Трансформация государственного суверенитета в условиях глобализации

Конуров Андрей Иванович

ТРАНСФОРМАЦИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО СУВЕРЕНИТЕТА В УСЛОВИЯХ

ГЛОБАЛИЗАЦИИ

В настоящее время очень редкое политологическое исследование, посвященное современной эпохе, особенно если речь идет о мировой политике, обходится без упоминаний о глобализации как о доминирующей тенденции современности. Развитие информационных технологий, формирование глобальных финансовых рынков, рост международной торговли, распространение западной культуры на незападные регионы Земного шара приводит к резкому увеличению взаимозависимости государств планеты. В дополнение к этому нарастает интенсивность транснациональных связей корпораций, неправительственных организаций, а также значительных слоев населения различных государств, причем государства демонстрируют все меньшую способность контролировать эти связи. Все эти процессы коренным образом трансформируют облик современного мира, способствуют формированию новых балансов сил на региональном и глобальном уровне.

Во многих случаях о глобализации говорится без упоминания ее объекта. Зачастую можно встретить такие выражения как «глобализация означает триумф гигантских компаний», «глобализация уничтожает окружающую среду», «глобализация необратима» и т.д. Можно предположить, что отсутствие упоминания объекта глобализации означает в данных случаях, во-первых, то, что этот объект по умолчанию должен быть известен реципиенту, а во-вторых, что этот объект является настолько многогранным, что его описание займет слишком много времени, а выделение каких-то отдельных составляющих этого объекта приведет к неполноте понимания. Как подчеркивает Л.Е. Гринин, «глобализация - исключительно разноплановый процесс. Практически все области жизни испытывают на себе эти воздействия»1. Г. Тернборн из Шведского коллегиума передовых исследований говорит, что «если представить глобализацию в качестве переменной, она может объединить в себе бесконечное количество аспектов социальной

1 Гринин Л.Е. Глобализация и национальный суверенитет // История и современность, 2005, март - №1,

С.11

л

жизни» . Иными словами, на вопрос «что глобализируется?» следует ответ «все».

Таким образом, глобализация как макропроцесс представляет собой сумму минипроцессов, т.е. процессов глобализации различных феноменов или сфер общественной жизни: рынков, стандартов, угроз и т.д. Даже благополучие жи-

-5

вотных, и то может обрести глобальный характер . В совокупности это образует глобализацию всей мировой экономической и, соответственно, политической системы, обретение этой системой глобального характера.

В настоящее время глобальная капиталистическая система, т.е. такая капиталистическая система, которая территориально охватывает всю планету и не имеет сопоставимой с ней по масштабу альтернативной системы, уже создана. В экономическом отношении мы можем видеть несколько тысяч глобальных корпораций, которые ведут свою деятельность в масштабах всей планеты и при этом продолжают концентрировать капиталы и производства, свидетельством чего является динамика сделок слияния и поглощения.

В то же время в политическом отношении мир по-прежнему остается разделенным между суверенными государствами, полностью равными между собой с точки зрения международного права. Как пишет бывший председатель Банка России Дубинин С.К., «при глобальном объекте регулирования (мировой финансовый рынок) реальным действующим лицом - регулятором - может выступать только национальный субъект (правительства национальных государств). Однако именно данный факт делает особенно актуальным межгосударственное сотрудничество на основе переговоров»4. В несколько других терминах эту коллизию формулирует почетный профессор Университета Лидс З. Бауман, который разделяет понятия политики, которую он понимает как способность решать, что делать, и власти, которая, в его понимании, означает способность заставить что-то делать. Он пишет, что «власть становится глобальной и внетерриториальной и

2 Тернборн Г. Глобализация и неравенство (фрагмент) // Сумерки глобализации. Настольная книга антиглобалиста. Автор-составитель А.Ю. Ашкеров. - М.: АСТ, 2008, С. 79

3 Park, M., Singer, P. The Globalization of Animal Welfare: More Food Does Not Require More Suffering, Foreign Affairs, March/April 2012 http://www.foreignfairs.com/artiries/137188/miyun-park-and-peter-singer/the-globalization-of-animal-welfare

4 Дубинин, С.К. Финансовый кризис. Россия в поиске ответа. Нет альтернативы дальнейшей интеграции // Россия в глобальной политике, 2013, № 3 (спецвыпуск) http://www.globalaffairs.ru/number/Finansovyi-krizis-Rossiya-v-poiske-otveta-15994

вступает в конфликт с политикой, которая осталась такой же территориальной и локальной, как раньше»5.

