Образы куклы в детской фортепианной музыке

УДК 785

М. В. Базилевич

ОБРАЗЫ КУКЛЫ В ДЕТСКОЙ ФОРТЕПИАННОЙ МУЗЫКЕ

Рассматриваются образно-содержательные планы фортепианных произведений, предназначенных для слушания и исполнения ребенком и воплощающих разнообразные образы куклы. Исследование опирается на установки семантического метода анализа музыкального тематизма и положения психологии детского музыкального восприятия.

Ключевые слова: музыка для детей, кукла, семантический анализ музыкального тематизма, психология детского музыкального восприятия

The article considers image-conceptual levels of fortepiano compositions, designed for audition and performance by the child, and embodying various images of the doll. The investigation is being based on the principles of semantic analysis of musical thematism and the positions ofpsychology of children's musical reception.

Keywords: music for children, doll, semantic analysis of musical thematism, psychology of children's musical reception

Проблематика настоящей работы связана с образно-содержательной сферой музыки, изучение которой является одним из приоритетов современного музыкознания. В статье рассматриваются средства музыкальной выразительности, направленные на воплощение образов куклы в произведениях, предназначенных для слушания и исполнения детьми. Материалами исследования являются сочинения зарубежных и отечественных композиторов XIX - XX вв.: П. И. Чайковского (1840-1893), Б. Мартину (1890-1959), Ж. Дандло (1895-1975), Д. Д. Шостаковича (1906-1975), Н. М. Пузея (1915-2000), И. В. Забегина (р. 1944) и др.

С куклой - уникальным культурным феноменом, имеющим древний мифоритуальный генезис, связано широкое и сложное поле смыслов. В детской музыке актуализируются прежде всего те из них, что могут быть поняты ребенком и соотнесены им с собственной деятельностью. Поэтому из широкого круга опусов, относящихся к заявленной теме, для анализа отобраны сочинения, посвященные игровой кукле - излюбленному атрибуту детских игр.

При значительном образном и жанровом разнообразии, богатстве языка музыка, имеющая своим адресатом детскую аудиторию, обладает одним общим свойством - ориентацией на особенности детского музыкального восприятия. Исследователи, изучающие проблемы восприятия музыки, сходятся во мнении, что этот процесс имеет ярко выраженные возрастные закономерности, поскольку значительную роль в нем играют не только свойства объекта (произведения), но и качества воспринимающего субъекта (исполнителя и слушателя) [7; 8]. Таким субъектом применительно к рассматриваемым в статье произведениям является ребенок старшего дошкольного - младшего школьного возраста (от 5-6 до 7-11 лет). По наблюдениям отечественных психологов и педагогов Л. С. Выготского [3] и

Д. Б. Эльконина [14], восприятие на данных ступенях онтогенеза отличается эмоциональной окрашенностью, целостностью представляемого образа; мышление имеет наглядно-образный характер; воображение репродуктивно и апеллирует к жизненному опыту ребенка. Отмеченные свойства психики отражаются и в специфике детского музыкального восприятия, которому присущ экстрамузыкальный характер, связанный с опорой на различные внему-зыкальные ассоциации [8, с. 74].

В связи со сказанным кажется неслучайным, что все анализируемые нами произведения программны. Программные заголовки пьес отсылают к разным сторонам жизненного опыта ребенка, знакомым игровым ситуациям. Так, названия пьес В. Л. Витлина «Вышли куклы танцевать» [2] и Н. М. Пузея «Кукла в бальном платье» [9] переносят слушателей в атмосферу кукольного праздника, наименования сочинений Ж. Дандло «Марш деревянных солдатиков» [4] и И. В. Забегина «Полковой капельмейстер» [5] предлагают ребенку пофантазировать о военных походах и сражениях. Стремясь к конкретизации музыкальных образов, композиторы обращаются к разным типам программности. В трилогии П. И. Чайковского «Болезнь куклы», «Похороны куклы», «Новая кукла» [10] проявляются черты обобщенной сюжетной программности. Однако для детской музыки более характерен тип программности картинной, к которому относятся портретные зарисовки, содержащие один неизменный образ.

