Общая модель внутренней валентности многозначного немецкого слова

УДК 803.0 ББК 81.2Нем

Яковлюк Александр Николаевич

кандидат филологических наук, доцент г.Саратов Yakovlyuk Alexander Nikolaevich Candidate of Philology, Assistant Professor Saratov

Общая модель внутренней валентности многозначного немецкого слова

The Common Internal Valency Model of a Polysemantic German Word

В современном немецком языке имеется большое количество узуальных и неузуальных сложных слов с лексико-дифференцирующей функцией, служащих моносемизации лексико-семантических вариантов многозначных слов и омонимов. Данная дифференциация осуществляется на основе общей модели внутренней валентности многозначного слова.

There are many usual and unusual compound words with lexico-differentiating function, which serve for monosemantics determination of lexico-semantic variants of polysemantic words and homonyms in the contemporary German language. The realization of the difference is based on the common internal valency model of a polysemantic word.

Ключевые слова: валентность, модель, полисемия, омонимия, сложное слово, лексико-семантический вариант, семантическая структура.

Key words: valency, model, context, polysemy, homonymy, compound word, lexico-semantic variant, semantic structure.

Словообразование, и особенно словосложение может считаться одной из

самых интересных областей приложения теории валентности, и формальная внутренняя валентность слов немецкого языка получила достаточное освещение. Семантическая же сторона валентности слов, в первую очередь сложных, «является наиболее сложным и почти не изученным» явлением [9: 174], «вопросы валентности применительно к словообразованию в целом и к словосложению в особенности остаются еще недостаточно исследованными» [1: 32]. К сожалению, до настоящего времени это положение дел практически не изменилось.

Внутренняя валентность обнаруживается при соединении непосредственно составляющих в рамках одной лексической единицы и может быть зафиксирована в узуальном виде, что и отличает ее от валентности внешней по двум линиям:

выражение в синтагматическом окружении, состоящим из одной лексической единицы;

возможность лексикографической фиксации для последующего употребления.

Сужая рамки применения теории внутренней валентности до области де-терминативного субстантивного словосложения, нужно отметить, что семантические отношения между непосредственно составляющими сложного слова нередко «дублируют семантические отношения эквивалентных им свободных словосочетаний того же лексического состава» [6: 147], что лишний раз подчеркивает общность синтаксических и словообразовательных конструкций и универсальный характер валентности в лингвистике, общность валентности внешней и внутренней.

Признавая универсальный характер валентности, логично предположить, что, как и в синтаксических конструкциях, когда носителем активной валентности является какой-то один член словосочетания, а не все словосочетание в целом, так и в композитном образовании по аналогии со словосочетанием носителем активной валентности будет одна из непосредственно составляющих. Факт «обрастания» носителя валентности актантами - наличие словосочетания или сложного слова в нашем случае - должен рассматриваться уже как сочле-ненность. Сочлененность в нашем понимании - это реализация валентности языковой единицы в конкретном синтагматическом окружении.

Детерминативное словосложение в современном немецком языке выполняет целый ряд функций, среди которых выделяется лексико-дифференцирующая функция, сущность которой заключается в разграничении друг от друга при помощи словосложения лексико-семантических вариантов (ЛСВ) многозначных слов и омонимов и создании для них минимального контекста.

Немецкий язык обладает значительным количеством узуально зафиксированных параллелей «ЛСВ многозначного слова (омоним) - сложное слово (сложные слова)» (многозначные слова и омонимы взяты из Большого немецко-

русского словаря под рук. О.И. Москальской, сложные слова - из целого ряда толковых словарей помимо указанного): Auspuff m

1.выхлоп; ¡.Auspuffgas;

2.выхлопная труба 2.Auspuffrohr

Ernte f

1.урожай; 1.Ernteaufkommen; Ernteertrag;

2.уборка урожая; жатва 2.Ernteeinbringung

Busch m

1.куст; кустарник; 1.Buschholz; Buschwerk;

2.заросли, небольшой лесок; (лесная) 2.Buschwald; чаща; девственный лес;

З.зеленая (цветущая) ветка дерева; бу- 3.Blütenbusch; Blumenbusch; кет, охапка цветов;

4.клок (волос); султан (из перьев) 4.Haarbusch; Federbusch Garderobe f

1.гардероб; вешалка, раздевалка 1. Garderobenanlage; Garderobenzim-(разг.); mer; Garderobenhalle; Garderobenraum;

2.театр. костюмерная; уборная (акте- 2.Künstlergarderobe; Thetergarderobe; ра);

