Некоторые замечания по оценке результатов идентификации стад нерки Oncorhynchus nerka и расчета их изъятия дрифтерным промыслом в море в экономической зоне Российской Федерации по чешуе в 1995-2002 гг. Дискуссия

2004

Известия ТИНРО

Том 136

УДК 597.553.2

В.Ф.Бугаев

НЕКОТОРЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ ПО ОЦЕНКЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ИДЕНТИФИКАЦИИ СТАД НЕРКИ ONCORHYNCHUS NERKA И РАСЧЕТА ИХ ИЗЪЯТИЯ ДРИФТЕРНЫМ ПРОМЫСЛОМ В МОРЕ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЗОНЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ЧЕШУЕ В 1995-2002 ГГ. ДИСКУССИЯ

В настоящее время расчет изъятия стад азиатской нерки дрифтерными судами в море в экономической зоне РФ осуществляется двумя вариантами: методом РСЭ (результаты стандартной экспертной оценки) и методом РИЧ (результаты идентификации образцов чешуи). Накопление 8-летнего ряда наблюдений позволяет впервые сопоставить результаты расчетов численности нерки р. Камчатка этими двумя методами. Показано, что в 1997 г. метод РИЧ дал значительные отклонения от общих закономерностей, полученных данным методом за период 1995-2002 гг. Это породило неверное представление о сильном перелове дрифтерным промыслом нерки р. Озерной в 1997 г. и низкой численности нерки р. Камчатка в этом же году. Перелов в море в 1997 г. наблюдался у обоих стад, но в результате ошибки метода РИЧ было получено достаточно искаженное представление о реальной ситуации с выловом нерки рек Озерной и Камчатка в море.

Bugayev V.F. Some remarks on the identification of sockeye salmon Onco-rhynchus nerka stocks by scale method and on the estimation of their gill-net fishery catch in the economic zone of Russian Federation in 1995-2002. Discussion // Izv. TINRO. — 2004. — Vol. 136. — P. 90-108.

Recently the Asian sockeye salmon stocks admissible catch by gill-net vessels can be assessed with two methods: standard expert assessment and identification of scale samples. These two methods are compared on the data of 8 years observations of Kamchatka River sockeye salmon stock. The result of estimation by scale samples identification in 1997 was significantly turned out of general tendency of the stock abundance change obtained by this method for the period 1995-2002. That was a reason of an erroneous conception on a poor stock of Kamchatka River sockeye salmon in this year and, moreover, a sensible over catch of Ozernaya River sockeye salmon by gill-net fishery in 1997. Indeed, both these stocks have been over caught in 1997, however, the estimations of the gill-net catch of sockeye salmon in the sea were not correct in this year because of errors of the method of scale samples identification.

В Азии нерка наиболее многочисленна в бассейнах рек Озерной и Камчатка, которые в многолетнем аспекте стабильно дают 80-90 % вылова этого вида в регионе (Крогиус, Крохин, 1956; Селифонов, 1975; Бугаев, 1995; Бугаев, Бугаев, 2003).

Не рассматривая длинную историю и вылов японского дрифтерного промысла нерки в северо-западной части Тихого океана (Селифонов, 1975; Harris, 1987; Selifonov, 1987, 1989; Ким Иль, 1988; Бугаев, 1995; Курмазов, 2001), обратимся к современному периоду.

Начиная с 1992 г. в экономической зоне РФ был организован японский дрифтерный промысел, который с 1993 г. дополнен российским. Дрифтерный промысел в экономической зоне РФ продолжается по настоящее время и, вероятно, будет продолжаться в будущем. Наличие такого промысла определяет необходимость расчета изъятия в этой зоне локальных стад нерки для целей прогнозирования ее запасов.

В КамчатНИРО инструментальная идентификация (по структуре чешуи) локальных стад нерки в море в экономической зоне РФ проводится с 1995 г. по настоящее время. Учитывая важность проблемы, несмотря на то что первые результаты идентификации стад еще не были опубликованы и не известны широкому кругу исследователей, в печати мы уже высказывали некоторые критические соображения по первым результатам расчета изъятия стад азиатской нерки дрифтерным промыслом. Одновременно был реализован стандартный метод экспертной оценки численности нерки рек Озерной и Камчатка, основанный на безусловном доминировании численности этих рыб в море, среди других азиатских стад данного вида (Бугаев, Дубынин, 2002).

В настоящей работе впервые проведена сравнительная оценка результатов расчетов численности нерки р. Камчатка в море в 1995-2002 гг. инструментальным по структуре чешуи (Бугаев А., 2003а-г, в печати) и стандартным экспертным (Бугаев, Дубынин, 2002) методами, что позволит своевременно критически взглянуть на оба подхода и разработать пути и методы их совершенствования, а также будет способствовать пониманию некоторых скрытых процессов в формировании получаемых результатов.

В работе использована статистика вылова нерки рек Озерной и Камчатка за 1989-2002 гг., а также результаты опубликованных и находящихся в печати исследований А.В.Бугаева (2003а-г, в печати) и наши опубликованные (Бугаев, Дубынин, 2002) и оригинальные материалы за последние годы.

Ниже, в тексте и на рисунках, мы будем именовать результаты расчетов А.В.Бугаева — метод РИЧ (результаты инструментальной идентификации образцов чешуи), а автора статьи — метод РСЭ (результаты стандартной экспертной оценки). Накопление 8-летнего ряда наблюдений А.В.Бугаева (2003а-г, в печати) позволяет сопоставить результаты наших расчетов численности нерки р. Камчатка (Бугаев, Дубынин, 2002) с расчетами этого автора.

При расчете по методу РИЧ оценивается отдельно изъятие половозрелой и неполовозрелой нерки (Бугаев А., 2003а-г, в печати). Последняя, по данным А.В.Бугаева, составляет 2,7-17,5 % (в среднем — 12,0 %) всех уловов дрифтерами. В методе РСЭ подразделение на половозрелую и неполовозрелую нерку не проводили. Но так как необходимыми данными мы сейчас располагаем (Бугаев А., 2003а-г, в печати), то в настоящей работе для сравнения полученных результатов методами РИЧ и РСЭ мы дополнительно сделали перерасчет данных, полученных ранее (Бугаев, Дубынин, 2002), и провели сравнительный анализ и этого варианта.

С ограничением дрифтерного промысла в открытой части Тихого океана за пределами 200-мильной экономической зоны России (1978-1991 гг.) и переводом его в 1992 г. (и по настоящее время) в 200-мильную экономическую зону РФ промысел становится полностью платным и контролируемым (Курмазов, 2001). В результате в комплексе сложилась уникальная ситуация, позволяющая с помощью логических построений и экспертной оценки достаточно реально в многолетнем плане определить межгодовую степень промыслового изъятия нерки стад рек Озерной и Камчатка (Бугаев, Дубынин, 2002).

Напомним суть методики РСЭ (Бугаев, Дубынин, 2002). Для оценки вылова было взято соотношение численности подхода половозрелой нерки каждого стада к устьям рек Озерной и Камчатка. Далее было сделано допущение, что в целом это соотношение в дрифтерных уловах в море нерки р. Озерной соответствует ежегодно меняющейся пропорции численности особей, подошедших к рекам Озерной и Камчатка. Если исключить долю особей р. Озерной из общего вылова в экономической зоне РФ, то остальную часть в уловах составляет нерка р. Камчатка и других стад. При этом было сделано второе допущение, что после вычитания доли нерки р. Озерной встречаемость рыб р. Камчатка в остатке доходит до 80 %, а 20 % составляют второстепенные азиатские и остальные (американские) стада. Настоящий подход к ситуации легко и однозначно воспроизводим.

Данная методика в некоторые годы будет несколько завышать долю вылова рыб крупных стад за счет занижения доли второстепенных. Для практики такая ошибка предпочтительнее, так как нерка рек Озерной и Камчатка во все годы составляет основу уловов. Ошибки в прогнозировании численности крупных стад ведут к большим экономическим потерям, чем мелких. В дальнейшем можно будет выявить систематическую ошибку, получаемую в результате сделанных допущений (Бугаев, Дубынин, 2002).