Вместе с тем программность - лишь один из факторов, способствующих активному восприятию ребенком образного мира рассматриваемых пьес. Другой фактор заключается в опоре их музыкального тематизма на круг типовых интонаций, повторяющихся в разных произведениях и приобретающих в силу этого статус мигрирующих интонационных формул [11]. Представляется, что изучение подобного тематизма целесообразно

109

проводить с помощью метода семантического анализа музыкальной темы, восходящего к асафь-евской теории интонации [1] и детально разработанного Л. Н. Шаймухаметовой [11; 12]. В основу названного метода положена идея о наличии в музыкальном тексте устойчивых смысловых структур - интонационных оборотов с закрепленными значениями, аналогичных лексемам вербальной речи. Благодаря тому, что музыкальные лексемы обладают обязательными семантическими связями с предметами и явлениями окружающего мира, т. е. имеют экстрамузыкальную семантику, они оказываются доступными для восприятия и понимания детьми. Набор интонационных лексем, представленных в детских фортепианных миниатюрах, включает все группы формул, описанных Л. Н. Шаймухаметовой [12].

Так, речевые музыкальные лексемы возгласа, восклицания присутствуют в пьесе П. И. Чайковского «Новая кукла» [10], где изображается не только сама игрушка, но и восторженное состояние ребенка, радующегося долгожданному подарку. В качестве жанрового истока тематизма избран вальс. Однако быстрый темп, нетипичная фактурная организация сопровождения, чередование в мелодии секундовых ходов с широкими скачками, а также включение в нее пауз на второй доле такта, членящих мелодическую линию на короткие взволнованные возгласы, - все это позволяет говорить о некотором видоизменении первичного жанра. Речевые интонации мольбы и жалобы содержатся в пьесе «Больная кукла» Б. Мартину [6]. Звучание неаполитанской гармонии привносит в вальсовую тему настроение болезненной меланхолии. В среднем разделе сочинения короткие, сек-вентно повторяющиеся мелодические фразы «с трудом» достигают верхнего регистра и бессильно ниспадают обратно. Подобно лихорадочному пульсу больного ускоряется метроритмическая пульсация.

Наиболее часто в анализируемых произведениях встречаются интонации бытовой музыки. Музыкальными лексемами танцевальных жанров пронизаны сочинения В. Л. Витлина «Вышли куклы танцевать» [2], Б. Мартину «Бал кукол» [6], сюита Д. Д. Шостаковича «Танцы кукол» [13]. Особенность перечисленных пьес состоит в том, что в них героини предстают танцующими. Так, у Д. Д. Шостаковича в названиях миниатюр упоминаются вальс, полька, гавот, в сочинениях Б. Мартину и В. Л. Витлина безраздельно господствует вальс, на что указывают характерные признаки метроритма и фактуры. Наряду с лексемами танцевальных жанров большой популярностью в произведениях для детей пользуются формулы бытовой вокальной лирики, характерные для опусов Б. Мартину [6],

П. И. Чайковского [10], Д. Д. Шостаковича [13] и др. Так, Н. М. Пузей (пьеса «Кукла в бальном платье» [9]) использует в мелодике чувствительные ро-мансовые интонации, которые сочетаются с кокетливой паузой-«придыханием» на сильной доле такта, мелодизированной фактурой в аккомпанементе, что способствует созданию облика грациозной, нарядной, но несколько капризной красавицы.

Иные интонационные истоки обнаруживаются в пьесах «Марш деревянных солдатиков» Ж. Дандло [4] и «Полковой капельмейстр» И. В. Забегина [5], воплощающих образы игрушечных солдатиков. Тематизм сочинений включает в себя интонационные формулы звуковых сигналов-фанфар. Жанровые истоки марша прослеживаются в названиях пьес или характеристике темпа и характера движения (Tempo di Marcia). Общими чертами подобных сочинений являются движение мелодии по аккордовым звукам, а также пунктирный ритмический рисунок.