3.гардероб, одежда, платье 3. Garderobebestand

Сложные слова с лексико-дифференцирующей функцией способны полностью закрывать не только многозначные слова, но и омонимы:

Flur I f

1.поле, нива, луг; 1.Feldflur;

2.угодья, общинная земля 2.Gemeindeflur

Flur II m

коридор; передняя; прихожая; холл; Hausflur; Treppenflur вестибюль; входная (лестничная) площадка

Как видно из приведенных примеров, в некоторых случаях возможна дифференциация ЛСВ многозначного слова или омонима не одним, а несколькими сложными словами. Чаще всего, конечно, дифференциация производится од-ним-двумя сложными словами, но возможны и случаи, когда моносемизации служат одновременно даже более пяти сложных слов:

Panzer m

1.панцирь; кольчуга, латы

Ringpanzer; Maschenpanzer; Panzerhemd; Eisenpanzer; Kettenpanzer; Brustpanzer; Schutzpanzer

Waage f

3.ватерпас, уровень

Lotwaage; Setzwaage; Horizontalwaage; Kanalwaage; Richtwaage; Wasserwaage; Schrotwaage

Большое количество сложных слов, зафиксированных в словарях, совмещается в современном немецком языке со сложными словами, стоящими вне лексикона, не охваченными лексикографической регистрацией. Это дает основание говорить о тенденции, свойственной немецкой речи и, следовательно, принадлежащей к потенциям системы немецкого языка, о тенденции к ситуативному, индивидуально-речевому образованию сложных слов, тенденции, характерной для немецкой речи и отражающей потенциальные возможности системы немецкого языка.

Неузуальные слова, как известно, могут создаваться в устной речи, в повседневном общении и в различного рода текстах, особенно в произведениях художественной литературы. Производимые в случае необходимости создания минимального контекста для ЛСВ многозначных слов и омонимов в различных актах коммуникации сложные слова с лексико-дифференцирующей функцией имеют существенный недостаток для проведения лингвистического исследования: они, будучи «сиюминутными» индивидуально-речевыми образованиями, рождаются и умирают, не оставляя после себя никакого следа. Поэтому для рассмотрения окказиональных сложных слов с лексико-дифференцирующей функцией мы вынуждены обратиться к произведениям современных немецких писателей, в которых данные сложные слова, может быть встречаются и реже, чем в устной речи, но обладают для исследования большим «плюсом» - зафик-сированностью в тексте. (Можно, кстати, заметить, что авторы всех работ, посвященных исследованию проблемы окказиональности, обращаются именно к окказиональным образованиям, зафиксированным в текстах.) При этом пред-

ставляется необходимым указать на то, что интересующие нас окказиональные сложные слова обладают зафиксированностью в речи (в том или ином тексте), но не имеют в словарях отдельной статьи с выделением их жирным шрифтом.

В результате подбора к многозначному слову die Insel узуальных сложных слов, способных выступать в качестве минимального контекста для его ЛСВ, оказалось возможным закрыть лишь один ЛСВ «мор. надстройка островного типа (на авианосце)» - Inselaufbau.

В одном же из исследованных текстов встречается неузуальное сложное слово, способное выступать в качестве минимального контекста для второго ЛСВ многозначного слова:

Die verlassene Halle, die Ede Spukhaus nannte, hatte ihren Haupteingang an der Skalitzer Straße. Davor war ein freier Platz mit einer Straßeninsel. (Здесь и далее выделенные курсивом неузуальные сложные слова взяты из художественных произведений современных немецких писателей.) Insel f

1.остров; островок (тж. перен.);

2.островок безопасности (для пешехо- 2.Straßeninsel дов на проезжей части улицы);

З.мор. надстройка островного типа

Приведем еще пример заполнения окказиональным сложным словом «пробела» в соотношении ЛСВ многозначного слова с узуальными сложными словами:

Feder f

1.перо (птицы), пух; 1. Vogelfeder;

2.pl перо (собир.); разг. перина (в пе- 2.Federbett; рен. знач. - постель);

3.перо (писчее; тж. как символ писа- 3.Schreibfeder; тельского труда);

4.пружина; рессора; 4.Dämpfungsfeder; Sprungfeder;

5.тех. (призматическая) шпонка;

6.рапира;

7.охот. щетина

Интересно отметить, что в некоторых случаях для дифференциации того или иного ЛСВ многозначного слова производится несколько неузуальных сложных слов. Так, в одном из произведений Г.Канта встречаются два неузуальных сложных слова - Appelmeldung и Zählappel - выступающие в качестве минимального контекста для многозначного слова der Appel в его ЛСВ «воен. сбор, построение, смотр, поверка».

