К вопросу о датировке советско-польской войны

УДК -

К ВОПРОСУ О ДАТИРОВКЕ СОВЕТСКО-ПОЛЬСКОЙ ВОЙНЫ.

А.В.Барынкин

В статье рассматривается один из спорных моментов в историографии советско-польских отношений: начало войны между двумя молодыми государствами в Европе, которые имели свои геополитические интересы в Прибалтике и Восточной Европе, опирающиеся на непримиримые идеологические парадигмы.

Ключевые слова: советско-польская война, пропаганда, историография, Западный фронт, Польская республика, Советская Россия.

Напряжённые советско-польские отношения 1918-1921 годов нашли своё выражение в военном противостоянии, формально продлившемся до 18 марта 1921 года. С подписанием Рижского мира было официально ликвидировано состояние войны между двумя республиками. И, если мы имеем возможность говорить о точной дате окончания войны, вопрос о её начале в исторической литературе является дискуссионным. Ситуация усложняется также в связи с тем фактором, что за 3 года военно-политического противостояния ни одна из сторон официально так и не объявила войну своему противнику.

Вопрос о том, когда Польская Республика стала военным конкурентом Советской России, имеет принципиально значение, поскольку максимально точное определение начального рубежа войны позволит более уверенно говорить о том, какие факторы и события спровоцировали её возникновение.

Для трудов советских историков, в целом, было характерно восприятие конфликта с Польской Республикой в теснейшей связи с интервенцией и Гражданской войной в России. Апрельское наступление поляков на Киев в 1920 году являлось, соответственно, «третьим походом Антанты» [1]. Такой подход имел свои корни в официальной политической пропаганде. Так, в газете «Правда», довольно часто говорилось о том, что Польша была орудием в руках Англии, Франции и США [2].

Также советско-польская война рассматривалась не как обособленный конфликт, а как составная часть внутреннего российского конфликта, в рамках которого разгорелись драматические события на Западном фронте весной 1920г. Газета «Правда», в частности, указывала на то, что польская военно-политическая элита и лидеры российского белогвардейского движения являлись «...силами для уничтожения Советской России...», руководство которыми осуществлялось из одного центра [3].

Событиям 1919 года в польско-литовско-белорусском пограничье придавалось второстепенное значение. Особое внимание авторов привлекали конкретные военные операции 1920 года [4]. Впрочем, несправедливо было бы утверждать, что советские историки полностью игнорировали события, предшествовавшие апрельскому наступлению Ю. Пилсудского в 1920 г. В этом отношении, стоит обратить внимание на советскую историографию 20-30-х годов. Следовало бы выделить совместные труды участников и исследователей Гражданской войны таких как: Н. Е. Какурин, В.А. Меликов, И. И. Вацетис. В этих работах довольно подробно рассмотрена динамика военнополитических событий в 1918 и 1919 годах [5]. Автор также не упустил из виду появление польских военных частей на Западном фронте и активизацию ими боевых действий весной 1919 года. Н. Е. Какурин совместно с М. А. Меликовым даёт данным событиям весьма нехарактерную для советской научной литературы оценку: «кампания 1918-1919 года на польском фронте» [6]. Вместе с тем, точное определение начального рубежа самой войны оставалось в стороне.

Вполне вероятно, что и в политическом руководстве Советской России события, предшествовавшие 25 апреля 1920 года, не рассматривались как широкомасштабная война с Польской республикой [7].

Стоит, впрочем, заметить, что для многих современников событий активизация боевых действий на Западном фронте весной 1920 г. и последовавшая затем польская кампания Красной Армии воспринимались как качественно новый этап в развитии отношений с Польшей, как переломный момент и начало войны. Ю. Пилсудский в предисловии к своей книге уделял особое значение событиям 1920 г. и писал, что этот год «... надолго останется в памяти, по крайней мере, двух государств и народов» [8]. Известный оппонент польского лидера М. Тухачевский также не

акцентировал внимания на событиях 1919 года [9].

Традиционная оценка начала войны находит отражение и в современной российской историографии [10].

