Тело: опыт историко-культурной экспозиции

Основы экономики, управления и права №1

ФИЛОСОФИЯ ЭКОНОМИКИ

УДК 304.2

К.А. Бударина* ТЕЛО: ОПЫТ ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНОЙ ЭКСПОЗИЦИИ

В статье рассматриваются способы регулирования телесности в различные исторические эпохи. Особое внимание уделено смыслам тела, в частности худого тела в различные периоды. Ставится вопрос о методах изучения худого тела в современной культуре.

Ключевые слова: телесность, методология гуманитарного исследования, символические формы.

Понятие «образ тела» и сходные ему способы концептуализации телесности активно изучаются различными гуманитарными науками, плотно вплетены в философский дискурс. Впервые понятие «образ тела» ввел австралийский психиатр Поль Фердинанд Шильдер. Под ним он понимал «субъективное переживание человеком своего тела». Он был первым ученым, рассматривающим образ тела в психиатрическом контексте [1, с. 1]. Конкретно для данной работы более актуальным является определение Томаса Кэша: образ тела является «результатом интеракций между мыслями, убеждениями, ощущениями и поведением личности, связанных с собственным телом, а также восприятием того, что подразумевается под идеальным телом в данном социальном и культурном контексте [1, с. 2]. Феномен можно трактовать в трех аспектах: природное тело — это биологическое тело индивида, подчиняющееся законам существования, функционирования, развития живого организма; социальное тело — результат взаимодействия естественно данного человеческого организма с социальной средой; культурное тело — продукт культуросообразного формирования и использования телесного начала человека [2].

В контексте осмысления различных ипостасей тела формируется понятие «телесность». Под этим концептом понимается тело с присущей ему двигательной активностью и экспрессивными формами проявления. Философ Л. Анциферова определяет «телесность» как исходную форму явления

человека миру, «телесность — это твердь, которой он вписан в твердь мира». Автор отмечает, что телом человек и ограничен от мира, и включен в него [3, с. 13]. Для раскрытия задач, поставленных в статье, особое значение имеет понятие «смысл тела». Под последним понимается набор социокультурных характеристик, которыми наделяется телесная фигура индивида в различные исторические эпохи. Вместе со смыслами тела в различные исторические эпохи формируются определенные комплексы телесных практик.

Итак, первым анализируемым этапом является период Античности. В Древней Греции культ тела возводился в рамки государственных законов, имелась строгая система физического воспитания. В этот период появляются первые концепции, призывающие к «познанию самого себя», «заботы о самом себе». Несомненно, данные концепции затрагивают не только тело. Они носят философский, экзистенциальный смысл. Согласно греческой концепции «заботы о самом себе», у каждого человека должен быть определенный образ действий, осуществляемый по отношению к самому себе и включающий заботу о самом себе, изменение, преображение себя, включающее трансформацию тела и изменение поведения. Трансформация самого себя должна была осуществляться исходя из определенных понятий красоты, имеющих место в заданный период. Так, Платон, размышляя о красоте, подчеркивал ее связь со здоровьем. Он считал, что первое благо человека —

* © Бударина К.А., 2014

Бударина Ксения Александровна (budarina_ksenia@bk.ru), кафедра социально-гуманитарных наук Самарского государственного архитектурно-строительного университета, 443001, Российская Федерация, г. Самара, ул. Молодогвардейская, 194.

здоровье, второе — красота. В отношении красоты он также полагал, что красоты в чистом виде не существует, она связана с высокой нравственностью. Идеал физического совершенства, в понимании Платона, соотносится с понятием «кало-кагатия» — характеристикой благородного, прекрасного и совершенного человека («калокагата») [4, с. 412].

