Критерии определения размера компенсации морального вреда как основная проблема гражданско-правового института морального вреда

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 347 Т.Н. Пушкина

КРИТЕРИИ ОПРЕДЕЛЕНИЯ РАЗМЕРА КОМПЕНСАЦИИ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА

КАК ОСНОВНАЯ ПРОБЛЕМА ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО ИНСТИТУТА МОРАЛЬНОГО

ВРЕДА

Размеры компенсации морального вреда не определены законодательно. Рассмотрение данных вопросов в настоящей статье и использованных источников важно и своевременно, ибо каждый гражданин имеет право на разумную компенсацию причиненного ему морального или физического ущерба.

Ключевые слова: размер компенсации морального вреда, степень тяжести, понятие разумности и справедливости.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не определяет ни минимального, ни максимального его размера. Отсутствие точно сформулированных критериев и общего метода оценки размера компенсации морального вреда ставит судебные органы в сложное положение. Такая ситуация усугубляется как отсутствием каких-либо значимых рекомендаций или разъяснений Верховного Суда по этому вопросу, так и введением в действие второй части ГК РФ, где в ст. 10991101 установлены дополнительные требования, подлежащие учету судами при определении размера компенсации.

Во второй половине 2008 г. в средствах массовой информации, а также в сети Интернет прошли многочисленные публикации, касающиеся справедливости назначения судом размера компенсации морального вреда. Юристы самых различных направлений деятельности обоснованно выражали свое мнение, что существующая судебная практика слишком неоднозначна по регионам Российской Федерации и не отвечает целям адекватной компенсации физических и нравственных страданий, причиненных преступлением или правонарушением. Указанную проблему вроде как должен был решить законопроект, зародившийся в недрах Верховного Суда Российской Федерации. По законопроекту предусматривалось установить нижние планки размера компенсации по наиболее распространенным случаям судебной практики. И теперь суды должны были бы при решении вопроса о назначении компенсации морального вреда устанавливать ее размер не ниже предписанного законом, но, по внутреннему убеждению, возможно, и выше. Прошло несколько лет после активного обсуждения законопроекта о стандартизации выплат компенсации морального вреда. И что же? Да ничего! Молчание да и только.

На сегодняшний день у нас есть единственное посвященное вопросам компенсации морального вреда Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10, которое не содержит указаний, позволяющих судам Российской Федерации единообразно определять размер компенсации морального вреда при разрешении каждого конкретного дела.

В ст.151 ГК РФ законодатель установил следующие критерии, которые должны учитываться судом при определении размера компенсации морального вреда:

1) степень вины нарушителя;

2) степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред;

3) иные заслуживающие внимания обстоятельства.

С введением в действие второй части ГК РФ этот перечень был дополнен в ст. 1101 следующими критериями:

1) характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, который должен оцениваться судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего;

2) требования разумности и справедливости.

В случае противоречия между установленными в ст. 151 и 1101 ГК РФ критериями определения размера компенсации морального вреда следует руководствоваться ст. 1101 ГК РФ, которая, находясь в составе второй части ГК РФ, не только является более поздней по сравнению со ст. 151 ГК РФ нормой, но и, как следует из ее названия, представляет собой специальную норму.

Вместе с тем необходимо отметить, что на законодательном уровне не определены понятие

«степень страданий» и единица ее измерения. Согласимся с мнением A.M. Эрделевского о том, что степень страданий характеризует их глубину, например, говоря о боли, мы оцениваем ее как «слабая», «сильная», «нестерпимая». Также абсолютно справедливо утверждение A.M. Эрделевского, согласно которому глубина страданий для «среднего» человека зависит в основном от вида того неимущественного блага, которому причиняется вред, и степени умаления этого блага, а индивидуальные особенности потерпевшего могут повышать или понижать эту глубину (степень) страданий. Поэтому во внимание должны приниматься как эта «средняя» глубина, так и обусловленное индивидуальными особенностями потерпевшего отклонение от нее, что даст возможность суду учесть действительный моральный вред и определить соответствующий ему размер компенсации.

