Что мы обычно изучаем, когда думаем, что изучаем старение

XXI МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ

Социологический опрос специалистов психоневрологического интерната № 30 показал разброс оценок места и роли медицинской сестры. Особенно это касается оценок врачей. Среди них 87,5% считают медсестру исполнителем; 63,6% - помощником; 50,0% - коллегой; 28,6% - равноправным участником реабилитационного процесса. Мнения других специалистов тоже разнятся. Установленные факты нуждаются в коррекции, т.к. в современных условиях организации медико-социальной помощи, когда сестринская профессия действительно становится самостоятельной, создаются полипрофессиональные бригады, медицинской сестре должна быть отведена роль равнозначного участника.

Директорам, главным врачам психоневрологических интернатов необходимо систематически проводить тематические лекции с сотрудниками учреждения с целью понимания более глубокой роли медицинской сестры в сестринском процессе реабилитации пожилых инвалидов психоневрологического интерната. Руководителям сестринских служб для более объективного суждения о качестве деятельности медицинских сестер необходимо использовать социологический опрос лиц старческого возраста и пожилых инвалидов психоневрологического интерната и специалистов, участвующих в сестринском реабилитационном процессе.

ЛИТЕРАТУРА

1. Вурманчева Ю.В., Халиулина Э.Х., Петрова Т.В. организация работы отделения сестринского ухода в психиатрическом стационаре. Главная медицинская сестра. 2012. № 2. С. 20-33.

2. Калинина С.А. Научное обоснование организационных форм повышения эффективности работы сестринского персонала отделений восстановительного лечения и реабилитации многопрофильной больницы. Автореф. дисс. канд. мед. наук. С-Пб. 2008. 25 с.

3. Кудрина Т.В. Организационно-функциональная модель сестринской службы учреждений восстановительного лечения в современных условиях. Автореф. дисс. канд. мед. наук. Иваново. 2007. 24 с.

4. Попова Н.М., Салахутдинова В.А. Совершенствование квалификации среднего медицинского персонала как важный фактор повышения качества оказания сестринской помощи в медицинской организации. Главная медицинская сестра. 2012. № 9. С. 38-57.

5. Кашафутдинова Г.Т., Байсугурова В.Ю. Современное состояние сестринского дела в развитых странах: расширение сестринской практики. Вестник КАЗМУ. 2013. № 3. С. 8-11.

6. Singh D. Which staff care for people with Long-term Conditions? A Rapid Revien of the Literature Birmingham University of Birmingham and Modernization Agency. 2005. 70 p.

Сведения об авторе:

Филаткина Наталья Вячеславовна - главная медицинская сестра государственного бюджетного учреждения психоневрологического интерната № 30 города Москвы Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы. 117525, Москва, ул. Днепропетровская, д. 14. Тел.: 8 (495) 640-73-87. E-mail: filatkinan@mail.ru

ЧТО МЫ ОБЫЧНО ИЗУЧАЕМ, КОГДА ДУМАЕМ, ЧТО ИЗУЧАЕМ СТАРЕНИЕ

А.Н. Хохлов

Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова, сектор эволюционной цитогеронтологии

биологического факультета, Москва

Перечисляются различные проблемы, которые, по мнению автора, способствуют некорректной интерпретации данных экспериментально-геронтологических исследований. Особое внимание уделяется «проблеме редукционизма», выражающейся в том, что подавляющее большинство геронтологических теорий сводят механизмы старения многоклеточных организмов к определенным макромолекулярным изменениям (не принципиально, стохастическим или запрограммированным) в составляющих их клетках. Такой редукционизм («все определяется неблагоприятными изменениями отдельных клеток») способствовал, в частности, появлению целого ряда цитогеронтологических модельных систем для изучения старения, основные из которых - модель Хейфлика и модель «стационарного старения». Отмечая преимущества второй для изучения «истинных» механизмов старения и тестирования геропротекторов, автор, тем не менее, заключает, что такие цитогеронтологические системы могут использоваться только для получения предварительных результатов, а окончательные выводы можно сделать лишь с помощью лонгитудинальных экспериментов на животных и клинических исследований.

Ключевые слова: старение, продолжительность жизни, кривые выживания, вероятность смерти, модельные системы, геропротекторы, цитогеронтология

WHAT WE USUALLY STUDY WHEN WE THINK WE STUDY AGING A.N. Khokhlov

Evolutionary Cytogerontology Sector, School of Biology, Lomonosov Moscow State University, Moscow

Various problems which, in the author's opinion, contribute to incorrect interpretation of the data of experimental gerontological studies are listed. A special attention is focused on the «problem of reductionism» arising from the fact that in the absolute majority of gerontological theories the mechanisms of aging of multicellular organisms are reduced to certain macromolecular changes (no matter stochastic or programmed) in their constituent cells. Such reductionism («it all depends on adverse changes in individual cells») has played its role, particularly in the development of numerous cytogerontological model systems for aging studies, the main of which are the Hayflick model and the «stationary phase aging» model. Noting the benefits of the second for studying the «true» mechanisms of aging and testing of geroprotectors, the author, nevertheless, concludes that such cytogerontological systems can be used only for the preliminary data obtaining. The final conclusions can be made merely with the help of longitudinal experiments on animals and clinical trials.

