют своеобразному мифологическому прочтению полотна. В причудливых образах, созданных художниками нового направления, угадываются образы-символы, повествующие об этнических корнях и традициях мордовского народа.

В своей монографии Н. Г. Юрченкова не претендует на истину в последней инстанции, оставляя место для дискуссии, для дальнейших исследований в этом направлении. Автор признается в том, что, несмотря на ее стремление охватить в данной работе многие аспекты изучения мордовской мифологии, сама тема не исчерпаема, более того - обозначаются новые стороны проблемы, в том числе необходимость сравнительного изучения традиционного мировоззрения алтайских, индоевропейских и уральских этнических общностей с точки зрения культурологии.

Особо подчеркнем, что книга, заявленная в жанре научного издания, счастливо сочетает в себе все качества фундаментального исследования, вобравшего широкий спектр знаний по философии и культурологии, фольклору и литературе, этнической истории и этнографии, декоративно-прикладному искусству и живописи мордовского и других финно-угорских народов. Верится, что она по праву займет

достойное место в ряду изданий, посвященных культуре народов России и станет настольной книгой финно-угроведа.

Логотип книги «Милениум» в виде летящей к солнцу серебряной птицы (художник А. С. Алешкин) органично включает «Мифологию мордовского этноса» в информационное поле празднования 1000-летия единения мордовского народа с российскими народами, утверждая высокий полет национальной культуры.

Рогачев Владимир Ильич,

доктор филологических наук, профессор МГПИ им. М. Е. Евсевьева, г. Саранск

Ваганова Елена Николаевна,

кандидат филологических наук, доцент МГПИ им. М. Е. Евсевьева, г. Саранск