Функционирование лексем-колоративов в русском языке: диахронический аспект

УДК 81

Н. В. Дубинина

https://orcid.org/0000-0003-3633-4822

Функционирование лексем-колоративов в русском языке: диахронический аспект

Актуальность заявленной статьи обусловлена тем, что изучение функционально-семантических особенностей прилагательных цветообозначения является одной из важнейших задач современной лексикологии, так как связано с исследованием динамических явлений в лексике русского языка. Цель статьи - определить особенности функционирования колоративов в истории русского языка. Лексико-семантическая группа цветообозначений имеет длительную историю формирования. Употребление колоративов - это непрерывный процесс, связанный с лингвокреативной деятельностью человека. Функционируя в различное время, лексемы-колоративы входят в состав лексико-семантической группы «цвет» русского языка и активный запас лексики. При снижении актуальности слов лексемы переходят в пассивный запас, оставаясь зарегистрированными в лексикографических источниках. В результате значимым представляется вывод, что на том или ином хронологическом этапе развития языка происходят изменения состава лексико-семантической группы, связанные с лингвистическими факторами, обусловленными возникновением новых реалий в жизни социума.

Ключевые слова: лексико-семантический вариант, лексема, лексическое значение, цветообозначение, словоупотребление.

N. V. Dubinina

Functioning of Lexeme-Coloratives in Russian: a Diachronic Aspect

The relevance of the given article is due to the fact that the study of the functional and semantic features of color-coding adjectives is one of the most important tasks of modern lexicology, since it is connected with the study of dynamic phenomena in the vocabulary of the Russian language. The purpose of the article is to determine the features of the functioning of coloratives in the history of the Russian language. The lexical-semantic group of color descriptions has a long history of formation. The use of coloratives is an ongoing process associated with human linguocreative activity. Functioning at different times, lexeme-coloratives are a part of the lexical-semantic group «color» of the Russian language and an active stock of vocabulary. With decreasing relevance of words, lexemes pass into passive stock, while remaining registered in lexicographic sources. As a result, the conclusion is significant that at some particular chronological stage of the language development there are changes in the composition of the lexical-semantic group associated with linguistic factors caused by the emergence of new realities in life of the society.

Keywords: lexical-semantic variant, lexeme, lexical meaning, color designation, word usage.

Отечественная лингвистика уже многие десятилетия проявляет интерес к исследованию лек-сем-колоративов. Лингвистические исследования цветообозначений представлены работами Н. Б. Бахилиной (1975), А. П. Василевича (1982), Р. М. Фрумкиной (1984), А. А. Брагиной (1993), В. В. Краснянского (1996), С. В. Кезиной (2000), В. Г. Кульпиной (2001) и др. Однако до сих пор остается актуальным изучение семантических особенностей колоративов, функционирующих как в современных, так и в исторических текстах.

В лексико-семантическую группу прилагательных цвета в современном русском языке входят слова, функционирующие с древнерусского периода и до наших дней. Состав этой группы подвижен. Некоторые лексемы, такие как сливный, шмальтовый, первоначально не реализовывали

семантику цвета, но в процессе функционирования развили вторичные ЛСВ, обозначающие цвет, что привело к расширению состава колоративной лексики и бесспорно обогатило языковые возможности лингвистического сообщества. Семантика цвета актуализировалась в результате развития переносного значения таких лексем, как восковой, стальной и др., что также повлияло на расширение объема системного значения и функциональные возможности слова. Создание литературных произведений сопровождается словотворчеством авторов, которые, употребляя индивидуально-авторские цветообозначения, решают художественно-изобразительные задачи. Выразительные окказиональные колоративы способствуют стимулированию ассоциаций, усиливают глубину восприятия художественного образа. Возникшее в

© Дубинина Н. В., 2018

процессе коммуникации образное употребление слова может перерасти в системное значение, закрепляемое в толковых словарях.

