Будущее России!

Будущее России!

Павел Грудинин

директор ЗАО "Совхоз имени Ленина"

Алена Миронова-Ходорович:
Добрый день! Это программа «Образ времени», и в гостях у нас сегодня Павел Николаевич Грудинин, директор Совхоза имени Ленина, политик, практически второй человек в стране, который набрал очень много голосов от наших зрителей. Тема у нас такая новогодняя «Будущее России». Поскольку у нас история циклична, мы можем вспомнить 99-й год, когда у нас наш прошлый, можно сказать, прошлый президент (потому что, условно, всё остальное время был один), Борис Николаевич сказал: я устал, я ухожу. А поскольку у нас сегодня Рождество, сказка, давайте спроецируем такую ситуацию, представим, президент говорит 31 декабря: я устал, я ухожу. Как в фильме «Слуга народа». Есть такой фильм, «Слуга народа», где утром он просыпается, ему звонят в дверь и говорят: вы теперь президент, вас выбрали. А здесь мы проецируем, что он сказал: вместо меня оставляю не премьера, а Павла Николаевича Грудинина. И у Павла Николаевича есть 3-4 месяца до выборов. Паша, что ты будешь делать?
Павел Грудинин:
Во-первых, у нас через неделю Новый год, Рождество ещё не скоро наше, хотя сегодня.
Алена Миронова-Ходорович:
Сегодня, я про это и говорю, сегодня католическое.
Павел Грудинин:
Да, и с этой точки зрения уже можно начинать праздновать. А что касается вот этого твоего предположения или сказки новогодней, то ещё в советское время, последнее время, когда ещё Советский Союз был, была такая рубрика в «Литературной газете», называлась она «Если бы я был директором». Все упражнялись на тему, если бы я был директором, вот ты примерно то же самое.
Алена Миронова-Ходорович:
А ещё была такая детская игра «Если бы я был ветром, что бы я делал.
Павел Грудинин:
Я так далеко не копаю, это уже, к сожалению, давно прошло. Но честно, если бы я был президентом, я бы конечно, прежде всего, отменил закон о пенсионной реформе и сразу бы...
Алена Миронова-Ходорович:
Референдум по поводу Конституции не назначил бы сразу?
Павел Грудинин:
Нет, не надо, зачем. Нынешний президент сказал, что она очень пластична, и на самом деле, различными законами эту Конституцию...
Алена Миронова-Ходорович:
Она слишком пластична.
Павел Грудинин:
Конституцию поправляют со страшной силой. И надо для того, чтобы Конституция заработала, отменить те законы, которые напринимали. Вообще у нас была программа, и она существует.
Алена Миронова-Ходорович:
Программа, она очень такая обтекаемая, 20 шагов, я даже специально вчера смотрела.
Павел Грудинин:
Нет, там 20 шагов, 30 шагов. Первое, что нужно сделать, это срочно побороть бедность. А бедность побороть...
Алена Миронова-Ходорович:
Нет, это всё глобально. Вот смотри, ты просыпаешься 1 января, что ты сразу делаешь?
Павел Грудинин:
Если 1 января.
Алена Миронова-Ходорович:
Конечно, вот 1 января ты просыпаешься, ты - президент.
Павел Грудинин:
Делаю подарки к Рождеству. То есть 1 января проснулся, что нужно сделать? У нас идут праздники: 7 января, это Рождество, потом 14 января, это старый новый год. Вот в 14 дней, когда можно делать подарки и праздники всем без исключения.
Алена Миронова-Ходорович:
Представляешь, все узнают, что ты президент, начинают звонить, просить.
Павел Грудинин:
Нет, телефон подключаем, потому что работать надо. А после этого начинаем все работать. Это же не просто так, надо же повернуть денежные потоки от олигархов к простым людям.
Алена Миронова-Ходорович:
Нужно кого поменять? То есть у нас же как говорят: у нас дефицит кадров. То есть у нас почему, помнишь эту историю Говорухина, когда говорят: нет альтернативы Ельцину. Он подходит к окну и говорит: вон видите. А там стоит какой-то возле магазина пивного человек. Вот альтернатива и, может быть, даже не пьёт.
Павел Грудинин:
Так вот поэтому нужно в первые 14 дней сделать так, чтобы люди поняли, что у них праздник начался. И это можно очень легко сделать. При профицитном бюджете, при огромном количестве денег у государства можно просто начать раздавать подарки.
Алена Миронова-Ходорович:
Всем.
Павел Грудинин:
Нет, малообеспеченным.
Алена Миронова-Ходорович:
А как узнать, кто у нас малообеспеченный.
Павел Грудинин:
Элементарно.
Алена Миронова-Ходорович:
У нас же малообеспеченные ездят на Лексусах и получают больше, чем..
Павел Грудинин:
Ты не путай, это меньше 1 % населения, причём они не малообеспеченные. Есть определённые категории людей, которые действительно на грани выживания. Это, прежде всего, пенсионеры и дети. И семьи с двумя детьми и более, у нас, к сожалению, в нашей стране становятся просто нищими. Потому что папа зарабатывает, мама в декрете, а ещё двое детей. И вот этим людям надо помогать. Пенсионерам надо обязательно помогать, потому что это ужас, что творится. Даже мой отец с мамой, они неплохо зарабатывали, всю жизнь работали в совхозе, но они едва сводят концы с концами. И если бы не помощь моя и сестры, они бы вряд ли жили так, как они живут. Хотя ничего такого они себе не позволяют. И вот две категории, пенсионеры и дети, которым нужно срочно помогать. А потом дальше уже бюджетники, люди, которые, работают на государство, но почему-то они как чиновники не защищены. Потому что чиновникам пока помогать точно не нужно, потому что у них такая система защиты. Причём специальные поликлиники, специальные.
