Архитектура без барьеров: Рафаэль Виньоли

УДК 72.01 БЫСТРОВА Т. Ю.

Архитектура без барьеров: Рафаэль Виньоли*

Вторая часть статьи о творчестве Р. Виньоли посвящена анализу отдельных построек 1990-2000-х годов, посредством которого автор доказывает тезис о неизменности концептуально-мировоззренческих установок архитектора при работе в новых масштабах и контекстах. Это качество обеспечивает широкое профессиональное и общественное признание объектов, лишенных показной имиджевости. В свою очередь, проекты Р. Виньоли этого периода во многом репрезентативны общему процессу развития современной рационалистической архитектуры и позволяют глубже понять его связь с предшествующими типами рационализма.

Ключевые слова: Рафаэль Виньоли, постнеклассическая архитектура, метод проектирования в архитектуре, Чикагская школа бизнеса, Токийский международный форум, частный дом в Палермо Чико, терминал аэропорта Карраско, Дом фортепиано, отель Vdara.

BYSTROVA T. Y.

ARCHITECTURE WITHOUT BARRIERS: RAPHAEL VINOLI

The second part of the work ofR. Vinoly is devoted to analysis of individual buildings 1990—2000‘s. The author argues the thesis of the immutability of the conceptual and philosophical systems architect at work in the new scales and contexts. This quality provides broad professional and public recognition of objects, devoid of flashy image. In turn, projects, R. Vinoly this period is largely representative of the overall process of the modern rationalist architecture. They allow you to better understand its relation to the preceding types of rationalism.

Keywords: Rafael Vinoly, postnonclassical architecture, design method in architecture, the Chicago Business School, the Tokyo International Forum, a private house in Palermo Chico, airport terminal Carrasco, House Piano, Vdara Hotel.

Быстрова Татьяна Юрьевна

доктор философских наук, профессор УрФУ, Заслуженный работник высшей школы РФ

e-mail: taby27@yandex.ru

Растущая зависимость всех видов проектной деятельности от маркетингово-экономических задач неизбежно привела к более сильной, чем прежде, коммерциализации архитектуры. Это чревато особыми последствиями для формообразования: рынок требует броскости, яркости, запоминаемости, в том числе китчевой. Чем шире целевая аудитория, тем неприхотливее и примитивнее может быть форма, тем меньше доля этнокультурного, национального, исторического и собственно эстетического в ней. Эта ситуация обостряет момент профессиональномировоззренческого выбора архитектора между нормами «нормальной» эстетики и следованием дурновкусию. Правда, одновременно с этим происходит развитие теорий урбанистики, практик брендинга и маркетинга городов и территорий, способствующих лучшему осознанию заказчиками возможностей и целей архитектурных объектов, большей доказательности

при принятии архитектурного решения. Информатизация проектного процесса позволяет не только осуществлять его «на расстоянии», но и учитывать в ходе проектирования множество факторов, доступа к которым прежде могло просто не быть. Наконец, усиление тенденций энерго- и ресурсосбережения существенно меняет ценностные ориентиры архитекторов и заказчиков.

Рафаэль Виньоли, сформировавшийся как архитектор в Аргентине в 1960-х гг., дает повод осмыслить влияние всех этих разноплановых процессов на творчество отдельного автора. При этом в первой части работы мы отталкивались от тезиса о непреходящести проектнотворческих установок 1960-х гг. — при их одновременной гибкости, адаптивности к новым условиям. Во второй части статьи показаны видоизменения архитектурных форм у Р. Виньоли после его переезда в начале 1980-х гг. в США и постепенного превращения во все более вос-

* Продолжение статьи «Шестидесятники» в архитектуре: Рафаэль Виньоли»// Академический Вестник УралНИИпроект РААСН. 2011. № 3.

© Быстрова Т. Ю., 2011

51

требованного по всему миру автора1. При этом анализ интервью и высказываний архитектора свидетельствует о прежнем, сформировавшемся еще в юности, стремлении к рациональности, техничности, открытости (демократизму), минимуму историзма и этнокультурности. Одновременно Р. Виньоли невозможно причислить к ультрасовременным авторам, исповедующим идеалы нелинейной («текучей», «дигитальной» и т. п.) архитектуры. Неорационализм Р. Виньоли сродни концептуально-творческим установкам П. Цумтора, чьи работы проанализированы нами ранее. Он снимает крайности классической и постнеклассической парадигм, что, вероятно, и обеспечивает популярность архитектора. Эти крайности

1 Р. Виньоли является членом Американского института архитекторов, международным членом RIBA (Королевского института британских архитекторов), членом Японского института архитекторов, Центрального совета архитекторов Аргентины.

