Вред, причиненный ресурсам традиционного природопользования, и его экономическая оценка

Для цитирования: Логинов В. Г., Игнатьева М. Н., Балашенко В. В. Вред, причиненный ресурсам традиционного природопользования, и его экономическая оценка // Экономика региона. — 2017. — Т. 13, вып. 2. — С. 396-409 doi 10.17059/2017-2-6 УДК 338.14: 502.335.

В. Г. Логинов а), М. Н. Игнатьева а б), В. В. Балашенко а)

а) Институт экономики УрО РАН

ВРЕД, ПРИЧИНЕННЫЙ РЕСУРСАМ ТРАДИЦИОННОГО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ, И ЕГО ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА 1

Ямальский район, занимающий пятую часть площади ЯНАО, является одной из основных территорий развития традиционного природопользования, главные отрасли которого представлены оленеводством и рыболовством. Здесь наиболее остры проблемы развития отраслей в связи с активным промышленным и транспортным освоением тундровой зоны, деградацией пастбищ, связанной с их перевыпасом из-за неконтролируемого увеличения поголовья, браконьерским выловом рыбы. На территории Ямальского района негативное воздействие на почвенно-растительный покров оказывают два антропогенных фактора: оленеводство как основная традиционная форма природопользования коренных малочисленных народов Севера и интенсивное техногенное освоение территории (геологоразведка, промышленность, транспорт, строительство). Поскольку выпас производится на всей территории полуострова Ямал, не занятой промзонами, он является наиболее широкомасштабной формой использования природных ресурсов и ведущим фактором антропогенного воздействия на природно-территориальные комплексы Ямала. Первопричиной снижения рыбных ресурсов является нарушение экосистемного воспроизводства рыбных ресурсов в связи с их избыточным выловом, одной из основных причин которого является браконьерский промысел. В свою очередь, масштабы избыточного вылова в связи с ростом численности населения, в том числе коренных малочисленных народов Севера, и увеличением плотности дорожной сети, обеспечивающей доступ к местам промысла, с каждым годом возрастают. В статье предлагаются методические подходы к оценке экономического ущерба, обусловленного причинением вреда пастбищным ресурсам, и обоснован размер компенсации, возмещающей потери, возникающие при их порче, которые учитывают снижение продуктивности земельных угодий и период восстановления хозяйственно-биологического потенциала пастбищ за соответствующие периоды лет (компенсация экономического ущерба). Оценка экономического ущерба рыбным ресурсам предполагает учет снижения их экономической ценности, при детализации расчета предусматривает использование уточненного популя-ционно-биологического подхода. Приведены примеры апробации методических рекомендаций.

Ключевые слова: арктическая территория, промышленное освоение, природно-ресурсный потенциал, традиционные отрасли хозяйства, оленеводство, оленьи пастбища, рыболовство, квота, коренные малочисленные народы Севера, экономический ущерб

Введение

Среди арктических территорий в последние годы наиболее инвестиционно привлекательной является полуостров Ямал, пристальное внимание к которому вызвано наличием здесь крупных запасов углеводородов и необходимостью компенсации падения объемов добычи газа на старых месторождениях в Надым-Пур-Тазовском районе ЯНАО за счет ввода новых месторождений.

В административном плане полуостров Ямал относится к одноименному муниципаль-

1 © Логинов В. Г., Игнатьева М. Н., Балашенко В. В. Текст. 2017.

ному району — наиболее экстремальной в природно-климатическом отношении территории ЯНАО. Располагаясь за Полярным кругом, Ямальский район является вторым по площади муниципальным образованием ЯНАО (148 тыс. км2). Экстремальность природной среды обусловлена его положением в высоких широтах с холодной продолжительной зимой с длительным залеганием снежного покрова (более 260 дней), с коротким прохладным летом, небольшим количеством осадков и с частой изменчивостью погоды. Характерной особенностью являются активная циклоническая деятельность, с которой связаны сильные ветры, метели (более 100 дней в году). Выположенный низменный рельеф с высотами до 70 м при высокой

заболоченности (17,0 %) и обводенности (озера и реки занимают 17,5 %) территории и сплошного распространения многолетней мерзлоты затрудняют дренаж. Все это наряду с низкими температурами обусловливает низкую способность почвы и воды к самоочищению и повышенную чувствительность ландшафтов к природным и антропогенным воздействиям. Повсеместно представленные растительные тундровые сообщества обладают высокой кормовой ценностью и являются естественной базой развития оленеводческой отрасли, широкие возможности имеются для сбора дикоро-сов, охотничьего промысла и рыболовства. Все это в совокупности составляет полноценный комплекс традиционного природопользования проживающих здесь коренных малочисленных народов Севера (КМНС) с круглогодичным или сезонным использованием возобновимых природных ресурсов.

Набирающий высокие темпы процесс промышленного освоения обусловил противоречие между техногенными и традиционными отраслями экономики в части использования природно-ресурсного потенциала, выражающееся в причинении вреда оленьим пастбищам и речным экосистемам и нанесении прямого и косвенного экономического ущерба ведущим отраслям традиционного сектора хозяйства. Экстенсивный и сезонный характер ведения этих отраслей требует для их производственной деятельности обширных площадей и постоянного воспроизводства возобновимых ресурсов, что обусловливает их постоянное пересечение с интенсивно развивающимся индустриальным сектором. Нарастающие темпы роста численности коренных малочисленных народов Севера обусловили появление дополнительных проблем в развитии традиционного

природопользования, усугубляющих выше названные противоречия.

Состояние и проблемы развития традиционного сектора

Оленеводство. По статистическим данным, до середины 1960-х гг. поголовье оленей в районе немногим превышало 100 тыс. голов (максимальное — 142,9 в 1940 г., минимальное — 76,9 тыс. голов в 1950 г.). Это обеспечивало сохранность оленьих пастбищ и их надлежащее состояние, которые в структуре земельных угодий представляют особую ценность, занимая около двух третей территории муниципального района. С 1990-х гг. идет рост поголовья, резко усилившийся со второго пятилетия 2000-х гг. В 2010 г. поголовье оленей на полуострове более чем в 4 раза превысило оленеем-кость, определенную еще в 1960-е гг. в соответствии с нормой пастбищеобеспечения 1 оленя в тундровой зоне (табл. 1).

В этом отношении в Ямальском районе самое неблагополучное положение с обеспечением пастбищными ресурсами из-за чрезмерного размера численности стада. На его долю приходится одна пятая часть пастбищных ресурсов при 40 % доле поголовья оленей ЯНАО. Росту поголовья оленей, обусловившему перевыпас, способствуют как объективные, так и субъективные причины.

Первая объективная причина — рост численности кочующего населения, преимущественно ненцев. Сопоставление динамики роста номадного населения и поголовья оленей показывает, что они между собой связаны ко-реляционной зависимостью (табл. 2).

Несмотря на то, что проблеме регулирования численности стада в администрации Ямало-Ненецкого автономного округа и Ямальского

Таблица 1

Динамика поголовья оленей в Ямальском районе

Год Площадь, тыс. га Оленеемкость, гол. Количество оленей, гол. Площадь пастбищ на 1 оленя, га Переизбыток оленей, гол.