Алена Миронова-Ходорович:
И СКЛ, санаторно-курортное лечение.
Павел Грудинин:
У них есть всё, то есть вот эта номенклатура, с которой боролись в Советском Союзе, она даже не мечтала о таких преференциях и о льготах которые сейчас есть у чиновников. И поэтому много что.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо какие подарки?
Павел Грудинин:
Слушай, лучший подарок - это деньги сейчас, на самом деле, потому что на деньги можно купить всё, что есть.
Алена Миронова-Ходорович:
То есть 1 января ты даёшь распоряжение, чтобы людям выдали какую сумму?
Павел Грудинин:
1 января никаких распоряжений ты никому не дашь, потому что все отходят от новогодней ночи.
Алена Миронова-Ходорович:
Всех можно вызвать.
Павел Грудинин:
Подожди, не торопись. Прежде всего, нужно вызвать единомышленников и сказать: ребята, делаем это, это и это.
Алена Миронова-Ходорович:
Единомышленники, это кто?
Павел Грудинин:
Это те люди, которые не на словах, а на деле показали, что они беспокоятся за народ, а не за чиновников. Это люди, которые разрабатывали те самые законы, о которых я говорю сейчас. Закон, который вносится в детях войны, о пенсионерах, его же проталкивало огромное количество людей в регионах, коммунистически настроенных, социалистически настроенных, национально патриотические силы. И вообще ты же не можешь один, один в поле не воин. А то у нас номенклатура так сильна, что он может любое решение президента заблокировать. А ты не видишь то, что сейчас решения президента не проходят.
Алена Миронова-Ходорович:
Не проходят, да.
Павел Грудинин:
Они просто не проходят и всё. И поэтому прежде всего, нужно принять правильное направление движения, а потом разобраться с номенклатурой, которая всё блокирует. Потом так или иначе вызвать олигархов, сказать: ребята, пора делиться. Послушать, что они скажут. Потому что видишь, только что мы увидели, как вот эти наши, как сказал президент, партнёры из Америки отжали бизнес у Дерипаски, причём это же бизнес не его, по большому счёту, а российский. То есть, я имею в виду, это настояние страны. И вот этот переход сначала через ограбление народа по Чубайсу к олигарху, а потом от олигарха к стране.
Алена Миронова-Ходорович:
Конкурента.
Павел Грудинин:
Конкурента, это тоже надо понять, что происходит. Поэтому придётся их вызвать и сказать: ребята, все карты на стол. Можно я тебе сейчас анекдот расскажу. Это старый анекдот, когда президент вызывает олигарха и говорит: слушай, ну-ка расскажи, как ты живёшь. Говорит: вы знаете, всё сделал, что вы сказали. Построил детские сады, школы, все акции отдал своим работникам, все долги закрыл, все налоги выплатил. Можно я заграницу уеду к детям?
Алена Миронова-Ходорович:
А посидеть на дорожку?
Павел Грудинин:
Вот, это хороший анекдот. А посидеть на дорожку? Так вот, я не хочу сказать, что нужно всех сажать, но надо делать вернуть обратно собственность, которая была незаконно отчуждёна в государстве. Это можно как угодно называть, национализаци0ей..., но без этого сейчас никак не обойдёшься, потому что действительно не может народное богатство доставаться определённой группе, неважно, как близка она к правящей элите, но этого просто быть не может. Кстати, ты знаешь, что, например, в той же хвалёной Европе, и в Америке, и в других странах система так называемых расчётов между крупными структурами, которые добывают нефть у государства такова, что они получают только небольшую какую-то часть под каждого барреля или тоны которую вытащили. А всё остальное получает государство. А у нас наоборот, государству достаётся то, что останется после того, как они покомандуют.
Алена Миронова-Ходорович:
Если останется.
Павел Грудинин:
И вот эта удивительная вещь, поэтому у нас и денег, хотя они есть, но их говорят, что нет, потому что конечно, они же всё себе забирают, а что осталось, отдают государству. Это такой долгий процесс, я думаю, что за три месяца можно кардинально, как ты говоришь, 3-4 месяца.
Алена Миронова-Ходорович:
А до выборов, конечно, будет 3-4 месяца.
Павел Грудинин:
Людям будет гораздо легче.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо, сделали подарки, в каком эквиваленте?
Павел Грудинин:
На самом деле, это не подарки, честно. Это просто те деньги, которые должны принадлежать людям. Дальше возникнет очень интересная ситуация. Когда у людей появятся деньги, то будет смысл пойти в магазин. В магазине должны лежать российские товары, которые сейчас никто купить не может. Поэтому когда говорят: слушайте, у нас развитие цифровой экономики. Да вы просто экономику развейте. Просто когда человек не может купить себе пару зимних сапог. А я не рассказывал тебе историю. В Краснодаре у меня товарищ живёт, фермер, и он мне звонит и говорит: слушай, я в шоке, приехал в какой-то город, в общем, какой-то местный город, зашел в обувной магазин, а там очередь стоит за зимними ботинками, потому что их продают в кредит. Кредит на 5 месяцев, ботинки стоят 5000, по 1000 ты должен отдавать. У людей нет денег, оформляют кредит для того, чтобы купить обувь. То есть это уже предел моего понимания конечно. Понятно, что есть люди, которые до сих пор, к сожалению, ходят рядом с магазинами, что выбрасывают, собирают, и это тоже факт.
