Некоторые аспекты современной жизни российского предпринимателя

Голенкова З.Т., Игитханян Е.Д.

НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННОЙ ЖИЗНИ РОССИЙСКОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ1

Экономические преобразования в России выдвинули на первый план сложнейшие проблемы глубинных социально-структурных процессов, динамика которых детерминирована прежде всего качественными изменениями в отношениях собственности, власти, в уровне доходов различных слоев и групп населения. Социальная дифференциация охватывает широкую гамму «базисных» и «надстроечных» отношений, отражая меняющиеся принципы социального расслоения общества. Произошел глубокий общественный переворот, определивший преобразование тех социальных основ и регуляторов, которые формируют социальную структуру. Изменилась сама природа ее компонентов, появились новые слои и социоструктурные образования. Речь прежде всего идет о работающих по найму (наемных работниках) и работающих не по найму (91,4% и 8,6% соответственно в структуре занятого населения). Среди последних выделяются работодатели, самостоятельно занятые, члены производственных кооперативов, помогающие на семейном предприятии [3, с. 19]. Мы детально останавливаемся на этой дифференциации потому, что объектом нашего анализа является социальная группа занятого населения, выполняющая работу на собственном предприятии, в собственном деле, самостоятельно или с одним/несколькими партнерами. В этом качестве они нанимают для работы на своем предприятии наемных работников. Данная социальная группа по определению Федеральной службы государственной статистики называется «работодателями», на языке социологическом — предпринимателями, владельцами предприятий. Таким образом, речь идет о достаточно четком понятии — социальной группе, вполне интерпретируемой на эмпирическом уровне, к тому же обладающей и количественными параметрами. В 2005 году эта группа состояла из 894 тыс. человек, что составило 1,3% всего занятого населения по статусу на основной работе (без учета вторичной занятости). За последние два года прирост в абсолютном измерении составил 83 тыс. человек, или 0,1% [3, с. 76-77 (расчет)]. Внутри этой группы достаточно велика внутренняя дифференциация — по видам экономической деятельности, количеству занятых работников на том или ином предприятии (мелкие, средние, крупные владельцы капиталов), финансовому обороту и некоторым другим показателям.

1 Статья подготовлена при поддержке РГНФ, грант 05-03-03385а.

Условия, в которых осуществляется предпринимательство, могут стремительно изменяться, особенно в трансформирующихся обществах. Важную роль играют инициатива и творческая энергия различных социальных групп. Предпринимательство активно развивается во всех отраслях народного хозяйства и представляет собой различные формы не запрещенной законом негосударственной хозяйственной активности. И. Шумпетер характеризовал предпринимателя как новатора, реформирующего производство путем использования инновационных технологий или путем внедрения различных изобретений. В трансформирующихся обществах предпринимателем стали называть любого делового человека, занятого хозяйственной деятельностью в негосударственном секторе экономики.

Информационной базой анализа послужили (а) данные Росстата, (б) материалы конкретного социологического исследования, проведенного в 2005 году РОМИР—мониторинг (проект № 240910) среди городского и сельского населения Российской Федерации в возрасте от 18 лет и старше2.

Попытаемся ответить на некоторые вопросы, связанные с объективными показателями, характеризующими представителей группы работодателей-предпринимателей (413 чел.). Для сравнения и акцентирования некоторых ее характеристик мы выделили группу, куда вошли незанятые предпринимательской деятельностью — наемные работники (7813 чел.). Итак, кто становится предпринимателем?