сведены в Таблицу 1, которая в дальнейшем помогает классифицировать постройки Р. Виньоли.

Для того чтобы показать, насколько свободен Р. Виньоли в своих решениях, приведем эскиз загородного дома в Буэнос-Айресе, датированный 1977 г. (Иллюстрация 2). Конечно, при желании можно назвать это реализацией функционалистского подхода. Однако здесь есть отсылки ко многим концептуальным поискам этого десятилетия: использование зелени и воды в структуре самого объекта (Ф. Хундервассер; японские метабо-листы); отказ от четкого зонирования и возможность трансформации интерьера; простота форм, отсутствие декора и ярко выраженных стилевых черт (минимализм; неорационализм); небольшие объемы и, возможно, бюджет (проекты Ф. Гери того же времени); использование естественного освещения (Л. Кан). Доминирует же то, что можно назвать «архитектурным здравомыслием»: общая рациональ-

Иллюстрация 1. Р. Виньоли. 1972 г Фото с сайта: http://es.wikipedia.org/ wiki/Archivo:Rafaei_Vi%C3%B1oiy_ (1972).jpg

ность решения в техническом, эстетическом, композиционном планах. Позже эта рациональная компонента, видимо, осознается более четко и становится концептуальным основанием проектов Р. Виньоли.

Таблица 1

Показатель Классическая парадигма Постнеклассическая парадигма

Цель архитектуры Гармонизация 1 Прибыль

Истоки формообразования Культурность, связь, прежде всего, с античной архитектурной традицией 1 Транскультурность 2 Технологии, общие для разных видов формообразующей деятельности 3 Архаика, архетипы

Изоморфизм: идея подобия структуры человека и его продуктов устройству космоса Четкие критерии сравнения и оценки объекта Автономность объекта, возможное отсутствие связи с человеком и космосом, даже городской средой

Место архитектуры в системе творческих практик Ясность видово-жанровой дифференциации на основе выделения специфических выразительных и технических средств Тяготение к синтезу, включение в системы более высокого уровня, возможная размытость собственной палитры выразительных средств

Типология Формальная четкость вычленения типов зданий и сооружений Появление новых типов, связанных с новыми формами жизни

Представления о стиле Стиль как состояние устойчивости, повторяемости, каноничности иконографии и форм 1 Стиль как отсутствие стиля

Связь с идеалом как всеобще значимой и признанной формой Образцовые постройки и шедевры Отсутствие идеала, субъективация оценки, соответствие внешним критериям; здание-«достопримечательность»

Шкала оценки Со времен Платона - ценностная вертикаль, на вершине которой находится идеал, задающий оппозицию «прекрасное - безобразное» Со времен постмодернизма - горизонталь, признание права на существование всего, что хотя бы одним человеком признается в качестве искусства или архитектуры

Иллюстрация 2. Проект загородного дома в Буэнос-Айресе. Арх. Р. Виньоли. 1977 г Рисунок с сайта: http://www.worldarchitecture.org/world-buildings/

Осваивая идеи современных ему и уже признанных коллег, Р. Виньоли уходит от наиболее проблемных мест «чистого» функционализма, например, использования так называемых типовых решений. Он говорит

о необходимости адаптации любой мощной архитектурной идеи к конкретным условиям проекта, настаивая на «однозначной интерпретации, а не преднамеренном решении». Это высказывание варьируется: «Целью зданий, которые строятся, является развитие, а не подчинение им»; «Подвергать сомнению принятые за норму типологии зданий...» и т. д. К не проговариваемым, но вполне заметным моментам можно отнести подчеркнутую вневременность решений, достигаемую чистотой форм. Во-первых, Р. Виньоли не постулирует своих модернистских установок, но проектирует в жесткой связи с желаниями заказчика, временем и местом, поэтому, глядя на его постройки, порой невозможно определить точную дату их возведения. Модернизм как «современность» проявляется, в первую очередь, в стремлении к созданию все больших по объему общественных пространств, предназначенных для комфортного пребывания людей, что напоминает утопические идеи архитекторов первой половины XX в. Во-вторых, вне поля зрения Р. Виньоли никогда не остаются самые современные технологии и стандарты: здание может не выглядеть программным заявлением архитектора, но его «начинка» говорит сама за себя.