1933* 10300 160 000 100000 103 нет

1963 10294,0 77400 107500 96 30100

1990 9632,7 109365 177401 54 68036

2004 10601,6 109365 221329 48 111964

2010 10600,0 109365 290636 36,5 181271

2010** 9850,0 101631** 300000*** <26 278377

Рассчитано по [1, с. 174; 2, с. 37; 3], а также по данным Сборника федеральных нормативных правовых актов Ямало-Ненецкого автономного округа в области гарантий прав коренных малочисленных народов Севера (изд. 2-е. Салехард, 2010. 288 с, с. 170).

* Данные В. Н. Андреева (прив. по [3, с. 235-249]).

** Без деградированных в результате перевыпаса и техногенного воздействия пастбищ. *** Оценка.

Рассчитано по данным Ямалстата и источникам (см. Доклад о социально-экономической ситуации муниципального образования Ямальский район за 2014 год. Яр-Сале, 2015. О рассмотрении прогноза социально-экономического развития муниципального образования Ямальский район на 2016-2018 годы [Электронный ресурс]. URL: https:// docviewer.yandex.ru/?url=http%3A%2F%2Fmo-yamal.ru%2Fload_center%2FNB%2F2015 %2F3017.docx&name=3017. docx&lang=ru&c=5803af5e4b6f (дата обращения 18.02.2017 г.); Доклад о социально-экономической ситуации муниципального образования Ямальский район за 2015 год. Яр-Сале, 2016. 103 с.).

Примечание: Снижение удельных показателей в 2015 г. обусловлено значительным уменьшением общего поголовья оленей, обусловленное сложными природно-климатическими условиями.

Таблица 3

Динамика поголовья оленей Ямальского района, голов, на 1 января

Таблица 2

Динамика численности кочующего населения и поголовья оленей и удельных показателей, голов / 1 чел

/ одно хозяйство

Год Поголовье, гол. Кол-во хозяйств, ед. Население, чел. Кол-во оленей, голов Кол-во человек, приходящихся на одно хозяйство

на 1 чел. на одно х-во

1987 151500 669 3456 44 226 5,1

1997 197077 911 5074 39 216 5,5

2001 205774 950 5111 40 216 5,4

2004 221320 964 5199 43 230 5,3

2006 191191 976 5278 36 196 5,4

2007 270889 971 5287 51 279 5,5

2008 276255 1004 5496 50 275 5,5

2010 290636 1031 5747 51 282 5,5

2012 277129 1048 5664 49 264 5,4

2014 293589 1175 5827 50 250 5,0

2015 234790 1210 5876 40 194 4,9

2016 254544 1207 5735 44 211 4,8

Год Всего В том числе: Уд. вес хозяйств населения, %

с/х предприятия х-ва населения*

1959 102200 71800 30400 29,7

1970 128729 79924 48805 37,9

1986 151500 84900 66600 44,0

1991 175321 78064 97257 55,5

1996 186930 67389 119541 63,9

2001 205774 61388 144386 70,2

2006 191191 81564 109627 57,3

2007 270889 95908 174981 64,6

2008 276255 135260 140995 51,0

2009 287052 156171 130881 45,6

2010 290636 164230 125867 43,3

2011 281596 165256 116340 41,3

2012 277129 164515 136786 40,6

2013 284157 168758 113619 40,6

2014 293589 184416 109173 37,2

2015 234790 152586 82204 35,0

2016 254544 159261 95283 37,5

Рассчитано по данным Ямалстата.

* вместе с крестьянскими (фермерскими) хозяйствами и индивидуальными предпринимателями.

муниципального района уделяется значительное внимание вопросы по снижению поголовья остаются пока нерешенными. Наоборот, в Ямальском районе, за исключением отдельных лет, наблюдается постоянный рост общей численности поголовья (табл. 3) как в личных, так

и в общественных хозяйствах с некоторыми изменениями в соотношении между ними.

Второй объективной причиной, стимулирующей рост поголовья, является промыш-ленно-транспортное освоение территории Ямальского района, в связи с которым числен-

ность работающих с 2008 г. по 2015 г. выросла в 2,8 раза при увеличении их в базовых и инфраструктурных отраслях — в 3,7 раза (соответственно в 2,6 и 4). Следует отметить, что данный процесс идет при стабильной численности постоянного населения за счет привлечения рабочей силы из других регионов. В результате количество работающих в Ямальском районе было выше в 2015 г. в 1,7, а в 2016 г. (9 мес.) — в 2,2 раза постоянно проживающих. При этом местный трудовой потенциал, представленный в значительной степени лицами коренных этносов, задействован в основном в традиционных отраслях и в сфере обслуживания. Увеличение численности пришлого временно проживающего населения, с одной стороны, расширяет рынок сбыта традиционной продукции (главным образом оленины и рыбы) коренного населения за счет осуществления прямых торговых сделок с потребителями-вахтовиками. С другой стороны, обусловливает социальные и экологические проблемы, связанные с повышением антропогенного воздействия на природную среду и возросшим спросом на деликатесные виды рыб, запасы и квоты вылова которых ограничены.

Существует и еще одна объективная причина — субсидии из регионального бюджета на накопление «живого капитала», которые способствуют не только сохранению, но и увеличению поголовья за счет увеличения частных стад, и в то же время приводят к снижению товарности отрасли. К сожалению, выделяемые субсидии от государства, Газпрома и администрации округа направлены, прежде всего, на создание условий для увеличения численности оленей. Финансовая поддержка из всех уровней бюджета в общих доходах муниципальных оленеводческих предприятий составляет более 70 %. Помимо этого, лицам, ведущим кочевой образ жизни, предоставляются меры социальной поддержки в размере 2000 руб.; полукочевой образ жизни — 600 руб. В последние годы, чтобы снизить перегрузку пастбищ, дотации выделяются не только на голову оленя, что автоматически приводило к росту поголовья, но и на оленину в размере 110 руб/кг при закупочной цене 180 руб/кг (в общей структуре дотаций на их долю приходится 42 %). Это стимулирует увеличение заготовок мяса, а следовательно, увеличение забоя животных и повышение товарности отрасли. Этому способствует также проводимая администрацией автономного округа политика на создание предприятий по переработке оленины.

В настоящее время в Ямальском районе действуют 3 комплекса по переработке оленины. Убойная кампания в округе длится три месяца с октября по декабрь. По данным за 20132015 гг. предприятия были загружены 78,9 % от их потенциальной мощности, при объеме холодильного оборудования 800 т, что в 2,7 раза меньше заготавливаемого объема мясной продукции. Основным товаром переработки является мясо, так как на убойных комплексах отсутствует специализированное оборудование, необходимое для консервирования шкур, а также отбору и хранению ЭФС (эндокринно-ферментного сырья) — продукции с высокой добавленной стоимостью. Однако указанные меры не смогли остановить рост поголовья.