Противоречие между экономическим единством мира и его же политической раздробленностью, по мнению автора, является одним из основных противоречий современной эпохи, и от того, как будет разрешено это противоречие, во многом зависит дальнейший ход истории. При этом следует учитывать тот факт, что на развитие ситуации в мире оказывают воздействие не только интересы глобального капитала, хотя глобальный капитал обладает наибольшими возможностями навязывать миру свой путь развития.

Экономическая система глобального капитализма, развитие которой мы наблюдаем в настоящее время, получила свою политическую надстройку в наследство от биполярной мировой системы, на руинах которой она была сформирована, и одновременно от Вестфальской системы международных отношений, которая сделала государственный суверенитет основополагающим принципом этих отношений. Профессор политологии и международных отношений Прин-стонского университета Г.Дж. Айкенберри пишет, что «современный международный порядок является продуктом двух упорядочивающих проектов, которые начались столетия назад. Один из них заключался в создании и экспансии современной системы государств и восходит к Вестфальскому миру 1648 г. Все последующие годы этот проект вырабатывал правила и принципы, связанные с государственным суверенитетом и правилами поведения великих держав. Другой проект заключался в создании либерального порядка, которым на протяжении последних 200 лет руководили Великобритания и США и который в XX в. укрепился за счет возвышения других либеральных демократических государств. Эти два проекта действовали совместно»6.

В любом случае, в том виде, в котором эта надстройка была получена, она не соответствует интересам развития глобального капитализма ни по содержанию, ни по форме. Соответственно, деятельность операторов глобальной экономической системы направлена на приведение этой надстройки в соответствие с потребностями нового базиса. Это соответствие достигается сначала за счет наполнения старых надстроечных форм новым содержанием, а затем, по мере

5 Бауман, З., Сала, В. Междувластие. Зигмунт Бауман беседует с Винченцо дела Сала // Россия в глобальной политике, 2012, № 6, ноябрь-декабрь http://www.globalaffairs.ru/number/Mezhduvlastie-15784

6 Ikenberry, G.J. The Future of the Liberal World Order: Internationalism After America, Foreign Affairs, May/June 2011 http://www.foreignaffairs.com/articles/67730/g-john-ikenberry/the-future-of-the-liberal-world-order

исчерпания возможностей этого способа, за счет ликвидации старых форм и их замены новыми.

В настоящий момент, на данном этапе политической глобализации государственный суверенитет в целом сохраняет свое значение основополагающего принципа мирового устройства, и это значение признается всеми государственными и негосударственными субъектами мировой политики, а также на уровне международного права. Однако, то содержание, которым он наполняется на современном этапе развития человечества, коренным образом отличается от того, чем он был наполнен хотя бы в эпоху холодной войны, не говоря уже о более ранних периодах. Новизна этого содержания определяется целым рядом фактором. В первую очередь, это факторы объективные. Взаимозависимость государств мира объективно нарастает как в региональном, так и в глобальном масштабе. Среди этих факторов автор выделяет следующие:

1) Появление глобальных экономических, информационных и гуманитарных операторов

Государственные границы стали очень хрупкими барьерами на пути движущих сил глобализации в области экономики, культуры, науки, образования, информации и т.д. В каждой из этих сфер уже существуют и активно действуют крупные глобальные операторы в лице транснациональных корпораций, глобальных СМИ, неправительственных и некоммерческих организаций. Глобальный охват операторов этих сфер заведомо дает им преимущество перед большинством государств, которые хотя и обладают суверенитетом, т.е. верховенством и независимостью, в то же время лишены многих видов других ресурсов, необходимых для того, чтобы взаимодействовать с глобальными операторами на равных. Так, например, когда компания Coca-Cola открывает в Свазиленде завод для производства напитков для южноафриканского рынка, правительству Свазиленда бывает трудно договариваться с ней о более-менее приемлемых условиях налогообложения, положения местных работников, экологической безопасности производства, потому что в противном случае этот завод будет открыт в Лесото, а Свазиленд останется вообще без рабочих мест.

