Различные грани построения коэволюционной методологии

УДК-165

Л. А. Шаяхметова

Различные грани построения коэволюционной методологии

Статья посвящена проблеме построения коэволюционной методологии. Коэволюционная методология является надсистемным принципом построения научной парадигмы в контексте интеграции естественных и гуманитарных наук. Строится на принципах, близких к синергетике, но и имеет свои особенности. Коэволюционная методология реализует принципы, соответствующие новой парадигме познания: меж-дисциплинарность, плюрализм, системность. В структуре данной методологии выделяются эпистемологические, теоретические и эмпирические основания, которые сводятся к фундаментальным разработкам в области философии науки и практики экологической деятельности. Эпистемологическими основаниями являются феноменологический подход Э. Гуссерля и теория индивидуации Ж. Симондона. Этическую основу коэволюционизма составляет «гуманистический экологизм». Теоретическими основами являются теория ноосферы, универсальный эволюционизм и синергетическая концепция.

The article is devoted to the problem of constructing the coevolutionary methodology. Coevolutionary methodology is a supersistem principle of constructing a scientific paradigm in the context of the integration of natural and human sciences. It is based on principles on the one hand close to synergetics, but it also has its own peculiarities. Co-evolutionary methodology implements the principles corresponding to the new paradigm of cognition: interdiscipli-narity, pluralism, systemic approach. The epistemological, theoretical and empirical grounds are distinguished in the structure of this methodology. These grounds are reduced to fundamental developments in the field of philosophy of science and practice of environmental activity. Epistemological grounds are E. Husserl's phenomenological approach and J. Symondon's theory of individuation. The ethical basis of coevolutionism is "humanistic ecology". The theoretical foundations are the theory of the noosphere, universal evolutionism and the synergetic concept.

Ключевые слова: коэволюционный метод, коэволюционный подход, «гуманистический экологизм», интерсубъективизм.

Keywords: Coevolyutsionny method, Coevolyutsionny approach, "Humanistic ecology", intersubjectivity.

Основной парадигмальной установкой в познании XXI в. становится коэволюционная стратегия. Для реализации этой установки необходим, как считает Н. Моисеев, «великий синтез естественнонаучной и гуманитарной мысли» [1], который проявляется в процессе пересечения гуманитарных и естественных наук. В преднаучный период исторического развития между науками не существовало четких границ. Однако уже в эпоху глобального развития научного знания в исследовательском дискурсе проявилось их разделение и противопоставление. Так, философы неокантианства отделили науки о природе (номотетические), в основе которых лежит процесс изучение фактов и закономерностей, от наук о культуре (идеографические), опирающихся на изучение и описание идей. Философы-позитивисты конструировали социальные науки как часть системы, где знания и выводы должны происходить на основе фактов, полученных естественными науками. Философы-герменевтики определили место метода в естественных и гуманитарных мирах, где для естественных наук характерно познание, а для гуманитарных - понимание.

Развитие производства, втягивание всё большей массы в производственный процесс отразилось на обществе. Это привело сразу к нескольким проблемам:

1. Социально-психологическим.

2. Экологическим противоречиям.

3. Прогрессирующей зависимости человека от техники и технического процесса.

В процессе реализации коэволюционизма в науке и практике данные противоречия снимаются. Этому способствует синтез социального и природного, проявляющийся в «гуманистическом экологизме». «Гуманистический экологизм» - это один из вариантов построения современной системы познания природы. Все чаще современная наука возвращается к вопросам экологической культуры и взаимоотношения человека и природы, начиная от критики прагматического отношения к окружающему миру, которую выразил Джон Фаулс: «Мы никогда не поймем природу (или самих себя) и никогда не сможем уважать ее, пока не отсоединим дикую природу от понятия пригодности - какой бы ничтожной или безобидной последняя ни казалась» [2], - и двигаясь к утверждению инвайроментальной концепции как основной и единственной.

По отношению к природе философские науки не останавливаются на единой позиции. Существуют две основные концепции: антропоцентрическая (главная ценность - человек) и био-

© Шаяхметова Л. А., 2017 20

центрическая (главная ценность - природа). Они направлены на одну цель - сохранение человеческого присутствия. Первая - напрямую, а вторая - косвенно. Последняя - основа для инвайро-ментальной философии. Человек в инвайроментальной парадигме не «венец творения», а часть окружающего.

