К вопросу о суицидальной активности детей и подростков Краснодарского края

Суицидология и аддиктология

Корреляционный анализ показал, что медицинские работники, не удовлетворенные отношениями со своими супругами (r=0,234; p=0,007), детьми (r=0,293; p=0,001) и друзьями (r=0,252; p=0,001) полагают, что общение с суицидентами негативно влияет на их психику. Неудовлетворенность полученным образованием (r=0,255; p<0,001) и собственным положением в обществе (r=0,234; p=0,003) приводит к негативному, пренебрежительному отношению к пациентам, имевшим в анамнезе попытки самоубийства. Выявлена корреляционная взаимосвязь готовности совершения самоубийства в кризисной ситуации с низким уровнем самоуважения (r=0,209; p=0,005) и неудовлетворенностью отношениями с родителями (r=0,214; p=0,008).

Таким образом, исследование показало, что определенные личностные особенности медицинских работников влияют на их отношение к суицидентам в аспекте повышенного контроля, недоверия (большинство респондентов не позволят суициденту иметь ответственную работу) и отвержения (многие респонденты считают пытавшихся покончить с собой «слабаками» и психически больными, отказывают в ряде гражданских прав). Выявлена стигматизация суицидентов в большинстве социальных сфер специалистами, участвующими в оказании психиатрической помощи, что свидетельствует о генерализации стигмы суицидента и ее культуральной обусловленности. При этом врачи-психиатры склонны более лояльно относиться к суици-дентам, чем средний и младший медицинский персонал. Стигматизации способствуют социальная фруст-рированность и низкий уровень самоуважения. Требуется тщательный подбор кадров среднего и младшего медицинского персонала для работы в отделениях, где проходят лечение лица с психическими расстройствами, совершившие попытки самоубийства. Кроме того, целесообразно включение в программу подготовки медицинских работников, участвующих в оказании психиатрической и суицидологической помощи изучение суицидологии и психологии кризисных состояний.

Литература:

1. Амбрумова А.Г., Тихоненко В.А. Диагностика суицидального поведения: Методические рекомендации. - М., 1980. - 48 с.

2. Зотов П.Б., Родяшин Е.В. Суицидальные действия в г. Тюмени и юге Тюменской области (Западная Сибирь): динамика за 20072012 гг. // Суицидология. -2013. - Том 4, №1 (10). - С. 54-61.

3. Кедровская А.С. Проблема стигматизации суицидентов, как фактор, препятствующий превенции [Текст] : материалы временных коллективов / А. С. Кедровская // Всероссийская 70-я юбилейная итоговая научная студенческая конференция им. Н.И. Пирогова, Томск, 16-18 мая 2011 г. : сб. ст. / Сиб. мед. ун-т [и др.] ; ред.: В. В. Новицкий, Л. М. Огородова. - Томск, 2011. -С. 382-384.

4. Серебрийская Л.Я. Психологические факторы стигматизации психически больных [Текст]: автореф. дис. ... канд. психол. наук: 19.00.04; Моск. НИИ психиатрии МЗ РФ. - М., 2005. - 22 с.

5. Kreisman D.E., Joy V.D. Family response to the mental illness of a relative: a review of the literature [Text] // Schizophr. Bull. - 1974. -Vol. 10. - P. 34-57.

6. Sartorius N. Stigma: what can psychiatrists do about it? [Text] // Lancet. - 1998. - Vol. 352, № 9133. - P. 1058-1059.

7. Sivakumar К., Wilkinson G., Toone B.K. et al. Attitudes to psychiatry in doctors at the end of their first post-graduate year: two-year follow-up of a cohort of medical students [Text] // Psychol. Medicine. -1986. - Vol. 16, № 2. - P. 457-460.

К ВОПРОСУ О СУИЦИДАЛЬНОЙ АКТИВНОСТИ ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

С.Б. Селезнёв

РГСУ в г. Анапе, г. Анапа

E-mail автора: selsb2@mail.ru

Проблема самоубийств среди молодёжи приобретает всё большее значение в современной России, которая является мировым лидером по детско-подростковым суицидам. Данная проблема в последние годы является актуальной и для Краснодарского края. Анализируются причины и динамические аспекты суицидальной активности детей и подростков в Краснодарском крае и городе-курорте Анапа.

Ключевые слова: дети, подростки, суициды, суицидальная активность.

