Опасные вузы

Российский студенческий союз обвинил Андрея Фурсенко в развале системы образования и потребовал его отставки. Но даже если студентам удастся добиться отстранения министра от должности, начатые им реформы это не остановит. А значит, многие студенты рискуют не окончить вуз по выбранной специальности.

Долой министра!

Сбор подписей за отставку Фурсенко Российский студенческий союз (РСС) начал 25 мая, 29 мая заработал сайт fursenko.net и соответствующие странички в соцсетях. На момент сдачи номера журнала было собрано уже более 7000 подписей. Студенты повторили те же обвинения, что на протяжении последних лет предъявляли министру их преподаватели: "За годы, которые Андрей Фурсенко возглавляет министерство, система российского образования и науки пришла в полный упадок. Распадаются научные коллективы, закрываются лаборатории. Лучшие умы российской науки и образования продолжают уезжать за рубеж. Разрушается школьное образование: сокращается финансирование школ, снижается уровень подготовки абитуриентов. Уничтожается система высшего образования: растет уровень коррупции, увеличивается стоимость обучения и количество платных мест, ухудшаются условия проживания в общежитиях, растет число призывников в студенческой среде. Провалены многие образовательные реформы. Введение ЕГЭ, узаконивание подушевого финансирования в школах, принятие федерального закона N 83 о бюджетных учреждениях, переход на Болонскую систему обучения и т. д.— все эти попытки реформировать образовательный процесс вызвали шквал критики и протестов".

Министр обиделся, назвал все обвинения враньем и отказался от предложенных публичных дебатов. Есть версия, что бунт студентов был инициирован некими оппозиционными силами, пытающимися спровоцировать президента Медведева уволить хотя бы одного министра кабинета и таким образом нарушить единство тандема. Недавний удар по министру здравоохранения Голиковой успехом не увенчался — теперь испытывают на прочность другое слабое место.

"Никакого заговора нет,— утверждает президент Института национальной стратегии Станислав Белковский.— На Фурсенко, равно как и на Голикову, нападают те же, кто нападал на них всегда,— студенческая общественность и научная элита, врачи и общественные деятели. Они всегда выступали за отставки этих министров. Активизировались же они именно сейчас, поскольку перед выборами вероятность, что власть пойдет им навстречу, несколько выше. Однако, по моим оценкам, такая вероятность незначительна. Фурсенко и Голикова проводят в жизнь идеи самих Путина и Медведева, в частности о том, что большая наука для страны слишком громоздка и ее нужно превратить во что-то компактное. Эти министры необходимы тандему как громоотвод: уволишь — и все шишки посыплются на тебя самого. Сдать их могут только в одном случае: если кремлевские аналитики докажут, что такая отставка добавит "Единой России" не меньше 5% голосов".

РСС также требует вернуть отсрочки от призыва в армию. На прошлой неделе Дмитрий Медведев поручил министрам обороны и образования рассмотреть вопрос о предоставлении отсрочки выпускникам школ, достигшим призывного возраста, чтобы у каждого из них был шанс поступить в вуз. Студенческий союз поддержал инициативу президента и предложил на этом не останавливаться, а отменить закон о предоставлении отсрочки один раз в жизни, пролоббированный военными именно при Фурсенко. Кроме того, студенты потребовали предоставить отсрочку учащимся в вузах по специальностям, не имеющим государственной аккредитации.

А вот эти требования, по мнению Станислава Белковского, вполне могут быть выполнены: "Лоббистские возможности генералитета сегодня куда меньше, чем прежде,— министр обороны Сердюков, управляя обороной страны с экономических позиций, качественно ослабил корпорацию военачальников. Медведев же крайне заинтересован в поддержке студенчества, молодежи, соответственно, может пойти навстречу некоторым требованиям".

Но даже если требования студентов удовлетворят, на пути получения высшего образования останется масса преград.

Дорогой студент

20 июня российские школьники сдадут последний ЕГЭ и начнут подавать документы в заранее выбранные вузы. О том, насколько правильным оказался их выбор, они узнают в ближайшие два-три года, в течение которых у учебного заведения могут возникнуть различные проблемы.