Подводя итог вышесказанному, мы можем говорить о том, что у распространившейся в советской историографии датировки было несколько оснований. Это фактическая интенсификация боевых действий польской стороной в апреле 1920 года и последовавшее затем контрнаступление Красной Армии, что в совокупности отодвигало на второй план всю предысторию советско-польского военного противоборства в 1919 году. Вторым основанием, вследствие которого 1920 год вышел на первый план в отечественной историографии, являлось естественное стремление представить в политической пропаганде агрессором именно польскую сторону. Важно отметить, что пропагандистская подготовка указанного тезиса была начата ещё зимой 1920 года. 28 февраля Политбюро ЦК РКП(б) поручило Карлу Радеку руководство всей печатной агитацией и ознакомление общественного мнения с позицией России и польского правительства, «чтобы могущая возникнуть война с Польшей была правильно понята русскими и польскими массами как нападение империалистической Польши в угоду Антанте на желавшую мира Россию»[11]. Таким образом, вся вина за разжигание войны возлагалась на польскую политическую элиту. На втором плане должны были остаться вся предыстория конфликта, вместе с проявлениями экспансионизма в западном векторе советской внешней политики на рубеже 1918-1919 гг.

Несколько иначе выглядит ситуация в польской исторической литературе. В упоминавшемся выше труде Ю. Пилсудского находим следующее замечание: « в 1918 году, независимо ни от кого, я поставил себе ясную цель в войне с Советами. Я решил приложить все силы к тому, чтобы сорвать любые попытки вновь навязать нам чужую, не самими поляками устроенную жизнь... В 1919 году я эту задачу выполнил» [12]. В этом отношении, весьма важно рассмотреть и оценить первые столкновения Красной Армии и Войска Польского в начале 1919 года.

Стремительное наступление Красной Армии на запад в конце 1918 года, а также перспектива освобождения Вильно немецкими войсками к 31 декабря уходящего года, отчётливо поставило вопрос о принадлежности города. В документах командного состава Западной армии задача занятии города фиксируется 12 декабря 1918 года. [13].

Польское военно-политическое руководство внимательно следило за советским продвижением в Белоруссии и Прибалтике и заблаговременно готовилось к его отражению в Вильно. 24 декабря Ю. Пилсудский назначил начальником штаба польских вооружённых сил в Вильно капитана Зигмунда Клингера, действия которого кардинально изменили положение польских воинских соединений. В декабре 1918 г. отряды Самообороны в Вильно были организованы по примеру регулярных формирований Войска Польского. 29 декабря 1918 года Самооборона Литвы и Белоруссии была распущена, а всё её члены были полностью включены в ряды Войска Польского. Также было основано Командование Генерального Округа Литвы и Белоруссии во главе с генералом Владиславом Вейтко. С этой поры проведение всех военные операций согласовывалось с генеральным штабом Войска Польского в Варшаве» [14].

Акция сопровождалась и дипломатической подготовкой. Поляки весьма усердно добивались заключения соглашения с немецкой стороной с целью пропуска польских сил в Вильно через территории Обер-Оста. В сложившейся ситуации Ю. Пилсудский апеллировал к посредничеству стран Согласия. В письме Ж. Клемансо маршал указывал: «...4-го января немецкая армия покинет Вильно, вследствие чего город испытает на себе все ужасы советского строя, если польская армия не прибудет туда вовремя... Прошу оказать давление на немецкое правительство в вопросе пропуска в Вильно польской армии.. ,»[15].

Боевые действия в Вильно были развязаны польской стороной 1 января 1919 года. Ситуация изменилась через два дня, когда к городу приблизились регулярные части Красной Армии. Дошло до первого короткого столкновения, 5-6 января 1919 г. силами 2ой стрелковой бригады Псковской дивизии и 5го виленского полка город был полностью освобождён от поляков. Согласно мнению Норберта Михты и Збигнева Кумоса, бой, который разыгрался утром 4 января 1919 года под Новой Вилейкой, провели солдаты двух регулярных армий - Войска Польского и Красной Армии, что, по мнению указанных авторов, означало начало советско-польской войны [16].

Трудно не согласиться с предположением польских авторов. Ведь, действительно, несмотря на весьма скромные по своим масштабам боевые действия, регулярные части Красной Армии

столкнулись с регулярными частями Войска Польского.

