Значение судебно-психологической экспертизы как доказательства в суде первой инстанции

УДК 343.14

ЗНАЧЕНИЕ СУДЕБНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ КАК ДОКАЗАТЕЛЬСТВА В СУДЕ ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ

© Веретенникова Е. В., 2012

Рассмотрено доказательственное значение судебно-психологической экспертизы по вопросам компенсации морального вреда. Обосновывается, что данный вид экспертизы имеет важное доказательственное значение. Судебно-психологическая экспертиза позволит наиболее достоверно рассмотреть конкретное дело в суде и вынести разумное, справедливое решение, с учетом конкретных психологических свойств пострадавшего. Судебно-психологическая экспертиза позволит правильно определить вид восстановительно-компенсационных мер и объективный размер компенсации морального вреда.

Ключевые слова: судебно-психологическая экспертиза; доказательство; судебное следствие; суд; эксперт; консультация специалиста; моральный вред; компенсация морального вреда.

Интерес к вопросу о значении судебно-психологической экспертизы в процессе доказывания по уголовному делу заключается в том, что юридически значимые фактические обстоятельства, которые предусмотрены в уголовном, уголовно-процессуальном законе и подлежат установлению посредством доказательств для принятия решений по делу в целом или по отдельным правовым вопросам, входят в предмет доказывания по уголовному делу. По конкретным уголовным делам судебно-психологическая экспертиза позволяет установить наличие или отсутствие подобного рода обстоятельств.

При рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции в предмет доказывания, как правило, входит характер и размер вреда, причиненного преступлением (п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ). Характер и размер вреда (морального, физического, материального), причиненного преступлением, т. е. общественно опасных последствий, которые возникли по вине лица в результате его противоправных действий (бездействия), является самостоятельным элементом общего предмета доказывания по уголовному делу. В этой связи актуальным представляется вопрос о наличии морального вреда и возможности его компенсации. В настоящее время в судебной практике наиболее важным является вопрос применения в процессе доказывания судебно-психологической экспертизы. Особенно востребованными являются знания профессионального

психолога (эксперта) по делам, связанным с компенсацией морального вреда, например, потерпевшим или реабилитированным. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» [1] указывается на необходимость наиболее полного использования достижений науки в целях всестороннего и объективного исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, путем производства судебной экспертизы во всех случаях, когда для разрешения возникших в ходе судебного разбирательства вопросов требуется проведение исследования с использованием специальных знаний.

Доказывание морального вреда предполагает установление нравственных или физических страданий потерпевшего, их силы и продолжительности, наступивших в результате посягательства на жизнь, здоровье, достоинство личности, неприкосновенность частной жизни, деловую репутацию, личную и семейную тайну, а равно на его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной собственности), а также на имущественные права гражданина.

Судебно-психологическую экспертизу следует назначать и производить при возникновении трудностей установления причинной связи между последствиями и противоправными деяниями. Экспертиза по-

зволит выявить индивидуальные психологические особенности пострадавшего. Заключение эксперта-психолога поможет суду установить правильный размер компенсационной суммы с учетом того, что прошел определенный промежуток времени с момента причинения морального вреда.

Назначение и проведение судебно-психологической экспертизы относится к такому этапу судебного разбирательства, как судебное следствие. Судебное следствие является главной частью стадии судебного разбирательства, потому что суд делает свои выводы в приговоре лишь на основании доказательств, непосредственно исследованных судом в судебном заседании. Это, по выражению М. Ф. Громницкого, «корень всего дела» [2].

Судебное следствие является этапом судебного разбирательства, в ходе которого стороны последовательно излагают свою позицию по существу уголовного дела и доказывают ее путем представления доказательств и их проверки при участии суда. В случае, если в ходе судебного разбирательства возникает необходимость проведения экспертизы, прокурор согласно ст. 283 УПК РФ обязан поставить перед судом вопрос о ее назначении, защитник вправе также выступить с ходатайством о назначении экспертизы. Та или иная сторона, в аспекте принципа состязательности сторон, заинтересована повлиять на внутреннее убеждение судьи.

