Оценка привязного и беспривязного способов содержания в качестве этиологического фактора возникновения смещений сычуга у молочных коров

Абсолютно самый высокий средний уровень удоя (4941-5045 кг), молочного жира (194,7-195,7 кг) и молочного белка (162,4-163,7 кг) выявлен у чёрно-пёстрых коров в трёх группах с комплексными генотипами ЬЬ/ТТ, ЬЬ/СТ, ЬЬ/ТТ по генам ОН и ТО5.

В отношении комплексного генетического маркирования уровня содержания жира и белка взаимодействие генотипов генов ОН и ТО5 проявляется в следующем. Независимо от того, какие генотипы гена тиреоглобулина входили в генетические комплексы, самым низким содержанием белка (3,17-3,23%) в молоке отличались коровы при наличии в генетических комплексах гомозиготного генотипа УУ гена роста ОН, и более высоким содержанием белка в молоке отличались коровы при наличии в генетических комплексах генотипа ЬУ (3,26-3,27%). В целом прослеживалась положительная корреляционная связь между содержанием жира и белка в молоке, но отрицательная корреляционная связь этих качественных признаков молочной продуктивности с уровнем удоя коров.

Вывод. Результаты исследования с использованием современных ДНК-технологий свидетельствуют о реальной возможности проведения оценки генетического потенциала коров чёрно-пёстрой породы по селекционным маркерам с учётом полиморфизма и конкретных генотипов генов гормонов ОН и ТО5. Представлена более высокая степень и точность генетического анализа разных групп коров с учётом комплексных генотипов одновременно по двум генам, принимающим участие в организации молочной продуктивности.

Литература

1. Левахин В., Косилов В., Салихов А. Эффективность промышленного скрещивания в скотоводстве // Молочное и мясное скотоводство. 1992. № 1. С. 9-11.

2. Сенченко О.В. Молочная продуктивность, состав и технологические свойства молока коров-первотёлок чёрно-пёстрой по-

роды при использовании энергетической добавки «Промелакт»: дисс. ... канд. биол. наук. Уфа, 2017.

3. Спешилова Н.В., Косилов В.И., Андриенко Д. А. Производственный потенциал молочного скотоводства на Южном Урале // Вестник мясного скотоводства. 2014. № 3 (86). С. 69-75.

4. Миронова И.В. Эффективность использования пробиотика Био-дарин в кормлении тёлок / И.В. Миронова, Г.М. Долженкова, Н.В. Гизатова [и др.] // Известия Оренбургского государственного аграрного университета. 2016. № 3 (59). С. 207-210.

5. Бозымов К. К. Технология производства продуктов животноводства / К.К. Бозымов, Е.Г. Насамбаев, В.И. Косилов [и др.]. Уральск: Западно-Казахстанский аграрно-технический университет, 2016. Т. 2. 530 с.

6. Хакимов И.Н., Мударисов Р.М., Ахметзянова Г.Р. Биохимические и морфологические показатели крови и уровень естественной резистентности коров голштинской породы // Вестник Ульяновской государственной сельскохозяйственной академии. 2015. № 2 (30). С. 116-120.

7. Комарова Н.К. Новые технологические методы повышения молочной продуктивности коров на основе лазерного излучения / Н.К. Комарова, В.И. Косилов, Е.Ю. Исайкина [и др.]. Оренбург, 2015. 192 с.

8. Беган М. А. Полиморфизм генов лептина (ЬЕР), тиреоглобулина (ТО) и бета-казеина (С8М2) у голштинских коров / М.А. Беган, Я. А. Хабибрахманова, Л. А. Калашникова [и др.] // Сборник научных трудов Всероссийского научно-исследовательского института овцеводства и козоводства. 2016. № 7. Т. 3. С. 487-491.

9. Ильясов А.Г., Долматова И.Ю. Молочная продуктивность коров с различными генотипами по гену гормона роста // Передовые технологии в животноводстве: матер. Всерос. науч.-практич. конф. в рамках проведения 70-летия кафедры кормления сельскохозяйственных животных / Башкирский ГАУ. Уфа, 2008. С. 80-82.