Материалом исследования послужили 203 лексемы с семантикой цвета, извлеченные методом сплошной выборки из толковых словарей: «Матерiалы для словаря древне-русскаго языка по письменнымъ памятникамъ. Трудъ

И. И. Срезневскаго»

B. И. Даля (2000), «Словарь русского языка» (в 4-х томах) под ред. А. П. Евгеньевой (1981-1984), «Толковый словарь русского языка»

C. И. Ожегова, Н. Ю. Шведовой (1998).

В статье рассматриваются функционально-семантические особенности лексем колоративов.

1. Проанализированный материал позволяет выявить слова, относящиеся к лексико-семантической группе цветообозначений древнерусского языка, которые к окончанию древнерусского периода вышли из употребления, например:

болкатъ (черный), броныи,брони (бЪло сЪрый,

скворечш, сЪрый, буланый), враныи (черный),

грЬнии (белый), срЬныи (бЪлый, бЪлосЪрый). И. И. Срезневский регистрирует примеры употребления этих лексем в древнерусских текстах:

В^нагы, да босы, да болкаты. Аеан. Никит. [12,

с. 146]; Кони рыжи и пЬзи и гр^ни и брони. ЗахХ8. [12, с. 180].

В толковом словаре В. И. Даля и в современных словарях русского языка эти лексемы не регистрируются, так как до конца XVIII в., вероятно, уже вышли из активного запаса. Причины выхода лексем из активного употребления могут быть разными. Например, лексема броный, как указывает И. И. Срезневский в словаре, употреблялась для обозначения масти животных. При характеристике цвета броный в словаре используется буланый, но как самостоятельное цветообозна-чение в тот период лексема буланый, очевидно, еще не употреблялась, так как не зафиксировано в словаре И. И. Срезневского: броныи 'о коне бЪлый,

бЪлосЪрый скворечш, сЪрый, буланый?' [12, с. 180]. В ходе исторического развития слово броный было нейтрализовано, в то время как буланый в результате актуализации переросло в системное значение и было закреплено в словаре. В словаре В. И. Даля лексема буланый уже регистри-

руется с толкованием цвета шерсти 'конская масть: половой, глинистый, рудожелтый, желтоватый, из-

желта, разныхъ оттЪнковь, но хвостъ грива черные или темнобурые' [8, Т. 1, а 140]. Семантика лексемы буланый сохраняется до настоящего времени со значением 'светло-желтого цвета шерсти с черным хвостом и гривой' .

Значение «черная масть коней» в древнерусский период актуализировалось несколькими словами. И. И. Срезневский регистрирует лексемы болкатъ и враныи, реализующие семантику 'черный' для характеристики масти животных. В древнерусском языке функционировала лексема вороныи со значением 'черный, шger' [12, с. 303]. К завершению древнерусского периода лексемы болкатъ и враныи вышли из активного запаса. Южнославянское слово враный, обозначающее масть животных, было заменено исконным вороной. И уже в словаре В. И. Даля лексема вороной зарегистрирована в основном лексическом значении '(о конской масти) сплошной черный' [8, Т. 1, а 244]. Например, в тексте А. Толстого находим: Согласно роскошному обычаю того времени, пешие конюхи вели за ним под узцы шесть верховых коней в полном убранстве; из них один был вороной... [16]. Актуальным цветообозначением черной масти в современном русском языке является лексема вороной - 'о масти животных: чер-ный'[14, с. 97].

2. В словарях зафиксированы лексемы, вошедшие в ЛСГ цвета за счет производных ЛСВ, реализующих значение цвета. Например, в словаре В. И. Даля зарегистрированы такие лексемы, как скворцовый, сливный, серный, суриковый, шмаль-товый, шпинатный, кармазинный. Эти лексемы реализуют ЛСВ со значением цвета: скворцовый 'темного цвета, с мелкою, белесоватой рябью',

сливный 'темно-синий', сЪрный 'бледно-желтый', суриковый 'красный с примесью желтизны', шмальтовый 'голубой', шпинатный 'светло-зеленый, желто-зеленый', кармазинный 'ярко-алый, багряный'. Лексемы в таком значении употреблялись в текстах художественных произведений, созданных во второй половине XIX в. В тексте исторического романа А. К. Толстого «Князь Серебряный» употребляется колоратив кармазинный: В это время два всадника показались на улице. Один из них, в кармазинном кафтане с золотыми кистями и в белой парчовой шапке, из-под которой вилися густые русые кудри [16]. В пер-

