"Мы считаем, что договор Altimo и TeliaSonera — бумажный тигр"

Вчера Altimo (управляет телекоммуникационными активами "Альфа-групп") и шведско-финская TeliaSonera сообщили, что создают объединенную компанию, которая будет владеть их долями в российском операторе "МегаФон" и турецком Turkcell (см. стр. 1). Компанию "АФ Телеком" Алишера Усманова, третьего акционера "МегаФона", приглашают присоединиться к партнерству. В интервью "Ъ" гендиректор "Телекоминвеста" (контролируется "АФ Телекомом") ИВАН СТРЕШИНСКИЙ заявил, что объединение не принесет пользы "МегаФону". Более выгодным партнером для компании он считает государственный холдинг "Связьинвест"

— Стало ли вчерашнее соглашение между Altimo и TeliaSonera сюрпризом для вас?

— Идея о том, чтобы объединить "МегаФон" с Turkcell, высказывалась коллегами из Altimo давно. О том, что такие переговоры ведутся, мы узнали две недели назад, может, чуть раньше, от CEO TeliaSonera Ларса Найберга. Он приезжал к нам, мы эту тему обсуждали. Он сообщил, что будет нас информировать о ходе сделки, к сожалению, это не очень получилось. Несколько дней назад, когда слухи о том, что они что-то подписали, стали нарастать, я позвонил Ларсу с этим вопросом. Он мне сказал, что они подписывают документы и готовятся объявлять об этом.

— По вашим ощущениям, они давно это решили, или это было в каком-то смысле спонтанное решение?

— TeliaSonera достаточна спонтанна. То они подписывают с нами совместное предприятие, то — с "Альфой".

— Вы хотите сказать, что у "Телекоминвеста" могло быть свое СП с TeliaSonera?

— В июле этого года мы подписали меморандум о взаимопонимании с TeliaSonera о создании СП, объединении пакетов акций. Нам не очень понятно, каковы их приоритеты: то они говорят, что наличие в совете директоров "МегаФона" представителей "Альфа-групп", которые являются также акционером конкурента — "Вымпелкома", это нонсенс, то создают совместное предприятие с "Альфой". Такая зыбкость позиции, думаю, ни к чему хорошему не приведет.

У нас всегда было одно пожелание — сделать так, чтобы в "МегаФоне" оставался российский контроль. Мы понимали, что это будет требованием государства. Поскольку у нас среди акционеров "МегаФона" один из крупнейших пакетов, мы понимали, что наша задача сделать таким образом, чтобы СП, которое мы бы сформировали с TeliaSonera, оставалось под нашим контролем, под контролем российского акционера. Естественно, "Альфа" знала об этих переговорах. Если бы "Альфа" захотела продать акции в "МегаФоне", мы бы с удовольствием их купили.

Для завершения сделки, о которой объявили Altimo и TeliaSonera, им необходимо выполнить несколько условий: завершить все судебные споры, получить разрешения регулирующих органов и достигнуть договоренности по окончательным документам. Дьявол всегда в деталях. Мы считаем, что этот договор — "бумажный тигр".

— На каком пункте они могут споткнуться?

— Мы желаем им успеха, чтобы они не спотыкались.

— Каково ваше отношение к этой сделке?

— Мы как акционеры "МегаФона" стремимся к тому, чтобы стоимость компании увеличивалась. На сегодняшний день "МегаФон" обладает почти справедливой долей по выручке — почти 33% в общей выручке "большой тройки", и резервов к росту практически не осталось. Поэтому "МегаФону" необходимо выходить на рынки, которые с точки зрения роста имеют больший потенциал. Например, рынок ШПД, где проникновение всего 8%, вместо 140% — на сотовом рынке. Оператору нужно развивать VAS-услуги. Это те точки роста, в которых заинтересован "МегаФон". Оператору нужно развивать третье поколение, четвертое поколение... С этой точки зрения анонсируемая сделка для "МегаФона" как российского оператора связи не имеет никакого значения. Если говорить о технологическом обмене, то это полная профанация, так как TeliaSonera является акционером "МегаФона" уже десять лет и никакого технологического обмена за это время не было.

Эта сделка решает некоторые проблемы Altimo и TeliaSonera. Они объединяются для того, чтобы совместно атаковать контролирующего акционера в Turkcell. Им, конечно, это выгодно. Но с точки зрения капитализации рынок не дает премии за турецкие активы по сравнению с российскими, поэтому эта сделка не очень интересна. Мы как акционер не видим смысла участвовать в этом.

— Даже обсуждать не станете?

