«Внутри компании пока остается конфликт интересов»

Гендиректор ИФК Александр Рубцов рассказал, что проект модернизации ВАСО уже прошел несколько раундов согласования, а также подчеркнул, что задача компании на ближайшее время — перейти под контроль ВЭБа.

— ИФК в конце прошлого года выступила с инициативой по модернизации ВАСО для перехода завода на серийное производство Ан-148. Проект предполагал строительство трех новых цехов. Какова судьба этой инициативы?
— Мы ее согласовываем сейчас со всеми заинтересованными сторонами, то есть в первую очередь с ВАСО, украинским «Антоновым», Внешэкономбанком. Проведено два раунда консультаций, мы получили последние замечания от завода, которые внесли в проект. Рассчитываем его представить в Министерство промышленности и торговли в течение ближайшей недели. Ну а дальше будем двигаться в соответствии с тем, какое решение там по данной инициативе примут.

— Чем отличается тот вариант проекта, который будет направлен в министерство, от первоначального?
— Фундаментально мы ничего не поменяли, просто учли замечания, которые были. Ни параметры инвестиций (порядка 5,5 млрд руб. в площадку на базе ВАСО, аналогичные вложения в модернизацию завода «Антонов». — „Ъ“), ни прогнозные объемы выпуска самолетов (36 машин в год с 2016-го. — „Ъ“) в случае реализации проекта не изменились, просто, скажем так, были добавлены некоторые нюансы, которые волновали наших коллег.

— Это какие?
— Информация пока не для прессы. Проект все-таки находится на стадии финального согласования, буквально на днях будет представлен в министерство, было бы некорректно с моей стороны раньше времени озвучивать на самом деле не столь уж значительные детали.

— ВАСО и сейчас занимается снижением издержек: продает ряд соцобъектов, прошла информация о том, что на заводе возможны сокращения. Ваше мнение об этих действиях?
— На заводе, безусловно, есть такая проблема, как высокие издержки. Это мы видим по ценам на самолеты, которые растут. Сокращение избыточной инфраструктуры, оптимизация численного состава — они, видимо, неизбежны. Потому что на заводе есть явный дисбаланс между числом основных и вспомогательных рабочих, а также управленцев и служащих. Часть сотрудников, не занятых в реальном рабочем процессе, наверное, придется увольнять, кого-то переучивать. Но при этом на заводе есть дефицит настоящих профессионалов. А если будет реализован проект по модернизации производства, по созданию новых цехов, то они тем более потребуют большого количества специалистов с хорошей инженерной подготовкой, готовых работать на современных станках с цифровым управлением.

— Кстати, после появления информации о возможной модернизации завода в ряде СМИ высказывались опасения, что часть цехов ВАСО будут заброшены…
— Действующие цеха завода также подлежат модернизации, за исключением совсем уж старых, которые, на мой взгляд, бессмысленно пытаться ремонтировать. Но есть хорошие площадки, где можно и нужно расположить производство современных самолетов, тех же Ан-70. Будущее ВАСО — за сборкой широкофюзеляжных и региональных машин. При этом собирать Ан-148 в громадном цеху, в котором поместится Ил-96, наверное, не очень эффективно. Как временное решение — да, но не при серийной сборке самолетов. В больших цехах нужно собирать широкофюзеляжные машины, а в новых, которые, как мы надеемся, будут построены,— региональные.

— В этом году ИФК передает в лизинг три Ан-148 компании «Ангара». Кто еще из партнеров ИФК предметно заинтересован в получении этих самолетов?
— Все зависит от наличия самолетов: если нет четкого понимания, когда будут готовы машины, то твердо законтрактовать их проблематично. Как только ОАК и ВАСО предоставят нам дополнительные слоты, то мы их достаточно оперативно сможем использовать. Поэтому, возможно, в скором времени объявим о следующей сделке.

— А с кем ведутся переговоры?
— Пока не буду раскрывать.

— Когда будет закрыта сделка по обмену активами с Национальной резервной корпорацией?
— Мы совсем недавно провели первый совет директоров по этому поводу, и предварительно контуры сделки одобрены, сейчас мы начинаем практическую реализацию программы обмена активов. Я думаю, что это займет порядка двух-трех месяцев, к летнему сезону этот процесс должен быть полностью завершен.

— В результате обмена 25,8% акций ИФК, принадлежащих корпорации, перейдут в собственность лизинговой компании, а самолеты Ту-204-100В, переданные в лизинг перевозчику Red Wings, станут его собственностью. В этом возникла реальная необходимость?
— У нас все-таки существует серьезный конфликт интересов внутри компании, поскольку Александр Евгеньевич Лебедев одновременно владеет авиакомпанией Red Wings и долей в ИФК. В рамках сделки мы решаем проблему долга перевозчика перед нами. А заодно делаем шаг к основной цели ИФК на ближайшее время — интеграции компании и Внешэкономбанка.

— То есть цель ИФК — перейти под контроль ВЭБа?
— Да.

— Интересны также отношения компании с воронежским «Полетом». В прошлом году ИФК купила у перевозчика «Руслан» и ему же сдала этот самолет в лизинг. В чем был смысл сделки?
— С одной стороны, есть хороший актив — «Руслан», который нам очень нравился и который достаточно ликвиден на рынке, с другой стороны, были финансовые проблемы у «Полета». Поэтому мы у них купили самолет, а они используют вырученные средства на погашение долгов, в том числе перед нами.

— В конце прошлого года ФАС разрешала компании «РТК-лизинг» купить 10% активов ИФК…
— Эта сделка не состоялась, сейчас не обсуждается, поэтому нет смысла ее комментировать.

— И еще один вопрос. Много полярных мнений по поводу того, есть ли конкуренция между Sukhoi SuperJet и Ан-148. Вы как считаете, она есть?
— Машины находятся в близких размерах, но все-таки в разных нишах. На мой взгляд, говорить о том, что они прямые конкуренты, не совсем корректно. Эти самолеты могут прекрасно сосуществовать на рынке.