Птолемей Керавн в исторической традиции и современной историографии

ПУБЛИКАЦИИ ПО ДИССЕРТАЦИОННЫМ ИССЛЕДОВАНИЯМ

УДК 94(38).08 А. И. Юрин

ПТОЛЕМЕЙ КЕРАВН В ИСТОРИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ И СОВРЕМЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ

Птолемей Керавн — яркий политический деятель эпохи раннего эллинизма. За свою жизнь он успел побывать в роли наследника египетского престола, изгнанника и авантюриста при дворах эллинистических правителей и, наконец, в роли царя Македонии. Само прозвище Птолемея — Керавн (Молния), полученное им за свой нрав, говорит о неординарном характере этой личности. Он был человеком вспыльчивым, решительным, готовым всегда рискнуть. Между тем Птолемей не был высоконравственным человеком. Выросший в период борьбы диадохов, Керавн был типичным искателем лучшей судьбы.

Птолемей Керавн привлекал внимание многих ученых, предпринимавших попытки дать оценку его деятельности. О нем в своих работах упоминали Б. Низе [1, S. 8-11], У. Тарн [2, р. 124-138], М. Ростовцев [3, с. 22-27], Эд. Вилль [4, р. 112-115], М. Эррингтон [5, р. 157-159], А. Б. Ранович [6, с. 112-114], А. С. Шофман [7, с. 133], В. Д. Жигунин [8, с. 61], которые указывали на жестокость и хитрость этого политического деятеля, сумевшего победить в борьбе за власть таких знаменитых соперников, как Пирр, Антигон Гонат, Антиох I. Детальное же описание событий этого времени можно найти у Х. Хай-нена [9, S. 3-90] и Ф. Уолбанк [10, р. 239-258].

Между тем обстоятельная биография о Птолемее Керавне отсутствует. Одна из важнейших причин такой ситуации в историографии — отрывочный характер источников. К сожалению, в античной традиции нет ни сведений непосредственных современников Птолемея, ни последовательного изложения биографии Керавна. Относительно подробное повествование о последних годах жизни Птолемея содержится у Юстина (XVII. 2, XXIV. 1-5). Однако эти сообщения носят отрывочный и порой запутанный характер [11, с.183-186]. Дополнительные сведения о Керавне можно найти у Аппиана (Syr. 10. 62), Павсания (I. 6. 8, 16. 2), Мемнона (FGrH 434 F 5. 6, 8. 2-8), Плутарха (Pyrr. 16. 3, 22. 1) и других авторов, но все их данные также фрагментарны и не всегда точны.

По этим причинам целью нашего исследования станет попытка воссоздать на основании отрывочных и разрозненных фактов биографию Птолемея Керавна и определить отношение к нему как античных авторов, так и современных антиковедов.

© А. И. Юрин, 2011

Птолемей Керавн происходил из аристократических македонских семей. Его дедом по материнской линии был регент Македонского царства Антипатр. По отцовской линии его дедом был аристократ Лаг, отец Птолемея I. Лаг женился на Арсиное, любовнице Филиппа II, которая по слухам была уже беременна от царя (Paus. I. 6. 2). Другими словами, Птолемей Керавн мог быть внуком Филиппа II1.

Точных сведений о дате рождения Птолемея нет. Керавн был старшим сыном от брака Птолемея I с Эвридикой, дочерью Антипатра (Paus. I. 6. 8; App. Syr. 62). Дату его рождения, вероятно, следует относить к раннему этапу этого брака, заключенного в период между соглашением диадохов в Трипарадисе в 321 г.2 и смертью Антипатра в 319 г. Вероятно, со смерти последнего начинается интерес Птолемея I к другой женщине — Беренике, состоявшей в свите Эвридики. Учитывая факт, что любимой и самой влиятельной женой Птолемея I была именно Береника (Plut. Pyrr. 4. 4), и что первый их ребенок — Арсиноя родилась уже в 316 г., дату рождения Птолемея Керавна следует относить к началу 310-х годов. У. Эллис считает, что Керавн родился в 319 г. [13, р. 55].

