Русская православная церковь и власть в Восточном Забайкалье в советское и постсоветское время: грани взаимодействия

УДК: 322; 94+27

DOI: 10.21209/2227-9245-2016-22-9-74-81

РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ И ВЛАСТЬ В ВОСТОЧНОМ ЗАБАЙКАЛЬЕ В СОВЕТСКОЕ И ПОСТСОВЕТСКОЕ ВРЕМЯ: ГРАНИ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

THE RUSSIAN ORTHODOX CHURCH AND THE AUTHORITIES IN EASTERN TRANSBAIKALIA IN THE SOVIET AND POST-SOVIET ERA: ASPECTS OF INTERACTION

Анализируются различные аспекты взаимодействия православной церкви и светской власти на территории Восточного Забайкалья в советский и постсоветский период исторического развития региона. Дается краткая характеристика предшествующего времени в разрезе анализируемых вопросов. Определяется степень изученности проблемы на сегодняшний день. Отмечается, что, в отличие от ряда иных регионов Российской Федерации заявленная в названии проблематика не получила должного освещения в работах исследователей, что определяет актуальность работы. Наряду с этим оговаривается, что для наиболее полного раскрытия темы требуется введение в научный оборот новых архивных данных. Автор делает попытку определить, в каких именно сферах происходило взаимодействие Русской Православной Церкви и органов советской, а затем постсоветской власти. Происходившие процессы рассматриваются в контексте общегосударственных тенденций. Характеризуется система органов регистрации и контроля над деятельностью религиозных организаций в советский период, а также органы власти, которые занимаются данными вопросами в Российской Федерации. С учетом проблемного поля статьи особое внимание уделено региональному компоненту, деятельность органов власти характеризуется через призму государственной религиозной политики. Делается вывод о значительной степени влияния советской власти в регионе на существование и деятельность православной церкви и о наличии определенного взаимодействия власти и РПЦ в постсоветское время. Отмечается, что на современном этапе существует необходимость совершенствования системы взаимодействия органов государственной и муниципальной власти Российской Федерации и Русской Православной Церкви, причем как на федеральном, так и на региональном уровнях. Наряду с этим, требуется дальнейшее изучение рассматриваемого в статье аспекта, с одной стороны, в связи со слабой его изученностью, с другой — для создания научно обоснованного представления об эффективной модели взаимодействия

Ключевые слова: религия; православие; власть; религиозно-властные институты; органы государственной и муниципальной власти; политика; Восточное Забайкалье; Русская православная церковь; региональный компонент

The article analyzes various aspects of cooperation between the Orthodox Church and secular authorities in the territory of Eastern Transbaikalia in the Soviet and post-Soviet period the historical development of the region. Brief characteristic of the preceding period in the context of the analyzed issues is given. The degree of knowledge of the problem to date is determined. It is noted that, in contrast to some other regions of the Russian Federation, stated in the title issues have not received adequate coverage in the works of scholars and that determines the relevance of the work. Along with this, it is stipulated that, for the most complete disclosure of the topic, the introduction into scientific circulation the new archival data is required. The author makes an attempt to determine in what areas there was an interaction of the Russian Orthodox Church and the Soviet authorities, and then postSoviet government. The occurring processes are considered in the context of national trends. A system of registra-

E. В. Дроботушенко, Забайкальский государственный университет, г. Чита

DRZZ@yandex.ru

E. Drobotushenko, Transbaikal State University, Chita

tion and control over the activities of religious organizations during the Soviet period is characterized, as well as the authorities who have addressed these issues in the Russian Federation. According with the given problem of the article, the emphasis is made on the regional component, activities of the authorities which are characterized through the prism of state religious policy. The conclusion about significant influence of the Soviet power in the region to existence and activity of the Orthodox Church and the presence of a certain interaction between the authorities and the Russian Orthodox Church in post-Soviet times is made. It is noted that at the present stage there is a need to improve the system of interaction of state bodies and municipal authorities of the Russian Federation and the Russian Orthodox Church, both at the Federal and regional levels. In addition, further exploration of the article of the aspect is required, on the one hand in connection with its weak knowledge, on the other, to create scientifically-based ideas about effective model of interaction

Key words: religion; Orthodoxy; power; religious power institutions; government and municipal authorities; politics; Eastern Transbaikalia; Russian Orthodox Church; regional component

Взаимодействие Русской Православной

Церкви (РПЦ) и светской власти на разных этапах развития отечественной государственности не раз становилось предметом научного изучения.