Прежде всего, остановимся на половозрастных особенностях. По данным исследования, доля мужчин среди предпринимателей значительно выше — почти в 2 раза. Среди возрастных когорт наиболее представительны 25-45-летние — их доля в общей совокупности составляет 63,7%. Наименее представительны группы старших возрастов, особенно после 60-ти лет. Таким образом, «в предприниматели» идут прежде всего люди молодого и зрелого возраста, наиболее активные, профессионально подготовленные работники. Поэтому по образовательному уровню здесь преобладают специалисты со средним специальным, незаконченным высшим и высшим образованием — таких оказалось 63,5%. Среди работающих по найму доля этой категории по уровню образования меньше — 57%. Предприниматели и профессионально более мобильны. И хотя в настоящее время с целью получить дополнительное профессиональное образование учатся лишь немно-

2 В исследовании применялась многоступенчатая территориальная стратифицированная случайная выборка на основе квотного отбора. Объем выборочной совокупности занятого населения составил 8422 чел. Данные исследования любезно предоставлены руководством РОМИРа авторскому коллективу отдела социальной структуры Института социологии РАН (руководитель З.Т. Голенкова).

гим более 5% опрошенных предпринимателей (среди наемных работников — 4,6%), тем не менее, значительная доля первых ориентирована на получение высшего образования в ближайшее время.

Если говорить о категории предпринимателей, попавших в выборку (субъекты малого, среднего и крупного бизнеса), то следует отметить, что, исходя из численности занятых на предприятиях, речь идет преимущественно о представителях малого бизнеса, то есть о коммерческих организациях с количеством занятых до ста человек. В исследовании таких предприятий оказалось более 90%, в основном в сферах торговли (около 40%), бытового обслуживания (12%), транспорта (11%) и некоторых других. Такие распределения достаточно характерны для группы мелких собственников. По данным Росстата, в 2005 году подавляющее большинство малых предприятий было сосредоточено в оптовой и розничной торговле, ремонте автотранспортных средств, бытовых изделий и предметов личного пользования (46,0%), на транспорте и связи (4,5%), в операциях с недвижимым имуществом (15,6%). В остальных видах экономической деятельности их присутствие незначительно [6].

Рассмотрим далее комплекс проблем, связанных с положением предпринимателей, по следующим крупным блокам.

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ И ЕГО СОЦИАЛЬНОЕ ОКРУЖЕНИЕ

Одна из основных проблем — отношение респондентов к институциональной политике, к местным органам власти, осуществляющим поддержку малого бизнеса. Иначе говоря, помогает или мешает региональная власть успешному экономическому развитию предприятий, которыми они руководят? На вопрос о том, каковы в месте проживания предпринимателя условия для развития малого бизнеса, мнения разделились примерно поровну: условия хорошие и скорее хорошие — 47,0%, плохие и скорее плохие — 48,4% (остальные затруднились ответить). Более определенным оказалось мнение об отношении государственных чиновников к частному предпринимательству. О том, что они «помогают» (все варианты шкальных ответов), высказалось 26,9% опрошенных, «мешают» — 62,5%. Следовательно, если говорить о таких существенных аспектах местной институциональной среды, как отношение местной государственной власти к малому бизнесу, то с определенностью можно констатировать если не его кризисное положение, то состояние, близкое к нему.

Социальное окружение — это не только взаимосвязь с властью, социальными институтами, но и внутрикорпоративное общение — с людьми, поставленными в те же жизненные обстоятельства, оценка их успе-