Понятие «характер страданий», так же как и их степень, не нашло своего толкования в нормах материального права. В юридической литературе под характером страданий понимается указание на их вид, а именно физические страдания - это боль, удушье, тошнота, головокружение и другие болезненные симптомы (ощущения); нравственные страдания - это страх, горе, стыд, беспокойство, унижение и другие негативные эмоции.

Размер компенсации морального вреда зависит от фактических обстоятельств, при которых был причинен вред. Сравнительный анализ норм ст.151 и 1101 ГК РФ показывает, что учитывать в целях определения размера компенсации следует не все фактические обстоятельства, а только заслуживающие внимания.

На взгляд автора, степень и характер физических и нравственных страданий потерпевшего должны приниматься во внимание во взаимосвязи с его индивидуальными особенностями .

Буквально слово индивидуальный означает «личный, свойственный данному индивидууму, отличающийся характерными признаками от других». В науке отсутствует какая-либо классификация индивидуальных особенностей личности, влияющих на размер компенсации морального вреда. Чаще всего в литературе авторы со ссылкой на Конституцию РФ в качестве таковых называют пол, расу, национальность, язык, происхождение, имущественное положение, должностное положение, место жительства, отношение к религии, убеждения, принадлежность к общественным объединениям, возраст, болезнь, инвалидность и др.

Вместе с тем следует согласиться, что законодатель не случайно установил требование учета индивидуальных особенностей потерпевшего. В литературе высказываются в том числе мнения, что в возникновении и развитии психических расстройств у потерпевших существенную, а иногда и определяющую роль играют их личностные особенности. Одно и то же повреждающее воздействие у разных людей может вызвать неодинаковые последствия. Следовательно, индивидуальные особенности потерпевшего не могут не оказывать влияния на размер компенсации морального вреда.

Еще один критерий определения размера компенсации морального вреда - это требования разумности и справедливости. Последние, как нам представляется, не обладают достаточной степенью определенности.

Статью 1101 ГК РФ в части требований разумности и справедливости целесообразно анализировать с учетом п. 2 ст.6 ГК, устанавливающей правила применения аналогии права. Согласно этой норме при невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

Следует признать, что указанная статья ГК РФ представляет собой своего рода «костыли», которыми законодатель обычно снабжает суд, чтобы он мог воспользоваться ими в случае отсутствия прямого указания в законе, также для того, чтобы дать дальнейший простор судебному усмотрению при рассмотрении конкретного дела.

Принцип справедливости - это одно из общих начал гражданского права. Кроме того, это универсальный принцип отношений между людьми, народами и государствами, служащий нравственным ориентиром в правотворческой, правоприменительной, правоохранительной и других видах человеческой деятельности.

По-видимому, именно данный смысл и вкладывался законодателем в указанную статью ГК РФ, поскольку иначе трактовать это одно из основных понятий гражданского права невозможно.

Понятие разумности неразрывно связано с понятием «разум», который является способностью человека к осмыслению и пониманию, что свидетельствует о необходимости адекватного восприятия судьей всех составляющих поведения субъектов правоотношения, связанного с требованием компенсации морального вреда.

Поэтому требование разумности и справедливости следует рассматривать как обращенное к суду требование соблюдения разумных и справедливых соотношений присуждаемых по разным делам размеров компенсации морального вреда.

Иные заслуживающие внимания обстоятельства для определения размера компенсационных выплат:

В п. 3 ст. 1083 ГК РФ указывается, что суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно. Нужно отметить, что данный критерий является факультативным, так как уменьшение размера возмещения - право, а не обязанность суда.

Что касается имущественного положения потерпевшего, то ГК РФ не предусматривает какого-либо изменения размера компенсации в зависимости от этого обстоятельства. Хотя нужно отметить, что с точки зрения компенсационной функции возмещения морального вреда (т.е. максимального сглаживания перенесенных потерпевшим страданий) имущественное положение имеет серьезное значение.

В связи с этим некоторые авторы говорят о необходимости учитывать материальное положение лица, которому такой вред причинен. При этом чем выше доходы потерпевшего, тем большая сумма должна взыскиваться.