2) Появление новых и обострение старых глобальных проблем человечества

Характерной чертой современности является обострение и появление новых глобальных проблем человечества, таких как распространение ОМУ, международный терроризм, наркоторговля, киберпреступность, голод, нехватка

пресной воды, пандемии, экологические катастрофы и многое другое. Масштаб этих проблем опять же оказывается несопоставим с возможностями даже крупных и развитых государств по их решению. Становится очевидно, что для успешной борьбы с теми же компьютерными преступлениями или защиты авторских прав одного государственного суверенитета драматически недостаточно.

3) Формирование глобального сознания

Третий фактор состоит в формировании глобального сознания у достаточно широких слоев населения, даже тех, которые не обладают высокой физической мобильностью. Это происходит благодаря высокому развитию и повышению доступности информационных технологий, прежде всего Интернета, что позволяет людям свободно приобщаться к событиям, культурным образцам, жизненным стилям и потребительским стандартам, транслируемым из любой точки Земного шара. «Цифровая революция, - говорит руководитель отдела стратегического развития Французского института международных отношений Т. Гомар, - грозит отнять у государства часть его суверенных прерогатив»7. Как пишет К. Момджян, «во всех или почти во всех странах мира мы найдем бары, в которых мужчины, одетые в джинсы, пьют виски, обсуждают размеры бюста Памелы Андерсон, слушают песни Майкла Джексона, смотрят по телевизору

о

кубок чемпионов по футболу или какой-нибудь голливудский блокбастер» . И если эти люди в силу тех или иных причин находят привлекательным для себя нечто, исходящее из-за границы, правительству их страны становится очень трудно удерживать их лояльность в концентрированном состоянии. Голливудские фильмы, песни популярных рок-групп, книги про Гарри Поттера или Властелина колец, которые во многих случаях несут в себе, в том числе, и политическое содержание, получают способность овладевать сознанием и настраивать его в определенном направлении в масштабах всей планеты.

Исполнительный директор Фонда развития и поддержки Международного дискуссионного клуба «Валдай» П. Андреев говорит, что «власть давно не обладает монополией на нарратив. Картина мира все более многоцветна благодаря гражданам, которые вооружены средствами производства и передачи информации, имеющими доступ к глобальной аудитории через интернет. Почти полтора

7 Гомар, Т. Что скрывается за делом Сноудена. Как странный беглец открыл новую международную эпоху // Россия в глобальной политике, 2013, № 5, сентябрь-октябрь http://www.globalaffairs.ru/number/Chto-skryvaetsva-za-delom-Smudeш-16183

8 Момджян К. Об одном многократно упоминаемом процессе... // Сумерки глобализации. Настольная книга антиглобалиста. Автор-составитель А.Ю. Ашкеров. - М.: АСТ, 2008, С. 41

миллиарда человек пользуются смартфонами. Это означает, что каждый пятый на планете, оказавшись «в ненужное время в ненужном месте», в течение секунд может в красках (с фото- и видеосвидетельствами) рассказать всему миру то, что противоречит официальной версии»9.

Как писал главный редактор журнала Wall Street Journal Р. Бартли, «сочетание мгновенной информации, экономической взаимозависимости и призыва к индивидуальной свободе представляет собой не ту силу, к которой можно относиться легко»10. Суверенные государства не могут игнорировать действие этих факторов, которые объективно подталкивают их к углублению международного сотрудничества в самых разных сферах. Это сотрудничество выражается в координации деятельности договаривающихся сторон по тем или иным вопросам, представляющим совместный интерес. Объединяя свои ресурсы, они приобретают больший вес в международных делах, хотя при этом и несколько растворяют свою идентичность в идентичности формирующегося объединения.