Алена Миронова-Ходорович:
Но это же может быть образ жизни, психические состояние.
Павел Грудинин:
Нет, ты знаешь, когда один человек, это может быть образ жизни. А когда куча народу с утра приходит и смотрят, что выкинули, сейчас интернет показывает любые картины. И этот не постановка, это действительно нищета просто. И поэтому если у них будут деньги, если им не нужно будет ходить, какие-то кредиты оформлять потребительские для того, чтобы выжить в течение месяца, то тогда будет смысл работать предприятиям, которые начнут работать более успешно и производить продукцию, которая необходима людям. Это называется уже поднятие экономики. Я кстати вчера прочитал, что оказывается, у нас на падающей экономике, а никто не спорит, что она падает, налоговая инспекция собрала по сравнению с прошлым годом ещё на 24 % больше налогов. То есть налоговое бремя увеличивается, а народ стонет под гнётом, заработать не может, но налоги платит. Это удивительная вещь. Поэтому, конечно, нужны ещё ослабления вот
этого административного давления, налогового давления нужно сделать, отменить то, что было принято с НДС. Я вообще считаю, что НДС, это налог, который не стимулирует производство. Нужно вводить налог с продаж, он тоже косвенный налог, но он, по крайней мере, отражает ситуацию. Чем больше покупают, тем больше платят налога, чем меньше покупают, тем меньше налога платят. И предприятия должны как-то задышать, они же не могут так жить, когда у тебя, с одной стороны, налоги увеличиваются, с другой стороны покупательная способность населения уменьшается, и ты не можешь даже то, что произвел, продать. Работаешь уже себе в убыток. Поэтому это называется изменение экономической модели.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо. Дальше что? Это в течение месяца. Дальше ещё 2-3 месяца впереди.
Павел Грудинин:
Дальше, слушай, там много работы. Вот, например, можно обеспечить честные выборы.
Алена Миронова-Ходорович:
Кого ты бы поставил, вот есть имена, кого бы ты поставил вместо нынешнего правительства?
Павел Грудинин:
Ты хочешь, чтобы этим людям было плохо? . Потому что отдай мне адреса, явки, пароли.
Алена Миронова-Ходорович:
Такие люди есть?
Павел Грудинин:
Конечно, таких людей огромное количество. Я тебе могу сказать, что я просто в прошлом году как раз в это время узнал со всей страной, что меня выдвинули в кандидаты в президенты.
Алена Миронова-Ходорович:
А если в ближайшее время узнаешь ещё другую информацию.
Павел Грудинин:
Об этом, кстати, узнали и средства массовой информации, которые то нового года ко мне относились очень лояльно. Потом они померили рейтинги и начали меня мочить. Лучше бы они не мерили эти рейтинги.
Алена Миронова-Ходорович:
Но мерили не они.
Павел Грудинин:
Не важно. Кстати, нет, мерили они. Ты помнишь, именно в это же время год назад Соловьёв провел у себя на проправительственной радиостанции Вести FM такой опрос телефонный, и там слушают и голосуют люди, которые были, они же слушают.
Алена Миронова-Ходорович:
Но там и Соловьёв, и Миша Хазин, там много таких.
Павел Грудинин:
И вот когда они провели это, тогда мне попало по полной программе. Потому что они были в шоке, а уже 9 января я приехал, на меня навалилось столько всего. Видно было, принято решение мочить. Но не в этом дело. Я думаю, что именно та социалистическая программа, которую мы предлагали, но она была воспринята народом позитивно, и поэтому народ стал голосовать за КПРФ, в национально патриотические силы, и за мою кандидатуру. Но дело даже не в этом. Всё, что было, а ты говоришь, давай помечтаем.
Алена Миронова-Ходорович:
Да.
Павел Грудинин:
Конечно, нужно очень много сделать. Нужны независимые суды, и избирательная система, которая бы гарантировала честные выборы. Потому что они сейчас абсолютно нечестно, и все это знают прекрасно. Кстати, ты не видела, как сейчас в интернете распространяют, как проходили выборы губернатора Московской области в Балашихе и других территориях?
Алена Миронова-Ходорович:
Нет, не видела.
Павел Грудинин:
Там уже до того дошло, что сами члены избирательной комиссии стоят около КАИБов, это такая штука, и вкладывают, вкладывают, вкладывают. Они ничего не боятся, они понимают, что это видео висит, но суды его не принимают в качестве доказательства, и поэтому просто самозабвенно нарушают закон, фальсифицируют выборы.
Алена Миронова-Ходорович:
У нас не только, фальсифицируют выборы можно совершенно по-другому, при подсчете голосов можно почитать так, как надо.
Павел Грудинин:
Не важно, как тебя обманут. В Приморье показали, если даже и обман не проходит, тогда мы отменяем выборы, снимаем того кандидата, который победил и опять проводим выборы. То есть это цинизм уже.
Алена Миронова-Ходорович:
Всё дело в том, что если у нас придёт 80 % населения, то невозможно.
Павел Грудинин:
Ты знаешь, у меня другое чувство. У нас население не верит в выборы, оно верит в другое, у меня такое впечатление сложилось. Оно верит в доброго царя, но потом 100 лет назад показало, что даже если оно верит в доброго царя, но ему совсем невозможно, оно верит в то, что оно выйдет на улицу и тогда...