Актуальность изучения поднимаемого в статье аспекта социально-политических отношений неоспорима. О значимости данного вопроса говорят разработанные в 2001 г. кафедрой религиоведения Российской академии государственной службы при Президенте РФ «Концептуальные основы государственно-церковных отношений в Российской Федерации» или разработанная Институтом государственно-конфессиональных отношений и права и Главным управлением Министерства юстиции РФ по г. Москва «Концепция государственной политики в сфере отношений с религиозными объединениями в Российской Федерации». После их разработки прошло уже пятнадцать лет, однако вопрос не потерял своей актуальности и находит обсуждение в средствах массовой информации.

Несмотря на то, что, согласно конституции 1993 г., Российская Федерация является светским государством, религия играет в стране важную роль. При наличии множества религиозных учений с равными правами, православие все же является основополагающим, что следует из количества верующих, зарегистрированных религиозных организаций, действующих монастырей, храмов, молитвенных домов, из той роли, которую оно играет в социальных процессах.

Очевидна определяющая значимость православия в истории России. Вплоть до

начала XX в. — это единственно возможная в широком распространении религия. В начальный светский период она, как и иные религии, подверглась гонениям, однако с широко известной встречи И. В. Сталина с высшими православными иерархами в 1943 г. у православия появились некоторые преимущества.

Таким образом, очевидно, что из существующих на территории России религиозных учений православие является наиболее значимым по влиянию на социум. Отсюда достаточно актуальным видится анализ его взаимодействия с определяющим институтом жизни общества — властью. Наиболее отчетливо данное взаимодействие можно проследить через институализированные структуры, Русскую Православную Церковь как зарегистрированную религиозную организацию и отдельные властные структуры.

По рассматриваемой проблематике в целом относительно Советского Союза и постсоветской России существует определенное количество научных публикаций. Это работы как на русском, так и на иных языках [1; 2; 3; 4; 5].

При актуальности и проблемности изучения отношений государства в лице власти и религиозных объединений относительно разных периодов времени рассматривалось данное взаимодействие неравномерно. При этом территориально анализировалась ситуация не во всех регионах. При попытке охарактеризовать названное взаимодействие в стране в целом некоторые территории по разным причинам оставались за границами исследовательского интереса.

Таким регионом является Забайкалье. Оно не стало объектом комплексного анализа в контексте взаимодействия православной церкви и власти.

Отдельные исследователи рассматривали данную проблематику, однако территориально за объект рассмотрения бралось Западное Забайкалье в рамках предложенного ими, однако традиционно не используемого понятия «Байкальска Сибирь». Здесь следует назвать И. С. Цыремпилову [8; 9; 10 и др.]. Отметим, что, это, пожалуй, единственный автор, анализирующий историю Русской православной церкви в регионе через ее взаимодействие с властью.

В то же время сложно рассматривать как историю православия в регионе, так и его современное состояние в отрыве от власти. Все его существование определялось государством. Так или иначе, аспекты взаимодействия Русской Православной Церкви и власти затрагиваются в некоторых иных публикациях. К примеру, в работах известнейшего специалиста по истории православия в Забайкалье В. И. Косых [6; 7 и др.].

Территориальные рамки определяются в связи с малоизученностью рассматриваемой проблематики для макрорегиона — Восточного Забайкалья. Наряду с этим интерес вызывают особенности, связанные с приграничным, периферийным расположением названной территории, полиэтнич-ностью и поликонфессиональностью территории.

Формат взаимодействия власти и Русской Православной Церкви и власти в истории и современности носил разный характер.

В досоветское время, в связи с тем, что православие являлось государственной религией, Русская Православная Церковь получала поддержку практически во всех своих начинаниях. Основное время, вероятно, можно говорить о симфонии властей. Деятельность светской власти и руководства православной церкви шла как бы параллельно. Однако были и исключения. Это моменты секуляризации церковного имущества, а значит и определенной доли влияния церкви на общество и, пожалуй, единственная реальная попытка повыше-

ния статуса православной церкви. В первом случае мы говорим о деятельности Ивана IV Грозного, связанной с запретом монастырям покупать вотчины у служилых людей, принимать их в заклад и на «помин души», с ликвидацией «белых» монастырских и патриарших слобод в городах и, естественно, со знаменитой секуляризацией 1764 г. Во втором случае — это, очевидно, реформы и попытка возвышения патриарха Никона.