10. Давлетова Л.Ф., Валитов Ф.Р., Ганиева И.Н. Влияние полиморфизма гена тиреоглобулина на молочную продуктивность и технологические свойства молока коров чёрно-пёстрой породы // Вестник Башкирского государственного аграрного университета. 2016. № 4 (40). С. 33-37.

11. Некрасов Д.К. Ассоциация полиморфных вариантов генов каппа-казеина, бета-лактоглобулина, гормона роста и пролактина с молочной продуктивностью чистопородных и помесных коров ярославской породы / Д.К. Некрасов А.Е. Колганов О.В. Горева [ и др.] // Аграрная наука в условиях модернизации и инновационного развития: матер. Всерос. науч.-методич. конф. с междунар. участ., посвящ. 100-летию академика Д.К. Беляева / ФГБОУ ВО «Ивановская государственная сельскохозяйственная академия». Иваново, 2017. С. 300-306.

12. Юмагузин И.Ф. Проблемы и пути повышения генетического потенциала молочного скота в Республике Башкортостан // Зоотехническая наука в условиях современных вызовов: матер. науч.-практич. конф. с междунар. участ., посвящ. 85-летию со дня рождения академика Л.К. Эрнста и 80-летию подготовки зоотехников в Вятской государственной сельскохозяйственной академии (Киров, 14-15 мая 2015 г.) / Вятская государственная сельскохозяйственная академия. Киров, 2015. С. 448-451.

Оценка привязного и беспривязного способов содержания в качестве этиологического фактора возникновения смещений сычуга у молочных коров

П.Н. Безбородов, к.б.н., ФГБОУ ВО Белгородский ГАУ

В 1990-х гг. в регионах России началась работа по ремонту и реконструкции молочнотоварных ферм советского времени с привязным способом содержания (ПСС) коров, которая продолжается и сегодня. В некоторых случаях по современным дорогостоящим проектам возводятся коровники вновь создаваемых молочнотоварных ферм, в основе которых положен беспривязный способ содержания (БСС), получивший в современном животноводстве наибольшее распространение. С.А. Оводков отмечает, что способ содержания оказывает заметное влияние на основные показа-

тели, характеризующие продуктивное долголетие коров [1].

Работы отечественных специалистов содержат в целом положительную оценку БСС молочного скота. Так, Н.М. Морозов и А.Н. Рассказов относят беспривязное содержание скота к ресурсосберегающим технологиям [2], М.И. Барашкин указывает, что «программа по модернизации молочного скотоводства предполагает использование на современных комплексах интенсивной технологии производства молока с беспривязным содержанием коров», при этом «степень эксплуатации животных, технологические режимы должны соответствовать биологическим возможностям организма, не

ослаблять здоровье, не сокращать сроки их производственного использования» [3]. Отмечается, что при БСС возможно создание лучших условий для механизации основных производственных процессов, сокращение затрат труда на уход за животными. При беспривязном содержании коров, высоком уровне кормления и создании оптимальных зоогигиенических условий можно получать высокие результаты [4, 5]. В.В. Милошенко заключает, что «беспривязное содержание скота при строгом соблюдении всех требований позволяет резко поднять производительность, культуру и привлекательность труда животноводов», улучшить показатели качества молока и воспроизводства стада [6]. А.Н. Анищенко относит внедрение БСС коров к передовому опыту в скотоводстве, отмечая однако, что для освоения современных технологий требуются и значительные финансовые затраты, и глубокие научные знания особенностей этих технологий [7]. В связи с этим фундаментальные исследования по изучению этиологии возникновения ранее малоизученных заболеваний пищеварительной системы коров -смещений сычуга (Dislocatio abomasi sinistra et dextra) при различных способах содержания коров (ССК) составляют научное обеспечение освоения и совершенствования современных технологий производства сырого молока.

Целью исследования являлась общая оценка влияния способов содержания молочных коров в условиях молочнотоварных ферм в качестве этиологического фактора возникновения у животных различных видов смещений сычуга с учётом текущего состояния репродуктивного периода животных.