ха/неуспеха в предпринимательской деятельности. Прежде всего, надо отметить, что лишь 4,8% опрошенных ответили, что у них нет друзей и знакомых, занимающихся подобного рода деятельностью. Очевидно, круг общения респондентов-предпринимателей с себе подобными достаточно широк, и выводы, которые ими сделаны, опираются на интенсивную включенность в предпринимательскую среду. Успешен опыт у 53,2% предпринимателей, удовлетворителен — у 31,0%, неуспешен — у 8,0%. Как итог, большинство из бизнес-окружения (73,4%) приспособилось к новым рыночным условиям. Отношение опрошенных к своим коллегам из мелкого и среднего бизнеса также весьма позитивно — почти 100% одобряют бизнес как вид экономического действия. И весьма показателен тот факт, что среди опрошенных-непредпринимателей лишь 10% негативно воспринимают бизнес. Остальные — «хорошо» и «скорее хорошо». Можно видеть, что, несмотря на традиции, нормы поведения и ценности, сложившиеся у людей в недалеком социалистическом прошлом, постепенно уходят представления и стереотипы о предпринимателях как о «торгашах», «спекулянтах». Правда, несколько иное отношение к крупным предпринимателям, владельцам компаний, предприятий. Рыночный успех крупного бизнеса, миллионные состояния, нажитые не всегда законным путем, — все это осознается людьми как деяния не во всем праведные. Не доверяют крупному предпринимательству почти 45% опрошенных. А на вопрос: «Как Вы думаете, кому сегодня в России принадлежит власть?» 44,1% предпринимателей и столько же непредпринимателей ответили — «крупному капиталу». Для сравнения: президенту — соответственно 18,2 и 18,6%; чиновникам — 11,0 и 8,5%; народу — 1,0 и 0,9%. То, что «естественным врагом» малого бизнеса является бизнес крупный, отмечают многие исследователи. И причин здесь немало: вторжение представителей последних в поле хозяйственной деятельности малого бизнеса, возможность крупных предпринимателей влиять на федеральные и региональные власти в собственных интересах и т.д. [2, с. 61].

В начале XXI века, когда предпринимательство постепенно начинает занимать свою социальную нишу в трансформирующемся обществе, формируются не только деловые, но и нравственные ориентиры анализируемой категории граждан, которые материализуются в практических действиях. Одним из аспектов этого процесса является осознание необходимости участия в благотворительной деятельности. Это еще одна сторона социальных связей и, с нашей точки зрения, существенный показатель утверждения в российской действительности нового социального слоя. Так, почти 60% предпринимателей ответили, что они участвуют в благотворительной деятельности. Правда, не вполне достаточно. Основными направлениями этого рода деятельности представляются, в порядке значимости, школьное образование, стро-

ительство жилья, здравоохранение. Таким образом, расстановка приоритетов респондентами-предпринимателями вполне соответствует политике важнейших национальных проектов, утвержденных Президентом РФ.

Еще одним из параметров социальных связей является отношение к социальной политике вообще. В целом, социально-политическая активность опрошенных невелика. Об этом говорит хотя бы тот факт, что треть предпринимателей и почти четверть непредпринимателей вообще не ходили на выборы в Государственную Думу 2003 года, а 10% первых и 12,3% вторых не помнят, ходили они или нет. Более того, видят для себя необходимость участия в различных общественных движениях (общественных организациях, объединениях и т.д.) только 4% первых и 2,5% вторых; возможность участия — соответственно 20,3 и 19,3%. Отрицают и необходимость и возможность такого участия 29% предпринимателей и более трети непредпринимателей. Основная масса опрошенных к этому просто безразлична. В то же время судьбу, бизнес опрошенные прочно связывают со своей страной, с местом обитания, где они живут и работают. И дело не в том, что для переезда в другой город или даже страну предположительно нет реальных возможностей, — во всех жизненных ситуациях остается хотя бы эмоционально окрашенный выбор, соответствующий внутреннему настрою.

Если же говорить о политических пристрастиях опрошенных, то следует отметить, что, по сравнению с серединой 1990-х годов, когда политические симпатии предпринимателей концентрировались вокруг ядра партий демократической ориентации (явное предпочтение было отдано «Яблоку», см. [1, с. 151]), теперь почти треть — ориентируется на Центр («Единая Россия»), а многие переместились левее (КПРФ, ЛДПР).