Первые точные упоминания о Керавне относятся уже к событиям 280-х годов вокруг вопроса египетского наследника. Птолемей I, по словам Павсания (I. 6. 8), имел «невоздержанную страсть к женщинам; имея женою Эвридику, дочь Антипатра, и имея от нее детей, он влюбился в Беренику, которую Антипатр послал вместе с Эвридикой в Египет»3.

Береника, как отмечалось выше, быстро стала приближенной к египетскому правителю. Тем не менее не ясно, являлась ли Береника официальной женой Лагида. Так или иначе, но в дипломатической игре Птолемей I использовал всех своих детей. Так, одна дочь Эвридики Лисандра была выдана замуж за Александра, сына Кассандра (Porph. FGrH 260 F. 2. 5), а затем за Агафокла, сына Лисимаха (Paus. I. 9. 6, 10. 3, Plut. Dem. 31). Другая дочь Эвридики Птолемеида по решению отца стала женой Деметрия Полиорке-та (Plut. Dem. 46. 6), а дочь Береники Арсиноя — женой Лисимаха (Paus. I. 10. 3).

Сам Птолемей Керавн, по-видимому, тоже стал игрушкой во внешней политике отца. Судя по данным источников, Керавн был женат дважды. О втором браке на сводной сестре Арсиное (Iust. XXIV. 2-3) мы поговорим позже, когда пойдет речь о захвате власти в Македонии в 281 г. Однако нам известно о некой дочери Керавна, которую он в этом же самом году выдал замуж за Пирра. Следовательно, она не могла быть дочерью Арсинои, но была рождена какой-то иной женщиной.

Ряд исследователей не признает факт женитьбы Птолемея Керавна [10, р. 246, 14, р. 407; 15, р. 241-248]. Другие же исследователи [2, р. 47] не оспаривают сведений античного автора и выдвигают предположение, что, возможно, она не имела царского происхождения [16, р. 100]. Между тем примерная дата брака 300-295 гг.4 указывает на время, когда Птолемей I после битвы при Ипсе заключал династические браки для соединения с ведущими диадохами. Поскольку в этот период происходит сближение Ли-симаха и Птолемея, можно предположить, что женой Керавна была не известная нам дочь Лисимаха.

1 Г. Бенгтсон [12, с. 31] считает маловероятным факт, что Птолемей I был сыном Филиппа II, полагая, что эта легенда появилась как способ лигитимизации власти Птолемеев.

2 Даты даны до н. э.

3 Пер. С. П. Кондратьева.

4 Если учесть, что дочери Керавна было около 16 лет в момент женитьбы на ней Пирра, ее рождение и возможный брак Керавна должны приходиться как раз на первую половину 290-х годов.

Сложная семейная ситуация толкала Птолемея I на прижизненный выбор наследника, чтобы избежать родственных усобиц в будущем. Надежным решением было назначение соправителя, что практиковали Селевкиды, Атталиды и Птолемеи [17, с. 22-24]. Птолемей I выбрал на эту роль Птолемея II Филадельфа, сына Береники (Iust. XVI. 2. 79, Paus. I. 6. 8). Возможно, на то было две причины: во-первых, Птолемей II был сыном от любимой жены Береники, во-вторых, тяжелый характер самого Керавна.

В результате, опасаясь за свою судьбу, Эвридика вместе с сыном Керавном бежала во Фракию [18, S. 1598], где находилась ее дочь Лисандра, жена Агафокла, старшего сына Лисимаха (Paus. I. 16. 2). Это решение тем более понятно, если мы вспомним наше предположение, что Птолемей Керавн был женат на какой-то из дочерей Лисимаха. Тем самым сыновья Эвридики, лишенные царского титула в Египте, могли благодаря своей сестре вновь стать членами царского рода.