Напомним и некоторые особенности методики РИЧ (Бугаев А., 2003а-г, в печати). На основе анализа структуры чешуи (в пресноводный период и первый морской год жизни) нерки локальных стад Азии и Северной Америки с помощью кластерного анализа были сформированы реперные базы данных для доминирующих в дрифтерных уловах возрастных групп 1.3 и 2.3 (первая цифра — продолжительность пресноводного периода жизни, вторая — морского). Особей возраста 2.2 также идентифицировали в смешанных морских выборках. Для большей чистоты результатов это делали следующим образом: брали смешанную выборку в возрасте 2.2, например, 1995 г. и идентифицировали на основе реперной базы 1996 г. по возрастной группе 2.3. Таким образом, используемый для анализа чешуйный материал включал все доминирующие в дрифтерных уловах возрастные группы (Бугаев А., 2003а-г, в печати).

В процессе формирования реперных баз данных с помощью парного теста Вилкоксона была оценена изменчивость структуры чешуи нерки азиатских и американских стад, показавшая достоверное разделение только на уровне комплексов стад западной и восточной Камчатки. Группировки стад Бристольского залива и восточной Камчатки в большинстве случаев входили в общие кластеры, что делает достаточно сложным достоверное выделение этих комплексов в смешанных морских выборках. Учитывая сроки ведения коммерческого промысла и периодику массовых преднерестовых миграций азиатской и американской нерки в экономической зоне РФ и США (май—июль), географическую удаленность регионов (более 2000 км), а также тот факт, что основу дрифтерных уловов составляют половозрелые рыбы (около 90 %), реперные базы данных были ориентированы на идентификацию нерки западной и восточной Камчатки, которая составляет порядка 95 % запасов этого вида в Азии (Бугаев А., 2003а-г, в печати).

По данным А.В.Бугаева (персональное сообщение), для возрастных групп 0.3 и 0.4 формирование реперных баз проводили только для 1999 г., когда численность таких рыб у нерки р. Камчатка была исключительно велика. В остальные годы возрастные группы 0.3 и 0.4, так же как и все оставшиеся второстепенные группы в уловах, относили к определенным стадам согласно соотношению численности, ежегодно получаемому на доминирующих возрастных группах — 1.3, 2.3 (и для нерки р. Озерной — 2.2).

Результаты исследований

В табл. 1 представлена оценка общего изъятия нерки дрифтерными судами в экономической зоне РФ. Из данных табл. 1 привлекает внимание то, что в

1997 г. доля нерки р. Озерной в дрифтерных уловах на фоне всех лет исследования была необычайно высока и составляла 64 % численности всей выловленной половозрелой азиатской нерки, хотя подходы к устьям рек Озерной и Камчатка находились на одном уровне и были очень близки (рис. 1). Наоборот, изъятие нерки р. Камчатка в 1997 г. было самым минимальным за исследованные годы (табл. 1).

Таблица 1

Оценка общего изъятия половозрелой нерки японскими и российскими дрифтерными судами в экономической зоне РФ методом РИЧ в 1995-2002 гг. (по: Бугаев А., 2003а-г, в печати), %

Table 1

Assessment of the total harvest of mature sockeye salmon by Russian and Japanese gill-net fleet in the economic zone of Russian Federation in 1995-2002 by the method of IRS (Бугаев A., 2003a-^ in publishing), %

Западная Камчатка Восточная Камчатка Всего,

Год Р. Озерная Второсте- Р. Камчатка Второсте- тыс. шт.

пенные пенные

1995 48 7 39 6 3428,7

1996 49 14 27 10 3369,2

1997 64 8 25 3 4762,4

1998 37 30 27 6 1896,1

1999 45 8 43 4 2069,8

2000 38 18 37 7 1934,8

2001 46 14 29 11 2642,3

2002 46 6 32 16 2040,2

Рис. 1. Численность подходов нерки к устьям рек Озерной (1) и Камчатка (2) после прохождения зоны облова дрифтерами в море (тыс. шт.) и общая интенсивность ее вылова дрифтерным промыслом в экономической зоне РФ (3) (тыс. т) в 19872003 гг.

Fig. 1. Abundance of sockeye salmon runs to the estuary of the Oz-ernaya River (1) and Kamchatka River (2) on coming through the area of gill-net fifhery in the sea (thousands) and total intensity of the gill-net fishery of sockeye salmon in the economic zone of Russian Federation (3) (thousands tons) in 1987-2003

Следует отметить очень высокую долю в дрифтерных уловах второстепенных стад нерки западной Камчатки, которая в 1998 г. составила 30 % (табл. 1), была даже выше, чем нерки р. Камчатка (береговой и речной вылов в 1998 г. — 4,23 тыс. т), и приближалась к изъятию нерки р. Озерной (береговой и речной вылов в 1998 г. — 4,89 тыс. т). Вероятно, для объяснения этого несоответствия, у А.В.Бугаева (2002) наблюдается отчетливая тенденция подчеркивания якобы ранее "заниженной" роли второстепенных стад нерки на западной Камчатке, что ставит под сомнение возможность облова неводами производителей озерновской нерки в районе устья р. Большой.

12000

10000 -

8000 -

о

X CI

о X cl О 1=

6000 -

4000 -

2000

18

16

14

12

10

8

6

4

2

у

.о

н ф

О

Ф X

m о S .о СО

1987 1989 1991 1993 1995 1997 1999 2001 2003

0

0

Чрезвычайно интенсивный дрифтерный промысел в 1995-1997 гг., безусловно, значительно снизил подходы нерки к устьям всех рек п-ова Камчатка, в том числе рек Озерной и Камчатка (рис. 1). Особого внимания заслуживает 1997 г., когда береговые уловы нерки рек Озерной и Камчатка были близки (рис. 1), а их вылов в море при ставшей традиционной схеме ежегодного промысла был резко непропорционален (соответственно 64 и 25 %) (табл. 1).

После высоких береговых уловов нерки р. Озерной в предыдущие годы достаточно низкий подход к берегу особей этой реки в 1997 г. вызвал бурную реакцию на сложившуюся ситуацию среди рыбопромышленников, которые потребовали объяснения случившемуся.

Проведенная А.В.Бугаевым через несколько месяцев идентификация стад и расчет изъятия дрифтерным промыслом в 1997 г. показали, что в этом году в море было выловлено 64 % нерки р. Озерной (табл. 1). Казалось, что полученные результаты окончательно поставили точку в этом вопросе.

В итоге в течение нескольких лет в массовом сознании большинства исследователей, занимающихся регуляцией численности тихоокеанских лососей, точка зрения о перелове нерки р. Озерной в 1997 г. укрепилась окончательно (Бугаев, Бугаев, 2003).

Прежде всего просто исходя из позиции здравого смысла и законов логики при традиционной многолетней схеме дрифтерного промысла трудно согласиться с тем, что при сходной в 1997 г. численности подходов нерки к устьям рек Камчатка и Озерная (рис. 1) в море на 1 шт. половозрелой нерки р. Камчатка ловилось 2,56 шт. нерки р. Озерной (расчет из табл. 1).

Более того, в 1997 г., на основании наличия положительной связи между массой тела смолтов стада "А" возраста 2+, мигрировавших из оз. Азабачьего, и численности зрелой части стада р. Камчатка мы ожидали самую максимальную численность нерки р. Камчатка в этом году за период 1957-1997 гг. (рис. 2, 3). Особи стада "А" в течение нерестового хода в береговых уловах в 1997 г. составляли 44,4-64,5 % (Бугаев, Дубынин, 2002).

Рис. 2. Численность половозрелой нерки р. Камчатка в море по методу РСЭ

Fig. 2. Abundance of mature sockeye salmon of the Kamchatka River by the method of IRS

Рис. 3. Взаимосвязь между массой тела смолтов нерки стада "А" возраста 2+

Fig. 3. Interrelation between the weight of sockeye salmon smolts age 2+

Напомним, что в оз. Азабачьем нагуливается порядка 70 % всей молоди нерки бассейна р. Камчатка (Бугаев, 1995). В озере нагуливается аборигенная молодь стада оз. Азабачьего (стадо "А") и молодь нерки из притоков среднего и нижнего течения р. Камчатка, откуда она сеголетками мигрирует в озеро на нагул (группировка "Е").

