Понятие о добре и зле в дагестанской литературной сказке

Филологические науки / Philological Sciences Оригинальная статья / Original Article УДК 821

Понятие о добре и зле в дагестанской

литературной сказке

©2016 Гамидова С. Х.

Дагестанский государственный педагогический университет, Махачкала, Россия; e-mail: salimat1990@mail.ru

РЕЗЮМЕ. Целью исследования является изучение понятия о добре и зле в дагестанской литературной сказке, ее своеобразия и неповторимости. Исследование жанра сказки открывает новую грань в его осмыслении, дополняет и конкретизирует наше представление о нем. Результаты. Литературная сказка может иметь совершенно самостоятельный сюжет и при этом использовать фольклорные способы организации художественного пространства сказки. Выводы. Литературная сказка провозглашает те же идеалы, что и сказка народная: она укрепляет веру маленького читателя в торжество добра и справедливости, учит его сочувствовать герою.

Ключевые слова: литературная сказка, сюжеты и образы, детская проза, сказочный мир, сказочные герои, культура и быт разных народов, тенденция развития прозы, классификация разновидностей жанра._

Формат цитирования: Гамидова С. Х. Понятие о добре и зле в дагестанской литературной сказке // Известия Дагестанского государственного педагогического университета. Общественные и гуманитарные науки. T. 10. № 4. 2016. С. 70-74.

The "Good and Evil" Concept in the Dagestan Literary Fairy Tale

©2016 Salimat Kh. Gamidova

Dagestan State Pedagogical University, Makhachkala, Russia; e-mail: salimat1990@mail.ru

ABSTRACT. The aim of the study is the good and evil concept in Dagestan literary fairy tale, its uniqueness and originality. The study of the fairy tale genre opens a new dimension in its comprehension, complements and elaborates on our perception of it. Result. Literary fairy tale can have a completely independent story and at the same time use folk tales of artistic ways of organizing space. Conclusions. The literary fairy tale proclaims the same ideals as the folk one: it strengthens young readers' faith in the triumph of goodness and justice, teaches them to sympathize with the hero.

Keywords: literary fairy tale, stories and images, children's fiction, fairy tale world, fairy tale characters, different peoples' culture and ways of life, trend of developing the prose, classification of genre varieties.

For citation: Gamidova S. Kh. The "Good and Evil" Concept in the Dagestan Literary Fairy Tale. Dagestan State Pedagogical University. Journal. Social and Humanitarian Sciences. Vol. 10. No. 4. 2016. Pp. 70-74.

Введение

На протяжении веков создавались бесценные памятники искусства слова: сказы, былины, сказки, песни, частушки, пословицы и поговорки, загадки. Одна из самых древних и распространённых форм фольклора у всех народов - народные сказки [3. С. 53].

В настоящее время внимание многих исследователей привлекает наименее изученный жанр - «литературная сказка». К таким произведениям можно отнести сказки Л. Кэрролла, Г. Х. Андерсена, Ш. Перро, П. Трэверс, А. Н. Толстого, А. М. Волкова; дагестанских пистелей А. Акавова, А. Аджиева, Ш. Альбериева, Н. Юсупова,

Общественные и гуманитарные науки •••

Social and Humanitarian Sciences •••

Г. Цадасы, А. Абубакара, В. Атаева и многих других авторов.

Термин «сказка» происходит от таких русских слов как «говорить», «сказывать». Именно эта терминология напоминает нам о фольклорных источниках жанра, о его так называемой «устности». Эта особенность письменной фиксации устного сказания является одной из причин сложности исследования жанра. Она обусловила актуальность исследуемой проблемы. Литературная сказка уже очень давно выделилась в отдельное литературное явление. Еще с прошлого столетия она стала полноправным литературным жанром, как считают некоторые исследователи [6. С. 20]. В настоящее время литературная сказка находится на самой активной стадии своего развития, но тем не менее до сих пор многими исследователями не дано четкого определения ее жанрового своеобразия.