Все эти годы бюро Рафаэля Виньоли (ЫУа) берется за проектирование общественных зданий разных типов — научных лабораторий, университетских комплексов, культурных и торговых центров, музеев, штаб-квартир компаний, а также в ряде случаев участвует в конкурсах, посвященных решению градостроительных задач

(1985 — проект плана развития Нью-Йорка Линкольн-Вест, США; 1992 — проект генерального плана Тангара Chacara, Сан-Паулу, Бразилия; реконструкция электростанции в Баттерси, Лондон, Великобритания; район Нью-Домино (The New Domino), Бруклин, Нью-Йорк, 2020). Коллективу, насчитывающему до 170 человек, удается следовать стратегической линии и создавать рациональную, техничную и вместе с тем вполне гуманную среду. Ниже представлены некоторые проекты, выбранные в большей степени в соответствии с хронологией.

Токийский международный форум

В 1996 г. появляется Токийский международный форум (1989-1996), который принес Р. Виньоли всемирное признание. Бюро RVa выиграло в 1989 г. международный конкурс, первый архитектурный международный конкурс в Японии, проводившийся международным союзом архитекторов. Это крупнейший конгресс-центр

в самом сердце Токио, на стыке бизнес-кварталов и торгового района Ginza. Сам автор говорит о задаче синтеза представительности и «домашности», к которому он стремился, трактуя объект как средоточие столичной жизни Японии.

Многофункциональный объект высотой 57,5 м, включающий выставочные площади, фойе, рестораны, магазины, восемь залов, среди которых два театральных, библиотека, художественная галерея и другие объекты, имеет форму, напоминающую вытянутую лодку. Конструкция из стали и стекла общей площадью 7360 кв. м производит сильное впечатление, особенно в ночное время, когда светится изнутри. Основными элементами являются шестидесятиметровые стальные опоры, позволяющие создать атриумное пространство. В его центре находится площадь, где могут проходить публичные мероприятия. Для мостов, переходов, отделки так называемого стеклянного зала использовано многослойное стекло-сэндвич с пластиковой

Иллюстрация 4. Токийский международный форум. Арх. Р. Виньоли.

Фото с сайта: http://wikipedia.org/wiki/ Токуо_Ыета^опа!_Рошт

. ЪО

Иллюстрация 3. Токийский международный форум. Арх. Р. Виньоли. Эскиз. Рисунок с сайта: http://www.arcspace.com

Иллюстрации 5, 6. Частный дом в Палермо Чико. Арх. Р. Виньоли, 1997, Фото и рисунок с сайта: http://www.homfree.com/chuloh1/

прослойкой, усиливающее общую открытость пространства и как нельзя более соответствующее японским эстетическим представлениям. Одновременно использование такого материала обеспечивает соблюдение требований безопасности

Несмотря на гораздо более заметную, чем сегодня, общемировую тенденцию нелинейности и метафоричности, Р. Виньоли уверенно продолжает идти своим путем. Конструкция, предложенная и реализованная во второй половине 1990-х гг., может в равной степени считаться и продолжением традиций функционалистской архитектуры, и одним из проявлений неорационализма.

Частный дом в Палермо Чико

Несмотря на гораздо более заметную, чем сегодня, общемировую тенденцию нелинейности и метафоричности, Р. Виньоли уверенно продолжает идти своим путем. Конструкция, предложенная и реализованная во второй половине 1990-х гг., может в равной степени считаться и продол-

жением традиций функционалистской архитектуры, и одним из проявлений неорационализма.