вой четверти XX в. лексема шпинатный употреблялась как цветообозначение, например, в тексте романа «Московский чудак» А. Белого: Дверь наискось скрипнула: издали дама защурилась вялым лицом, подобрав свое желтозеленое платье: шпинатного цвета; цепочка часов, шателенка, свисала у пояса: «Кто там?» - «Да барин стоит карамазый: Ивана Иваныча спрашивают». Дама спряталась...» [3]. В современном русском языке ЛСВ со значением цвета скворцовый, сливный, серный, шмальтовый, шпинатный, кармазинный не употребляются. В современных словарях регистрируются производные ЛСВ скворцовый и скворечий, сливовый, серный, шпинатный, которые являются относительными прилагательными. В состав лексико-семантической группы прилагательных цвета эти лексемы не входят.

Расширение границ лексико-семантической группы прилагательных цвета происходит за счет лексем, развивших переносно-производные ЛСВ со значением цвета и состоящих в активном запасе. К таким лексемам относятся агатовый - 'черный и блестящий (о глазах)' [14, с. 18], восковой - 'бледно-желтый, мертвенно-бледный (о цвете кожи)' [13, Т. 1, с. 214], мраморный - 'белый, гладкий, как мрамор (о коже, цвете лица)' [13, т. 2, с. 307], прозрачный - 'о цвете, тоне: светлый и нежный, как бы светящийся' [14, с. 610], сахарный - 'чисто-белый, цвета сахар' [14, с. 698], свинцовый - 'синевато -серый, цвета свинца' [14, с. 703], снежный - 'по белизне подобный снегу, белоснежный' [14, с. 738], стальной - 'о цвете: серебристо-серый' [14, с. 762]. Переносно-производное значение возникает как вторичное, связанное с устойчивыми ассоциативными представлениями, которые выявляются в отклонении от основного значения. Употребление переносно-производного ЛСВ способствует реализации того признака, с помощью которого создается нетипичный цветовой образ. Например: Всюду налило свинцовых луж, все стены потемнели от дождя [6].

Пример употребления переносного значения имеется в тексте повести «Вешние воды» И. С. Тургенева, созданной во второй половине XIX в. Переносные значения слов используются И. С. Тургеневым для создания образа героев произведения: Вспоминал удивительную фигуру Джеммы, в темном окне, под лучами звезд, всю развеянную теплым вихрем; вспоминал ее мраморные руки, подобные рукам олимпийских Богинь... [4]. В контексте повести прилагательное

Т02

мраморные сочетается с существительным руки. Авторское описание необходимо для сравнения красоты Джеммы с красотой античных статуй, сделанных из мрамора. Белый цвет лица, тела -один из общепринятых признаков безукоризненности кожи, поэтому, мраморные руки - 'белые как мрамор', 'безупречно красивые'. В художественных текстах второй половины XX в. также используется лексема мраморный для обозначения белого цвета: Сороки взлетели, затрещали сердито и, сверкая на солнце мраморно-белыми боками, зачиркали в воздухе острыми ступенчатыми хвостами [1]. В современных словарях русского языка лексема мраморный включает ЛСВ с семантикой цвета в переносном значении 'белый, гладкий как мрамор (о коже, цвете лица)'[13, Т. 2, с. 307].