На наш взгляд, литературная сказка является авторским, поэтическим или художественным произведением, основанным либо на фольклорных источниках, либо придуманным самим писателем. Как считает Л. Ю. Брауде, «литературная сказка -произведение преимущественно фантастическое, рисующее чудесные приключения вымышленных или настоящих сказочных героев, в некоторых случаях ориентированное на детей. Кроме того, литературная сказка является произведением, в котором чудо и волшебство играет важнейшую сю-жетообразующую роль, помогая охарактеризовать персонажей» [2. С. 6].

Данные понятия только лишь частично отражают исключительность жанра детской литературной сказки. На современном этапе также трудно дать определение литературной сказке и отграничить ее от имеющих общие корни жанров: фантастика, фэнтези. Эти жанры также берут свое начало в фольклорной сказке. Если игнорировать этот факт, то можно существенно исказить саму трактовку литературной сказки. Так, Д. Н. Медрим считает, что «современная сказка оторвалась от своих фольклорных корней, и все-таки они могут быть прослежены, без них нет сказочного жанра» [4. С.1 69].

В. О. Смирнова предлагает следующее определение литературной сказки: «литературной сказкой мы будем называть такое произведение, в котором изображены события, персонажи или ситуации, с помощью определенных приемов выходящие за пределы наблюдаемого мира в волшебный, «вторичный» мир» [7. С. 32].

На наш взгляд, именно сказочный мир формирует фундамент волшебной сказки.

Детская литература XX века Дагестана имела большую значимость в художественной деятельности, которая ставила своей целью формирование духовной и нравственной сути молодого поколения Республики.

Первые произведения для молодого поколения в Дагестане создавались задолго до революции. Просветительская тенденция развития дагестанской литературы проявлялась обращением писателей (Магомед-Эфенди Османов, Манай Алибеков, Те-мирбулат Бейбулатов, Нухай Батырмурза-ев, Курди Закуев, Али Каяев, Абусуфьян Акаев, Магомед Дибиров, Магомед Ханди-ев и др.) прежде всего к юному поколению с призывом учиться наукам и совершенствоваться.

Огромное значение в развитии детской дагестанской литературы сыграли традиции отечественной советской детской литературы. Освоение детской литературы происходило на основе переводов ее на дагестанские языки. Важнейшие произведения Лермонтова, Толстого, Пушкина, Чуковского, Маршака, Барто, Крылова и др. сыграли значительную роль в становлении дагестанской детской литературы.

Роль детской литературы была и остается неоценимой. На ее принципах взращивалось поколение, воспитанное нормами социалистической морали тех времен. В 20-е годы XX столетия детские произведения зачастую включались во «взрослые» поэтические и прозаические сборники. Можно вспомнить сборники И.-Х. Курбаналиева, Э. Ханмагомедова, А. Акаева, Г. Цадасы, А.-П. Салаватова. В 1926 году была издана единственная книга «Сборник стихов и песен» Т. Бейбулатова специально для аульской школы и молодежи.

Кроме того, в 30-е годы XX века появляются уже отдельные книги для детей таких авторов как А. Ханмагомедова, А. Ба-широва, И. Мирзоева, Т. Хрюгского, М. Курманалиева, А.-В. Сулейманова, А. Омаршаева и др. [5. С. 60].

Отдельного упоминания достойна детская литература 30-40-х годов, представленная литературными сказами в стихах Гамзата Цадасы, З. Гаджиева, А. Аджиева и др. Также нелишним будет отметить детские литературные произведения в прозе А. Акавова, вобравшие в себя не только значительные достижения дагестанского фольклора того времени, но и опыт современной художественной литературы. Так,

в различных сюжетах сказок Т. Хрюгского прослеживались попытки собственного решения нравственных проблем в излюбленном авторском сатирическом аспекте [5. С. 62].