«Гуманистический экологизм» выстраивается на стратегической стороне инвайроментальной философии. Стратегическое основание мы сводим к тому, что осуществление гармонии человека и природы реализуется благодаря синкретизму «эко» и «антропо». «Гуманистический экологизм» сочетает в себе биологическую и социальную природу человека, которая в своем единстве образует третью природу и проявляется в интерсубъективном восприятии окружающего мира.

Интерсубъективизм для построения коэволюционного метода мы выводим из принципа феноменологического «восприятия другого» Э. Гуссерля. Следует отметить, что природа воспринимается человеком как другой человек, то есть «иное» или «инакое».

Трансцендентальный подход к «инакости» характеризуется тем, что Другой конструируется как «другой Я», alter-ego. Эгологизм утверждает опосредованный характер Другого и его зависимость от ego. Эгологизм Э. Гуссерля конструирует интерсубъективность трансцендентальным способом. В «Картезианских рассуждениях» переход от ego к alter-ego распределяется на пять шагов [3]:

1. Восприятие Другого «вообще» (обобщенного Другого) как живого физического тела, по аналогии со своим телом, тоже отчасти - физическим.

2. Психологический перенос - переживание психологического состояния Другого - эмпа-тия - чистый alter ego.

3. Конструирование объективного мира путем идентификации примордиальных (первопо-рядковых) миров.

4. Другой - самодостаточный, целостный объект в пространстве и времени. Это уже не просто Другой вообще, но другой человек, такой же, как Я.

5. Перенос, трансформация объективного образования «человек» на себя самого посредством представления себе, через эмпатию, того, как Другой воспринимает меня. Я такой же, как Другой. Другой способен переживать мои состояния, как я могу переживать его [4].

Логика Э. Гуссерля обусловливается личностью и внутренним миром самого человека.

Помимо интерсубъективной концепции немецкого философа необходимо также отметить эпистемологическое основание, разработанное французским исследователем Жильбером Си-мондоном. Для него восприятие другого - это не просто перенос собственного опыта, это в первую очередь сам процесс: «Любое действительное отношение можно рассматривать как нечто принадлежащее к ряду существ и развивающееся внутри новой индивидуации» [5]. Индивидуа-ция, по Симондону, - это процесс, в результате которого субъект проявляется в эффекте. На этом фоне разумность в индивидуации приобретают не только живые и естественные природные объекты, но и объекты техники, где техника имеет свою «разумную» эволюцию, зависящую от научной мысли человека. Любой объект, по Симондону, нужно рассматривать в контексте его предшественника и среды, в которой он находится. На этом строится их «разумная сторона». Рассмотрение в контексте предшественника Симондон называет доиндивидуальным, а то, что происходит над средой, - трансиндивидуальным.

Каждый этап индивидуации соответствует определенному информационному насыщению, находящему разрешение в переходе к новой фазе. Эта фаза все же остается частью предыдущей и при этом ее не устраняет. Наименее завершенным и стабильным требуются более завершенные и более стабильные наложения. Для жизни живым существам необходимы физико-химические индивиды: животным нужны растения, которые для них и есть природа, равно как химические соединения - это природа растений [6]. То же происходит в социальной среде, существует слой наложения, где природа опосредована социальным. Само социальное формируется сознательной деятельностью человека и уровнем развития технической мысли. Это двуединство объясняет процессы реализации ноосферного (сфера разума) мировоззрения.

Исходя из такого виденья природы, у каждого человека складывается субъективное представление о природных объектах. Это двуединство отражает объективный процесс реальности и познания в понимании коэволюционного принципа.

«Природа и культура представляют собой такие противоположности, в различие которых содержится тождество. В процессе своего развития они предполагают нарастающее взаимопроникновение и взаимосвязь друг друга» [7]. Коэволюционный подход к пониманию мира находит свою реализацию при условии формирования экологической культуры человека. Экологическая культура человека как особая составляющая личностной культуры становится не просто неким аспектом, а потребностью современного общества. «Ни одно социальное явление не может быть теперь корректно рассмотрено без соотнесении его с природным» [8].

