Соотношение правовых и этических норм в деятельности журналиста и специалиста по связям с общественностью. Российский и зарубежный опыт

  СООТНОШЕНИЕ ПРАВОВЫХ И ЭТИЧЕСКИХ НОРМ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЖУРНАЛИСТА И СПЕЦИАЛИСТА ПО СВЯЗЯМ С ОБЩЕСТВЕННОСТЬЮ. РОССИЙСКИЙ И ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ

Автор: ЗАХАРОВА В.И.

ЗАХАРОВА Вера Игоревна — кандидат социологических наук, доцент кафедры общественных связей и медиаполитики Факультета журналистики Института государственной службы и управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ (РАН-ХиГС), член-корреспондент РАЕН.

Адрес: 119571, Россия, г. Москва, Проспект Вернадского, д. 84 Тел.: 8(916) 413-86-68, E-mail: vizaharova@bk.ru

Аннотация: Настоящая статья посвящена изучению особенностей соотношения правовых и этических норм в деятельности журналиста и специалиста по связям с общественностью в контексте российского и зарубежного опыта. Первое, на чем необходимо акцентировать внимание в данном контексте — тот факт, что в деятельности связанной с журналистикой и связями с общественностью (Public Relations) от правовых норм и этических требований отстраниться нельзя. Отстранение от этико-правовых норм, безусловно, означало бы то, что журналист или сотрудник отдела по связям с общественностью игнорирует стандарты поведения, предложенные ему обществом и профессиональной средой. В условиях современного «информационного общества» деятельность журналиста и специалиста по связям с общественностью приобретает, с одной стороны, все больше общих черт, а с другой — проходит в качественно новом «медиа-поле» средств массовой коммуникации.

Ключевые слова: нормы, правовые нормы, этические нормы, деятельность журналиста, деятельность специалиста по связям с общественностью, медиация, власть, общество, законодательство.

Журналистская деятельность и деятельность в области связей с общественностью, имеют разные цели и задачи, и, соответственно, юридически не являются одним и тем же, в частности, журналистская деятельность регулируется целым рядом нормативных актов, в первую очередь, Конституцией РФ и специализированным Законом РФ от 27.12.1991 № 2124-1 (ред. от 24.11.2014) «О средствах массовой информации» и т. д. Деятельность в области связей с общественностью не имеет единого регулирующего нормативного акта, однако находится в правовом поле Российской Федерации и отдельные ее аспекты регулируются такими федеральными законами (далее — ФЗ), как ФЗ от 27.07.2006 № 149-ФЗ

(ред. от 21.07.2014) «Об информации, информационных технологиях и защите информации», ФЗ от 13.03.2006 № 38-ФЗ (ред. от 31.12.2014) «О рекламе», а также от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 5.05.2014) (с изм. и доп., вступившими в силу с 01.09.2014) Гражданским кодексом РФ (части первая, вторая, четвертая) и т. д.

Тем не менее, они сближаются по целому ряду параметров, что и дает основания для их комплексного изучения. Данный подход, мы считаем справедливым, ведь в условиях современного «информационного общества» деятельность журналиста и специалиста по связям с общественностью приобретает, с одной стороны, все больше общих черт, а с другой — проходит в качественно новом «медиа-поле» средств массовой коммуникации.

«Новые черты» данного «медиа-поля» заключаются в том, что средства массовой коммуникации (СМК), в качестве средств повседневной практики сбора, обработки и распространения информации, предназначенной для массовых аудиторий [39], в настоящее время все более приходят на смену традиционным средствам массовой информации.

Информация становится одним из важнейших ресурсов для развития и функционирования государства и общества. Информационный обмен между различными институтами власти и общества становится критичным с точки зрения эффективного функционирования государства.

Субъектами массовой коммуникации (далее — СМК), в данных условиях, являются социальные субъекты, участвующие в массовом информационном обмене с использованием современных технических средств, обеспечивающих массовую коммуникацию, к которым можно причислить [37]:

1. Отдельные СМК, как субъекты реализации коммерческих интересов. Особо оговорим, что это может быть и средство массовой информации в трактовке изложенной ст. 2. Закона «О СМИ»1, включая социальные сети (которые в настоящее время юридически приравниваются к СМИ), но также и сайты, блоги, включая те из них, посещаемость которых менее 3 000 в сутки, а также иные источники распространения информации.

2. Журналистов, как субъектов реализации профессиональных и творческих интересов — в трактовке ст. 2 закона «О СМИ» — «лицо, занимающееся редактированием, созданием, сбором или подготовкой сообщений и материалов для редакции зарегистрированного средства

1 Периодическое печатное издание, сетевое издание, телеканал, радиоканал, телепрограмма, радиопрограмма, видеопрограмма, кинохроникальная программа, иная форма периодического распространения массовой информации под постоянным наименованием (названием).