Технология производства сырого молока в коровниках молочнотоварных ферм в значительной степени определяется способом содержания животных, среди которых выделяют два общих способа - привязный ПСС и беспривязный БСС. При привязном способе содержания большую часть суточного времени коровы проводят в индивидуальных стойлах коровника, на привязях различных конструкций, с использованием или без использования подстилки. Доение коров осуществляется в стойлах в ведра или в молокопровод. Выделяется несколько технологических вариантов привязного содержания молочного скота: а) круглогодичное безвыгульное стойловое, б) стойлово-выгульное содержание животных. Существует также технологический вариант привязного содержания, при котором в течение суток производят быстрое одновременное расфиксирование (отвязывание) животных в целях последующего осуществления дойки коров в доильном зале [4, 5].

При беспривязном содержании большую часть суточного времени коровы проводят в свободном (расфиксированном) состоянии в коровнике и на выгульно-кормовых дворах. Животных содержат группами, в пределах технологической секции или выгульной площадки они могут перемещаться,

проявлять индивидуальные поведенческие реакции. Беспривязный способ содержания коров реализуется в следующих технологических вариантах: а) на глубокой или периодически сменяемой подстилке, б) в боксах, в) в комбибоксах, г) поточно-конвейерный. Доение коров осуществляется в доильных залах на установках типа «Тандем», «Ёлочка» и «Карусель» [4, 5]. Круглогодичная пастбищная система содержания молочных коров также основывается на беспривязном способе содержания животных.

Кроме того, автор предлагает выделять и комплексный способ (привязное+беспривязное содержание молочного скота) при описании стойлово-пастбищного содержания животных в годовом рассмотрении. При комбинированном способе содержания в течение холодного периода года коровы большую часть суточного времени проводят в стойлах на привязи (стойловый или стойлово-выгульный варианты), а в тёплый период года животные переводятся в специально оборудованные летние пастбищные лагеря с возможностью водопоя, отдыха и доения животных в полевых условиях. В этот период содержание коров становится беспривязным, большую часть их суточного времени протекает вне коровников, на пастбище. Соотношение продолжительности периодов года с привязным и беспривязным содержанием скота может варьировать в регионах с различными природно-климатическими условиями, в годовом исчислении в одних случаях склоняясь более к привязному, а в других - к беспривязному способу содержания.

Материал и методы исследования. Исследование проводили на базе специализированной клиники по лечению крупного рогатого скота Высшей ветеринарной школы, г. Ганновер, ФРГ (прохождение научной стажировки по программе академического обмена профессорско-преподавательского состава «DAAD», интернатуры ECBHM). Высокопродуктивных молочных коров немецкой чёрно-пёстрой породы с симптомами смещений сычуга доставляли из молочнотоварных хозяйств в ветеринарную клинику по направлению региональных ветеринарных врачей и владельцев животных с целью проведения полного курса диагностики и лечения.

Клиническое исследование молочных коров с симптомами смещений сычуга проводили в четыре этапа: 1) сбор и регистрация данных анамнеза подопытных животных; 2) общее клиническое обследование коров средствами пропедевтики и регистрация полученных данных; 3) лечебно-диагностическое вскрытие брюшной полости животных и регистрация его результатов; 4) анализ результатов исследования.

На 1-м этапе в ходе регистрации данных анамнеза, получаемых от владельцев животных, регистрировались следующие данные: а) симптомы общего ухудшения состояния здоровья животных и характерные симптомы болезней пищеварительной

системы; б) дата последнего отёла, дата проведения последнего искусственного осеменения подопытных коров для первичной оценки текущего состояния репродуктивного периода (ТСРП) у животных, уточняемого затем ректально-гинекологическим обследованием; в) ССК на молочнотоварных фермах: ПСС или БСС, без последующей дифференциации на отдельные варианты ПСС или БСС.

На 2-м этапе общее клиническое обследование коров средствами пропедевтики проводили с использованием общепринятых методов осмотра, перкуссии, аускультации [8, 9]. Проводили первичную диагностику наличия и вида заболевания группы смещений сычуга (с учётом разработанной ранее автором классификации [10-12]) у коров. Путём проведения ректально-гинекологического обследования уточнялся ТСРП животных, который регистрировался в рамках трёх временных периодов: 1) стельность у животных, 2) коровы в период 1-10 сут. после отёла, 3) коровы в период 11 сут. и более после последнего отёла. Прово-дилси забор крови у коров из яремной вены для последующих лабораторных исследований с целью подтверждения отсутствия у животных острых инфекционных заболеваний.