Говоря о структуре социальных связей, нельзя не отметить такой фактор, как внутрисемейные отношения («Я и моя семья»). Прежде всего, кто — «Я»? Обычный потребитель, такой же партнер в обеспечении семьи, как и другие ее члены? 72,4% опрошенных предпринимателей ответили, что основной доход приносят именно они. На вопрос: «Хотели бы Вы , чтобы Ваши дети имели собственный бизнес?» почти 70% ответили утвердительно. И для многих это вполне разрешимая проблема — 65% уверены, что смогут дать своим детям платное образование, причем «без проблем» — почти 20%. Среди непредпринима-телей таких оказалось 44% («без проблем» — 5,4%). Можно утверждать, что новое поколение предпринимателей — дети нынешних — окажется в более комфортных условиях в начале своего бизнеса, поскольку семейные связи и традиции положительно влияют не только на возможность, но и на вероятность стать предпринимателем. Они располагают частной предпринимательской инициативой и бизнесом — тем,

чего не имели и не могли иметь их родители и близкие родственники в недавнем социалистическим прошлом. Итак, анализируя социальные связи и взаимоотношения наших респондентов-предпринимателей, можно сделать следующие выводы. Речь идет в основном о людях, состоявшихся и в значительной степени адаптированных в окружении представителей своей социальной группы, социального сообщества предпринимателей. Социальное пространство для индивидуального и корпоративного взаимодействия постепенно формируется, несмотря на очевидный и несомненный конфликт с институциональными структурами — местной региональной властью.

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ И ЕГО РАБОТА

Здесь мы прежде всего хотели бы рассмотреть вопрос, что такое для предпринимателя сфера его деятельности — вынужденная необходимость или жизненная потребность. Эта тема имеет принципиальное значение при исследовании генезиса предпринимательства — кто и зачем начинает заниматься этим видом деятельности? Мы попытались ответить на эти вопросы, анализируя мнения опрошенных относительно основных приоритетов трудовой деятельности. «Работа как средство реализации способностей, условие достижения успехов в будущем, интересная и творческая» — с такой оценкой своего непосредственного труда согласились 44,2% предпринимателей (среди непред-принимателей — 22%). Этот показатель даже выше стремления хорошо зарабатывать (такую оценку дали 40%); а тех, у кого не оказалось возможности получить другую работу оказалось 5,0% (среди непредп-ринимателей — 15,8%, т.е. более чем в 3 раза). Ценят свою работу за престижность и значимость более 50% предпринимателей (среди не-предпринимателей — 36%), да и в перспективности своей работы уверенно значительное большинство опрошенных. Уверенность респондентов в значимости и ценности своего труда, его необходимости и престижности позволяет сделать вывод о достаточном уровне трудовой адаптации предпринимателей и устойчивости их социальной среды. Тезис о том, что трудовая деятельность предпринимателей начинает получать соответствующее признание в обществе, подтверждается. А вот сделала ли она их богатыми людьми?

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ И ЕГО МАТЕРИАЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Методика, используемая в исследовании, позволила выделить несколько групп опрошенных по их материально-доходному статусу: очень

бедные, когда доходы позволяют приобретать только необходимые продукты питания; бедные — доходы позволяют приобретать необходимые продукты и одежду; среднеобеспеченные — могут позволить себе приобретать продукты питания, одежду, бытовую технику; состоятельные — могут приобретать все, кроме дачи, квартиры; богатые — не испытывают никаких финансовых затруднений (см. табл.).

Распределение предпринимателей и непредпринимателей по социальнодоходным группам

Социально-доходные группы Предприниматели Непредприниматели

Очень бедные 13,8 30,1

Бедные 38,3 47

Среднеобеспеченные 27,7 16,5

Состоятельные 13,1 3,3

Богатые 3,4 0,3

Затруднившиеся в ответе 3,7 2,8

Данные таблицы свидетельствуют, во-первых, о довольно низком уровне материального достатка обеих анализируемых групп; во-вторых, о том, что предприниматели по сравнению с непредпринимате-лями все же богаче. В то же время более половины первых и более двух третей вторых идентифицируют себя с бедными и очень бедными; средние слои представлены незначительной совокупностью опрошенных, а состоятельные и богатые не превышают 16,5 и 3,6%.