Детская проза дагестанских писателей 50-80-х годов двадцатого столетия характеризуется процессами идейно-тематического и жанрово-стилевого обогащения. Этот процесс начался во второй половине 50-х годов XX столетия. Он отразился в таких произведениях аварских писателей как М. Магомедов, А. Хачалов, М. Абдуха-лимов, Т. Таймасханов, М. Сулиманов, А. Расулов, Г. Гаджиев, П. Муртазалиева. Точно такие же процессы прослеживались и в других национальностей. У даргинцев отметились: А. Абу-Бакар, Р. Каниев, З. Зульфукаров.; у кумыков: К. Абуков, А. Устарханов, М. Абукова, И. Казиев, М.-С. Яхьяев; у лакцев: Б. Рамазанов, М. Давыдов, К. Мазаев, С. Увайсов, Ц. Камалов, А. Гусейнаев; у лезгин: Б. Гаджикулиев, К. Меджидов, А. Раджабов, Расим Хаджи; у табасаранцев: Ш. Казиев, А. Джафарова; у татов: А. Кукулиева; у ногайцев: Б. Кулун-чакова, С. Капаева; у русских: В. Михаль-ский, В. Носов и др.

Стоит отметить, что тенденция идейно-тематического и жанрово-стилевого обогащения прослеживается именно в повестях. Этот жанр имеет более широкие, нежели произведения «малой» прозы, возможности полного, целостного и эпического отражения действительности. Можно попробовать дать собственную классификацию жанрового своеобразия дагестанской детской сказки. Можно выделить «повесть-сказку «Братья» К. Меджидова, 1959; «Крылатый браконьер» А. Джафарова, 1962; «Сказка о дедушке Хабибулле» А. Абу-Бакара, 1963; «Волшебники поневоле» Р. Каниева, 1969; «Хурджины Фундухбека» А. Раджабова, 1975 и др.; природоведческую «Турфан», 1962, «Алуш-крылатая нога» К. Меджидова, 1975; «Верный друг Ма-хача» Б. Рамазанова, 1975; «Позови меня», 1972, «Лесная быль», Б. Гаджикулиева, 1977; историческую «Мой отец», 1963, «Бекболат» С. Капаева, 1971; «Магдилав», «Тулпар» М. Магомедова, 1973; «Враг что-то замышляет» М. Абукова, 1977; «Сын орла», М. Шамхалова, 1982; биографическую «Тажутдин Чанка» О.-Г. Шахтаманова, 1974; «Памятью сердца я жил...» К. Меджидова, 1976; приключенческую школьную «Тайна» К. Абукова, 1974; «Когда тебе шестнадцать» М.-Р. Расулова, 1977; «Тайны острова Таш-Капур», 1961, «По следам кап-

тара», 1980 3. Зульфукарова; «Хочу быть знаменитым» М. Давыдова, 1987» [5. С. 63].

На наш взгляд, несмотря на использование большого количества разнообразных художественных образов и характеров, в отечественной и зарубежной литературе всегда будут существовать такие категории художественного своеобразия, противостояние которых будет являться важнейшей причиной развития сюжетной линии, а, кроме того, будет побуждать к выработке у личности особенных нравственных критериев.

Моральный выбор большинства героев мировой литературы можно ограничить двумя основополагающими «лагерями»: защитниками Добра и сторонниками Зла.

Значение этих двух концепций в мировой культуре и человеческой жизни очень велико. Для нахождения себя в этом мире, личность обязательно должна четко знать значение этих двух понятий. В философских и религиозных системах противопоставляются эти основные понятия - добро и зло. Именно поэтому в литературных сказках герои воплощены либо в добрых, либо в злых началах. Тем не менее, представление о поведении злых героев мало менялось с развитием детской литературной сказки, с другой стороны, модель поведения добрых героев, которым нужно было как-то отвечать на действия злодеев, с течением времени постоянно менялась. Рассмотрим основные действия героев-победителей в сказках над злыми противниками. На наш взгляд, отношение к побежденному врагу отличалось во многих сказках. Чаще всего агрессивность и жестокость Добра по отношению к Злу была особенностью понимания и справедливости в древности. Так, сюжеты большинства сказок были сформированы еще очень давно, когда балом правила формула возмездия «Око за око, зуб за зуб». Стоит отметить, что герои Добра просто обязаны были жестоко разделаться со своим врагом, так как месть являлась обязанностью, возложенной на человека богами.

