Риторика научного текста. Универсальные средства

Вестник СПбГУ. Сер. 2, 2003, вып. 3

Е. И. Варгина

РИТОРИКА НАУЧНОГО ТЕКСТА. УНИВЕРСАЛЬНЫЕ СРЕДСТВА

Риторика —это наука, которая изучает воздействующую силу речи, т. е. рассматривает речь с точки зрения ее эффективности, а механизмы речевого воздействия могут быть поняты только в связи с функциональной стороной языка. Риторика связана с рядом языковых функций: коммуникативной, функцией мышления, с поэтической функцией языка и т. д. С коммуникативной функцией риторика связана своей целью, так как, по сути, риторика является инструментом, с помощью которого осуществляется воздействие и достигается коммуникативная цель автора. С мышлением риторика связана посредством топов или общих мест, которые задают ученому некие общие мыслительные модели. С. С. Аверинцев называет общие места инструментом абстрагирования, средством упорядочить, систематизировать пестроту явлений действительности, сделать эту пестроту легко обозримой для рассудка"1. Это же, очевидно, имел в виду и А. Ф. Лосев, когда писал, что риторика — это метод мысли2. Эстетическая же функция, которая состоит в том, что текст способен доставить читателю духовное удовольствие, непосредственно связана со способом осуществления убеждения. Красиво написанный текст, изящно сформулированная мысль имеют больше шансов быть принятыми. Как справедливо замечает И. В. Пешков, хотя современный научный текст (НТ) характеризуется объективацией и математизацией или по крайней мере открытой логизацией принципиальной эстетической незавершенностью и этической ненаправленностью ни на кого конкретно, этический заряд в нем присутствует. Иначе это был бы не текст, а ущербный аналог компьютерной базы данных 3. Все вышесказанное позволяет нам сделать вывод, что НТ не является исключением, как и любой текст, он риторичен.

Тем не менее риторика НТ имеет и свою специфику. Так, важной особенностью риторики НТ является соотношение в ней логических и эмоционально-оценочных элементов. Логические аргументативные структуры играют значительно большую роль в убеждении адресата НТ, чем эмоционально-оценочные средства. Это связано с особенностями адресата-ученого, обладающего аналитическим, логическим мышлением и серьезными фоновыми знаниями в своей области.

Риторика, понимаемая в широком смысле, изучает воздействующую силу всех речевых явлений, в узком же смысле ее можно рассматривать как оперирование не логическими, а именно эмоциональными категориями, как аппеляцию к системе ценностей адресата. Хотя ценность могут представлять истина, логика, разум, само по себе ценностное суждение нерационально. В данной статье мы будем говорить о риторике только во втором, более узком значении этого понятия.

Что же представляют собой специальные риторические средства (риторические приемы и фигуры), которые дополняют логическую аргументацию, обеспечивают понятность и приемлемость аргументов? Во-первых, следует отметить, что под этим термином мы объединяем достаточно разнородные языковые явления. Некоторые из них вплетены в ткань научного повествования, составляют его существенную часть и присущи любому научному произведению, другие носят факультативный характер, зависят в большей степени от индивидуального стиля автора. Различаются они и по объему.

© Е. И. Варгина, 2003

Хотя основной воздействующей силой НТ является сама содержащаяся в тексте информация, она должна быть подана определенным образом, чтобы достичь максимального эффекта. Риторические средства, с одной стороны, выражают то, что нам уже известно, а с другой — оформляют это известное по-новому. С точки зрения цели высказывания, эти структуры максимально нагружены, они существуют специально для того, чтобы облегчить принятие сообщаемой информации.

Идентификация в НТ

Рассмотрение риторических приемов в НТ начнем с приема идентификации. Именно на принципе идентификации строит свою концепцию один из основоположников современной риторики К.Берк4. В основе идентификации, по К. Берку, лежит тот факт, что человечество разделено и, чтобы противостоять разделению, люди идентифицируют себя с группой. Чтобы убедить адресата, автор должен стать для него «своим», говорить с ним на его языке. Та группа, с которой идентифицирует себя автор, может представлять собой сообщество конкретных людей, известных автору или достаточно абстрактных читателей, которые не знакомы автору лично, не знают друг друга, но тем не менее автор, представляя себе их интересы, потребности, культурные особенности, соответственно строит свое общение с ними.

