Оптимизация взаимодействия природы и общества: технологические аспекты

УДК 101.8

Захарова Елена Юрьевна Elena Zakharova

ОПТИМИЗАЦИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ПРИРОДЫ И ОБЩЕСТВА: ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

OPTIMIZATION OF SOCIO-NATURAL INTERACTION: TECHNOLOGICAL ASPECTS

Оптимизация социоприродного взаимодействия осуществляется на технологическом уровне взаимодействия природы и общества. Технологический уровень взаимодействия природы и общества является низшим уровнем социальной формы движения материн. Существует два основных технологических пути оптимизации взаимодействия природы и общества: экологизация производства и экологическое производство. Оптимизация социоприродного взаимодействия на технологическом уровне зависит от преобразований в чисто социальном и чисто природном уровнях и невозможна без формирования духовно-нравственных основ экологизации деятельности людей

Ключевые слова: социоприродное взаимодействие, технологический уровень взаимодействия природы и общества, экологическое производство, экологизированное производство, экологизация нравственности, нравственное отношение к природе

Optimization of socio-natural interaction is carried out on the technological level of interaction between nature and society. Technological level of interaction between nature and society is the lowest level of the social form of matter motion. There are two main technological ways to optimize the interaction of nature and society: ecologization of production and ecological production. Optimization of socio-natural interaction on the technological level depends on transformations on the purely social and natural levels. This process is impossible without the formation of spiritual and moral foundations of men’s activities ecologization

Key words: social and natural interaction, technological level of nature and society interaction, ecological production, ecologically sound production, ecologization ofmorality, moral relation to nature

В 60-е гг. XX в. началось активное формирование общей теории взаимодействия природы и общества. В это время стало складываться убеждение, что выживание человечества невозможно без восстановления гармонии с природой. Необходимо отметить, что на первозданной основе это уже невыполнимо. В основу экологических отношений должна быть положена стратегия выработки оптимальных взаимодействий природы и общества, пребывающего в состоянии техногенной цивилизации.

Характерные для техногенной цивилизации постоянные изменения социальных связей и образа жизни, вызываемые технико-технологическими инновациями

в производственной и других сферах деятельности людей, формируют достаточно отчетливо выраженную направленность развития с ориентацией на будущее. Для культуры техногенных обществ характерно представление о необратимом историческом времени, которое течет от прошлого через настоящее в будущее. Прогресс оценивается в этих культурах, как правило, позитивно, а идеал прогресса постепенно начинает занимать одно из самых высоких мест в шкале ценностей современной цивилизации.

На стадии индустриального развития отчетливо проявилось решающее влияние технико-технологического развития

на все другие стороны социальной жизни. Промышленные революции эпохи индустриального капитализма, приведшие к возникновению крупного машинного производства, продемонстрировали связь между развитием производства и изменениями социальной структуры общества.

Рассматривая идеи К. Маркса о том, как эволюционное приспособление животных к среде осуществляется через изменение их тела (формирование в процессе изменчивости естественного отбора новых органов и новых функций органов), так и приспособление человека к природе предполагает изменение и развитие телесной организации человека, и ключевую идею марксизма, согласно которой «производство материальных благ и развития средств производства (как основного компонента в системе искусственных органов человека) полагается главным фактором человеческой истории, B.C. Степин приходит к выводу о том, что это тело наследуется социально, передается из поколения в поколение, становится одним из важных показателей цивилизованных достижений [12]. В этих идеях К. Маркса, по мнению B.C. Степина, немало конструктивного и, бесспорно, их нельзя отбрасывать как нечто устаревшее. Таким образом, необходимы изменения в производстве, которое является основной формой взаимодействия природы и общества.

Технологический уровень взаимодействия природы и общества является низшим уровнем социальной формы движения материи. Это очеловеченная природа, взятая в подчинении к социальному, в которой выражается связь общества с природой. Данный уровень включает в себя социогенные природные процессы и натурогенные социальные процессы, т.е. такие, которые, испытывая на себе воздействие общества и природы (соответственно), существуют по своим собственным законам (законам взаимодействия природы и общества).