массовой информации, связанное с ней трудовыми или иными договорными отношениями либо занимающееся такой деятельностью по ее уполномочию».

3. Различные организации и учреждения, которые участвуют в медиа-поле для решения политических, социальных или экономических задач — как правило, через своих представителей — специалистов по связям с общественностью, единого, общепринятого определения которых в настоящее время нет.

4. Аудиторию, как совокупность субъектов, имеющих цель получения информации для ориентации в повседневном мире — т. е. неограниченный круг лиц для которых и предназначаются «печатные, аудио-, аудиовизуальные и иные сообщения и материалы» (ст. 2. Закона «О СМИ»).

Как не сложно заметить, данная классификация субъектов массовой коммуникации является шире, чем та, которая действует в настоящее время нормативно и закреплена в ст. 2 закона «О СМИ», которая, по мнению некоторых исследователей, несмотря на многочисленные современные изменения, во многом морально устарела.

Справедливости ради, следует отметить, что и в зарубежных странах правовое регулирование не «успевает» за меняющимися реалиями современного «информационного общества», в связи с чем, наблюдается две тенденции:

1) Постоянное увеличение числа нормативных актов, регламентирующих коммуникационные процессы при отсутствии единого нормативного акта.

2) Отказ от специального регулирования коммуникационных отношений и регулирование отдельных их аспектов в смежных областях права — авторском, гражданском и т. д.

Рассмотрим их подробнее.

Первая тенденция характерна для Китая, в котором, только за последние 15 лет, был имплементирован целый ряд нормативных актов, направленных на защиту интеллектуальной собственности, в том числе и изменения в Закон Китайской Народной Республики «Об авторском праве» (с изменениями, внесёнными Решением Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей от 26.02.2010 г. «О внесении поправок в Закон Китайской Народной Республики «Об авторском праве») — основной источник охраны интеллектуальных прав в Китае.

Помимо этого, были имплементированы:

— Правила Китайского центра информационной сети Интернет (CNNIC) по регистрации доменных имен (2009);

— Регламент «Об аудиовизуальных программах в Интернете» (2008);

— Правила Китайского центра информационной сети Интернет

— «Политика разрешения споров по доменным именам» (2007);

— Административные меры защиты авторских прав в Интернете от 30.04.2005 г. (приняты Государственным управлением авторского права и Министерством информационной промышленности) (2005);

— Правила управления архивами информационных интернет служб (2005);

— Регламент «Об организации работы коммерческих предприятий, предоставляющих услуги по доступу в Интернет» (2002);

— Управление процедурами по предоставлению информационных интернет услуг (2000);

— Правила Китайского центра информационной сети Интернет (CNNIC) «Политика разрешения споров по доменным именам» (2007);

— Правила Китайского центра информационной сети Интернет (CNNIC) «Политика разрешения споров по доменным именам» (2007).

Кроме того, высшие судебные инстанции страны выпускают целый ряд разъяснений по различным вопросам охраны интеллектуальных прав в Интернете, в том числе:

— Разъяснения Верховного Народного Суда по некоторым вопросам относительно рассмотрения дел по охране авторских прав в Ин-тернете(2006);

— Разъяснения Верховного Народного Суда по некоторым вопросам о применении законодательства при рассмотрении дел о нарушении авторских прав в Интернете (2000).

Совокупность этих документов, дает основания полагать, что нормативное регулирование коммуникационных процессов в Китае является одним из наиболее полных в современном мире.

Для второй отмеченной тенденции, характерен подход, сложившийся в США, согласно которому на онлайн-ресурсы не распространяются права и ограничения характерные для «традиционных СМИ», однако их деятельность жестко регулируется авторским правом. Основным нормативным актом здесь стал «Digital Millenium Copyright Act» (DMCA -1998), который, по сути, представляет собой акт имплементации договоров Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву, по исполнениям и фонограммам.

Закон по своей сути не является отдельным источником, он вносит изменения в раздел 17 (Copyright) Кодекса Соединённых Штатов (Digital Millennium Copyright Act, 1998). Там уже содержатся общие правила, к примеру, исключительные права автора, закреплённые в параграфе 106 главы 1 раздела 17. С точки зрения юридической техники, DMCA — средство внесения поправок, которые и образуют во взаимодействии с ранее установленными нормами новое регулирование. DMCA концентрируется, прежде всего, на трех аспектах защиты:

— защите технических средств охраны авторских и смежных прав;

— защите информации об управлении правами;

— ответственности поставщиков онлайн услуг (online service provider liability).