Идентификацию в таком понимании, как нам представляется, можно считать неким сверхприемом, так как ориентация на адресата составляет основу риторики и, следовательно, все риторические приемы, которые мы будем рассматривать далее, можно считать частными случаями идентификации с адресатом: автор учитывает своего адресата, стремится сделать свою речь понятной для него и приемлемой, т. е. говорит с ним на его языке. Все это непосредственно связано с диалогичностью НТ и необходимостью учета адресата. Однако диалогичность предполагает не только общность участвующих в диалоге субъектов, но и их разность, обособленность. Полный переход на позиции собеседника означал бы прекращение диалога. Таким образом, каждый из рассматриваемых нами далее риторических приемов, характерных для НТ, сохраняет известную автономность как самостоятельная стратегия воздействия на адресата.

Риторика НТ также основывается на идентификации, которая имеет в нем ряд особенностей. С кем же и с чем идентифицирует себя ученый, чтобы побудить адресата к принятию его точки зрения? Здесь возможны различные стратегии.

1. Очевидно, в первую очередь автор идентифицирует себя со своим адресатом, т. е. с кругом посвященных, специалистов в данной области, способных понять и оценить ход авторской мысли. Такого рода идентификацию подробно описал К. Берк. К идентификации с адресатом следует, на наш взгляд, отнести и некоторые случаи употребления авторского мы. We часто имеет прагматический аспект — автор как бы разделяет свои наблюдения с читателями, заранее делая их своими соратниками и единомышленниками. Сюда относятся очень распространенные в английском НТ выражения типа as we know, as we have seen, we know very well и т. п.

2. Другим случаем идентификации, распространенным в НТ, является идентификация с научными авторитетами, или, иначе говоря, эксплуатация авторитетов. Это не только цитирование авторитетных ученых для подкрепления своей точки зрения, но и эксплуатация популярности, своевременности темы. При цитировании такого рода упоминание имени авторитетного ученого или перечисление ряда авторитетных имен часто заменяет доказательства точки зрения автора: With Stanley S. Newman we accept three degrees of phonetic stress... (A, 128).

3. Особым случаем идентификации мы считаем идентификацию с социумом, для которой характерны предложения со сказуемым в пассиве и предложения с подлежащим, выраженным неопределенно-личным местоимением one. Такие примеры очень распространены в научной речи. Известно, что одним из назначений пассива в научной речи является придание повествованию более объективного характера. Внимание читателя обращается на факт как таковой, а не на то, кем и как знание о нем было получено, тем самым существование данного факта признается как бы a priori, без необходимости доказательств. Мы предлагаем называть такие случаи «идентификацией с социумом», так как автор идентифицирует свое знание с общепринятым, очевидным для каждого специалиста. В качестве примера сравним хотя бы: I know that... —It is known that.

Заметим, что в этом случае в качестве предиката должен использоваться только предикат пропозиционального отношения знания или мнения (know, believe, expect и т.п.): These cylinders are believed to be arranged in a symmetrical pattern (E., 138).

Неопределенно-личное местоимение one является средством импликации генерализованного субъекта, благодаря которому создается значение общей модальной оценки достоверности высказывания, к которой присоединяется и автор. Интересно отметить, что one выражает только субъект модуса мнения, но не знания. При этом предикат модуса часто содержит модальный глагол: One might assume that an atom would be in-tensitive to an EDM of one of its constituents (H, 78).

Из данных примеров видно, что общепринятое мнение приводится здесь не для того, чтобы опровергнуть его (тоже возможный риторический ход), а именно с целью идентификации своей точки зрения с общепринятой, всем известной и потому не требующей доказательств.

К идентификации, на наш взгляд, следует отнести и распространенные в НТ опровержения и указания на то, чем не является рассматриваемый объект. Для описания таких случаев мы предлагаем термин «отрицательная идентификация». В этом случае автор отстраняется от других точек зрения, т. е. идентифицирует себя как нечто противоположное другим. Мы не рассматриваем здесь те случаи, когда чужое мнение опровергается с помощью логических процедур, когда его ложность доказывается. Но часто целям убеждения читателя, служит само упоминание чужого мнения (с которым автор не согласен). Оно служит двум целям. Прежде всего — повышению объективности повествования, как в следующем примере: Jespersen uses shifting reference as a creterion for for setting up a class of words which he calls shifters: those whose meening shifts according to the situation.... R. Jakobson, using Jespersen's term, gives a narrower definiti of shifters m it is in this narrower meening that shifters will be taken here (RC, 20). Здесь автор приводит сначала то толкование термина shifters, которое предложил его создатель Есперсен, а затем то, которое, как видно из дальнейшего изложения, сильно отличается от предложенного Есперсеном и которое он считает более правильным.