На рис. 3 приведена иллюстрация связи для периода 1985-2002 гг. возврата (скат смолтов в 1982-1999 гг.) между массой тела смолтов и численностью нерки (r = 0,798, P < 0,001, n = 17). Из данной зависимости мы исключили как нетипичную ситуацию 1999 г. возврата (скат смолтов стада "А" в 1996 г.), в который наблюдались исключительно большие возвраты ранней нерки из притоков верхнего и среднего течения р. Камчатка — группировки "С" (от ската в возрасте 0+), что случается один раз в 20-30 лет (Бугаев, Дубынин, 2002).

У нерки р. Озерной поколений 1971-1992 гг. (в 1990 г. наблюдалось сильное превышение оптимальной численности и переполнение нерестилищ) существует слабая отрицательная связь между массой тела смолтов и численностью поколений (rs = -0,450, P < 0,05, n = 22) (Bugayev, Dubynin, 2000; Бугаев, Дубынин, 2002), т.е. увеличение массы (размеров) смолтов теоретически ведет к понижению численности поколений (и наоборот). Но в пределах реального и оптимального заполнения нерестилищ (расчет сотрудников КамчатНИРО), равного 650-2050 тыс. шт., у нерки р. Озерной не наблюдается связи между массой тела смолтов и численностью поколений, а увеличение численности поколений прямо пропорционально зависит от численности отнерестившихся производителей (Бугаев, Дубынин, 2002).

В отличие от нерки р. Камчатка, где основной возврат в 1997 г. произошел от максимально крупных смолтов возраста 2+ (см. рис. 2), возврат у нерки р. Озерной в этом же году произошел от достаточно мелких смолтов возраста 2+ (в обоих случаях скатившихся в 1994 г.) от нереста в 1991 г. 2500 тыс. шт. производителей (Бугаев, Дубынин, 2002; Дубынин, 2003).

Если принять во внимание вышеизложенное, масса тела смолтов нерки в 1994 г. не могла быть основной причиной ее достаточно высокой численности при подходе к устью р. Озерной в 1997 г. (см. рис. 1) и очень высокой численности в море до начала дрифтерного промысла.

Ранее исследователи предполагали (Бугаев, Дубынин, 2002), что при методическом подходе к анализу структуры чешуи, используемом международной Севе-ро-Тихоокеанской комиссией по анадромным видам рыб — NPAFC (Davis et al., 1990; Myers, 1991), — в исследованиях сотрудников КамчатНИРО (Бугаев А., 2003а-г, в печати) по идентификации стад в случае применения к азиатской

2 4 6 8 10 12 14 16 18 20

Масса тела, г

нерке (курсив наш. — В.Б.) наблюдается систематическая ошибка за счет стада р. Камчатка. Она возникает следующим образом (Бугаев, Дубынин, 2002): на несколько процентов увеличивается доля нерки р. Озерной, на несколько — рыб второстепенных азиатских стад. В результате в некоторые годы непомерно сильно занижается доля присутствия нерки р. Камчатка в дрифтерных уловах и неоправданно сильно увеличивается доля нерки р. Озерной. А в некоторые годы неоправданно увеличивается доля второстепенных стад. Примером могут служить ситуации, сложившиеся в 1997 и 1998 гг. (табл. 1).

По результатам исследований было показано (Селифонов, 1975; Bugaev, 1989; Бугаев, 1995), что для нерки р. Озерной наиболее характерны особи возраста 2.2 и 2.3, р. Камчатка — 1.3 и 2.3 (реже 0.3), второстепенных рек — 1.3 (в некоторые годы в них в заметных количестве встречаются рыбы возраста 0.3 и 2.3).

Чтобы проверить предположение о том, что межгодовая изменчивость возрастной структуры нерки р. Камчатка может существенно влиять на результаты идентификации по методу РИЧ, мы провели специальное исследование.

При анализе структуры чешуи по методу РИЧ используется подразделение всего материала по основным возрастным группам, а нерка из ряда регионов Азии значительно различается возрастным составом доминирующих возрастных групп (Bugaev, 1989; Бугаев, 1995). С учетом межгодовой интенсивности дрифтерного промысла в 1995-2002 гг. (табл. 1) и численности подходов нерки к рекам Озерной и Камчатка мы провели множественный корреляционный анализ методом пошаговой регрессии (Боровиков, Боровиков, 1998).

В качестве итогового фактора "Y" нами были рассмотрены оценки численности (%) нерки р. Озерной по результатам расчетов А.В.Бугаева (2003а-г, в печати), приведенные в табл. 1. В качестве формирующих "Y" переменных были использованы факторы (табл. 2, 3), относящиеся к возрастной структуре половозрелой нерки р. Камчатка, интенсивности дрифтерного промысла и подходов половозрелых рыб к устьям рек Озерной и Камчатка (табл. 2, 3). В настоящей работе мы использовали данные о возрасте только по ранней нерке р. Камчатка, так как эти рыбы в среднем составляют 70 % всего вылова нерки данной реки (Бугаев, Дубынин, 2002).

Таблица 2

Некоторые факторы, потенциально влияющие на оценку в уловах дрифтерного промысла (%) в экономической зоне РФ особей половозрелой нерки стада р. Озерной при оценке по методу РИЧ в 1995-2002 гг.

Table 2

Some factors to influence potentially the assessment of the percent (%) of the Ozernay River maturity sockeye salmon in gill-net catches in the economic zone _of the Russian Federation for 1995-2002 by the method of IRS_

Код фактора Фактор влияния

DRMAT Общий вылов половозрелой нерки дрифтерным промыслом в экономической зоне РФ в исследуемый год (ИГ), тыс. т OZRUN Численность подхода половозрелой нерки к устью р. Озерной в ИГ

после прохождения зоны дрифтерного промысла, тыс. шт. KAMRUN Численность подхода половозрелой нерки к устью р. Камчатка в ИГ

после прохождения зоны дрифтерного промысла, тыс. шт. AGE03ffiA Встречаемость в возрастной структуре половозрелой нерки р. Камчатка в ИГ особей возраста 0.3 (ранний ход), % AGE04ffiA Встречаемость в возрастной структуре половозрелой нерки р. Камчатка в ИГ особей возраста 0.4 (ранний ход), % AGE13ffiA Встречаемость в возрастной структуре половозрелой нерки р. Камчатка в ИГ особей возраста 1.3 (ранний ход), % AGE22ffiA Встречаемость в возрастной структуре половозрелой нерки р. Камчатка в ИГ особей возраста 2.2 (ранний ход), % AGE23ffiA Встречаемость в возрастной структуре половозрелой нерки р. Камчат-_ка в ИГ особей возраста 2.3 (ранний ход), %_

Таблица 3

Значения некоторых факторов, потенциально влияющих на оценку в уловах дрифтерного промысла (%) в экономической зоне РФ особей нерки стада р. Озерной при оценке по методу РИЧ в 1995-2002 гг.

Table 3

Data of some factors to influence potentially the assessment of the percent (%) of the Ozernay River sockeye salmon in gill-net catches in the economic zone of the Russian Federation for 1995-2002 by the method of IRS

DR- OZ- KAM- AGE- AGE- AGE- AGE- AGE-

Год MAT, RUN, RUN, 03KEA, 04KEA, 13KEA, 22KEA, 23KEA

тыс. шт. тыс. шт. тыс. шт. % % % % %

1995 3428,7 3648 3305 0,3 3,8 10,7 14,2 25,8

1996 3369,2 4758 2885 5,4 0,0 28,5 3,3 46,3

1997 4762,4 1870 2504 16,4 0,5 35,2 6,1 33,7

1998 1896,1 2842 2231 3,7 5,8 32,9 3,7 47,0

1999 2069,8 3136 3082 23,2 1,2 30,5 0,4 40,0

2000 1934,8 4450 2287 4,0 20,2 34,5 3,6 24,8

2001 2642,3 6421 1881 8,0 4,4 26,3 4,1 39,8

2002 2040,2 9650 1363 5,3 4,3 13,2 10,9 21,3

В программе "Statistica" пошаговым регрессионным методом включения на материалах 1995-2002 гг. нами были рассчитаны коэффициенты множественной регрессии — R (Боровиков, Боровиков, 1998) — между оценкой доли встречаемости нерки р. Озерной в уловах по методу РИЧ (см. табл. 1) и возрастным составом нерки р. Камчатка, численностью рыб рек Озерной и Камчатка и общей интенсивностью российско-японского дрифтерного промысла (см. табл. 3). Чтобы получить более устойчивые оценки параметров моделей и снизить стандартную ошибку метода, мы провели логарифмирование всех переменных, как рекомендуют В.П.Боровиков и И.П.Боровиков (1998).