Секция 1201 главы I DMCA устанавливает запрет на обход технических мер, которые эффективно контролируют доступ к работе. Далее следует достаточно логичный шаг — помимо запрета на обход, который часто производится в частных домах, что делает контроль за нарушением практически невозможным, установлен запрет на производство, распространение, рекламу, импорт любой технологии, продукта, услуги, устройства или его компонента, которые изначально созданы в целях преодоления технических средств эффективного контроля доступа к работам, или имеют несущественную коммерческую ценность или способ использования, иной, чем обход.

Особенностью акта является внедрение специальной системы исключений. Таковые исключают ответственность за использование защищенной авторскими или смежными правами работы без согласия правообладателя при соблюдении определённых условий.

Секция 1202 DMCA посвящена отношениям, возникающим в связи с информацией об управлении правами. Прежде всего, устанавливается запрет как на изменение или удаление любой информации об управлении авторскими и смежными правами, так и умышленное распространение копий работ с изменёнными или удалёнными данными об управлении правами. Единственное исключение состоит в том, что никакие действия уполномоченного лица по защите и расследованию в целях безопасности не составляют нарушения норм секций.

И, наконец, рассмотрим ответственность поставщиков онлайн услуг Основная проблема заключается в том, что современные сервисы, осуществляющие свою деятельность через Интернет, чисто технически являются местом хранения и способом распространения материалов. Загрузка нарушающего материала на жёсткие диски облачного сервиса, к примеру, видеоролика на «Youtube» предоставляет возможность третьим лицам просматривать его. По общему правилу, ответственность за нарушение авторских прав должна ложиться на лицо, распространяющее видеоролик, получается, на «Youtube». Такая ситуация угрожает развитию Интернет-экономики, однако, именно, DMCA, сумел эффективно соблюсти баланс между интересами обладателей авторских прав и интересами игроков Интернет-бизнеса.

Сущность выхода состоит в том, что поставщики онлайн услуг освобождаются от ответственности в случае соблюдения условий предоставления «укрытий» от исков, отсутствия информации о нарушении и немедленном блокировании материала по требованию правообладателя. Таким образом, многочисленные правообладатели могут контролировать случаи нарушения своих прав, а провайдер может продолжать свою деятельность без угрозы стать ответчиком по многомиллионному иску.

Еще одним важнейшим законом, в изучаемом контексте, является Закон от 29 ноября 1999 г (American Inventors Protection Act).

Данный закон ужесточает меры против «пиратов», регистрирующих в качестве сетевых адресов популярные товарные знаки и фирменные наименования и нарушающих, таким образом, права настоящих владельцев. Закон предусматривает наказание в виде штрафа от 1 тыс. до 100 тыс. долларов за каждый сетевой адрес, зарегистрированный с нарушениями прав истинного владельца. Нормами закона, также, запрещается использовать в качестве сетевых адресов собственные имена [43].

В соответствии с этим законом, в США владелец сайта признается нарушителем прав, если ему известно о том, что компьютерная программа защищена авторским правом, но он использует ее без согласия автора. Многие владельцы сайтов разрабатывают условия, снимающие с них ответственность за содержание сообщений и возлагающие ряд обязательств на пользователей.

Помимо технических средств борьбы с нарушениями, правообладателям предоставляются и финансовые рычаги влияния.

Кредитным организациям и другим финансовым институтам, может быть предписана блокировка любых транзакций, связанных с указанным доменным именем. Сервисам онлайн рекламы может быть запрещено поставлять рекламные услуги доменному имени. Владельцы поисковых машин будут обязаны удалить или блокировать любые способы доступа на сайт, удаляя все гиперссылки на него.

В целом, как можно увидеть из данного небольшого обзора, мировые подходы к регулированию коммуникационных процессов в настоящее время серьезно отличаются. При всей их разности, однако, отрицать тот факт, что развивающие коммуникационные процессы непосредственным образом воздействуют как на экономические и социальные, так и на политические процессы, нельзя, что делает их совершенно особым общественным институтом.

Качественно новый характер этого института, однако, не означает, что этико-правовые нормы в нем не должны действовать. Напротив, учитывая охват аудитории «новых медиа», этико-правовые нормы в них должны быть определяющими. Связано это с тем, что особенность права и этики состоит также в том, что они пронизывают все массово-информационное производство. На каждом его этапе и в любой предметно-тематической области возникают правовые и этические отношения, предписания, конфликты. Своей деятельностью массово-информационное производство, по сути, задает определенные ориентиры в подаче социальной информации, что отчетливо заметно при обращении к истории вопроса. Поясним данный тезис. В последнее время все больше популярности набирает понятие «global village» (мировое село) [32]. Употребляя этот термин, одновременно имеют в виду информационное общество

и стремительное развитие современных коммуникационных технологий. Благодаря этим технологиям планета быстро становится небольшим «селом», жители которого связаны всемирной «паутиной» Интернета и «ходят друг к другу в гости», делают покупки, посещают научные семинары, не покидая собственного дома.

