Кадетские корпуса Российской империи как социально ориентированный институт: особенности функционирования

Гребенкин А.Н. Кадетские корпуса

Российской империи как социально ориентированный институт: особенности функционирования

В статье рассматривается опыт комплектования кадетских учебных заведений; кадетские традиции; социальная база кадет, социализирующий потенциал кадетских корпусов.

Ключевые слова: кадетский корпус, традиции, социально ориентированная воспитательная работа.

Grebenkin A.N. Cadets" cases of the Russian

empire as socially focused institute: features of functioning

In the article experience of acquisition of cadets" educational institutions is examined; cadets" traditions; a social base of cadets, the potential of military schools.

Keywords: a military school, the traditions, socially focused educational job.

В кадетских корпусах - одном из основных звеньев системы военного образования дореволюционной России - закладывались основы личности будущего офицера. Поскольку армия всегда играла одну из важнейших ролей в жизни государства Российского, вполне объяснимо желание правительства оказывать воздействие на мировоззрение и социокультурные установки будущих офицеров через контроль над деятельностью кадетских корпусов. Контроль этот проявлялся, в частности, в социально ориентированной политике по отношению к кадетам, которая, в свою очередь, может рассматриваться в двух аспектах: как регулирование изначального социального состава контингента воспитанников и как комплекс мер по созданию офицерской касты,

которая в будущем должна была стать верной опорой монархии.

Цели регулирования социального состава воспитанников на протяжении почти двухвекового существования кадетских корпусов неоднократно менялись в зависимости от конкретной ситуации. Воплотить в жизнь задуманное руководству военных учебных заведений удавалось далеко не всегда.

Если в начале XVIII в. в открытую Петром I Школу математических и навигацких наук принимали сыновей "дворянских, дьячих, подьячих, из домов боярских и других чинов"1 (в условиях нехватки не только специалистов, но и просто грамотных людей двери этого учебного заведения были открыты для всех, кроме крепостных крестьян)2, то в Кадетский корпус,

Алексей Николаевич Гребенкин - аспирант кафедры истории России Орловского государственного университета.

64

№ 3 (4) 2007 Г.

открытый в 1731 г по инициативе П.И. Ягу-жинского, принимали лишь грамотных дворянских детей. Выходцам из податных сословий путь в корпус был закрыт.

В дальнейшем кадетские корпуса в течение долгого времени пополнялись исключительно дворянами. В начале XIX века предполагалось, что кадетские корпуса будут функционировать за счет местных дворянских обществ. Поскольку среди дворян было немало разорившихся, обедневших или попросту неимущих, кадетские корпуса наряду с военным имели и благотворительное значение, ибо давали шанс детям обедневших дворян и отставных малоимущих офицеров получить образование бесплатно. Такой же шанс получали и сироты благородного происхождения. С течением времени поток желающих поступить в корпус заметно возрос, и прием стал зависеть от заслуг и чинов родителей, однако сироты и дети неимущих дворян по-прежнему имели преимущество. В дальнейшем был сделан ряд уступок в пользу недворян: выходцы из других сословий были допущены во вновь открытые Оренбургский и Сибирский корпуса, а те из них, кто имел высшее образование, с 1857 г. могли поступать экстернами в специальные классы корпусов.

После милютинских реформ в военных гимназиях доля воспитанников-недворян повысилась (до 1/5), но с преобразованием гимназий в кадетские корпуса вновь понизилась. Новые кадетские корпуса, подобно дореформенным, выполняли и функцию призрения: преимущественным правом на поступление пользовались дети погибших офицеров и военных чиновников, круглые сироты офицеров, дети офицеров-инвалидов и т.п.3.

Вместе с тем в военные училища доступ был открыт представителям всех сословий. Однако поскольку они комплектовались в основном выпускниками средних военных учебных заведений (т.е. детьми дворян), то их социальный состав оставался по преимуществу дворянским. Недворян было много лишь в юнкерских училищах (к началу XX в. они даже преобладали), однако не стоит забывать о том, что юнкерские училища не пользовались попу-

лярностью и комплектовались за счет лиц, обладавших низким образовательным цензом.

Таким образом, большая часть кадровых офицеров русской армии даже к началу XX в. рекрутировалась из дворянского сословия, хотя доля выходцев из непривилегированных сословий в офицерском корпусе неуклонно росла (в основном, конечно, благодаря не кадетским корпусам, а юнкерским училищам).