Субъективная причина наращивания «живого капитала» связана с исторически сложившимся менталитетом ненцев. Для этой части населения района рост поголовья оленей является основным показателем уровня благосостояния. При этом продукция отрасли направляется в основном на удовлетворение собственных потребностей оленеводческих семей, и лишь незначительное количество реализуется на рынке для закупа необходимых промышленных товаров и продуктов питания. В создавшихся с начала рыночных реформ в сознании аборигенного населения произошел перекос в отношении развития оленеводства, в результате которого начался рост поголовья оленей без учета кормовых ресурсов пастбищ. Емкость среды, сдерживающая рост численности оленей, перестала быть для ненцев значимым фактором. Они не хотят замечать, что при постоянном росте численности оленей площади пастбищ постепенно сокращаются, а оставшиеся испытывают все возрастающие нагрузки и деградируют [4].

Имеющийся исторический опыт развития товарного оленеводства у коми-зырян, отмеченный еще А. А. Дуниным-Горкавичем [5] в конце позапрошлого столетия, с содержанием небольших стад (500 голов) и ежегодным забоем 20 % животных, позволяющим сохранить постоянное воспроизводство оленей на одном уровне, также вряд ли может быть использован в связи с особенностями менталитета ненцев.

Сохранение и развитие оленеводства предполагает качественное состояние и развитие трех равнозначных компонентов: пастбище — олень — оленевод. Основополагающими здесь являются сохранение соответствия поголовья кормовой базе и обеспечение своевременного воспроизводства рабочей силы. В настоящее время чрезмерное поголовье оленей обусло-

вило деградацию пастбищ в пределах рассматриваемой территории. Подтверждением чему служат примеры из мировой и отечественной практики [6-14].

К этому следует добавить активно идущее промышленное освоение и строительство объектов инфраструктуры, что также связано с изъятием и нарушением оленьих пастбищ.

Общая площадь техногенно нарушенных земель составляет на полуострове около 200 тыс. га1, или менее 2 % от общей площади оленьих пастбищ Ямала. Оно оказывает пока точечное и локальное воздействие. Однако изъятие части пастбищ увеличивает нагрузку на соседние территории из-за увеличения на них выпаса, тем самым ускоряя их деградацию. Строительство транспортных коммуникаций, пересекающих традиционные маршруты кас-лания, создает сложности для перемещения стад при смене пастбищ [15].

Экспликация имеющихся и проектируемых объектов газовой отрасли показывает, что газовики в первую очередь осваивают возвышенные, хорошо дренированные участки тундры с потенциальными возможностями для развития транспортной сети. Подобные места давно освоены оленеводами по этим же причинам, и в структуре землепользования они играют зачастую ключевую роль (отельные пастбища, подходы к переправам). Проблема отчуждения пастбищ усугубляется тем, что в результате промышленного освоения непригодным становится не только участок отвода, но и прилегающая местность. «Косвенное экологическое воздействие от размещения индустриального объекта в большинстве случаев значительнее, чем прямой ущерб от его деятельности» [16, с. 124]. Кроме того, с расширением зоны промышленно-транспортного освоения территории площадь техногенно нарушенных земель будет возрастать [4]. Так, за период с 2008 г. по 2015 г. количество объектов, загрязняющих воздух, увеличилось с 8 до 28, а имеющих стационарные источники загрязнения атмосферного воздуха выросло до 2471 ед., выброс загрязняющих веществ увеличился с 1,7 до 33,25 тыс. т, или в 19,6 раза2.

1 По статистическим данным — форма 22-2 экспликации земель (2013 г.), площадь нарушенных земель составляет 10,2 тыс. га, в т. ч. 6,3 тыс. га земель сельскохозяйственного назначения. Но кроме них 250,1 тыс. га приходится на площадь песков, значительная часть которых образовалась при деградации оленьих пастбищ.

2 Об экологической ситуации в Ямало-Ненецком автономном округе в 2015 году. Доклад. Салехард, 2016. С. 38.

Таким образом, оленеводство как основная традиционная форма природопользования КМНС и интенсивное промышленно-транс-портное освоение территории Ямальского района являются основными антропогенными факторами, оказывающими негативное воздействие на экосистемы полуострова. Все это требует создания соответствующих институциональных условий для обеспечения компромисса в развитии традиционных и техногенных отраслей [17].

Поскольку выпас производится на всей территории полуострова Ямал, не занятой пром-зонами, он является наиболее широкомасштабной формой использования природных ресурсов и ведущим фактором антропогенного воздействия на природно-территориальные комплексы Ямала. Потери пастбищных площадей от перегрузки пастбищ оленями и активизации дефляционных процессов в настоящее время превосходят потери пастбищ от промышленного освоения полуострова минимум в 3 раза. Безвозвратная утрата пастбищных угодий в процессе формирования песчаных обнажений более чем в 20 раза превышает такие потери от строительства Бованенковского НГКМ. Кроме того, высокие пастбищные нагрузки привели к снижению запасов зеленых кормов на площади в несколько миллионов гектаров. Восстановление выбитых пастбищ будет проходить несколько десятилетий. Такова цена высокого поголовья оленей [4]. Существующие пастбищные нагрузки крайне высоки и опасны для тундровой зоны, а выпас оленей уже играет роль широкомасштабного дестабилизирующего фактора природно-тер-риториальных комплексов. Деградации подвержены даже пастбища, которые не тронуты промышленным освоением.

Рыболовство. Рыболовство представляет собой приоритетное направление традиционного природопользования как в ЯНАО, так и в Ямальском районе. В речных водоемах и озерах в первый год создания округа (1931 г.) было добыто 5,7 тыс. т рыбы, в 1940 г. — 10 тыс. т, в 1950 г. — 8,5, а в 1960 г. улов достиг рекордных величин — 17,4 тыс. т, что было обусловлено расширением промыслового освоения территории и усилением интенсивности лова. К концу 1960-х гг. значительно уменьшилась численность нерестовых стад [18, с. 148150]. Последовал запрет тралового лова рыб в Обской губе, и основное количество рыбы стали вылавливать в пойме Оби. К концу 1970-х гг. численность сиговых рыб стала восстанавливаться, и в 1980-е гг. общий вылов сиговых

Примечания: в квотах 2010 г. дополнительно учитывались стерлядь — 0,95 т, муксун 312,37 т (реки), голец 9,98 т (озера); в квотах 2012 г. — стерлядь — 0,99 т, голец — 0,92 т, муксун 194,3 т (реки), голец — 7,98 т (озера).

Рассчитано по данным: О состоянии окружающей среды в Ямало-Ненецком автономном округе в 2010 г. Доклад. Салехард, 2011. С. 133-134; О состоянии окружающей среды в Ямало-Ненецком автономном округе в 2012 г. Доклад. Салехард, 2013. С. 117-119; Приложения 1 и 2 к приказам о квотах в ЯНАО № 1542 от 23.12.2014 г. и № 896 от 16.12.2015 г.