Такова сегодняшняя реальность. А какова динамика материального положения? Что было «вчера»? Улучшилось оно (с различными вариациями — значительно или незначительно) у 47,4% предпринимателей (и у 33,5% непредпринимателей); осталось без изменения — у 35,8% (45%); ухудшилось у 14,3% (19,4%). Что предполагается «завтра»? Ожидают, что материальное положение улучшится, 43,3% предпринимателей (29,9% непредпринимателей); останется без изменения — 31,5% (41,0%); ухудшится — 33% (10,7%). Таким образом, на вопрос о том, дает ли предпринимательство прочное материальное положение, нет определенного ответа. С одной стороны, безусловно, «нет», ибо более половины относит себя к слоям в той или иной степени бедным. С другой, ответ может быть и положительным, потому что на общем статистическом фоне предприниматели все же выглядят более благополучными; налицо положительная динамика — от худшего к лучшему, пусть и не семимильными шагами. Вероятно, бедность и богатство «по—российски» — явления исторически достаточно уникальные. Но при всем стремлении преодолеть сопротивление социальной среды, сложившиеся традиции и ценности, и в определенной степени их преодолевая, предприниматель дает противоречивые оценки да-

лекой и не очень далекой перспективы страны. На вопрос о том, когда наступит достойная жизнь у россиян, 23% опрошенных ответили, что никогда (также думают 24% непредпринимателей), лишь 2% полагают, что такая жизнь уже наступила, остальные предпочитают давать прогнозы от 20 и более лет. Иначе говоря, даже некоторые позитивные изменения положения семьи не смогут, по мнению абсолютного большинства как предпринимателей, так и непредпринимателей, привести к новому качеству жизни. На наш взгляд, эта противоречивость определяется тем, что понимание представителями всех социальных групп «достойной жизни» не сводится лишь к достатку материальному, но имеет более комплексный характер. Это и борьба с преступностью, терроризмом (так считает почти треть опрошенных), и решение многих социальных проблем (бедность, коррупция, образование). Только в этом случае можно говорить действительно о жизни достойной.

Как еще проявляются различия между предпринимателями и не-предпринимателями в экономическом и культурном ресурсах, включающих такие показатели, как характеристики имущественного положения (жилье, машина, дача, электробытовая техника и т.д.), досугового поведения и культурных потребностей (см.: [5, с. 29-40])?

У предпринимателей, безусловно, лучше качество жилья: их квартиры более благоустроены (они чаще живут в домах «улучшенной планировки»); в собственных домах за городом опрошенных предпринимателей живет в 1,5 раза больше, чем непредпринимателей, более 10% имеют еще одну квартиру в городе (среди непредпринимателей таких 5%), а собираются переехать в новую квартиру, дом в ближайшие три года 16,7% (по сравнению с 8,1% среди непредпринимателей). Что касается других атрибутов зажиточной жизни, то предприниматели значительно чаще имеют персональный компьютер, автомобиль 1997-2004 годов выпуска; лишь 6,8% опрошенных ответили, что из предложенного ничего не имеют (24,5% среди непредпринимателей).

Таким образом, говоря об «экономическом ресурсе» предпринимателей, можно утверждать, что уровень их дохода более высок и финансовое положение более прочно. Обращаясь к структуре «культурного ресурса», отметим, что здесь положение несколько иное. Книг (художественных, научных, популярных, профессиональных) предприниматели читают меньше: почти 40% отметили, что за последние три месяца не прочитали ни одной (среди непредпринимателей — 32,5%). В кинотеатрах, театрах, на выставках и в музеях за этот же период побывало примерно одинаковое количество опрошенных в обеих группах, хотя доля «ни разу» впечатляет: 80% и более. Правда, спортом предприниматели занимаются чаще примерно в 2 раза (если судить по частоте занятий спортом в неделю). Иначе говоря, предприниматели более физически активны и, вероятно, обладают более крепким здо-

ровьем, хотя, еще раз повторим, «культурных» различий между анализируемыми группами в целом не прослеживается.