3. Пополняется лексико-семантическая группа цветообозначений окказионализмами, не зафиксированными в словарях. Это словосочетания, характеризующие цвет предмета. Такие словосочетания представляют собой генетивные конструкции, структура которых в обязательном порядке включает основной и вспомогательный компонент. Генетивные сочетания можно назвать грамматически замкнутыми, так как используется определенная грамматическая форма и синтаксическая последовательность: лексема цвета + сущ. в род. п.(цвета молока, цвета асфальта, цвета моря). Другой путь образования характеристик цвета, когда прилагательное-определение, являющееся относительным прилагательным, согласуется с лексемой цвет и в предложении выступает как эквивалент качественного прилагательного, обозначающего цвет предмета. Цель подобных употреблений - не название нового предмета, а поиск пути создания выразительного цветового образа. Особенно важным это является в художественной литературе, в решении художественно-изобразительной задачи. В эту группу можно отнести следующие интерпретации цвета: чахоточный цвет (серый), цвета заварного крема (светло-коричневый), цвета ржаного хлеба (темно-коричневый), цвет дороги (коричнево-серый), металлический цвет (серебристо-серый) и т. п.

Такие характеристики цвета часто используются авторами художественных произведений, так как им присуща яркая образность. Например: Вдруг все приподнимаются и смотрят: сцена древней Москвы, картина Сурикова: толпа мужиков и баб в полушубках, окружившая мужика в

Н. В. Дубинина

армяке цвета ржаного хлеба и в красной телячьей шапке, который поспешно распрягает лежавшую и бьющуюся на мостовой лошадь... [7]; Она среднего роста, блондинка, с правильными чертами, цвет лица чахоточный... [11]; Панель управления цвета заварного крема [15]; Она долго, пока не поднялись они, не могла понять, что это такое: горлинки совсем под цвет дороги, только спинки с брусничным отливом [6]; Черная спинка его отливает на солнце металлическим зеленым цветом, грудь в бурых крапинках [10].

Примеры цветонаименований имеют актуальный смысл в системе авторских метафор и существуют в произведениях авторов, создавших их. Широко использовал метафорические цвето-наименования С. А. Есенин: Я б навеки забыл кабаки// И стихи бы писать забросил,// Только б тонко касаться руки// И волос твоих цветом в осень [9]; Догорит золистым пламенем// Из телесного воска свеча [9]. Преобладающим цветом осенью является желтый цвет, поэтому ассоциация цвета волос с осенними листьями «волосы цветом в осень», очевидно, связана с передачей светло-русого, выгоревшего на солнце, желтоватого тона. «Расшифровать» авторский цветовой замысел в словосочетании телесного воска свеча можно используя характеристики лексико-семантических вариантов телесный - 'желтовато-белый с розоватым оттенком' [13, Т. 4, с. 348-349] и восковой-' перен.бледно-желтый, мертвенно-бледный (о цвете кожи)' [13, Т. 1, с. 214]. Данные примеры свидетельствуют о широком использовании окказиональных цветонаименований в современном русском литературном языке.

Кроме того, не зафиксированными в словарях, но дополняющими ЛСГ цветообозначений являются производные ЛСВ, которые представлены сложными прилагательными, используемыми для передачи цветовых оттенков. Прилагательные цвета образуют сложные и составные конструкции на основе подчинительных и сочинительных отношений. Сложение является продуктивным способом образования прилагательных, обозначающих оттенки цвета. Сложные цветообозначе-ния широко используются в русском языке. Например: Лиза заметила, что руки у него трясутся, а в глазах появился нездоровый блеск. Только лицо оставалось по-прежнему ледовито-бледным [2]; Бледное металлически-зеленое поле овсов мелькнуло за пустошью на черном фоне, а

лошадь подняла голову - и Кузьме стало жутко [6]; Как только она вошла, глаза всех мужчин, бывших в зале, обратились на нее и долго на отрывались от ее белого с черными глянцевито-блестящими глазами лица и выступавшей под халатом высокой груди [17]; А вот начинается зелено-оловянное гороховое поле; Немало росло на ней ромашки, золотой куриной слепоты, бархатисто-лиловых медвежьих ушек, малинового клевера [6];

Нередко можно обнаружить связанные выражения, из которых не сразу понятно, что это коло-ративы. Актуализация значения и переход лексем в ЛСГ «цвет» может быть связан с историко-культурологическими фактами. Отражая лексику XVШ-XIX веков, словарь В. И. Даля зарегистрировал наименования цвета адрианопольский и берлинская лазурь. Эти наименования цвета содержат информацию о названии мест изготовления и первоначального применения красителей. Особенно активно названия цвета использовались в тот исторический период, когда процесс окрашивания ими получил широкое распространение:

