Проблема агрессивности девочек-подростков

Вестник Самарской гуманитарной акалемии. Серия «Психология». 2014. № 2

СОЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ SOCIAL PSYCHOLOGY

ПРОБЛЕМА АГРЕССИВНОСТИ ДЕВОЧЕК-ПОДРОСТКОВ

© В. Е. Ионова

В исслеловании слелано прелположение, что агрессивность левочек-полростков обусловливается негативными отношениями ролителей в семье; личностными особенностями; агрессивность левочек-полростков проявляется в косвенной форме. Выявлена прямая связь косвенной агрессии у левочек-полростков с уровнем ролительских отношений и факторами «ломинан-тность», «раликализм», «конформность», «напряженность»; обратная связь выявлена с «социальной алап-тацией», «социальной активностью» и фактором «самоконтроль».

Ключевые слова: эмансипация, агрессивность, социализация, нравственное развитие, косвенная агрессия, реляционная агрессия.

Проблема женской агрессивности в настоящее время принимает достаточно ощутимые размеры, так как очень рано агрессивные и насильственные формы поведения и проявления особой жестокости при разрешении проблем усваиваются девочками-подростками. С ростом женской агрессивности, как отмечают ученые (К. Бэрон, Р. Лэнге, Э. Миллер, Л. Берковиц и др.), возможно глубочайшее разрушение типа социальной жизни — не в бытовом, а в психологическом корне, т. е. более глубоко, а это и есть то разрушение, на месте которого ничего не вырастает [1].

Исследователями педагогами, психологами, психиатрами и публицистами (М. И. Лисина, М. И. Буянов, Л. Н. Никитина, Лоранс Пэрну, А. В. Петровский, И. М. Желдак, Ю. Б. Гиппен-рейтер, О. С. Сермягина, Г. Доман и др.) уста-

The Bulletin of the Samara Humanitarian Academy. A series Psychology. 2014. No 2

Ионова Валентина Елисеевна кандидат

психологических наук доцент кафедры обшей и социальной психологии Самарская

гуманитарная академия e-mail: veionova@mail.ru

новлено, что жестокое обращение родителей с ребенком в семье порождает не только агрессивное поведение по отношению к другим детям, но и ведет к насилию и жестокости во взрослой жизни, превращает физическую агрессию в жизненный стиль личности, влияет на качественное изменение содержания социальных ролей в последующей жизнедеятельности личности. Дефекты общения в семье, низкая характеристика взаимодействия, неумение общаться, по мнению Н. Н. Обозова, ведут к утрате психотерапевтической функции семьи. Основные формы деформированного общения родителей с подростками, по мнению исследователя, это: установка на негативную оценку и наказание; прогрессия отрицательных обобщений, манипулирование, как со стороны родителей, так и подростков, самоутверждение родителей за счет других (домашних), демонстрация своего превосходства над ребенком. Негативное влияние семьи на агрессивность подростков, по мнению Н. Н. Обозова в целом сводится к формированию нарушений в эмоциональных отношениях между родителями и детьми; равнодушию родителей к агрессивности своих детей; демонстрации модели агрессивного поведения самих родителей [6].

А. Б. Орлов, работая с женской агрессивностью, проявляемой в семье, отмечает, что мы имеем прецедент неадекватного родительствования в лице матери, и что неадекватное родительствование проявляется, в основном, в форме психологического насилия. Основным фактором, провоцирующим психологическое насилие, по мнению ученого, является сформированный в матери механизм самонепринятия по типу негативного оценивания (запрета) на проявления (поведенческие, интеллектуальные, коммуникативные, эмоциональные, личностные, сущностные) собственного «Я» [7].

Размышляя об истоках агрессивности подрастающей личности, 3. Фрейд видел причины неврозов взрослого человека в установках, возникших в детстве. Он считал, что склонная к насилию мать пережила, прежде всего, неприятие, фрустрацию в своей собственной семье [10]. К. Хорни в противовес 3. Фрейду полагает, что «...большую часть вины за наши несчастья несет наша так называемая культура; .все наши средства защиты от угрожающих страданий принадлежат именно культуре» [11, с. 126]. Фрейд подчеркивал природное начало в человеке, а К. Хорни — социальное. К. Хорни была убеждена, что особенности личности, черты коллективной психологии и типы неврозов зависят, главным образом, от культуры, её ценностей и противоречий, и что негативные качества вырабатываются у людей вследствие неблагоприятной социально-экономической обстановки, в определенном типе общества [11, с. 134].

