Политическое и правовое влияние Кадисских кортесов на движение декабристов в России

4

Испания и Россия: реальность и перспективы

[2, с. 841]. Позднее Филипп II перевез его тело в Мадрид и поместил в королевскую усыпальницу в Эскориале.

И все-таки в целом Карл V не выходил за рамки своей эпохи. В XVI веке кровавые методы управления были свойственны многим монархам. Для примера можно провести параллель с периодами правления европейских королей [См.: 1, с. 250-255; 11, с. 749; 12; 13] и царей Москвы [См.: 14]. Тираны и диктаторы боролись с духовными вождями Реформации в

Германии и Франции, государства преобразовывались в абсолютные монархии, создавая новые условия и методы управления. Несомненно, идеи объединения европейских государств рождались и развивались, проходя тяжелый путь формирования. В наше время совершенной формой объединения на демократических и гуманистических началах выступает Европейский союз. Идеи Карла V были в начале этого пути, закладывались основы европейской интеграции в политическом и правовом аспекте.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Fernando Garcia de Cortazar. Breve historia de España [Text] / Fernando Garcia de Cortazar, Jose Manuel González Vesga. — Alianza Ed., S.A., Madrid, 2004.

2. Manuel Fernandez Alvarez. Carlos V, el cesar y el hombre [Text] / Manuel Fernandez Alvarez. — Ed. Espasa Calpe, S.A., Madrid, 2006.

3. Морозов, М.А. Карл Пятый и его время [Текст] / М.А. Морозов. - М., 1894.

4. Котова, Е.В. Династия Габсбургов [Текст] / Е.В. Котова // Новая и новейшая история. — 1991. — № 4. — С. 37—41.

5. Денисенко, Н.П. Испанская монархия в последней трети XV — начале XVI в. [Текст] / Н.П. Денисенко. — Иваново, 1991.

6. Блок, М. Феодальное общество [Текст] / М. Блок. — М., 2003. — С. 360—380.

7. Historia de Granada [Text]. T. III. La Epoca Moderna. Siglos XVI—XVIII por Antonio Luis Cortes Pena y Bernard Vincent. — Granada., Ed. don Quijot, 1989. — Р. 80—100.

8. Diarmaid Mac Culloch. Die Reformation. 1490-1700 [Text] / Diarmaid Mac Culloch. - Deutsche Verlags-Anstalt. Munchen, 2008.

9. Смирин, М.М. Германия эпохи Реформации и Великой крестьянской войны [Текст] / М.М. Смирин. - М., 1962.

10. История Германии [Текст] / под ред. Б. Бон-веча, Ю.В. Галактионова. — Кемерово, 2005. — Т. 2. — С. 234-250.

11. The Pengvin Dictionary of British History [Text] / Ed. by Juliet Gardiner. - L., 2000.

12. Claude Wenzler. The Kings of France [Text] / Claude Wenzler. - Rennes: Ed. OUEST-FRANCE, 1995. - P. 26-30.

13. Chronology «Annuario Pontificio Vaticano» [Text]. Icinography of the Basilica of Saint Paul's Outside the Walls. - Rome, 2007.

14. Платонов, С.Ф. Полный курс лекций по русской истории [Текст] / С.Ф. Платонов. - СПб.: Кристалл, 2000. - С. 175-268.

УДК 323.001

Д.И. Кузнецов

ПОЛИТИЧЕСКОЕ И ПРАВОВОЕ ВЛИЯНИЕ КАДИССКИХ КОРТЕСОВ НА ДВИЖЕНИЕ ДЕКАБРИСТОВ В РОССИИ

В XIX веке проекты Конституции в России разрабатывались как на официальном уровне, так и в среде оппозиции. К наиболее известным документам можно отнести конституционные проекты декабристов. В этой связи особенно интересны работы П.И. Пестеля и Н.М. Муравьева, которые при разработке своих идей опирались на испанскую Конституцию 1812 года — важнейший акт, принятый Кадисскими кортесами.