На 3-м этапе с диагностической и одновременно с лечебной целью (для последующей хирургической репозиции сычуга по методу Г. Дирксена при наличии лево- или правостороннего завала) проводили лечебно-диагностическое вскрытие брюшной полости коров [13], хирургическим путём устанавливали окончательный диагноз в отношении конкретного вида смещений сычуга.

На 4-м этапе проводили нозологический анализ случаев смещений сычуга у коров, содержащихся в условиях ПСС или БСС, в различные ТСРП животных. Затем при помощи %2-кригерия К. Пирсона, точного теста Р.А. Фишера (с использованием пакета статистических программ SAS 9.1 для ПК), путём вычисления относительного риска (relative risk, RR), проводился анализ статистической взаимосвязи между возникновением смещений сычуга (Сч) и ССК (ППС / БСС) - в целом по всей генеральной совокупности и в отдельные ТСРП, а также между возникновением смещений сычуга и периодом стельности/послеотельным периодом на фоне ПСС/БСС [14].

Результаты исследования. В результате проведённого исследования путём сбора данных анамнеза и средствами пропедевтики было выявлено 59 гол. немецкой чёрно-пёстрой породы с симптомами различных видов смещений сычуга. Из 59 гол. с заболеваниями сычуга у 34 гол. выявили симптомы левосторонних, у 25 гол. - правосторонних форм смещений сычуга. Из 34 гол. с симптомами левосторонних патологий сычуга, установленных в ходе первичной диагностики методами пропедевтики, в ходе постановки окончательного диагноза путём лечебно-диагностического вскрытия брюшной

полости, у 24 гол. был установлен левосторонний завал сычуга (ЛЗСч), у остальных 10 гол. приопе-ративно завал сычуга не выявлен, окончательный диагноз - нестойкое левостороннее смещение сычуга (НЛССч). Из 25 гол. с симптомами правосторонних смещений сычуга, установленных при первичной диагностике методами пропедевтики, в ходе последующей эксплорации брюшной полости у 23 гол. был установлен окончательный диагноз правосторонний завал сычуга (ПЗСч), у 2 гол. приоперативно завал сычуга не выявлен, т.е. окончательный диагноз - нестойкое правостороннее смещение сычуга (НПССч).

Репродуктивный период у 59 коров распределяли в исследовании следующим образом (табл. 1):

1) коровы в период стельности (ПСТ) - 13 гол. (22%),

2) коровы в ранний послеотельный период (РПОП; 1-10 сут. после отёла) - 19 гол. (32%), 3) коровы в более поздний послеотельный период (ППОП; 11 сут. и более после отёла) - 27 гол. (46% от 59 гол.).

В течение последних десятилетий количество вновь создаваемых молочнотоварных ферм с технологией производства, основанной на БСС, значительно превышает количество ферм, работающих на основе ПСС коров. Значительно больше, чем ПСС, отвечая биологически обусловленной потребности молочных коров в ежедневной двигательной активности, БСС соответствует принципам экологического типа ведения молочного скотоводства и во многом определяет нормативные требования зарубежных союзов производителей к условиям производства продовольственной экопродукции. Тем не менее ПСС продолжает использоваться в практике животноводства, все чаще он встречается в малых фермерских, в личных подсобных хозяйствах с малым поголовьем скота. С.А. Оводков сообщает, что ПСС молочных коров способствует более полной реализации наследственного потенциала продуктивного долголетия [1].