адрганопольскш цвктъ 'краска ярко-красная, изъ марены' [8, Т. 1, а 6], берлинская лазурь -'вид синей краски' [8, Т. 1, с. 84]. Так, например, «берлинская лазурь - краситель синего цвета, полученный в XVIII веке в Берлине при изготовлении нового вещества для крашения. Краситель был дешев и красив, что повлияло на его быстрое распространение. Однако со временем краска показала неустойчивость к щелочам, сегодня его используют для получения печатной краски, синей копирки, для подкрашивания полиэтилена» [18].

Адрианопольская краска или «турецкая красная краска, названа по имени города Адрианополь, где добывается из марены для окрашивания тканей» [19].

В современных словарях сочетание адриано-польский цвет не регистрируется.

4. Расширение границ лексико-семантической группы цветообозначений может быть связано с развитием новых лексем, например, серо-буро-малиновый. Лексему серо-буро-малиновый С. И. Ожегов регистрирует в словаре в значении 'разг.шутл. неопределенного цвета' [14, с. 713]. Эта лексема употребляется в разговорной речи, на что указывает помета *разг.шутл. Поскольку современным носителям языка семантика цвета серо-буро-малиновый не очень понятна, использу-

ются различные трактовки. Например, на одном из сайтов обсуждается вопрос «Серо-буро-малиновый цвет- это как?». Наталья Ю [263K]:

«... Ведь всем хорошо известно, что когда мы хотим подчеркнуть свое неприятие к какому-то цвету, то говорим с долей презрения: «Это вещь (предмет и др.) имеет серо-буро-малиновый цвет". То есть непонятный и несимпатичный по нашему мнению цвет. Однако, такой цвет существует, и с этим приходится считаться. Если попытаться охарактеризовать серо-буро-малиновый цвет, то получится примерно так: это черно-серый цвет с оттенком фиолетового... ».

Марлена [15.4K]: «Я всегда думала, что серо-буро-малиновый цвет - это всего лишь метафора, но на самом деле оказывается, такой цвет существует. Выглядит он вот так: мне он напоминает грязный фиолетовый цвет. Но оказывается он на самом деле то серо-буро-малиновый цвет» [5].

В современный период развития русского языка лексема серо-буро-малиновый сохраняет свое основное значение неопределенного цвета и остается в ЛСГ «цвет».

Таким образом, при рассмотрении колоративов можно отметить, что функционирование обусловлено непрерывным лингвистическим развитием общества. Изменения состава ЛСГ прилагательных цвета связаны с процессами, происходящими в языковом сообществе. В ранний древнерусский период многочисленность ЛСГ цветообозначений была связана с функционированием в речи синонимических лексико-семантических вариантов, дублирующих обозначение цвета, например, масти коней броныи (о коне бЁлый, бЁло сЁрый скво-речШ, сЁрый) и срЁныи (бЁлый, бЁлосЁрый (о конской масти), грЁнии (бЁлыи о масти коня) и сере-

ныи (бЁлыи (о конской масти), которые вышли из употребления к окончанию этого периода. Группа прилагательных цвета пополняется также за счет переносно-производных ЛСВ, реализующих семантику цвета только при ассоциативном употреблении, например, свинцовые лужи, мраморные руки. Словотворческая деятельность носителей языка расширяет состав ЛСГ цвета за счет оттеночных значений, например: ледовито-бледный, металлически-зеленый, глянцевито-блестящий. Созданные в текстах индивидуально-авторские метафорические значения цвета выпол-

няют эстетическую функцию: горлинки под цвет дороги, панель управления цвета заварного крема, в армяке цвета ржаного хлеба и др.

Несмотря на большое количество лексем, обозначающих цвет, уже зафиксированных в словарях, поиск писателями и поэтами нетипичных характеристик оттенков продолжается, подтверждая, что это открытый и непрерывный процесс.