Занятие Вильно было осознанным шагом в стратегическом и политическом отношении, как с польской, так и с советской стороны; столкновение Красной Армии с частями Войска Польского не было неожиданностью. Выше мы указывали на факт того, что захват Вильно был основательно подготовлен и спланирован на уровне высшего военного командования обеих противоборствующих сторон. Хорошо известно, что в геополитических построениях Москвы и Варшавы, город занимал исключительно важное положение.

Успешное проведение операции по захвату Вильно имело также конкретные стратегические выгоды - Вильно становилось плацдармом для дальнейшего продвижения в белорусско-литовскопольском пограничье. Подтверждение тому находим в январских приказах Главного командования.

[17].

С занятием Вильно Красной Армией 6 января 1919 г. боевые столкновения с польскими войсками не закончились. Военное противостояние приняло большие масштабы в феврале 1919 года. Существенную роль в разжигании конфликта тогда сыграло польско-немецкое Белостокское соглашение от 5 февраля 1919 г. Следуя его условиям, была установлена демаркационная линия между польскими и немецкими войсками. Также немецкая сторона выразила согласие на пропуск через территорию Обер-Оста польских частей, идущих в сторону Вильно. Немцы передавали польским властям Волковыск и Брест, которые должны были быть заняты 8 и 9 февраля соответственно[18]. При этом, касательно рассматриваемых событий, Л. Вышчельский приводит, заслуживающую внимания, цитату полковника германского рейхсвера Ганса фон Секта: «в германских интересах было столкновение немецких и советских войск, а также начатие между ними боевых действий»[19]. Указанное свидетельство ярко говорит о том, что в среде высшего военного командования рейхсвера имелись сторонники скорейшего столкновения Польши с Советской Россией. Польские исследователи прямо говорят о том, что, пойдя на подписание соглашения с Польшей, Берлин хотел таким образом ускорить начало советско-польской войны, в результате чего должны была ослабнуть помощь польским повстанцам в Великопольше[20].

Уже 11 февраля были отправлены первые польские отряды в районы, которые оставлялись немцами. Были созданы две оперативные группы. Оперативная группа Ивашкевича заняла Белосток и Волковыск, группа ген. Листовского заняла Брест. 14 февраля польские части вошли в первое боевое столкновение с передовыми частями советских войск, приближавшихся со стороны Вильно, Барановичей и Пинска[21]. В тот же день польские отряды отбили у советских солдат Березу Картузскую[22]. Рассматривая данные события, польские исследователи Д. Липиньская - Наленч и Т. Наленч высказывают следующее суждение: «.до настоящей войны было по-прежнему далеко. Столкновения между польскими и советскими воинскими частями походили скорее на стычки, а не на сражения, поскольку для обеих сторон этот конфликт не был самым важным»[23].

Но с одной стороны, боевые действия имели весьма скромный масштаб в качественном и пространственном отношении. Укажем также, что к началу 1919 не существовало сколь либо протяжённого советско-польского фронта и соперников разделяла немецкая армия, постепенно оставлявшая свои прежние рубежи. Однако, если смотреть на советско-польскую войну как на борьбу Польской Республики и Советской России за обширные территории Белоруссии, Литвы и Украины, то этот процесс как раз начался с виленских событий. Появление необходимых атрибутов войны не заставило себя ждать. Как мы указывали выше, захват власти в Вильно был организован уже частями Войска Польского, которые 4го января столкнулись с регулярными частями Красной Армии. Следовательно, возможно констатировать, что в самом начале 1919 года силами Войска Польского и Красной Армии решалась судьба одного из крупнейших административных центров рассматриваемого региона - город Вильно, а вместе с ним и целого ряда других городов: Ковно, Олита, Гродно, Слоним, Лунинец, Сувалки, Белосток, Брест-Литовск и др.

Стоит также учитывать, что развитие военного противостояния в Прибалтике и Белоруссии привело к созданию советского Западного фронта 12 февраля 1919 г. Появление столь необходимого атрибута любой войны убедительно свидетельствует о том, что конфликт с Польской республикой к тому времени вышел далеко за рамки спонтанных боевых столкновений.