Самоубийство является одной из серьезных проблем современного общества и рассматривается как ведущая причина смерти практически во всех странах мира. Ежегодно из жизни посредством суицида уходят более 1 миллиона землян, а к 2020 году по прогнозам ВОЗ эта цифра может возрасти до 1,5 миллионов. Сегодня средний показатель завершённых самоубийств в мире составляет 15,1 на 100000 населения. При этом низким уровнем принято считать до 10, средним - 1020, высоким - более 20 на 100000 населения. До начала 90-х годов XX века в мировой суицидальной статистике традиционно лидировала Венгрия (до 37 суицидов на 100 000), а к началу XXI века стабильное первенство перешло к странам Балтии и Восточной Европы, где наивысший уровень суицидов был зафиксирован в Литве (46,5 на 100000). Общероссийские показатели по завершённым суицидам в этот период также были весьма высокими (на уровне 40 на 100000 населения), а в Краснодарском крае даже превышали средние по России значения (42,2 на 100000). Сегодняшним лидером по суицидам является Швеция - одна из самых социально благополучных стран мира.

До недавнего времени считалось, что наиболее суицидоопасными являются три возрастных периода: юношеский (15-24 года), средний (45-50 лет) и особенно старческий (после 70 лет). Но за последние 20 лет учёные отмечают отчётливое «омоложение суицида»: самоубийство становится второй-третьей ведущей причиной смерти среди 15-24-летних молодых людей в США, Швеции, Австрии, Швейцарии, Германии, Голландии, Англии, Австралии, Японии и других развитых странах.

Современная Россия в этом плане не только не является исключением, но и даже лидирует по количеству детских и подростковых самоубийств в Европе. По данным ВОЗ, в нашей стране ежегодно заканчивают жизнь самоубийством около 200 детей и 1,5 тысячи подростков. Суициды обусловливают примерно 12% общей летальности в детско-подростковой возрастной группе. Уточнённые данные государственной статистики в России свидетельствуют, что частота суицидальных действий среди молодежи за последние 20 лет удвоилась и составляет сегодня 12,7% от общего числа умерших от неестественных причин. Но эти данные

18

Тюменский медицинский журнал Том 16, № 1, 2014

Суицидология и аддиктология

могут быть занижены, когда не удается отличить самоубийства от несчастного случая.

В большинстве случаев суициды совершают вполне нормальные, психически здоровые дети и подростки - 80%, и лишь 20% - относятся к группе психически больных. Анализ обстоятельств и причин самоубийств несовершеннолетних, проведенный Генеральной Прокуратурой России, показывает, что 62% этих суицидов связано с семейными конфликтами и неблагополучием, боязнью насилия со стороны взрослых, бестактным поведением педагогов, конфликтами с учителями, одноклассниками, друзьями, черствостью и безразличием окружающих. Единственным «утешительным» обстоятельством является то, что по статистике лишь 10-15% детско-подростковых суицидальных попыток являются завершёнными, и в большинстве случаев имеют целью привлечь внимание окружающих (друзей, родителей, педагогов) к своим психологическим проблемам.

Специальные социально-психологические исследования, проведённые в конце 90-х, указывают на преобладание у молодых людей следующих суицидальных мотивов:

1) переживание обиды, одиночества и непонимания;

2) действительная или мнимая утрата любви родителей, неразделённое чувство и ревность;

3) чувство вины, стыда, оскорблённого самолюбия;

4) боязнь позора, насмешек, унижения;

5) страх наказания, нежелание извиниться;

6) любовные неудачи, нелепые вспышки разочарования;

7) чувство мести, злобы, протеста, угроза, вымогательство;

8) желание привлечь к себе внимание, вызвать сочувствие, уйти от трудной ситуации;

9) сочувствие или подражание товарищам, героям книг или фильмов.

Мы проанализировали основные причины и динамические аспекты суицидальной активности у детей и подростков Краснодарского края и отдельного муниципального образования города-курорта Анапы за последние 10 лет. Главная особенность этой динамики по Краснодарскому краю такова: в 2004 г. было зафиксировано 93 суицида (30 - завершённых и 63 - незавершённых); в 2005 г. - 127 (33 - завершённых и 94 - незавершённых). С этого периода до начала 2012 года количество завершённых суицидов в крае находилось на уровне 25-30 в год, а количество незавершённых неуклонно увеличивалось (до 200 случаев в год).

В частности, за период 2007 года в Краснодарском крае было зафиксировано 196 суицидальных попыток у детей и подростков, среди которых 170 (86,7%) незавершённых и 26 (13,3%) завершённых суицида. Среди завершённых суицидов было 4 детей (15,4%) и 22 подростка (84,6%). Большинство смертей в результате завершённых суицидов было зарегистрировано в Темрюкском районе (n=3), а также в Анапе, Брюховецком, Лабинском, Мостовском, Новокубанском районах и г. Сочи (по 2 случая). Типология завершённых суицидов была представлена в основном повешением 22

(84,6%), падением с высоты - 2 (7,7%), медикаментозным отравлением и огнестрельным ранением в грудь -по 1 случаю.