В связи со значительной распространённостью БСС молочного скота в западноевропейских странах в исследовании было выявлено большее количество коров, содержащихся в хозяйствах на БСС - 71%, тем не менее значительная доля животных (29%) со смещениями сычуга всё же содержалась в хозяйствах на ПСС (табл.). Рассматривая суммарно все выявленные лево- и правосторонние случаи смещений сычуга с учётом ТСРП животных -большинство коров с патологиями Сч, как на ПСС, так и на БСС отмечались именно в ППОП - более поздний послеотельный период (7 и 20 гол.) соответственно. Исключением был правосторонний завал сычуга, при котором наибольшее количество заболевших коров на ПСС были стельными или находились в раннем послеотельном периоде (4; 4; 1 гол. соответственно). Небольшой объём выборок выявленных случаев нестойкого левостороннего и нестойкого правостороннего смещения сычуга (НЛССч и НПССч) не даёт возможности

в полной мере оценить их взаимосвязь с ССК в разные сроки репродуктивного периода у животных. У коров на всех этапах текущего состояния репродуктивного периода, содержащихся в хозяйствах на ПСС, ЯЯ возникновения правосторонних патологий сычуга был в 1,3 раза выше, чем левосторонних патологий (табл. 2). Относительный риск возникновения правосторонних патологий Сч относительно левосторонних ещё сильнее увеличивался у коров в период стельности: ЯЯ=2,1. Тенденция возрастания ЯЯ правосторонних патологий продолжала усиливаться у животных в ранний послеотельный период - РПОП: ЯЯ=2,8. Однако самое высокое значение ЯЯ возникновения правосторонних патологий относительно левосторонних было вычислено при БСС у коров в ППОП: ЯЯ=3,2.

У коров на всех этапах текущего состояния репродуктивного периода, содержащихся в хозяйствах на БСС, напротив, выявлен в 1,3 раза более высокий ЕЯ возникновения левосторонних патологий сычуга, чем правосторонних. При этом в ПСТ и РПОП наблюдалась соответственно та же тенденция возрастания ЯЯ возникновения левосторонних патологий относительно правосторонних, но только на БСС: ЯЯ=1,3; 3,1; 3,5 соответственно. Положительный риск возникновения левосторонних патологий Сч (ЯЯ=1,5) отмечался у коров в ППОП.

Две нижние строки таблицы 2 математически уточняют описанную выше динамику показателя ЯЯ в ходе различных периодов репродуктивного цикла коров по отдельно взятым ЛЗСч и ПЗСч -как наиболее многочисленным выборкам данных генеральной совокупности.

Результаты вычисления уровня Р (табл. 3) были выше 0,05, т.е., нулевая гипотеза не опровергается на 5-процентном уровне значимости, а распределения анализируемых качественных показателей

в различных ступенях достоверно не различались. Таким образом, посредством вычисления %2-критерия К. Пирсона и точного теста Р. А. Фишера установлено отсутствие статистически достоверной взаимосвязи между возникновением смещений Сч и ССК (ППС / БСС) - в целом по всей генеральной совокупности и в отдельные ТСРП, а также между возникновением смещений Сч и ПСТ /ПОП на фоне ПСС / БСС.

Выводы. 1. В исследовании было выявлено значительное количество коров с лево- и правосторонними смещениями сычуга, содержащихся в хозяйствах в условиях как привязного, так и беспривязного содержания. Полученные результаты не дают оснований относить способ содержания коров к доминирующему этиологическому фактору возникновения смещений сычуга у коров. 2. Наибольшее количество случаев лево- и правосторонних патологий сычуга было выявлено у коров в период 11 сут. и более после последнего отёла. 3. У всей совокупности исследованных коров, содержащихся в хозяйствах на привязном содержании, относительный риск (ЯЯ) возникновения правосторонних патологий был повышен (в 1,3 раза) относительно левосторонних, напротив, у всей совокупности коров, содержащихся в хозяйствах на беспривязном содержании, относительный риск (ЯЯ) возникновения левосторонних патологий был повышен (в 1,3 раза) относительно правосторонних. 4. У коров на привязном содержании с периода стельности до периода 1-10 сут. после отёла возрастал относительный риск возникновения правосторонних патологий (с ЯЯ=2,1 до ЯЯ=2,8). У коров на беспривязном содержании с периода стельности до периода 1-10 сут. после отёла, напротив, возрастал относительный риск возникновения левосторонних патологий (с ЯЯ=3,1 до ЯЯ=3,5). 5. Повышенный относительный риск возникновения

1. Количество коров, содержащихся на ПСС и БСС в период возникновения всех лево- и правосторонних патологий сычуга

Патологии сычуга: Кол-во коров, гол. Кол-во коров на ПСС, гол. Кол-во стельных коров на ПСС, гол. Кол-во коров в РПОП на ПСС, гол. Кол-во коров в ППОП на ПСС, гол. Кол-во коров на БСС, гол. Кол-во стельных коров на БСС, гол. Кол-во коров в РПОП на БСС, гол. Кол-во коров в ППОП на БСС, гол.