Следует отметить, что в последнее десятилетие средства массовой информации не только не подавляют, но и стимулируют проявление агрессии, как со стороны мужчин, так и со стороны женщин, культивируя насилие в обществе. К числу внешних детерминант — факторов, способствующих проявлениям агрессивности подростков, Р. Бэрон и Д. Ричардсон относят особенности среды или ситуации, которые повышают вероятность возникновения агрессивности. Разнообразные аспекты ситуаций межличностного взаимодействия («посылы к агрессии», по Берковицу) усиливают проявления агрессивности. Эти «посылы» могут исходить из разных источников. Л. Берковиц выделил факторы, влияющие на вероятность того, что насилие в масс-медиа

будет способствовать агрессии. Такими условиями по Л. Берковицу являются, если: увиденное кажется наблюдателю проявлением агрессии; зритель отождествляет себя с агрессором; потенциальный объект агрессии ассоциируется с жертвой агрессии в фильме; наблюдаемые события должны выглядеть реальными и быть захватывающими [2].

По мнению Р. Бэрона и Д. Ричардсона, агрессивные фильмы подкрепляют агрессивность, а не усиливают ее. Например, если у потенциального агрессора некоторые индивидуальные характеристики потенциальной жертвы ассоциируются с агрессией, то он будет склонен реагировать агрессивно. Наконец, агрессия может, как усиливаться, так и подавляться за счет тех аспектов ситуации, которые влияют на степень и характер личностного самосознания. Когда человек сообразует свои поступки с потенциальной реакцией жертвы или представителей власти, правопорядка, говорят о публичном самосознании. Если человек сосредоточен преимущественно на собственных мыслях и переживаниях, речь идет о приватном самосознании. Любой из двух типов самосознания сдерживает агрессивные проявления. Соответственно, как отмечают Р. Бэрон и Д. Ричардсон, снижение уровня личностного самосознания способствует агрессивности [1].

Таким образом, можно полагать, что агрессивность девочек-подростков является следствием агрессивных отношений в семье, но далее, согласно утверждениям К. Хорни, Р. Бэрона и Д. Ричардсона, культурно обусловливается.

Анализ исследований последних лет показывает, что формы (типы или способы выражения), которые агрессия принимает у лиц женского пола, не привлекали должного внимания. В более поздних исследованиях женской агрессии выделяются две формы агрессии, более распространенные среди женщин, чем среди мужчин. Один тип агрессии назван «косвенной» агрессией, а другой получил название «реляционной» агрессии. Косвенная агрессия понимается как разновидность социального манипулирования. Агрессор побуждает других нападать на жертву, используя существующую социальную структуру для того, чтобы причинить вред человеку, выбранному в качестве мишени. Косвенная агрессия позволяет агрессору лично не участвовать в нападках на жертву, что дает больше шансов остаться незамеченным и избежать отплаты. Согласно Э. Берну опыт манипулирования и манипулятивных отношений приобретается в процессе социализации подростка. В условиях деформированных семейных отношений приобретается опыт проигрывания ролей (Жертва, Спаситель, Преследователь) в различных сценариях [3]. Реляционная агрессия выражается в поведении, имеющем намерение причинить значительный вред дружеским связям другого ребенка или его чувству принятия группой сверстников. Примеры включают проявление гнева и агрессии в отношении другого ребенка посредством исключения ребенка из значимой для него социальной группы, намеренного прекращения дружеских отношений, чтобы подвергнуть жертву остракизму, или же посредством социального манипулирования другими детьми, добиваясь отвержения жертвы, скажем, путем распространения слухов о ней. В некоторых отношениях косвенная и реляционная агрессия совпадают. Д. Коннор предполагает, что девочки, когда они проявляют агрессию по отношению к другим особам своего пола, делают это таким

