Приставы стучатся в МФО и банки

Госдума рассмотрит проект поправок к федеральным законам о коллекторской и микрофинансовой деятельности. Они предполагают передачу Федеральной службе судебных приставов (ФССП) полномочий регулирования процедур взыскания, реализуемых не только профессиональными коллекторами, но и собственными службами кредиторов. И взыскатели, и кредиторы поддерживают инициативу. Но предостерегают, что законопроект содержит много неточных формулировок, что будет приводить к злоупотреблению со стороны недобросовестных игроков.

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ

На рассмотрение в Госдуму 2 сентября внесен законопроект, основная задача которого «определить условия осуществления деятельности по возврату просроченной задолженности физлиц кредитными и микрофинансовыми организациями (МФО)».

Кроме того, документ уточняет особенности осуществления надзора за деятельностью профессиональных коллекторских, кредитных и МФО, а также перечень и основания применения мер реагирования, которые вправе осуществлять ФССП при осуществлении надзора. Предлагается, в частности, вносить указанные организации в специальный реестр и обязать их делать аудиозаписи всех случаев непосредственного взаимодействия с должником, чтобы уберечь его от нарушений.

Участники рынка поддерживают законопроект, однако отмечают, что в нем еще много неточностей и спорных моментов.

«Согласно базовым стандартам, МФО, так же как и коллекторы, уже давно обязаны делать такую аудиозапись, в отличие от банков. И в данном случае это хороший пример устранения регуляторного неравенства,— указывает директор СРО "МиР" Елена Стратьева.— Однако в законопроекте не хватает более четкой формулировки, касающейся взаимодействия с должником посредством "телефонных переговоров", "голосовых сообщений", а также сильно ограничены возможности отправки информации о задолженности через Единый портал государственных услуг (ЕПГУ)».

С ней согласен и председатель совета НАПКА Эльман Мехтиев: «Половинчатость формулировок не помогает ни должникам, ни кредиторам и взыскателям». Например, не описаны нормы, уточняющие порядок использования современных технологий (робот), исключены нормы, конкретизирующие возможность использования альфанумерических имен при отправке сообщений должникам.

По данным ФССП, по итогам января—июня в ведомство поступило 26 тыс. обращений в ответ на действия взыскателей. Это соответствует 64,5% обращений за весь 2021 год. Доля обоснованных обращений более 9%, против 12% по итогам 2021 года.

Несмотря на неточности, с принятием поправок закон станет жестче в части расследования нарушения регулятором, говорит глава общественной организации «За права заемщиков» Евгения Лазарева. Теперь ФССП сможет запрашивать информацию у операторов связи и провайдеров интернета, в БКИ и других источниках, которые смогут подтвердить факт взаимодействия с должником, надеется она, отмечая, что регулятор будет наделен полномочиями частично приостанавливать отдельные виды взаимодействия.

Дмитрий Аристов, глава ФССП, 15 июля 2022 года:

«Именно на долю микрофинансовых организаций приходится основная часть грубых нарушений прав граждан, что подтверждается статистическими данными, содержанием поступающих в службу обращений».

Впрочем, управляющий партнер юридической компании «Иккерт и партнеры» Павел Иккерт полагает, что, несмотря на кажущуюся масштабность изменений, существенное влияние на негативную статистику по числу и доле нарушений со стороны МФО они вряд ли окажут. Законопроект предполагает распространение федерального государственного надзора со стороны ФССП, под который сейчас подпадают профессиональные коллекторы, еще и на МФО и банки, которые занимаются возвратом задолженности самостоятельно. Сейчас нарушения кредиторов при взыскании задолженности попадают в административную юрисдикцию, поясняет юрист. Разница в том, что в отношении профессиональных коллекторов ФССП может проводить мероприятия, направленные на профилактику нарушений, а в отношении банков и МФО действует только по факту направления жалоб.

«Для самих банков и МФО изменения будут куда более существенными, поскольку, например, у них появится обязанность по осуществлению и хранению записей разговоров с должником, при этом необходимо будет подтверждать документально наличие необходимого ПО и оборудования»,— уточняет господин Иккерт. Это, по его мнению, потребует создания инфраструктуры, обеспечивающей хранение внушительных массивов данных, что чревато серьезными дополнительными расходами.