Банкиры отреклись от пенсий

Вчера в Свердловском областном суде на процессе по уголовному делу управляющего региональным отделением пенсионного фонда (ПФР) Сергея Дубинкина были заслушаны бывшие топ-менеджеры «МДМ-банка». По версии следствия, руководство банка на протяжении ряда лет давало взятки подсудимому за то, чтобы деньги ПФР оставались на счетах банка. Однако свидетели не только полностью опровергли факты взяточничества, но и пояснили суду, что обслуживание пенсионного фонда было для банка лишь «имиджевым проектом», не приносившим прибыли.

Допрос свидетелей защиты по уголовному делу Сергея Дубинкина и экс-председателя правления банка «ВЕФК-Урал» (ранее банк «МДМ-Урал») Ольги Чечушковой проходил вчера по телемосту, который был организован между Свердловским облсудом и Мосгорсудом. Сделано это было в связи с тем, что свидетели постоянно живут и работают в Москве и не могли лично приехать в Екатеринбург.

Напомним, по версии следствия, чиновник превысил свои полномочия при размещении около 1 млрд рублей, предназначенных для выплаты пенсий, на счетах коммерческого банка «ВЕФК-Урал» (в 2009 году отозвана лицензия, он признан банкротом). Кроме этого, чиновник обвиняется в получении ежемесячных взяток в сумме $20 тыс. от руководства банков «МДМ» и «ВЕФК» якобы за то, чтобы в нарушение законодательства оставлять их в коммерческих банках. Одним из главных свидетелей обвинения по данным фактам выступила сама Ольга Чечушкова. В ходе допросов она неоднократно говорила, что получала указания на передачу чиновнику денег из головных офисов кредитно-финансовых учреждений.

В допросах вчера участвовали три свидетеля со стороны защиты — экс-глава департамента по развитию региональной сети «МДМ-банка» Никита Монахов, экс-начальник управления госпрограмм «МДМ-банка» Максим Шанин и его бывший заместитель Иван Конюк. Они полностью опровергли доводы следствия о наличии каких-либо схем взяточничества в «МДМ-банке». По словам Никиты Монахова, руководство банка в тот период приняло стратегическое решение о выходе на европейский рынок и «просто не могло участвовать в каких-либо коррупционных схемах». Показания госпожи Чечушковой о том, что ей якобы приказывали платить Сергею Дубинкину из головного офиса банка, свидетели назвали «абсурдом». «Это какие-то фантазии и сказки — никто никогда не звонил ей. Для банка наличие счета пенсионного фонда было лишь имиджевой составляющей, так как на обслуживании счета мы не зарабатывали — по нему не взималось комиссий. Поэтому никакой экономической выгоды, для того чтобы этот клиент не уходил из банка, у нас просто не было. Я вообще не понимаю, для чего это надо госпоже Чечушковой. Лично я с ней по работе-то вообще старался лишний раз не пересекаться, она всегда слишком много говорила», — отметил Максим Шанин.

Иван Конюк пояснил суду, что знал о выпуске для Ольги Чечушковой банковской карты с валютным счетом (по мнению следствия, именно с этой карты Ольга Чечушкова снимала деньги и передавала их Сергею Дубинкину). «Она попросила сделать карту для себя лично, что я и поручил специалистам своего отдела. Как я понял, эту карту госпожа Чечушкова хотела использовать для личных средств, чтобы они не отражались на балансе „МДМ-Урала“. Но про ежемесячные взятки в $20 тыс. я ничего даже не слышал. Думаю, что подобные показания она могла дать после нахождения в одиночной камере», — резюмировал свидетель. Ни к одному из свидетелей у госпожи Чечушковой вопросов по существу не оказалось.