Однако одной лишь уверенности в том, что дворянство - верная опора престола -в сочетании с наиболее талантливыми выходцами из других сословий составит прочную офицерскую касту, было явно недостаточно для становления профессионального мировоззрения русских офицеров. Задача правительства и генералитета состояла еще и в том, чтобы превратить заранее подобранный материал в устойчивый фундамент и надежные крепостные стены государства - сплотить духовно разнородную массу кадет в железную группу уверенных в себе, крепких духом людей, способных повести за собой солдат. Кадетский корпус служил именно этим целям. При этом в распоряжении педагогов и воспитателей имелись все средства. Старания корпусных священников обеспечивали подготовку кадровых офицеров, преданных Богу, Царю и Отечеству. Так, в инструкции по воспитательной части для военных гимназий и прогимназий 1881 года ключевой была мысль о том, что "совокупность всех воспитательных мер образовательного военно-учебного заведения должна быть направлена на то, чтобы заложить необходимые основы для воспитания искренне и деятельно верующих христиан, самоотверженно преданных престолу, воодушевленных сознательным чувством долга, верных слуг России, активных, крепких телом и духом воинов"4. Ту же цель преследовали и официальные корпусные традиции, как правило, для большей убедительности также освященные церковью. В первую очередь к ним относится почитание корпусного знамени. Один из историков Первого кадетского корпуса так описал торжественную процедуру освящения корпусного знамени: "Минуты, в кото-

СРЕДНЕРУССКИЙ ВЕСТНИК ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУК

65

рые митрополит совершал окропление знамени...были торжественны. Под первым знаменем корпуса.выросли фельдмаршалы: Румянцев, Прозоровский и граф Каменский, множество других генералов и знаменитых людей. Кто знает, возможно, под новым знаменем...из среды юных питомцев корпуса возникнут полководцы, перед памятниками которых признательное потомство будет встречать третье столетие Корпуса".

Корпусное руководство широко использовало и социальную направленность некоторых традиций, идущих "снизу", от самих кадет. В первую очередь это относится к так называемому "мягкому" цуку -неуставным отношениям между воспитанниками, не принимавшим характер откровенных издевательств и сплачивавших кадет, прививая им уважение к старшим и начальству5. Покровительством наставников пользовались и "Заветы кадету", которые были направлены не только на контроль над поведением подопечных, но и на их духовную унификацию.

В целом старания корпусного начальства и преподавателей оправдывали их ожидания: подавляющее большинство кадет со временем превращались в усердных, богобоязненных, преданных России, монарху офицеров, готовых отдать свою жизнь за Отечество. К сожалению, социально ориентированная воспитательная работа не предотвращала развития в корпусной среде ряда негативных явлений: "жесткого" цука, тупого солдафонства, пренебрежительного отношения к наукам,

культуре, штатским - всему, что не отвечало шедшему "снизу" идеалу бравого гуляки-офицера и не входило в круг его ценностей.

1 Волков С.В. Русский офицерский корпус. М., 2003. С. 123.

2 Однако при этом выпускники-дворяне назначались на руководящие должности, а представители низших сословий (они обучались лишь грамоте и счету) могли стать лишь писарями, помощниками архитекторов и иными низшими служащими.

3 Побочным действием благотворительной функции корпусов стало резкое возрастание численности воспитанников, попавших в корпусные стены "случайно" и не имевших ни малейшей склонности к военному делу. А.И. Куприн, оставшись после смерти отца - мелкого чиновника - на руках у матери, окончил и корпус, и училище, но ничего, кроме стойкого отвращения к военной службе, из этих заведений не вынес. В конце XIX в. даже в дворянской среде на военную карьеру стали смотреть отрицательно, как на удел умственно неполноценных людей, ни на что другое не способных. "Родители, нередко носящие офицерские погоны, -писалось в "Педагогическом сборнике", - обыкновенно говорят о своих малолетних сыновьях: "Вася — мальчик способный, его жаль отдавать в кадетский корпус, а Володя плох, плох, и поэтому придется пустить его по военной..."

4 Цит. по: Кузнецов В.Д. Религиозные основы подготовки будущих офицеров Российской Империи в 1890-1917 гг. //Военно-исторический журнал. 2005. № 12. С. 62.

5 Михайлов А. Шляхетный корпус//Родина. 1997. № 6. С. 56.

66

№ 3 (4) 2007 г.