Лексика материальных компонентов в нижегородских говорах

Лингвистика

Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского, 2013, № 6 (2), с. 167-170

УДК 482-087

ЛЕКСИКА МАТЕРИАЛЬНЫХ КОМПОНЕНТОВ В НИЖЕГОРОДСКИХ ГОВОРАХ

© 2013 г. О.В. Никифорова

Нижегородский госуниверситет им. Н.И. Лобачевского Арзамасский филиал

snegaovnik@rambler.ru

Поступила в редакцию 10.12.2013

Статья посвящена лингвокультурологическому анализу диалектных наименований обрядовых реалий. Показано, что предметы крестьянского быта, которые в повседневности выполняют бытовые функции, в семейных и календарных обрядах Нижегородской области получают символическое значение.

Ключевые слова: нижегородские говоры, обрядовая лексика, лексика материальных компонентов.

Связь языка и культуры считается несомненной, и это позволяет анализировать язык через культуру и наоборот. Взаимодействие культуры и языка в русле антропологической парадигмы определяется следующим образом: «Язык есть средство отражения культуры в процессах номинации, а потому выражения и воспроизведения ее вместе с использованием языка говорящим/слушающим. Это означает, что язык участвует в формировании менталитета этноса, народа, нации» [1, с. 71-72]. В связи с этим наибольшую актуальность приобретает лингвокультурология, наука, которая ставит целью изучение «способности языковых знаков отображать современное культурное самосознание народа, рассматриваемое как «остов» его ментальности» [2, с. 15]. Специфику национального мировосприятия отражает лексико-семантическая система каждого языка. По словам Е.В. Брысиной, большим лингвокультуро-логическим потенциалом обладают диалекты, которые можно рассматривать как объект линг-вокультурологического изучения [3, с. 51]. Диалект понимается как культурный феномен, поскольку его границы определяются не только по фонетическим, грамматическим, лексическим признакам, но и по особенностям материальной и духовной культуры, характеризующей определенный микросоциум.

В лингвокультурологических исследованиях наблюдаются разные основания при выделении кодов культуры, но чаще всего речь идет об антропоморфном, пространственном, временном, пищевом, акциональном кодах. В обрядах наиболее полно представлен функционирующий в культурной традиции предметный, вещный код, который использует разнообразные предметы в символической функции. Предмет-

ный код культуры связан с предметами, заполняющими пространство и принадлежащими окружающему миру. Предметный код обслуживает метрически-эталонную сферу окультуренного человеком мира. Особенность предметного кода по сравнению с остальными заключается в том, что в нем преобладают предметы, изготовление которых зачастую ритуализировано и входит в обрядовую систему, а символическая функция преобладает над утилитарной.

Народное сознание определило корпус предметов, вещей, материальных компонентов, обладающих полифункциональной способностью. Ритуальные предметы играют важную роль в обряде, конкретизируют обрядовый текст, несут в себе символическую и мифическую наполненность. С одной стороны, они выполняют утилитарную функцию, с другой -представляют собой вполне самостоятельный объект, наделенный своими особыми характеристиками. «В системе «вещь - слово» осуществляется акт перевода профанного, бытового, материального назначения вещи в его духовную ипостась, которая к тому же способна расширить собственное смыслопорождающее поле и существовать автономно от исходной материальной природы» [4, с. 10].

Сама по себе вещь не обладает культурной семантикой. Ее символическое значение формируется при включении в определенный культурный контекст - в обрядовую ситуацию, которая приписывает символическое значение тому или иному свойству предмета. Из многообразия природных свойств вещи только одно или несколько становятся основой для семанти-зации. Символическое значение вещи - глубинная суть, которая больше связана с духовным началом, а не с вещным. Однако в сфере обря-

довой народной жизни материальную культуру нельзя отделить от духовной. Предметы крестьянского быта, которые в повседневности выполняют бытовые функции, в обряде наделяются магической силой, становятся символами, получают культурные коннотации. Культурная коннотация - ключевое понятие лингвокульту-рологии, это связующее звено между значением единиц естественного языка и пространством культуры - сформированными в ней стереотипными представлениями, символами, мифологемами, эталонами и т.п. В особой обрядовой ситуации коллективное сознание диалектоносите-лей договаривается о новой функции вещей (прогнозирования, соединения, согласия, дара, оберега, статуса и др.). Поэтому лексическое значение диалектного слова, связанного с обрядовым реквизитом, представлено двумя значениями: собственно материальным и сакральным.