Провал рождаемости 1990-х аукнулся сегодня нехваткой не только призывников, но и абитуриентов вузов. "В текущем году в вузы поступает на 9,4% меньше абитуриентов, чем годом ранее: если в 2010 году школу окончило 795,9 тыс. школьников, то в текущем — 727, 5 тыс. Впрочем, это не предел — сейчас школы оканчивают родившиеся в 1992-1993 годах, а к 1999-му рождаемость упала еще на четверть. То есть в 2016 году выпускников школ будет немногим более 600 тыс.— вдвое меньше, чем в 2005-м",— рассказывает председатель Российского студенческого союза Артем Хромов.

От демографического спада 90-х пострадают в первую очередь коммерческие вузы, которым после заполнения мест на бюджетных и даже платных отделениях государственных вузов может не хватить студентов. Как следствие, стоимость обучения в них вырастет — вузы будут вынуждены поднять ставки, чтобы избежать банкротства. По оценкам Артема Хромова, ставки за обучение, предлагаемые поступающим, и так растут ежегодно на 10-15%. Сегодня они в среднем по стране составляют 35 тыс. руб. в год, в Москве — 65 тыс., а по отдельным специальностям и направлениям в наиболее статусных вузах — до 300 тыс. в год. Но поступив, студент не застрахован от дальнейшего повышения — согласно российскому законодательству, высшие учебные заведения не обязаны устанавливать фиксированную плату на весь период учебы.

"Ежегодно в подавляющем большинстве вузов для уже обучающихся повышается стоимость обучения на 7-10%,— рассказывает Артем Хромов.— К сожалению, зачастую родители и абитуриенты не обращают внимания на договор, который они подписывают с вузом. Для многих через полгода-год становится откровением, что они должны увеличить семейные расходы на образование ребенка. Уже давно представители различных органов власти и гражданского сообщества требовали в целях поддержки студенчества законодательно обязать высшие учебные заведения устанавливать фиксированную плату на весь период обучения. Однако чиновники Минобрнауки и ректоры многих вузов всячески противятся изменению законодательства".

По идее первыми при такой конкуренции должны обанкротиться всякие шарашки, зачастую не имеющие даже госаккредитации (выдающие диплом не государственного образца и не предоставляющие отсрочку от призыва), однако именно они, скорее всего, выживут — у них особый клиент, просто покупающий диплом для повышения социального статуса и самооценки.

"Академик" со справкой

Помимо закрытия ввиду нерентабельности, вузам может угрожать лишение госаккредитации или лицензии на образование по всем или отдельным направлениям. Последнее прогнозируется для юридических и экономических отделений в непрофильных вузах, которых, согласно заявленному курсу модернизации, быть не должно (см. статью "Жертвы модернизации" в "Деньгах" от 28 марта 2011 года).

Примечательно, что в этом году впервые проходит переаккредитация вузов, в рамках которой лицензия будет выдаваться бессрочно. Правда, эта бессрочность не исключает дальнейшего контроля со стороны государства: вуз может лишиться аккредитации в случае выявления инспектирующими органами несоответствий предъявляемым к нему требованиям. Разумеется, процесс реформирования системы образования растянется на довольно долгий срок, однако поступивший в этом году может на 3-4-м курсе оказаться перед фактом — окончить свой вуз по выбранной специальности не получится.

"В законе написано, что вуз "обязан", но сама процедура обеспечения продолжения образования для студентов вузов, лишившихся лицензии, никакими нормативными актами не регламентирована,— комментирует первый проректор Международной академии бизнеса и управления Екатерина Добренькова.— Как правило, администрация вуза предлагает студентам закрывшихся специальностей перевестись с потерей года на другую специальность (деньги обычно за этот год не компенсируют). При закрытии всего вуза можно договориться с другими вузами о переводе в них студентов, но это в чистом виде добрая воля администрации. В остальных случаях студенту просто выдают академическую справку о прослушанных и сданных курсах, с которой он ищет место продолжения учебы самостоятельно".

