Новые символы в художественной культуре России революционных лет

УДК 7.036.1(47+57):316.773.2

А. Д. Александрова

Новые символы в художественной культуре России революционных лет

Новая власть, установившаяся после 1917 г., стала диктовать свои правила и принципы не только в политике, но и в культуре и искусстве того времени. Внедрение официальной и неофициальной символики в художественную культуру России позволяет проанализировать взаимосвязь политической культуры и эстетики власти. Становления официальной (серп и молот, красная звезда) и неофициальной символики (образ пахаря и сеятеля, формирование нового праздничного канона, фигура «простого» человека и т. д.) послужило толчком к формированию новой послереволюционной культуры, где символы и их интерпретация играли одну из ведущих ролей. Они вступали в диалог между властью и обществом: с одной стороны - отражали интересы власти, а с другой, именно в символике нашли свое отображение идея борьбы и те общественные проблемы, которые и побудили взять в руки оружие.

Ключевые слова: символ, художественная культура, новая власть, культурная программа, идеология, политическая культура, послереволюционная культура

Anna D. Aleksandrova New characters in Russian revolutionary years art

The new government, established after 1917, began to dictate its rules and principles not only in politics, but also in culture and art of the time. The introduction of official and unofficial symbols in the artistic culture of Russia allows us to analyze the relationship of political culture and aesthetics of power. The formation of the official (hammer and sickle, red star) and unofficial symbols (the image of the plowman and sower, the formation of a new festive canon, the figure of a «simple» person, etc.) gave rise to the formation of a new post-revolutionary culture, where the symbols and their interpretation played a leading role. They engage in a dialogue between authorities and society: on the one hand reflects the interests of the government, on the other hand, in the symbolism reflected the idea of the struggle and those public problems that prompted to take up arms.

Keywords: symbol, art culture, new power, cultural program, ideology, political culture, post-revolutionary culture

DOI 10.30725/2619-0303-2019-1-58-63

1917 год - особый период в истории России. Революция, закончившаяся приходом большевиков к власти, послужила мощным толчком для создания новой культурной программы. Эта программа должна была не просто отражать идеологию власти, но и прививать новые ценности обществу при помощи уникальной символики.

Проблематикой революции 1917 г. и ее символики занимаются многие исследователи: Б. Гройс, Б. И. Колоницкий, В. З. Паперный, В. П. Булдаков, Д. М. Фельдман, Н. А. Соболева и др. В своих исследованиях они рассматривают становление новых символов (флаг, герб и гимн) в период революции и их трансформацию в общегосударственные эмблемы на протяжении столетий, а также идею взаимосвязи революции, власти и культуры через произведения искусства.

В отличие от приведенных авторов, данная статья затрагивает тему об истинной причине создания и семантической трансформации новых символов власти и того, как

художественная культура «работала» на создание этих символов.

Развитие символического и эмблематического жанра связано с именем Петра I - человека, который побывав за рубежом, увидел насколько важно понятие «эмблема» и понятие «символ» для культуры XVIII в. [1, с. 586]. Именно после XVIII в. мы можем говорить об отличительности символов в русской культуре. На протяжении всего периода ХУШ-ХХ вв. символика и культура неразрывно связаны между собою, взаимно обогащая и влияя друг на друга. XX век - время революционного движения, становления новой власти, новых ценностей и культуры. Обращение к символике стало определяющим началом того времени.

Впервые официальная и неофициальная символика стала перекликаться именно в художественной культуре. Флаг, герб, гимн, серп и молот, красная звезда - официальные символы послереволюционной культуры, отражающие интересы и идеологию новой власти. При этом те образы и та идеология, которая изначально

вкладывалась в них, трансформируются в официальную пропаганду, становясь государственными и гербовыми отличительными знаками. Неофициальными символами стали фигуры рабочего и крестьянина, образ пахаря и сеятеля, атеизм, нигилизм, идея о новом мире и т. д. Изображение одних символов стало невозможно без других. Власть стремилась продвигать символику в массы посредством художественной культуры: изображения на ценных бумагах и медалях, живопись, литература и кинематограф. Символика приобрела «новую жизнь»: красочные и яркие изображения демонстрировали идеологию и ценности власти, направленные на строительство нового мира.