При этом международное сотрудничество имеет тенденцию ко все большей институционализации. Как известно, в правовой системе любой страны международный договор имеет большую юридическую силу по отношению к внутреннему законодательству. В условиях глобализации и расширения международного сотрудничества государства начинают заключать между собой все больше договоров по самым разным вопросам и, таким образом, оказываются связанными все большим количеством и объемом международных обязательств. Вся система международного права постоянно усложняется, дополняясь все новыми конвенциями, соглашениями, пактами и другими обязывающими документами.

Кроме того, институционализация выражается в увеличении количества различного рода международных организаций и клубов, в рамках которых происходит обсуждение и принимаются решения по ключевым международным проблемам. Эти новые, а также старые организации постепенно принимают на себя все больший объем реальных властных полномочий и получают способность навязывать свои решения суверенным государствам, причем зачастую по вопросам не только внешней, но и внутренней политики. А сами государства

9 Андреев, П. Убедить семилетнего ребенка. Национальная идентичность в «мягкой силе» России // Россия в глобальной политике, № 1, январь-февраль http ://www. globalaffairs.ru/number/Ubedit-semiletne go-rebenka-16406

10 Bartley, R.L. The Case for Optimism: The West Should Believe in Itself, Foreign Affairs, The Clash of Civilizations (special collection), p. 44

бывают все чаще вынуждены соглашаться с навязываемыми им решениями, лишь бы только не оказаться в международной изоляции.

Таким образом, в условиях глобализации каждое государство сталкивается с тенденцией неуклонного увеличения влияния внешних факторов на выработку и реализацию его политики. Это не всегда означает открытый диктат, когда какое-либо иностранное государство, международная организация или ТНК прямо предписывают стране то или иное поведение, угрожая в противном случае разорением или войной, хотя, безусловно, встречается и такое. Однако в большинстве случаев те или иные решения навязываются стране мягкими способами, и ее суверенная власть принимает их без видимого внешнего давления. В условиях ограниченности ресурсов небольшого и небогатого государства и практической безграничности ресурсов ведущих государств или глобальных ТНК руководство страны просто не может игнорировать глобальные тенденции и не корректировать свою политику с поправкой на них. При этом сами эти тенденции далеко не всегда возникают сами по себе. Гораздо чаще их формируют глобальные операторы, действующие в собственных интересах.

Операторы глобальной экономической системы - ТНК, крупнейшие государства мира, прежде всего, США и узкий перечень других ведущих субъектов мировой политики обладают способностью проводить принимаемые ими глобальные решения через органы государственной власти тех стран, в которых у них имеется заинтересованность. При этом в большинстве случаев эти решения проводятся в жизнь таким образом, что внешне это выглядит как суверенная воля соответствующего государства. Такое положение дел означает, что на данном этапе политической глобализации старые формы политической надстройки - суверенные государства - не препятствуют развитию глобального экономического базиса или препятствуют ему не до такой степени, которая бы потребовала их слома. Иными словами, транзакционные издержки, связанные с коррумпированием государственного суверенитета, для глобальных операторов пока ниже тех гипотетических издержек, которые потребовались бы для перехода к открытому глобальному управлению.

Тем не менее, логика развития системы глобального капитализма позволяет утверждать, что при сохранении существующих тенденций рано или поздно глобальное политическое содержание вступит в конфликт со старыми политическими формами. В тот момент, когда это произойдет, мир перейдет к новому, завершающему этапу политической глобализации, результатом которого и фи-

налом всего процесса глобализации станет формирование глобальной политической системы, т.е. такой системы, в которой единый центр принятия мировых политических решений будет существовать не только фактически, но и формально.

Идеи глобального управления не являются плодом воображения маргинальных интеллектуальных кругов, зацикленных на мировом правительстве как одном из наиболее распространенных сюжетов так называемой теории заговора. Эти идеи циркулируют и всерьез обсуждаются в среде международной элиты на академических, политических и иных площадках. Кроме того, даже идея мирового правительства не является для этой элиты абсолютно чуждой, хотя она, безусловно, представляет собой наиболее экзотическую из возможных и обсуждаемых форм глобального управления. И, наконец, появление этих идей происходит не на пустом месте, а является отражением и осмыслением объективно разворачивающегося процесса глобализации, которая естественным образом имеет и политическое измерение.