The article deals with one of the disputable moments in the historiography of the Soviet-Polish relations. The author gives a detailed analysis of the development of the conflict which resulted in the war.

Список литературы

1. См. напр.: Зуев Ф.Г. Международный империализм - организатор нападения панской Польши на Советскую Россию (1919-1920). М., 1954. С. 119; Б. М. Шапошников. Варшавская операция. М., 1933. С.1; Мариевский И. П. Советско-польская война 1920 г. М., 1941. С. 3

2. Верные слуги союзников // Правда. 16 марта 1919 г.; Союзникам нужна сильная Польша // Правда. 16 марта 1919 г.; „Заботы” союзников // Правда. 3 апреля 1919 г.

3. Краткая история Гражданской войны в СССР. М., 1962.С.398; Книга для чтения по новейшей истории 1917-1945. М., 1985. С.41

4. Ольшанский П.Н. Польско-советские отношения 1918- 1921//Очерки истории советско-польских отношений 1917- 1977. М.,1979.с.77; Мариевский И. П. Советско-польская война 1920 г. М., 1941. С. 3; Е. Н. Сергеев. От Двины к Висле. Смоленск, 1923. С. 5

5. Какурин Н.Е. Русско-польская кампания 1918 - 1920. Политико- стратегический очерк. М., 1922; Какурин Н.Е., Меликов В.А. Война с белополяками. М., 1925; Какурин Н. Е. Вацетис И. И. Гражданская война. 1918 - 1921. М., 2002.

6. Какурин Н.Е. и Меликов В.А. Войны с белополяками. М. , 1925. С., 5

7. В.И. Ленин. Т. 51. М., 1970. С. 157-158

8. Пилсудский Ю. Война 1920 года // Пилсудский против Тухачевского. М., 1991. С. 91-92

9. Тухачевский М. Поход за Вислу // Пилсудский против Тухачевского. М., 1991. С. 33

10. Системная история международных отношений в двух томах. Т I. М., 2009. С. 112.

11. Полторак С. Победоносное поражение. Размышления о советско-польской войне 1920 в канун её 75-летия. СПб., 1994. С.97..

12. Пилсудский Ю. Война 1920 года // Пилсудский против Тухачевского. М., 1991. С. 264.

13. Директивы командования фронтов Красной Армии (1917—1922 гг.). Т I. М., 1971. С. 482

14. G. Lukomski, B. Polak. W obronie Wilna, Grodna i Minska. Front Litewsko-Bialoruski wojny polsko-bolszewickiej 1918-1920. Koszalin - Warszawa. 1994. p. 30-31.

15. L. Wyszczelski. Niewypowiedzialna wojna. Polsko-rosyjskie dzialania militarne w 1919 r. Torun. 2005. p. 35

16. N. Michta, Z. B. Kumos. Niewypowiedzialna wojna 1919-1920 r. Warszawa, 2009. p. 38

17. Директивы главного командования фронтов Красной Армии. М, 1969. С. 186

18. См.: J. Szczepanski. Wojna 1920 roku na Mazowszu i Podlasiu. Warszawa - Pultusk. 1995. p. 14; L.Wyszczelski. Niewypowiedzialna wojna. Polsko-rosyjskie dzialania militarne w 1919 r. Torun. 2005. p. 36

19. Цит. по: L.Wyszczelski. Niewypowiedzialna wojna. Polsko-rosyjskie dzialania militarne w 1919 r. Torun. 2005. p. 36

20. Белые пятна - чёрные пятна: Сложные вопросы в российско-польских отношениях. М., 2010. С. 57

21. E. Rujna. Z dzialan wojennych lat 1918-1920. Zarys problematyki militarnej z materialami do bibliografii. Torun, 1997. p. 30

22. Белые пятна - чёрные пятна: Сложные вопросы в российско-польских отношениях. М., 2010. С. 58

23. Там же. С. 58

Об авторе

Барынкин А.В. - аспирант Санкт-Петербургского государственного университета, avbarinkin@yandex.ru

тел. 8-951-649-37-97 Брянская обл, Выгоничский р-н, с. Кокино, ул. Советская д. 2, кв. 58

243365

THE DATE OF THE SOVIET-POLISH WAR REVISITED

A. V.Barynkin