способом, чтобы наверняка расстроить планы или помешать достижению целей, высоко оцениваемых соответствующей тендерной группой сверстников. Намереваясь причинить вред другим, в своих социальных отношениях девочки склонны проявлять выраженный аффилиативный стиль, это тенденция, которую часто приписывают биологически заданной и/или социально предписанной роли готовиться к тому, чтобы стать по достижении зрелости лицом, на которое возлагаются основные обязанности ухода за ребенком. Д. Коннор отмечает, что в межличностных отношениях девочки, сравнительно с мальчиками, предпочитают тесное эмоциональное общение, интимность и отзывчивость. Поэтому когда девочки проявляют агрессию в отношении другой девочки, они делают таким способом, который наверняка причинит вред аффилиа-тивным интеракциям [5]. Исследования Э. Б. Попковой также показывают, что у девочек-подростков, по сравнению с мальчиками, в основном наблюдаются косвенная и реляционная формы агрессии [8].

Острая необходимость в проведении дальнейших исследований, направленных на изучение симптомов, исходов и биологических, и семейных и социальных коррелятов агрессивного поведения у лиц женского пола по-прежнему сохраняется.

Методика исследования

Цель исследования состояла в выявлении факторов и форм проявления агрессивности девочками-подростками.

Объектом исследования явилась агрессивность девочек-подростков. Предметом исследования — факторы и формы проявления агрессивности девочек-подростков. Предполагалось, что агрессивные проявления девочек-подростков взаимосвязаны с личностными особенностями и с негативными отношениями родителей в семье; агрессивность девочек-подростков проявляется в косвенной форме.

Для изучения социализированности личности девочек-подростков использовалась методика, разработанная профессором М. И. Рожковым [4, с. 12]. Выявляются уровни социальной адаптированности, активности, автономности и нравственной воспитанности.

Для выявления особенностей личностного развития и обусловленности агрессивного поведения (нормативности поведения, самооценки, уровня самоконтроля, интеллектуальных особенностей) применялась методика многофакторного исследования личности Р. Кеттелла (форма С) [9, с. 240].

Семейные факторы, провоцирующее агрессивное поведение выявлялись с применением методики «Диагностика родительского отношения» А. Я. Варги и В. В. Столина [9, с. 452]. Опросник состоит из 5 шкал: «Принятие — отвержение», «Кооперация», «Симбиоз», «Авторитарная гиперсоциализация», «Маленький неудачник», раскрывающих содержание отношений родителей к подростку.

Для диагностики показателей и форм агрессии применялась методика А. Басса и А. Дарки (адаптация А. К. Осницкого) [9, с. 174]. Выявляются такие, проявляемые индивидом формы агрессии, как физическая агрессия, вербальная агрессия, косвенная агрессия, негативизм, раздражение, подозрительность, обида и чувство вины. Суммарные показатели позволяют выявить

(ИА) — индекс агрессивности и (ИВ) — индекс враждебности. Использовались методы математической статистики: коэффициент ранговой корреляции Спирмена.

Исследование проводилось на базе (МБОУ СОШ № 82) муниципального общеобразовательного учреждения, средней школы с углубленным изучением предметов эстетического цикла. Школа расположена в демократичном промышленном районе. Обучаются в школе не только обычные дети, но и имеющие способности к музыке и танцам из всех районов города. Выборка исследования составила 24 девочки 13 лет (учащиеся 7 Б класса) и их родители — матери. Из 24-х семей 8 семей являются неполными, где девочек воспитывают мамы и в 2-х семьях девочек воспитывают бабушки. 12 матерей имеют высшее образование, однако 6 человек работают не по специальности, а занимаются мелким бизнесом, 10 матерей имеют среднее специальное образование из них 4 человека работают на заводе, 2 мамы имеют среднее образование и являются домохозяйками. Только 53,3 % матерей посещают регулярно родительские собрания и контактируют с педагогом. Девочки обучаются в обычном, не специализированном классе. В классе между девочками напряженные отношения и ощущается социальное расслоение, отражающиеся на конфликтных неприязненных взаимоотношениях. Примерно 35 % девочек часто прогуливают уроки, замечены в табакокурении, в неформальных отношениях часто используют ненормативную лексику. Класс считается проблемным.