Международныйисследователь-ский институт по прогнозированию климата в Колумбийском университете

В этой относительно небольшой постройке использован ряд приемов, со временем становящихся «фирменным знаком» Р. Виньоли: целесообразное использование кривых линий в планах и конструкциях, активная работа с естественным светом, учет ландшафта. Именно по соображениям сохранения ландшафта было решено, что архитектура здания, высота которого в среднем составляет 4,6 м, должна следовать за линией холма, не нарушая ее. Этим достигается связь архитектурного решения с профилем научного учреждения, изучающего жизнедеятельность планеты. С трех сторон здание, состоящее из двух частично перекрывающих друг друга изогнутых крыльев, скрыто деревьями. В здании, рассчитанном на 200 человек, расположены учебные классы, лаборатории, вычислительный центр, конференц-зал. Крыша формируется рядом простых деревянных опор и изогнутыми стальными балками. В ней находится световой фонарь, обеспечивающий естественное осве-

щение в центральных помещениях. В оформлении использованы камень и древесина. Большие карнизы способствуют снижению теплоотдачи в холодное время года. Объект удостоен трех наград в области дизайна.

Чикагская школа бизнеса

Бюро Рафаэля Виньоли создает для Чикагского университета комплекс, состоящий из школы, оранжереи, зимнего сада. Пространство может использоваться круглый год. Стальная конструкция зимнего сада позволяет использовать естественное освещение и перекликается со стрельчатыми окнами часовни Рокфеллера, расположенной по соседству. Четырехскатная крыша из стальных трубок воссоздает готическую логику передачи нагрузки. Дождевая вода с крыши стекает в специальный резервуар. Вогнутая поверхность потолка усиливает естественную конвекцию воздуха в помещении. Р. Виньоли ставит задачей свести к минимуму вертикальные перемещения студентов и преподавателей. Три основных пространственных ядра, окружающих зимний сад, включают все помещения, необходимые для образовательного процесса. Студенческий центр расположен на нижнем этаже, а администрация — выше.

Иллюстрации 7, 8, 9. Международный исследовательский институт по прогнозированию климата (Lamont-Doherty Earth Observatory), Палисейдс, Колумбийский университет, США. Чертеж. Материал с сайта: http://www.homfree.com/chuloh1/

Иллюстрация 10. Чикагская школа бизнеса. Арх. Р. Виньоли. 2000 г. Фото с сайта: http://picasaweb.google.com/lh/photo/

Помимо пристального внимания к конструкциям Р. Виньоли использовал при проектировании технологии интерактивного взаимодействия с пользователями.

Дом фортепиано

Отдельно стоящий в саду павильон предусмотрен для проведения фортепианных концертов в любое время года. Несмотря на компактные размеры, дом вмещает в себя не только рояль и небольшой зал, но и небольшую библиотеку. Дом полностью выполнен из природных материалов, но при этом перекликается с лучшими образцами функционалистской архитектуры, например, павильоном Миса ван дер Роэ в Барселоне (1928). Находки этого объекта, в свою очередь, продолжают более поздние проекты архитектурного бюро Р. Виньоли.

Киммел-центр

Киммел-центр исполнительских искусств в Филадельфии, штат Пенсильвания, показателен в целой череде музейных, театральных и художественных объектов, созданных Р. Виньоли и архитекторами его бюро (в команде насчитывается около 20 человек). «Первым оркестром, который я услышал, был Филадельфийский оркестр под управлением Стоковского, на пластинках, принадлежавших моему отцу. Он про-

фессионально занимался музыкой в Уругвае, а затем в Аргентине, где сотрудничал с Театром Колон. Меня готовили к карьере пианиста. Так что, когда ко мне обратились с предложением создать место для оркестра Филадельфии, я отдал дань воспоминаниям детства», — признается Р. Виньоли.

Киммел-центр — это большой культурный комплекс на 40 тыс. кв. м, в котором под стеклянной крышей объединены концертный зал Филадельфийского оркестра, театральный зал Перельмана и помещения для еще четырех институций, связанных с исполнительскими искусствами. Основные элементы — зал оркестра и театральная площадка — представляют собой отдельно стоящие здания, не связанные друг с другом. Изогнутый кубообразный фасад театра, покрытый гибкой металлической обшивкой, выходит на Брод-стрит, а зал оркестра, форму которого будто бы подсказал корпус виолончели, находится в дальнем конце комплекса. Куполообразное перекрытие позволяет посетителю видеть все происходящее, этому же служат балконы, расположенные на уровне второго и третьего этажей по периметру. На крыше размещается зеленая зона. «Здесь нет барьеров», — говорит архитектор, и прежде применявший подобный прием объединения схожих по назначению объектов на одной площадке (например, стадион Принстонского университета в Нью-Джерси, 1998).