На встречаемость половозрелой нерки р. Озерной в уловах (OZDRMAT, %) из 8 рассмотренных факторов (см. табл. 2, 3) влияли следующие: Ln_OZDRMAT = 1,4307 + 0,4259*Ln_DRMAT + 0,0848*Ln_AGE03KEA -- 0,1670*Ln_AGE13KEA - 0,0607*Ln_AGE23KEA - 0,0424*LN_OZRUN + + 0,0062*Ln_AGE22KEA; (R = 1,000, P < 0,05, n = 8).

Как следует из приведенного уравнения регрессии и других необходимых стандартных оценок этого уравнения, на получаемую величину оценки вылова половозрелой нерки р. Озерной (%) в исследуемый год (см. табл. 1) сильнее всего положительно влияет интенсивность дрифтерного промысла (стандартизированный коэффициент при переменной Ln_DRMAT - beta = 0,857, P < 0,01), в меньшей степени — присутствие в возвратах ранней нерки р. Камчатка особей возраста 0.3 (Ln_AGE03KEA - beta = 0,660, P < 0,05) и еще в меньшей степени — возраста 1.3 (Ln_AGE13KEA - beta = -0,455, P < 0,05). Влияние остальных факторов — Ln_AGE23KEA (beta = -0,110), Ln_OZRUN (beta = -0,127, P > 0,05), Ln_AGE22KEA (beta = 0,040, P > 0,05) — значительно меньше.

C учетом выявленного значительного влияния фактора Ln_DRMAT нами было построено уравнение регрессии (рис. 4, вариант I), которое свидетельствовало, что с увеличением интенсивности дрифтерного промысла половозрелой нерки доля рыб, определенных по методу РИЧ как принадлежащие к стаду р. Озерной, возрастает прямо пропорционально (r = 0,895, P < 0,01). Проведение подобного анализа (как на рис. 4) с заменой нерки р. Озерной на нерку р. Камчатка показало, что общая интенсивность дрифтерного промысла отрицательно влияет на оценку вылова нерки р. Камчатка в море, но на имеющихся материалах эта связь недостоверна (r = -0,389, P > 0,05, n = 8).

Но на связь, приведенную на рис. 4, можно взглянуть и по-другому, как на S-образную кривую (рис. 5, вариант II). Анализ данных рис. 5 приводит к выводу, что результаты оценки численности вылова нерки р. Озерной по методу РИЧ,

если их рассматривать на фоне общего вылова половозрелой нерки дрифтерами в море (рис. 5), в пределах определенных границ вылова (2040,2-4762,2 тыс. шт.) изменяются достаточно незначительно в зависимости от общей интенсивности дрифтерного промысла. Можно только предполагать, что в этом интервале интенсивности дрифтерного промысла методика РИЧ по отношению к нерке р. Озерной работала достовернее всего. Выводов мы пока никаких не делаем и считаем, что здесь надо накапливать еще дополнительные материалы, чтобы достоверно разобраться в этой ситуации (рис. 5).

Рис. 4. Влияние общего вылова половозрелой нерки дрифтерами в море

Fig. 4. Influence of total harvest of mature sockeye salmon by gill-net fishery in the sea

7,6 7jB 8 8,2 8,4 1_п_Вылов нерки в море,тыс. шт.

о

о.

(II X LU

о

_й CD

05 -00 -55 -50 45 -40 35 30

157,21 х3 - 3761,Эх2 ЗООООх - 79686 R2 = 03539

7,4

7,6 7,8 8 8,2 8,4 1_п_Вылов нерки в море, тыс. шг.

Рис. 5. Влияние общего вылова половозрелой нерки дрифтерами в море

Fig. 5. Influence of total harvest of mature sockeye salmon by gill-net fishery in the sea

На встречаемость второстепенных стад половозрелой нерки западной Камчатки в уловах (WSECDRMAT, %) из 8 рассмотренных факторов (см. табл. 2, 3) влияли следующие:

L_WSECDRMAT = 6,4168 + 1,3440*Ln_AGE13KEA - 0,4470*Ln_AGE03KEA - -0,4593*Ln_DRMAT + 0,7849*Ln_AGE23KEA - 0,8624*Ln_KAMRUN - -0,0139*Ln_AGE04KEA; (R = 1,000, P < 0,05, n = 8).

Как следует из приведенного уравнения регрессии и других необходимых стандартных оценок этого уравнения, на получаемую величину оценки вылова половозрелой нерки второстепенных стад западной Камчатки (%) в исследуемый год (см. табл. 1) сильнее всего положительно влияет встречаемость особей возраста 1.3 (стандартизированный коэффициент при переменной Ln_AGE13KEA - beta = 1,120, P < 0,01) и 0.3 (Ln_AGE03KEA - beta = -1,063, P < 0,01), в меньшей степени — численность подходов нерки к устью р. Камчатка — LN_KAMRUN (beta = -0,452, P < 0,05) и распределение особей воз-

раста 2.3 (Ln_AGE23KEA - beta = 0,434, P < 0,05). Влияние остальных факторов — Ln_DRMAT (beta = -0,283, P < 0,05) и Ln_AGE04KEA (beta = -0,059, P > 0,05) — значительно меньше.

Как следует из сказанного выше, в обоих случаях на результаты идентификации по методу РИЧ особей стада р. Озерной и второстепенных стад западной Камчатки сильнее всего (или достаточно сильно) влияет присутствие среди половозрелых рыб р. Камчатка особей возраста 0.3 и 1.3. Учитывая, что возрастная группа 0.3 у нерки р. Озерной отсутствует вообще, а 1.3 встречается достаточно редко (в среднем в разные периоды составляет 0,63-1,79 %) (Бугаев, Дубынин, 2002), можно полагать, что такое влияние на конечные результаты вызвано особенностями идентификации особей этого возраста при расчетах по методике РИЧ.

На наш взгляд, приведенные примеры влияния возрастного состава половозрелой нерки р. Камчатка на оценку изъятия половозрелых особей нерки р. Озерной и второстепенных стад западной Камчатки (табл. 1) достаточно убедительно показывают некоторые из скрытых механизмов занижения, особенно в отдельные годы, доли нерки р. Камчатка в уловах дрифтерного промысла. Это в известной мере подтверждает сделанное ранее предположение (Бугаев, Дубынин, 2002) о "растаскивании" этого стада при идентификации и отнесении его особей к другим стадам при идентификации по методу РИЧ.

Следует напомнить, что на конечные результаты идентификации половозрелой нерки р. Озерной большое влияние оказывает и общая интенсивность дриф-терного промысла нерки в море (см. рис. 4, 5).

Если по методу РСЭ намеренно ошибку метода ориентировали в сторону увеличения доли основных азиатских стад нерки рек Озерной и Камчатка (Бугаев, Дубынин, 2002), то А.В.Бугаев (2003а-г, в печати), как свидетельствуют результаты (табл. 1), ошибку метода РИЧ намеренно ориентировал в сторону увеличения доли второстепенных стад. Нам кажется, это принципиально неверный подход к проблеме (курсив наш. — В.Б.), так как ошибки в оценке численности наиболее многочисленных стад ведут к большим экономическим потерям, чем второстепенных (Бугаев, Дубынин, 2002).

В результате воззрений А.В.Бугаева (2002, 2003а-г, в печати), который систематическую ошибку метода относил в сторону второстепенных стад, мы получили пикантную ситуацию, когда доля рыб второстепенных стад в морских уловах, особенно в некоторые годы, непомерно возрастала, а роль стада нерки р. Камчатка неоправданно была занижена (табл. 1). Это полностью не согласуется с известными историческими фактами о ведущей роли нерки р. Камчатка в Азии в береговых уловах (Крогиус, Крохин, 1956; Burgner, 1991; Бугаев, 1995; Бугаев, Бугаев, 2003).