Алена Миронова-Ходорович:
А добрый царь, у нас даже Владимир Владимирович на пресс-конференции сказал, что это не царь хороший, бояре плохие, это значит все виноваты. Так же он сказал на пресс-конференции.
Павел Грудинин:
Но ты представляешь, я собираю работников своих и говорю: ребята, вы три месяца не получаете зарплату, потому чтобы виноваты. Они мне скажут: подожди секунду, ты же выделяешь, куда деньги послать, а виноваты мы. Нет, вот эта коллективная ответственность тут не проходит. Я думаю, что люди понимают, знаешь, как у нас есть фраза «рыба тухнет с головы». У немцев, я недавно прочёл, есть поговорка «лестницу надо мести сверху». Это примерно то же самое. Значит нужно лестницу начать мести сверху. А потом уже тогда, может быть, и до низу дойдёшь. Потому что это «я хороший, а народ у нас плохой». Нет, такого не бывает. Народ у нас такой же или, может быть, даже 100 % лучше, потому что был, по крайней мере, 30 лет назад более образован. И вообще у нас народ действительно, у каждой нации есть свои плюсы и свои минусы. У нашей нации плюсов гораздо больше. Потому что и учёные, и работники культуры, и художники, мы можем конечно много рассказывать про Африку, про Азию, ещё про кого-то, но найдите мне такое количество великих композиторов, учёных, великих художников, какие есть в нашей стране. Приезжайте куда-нибудь, покажите Третьяковскую галерею или что-то похожее.
Алена Миронова-Ходорович:
Или балет. И даже области балета.
Павел Грудинин:
Поэтому тут нет вопросов у нас действительно. Ты знаешь, что самая успешная диаспора в Америке после евреев это Россия. Российская диаспора, она самая адаптируемая и самая успешная.
Алена Миронова-Ходорович:
Но евреи, они тоже практически все из Советского Союза.
Павел Грудинин:
Я говорю о другом, о том, что действительно, у нас очень талантливые люди, им только надо дать возможность. Действительно. Просто у них возможности нет. Я, кстати, проехав по регионам, увидел огромное количество ребят, которые у себя в посёлке, в небольшом городе делают такие вещи, которые нам и не снились. То есть они зарабатывают деньги и все деньги тратят, например, на детей, на спортивные секции, на различные кружки. То есть они не для того, чтобы набить карманы деньгами живут, а для того, чтобы вокруг всем было хорошо. И вот этих людей надо брать и ставить руководителями, давать им возможность ещё больше добра делать на своих рабочих местах. Поэтому у нас очень позитивные. Кстати, я сегодня утром вместе с Геннадием Андреевичем Зюгановым участвовал в отправке конвоя на Донбасс. Это 76-й конвой. И ты представляешь, какое количество людей детские подарки, конфеты, печенье, и это всё собиралась со многих регионов. Потом туда же сейчас ещё из Ростова, из Воронежа, из других территорий добавятся машины. И эти люди не потому, что им деньги за это платят, а потому, что нужно помочь детям там, где сейчас идёт война, собрали всё и отправили. У нас столько таких, причем и в небольших таких. У нас погорельцы одна семья, так получилось, что дом сгорел, помогают всем миром. Все говорят, что вот, у нас общество какое-то не такое. Нет, народ не виноват, народ хороший, а вот чиновники иногда, скажем так, лажают.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо, как мы не будем лажать с 1 января?
Павел Грудинин:
Для этого нужно, прежде всего, личным примером показать. Если ты хочешь начать что-то менять, надо начать с себя.
Алена Миронова-Ходорович:
Ведь все же захотят, ты поставишь кого-то на эту должность, он должен хоть чего-то взять себе.
Павел Грудинин:
Вот он тогда с этой должности должен слететь. Представляешь, китайцы ничем не лучше и не хуже нас, у них тоже коррупция. Но там однозначно, если ты коррупционер, рано или поздно тебя настигнет наказание. И никто тебя не спасёт.
Алена Миронова-Ходорович:
Но там наказание другое.
Павел Грудинин:
Подожди, там разные есть. Их руководитель сказал: мы дотянемся и до тигров, и до мух. То есть и мелкие коррупционеры, и крупные пострадают. И у них действительно идёт движение вперёд и в этом отношении тоже. И мы, кстати, ничем не лучше и не хуже Сингапура, других азиатских стран, которые побороли, Южная Корея. Там же президент, не президент, если тебя поймали на чем-то, садись и сиди.
Алена Миронова-Ходорович:
А как же гос обеспечение президента?
Павел Грудинин:
Подожди секунду, ты о чем?
Алена Миронова-Ходорович:
Президент же на гос обеспечении, он что хочет, то и получает.
Павел Грудинин:
Я тебе сейчас такую вещь скажу. Помнишь, когда, только не обижайся, я сейчас тебе одну вещь скажу. Если президент работает, ему некогда иметь такое количество всяких, как бы это сказать, офисов или резиденций. Если ты работаешь, у тебя кабинет, стол, бумаги, ты вызываешь министров, что их гонять то в одну резиденцию, то в другую, поэтому не надо столько денег тратить. Ты никогда не замечала, что чем больше ты работаешь, тем меньше тратишь на развлечения. А если тебе делать нечего, то ты начинаешь ходить по магазинам, ехать куда-то нужно, с друзьями встречаться, ты больше денег тратишь. И поэтому чем больше будет работать власть, тем меньше нужно денег на её содержание. Я председатель совета депутатов городского поселения, обсуждаем тему перед новым годом, изменения в бюджет. И вдруг выясняется, что у главы муниципального образования знаешь, какой отпуск, 45 дней. А 45 дней ещё нужно 200.000, почти 300.000 не только отпускные, но ещё и проезд к месту отпуска оплачивать.