Полагаю, что данная позиция является ошибочной. Ибо присуждение разных размеров компенсации за одинаковые страдания противоречило бы принципу справедливости. Кроме того, при определении размера компенсации во внимание должны приниматься лишь те фактические обстоятельства, которые сопутствовали причинению вреда, что нельзя сказать об имущественном положении потерпевшего.

Неоднозначен должен быть подход и при учете судом социального положения лица, требующего компенсации морального вреда в связи с причинением ему нравственных и физических страданий. На взгляд автора, размер компенсационных выплат должен быть дифференцированным в зависимости от способа причинения вреда. Если моральный вред причинен в результате распространения не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию лица, то социальное положение потерпевшего может быть учтено. Связано это с тем, что занятие определенной ступени в социальной иерархии предполагает придание большей значимости социальной оценке субъекта (его деятельности), что, в свою очередь, предполагает и наличие больших страданий при умалении ее.

Если же моральный вред причинен в результате иных действий (например, причинения физического вреда), то подход здесь аналогичен учету материального положения, то есть на размер компенсации социальное положение не влияет.

К иным заслуживающим внимание обстоятельствам можно отнести также степень вины потерпевшего. В ст. 1083 ГК РФ говорится, что вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. А если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, то в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

Подводя итог, полагаем необходимым отметить важность проблемы определения размера компенсации морального вреда и отсутствие законодательно закрепленных ее границ. В то же время законодатель вполне приемлемо урегулировал порядок и критерии определения размера компенсации морального вреда.

Законность, обоснованность, разумность и справедливость являются базовыми принципами, которыми руководствуются судьи при рассмотрении споров в каждом конкретном случае. Также эти понятия и определяют «границы» судебного усмотрения при рассмотрении вышеуказанных дел.

При определении размера компенсации судами также верно учитываются индивидуальные особенности потерпевшего и связанная с ними степень перенесенных страданий, характер страданий, степень вины потерпевшего и причинителя вреда, фактические обстоятельства, связанные с возникновением морального вреда.

При разрешении конкретных, в том числе трудовых, дел, кроме вышеуказанных критериев, целесообразно учитывать в качестве индивидуальных особенностей возраст работника, состояние его здоровья. В качестве заслуживающих внимания обстоятельств должны учитываться последствия наруше-

ния прав работника (заболевание, прекращение учебы и т.п.), тяжесть дисциплинарного взыскания, наличие предшествующих взысканий и сложившаяся трудовая репутация работника в организации.

Жизнь и здоровье указаны на первом месте среди других нематериальных благ, принадлежащих с рождения гражданину, в ст. 150 ГК РФ, поскольку данные понятия отражают самое дорогое, что есть у человека. И несмотря на то, что они не являются более значимыми в ряду других основных прав и свобод человека и гражданина, нельзя не признать за ними главенствующей роли. Способность гражданина иметь права и нести обязанности возникает с момента его рождения и прекращается смертью (ст. 17 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья, а следовательно, и право на здоровье.

Указанные выше нематериальные блага защищены законом. Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье принадлежат гражданину от рождения, неотчуждаемы и непередаваемы.

Право на здоровье и его охрану, кроме того, закреплены в Основах законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1995 г. № 5487-1. Согласно ч. 2 ст.1 указанных Основ гражданам РФ гарантируется право на охрану здоровья в соответствии с Конституцией РФ, общепризнанными принципами и международными нормами и международными договорами РФ, Конституциями (уставами) субъектов РФ.

В сегодняшнем мире каждый из нас может быть подвергнут опасности, связанной с посягательством на жизнь и здоровье человека.

Регулированию отношений по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью граждан посвящено вновь принятое Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1, которое так и называется «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина». В нем даны разъяснения ряда вопросов процессуального характера относительно компенсации морального вреда, а также определены критерии правильности применения материального права.

В частности, Пленум еще раз подчеркнул, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, поэтому потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда. И это реально при условии наличия вины причинителя вреда (за исключением случаев причинения вреда источником повышенной опасности).