Keywords: aging, life span, survival curves, mortality rate, model systems, geroprotectors, cytogerontology

Реально определить, влияем ли мы на процесс старения, можно лишь путем снятия кривых выживания изучаемых организмов [1,2]. Скажем, радиационное старение характеризуется сдвигом таких кривых влево (по отношению к сигмоидальной кривой, описывающей «нормальное» старение «по Гомпертцу») без изменения их формы. Это позволяет считать, что в таком случае процесс начинается раньше, но определяется теми же механизмами, что и в норме. Однако под влиянием многих неблагоприятных факторов кривая не только сдвигается влево, но и «экспоненциализируется». При этом вероятность смерти может практически переставать зависеть от возраста. В то же время, именно увеличение вероятности смерти с возрастом является основным проявлением процесса старения. К сожалению, значительно возросший в последнее время интерес к экспериментально-геронтологическим исследованиям привел к парадоксальной ситуации: хотя в этой области появляется все большее и большее количество работ, лишь небольшая их часть действительно посвящена изучению механизмов старения. На наш взгляд, это определяется, в числе прочего, следующими обстоятельствами: 1) Как правило, классическое определение старения как совокупности возрастных изменений, приводящих к увеличению вероятности смерти, игнорируется.

КЛИНИЧЕСКАЯ ГЕРОНТОЛОГИЯ, 9-10, 2016

2) Основной акцент делается на увеличении или уменьшении продолжительности жизни, хотя очень часто, как уже отмечалось выше, это не имеет никакого отношения к модификации процесса старения (в частности, вполне успешно можно продлить жизнь нестареющим организмам; в то же время, само наличие старения не обязательно свидетельствует о низком долголетии).

3) В качестве контрольных используются животные с определенными аномалиями (типа генетических заболеваний), так что любое благоприятное воздействие на соответствующие патологические процессы ведет к увеличению продолжительности жизни.

4) Слишком большое значение придается увеличению или уменьшению средней продолжительности жизни, которая во многом определяется факторами, никак не связанными со старением.

5) Все большее количество геронтологических экспериментов проводится на модельных системах, обеспечивающих лишь косвенную информацию о механизмах старения, интерпретация которой во многом зависит от той фундаментальной концепции, которой придерживаются конкретные исследователи. В частности, это касается сложившейся в настоящее время ситуации с использованием термина «клеточное старение» (cell senescence). Если изначально он был введен для обозначения различных неблагоприятных изменений в нормальных клетках вследствие исчерпания ими митотического потенциала [3], то теперь все чаще этим термином, наоборот, называют сопровождающееся определенным каскадом внутриклеточных реакций подавление пролиферации клеток (в том числе, и раковых) под влиянием различных ДНК-повреждающих факторов [4].

6) И, наконец, то, что можно назвать «проблемой редукционизма». Подавляющее большинство геронтологических теорий, появившихся в последние десятилетия, сводили механизмы как «нормального», так и ускоренного или замедленного старения многоклеточных организмов к определенным макромолекулярным изменениям (не принципиально, стохастическим или запрограммированным) в составляющих их клетках. Это привело к появлению большого количества цитогеронтологических модельных систем, обеспечивающих изучение «возрастных» изменений в клетках, освобожденных от «организменного шума», связанного с функционированием нейрогумо-ральной и нервной систем. Такой редукционизм в экспериментально-геронтологических исследованиях (»все определяется неблагоприятными изменениями отдельных клеток») способствовал, в частности, и разработке модели Хейфлика, а также некоторых моделей, используемых в нашей лаборатории (модель «стационарного старения», клеточно-кинетическая модель для тестирования геропротек-торов и геропромоторов, оценка способности клеток к колониеобразованию и др.).

Что касается упомянутой модели, основанной на широко известном феномене Хейфлика (старение in vitro), то, как уже неоднократно отмечалось ранее [5-7], она, судя по всему, не имеет прямого отношения к механизмам старения. Иначе говоря, невозможно досконально объяснить, почему мы стареем, основываясь на явлении ограниченного митотического потенциала нормальных клеток, который практически никогда полностью не исчерпывается in vivo. Впрочем, теперь мы, благодаря А.М. Оловникову [8], по крайней мере, знаем, каким образом это явление реализуется в клетках. Наверное, если бы продолжительность жизни человека возросла в несколько раз, некоторые клеточные популяции нашего организма все же исчерпали бы свой митотический потенциал и тогда «лимит Хейфлика» привел бы ко «второй волне» старения, однако пока этого, судя по всему, не происходит. Тем не менее, необходимо заметить, что некоторые исследователи [9] продолжают считать укорочение теломер в клетках ключевым механизмом старения.