Факт соотнесенности сложного слова с лексико-дифференцирующей функцией, совпадающего одной непосредственно составляющей по форме с формой многозначного слова и по семантике полностью с ЛСВ, свидетельствует о том, что несложное многозначное слово современного немецкого языка обладает внутренней валентностью, находящей свою реализацию в узуальном наличии или окказиональном создании сложного слова для дифференциации своего ЛСВ.

В целях синхронного изучения словосложения является важным «изучение закономерностей и особенностей словообразовательного моделирования» [2: 350] и описание релевантных моделей словообразования, под которые можно подвести структуры языка [8: 117]. В одной из работ М.Д.Степановой предложены базовые словообразовательные модели немецкого языка, две из которых являются моделями словосложения [7].

М. Д. Степанова подчеркивала, что теория внутренней валентности помогает определить закономерности лексического наполнения словообразовательных моделей и создает таким образом «предпосылки для парадигматического рассмотрения словообразовательных явлений» [7: 42].

Возможности лексического наполнения определенного количества словообразовательных моделей современного немецкого языка уже получили описание в лингвистике.

О.И.Москальская считает, что модели субстантивных композитов определяются разнообразным характером первой непосредственно составляющей [4: 48]. Будучи в принципе верным в ее применении к сложным словам немецкого языка вообще, данная точка зрения утрачивает свои позиции применительно к

рассмотрению внутренней валентности полисемичного слова, когда сложное слово (идентичное по форме второй непосредственно составляющей с многозначным словом в его ЛСВ), является сочлененностью и выступает как акт реализации валентности слова полисемичного. При этом следует также помнить и о логических отношениях, находящих свое выражение в композите с лексико-дифференцирующей функцией. На важность подобных отношений справедливо указывает Е.С. Кубрякова [3: 198].

Вся система словосложения (шире - словообразования) традиционно рассматривается как совокупность самых разных моделей словосложения, взаимодействующих друг с другом. Система словосложения (как часть системы словообразования в целом) должна организовываться с привлечением как можно большего количества моделей, а ее знание приведет к знанию закономерностей образования производного (в нашем случае - сложного) слова и к установлению его статуса как единицы системы [5: 384-385]. Следствием же знания системы словосложения будет понимание закономерностей образования сложных слов.

Важную роль при этом как в количественном, так и качественном отношении играют модели внутренней валентности полисемичного слова, отражающие направления их лексического наполнения с целью преодоления информативной недостаточности и создания сложных слов с лексико-дифференцирующей функцией..

Поскольку возможность создания сложного слова определяется, с одной стороны, лексической семантикой многозначного слова в его конкретном ЛСВ, и, с другой стороны, синтаксической семантикой словообразовательной модели, то и описание внутренней валентности многозначного слова предполагает как описание лексических (точнее сказать - идеографических) свойств обеих непосредственно составляющих сложного слова, так и описание ономасиологических отношений между обозначаемыми этими непосредственно составляющими предметами и явлениями на основе семантического падежа.

В зависимости от места дифференцирующего компонента сложного слова по отношению к компоненту, совпадающему по форме с многозначным словом в его конкретном ЛСВ (пре- или постпозиция), общая модель внутренней валентности многозначного слова может быть представлена в двух вариантах:

Xi - SK - Yi Yi - SK - Xi,

где

SK - семантический падеж,

Y - дифференцируемый компонент, совпадающий с многозначным словом,

X - дифференцирующий компонент, i - идеографическая (тематическая) подтема компонента. Необходимо отметить, что с тематической точки зрения есть смысл классифицировать (классификации идеографических тем и семантических падежей см. [10: 51-67].) только дифференцирующий компонент, так как компонент дифференцируемый представляется в дефинитивном описании, например: Vermittlung f

ЛСВ 2: передача (опыта, знаний).

Широту охвата разнообразием семантических падежей и подтем моделей демонстрируют примеры: Decke f

ЛСВ 2: одеяло; плед

51 ^ Decke ist zu x bestimmt (Финаль) x1 ^ активный отдых: Reisedecke

52 ^ Decke ist für x bestimmt (Бенефактив) x1 ^ предмет: Bettdecke

V1 ^ Decke ist zu x bestimmt (Финаль) x1 ^ действие: Spreitdecke Karte f

ЛСВ 4: карта блюд, меню

51 ^ Karte ist x

xi ^ общественное питание: Menükarte

52 ^ Karte enthält x

x1 ^ пища: Speisekarte

53 ^ Karte wird in x benutzt

x1 ^ время: Tageskarte

x2 ^ предмет: Tischkarte

Создание моделей внутренней валентности дает возможность отразить ее реализацию на синхронном уровне и заглянуть в завтрашний день, спрогнозировав появление и правильное употребление в речи неузуальных сложных слов с ЛДФ и вероятность вхождения их в корпус узуальных единиц языка.

