К нам приехали финансы

Москву посетил один из крупнейших российских инвесторов. Делегация Катара в составе министров иностранных дел и финансов Мухаммеда бен Абдеррахмана Аль Тани и Шарифа аль-Имади провела переговоры по всем фронтам — от «Роснефти» и ВТБ до правительства и Совета безопасности. Это в какой-то мере компенсировало сторонам отсутствие контактов на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ): Катар должен был участвовать в нем качестве страны-гостя, но форум отменился из-за пандемии. Своевременным визит оказался и с точки зрения политической повестки: катарцы приехали в Москву вслед за делегацией из ОАЭ. Так что в РФ смогли с разных сторон посмотреть на непростую ситуацию в Персидском заливе.

Встреча министра иностранных дел России Сергея Лаврова и министра иностранных дел Катара Мухаммедом Бен Абдель Рахманом Бен Джасемом Аль Тани

Фото: Пресс-служба МИД России

Состоявшиеся в среду переговоры глав внешнеполитических ведомств России и Катара Сергея Лаврова и Мухаммеда бен Абдеррахмана Аль Тани, который также занимает пост вице-премьера, завершили деловую программу визита делегации из Дохи. Накануне Мухаммед бен Абдеррахман и министр финансов Катара Шариф аль-Имади встретились с зампредом правительства РФ Юрием Борисовым, а также с советником президента, ответственным секретарем оргкомитета ПМЭФ Антоном Кобяковым, главами «Роснефти» и ВТБ Игорем Сечиным и Андреем Костиным. Была и еще одна встреча — с секретарем Совета безопасности РФ Николаем Патрушевым.

В ходе визита в Москву представители Катара обсуждали в первую очередь перспективы роста инвестиционного и торгово-экономического сотрудничества.

В этом году Катар должен был стать главным гостем ПМЭФ, однако пандемия коронавируса сломала все планы. Приглашение осталось в силе на следующий год, и сейчас обе стороны начинают обсуждение проектов соглашений и меморандумов, подписание которых будет возможно в ходе форума-2021.

Во время встречи в МИД РФ Мухаммед бен Абдеррахман не раз подчеркнул, что Катар — крупнейший инвестор в экономику России среди арабских стран. Точный объем инвестиций никто не называет. Сергей Лавров напомнил, что Российский фонд прямых инвестиций и Катарское инвестиционное агентство (QIA) создали совместную платформу, «в рамках которой осуществляются инвестиционные проекты на сумму $1,2 млрд». Ранее шла речь о вложении $2,5 млрд в российские проекты. Среди самых крупных — инвестиции в аэропорт Пулково. Кроме того, QIA — один из крупнейших акционеров «Роснефти» с долей в 18,93%, рыночная стоимость которой сейчас составляет 862,6 млрд руб. (около $11,5 млрд). В 2013 году Катар также внес $500 млн в капитал ВТБ. Теперь, как подчеркнул катарский министр, Доха «готова открывать новые направления для инвестиций».

О чем идет речь, также не упоминалось, однако летом посол РФ в Катаре Нурмахмад Холов сообщил, что «в планах находятся проекты в сфере инфраструктурного развития, сельского хозяйства, медицины, недвижимости, нефти и газа на сумму более $10 млрд».

При этом Доха говорит не только о своих инвестициях в Россию, но и ждет российский бизнес для участия в совместных проектах в Катаре. Среди первопроходцев — ВТБ, который в прошлом году стал совладельцем нового катарского банка CQUR Bank. Тогда эксперты не исключали, что CQUR был создан в качестве ответной инвестиции российского банка в экономику Катара на фоне падения бумаг самого ВТБ, более 2% которых владеет QIA. Андрей Костин в интервью агентству Reuters в октябре подтвердил, что это было пожелание катарской стороны. «Нельзя было не учитывать мнение такого акционера. Тем более что регион стал для нас и наших клиентов достаточно привлекательной юрисдикцией с точки зрения развития бизнеса»,— сказал он. Пришел в Катар и «Сбер». В прошлом году его дочерняя компания BI.ZONE и крупнейший системный интегратор Катара MANNAI Corporation заключили соглашение о сотрудничестве в сфере кибербезопасности.