Результаты

Сказки разных стран имеют очень много общего. Так, прослеживается сходство сюжетов, сказочных мотивов и образов. Это сходство многими авторами объясняется историко-экономическими условиями жизни различных народов, а также общностью человеческих ценностей.

Национальная специфика сказок проявляется и в образах героев. Возьмем, к примеру, широко известный в русских сказках персонаж - Бабу-Ягу. В русских сказках существует три типа персонажей: Дарительница, Похитительница и Воительница.

Общественные и гуманитарные науки •••

Social and Humanitarian Sciences •••

Типы персонажей в дагестанских сказках: Энем (кум.), Бяжук хуху, Къари (дарг.), Хъарт (авар.), Кушкафтар (лезгин.), Обыр-куртка (ног.), Убар, Йешап (чечен.): Людоедка и Похитительница детей.

Баба-Яга - обычно злая, жестокая. Живет она в подземном царстве или в темном дремучем лесу в избушке на курьих ножках, либо в болотах. Это худая, нередко одноглазая старуха с костяной ногой. В доме у злобной старухи всегда творится хаос, бардак, разруха, немытая посуда. Е. И. Фадеева. Персонажи дагестанских сказок, как обычно, живут в старых развалинах, мельницах, вблизи кладбища, в дремучем лесу.

Эти персонажи иногда проявляют широту души. Это видно по тем вопросам, которые они задают при встрече с героями: «Откуда ты идешь? Куда путь держишь?» И старуха дает путнику поесть, попить, и готовит баню. «Напоила их, накормила, и спать положила».

Рассмотрим особенности образов дураков из русских сказов. По моему мнению, тут может работать механизм, согласно которому «последние станут первыми». Иначе говоря, дурак из русской сказки может достигнуть цели исключительно при помощи помогающих ему кудесников. Например, в небезызвестной сказке «Сказка о том, кто ходил страху учиться» младший сын, в про-

1. Абрамюк С. Ф. Фольклорные истоки композиции современной литературной сказки // Проблемы детской литературы. Петрозаводск, 1971. С. 3-22.

2. Брауде Л. Ю. Скандинавская литературная сказка. М.: Наука, 1979. 418 с.

3. Липовецкий М. Н. Поэтика литературной сказки. Свердловск, 1992. 183 с.

4. Медрим Д. Н. О поэтике волшебной сказки // Проблемы детской и зарубежной литературы. Волгоград, 1971. С. 3-8.

1. Abramyuk S. F. Folk origins of the modern literary fairy tale composition. Problemy detskoy literatury [Children's literature problems]. Petrozavodsk, 1971. Pp. 3-220.

2. Braude L. Yu. Skandinavskaya literaturnaya skazka [The Scandinavian literary fairy tale]. Moscow, Nauka Publ., 1979. 418 p.

3. Lipovetsky M. N. Poetika literaturnoy skazki [The poetics of a literary fairy tale]. Sverdlovsk, 1992. 183 p.

4. Medrim D. N. The poetics of a magic fairy tale. Problemy detskoy i zarubezhnoy literatury [Problems of children's and foreign literature]. Volgograd. 1971. Pp. 3-8.

стонародье считающийся дураком, на поверку оказался совсем не таким.

Таким образом, тема добра и зла прослеживается и в фольклоре, и в творчестве зарубежных и отечественных классиков. Сказка на поверку оказывается весьма фантастическим и ярким литературным жанром. Она, как журчащий ручеек, переливается бликами на солнце и журчит. Сказка может унести нас в дивный мир прекрасных и опасных приключений, а также фантастических чудес [8].

Так как дагестанские народы тесно взаимосвязаны с русскими писателями, то в творчестве как первых, так и вторых прослеживаются схожие сказочные сюжеты. Так, в дагестанских народных сказках часто встречаются произведения, напоминающие по своему содержанию известные русские сказки, и наоборот.

На наш взгляд, данное исследование помогло узнать об одном из самых удивительных и популярных видов литературного народного творчества у дагестанцев и русских. Оба народа обладают своим собственным менталитетом, благодаря чему их сказки очень часто не похожи друг на друга, а сюжеты соответствуют духу времени. Да и язык этих двух разных народов не принадлежит одной языковой группе.

