ПАПАНИНЦЫ

60 лет назад мир узнал новое слово

100 лет с «Огоньком»

О событиях тех лет рассказывает Теодор Кренкель, сын радиста экспедиции Эрнста Кренкеля.

— ...Перелет из Москвы до льдины занял... два месяца. Пришлось ждать хорошей погоды. Последняя промежуточная база была на о. Рудольфа. По воспоминаниям отца, взлет был очень тяжелым: перегруженный самолет стартовал с горы вниз. Но командир флагманского корабля Михаил Водопьянов все рассчитал точно, и взлет прошел благополучно. Однако уже в полете загорелась радиостанция, огонь перекинулся на внутреннюю обшивку самолета, и экспедиция оказалась на грани срыва. Неимоверными усилиями огонь потушили. Сели за полюсом — только там нашли подходящую льдину.

Последний самолет улетел 6 июня, и началась ледовая вахта. В то время считалось, что в районе полюса океан безжизнен. Однако Петр Ширшов все же что-то вылавливал — и вскоре встал вопрос ребром о наличии спирта: пойманные организмы надо было сохранить для науки. Тщательные поиски драгоценной жидкости результатов не дали. Выяснилось: спирт «бесследно» пропал еще на о. Рудольфа. Остался «нз» — армянский коньяк. Папанин, тяжело повздыхав, отдал приказ: коньяк перегнать в спирт. Общими усилиями сконструировали самогонный аппарат. Так благодаря смекалке Папанина советская наука получила вещественные доказательства жизни под паковыми льдами.

Еще интересная деталь: единственным беспартийным на СП-1 был Ширшов. На регулярных партсобраниях он, как лицо безбилетное, вынужден был накручивать круги вокруг теплой палатки. Температура воздуха была значительно ниже нуля, а заседания порой проходили бурно и долго, и после нескольких таких «прогулок» Петр внес предложение в партячейку провести хоть раз открытое партсобрание. Мало того, 7 ноября в Москву передали радиограмму о том, что на льдине провели праздничную демонстрацию по случаю очередной годовщины революции. По сей день загадка: куда четверка ходила с плакатами?

Тяжело проходил заключительный этап экспедиции. Никто из ученых не предполагал, что льды могут дрейфовать со скоростью 20 миль в сутки (обычная скорость дрейфа — 5 — 6 миль в сутки). Льдину с лагерем вынесло мимо Гренландии в Атлантику, к берегам Канады. Штормовые волны стали ломать льдину, площадь ровного льда стала катастрофически уменьшаться. На помощь полярникам вышли три судна: «Таймыр», «Мурман» и траулер «Мурманец».

12 февраля 1938 года полярники заметили свет от прожектора «Таймыра», а 16-го летчик Власов совершил посадку у станции, забросив зимовщикам пиво и мандарины. 19-го к льдине пришвартовались «Таймыр» и «Мурман». Моряки полтора километра до лагеря полярников преодолели бегом. До кораблей героев несли на руках.

Уже на борту каждому налили по полному стакану спирта. Потом зимовщикам предоставили по горячей ванне. Причем каждому полярнику в ванную комнату был посажен дежурный матрос с наказом следить за состоянием подопечного. В море четверку пересадили в подошедший «Ермак».

14 марта ледокол пришвартовался в ленинградском порту. Но в Москву полярники прибыли только 17-го. Почему?

Оказывается, только 14-го завершился судебный процесс над Бухариным и Рыковым. Сталин, как опытный политик и психолог, знал, что нужен трехдневный срок, чтобы переключить внимание толпы...

Все зимовщики стали Героями и депутатами Верховного Совета. Но когда отцу предложили баллотироваться в Академию наук, он отказался, прекрасно понимая, что он все же не ученый.

После войны Сталин внезапно стал их «задвигать». В то время генералиссимусу приписывают такую фразу о Папанине: «Он слишком много снял со льдины». Начальник первой СП был смещен с поста начальника Главморсевпути.

Над Федоровым был устроен суд чести за «низкопоклонничество перед Западом», моя мама несколько раз ездила к Евгению Константиновичу, опасаясь, чтобы у него не произошел нервный срыв.

Петр Ширшов был смещен с поста министра морского флота.

Во время борьбы с космополитами отец погорел из-за своей фамилии. Как радиста его подозревали в связях с заграницей. Последовал запрет на работу в эфире. Полгода он был безработным. Потом Булганин помог ему устроиться на радиозавод.

...И все же, несмотря на все превратности судьбы, папанинцы своим личным мужеством вписали одну из самых ярких страниц в историю освоения Арктики.

Записал

Иван АККУРАТОВ

Фото Э. Виленского, Союзфото (из архива «Огонька») и В. Волкова

На фото:

Шмидт объявил дрейфующую зимовку открытой. Обнажив головы, мы пели «Интернационал».
Работа первой советской экспедиции на Северном полюсе началась!
На льдине осталось четверо. Они не одиноки. С ними вся наша замечательная страна, с ними любовь и дружба миллионов.
Самолеты привезли Папанину не только грузы, но и пятого участника зимовки — полярную лайку Веселого (пес не попал в кадр, потому что тут же убежал обследовать льдину).