Также на технологическом уровне взаимодействия природы и общества существуют социоплагенные природные процессы и натуроплагенные социальные процессы,

которые, испытывая на себе воздействие природы и общества, существуют по законам природы и общества (соответственно), следовательно, являются побочным продуктом взаимодействия природы и общества. Так, например, озеро, находящееся возле предприятия-изготовителя бумаги, загрязняется, но при этом все равно остается озером, существующим по законам природы. В связи с этим все больше ученых склоняются к тому, что нужны преобразования именно на уровне генных процессов, т.к. плагенные процессы — это уже результат взаимодействия природы и общества. Следовательно, оптимизация отношений общества с природой непосредственно совпадает, прежде всего, с решением задач по кардинальному повышению производительности труда, обеспечению качественного сдвига в производительных силах, находящихся на технологическом уровне социоприродного взаимодействия.

С середины XX в. под воздействием НТР формируется новая структура производительных сил общества. Особенности этого глобального по масштабам процесса находят свое отражение в радикальном изменении средств деятельности, интенсивном привлечении новых и модификации традиционно используемых предметов труда — резком повышении уровня его обобществления, изменении границ социальной мобильности, активном преобразовании производственных характеристик человека, замене его оперативных и далее регулятивных функций, превращение науки в непосредственную производительную силу. В итоге возникли невиданные ранее возможности воздействия на окружающую среду, что привело к отрицательным сдвигам различного типа — от локальных, региональных и глобальных.

При этом важно учитывать, что уменьшение негативного влияния производственных отношений на природу осуществляется через решение проблем, находящихся на технологическом уровне общественной жизни. Поэтому огромную роль будут играть усилия по созданию и совершенствованию техники. Такова диалектика развития:

техническое могущество ввергло общество в экологический кризис, но и его преодоление невозможно без дальнейшего развития технической и технологической базы существования общества. Поэтому на современном этапе необходимы качественные изменения в производительных силах.

В современной литературе обычно рассматривается два основных технологических пути оптимизации взаимодействия природы и общества: экологизация производства и экологическое производство. Экологизация материального производства означает, прежде всего, постепенное изменение его организации и технологии, совершенствование производственной среды. Помимо этого, необходимы новые подходы экологической оценки последствий производственной деятельности, ресурсопотребляющей мощности, качества выпускаемой продукции и др. Предполагается разумное использование природы с требованиями экологических и производственных законов через оптимальное взаимодействие экосис-темных и технологических процессов.

Экологизация производства предусматривает сохранение существующей технологии с дополнительным сооружением экологической техники (очистные сооружения). В идеале — создание экологизированного производства, которое будет функционировать по замкнутому циклу. Более подробно данная проблема автором уже рассматривалась [8].

Экологическое производство — это целенаправленное производство создания ноосферы, когда человек берет из себя функции управителя природными процессами Земли и даже ближайшего космоса. Например, в условиях потребления человечеством кислорода в объемах, значительно превышающих продуцирование естественным путем, неизбежно возникает необходимость искусственного производства его человеком. Идея экологического производства многими авторами подвергается критике, однако экологическое производство оправдано, если рассматривать его как фактор коэволюции природы и общества. Хотя сама проблема коэволюции природы

и общества является неоднозначной.

Рассматривая скорость эволюции биосферы и эволюции человеческого общества, В.И. Данилов-Данильян отмечает, что при разнице в скоростях биоэволюции и техноэволюции говорить о коэволюции природы и человека неправомерно [6]. Поскольку речь идет лишь о правомерности применения термина коэволюция применительно к развитию природы и общества, достаточно заметить, что реализация такой возможности означала бы прекращение естественной эволюции биосферы, превращение биоты в систему, развитие которой целенаправленно реализуется человеком. Но тогда об эволюции биосферы и человека говорить просто бессмысленно. При этом В.И. Данилов-Данильян констатирует, что отсутствует основание называть нынешний тип взаимодействия цивилизации и биосферы коэволюцией.

Н.Н. Моисеев, возражая В.И. Дани-лову-Данильяну, пишет, что принцип коэволюции означает такую систему запретов (экологических императивов), которая исключала бы возможность изменения параметров биосферы, приближающего ее состояние к границам той запретной черты, переступить которую человечество не имеет права ни при каких обстоятельствах [11; С. 29]. То есть, по сути, коэволюция природы и общества возможна. На наш взгляд, наиболее оптимально суть проблемы выразил Н.Н. Моисеев, указывая на то, что достижение коэволюции возможно, но это непостижимо трудная задача, решение которой составляет суть эпохи ноосферы. Оптимизация социоприродного взаимодействия, в результате которой должна быть достигнута коэволюция природы и общества, является важным условием устойчивого развития общества. Понимание необходимости перехода к устойчивой модели развития, взаимодействие общества с природой осуществляется далеко в неоптимизированном направлении.