Результаты исследования

Анализ результатов диагностики семейных взаимодействий демонстрирует, что в стиле воспитания родителей преобладает гиперопека (Г+), но только на уровне запретов и жесткого непоследовательного контроля. Превышение допустимого диагностического значения по шкале удовлетворения потребностей (У-) в 60 % случаев свидетельствует о том, что в первую очередь не удовлетворяются духовные потребности подростков, потребности доверительного эмоционального общения за «неимением времени» у родителей. Требования по отношению к подростку отсутствуют в 40 % случаев, то есть, подростку «можно все».

В 60 % случаев выявлено отсутствие санкций, что свидетельствует о неустойчивости стиля воспитания родителей, или вовсе об отсутствии какого либо стиля, это подтверждается данными и по шкале (Н) — в 53,3 % случаев выявлен неустойчивый стиль воспитания. Из всей выборки 73,3 % родителей выразили свою воспитательскую неуверенность, то есть, они не знают «как надо воспитывать детей в современных условиях? Что можно, а чего нельзя?», хотя у всех родителей достаточно развиты родительские чувства. Неблагоприятен тот факт, что в 63,3 % семей бывают конфликты, видимо, по поводу запретов посещения ночных клубов, позднего прихода домой.

По диагностическим данным родителей (матерей) можно судить, о том, что в 80 % случаев, видимо, «на всякий случай», родители «настраивают, дают установки» девочкам на «достаточно жесткое, мужское поведение» в социуме. Результаты исследования социальной адаптированности, активности, автономности и нравственной воспитанности представлены в таблице 1.

Таблица 1

Уровни нравственного развития, социальной активности, социальной адаптированности и автономности девочек-подростков

№ Диагностируемые Уровни

параметры высокий средний низкий

1. Уровень нравственного развития 86, 7 % 13,3 % 0 %

2. Социальная активность 53,3 % 40,1 % 6,6

3. Социальная адаптированность 56,6 % 30 % 13,4 %

4 Автономность 29,2 % 35,4 % 35,4%

Выявлен высокий уровень нравственного развития девочек, то есть, социальные и нравственные нормы усвоены в достаточной мере, однако это не находит должной реализации в реальном нормативном поведении девочек-подростков. Проявляемая девочками социальная активность столь же высокого уровня, отчасти это разного рода кружки и, в основном, ночные клубы. Параметры социализированности у девочек обнаружились высокого и среднего уровня, по параметру автономности у 30 % девочек выявился низкий уровень. Предположительно мы это соотнесли с условиями семейного воспитания.

Анализ результатов исследования личностных особенностей показал, что самооценка выявлена в основном высокая и низкая (у 46,6 % девочек высокая и у 31,1 % девочек низкая). Как при высокой, так и при низкой самооценке, возможны агрессивные проявления. Коммуникативные умения и навыки у девочек в основном высокого и среднего уровня.

По фактору интеллекта выявлены в основном средние значения. По фактору эмоциональной устойчивости выявлены у достаточно большого количества (у 40 %) средние значения, и (у 26,6 %) высокие значения (т. е. они подвержены эмоциональным срывам) в этот кризисный период развития. Такая ситуация неблагоприятна при негативных условиях семейного воспитания. Только у 36,6 % по этому фактору — фактору эмоциональной устойчивости, выявлены низкие показатели. Из всей выборки у 33,3 % выявлена склонность к доминированию. И у них же выражены показатели по фактору С — нормативности поведения пока низкого уровня у 33,3 % испытуемых.

Средние показатели выявлены у 53,3 %, и только у 13,3 % девочек нормативность поведения сформирована. Из всей выборки 43,3 % девочек проявили склонность к риску — смелость, то есть у них практически отсутствует чувство страха и тревоги в отношениях с незнакомыми людьми.

По фактору жесткости/ чувствительности высокие показатели у 43,3 %, то есть можно предполагать отсутствие жалости, толерантности, эмпатийности. Высокая подозрительность выявлена у 60 %, это значит, что девочкам свойственно относиться к окружающим, особенно к чужим, настороженно, ожидая подвоха. В период ведущий деятельности «общения» подросткам необходима дипломатичность, но здесь в основном преобладают средние значения — у 53,3 %, и у 26,7 % показатели низкие.