В Восточном Забайкалье свое отражение нашли все названные общегосударственные тенденции. Симфония светской власти и православной церкви — основное время. Секуляризация 1764 г. через закрытие единственного на территории православного монастыря — Нерчинского Успенского и итог реформаторской деятельности Патриарха Никона посредством появления в регионе значительного количества последователей старообрядчества.

Следует отметить, что дореволюционный период в Восточном Забайкалье нашел относительную характеристику в свете рассматриваемой проблематики, главным образом, в упоминавшихся ранее работах В. И. Косых, а вот советское и постсоветское время осталось за пределами интереса исследователей.

Советский период во взаимоотношениях власти и РПЦ в целом по стране можно условно разделить на два этапа. Первый — это время гонений на религии и на православие в частности, закрытие монастырей, храмов, молитвенных домов и часовен. Очевидно, что это главным образом 20-30-е гг. XX в. При этом сохраняются РПЦ как организация, церковно-админи-стративное деление территории страны, определенное количество действующих культовых построек. Второй этап — период с 1943 г., момента «потепления» отношений между советскими властями и Русской Православной Церковью. Ему свойственно относительно спокойное существование православия без особых гонений. В первые годы, вплоть до конца 40-х гг. XX в. — это активное открытие православных храмов и регистрация общин. В дальнейшем происходит некоторый спад в данном процессе,

закрытие определенного количества построек культового назначения, сокращение числа священнослужителей. Однако в целом можно сказать, что православная церковь существовала и действовала на всей территории страны. Данный этап мы продлим вплоть до конца 80-х — начала 90-х гг. XX в., когда со сменой политического режима кардинально меняются отношения к свободам гражданина и, соответственно, к религии, в том числе и к православию.

Несколько иная ситуация сложилась в Восточном Забайкалье. Здесь советское время в рассматриваемом ракурсе, с нашей точки зрения, следует разделить на три этапа. Первый — это гонение на православие в 20-30-е гг. XX в. На территории характеризуемого региона закрыт единственный действующий монастырь, а также все православные храмы и часовни. Аналогичная ситуация сложилась в соседних с Восточным Забайкальем регионах: Якутии и Западном Забайкалье. Вторым этапом мы выделим этап своеобразного «безвременья». Это период, когда существовавшая до этого с 1894 г. Забайкальская епархия в границах Западного и Восточного Забайкалья прекратила самостоятельное существование. На территории названного региона не существовало ни одного православного монастыря, ни одного действующего православного храма, не было зарегистрированных православных общин и священнослужителей. Третий этап хронологически совпадает со вторым этапом в целом для государства. Это период с 1943 г. и до конца существования советской государственности. Для него характерна относительно слабая, но все же деятельность православной церкви, а значит и наличие определенных взаимоотношений с властью.

Вплоть до 1930 г. Восточное Забайкалье территориально относилось к Забайкальской епархии. Она находилась в юрисдикции местоблюстителя патриаршего престола митрополита Сергия (Старо-гордского). Последние упоминания о какой-либо активности православной церкви на территории региона относятся к 1931 г. Известно, что на территории Сибири во-

обще не было правящих архиереев с 1937 по 1942 гг. С 1945 г. Восточное Забайкалье относится к Читинскому викариатству Иркутской и Читинской епархии, хотя первые три года управляется епископом Хабаровским и Владивостокским. С 1948 г. и до образования самостоятельной Читинской и Забайкальской епархии в 1994 г. Восточное Забайкалье в плане церковно-ад-министративного деления входило в состав Иркутской епархии. Однако, несмотря на наличие внутреннего административного деления Русской православной церкви по территориям и отнесения Восточного Забайкалья в церковном плане к Иркутской епархии, в плане взаимоотношений с властью на первое место выходит самостоятельный субъект Федерации — Читинская область. Предопределено это созданной системой взаимоотношений власти и Православной Церкви в СССР. Все вопросы существования, деятельности и развития Русской Православной Церкви находились с 1943 г. в руках Совета по делам Русской православной церкви при Совете Министров СССР. Сам совет, располагавшийся в Москве, осуществлял свою работу в регионах посредством деятельности уполномоченных.

В Читинской области, как и в иных субъектах Федерации, уполномоченные являлись представителями исполнительной власти — исполнительного комитета областного Совета народных депутатов.