Учитывая то, что в настоящий момент процесс отказа от государственного суверенитета еще не перешел в практическую плоскость, говорить о том, какую именно форму может принять глобальная политическая система, было бы преждевременно. Похоже, что даже у самих архитекторов глобализации имеется очень приблизительное представление о будущем мироустройстве. В этом отношении примечательны слова З. Бжезинского: «Общие интересы всего мирового сообщества не следует путать с мировым правительством. На данном историческом этапе идея мирового правительства лишена практического смысла. В мире, где отсутствует даже минимальное согласие, необходимое для общего правительства, Америка, безусловно, не может поступиться своим суверенитетом в пользу какой-то наднациональной власти, и она не должна этого делать. Сегодня единственным возможным (в самом приблизительном смысле этого понятия) «мировым правительством» может быть только американская глобальная диктатура, но это будет очень нестабильная и в конечном счете порочная затея, которая сама себя погубит. Мировое правительство может либо остаться прекраснодушной мечтой, либо стать кошмаром, но еще на протяжении жизни нескольких поколений оно не станет серьезным проектом»11. Сухой остаток этой

11 Бжезинский З. Выбор: мировое господство или глобальное лидерство. - М.: Международные отношения, 2010, С. 247

длинной цитаты, по мнению автора, состоит в том, что, хотя вопрос о создании глобальной политической системы еще не стоит в повестке дня, сама возможность ее создания идеологами глобализма уже прорабатывается и часть дискуссии на эту тему уже начинает становиться достоянием широкой общественности. Литература

1. Гринин Л.Е. Глобализация и национальный суверенитет // История и современность,

2005, март - №1, С.11

2. Тернборн Г. Глобализация и неравенство (фрагмент) // Сумерки глобализации. Настольная книга антиглобалиста. Автор-составитель А.Ю. Ашкеров. - М.: АСТ, 2008, С. 79

3. Park, M., Singer, P. The Globalization of Animal Welfare: More Food Does Not Require

More Suffering, Foreign Affairs, March/April 2012

http://www.foreignaffairs.com/articles/137188/miyun-park-and-peter-singer/the-

globalization-of-animal-welfare

4. Дубинин, С.К. Финансовый кризис. Россия в поиске ответа. Нет альтернативы даль-

нейшей интеграции // Россия в глобальной политике, 2013, № 3 (спецвыпуск) http://www.globalaffairs.ru/number/Finansovyi-krizis-Rossiya-v-poiske-otveta-15994

5. Бауман, З., Сала, В. Междувластие. Зигмунт Бауман беседует с Винченцо дела Сала

// Россия в глобальной политике, 2012, № 6, ноябрь-декабрь http://www.globalaffairs.ru/number/Mezhduvlastie-15784

6. Ikenberry, G.J. The Future of the Liberal World Order: Internationalism After America,

Foreign Affairs, May/June 2011 http://www.foreignaffairs.com/articles/67730/g-john-ikenberry/the-future-of-the-liberal-world-order

7. Гомар, Т. Что скрывается за делом Сноудена. Как странный беглец открыл новую

международную эпоху // Россия в глобальной политике, 2013, № 5, сентябрь-октябрь http://www.globalaffairs.ru/number/Chto-skryvaetsya-za-delom-Snoudena-16183

8. Момджян К. Об одном многократно упоминаемом процессе... // Сумерки глобали-

зации. Настольная книга антиглобалиста. Автор-составитель А.Ю. Ашкеров. - М.: АСТ, 2008, С. 41

9. Андреев, П. Убедить семилетнего ребенка. Национальная идентичность в «мягкой

силе» России // Россия в глобальной политике, № 1, январь-февраль http://www.globalaffairs.ru/number/Ubedit-semiletnego-rebenka-16406

10. Bartley, R.L. The Case for Optimism: The West Should Believe in Itself, Foreign Affairs, The Clash of Civilizations (special collection), p. 44

11. Бжезинский З. Выбор: мировое господство или глобальное лидерство. - М.: Международные отношения, 2010, С. 247