Вагоноремонтный завод потянули в суд

Красноярскому электровагоноремонтному заводу (КрЭВРЗ) грозит субсидиарная ответственность на 1,6 млрд руб. по долгам акционера — банкротного АО «Строительная компания „Афина Паллада”». Соответствующее ходатайство подал в суд один из кредиторов — «Торговый дом „ДЭМ”». Кроме завода он просит привлечь к ответственности еще 11 физических и юридических лиц, которые, по данным заявителя, контролируют «Афину Палладу». Юристы полагают, что, если вина КрЭВРЗа в банкротстве будет доказана, суд удовлетворит ходатайство, не посмотрев при этом ни на размер активов завода, едва превышающий размер ответственности, ни на риски потери работы для 1,5 тыс. его сотрудников.

Миноритарный кредитор банкротного АО «Строительная компания „Афина Паллада”» ООО «Торговый дом „ДЭМ”» обратился в арбитражный суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности 12 контролирующих должника физических и юридических лиц. В их числе оказалось крупное действующее предприятие — Красноярский электровагоноремонтный завод (КрЭВРЗ). Сумма субсидиарной ответственности, предъявляемой к нему и другим попавшим в список ТД «ДЭМ» физлицам и компаниям, составляет более 1,6 млрд руб. Рассмотрение ходатайства назначено на февраль.

КрЭВРЗ создан в 2007 году на базе имущества филиала РЖД, ремонтирует электропоезда, вагоны, колесные пары, тяговые двигатели. По данным сайта компании, завод обеспечивает теплоснабжение жилого района Красноярска, на которое расходуется 53% от общего объема произведенной тепловой энергии. По данным «СПАРК-Интерфакс», на начало 2021 года на заводе работали около 1,5 тыс. сотрудников, уставный капитал был 1,56 млрд руб., стоимость чистых активов — 1,78 млрд руб. В 2020 году компания получила 2,1 млрд руб. выручки и 57 млн руб. чистой прибыли. СК «Афина Паллада», которая входила в одноименную ГК бизнесмена Гайка Магакеляна, стала основным владельцем ОАО «КрЭВРЗ» в 2012 году, купив у РЖД за 1,56 млрд руб. 100% минус одну акцию завода. Строительная компания «Афина Паллада» признана банкротом в мае 2017 года, в реестр требований кредиторов на тот момент было включено 1,6 млрд руб.

По данным конкурсного управляющего «Афины Паллады» Дмитрия Сатюкова, в поступившем в его адрес заявлении кроме КрЭВРЗа ТД «ДЭМ» просит привлечь к субсидиарной ответственности еще пять компаний, связанных с группой «Афина Паллада»: ООО «Кран», ЗАО «Агентство „Афина Паллада”», ЗАО «Росмедпром», ООО «НПО „Сибирские медицинские технологии”», ЗАО «ТрансСтройГрупп». Кроме того, в список включены бывшие топ-менеджеры компаний «Афины Паллады» Юрий Карелин и Владислав Голомазов, а также четверо родственников Гайка Магакеляна — Светлана, Эдгар, Роберт и Анжелика Магакелян.

Владелец и директор ТД «ДЭМ» Артем Портнов отказался комментировать поданное ходатайство. Он объяснил это тем, что в настоящее время «на независимых кредиторов, в том числе и на ООО ТД „ДЭМ”, оказывается давление с привлечением правоохранительных органов». Какие именно правоохранительные органы заинтересовались кредитором, он не уточнил.

В сентябре 2021 года ТД «ДЭМ» просил суд «по вновь открывшимся обстоятельствам» пересмотреть принятое в 2016 году решение о включении около 587 млн руб. требований КрЭВРЗ в реестр требований кредиторов СК «Афина Паллада». Требования компании поддержал другой кредитор — ООО «Технолайн». В качестве основания для пересмотра господин Портнов тогда сослался на интервью на ютубе Гайка Магакеляна от 11 июня 2021 года, в котором тот, якобы утверждает, что «полностью контролирует процедуру банкротства АО СК «Афина Паллада», которая была введена по его инициативе» (цитата по определению суда). При этом официально господин Магакелян вышел из состава учредителей всех принадлежащих ему компаний в 2017 году, после возбуждения в отношении него уголовного дела, отмечается в материалах суда.

Представитель ТД «ДЭМ» изложил в суде свою позицию, указав, что дополнительным соглашением от июня 2016 года якобы подконтрольное Гайку Магакеляну АО «КрЭВРЗ» полностью приняло на себя обязательства СК «Афина Паллада» по кредитному договору компании, «получив возможность, как мажоритарный кредитор, контролировать процедуру банкротства». Господин Портнов также утверждал, что КрЭВРЗ якобы «действует в настоящей процедуре недобросовестно, выборочно предъявляя требования к заемщикам и поручителям», например, не реализует перешедшие к нему права кредитора в отношении поручителей по обязательствам должника — Гайка Магакеляна, ЗАО «РосМедПром», НПО «Сибирские медицинские технологии» и ЗАО «ТрансСтройГрупп». Суд в удовлетворении требований ТД «ДЭМ» о пересмотре включения требований в реестр отказал из-за пропущенного срока на обжалование.

В КрЭВРЗе комментировать ходатайство о привлечении компании к субсидиарной ответственности не стали. Там сообщили, что банкротным делом СК «Афина Паллада» занимаются не штатные юристы завода, а сторонние представители. Телефоны профкома предприятия и конкурсного управляющего на момент подготовки публикации не отвечали.

Адвокат Forward Legal Олег Шейкин обращает внимание, что аффилированность КрЭВРЗ и СК «Афина Паллада» уже установлена в нескольких судебных актах о банкротстве, но сама по себе связь компаний еще не дает оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. В этом случае необходимо доказать, что ответчик не только имел возможность контролировать действия должника, но и фактически совершал действия, повлекшие банкротство, отмечает партнер КА «Юков и партнеры» Светлана Тарнопольская. По ее словам, сумма «субсидиарки», как правило, определяется как совокупный размер всех требований к должнику, которые остались непогашенными из-за недостаточности имущества должника. Однако ее размер уменьшится, если компания докажет, что размер ущерба, который повлекли ее действия, существенно меньше субсидиарных требований к ней.

По мнению Олега Шейкина, если вина КрЭВРЗ в банкротстве СК «Афина Паллада» будет доказана, то размер активов завода и социальный аспект в виде возможного увольнения работников не станут основанием для освобождения предприятия от субсидиарной ответственности. «При привлечении к субсидиарной ответственности, да и в целом в банкротстве этот аргумент не является правовым, вы никогда не увидите ссылки на „социальную значимость” в судебном акте. Но по факту такие мотивы могут играть не последнюю роль при принятии судебных решений», — считает госпожа Тарнапольская.