Принципиально еще и то, что Пленум Верховного Суда РФ закрепил в вышеназванном Постановлении презумпцию наличия морального вреда по рассматриваемым категориям дел. В абз. 2 п. 32 Постановления указано, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Что касается причинения морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи или иждивенцам, Верховный Суд РФ в абз. 3 п. 32 Постановления № 1 пояснил, что при рассмотрении указанных дел суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Более того, указанные обстоятельства влияют также и на размер компенсации морального вреда. А вот наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Также Пленум в абз. 4 п. 32 Постановления от 26 января 2010 г. напомнил, что при определении размера компенсации морального вреда суду, с учетом требований разумности и справедливости, следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В качестве иллюстрации иных заслуживающих внимания обстоятельств, в частности вины самого потерпевшего, можно привести дело, где истец обратился в суд с иском о компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей. Свои требования он основывал на том, что ответчик в подъезде дома ударил его в лицо, а осколок от очков попал ему в глаза. Суд взыскал в пользу истца в качестве компенсации морального вреда 60 000 рублей.

Ответчик, не согласившись с решением суда, обжаловал его в кассационную инстанцию.

Кассационная инстанция отметила, что суд первой инстанции не в полной мере учел все заслу-

живающие внимания обстоятельства. Из материалов дела следует, что телесные повреждения, впоследствии причинившие физические и нравственные страдания истцу, причинены потерпевшему в ходе обоюдной ссоры между ними на почве личных неприязненных отношений, в связи с чем размер компенсации уменьшен.

А вот еще один пример из судебной практики относительно соблюдения требований разумности и справедливости.

Истица обратилась в суд с иском о компенсации морального вреда в размере 180 000 рублей. Свои требования мотивировала тем, что ответчик, управляя автомобилем, совершил на нее наезд. Судом исковые требования удовлетворены частично, в счет компенсации морального вреда с ответчика взыскано 150 000 рублей.

Ответчик с принятым решением не согласился и обжаловал его в кассационную инстанцию по тем основаниям, что он является безработным, не может трудоустроиться, присужденная судом сумма компенсации ставит его в тяжелое финансовое положение.

Судебная коллегия пришла к выводу, что, устанавливая размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в сумме 150 000 рублей, суд не учел требование разумности и справедливости, а также заслуживающее внимание обстоятельство, что ответчик, заглаживая вину, частично возместил причиненный им вред в сумме 13 000 рублей, а кроме того, он является и безработным. В итоге сумма компенсации была снижена судом до 120 000 рублей.

Среди нарушений права лица на здоровье одним из наиболее опасных является причинение тяжкого вреда здоровью. Степень тяжести вреда здоровью определяется судебно-медицинской экспертизой. Адвокат М. Галюкова в своей статье, посвященной вопросам компенсации морального вреда вследствие некачественного оказания медицинской помощи, отмечает следующую проблему.

При рассмотрении гражданского иска о компенсации морального вреда по так называемым медицинским делам отсутствие глубокой специализации судейского корпуса вызывает потребность использования в гражданском процессе экспертных заключений, привлечения специалистов. В ходе доследственной проверки сотрудники правоохранительных органов чаще всего обращаются к Министерству здравоохранения области с запросом предоставить заключение независимой комиссии по факту некачественного оказания медицинской помощи. Такая оценка не может являться независимой, поскольку учреждение здравоохранения, в котором имел место факт врачебной ошибки, подчиняется данному ведомству. Тем не менее, и прокуроры, и суды принимают протоколы таких служебных расследований в качестве экспертизы и руководствуются ими, отказывая в возбуждении уголовного дела или удовлетворении иска.

Если же учесть, что судебно-медицинские экспертные учреждения, в которых судами и следственными органами назначается экспертиза, входят также в систему здравоохранения, подчиняясь управлениям здравоохранения субъектов, то не следует исключать возможности необъективности проведения экспертиз. Именно поэтому следователи все чаще и чаще по «медицинским делам» обращаются к экспертам соседних областей или одновременно с заключением эксперта получают заключение специалиста.

Необходимо отметить, что для определения компенсации морального вреда совершенно необязательно, чтобы причинение тяжких телесных повреждений было преступным, достаточно, чтобы оно было противоправным и виновным, кроме случаев, когда вина не входит в состав оснований ответственности за причинение морального вреда.

