Внешнеэкономическое регулирование

Внешнеэкономическое регулирование

Москва разыгрывает "защиту ВТО"

       Впервые Россия сможет защитить свой рынок введением антидемпинговых санкций против своих торговых партнеров. Вице-премьер, министр ВЭС Олег Давыдов утвердил "Временный порядок проведения расследований в целях применения защитных мер в отношении товаров, ввозимых на таможенную территорию РФ". Этот документ соответствует принципам ВТО и позволяет ввести не только антидемпинговые пошлины, но и импортные квоты, тем самым защитив национальных производителей. Между тем, ренессанс административных мер регулирования вполне может выйти за рамки допускающегося ВТО. Дополнительная коллизия состоит в том, что российское правительство распространяет "Временный порядок" и на территорию таможенного союза стран СНГ, хотя пока реакция Минска на построение защитных порядков Москвы не ясна.
       
Присоединение к ВТО боком выходит российским импортерам
       Хотя основная идея присоединения России к ВТО  — распространение на экспортеров принятых в этой организации норм защиты, первыми новые реалии внешнеэкономического регулирования ощутят импортеры. Утверждение порядка проведения расследования в случаях демпинга и введения защитных мер предоставило российским производителям дополнительную правовую базу для отстаивания своих интересов на правительственном уровне. Как известно, происшедшее с 1 июля повышение импортных пошлин, в первую очередь на продовольственные товары, было осуществлено при активном участии представителей директорского корпуса. Наиболее активными сторонниками перманентного повышения ввозных пошлин остаются аграрии и производители алкогольных напитков. Теперь спектр возможностей повышения цен на импортные товары значительно расширился: в дополнение к обычным пошлинам, НДС и акцизам могут применяться количественные ограничения в форме импортных квот, а также специальные, антидемпинговые и компенсационные пошлины.
       В соответствии с "Временным порядком" причины, по которым могут быть введены антидемпинговые меры, достаточно разнообразны. К ним относятся: факты нанесения существенного материального ущерба отечественным отраслям производства или угрозы нанесения такого ущерба в связи с демпинговым занижением цены, использованием субсидий при производстве и вывозе, возросшим объемом ввоза на территорию России импортных товаров. Решение о введении защитных мер будет принимать правительство на основе предложений Комиссии правительства РФ по защитным мерам во внешней торговле, которая рассматривает соответствующие заявления. Заявителем может быть любой российский производитель, ассоциации производителей, другие организации, чьи интересы ущемляет ввоз товаров по демпинговым ценам. Комиссия по защитным мерам также уполномочена рассматривать заявления зарубежных экспортеров, чьи интересы были ущемлены с введением защитных мер. Вполне вероятно, что исполнительные органы не смогут избежать соблазна форсированного использования новых возможностей для административного регулирования объемов импорта и цен на ввозимые товары. Это может вызвать негативную реакцию со стороны ВТО и тем самым осложнить процесс вступления России в эту организацию. Видимо, поэтому документ об анитидемпинговых мерах назван временным — чтобы в него можно было оперативно вносить коррективы.
       Таможенный союз подвергнется дополнительному испытанию
       Как ни парадоксально, но во временном порядке по защитным мерам определено, что введение антидемпинговых квот или пошлин, а также другие антидемпинговые меры действуют не только на территории России, но и на едином таможенном пространстве РФ со страной (странами), с которой образован таможенный союз. Официальной реакции Минска на такой порядок пока не последовало, но уже сейчас можно предположить, что она будет резко негативной.
       Уже после введения 1 июля единого таможенного барьера на таможенном пространстве России и Белоруссии руководство республики неоднократно выражало недовольство высокими импортными пошлинами, в частности на продовольственные товары. Одновременно с этим были зафиксированы случаи ввоза через белорусскую таможню легковых автомобилей без взимания НДС и акцизов. Сейчас представители белорусского правительства добиваются для республики особых (более низких) пошлин на отдельные товары. Теперь же, с утверждением временного порядка, для Минска могут быть установлены дополнительные ограничения на импорт. Это явно не порадует белорусских импортеров и вызовет протесты минских властей. Необходимо признать, что иначе и быть не может, когда Москва решает за Минск. Интересы всех сторон были бы в большей мере соблюдены, если бы решение, касающееся нескольких стран, принимал не российский вице-премьер, а наднациональный орган.
       В случае с Россией и Белоруссией это может быть Межгосударственный экономический комитет. К тому же попытка Москвы выступить в качестве единственного судьи над импортными товарами явно вызовет настороженность Алма-Аты и Ташкента при рассмотрении вопроса о целесообразности вступления в таможенный союз СНГ.
       
Закон-многострадалец
       Строго говоря, правовых основ для использования Россией нового арсенала защитных мер две: запущенная процедура присоединения к ВТО, а также построенный на использовании инструментария этой организации закон "О государственном регулировании внешнеторговой деятельности". Между тем закон вторично отклонен президентом.
       На первый взгляд такого поворота дел ничто не предвещало. Согласительная комиссия завершила свою работу без сколько-нибудь заметных коллизий или белых пятен. Но президент остался при своем мнении, уже выраженном в мае, когда появилось первое вето. И в Думе, и в МВЭС (а это ведомство больше других заинтересовано в принятии закона, дающего в его руки новые регулирующие возможности) терялись в догадках относительно причин недовольства президента.
       Как удалось выяснить корреспондентам Ъ, формальное обоснование президентского вето, выдвинутое ГПУ администрации президента, сводится к тому, что вторая глава закона посвящена разделу полномочий во внешнеэкономической области между федерацией и ее субъектами, а развести эти полномочия может только федеральный конституционный закон, предусматривающий иную процедуру принятия (не менее 2/3 депутатов Думы и 3/4 депутатов Совета федерации). Если разработчики хотят сохранить закон, то ГПУ предлагает снять вторую главу. Характерно, что эти возражения были высказаны в самый последний момент; до этого, несмотря на трудную судьбу закона, его вторая глава ни у кого столь серьезных возражений не вызывала. Есть основания считать, что на самом деле возражения имеют совсем другие причины.
       В первый раз президент не согласился с законом, увидев в нем, в частности, ущемление своих прав по регулированию экспорта вооружений. В новом варианте закона Дума согласилась с президентом — в статье 16 недвусмысленно говорится: "номенклатура подпадающих под экспортный контроль вооружений и военной техники... определяется списками и перечнями, устанавливаемыми указами президента". Но, похоже, неудовлетворенность законом со стороны экспортеров оружия осталась. На этот раз атакована была статья 12. В ней фактически сказано, что МВЭС "является единственным органом государственной власти, выдающим лицензии на осуществление операций по экспорту и импорту, в отношении которых установлены количественные ограничения или введен разрешительный порядок". Неделимость "министерства лицензий" — одно из требований ВТО. Между тем сейчас "Росвооружение", например, получает экспортные лицензии от Госкомитета по военно-техническому сотрудничеству, куда из МВЭС и перекочевало соответствующее подразделение. В итоге с Госкомитетом по военно-техническому сотрудничеству Александру Котелкину, гендиректору "Росвооружения", договориться значительно проще, чем с нынешним МВЭС. В связи с этим совершенно не исключено, что Котелкин сумел донести свою обиду до президента. В пользу этого сценария говорит и его известная вхожесть в кабинет Александра Коржакова.
       
       ВАДИМ Ъ-БАРДИН, АЛЕКСАНДР Ъ-ВОЛЫНЕЦ, КОНСТАНТИН Ъ-ЛЕВИН