Для повышения эффективности работы власти с религиозными организациями и в частности с Русской Православной Церковью в Читинской области, как и в иных регионах, в 70-80-е гг. XX в. действовали комиссии содействия контролю «за соблюдением законодательства о культах». Общая численность комиссий составляла 235 человек, из которых до 30 % составляли депутаты местных советов. При этом из общего состава, 57 человек — это секретари исполнительных комитетов районных и городских советов, заведующие отделами и председатели сельских советов, 49 человек — это работники системы народного образования, 41 человек — юристы и сотрудники

милиции. Таким образом, комиссии в значительной степени состояли из представителей властных структур, что, очевидно, предопределяло серьезное влияние власти на деятельность православной церкви в регионе.

В современной России не существует специального государственного органа, отвечающего за контроль над религиозными организациями и выстраивание посредством его работы взаимодействия между властью и религиозным объединением. Мы не говорим об органах юстиции и прокуратуре, как контролирующих деятельность юридических лиц — зарегистрированных религиозных групп. Речь идет об аналоге, существовавших в советское время Совета по делам Русской Православной Церкви (1943—1965), Совета по делам религиозных культов (1944—1965) и Совета по делам религий (1965—1991). Последний из названных сформирован в результате слияния двух первых. Подведомственны они были Совету министров СССР. Это специализированные органы, которые занимались только вопросами организации, существования и деятельности религиозных групп и зарегистрированных религиозных организаций.

Существует Совет по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте РФ. Его основная функция — обеспечение взаимодействия президента страны с существующими религиозными объединениями. Полагаем, что ограниченность данного совета с одной стороны только институтом президента ограничивает и его возможности.

В постсоветское время подобные советы существовали в субъектах Федерации, не стала исключением и Читинская область.

Аналогичного рода советы создавались в постсоветское время и на уровне местного самоуправления в отдельных муниципальных образованиях. В Читинской области на уровне муниципальных образований данная работа в постсоветское время не нашла серьезного развития.

Хронологически советы в субъектах Федерации и в муниципальных образованиях в постсоветской России стали возни-

кать в 90-е гг. XX в. В отдельных регионах их появление относится к первому десятилетию XXI в. Совет при Главе субъекта появился в 2002 г. Однако в 2009 г. постановлением Главы администрации (Губернатора) Читинской области постановление о совете утратило свою силу. Таким образом, на сегодняшний день в поликонфессиональном, полиэтичном Забайкальском крае нет консультативного органа, работа которого призвана повысить эффективность взаимодействия власти и религиозных объединений. И это при том, что последние несколько лет стали временем постоянного создания общественных советов при органах региональной власти и при региональных подразделениях федеральных органов власти. Причину исчезновения существовавшего совета назвать сложно. С точки зрения социально-политической целесообразности она не определима. Отметим, что в некоторых регионах подобные советы существуют и активно работают и в настоящее время.

На уровне Забайкальского края существует структура в органах исполнительной власти, в функционал которой входит, в частности, решение вопросов по взаимодействию региональной власти с религиозными организациями. Это Отдел по национальной политике, взаимодействия с коренными малочисленными народами Севера и религиозными организациями Управления по внутренней политике Губернатора Забайкальского края. Однако здесь нам видится два негативных момента. Во-первых, данное подразделение является составной частью региональных органов исполнительной власти, а значит, его задача — главным образом реализация политических решений. Очевидно, что мнение представителей общественности относительно поднимаемой проблематики будет на втором месте. Второй принципиальный момент следует из названия отдела. Согласно законодательству Российской Федерации, религиозная организация — это «добровольное объединение граждан Российской Федерации, иных лиц, постоянно и на законных основаниях проживающих на территории Российской Федерации, образованное в целях совмест-

ного исповедания и распространения веры и в установленном законом порядке зарегистрированное в качестве юридического лица». В то же время к категории «религиозные объединения» относятся как религиозные организации, так и религиозные группы, от которых, в свою очередь, не требуется юридическая регистрация. Следуя из названия отдела, они выпадают из сферы его деятельности.

Представляется, что орган, совмещающий в себе функцию организации взаимодействия религиозных объединений со всеми органами власти федерального уровня, мог бы способствовать повышению эффективности межрелигиозного диалога, с одной стороны, и повышению эффективности взаимодействия власти и религиозных организаций, с другой.