Говоря о физическом совершенстве тела, отмечу, что в повседневные практики жителей Древнего Рима были крепко вплетены физические упражнения. Так, в распорядке дня жителей полиса достаточно большую часть времени занимала забота о себе и физические упражнения, которые трактовались как рутинное, постоянное действие, выполняемое изо дня в день. Императорский режим сделал практики «заботы о себе» доступными широким массам. Так, отстроенные термы стали площадкой, на которой тела становились более гибкими, сильными и чистыми [5]. Во многом повседневные практики в отношении тела конструировались государством. Термы стали местом рекреации для жителей полиса, посещение которых было ежедневным ритуалом, после 5 часов дня и с возможностью нахождения там до полуночи. В своих стенах, кроме собственно бань, термы заключали портики, кабинеты, гимнастические залы, стадионы, а также могли содержать в себе библиотеки и даже музеи. Именно в термах физическая культура популяризировалась и стала частью повседневных практик. Мужчины играли в «1п§оп», били мяч, наполненный мукой или землей, занимались фехтованием или борьбой. Также посетители терм (как мужчины, так и женщины) занимались бегом, бегом за обручем, выполняли упражнения с гантелями. Все атлетические занятия были в тесной связи с банями, дававшими возможность после физической активности смыть с себя пот и грязь [5].

Вместе с тем, несмотря на популяризацию спорта, в период античности было противоречивое отношение к атлетике. С одной стороны, атлетика являлась инструментом достижения гармоничной фигуры, с другой стороны, она считалась безнравственной. Это мнение возникало из-за оголения тела и привлечения внимания к красоте физической, что отвлекало мужчин от овладения военным делом. Этот факт свидетельствует о наличии эстетического смысла тела в период Античности [6].

Стоит подчеркнуть, что физическая красота мужчины для греков была так же важна, как и физическая сила и социальные достижения. Ценителями этой красоты были другие мужчины [7]. Тело рассматривалось как предмет восхищения, формировались определенные эталоны физически красивого тела. Эти эталоны нашли свое проявление в искусстве Античности. Ярким приме-

ром эталонного тела периода античности является тело Геракла, которое репрезентуется как мускулистое, атлетичное, рельефное. Подчеркнем, что мужское тело в период Античности изображалось как тело нагое, в отличие от женского. Кроме эстетического смысла стоит отметить наличие социального смысла тела в рассматриваемый период. Тело, имеющее отклонения от совершенства — худое или же полное, не имевшее достаточного мышечного корсета, физически слабое, имело негативную коннотацию. Так, для мужчины плохое физическое развитие означало невозможность получения высшего образования. Для женщины хорошее физическое развитие показывало возможность рождения здорового ребенка, соответственно, излишняя худоба показывала невозможность рождения здоровых детей. Что касается социального смысла тела в период Античности, то можно отметить его жесткую гендерную дифференциацию. В частности, у мужчины этот смысл носил статусный характер. Так, мужчине с худым телом предписывался более низкий статус в обществе. Можно встретить упоминания в мифологии о том, что худое тело приписывалось низким сословиям, или же людям, которых постигла беда «Так оказался в городе незнакомец в лохмотьях, едва прикрывающих тощее тело <...> несчастный потрясал воображение тех, кто его слушал, рассказом о своих бедствиях» [8]. В отношении женщины социальный смысл проявлялся через репродукцию. Соответственно женщина с физическими отклонениями в сторону худого тела считалась менее востребованной как мать, в чем, в частности, и проявляется этот смысл. Говоря о худобе как предмете рассмотрения, можно с уверенностью сказать, что тело худое для периода Античности не может являться эталоном красивого тела. Основным принципом в данный период является здоровое, гармоничное тело: если тело не может рассматриваться как органичное, то оно не может считаться и привлекательным.

Основным институтом, организующим общественную жизнь в период Средневековья, являлась, как известно, церковь. Церковь представлялась не только и не столько религиозной институцией, но и источником политической власти. В отличие от периода Античности, где основным организующим принципом управления телом признавался принцип «заботы о себе», предполагающий и заботу о собственном теле, в Средние века возобладал идеал монашеского аскетизма. Спорт в период Средневековья пришел в упадок, термы, стадионы, гимнастические залы исчезли из-за враждебности церковного порядка к телу [9, с. 21]. Тело в Средние века рассматривается в двух ипостасях, и подобная дихотомия в отношении к телу наложила отпечаток и на восприятие тела. С одной стороны, «тело есть отвратительное вмес-

тилище души», — говорил папа Григорий Великий. С другой стороны, тело не является отвратительным, а наоборот, прославляется. Страдающее тело Христа для периода Средневековья является священным. Общественная структура периода Средневековья была разделена на три сословия, что сказывалось и на различии телесных практик. Первое рассматриваемое сословие — священники (огаїогез). В отношении тела священникам предписывалось иметь здоровое, крепкое, физически не покалеченное ничем тело. Второе сословие — воины (ЬеНаІогеБ). В отношении тела воины должны быть сильными, атлетически сложенными. Третье сословие — рабочие (іаЬогаІогеБ). Их тела были худыми, изможденными работой. Организация тела наполнялась и социальным, и религиозным смыслами.