По мнению руководителя отдела новых технологий Центра региональных программ совершенствования госуправления НИУ ВШЭ Владимира Елисеенко, для добросовестных студентов рисков принудительного закрытия их вуза нет: "Качество высшего образования в России сегодня настолько низкое, что никому не придет в голову закрывать вузы, которые оказывают хоть сколько-нибудь качественные образовательные услуги. Зачем их трогать, если можно начать с той трети вузов, которая просто занимается продажей дипломов в явном или скрытом виде. Начинать будут, безусловно, с них. Так что волноваться должны только те самые "покупатели дипломов", а также "покупатели отсрочек от службы в армии"".

Гарвард по-российски

Отдельная история — небольшие провинциальные вузы, которые теряют студентов из-за того, что после перехода на ЕГЭ жителям глубинки стало проще попасть в столичные и престижные областные университеты.

"Небольшие вузы будут исчезать,— прогнозирует ректор Московского государственного университета технологий и управления Валентина Иванова.— Единственный способ выжить — войти в состав популярного бренда — крупного университета. Слияния-поглощения касаются не только вузов, расположенных на периферии. Например, Московский университет пищевых производств недавно присоединил к себе Московский государственный университет прикладной биотехнологии и Государственную академию инноваций".

Заметим, что подобные слияния и поглощения нередко сопровождаются скандалами и протестами. Например, в марте студенты и преподаватели Всероссийского заочного финансово-экономического института провели у здания Минобрнауки акцию протеста против присоединения к Финансовому университету при правительстве РФ.

По наблюдению экспертов, Минобрнауки сегодня проводит целенаправленную политику укрупнения вузов — в том числе и для того, чтобы остановить массовый отток людей из регионов. В частности, продолжается создание так называемых федеральных университетов на базе крупных областных университетов — своеобразных отечественных Гарвардов на территории федеральных округов. Например, СФУ был образован на базе Красноярского университета присоединением трех местных вузов еще в 2006 году. В том же году на базе Ростовского университета и еще трех отраслевых институтов появился ЮФУ. Дальневосточный государственный университет был переименован в Дальневосточный федеральный университет в 2008-м, однако реально процесс укрупнения начался только в 2011-м, когда к нему присоединили три региональных вуза. А на базе вузов Ставропольского края планируется создание Северо-Кавказского федерального университета. С одной стороны, студенты, чьи мелкие вузы вливаются в структуру крупных брендов, только выиграют — получат диплом не провинциального института, а известного университета. Однако и тут не все просто — при слиянии местная учебная инфраструктура может быть ликвидирована из-за малочисленности студентов, которым теперь придется переезжать в областной город. Например, как рассказал заместитель председателя приемной комиссии Сибирского федерального университета Валентин Журавлев, СФУ уже два года назад закрыл свои филиалы в Норильске, Дудинке, Канске и сейчас закрывает в Шарыпово — филиалы там очень маломощные, а численность контингента такова, что головной вуз может справиться самостоятельно. Логичное решение проблемы — переход на дистанционную форму обучения, позволяющий студенту избежать дополнительных расходов на аренду квартиры (нехватка мест в общежитиях университетов наблюдалась и до укрупнения).

Специалист болонский

Но даже если и с вузом, и со специальностью не произойдет никаких пертурбаций, уже сейчас очевидно, что далеко не все желающие смогут получить полноценное высшее образование в рамках одного учебного заведения. Причина заключается в том, что с 1 сентября 2011 года пятилетние программы подготовки специалистов (за исключением нескольких направлений) заменяются на принятую в Европе двухступенчатую программу обучения (так называемая Болонская система), включающую в себя бакалавриат (4 года) и магистратуру (2 года). В частности, на юридические специальности во всех вузах в новом учебном году будут набирать только в бакалавриат. А вот удастся ли учебным заведениям получить лицензию на магистратуру — большой вопрос: у непрофильных вузов шансов практически нет. "Лицензионные требования для магистратур очень жесткие,— рассказывает проректор по учебной и воспитательной работе МГЮА имени О. Е. Кутафина Елена Грачева.— В вузе должно быть не менее шести профильных кафедр, не менее 70% преподавателей должны быть в штате, а не совместителями. Из этих штатных преподавателей 80% должны иметь ученую степень, из них половина — докторскую. Подобным требованиям отвечает далеко не каждый государственный вуз, не говоря уже о частном". И несмотря на оптимистичные заявления, что "бакалавр — это тоже высшее образование", общество пока не воспринимает бакалавров как полноценных специалистов: в стране, где традиционно высшее образование подразумевает пять-шесть лет, окончивших четырехлетний бакалавриат считают недоучками. "У двухступенчатой системы есть очень много сбоев и рисков,— признает заместитель председателя приемной комиссии Сибирского федерального университета (СФУ) Валентин Журавлев.— Работодатель пока плохо понимает, кто такие бакалавры и магистры. У нас не существует тарифно-квалификационного справочника магистра и бакалавра".