Другой целью может быть предупреждение возможных ошибок со стороны читателя. Автор знает о сложностях излагаемого предмета, предвидит возможность ложной идентификации и спешит с помощью отрицания «заблокировать» этот ложный путь. Кроме того, употребление отрицаний, часто в эмфатических конструкциях, служит для привлечения читательского внимания и интереса. Мы предлагаем рассматривать опровержения такого рода как некую отрицательную идентификацию. Приведем пример: Lyly was по pedantic bookworm. On the contrary, he knew how to enjoy life in his young age and he belonged to people who did not attach much weight to studies (JH, 16). Семантически избыточное первое предложение является важным прагматически. Оно служит для предупреждения ложной идентификации, которая возможна (перед этим отрывком

в тексте описываются серьезные научные занятия Лили). Кроме того, будучи эмоционально окрашенным, это опровержение привлекает внимание читателя и запоминается.

Иерархия

Концепцию иерархии (order) применительно к общей риторике разработал К. Верк5. В HT выстраивание определенной иерархии описываемых объектов является важным фактором убеждения. Любое рассматриваемое в науке явление можёт быть описано с разных сторон, иметь разные свойства, положительные и отрицательные характеристики. Добросовестное научное описание предполагает рассмотрение объекта со всех точек зрения; расположение же их в определенном порядке, выстраивание в определенную иерархию служит для выражения авторского отношения, которое он хочет передать и читателям.

На основании приведенной А. И. Варшавской классификации смысловых отношений мы выделяем различные типы отношений, служащих для установления иерархии. А. И. Варшавская выделяет в языке некие общие содержательные величины или смыслы, достаточно постоянные и одинаково используемые всеми. Такими общими узуальными смыслами и являются смысловые отношения. Они, как пишет автор, «являются не только компонентами семантической структуры языковых единиц, но и их коммуникативной целью, передаваемой информацией, их смыслом»6. Мы считаем, что описанные А. И. Варшавской смысловые отношения можно взять за основу предлагаемой нами классификации иерархий, поскольку она будет основываться именно на отношениях смыслов.

Все интересующие нас отношения являются отношениями двойственной ориентации, и это естественно, так как для установления иерархии мы должны рассматривать отношения как минимум между двумя объектами. В соответствии с данной классификацией к устанавливающим иерархию мы относим следующие отношения.

1. Отношения сравнения. Иерархия устанавливается в них за счет прилагательных и наречий в сравнительной и превосходной степени. С их помощью автор показывает, что один из объектов описания в чем-то превосходит остальные. Этим объектом часто бывает предлагаемый автором метод или созданный им прибор: There are several versions of polarization-diversity radars. The simplest form consists of two differently po-larized antennas and their attendant receivers and recorders... The most élégant form... consists of compiling a data set sufficiently complété ... (M., 23). Этот пример основан на использовании прилагательных в превосходной степени. Сравниваются два научных инструмента, причем по разным параметрам их иерархия относительно друг друга различна: преимуществом одного из радаров является его простота, в то время как другой—наиболее совершенный. Это характерно для сравнений в HT, где предполагается всестороннее описание любого объекта.

2. Отношения порядка. Это обширная группа, в нее входят разные по грамматической структуре и лексическому составу конструкции. Общим является то, что автор выделяет определенные явления из ряда подобных по какому-либо параметру, например по степени важности, и тем самым устанавливает их иерархию. К этой группе относятся:

1) Выделительные конструкции. В эту группу входят не любые существующие в языке выделительные конструкции, а лишь те, которые служат для выделения одного из нескольких перечисленных в тексте объектов или суждений. Выделение служит для привлечения читательского внимания к определенному суждению или объекту, которые тем самым выделяются из общего ряда, повышается их место на иерархи-

ческой лестнице по такому важному для читателя-ученого параметру, как важность, существенность. К этой же группе относятся распространенные в НТ выделительные наречия типа basically, especially, particularly, principally, mainly, а также предложная группа in particular: In particular, we conclude that stable mass transfer in such binaries cannot be maintained (E., 141).