5. Мухамедова Ф. Х. Формирование и развитие дагестанской детской литературы. Дисс. ... д-ра филол. наук. Махачкала, 2004. 384 с.

6. Неелов Е. Н. Сказка, фантастика, современность. Петрозаводск, 1987. 275 с.

7. Смирнова В. О. О детях и для детей. М.: Наука, 1967. 373 с.

8. Энциклопедия литературных произведений. http://lit-helper.com

5. Mukhamedova F. Kh. Formirovanie i razvi-tie dagestanskoy detskoy literatury [The formation and development of Dagestan children's literature]. Dissertation for a Doctor's degree in Philology. Makhachkala, 2004. 384 p.

6. Neelov E. N. Skazka, fantastika, sovremen-nost [Fairy tale, fantasy, modernity]. Petrozavodsk, 1987. 275 p.

7. Smirnova V. O detyah i dlya detey [About children and for children]. Moscow, Nauka Publ., 1967. 373 p.

8. Entsiklopediya literaturnykh proizvedeniy [Encyclopedia of literature works]. http://lit-helper.com [accessed 05.10.2016]

Литература

References

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ Принадлежность к организации Гамидова Салимат Хизриевна, аспирант, кафедра литературы филологического факультета, Дагестанский государственный педагогический университет (ДГПУ), Махачкала, Россия; e-mail: salimat1990 @mail.ru Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор кафедры ро-мано-германских и восточных языков ФИЯ ДГПУ И. А. Халипаева.

Принята в печать 25.10.2016 г.

AUTHOR INFORMATION Affiliation

Salimat Kh. Gamidova, postgraduate, the chair of literature, Philological faculty, Dagestan State Pedagogical University (DSPU), Makhachkala, Russia; e-mail: salimat1990 @mail.ru

Supervisor: I. A. Khalipaeva, Doctor of Philology, professor, the chair of Romano-Germanic and Oriental Languages, FFL, DSPU.

Received 25.10.2016.

Филологические науки / Philological Sciences Оригинальная статья / Original Article УДК 821

Некрасовский мотив дороги и жандарма в дагестанской поэзии Х1Х-ХХ вв

2016 Гасанов И. А.

Большеарешевская средняя общеобразовательная школа, Кизлярского района Республики Дагестан, Россия;

e-mail: nauka_dgpu@mail.ru

РЕЗЮМЕ. Цель статьи - анализ влияния некрасовского мотива дороги и жандарма на лирику дагестанских поэтов Х1Х-ХХ вв. Особо отмечается социальное содержание художественной связки «дорога-жандарм» в лирике Н. А. Некрасова и дагестанских поэтов. Методы: сравнительно-исторический анализ, метод сопоставления. Заключение. Эти понятия становятся ключевыми образами-символами как для Некрасова, так и для дагестанских поэтов, воспринимаемые как цепочка насилия и зла.

Ключевые слова: дорога, жандарм, скорбь, Сибирь, традиции, повествование.

Формат цитирования: Гасанов И. А. Некрасовский мотив дороги и жандарма в дагестанской поэзии Х1Х-ХХ вв // Известия Дагестанского государственного педагогического университета. Общественные и гуманитарные науки. Т. 10. № 4. 2016. С. 74-78._

Nekrasov's Motif of the Road and the Gendarme in the Dagestan Poetry of the 19-20th Centuries

©2016 Gasanov I. A.

General School, Bolshaya Areshevka Village, Kizlyar district, the Republic of Dagestan, Russia;

e-mail: nauka_dgpu@mail.ru

ABSTACT. The aim of the article is to analyze the influence of Nekrasov's motif of the road and the gendarme on Dagestan poets' lyrics on 19-20th centuries. The author emphasizes the social content of the "road-gendarme" art link in the N. A. Nekrasov's and Dagestan poets' lyrics. Methods: a comparative historical analysis, method of comparison. Conclusion. These concepts are the key images, symbols both for Ne-krasov and for Dagestan poets, perceived as a chain of violence and evil by them.

Keywords: road, gendarme, sorrow, Siberia, traditions, narration.