К сожалению, зачастую судьи не умеют и не могут применить к делу всю полноту своего внутреннего убеждения или дать ему правильный исход. Проблематика заключается в том, что человеку свойственны увлечения, создающие односторонний взгляд на вещи, в его деятельности возможны ошибки и неверное понимание предметов. Наконец, судья может страдать недостатком — «ленью ума», которая нежелательна, поскольку в деле суда достоверность вырабатывается из правдоподобности и добывается последовательным устранением возникающих сомнений. В этой связи реальными гарантиями формирования внутреннего убеждения судей, их уверенности в правильности принимаемого ими решения являются такие требования: формирование убеждения на основе фактических обстоятельств дела, что исключает субъективизм; исследование их всесторонне, полно, объективно и в совокупности, что обеспечивает выявление дей-

ствительных свойств этих обстоятельств и правильное отражение их в сознании судей; мотивировка принимаемого решения, что помогает объективировать убежденность судей [3].

Конечно, участие психолога как эксперта в суде по делам о компенсации морального вреда влечет дополнительные затраты времени и средств, но по данным делам цель оправдывает средства. Одним из непременных условий, способствующих эффективности расследования и рассмотрения дела в суде, является обязательное использование во всех случаях, где это возможно (а не только, где необходимо), помощи специалистов и экспертов. Экспертиза — это важнейшая процессуальная форма использования специальных познаний. Действующее уголовно-процессуальное законодательство определяет, когда назначается экспертиза, а также когда ее назначение является обязательным (ст. 195—207 УПК РФ).

С целью правильной оценки судом обстоятельств, с которыми граждане связывают свое право на обращение в суд, необходимо доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Следует представить суду различные медицинские документы, заключения экспертов медиков и (или) психологов по поводу того, что в результате неправомерных деяний должностных лиц у пострадавшей стороны (истца) возникло либо обострилось заболевание или им были перенесены нравственные (эмоциональные) переживания.

Интерес представляет то, что на конференции в Санкт-Петербургском государственном университете в 1996 г. эксперты-психологи предложили основные принципы и задачи судебно-психологической экспертизы по делам о компенсации морального вреда. Дело в том, что эмоции выступают как один из способов существования объективного содержания в индивидуальной психологии, психике, которое может приобрести различную эмоционально-смысловую окраску [4]. Тогда как современная психология обладает обширным диапазоном иногда невостребованных следственной или судебной практикой возможностей, которые могли бы существенно помочь судье в их нелегкой работе. Однако «психологическое невежество» юристов приводит к тому, что большинство из них не только не могут гра-

мотно использовать в своей деятельности широко известные психологические материалы, но даже не догадываются об их существовании [5].

В Германии, в тех случаях, когда из-за незаконных действий страдает эмоциональная и рациональная сфера личности по восприятию окружающей действительности, суды уделяют особое внимание заключениям экспертов.

Глубокое изучение личности с помощью судебно-психологической экспертизы обеспечивает правильное применение уголовно-процес-суального законодательства и способствует соблюдению конституционных прав и свобод человека [6], соответственно — и принципа справедливости, поскольку отдельные люди не равны в силу физических различий, семейного положения. Справедливое отношение к каждому конкретному человеку, к каждому случаю должно основываться на учете индивидуального положения лица и условий его деятельности, чтобы исключить всякую случайность в распределении блага и зла [7]. Индивидуальность конкретного лица может быть определена посредством судебно-психологической экспертизы. Еще в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 марта 1971 г. № 1 «О судебной экспертизе по уголовным делам» отмечалось, что судебная экспертиза получает в уголовном процессе все большее распространение, а производимые экспертами исследования способствуют принятию правильных и обоснованных судебных решений.

Заслуживает внимания то, что при проведении судебно-психологической экспертизы экспертами-психологами ставятся следующие задачи: установление индивидуально-психологических особенностей личности подэкспертного, которые могли оказать существенное влияние на глубину и интенсивность субъективных переживаний ею действий и высказываний ответчика; диагностика изменений психического состояния, основных показателей деятельности подэкс-пертного, его личности; определение вреда основным жизненным ценностям подэксперт-ного; установление причинной связи между обнаруженными изменениями психического состояния, основных показателей деятельности личности и деяниями ответчика.