Алена Миронова-Ходорович:
Я сказала, санаторно-курортное обеспечение, СКЛ называется.
Павел Грудинин:
Вот такое поселение, вот такой бюджет, но денег тратится на главу.
Алена Миронова-Ходорович:
А глава, значит он много лет на госслужбе, там за каждый год добавляется один день.
Павел Грудинин:
Это называется классный чин, но я о другом. Я вспомнил, помнишь, был такой Райкин Аркадий, который говорил: я за то, чтобы на работу не ходил, мне сюда нужно деньги приносить, чтобы я только на работу не вышел. У меня такое впечатление, что некоторым чиновникам нужно платить, чтобы только они не приходили. Потому что они такого напринимали, что потом это. Это, к сожалению, такое национальное бедствие такое. Поэтому, конечно, надо с каждым разбираться, но эффективность определяется, конечно, прежде всего, территорией. На территории хорошо, на территории нет конфликтов с мусором.
Алена Миронова-Ходорович:
У нас есть такая территория?
Павел Грудинин:
Ты знаешь, сейчас всё меньше и меньше, но есть. Я сейчас внимательно слежу за тем, что происходит в Хакасии, в Якутии, там мэр не из правящей партии, ты знаешь, они принимают абсолютно здравые решения в пользу людей. Да, чиновники пищат, им не нравится, что у них привилегии отбирают.
Алена Миронова-Ходорович:
Да, на машины в Якутии.
Павел Грудинин:
Но это есть и можно это делать, какая разница, надо только это делать, а не болтать. Потому что некоторые орут, что мы тут поможем, а потом смотришь, у них просто все деньги на пиар уходят, а здравоохранение в ужасном состоянии. Но ты возьми эти деньги на пиар свой или на своё содержание, отдай врачам, купите лекарство, новое оборудование, отремонтируйте больницы.
Алена Миронова-Ходорович:
Выучи их, потому что сейчас у нас в России даже выучиться.
Павел Грудинин:
Всё можно сделать личным примером. И надо начинать с себя. Вот я отказался от машины, меня не обслуживают. Знаешь, когда я был депутатом областной думы, у нас у каждого положена машина. Я от неё отказался и не использовал её. А деньги, которые мне положены были, я работал не на освобожденной основе, деньги, которые мне были положены в качестве компенсации за мою депутатскую деятельность, я перечислял в детский дом «Молодая гвардия» все на протяжении пяти лет. Об этом мало, кто знает, но я говорил: слушайте, вот я такой, а вы, пожалуйста, как хотите. Кстати, там были депутаты и побогаче, командовали не совхозом, а такими серьёзными организациями. Но они почему-то все деньги себе. Надо было это всё поощрять. Если бы таких депутатов было больше...
Алена Миронова-Ходорович:
А вообще, нужны ли депутаты? Вот именно как Госдума. Потому что раньше были народные депутаты, были съезды народных депутатов, они были периодами, они не были постоянные, не заседали.
Павел Грудинин:
Интересно было, люди приезжали из регионов и знали, что происходит. И жили в этой жизни, поэтому могли понимать, что им предлагают и за что они голосуют. Сейчас такое впечатление, особенно по последним выступлениям депутатов, некоторые предлагают боярышником лечиться, ещё чем-то. Некоторые говорят, что, вы знаете, самозанятых надо обложить налогом таким, нет, штрафом таким, что 100 % от дохода.
Алена Миронова-Ходорович:
Зато налог на хворост не ввели, или что там, валежник разрешили собирать.
Павел Грудинин:
Нет, понимаешь, такие экзотические депутаты, которые видно, никогда за пределы Кольцевой дороги или даже Садового кольца не выезжали. Но они пытаются решать, как жить всей России. А просто взять, сесть в машину без охранников, без мигалок, сейчас мигалок у них нет. Сесть просто и самому за рулём поехать. Они бы много интересного узнали о себе, о Государственной Думе. Поэтому когда они приезжают, они как-то скрывают о том, что они депутаты, не афишируют. Это кстати, показатель их работы.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо, так что мы делаем с депутатами после 1 января, что мы делаем с Госдумой?
Павел Грудинин:
Я бы, например, на месте президента распустил Думу, её по новой избрал на основании честных выборов. И реально бы узнал, что думает население. Потому что население хочет какой-то социальной справедливости, это видно было, и это сейчас видно. Ну что же, люди не хотят работать, горбатиться на олигархов, на чиновников. Потому что даже по пенсионной реформе они видят, что пенсионный возраст подняли всем, кроме силовых структур, чиновников.
Алена Миронова-Ходорович:
Да, определённых.
Павел Грудинин:
Сказали: ребята, вы пашите, у вас в конце концов пенсия будет, на 1000 поднимем в год. А потом случайно проходит, что депутат такого-то парламента регионального получил пенсию 180.000, распоряжение подписал губернатор, который сразу ушёл. Дальше губернатор, например, Владимирской области, прекрасная такая женщина, губернатор никакой, её не избрали, что бы они не делали, её не забрали. Куда она попала работать, ты знаешь?