Однако молодая жена Лисимаха Арсиноя, дочь Береники от Птолемея I, не желая уступить власть Агафоклу и оставить своих детей без фракийского трона, убедила Лисимаха убить старшего сына (Paus. I. 10. 3-4, Memn. 5. 6, Iust. XVII. 1. 4-8). Мемнон (5. 6) упоминает, что после неудачной попытки отравить сына Лисимах приказал заточить его в тюрьму и умертвить, что исполнил Птолемей Керавн. Этот факт долгое время признавался антиковедами правдивым [19, с. 296]. Однако, как показал Х. Хай-нен [9, S. 6-7], Мемнон перепутал в данном отрывке двух Птолемеев: Керавна и сына Арсинои, который и совершил убийство Агафокла. Оставляя в стороне вопрос об убийце Агафокла, отметим, что в это время при дворе Лисимаха происходила борьба за власть нескольких группировок (Iust. XVII. 1. 6), которые могли опираться и на внешнюю поддержку5.

Смерть Агафокла привела к «чисткам» политической верхушки в государстве Лисимаха. Сторонники Агафокла стали перебегать к Селевку I (Iust. XVII. 1. 8). Керавн вместе с родными также бежал к Селевку I, которому это давало возможность заявить претензии как на престол Лисимаха, так и на египетский трон. Селевк I, оставив соправителем сына Антиоха I, отправился в поход против Лисимаха и в битве при Курупедионе в 281 г. одержал победу. Однако в пути Селевк был коварно убит Керавном (Memn. 8. 2-3, Strabo XIII. 4. 1, Paus. I. 16. 2, App. Syr. 63, Iust. XVII. 2. 4, Nepos. XXI. 3), который вскоре добился признания себя царем как в Лисимахии, так и войском Селевка I.

События вокруг убийства Селевка I вызывают ряд вопросов. Каким образом Птолемею удалось склонить на свою сторону жителей Лисимахии и, что важнее, войско Селевка? После убийства Селевка Птолемей в одиночку покинул войсковой лагерь и прибыл в Лисимахию (Memn. 8. 3). Перед горожанами он мог показать себя их спасителем и мстителем за смерть Лисимаха. Благодаря своему красноречию и царскому происхождению (Iust. XVII. 2. 6) Птолемей получил поддержку и надел на свою голову диадему (Memn. 8. 3). Очевидно, что Керавн надеялся, что среди придворных Лисимаха найдутся его сторонники и, возможно, убийство Селевка было подготовлено Птолемеем заблаговременно (Memn. 8. 3). Птолемей осознавал, что Селевк I ничего не может ему предложить: в Египте прочно утвердился Птолемей II, а после битвы при Курупедионе

5 Об этом противостоянии можно судить из вспыхнувшей после смерти Агафокла ссоры между Арси-ноей и Филетером, хранителем казны Лисисмаха в Малой Азии (Strabo XIII. 4. 1 Paus. 1. 8. 1). Филетер был сторонником Агафокла, чье влияние было сильным в Малой Азии. Если говорить о внешнеполитическом влиянии, вряд ли простое совпадение брак Арсинои, дочери Лисимаха, с Птолемеем II Филадельфом после 284 г., когда последний, возможно, уже был назначен соправителем Египта.

Селевк сам отправился к Лисимахии. Ф. Уолбанк [10, р. 244] указывает на безысходность Керавна в это время, которому кроме убийства Селевка ничего не оставалось.

Отметим также, что поддержать Птолемея Керавна могли и сторонники Агафокла, а Арсиноя после битвы при Курупедионе бежала не в Лисимахию, где, видимо, она не имела широкой поддержки, а в Кассандрию.

Из Лисимахии Птолемей прибыл к войску Селевка, которое, без сопротивления, перешло на его сторону (Memn. 8. 3). Павсаний (I. 16. 2) говорит, что «войско у Селевка состояло и из эллинов, и из варваров», т. е. можно предположить, что среди военачальников Селевка могли быть разногласия, которые не позволили им совместно выступить против Птолемея. К тому же часть войска Лисимаха после Курупедиона также оказалась в рядах Селевка I и теперь с радостью встречала Керавна [10, р. 243].