Какие символы того времени маркировали власть? Это, прежде всего самые важные, отличительные знаки государства: герб, гимн и флаг (красное революционное знамя). Определяя роль символики в формировании эстетики власти, Б. И. Колоницкий в своей работе «Символы и борьба за власть: к изучению политической культуры Российской революции 1917 г.» пишет о том, что отличительные знаки получили новое прочтение именно после февраля, которое во многом зависело от идеологии власти [2, с. 232]. На новизне образа во внешнем облике и приметах революции акцентирует внимание и С. Т. Махлина в главе «Семиотика революции» [3, с. 174]. Символика - это не просто набор определенных практик и знаков, но это еще и способ «объединения властных структур и общества, обеспечивая социальное единство на иной основе» [3, с. 176].

Впервые говорить о становлении официальных символов новой власти можно начиная с 1918 г., после V Всероссийского Съезда Советов, итогом которого становится создание первой Конституции РСФСР. В разделе под № 6 говорится о первой официальной символике на гербе: она состоит из «изображений на красном фоне в лучах солнца золотых серпа и молота, помещенных крест-накрест рукоятками книзу, окруженных венцом из колосьев и с надписью» [4, с. 1]. С. Т. Махлина отмечает, что замена герба воспринималась как уничтожение старого режима, его отличительных знаков и всего того, что могло служить напоминанием о царской власти [3, с. 177].

Серп символизировал крестьянство (плуг, по мнению автора-создателя Е. И. Камзолкина, не был подходящим для эмблемы: он не очень узнаваем в качестве знака крестьянского труда, изображение громоздкое и бесформенное, а серп - графически очень четкий и ясный знак), а молот внутри - рабочий класс.

Из обычного художественного оформления, серп и молот приобретают черты идеологии новой власти и становятся символами новой культуры. Это - успешно реализованный политический проект по объединению революционной идеологии новой власти: перекрещенные серп и молот - аллегория на христианский сакральный символ - крест. Но в христианстве крест - символ страданий и терпения, а перекрещенные орудия труда для социалистического мира - символ единства рабочих и крестьян, всех трудящихся и знак победы труда над капиталом. Замена креста на эмблему продолжила тенденцию по распространению атеистических идей в обществе.

После 1924 г. на гербе появляется пятиконечная звезда - отличительный знак принадлежности к рядам Красной армии и «путеводная звезда» трудящихся. Ее носили не только как нагрудный знак, но и на головном уборе: после 1918 г. создается проект нового обмундирования для армии, где указывалось, что звезда теперь должна располагаться «как на околыше фуражки, так и на левой стороне груди военного и гражданского платья» [5, с. 18].

В стихотворении «Красноармейская звезда» Демьян Бедный подчеркивает ее идеологический смысл: звезда ассоциируется с боевым знаком и символом победного Труда [6, с. 19]. Постепенно формируется и отношение к звезде как к символу победного труда, символу нового мира.

Звезда как проводник появляется и на медали, посвященной годовщине революции: «30 лет Великой Октябрьской социалистической революции» [7, с. 88]. Она подчеркивала, что выбранный курс советской власти продолжается и после революции 1917 г. Отличительным знаком аверса выступает не просто изображение победного знамени и герба, а изображение Кремля. На верхушке Кремля помещена красная звезда - символ власти и армии и той самой путеводной звезды, которая направляла революционное движение. Ее лучи - обозначение того, что революционные итоги не забыты даже после смерти В. И. Ленина.

Изображение звезды можно встретить и на денежных знаках 1923 г. Государственный денежный знак номиналом 25 рублей [8, с. 205] символизирует революционного героя, чей взгляд устремлен немного вверх. Над его головой - красная путеводная звезда, чьи лучи направляют его. Это звезда правды. На голове - буденовка - символ армии. Таким образом, герой не только подчеркивает выбор новой власти, но и вступает в ряды Красной армии, защищающей интересы

простого человека. Помимо звезды, еще одним официальным символом стал гимн.