Но, обладая большими доходами, ощущают ли себя предприниматели успешными в жизни? Каков их «эмоциональный ресурс»?

СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АДАПТАЦИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ

Респондентам было предложено оценить свое душевное состояние. Хорошим (превосходное, очень хорошее и хорошее) оценили его 64,2% предпринимателей (непредприниматели — 41,7%); посредственным — 28,3 и 38,5% соответственно; плохим (плохое, очень плохое, крайне тяжелое) — 6,5 и 9,7%. Таким образом, состояние психологической ком-фортности/некомфортности подтверждает достаточно высокий уровень социальной адаптации. С этим фактором непосредственно связана специфика социальной самоидентификации анализируемой группы, ибо совершенно очевидно, что поскольку российские предприниматели — продукт трансформирующейся социальной системы, то мера устойчивости социального пространства этой группы непосредственным образом влияет и на устойчивость ее психологического пространства. Переход к качественно новым социально-экономическим и политическим устоям в обществе неизбежно ведет к изменениям в осознании личностью своей социальной позиции, места в социальной иерархии. Хотя к «высшему слою» отнесли себя лишь 2,2% предпринимателей (0,6% непредпринимателей), позиция «выше среднего» оказалась «заполнена» на 6,5%, что в 4 раза выше, чем у непредпринимателей. Самая популярная позиция — «средний слой» — отмечена 65,4% и 61,9% соответственно в каждой группе респондентов. «Ниже среднего», «низкий» и «самый низкий» составил у первых 14,2%, у вторых — 31,2%. Таким образом, социально-слоевая структура опрошенных свидетельствует о том, что субъективная оценка социального статуса непосредственно зависит от социальной позиции опрошенных. Предприниматели как агенты инновационного экономического развития чувствуют себя более комфортно, чем непредприниматели. Можно сделать вывод, что первые начинают адекватнее и стабильнее вписываться в социально-экономическую структуру, пусть не всегда и не во всем обнаруживая позитивное отношение к общественным явлениям. Явно прослеживается тенденция взаимосвязи «рыночного успеха» и иерархической статусной позиции.

В то же время, как показали данные исследования, проведенного ИКСИ РАН в 2003-2004 гг., отношение россиян к предпринимателям и предпринимательству носит неоднозначный и во многом противоречи-

вый характер. С одной стороны, среди положительных характеристик представителей этой новой социальной группы на первом месте такие, как энергичность, инициативность, с другой, на последнем — профессиональная компетентность. Это — явное свидетельство того, что для многих россиян серьезный экономический успех совсем не обязательно связан с высоким уровнем квалификации и профессионализма [4].

Что представляет собой фигура предпринимателя с точки зрения личностных, психологических качеств, какие именно черты доминируют в поведении, мироощущении, ожиданиях?

СТРУКТУРА ЛИЧНОСТНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО РЕСУРСА ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ

Обычно непредприниматели в числе основных качеств, мешающих организации собственного бизнеса, помимо, разумеется, отсутствия первоначального капитала, называют боязнь неудач в бизнесе, затем рэкет, вымогательства. Одним словом, фактически здесь доминирует нежелание рисковать. Именно поэтому более 50% непредп-ринимателей на вопрос «Хотели бы Вы иметь собственный бизнес?» ответили отрицательно. Предприниматель — это уже иная фигура, так или иначе вошедшая в иную социальную среду. Материалы исследования позволяют выявить следующие конституирующие черты анализируемой группы.

1. Предприниматель — человек, для которого жизнь — непрерывная борьба за существование, стремление всеми силами преодолеть сопротивление и противодействие социальной среды: коррупцию, бюрократический произвол, рэкет. Это — социально-деятельностная фигура, для которой основной смысл жизни — утверждать свое собственное «Я» во всех жизненных аспектах.

2. Предприниматель — рисковая натура, для которой риск — не просто «благородное дело», но элементарная необходимость. По сравнению с непредпринимателями, доля готовых идти на риск среди предпринимателей в 2 раза больше.