Напрашивается вопрос: где тогда высокие (на уровне уловов рек Озерной и Камчатка) суммарные береговые уловы нерки второстепенных стад в 19952002 гг.? А.В.Бугаев (выступления на защите годовых отчетов) пытается убедить нас, что вся рыба второстепенных стад выловлена дрифтерными судами в море (табл. 1). Но ведь высоких береговых уловов второстепенных стад азиатской нерки не было и в 1952-1977 гг., пока крупномасштабный дрифтерный промысел базировался в северо-западной части Тихого океана на значительном удалении от берегов, и в 1978-1991 гг. — за пределами 200-мильной зоны СССР в открытой части Тихого океана. И это общеизвестный факт.

Рассмотрим взаимосвязь оценок численности вылова нерки р. Камчатка дрифтерным промыслом в море двумя методами (рис. 6): по расчетной стандартной экспертной оценке — РСЭ — и расчетной инструментальной идентификация по структуре чешуи — РИЧ.

Как видно на рис. 6 (а), при включении в выборку неполовозрелых рыб между оценкой двумя методами наблюдается довольно отчетливая взаимосвязь

= 0,6212, г = 0,788, Р < 0,05, п = 8). Но одна точка (1997 г.) очень сильно искажает всю зависимость.

а — включая неполовозрелых рыб

с — исключая неполовозрелых рыб

Рч

е?

о н

о к кв н

о

о я я

0J

о

я

1400 1200 1000 800 600 400 200 0

y = 0,2975x + 564,65 R2 = 0,6212

—I-1-1-1-1-

0 500 1000 1500 2000 2500 3000

b — включая неполовозрелых рыб

1800 1600 1400 1200 -1000 -800 -600 400 200 0

0 500 1000 1500 2000 2500 3000

1400 1200 -1000 -800 -600 -400 200 0

Т-1-1-1-г

0 500 1000 1500 2000 2500 3000

d — исключая неполовозрелых рыб

1800 1600 -1400 -1200 -1000 -800 600 400 200 0

0 500 1000 1500 2000 2500 3000

Численность по методу РСЭ, тыс. шт.

Рис. 6. Взаимосвязь оценок численности вылова нерки р. Камчатка дрифтерным промыслом в море двумя методами

Fig. 6. Interrelation beetween the gill-net harvests of the Kamchatka River sockeye salmon in the sea assessed by two methods

Самый простой выход был бы в исключении 1997 г. Но, учитывая, что, по нашему мнению, в 1997 г. наблюдалась максимальная численность половозрелой нерки р. Камчатка (см. рис. 2), какой многие годы (а возможно и десятки лет) может просто не быть, мы, до получения подобных данных, решили сохранить эту точку на графике, но предварительно скорректировав ее положение.

При включении в общую выборку неполовозрелых рыб, без учета 1997 г., связь между РСЭ и РИЧ имеет вид: Y = 0,4552*Х + 0,6449 № = 0,6449, г = = 0,803, Р < 0,05, п = 7). На основании этого уравнения регрессии мы рассчитали, что численность выловленной в 1997 г. в море нерки р. Камчатка при оценке по методу РСЭ равна 2452 тыс. шт. Если ее трансформировать в результаты, полученные по методу РИЧ, она будет равна 1571 тыс. шт. Скорректированная взаимосвязь представлена на рис. 6 (Ь) (г = 0,915, Р < 0,001, п = 8).

Как видно на рис. 6 (с), при исключении из общей выборки, рассчитанной по методу РСЭ, неполовозрелых рыб между двумя методами наблюдается довольно значительная взаимосвязь № = 0,6074, г = 0,779, Р < 0,05, п = 8). Но одна ситуация (1997 г.), как и на рис. 6 (а), вновь очень сильно искажает всю взаимосвязь. Здесь поступаем, как и в предыдущем случае.

При исключении из полученного возврата неполовозрелых рыб, без учета 1997 г., связь между методами РСЭ и РИЧ имеет вид: Y = 0,5577*Х + 431,79 №2 = 0,6499, г = 0,806, Р < 0,05, п = 7). На основании этого уравнения регрессии мы рассчитали, что численность выловленной в море нерки р. Камчатка при оценке по методу РСЭ равна 2143 тыс. шт. Если ее трансформировать в результаты, полученные по методу РИЧ, она будет равна 1627 тыс. шт. Скорректированная взаимосвязь представлена на рис. 6 М) (г = 0,923, Р < 0,001, п = 8).

На рис. 6 (Ь) (724-507 тыс. шт.) и на рис. 6 (645-507 тыс. шт.) выделяется точка, относящаяся к 1998 г., когда была отмечена очень высокая доля нерки второстепенных стад западной Камчатки, вероятно, за счет снижения в этом году доли стада р. Камчатка (табл. 1). Но мы ее корректировать пока не будем.

Считая что метод РИЧ в 1997 г. дал существенный сбой из-за ряда совпавших обстоятельств, а полученные расчетные данные хорошо вписываются в имеющуюся зависимость между методами РСЭ и РИЧ, мы полагаем, что на основании данных рис. 6 (Ь и d) можно сделать определенные выводы относительно обеих методик расчета, что будет сделано ниже при обсуждении результатов исследований.

В работах А.В.Бугаева (2003а-г, в печати) следует обратить внимание на то, что среди неполовозрелых рыб, выловленных дрифтерами в море, значительно чаще преобладают рыбы р. Камчатка, по сравнению с особями из р. Озерной, хотя последняя в целом за исследованный период имела большую численность, чем р. Камчатка. Но, учитывая, что неполовозрелые рыбы составляли в 19952002 гг. в среднем только 12,0 % всей выловленной дрифтерами нерки, этот вопрос мы пока оставляем без комментариев.

Обсуждение полученных результатов

Высокая корреляция оценок численности между методами РСЭ и РИЧ прежде всего свидетельствует о сходном характере процессов формирования межгодовой оценки численности нерки в дрифтерных уловах. Учитывая, что метод РСЭ основан на простой пропорции численности основных стад азиатской нерки (Бугаев, Дубынин, 2002), надо признать, что метод РИЧ, несмотря на сложный математический аппарат и большое число реперных рек (Бугаев А., 2003а-г, в печати), работает в своей основе в данном варианте как простая пропорция. Мы хотим особо подчеркнуть, что, по нашему мнению, это только в данном варианте.

Причину такой ситуации мы видим в том, что методика идентификации чешуи, использованная А.В.Бугаевым (2003а-г, в печати), не учитывает численность отдельных локальных стад. Ведь численность особей каждого отдельного второстепенного стада нерки в Азии в десятки (!!!), а иногда и в сотни (!!!) раз меньше, чем любой из рек — Озерной или Камчатка. Но при анализе данных структуры чешуи все стада-реки проходят необходимую математическую процедуру на равных основаниях (Бугаев А., 2003а-г, в печати). Нам абсолютно

непонятно, почему данная методика идентификации не учитывает численность отдельных локальных стад, ведь их численности далеко не сопоставимы.

Если у азиатской нерки в дрифтерных уловах в экономической зоне РФ выделяются только 4 градации (табл. 1): р. Озерная, р. Камчатка, второстепенные стада западной Камчатки, второстепенные стада восточной Камчатки, — то, может, правильнее было бы реперную базу для идентификации стад азиатской нерки составлять объединяя перед началом анализа все характеристики чешуи рыб из второстепенных стад в две градации — второстепенные стада западной Камчатки и второстепенные стада восточной Камчатки. В результате среди азиатских реперов было бы также 4 градации. А это, по нашему мнению, сделало бы численности сравниваемых компонентов более сопоставимыми. Более того, из объединенных реперных баз по второстепенным стадам можно было бы ежегодно создавать достаточно репрезентативные выборки особей возраста 0.3, 0.4 и 2.2, редко встречающиеся в них. Во всяком случае, это стоило бы попробовать.

Напомним, что А.В.Бугаев (2003а-г, в печати) использует чешую-репер из станции Порт Моллер (Аляска) как интегральное значение для характеристики чешуи стад нерки американского побережья (прежде всего Бристольского залива). Вероятно, потому, что американские исследователи сравнивают между собой достаточно сопоставимые по численности стада (или группы стад) нерки, методика идентификации стад по чешуе (Davis et al., 1990; Myers, 1991) и не предусматривает введение для анализа в качестве одной из составляющих численность рыб.