Алена Миронова-Ходорович:
Нет.
Павел Грудинин:
Аудитор счётной палаты. Она так насчитает, судя по всему, так будет проверять других губернаторов. Поэтому власть показывает, что главное, чтобы ты был у неё в обойме и её не предавал. То есть своих не сдаем, это как раз тот принцип. А свои делают, что хотят, по большому счёту.
Алена Миронова-Ходорович:
Но у нас 1 января нет своих.
Павел Грудинин:
Нет, подожди, я говорю о том, что сейчас.
Алена Миронова-Ходорович:
Про то, что сейчас мы не говорим, мы забыли, мы делаем новую жизнь с 1 января.
Павел Грудинин:
Новая жизнь с 1 января. Она точно будет счастливее, чем та, которая сейчас. И всё, мы делаем её счастливее.
Алена Миронова-Ходорович:
Чем?
Павел Грудинин:
Я же тебе рассказываю.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо, мы дали подарки.
Павел Грудинин:
Справедливостью, правильным использованием Конституции, поскольку мы социальное государство.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо, в Конституции двойное гражданство, а кому оно нужно, двойное гражданство и зачем?
Павел Грудинин:
Слушай, это вообще не вопрос, потому что двойное гражданство, тройное гражданство, оно есть во всех странах, я о другом.
Алена Миронова-Ходорович:
Во многих уже нет.
Павел Грудинин:
Ещё раз.
Алена Миронова-Ходорович:
Во многих отменяют.
Павел Грудинин:
У меня сейчас один знакомый, я ему звоню, говорю: ты где? Он говорит: я в Майами, жена рожает. Всё-таки оно есть, в Америке оно точно есть. Но это не мешает им развиваться, ты понимаешь. Я не вижу тут большой проблемы, я вижу проблему в другом. Надо сделать так, чтобы все деньги тех людей, которые имеют двойное гражданство, были здесь. Чтобы у них была гарантия, что они их не потеряют. У нас почему, причём это было всегда, и в царской России. Ты знаешь, что у Меньшикова, был такой сподвижник Петра, когда Пётр умер, а Меньшикова из первых министров низложили, оказалось, что на их счётах в Англии и Франции у Меньшикова лежат деньги, равные годовому бюджету России. И он их хранил там, потому что знал, что здесь отнимут. Потом царское правительство очень долго возвращало деньги, но вернуло. И у нас такая же сейчас ситуация. Какая разница.
Алена Миронова-Ходорович:
Будем возвращать деньги.
Павел Грудинин:
Правильно. Но понимаешь, только что..
Алена Миронова-Ходорович:
А деньги как мы будем возвращать, как мы будем отбирать у американцев?
Павел Грудинин:
Элементарно. То, как мы это предлагали. Стратегические отрасли должны быть национализированы, деньги должны быть возвращены гражданам, которые их купили за маленькие деньги, им обратно их вернуть, забрать все обратно. Это же наше, всенародное достояние.
Алена Миронова-Ходорович:
Так их уже отдали в другую страну, как мы это заберём? Центробанк, он тоже, пардон, к нашей стране не сильно большое отношение имеет.
Павел Грудинин:
Придется провести переговоры и, я думаю, нам пойдут навстречу. Потому что если вы докажите изначально, что всё было сделано неправильно, то можно вернуть всё обратно в государственную собственность.
Алена Миронова-Ходорович:
Что мы сделаем с Курилами? Сейчас как раз вопрос.
Павел Грудинин:
Курилы не продаются и не отдаются. Нет, вообще. Я не знаю, почему президент на последней пресс-конференции как-то ушёл от этого ответа. Нужно было просто сказать: мы своей землей не торгуем, наше есть наше, всё. Поэтому оно останется нашим. И все успокоились бы сразу. А то люди на митинги выходят, кричат, ругаются. Президент же не сказал, что он их отдаёт.
Алена Миронова-Ходорович:
Нет, он ничего не сказал.
Павел Грудинин:
Он должен был сказать: я их не отдаю, всё, закончили на этом. И всё.
Алена Миронова-Ходорович:
Он не может сказать.
Павел Грудинин:
. Почему?
Алена Миронова-Ходорович:
Потому что если он это скажет, то ему придется не отдавать.
Павел Грудинин:
Так, подожди секунду.
Алена Миронова-Ходорович:
А он не знает, что сделает Павел Николаевич с 1 января. А он уже пообещает.
Павел Грудинин:
Хорошо, давай тогда не будем, президент должен чётко высказаться по этому вопросу, на мой взгляд. После 1 января, если твою сказку сделать былью, то он точно выскажется по этому вопросу. И ответ будет однозначным. Курилы наши.
Алена Миронова-Ходорович:
Что мы сделаем с Донбассом?
Павел Грудинин:
Вообще, на самом деле, прежде всего, нужно прекратить войну. Надо перестать чтобы все стреляли. Честно, я не такой знаток Минских соглашений, которые, кстати, мы же подписывали в качестве стороны. Но надо, если мы подписали, выполнить Минские соглашения и побудить ту сторону тоже их выполнить. Плохой мир лучше доброй ссоры, ты слышала это?
Алена Миронова-Ходорович:
Ну да.
Павел Грудинин:
В споре виноват умнейший. Я всё слушаю про эти корабли, везде слышу, что мы украинцы нас спровоцировали, провокация была. А что же мы поддались на провокацию, знаю о том, что это провокация. Нафиг эти три ботика или плотик какой-то, который мы потопили. Ну зачем это было делать. Ведь сильный, он должен быть великодушным и сильным.