Кортесами (от исп. cortes — дворы) в средневековых государствах Пиренейского полуострова называли региональные сословно-представи-тельные собрания, с начала XIX века — парламент. Впервые кортесы были созваны в Испании в 1137 году, и в них могли участвовать только дворяне и духовенство. Однако уже в 1188 году в кортесах получили представительства и отдельные горожане. Сначала кортесы в

Испании созывались для утверждения налогов и являлись органами, через которые городские советы и другие народные представительные учреждения осуществляли принадлежавшее им право петиции, причем результаты петиции целиком зависели от воли короля. В Арагоне и Каталонии в Средние века кортесы имели право представлять жалобы на должностных лиц. Появилось даже такое понятие, как «Арагонское право», так как в этом феодальном королевстве начиная с 1163 года стали собираться кортесы, основанные на принципе сословного представительства. В столице Арагонского королевства — Сарагосе устанавливался порядок, в соответствии с которым специальная комиссия, состоявшая из представителей от всех четырех партий кортесов и возглавляемая верховным судьей, следила за тем, чтобы скрепленные подписью короля записи обычаев рассматривались как Основной закон страны и никем не нарушались и не обходились вновь принятые законы. При этом следует отметить, что законы, принятые на кортесах по предложению короля, назывались конституциями (constituciones).

Кадисские кортесы впервые были созваны прогрессивными силами Испании 24 сентября

1810 года на острове Леон во время испанской революции 1808—1814 годов, а 20 февраля

1811 года окончательно переехали в Кадис, где успешно функционировали до 20 сентября 1813 года на небольшой испанской территории, не оккупированной войсками Наполеона. Кортесы приняли ряд решений, очень важных не только для испанского общества, но и для всего мира: ввели закон о равенстве между испанцами и латиноамериканцами, приняли закон о свободе слова и печати, закон об уничтожении сеньориальных прав и привилегий, а в феврале 1813 года издали законы, направленные против религиозных орденов, и упразднили испанскую инквизицию. После этого Кадисские кортесы приступили к конфискации и продаже церковных земель и к отмене ряда налогов, взимавшихся в пользу церкви, они ликвидировали цеха и гильдии и установили свободу торговли между метрополией и американскими колониями. И хотя Кадисские кортесы имели ярко выраженный демократический характер, на конфискацию земель светских феодалов и раздачу их крестьянам они не решились, хотя в кортесах было немало сторонников данной радикальной идеи.

Самым серьезным историческим актом Кадисских кортесов стало принятие Кадисской Конституции 1812 года, которая впоследствии оказала очень большое влияние на революционное движение в России в XIX веке, так как испанцы одни из первых сделали попытку сместить абсолютную монархию конституционным путем. Известно, что абсолютная власть в силу своей собственной независимости редко прислушивается к рекомендациям государственных совещательных органов и иногда даже принимает решения, подрывающие политические устои государства. Примеров такого характера в испанской истории во времена правления Карлоса IV можно найти сколько угодно. То же самое относится и к русскому абсолютизму Александра I, время правления которого совпало с принятием Кадисской Конституции. Любые попытки законным путем ограничивать непредсказуемость царской или королевской власти в обеих странах не приводили к успеху. Здесь можно вспомнить реформы основателя российской юридической науки и теоретического правоведения, крупного государственного и общественного деятеля России М.М. Сперанского, несколько лет работавшего совместно с Александром I над проектом российской Конституции, но в конечном итоге она так и не была принята, а Сперанский оказался в ссылке.