Тем не менее у Птолемея оставалось три серьезных соперника. Антиох I, сын Селевка, Антигон Гонат, сын Деметрия Полиоркета, правившего несколько лет Македонией, и Пирр, царь Эпира, короткое время владевший частью Македонии после изгнания Деметрия Полиоркета.

Птолемею удалось эту борьбу выиграть (Trog. Prol. XVII). Он действовал не только с помощью силы оружия, разгромив флот Антигона Гоната (Memn. 8. 4-6), но и дипломатическими средствами (Iust. XXIV. 1). Во-первых, он заключил союз с Пирром: оказал ему военную помощь, выдал за него свою дочь и стал «хранителем» Эпира, пока Пирр был в Италии (Iust. XVI. 2. 11-15; XXIV. 1. 8). Во-вторых, он вошел в состав союза мало-азийских государств, противостоявших Антиоху [20, с. 215; 21, с. 161]. Наконец, Керавн помирился со своим братом Птолемеем II (Iust. XVII. 2. 9).

Внутри страны Птолемей нигде не встретил сопротивления, кроме Кассандрии, где укрепилась Арсиноя. Керавн решился на очередную авантюру. Уговорив Арсиною выйти за него замуж, Керавн как только вступил в город, убил ее младших сыновей, а саму ее изгнал из страны (Iust. XXIV. 2-3) [9, S. 75-83]. Свое злодеяние он также мог обосновать мотивами мести за Агафокла и Лисандру. Таким образом, к 280 г. Птолемей Керавн прочно утвердился на престоле, хотя продолжалась война с Птолемеем, страшим сыном Арсинои от Лисимаха, но о ходе и результатах войны ничего не известно [10, р. 248].

Однако правление Керавна оказалось краткосрочным и оборвалось неожиданным галльским нашествием. Зимой 280/279 г. с севера на территорию Македонии вторглись галаты [8, с. 60-68; 10, р. 244-258; 22, р. 101-105]. Птолемей выступил с войском им на встречу, отвергнув как помощь дарданов, так и предложение галатов откупиться деньгами (Iust. XXIV. 4. 9, 5. 1). В решающем сражении Птолемей потерпел поражение. Он был ранен и сброшен со слона (Memn. 8. 8), попал в плен, где ему вскоре отрубили голову (Iust. XXIV. 4-5). Так в общих чертах выглядит биография Птолемея Керавна, прожившего менее 40 лет.

Каким же было отношение античных авторов к Птолемею Керавну? Юстин останавливается на фигуре Птолемея Керавна дважды: в XVII и XXIV книгах. Описывая характер Птолемея, Юстин постепенно сгущает краски. В XVII книге лишь несколько реплик Юстина выдают непривлекательный характер Птолемея и те бесчестные средства, которые он употребил в борьбе за власть (2.4-10). Однако уже в XXIV книге Керавн предстает человеком жестоким (2. 6), притворным и хитрым (2. 2), с «нечестивым и коварным умом» (2. 1), «оскверненным преступлениями» (2. 3). Птолемей становится клятвопреступником ради достижения своих политических целей (2. 5-10) [10, р. 247].

Подводя итог злодеяниям Керавна, Юстин пишет, что смерть, которая настигла его не от меча в битве, а в галльском плену была как раз той, какой он заслуживал (3.10).

Другие античные авторы также описывают его непривлекательные качества, указывая на коварный характер совершенных им убийств Селевка и детей Арсинои (Memn. 8. 3-8; App. Syr. 62; Strabo XIII. 4. 1; Nepos. XXI. 3). Мемнон также говорит о многочисленных преступлениях, которые он совершил за все время своего правления (8. 8).

Упоминания о прозвище Керавна (Молния) также носят оценочный характер. Если Павсаний (I. 16. 2) еще пытается найти в нем какие-то положительные качества, такие как решительность, то Мемнон (5. 6) говорит, что прозвище тот получил в силу глупости и безрассудства своих поступков.