Только у 30 % показатели дипломатичности высокого уровня. Вероятно поэтому, высокой уверенности в себе по фактору «О» не обнаружил никто из

девочек. У 10 % девочек только уверенность в себе высокого уровня, у 53,3 % — средн е. го уровня, а у остальных — низкого уровня. Частота проявляемых форм агрессии девочками-подросткам представлена в таблице 2.

Таблица 2

Частота проявляемых уровней и видов агрессии девочками-подростками

Уровни Виды проявляемой агрессии

1 2 3 4 5 6 7 8 ИА ИВ

Высокий 35,0 86,8 52 80,0 26,6 16,6 13,3 16,6 43,3 56,8

Средний 24,0 6,6 40,0 13,3 50,0 13,3 29,9 26,6 29,9 24,0

Низкий 41,0 6,6 8,0 6,7 23,4 70,1 56,8 56,8 26,8 19,2

Из представленных в таблице 2 данных мы видим что:

1. Шкала «Физическая агрессия». Использование физической силы высокого уровня против своих более слабых сверстниц выявлено у 35 % девочек. Для этой группы девочек характерно девиантное поведение, провокации к физическому насилию по отношению к неугодным сверстницам. Равнодушными наблюдателями являются 24 % девочек, у них выявлен средний уровень по этой шкале. Низкий уровень выявлен у 41 % девочек.

2. Шкала «Косвенная агрессия». 86 % девочек практикуют такой вид агрессии. В результате полученной в ходе консультирования девочек-подростков информации можно судить, что в этом случае «нападение» на предполагаемую «жертву» совершается скрытно, «чужими руками», за счет намеренного изощренного конструирования неблагоприятной ситуации, за счет так называемой «подставы», в которую попадает «жертва». Многие руководствуются родительскими установками «будь осторожна, будь "похитрее", чтобы никто ничего не узнал и т. д.». Примеров для конструирования такой ситуации в достаточной мере демонстрируется в современных СМИ, кинофильмах, некритичными видеороликами и т. д.

3. Шкала «Раздражение». У 52 % этот вид агрессии высокого уровня. 40 % — среднего уровня и у 8 % низкого уровня. В этом случае девочкам свойственна эмоциональная неустойчивость, легкая возбудимость и пониженный эмоциональный контроль, что соотносится с результатами по Р. Кеттеллу. Объясняется это, скорее всего, гиперпротекцией и неустойчивым стилем семейного воспитания.

4. Шкала «Негативизм». Оппозиционная форма поведения, направленная обычно против авторитета и руководства, которая может нарастать от пассивного сопротивления до активных действий против требований, правил, законов, расценивается как негативизм, высокого уровня выявлен у 60 %, среднего уровня — у 40 % подростков.

5. Шкала «Обида». Склонность к недоверию и осторожному отношению к людям. Высокий уровень выявлен у 26,6 % девочек-подростков, средний уровень — у 50 %, низкий уровень — у 23,3 % подростков. Обида расценивается как проявление зависти и ненависти к окружающим, обусловленное чув-

ством гнева, недовольства именно кем-то или всем миром за действительные или мнимые страдания.

6. Шкала «Подозрительность». Склонность к недоверию и осторожному отношению к людям, проистекающим из убеждения, что окружающие намерены причинить вред. По шкале «подозрительность» высокий уровень выявлен только у 13,3 % подростков, средний — у 16,6 %, низкий уровень — у 70,1 % подростков, что свидетельствует о социальной смелости и склонности к необоснованному риску большинства девочек.

7. Шкала «Вербальная агрессия». Высокий уровень выявлен у 13,3 % подростков, средний — у 29,9 %, низкий уровень — у 56,6 % подростков.

8. Шкала «Отношение и действия по отношению к себе и окружающим». Убеждения самого обследуемого в том, что он является плохим человеком, поступает нехорошо: вредно, злобно или бессовестно, расценивается как ауто-агрессия или чувство вины. По шкале «чувство вины» высокий уровень выявлен у 16,6 % подростков, средний уровень — у 26,6 % и у 56, 6 % — низкий уровень, что свидетельствует о том, что чувство вины вследствие проявляемой агрессии девочки не испытывают и «совесть их не мучает».