Моделирование поливалентных комплексов многозначных слов и омонимов также может помочь в правильном выделении ЛСВ в составе многозначных слов и в разграничении полисемии и омонимии, основываясь не на «языковом чутье», а на научной основе.

Библиографический список

1. Каравашкин В.И. Внутренняя валентность и функционирование композитных моделей в современном немецком языке: Дис. ... канд. филол. наук / 10.02.04 [Текст] / В.И. Каравашкин - Харьков, 1983. - 147 с.

2. Кубрякова Е.С. Словообразование // Общее языкознание: Внутренняя структура языка [Текст] / Е.С. Кубрякова - М.: Изд-во литературы на иностр. языках, 1972. - 427 с.

3. Кубрякова Е.С. Типы языковых значений: Семантика производного слова [Текст] / Е.С. Кубрякова - М.: Наука, 1981. - 298 с.

4. Москальская О.И. Грамматика немецкого языка. Теоретический курс [Текст] / О.И. Москальская - М.: Изд-во литературы на иностр. языках, 1956. - 353 с.

5. Общее языкознание. Внутренняя структура языка / Отв. ред. Б.А. Серебренников [Текст] / Б.А. Серебренников- М.: Наука, 1972. - 566 с

6. Панкратова С.М. Проблемы валентности лексических и фразеологических единиц. : Дис. ... докт. филол. наук /: 10.02.04 [Текст] / С.М. Панкратова - Л., 1988. - 330 с.

7. Степанова М.Д. Проблемы теории валентности в современной лингвистике [Текст] / М.Д. Степанова - Иностр. языки в школе. - 1973 . - №6. - С.12-22.

8. Степанова М.Д. Теория валентности и валентный анализ (на материале современного немецкого языка [Текст] / М.Д. Степанова - М.: Изд-во МГПИИЯ им. М. Тореза, 1973. - 110 с.

9. Степанова М.Д., Фляйшер В. Теоретические основы словообразования в немецком языке [Текст] / М.Д. Степанова, В. Фляйшер - М.: Высш. шк., 1984. - 264 с.

10. Яковлюк А.Н. Внутренняя валентность многозначного немецкого слова [Текст] / А.Н. Яковлюк - Саратов: Изд-во Научная книга, 2008. - 295 с.

Bibliography

1. General Linguistics. Internal Structure of the Language/ Ed.-Ch. B.A. Serebrennikov [Text] / B.A. Serebrennikov - M.: Science, 1972.- 566 p.

2. Karavashkin, V.I. Internal Valency and Functioning of the Compounds Models in the Contemporary German Language: Thesis of the Candidate of Philology / 10.02.04 [Text] / V.I. Karavashkin - Kharkov, 1983. - 147 p.

3. Kubryakova, E.S. Word-Building // General Linguistics: Internal Structure of the Language [Text]/ E.S. Kubryakova - M.: Foreign Languages, 1972. - 427 p.

4. Kubryakova, E.S. Types of the Linguistic Meanings: Semantics of a Derivative Word / E.S. Kubryakova - M.: Science, 1981. - 298 p.

5. Moskalskaya, O.I. German Grammar. Theoretical Course [Text] / O.I. Moskalskaya - M.: Foreign Languages, 1956. - 355 p.

6. Pankratova, S.M. Valency Problems of Lexical and Phraseological Units: Thesis of the Doctor of Philology: 10.02.04 [Text] / S.M. Pankratova - L. 1988. - 330 p.

7. Stepanova, M.D. The Problems of Valency Theory in the Contemporary Linguistics [Text] / M.D. Stepanova - Foreign Languages at School. - 1973. - No.6. - P. 12-22.

8. Stepanova, M.D. Theory of Valency and Valent Analysis (on the Material of the Contemporary German Language) [Text] / M.D. Stepanova - M.: Moscow Torez State Pedagogical Institute of Foreign Languages, 1973. - 110 p.

9. Stepanova, M.D., Fleisher, V. Theoretical Bases of Word-Building in the German Language [Text] / M.D. Stepanova, V. Fleisher - M.: Higher School, 1984. - 264 p.

10. Yakovlyuk A.N. Internal Valency of a Polysemantic German Word [Text] / A.N. Yakov-lyuk - Saratov: Scientific Book, 2008. - 295 p.