Особо стоит подчеркнуть, что период Средневековья жизнь тела находилась между двумя религиозными практиками: периодом «поста» и «карнавала». Обе эти практики являют собой определенную модель питания периода Средневековья, она складывалась из двух важных моментов. Сама модель начала формироваться еще в У—УІ веке как один из инструментов формирования «общего христианского мира». Первым моментом стало то, что культура питания Средневековья представляет собой синтез двух традиционных моделей питания: «средиземноморской» (греко-римской) и «варварской» (германцев-завоевателей). Вторым моментом являлся общий принцип организации жизни, который был предписан литургическим календарем, в котором верующим предписывалось в течение 140—160 дней отказаться от мяса, мясных продуктов и заменить их продуктами растительного происхождения [10, с. 79]. Отмечу, что отчасти благодаря распространению этой практики было сформировано позитивное отношение к худому, истощенному телу. Тело худое, истощенное молитвой и постом, понималось как тело праведное, тело верующего, и отчасти оно пыталось приблизиться к телу Христа [9, с. 83—84]. Это приближение осуществлялось через аскезу, позволяющую достичь благодати через умерщвление плоти и суровое воздержание. Именно суровое воздержание, выражающееся через практики жестких постов, породило феномен «святой анорексии» [11, с. 285]. Однако иногда тело истощенное имело и негативный смысл, ввиду его ассоциирования со смертью и загробной жизнью. Так, Жак Ле Гофф приводит пример «разговора трех мертвецов», в котором страх и ужас вызывает «пляска тощих» [9, с. 102—103]. Как видим, в период Средневековья худое и даже анорексичное тело становится определенным эталоном фигуры. Подчеркнем, что каноническим образцом тела в рассматриваемый период является тело Христа, которое

представлялось как изможденное, тощее, страдающее.

В период Возрождения ситуация в отношения тела разительно изменяется. Вместе с церковью регулировать общественное устройство и жизнь стало государство. В городах стали возникать светские центры, которые вышли из-под церковного контроля. Новое мировоззрение стало обращаться к культуре и философии Античности, видя в ней пример гуманистических отношений, свободных от аскезы. В период Возрождения человеческое тело не воспринимается как греховная оболочка души, требующая постоянной пытки, телесная жизнь становится самоценной. Тело стало источником вдохновения и объектом исследования для художников эпохи Возрождения, и акцент делался на сходстве произведений живописи и скульптуры с действительностью [12]. Наибольшее распространение получает анатомическое изображение тела. Наиболее ярким примером в этот смысле служат работы великих художников эпохи Возрождения: Сандро Боттичелли, Микеланджело, Леонардо да Винчи, Рафаэля Санти, Тициана Ве-челлио, Питера Брейгеля [13, с. 22]. Так, например, знаменитый «Витрувианский человек» Леонардо да Винчи полностью репрезентует анатомические стандарты в изображении тела. А в картине «Рождение Венеры» Сандро Боттичелли можно видеть репрезентацию тенденции к округлению форм как в отношении тела мужчины, так и тела женщины. Идеальные изображения молодых атлетических тел мужчин и женщин стали воплощением нормы и олицетворением здоровья. Мужчина в период Возрождения должен быть мужественным, однако ценится и внешнее изящество. Для женщины идеалом того времени были высокий рост, широкие плечи, тонкая талия, белые зубы, красные губы, благородные движения и статная фигура. Вместе с этим женщина в описываемый период, несмотря на тонкую талию, не должна была быть худой, наоборот, она должна была обладать пышным телом с не менее пышной грудью. Так тело в описываемый период наделялось социальным смыслом, закрепляющим принадлежность обладателя канонической фигуры к высшему классу. Большое значение социальный смысл имел и в следующий рассматриваемый период — период Нового времени. В этот период с телом происходили серьезные метаморфозы. Так, в XVII веке недостатки фигуры научились исправлять с помощью корсетов, подкладных подушек и косметики. Подобные практики вошли в жизнь как мужчин, так и женщин [15]. Фигура становилась симулякром первого порядка. Использование корсетов, подушек и косметики «делало вид, что имеешь то, чего нет на самом деле», а именно тонкую талию, широкие бедра, румяные щеки и т. д. [16].