Теоретическая база коэволюционной методологии восходит к таким теоретическим учениям, как теория ноосферы В. В. Вернадского и «универсальный эволюционизм» Н. Н. Моисеева.

H. Н. Моисеев вложил в понимание коэволюционизма такие теоретические понятия, как универсальный эволюционизм, экологический императив, экополитология [9].

В основу универсального эволюционизма Н. Н. Моисеева легла дарвиновская эволюция жизни и концепция биосферы В. И. Вернадского.

Одним из важных элементов теоретического построения коэволюционной методологии на данном этапе развития является концепция синергетики.

Синергетика включила приоритеты новой картины мира: концепцию нестабильного, неравновесного мира, феномен неопределенности, понятие многоальтернативного развития, идею возникновения процесса из хаоса.

Коэволюция и синергетика как подходы к познанию имеют между собой следующие общие черты:

I. Коэволюционное и синергетическое мышление не линейны. Синергетика говорит нам о множестве векторов развития самоорганизующихся систем. В социоприродной нелинейной системе этот выбор зависит от этического аспекта коэволюционного подхода, который встроен в общую культуру индивидуальной личности человека. Переход к многомерному мышлению, целостному - один из аспектов коэволюционизма. Неотъемлемой характеристикой коэволюцион-ного подхода является системный взгляд на мир.

2. Синергетика и коэволюционизм являются междисциплинарными направлениями исследования. Оба направления исследуют социогуманитарные и естественнонаучные явления.

Ж. Пиаже подтверждает эту связь: «Эпистемология междисциплинарных отношений» различает мультидисциплинарность как одностороннее дополнение одной дисциплины другой; собственно междисциплинарность как взаимодействие дисциплин; построение интегральных структур (например, физика не только неживой природы, но физика живого и социальная физика - "физика всего", "физический империализм")» [10].

3. Синергетика и коэволюционизм носят трансдисциплинарный характер. Мы уже говорили о междисциплинарности, на наш взгляд коэволюционизм и синергетика обусловливают феноменологическое измерение, включая трансцендентность, которую Э. Гуссерль обозначает термином «жизненный мир».

4. В коэволюции можно выделить определенный аспект, связанный со сложными эволюционирующими системами, среди которых одну из главных позиций занимает эволюция отношений человека и природы. Это выражается в сценариях «Большой истории», включает «науку о сложности», науку о взаимопереходах.

5. Причинное пересечение: взаимозависимость и детерминизм мира отражается как в синергетике, так и в коэволюционизме. Для того чтобы понять, что нужно меняться, нужно осознать свое положение в хаосе - в разрушенной системе. Здесь действует синергетический принцип созидательности хаоса. На его основе делается бифуркационный выбор, который уже необратим, он задает направление процессу. Хаос дает понять всю значимость гармоничного существования человека и природы. Конечно, если хаос понимается не как бесформенная масса, а как сложная организованная последовательность. Динамический хаос есть открытие новых видов движения, это наука о процессах, которые включают неустойчивость и случайность, спонтанность и непредсказуемость. Это неоднозначное поведение систем формирует новую стратегию научного поиска. Все эти включения необходимы и в анализе коэволюции. При таком понимании хаоса в отношениях взаимодействия человека и природы возможно рассмотрение становления исторических типов отношения природы и человека.

Таким образом, мы видим связь органического и социального мира. Все это входит в структуру коэволюционной методологии.

Коэволюционный подход реализует принципы, соответствующие новой парадигме познания: междисциплинарность, плюрализм, системность.

Коэволюционизм носит как прикладной, так и общенаучный характер. Он способствует универсализации и обобщению знаний о природе и человеке. Возможности коэволюционного метода очень широки. Междисциплинарность коэволюционного метода делает для гуманитариев понятными и близкими естественнонаучные направления, а естественникам позволяет приблизиться к социальной реальности.

Коэволюционный метод является частью структуры современной методологии. Как и любой другой метод, он содержит в себе теоретические и эмпирические срезы.