Среди незавершённых суицидов превалировали медикаментозные отравления - 141 (82,9%), реже наблюдались вскрытие вен - 20 (11,7%), отравление алкоголем и наркотиками, попытки повешения - по 3 случая (1,8%).

Среди суицидентов 2007 года по возрасту значительно преобладали подростки 15-17 лет - 160 человек (81,6%), что было характерно как для завершённых -22 (84,6%), так и для незавершённых суицидов - 138 (86,3%). Необходимо отметить, что среди незавершённых суицидов преобладали девочки - 139 человек (81,8%), а среди завершённых мальчики - 18 человек (69,2%).

Основными причинами их суицидального поведения были: конфликтные отношения в семье, школьные конфликты, авторитарные методы воспитания родителей, педагогов, насилие, отвержение, пьянство родителей, ссоры с друзьями, неразделённая любовь, унижение и другие. Вместе с тем, в последние 2 года в Краснодарском крае наблюдается позитивная динамика снижения суицидальной активности населения. В частности, по сравнению с 2012 годом смертность населения от суицидов снизилась на 4,7%, а среди молодёжи этот показатель уменьшился на 3,2%.

Сопоставимые с краевыми, тенденции суицидальной активности детей и подростков характерны и для города-курорта Анапы, где показатели завершённых и незавершённых суицидов до 2011 года также имели схожую динамику: количество незавершённых суицидов находилось на уровне 7-10 случаев в год, а завершённых - 1-2 случая. Анализ типологии завершённых суицидов указывает на преобладание повешения (до 100%) и падения с высоты (до 50%), а незавершённых - на преобладание медикаментозных и смешанных отравлений (до 80-85%). Пик молодёжной суицидальной активности в Анапе, как и по краю в целом, пришёлся на период 2008-2011 гг., а с 2012 г. стала наблюдаться тенденция к её снижению.

В заключении следует подчеркнуть, что с периода 2007 года руководством Краснодарского края стала активно проводится молодёжная политика, направленная на сохранение здоровья детей и подростков, защиту их прав и свобод, борьбу с беспризорностью и безнадзорностью, семейным насилием и социальным сиротством, развитие детского и юношеского спорта и туризма, что уже приносит в последние годы вполне ощутимые результаты практически во всех сферах жизни кубанской молодёжи и находит отражение в тенденции к снижению её суицидальной активности.

Литература:

1. Амбрумова А.Г. Клинико-психологическое исследование самоубийств // Социальная и клиническая психиатрия. - 1998. - № 4. - С. 65-72.

2. Дмитриева Т.Б., Положий Б.С. Этно-культуральные особенности суицидального поведения // Этно-культуральная психиатрия. -М., 2003. - С. 269-371.

3. Дюркгейм Э. Самоубийство: социологический этюд / Пер. с франц. - СПб., 1998.

4. Красильников Г.Т., Косенко Н.А., Мишин Н.А. Нить Ариадны: профилактика суицидов в молодом возрасте. - Ейск-Краснодар: Советская Кубань, 2011. - 133 с.

Том 16, № 1, 2014 Тюменский медицинский журнал

19

Суицидология и аддиктология

5. Письмо Департамента здравоохранения Краснодарского края главам муниципальных образований от 19.03.2008 г. №48.04-111-1/08-14.

ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНО-ВОЗРАСТНОЙ ПАТОПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ СУИЦИДОГЕННЫХ ФАКТОРОВ

В.Э. Семенцул, Г.Я. Пилягина

Национальная медицинская академия последипломного образования им. П.Л. Шупика, г. Киев, Украина

Е-mail авторов: GP-doctor@mail.ru

Проведен дифференциально-возрастной патопсихологический анализ суицидогенных факторов среди 292 суициден-тов, совершивших аутодеструктивные действия. Выявлены качественные различия в патопсихологических факторах, которые вызывали реализацию аутодеструктивных действий, в соответствии с различными возрастными группами.

Ключевые слова: саморазрушающее поведение, суицидогенные факторы.

Рабочая гипотеза исследования. В диагностике саморазрушающего поведения (СрПв) целесообразно дифференцировать суицидогенные факторы в различных социально-возрастных группах [1, 5]. Это обеспечит адекватный выбор мишеней психокоррекционного воздействия в терапевтической работе с суицидентами, а также позволит снизить риск рецидивирования аутодеструктивных действий (АД).