Следует коснуться и воззрений А.В.Бугаева (2002) на относительно высокую долю нерки второстепенных стад западной Камчатки, так как это напрямую связано с полученными результатами проведенной им идентификации (табл. 1).

Традиционно, каждый в свое время, ведущие специалисты КамчатНИРО — Ф.В.Крогиус, Т .В.Егорова, М .М.Селифонов, Л .Е.Грачев, Б.Б.Вронский, В.А.Дубы-нин, С.М.Коновалов (1971), И.Б.Бирман (1985), В.Ф.Бугаев (1995) — в своем понимании ситуации и расчетах принимали, что в уловах ставных неводов (севернее устья р. Озерной и до р. Воровской) рыбы р. Озерной составляют до 60-90 % (в южных реках эта доля выше, в северных — ниже) за счет миграции части рыб этого стада (до захода в родную реку) на север вдоль побережья западной Камчатки. Так, по расчетам, в годы высокой численности нерки р. Озерной невода Октябрьского РКЗ в районе устья р. Большой брали до 0,600,80 тыс. т озерновской нерки (Бугаев, 1995).

Анализ чешуи нерки из уловов ставного невода у р. Опала в 2000 г., на котором и построено основное доказательство А.В.Бугаева (2002) о достаточно низкой встречаемости нерки р. Озерной (%) в реках западной Камчатки уже у р. Опала (до 60 %, по его данным), проведенный совместно с В.А.Дубыниным, показал, что нерка р. Озерной в уловах этого невода составляет более 95 %. По нашему мнению, ошибка А.В.Бугаева была обусловлена тем, что он не учел особенности строения чешуи нерки р. Озерной именно в 2000 г., которая один единственный раз за 61 год наблюдений в массе имела экстремально низкие приросты во второй год пресноводного роста. И особи возраста 2.3, если не знать их историю жизни и происхождение, могли быть приняты за рыб возраста 1.3 (Дубынин, Бугаев, 2004). Саму попытку доказательства присутствия рыб нерки р. Озерной в уловах невода у р. Опала именно на материалах 2000 г. (другими годами наблюдений А.В.Бугаев не располагал) надо признать некорректной и дефектной.

О важности учета особенностей " истории жизни" (особенностей биологии) нерки при определении ее возраста свидетельствует и другой широко известный в литературе пример, связанный с формированием дополнительной зоны сближенных склеритов на чешуе рыб группировки "Е", составляющей стабильно во

все годы до 30-40 % всей нерки р. Камчатка (Бугаев, 1981,1986, 1995; Бугаев, Дубынин, 2002).

У нерки группировки "Е" формируется дополнительная зона сближенных склеритов на чешуе после миграции ее сеголеток в оз. Азабачье, и по структуре чешуи смолты группировки "Е" возраста 1+ (особенно в годы хорошей обеспеченности кормом в озере) очень сильно напоминают смолтов стада "А", имеющих возраст 2+ (Бугаев, 1981, 1995).

Данный фактор также может потенциально влиять на оценку доли рыб нерки р. Камчатка в дрифтерном промысле. Еще до начала процедуры расчета при определении возраста смешанных морских (!!!) выборок происходит заведомо неправильное определение возраста части рыб группировки "Е", в подавляющем большинстве достигающих половой зрелости в возрасте 1.3. Но по структуре пресноводной зоны чешуи, если не знать особенностей их биологии, этих рыб можно принять за особей возраста 2.3 (Бугаев, 1986, 1995). Последнее и происходит в действительности при определении возраста нерки по морским выборкам чешуи. Это изменяет год поколения и путает расчетный возраст, со всеми вытекающими отсюда последствиями (не поэтому ли в результате при проведении регрессионного анализа среди многих факторов влияния у нас в обоих уравнениях среди особо значимых выделился возраст 1.3).

Правильное определение возраста особей группировки "Е" для нерки бассейна р. Камчатка возможно только после установления принадлежности особи именно к группировке "Е" (Бугаев, 1986, 1995). А в море (!!!) мы не знаем даже, к какому стаду азиатской нерки принадлежит пойманная рыба. Поэтому в 4070 % случаев (в разные годы) определение возраста рыб группировки "Е" из морских выборок будет ошибочным. Выхода из этой тупиковой ситуации мы пока не видим.

Мы хотим подчеркнуть, что результаты исследований А.В.Бугаева (2003а-г, в печати) по методу РИЧ можно использовать уже сейчас (с корректировской, как на рис. 6) при изучении межгодовой динамики численности нерки рек Озерной и Камчатка, так же как и других исследователей, разработавших и описавших метод РСЭ (Бугаев, Дубынин, 2002). Но начинать ряд исследований по методу РИЧ можно только с 1995 г. и продолжать по настоящее время как самостоятельное исследование-анализ. Эти данные нельзя автоматически подключать к имеющимся уже зависимостям, построенным ранее на основании экспертных и других оценок.

Несмотря на то что во всех случаях применительно к азиатской нерке (Се-лифонов, 1975; Бугаев, Дубынин, 2002; Бугаев В., 2003а-в; Бугаев А., 2003а-г, в печати) речь идет об абсолютных оценках численности, все получаемые характеристики в достаточной степени условны. Это обусловлено очень большим числом объективных и субъективных факторов: искаженная и недостаточно дробная статистика вылова, сокрытие уловов (воровство), недостатки применяемых методов оценки, ошибки в определении возраста и идентификации стад в море, ошибки в отнесении к половозрелым и неполовозрелым рыбам и т.д. Поэтому каждый метод создает свою систему " координат", которые позволяют, что самое важное, контролировать межгодовые изменения численности стад нерки и в ряде случаев приемлемо использовать полученные межгодовые оценки при прогнозировании численности стад. Но каждый метод может по-своему расставить акценты на долю опромышляемых стад в море. Причем отличие от реальной ситуации в ряде случаев может привести к принципиально неверным выводам, а следовательно, и к принятию достаточно неверных мер по регулированию промысла.

В качестве таких наглядных экстремальных примеров можно привести ситуацию с переловом нерки р. Озерной и "слабым обловом" нерки р. Камчатка в 1997 г. (табл. 1), а также явно прослеживающуюся тенденцию у А.В.Бугаева (2002,

2003а-г, в печати) поднять на более высокий уровень (завысить) роль численности второстепенных стад нерки на западной Камчатке (на восточной тоже).

После получения результатов идентификации А.В.Бугаева за 2002 г. (Бугаев А., 2003а-г, в печати) появился новый не менее впечатляющий пример разброса разовых предварительных экспертных оценок (А.В.Бугаев, персональное сообщение) с конечными оценками обоих методов (РСЭ и РИЧ) в оценке "абсолютной" численности. После путины 2002 г. мы по методу РСЭ (из-за экстремально высокой численности нерки р. Озерной в 2002 г.) получили очень низкую оценку вылова дрифтерным промыслом нерки р. Камчатки в море, равную 229 тыс. шт. (при подходе к устью р. Камчатка 1363 тыс. шт. нерки). Характерно то, что в 2002 г. наблюдались серьезные отклонения от стандартной многолетней схемы дрифтерного промысла, когда он был практически прекращен в гораздо ранние сроки, чем обычно, и, вероятно, в меньшей степени, чем обычно, обловил нерку р. Озерной.

В 1-м районе (юго-западная часть Берингова моря, Карагинская подзона — 61.02.1) в 2002 г. было выловлено более 2,6 тыс. т нерки (при общем объеме вылова дрифтерным промыслом нерки 6,0 тыс. т), здесь рыбы восточного комплекса стад в 1995-2000 гг. составляли 90 % (Бугаев А., 2003а-б), а нерка р. Камчатка в отдельные годы — порядка 30-70 % (А.В.Бугаев, персональное сообщение). Полученная нами по методу РСЭ цифра вылова нерки р. Камчатка в 2002 г. была явно занижена и, вероятно, сильно отличалась от реальной. Какое-то время, до проведения настоящей работы, мы решили не использовать ее в практической деятельности.