Таблица 4

Динамика промышленных квот на рыбу, т

Год Вид рыб

Нельма Чир Пыжьян Омуль Пелядь Тугун Итого

2010 195,79 561,78 1117,35 214,03 1694,35 0,965 4107,560

2012 229,36 253,39 657,14 99,74 1264,69 0,97 5138,745

2015 9,458 236,155 612,926 97,740 831,539 2,075 1789,893

2016 — 253,72 680,802 92,869 1022,399 2,775 2052,565

Таблица 5

Динамика квот для осуществления традиционного рыболовства, т

Год Вид рыб

Муксун Нельма Чир Пыжьян Пелядь Омуль Итого

2009 6 5 20 30 30 3 94

2010 16 15 20 30 30 10 121

2011 16 25 20 30 30 10 131

2012 16 25 20 30 30 10 131

2013 16 25 20 30 30 10 131

2015 — 27 21 31 28 12 119

рыб увеличился, однако с середины 1990-х гг. вновь последовало снижение их улова, связанное с уменьшением рыбных ресурсов и соответствующих квот на вылов, в т. ч. для КМНС. Параллельно со снижением рыбных запасов снижаются и квоты добычи водных биологических ресурсов для промышленного промысла (табл. 4).

Наблюдается снижение квот и для коренных малочисленных народов Севера (КМНС) по ценным видам рыб (табл. 5).

В Ямальском районе, где проживает около трети КМНС ЯНАО, квоты на сиговые рыбы составили 65,1 т, вместе с ряпушкой — 538,1 т, или 23,7 кг/чел в год, что ниже их среднегодового душевого потребления рыбной продукции.

Однако ни снижение квот, ни вводимые запреты на вылов, ни штрафные санкции не привели к увеличению в водоемах количества ценной рыбы. Ее доля в общем улове неуклонно падает, а так называемой черной рыбы год от года возрастает. Первопричиной снижения рыбных ресурсов большинство исследователей, мнения которых поддерживают и авторы, считают нарушение экосистемного воспроизводства рыбных ресурсов в связи с их избыточным выловом ([19-20] и др.). В свою очередь, одной из основных причин избыточного вылова является браконьерский промысел, масштабы которого в связи с ростом численности населения, в том числе КМНС, и увеличением

плотности дорожной сети, обеспечивающей доступ к местам промысла, с каждым годом возрастают. При этом основной целью браконьеров является вылов ценных видов сиговых рыб. Численность стада сиговых рыб подвержена не только прямому, но и косвенному воздействию промышленного лова рыбы, приводящему к нежелательным последствиям. В частности, отмечается отрицательное воздействие отдельных орудий ловли, таких как мелкоячеистые сети, на состояние производителей сиговых в период их миграции и массового размножения. Не следует сбрасывать со счетов и возможное загрязнение нерестовых водоемов Нижней Оби. В отличие от Средней Оби, где существенной причиной снижения уловов является загрязнение, здесь все ущербы пока относятся к восстановимым.

Исследование причин браконьерства предопределило обращение к информации о численности население автономного округа. Согласно статистике, наблюдается быстрый рост постоянного населения Ямало-Ненецкого автономного округа: с 62,3 тыс. чел. в 1959 г. до 494,8 тыс. чел. в 1989 г. и до 540 тыс. чел. в 2015 г., то есть в 8,7 раза. При установленной годовой норме потребления рыбы 18,6 кг на чел., чтобы удовлетворить потребности населения ЯНАО, необходимо 10 тыс. т, что выше среднегодовых уловов последних лет. За этот же период почти в три раза выросла численность

КМНС, являющихся одним из основных потребителей рыбной продукции (годовая среднедушевая потребность 40 кг). Даже у кочевых ненцев рыба составляет основу их пищевого рациона [21]. В то же время квотирование вылова рыбы для КМНС, особенно сиговых, с каждым годом снижается. В этих условиях браконьерство становится способом добычи пропитания. Это подтверждается и результатами масштабного анкетирования, проведенного на Дальнем Востоке в отношении браконьерства, согласно результатам которого 38,5 % опрошенных считают основным видом браконьерства нужду [22]. По данным Федеральной службы государственной статистики1, у 20 % браконьеров доход ниже прожиточного минимума, среди КМНС этот показатель еще ниже — среднедушевой валовый доход на 1 домашнее хозяйство в 2009 г. составлял 84 % от прожиточного минимума), то есть, по сути дела, браконьерством занимаются и коренные малочисленные народы Севера, осуществляя перелов ценных сиговых рыб и игнорируя ограничения на вылов рыбы в Обской, Тазовской, Гыданской, Байдарацкой и Юрацкой губах [24].

Немалую угрозу для воспроизводства рыбных ресурсов Нижней Оби представляет освоение Тамбейского, Крузенштерновского и Новопортовского месторождений. Опыт освоения Бованенского месторождения свидетельствует о бесконтрольном вылове сиговых работниками промышленных объектов и браконьерами. При развитии событий по тому же сценарию, что на Бованенском ГКМ, популяции сиговых могут быть доведены до полного исчезновения. Не меньшую опасность представляет и строительство порта Сабетта [24], для подхода к терминалу которого необходим углубленный канал длиной около 4 км. Его углубление может принести значительный ущерб кормовой базе вследствие уменьшения ихтиомассы и стадам сиговых рыб в местах их зимовки. Возникает и еще одна угроза, связанная с эксплуатацией нефтегазовых ресурсов в районе Мыса Каменный. Вполне вероятным становится воздействие загрязнения на ихтиофауну бассейна, которое выражается не только в уменьшении численности рыб, но и в снижении их весового роста, что также влияет на ве-

1 Рассчитано по: Основные показатели бюджетов домашних хозяйств в районах проживания коренных малочисленных народов Севера // Экономические и социальные показатели районов проживания коренных малочисленных народов Севера. 2010 год [Электронный ресурс]. URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b10_23/Main.htm (дата обращения 24.03.2017 г.).

личину улова [25, с. 3-12]. Особую опасность для рыбных особей представляют аварийные разливы нефти, загрязняющие большие пространства за короткие периоды времени. Площадь загрязнения при растекании только 1 т нефти составляет 20-30 км [26].

Экологическим последствием, обусловленным систематическим переловом сиговых рыб, является на сегодня невозможность восстановления их численности естественным путем. Как считают специалисты, требуется искусственное воспроизводство — выпуск молоди муксуна в количестве 0,5 млрд особей ежегодно помимо мальков других видов сиговых рыб. Предполагается, что завод по разведению рыбы, который строится в п. Харп (Приуральский район ЯНАО) и должен быть введен в эксплуатацию в конце 2016 г., будет производить 110 млн мальков, в том числе 60 млн мальков пеляди и по 20 млн муксуна и чира. В результате ситуация с воспроизводством сиговых рыб улучшится, но окончательно проблема не решится.

Экономическая оценка вреда, причиняемого ресурсам традиционного природопользования, может быть выполнена с помощью предлагаемых авторами методических рекомендаций.

Методические рекомендации по оценке экономического ущерба, обусловленного причинением вреда ресурсам традиционного природопользования

Согласно предлагаемому методическому подходу2, оценки экономического ущерба, обусловленного причинением вреда оленьим пастбищам, размеры убытков и потерь, должны устанавливаться в составе землеустроительной документации (проекта землеустройства или землеустроительного дела), при ухудшении качества пастбищных земель (деградации при 4 степенях воздействия) — по результатам специальных обследований, проведенных по инициативе органов государственной власти, органов местного самоуправления.