В конце XIX столетия знаменитый русский правовед профессор Санкт-Петербургского политехнического института В.М. Гессен абсолютно правильно сказал по этому поводу: «До тех пор, пока монарх может сказать о себе: „Государство — это я", науке государственного права нет и не может быть места». Правовым государством в строгом смысле Гессен признавал лишь то, в котором господствовал парламентский строй на началах последовательного демократизма. В своих работах ученый не раз упоминал и Кадисскую Конституцию. Гессен считал, что бюрократический строй, опирающийся на дисциплинированную армию и профессиональных чиновников, составляет теневую сторону всякого политического прогресса. Бюрократизация центра влечет за собой и бюрократическое омертвение местных органов власти. Это высказывание Гессена как никогда актуально для современной России.

Олигархический характер власти, всегда присущий бюрократии, был ярко выражен в

4-

России XIX века, но во времена правления императора Николая I это приобрело извращенные, даже карикатурные формы.

В России в первой половине XIX века многие прогрессивные люди выступали против абсолютной монархии и хотели ввести Конституцию наподобие Кадисской, которая предполагала значительное ограничение монархической власти и введение в стране конституционного контроля. Статья 160 Конституции 1812 года закрепляла за постоянными депутациями право следить за строгим соблюдением самой Конституции и других законов, а также давала право отчитываться о правонарушениях в самих кортесах.

В период своей работы Кадисские кортесы публиковали нормативно-правовые акты в форме декретов и «принимали приказы правительству», которые, будучи правоприменительными актами, в ряде случаев содержали нормы права. Глубокий анализ законотворчества кортесов показал, что вся работа собрания была направлена на радикальное изменение основ общественного и государственного строя, а политико-правовые отношения граждан и государства открывали дальнейшие пути для появления и развития конституционализма в Испании. Кортесами была осуществлена конституционная регламентация деятельности государственных органов, определены пути к осуществлению судебной реформы. В сфере экономики были проведены значительные преобразования, подкрепленные декретами, имеющими юридическую силу.

В работе Кадисских кортесов можно выделить два самых важных периода: первый — до-конституционный, т. е. период, связанный с разработкой и принятием Конституции, и второй — послеконституционный. Анализ законодательства Кадисских кортесов доконституци-онного периода позволяет сделать вывод, что, хотя депутаты в это время решали самые злободневные вопросы, связанные с войной с Наполеоном, они уделяли много внимания и конституционному праву, закладывая основу фундамента для принятия Конституции 1812 года — важнейшего акта, принятого Кадисскими кортесами.

Сформированная для выработки проекта Конституции комиссия представила на рассмотрение кортесов свои труды в августе 1811 года. Дискуссии и прения, длившиеся почти пять месяцев, завершились принятием 23 сентября 1812 года Основного закона Испании — Консти-

Испания и Россия: реальность и перспективы

туции 1812 года, состоявшей из 384 статей, объединенных в главы и десять разделов. В тексте Конституции предусматривалась сложная процедура внесения в нее изменений и дополнений, которая была определена в X, заключительном, разделе.

Кадисская Конституция оказала большое влияние на движение декабристов в России. Русские либералы, вдохновленные ее идеями, решили выработать свою собственную Конституцию, которую провозгласили бы Основным законом государства в случае победы восстания 14 декабря 1825 года на Сенатской площади в Санкт-Петербурге. По проекту П.И. Пестеля, руководителя Южного общества, Россия должна была стать демократической республикой. Вся полнота законодательной, судебной и административной власти передавалась выборным народным представителям. Пестель планировал ввести гражданское равноправие с предоставлением политических прав всем мужчинам, достигшим 20 лет. По его проекту, крупные помещичьи имения подлежали конфискации. Все граждане могли получить в пользование земельные наделы из особого государственного фонда, включавшего половину всех земель. Вторая половина земель могла быть продана или сдана в аренду. Таким образом, аграрный проект Пестеля подрывал основу феодализма — помещичье землевладение и открывал путь развитию буржуазной собственности на землю.