Иллюстрации 11, 12. Дом фортепиано (Piano House). Интерьер. Арх. Р. Виньоли. Фото с сайта: http://www.evermotion.org/

Насколько становится понятным из комментариев, он особенно высоко ценит сформированное социальное пространство и возможность свободного перемещения по нему любого человека.

Театр Перельмана высотой около 30 м представляет собой многофункциональный объект, внутри которого можно создать пространство необходимого объема как для выступления камерного коллектива, так и для

Иллюстрация 13. Центр исполнительских искусств Kimmell Филадельфия, США.

Арх. Р. Виньоли. 2003 г. Фото с сайта: http://www.kimmel.org/

Иллюстрации 14, 15. Конгресс-центр имени Дэвида Г Лоуренса. Арх. Р. Виньоли. 2003 г Фото с сайта: http://www.levyrestaurants.com

спектакля с большим количеством актеров и декораций. Сцена театра вращается.

Зал оркестра — прямоугольник со скошенными углами, облицованный панелями цвета красного дерева. Кроме того, в комплекс входят репетиционный зал, магазин сувениров, кафе, административные помещения, паркинг на 150 автомобилей.

Конгресс-центр имени Дэвида Г. Лоуренса

Для достижения своей всегдашней цели — максимальной привязки здания к контексту и задачам — Р. Винь-оли проектирует бетонные конструкции, повторяющие конфигурацию ферм моста через реку Аллегейни в Питтсбурге, расположенного неподалеку от Конгресс-центра. Крыша на стальных тросах, напоминающая

паруса, усиливает естественную циркуляцию воздуха, снижая расходы на вентиляцию здания. Здесь действует так называемый «эффект камина», для получения которого прекрасно подходят потоки воздуха, поднимающиеся от реки. В свою очередь, такое решение позволяет сократить размеры вентиляционных каналов, работая в том числе на эстетику здания. В единстве с естественным освещением и программой повышения эффективности использования воды это дало основание для подачи документов на получение сертификата ЬБЕБ. Потребление электроэнергии по сравнению с аналогичными, но более традиционными сооружениями сокращено на 30% (3 млн 800 тыс. кВт/ч в год).

Для естественного освещения использован верхний ряд окон и световые фонари в крыше, занимающие 10% ее площади. В поддержку такого решения приводятся еще и выклад-

ки маркетологов, доказывающих, что использование естественного освещения увеличивает продажи более чем на 40%.

Экономия воды достигается в том числе за счет ее вторичного использования в туалетах. Система очистки перерабатывает половину воды, потребляемой зданием, что позволяет сберечь 24 млн л воды в год.

При всей техничности здание выглядит очень элегантным, а его стилистика напоминает ар-деко 1930-х гг. — времена начала экономического процветания Америки. Соблюдение пропорций горизонтальных и вертикальных линий привносит некоторую классичность, что тоже усиливает «американизм»: первыми зданиями с естественной вентиляцией в Соединенных Штатах XIX в. были палладианские постройки, буквально воспроизводившие находки ренессансной архитектуры.

Иллюстрация 16. Макет здания музея в Кливленде. Фото с сайта: http://archi.ru/foreign/guide/

Иллюстрация 17. Реконструкция электростанции Баттерси, Лондон, Великобритания. Арх. Р. Виньоли. Общий вид. Рисунок с сайта: http://agency.archi.ru/events/news/

Институт восстановительной медицины

В 2005 г. бюро Rafael Vinoly Architects PC проектирует для Калифорнийского университета в Сан-Франциско (UCSF) новый исследовательский комплекс — Институт восстановительной медицины (Ray and Dagmar Dolby Regeneration Medicine Building), рассчитанный на работу 250 ученых. Место, отведенное под строительство, было очень сложным — это узкая полоса земли на уступе крутого склона горы Ма-унт Сатро рядом со зданием клиники. Американская архитектурная пресса окрестила проект «самым приключенческим произведением Виньоли». Почти привычные к этому времени дугообразные решения пришлось отменить, точнее, видоизменить морфологию здания, не отказываясь от лучших конструктивных находок в работе со светом и организацией пространства.