Цель исследования: провести дифференциально-возрастной патопси-хологический анализ суицидогенных факторов среди суицидентов, совершивших АД.

Материалы исследования. Проведено рандомизированное исследование 292 больных, в возрасте от 15 до 86 лет, находившихся на лечении в Киевской городской клинической больнице скорой медицинской помощи после реализации аутодеструктивных действий (АД) в виде самоотравлений, самопорезов и прыжков с высоты. Суициденты осматривались в ближайшем постсуицидальном периоде - 1-5 дней после осуществления АД. Критериями исключения: возраст до 15 лет, наличие психотических или выраженных интеллектуально-мнестических расстройств (рубрики F 0-3, согласно МКБ-10) на момент совершения АД и при последующем осмотре.

Методы исследования. Формализованный анализ социо-демографи-ческих и патопсихологических данных суицидентов, согласно разработанной «Суицидологической карты» [2, 3]. Описательная статистика проводилась с помощью пакета статистического анализа Microsoft Excel 2003.

Результаты и обсуждение.

В психокоррекционной работе вопрос «Почему Вы решили расстаться с жизнью» первым задается пациенту. Анализ влияния суицидогенных факторов определяет направление психокоррекционной работы.

Эмпирически, в ранее проведенных исследованиях, нами был выделен семилетний возрастной шаг, который позволяет выделить отдельные репрезентативные группы по возрасту и социальной направленно-

сти [3,4]. И все обследованные суициденты были разделены, таким образом, на 8. Группа А: юношеский возраст, период старшей школы (15-17 лет, n=30; 10,3% от всех обследованных); группа Б: период окончания обучения и начала самостоятельной жизни (1824 года, n=86; 29,5% от всех обследованных); группа В: период создания семьи и рождения детей (25-31 лет, n=54; 18,5% от всех обследованных); группа Г: период формирование социальной карьеры и возможных кризисов в семейной жизни (32-38 лет, n=32; 10,9%); группа Д: период кризиса среднего возраста (39-45 лет, n=22; 7,5%); группа Е: период новых социальных и семейных ролей в расширенной семье (46-52 года, n=30; 10,3%); группа Ж: предпенсионный период (5359 лет, n=15; 5,1%); группа З: пенсионный период (60 и более лет, n=23; 7,9%).

Анализ суицидогенных факторов в настоящем эпизоде СрПв, в котором обследованными суициден-тами были реализованы АД, показал, что практически для всех возрастных групп, кроме самого старшего возрастай (группа З), основными суицидогенными факторами оказались «конфликтные отношения в семье» и «конфликтные отношения с партнером». Конфликтные отношения в семье, включая ссоры и проблемные межличностные взаимоотношения с детьми, родителями или другими родственниками, как основной психологический предиктор во всех группах: от 21,7% случаев в группе З до 50,0% в группе Г. В среднем данный критерий встречался у 42,2% всех обследованных суицидентов.

Конфликтные отношения с партнером как психологическая причина реализации АД также наблюдался во всех исследованных группах (в среднем - у 40,3% всех обследованных суицидентов). Максимальная выраженность данного предиктора наблюдалась в группах В, Г и Д, то есть, в возрасте от 25 до 45 лет.

Практически для трети суицидентов значимое суицидогенное влияние имел факт наличия психического заболевания. В группах старше 32 лет (группа Г -34,4%, группа Д - 31,8%, группа Е - 26,7%, группа З -26,1%,). Среди других возрастных групп этот психологический фактор в среднем фиксировался только в 12,3% случаев.

Фактор проблем с физическим состоянием был малозначимым вплоть до возраста в 39 лет. Например, в юношеском возрасте проблемы с соматическим здоровьем не имели сицидогенного влияния. Тогда как в старших возрастных группах Д - З этот фактор назывался суицидентами в среднем в 38,1% случаев: в группе З (возраст старше 60 лет) - у 69,6% суициден-тов. Это вызвано нарастанием соматической патологии и физической немощи, качественно ухудшавших качество жизни обследованных пациентов. Во многих случаях пациенты знали о наличии смертельного либо неизлечимого заболевании. При этом сам возраст выступал в роли суицидогенного фактора: пациенты прямо высказывались, что жизнь прожита и не имеет смысла отягощать близких проблемами по уходу и лечению тяжело больного родственника. Часто их пугал факт собственной немощи и непереносимых болей.

Для группы А (юношеский возраст) самыми значимыми суицидогенными факторами были конфликт-

20

Тюменский медицинский журнал Том 16, № 1, 2014