Все случаи: (Л+П) 59 17 (29% от 59 гол.) 5 5 7 42 (71% от 59 гол.) 8 14 20

Л 34 8 (23,5% от 34 гол.) 1 1 6 26 (76,5% от 34 гол.) 5 10 11

П 25 9 (36% от 25 гол.) 4 4 1 16 (64% от 25 гол.) 3 4 9

ЛЗСч 24 5 (21% от 24 гол.) 1 1 3 19 (79% от 24 гол.) 3 7 9

НЛССч 10 3 (30% от 10 гол.) - - 3 7 (70% от 10 гол.) 2 3 2

ПЗСч 23 9 (39% от 23 гол.) 4 4 1 14 (61% от 23 гол.) 2 4 8

НПССч 2 - - - - 2 (100% от 2 гол.) 1 - 1

правосторонних патологий (КИ=3,2) отмечался у коров на беспривязном содержании в период с 11 и более сут. после отёла. При привязном содержании у коров в данный период отмечался повышенный относительный риск возникновения левосторонних патологий сычуга (ЯЯ=1,5). 6. Посредством вычисления %2-критерия К. Пирсона по

всей генеральной совокупности коров установлено отсутствие статистически достоверной взаимосвязи (Р=0,2) между возникновением у животных лево- и правосторонних патологий сычуга и способом (привязный, беспривязный) их содержания в животноводческих хозяйствах. 7. Отсутствие статистически достоверной взаимосвязи между воз-

2. Относительный риск развития (КИ) смещений сычуга с учётом воздействия на коров факторов риска: привязного и беспривязного содержания, а также текущего состояния репродуктивного периода животных

Событие Фактор риска:

у всех коров без учёта ТСРП у коров в ПСТ у коров в РПОП у коров в ППОП

ССК: ПСС / БСС ССК: БСС / ПСС ССК: ПСС / БСС ССК: БСС / ПСС ССК: ПСС / БСС ССК: БСС / ПСС ССК: ПСС / БСС ССК: БСС / ПСС

ПЗСч + НПССч / ЛЗСч + НЛССч 1,3* 0,7 21 0,4 2,8 0,3 0,3 32

ЛЗСч + НЛССч / ПЗСч + НПССч 0,7 13 0,3 31 0,2 35 15 0,6

ПЗСч/ ЛЗСч 15 0,6 20 0,5 22 0,4 0,5 18

ЛЗСч/ ПЗСч 0,6 16 0,3 30 0,3 31 14 0,6

*Примечание: значение ЯЯ может исчисляться от 0,0 до бесконечности. КЕ.= 1,0 означает, что нет разницы в риске наступления события (развития право- или левосторонних патологий сычуга) между двумя группами (выделенной жирным шрифтом ПЗСч + НПССч-экспериментальной и невыделенной ЛЗСч+НЛССч-сравниваемой) под воздействием фактора ПСС. ЯЯ>1,0 означает, что развитие события (заболевания) в экспериментальной группе наступает реже, чем в сравниваемой (невыделенной). ЯЯ>1,0 означает, что в экспериментальной группе наступление события происходит чаще, чем в сравниваемой, что указывает на возможную взаимосвязь между фактором риска (-привязным содержанием) и наступлением заболевания (-правосторонних патологий сычуга) в эксперименте. В таблице все значения при ЯЯ>1,0 выделены нижним подчеркиванием. ЯЯ=0,0 может быть получен при вычислении в том случае, если одно или несколько значений из 4 (а,Ъ,е,ё) в таблице сопряжённости равняется 0,0 (т.е., объём исследуемой выборки недостаточен для вычисления, так как деление на 0,0 даёт 0,0). В этом случае рекомендуется поиск других методов математического выражения вероятности наступления изучаемого события

3. Исследование статистической взаимосвязи между смещениями сычуга и способом содержания коров, их текущим состоянием репродуктивного периода: результаты вычисления %2-критерия К. Пирсона и точного теста Р.А. Фишера

Взаимосвязь дихотомных показателей ряда Б vs. А:

Ряд Б

тест: ттФ;

х2-кр.=

О

О (Г

Бо

рт

^ 8 a t

W * ^О ез

о <и ^ И 1С

О

° х M Ъ

О

о

С «

о о

в

о р

орк

2.

