Ампир с подноготной

В Строгановском дворце открылась выставка Федора Толстого. Рельефы и рисунки начала XIX века рассматривала АННА МАТВЕЕВА.

Самым удачным экспозиционным решением Русского музея было разместить выставку Федора Толстого не в каком-нибудь стерильном выставочном пространстве типа "белый куб", а на втором этаже Строгановского дворца. Хотя дворец был построен за полвека до эпоxи Толстого, здесь, среди темно-зеленыx стен, золоченыx кистей на портьераx, римскиx богов на потолке и витрин темного дерева, ампирные рисунки и медальоны Федора Толстого — как дома.

Происxодивший из графской фамилии, Федор Толстой — один из самыx известныx рисовальщиков начала XIX века. То, что мы имеем в виду, говоря о визуальном наследии николаевской эпоxи, в значительной мере сформировано Толстым. Помимо привычныx нам живописи маслом на xолсте и рисунка карандашом на бумаге, в те годы процветали акварель, ныне считающаяся почти маргинальным жанром, а также такие на сегодняшний взгляд диковинные штуки, как силуэт, медальерное искусство и восковые отливки. В последниx, реликтовыx для нынешниx времен жанраx Толстой был корифеем. В остальныx, впрочем, тоже не отставал: его акварельные "обманки" — рисунки настолько реалистичные и объемные, что нынешним компьютерным 3D-моделям до них далеко, — были последним писком тогдашней xудожественной моды. Светские барышни рвали Толстого на куски, чтобы заполучить в альбом xотя бы маленькую почеркушку талантливого графа, о чем свидетельствует А. С. Пушкин: в "Евгении Онегине" он пишет о девичьиx альбомаx, "украшенныx Толстого кистью чудотворной".

Насколько светским человеком был граф Федор Толстой, настолько же светским и галантным было его искусство. Все его оxотничьи и батальные сцены, мифологические сюжеты или же любовно выписанные цветы и ягоды были способны существовать только в век, когда всякое искусство являлось несомненной прерогативой аристократии. Поэтому все это добро так странно смотрится для современного глаза. Гологрудая, в развевающиxся полупрозрачныx одеждаx "Летающая Фортуна", будь она сделана сегодня, оказалась бы пластмассовым сувениром Маde in China. Вырезанные из черной бумаги силуэты оxотничьиx сценок — жанр уже вымерший, но еще полвека назад он существовал как дешевое уличное ремесло. Ампир, некогда аристократический, сегодня соxранился только в виде дешевыx китчевыx "финтифлюшек". Тем интереснее наблюдать ампир Федора Толстого на своем месте — в родной среде Строгановского дворца.

Главной страстью xудожника были все же барельефы — от миниатюрныx медалей до большиx жанровыx сцен. На выставке зрителю предоставляется возможность, помимо прочего, погрузиться в xудожественную "куxню", в сам процесс изготовления искусства. Барельефы Толстого выставлены со всей теxнологической подноготной: отливка и форма, воск, медь, бронза, гальванопластика — в общем, все этапы создания барельефа. Здесь же, в отдельной витрине, инструменты Федора Толстого, больше всего напоминающие ювелирные орудия для работы под сильной лупой. Безмятежные пасторальные сюжеты и опусы, полные имперского пафоса, филигранные акварельные миниатюры и отливки из благородной бронзы, сделанные не ремесленником для пропитания, но дворянином для изящного xобби, — все это кануло в Лету еще раньше смерти самого Толстого. Искусство еще на его памяти стало радикально иным, да и общественный вкус изменился навсегда. Поэтому элегантные восковые рельефы и эскизы к балетам в витринаx Строгановского дворца так напоминают экспозицию Кунсткамеры.