В нижегородских говорах наименования ритуальных предметов свадебного обряда представлены как общеупотребительными, так и диалектными словами. Внешними знаковыми атрибутами всегда отмечен дружка. Дружка сидит, повязан дарами, это полотенца таки, крест-накрест на плече, потом эти дары висели на оглоблях (д. Рахманово Вадского р-на). Уходит дружка с плетью, теперь у него одна задача - выкупить невесту (с. Верхнее Талызи-но Сеченовского р-на). Дары - 'полотенца, повешенные дружке на плечи'. Ср.: дары - 'свадебные подарки' [5, с. 271]. По мнению исследователей, повязывание полотенцами дружек имеет символическое значение, которое свидетельствует о признании невестой полномочий дружек и дает им своеобразный пропуск в дом невесты [6, с. 44]. Плеть - 'кнут, бич, витень' [7, с. 123]. По утверждению А. Афанасьева, плеть в свадебном обряде получила важное значение в результате сходства с ломаной линией сверкающей молнии, которая охраняет от нечистой силы, враждебной плодородию [8, с. 282, 284].

На дуги лошадям свадебного поезда вешали колокольчики и бубенчики, которые в нижегородских говорах носят наименования го teo чо iku го te " ики иирк i. Колокольцы привяжут на гривы лошадям, звонари это, лентами наряжут (д. Зубово Краснобаковского р-на). Приедут сваты сватать, с позвоночка-ми, лошадям подвяжут (с. Алексеевка Боль-шеболдинского р-на). В обрядовом дискурсе значение данных лексем дополняется символическим компонентом 'оберег от потусторонних сил', который формируется в процессе пере-

осмысления денотативного признака реалии, связанного с действием колокольчиков. Глаголы звонить, позвонить, которые кладутся в основу номинации, репрезентируют издаваемый звук. Колокольчики и бубенчики были обязательной принадлежностью большого свадебного поезда, поскольку усиливали эмоциональное воздействие на участников свадьбы и окружающих, дополняя украшенную цветными лентами сбрую лошадей. Кроме того, колокольчики и бубенчики имели и магическое значение. По словам исследователей, своими звуками они должны были отпугивать от всех участников свадебного поезда и в первую очередь от жениха и невесты нечистую силу [9, с. 735]. Шир-кун, по Далю, 'большой, упряжной бубенчик, болхарь, глухарь, бухарь, гремок, погремок' [10, с. 616]. Ширкуны, бывало, звенят у коней, весело, поезд сверебный все видят и слышат, он по селу мчится (д. Вершинино Шахунского р-на).

В свадебном обряде путь из дома невесты в дом жениха трактуется как промежуточное ритуальное пространство, представляющее опасность для невесты. Поэтому наряд невесты содержит ряд оберегов, защищающих от дурного влияния на этом пути. В качестве оберегов широко практиковалось использование металлических предметов, особенно иголок и булавок. В карманы платья невесты клали лук, чеснок, рябину. Все отмеченные при одевании обычаи были связаны с языческими представлениями об апотропейной, т.е. охранительной, силе этих предметов-символов. Кремово платье у меня было, цветы восковы, по подолу иголок натыкали, чтобы не сглазили меня (д. Рахманово Вадского р-на). Символический компонент слова булавка 'оберег' формируется на основе признака данного предмета 'острота'.

Ритуальные предметы, используемые в нижегородском свадебном обряде, призваны обеспечить новой семье благополучие, богатство, хорошее потомство. Так, во избежание бедной жизни под ноги брачащимся свахи расстилали во время венчания кусок материи, который называется ки

под чо не чик го чо не г. По Далю, го чо нски, подножье - 'пласт, постилаемый под ноги венчаемых' [7, с. 187]. Для привлечения удачи и обеспечения благополучия на всю семейную жизнь жених и невеста стремились встать на него один раньше другого, чтобы быть главой семьи. Каждый из молодых старается встать на подножье первым, ведь кто первым встанет, тот и будет держать верх в семье, возьмет верх (с. Верхнее Талы-зино Сеченовского р-на).

Лексика материальных компонентов в нижегородских говорах

169

Крещение ребенка занимает особое место в народной культуре. Это оберегающее священное магическое действие, поскольку считается, что после крещения ребенок очищается от греха и входит под покровительство Бога. Именно с момента крещения младенец получает доступ к даруемым христианством таинствам. Через троекратное погружение в освященную воду ребенок рождается «по образу и подобию Божьему». Именно этим можно объяснить наличие большого количества наименований сосуда с водой в церкви для крещения ребенка: ю ш к ' ика ж ' пи >1 р. чо. Когда скоко время пройдёт, надо ребенка кстить, окунают в кунешку, воду тепленьку поп нальёт (с. Вы-ползово Шатковского р-на).

Одной из важнейших метафор погребального обряда является метафора пути, дороги. В нижегородских говорах представление о смерти как о пути в иной мир, который расположен ниже уровня земли, выражено отглагольными существительными списки, спускальники 'полотенца, на которых опускают гроб в могилу'. Ср.: ' жи в уральских, новосибирских говорах имеют значение 'длинные широкие полосы материи или полотенца, на которых опускают гроб в могилу' [11, с. 290].