Образно говоря, одной из целей судебнопсихологической экспертизы по делам, связанным с компенсацией морального вреда,

является установление факта причинения морального вреда, его глубины и интенсивности переживаний по поводу причиненного вреда, причинно-следственной связи1. В таком случае уместна некоторая аналогия с криминалистическими исследованиями по установлению факта контактного взаимодействия, так как обе задачи направлены на изучение обстоятельств по делу на основе научных знаний, т. е. экспертным путем, и могут оцениваться совместно с данными, проведенными следственным путем. Решение невозможно без решения классификационной задачи. Такая классификация обусловлена нормами права.

Вместе с тем анализ судебной практики позволяет выделить ошибки, допускаемые экспертами-психологами при проведении судебно-психологической экспертизы. Ошибки состоят в том, что эксперты: не обосновывают методику исследования вопросов, составляющих содержание экспертного задания; проводят экспертизу при неполных исходных данных о личности по-дэкспертного и (или) ситуации, составляющей фабулу дела, что обусловлено недостатками при проведении экспертизы; в нарушение ст. 204 УПК РФ не указывают в заключении, какие исследования ими проведены и какие материалы использованы; входят в оценку правовых и морально-этических вопросов; поверхностно исследуют особенности и психическое состояние личности подэкспертного [8].

В этой связи И. Л. Петрухин верно предлагает при оценке заключения эксперта сначала установить его соответствие другим доказательствам, а затем анализировать само заключение [9]. Действительно, наивно и неверно было бы представлять, что лишь одно заключение эксперта-психолога позволит суду принять обоснованное решение по делу [10]. Данный вывод немаловажен постольку, поскольку в решении суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела (ч. 4 ст. 198 ГПК РФ). Еще в XIX в. Л. Е. Владимиров писал, что достоинство экспертизы определяется согласием ее с установленными и несомненными обстоятельствами дела [11].

Более того, действующий УПК РФ четко регламентирует: заключение эксперта, являясь одним из доказательств, предусмотренных УПК РФ (ч. 2 ст. 74, ст. 80 УПК РФ), данных на основе специальных

знаний, позволяет установить обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, в частности, входящие в предмет доказывания, и как любое другое доказательство, оно подлежит оценке и проверке на общих основаниях (ст. 88 УПК РФ).

В случае если судебно-психологическая экспертиза назначалась на досудебных стадиях уголовного процесса, следует иметь в виду то, что оценка доказательств, произведенная по внутреннему убеждению судей, может оказаться иной, чем оценка тех же доказательств по убеждению следователя. Значит, судья имеет право, не предрешая вопроса о достоверности приведенных в заключении эксперта обстоятельств, предварительно оценить заключение эксперта с точки зрения полноты, всесторонности, объективности, доброкачественности, допустимости и относимости, соответствия его другим доказательствам. Если, по мнению судьи, в экспертизе имеются существенные недостатки, то меры по обеспечению экспертизы следует принимать лишь тогда, когда пробелы предварительного следствия можно восполнить при судебном разбирательстве дела. Вызов эксперта в судебное заседание целесообразен, когда, например, его заключение, данное на предварительном следствии, содержит недостаточно ясные выводы, поверхностно, противоречит собранным по делу другим доказательствам. Необходимо вызывать в суд эксперта и тогда, когда в деле имеются два противоречивых заключения экспертов относительного одного и того же факта, когда в деле имеется обоснованное ходатайство кого-либо из участников процесса об участии эксперта в суде или кто-нибудь из участников процесса оспаривает заключение, данное на предварительном следствии.

Отдельные авторы полагают, что психологические заключения доказательствами служить не могут при условии, что они представляют попытку голословного восполнения недостающих доказательств по делу. То есть сотрудники правоохранительных органов и суда не должны подменять недостаток фактических данных общими рассуждениями психологического характера. Судебно-психологическая экспертиза должна предоставить суду независимую и объективную информацию, которая является результатом деятельности профессионального психолога, действующего в рамках своей компетенции [12].

С подобными рекомендациями трудно согласиться в полной мере. В них происходит подмена оценки достоверности заключения оценкой его доказательственного значения. Иначе говоря, вместо оценки правильности исследования, сделанных на его основе выводов сразу предлагается оценивать факты, фигурирующие в этих выводах.