Из-за сложности рельефа основной объем здания разбит на разные уровни. Четыре плоскости частично заходят друг под друга. Пешеходный мост соединяет здание с другими исследовательскими лабораториями. Дом спроектирован как стальная ритмичная конструкция, опирающаяся на основание из бетона. Этим достигается эффект «минимальной инвазивности»2 и высокая сейсмоустойчивость. Внутри предусмотрены не только рабочие места для ученых, но и помещения для отдыха и встреч. Остекленные стены отвечают за визуальные связи между лабораториями, расположенными в нижней части здания, и офисами, находящимися выше. Сад на крыше позволяет осмотреть университетский кампус и склоны горы. Здание Института восстановительной медицины, как и прочие объекты, принадлежащие Калифорнийскому университету, отвечает требованиям международного экологического стандарта LEED.

Музей искусств Кливленда, США

Этот проект наглядно демонстрирует потенциал Р. Виньоли при работе с историческим наследием, вызывающей особенно оживленные дискуссии на протяжении последних 20 лет. Кливлендский музей искусств, один из крупнейших в США, построен местными архитекторами Хаббелом и Бенешем в 1916 г. Постройка явно

2 Инвазивный (лат. invasio - внедрение, вторжение) - имеющий отношение к проникновению внутрь (организма).

подражала античности. Постепенно объект и окружающая территория «обросли» различными дополнениями, например, образовательным центром М. Бройера, лишив здание первоначальной четкости и чистоты линий. В 2001 г. бюро КУа выиграло конкурс на проект расширения и реконструкции здания музея, в том числе с учетом его дальнейшего развития и выполнения условий создания единого музейного пространства.

Р. Виньоли достаточно критичен к предшественникам, говоря, в частности, о том, что «Бройеру было наплевать на то, что находится рядом». Это позволило КУа настоять на сносе некоторых фрагментов музея, для того чтобы лучше организовать его и интегрировать «историческую» и «современную» части. О своем проекте Р. Виньоли говорит: «Здание в Кливленде очень нейтрально, но это продиктовано обстоятельствами его проектирования. По сути, это чрезвычайно оригинальное здание, не потому что оно представляет собой возрождение греческого прообраза, но просто потому, что это неоклассицизм, абсолютно соответствующий теме музея» [1].

Реконструкция электростанции Баттерси, Лондон

В этом случае, следуя все более явной тенденции модернизации промышленных территорий городов, в том числе и ради усиления

имиджевой привлекательности, Р. Виньоли берется за работу над объектом площадью более 743 тыс. кв. м, охраняемым Великобританией как памятник промышленной архитектуры XX в. и не подлежащим демонтажу или реконструкции. Комплекс ТЭЦ был возведен на берегу Темзы в 1930-е гг. (арх. Дж. Гилберт Скотт) и выполнен в стиле ар-деко. Кроме того, это крупнейшая кирпичная постройка в Европе, а также культовое место для поклонников рок-музыки (на обложке одного из альбомов Pink Floyd можно видеть здание электростанции). С начала 1990-х гг. вопросами реконструкции станции Баттерси занимался Н. Гримшоу, но его идеи не удалось воплотить по финансовым причинам. Проект Р. Виньоли характеризовался именно как «реализуемый», а также наиболее передовой в плане энергосбережения. Главный архитектурный объект станции выполнен из стекла и стали, это башня высотой 300 м, с куполом, выполненным из того же материала, который предполагался у Н. Грим-шоу. Старые трубы Баттерси будут выводить пары от работающей на биотопливе новой электростанции с нулевым выбросом углекислого газа. Вокруг нее на участке в 15 га под стеклянным куполом расположены офисные, торговые, жилые помещения (не менее 750 тыс. кв. м жилья) и парк. План предполагает введение всего района и окружаю-

Иллюстрации 18, 19. Небоскреб на Фенчерч-стрит, Лондон.

Арх. Р. Виньоли. 2009 г. Рисунок с сайта: http://www.thisisiondon.co.uk/

щих территорий в зону, охваченную общественным транспортом.