А.В.Бугаев (персональное сообщение), исходя из объемов вылова и сроков работы японских и российских дрифтерных судов по зонам промысла, средней многолетней встречаемости рыб разных локальных стад в этих районах, экс-пертно оценил вылов дрифтерным промыслом нерки р. Камчатка в 2002 г. в объеме 1136 тыс. шт. Такая цифра свидетельствовала о явном перелове нерки р. Камчатка в 2002 г., так как к устью реки подошло всего 1363 тыс. шт. половозрелой нерки.

Но после проведения идентификации стад по методу РИЧ было получено (Бугаев А., в печати), что вылов нерки р. Камчатка в 2002 г. составил всего 652 тыс. шт., что совсем не является переловом. Разница от первоначальной предварительной оценки более чем в 2 раза наводит на серьезные размышления о разбросе значений предварительных и окончательных "абсолютных" оценок.

Но так как обе оценки численности в 2002 г., как по методу РСЭ (225 тыс. шт.), так и по методу РИИ (652 тыс. шт.), хорошо вписываются в имеющиеся между собой зависимости (рис. 6), у нас нет никаких оснований не использовать их для характеристики межгодовых колебаний численности и они были использованы для анализа в настоящей работе.

Следует подчеркнуть, что метод РСЭ будет давать максимальные сбои, вероятно, только в годы наиболее высоких контрастов между численностью нерки рек Озерной и Камчатка, как это наблюдалось в 2001-2003 гг. (в период 19952003 гг.) (см. рис. 1). Что касается метода РИЧ, то оценка численности по этому методу в 2002 г., по нашему мнению, более близка к реальности. Но и здесь она, видимо, особенно в некоторые годы, достаточно относительна, о чем свидетельствуют результаты идентификации (табл. 1), обсуждению которых и посвящена данная работа.

Результаты настоящих исследований наглядно демонстрируют ситуацию, когда некритическое и механическое принятие полученных результатов может привести к неверным выводам со всеми вытекающими отсюда последствиями. Но одновременно мы хотим подчеркнуть, что в системе координат метода РИЧ полученные А.В.Бугаевым выводы в большинстве случаев (лет) должны достаточно приемлемо работать при прогнозировании численности нерки. Хотя в

некоторых случаях при оценке изъятия нерки в море они и будут давать сбои (как, например, в 1997 и 1998 гг.).

На основании высокой связи между методами оценки (см. рис. 6) все вышеприведенные рассуждения в полной мере относятся и к методу РСЭ (Бугаев, Дубынин, 2002). По нашему мнению, метод РСЭ будет давать значительные отклонения от реальной действительности в годы очень высокой численности нерки р. Озерной, так как значительный вылов нерки р. Камчатка осуществляется в 1-м районе (юго-западная часть Берингова моря, Карагинская подзона — 61.02.1), где нерка западного комплекса стад (р. Озерная) в уловах составляет только 10 % (Бугаев А., 2003а-г, в печати).

В настоящее время численность нерки р. Камчатка прогнозируется по методу РСЭ (Бугаев В., 2003а-в), и оправдываемость предварительных прогнозов ее численности в 2000-2003 гг. была достаточно высокой. Ошибка в среднем за 4 года наблюдений при оценке численности подхода к устью р. Камчатка составила 13,1 % (пределы в отдельные годы — 1,3-38,4 %), а при определении численности зрелой части стада до начала дрифтерного промысла — 3,3-12,3 (в среднем — 8,4 %). Другое дело, что все эти прогнозы в 2000-2003 гг. были искажены при прохождении вышестоящих инстанций и не являлись уже по существу оригинальными авторскими разработками (они остались в годовых отчетах), а в 2003 г. (так же как и в прогноз на 2004 г.) эти прогнозы были вообще отвергнуты.

Численность нерки р. Озерной до прогноза на 2001 г. включительно базировалась на экспертном представлении М .М.Селифонова об объемах вылова дриф-терным промыслом в море (с 1996 г. прогноз по его методике выполнялся В.А.Дубыниным). Но с прогноза на 2002 г. в ряд наблюдений были включены все данные расчетов А.В.Бугаева (2003а-г, в печати). По нашему и мнению В.А.Дубынина, этого делать было нельзя, так как совмещение двух разных подходов к оценке вылова дрифтерными судами в море может привести к значительным ошибкам и проблемам в будущем. Правильнее было бы вести два параллельных прогноза: продолжать традиционное прогнозирование по экспертной оценке М .М.Селифонова — В.А.Дубынина (в архиве КамчатНИРО имеется описание расчетов, сделанных В.А.Дубыниным) и одновременно начать анализ материалов только с учетом результатов А.В.Бугаева.

У нерки р. Камчатка мы также планируем продолжать традиционное прогнозирование по методу РСЭ и одновременно начать ряд наблюдений с 1995 г. по методу РИЧ. Но трансформировать эти два метода в один (так же как и в случае с р. Озерной) нельзя.

Нам кажется, что в связи со значительным увеличением численности нерки р. Камчатка, начавшимся с 1995 г. и продолжающимся по настоящее время, применение метода РИЧ очень удачно и логично вписывается в современную ситуацию. То же самое в полной мере относится и к прогнозированию нерки р. Озерной.

Достоинство метода РСЭ состоит в том, что он позволяет оперативно уже в конце сентября — начале октября текущего года дать оценку изъятия нерки р. Камчатка и даже перевести эти значения в результаты (как предварительные), получаемые по методу РИЧ, которые могут быть получены только через год (в конце сентября — начале октября следующего года).

Для нерки р. Озерной также следует провести подобную работу, но она не является пока целью наших исследований и будет проведена позже.

Выводы

В настоящее время в КамчатНИРО расчет изъятия стад азиатской нерки дрифтерными судами в море в экономической зоне РФ осуществляется двумя вариантами: методом РСЭ (результаты стандартной экспертной оценки) и мето-

дом РИЧ (результаты инструментальной идентификации структуры чешуи). Накопление 8-летнего ряда наблюдений позволяет впервые сопоставить результаты расчетов численности нерки р. Камчатка этими двумя методами.

В 1997 г. метод РИЧ дал значительные (недопустимые) отклонения от общих закономерностей, полученных данным методом за период 1995-2002 гг. Это породило, по нашему мнению, неверное представление о сильном перелове дрифтерным промыслом нерки р. Озерной в 1997 г. и низкой численности нерки р. Камчатка в этом же году. Безусловно, чрезмерно интенсивный дрифтерный промысел и перелов в море в 1997 г. наблюдался у обоих стад, но в результате ошибки метода РИЧ было получено достаточно искаженное представление о реальной ситуации с выловом нерки рек Озерной и Камчатка в море.

Прежде всего высокая корреляция между методами РСЭ и РИЧ свидетельствует о сходном характере межгодовой оценки численности нерки. Учитывая, что метод РСЭ основан на анализе простой пропорции численности основных стад азиатской нерки, что оговаривалось (Бугаев, Дубынин, 2002), надо признать, что метод РИЧ, несмотря на сложный математический аппарат и большое число реперных рек-стад, работает в данном варианте как простая пропорция.

Достоинство метода РСЭ состоит в том, что он позволяет оперативно уже в конце сентября — начале октября текущего года дать оценку изъятия нерки р. Камчатка и даже перевести эти значения в результаты (как предварительные), получаемые по методу РИЧ, которые могут быть получены только через год (в конце сентября — начале октября следующего года).

С учетом специфики численности азиатской нерки, когда только два стада составляют 80-90 % всей ее численности, метод РИЧ необходимо совершенствовать. В дальнейшем он может стать базовым в оценке изъятия локальных стад нерки дрифтерными судами в экономической зоне РФ. Безотлагательное совершенствование метода РИЧ (на примере нерки) необходимо и в связи с тем, что предполагается его использование и для расчета изъятия промыслом других видов тихоокеанских лососей.

Литература

Бирман И.Б. Морской период жизни и вопросы динамики стада тихоокеанских лососей. — М.: Агропромиздат, 1985. — 208 с.

Боровиков В.П., Боровиков И.П. STATISTICA. Статистический анализ и обработка данных в среде Windows. — М.: Информационно-издательский дом "Филин", 1998. — 608 с.