Проблема оценки достоверности заключения эксперта всегда привлекала внимание ученых [13].

По нашему мнению, условия, обеспечивающие достоверность заключения эксперта, могут быть сведены в три группы: применение подлинно научных методов и приемов, обеспечивающих научную обоснованность выводов в заключении; проведение полного, всестороннего и объективного исследования вещественных доказательств и материалов дела, относящихся к предмету экспертизы; выполнение экспертизы в соответствии с нормами процессуального законодательства и не противоречащими им подзаконными правовыми актами (инструкциями, положениями, приказами). Перечисленные три группы обязательно должны быть изучены судьей, когда они оценивают достоверность заключения эксперта.

Думается, принцип состязательности не исключает активного участия суда в доказывании, поскольку судьи должны обосновывать каждый свой вывод доказательствами и значит, должны доказать, прежде всего себе, наличие фактических обстоятельств, подтверждающих правильность принимаемого решения. Данное положение обосновывали еще дореволюционные процессуалисты [14]. Кроме того, оценивая заключения экспертов, суд должен проверять, не вышел ли эксперт за пределы своей компетенции; объективен ли он при даче заключения; имеются ли у него соответствующее специальное образование и опыт работы; соблюдены ли процессуальные нормы при производстве экспертизы; насколько научно обоснованно заключение и соответствует ли оно материалам уголовного дела.

В практической деятельности встречаются ошибки, связанные с игнорированием из двух экспертных заключений, данных по одним и тем же вопросам (первоначально и повторно), того, которое проведено менее авторитетным экспертом. С одной стороны, недопустимо связывать доказательственное значение заключения эксперта с должностью эксперта, его ученым званием, ведом-

ственным уровнем экспертного учреждения, поскольку такой подход к оценке заключения эксперта содержит элементы формальности, что противоречит смыслу действующего законодательства. С другой стороны, следует поручать производство подобного рода экспертизы таким экспертам, которые обладают большим практическим опытом работы в области экспертоло-гии, порою тем экспертам, которые имеют медицинское образование и являются психотерапевтами.

По нашему мнению, следует привлекать специалистов, которые помогут разъяснить судье сущность тех вопросов, которые поставлены перед экспертом. Думается, компетентный специалист может дать комментарии по выводам заключений экспертов. В этой связи А. Александрова верно подчеркивает, что в оценке заключения эксперта могут оказать существенную помощь специалисты [15].

Так, А. Н. Петрухина верно предлагает включить в УПК РФ ст. 80.1 «Консультация и показания специалиста», изложив ее ч. 1 в следующей редакции: «Консультация специалиста — это представленное в письменной форме суждение по поставленным перед ним сторонами и судом вопросам, относящимся к его компетенции и не требующим производства специальных исследований» [16]. По нашему мнению, данное предложение заслуживает поддержки, поскольку судья, доверяющий мнению компетентного специалиста, сможет критично проанализировать заключение эксперта. Более того, в практической деятельности нередко бывают ситуации, когда в ходе судебного разбирательства, например, подсудимый и его защитник ходатайствуют о проведении повторной или дополнительной экспертизы. Судья же должен принять решение об удовлетворении такого ходатайства или отклонить его. Думается, консультация специалиста в данной ситуации позволит судье принять грамотное решение.

По нашему мнению, компетентная консультация специалиста может принять обоснованное решение судьей о признании экспертного заключения недопустимым доказательством. Считаем, что суд может признать заключение эксперта недопустимым доказательством не только по основаниям нарушения норм УПК РФ, но и по поводу, когда применяются не те методики, которые должны быть использованы при

проведении подобного рода экспертиз. Например, на одной из лекций на курсах повышения квалификации в Российской академии правосудия (г. Москва) профессор В. В. Романов высказал свое мнение по поводу проведения судебно-психологической экспертизы при компенсации морального вреда. В частности, профессор подчеркнул, что эксперты должны использовать те официальные методики, которые разработаны в Институте имени Сербского и закреплены в методическом пособии. К сожалению, многие судьи об этом не знают, чем могут даже злоупотреблять не вполне добросовестные эксперты.