В советское время центральные советы в регионах свою работу строили через уполномоченных. Возможен вариант такого построения работы или же создания самостоятельных структур при органах государственной власти субъектов Федерации.

После смены политического режима на рубеже 80-90-х гг. XX в. кардинально изменилось положение православной церкви в Восточном Забайкалье. В 1994 г. создана Читинская и Забайкалья епархия, в состав которой входила, в частности, Республика Бурятия. С 2009 г. существует самостоятельная Читинская и Забайкальская епархия на территории Читинской области. В 2014 г. она преобразована в Забайкальскую митрополию, состоящую на сегодняшний день из Читинской и Нер-чинской епархий.

Взаимодействие власти и Забайкальской митрополии РПЦ строится, прежде всего, на дружественных началах. Постоянными являются встречи руководства региона с правящими архиереями. Это относится ко всем руководителям региона в постсоветский период. Сами епархии в рамках митрополии также поддерживают контакты на уровне своего руководства и руководства региона.

Помимо руководства сначала Читинской области, а затем Забайкальского края,

глава митрополии и главы епархии постоянно активно встречаются с руководством подразделений.

Формальная составляющая взаимодействия в паре «Русская Православная Церковь — власть» просматривается в заключаемых соглашениях о сотрудничестве. Примером здесь может являться соглашение о сотрудничестве между епархиями Забайкальской митрополии и Управлением Федеральной Службы исполнения наказаний по Забайкальскому краю.

Сфера, в которой ведется совместная работа представителей РПЦ и региональных властей — это духовно-нравственное воспитание, просвещенческая и благотворительная деятельность.

При поддержке властей в Забайкальском крае организуются и действуют православные общественные организации, например, «Забайкальское региональное отделение Общества православных медиков во имя святителя Луки (Вой-но-Ясенецкого)» — в настоящее время «Забайкальское отделение Общества православных врачей России имени святителя Луки (Войно-Ясенецкого). Цель общества — привнесение христианских (православных) ценностей в работу врачей.

Таким образом, взаимоотношения между Русской Православной Церковью и властью в Восточном Забайкалье в разное время выстраивалось в контексте общей политики государства. В досоветское время это, главным образом, симфония властей, в советское — все аспекты деятельности православной церкви в регионе определялись через уполномоченного Совета по делам Русской Православной Церкви при Совете Министров СССР и комиссиями при органах исполнительной власти субъекта. В постсоветский период взаимодействие строится посредством заключения о сотрудничестве между отдельными органами исполнительной власти и епархиями РПЦ на территории региона, через разного вида встречи и переговоры. Основная цель совместной работы — нравственное воспитание, благотворительность и просвещение. Представляется, что данное взаимо-

действие может быть усилено. Существует структур на уровне региональной власти, потребность в создании консультативных различных советов.

Список литературы_

1. Беглов А. Л. Взаимоотношения Русской Православной Церкви и власти: история и современность / / Сибирская православная газета. 2004. № 6.

2. Вениамин (Лихоманов), епископ. Русская Православная Церковь и советская власть // Жизнь во Христе. 2013. № 1.

3. Вилькоцкий В. Б. Советская власть и Православная церковь в 1920-1940-х годах // Самиздат [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://samlib.ru/w/wilxkockij_w_b/sowetskajawlastxiprawoslawnaj acerkowxw1920-1940-hgodah.shtml (дата обращения: 15.09.2016).

4. Губкин О. Русская Православная Церковь под игом богоборческой власти в период с 1917 по 1941 г. // Компания открытых систем [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://sir35.narod.ru/Orthodoxy/ Ch_606.htm (дата обращения: 15.09.2016).

5. Катин В. И. Церковь и власть в России // Власть. 2013. № 5. С. 59—62.

6. Косых В. И. Забайкальская епархия 1908—1923 гг. Чита: Изд-во Забайкальского гос. пед. ун-та им. Н.Г. Чернышевского, 2007. 204 с.

7. Косых В. И. Забайкальская епархия в годы Первой мировой войны. Чита: Забайкальский гос. ун-т, 2014. 287 с.

8. Цыремпилова И. С. Взаимоотношения государства и Русской православной церкви в Байкальской Сибири (1917—1930-е гг.): историография и источники. Улан-Удэ: ИПК ВСГАКиИ, 2008. 135 с.

9. Цыремпилова И. С. Русская православная церковь и государство: история взаимоотношений в 1917—1930-е гг. (на материалах Байкальского региона). Улан-Удэ: ИПК ВСГАКиИ, 2008. 300 с.