«Рабочая Марсельеза» [9, с. 1] в качестве официального символа государственной власти была утверждена 23 февраля 1917 г. Обращение к народному творчеству как к отражению культуры повседневности простого человека должно было стать поворотным моментом в формировании и определении дальнейшего пути послереволюционного искусства. Какую символику несет в себе Марсельеза? Во-первых, это обращение к простому человеку; царь представлен не как защитник русского народа, а как вампир и кровопийца (в отличие от дореволюционного гимна «Боже, Царя храни!»; в дореволюционном гимне основной упор делался на фигуре царя и его образе как защитника православия и земли русской). Во-вторых, это отражение действительности: голод, тяжелый труд, произвол со стороны «богачей-кулаков». В-третьих, это движение за новый мир. Большевики призывали к смене власти. «Марсельеза» призывает не просто к активным действиям и восстанию, сколько к борьбе за свои права. Она стала гимном революции и символом оборончества. «Рабочая Марсельеза» была очень популярна, звучала на многих важных мероприятиях: встреча членов Временного правительства, при приеме иностранных делегаций и т. д., стала одним из знаков революции 1917 г. Она была отменена 23 января 1918 г., во время Гражданской войны (ее называли знаком буржуазной революции и гимном воющих империалистических держав), и заменена на «Интернационал», который, в отличие от «Марсельезы», считался международным гимном социалистов и символом пролетариата.

От «Рабочей Марсельезы» «Интернационал» [10, с. 1], утвержденный в качестве официального гимна в 1918 г., отличался направленностью - идеей массовости. Текст не просто призывал к активным действиям, он был направлен на концепцию объединения. Отсутствие конструирования образа глобального врага (в случае с «Марсельезой» это был богач и царь) позволило сделать текст более емким, информативным по содержанию и лаконичным по восприятию. Сделав упор на формировании образа о строительстве нового мира, автор воссоздал идею о человеке, свободном от самодержавия, который сам выбирает свою судьбу. Таким образом, гимн отражал основную пропаганду большевиков и формировал основные мотивы послереволюционного искусства.

Помимо гимна символом оборончества стал и красный флаг. Его образ воспринимался как «грозный символ социального возмездия» [2, с. 234]. Какое прочтение могло быть заложено в идее этого символа?

Красный цвет был тесно связан с религиозным прообразом. Несмотря на то, что новое государство - атеистическое, в нем мы можем найти отсылки к Библии. Красный - цвет дьявольского начала, но это также и цвет крови (вспомним про Моисея и смоковницу, чьи плоды при созревании имели красноватый оттенок). Это и символ новой жизни и урожая в крестьянской культуре. Многие праздники были посвящены именно этому цвету.

Для крестьян цвет всегда ассоциировался не только со сменой сезона и новым урожаем, но и с отсылкой к библейским мотивам и сюжетам, на которые всегда был богат русский фольклор. Именно поэтому «новые знамена» были окрашены в красный цвет. Они идентифицировались как призыв к агрессивным и активным действиям, но при этом не должны были противоречить религиозному прообразу, чтобы не отпугнуть революционные силы и настрой. Красный цвет не только побуждает к действиям, притягивает к себе внимание аудитории, но и активно используется в качестве знака отличия в период Гражданской войны.

В одинаковой степени он маркировал и дополнял образ врага. Давид Фельдман в статье «Красные белые: советские политические термины в историко-культурном контексте» говорит о таком феномене, как построение идентичности с помощью цвета [11, с. 432]. Понятие «красный» характеризовало не просто политическое отношение к власти, но и особый статус. Он обозначал не просто советскую власть, но и вбирал в себя различные аспекты, символика которых должна была не просто сплотить участников революции. Цвет должен неразрывно связывать новый революционный уклад мира с присущими ему идеологическими ценностями. Учитывая, что послереволюционные ценности отличались от принятых при царской власти, получается, что цвет маркировал не только раннесоветские ценности, но и становился символом послереволюционной культуры. Это понимание закрепилось в концепции советской эмблемы, в символике красной звезды и на знаменах - изображение единства и победы новой власти.

Таким образом, герб, гимн и флаг - официальные знаки отличия власти, которыми она себя маркировала по отношению к другим государствам. Серп, молот и красная звез-

да - официальные символы власти. Но как она себя отождествляла по отношению к рабочим и крестьянам, благодаря которым произошел государственный переворот?

Революция 1917 г. своими главными неофициальными знаками отличия сделала идею о свободном человеке, сноп колосьев, концепцию нового мира и т. д. Эти изображения отражали культуру повседневности и идею борьбы простого человека, который стремился к новому миру. Рабочие и крестьяне «узнавали себя» в этих знаках.