Не благосклонна традиция и к военным способностям Птолемея (Diod. XXII. 3). Действительно, Керавн не был талантливым полководцем. Войну за Македонский престол он выиграл в основном за счет дипломатических союзов, а в единственном сражении с Антигоном Гонатом (Memn.8. 4-6) очевидна решающая роль гераклейской эскадры, а не личные качества Птолемея.

В других действиях Птолемея также очевидны военные просчеты. Союз с Пирром достался Керавну большой ценой — высылкой на два года значительного военного контингента в 5 тыс. пеших, 4 тыс. всадников и 50 слонов. Как отмечал Эд. Вилль [4, р. 115], Птолемей в отличие от своих предшественников Кассандра и Лисимаха не обладал опытом отношений с северными варварами. На время его правления приходятся война с иллирийцами и отказ от военной помощи дарданов (Iust. XXIV. 4. 9). Другими словами, Птолемей не придавал особого значения своим северным границам или же не мог должным образом справиться с их управлением. Наконец, сообщение Диодора (XXII. 3) о нежелании Птолемея дождаться своих воинов перед атакой указывает на его неопытность в бою. Возможно, именно по этой причине он был разбит в битве с галлами.

В историографии также закрепилось отрицательное мнение о Птолемее Керавне. Вслед за исторической традицией ряд исследователей описывает Птолемея клятвопреступником, беспринципным злодеем, готовым на любые преступления ради достижения своих политических целей [3, р. 22-23; 5, р. 157]. Также большинство антиковедов вплоть до последнего времени, убежденные словами Мемнона (5.6), отмечали причастность Птолемея Керавна к убийству Агафокла [2, р. 125; 3, р. 22; 4, р. 112; 19, с. 296]. Однако, как упоминалось, Х. Хайнен убедительно показал [9, S. 6-7], что Мемнон, скорее всего, перепутал Керавна с другим Птолемеем, сыном Арсинои, который действительно имел политические мотивы для убийства своего старшего сводного брата. В отечественной историографии также закрепилось отрицательное отношение к личности Птолемея Керавна [8, с. 61-62]. Например, А. С. Шофман пишет, что Керавн был «грубым и малоразборчивым человеком» [7, с. 133], А. Б. Ранович [6, с. 175-176] описывает его как «злого гения» при дворе Лисимаха.

Наряду со всем вышеописанным существуют и определенные попытки «развеять тучи» над личностью Керавна, в частности, в том, что касается его причастности к убийству Агафокла. Ряд исследователей отмечает не только безрассудство, но и трезвый расчет в действиях Птолемея. Так, Ф. Уолбанк [10, р. 244] показывает убийство Селевка как запланированную операцию Керавна. Птолемей выждал нужное время и место, сумел обернуть в свою сторону не только жителей Лисимахии, но и все войско Селевка.

К этому следует добавить, что отказ от военной помощи дарданов можно объяснить уверенностью Птолемея в своих силах, в руках которого находилось сильное войско, доставшееся от Лисимаха и Селевка. Керавн не только совершал неожиданные для всех действия, но и умел извлекать из них определенную выгоду. И убийством Селевка он не только открывал себе дорогу к царской власти, но и значительно обогатил себя. Филе-тер, хранитель казны Лисимаха, перешедший на сторону Селевка (Strabo. XIII. 4. 1) [24, с. 14], «за большие деньги» выкупил тело царя у Птолемея (App. Syr. 63) [6, c. 112].

Заключая, отметим, что Птолемей явился порождением бурной эпохи раннего эллинизма. Этот переходный период вывел на историческую сцену ряд незаурядных сильных личностей, которые и определяли ход исторического развития. Среди них были и талантливые политики, как Птолемей I, Селевк и Антигон Одноглазый, и выдающиеся полководцы, как Пирр. Были те, кто стремился во всем походить на Александра, как Пирр или Деметрий Полиоркет. Наконец, порождением эпохи стали честолюбивые политики, в которых современники видели злых гениев своего времени, например Кассандр и Птолемей Керавн. В то же самое время все они стали неотъемлемой характерной чертой эпохи диадохов, без которой невозможно представить себе то время.