А вот как комментирует эту ситуацию Артем Хромов: "На текущий момент в большинстве вузов количество бюджетных магистерских мест примерно в три раза меньше числа мест в бакалавриате. В ближайшем будущем планируется перейти на систему, когда в магистратуру сможет поступить только каждый пятый бакалавр. В итоге не все студенты смогут преодолеть обе ступени высшего профессионального образования. Переход на Болонскую систему — попытка сократить количество выпускников, имеющих полное высшее образование, и увеличить количество полуспециалистов. Кроме того, реформа высшего образования направлена на экономию бюджетных средств: стоимость подготовки бакалавра существенно ниже цены, которую государство платит за обучение специалиста".

Выиграют от введения новой образовательной системы магистратуры коммерческих вузов и те, кто предлагает программы МВА. "Обучение в магистратуре предполагает усиленную подготовку к научным исследованиям и преподавательской работе в вузе. Нужно ли это всем? — комментирует первый проректор по учебной работе Южного федерального университета (ЮФУ) Игорь Узнародов.— Кроме того, существует престижное обучение в специализированных областях управления и бизнеса — MBA. Таким образом, самостоятельность, ответственность и осознанная специализация в выбранном профиле образования — вот те подходы абитуриентов, которые предполагается стимулировать введением уровневой системы высшего образования".

Маловероятно, что в условиях дефицита студентов появятся новые коммерческие вузы, однако о рисках поступления в недавно открытые учебные заведения стоит напомнить. "Вуз может получить госаккредитацию только после того, как состоится хотя бы один выпуск,— рассказывает ректор Национального открытого университета Анатолий Шкред.— Конечно, вузы стараются совместить первый выпуск с аккредитацией и успеть дать и этому выпуску диплом государственного образца. Однако гарантий, что это удастся, нет".

Одни эксперты переход на Болонскую систему однозначно одобряют, в том числе потому, что европейский стандарт поможет поднять статус российского диплома в других странах. Иные же считают переход на двухступенчатую систему откровенным вредительством и разрушением фундаментального образования. С мнением последних поспорить трудно, учитывая то, что подавляющее число подготовленных по новой программе выпускников будут вынуждены ограничиться бакалавриатом.

Как будущему студенту стоит вести себя в сложившихся реалиях, советует Артем Хромов: "Во-первых, абитуриентам стоит внимательно ознакомиться с договором вуза и обратить внимание на процедуру повышения стоимости обучения. Во-вторых, важно уточнить в вузе количество мест в магистратуре, ведь их может на поверку оказаться меньше числа мест в бакалавриате. В-третьих, стоит уточнить возможность объединения вуза с другим учебным заведением, так как процесс слияния может привести к сокращению специальностей, изменению образовательных программ, повышению платы за обучение и т. д. В-четвертых, абитуриентам, желающим поступать в учебное заведение другого населенного пункта, следует уточнить стоимость обучения и процедуру заселения в общежитие, так как мест в нем может не оказаться, а стоимость проживания — превысить все разумные пределы. В-пятых, молодым людям необходимо проверить аккредитацию специальностей вуза, на которые они поступают. В случае ее отсутствия юноша подлежит призыву и его могут забрать в армию в период обучения".