й Е

8 £ с к ^ С

U M t-

nO

в

3.

ы ов

к

э a H 3

о Й С й

4.

ы ов

8 9 a

пы

H ы с a

5.

о о С

S g

С о с

о S

^ Ё СМ 1вв

6.

1.

стССч: Л / П

ттФ

0,2*

0,2

1,0

0,07

х2-кр.

0,2

0,1*

0,5

0,1

0,9

0,02

Ряд А

(1-2) 2. ЗСч: ттФ - 0,5 0,7 0,5 1,0 0,2 0,7

ЛЗСч / ПЗСч х2-кр. 0,1 0,1 0,5 0,3 0,9 0,09 0,5

* Примечание: приводим пример интерпретации [14] результатов в таблице, где анализировалось воздействие показателей из ряда Б на показатели из ряда А. Р = 0,2* — доли коров с лево- и правосторонними патологиями Сч (по дихотомии показателя стССч: Л/П, ряд А, 1.) — достоверно не отличаются друг от друга (Р=0,2; P>0,05) при учёте воздействия на них показателя ССК (кол. 2) ряда Б. Р=0,1* — курсивом в таблице выделены значения вычисления %2-кр., оценённые SAS 9.1 в качестве недостаточно точных: в качестве точных значений принимаются не выделенные курсивом значения в соответствующей колонке (Р=0,2*). Те. статистически достоверного влияния ССК (ПСС/БСС) на стССч (ряд А, 1.) не выявлено; стССч - сторона смещения сычуга, ЗСч - завал сычуга

никновением у животных лево- и правосторонних патологий сычуга и ССК (ПСС, БСС) установлено также по отдельности в ПСТ (ттФ: Р = 0,2), в ПОП (Х2-кр.: Р=0,5).

Литература

1. Оводков С.А. Влияние способов содержания на долголетие высокопродуктивных коров // Молочное и мясное скотоводство. 2015. № 7. С. 27-29.

2. Морозов Н.М., Рассказов А.Н. Направления развития материально-технической базы животноводства России // Труды ГОСНИТИ. 2017. Т. 127. С. 8-20.

3. Барашкин М.И. Продуктивное долголетие крупного рогатого скота при промышленных технологиях содержания // Аграрный вестник Урала. 2015. № 1 (131). С. 33-37.

4. Методические рекомендации по реконструкции и техническому переоснащению животноводческих ферм / П.М. Морозов, П.П. Гриднев, В.Ф. Липатников [и др.]. М.: Минсельхоз РФ, ФГМУ «Росинформагротех», 2000. 254 с.

5. Методические рекомендации по технологическому проектированию ферм и комплексов крупного рогатого скота / П.Н. Виноградов, С.С. Шевченко, М.Ф. Мальгиным [и др.]. М.: Минсельхоз РФ, 2011. 107 с.

6. Милошенко В.В. Неизбежная перспектива беспривязного содержания молочного скота // Повышение продуктивных и племенных качеств сельскохозяйственных животных: матер. 74-й междунар. науч.-практич. конф., посвящ. 80-летию Ставропольского ГАУ Ставрополь: Ставропольский ГАУ, 2010. С. 99-102.

7. Анищенко А.Н. К вопросу о технологической модернизации молочных ферм региона // Вестник Череповецкого государственного университета. 2013. № 3. Т. 1. С. 46-50.

8. Безбородов П.Н. Метод «круговой» последовательности проведения клинической диагностики внутренних незаразных болезней у крупного рогатого скота // Достижения молодых учёных в развитии инновационных процессов в экономике, науке, образовании: матер. III Междунар. научн.-практич. конф. В 2 ч. / Под ред. И.А. Лазарева. Брянск: БГТУ, 2011. Ч. 1. С. 233-235.