Образ простого человека (простой человек - рабочий и крестьянин - движущая сила революции, ее герои) стал широко использоваться в послереволюционной культуре, например на медалях: «Третья годовщина Великой Октябрьской социалистической революции» [7, с. 77] и «8-й съезд Советов Российской Советской Федеративной Социалистической Республики» [8, с. 77]. Первая изображает рабочего с винтовкой в руке в момент поднятия восстания. Красная звезда за спиной служит для него ориентиром. Вторая посвящена тяжелому труду горнорабочих. Аналогичная ситуация происходит и на денежных знаках образца 1923 г., на платежном обязательстве «100 рублей золотом» [8, с. 231] и на денежных знаках того же года [8, с. 204].

С победой революции меняется и культура повседневности города и деревни. Новый досуг способствовал изменениям в отношении к труду и культурному отдыху. Изменение календаря, введение новых праздников и сокращение рабочего времени способствовали «освобождению» от тяжелого труда, принятого в Российской империи до 1917 г. Во многом это способствовало восприятию революции как праздника свободы [3, с. 178].

На казначейских билетах 1924 г. был красочно нарисован золотой сноп колосьев [5, с. 231]. Яркие изображения демонстрируют, как изменился мир с приходом революции 1917 г.: колосья - символ богатого урожая, серп и коса - отображение крестьянства. Нет голода, нет войны. Вверху композицию венчает герб советской власти, а над ним красная звезда - символ не только армии, но и та самая «искра», чей свет направлял революционную борьбу.

Идея спокойной и размеренной жизни и на билете «Три червонца» [5, с. 230]. Главный герой - крестьянин, засеивающий свои поля. Это - собирательный образ пахаря и сеятеля в одном лице. Аналогичный мотив можно встретить и на казначейском билете «5 рублей золотом» [5, с. 232]. Центральная компози-

ция - двое крестьян распахивают и засеивают огромное поле. Автором подчеркивалась концепция власти о новом мире и представление о свободном человеке: герои вспахивают поле на огромном тракторе.

На медали 1919 г. «Вторая годовщина Великой Октябрьской социалистической революции» мы видим фигуру мужчины-атлета, облаченного только в одну набедренную повязку [8, с. 77]. В его руках молот и колосья. Атлет -воплощение идеи нового человека, свободного от предрассудков дореволюционной культуры, символ раннесоветского мира, где каждый сам выбирает судьбу, где больше нет угнетения властью, где не страдают от произвола со стороны властвующих господ. Новый мир строился в противовес старому, где были голод и разруха, не было выбора и равноправия. За спиной атлета мы видим, как происходит строительство этого мира: рабочие работают на новых фабриках с современным оборудованием, а у крестьян - время сбора урожая. Мужчина-атлет как образ нового человека отражал те идеи, к которым стремилась власть: атеизму, нигилизму и социализму.

Замысел о свободном человеке нашел свое отображение и в литературных кругах. Поэты «Кузницы» в своих произведениях показывали, как прекрасна жизнь простого свободного человека, как важен труд рабочего и крестьянина для страны. Идея о кузнице как о месте, где куется новое свободное пролетарское искусство, изложил Николай Дегтярев в одноименном стихотворении [12, с. 8].

Какие символы новой власти встречаются в стихотворении Н. Дягтярева? Солнце - символ коммунизма, отражающий идею всеобщего просветления и свободы. Город - новая власть, которая распространяет идеи солнца и одновременно побуждает к активным действиям. «Перестроит землю разом» - отсылка к большевистской идее о новом мире. Кузнецы - это собирательный образ: с одной стороны, те самые герои революции, символ борьбы, благодаря которым свершилась революция, а с другой, кузнецы - это теперь все те, кто участвует в строительстве нового мира. «Коллективно создаем» - отсылка к идее о массовом искусстве и соцзаказе, где художник отражает идеи правящей партии. Аналогичной концепции придерживался и Семен Родов в стихотворении «Пролетарские поэты» [13, с. 5]. «В рядах товарищей -борьбы» - отсылка к идее борьбы и новым неофициальным символам власти - рабочему и крестьянину, которые взявшись за оружие, стали свободными от самодержавия

и несправедливости. Формирование идеи о том, что жизнь рабочего и звуки завода могут быть прекрасными, как и долгожданное возвращение домой в деревню, изменяло отношение к труду: он стал восприниматься как праздник. Такая тематика стихотворения подчеркивала значимость героев революции для власти, и как следствие - те шли на работу с чувством необходимости, а не тяжелого долга. Какая еще символика изображалась в искусстве того времени? Одним из таких «сюжетов» был образ вождя.