Как видим, тело в период Нового времени превращается в управляемый объект, управление которым все меньше связывается с таинственными силами и все больше переосмысляется с точки зрения законов механики и устройства инструментов. «Телесная красота обретает глубину и внутреннее содержание и в конечном счете становится более правомерной: использование косметики и различных способов украшения внешности одобряется обществом XVII века, что, впрочем, не мешает этому обществу сохранять уверенность в существовании единой модели совершенства» [17]. В XVIII веке косметика становится частью повседневной жизни, получая максимальную поддержку со стороны общества. Особо отмечу, что в эпоху Нового времени особенно ярко получает развитие восприятие человеческого тела как пространства для выражения социально-политических изменений. В повседневной жизни конкретный вид или состояние телесной оболочки является олицетворением материального достатка или принадлежности к определенному социальному классу. Например, черные гнилые зубы были показателем роскошной жизни — их владелец мог позволить себе дорогую еду, от которой они и портились. Чтобы соответствовать этому представлению, многие люди чернили зубы углем. Именно с Ренессанса и Нового времени берет свое начало умышленная модификация тела для достижения различных целей. Внешность человека становится способом демонстрации и личностных качеств, и социального положения [18].

Но управление телом осуществлялось не только с позиции общества, под свой контроль тело берет государство. Существовала сильная необходимость в «оздоровлении» нации, которая имела целью прежде всего подготовку военного и политического ресурса. Была стойкая необходимость в формировании «послушных тел» [19, с. 198]. Появляется необходимость и понимание того, что «из бесформенной массы, непригодной плоти можно сделать требуемую машину». Принуждение медленно проникает в каждую часть тела, овладевает им, делает его послушным, всегда готовым и молчаливо продолжается в автоматизме привычки. Иначе говоря, надлежит «изгнать крестьянина», придать ему «облик солдата» [19, с. 220—221].

Идеальным образом мужчины в период Нового времени становится классический образ бойца, воина, самоотверженно защищающего свое государство. Находясь в состоянии постоянной борьбы, государство получило необходимость в стандартизации тел. Для государства тело является единицей экономического и политического контроля. Формируется политика принуждений — работы над телом, рассчитанного манипулирования его элементами, жестами, поступками. Человеческое тело вступает в механизмы власти, которые тщательно обрабатывают его, разрушают его по-

рядок и собирают заново. Для описания данного процесса можно использовать термин, введенный М. Фуко, — «политики тела». «Политики тела» представляют собой «совокупности материальных элементов и техник, служащих оружием, средствами передачи, каналами коммуникации и точками опоры для отношений власти и знания, которые захватывают и подчиняют человеческие тела, превращая их в объекты познания» [19, с. 44].

Кроме важного вопроса контроля над телом, Мишелем Фуко была поднята еще одна проблема в отношении тела, сформировавшаяся в период Нового времени. Он говорил о медикализации тела. «Медикализация — это процесс, в результате которого человеческая жизнь начинает рассматриваться преимущественно как медицинская проблема, то есть как проблема соотношения здоровья и болезни, человек начинает априори смотреть на себя как на пациента, а человеческое тело и сознание от рождения до смерти становятся объектом пристального медицинского контроля и регулирования» [20, с. 115]. Медикализация — важный аспект для изучения вопроса худого тела. Именно период Нового времени медикализирует тело худое, делая его патологичным. Впервые осмысление худого тела как тела больного происходит в 1868 г. Врач из Оксфорда В.В. Гулл описал анорексию как один из типов женской истерии [21, с. 174].