Различают несколько степеней нарушенно-сти пастбищ при их перевыпасе:

2 Об утверждении методики исчисления размера убытков, причиненных объединениям коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации в результате хозяйственной и иной деятельности организаций всех форм собственности и физических лиц в местах традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Российской Федерации. Приказ Минрегиона РФ от 09.12.2009 № 565.

— слабое: механическое нарушение растительного покрова и почв не превышают 10 % площади пастбищ; превышение оленеемкости пастбищ до 1,1 раза (Кпо < 1,1 раза);

— умеренное: механическое нарушение растительного покрова и почв не превышают 1125 % площади пастбищ; суточный рацион выпаса оленей нарушен; превышение оленеемко-сти пастбищ в 1,4 и более раза (Кпо — 1,4-1,8);

— среднее: механическое нарушение растительного покрова и почв не превышают 2645 % площади пастбищ; суточный рацион выпаса оленей нарушен; превышение оленеемко-сти пастбищ в 1,8 и более раза (Кпо — 1,8-2,2);

— сильное: механическое нарушение растительного покрова и почв не превышают 4670 % площади пастбищ; суточный рацион выпаса оленей значительно нарушен; превышение оленеемкости пастбищ в 2,2 и более раза

(Кпо — 2^-2,9);

— катастрофическое: механическое нарушение растительного покрова и почв превышает 70 % площади пастбищ; превышение оленеемкости пастбищ в 3 и более раза (Кпо > 3 раза).

Научно обоснованная годовая оленеем-кость 1 га пастбищ (годовой хозяйственно-биологический потенциал) для условий ЯНАО составляет 0,014-0,033 оленей/год/га (в среднем 0,023 [27].

Период восстановления нарушенного хозяйственно-биологического потенциала при слабом воздействии равняется 1-5 годам, при умеренном — 6-10 годам; при сильном — до 25 лет, при катастрофическом нарушенный хозяйственно-биологический потенциал не восстанавливается (в настоящее время 583 тыс. га пастбищ безвозвратно потеряно).

Методический подход к определению экономического ущерба от деградации земель предполагает его оценку с учетом упущенной выгоды. Убытки, возникающие при деградации почв, складываются из упущенной выгоды, величина которой определяется на основе величины валового годового дохода [28], получаемого пользователем земель с 1 га угодий, и потери дикоросов. В авторском подходе, в отличие от общепринятого, при определении экономического ущерба предлагается обращение к статистике за 4-5 лет в целях сбалансированности влияния климатического фактора и соответственного изменения величины оленеемкости.

Расчетный годовой валовой доход (До) определяется как разность стоимости валовой продукции отраслей традиционной хозяйствен-

ной деятельности и материально-технических затрат на их ведение.

Уо = [(До Х 5п Х Но) / Кпо - (До Х 5п Х Но)Т +

+ [

где До — средний годовой валовой доход от продукции оленеводства, руб/оленя; 5п — площадь пастбищ, га; Но — нормативная олене-емкость пастбищ, оленей/га; Кпо — коэффициент превышения оленеемкости пастбищ; Дд — средний годовой валовый доход от сбора и реализации дикоросов, руб/га; Кп — коэффициент площади проективного покрытия; Кс — коэффициент площади сбора; Кн — коэффициент нарушенности земельных угодий; Т — период восстановления, лет.

Модельный пример расчета экономического ущерба при нарушении нормативной оленеемкости пастбищ. Хозяйство (частное, общественное) превысило научно обоснованную оленеемкость пастбищ (Кпо = 1,5). Обследованием установлено умеренное нарушение почвенного покрова на площади 100 га с периодом восстановления 6 лет, в течение которого нарушенные участки пастбищ не используются. Средний годовой валовой доход принимается в размере 25 % от стоимости продукции оленеводства с учетом всех частей оленя [29]:

14600 руб. X 0,25 = 3650 руб/оленя.

На примере кустарниково-мохо-лишайни-ковых тундр доход от сбора и реализации дикоросов в работе [30] по расчетам составляет 4600 руб./ га (52 % от стоимости продукции), коэффициент площади проективного покрытия составляет 0,25, коэффициент площади сбора — 0,12 ед., коэффициент нарушенности земельных угодий — 0,26.

Уо = [(3650 X 100 X 0,023)/1,5 - (3650 X 100 X X 0,023)] X 6 + [(4600 X 0,25 X 0,12 X 100 X 0,26) -- (4600 X 0,25 X 0,12 X 100)] X 6 = -78061,8 руб.

Истощение рыбных ресурсов и снижение их экономической ценности формируют экономический ущерб, как у предприятий, занимающихся добычей и переработкой рыбных ресурсов, так и у КМНС. Укрупненный расчет экономического ущерба (Ур) предполагает обращение к оценке ценности /-го вида рыбных ресурсов.

Ур = £(Ц - З/ИВй XК1)] -

1=1

- В

1=1

где Ц — цена /-го вида рыбных ресурсов, руб/кг; З; — затраты на заготовку /-го вида рыбных ресурсов, руб/кг; В;1 — вылов /-го вида рыбных ресурсов в расчетном году с учетом квот, кг; В/2 — вылов /-го вида рыбных ресурсов в сравниваемом периоде, кгК — доля ценных пород рыб в улове расчетного года, доля ед.; К2 — средняя доля ценных пород рыб в сравниваемом периоде, доля ед.

Модельный пример расчета экономического ущерба при браконьерском вылове по ценности видового состава рыб. Вылов осуществляется из замкнутых водоемов и речных систем. Квота на вылов усредненно составляет 0,2 ед. и учтена в общем вылове (материалы рыбохозяйственного совета ЯНАО). Квота распределяется по видам рыб и по рыбодобы-вающим предприятиям. Видовой состав улова и динамика вылова за 11 лет приведены в таблице 6.

Усредненная цена рыбной продукции ценных видов — 530 руб/кг, частиковых видов — 80 руб/кг. Затраты на заготовку рыбной продукции ценных видов — 230 руб/кг, частиковых видов — 63 руб/кг. Средний вылов /-го вида рыбных ресурсов и средняя доля ценных пород рыб в сравниваемом периоде (10 лет — с 2005 г. по 2015 г.) рассчитаны по таблице 6:

Ур = [(530 - 230) х (9892000 х 0,37) + + (80 - 63) х (9892000 х 0,63)] - [(530 - 230) х х 8049680 х 0,51) + (80 - 63) х (8049680 х 0,49)] = = -113654000 руб.

Хотя годовой вылов в 2016 г. в сравнении с периодом 2005-2015 гг. увеличился, но ввиду изменения видового состава стоимость рыбных ресурсов снизилась. Важнейшая причина изменения состава — нерациональный промысел ценных видов, в первую очередь из-за браконьерского промысла. Изменения произошли в условиях относительно слабого специфического техногенного влияния на водные экосистемы в районе Обской губы [31], то есть только за счет браконьерского промысла.