Библиографический список

1. Бабич, В. Хозяйка леса. Повесть. 2-е изд. [Текст] // Государственное изд.-во Карельской АССР. -Петрозаводск, 1953.

2. Баруздин, С. А. Два измерения... Повести и рассказы [Текст] / С. А. Баруздин. - М. : Известия, 1986. - С. 608.

3. Бахилина, Н. Б. История цветообозначений в русском языке [Текст] / Н. Б. Бахилина. - М. : Наука, 1975.

4. Белый, А. Московский чудак : Первая часть романа «Москва» [Текст] / А. Белый. - М. : Круг, 1926.

5. Библиотека мировой новеллы: Иван Сергеевич Тургенев. Ги де Мопассан [Текст] / сост. Н. В. Банников. - М. : «Звонница-МГ», 1996. - 384 с.

6. Большой вопрос.ги [Электронный ресурс]. -Режим доступа: http://www. bolshoyvopros.ru

7. Брагина, А. А. «Цветовые» определения и формирование новых

8. значений слов и словосочетаний [Текст] // Лексикология и лексикография. - М., 1972.

9. Бунин, И. А. Избранные произведения [Текст] / И. А. Бунин. - Челябинск : Кн. изд., 1963. - С. 528.

10. Бунин, И. А. Окаянные дни: Повести. Рассказы. Воспоминания [Текст] / И. А. Бунин. - М. : Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001. - 640 с.

11. Даль, В. И. Толковый словарь живого великорусского языка [Текст] : Т. 1-4 / В. И. Даль. - М., 1989-1991.

12. Василевич, А. П., Кузнецова, С. Н., Мищенко, С. С. Цвет и названия цвета в русском языке [Текст] / под общ. ред. А. П. Василевича. - М. : КомКнига, 2005. - 216 с.

13. Грановская, Л. М. Наименования цвета в русском языке XVIII-XIX веков [Текст] / Л. М. Грановская // Русская речь. - 1969. - № 1. -С. 30-33.

14. Есенин, С. А. Несказанное, сказанное, нежное...Стихи и поэма [Текст] / С. А. Есенин. -Калмыцкое книжное издательство, 1978. - С. 154.

15. Кезина, С. В. История цветообозначений в русском языке [Текст] / С. В. Кезина. - Пенза : изд-во Пензинского ун-та, 2000. - 50 с.

16. Краснянский, В. В. Сложные цветообразова-ния русской речи: Традиционное и новое в русской

грамматике [Текст] / В. В. Краснянский. - М. : «Слово», 2001. - С. 119-130.

17. Кульпина, В. Г. Лингвистика цвета: Термины цвета в русском и польском языках [Текст] / В. Г. Кульпина. - М. : Московский лицей, 2001.

18. Куприн, А. И. Скворцы. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www. alegri.ru/deti/sovety-dlja-mam/semeinaj a-biblioteka/vneklasnoe-chtenie/kuprin-skvorcy.html

19. Лермонтов, М. Ю. Сочинения в 4-х томах [Текст] : Т. 4 / Ком. Г. П. Маконенко, И. Л. Андроникова. - М. : Правда, 1986. - С. 464.

20. Матерiалы для словаря древне-русскаго языка по письменнымъ памятникамъ. Трудъ И. И. Срезневскаго. Т. 1. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.bookposter.ru/

21. МАС = Словарь русского языка. В 4-х т. [Текст] / гл. ред. А. П. Евгеньева. 3-е изд., стереотип. -М. : Русский язык, 1985-1988.

22. Ожегов, С. И. Словарь русского языка [Текст] / под ред. Н. Ю. Шведовой. 18-е изд., стереотип. - М. : Русс. яз., 1986. - 797 с.

23. Стругацкий, А. Н., Стругацкий, Б. Н. Понедельник начинается в субботу [Текст] / А. Н. Стругацкий, Б. Н. Стругацкий. - М. : АСТ: Аст-рель; СПб. : Terra Fantastica, 2010. - С. 283.

24. Толстой, А. К. Баллады, былины, притчи. Князь Серебряный [Текст] / послесл. Ю. Г. Русаковой. - М. : Правда, 1988. - 432 с.