На основании изложенного в данной статье можно сделать следующий вывод. Судебно-психологическая экспертиза по уголовным делам является важнейшим доказательством по вопросам уровня морального вреда. Психологическая экспертиза, выполненная грамотно и в соответствии с уголовно-процессуальными требованиями к актам экспертиз, допустимостью использованных для доказательств фактов и методов, уголовно-процессуальных принципов компенсации морального вреда, позволит наиболее достоверно рассмотреть конкретное дело в суде и вынести разумное, справедливое решение, с учетом конкретных психологических свойств пострадавшего как отдельного индивида, что поможет правильно определить вид восстановительно-компенсационных мер и объективный размер компенсации морального вреда. В этой связи считаем целесообразным в ст. 195 УПК РФ внести дополнение об обязательном назначении судебно-психологической экспертизы по делам о компенсации морального вреда. И

1. Рос. газ. 2010. 30 дек. (№ 5375).

2. Антипова Н. Т. Государственное обвинение в суде : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 145.

3. Агеева Г. Н. Законность и обоснованность приговора. Его правовые гарантии // Актуальные вопросы развития и совершенствования законодательства о судоустройстве, судопроизводстве и прокурорском надзоре : сб. науч. тр. М., 1981. С. 111.

4. Кузнецов А. Г. Эмоция как субъективная категория : автореф. дис. ... канд. филос. наук. Бишкек,

2000. С. 17.

5. Диянова З., Конопак И., Щеголева Т. Каждому заниматься своим делом // Законность. 1993. № 4. С. 31.

6. Аврамцев В. В., Посадков В. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе // Юрист. 1997. № 4. С. 17; Углов Ф. Грубое слово // Известия. 1964. 4 сент. С. 4.

7. Панасюк А. Нетрадиционные способы собирания и закрепления доказательств // Законность.

2001. № 4. С. 20.

8. Давлетов А. Специалист в уголовном процессе: новые возможности и проблемы / / Рос. юстиция. 2003. № 9. С. 47.

9. Петрухин И. Л. Экспертиза как средство доказывания в советском уголовном процессе. М. : Наука, 1964. С. 117.

10. Китаев Н. Н. Опыт регионов необходимо изучать // Законность. 1999. № 4. С. 29.

11. Владимиров Л. Е. Учение об уголовных доказательствах. Тула : Автограф, 2000. С. 246.

12. Диянова З., Щеголева Т. Еще раз о судебнопсихологической экспертизе // Законность. 1998. № 9. С. 33; Шишков С. Могут ли психологические и психиатрические заключения служить доказательствами? // Закон. 1997. № 7. С. 44.

13. Винберг А. И. Криминалистическая экспертиза в советском уголовном процессе. М. : Моск. ун-т, 1956. С. 34; Белкин Р. С. Собирание, исследование и оценка доказательств. М. : Юрид. лит., 1966. С. 23.

14. Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб. : Альфа, 1996. Т. 1. С. 64.

15. Александрова А. Мнение специалиста опровергает заключение эксперта // Уголовное право. 2008. № 1. С. 65.

16. Петрухина А. Н. Проблемы оценки заключения эксперта в современном уголовном судопроизводстве // Юрист. 2011. № 9. С. 29.

Value of Judicial and Psychological Examination as Proofs in Court of the First Instance

© Veretennikova E., 2012

In the present article the probative value of forensic psychological examination for non-pecuniary damage. Substantiates the fact that this type of examination is of great probative value. Forensic psychological examination will consider the most reliable specific case before the court and make a reasonable, equitable solution to the specific psychological characteristics of the victim. Forensic psychological examination will correctly identify the type of restoration and compensatory measures and objective compensation for moral damage.

Key words: of forensic psychological examination; iudical investigation; non-pecuniary damage; moral damage; professional consultation.

ПРИМЕЧАНИЕ

1 При отсутствии причинной связи ответственность не наступает, более того, не всегда может быть очевидной. Может возникнуть вопрос и о вторичном или опосредованном моральном вреде, наличие которого может повлиять на увеличение взыскиваемой денежной суммы. Непросто доказать, что возникшее заболевание или нравственные переживания связаны с совершенным правонарушением, поэтому заключение психологов-экспертов является необходимым.