Продолжая говорить об экологизации производства, необходимо отметить, что она может осуществляться несколькими путями. Например, через науку. Перед

наукой как фактором формирования экологической культуры постепенно появляется и осознается новая цель — изучение законов становления, функционирования и развития единства общества с природой. Влияя на действующую технику и технологию, наука способствует перестройке всего производства на основе познанных законов развития социоприродной системы.

В.И. Вернадский указывал, что огромную роль в ноосфере играет наука, так как она раскрывает законы природы [1]. Он придавал большое значение исследованию проникновения научного творчества во все сферы человеческой жизни как переходу биосферы в ноосферу. Превращение науки в решающую силу прогресса, общества подтверждает предположение ученого о ее роли в будущем. В.И. Вернадский также утверждал, что «ход научного творчества является той силой, которой человек меняет биосферу» [1; С. 41]. Однако одним лишь научным знанием невозможно прогнозировать и регулировать процессы, протекающие в системе «природа — общество». Процессы, происходящие на этапе становления ноосферы, обладают вероятностным характером, что объясняет немалый риск в становлении системы «природа — общество». Научное знание по характеру динамично, сложно, неустойчиво, оно отражает объективную реальность сразу во множестве часто противоречивых моделей, постоянно корректируемых и дополняемых. В.И. Вернадский отмечает, что «мыслительный аппарат» человека несовершенен, поэтому для построения систем связей природы и общества требуются и более тонкие методы проникновения в непознанное. Эти методы достижимы в сфере культуры. Ученый считает энергию человеческой культуры той формой биогеохимической энергии, которая создает в настоящее время ноосферу.

Воспитание работника с высокой экологической культурой — еще одно направление экологизации производства через принципиально иной стиль образования и воспитания. Для перехода к безотходным технологиям, воспроизводству чистой воды и воздуха, сохранения генофонда расте-

ний и животных необходимы выработка деятельностного стиля обучения в школе и вузе, революционная по духу перестройка существующих систем образования. Экологическая культура должна через экологическое образование и воспитание помочь в обеспечении биосферосовместимости общественного производства с природными условиями существования общества. Если раньше культура была в значительной мере способом обособления людей от природы и рассматривалась в теории как отличительный признак проявления социальности, то теперь культура должна стать способом объединения общества и природы на основе более адекватного понимания природной среды.

Таким образом, экологизация производства, несомненно, приобретает фундаментальное значение. Однако важность такого обоснования не может объясняться только преимущественным развитием какого-то одного типа цивилизации (потребительского, аскетического идр.).

Для осуществления экологизации производства на технологическом уровне взаимодействия природы и общества также необходима перестройка культуры. Выделяют три модели перестройки культуры. Первая представлена парадигмой крайнего антисциентизма, предполагающего замещение ценностей индустриальной цивилизации ценностями традиционной культуры. Вторая представлена концепцией экологической этики, которая ориентирована на формирование нового типа культуры, исходящей из принципа самоценности окружающей среды. Третья представлена синтезом гуманистических ценностей и экологических императивов — ценностных установок, порожденных особенностями современного этапа эволюции общества [2].

Линия техногенного прогресса и ее система ценностей привели человечество к критическим рубежам. Решение современных глобальных проблем, по-видимому, станет возможным только при переходе к новому типу цивилизованного развития, основанному на иной системе ценностей, чем техногенная цивилизация. Должно из-

мениться отношение к природе как к резервуару ресурсов и своеобразному полю для человеческой деятельности.

Как отмечает B.C. Степин, необходимо учитывать, что с учетом возможных сценариев будущего сегодня начинают конкурировать два понимания постиндустриального общества — итога развития современной цивилизации [12]. В первом оно понимается как новый этап технологического развития и как своеобразная пролонгация ценностей техногенной культуры. Во втором — как радикальный переворот в системе ценностей, скорелированный с изменением стратегии технологического развития. Глобальный характер экологических проблем свидетельствует в пользу мнения тех ученых, которые подчеркивают потребность в общечеловеческих ориентирах дальнейшего общественного развития, не отрицая при этом технического прогресса. В.И. Данилов-Да-нильян и Н.Н. Моисеев также отмечают, что невозможно преодолеть экологические трудности чисто техническими средствами. Необходимо качественно изменить антропогенную нагрузку на биосферу, а значит, перестроить само общество, то есть, экологизация производства обусловлена также и социальными факторами [6; 11].

Таким образом, оптимизация социо-природного взаимодействия на технологическом уровне зависит от преобразований в чисто социальном и чисто природном уровнях и невозможна без формирования духовно-нравственных основ экологизации деятельности людей.