3. Предприниматель — человек неудовлетворенный своей жизнью и потому «возлюбивший» богатство. Более трети опрошенных заявили об этом (среди непредпринимателей таких оказалось менее 19%). Причем альтруизм («стать богатым, чтобы помогать другим») здесь также присутствует, но незначительно, в основном, богатство — это условие жить так, «как хочется»

4. Предприниматель — самостоятельный человек: лишь 1,5% заявили, что они чувствуют свою зависимость от государства (среди не-предпринимателей таких в 3 раза больше), а уверенных в том, что они

сами должны заботиться о себе, около 20% (среди непредпринимателей — 11%).

5. Предприниматель — сомневающийся человек. Сомнения касаются не столько собственного будущего, сколько будущего своих детей.

Таким образом, непредсказуемость экономической и социальнополитической ситуации делает порой призрачной саму перспективу существования, а свобода, автономность, самостоятельность и личная ответственность не всегда выступают гарантами необходимого жизнеобеспечения людей, поставленных в самые различные социальные позиции. В этой связи, что понимает под «свободой» объект нашего анализа?

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ И СВОБОДА

Среди альтернатив, предложенных опрошенным, следующие трактовки свободы: (а) экономическая — возможность заниматься избранной деятельностью или не работать вообще; (б) доходная — возможность разбогатеть; (в) социально-культурная — возможность получить желаемое образование, любую информацию, свободно исповедовать религию; (г) социально-политическая — свобода выбора власти на всех уровнях (города, региона, страны), самое широкое участие в политической жизни и открытое выражение своего мнения; (д) территориально-мобильная — возможность выезжать за границу. Рассмотрим, как оценили респонденты анализируемой группы указанные аспекты свободы. Экономическая свобода — приоритетное направление, причем 46,0% опрошенных предпочитают работать и лишь 2% — не хотели бы работать. Возможность стать богатым поддержана 30%; социально-культурная свобода— 5,9%; социально-политическая —7,1%; свобода передвижения — 1,9%. Все остальное — быть образованным, культурным, активно участвовать в политической жизни, путешествовать и т.д. — отходит далеко на второй план в представлениях опрошенных.

Отношение к «свободе» как к определенной демократической ценности непосредственно связано и с пониманием «общественной справедливости», и с «социальным равенством» прежде всего потому, что эпоха «политических и социальных свобод» сформировала категорию людей, находящихся на различных уровнях адаптации к сложившейся жизненной ситуации. Предприниматели, при всей своей предрасположенности к тому типу деятельности, который они избрали, еще не уверены в реальностях и гарантиях выживания не просто физического, но и статусного, поэтому готовы принять действия и поддержку государства.

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ И СОЦИАЛЬНАЯ СПРАВЕДЛИВОСТЬ

Респондентам было предложено оценить значимость различных сторон понимания «социальной справедливости». Сложилась следующая иерархия: равенство всех перед законом — так ответили 50% предпринимателей и 52,2% непредпринимателей; личная свобода (18,2% и

11,9% соответственно); сильная и справедливая власть (14,0% и 15,8%); справедливое распределение материальных благ (7,5% и 11,9%); подлинное народовластие (2,9 и 2,4%); свобода религии (среди предпринимателей так никто не ответил, среди непредпринимателей — менее одного процента). Таким образом, различий между предприниматели и непредпринимателями фактически не наблюдается — и те, и другие ратуют за утверждение справедливой власти, законных прав всех и каждого. Показательно, что патерналистские настроения, столь характерные для периода начала экономических реформ, уходят на все более дальний план. Россияне приходят к твердому пониманию необходимости «опоры на собственные силы», и естественно, что социальная группа предпринимателей поняла это раньше: доля полагающих, что материальные блага должны «распределяться», а не «зарабатываться», меньше, по сравнению с наемными работниками, почти в 2 раза. Главное для всех опрошенных — принятие нормальных государственных решений и для функционирования действенного бизнеса, и для достойной и справедливо устроенной жизни. Эта тенденция достаточно универсальна: в уже упомянутом нами исследовании ИКСИ РАН (2003-2004 гг.) также делается вывод о том, что демократия в понимании большинства россиян прежде всего ассоциируется с равенством всех граждан перед законом.