Как отметил в разговоре с “Ъ” гендиректор консалтинговой компании Moscow Policy Group Алексей Потемкин, «сотрудничество российских и катарских компаний наиболее перспективно в сфере высоких технологий, кибербезопасности и продовольственной безопасности».

По его словам, во многом импульсом для сотрудничества стал опыт работы России по подготовке чемпионата мира по футболу в 2018 году. Доха приняла эстафету и активно использует российские наработки. Часть компаний, работавших на ЧМ-2018, уже предложили свои услуги Дохе. Теперь в Катаре надеются на расширение сотрудничества в других сферах. «При поддержке Катарского агентства поощрения инвестиций (IPA Qatar) и фонда "Росконгресс" российские компании смогут воспользоваться благоприятной для бизнеса инвестиционной экосистемой Катара, подключиться к нужным ресурсам и платформам и реализовать свои амбиции по развитию в устойчивой и процветающей экономике»,— заявил на прошлой неделе глава IPA Qatar Али аль-Валид Аль Тани в ходе мероприятия по презентации катарских возможностей российскому бизнесу. В Москве и Дохе надеются, что участие Катара в ПМЭФ-2021 не только поможет найти новые инвестиционные проекты, но и будет способствовать росту товарооборота. Сейчас он демонстрирует рост, но цифры все равно очень низкие (с января по октябрь 2020 года — $87 млн, в 2019 году — $80 млн).

Помимо экономических вопросов, в ходе визита катарской делегации в Москву активно обсуждалась и региональная повестка: Сирия, Ливия, Палестина, иранское ядерное досье и в целом ситуация в регионе Персидского залива.

На сегодняшний день самый актуальный вопрос для Катара — прекращение блокады, начатой в отношении него в 2017 году Саудовской Аравией, ОАЭ, Египтом и Бахрейном.

В начале этого месяца Кувейт, выступающий в качестве посредника в региональном конфликте, объявил о проведении «плодотворных переговоров» в рамках усилий по достижению примирения в Персидском заливе. Все арабские монархии Залива и Египет выразили поддержку усилиям Кувейта и США, которые также активно занимались этим вопросом, в первую очередь через Эр-Рияд.

Примирение в Персидском заливе призвано стать одним из последних внешнеполитических достижений уходящей администрации президента США Дональда Трампа. Случится ли это, будет ясно на саммите Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), намеченном на 5 января. На пресс-конференции в Москве глава МИД Катара на вопрос журналистов о том, идет ли речь о нормализации отношений только между Дохой и Эр-Риядом или между всеми участниками конфликта, ответил: Саудовская Аравия во всех последних контактах с катарской стороной, в том числе при посредничестве США, «выступала от лица всех других стран региона». Со своей стороны, Сергей Лавров выразил надежду на то, что саммит приведет к преодолению раскола в ССАГПЗ: «Мы в этом заинтересованы, во-первых, потому, что все страны—участницы ССАГПЗ являются нашими партнерами, друзьями. Хотим, чтобы между ними не было противоречий. Во-вторых, восстановление единства этого совета и его дееспособности также важно для реализации идей, касающихся обеспечения безопасности в зоне Персидского залива в целом, то есть с участием Исламской Республики Иран»,— подчеркнул он.

Примечательно, что только неделю назад в Москве принимали главу МИД ОАЭ Абдаллу бен Зайда Аль Нахайяна и также обсуждали с ним этот вопрос. Впрочем, разгоревшийся на днях скандал вокруг взлома телефонных номеров журналистов катарского телеканала «Аль-Джазира» и подозрения, высказанные в связи с этим в адрес Саудовской Аравии и ОАЭ, вызывают некоторые сомнения в успехе инициативы по примирению сторон. Как написал накануне на своей странице в Twitter госминистр по иностранным делам ОАЭ Анвар Гаргаш, «катарские медиаплатформы, похоже, полны решимости подорвать любое соглашение в Персидском заливе». Никаких имен он не назвал, но речь явно идет об «Аль-Джазире», которая всегда была раздражающим фактором для руководства большинства арабских стран.