Н.М. Муравьев, член Верховной думы Северного общества, в отличие от Пестеля разработал проект конституционно-монархической программы. Его проект Конституции предусматривал ограничение власти императора Основным законом, в нем говорилось о необходимости избрания народных представителей в законодательные органы власти. Проект Конституции Муравьева начинается так:

«1. Русский народ, свободный и независимый, не есть и не может быть принадлежностью никакого лица и никакого семейства.

2. Источник верховной власти есть народ, которому принадлежит исключительное право делать основные постановления для самого себя» [1].

В это время в России люди, работающие по найму, совсем не пользовались политическими правами, а крестьяне-общинники могли посылать в избирательные собрания только одного выборщика от каждых 500 душ. Право прямого

участия в выборах получали владельцы собственности не менее чем на 500 рублей серебром. Еще более высокий имущественный ценз — до 30—60 тыс. рублей серебром — устанавливался для кандидатов на высшие выборные должности. Муравьев решительно потребовал освобождения крестьян от крепостной зависимости, но в отличие от Пестеля — без обеспечения их землей. По его проекту Конституции, помещичье землевладение сохранялось неприкосновенным.

Проекты Конституции Пестеля и Муравьева содержали требование ликвидации крепостного права и самодержавия, хотя по ряду других существенных вопросов серьезно расходились и были недостаточно последовательными, а иногда и просто противоречивыми. Но оба проекта основывались на многих идеях и положениях Ка-дисской Конституции 1812 года. Однако сословная ограниченность первых русских революционеров не могла не сказаться на принятии верной стратегии и тактики в деле военной революции. Представители и Южного, и Северного обществ единодушно считали, что свержение феодаль-

ного строя в России должно быть осуществлено только с помощью войск и полностью отвергали участие в этом процессе народных масс. Члены обоих обществ приводили в качестве аргументов примеры из истории, связанные с Французской революцией 1789 года, которая «началась чернью, и потому произошли все ужасные безначалия», и ставили в пример современникам «бескровную» революцию в Испании. Один из активных членов Южного общества М.П. Бестужев-Рюмин говорил: «Наша революция будет подобна революции испанской: она не будет стоить ни одной капли крови, ибо произведется одною армиею, без участия народа» [2, с. 49].

Современные исследования историков юриспруденции показали, что испанская Конституция 1812 года произвела на Европу неизгладимое впечатление и стала не только началом политической эволюции в истории становления конституционного права в Испании — ее по праву можно назвать точкой отсчета истории либерального конституционализма XIX века как в Западной и Восточной Европе, Латинской Америке, так и в России.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Алексеева, Т.А. Политическая конституция ис- 2. Мясников, А.Л. Путеводитель по русской ис-

панской монархии, 1812 год [Текст] / Т.А. Алексеева // тории [Текст]. Кн. 3-я. Золотой век Российской им-Правоведение. - 2002. - № 2 (241). - С. 175-186. перии / А.Л. Мясников. - М.: Вече, 2011.

УДК 008:947(075.8)К.90

Н.В. Рудская

ИСПАНЦЫ И РУССКИЕ В КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОЙ КОНЦЕПЦИИ

ВАЛЬТЕРА ШУБАРТА

В перекрестный год Испании в России и России в Испании (2011) в мае - июне в Санкт-Петербургском государственном политехническом университете прошел целый ряд интереснейших мероприятий: конференции, семинары и т. д. Эти встречи выявили уверенную тенденцию к расширению межкультурных связей между нашим университетом и многими университетами Испании. Поэтому, прежде чем перейти непосредственно к культурологической концепции Вальтера Шубарта, считаем необхо-

димым объяснить, почему именно «испанская тема» в русской культуре видится сегодня столь интересной и значимой.

Как известно, диалог культур подразумевает непременно взаимообогащающий интерес и постоянное взаимодействие культурных миров, «каждый из которых свои смысловые глубины, свою уникальность и самотождественность обнаруживает и раскрывает в зоне коммуникации и взаимосоотнесения ценностей, норм, значений, мировоззрений, способов постижения