10. Цыремпилова И. С. Русская православная церковь и государственная власть в 1917—1930-е гг. (на материалах Байкальского региона): автореф. дис. ... д-ра ист. наук. Улан-Удэ: Ин-т монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, 2009.

11. Kartashoff A. The Church and State (illusstrated fom what happened in Russia) // The journal of the fellowship of St. Alban and St. Sergius. 1931. No. 11. P. 44-54.

12. Pospielovsky D. The Russian Church under the Soviet Regime 1917-1982. N.-Y.: St. Vladimir's Seminary Press, 1984. 302 p.

List of literature_

1. Beglov A. L. Sibirskaya pravoslavnayagazeta (Siberian orthodox newspaper), 2004, no. 6.

2. Veniamin (Likhomanov), Bishop. Zhizn vo Hriste (Life in Christ), 2013, no. 1.

3. Vilkotsky V. B. Samizdat (Samizdat) Available at: http://samlib.ru/w/wilxkockij_w_b/sowetskajawlas txiprawoslawnajacerkowxw1920-1940-hgodah.shtml (accessed 15.09.2016).

4. Gubkin O. Kompaniya otkryityih sistem (Company of open systems) Available at: http://sir35.narod. ru/Orthodoxy/Ch_606.htm (accessed 15.09.2016).

5. Katin V. I. Vlast (Power), 2013, no. 5, pp. 59-62.

6. Kosykh V. I. Zabaykalskaya eparhiya 1908—1923 gg. [Transbaikal diocese 1908-1923 gg.] Chita: Publishing House of the Transbaikal State. Ped. Univ. named after N. G. Chernyshevsky, 2007. 204 p.

7. Kosykh V. I. Zabaykalskaya eparhiya v godyi Pervoy mirovoy voyny [Transbaikal diocese during the First World War]. Chita: Transbaikal State. University Press, 2014. 287 p.

8. Tsyrempilova I. S. Vzaimootnosheniya gosudarstva i Russkoy pravoslavnoy tserkvi v Baykalskoy Sibiri (1917-1930-e gg.): istoriografiya i istochniki [Relations between the State and the Russian Orthodox Church in the Baikal Siberia (1917-1930-ies.): Historiography and sources]. Ulan-Ude: IPK ESSACA, 2008. 135 p.

9. Tsyrempilova I. S. Russkaya pravoslavnaya tserkov i gosudarstvo: istoriya vzaimootnosheniy v 1917— 1930-e gg. (na materialah Baykalskogo regiona) [Russian Orthodox Church and the state: history of mutual relations in the 1917-1930-ies. (On the materials of the Baikal region)]. Ulan-Ude: IPK ESSACA, 2008. 300 p.

10. Tsyrempilova I. S. Russian Orthodox Church and the government in 1917-1930-ies. (On the materials of the Baikal region) [Russkaya pravoslavnaya tserkov i gosudarstvennaya vlast v 1917-1930-e gg. (na materialah Baykalskogo regiona)]: Abstract. dis. ... dr. hist. sciences. Ulan-Ude: Institute of Mongolian, Buddhist and Tibetan Studies of SB RAS, 2009.

11. Kartashoff A. The journal of the fellowship of St. Alban and St. Sergius (The journal of the fellowship of St. Alban and St. Sergius), 1931, no. 11, pp. 44-54.

12. Pospielovsky D. The Russian Church under the Soviet Regime 1917—1982 [The Russian Church under the Soviet Regime 1917-1982]. N.-Y.: St. Vladimir's Seminary Press, 1984. 302 p.

Коротко об авторе _ Briefly about the author

Дроботушенко Евгений Викторович, канд. ист. наук, доцент, декан исторического факультета, Забайкальский государственный университет, г. Чита, Россия. Область научных интересов: история, политические науки, социология, право

DRZZ@yandex.ru

Evgeny Drobotushenko, candidate of historical sciences, associate professor, dean of History faculty, Transbaikal State University, Chita, Russia. Sphere of scientific interests: history, political science, sociology, law

Образец цитирования _

Дроботушенко Е. В. Русская Православная церковь и власть в Восточном .Забайкалье в советское и постсоветское время: грани взаимодействия // Вестн. Забайкал. гос. ун-та. 2016. Т. 22. № 9. С. 74-81.

DOI: 10.21209/2227-9245-2016-22-9-74-81