Несколько особняком в детской музыке стоят лексемы музыкальных инструментов, движения и пластики, а также риторических фигур. Присутствие в тематизме пьесы «Застенчивая кукла» Б. Мартину [6] знака бурдона и наигрышей-имитаций вызывает ассоциации с интонационными формулами народной инструментальной музыки. Впечатление застенчивости возникает благодаря пикантному сочетанию штрихов легато-стаккато, приглушенной динамике p-mf, прихотливым сменам метра, причудливой гармонизации темы параллельными аккордами. В трио мелодическая линия приобретает орнаментальный характер, имитируя фольклорный наигрыш. Ощущение недосказанности возникает в заключительном моменте трио, когда одиноко звучащая мелодия на фоне органного пункта pp неожиданно обрывается паузой продолжительностью в целый такт, после которой вновь звучит музыкальный материал первой части. Неожиданно выглядит использование барочной фигуры tirata mezza в тематизме миниатюры «Кукла-модница» Н. М. Пузея [9]. С помощью этой фигуры, а также неквадратного строения темы, чередования контрастных штрихов изображается своенравный характер героини. Комический эффект возникает благодаря сочетанию претенциозных мелодических оборотов и бодрой напористой ритмики. Музыкальные лексемы движения и пластики обнаружены лишь в одной миниатюре - «Гавоте» Д. Д. Шостаковича [13], где этикетные формулы поклона кавалера и женского реверанса служат семантическими знаками танцевального жанра и эпохи.

Следует подчеркнуть, что всем рассмотренным музыкальным образам куклы присуща условность, отсылающая к воображаемым ситуациям

110

детских ролевых игр. Эффект условности создается с помощью ряда приемов, среди которых главное значение имеют повторяемость мелодических оборотов и формул аккомпанемента, использование высокого регистра фортепиано.

Таким образом, есть все основания утверждать, что произведения, созданные в опоре на типовые интонации бытовой музыки и речи, содержащие программные заголовки, актуализирующие двигательный опыт и знакомые детям иг-

ровые ситуации, оптимально соответствуют экстрамузыкальному характеру детского восприятия. Напротив, включение в тематизм пьес малоизвестных детям этикетных формул движения и пластики, риторических фигур может создавать определенные трудности в постижении ребенком образного содержания пьес и указывать на предназначенность подобных произведений следующей возрастной группе юных исполнителей и слушателей.

1. Асафьев, Б. В. Музыкальная форма как процесс. Книги первая и вторая / Б. В. Асафьев. - Л.: Музыка, 1971. - 374 с.

2. Витлин, В. Л. Вышли куклы танцевать // Музыкальная шкатулка для детей младшего возраста [Ноты]: для фортепиано / Виктор Витлин [сост. А. Волкова]. - М.: Музыка, 1979. - Вып. 3. - С. 27.

3. Выготский, Л. С. Восприятие и его развитие в детском возрасте / Л. С. Выготский // Лекции по психологии. - СПб.: Союз, 1997. - 144 с.

4. Дандло, Ж. Сад Сильвии // Детские пьесы современных французских композиторов [Ноты]: для фортепиано / Жорж Дандло. - М.: Музыка, 1973. - Вып. 5. - С. 14.

5. Забегин, И. В. Бабушкины игрушки // Пьесы уральских композиторов [Ноты]: для фортепиано / Игорь Забегин. -Екатеринбург: Ярмарка-пресс, 1995. - С. 28-32.

6. Мартину, Б. Избранные пьесы для детей // Избранные пьесы [Ноты] : для фортепиано / Богуслав Мартину. - М.: Совет. композитор, 1985. - С. 32-47.

7. Назайкинский, Е. В. Психология музыкального восприятия / Е. В. Назайкинский. - М.: Музыка, 1972. - 240 с.

8. Психология музыкальной деятельности: теория и практика / под ред. Г. М. Цыпина. - М.: Академия, 2003. - 186 с.

9. Пузей, Н. М. Кукольный дом // Шесть пьес [Ноты]: для фортепиано / Николай Пузей. - Екатеринбург: Ярмарка-пресс, 2000. - С. 3-7.

10. Чайковский, П. И. Детский альбом [Ноты]: для фортепиано / Пётр Чайковский. - М.: Музыка, 1978. - С. 16-17.

11. Шаймухаметова, Л. Н. Мигрирующая интонационная формула и семантический контекст музыкальной темы: мо-ногр. / Л. Н. Шаймухаметова. - М.: ГИИ, 1999. - 266 с.

12. Шаймухаметова, Л. Н. Семантический анализ музыкальной темы / Л. Н. Шаймухаметова. - М.: РАМ им. Гнеси-ных, 1998. - 265 с.

13. Шостакович, Д. Д. Танцы кукол // Альбом пьес для детей [Ноты]: для фортепиано / Дмитрий Шостакович. - М.: Совет. композитор, 1954. - С. 12-39.

14. Эльконин, Д. Б. Психология игры / Д. Б. Эльконин. - М.: Педагогика, 1978. - 304 с.

Сдано 03.05.2012

111