— К сожалению, нам не поступало никаких предложений. Судя по тому, что мы прочитали в пресс-релизах, нам эта сделка не интересна. Мы с Altimo находимся в разных бизнесах. Нас восхищает их умение создавать, а потом разрешать конфликты, да еще и с прибылью. Это не тот путь, который интересен нам. Нам интересно создавать, а не перераспределять стоимость. Как акционер мы достаточно вовлечены в работу "МегаФона". У нас есть большое количество медиаактивов (у АФ "Медиа Холдинг".— "Ъ"). Ресурсы, в которых мы участвуем, покрывают 85% page-use русскоязычного интернета. Нас интересует синергия "МегаФона" с нашими медиабизнесами, интернет-бизнесами, выход на мобильную коммерцию...

— У вас, как акционера "МегаФона", есть возможность как-либо блокировать сделку между Altimo и TeliaSonera? По сути, держатели акций в "МегаФоне" не меняются...

— Мы не проводили юридический анализ. Мы просто считаем, что эта сделка не интересна "МегаФону".

— Вы интерпретирует эту сделку в том смысле, что Россия потеряет контроль в объединенной компании. Разве если вы внесете свой пакет акций "МегаФона", у российской стороны будет меньше контроля?

— Да, эта доля была бы меньше 50%. Более того, в пресс-релизах Altimo и TeliaSonera говорится, что несмотря на разницу в долях, влияние у акционеров на компанию будет одинаковым. У нас нет финальных документов, но, думаю, можно провести аналогию с той сделкой, которую заключили Altimo и Telenor месяц назад. Там очевидно: того, что Altimo на сегодня имеет в "Вымпелкоме" — контроль в совете директоров, возможность назначать своего гендиректора — в объединенной компании не будет. Штаб-квартира будет находиться в Голландии. Они создают компанию на Бермудах, у которой будет листинг в Нью-Йорке. Кто там будет акционером через некое время, никто не знает. Фактически "Вымпелком" выходит из-под российского контроля, то есть акционер, чтобы создать ликвидность и стоимость, переводит компанию в западную юрисдикцию. Насколько я знаю, эта сделка должна быть одобрена правительством РФ, пусть оно даст оценку. Но Altimo этого мало, тоже самое они хотят проделать с "МегаФоном". С точки зрения государства и национальной безопасности, это несколько странно.

— Ваши партнеры говорят, что укрупнение и перевод компаний в западную юрисдикцию делается для того, чтобы выглядеть более привлекательными на международных рынках при проведении экспансии на рынки дальнего зарубежья.

— Я бесконечно уважаю их способность делать бизнес. Но говорю о том, что сделка между TeliaSonera и Altimo неинтересна для "МегаФона", она ничего к нему не добавляет. То же касается и сделки между Altimo и Telenor, она ничего не добавляет к "Вымпелкому". Может быть, выиграет бизнес Altimo, но российский контроль в компании потеряется.

— Но объединение могло бы наконец решить вопрос с блокированием экспансии за рубеж "МегаФона" одним из акционеров, TeliaSonera?

— Решение двигаться или нет в другие страны принимали акционеры "МегаФона". Если кто-то из них блокировал движение, было понятно почему — они защищали свои интересы на тех рынках, где они работают. Например, гендиректор Fintur Теро Кивисаари является одновременно членом совета директоров "МегаФона". Понятно, что у членов совета директоров "МегаФона", которые представляют интересны других конкурирующих компаний, есть некий конфликт интересов. Но они должны голосовать в интересах компании.

На сегодня "МегаФону" интересна как географическая экспансия, так и экспансия в другие сферы бизнеса: фиксированную связь ШПД, VAS-услуги и так далее. Но сделка, которую намерены совершить Altimo и TeliaSonera, к этому не имеет никакого отношения, она не создает преимуществ для корпоративного управления.

И при существующей схеме акционеров каждый из них имеет влияние, каждый может блокировать принятие важных решений.

— Недавно появилась информация о том, что вы ведете переговоры или консультируетесь с Минкомсвязи и "Связьинвестом" об обмене вашей доли в "МегаФоне" на долю в объединенном "Ростелекоме". Насколько это соответствует действительности?

— Мы как акционер "МегаФона" заинтересованы в росте его акционерной стоимости. Компания находится в точке, когда возможности для органического роста крайне ограничены. "МегаФону" нужно идти в новые области, в частности рынок ШПД. Крупнейшей компанией является "Связьинвест" — поэтому идея объединения "МегаФона" и "Ростелекома" или "Связьинвеста" выглядит логичной и выгодной для обеих сторон. В результате будет создан мощный игрок с существенными позициями на рынке и большим инвестиционным потенциалом. Специфика телеком-бизнеса такова, что он весьма капиталоемкий. Сегодня без инвестиций в новые технологии невозможно сократить технологическое отставание с развитыми странами (так называемое цифровое неравенство). Очевидно, что без учетов интересов государства осуществлять такие проекты невозможно. А интересы гарантированно учитываются только при условии наличия государственной доли в компании. Таким образом, объединение выгодно акционерам "МегаФона" и выгодно государству.