25. Толстой, Л. Н. Воскресенье. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://ilibrary.ru/ text/1462/ p.8/index.html

26. Фрумкина, Р. М. Цвет, смысл, сходство: Аспекты психолингвистического анализа [Текст] / отв. ред. В. Н. Телия. - М. : Наука, 1984.

27. Энциклопедия Кругосвет: универсальная научно-популярная энциклопедия [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www. krugosvet.ru/enc/ himiya/lazur-berlinskaya

28. Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://dic.academic.ru/dic.nsf/brokgauz_ efron/2202/

29. Языковая номинация: общие вопросы [Текст]. - М. : Институт языкознания (Академия наук СССР). Наука, 1977. - С. 357.

Reference List

1. Babich, V. Hozjajka lesa. Povest'. 2-e izd. = Hostess of the wood. Story. 2nd edition [Tekst] // Gosudar-stvennoe izd.-vo Karel'skoj ASSR = State edition of the Karelian ASSR. - Petrozavodsk, 1953.

2. Baruzdin, S. A. Dva izmerenija... Povesti i ras-skazy = Two measurements ... Short novels and stories [Tekst] / S. A. Baruzdin. - M. : Izvestija, 1986. - S. 608.

3. Bahilina, N. B. Istorija cvetooboznachenij v russ-kom jazyke = History of color naming in Russian [Tekst] / N. B. Bahilina. - M. : Nauka, 1975.

4. Belyj, A. Moskovskij chudak : Pervaja chast' romana «Moskva» = Moscow odd fellow: First part of the novel "Moscow" [Tekst] / A. Belyj. - M. : Krug, 1926.

5. Biblioteka mirovoj novelly: Ivan Sergeevich Turge-nev. Gi de Mopassan = Library of the world short story: Ivan Sergeevich Turgenev. Guy de Maupassant [Tekst] / sost. N. V Bannikov. - M. : «Zvonnica-MG», 1996. - 384 s.

6. Bol'shoj vopros.ru = Big vopros.ru [Jelektronnyj resurs]. - Rezhim dostupa: http://www. bolshoyvopros.ru

7. Bragina, A. A. «Cvetovye» opredelenija i formirovanie novyh

znachenij slov i slovosochetanij = «Color» definitions and formation of new

word meanings and phrases [Tekst] // Leksikologija i leksikografja = Lexicology and lexicography. - M., 1972.

8. Bunin, I. A. Izbrannye proizvedenija = Selected works [Tekst] / I. A. Bunin. - Cheljabinsk : Kn. izd., 1963. - S. 528.

9. Bunin, I. A. Okajannye dni: Povesti. Rasskazy. Vospominanija = Damned days: Short stories. Stories. Memoirs [Tekst] / I. A. Bunin. - M. : Izd-vo JeKSMO-Press, 2001. - 640 s.

10. Dal', V. I. Tolkovyj slovar' zhivogo velikoruss-kogo jazyka = Explanatory dictionary of the living great Russian language [Tekst] : T. 1-4 / V. I. Dal'. - M., 19891991.

11. Vasilevich, A. P., Kuznecova, S. N., Mishhenko, S. S. Cvet i nazvanija cveta v russkom jazyke = Color and names of color in Russian [Tekst] / pod obshh. red. A. P. Vasilevicha. - M. : KomKniga, 2005. - 216 s.

12. Granovskaja, L. M. Naimenovanija cveta v russkom jazyke XVIII-XIX vekov = Names of color in Russian of the 18-19th centuries [Tekst] / L. M. Granovskaja // Russkaja rech' = Russian speech. -1969. - № 1. - S. 30-33.

13. Esenin, S. A. Neskazannoe, skazannoe, nezh-noe...Stihi i pojema = Inexpressible, said, gentle ... Verses and poem [Tekst] / S. A. Esenin. - Kalmyckoe knizh-noe izdatel'stvo, 1978. - S. 154.

14. Kezina, S. V Istorija cvetooboznachenij v russkom jazyke = History of color naming in Russian [Tekst] / S. V. Kezina. - Penza : izd-vo Penzinskogo un-ta, 2000. -50 s.

