«Я приехал сюда не ломать театр»

Художественный руководитель Михайловского театра Начо Дуато ответил на вопросы Татьяны Кузнецовой

Вы два месяца живете в Петербурге. Успели прочувствовать пресловутую атмосферу этого города?

Я работаю с полудня до позднего вечера. Почти никуда не выхожу. Но город очень сильный. Я читаю много русской литературы, поэзии, чтобы понять, что происходит вокруг. Думаю, хорошо бы в балете использовать стихи Цветаевой и музыку Рахманинова.

Это будет ваша следующая премьера?

Нет, в июне я поставлю небольшой балет на музыку Анджея Пануфника — есть у него замечательная вещь для струнного оркестра, слушаю ее все время с прошлого лета. Мне надо пожить с музыкой, прежде чем я начинаю ставить.

У вас с Михайловским театром долголетний контракт?

На пять лет. В балете невозможно сделать что-то важное за год или два, поэтому мы договаривались на долгий срок. Хотя я приехал сюда не ломать театр, я хочу только подтолкнуть его к каким-то изменениям. Но все понимают, что я могу уехать в любой момент, равно как и мистер Кехман в любой момент может попросить меня уехать. Думаю, решающим фактором будет публика — ее прием, ее реакция на мои балеты.

Как распределяются полномочия в театре между вами — художественным руководителем и Михаилом Мессерером, который остается главным балетмейстером до конца этого года?

Ну, я давненько его не видел, мы как-то особо не пересекаемся. Я думаю, что прежде всего он хороший педагог, прекраснейший учитель. Его "Лебединое озеро" очень неплохое, я смотрел его раз десять. Предложил Мессереру подучить основных танцоров — парня и девушку, теперь они у меня учатся. Я прослежу, чтобы поставленные им "Лауренсия" и "Лебединое озеро" были доведены до совершенства. А вообще-то репертуаром мы занимаемся с господином Кехманом — вместе решаем, что будет и как будет.

Текущие спектакли вы смотрите? Артистам делаете замечания?

Потихонечку въезжаю в репертуар, пока замечаний не так много. Я не хочу бросаться, как слон в посудную лавку. Но уже присмотрел новую пару для "Баядерки", для "Дон Кихота".

Правда, что Национальный театр танца Испании скоро потеряет права на ваши балеты?

Я оставил своей бывшей труппе права на год, чтобы она могла бы что-то танцевать, пока не появится новый репертуар — артисты же невиноваты в моем увольнении. Год кончается 11 июля.

Остается посочувствовать этуали Парижской оперы Хосе Мартинесу, который в это время возглавит компанию.

Он мне написал, что хотел бы сохранить кое-что из моих балетов. Я ему ответил: "Ни в коем случае". И никто не сможет изменить мое решение.

А если ваши недруги из минкульта Испании, которые не продлили ваш контракт, будут уволены и вас снова позовут на родину?

Я сейчас счастлив — у меня есть труппа, мне позволяют делать, что я хочу, создавать красивые вещи. И неважно, где это происходит — здесь, в Африке или в Токио. Главное, я работаю с отличными артистами и ничего другого мне не надо. Для меня прекраснейшие существа на земле — это танцовщики и лошади.

Кстати, что сталось с вашими лошадьми, оставшимися в Испании?

Пришлось их продать. Всех.