Годовой ущерб обусловлен текущим уровнем вылова рыбы при браконьерском способе и количеством самок репродуктивного возраста, попадающих в число выловленных рыб с учетом их максимального возраста, при котором прекращается икрометание, и среднего возраста вылова при браконьерстве. Учету подлежат среднее число икринок самки, коэффи-

1 Периодичность обусловлена изменениями во времени численности и биомассы стад рыб. В уловах сиговых период составляет 9-11 лет (принимается за 10 лет).

циент их выживаемости и коэффициент выживаемости мальков. Разница между максимальным возрастом самок и средним возрастом их вылова при браконьерстве позволяет определить число непроизведенных потомков и соответствующую упущенную выгоду за этот период. Экономический ущерб формирует и весь текущий уровень браконьерского вылова рыбы.

Годовой экономический ущерб (Уг) при этом определяется как:

:П.,

где Ч; — численность /-го вида рыб при добыче, шт.; Чнс/. — численность не нерестившихся самок /-го вида рыб, шт.; Чв/. — численность самцов; Ксп/. — доля самок половозрастной зрелости; Ки/. — коэффициент выживания икры /-го вида рыб; Км/. — коэффициент выживания мальков /-го вида рыб; И. — число икринок за цикл размножения у самки /-го вида; Кб/. — доля /-го вида рыб, выловленных при браконьерстве; П. — средняя цена /-го вида рыб, руб/экз.

Модельный пример годового расчета экономического ущерба при браконьерском вылове ценных пород. Количество выловленной рыбы 53000 шт., из них самцов 26500 шт., доля самок половозрелого возраста 0,7, количество не нерестившихся самок 2650 шт. Число оплодотворенных икринок за цикл размножения 40000 шт., выживаемость икринок 0,01 доли, выживаемость мальков — 0,01 доли. Доля рыбы, вылавливаемой браконьерами — 0,3, цена одного экземпляра рыбы — 1200 руб.

У = [(53000 - 26500 - 2650) х 0,7 х 0,01 х 0,01 х х 40000 + (26500 + 2650] х 0,3 х 1200 = = 34 534 800 000 руб.

Общий экономический ущерб (У) с учетом загубленного потомства:

(Ч. - Ч . - Ч .) х К . хК . х

п V / в/ нс/' ст/ и/

У =1 хКм/ хИ хКб/. х

'=1 |_+

где Втах/.; Вб/. — максимальный возраст размножения и средний возраст рыб, выловленных при браконьерстве /-го вида рыб, лет; при Вб. > В . ..

б/ тт/

Модельный пример расчета общего экономического ущерба при браконьерском вылове ценных пород рыб. Количество выловленной рыбы 53000 шт., из них самцов 26500 шт., доля самок половозрелого возраста 0,7,

I=1

Таблица 6

Динамика вылова водных биологических ресурсов ЯНАО за период 2005-2016 гг., т

Показатель 2005 2006 2007 2008 2009 2011 2012 2013 2014 2015 2016

Вылов 7700 7700 6500 8400 8900 8649 8399 8013 8146 8090 9892

В т. ч. сиговые 5000 4400 3500 4300 4000 4329 3822 3997 4079 3424 3660

Уд. вес, % 64,9 57,1 53,8 51,2 44,9 50,1 45,5 49,9 0,1 42,3 37,0

Рассчитано по источнику: Доклад об экологической ситуации в Ямало-Ненецком автономном округе в 2015 г. Салехард, 2016. С. 90.

количество не нерестившихся самок 2650 шт. Максимальный возраст рыбы, при котором возможно размножение — 14 лет, минимальный — 7 лет, средний возраст рыб, вылавливаемых браконьерски способом — 7 лет. Число оплодотворенных икринок за цикл размножения 40000 шт., выживаемость икринок 0,01 доли, выживаемость мальков — 0,01 доли. Доля рыбы, вылавливаемой браконьерами — 0,3, цена одного экземпляра рыбы — 1200 руб. У = [(53 000 - 2650 - 26 500) х 0,7 х (14 - 7) х х 0,01 х 0,01 х 40 000 + (2650 + 26 500] х 0,3 х х 1200 = 178 779 600 000 руб.

Заключение

Последствиями негативного антропогенного воздействия, обусловленными перевыпасом оленей и переловом ценных пород рыб, является невосполнимый социально-экономический и экологический ущерб возобновимым природным ресурсам. Для решения этой проблемы необходимо проведение следующих мероприятий.

Для поэтапного снижения численности поголовья домашних оленей предлагается:

— ввести правовые ограничения роста поголовья;

— повысить закупочные цены на оленину;

— обеспечить условия для глубокой и безотходной переработки продукции и сырья;

— ввести компенсации, возмещающие потери при порче оленьих пастбищ, учитываю-

щие снижение продуктивности земельных угодий и период восстановления хозяйственно-биологического потенциала пастбищ за соответствующие периоды лет (компенсация экономического ущерба, определяемого с использованием рекомендуемого методического инструментария).

Для предупреждения или хотя бы снижения незаконного вылова рыбы необходимы:

— введение специального комплекса мер, в первую очередь правового характера, исключающих незаконный вылов рыбы персоналом добывающих компаний, в т. ч. с использованием мелкоячеистых сетей во внутренних водоемах, что связано в первую очередь с освоением новых месторождений;

— более тщательная проработка ОВОС строительства порта Сабетта и профессиональная экологическая экспертиза, предусматривающая комплексный подход к природопользованию в береговой зоне.

— расширение масштабов искусственного воспроизводства рыбных запасов в целях поддержания рыбных запасов в период, пока не будет решена проблема браконьерства.

— использование предлагаемого методического инструментария для экономической оценки последствий промышленно-транс-портного освоения территории для рыбных ресурсов и определения эффективности мероприятий, ориентированных на снижение незаконного вылова рыбы и обоснование размера штрафных санкций.

Благодарность

Статья подготовлена при финансовой поддержке проекта № 15-14-7-13 «Сценарные подходы к реализации уральского вектора освоения и развития российской Арктики в условиях мировой нестабильности».

Список источников

1. Ямало-Ненецкий национальный округ. Экономико-географическая характеристика. — М. : Наука, 1965. — 276 с.

2. ХрущевС.А. Эколого-хозяйственная устойчивость традиционных отраслей при промышленном освоении Севера. Районы проживания малочисленных народов Севера // География и хозяйство. — Л. : АН СССР, Географическое общество СССР. — 1991. — Вып.4. — С. 32-49.

3. Морозова Л. М., Магомедова М. А. Влияние многолетнего выпаса оленей на ресурсный потенциал растительного покрова // Полуостров Ямал. Растительный покров. — Тюмень : Сити-пресс, 2006. — 260 с.

4. Методический подход к экономической оценке снижения ресурсного потенциала тундровых пастбищ Ямал / Логинов В. Г., Балашенко В. В., Мельников А. В., Морозова Л. М., Эктова С. Н. // Экономика природопользования. — 2012. — № 6. — С.34-47.

5. Дунин-Горкавич А. А. Тобольский Север. Этнографический очерк местных инородцев. — М. : Либерия, 1996.

— Т. 3. — 208 с.