15. Krasnjanskij, V V. Slozhnye cvetoobrazovanija russkoj rechi: Tradicionnoe i novoe v russkoj gram-matike = Complex color names in the Russian speech: Traditional and new in the Russian grammar [Tekst] / V. V Krasnjanskij. - M. : «Slovo», 2001. - S. 119-130.

16. Kul'pina, V. G. Lingvistika cveta: Terminy cveta v russkom i pol'skom jazykah = Linguistics of color: Terms of color in the Russian and Polish languages [Tekst] / V. G. Kul'pina. - M. : Moskovskij licej, 2001.

17. Kuprin, A. I. Skvorcy = Starling [Jelektronnyj resurs]. - Rezhim dostupa: http://www. alegri.ru/deti/sovety-dlja-mam/semeinaja-biblioteka/vneklasnoe-chtenie/kuprin-skvorcy.html

18. Lermontov, M. Ju. Sochinenija v 4-h tomah = Compositions in 4 volumes [Tekst] : T. 4 / Kom. G P. Makonenko, I. L. Andronikova. - M. : Pravda, 1986. -S. 464.

19. Materialy dlja slovarja drevne-russkago jazyka po pis'mennym# pamjatnikam#. Trud# I. I. Sreznevskago. T. 1. = Materials for the Old-Russian language dictionary on written memorials. Work by I. I. Sreznevsky. V 1. [Jelektronnyj resurs]. - Rezhim dostupa: http://www.bookposter.ru/

20. MAS = Slovar' russkogo jazyka. V 4-h t. = MAC = Dictionary of Russian. In 4 v. [Tekst] / gl. red. A. P. Evgen'eva. 3-e izd., stereotip. - M. : Russkij jazyk, 1985-1988.

21. Ozhegov, S. I. Slovar' russkogo jazyka = Dictionary of the Russian language [Tekst] / pod red. N. Ju. Shvedovoj. 18-e izd., stereotip. - M. : Russ. jaz., 1986. -797 s.

22. Strugackij, A. N., Strugackij, B. N. Ponedel'nik nachinaetsja v subbotu = Monday begins on Saturday [Tekst] / A. N. Strugackij, B. N. Strugackij. - M. : AST: Astrel'; SPb. : Terra Fantastica, 2010. - S. 283.

23. Tolstoj, A. K. Ballady, byliny, pritchi. Knjaz' Serebijanyj = Ballads, bylinas, parables. Prince Serebry-

any [Tekst] / poslesl. Ju. G. Rusakovoj. - M. : Pravda, 1988. - 432 s.

24. Tolstoj, L. N. Voskresen'e = Sunday [Jelektronnyj resurs]. - Rezhim dostupa: http://ilibrary.ru/ text/1462/ p.8/index.html

25. Frumkina, R. M. Cvet, smysl, shodstvo: Aspekty psiholingvisticheskogo analiza = Color, sense, similarity: Aspects of the psycholinguistic analysis [Tekst] / otv. red. V. N. Telija. - M. : Nauka, 1984.

26. Jenciklopedija Krugosvet: universal'naja nauch-no-populjarnaja jenciklopedija = Encyclopedia Krugosvet: universal popular scientific encyclopedia [Jelektronnyj resurs]. - Rezhim dostupa: http://www. kru-gosvet.ru/enc/ himiya/lazur-berlinskaya

27. Jenciklopedicheskij slovar' F. A. Brokgauza i I. A. Efrona = F. A. Brockhaus and I. A. Efron's encyclopedic dictionary [Jelektronnyj resurs]. - Rezhim dostupa: https://dic.academic.ru/dic.nsf/brokgauz_ efron/2202/

28. Jazykovaja nominacija: obshhie voprosy = Language nomination: general questions [Tekst]. - M. : Institut jazykoznanija (Akademija nauk SSSR). Nauka, 1977. - S. 357.

Дата поступления статьи в редакцию: 21.05.2018 Дата принятия статьи к печати: 28.06.2018