Выделяют две основные группы ценностных установок в отношении к природе, которые в отдельные периоды человеческой истории доминировали в общественном сознании, но полностью не исключали одна другую. Первая группа ценностных установок на природу заключается в поклонении природе, ее романтизации. Данная группа исторически более древняя, всегда была представлена в общественном сознании и являлась доминирующей в других культурах.

Вторая установка противопоставляет человека природе. По мере развития про-

изводительных сил, экономики привела к агрессивному отношению к природе. Последнее было также тесно связано с иллюзорным представлением о ресурсах нашей планеты как безграничных и неисчерпаемых.

При всей полярности указанные ориентации имеют общее, которое обусловлено тем, что природа рассматривается в них как нечто внешнее по отношению к человеку. Преобразовывая природу, весь окружающий мир в процессе труда для удовлетворения своих потребностей, человек все более отчуждался от природы, трансформируя духовность, отрывая ее от нравственного восприятия и высших ценностей.

К сожалению, прогресс цивилизации не всегда сопровождается прогрессом в сфере духовных ценностей, скорее, наоборот, он породил прагматизм, технократический подход к проблемам человека. Создается специфическое измерение экологической проблемы — техника против экологии, против нравственности. Известный французский ученый Ж. Дорст еще в прошлом веке высказал мысль, не потерявшую актуальность и на современном этапе о том, что степень цивилизации измеряется не только количеством киловатт, производимых энергоустановками, оно измеряется также ростом моральных и духовных критериев, мудростью людей, двигающих цивилизацию в полной гармонии с законами природы, от которых человек никогда не освободится [7].

Во взглядах ученых на нравственное отношение к природе есть немало дискуссионных моментов. Так, В.П. Тугаринов в своей работе «Природа, цивилизация, человек» утверждал, что рассмотрение системы «человек-общество-природа» с точки зрения нравственности неправомерно [14]. Однако в конце XIX — начале XXI вв. получила развитие противоположная позиция о том, что природа является стороной нравственных отношений. Такая позиция, например, изложена в работах А.А. Гусейнова,

Н.Н. Моисеева и многих других авторов [4; 12]. Представители указанной концепции утверждают, что отношение к природе

должно быть нравственным. Но здесь встает вопрос о том, в каком случае мы можем говорить о природе как об объекте нравственного отношения?

Обоснование нравственного отношения к природе связано с именами многих ученых. Нельзя не сказать об «Этике отношения к земле» Альдо Леопольда [9]. В своей книге он рассматривает эволюцию этики от первых сводов этических законов в отношениях между индивидуумами, затем между человеком и обществом, указывая на то, что пришло время распространить законы этики на взаимоотношения человека и окружающей среды.

Формирование нравственного отношения к природе, несомненно, связано с этическими идеями А. Швейцера. В работах А. Швейцера в основу этики благоговения перед жизнью положен принцип нравственного отношения к ней, который заключается в том, что добро есть сохранение жизни, ее стимулирование и расцвет, а зло — это уничтожение жизни, нанесение ей ущерба и создание препятствий на пути ее развития [16]. Эта проблема, на наш взгляд, содержит и теоретические затруднения. До сих пор считается, что нравственность распространяется на отношения между людьми и её действие не простирается на отношение человека к природе. Однако сторонники экологизации нравственности настаивают на том, что на стадии становления морали нравственное сознание включало не только систему отношений с соплеменниками, но и с природной средой обитания. Этой позиции придерживается, например, А. А. Горелов [3].

Идеи А. Швейцера лежат в основе процесса экологизации нравственности и учение его, в связи с этим, привлекает к себе повышенное внимание. Исходя из его идей, И.Т. Фролов предлагал даже пересмотреть содержание нравственного принципа «гуманизма» и дополнить его таким составным элементом, как «благоговение перед жизнью» [15]. Однако следует отметить, что практическая реализация экологизации нравственности сталкивается с затруднениями мировоззренческого характера.

Фундаментальная основа принципа «благоговения перед жизнью» религиозна и при механическом переносе в атеистическую систему мировоззрения принцип теряет смысл. Наука также не способна «благоговеть перед жизнью», которую она препарирует неумолимо и бесстрастно. Значит, этот принцип требует иных обоснований и другого понимания. Неразрешимым аспектом является также противоречие этого принципа потребностям различных форм жизни. Эти трудности осознавал и автор, поэтому систематической разработки своего учения он не оставил.