Птолемей был умен и, видимо, достаточно образован, честолюбив и обладал безмерной жаждой власти, в сложных ситуациях умел привлекать сторонников, как было после убийства Селевка. В политике он проявил себя энергичным и изворотливым человеком [8, с. 62], был беспринципен, не считался ни с какими моральными ценностями. Злодеяния Птолемея Керавна стали тем, что в первую очередь отмечали античные авторы. Однако именно такой нрав помог Керавну не только стать царем Македонии, но и быстро лишиться жизни. Гордый и быстрый на решения Птолемей, не дождавшись основной части своего войска, бросился в атаку против галлов и погиб.

Литература

1. Niese B. Geschichte der griechischen und makedonischen Staaten seit der Schacht bei Chaeroneia. Tl. 2. Gotha: Fridrich Andreas Perthes, 1899. 512 S.

2. Tarn W. W. Antigonos Gonatas. Oxford: Clarendon Press, 1913. 501 p.

3. RostovtseffM. The social and economic history of the Hellenistic world. Vol.1. Oxford: Clarendon Press, 1941. 602 p.

4. Will Ed. The formation of the Hellenistic kingdoms // CAH 2nd Vol.7.1. 1984. P. 110-117.

5. Errington R. M. A history of Macedonia. Oxford: University of California Press, 1990. 320 p.

6. Ранович А. Б. Эллинизм и его историческая роль. М.; Л: Изд-во АН СССР, 1950. 381 c.

7. Шофман А.С. Распад империи Александра Македонского. Казань: Изд-во Казанск. университета, 1984. 224 c.

8. Жигунин В. Д. Международные отношения эллинистических государств в 280-220-е гг. до н.э. Казань: Изд-во Казанск. университета, 1980. 192 c.

9. Heinen H. Untersuchungen zur hellenistischen Geschichte des 3. Jahrhunderts v. Chr. Wiesbaden: Franz Steiner Verlag GMBH, 1972. 229 S.

10. Hammond N. G. L., Walbank F. W. A History of Macedonia. Vol. 3. Oxford: Clarendon Press, 1988. 627 p.

11. Зельин К. К. Помпей Трог и его произведение «Historiae Philippicae» // Вестник древней истории (ВДИ). 1954. № 2. С. 183-202.

12. Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма. М.: Наука, 1982. 391 c.

13. Ellis W. M. Ptolemy of Egypt. London; New-York: Routledge, 1994. 102 p.

14. Hammond N. G. L. Which Ptolemy gave troops and stood as Protector of Pyrrhos’s Kingdom? // Historia. 1988. Bd. 37. P. 406-412.

15. Казаров С. С. История царя Пирра Эпирского. СПб.: Изд-во С.-Петерб. университета, 2009. 521 с.

16. Bouche-Leclercq A. Histoire des Lagides. T. I. Paris: Leroux, 1903. 404 p.

17. Бикерман Э. Государство Селевкидов. М.: Наука, 1985. 264 с.

18. Volkmann H. Ptolemaios (15) // RE. Bd. XXIII. 2. 1959. Sp. 1597-1599.

19. Дройзен И. История эллинизма. Т. 2. СПб.: Наука; «Ювента», 1997. 388 с.

20. Виноградов Ю. Г. Военные конфликты на Понте с участием эллинистических греческих полисов из-за монопольных и территориальных притязаний // Боспор и античный мир. Н. Новгород: Изд-во Нижне-Новгород. университета, 1997. С. 214-223.

21. Габелко О. Л. История Вифинского царства. СПб.: ИЦ «Гуманитарная академия», 2005. 576 c.

22. Tarn W. W. The new Hellenistic Kingdoms // CAH. Vol. VII. 1928. P. 75-108.

23. Lund H. S. Lysimachus. A study in Early Hellenistic Kingship. London; New York: Routledge, 2002. 287 p.

24. Климов О. Ю. Царство Пергам: Очерк социально-политической истории. Мурманск: Мурманск. пед. ин-т, 1998. 165 c.

Статья поступила в редакцию 12 октября 2010 г.