Как уже было отмечено, идеалом мужского тела в эту эпоху являлось тело воина. Эталоном женского тела становится тело с гармоничными формами, и на первый план выходит понятие здоровья для женского тела. Женщина входит в период «постоянной беременности» [22]. В этой связи необходимость в эстетике женского тела отпадает. Идеалом становится женщина с широкими бедрами и пышной грудью. Полное тело женщины показывает ее возможность к постоянной репродукции, рождению большого количества здоровых детей и их воспитанию. Полное тело мужчины, в свою очередь, является недопустимым. В отношении тела худого для рассматриваемого исторического периода не существует гендерных различий. Оно квалифицируется как невозможное как для мужчин, так и для женщин. Для женщины худое тело означает невозможность рождения здорового потомства, для мужчины — невозможность быть воином. Таким образом, тело периода Нового времени содержит в себе эстетический, социальный и политический смыслы.

Библиографический список

1. Аракелян Т.А., Бегоян А.Н.. Образ тела как часть концептуальной системы личности: теория и практическое применение. иЯЬ: http://www.academia.edu/ 2034016.

2. Быховская И.М. Человеческая телесность как объект социокультурного анализа (история проблемы и методологические принципы ее анализа) // Труды ученых ГЦОЛИФКа: 75 лет: ежегодник. М., 1993. С. 58-68.

3. Круткин В.Л. Онтология человеческой телесности: (Филос. очерки). Ижевск: Издательство Удмуртского университета, 1993. 172 с.

4. Платон. Диалоги. М.: Мысль. Редакция философской литературы, 1986. Т. 98.

5. Каркопино Ж. Повседневная жизнь Древнего Рима. Апогей империи. М.: Молод. гвардия, 2008. 432 с.

6. Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М.: Мысль, 1993. 962 с.

7. Кон И.С. Нагой мужчина в искусстве и в жизни. Древнегреческий телесный канон. URL: http:// sexology. narod. ru/book12_3. html.

8. Подвиги Геракла. URL: http://greekroman.ru/leg/ hercules2.htm.

9. Ле Гофф Ж., Трюон Н. История тела в средние века. М.: Текст, 2008. 192 с.

10. Смирнова Е.Д. Повседневность Средневековья. Минск: Издательский центр БГУ, 2010. 152 с.

11. Корбен А., Куртин Ж.-Ж., Вигарелло Ж. История тела: в 3 т. Т. 1. От Ренессанса до эпохи Просвещения. М.: Новое лит. обозрение, 2012. 497 с.

12. Эйлон В. Особенности искусства эпохи Возрождения / пер. Г. Буслова. ИЯЬ: http://www. epochtimes.гu/content/view/50863/63/?photos=6.

13. Беккет В. История живописи. М.: Астрель, 2003. 400 с.

14. Дюби Ж., Перро М. История женщин на Западе: в 5 т. Т. 3. Парадоксы эпохи Возрождения и Просвещения. СПб.: Алетейя, 2009. 560 с.

15. Васильев А. История моды. Вып. 1. Русские красавицы. М.: Этерна, 2006. 64 с.

16. Бодрийяр Ж. Симулякры и симуляции. ИЯЬ: http://exsistencia.livejournal.com.

17. Вигарелло Ж. Искусство привлекательности: История телесной красоты от Ренессанса до наших дней / пер. с франц. А. Лешневской. М.: Новое литературное обозрение, 2013. 432 с.

18. Medspeak.net. ИЯЬ: http://medspeak.net.

19. Фуко М. Надзирать и наказывать: Рождение тюрьмы / пер. с франц. В.Наумова; под. ред И. Борисовой. М.: Изд. Фирма «AdMarginen», 1999. 480 с.

20. Лехциер В.Л. Эффекты медикализации и апология патоса // Топос. 2006. № 1. С. 114—126.

21. Михель Д.В. Воплощенный человек. Западная культура, медицинский контроль и тело / под ред. проф. С.Ф. Мартыновича. Саратов: Изд-во Сарат. унта, 2000. 204 с.

K. A. Budarina * BODY: EXPERIENCE OF HISTORICAL AND CULTURAL EXPOSURE

In the article ways of regulation of corporality in different historical epochs are viewed.

Special attention is paid to the senses of body, particularly lean body at different times.

The question about methods of study of lean body in contemporary culture is put.

Key words, corporality, methodology of humanitarian research, symbolic forms.

* Budarina Kseniya Alexandrovna (budarina_ksenia@bk.ru), the Dept. of Social and Humanitarian Sciences, Samara State University of Architecture and Civil Engineering, Samara, 443001, Russian Federation.