Бугаев А.В. К вопросу о возможном перехвате части стад нерки Oncorhynchus nerka р. Озерной и р. Камчатки ставными неводами в некоторых районах прибрежной зоны Восточной и Западной Камчатки // Исследование водных биологических ресурсов и северо-западной части Тихого океана. — Петропавловск-Камчатский: КамчатНИ-РО. — 2002. — Вып. 6. — С. 192-202.

Бугаев А.В. Идентификация локальных стад нерки Oncorhynchus nerka по че-шуйным критериям в юго-западной части Берингова моря и сопредельных водах Тихого океана в период преднерестовых миграций. Сообщение 1 (формирование реперных баз данных) // Изв. ТИНРО. — 2003а — Т. 132. — С. 154-177.

Бугаев А.В. Идентификация локальных стад нерки Oncorhynchus nerka по че-шуйным критериям в юго-западной части Берингова моря и сопредельных водах Тихого океана в период преднерестовых миграций. Сообщение 2 (пространственное и темпоральное распределение) // Изв. ТИНРО. — 2003б. — Т. 132. — С. 178-203.

Бугаев А.В. Идентификация локальных стад нерки Oncorhynchus nerka по че-шуйным критериям в юго-западной части Берингова моря и сопредельных водах Тихого океана в период преднерестовых миграций. Сообщение 3 (оценка промыслового изъятия) // Изв. ТИНРО. — 2003в. — Т. 132. — С. 204-229.

Бугаев А.В. Биология нерки Oncorhynchus nerka в период преднерестовых миграций в юго-западной части Берингова моря и сопредельных водах Тихого океана: Автореф. дис. ... канд. биол. наук. — Владивосток: ТИНРО, 2003г. — 24 с.

Бугаев A.B. Идентификация локальных стад нерки Oncorhynchus nerka в дриф-терных уловах в 2001-2002 гг. // Вопр. ихтиол. (в печати).

Бугаев A.B., Бугаев В.Ф. Многолетние тенденции промысла и динамики численности азиатских стад нерки Oncorhynchus nerka // Изв. ТИНРО. — 2003. — Т. 134. — С. 101-119.

Бугаев В.Ф. О молоди генеративно-реофильной формы нерки Oncorhynchus nerka (Walbaum), мигрирующей в озеро Азабачье из притоков реки Камчатка // Вопр. ихтиол. — 1981. — Т. 21, вып. 5. — С. 800-808.

Бугаев В.Ф. Методика идентификации в уловах прибрежного и речного промысла особей основных локальных стад и группировок нерки Oncorhynchus nerka (Walbaum) в бассейне р. Камчатки // Вопр. ихтиол. — 1986. — Т. 26, вып. 4. — С. 600-609.

Бугаев В.Ф. Азиатская нерка (пресноводный период жизни, структура локальных стад, динамика численности). — М.: Колос, 1995. — 464 с.

Бугаев В.Ф. Особенности динамики численности нерки Oncorhynchus nerka оз. Азабачье и современная стратегия рационального использования запасов нерки р. Камчатка // Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей: Докл. 3-й науч. конф. — Петропавловск-Камчатский, 2003а. — С. 11-23.

Бугаев В.Ф. Особенности динамики численности нерки Oncorhynchus nerka оз. Двухъюрточное (поколения 1957-1996 гг.) // Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей: Докл. 3-й науч. конф. — Петропавловск-Камчатский, 2003б. — С. 24-28.

Бугаев В.Ф. Уровни воспроизводства нерки Oncorhynchus nerka группировки "Е" (бассейн р. Камчатка) // Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей: Мат-лы 4-й науч. конф. — Петропавловск-Камчатский: КамчатНИРО, 2003в. — С. 23-27.

Бугаев В.Ф., Дубынин В.А. Факторы, влияющие на биологические показатели и динамику численности нерки Oncorhynchus nerka рек Озерной и Камчатка // Изв. ТИНРО. — 2002. — Т. 130. — С. 679-757.

Дубынин В.А. Качественные показатели смолтов нерки Oncorhynchus nerka стада р. Озерная в 1965-1973 и 1992-2002 гг. // Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей: Мат-лы 4-й науч. конф. — Петропавловск-Камчатский: КамчатНИРО, 2003. — С. 43-46.

Дубынин В.А., Бугаев В.Ф. Качественные показатели смолтов нерки Oncorhynchus nerka стада р. Озерная в 1965-1973 и 1991-2002 годы и особенности структуры пресноводной части чешуи рыб поколения 1994 года // Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей: Докл. 4-й науч. конф. — Петропавловск-Камчатский, 2004.

Ким Иль. Краткая история советско-японских рыболовных отношений // Рациональное использование биоресурсов Камчатского шельфа. — Петропавловск-Камчатский: Дальневост. кн. изд-во. — Камчат. отд., 1988. — С. 120-126.

Коновалов С.М. Дифференциация локальных стад нерки. — Л.: Наука, 1971. — 220 с.

Крогиус Ф.В., Крохин Е.М. Результаты исследований нерки (красной), состояние ее запасов и колебания численности в водах Камчатки // Вопр. ихтиол. — 1956. — Т. 7. — С. 3-20.

Курмазов A.A. Международно-правовые условия освоения морских биологических ресурсов в Тихом и Индийском океанах // Мировой океан: использование биологических ресурсов: Информ.-аналит. сб. Вып. 2. — М.: ВИНИТИ-ВНИРО, 2001. — С. 24-41.

Селифонов М.М. Промысел и воспроизводство красной бассейна р. Озерной: Автореф. дис. ... канд. биол. наук. — Владивосток: ТИНРО, 1975. — 23 с.

Bugaev V.F. Scale patterns of commercial stocks of Asian sockeye salmon, Oncorhynchus nerka // Effects of ocean variability on recruitment and an evaluation of parameters used in stock assessment models / R.J.Beamish and G.A.McFarlane (ed.). — Can. Spec. Publ. Fish. Aquat. Sci. — 1989. — Vol. 108. — P. 137-150.

Bugayev V.F., Dubynin V.A. Factors influencing abundance of sockeye salmon (Oncorhynchus nerka) From the Ozernaya River, Southwest Kamchatka // Recent Changes in Ocean Production of Pacific Salmon / J.H.Helle, Y.Ishida, D.Noakes and V.Radchenko (ed.): North Pac. Anadromous Fish Com. — Vancouver, Canada, 2000. — Bull. № 2. — P. 181-189.

Burgner R.L. Life history of Sockeye Salmon (Oncorhynchus nerka) // Pacific Salmon Life Histories / C.Groot and L.Margolis (ed.). — Vancouver, Canada: UBC Press, 1991. — P. 3-117.

Davis N.D., Myers K.W., Walker R.V., Harris C.K. The Fisheries Research Institute's high-seas salmonid taggin program and methodology for scale pattern analysis // American Fish. Soc. Sympos., 1990. — P. 863-879.

Harris C.K. Catches of North American Sockeye Salmon (Oncorhynchys nerka) by the Japanese Hight Seas Salmon Fisheries, 1972-1984 // Sockeye salmon (Oncorhynchus nerka) population biology and future management / H.D.Smith, L.Margolis and C.C.Wood (ed.): Can. Spec. Publ. Fish. Aquat. Sci. — 1987. — Vol. 96. — P. 458-479.

Myers K.W. Scale pattern estimates of origin of sockeye salmon in 1990 port samples of the Japanise traditional landbased driftnet salmon fishery: INPFC Doc. № 3695. — Fish. Res. Institute. Univ. Washington, Seattle, 1991. — 15 p.

Selifonov M.M. Rational fishing of sockeye salmon (Oncorhynchus nerka) from the Ozernaya River and Kamchatka River // Sockeye salmon (Oncorhynchus nerka) population biology and future management / H.D.Smith, L.Margolis and C.C.Wood (ed.): Can. Spec. Publ. Fish. Aquat. Sci. — 1987. — Vol. 96. — P. 403-407.

Selifonov M.M. Contributions of Ozernaya River sockeye salmon (Oncorhynchus nerka) to ocean catches with special reference to their distribution in space and time // Effects of ocean variability on recruitment and an evaluation of parameters used in stock assessment models / R.J.Beamish and G.A.McFarlane (ed.): Can. Spec. Publ. Fish. Aquat. Sci. — 1989. — Vol. 108. — P. 341-352.

Поступила в редакцию 23.01.04 г.