Наряду с точкой зрения о том, что отношение к природе должно быть нравственным, существует точка зрения, согласно которой, отношение к природе оказывается связанным с моралью именно потому, что оно есть отношение к человеку. Необходимо, чтобы человек видел в природе и в себе

— другого человека, его интересы и потребности. Отношение к природе — это отношение к другим людям. Состояние природы, которое зависит от каждого из нас, влияет на других людей, определяет оптимальность условий их существования. Каждое поколение наследует условия жизни, в том числе и природные, созданные позитивными или негативными действиями предшествующих поколений, и оставляет свое «наследство» следующим.

Таким образом, с этой точки зрения, мораль не несет в «чистом виде» норм воздействия человека на окружающую среду. Объект для моральной оценки появляется только тогда, когда речь заходит об обратной связи, о том воздействии, которое оказал данный акт на общество или отдельных его членов. То есть действия человека по отношению к биосфере становятся нравственными лишь в результате опосредования их последствиями общественной и индивидуальной практики. Мораль не несет в своем содержании норм оптимального взаимодействия общества и природы. Сфера ее применения — это отношения в обществе, но не вне его.

Еще один дискуссионный момент в вопросе отношения человека к природе — это

широкий спектр позиций, описывающих данные отношения (от натуроцентристских до антропоцентристских). Причем, создается впечатление, что в антитезе «натуро-центризм-антропоцентрнзм» намеренно отброшены объективные характеристики того и другого, каждое из них рассматривается в контексте «одно — только хорошее, другое — только плохое». Следует учитывать то, что современный человек будет продолжать осваивать природу, использовать ее в своей деятельности. Также следует учитывать, что конечной целью все равно является человек, но не прямо, а опосредованно, через сохранение природной среды его существования. Поэтому вряд ли натуроцентристский подход к пониманию роли и места человека в мире способен сам по себе правильно, успешно решать вопросы экологического характера.

Что касается верности утверждения «человек — высшая ценность», кто знает, может быть, это «духовное, сознательное существо» является высшей ценностью не только системы «общество», но и системы «природа» в широком смысле.

Таким образом, антропоцентризм соответствует традиционному взгляду на природу как средство для человеческих целей, в натуроцентризме ценность природному миру придают ради него самого и ставят человека на равное с природой основание. Следует учитывать то, что современный человек, облеченный мощью и властью науки и техники, никогда не сможет бездействовать, он будет продолжать осваивать природу, использовать ее в своей деятельности. Но при всем этом, как справедливо отмечает В.В. Мантатов, вся энергетика современного человека должна быть направлена на развитие его духовности, предполагающей восхождение к тайне человеческой экзистенции, проникновение в космические дали и глубины бытия человека в мире [10].

Важнейшим признаком экологической культуры является отказ от непосредственного, наивного антропоцентризма. Но при этом следует учитывать, что конечной целью все равно является человек, но не прямо, а опосредованно, через сохранение

природной среды его существования.

Между тем, современный человек, обладая поистине сверхчеловеческой силой, отнюдь не поднялся до уровня подлинно человеческого разума и нравственности. Его материальные потребности постоянно растут и, в сущности, постоянно удовлетворяются, а духовно он все еще не на «высоте», духовно он зачастую становится беднее, черствее, отчужденнее. Человек как существо разумное должен осознать, что выход из существующего разрушительного отношения к природе нужно искать в том числе и в себе. То есть внимание современного общества должно быть направлено не только на внешнюю, материальную окружающую среду — на ее сохранение и защиту от загрязнения (пока только материального), но и на «внутреннюю среду» человеческой личности. В поисках наиболее эффективных форм деятельности естественно сосредотачивать внимание на проблемах, затрагивающих широкие массы населения, но надо думать также и об отдельном человеке, о человеческой личности, о духовном мире современного человека. Роковым образом заблуждается тот, кто считает, что экологическую проблему можно решить независимо от нравственного оздоровления общества. «Духовное совершенствование личности, — пишет эколог Артур Дал,

— является необходимым условием нашего эволюционного продвижения по пути к более гармоничному миру, в том числе и с точки зрения экологии» [5]. Сегодня человек должен решительно и радикально изменить ценностные установки по отношению к природе и другим людям.

В этой связи особую значимость среди многочисленных этических категорий приобретает «ответственность», в содержании которой нравственная основа и экологический смысл в ситуации экологической напряженности пересекаются и взаимопроникают друг в друга, образуя единое основание, формирующее нравственно-экологическую ответственность. Необходимость слияния духовных ценностей и экологических норм во взаимодействии природы и человека должна быть переосмыслена в качестве ме-

тодологической основы для исследования границ человеческой деятельности.