6. Riseth A. J., Temmervik H., Bjerke J. W. 175 years of adaptation: North Scandinavian Sámi reindeer herding between government policies and winter climate variability. 1835-2010 // Journal of Forest Economics . — 2016. — Vol. 24, aug. — Pp. 186-204.

7. Дорст Ж. До того как умрет природа. — М. : Мысль, 1968. — 415 с.

8. Klein D. R. Tundra of reindeer to obstruction and disturbances // Science. — 1971. — Vol. 173. — Pp. 393-398.

9. Toledo V. M. Indigenous Peoples and Biodiversity // Encyclopedia of Biodiversity; 2-nd еd, 2013. — Pp. 269-278 [Electronic resource]. URL: http://www.academia.edu/31567414/Indigenous_Peoples_and_Biodiversity (date of accesse 25.04.2017 г.).

10. Istomin K. V., HabeckO. J. Permafrost and indigenous land use the northern Urals: Kovi and Nenets reindteer husbandry // V. 10. — Issue 3, September 2016. — pp. 278-287.

11. Карпов Н. С. Влияния выпаса северных оленей на растительность пастбищ субарктических тундр Якутии / Рос. акад. наук, Сиб. отд-ние, Якут. Ин-т биологии. — Якутск : Якут. Науч. центр СО РАН, 1991. — 116 с.

12. Полежаев А. Н. Изменение растительности на пастбищах Чукотки под влиянием выпаса // Экология. — 1980.

— № 5. — С. 5-13.

13. Морозова Л. М., Магомедова М. А. Структура растительного покрова и растительные ресурсы полуострова Ямал. — Екатеринбург : Изд-во Урал. ун-та, 2004. — 61 с.

14. Южаков А. А. Проблемы ресурсов и экологии ямальского оленеводства // Экология древних и традиционных обществ. — Тюмень : Изд-во ИПОС СО РАН, 2011. — Вып.4. — С. 351-353.

15. Коренные малочисленные народы и промышленное развитие Арктики. Этнологический мониторинг в Ямало-Ненецком автономном округе / Василькова Т. Н., Евай А. В., Мартынова Е. П., Новикова Н. И. — М.; Шадринск : Изд-во ОГУП «Шадринский Дом Печати», 2011. — 268 с.

16. Головнев А. В., Абрамов И. В. Олени и газ. Стратегии развития Ямала // Вестник археологии, антропологии и этнографии. — 2014. — № 4 (27). — С. 122-131.

17. Полянская И. Г., Игнатьева М. Н., Юрак В. В. Институциональные основы арктического недропользования и социально-экономическое развитие территорий // Известия УГГУ — 2014. — № 3. — С. 81-86.

18. Шумилов И. П., Замятин В. А. Состояние запасов сиговых и их использование в речной системе Обского бассейна / // Биологические основы рыбного хозяйства Западной Сибири. — Новосибирск : Сибирское отделение, 1983. — 184 с.

19. Традиционное природопользование в условиях промышленной экспансии. На примере ЯНАО / Юрпалов С. Ю., Логинов В. Г., Магомедова М.А., Богданов В. Д. — Екатеринбург : Институт экономики УрО РАН, 2001. — 53 с.

20. Raymond-Yakoubian J., Raymond-Yakoubian B., Moncrieff C. The incorporation of traditional knowledge into Alaska federal fisheris managemen // Marine Policy. — 2017. — Vol. 78, аpr. — pp. 132-142.

21. Есида А. Культура питания гыданских ненцев. Интерпретация и социальная адаптация. — М. : ИЭА РАН, 1997. — 252 с.

22. Вайсман А. Д., Матвейчук С. П, Миньков С. И. Достоинства и недостатки правового регулирования в борьбе с нарушениями в области охраны и использования ресурсов диких животных. — Владивосток : Апельсин, 2011. — 67 с.

23. Макарова Е. А. Некоторые особенности системы дикие животные — браконьеры : дис. ... канд. биол. наук.

— М., 2014. — 91 с.

24. Социально-экологические условия промышленного освоения полуострова Ямал / Богданов В. Д., Голова-тин М. Г., Морозова Л. М., Эктова С. Н. // Экономика региона. — 2012. — № 3. — С. 141-150.

25. К изучению нефтяного загрязнения уральских притоков Нижней Оби / Брусынина И. Г., Смирнов Ю. Г., Добринская Л. А., Уваров В. И. // Изучение экологии водных организмов Восточного Урала. Сб. науч. тр. —

Свердловск : УрО АН СССР, 1992. — 158 с.

26. Телегин Л. Г., Ким Б. И., Зоненко В. И. Охрана окружающей среды при сооружении и эксплуатации газонефтепроводов. — М. : Недра, 1988. — 108 с.

27. Методика расчета убытков землепользователей и потерь сельскохозяйственного производства (оленеводства) и сопутствующих промыслов при изъятии, самовольном захвате и порче земельных угодий территорий традиционного природопользования Ямало-Ненецкого автономного округа. Ангарское землеустроительное проек-тно-изыскательское предприятие. — Братск, 2003. — 90 с.

28. Методические рекомендации по оценке качества земель, являющихся исконной средой обитания коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации. — М. : Издательский дом «Русская оценка», 2004. — 198 с.

29. Методический инструментарий оценки инвестиционной привлекательности возобновляемых природных ресурсов северных и арктических территорий / Татаркин А. И, Балашенко В. В., Логинов В. Г., Игнатьева М. Н. // Экономика региона. — 2016. — № 3. — С. 627-637.

30. Экономическая оценка вреда, причиняемого арктическим экосистемам при освоении нефтегазовых ресурсов / Игнатьева М. Н., Логинов В. Г., Литвинова А. А., Морозова Л. М., Эктова С. Н. // Экономика региона. — № 1.

— 2014. — С. 102-109.

31. Мельниченко И.П. Рыбные ресурсы Полярной части Урала и Западного Ямала : дисс. ... канд. биол. наук. — Екатеринбург, 2008. — 215 с.

Информация об авторах

Логинов Владимир Григорьевич — доктор экономических наук, заведующий сектором регионального природопользования и геоэкологии, Институт экономики УрО РАН (Российская Федерация, 620014, г. Екатеринбург, ул. Московская, 29; e-mail: log-wg@rambler.ru).

Игнатьева Маргарита Николаевна — доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник сектора регионального природопользования и геоэкологии, Институт экономики УрО РАН; профессор кафедры экономики и менеджмента, Уральский государственный горный университет (Российская Федерация, 620014, г. Екатеринбург, ул. Московская, 29; Российская Федерация, 620144, г. Екатеринбург, ул. Куйбышева, 30; e-mail: rinis@mail.ru).

Балашенко Валерий Васильевич — кандидат экономических наук, научный сотрудник сектора регионального природопользования и геоэкологии, Институт экономики УрО РАН (Российская Федерация, 620014, г. Екатеринбург, ул. Московская, 29; e-mail: bala10@mail.ru).