Небоскреб на Фенчерч-стрит

После ряда юридических уточнений здание, получившее прозвище Walkie Talkie, высотой в 160 м (предварительно 36 этажей) и стоимостью более 200 млн фунтов стерлингов строится с января 2009 г. на месте другого, устаревшего к этому времени и имевшего высоту 91 м. Ви-ньоли хорошо чувствует лондонский контекст и вполне постмодернистски «опускается» до метафоры, придав ему форму огромного окна или — для тех, кто видит иначе, — телефонной трубки, перетекающей в террасу на крыше, с которой можно видеть панораму города. Искривление фасада по одной стороне, вызвавшее неоднозначные оценки, созвучно линиям берега Темзы и старинных улиц. Тяжеловесность визуального знака не свойственна «традиционным» решениям Виньоли, но, на наш взгляд, оправдана массой других ярких сооружений, определяющих сегодня

панораму города. Первоначально была заявлена высота более 200 м, но велись разговоры о сокращении высотности в связи с дискуссиями об оппозиции нового небоскреба собору Св. Павла, одной из главных палла-дианских достопримечательностей Лондона. По последним годовым отчетам, окончание строительства перенесено на 2014 г.

Будущих владельцев жилья в престижной новостройке привлекают, в первую очередь, зеленой зоной в верхней части дома, откуда будет открываться великолепная панорама города. Подобного рода «парение» над рекой делает вдвойне оправданным несколько аляповатый наклон фасада.

Аэропорт Карраско, новый терминал, Уругвай

Законченный и пущенный в 2009 г. терминал аэропорта, расположенного в 18 км от центра Монтевидео, представляет собой своеобразную дань архитектора «родным пенатам», тактичный и необходимый для международного аэропорта синтез интернационального и регионального, проявляющийся исключительно во внешней форме, вписанности в ландшафт. Утонченная и вместе с тем сдержанная кривая монолитной кровли, перекликающаяся, как говорят, с песчаными дюнами на побережье Уругвая, достигает длины 366 м. Ширина пролета в центре равняется 131 м. Трехэтажный бетонный объем поддерживается изнутри бетонными балками, колоннами и поперечными стенами. Навес над подъездными путями с одной стороны здания и широкие открытые виды на стороне, обращенной к взлетно-посадочной полосе, образуют выразительный объем, превращая здание терминала в символическую точку встречи со страной. Это важно, поскольку строительство было начато по соображениям активизации туризма в Уругвае и регионе в целом.

Иллюстрация 20. Новый терминал аэропорта Каррско, Монтевидео, Уругвай. Арх. Р. Виньоли. 2009 г Фото с сайта: http://www.arcspace.com/ architects/vinoly/carrasco/carrasco.html

Зал прилета расположен на первом этаже. На втором этаже находится открытая для доступа терраса, расположенная над залом вылета, с нее открывается вид на взлетное поле.

В соответствии со сложившейся мировой традицией формирования больших общественных пространств, через которые проходят пассажиры, Р. Виньоли проектирует один объем, остекленный с четырех сторон. Система круглых окон, расположенных на крыше, обеспечивает интерьер дополнительным естественным освещением (светильники на потолке при этом отсутствуют). Белые термопластичные мембраны кровли снижают теплоотдачу. Смежный с входом атриум пространственно и визуально связывает зоны прибытия и отлета, превращая первый этаж в знаковое место главного зала. Здание вписано в ландшафт, прежде всего, за счет небольшой высоты и мастерски обыгранной линии крыши, превращающей его в один из визуальных символов Уругвая.

Иллюстрация 21. Отель Vdara.

Арх. Р. Виньоли. Фото с сайта:

http://www.e-architect.co.uk/images/jpgs/

america/vdara_hotel_ing011209_bf6.jpg

Отель Vdara

Отель, спроектированный бюро RVa под руководством Р. Виньоли, открылся в декабре 2009 г. в Лас-Вегасе. Здание высотой 57 этажей состоит из трех параллельных дугообразных плоскостей в форме полумесяца. Здесь частично использован тот же прием, что и в совершенно другом по назначению здании в Колумбийском университете. Дугообразный изгиб фасада со временем становится своеобразной визитной

Иллюстрация 22. Нью-Домино, Бруклин, Нью-Йорк.