И. И. Бродский изображает В. И. Ленина («В. И. Ленин в Смольном», 1937) как человека «из народа»: его кабинет аскетично обставлен, только необходимая мебель. Вся обстановка подчеркивает тот факт, что вождь революции, несмотря на принятие важных решений, остается в жизни обычным человеком. Или «Ленин на фоне Смольного» («В. И. Ленин на фоне Смольного», 1925). Формирование образа В. И. Ленина как «простого человека» способствовало не только воплощению идей коммунизма, но и созданию аллюзии того, что именно он, будучи простым человеком (в отличие от царя Николая II), способен понять всю глубину и суть крестьянского и рабочего вопроса.

Аналогично описывает вождя революции и А. М. Герасимов на картине «Ленин на трибуне» («Ленин на трибуне», 1929-1930). В. И. Ленин, заложив правую руку за борт пиджака, произносит с трибуны революционную речь, рассказывая о будущих событиях и переменах. Он напряжен и охвачен мыслями о событиях 1917 г., как бы призывает толпу к активным действиям. На переднем плане изображены большие красные стяги с символикой новой власти: красная звезда, серп и молот. Таким образом, образ В. И. Ленина как идейного вдохновителя и движущей силы революции стал восприниматься как символ не только нового мира, но и советского человека.

Помимо образа вождя революции, какая тематика еще присутствовала в искусстве? Это идея борьбы. Концепция борьбы старого и нового, красных и белых за власть стала символом того, как искусство превращается в платформу для политической пропаганды. При ее помощи происходило не только конструирование новой реальности, образа глобального врага, но изменение отношения к тем или иным событиям.

Например, работа К. С. Петрова-Водкина «1918 г. в Петрограде» («Петроградская мадонна», 1920) - картина, повествующая о событиях 1918 г., периода Гражданской войны. Центральный персонаж - измученная женская фигура, немой свидетель событий тех

лет. В ее глазах печаль и ужас, а исхудалое лицо - последствие голода. На ее руках младенец - символ новой жизни. За ее спиной художник показывает немноголюдные улицы того времени. Почему именно женщина изображена так приближенно? На мой взгляд, она олицетворяет образ измученной России, которую разрывала война, голод и борьба за власть. В синем здании выбиты окна, расклеены революционные листовки. Все это - отражение разрухи и борьбы. «После боя» - картина, написанная в 1923 г., также показывает ужасы Гражданской войны. Красногвардейцы сидят за столом и вспоминают своих погибших товарищей. Пустой котелок и ложки - аллюзия голода. Смерть, разруха и голод - вот они ужасы войны. Аналогичная ситуация наблюдается и в «Смерти комиссара» (1928). Раненого комиссара красногвардеец не оставляет умирать, унося с поля боя. Эти две картины объединяет изображение красных. Это простые рабочие и крестьяне, они олицетворяют людей, переживающих о своей судьбе и о судьбе Родины, которая находится в огне войны сначала Первой мировой, потом Гражданской. Несмотря на то, что они - символы войны, художник представляет их как обычных людей, война для которых - это горе и потеря близких.

Иначе изображались белогвардейцы. На картине «Утро офицера царской армии» (1938) авторы Кукрыниксы показывают как выглядят белогвардейцы: утро их начинается довольно поздно, после бурного застолья. Они не испытывают боли от потери товарищей/близких, не ощущают и голод. Похоже, что их не коснулись разруха и ужасы войны. Изображая белогвардейцев такими, авторы подчеркивают весь трагизм ситуации, если бы победили белые. Таким образом, художественная культура становится частью политической культуры и платформой для пропаганды идеологических ценностей большевиков.

Окончательный вопрос о поиске новых символов был завершен в 1922 г., с победой Красной армии и установлением советского строя. Серп и молот, красная звезда, фигуры рабочего и крестьянина и многие другие - официальные и неофициальные символы новой власти, отражающие ее интересы и идеологию. Они охватывали и политический, и культурный аспект, акцентируя внимание на наиболее значимых концептах для большевиков. Продвижение идеологии в массовое сознание способствовало приобщению людей к итогам революции 1917 г. и формированию их послереволюционного сознания.