Таким образом, современное нравственное отношение к природе в комплексе характеристик представляет собой сложную модель регуляции взаимоотношений в системе «природа-человек-общество». Это способ освоения социоприродного окружения людей, целью которого служит формирование наиболее благоприятной для всех форм жизни среды. Это нравственные принципы, развитие которых связано с поиском норм экологической деятельности, ориентиров взаимного развития общества и природы, с переосмыслением исторического опыта человечества. Духовность, нравственность как системные координаты, лежат в основе гармонизации взаимоотношений в системе «общество-природа». Тем самым, экологическая культура общества превращается из средства обособления в средство единения общества и природы, а общим признаком общей культуры становится взаимопроникновение социального и природного начал, подчиненное задаче их

взаимного сохранения.

Характер проблем, порожденных взаимодействием природы и общества на современном этапе, не означает, что возникновение этих проблем не зависит от социальных факторов вообще и социально-экономического устройства общества, в частности. Отношение людей к природе всегда опосредуется отношение людей друг к другу. Поэтому лишены основания попытки рассматривать деградацию природы только как результат деятельности людей или видеть основу этого в научно-техническом прогрессе. Такие попытки приводят к недооценке социального аспекта проблемы. Конечно, при этом важно учитывать, что негативное влияние существующих социально-экономических факторов на природу оказывается и оказывалось не само по себе, а через решение проблем технологического уровня общественной жизни. Таким образом, оптимизация социоприродного взаимодействия, осуществляющаяся на технологическом уровне, зависит от преобразований в чисто социальном и чисто природном уровнях.

Литература

1. Вернадский В.И. Размышления натуралиста. Кн. 2 (Научная мысль как планетарное явление). — М., 1988. — 346 с.

2. Гейт А.Р. Роль образования в формировании экологической культуры // Философские проблемы образования. — М., 1996. — С. 234-310.

3. Горелов А.А. Социальная экология. 2-е изд. — М.: РАН. Ин-т философии, 2005. — 262 с.

4. Гусейнов А.А. Философия. Мораль. Политика (сборник статей за 1997-2001 гг.). — М.: Академкнига, 2002. — 304 с.

5. Дал Л.А. Пока не поздно. — СПб., 1995. — 144 с.

6. Данилов-Данильян В.И. Возможна ли «коэволюция природы и общества? // Вопросы философии. — 1998. —№8, — С. 15-25.

7. ДорстЖ. Дотого, какумретприрода. — М.: Прогресс, 1968. — 415 с.

8. Захарова Е.Ю. Особенности взаимодействия естественного и социального в экологии // Гуманитарный вектор. —№2 (22). — Чита, 2010. — С. 173-178.

9. Леопольд А. Альманах «Сэнд Каунти» // Экологическая антология. — Москва-Бостон, 1992. — С. 47-59.

10. Мантатов В.В. Стратегия разума: экологическая этика и устойчивое развитие: в 2-х т. Т. 2. — Улан-Удэ, 2001. — 376 с.

11. Моисеев Н. Н. Еще раз о проблеме коэволюции // Вопросы философии. — 1998. — № — 8.

С. 23-34.

12. Моисеев Н.Н. Экология — это мировоззрение // Российские вести. — 1994. — 1 окт. (№ 14). — С. 3-15.

13. Степин B.C. Карл Маркс и тенденции современного цивилизационного развития // Карл Маркс и современная философия: Сборник материалов научной конференции к 180-летию со дня рождения К. Маркса(г.Москва, 23апреля, 1998г.).—М., 1999.— С. 16-45.

14. Тугаринов В.П. Природа, цивилизация, человек. 2-е изд. — СПб., 2004. — 128 с.

15. Фролов И.Т. Избранныетруды: в 3-хт. Т. 2. — М.: Наука, 2003. — 541 с.

16. Швейцер А. Благоговениепереджизнью. — М., 1992. —576 с.

Коротко об авторе______________________________________________Briefly about the author

Захарова Е.Ю., канд. филос. наук, зав. кафедрой Е. Zakharova, Candidate of Philosophical sciences, философии, Забайкальский государственный гума- head of philosophy department, Zabaikalsky state uni-нитарно-педагогический университет им. Н.Г. Чер- versityofhumanitiesandpedagogics нышевского

Научные интересы: социальная философия, философия экологии, методологические основы экологического образования

Scientific interests: social philosophy, philosophy of ecology, methodological foundations of ecological education