В целом, индекс агрессивности (ИА) выражен у 43,3 % подростков, индекс враждебности (ИВ) — у 56,8 % подростков.

Для подтверждения гипотезы о том, что агрессивные проявления девочек подростков взаимосвязаны с личностными особенностями и с негативными отношениями родителей в семье, и что агрессивность девочек-подростков проявляется в косвенной форме, мы провели корреляционные расчеты с использованием коэффициента ранговой корреляции Спирмена. Полученные корреляционные связи представлены в таблицах 2 и 3.

Таблица2

Корреляционные связи видов проявляемой агрессии с исследуемыми факторами социальной адаптацией, вербальной агрессией и негативизмом

косвенная агрессия негативизм обида индекс агрес сивности индекс враждебности

соц. адапт. 0,568** - 0,541*

автономн. -0,531** - 411*

соц. актив. - 0,450* -0,538* - 0,501 *

родительск отношение - 0,386* - 0,556* - 0,473 * - 0,386 *

*р < 0,05, **р < 0,01

Корреляционная связь положительная, то есть при возрастании значения социальной адаптации возрастает значение уровней вербальной агрессии негативизма, то есть с приобретением социальных умений и навыков индивид становится более социально активным и экспансивным. И соответственно, при снижении уровня социальной адаптации, уровень вербальной агрессии и негативизма также снижается, так как в данном случае, личность может приобретать свойства тревожности и неуверенности в себе. Значимые корреляционные связи выявлены между автономностью, раздражением и индексом агрессивности, то есть чем автономнее индивид, тем в большей степени ему свойственны самодостаточность, самоуверенность вплоть до агрессивности.

Таблица 3

Корреляционные связи видов проявляемой агрессии с факторами Р. Кеттелла

косвенная агрессия негативизм обида индекс враждебности

C 0,396*

E 0,472** 0,398*

Q1 0,363*

Q2 0,548**

Q3 0,691** 0,389* 0,034*

Q4 0,640**

*р < 0,05, **р < 0,01

То есть при возрастании значений этих факторов, значения уровней косвенной агрессии и раздражения будет возрастать, соответственно, при снижении значений этих факторов уровни агрессии будут снижаться.

Выводы

В целом в результате исследования выявлен достаточно высокий уровень нравственного развития девочек, социальные и нравственные нормы усвоены в достаточной мере, однако это не находит должной реализации в реальном поведении девочек-подростков. Проявляемая девочками социальная активность столь же высокого уровня, однако, содержание и объект, на которые направлена активность, отчасти разного рода кружки и ночные клубы. Параметры соци-ализированности у девочек высокого и среднего уровня, по параметру автономности у 30 % девочек выявился низкий уровень.

Анализ результатов диагностики семейных взаимодействий по данной выборке девочек демонстрирует, что в стиле воспитания родителей преобладает гиперопека на уровне запретов и жесткого непоследовательного контроля, не удовлетворяются в первую очередь духовные потребности подростков, потребности доверительного эмоционального общения.

В 60 % случаев выявлен неустойчивый стиль воспитания родителей, 73,3 % родителей выразили свою воспитательскую неуверенность, что приводит к вседозволенности, подтвердили родители наличие в семьях и конфликтов с подростками. По диагностическим данным родителей (матерей) в 80 % случаев, родители «настраивают» девочек-подростков на «достаточно жесткое, мужское поведение» в социуме.

Для 46, 6 % родителей характерен низкий уровень воспитательской компетентности, выраженность по шкале «отвержение», присутствует «авторитарная гиперсоциализация».

В личностных особенностях у подростков преобладает подверженность эмоциональным срывам, высокая доминантность, не достаточно сформированная нормативность поведения, склонность к необоснованному риску, жесткость (отсутствие жалости и толерантности), подозрительность, враждебность, отсутствие страха.

При таких личностных особенностях выявлено, что для данной выборки девочек характерна высокая агрессивность и агрессивность в виде наиболее изощренной формы «косвенной» агрессии и отчасти физической агрессии.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Бэрон Р., Ричардсон Д. Агрессия. — Санкт-Петербург : Питер, 1999. — 352 с.