Список литературы

1. Лотман Ю. М. История и типология русской культуры. Санкт-Петербург: Искусство-Санкт-Петербург, 2002. 768 с.

2. Колоницкий Б. И. Символы власти и борьба за власть: к изучению политической культуры российской революции 1917 г. Санкт-Петербург: Лики России, 2012. 320 с.

3. Махлина С. Т. Знаки, символы и коды культур Востока и Запада. Санкт-Петербург: Алетейя, 2017. 474 с.

4. Конституция РСФСР. URL: http: // hist. msu. ru (дата обращения: 28.02.2019).

5. Поцелуев В. А. Гербы Союза ССР: из истории разработки. Москва: Политиздат, 1987. 166 с.

6. Бедный Д. Собрание сочинений: в 5 т. Москва: Гослитиздат, 1953. Т. 2: Стихотворения 1917-1920 гг. URL: https: // litmir.me (дата обращения: 28.02.2019).

7. Памятная медаль советского периода, 1919-1991: каталог / Гос. ист. музей; авт.-сост. А. С. Шкурко, А. Ю. Салы-ков. Москва: Гос. ист. музей, 2005. 403 с.

8. Горянов И. М., Мурадян М. А. Бумажные деньги России, 1769-2015. 2-е изд. Москва: Знакъ-Консалтинг, 2017. 448 с.

9. Рабочая Марсельеза: гимн, 1917. URL: http: // songspro. ru (дата обращения: 28.02.2019).

10. Интернационал: гимн, 1918. URL: http: // texty-pesen. ru (дата обращения: 28.02.2019).

11. Фельдман Д. М. Терминология власти: советские политические термины в историко-культурном контексте. Москва: Форум: Неолит, 2015. 480 с.

12. Дегтярев Н. Кузница // Кузница. 1920. № 1. URL: https: // rulit. me (дата обращения: 28.02.2019).

13. Родов С. Пролетарские поэты // Кузница. 1920. № 1. URL: https: // rulit. me (дата обращения: 28.02.2019).

References

1. Lotman Yu. M. History and typology of Russian culture. Saint Petersburg: Iskusstvo-Saint Petersburg, 2002. 768 (in Russ.).

2. Kolonitskii B. I. Symbols of power and struggle for power: to study political culture of Russian revolution of 1917. Saint Petersburg: Liki Rossii, 2012. 320 (in Russ.).

3. Makhlina S. T. Signs, symbols and codes of Eastern and Western cultures. Saint Petersburg: Aleteiya, 2017. 474 (in Russ.).

4. Constitution of RSFSR. URL: http: // hist. msu. ru (accessed: Febr. 28. 2019) (in Russ.).

5. Potseluev V. A. Coats of arms of the USSR: from the history of development. Moscow: State publ. house of polit. lit., 1987. 166 (in Russ.).

6. Bednyi D. Collected works: in 5 vol. Moscow: State publ. house of lit., 1953. 2: Poems, 1917-1920. URL: https: // litmir.me (accessed: Febr. 28. 2019) (in Russ.).

7. Shkurko A. S., Salykov A. Yu. Commemorative medal of Soviet period, 1919-1991: catalogue / State Hist. Museum. Moscow: State Hist. Museum, 2005. 403 (in Russ.).

8. Goryanov I. M., Muradyan M. A. Russian paper money, 1769-2015. 2nd ed. Moscow: Znak-Konsalting, 2017. 448 (in Russ.).

9. Working Marseillaise: anthem, 1917. URL: http: // songspro. ru (accessed: Febr. 28. 2019) (in Russ.).

10. Internationale: anthem, 1918. URL: (accessed: Febr. 28. 2019) (in Russ.).

11. Fel'dman D. M. Terminology of power: Soviet political terms in historical and cultural context. Moscow: Forum: Neolit, 2015. 480 (in Russ.).

12. Degtyarev N. Kuznitsa. Kuznitsa. 1920. 1. URL: https: // rulit. me (accessed: Febr. 28. 2019) (in Russ.).

13. Rodov C. Proletarian poets. Kuznitsa. 1920. 1. URL: https: // rulit. me (accessed: Febr. 28. 2019) (in Russ.).