2) Иерархическое перечисление. Сюда относятся случаи, когда порядок перечисления или рассмотрения каких-либо явлений служит для выражения их относительной значимости. Кроме того, эффект от перечисления может быть усилен коннекторами типа moreover, furthermore. Как пишут Р. Квирк и др., включение в процесс перечисления этих коннекторов показывает, что важность перечисляемых объектов идет по восходящей, а коннекторы типа above all, on top of it all, last but not least показывают, что восхождение достигло высшей точки7: It is not hard to find reasons of the stressful impact of unemployment during middle age. Family financial needs and the requirements of growing children can be particularly pressing for this age group. In addition a person loses his valued role as a provider for their family. Uncertainty about the future can be the major problem ... Furthermore, middle-aged men are at f difficult period of life, with insecurity and self-questijning quite even when they have a job (PW, 84). Перечисляя губительные последствия безработицы для человека и снабжая каждый следующий фактор усилительными наречиями, автор все больше нагнетает напряжение, давая понять, что каждый последующий фактор не только отрицательный сам по себе, но и усиливает действие предыдущих.

3) Иерархии, служащие для выражения того, что те или иные объекты занимают на иерархической лестнице одну и ту. же ступень, например the same, а также наречия equally, similarly: The surgeon... must sometimes find it not merely annoying but also rather irrelevant that the patient should die... But the the attitude of, say, the anthropologist or sociologist to human beings can be — if less obvio — much same N, 94 В данном примере, взятом из текста, посвященного проблемам научной этики, автор показывает, что отношение к человеку со стороны антрополога или социолога столь же формально и аморально по сути, как и отношение врача, у которого смерть пациента вызывает лишь чувства досады.

3. Уступительные отношения. Сюда относятся уступительные конструкции, посредством которых место объекта в иерархии определяется автором, несмотря на приводимые им же факты, которые могли бы изменить или поколебать это место. Для достижения этого эффекта используются союзы but, although, even though, inspite of, despite, yet и др.: The year's work, if not rich, has been representative of many lines of research and many varieties of interest, and tends to show that Scholarship, so long discou-uuntenanced by War, is once more coming to its own (SL, 48). Здесь автор настаивает на том, что научные работы за предшествующий год, обзор которых он делает, имеют большую ценность, несмотря на свою малочисленность.

Синонимизация

Синонимизация — это использование языкового явления синонимии для достижения риторических целей. Синонимизацию как риторический прием на материале русского языка описал Ю. В. Рождественский. Он выделил следующие способы синонимизации: пояснение, собрание синонимов и синонимизацию контекстом8. Рассмотрим эти три способа более подробно применительно к английскому НТ.

Первый способ фактически представляет собой группу явлений, служащую для экспликации смысла сказанного. В нее входят пояснение, т.е. дополнительная инфор-

мация к тому, что уже было сказано, автоинтерпретация, т. е. повторная экспликация смысла сказанного (термин предложен JI. В. Архиповой9), уточнение. Мы предлагаем назвать эту группу «объяснение», так как его цель — способствовать более глубокому пониманию сообщения адресатом. Необходимо оговориться, что данный термин имеет и другое значение — установление причинно-следственной связи, синонимия же имеет дело с установлением отношений тождества, полного или частичного.

Необходимость объяснений обусловливается сложностью объекта научного исследования и новизной того, что автор стремится сообщить. При объяснении происходит семантико-синтаксическое расширение, развертывание текста. При этом как бы приостанавливается динамический процесс сообщения нового, наступает «пауза» в повествовании, которая заполняется поясняющей или уточняющей информацией. Объяснение связано с пониманием, а понимание это не однократный, исчерпывающий акт, а, как писал Ю.М. Лотман, путь в бесконечность10. Особым случаем объяснения в НТ являются невербальные средства — иллюстрации или формулы. Чтобы быть понятым, автор стремится выразить свою мысль другими словами или (и) в другом коде: The first type of modulator is based on electrooptical effects occuring in some materials like lithium niobite (LiNbOS): index variations obtained by applying an external voltage result into phase modulation of the optical wave propagating throufh the material (M, 70). Здесь два случая синонимизации: название материала (lithium) приводится сначала в словесной форме, а затем в скобках, в виде формулы (LiNb03); двоеточие вводит предложение, которое поясняет, уточняет значение первого предложения.

Второй способ — сведение синонимов, которые могут различаться стилистически либо по системе качества или интенсивности признака. Встречаются и полные синонимы. Применение в НТ собрания синонимов, как нам представляется, связано с поэтической функцией языка и призвано удовлетворить его эстетическим требованиям и потребности в ритмической организации дискурса. Понятие ритма включает в себя не .только традиционные консонансы и ассонансы, аллитерации и рефрены. Как замечают А. С. Прагнашвили и др., ритм может проявляться и в таких собственно-семантических формах, как синонимы, логические интервалы и паузы11.