2. Берковиц Л. Агрессия. Причины, последствия и контроль. — Санкт-Петербург : Прайм-Еврознак, 2001. — 510 с.

3. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений. — Санкт-Петербург : Питер, 2001.

4. Воспитательный процесс: изучение эффективности. Методические рекомендации / под ред. Е. Н. Степанова. — Москва : Сфера, 2001. — 180 с.

5. Коннор Д. Агрессия и антисоциальное поведение у детей и подростков. — Санкт-Петербург : Прайм-ЕВРОЗНАК, 2005. — 356 с.

6. Обозов Н. Н. Межличностные отношения. — Ленинград : ЛГУ, 1979. — 224 с.

7. Орлов А. Б. Психологическое насилие в семье — определение, аспекты, основные направления оказания психологической помощи // Психолог в детском саду. — 2000. — № 2-3. — С. 14—16.

8. Попкова Э. Б. Проблема женской агрессивности. — Москва : Норма, 2006. — 186 с.

9. Практическая психодиагностика. Методики и тесты : учеб. пособие. — Самара : Издательский дом «Бахрах», 1998. — 872 с.

10. Фрейд 3. Введение в психоанализ. — Москва : Академический проспект, 2009. — 358 с.

11. Хорни К. Женская психология. — Санкт-Петербург : Питер, 213. — 320 с.

REFERENCES

1. Beron R., Richardson D. Agressiya [Aggression]. St. Petersburg: Piter, 1999. 352 p. (in Russian).

2. Berkovits L. Agressiya. Prichiny, posledstviya i kontrol'. [Aggression: Its causes, consequences, control]. St. Petersburg: Prime -Euroznak, 2001, 510 p. (in Russian).

3. Bern E. Igry, v kotorye igrayut lyudi. Psikhologiya chelovecheskikh vzaimootnoshenii [Games people play: The psychology human relationship]. St. Petersburg: Piter, 2001. (in Russian).

4. Vospitatel'nyiprotsess: izuchenie effektivnosti. Metodicheskie rekomendatsii [Educational process: the study of effectiveness. Methodological recommendations]. Pod red. E.N.Stepanova. Moscow: TTs «Sfera», 2001, 180 p. (in Russian).

5. Konnor D. Agressiya i antisotsial'noe povedenie u detei i podrostkov. [Aggression and Antisocial Behavior in Children and Adolescents]. St. Petersburg.: Prime -Euroznak, 2001, 356 p. (in Russian).

6. Obozov N. N. Mezhlichnostnye otnosheniya [Interpersonal dealings]. Leningrad: SU, 1999. 224 p. (in Russian).

7. Orlov A. B. Psikholog v detskom sadu [Psychologist at the kindergarten]. 2000, No. 2 - 3. Pp. 14—16 (in Russian).

8. Popkova E. B. Problema zhenskoi agressivnosti [The problem of female aggression]. Moscow: Norma, 2006, 186 p. (in Russian).

9. Prakticheskaya psikhodiagnostika. Metodiki i testy. Uchebnoe posobie [Practical psychognosis. Methods and tests. Text edition]. Samara, «Bahrah», 1998, 872 p. (in Russian).

10. Freid Z. Vvedenie v psikhoanaliz [Introduction to Psychoanalysis]. Moscow: Akademicheskiy prospect, 2009, 358 p. (in Russian).

11. Khorni K. Zhenskaya psikhologiya [Feminine psychology]. St. Petersburg: Piter, 2013. 320 p. (in Russian).

The aggressiveness of adolescent girls V. Ionova

The treatise has been suggested that the aggressiveness of adolescent girls is due to the negative attitude of parents in the family; personal characteristics; aggression of teenagers is manifested indirectly. In this work we revealed a direct link of displaced aggression among immature girls which have the level of parental relationships and factors e.g "dominance", "radicalism", "conformity", "tension". The indirect link is revealed with a "social adjustment", "social activity" and "self-control".

Key words: emancipation, aggressiveness, socialization, moral development, indirect aggression, relational aggression.