Наиболее часто физический вред причиняется источниками повышенной опасности. В связи с этим важно напомнить, что в силу ст. 1100 ГК РФ вина владельца источника повышенной опасности не является обязательным основанием для компенсации морального вреда. Однако наличие вины в форме грубой неосторожности в действиях потерпевшего, как и отсутствие вины причинителя вреда, может влиять на размер компенсации морального вреда.

Так, Пленум Верховного Суда РФ в абз. 2 п. 23 своего Постановления от 26 января 2010 г. № 1 разъяснил, что при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда (в том числе и размер компенсации морального вреда) подлежит уменьшению.

Моральный вред, причиненный источником повышенной опасности, чаще всего характеризуется не только моральными, но и физическими страданиями и лишениями, так как автомобильные ава-

рии чреваты травматизмом. Очень часто результатом аварий являются переломы и растяжения, увечья, шрамы, потери сознания, лишения органов водителей, пассажиров, пешеходов, которые влекут потери трудоспособности, возможности продолжать активную жизнь на какое-то время или даже на всю жизнь. Люди теряют своих близких в автомобильных авариях.

И у самого потерпевшего, и у его близких родственников и членов семьи возникают сильнейшие психологические потрясения и стрессы, которые имеют длительный характер.

В связи с этим по делам о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, суд учитывает не только те страдания, которые потерпевший уже перенес ко времени рассмотрения дела, но и те, которые он со всей очевидностью перенесет в будущем. Например, утрата конечностей порождает не только физические страдания и моральную травму человека от осознания потери во время и сразу после аварии, но и в будущем может повлечь за собой осложнения в личной и семейной жизни, а также при устройстве на работу. При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются не только степень и характер физических и нравственных страданий, но и их стойкость и продолжительность, а также возможное наличие необратимых последствий.

Причинение вреда здоровью может сопровождаться различными обстоятельствами. Более того, при определении размера компенсации морального вреда при причинении тяжкого вреда здоровью должны учитываться индивидуальные особенности потерпевшего. Например, в случае прерывания беременности подлежит учету способность к последующему деторождению. Если эта способность сохраняется, то размер компенсации будет меньшим, чем в случае утраты данной способности.

Также причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное с особой жестокостью, мучениями или истязаниями, должно сопровождаться увеличением размера компенсации морального вреда.

Еще недавно юристы отмечали, что в практике рассмотрения дел о возмещении морального вреда за причинение вреда жизни и здоровью сложились определенные традиции в отношении определения размера компенсации. Сумма, близкая к 100 тыс. руб., считалась весьма значительной и присуждалась, как правило, в связи с причинением смерти близкому родственнику истца. Тяжкое повреждение здоровья оценивалось приблизительно в два-три раза ниже, а легкий вред здоровью - в десять и более раз ниже.

Нельзя сказать, что сегодняшние суммы компенсаций стали близкими к европейскому уровню, однако можно привести примеры из практики, где суммы компенсаций значительно возросли по сравнению с ранее присуждаемыми.

Одним из таких примеров является дело, в котором истец обратился в суд с иском к ответчику о компенсации морального вреда, причиненного в результате умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Приговором Останкинского районного суда г. Москвы подсудимый был осужден за причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Также приговором был частично удовлетворен гражданский иск о взыскании имущественного вреда и о компенсации морального вреда. В качестве компенсации морального вреда в пользу потерпевшего взыскано 4,5 млн. рублей.

Приведенный и другие примеры судебной практики, конечно, являются скорее исключением на сегодняшний день, нежели правилом. Но разве это не начало вырабатывания практики, где размеры компенсаций за перенесенные страдания не будут унизительными для потерпевших.

Поступила в редакцию 10.09.12

T.N. Pushkina

Criteria for determining compensation of moral damage as the main problem of civil-law institute of moral damage

The compensation of moral harm is not defined in law. Considération of these questions in this article and the sources used is important and timely, since every citizen is entitled to reasonable compensation caused him mental or physical harm.

Keywords: compensation for moral damage, the severity, the concept of reasonableness and fairness.

Пушкина Татьяна Николаевна, доцент Pushkina T.N., associate professor

ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет» Udmurt State University

426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп. 4) 426034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya st., 1/4