Как показали Ж. А. Дрогалина и В. В. Налимов, ритм теснейшим образом связан с пониманием. При чтении ритмически организованного текста слова не уточняют, не ограничивают значения друг друга, а, наоборот, расширяют свое содержание. Ритм, по мысли авторов, это возможность понимания помимо логики, это самостоятельность воздействия без необходимости разъясняющего контекста. Ритм — это «катапульт, открывающий имманентную сущность Имени»12. Последняя фраза отсылает нас к «Философии Имени» А. Ф. Лосева, который писал: «Знать имя вещи — значит быть в состоянии в разуме приближаться к ней или удаляться от нее. Значит уметь пользоваться вещью. Значит уметь общаться и других приводить в общение с вещью..Имя и есть сама вещь в аспекте своей понятности для других»13.

Таким образом, собрание синонимов также осуществляет воздействие через понимание, или, точнее, постижение смысла текста. Например: Meaning of some kind and some degree always and inevitably constitutes part of the framework in which we operate. (A, 102). Здесь в синонимическом ряду оказываются наречия always и inevitably, имеющие значения 'всегда', 'обязательно'.

Третий способ — синонимизация контекстом, т.е. использование слов, которые не являются словарными синонимами, но в конкретном тексте имеют один и тот же вне-языковой референт, обозначают одно и то же явление, иначе говоря, приобретают синонимическое значение в контексте конкретной статьи или монографии. Синонимизация

контекстом представляет собой более широкое явление, чем собрание синонимов. Вопрос о том, какие именно слова можно считать контекстными синонимами и где пределы этого явления, представляет известную сложность. Синонимизация контекстом как риторический прием предполагает, на наш взгляд, широкое понимание синонимии, и все слова и словосочетания, имеющие общий десигнат в данном тексте, можно считать контекстуальными синонимами. Под термином «десигнат» мы понимаем «обозначаемое» в самом общем смысле этого слова. Сюда могут относиться референт, денотат и сигнификат. Перечисленные термины неоднозначны и трактуются лингвистами по-разному. Так, Ю. В. Степанов предлагает различать синонимию по денотату (когда слова обозначают один и тот же предмет) и синонимию по сигнификату (когда слова обозначают одно и то же понятие). При этом он замечает, что в чистом виде оба типа встречаются редко и можно говорить только о преобладании тех или иных связей при синонимии14. Мы считаем, что понятию контекстуальной синонимии в полной мере соответствует синонимия по денотату (референту). Что же касается синонимии по сигнификату, то речь может идти скорее об общем семантическом поле, а не о синонимии как таковой. Во всяком случае прагматическая функция ее иная, чем у контекстуальной синонимии.

Контекстуальная синонимия предполагает как синонимию между полнозначными словами, так и между полнозначными словами и их субститутами. Контекстуальными синонимами могут быть как отдельные слова, так и более крупные фрагменты текста, вплоть до сверхфразовых единств. Возможны случаи, когда контекстуальными синонимами являются полнозначные слова, относящиеся к разным частям речи. Последний случай подробно рассматривает В. Г. Вилюман. По его мнению, синонимия разных частей речи возможна, если соблюдаются два условия: частичная семантико-смысловая общность и частичная взаимозаменяемость15. Контекстуальная синонимия в нашем понимании предполагает в первую очередь наличие общего референта, но в случае синонимии различных частей речи этот принцип обязательно должен быть дополнен синонимией синтаксических функций, которая и обеспечивает частичную взаимозаменяемость.

Приведем пример синонимизации контекстом: 1) The principle of conservation of confusion is a natural counterpart to the principle of conservation of energy. 2) Together these two principles describe the fundamental SAR performance of the first order image statistic, tone and the secomd order image statistic, texture, in response to a uniformly reflecting distributed scene. 3) These radiometric principles are complemented by one that under-grinds a SARs spatial performance (M., 8). В 1-м предложении называются два принципа—сохранения смешения и сохранения энергии. В следующих двух предложениях (2 и 3) их названия заменяются на контекстуальные синонимы these two principles и these radiometric principles. Благодаря дейктическому местоимению these и общему контексту ясно, что имеются в виду те же два принципа. В 3-м предложении используется и заместитель one —синоним к слову principle. Замещение и синонимию, по нашему мнению, можно считать двумя сторонами одного и того же явления: замещение —на грамматическом уровне, а синонимия между полнозначными словами и их субститутами — на смысловом.