Специфическим молодежным развлечением на Пасху являлись качели. В Нижегородском крае качели были разных типов. Наиболее архаичными считаются качели, укрепленные на деревьях, растущих у дома. Кроме того, делали качели на столбах: в землю врывали два столба, у каждого столба были по две подпорки, вверху столбы соединяла перекладина, через которую перекидывались веревки, а на них укрепляли доску. Качели были разных размеров. На маленькой доске катались по одному, на больших качелях двое становились по краям, кто-то садился посередине. В нижегородских говорах для обозначения качелей используются лексемы ко и р, ш. Раскачивание на качелях представляло отголосок весенних аграрных обрядовых действий и имело магическое значение. Подъем вверх является древним магическим приемом, призванным стимулировать рост посевов, от которых зависел будущий урожай. Постепенно качели стали предбрачным развлечением молодежи.

К древним праславянским временам восходит обычай изготовлять на страстной неделе в четверг соль, обладавшую магической силой, защищаемую от вредоносных сил. В холщовый мешочек насыпали обычную соль из солоницы и перед восходом солнца клали в печь, затем вынимали и хранили до следующей Пасхи. В

нижегородских говорах такая соль носит наименования

пе р ш ш >. В страшной чэтверг пережигают соль для лечэния чэловека скотинушки. Зовут чэтверговой солью (с. Теплово Кулебакского р-на).

По окончании жатвы обычно на Успенье (28 августа) в Нижегородском крае исполнялся сложный дожинальный обряд, при котором оставляли несжатыми последние колосья и завязывал их узелком. Одну из главных ролей в обряде играл материальный атрибут, который называется ю ' чи чо Кри п" юро )ка, Ч. , юро )ка ш п о ик Ч. ' юро )ка ю-ро )ка Ч, к " и Ц н ' Мико. ча юро )к , ' ик юро )а ко " юро )а. Бородку завязывали по-разному: делали из стеблей узелок, колоски связывали крестом, в виде небольшого снопика. Обычно на сжатой ниве оставляли одну бородку, но в селах Починковского р-на завязывали две бородки недалеко друг от друга и женщины кувыркались между ними.

Таким образом, диалектный язык является отражением традиционной культуры, причем не только средством выражения традиционной народной культуры, но и ее слагаемым. По словам Т.Б. Банковой, «... языковой знак, являющийся манифестантом укоренённого в жизнеустройстве крестьянина предмета, становится и выразителем особого мировидения, медиатором ментальных сущностей» [4, с. 7]. Диалектный язык как отражение особенностей мирови-дения определенной культурной общности входит в понятие традиционной культуры, которая хранит и передает знания о мире при помощи системы символов, позволяющих народу обозначать и объяснять основы мироустройства и формировать собственное мировоззрение и миропонимание. Репрезентантом традиционной культуры является диалектный язык, функционирующий в общении носителей диалекта.

Список литературы

1. Телия В.Н. Культурно маркированная коннотация языковых знаков как понятие лингвокультуро-логии // Семантика языковых единиц. Доклады 4 международной научной конференции. Ч. 2. Фразеологическая семантика. Словообразовательная семантика. М.: Альфа, 1994. С. 71-72.

2. Телия В.Н. Первоочередные задачи и методологические проблемы исследования фразеологического состава языка в контексте культуры // Фразеология в контексте культуры. М.: Языки русской культуры, 1999. С. 13-24.

3. Брысина Е.В. Диалект через призму лингво-культурологии // Вестник Волгоградского государ-

ственного университета. Сер. 2, Языкознание. 2012. № 2(16). С. 51-56.

4. Банкова Т.Б. Диалектное слово: материальное и духовное содержание // Вестник Томского государственного университета. Филология. 2008. № 315. С. 7-10.

5. Словарь русских народных говоров. Вып. 7. Л.: Наука, 1972.

6. Зорин Н.В. Символы невесты в русском свадебном обряде: По материалам Казанского Поволжья // Семейная обрядность народов Среднего Поволжья: Историко-этнографические очерки. Казань: КГУ, 1990. С. 38-49.

7. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4-х т. М.: Рипол Классик, 2002. Т. 3.

8. Афанасьев А. Поэтические воззрения славян на природу. Т. ЫП. М.: Индрик, 2000. 576 с.

9. Зеленин Д.К. Магические функции примитивных орудий // Известия АН СССР, 1931. Сер. 7. № 6. С. 713-754.

10. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4-х т. М.: Рипол Классик, 2002. Т. 4.

11. Словарь русских народных говоров. Вып. 40. СПб.: Наука, 2006.

LEXIS WITH MATERIAL COMPONENTS IN THE SUBDIALECTS OF NIZHNY NOVGOROD AREA

O.V. Nikiforova

This paper contains a linguo-cultural analysis of dialect words for ceremonies. Items which perform household functions in the family and calendar ceremonies of everyday peasant life in the Nizhegorodsky Region are shown to acquire a symbolic meaning.

Keywords: sub-dialects of the Nizhny Novgorod area, ritual vocabulary, lexis with material components.