ВЫВОДЫ

Исследование, данные которого легли в основу нашего анализа, проведено в начале XXI века. Это время, когда уже можно подводить определенные итоги трансформационных преобразований, их социальных последствиях, конструктивных или деструктивных. Бурный динамизм предпринимательства, безусловно, имеет решающее значение для успешного экономического развития: высвободилась энергия социального действия, сформировалась совершенно новая структура экономической деятельности, возникли институты, определяющие развитие предпринимательства.

Одним из основных факторов, влияющих на формирование предпринимательства, является отношение к среде, в которой он живет и действует. Оценки со стороны предпринимательского корпуса пози-

ций региональных органов власти однозначны — государственные институты скорее мешают, чем поддерживают малый бизнес, осуществление его прав. Таким образом, социальное партнерство «предприниматель-бюрократия» — явление пока еще ирреальное; предприниматель, также как и любой другой гражданин, не застрахован от непредсказуемого развития политических событий, от последствий социально-экономических решений. В то же время предпринимательство начинает обретать черты социальной группы, играющей существенную роль в общественном потенциале: участвует в благотворительной деятельности, формирует собственную корпоративную среду, в целом начинает адаптироваться к новым рыночным условиям.

Подтверждением последнего тезиса служит отношение предпринимателей к труду — ориентация на его престижность, возможность самореализации, рост профессионализма. Все это свидетельствует о постепенном утверждении в сознании и жизнедеятельности понимания того, что предпринимательский труд — базовая ценность, что лишь трудовая активность, ориентация на успех — залог достойной жизни, своей и близких. Однако отсутствие вполне адекватного ощущения того, что в настоящее время присутствуют государственные гарантии законов, институциональной поддержки, социального и экономического партнерства — порождает в среде предпринимателей чувство неуверенности в завтрашнем дне.

Состояние душевного комфорта/дискомфорта, его неустойчивое равновесие отражает противоречивость объективных экономических и социальных процессов, которые происходят в стране в целом и в среде малого бизнеса в частности. Индивидуально-психологические установки предпринимателя, с одной стороны, направлены на стремление к личному успеху, «опору на собственные силы», готовность рисковать, с другой — формируют неизбежные в данной ситуации чувства неудовлетворенности материальным положением, понимание того, что успех или неудача зависят не только и не столько от предпринимателя. И в этом малоэффективность экономических реформ, ибо до тех пор, пока не налажен прочный тандем «предприниматель — государственная власть», при котором предприниматель в первую очередь будет зависеть от своей среды и от личных контактов субъекта этой деятельности — цивилизованный бизнес останется лишь отдаленной перспективой. Для развития потенциала социального слоя предпринимателей необходимо на уровне государства создать экономико-правовые условия, способствующие органическому сочетанию интересов предпринимателей и общества в целом.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бабаева Л.В., Лапина Г.П. Малый бизнес в России в эпоху экономических реформ. М ., 1997. С. 151.

2. Виленский А.В. Российские объединения малых предпринимателей как институт гражданского общества // Общественные науки и соверменность. 2005. № 1. С. 61

3. Обследование населения по проблемам занятости. Май 2005 г. М., 2005. стр. 19.

4. Российская идентичность в условиях трансформации. Опыт социологического анализа. М.: Наука, 2005. 1. Ст. 1.

5. Тихонова Н.Е. Новые капиталисты: кто они? // Общественные науки и современность. № 2. 2005. С. 29-40.

6. Социально-экономическое положение России М. 2005. Январь-ноябрь. XI. С.294.