Широкое распространение в HT таких риторических приемов, как сведение синонимов и особенно синонимизация контекстом, вступает в очевидное противоречие с предъявляемыми к HT требованиями точности, однозначности, терминологичности. Обилие синонимов, казалось бы, должно мешать читателю, ограниченному во времени и стремящемуся в первую очередь к получению новой информации. Но адресат HT — не компьютер, его внимание и интерес необходимо постоянно поддерживать. Постоян-

ное соотнесение синонимов с их референтом является, очевидно, одним из механизмов осуществления активности адресата в понимании текста, поддерживает его интерес и способствует принятию информации. Воздействие синонимии в НТ осуществляется различными путями, но все они связаны с механизмами понимания. Это, во-первых, способствует пониманию и, следовательно, принятию сообщаемой информации путем переформулирования, изложения той же мысли по-другому (объяснение); во-вторых, эстетически воздействует на читателя, воздействует непосредственно, минуя логику (может присутствовать во всех видах синонимии, но особенно характерно для сведения синонимов); в-третьих, воздействует через повышение читательского интереса, его активности (главным образом присутствует при синонимизации контекстом).

Рассмотренные нами идентификации, иерархия и синонимия, являются в НТ основными риторическими средствами, они присутствуют в каждом НТ, «пронизывая» его насквозь. Кроме них в тексте обычно есть и факультативные, авторские средства, употребление которых зависит от индивидуального стиля и коммуникативной интенции автора.

Summary

The rhetorics of the scientific English text is considered in its connection with language functions. The article discusses universal rhetoric devices, present in every scientific text, such as identification, order and synonimisation. Examples from different branches of knowledge are analysed.

ПРИНЯТЫЕ СОКРАЩЕНИЯ A — Readings in applied English linguistics / Ed. by H.B. Allen. New York, 1964. E - Endevour. London, 1974. Vol. 33. N120.

JH — Honrat J. Lilly's anatomy of wit and Asham's schoolmaster // Prague Studiea of English. Philologia

1 IX Universittas Caroline, 1961. H — Hunter L. R. Tests on time-reversal invariance in atoms, molecules and the newutron // Science.

1991. Vol.252, N502. M — Modern Radio Science/ Ed. by J.Hamelin. Oxford Univ.Press, 1996.

— Higher Education. Demand and Response / Ed. by W. R. Niblett. London, e. a., 1969. PW — Warr P. The unhappy breed // New Society. 1987, 10 July.

RC — Collin R. The role of analysis in the age of computers//Antennas and Propagation // Magazine, 1990. Vol. 32. N4.

SL — The Years work in English Studies 1919-0-1920/ Ed. by S. Lee. London, 1921.

1 Аверипцев С. С. Поэтика древнегреческой литературы. Сб. статей. М., 1981. С. 16.

2 Лосев А. Ф. История античности. Ранний эллинизм. М., 1979. С. 375.

3Пешков И. В. Введение в риторику поступка. М., 1998. С. 97.

4 Burke К. A rhetoric of motives. Berkley, е. a. 1962. P. 22.

5 Ibid. P. 183.

6 Варшавская А. И. Смысловые отношения в структуре языка (на материале современного английского языка). Л., 1994. С. 5.

7 Quirk R. е. a. A university grammar of English. M., 1982. P. 251.

8 Рождественский Ю. В. Теория риторики. М., 1999. С. 197.

9 Архипова Л. В. Риторический прием автоинтерпретации как средство организации дискурса (на материале английской научной прозы): Автореф. канд. дис. СПб., 2002. С. 121.

10 Лотман Ю.М. Лекции по структурной поэтике // Ю.М.Лотман и тартусско-московская гносеологическая школа. М., 1994. С. 389.

11 Прагнашвили А. С. и др. Послесловие // Бессознательное: Природа. Функции. Методы исследования. Тбилиси, 1978. Т. 1. С. 103.

12 Дрогалина Ж. А., Налимов В. В. Реальность нереального: вероятностная модель бессознательного. М., 1995. С. 115.

13 Лосев А. Ф. Философия имени. М., 1990. С. 185.

14 Степанов Ю. В. Номинация, семантика, семиология.// Языковая номинация. М., 1977. С. 30.

15 Вилюман В. Г. Английская синонимия (введение в теорию синонимии и методику изучения синонимов). М., 1980. С. 62.

Статья поступила в редакцию 16 апреля 2003 г.