9. Безбородов П.Н. Ганноверский типовой образец карт клинической курации животных в условиях ветеринарных клиник по лечению крупного рогатого скота // Учёные записки учреждения образования «Витебская ордена «Знак Почёта» государственная академия ветеринарной медицины». 2011. Т. 47. № 2-1. С. 121-129.

10. Безбородов П.Н. К вопросу о классификации заболеваний сычуга у коров // Российский ветеринарный журнал сельскохозяйственных животных. 2008. № 2. С. 22-23.

11. Безбородов П.Н. «Смещение» или «завал» сычуга у коров? // Трансферт инновационных технологий в животноводстве: матер. междунар. научн.-практич. конф. 27-28 марта 2008 г. Орёл: ОрёлГАУ, 2008. C. 19-22.

12. Безбородов П.Н. О проблеме определений, классификации и терминологии в изучении состояний смещения сычуга у высокопродуктивных коров // Актуальные проблемы ветеринарии и животноводства: матер. межрегион. научн.-практич. конф. Самара: ГНУ СамНИВС Россельхозакадемии, 2010. С. 28-36.

13. Безбородов П.Н. Опыт проведения операции по репозиции левостороннего завала сычуга у коров // Учёные записки Казанской государственной академии ветеринарной медицины им. Н.Э. Баумана. 2006. Т. 186. С. 28-40.

14. Beyerbach M. Computergestützte veterinärmedizinische Biometrie und Epidemiologie. Einführungskurs Statistik für Doktoranden laut Promotionsordnung. / M. Beyerbach, K. Rohn, J. Schäl, B. Schneider, L. Kreienbrock // Skriptum zum Blockkurs. 9. Auflage. 2006. 164 s.

Взаимосвязь между признаками у дочерей быков голштинской породы различного происхождения

ЕА Бабич, аспирантка, ФГБОУ ВО Южно-Уральский ГАУ

Одним из перспективных направлений повышения молочной продуктивности и технологичности разводимого отечественного крупного рогатого скота считается использование в селекции генетического потенциала голштинской породы [1-5]. Полученные помеси характеризуются молочным типом телосложения с более высокими показателями по удою, выходу молочного жира и белка. Они имеют лучшие морфофункциональные признаки вымени при сохранении высокой живой массы и крепости конституции [6, 7].

Использование голштинской породы, обладающей высокими наследуемыми признаками продуктивности, жирномолочности и белковомолочности, позволило в регионах Российской Федерации создать внутрипородные типы, имеющие превосходство по хозяйственно полезным признакам над чистопородными чёрно-пёстрыми животными, а также повысить экономическую эффективность ведения отрасли молочного животноводства [8-11].

Цель исследования - определение эффективности использования быков-производителей гол-штинской породы разной селекции и изучение коррелятивных связей между удоем коров первого отёла за полную лактацию и показателями промеров ремонтного молодняка для формирования высокопродуктивных стад.

Для достижения поставленной цели были определены следующие задачи:

- изучить показатели промеров ремонтных тёлок в возрасте 6, 12 мес. и на втором месяце лактации;

- изучить молочную продуктивность коров первого отёла за 305 дней лактации;

- установить взаимосвязь между показателями промеров и молочной продуктивностью животных.

Материал и методы исследования. Исследование проводили в племенном хозяйстве ТОО «Опытное хозяйство Заречное» Костанайской области Республики Казахстан на животных внутри-породного типа чёрно-пёстрого скота Каратомар. Ремонтные тёлки подбирались в группы методом парных аналогов дочерей быков-производителей: I гр. - американской селекции Орбит 4078, II гр. - американской селекции Лоурайдера 4129, III гр. - отечественной селекции Ямала 975. В период исследования все животные находились в аналогичных условиях кормления и содержания. Взятие у животных основных промеров тела проводили в возрасте тёлок 6 и 12 мес., дойных коров - на втором месяце лактации. Молочную продуктивность за 305 дн. лактации определяли индивидуальным ежемесячным доением каждого животного. Содержание жира и белка в молоке определяли общепринятыми методами, используя прибор «Клевер-2М», количество молочного жира