В то же время наша модель «стационарного старения» (накопление «возрастных» повреждений в культивируемых клетках, размножение которых остановлено тем или иным способом - лучше всего, с помощью контактного торможения) предполагает сходство процессов в модельной системе и в целом организме. Собственно, такое сходство напрямую вытекает из упомянутой выше нашей теории ограничения клеточной пролиферации как основного механизма накопления с возрастом макромолекулярных изменений в клетках многоклеточных организмов [1,2]. Более того, наши последние исследования показали, что клетки, находящиеся в стационарной фазе роста, действительно «стареют по Гомпертцу», т.е. вероятность их гибели экспоненциально увеличивается со временем [10,11]. При этом такие эксперименты можно проводить на самых разных клетках, в том числе и на бактериях, дрожжах (именно на них наиболее часто выполняются исследования феномена «стационарного старения»), растительных клетках, микоплазмах и др., что обеспечивает эволюционный подход к анализу получаемых данных. Важно также отметить, что, если модель Хейфлика довольно сильно затрудняет повторы экспериментов, ибо клетки все время изменяются от пассажа к пассажу (»нельзя войти дважды в одну реку»), то модель «стационарного старения» позволяет, скажем, работать на обладающих неограниченным митотическим потенциалом трансформированных (либо нормальных, но иммортализованных) клетках, так что многоразовое воспроизведение опытов уже не является проблемой. К сожалению, в настоящее время складывается впечатление, что даже данные, полученные на таких моделях, не могут быть автоматически перенесены на ситуацию в целом организме. Наши собственные исследования различных геропротекторов и геропромоторов с помощью модели «стационарного старения», клеточно-кинетической модели, а также с помощью оценки способности клеток к колониеоб-разованию показали, что во многих случаях изучаемые факторы не оказывают положительного действия на жизнеспособность культивируемых клеток, хотя и достоверно продлевают жизнь экспериментальным животным, а также улучшают самочувствие и качество жизни людей. Это обстоятельство позволило нам предположить, что во многих случаях действие геропротектора проявляется только на уровне целого организма и не сводится лишь к улучшению жизнеспособности его клеток. По-видимому, сходный вывод может быть сделан и для многих геропромоторов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Khokhlov A.N. From Carrel to Hayflick and back, or what we got from the 100-year cytogerontological studies. Biophysics. 2010. Vol. 55. N 5.

P. 859-864.

2. Khokhlov A.N. Does aging need its own program, or is the program of development quite sufficient for it? Stationary cell cultures as a tool to search for

anti-aging factors. Curr. Aging Sci. 2013. Vol. 6. N 1. P. 14-20.

3. Hayflick L. Progress in cytogerontology. Mech. Ageing Dev. 1979. Vol. 9. N 5-6. P. 393-408.

4. Khokhlov A.N. Evolution of the term «cellular senescence» and its impact on the current cytogerontological research. Moscow Univ. Biol. Sci. Bull.

2013. Vol. 68. N 4. P. 158-161.

5. Оловников А.М. Редумера как недостающее звено в понимании старения человека. Клин. геронтол. 2005. № 11. С. 50-69.

6. Khokhlov A.N. Which aging in yeast is «true»? Moscow Univ. Biol. Sci. Bull. 2016. Vol. 71. N 1. P. 11-13.

7. Morgunova G.V., Klebanov A.A., Khokhlov A.N. Interpretation of data about the impact of biologically active compounds on viability of cultured cells of

various origin from a gerontological point of view. Moscow Univ. Biol. Sci. Bull. 2016. Vol. 71. N 2. P. 67-70.

8. Olovnikov A.M. Telomeres, telomerase, and aging: origin of the theory. Exp. Gerontol. 1996. V. 31. N 4. P. 443-448.

9. Mikhelson V.M., Gamaley I.A. Telomere shortening is a sole mechanism of aging in mammals. Curr. Aging Sci. 2012. Vol. 5. N 3. P. 203-208.

10. Khokhlov A.N., Klebanov A.A., Karmushakov A.F. et al. Testing of geroprotectors in experiments on cell cultures: choosing the correct model system.

Moscow Univ. Biol. Sci. Bull. 2014. Vol. 69. N 1. P. 10-14.

11. Khokhlov A.N., Morgunova G.V. On the constructing of survival curves for cultured cells in cytogerontological experiments: a brief note with three

hierarchy diagrams. Moscow Univ. Biol. Sci. Bull. 2015. Vol. 70. N 2. P. 67-71.

Сведения об авторе:

Хохлов Александр Николаевич - заведующий сектором эволюционной цитогеронтологии биологического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова. 119234, Россия, Москва, Ленинские горы, д. 1, стр. 12, биологический факультет МГУ. Тел.: 8 (495) 939-15-90. E-mail: khokhlov@mail.bio.msu.ru