На основании различных подходов в науке формируются новый подход к коэволюциониз-му, он структурирует новую категориальную сетку. Можно говорить о включении в познаватель-22

ную парадигму таких понятий, как гуманистический экологизм, инвайроментализм, интерсубъективизм, синергетика, трансдисциплинарность.

Примечания

1. Моисеев Н. Н. Естественнонаучное знание и гуманитарное мышление // Общественные науки и современность. 1993. №. 2. С. 63-75.

2. Уваров М. С. Третья природа: размышления о культуре и цивилизации. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2012.

3. Гуссерль Э. Картезианские размышления / пер. с нем. Д. Скляднева. СПб.: Наука, Ювента, 1998.

4. Бехтерев Н. П. О мозге человека. XX века и его последняя декада в науке о мозге человека // Вопросы философии. 2009. № 4. C. 58-59.

5. Индивидуция в свете понятий формы и информации // Simondon G. Llndividuation a la lumier des notions de forme et deformation. Grenoble: Jerome Millon, 2005. P. 29.

6. Там же.

7. Симондон Ж. Два урокаоО животном и человеке. Grundrisse, 2016. C. 17.

8. Гирусов Э. В. Экологическая культура как высшая форма гуманизма // Философия и общество.

2009. № 4. С. 80.

9. Степанов С. А. Научное наследие В. И. Вернадского и Н. Н. Моисеева для понимания современной картины мира // Вестник Тамбовского университета. Сер. «Естественные и технические науки». 2013. № 2. URL: http://cyberleninka.ru/article/n/nauchnoe-nasledie-v-i-vernadskogo-i-n-n-moiseeva-dlya-ponimaniya-sovremennoy-kartiny-mira

10. Касавин И. Т. Междисциплинарное исследование: к понятию и типологии // Вопросы философии.

2010. Т. 4. С. 61-73.

Notes

1. Moiseev N. N. Estestvennonauchnoe znanie i gumanitarnoe myshlenie [Scientific knowledge and humanitarian thinking] // Obshchestvennye nauki i sovremennost' - Social sciences and modernity. 1993, No. 2, pp. 63-75.

2. Uvarov M. S. Tret'ya priroda: razmyshleniya o kul'ture i civilizacii [Third nature: reflections on culture and civilization]. SPb. Publ. S.-Peterb. University. 2012.

3. Gusserl' EH. Kartezianskie razmyshleniya [Cartesian meditations] / transl. D. Sklyadnev. SPb. Nauka, Juventa. 1998.

4. Bekhterev N. P. O mozge cheloveka. XX veka i ego poslednyaya dekada v nauke o mozge cheloveka [About the human brain. The twentieth century and its last decade in the science of the human brain] // Voprosy filosofii -Voprosy filosofii - Questions of philosophy. 2009, No. 4, pp. 58-59.

5. Individuciya v svete ponyatij formy i informacii - Individula in the light of notions of form and information // Simondon G. Llndividuation a la lumier des notions de forme et deformation. Grenoble: Jerome Millon, 2005. P. 29.

6. Ibid.

7. Simondon ZH. Dva urokao O zhivotnom i cheloveke [Two lessons about animal and human]. Grundrisse. 2016. P. 17.

8. Girusov EH. V. EHkologicheskaya kul'tura kak vysshaya forma gumanizma [Ecological culture as the highest form of humanism] // Filosofiya i obshchestvo - Philosophy and society. 2009, No. 4, p. 80.

9. Stepanov S. A. Nauchnoe nasledie V. I. Vernadskogo i N. N. Moiseeva dlya ponimaniya sovremennoj kartiny mira [Scientific heritage of V. I. Vernadsky and N. N. Moiseev to understand the modern picture of the world] // Vestnik Tambovskogo universiteta- Herald of Tambov University. Ser. "Natural and technical sciences". 2013, No. 2. Available at: http://cyberleninka.ru/article/n/nauchnoe-nasledie-v-i-vernadskogo-i-n-n-moiseeva-dlya-ponimaniya-sovremennoy-kartiny-mira

10. Kasavin I. T. Mezhdisciplinarnoe issledovanie: k ponyatiyu i tipologii [Interdisciplinary research: concept and typology] // Voprosy filosofii - Questions of philosophy. 2010. Vol. 4. Pp. 61-73.