Алена Миронова-Ходорович:
И мудрым.
Павел Грудинин:
Да. И честно, когда слушал, как капитан нашего корабля, матерился и орал истошно на своего рулевого, я понял, что он не сильный. Ну что там было дергаться, там вот такой корабль и наш корабль, это надо было понять. Поэтому можно было совершенно спокойно все делать без всяких этих. Мне кажется.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо, допустим, мы выполним Минские соглашения, а вторая сторона нет. Что делать?
Павел Грудинин:
Подождите, там это дорога с двумя направлениями. Я думаю, что понимаешь, все говорят, что у нас великолепная дипломатия. Но если начинают стрелять или какие-то конфликты, значит дипломаты не сработали. Это точно. Потому что дипломаты должны работать. И вот это, на мой взгляд, такой характерный. Наши дипломаты должны сделать всё для того, чтобы наши военные зачехлил обратно ружья.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо, зачихлят. Донбасс кому отойдёт, нам или Украине?
Павел Грудинин:
Я думаю, что Донбасс будет признан нами, как независимая.
Алена Миронова-Ходорович:
Как Абхазия.
Павел Грудинин:
А почему нет. Мы же это сделали, почему дальше нет. Это наши люди, и право нации на самоопределение, оно существует. Если там прошёл референдум, давайте ещё один референдум проведём, если вам очень хочется. Я уверен, что голосование всё равно будет 90 % либо независимость, либо в составе России. Ну и в чем дело, мы можем договариваться.
Алена Миронова-Ходорович:
Главное, чтобы выборы там прошли честные.
Павел Грудинин:
Свяжи это всё с Курилами. Ты же понимаешь, на самом деле, не должно быть двойных стандартов. Если Курилы - это наша земля, и Донбасс наша земля, значит одинаково нужно относиться к этому, и не нужно игры играть какие-то. Поэтому внешняя политика, эта такая сложная штука.
Алена Миронова-Ходорович:
Внутренняя тоже сложная.
Павел Грудинин:
Ты должна понимать, что руководители очень часто принимают неправильные решения, потому что им не рассказывают всю информацию, не докладывают. Мы с тобой не имеем всей информации.
Алена Миронова-Ходорович:
Я думаю, наши руководители тоже не имеют.
Павел Грудинин:
Но подожди секунду. Политическое руководство страны должно, прежде всего, действовать так, чтобы большинство населения понимало, что политическое руководство на их стороне. И спроси сейчас любого прохожего, даже который не смотрит телевизор, вот эту оголтелую пропаганду, как он считает, Курилы чьи? Он тебе сразу скажет.
Алена Миронова-Ходорович:
Наши.
Павел Грудинин:
Наши. Там наша кровь проливалась на протяжении многих. А Донбасс чья территория?
Алена Миронова-Ходорович:
Тоже наш.
Павел Грудинин:
Всё. И поэтому надо, чтобы руководство слушало народ.
Алена Миронова-Ходорович:
Хорошо, ты будешь президентом. Как ты будешь узнавать. Подожди, вот 1 января.
Павел Грудинин:
Ты со своим сказками далеко можешь зайти. Аккуратнее.
Алена Миронова-Ходорович:
Как ты будешь получать информацию.
Павел Грудинин:
А их очень много разных источников, но всегда нужны альтернативные источники.
Алена Миронова-Ходорович:
Понятно, что не всегда будет всё доходить от окружения. Где её брать?
Павел Грудинин:
Ты знаешь, какое количество у нас сейчас различных структур, в том числе структур, которые занимаются сбором информации и подготовкой записок. И тебя всегда должно интересовать другое мнение. Но на то и сделана оппозиция, а оппозиция всегда должна быть, она должна иметь право голоса, она должна быть сильной, чтобы у тебя всегда было другое мнение. Ты знаешь, например, что в некоторых странах если руководитель правящей партии является руководителем парламента, то оппозиционной обязательно должен возглавлять, например, комитет по бюджету. И всегда оппозиция должна иметь возможность высказываться, и ты должен оценивать всё это. Если у тебя не получается принять самому решение, ты должен проводить референдум, и ничего страшного в этом нет. Наоборот, если референдум прошёл, нужно обеспечить открытость и честность этого референдума, вот это главная задача власти, тогда можешь узнать мнение населения. Большинство должно победить. Ты представляешь, если честно провести сейчас референдум по пенсионной реформе. Вдруг президент скажет: слушайте, я же не знал. 90 % населения против, и поэтому ну-ка нафиг это правительство, пускай оно пишет заявление об уходе, оно меня просто ввело в заблуждение. Но народ не хочет пенсионной реформы.
Алена Миронова-Ходорович:
Народ и НДС не хочет. А НДС вообще проскочило так, что никто не заметил и не осознал, на самом деле.
Павел Грудинин:
Рассказываю, я один раз несколько лет назад беседовал с одним кремлевским пиарщиком. Он говорил: ты знаешь, что мы можем сделать, совершенно спокойно берём три машины мусора, например (тогда ещё Лужков был и Громов) и вываливаем около памятника Маяковскому три машины мусора. Ещё две недели обсуждают, кто это сделал, как это сделал, почему это сделал. В этот момент открываем несколько полигонов в московской области, где он даже не заметит, как мы это сделали. Есть отвлекающие манёвры. На самом деле, такие одиозные законы, которые принимаются, они иногда проходят очень тихо. Так, между делом поправочку внесли, а потом выяснилось, что эта поправка касается всего населения Российской Федерации. А те же самые швейцарцы, которые, кстати, неплохо живут, считается, что одни из лучших условия жизни в Швейцарии, они по любому поводу референдум устраивают. Знаешь, у них был референдум, какого цвета мусорные бачки, например. Но вот они там спорили, спорили, не доспорили, взяли, референдум провели по этому вопросу.
