«Самая важная задача — разбудить российских производителей, способных делать качественный продукт в нужные сроки»

Генеральный директор ООО «Уральские локомотивы» (совместное предприятие Группы Синара и концерна Siemens AG) Александр Салтаев о рыночных перспективах проекта «Ласточка».

— В мае 2014 года «Уральские локомотивы» представили первую «Ласточку», сейчас выпущено еще три электропоезда. Что сейчас с ними происходит?

— Первые три электропоезда отправлены в Щербинку на экспериментальное кольцо ВНИИЖТ для проведения приемочных и эксплуатационных испытаний. Четвертый сейчас проходит испытания на заводе, пятый пятивагонный состав будет отправлен на испытания в ноябре. Весь комплекс испытаний планируется завершить в декабре 2014 года. Наши «Ласточки» успешно прошли тяговоэнергетические и тормозные испытания, динамические испытания, проверку на соответствие требованиям по разности нагрузок и габаритным размерам, электрической прочности изоляции, а также оценку параметров микроклимата и звука в салоне и кабине машиниста. Кроме того, электропоезда проверяются на соответствие заявленным характеристикам в сдвоенном составе. По результату большей части проведенных испытаний уже получены положительные заключения регистра сертификации.

— Какие рыночные перспективы у проекта?

— Потребности ОАО «РЖД» отражены в контракте с «Уральскими локомотивами» о поставке с 2015 года по 2020 год 1,2 тыс. вагонов электропоездов «Ласточка» различных модификаций. То, что железнодорожный пассажирский парк устарел, ни для кого не является секретом. Именно поэтому РЖД инициировало разработку современных скоростных поездов и их производство на территории России. В то же время, наш контракт с РЖД — это последний контракт компании в части закупки моторовагонного подвижного состава, в будущем эта функция должна перейти к пассажирским пригородным компаниям, которые выведены из состава РЖД и работают в регионах автономно. Но функция пригородных компаний социальная, они убыточны и требуют дотаций от регионов. Поэтому пока перспективны их работы в рыночных условиях не ясны. Я думаю, что 1,2 тыс. вагонов, которые мы должны выпустить по контракту с РЖД, с лихвой поглотят московский и санктпетербургский железнодорожные узлы. У них очень напряженная ситуация с перевозками, трассы загружены. Наши поезда могут составить здесь основу передвижения.

Кроме того, мы сейчас работаем над следующей модификацией пригородного, а не внутригородского поезда, на расстояние до 200 км. Это будет поезд комплектации «Премиум» — с возможностью зарядить телефон или ноутбук, выйти в интернет, да даже посетить комфортный санузел в каждом вагоне, удобный в том числе для инвалидов — все нужные пассажиру удобства для однодвухчасовой поездки. И эти составы будут востребованы на межрегиональном сообщении. Я бы очень хотел, чтобы такие электропоезда появились на маршрутах Екатеринбург—Пермь, Екатеринбург—Челябинск, Екатеринбург—Тюмень. Это та скорость и тот уровень комфорта, который нужен требовательному пассажиру, привыкшему к хорошему автомобилю.

— Кто сегодня ваши комплектаторы?

— Контракт с РЖД предусматривает, что уровень локализации производства комплектующих, производимых в России, должен к 2015 году достигать 55%, в 2016 году — 70%, в 2017 году — 80%. Локализация — это не просто «отверточная технология», это комплексный процесс: обучение людей, подбор оборудования, материалов для производства, работа с поставщиками. Мы сейчас выпускаем поезда на уровне 60% локализации. Но даже внутри российских комплектующих есть еще импортные элементы. Например, мы покупаем у компании из СанктПетербурга двери, привод которых производится в Финляндии. Мы его пока не можем заменить, но при углублении локализации, во вторую очередь, мы все равно сделаем этот привод на российском предприятии. Это самая важная задача — разбудить российских производителей, способных делать качественный продукт в нужные сроки.

Есть уникальные случаи. Одна челябинская фирма с чистого листа смогла сделать маску на кабину поезда. Даже для Германии ее делает однаединственная французская компания по очень высоким ценам. Маска, которую сделали челябинцы, полностью соответствует всем требованиям. Сейчас мы им дали технические требования на другие продукты аналогичного характера. У них хорошее качество, грамотные инженеры, которые быстро вникают в новые технологии.

— Проблемы с повышением уровня локализации возникают?

— Бывает, что российским фирмам требуется подтянуть свое производство, потому что мы требуем высокий уровень качества. Они должны сделать продукт не хуже, чем в Европе. Для этого им выдаются определенные дорожные карты, мы поэтапно контролируем их работу. Сейчас у нас несколько десятков российских поставщиков. Один поставщик может поставлять и 20, и 30, и 40 разных компонентов.

— Какие элементы «Ласточки» в России пока не могут произвести?

— Есть проблемы с силовым электронным оборудованием. Это действительно сложная высокотехнологичная отрасль, которую сегодня контролируют ведущие мировые фирмы. Даже Китай продолжает покупать такие продукты у них. Мы производственное предприятие, которое хоть и несет некоторые научноисследовательские функции, до такой глубины заниматься силовым электронным оборудованием не может. Эта отрасль на уровне молекулярной физики.