Арх. Р. Виньоли. Рисунок с сайта:

http://mysticchiidz. biogspot. com/ 2008_02_01_ archive. htmi

Иллюстрация 23. Нью-Домино, Бруклин, Нью-Йорк. Арх. Р. Виньоли. Рисунок с сайта: http://archdoc.mr926.me/tag/rafaei-vinoiy-architects/

карточкой проектов Р. Виньоли, но его использование всегда целесообразно и не является самоцелью: в данном случае это лишает здание монотонности и придает ему почти воздушную легкость. Объемы хорошо профилированы и кажутся более выпуклыми за счет глубоких выемок между ними. Стены в горизонтальных полосах составляют контраст с пустынным ландшафтом вокруг Лас-Вегаса и вместе с тем не противоречат ему. Полосы, в свою очередь, возникают от чередования отражающего и светорассеивающего стекла, создавая мерцающую текстуру на фасаде. Отель выглядит очень легким и современным, выгодно отличаясь от обычно интенсивно-декорированных зданий Лас-Вегаса.

В здании расположены 1495 номеров класса «люкс». При этом оно неглубоко в ширину, что обеспечивает проникновение дневного света во все части помещений. Наличие трех дугообразных объемов позволяет разместить на концах этажей шесть угловых номеров, т. е. больше по сравнению с четырьмя, обычными для более традиционных зданий отелей.

Отель У(1ага сертифицирован по стандарту ЬЕЕБ. Это стало возможным благодаря использованию экологически чистых строительных материалов (местные материалы, материалы с низким содержанием летучих органических веществ), а также использованию светлых поверхностей в бассейне, расположенном над холлом, и на крыше, что снижает расходы по обогреву. При проектировании были также использованы технологии, уменьшающие расход воды.

Нью-Домино, Бруклин, Нью-Йорк

Под знаком преодоления «плюралистичной постмодернистской архитектуры» бюро ИУа было поручено

разработать проект реконструкции бывшего сахарного завода Домино в Бруклине, занимающего площадь более 260 тыс. кв. м. На месте промышленной территории к 2020 г. появится район с многофункциональной модульной жилой застройкой, открытый к реке. Генеральный план сохраняет ландшафтные особенности промышленной зоны, адаптируя их к новым коммерческим, культурным, социальным задачам. То же можно сказать и о цветовом решении, ненавязчиво использующем традиционный кирпично-терракотовый тон промышленных объектов в облицовке новых зданий.

Два 30-этажных и два 40-этажных дома будут расположены в самом центре района, по периметру которого предполагается построить более низкие здания. На крышах зданий располагаются зеленые зоны с устройствами регуляции сточной воды, используемой в дальнейшем для технических нужд. Около 30% нового жилья (660 единиц) будет предоставлено семьям с низким доходом. Предусмотрены парк и благоустроенная набережная. В ходе дискуссий архитекторов упрекали за чрезмерное увлечение дорогостоящими материалами (стекло) и отсутствие ряда важных объектов сервиса — больниц, продуктовых магазинов и т. п. Эскизы района убеждают в социальной ориентированности проекта и слегка напоминают утопии середины XX в., что вполне закономерно для нынешнего этапа развития рационализма — ведь каждый следующий виток интереса к рационалистической архитектуре непременно сопровождался отсылкой к предыдущему.

Заключение

Проведенный анализ работ Р. Виньоли и его архитектурного бюро показывает:

• непрерывность традиции рационалистической архитектуры, ее параллелизм постмодернистским и нелинейным версиям;

• особое место модернистского сознания 1960-х гг. в формировании современной неорационалисти-ческой архитектуры;

• возможность использования рационалистических концепций при решении как архитектурных, так и градостроительных задач;

• возможность варьирования формообразования в зависимости от конкретных условий проекта, включая исторический и этнокультурный контекст, ландшафт и т. д.;

• возможность преодоления схематического, упрощающего подхода, возникающего под влиянием позитивизма;

• хорошую сочетаемость рационалистического формообразования с экологическими, энергосберегающими и другими тенденциями современной культуры.

Список использованной литературы

1 Rafael Vinoly. URL: http: //www. artinfo.com/news /story/1205/ rafael-vinoly.

2 Белоголовский В. Детский музей Бруклина // Ведомости. 2008. № 38 (125).

3 Rafael Vinoly. URL: http://www. worldarchitecture.org.

4 Rafael Vinoly. URL: http://www. urbanity.es/foro/biografias-y-obras-de-arquitectos-e-ingenieros.

5 Rafael Vinoly. URL: http: //www. arcspace.com.