For citation: Loginov V. G., Ignatyeva M. N. & Balashenko V. V. (2017). Harm To The Resources Of Traditional Nature Use And Its Economic Evaluation. Ekonomika regiona [Economy of Region], 13(2), 396-409

V. G. Loginov а), M. N. Ignatyeva а b), V. V. Balashenko а)

а) Institute of Economics of the Ural Branch of RAS

b) Ural State Mining University

Harm to the Resources of Traditional Nature Management and Its Economic Evaluation

The Yamal region occupies the fifth part of the Yamal-Nenets Autonomous District. Therefore it is one of the territories where traditional natural resource management is mainly developing. Its key branches are reindeer herding and fisheries. The major problems in the development of industries are due to an active industrial and transport exploitation of the tundra zone; the situation in reindeer husbandry caused by pasture overgrazing because of uncontrolled increase in livestock; poaching fish. Two following anthropogenic factors have a negative impact on soil and vegetation in the Yamal region: reindeer herding as the main traditional form of natural resource management of Small Indigenous People of the North (SIPN) and the intensive industry-related development of the territory (geological exploration, industry, transport, construction). Since grazing is practiced throughout the whole Yamal Peninsula, which is not occupied by industrial zones, it is the most widespread form of natural resource use and the leading factor of anthropogenic impact on Yamals natural territorial complexes. The primary reason for the decline in fish resources is the violation of the ecosystemic reproduction offish resources due to their excessive catch. One of the main reasons of this is poaching. In turn, the annual increase of surplus catch is caused by the population growth, including SIPN, and the growing density of the road network providing the access to fishing grounds. The article offers the guidelines for economic damage assessment determined by the harm to the pasture resources. The authors justify the amount of compensation that repairs losses arising from their damage, which takes into account the decline in the productivity of land and the period of restoration of the economic and biological potential of pastures for the corresponding periods of years (compensation for economic damage). The economic damage assessment of the fish resources supposes taking into account the decline in their economic value. It involves the use of a refined population-biological approach while the detailed calculation. In addition, we give an example of the guidelines' approbation.

Keywords: Arctic territory, industrial development, natural-resources potential, senile industry, reindeer herding, deer pasture, fisheries, quota, Small Indigenous People of the North (SIPN), economic damage

Acknowledgements

The article has been supported by the project № 15-14-7-13 "Scenario approaches to the implementation of the Ural vector of reclamation and development of the Russian Arctic in the conditions of world instability".

References

1. Yamalo-Nenetskiy natsionalnyy okrug. Ekonomiko-geograficheskaya kharakteristika [Yamalo-Nenets national Okrug

2. Khrushchev, S. A.

3. Morozova, L. M. & Magomedova, M. A.

4. Loginov, V. G., Balashenko, V. V., Melnikov, A. V., Morozova, L. M. & Ektova, S.N. (2012). Metodicheskiy podkhod k ekonomicheskoy otsenke snizheniya resursnogo potentsiala tundrovykh pastbishch Yamal [Methodical approach to

economic assessment of the reduction of the resource potential of tundra pastures of the Yamal Peninsula]. Ekonomika prirodopolzovaniya [Nature management economics], 6, 34-47.

5. Dunin-Gorkavich, A. A.

6. Riseth, A. J., T0mmervik, H. & Bjerke, J. W. (2016, August). 175 years of adaptation: North Scandinavian Sami reindeer herding between government policies and winter climate variability (1835-2010). Journal of Forest Economics, 24, 186-204.

7. Dorst, J.

8. Klein, D. R. (1971). Tundra of reindeer to obstruction and disturbances. Science, 173, 393-398.

9. Vicktor, M. (2013). Toledo Indigenous Peoples and Biodiversity. Encyclopedia of Biodiversity (Second Edition), 269-278.

10. Istomin, K. V. & Habeck, O. J. (2016). Permafrost and indigenous land use the northern Urals: Komi and Nenets reindeer husbandry. Polar Science, 10(3), 278-287.

11. Karpov, N. S.

12. Polezhaev, A. N.

13. Morozova, L. M. & Magomedova, M. A.

14. Yuzhakov, A. A.

15. Vasilkova, T. N., Evay, A. V., Martynova, E. P. & Novikova, N. I.

16. Golovnev, A. V. & Abramov, I. V.

17. Polyanskaya, I. G., Ignatyeva, M. N. & Yurak, V. V.

18. Shumilov, I. P. & Zamyatin, V. A.

19. Yurpalov, S. Yu., Loginov, V. G., Magomedova, M. A. & Bogdanov, V. D.

20. Raymond-Yakoubian, J., Raymond-Yakoubian, B. & Moncrieff, C. (2017, April). The incorporation of traditional knowledge into Alaska federal fisheris managemen. Marine Policy, 78, 132-142.

21. Esida, A.

22. Vaysman, A. D., Matveychuk, S. P & Minkov, S. I.

23. Makarova, E. A.

24. Bogdanov, V. D., Golovatin, M. G., Morozova, L. M. & Ektova, S. N.

25. Brusynina, I. G., Smirnov, Yu. G., Dobrinskaya, L. A. & Uvarov, V. I.

26. Telegin, L. G., Kim, B. I. & Zonenko, V. I.

27. Metodika rascheta ubytkov zemlepolzovateley i poter selskokhozyaystvennogo proizvodstva (olenevodstva) i soputstvuyushchikh promyslov pri izyatii, samovolnom zakhvate i porche zemelnykh ugodiy territoriy traditsionnogo

prirodopolzovaniya Yamalo-Nenetskogo avtonomnogo okruga. Angarskoye zemleustroitelnoye proektno-izyskatelskoye predpriyatie. [The method of calculation of losses of land users and losses of agricultural production

28. Metodicheskiye rekomendatsiipo otsenke kachestva zemel, kotoryye yavlyayutsya iskonnoy sredoy obitaniya korennykh malochislennykh narodov Severa, Sibiri i Dalnego Vostoka Rossiyskoy Federatsii [Guidelines for the assessment of the quality of lands that are the ancestral habitat of indigenous peoples of the North, Siberia and Far East of the Russian Federation].

29. Tatarkin, A. I, Balashenko, V. V., Loginov, V. G. & Ignateva, M. N.

30. Ignateva, M. N., Loginov, V. G., Litvinova, A. A., Morozova, L. M. & Ektova, S. N.

31. Melnichenko, I. P.

Authors

Vladimir Grigoryevich Loginov — Doctor of Economics, Head of the Sector for Regional Environmental Management and Ecology, Institute of Economics of the Ural Branch of RAS (29, Moskovskaya St., Ekaterinburg, 620014, Russian Federation; e-mail: log-wg@rambler.ru).

Margarita Nikolaevna Ignatyeva — Doctor of Economics, Leading Research Associate, Sector for Regional Environmental Management and Ecology, Institute of Economics of the Ural Branch of RAS; Professor, Departement of Economics and Management, Ural State Mining University (29, Moskovksaya St., Ekaterinburg, 620014; 30, Kuybysheva St., Ekaterinburg, 620144, Russian Federation; e-mail: rinis@mail.ru).

Valery Vasilyevich Balashenko — PhD in Economics, Research Associate, Sector for Regional Environmental Management and Ecology, Institute of Economics of the Ural Branch of RAS (29, Moskovskaya St., Ekaterinburg, 620014, Russian Federation; e-mail: bala10@mail.ru).