И народ понимает, что если он пришёл на референдум или на голосование, то никто не может обмануть его, потому что.. В Америке, например, в прошлом веке расстреляли, по-моему, 30 председателей избирательных комиссий, они решили сфальсифицировать выборы. Они были приговорены к смертной казни, потому что более страшного преступления, чем манипулирование голосами народа нет вообще, на самом деле. А у нас в Балашихе.
Алена Миронова-Ходорович:
И не только в Балашихе.
Павел Грудинин:
Или в Приморье, когда отменили победу Ищенко, сказали, что там нарушение, хотя по закону 25 % должно быть признаны недействительными.
Алена Миронова-Ходорович:
Закон, что дышло.
Павел Грудинин:
Хорошо, признали, что там массовые нарушения. А где уголовное дело против тех людей, которые нарушили?
Алена Миронова-Ходорович:
Нет, но какие-то уголовные дела были заведены.
Павел Грудинин:
Нет. Вообще нет, и никто не понёс наказания. Там очень просто, люди переписали протоколы в пользу Тарасенко, это было понятно, и после этого на основании того, что они переписали протоколы, выборы были снесены, отменены, а эти люди не пострадали. Интересно, да? Когда я в одном месте сказал: слушайте, неважно, кто эти люди, которые сфальсифицировали протоколы, они должны понести наказание. Крик поднялся: как, вы хотите учителей посадить? Я говорю: слушайте, а если эти учителя, например, воровали бы деньги у детей, они бы были достойны наказания? Да. А если голоса у родителей воровали? Тогда надо подумать, в чью пользу они воровали. Если в пользу наших, то тогда, может быть, и не нужно. Двойные стандарты, это очень плохо для страны. Поэтому независимый суд, честные выборы, возможность людям изъявлять свое волеизъявление так, чтобы все их услышали, а руководство должно слышать, прежде всего, людей, а не эксперта, типа Кудрина, который сказал: знаешь, МВФ нам посоветовал поднять пенсионный возраст, надо делать, как МВФ скажет. Это является настоящей демократией. Это как раз всё записано в Конституции.
Алена Миронова-Ходорович:
Всё-таки демократичным должно быть государство.
Павел Грудинин:
Ну да, ты же с гарантом Конституции в мыслях разговариваешь. Поэтому жалко, что Новый год не наступит.
Алена Миронова-Ходорович:
Почему?
Павел Грудинин:
Тот, о котором...
Алена Миронова-Ходорович:
Я думаю, что он наступит. У нас программа подходит к завершению. Я хочу вручить награду, орден «За веру в народ и верность Родине».
Павел Грудинин:
Это кто учредил такой орден? Спасибо. Главное, что он 12.007-й, то есть уже многие получили.
Алена Миронова-Ходорович:
Получили.
Павел Грудинин:
Спасибо большое.
Алена Миронова-Ходорович:
И теперь пожелания на Новый год, перед тем, как вступить в должность по нашей сказке, которая когда-нибудь станет реальностью.
Павел Грудинин:
Честно скажу тебе, на прошлой неделе много ездил на метро. Так получилось, что призывы о том, что действительно в Москву лучше на машине не соваться, они взымели действие, действительно, проехать невозможно. И я в метро обнаружил, что все люди, как-то у них нет новогоднего настроения, они перестали улыбаться. Я когда-то был студентом, много ездил на метро, работал, был молодым специалистом, у меня не было машины. И тогда какой-то был позитив, знаешь, приходишь, девчонки улыбаются. А сейчас все уткнулись в эти смартфоны и всё в себе, а если уж кто-то что-то у него не работает, он стоит такой грустный. Я хочу всем пожелать, чтобы у них было ощущение праздника. Чтобы они надеялись на то, что следующий год будет гораздо лучше предыдущего. Чтобы все эти невзгоды, которые у нас есть, мы преодолеем, потому что мы единая страна и очень великая, не только потому, что мы самые большие, нефтяные запасы, мы самые большие ракеты, а только потому, что мы действительно вместе можем преодолеть любые трудности. Я хочу всем пожелать, чтобы власть наконец начала думать о народе. О том, что семья с двумя детьми уже нищая. И нужно сделать так, чтобы она наоборот была абсолютно защищена. Чтобы пенсионер не боялся выйти на пенсию, чтобы он хотел, как это было 30 лет назад, выйти на пенсию и ещё помогать своим детям, потому что тогда пенсия, ее хватало на жизнь, у него ещё были накопления, как у моей бабушки. Поэтому хочется всем пожелать счастья и главное - здоровья. Надо, конечно, много денег вкладывать в медицину, но просто, прежде всего, нужно думать о своём здоровье, о здоровье своих близких и нужно, чтобы Новый год, который бы сейчас придёт, был для всех радостным. Поэтому счастья вам, здоровья и всего самого хорошего.
Алена Миронова-Ходорович:
Спасибо. Я желаю, чтобы сказка стала явью.
Павел Грудинин:
Выпьем чаю за это.