Вопрос переговоров мы не комментируем.

— Теоретически, если вы договоритесь с государством об обмене, это повлияет на сделку Altimo и TeliaSonera? Является ли эта сделка ответом на ваши переговоры с государством?

— Мы будем делать все для того, чтобы увеличить акционерную стоимость "МегаФона". Изменит ли это сделку, не знаю. Если государство будет заинтересовано в объединении "МегаФона" и "Связьинвеста", наверное, оно будет делать все, чтобы отстоять свои интересы.

— Вам известно как относятся ваши партнеры, Altimo и TeliaSonera, к подобным консультациям?

— Нет.

— Была информация, что с осени прошлого года вы думает о реорганизации "Телекоминвеста", вплоть до упразднения его.

— Нет, у нас таких намерений нет.

— Вы поддерживаете сделку по покупке "Синтерры"?

— Со стратегической точки зрения эта сделка имеет смысл. "Синтерра" — сильный игрок на рынке ШПД Санкт-Петербурга, у нее хорошая транспортная сеть по России. Но детали я пока не хочу обсуждать.

— Как продвигаются переговоры с другими акционерами "МегаФона" о дивидендной политике и размере первых дивидендом с консолидированной прибыли компании?

— Мы были близки к согласованию этого вопроса, но потом появился договор между Altimo и TeliaSonera о создании совместного предприятия. Устав "МегаФона" предполагает, что любой акционер может заблокировать выплату дивидендов. Такой вопрос выносился на совет директоров "МегаФона", но его снял председатель совета. Сейчас мы не торопимся возвращаться к нему.

— Какой размер отстаивали вы?

— В целом мы не против выплаты дивидендов при условии, что эта выплата не помешает развитию компании. Обсуждались разные цифры.

— Планируете ли вы инвестировать в телекоммуникационную отрасль помимо "МегаФона"?

— Мы стратегический инвестор. Если будут интересные объекты, мы будем на них смотреть. Но сейчас основная задача — превратить "МегаФон" в универсального оператора.

— Как структуры "Металлоинвеста" вошли в состав акционеров "МегаФона"? Кто был инициатором, продавец или вы?

— К нам обратились обе стороны. Надо представлять себе, в какой ситуации был актив на момент нашей покупки. Вокруг него велись жаркие юридические баталии в девяти юрисдикциях. Господин Усманов (глава "Металлоинвеста", структуры которого контролируют "Телекоминвест".— "Ъ") обладает репутацией человека, который способен решать сложные конфликтные ситуации к удовлетворению всех сторон. В результате были подписаны соглашения об урегулировании взаимных претензий, закрыты многолетние судебные тяжбы во всех юрисдикциях, пакет Altimo в "МегаФоне" был выведен из-под юридических споров. Мы покупали результаты ликвидации знаменитого фонда IPOC и его аффилированных компаний.

— Вы хотите увеличить свою долю в "МегаФоне"?

— Что бы кто ни говорил, но наличие конкурента в совете директоров "МегаФона", "Альфа-групп", оно неизбежно приводит к определенному конфликту интересов, несанкционированному обмену информацией. На сегодняшний день мы можем голосовать пакетом в 39%. Мы хотели бы, чтобы "Альфа-групп" продала акции либо нам, либо самому "МегаФону". С точки зрения конкурентной ситуации на рынке это было бы правильно.

— Переговоры о покупке доли "Альфы" в "МегаФоне" были?

— Они были в самом начале, но практически ничем не завершились.

— Что помешало?

— Они пытаются извлечь максимум из своего акционерного участия, может быть, считали, что время не пришло.

— CEO TeliaSonera Ларс Найберг недавно рассказывал, что они в течение последних двух лет отстаивали три вопроса: получение дивидендов, IPO и упрощение структуры. Противоречило ли это вашим интересам?

— В принципе мы не против IPO. Но это необходимо делать тогда, когда это интересно компании и рынок находится в нормальном состоянии. Чтобы достичь тех мультипликаторов, которые есть у "Вымпелкома" и МТС, ему также необходимо идти на рынок ШПД. Компании необходимо добавлять другие точки роста.

— По вашему мнению, сделка между Altimo и TeliaSonera вызовет новый акционерный конфликт в "МегаФоне"?

— Думаю, что нет. Сделка, отягченная таким количеством условий, рискует остаться на бумаге.