Медиа, в настоящее время, активно взаимодействуют с другими институциональными системами общества — политическими, экономическими, социальными структурами. При этом современные медиа, активно влияют на мировую политику:

во-первых, государство, точнее его политические институты, постепенно теряют контроль над содержанием информационных сообщений;

во-вторых, медиа получают все больше возможностей влиять на общественное мнение, мобилизовать его, освещая глобальные конфликты в тем или иным способом;

в-третьих, развитие новых коммуникационных технологий и реальные диспропорции между развитыми и бедными странами предъявляют к СМИ новые требования, на которые те не всегда реагируют адекватно. Все упомянутые аспекты являются важными ориентирами, как для политиков, так и для масс-медиа.

Сегодня главной тенденцией является быстрый рост роли информации в жизни общества. Это обусловлено бурным развитием высоких технологий, всех отраслей производства и накопления опыта рыночных отношений.

Владение информацией стало определяющей предпосылкой успеха в условиях жесткой рыночной конкуренции; технологические усовершенствования, изобретения, ноу-хау превратились в ценный товар.

Рост веса информационного фактора в политической сфере обусловлен не только влиянием сферы экономической. Разработка эффективной долгосрочной стратегии, адекватное реагирование на события и изменения в политической среде невозможны без полной и достоверной информации о состоянии политической среды, действий и намерений других политических игроков.

Исторически особое значение информационный фактор приобрел в XX веке в связи с развитием и распространением демократии как формы правления, при которой источником власти является не одно лицо или группа лиц, а весь народ. Превращение народа в субъект политики требует максимально полного и объективного информирования всех граждан о политической жизни. Так возникла потребность в средствах массовой информации (СМИ).

Этим были обусловлены и значительные изменения в средствах межгосударственной борьбы. Если раньше покорение государства происходило путем интервенции или экономической экспансии, то сегодня удар наносится по более уязвимому информационному пространству.

Что касается взаимодействия СМИ и экономических институтов общества, то здесь взаимосвязь тоже ясно прослеживается. Недавно Всемирный банк выпустил книгу под названием «Право говорить — роль СМИ в экономическом развитии».

Она посвящена не прямому воздействию СМИ на национальную экономику, а опосредованному — это влияние они оказывают, обеспечивая граждан информацией, необходимой для осуществления контроля за правительством [34].

Современное общество в России находится на пути перехода от общества индустриального к обществу постиндустриальному [34] и позиционируется как «социальное» и «демократическое».

В рамках же современных демократических представлений о взаимоотношениях государства и общества более корректно и целесообразно говорить не столько об управлении, сколько о взаимодействии общества и государственной власти, эффективность которого во многом становится залогом стабильного и успешного развития ведущих мировых держав. При этом сегодня на первый план выходит взаимодействие в первую очередь именно информационное, как одно из наиболее перспективных направлений дальнейшего развития современных демократий.

Исходя из данных представлений, можно попытаться построить оптимальную модель информационного взаимодействия общества и власти в современной России. Для построения этой модели необходимо кратко проанализировать трансформации механизмов, способов и моделей подобного рода взаимодействия в России с момента крушения Советского Союза и до сегодняшнего дня.

Именно они, на наш взгляд, до сих пор воздействуют на особенности этико-правовых норм в деятельности современных журналистов, а вместе с ними — и специалистов по связям с общественностью.

Анализируя ситуацию 80-х годов прошлого века, можно говорить скорее не о модели информационного взаимодействия, а о модели информационного управления обществом со стороны государства.

К примеру, с современных позиций можно утверждать, что подавляющее большинство информационных ресурсов в СССР реализовывало пропагандистскую функцию советского государства, направленную на создание четко сформулированных идеологических установок в общественном сознании. В рамках модели информационного управления ре-ализовывался механизм внедрения сверху вниз (от государства к обществу) определенного «контента», имевшего следующую специфику [36]:

— соответствие идеологическим установкам государства (цензурирование информации);

— дозированность (как в смысле малого объема предоставляемой о событиях информации, так и в смысле запрета на освещение определенных тем и событий);

— сквозное проникновение информации (от федеральных СМИ до политинформаций на предприятиях и в учреждениях образования);

— низкая степень оперативности информации (о многих событиях население узнавало через значительный промежуток времени);

— ограниченное число коммуникационных каналов;

— отсутствие интерактивности (горячих линий, прямых эфиров, голосований в режиме реального времени и т. д.).

Описанная специфика предъявляемого населению «контента» была напрямую связана с информационной политикой государства, направленной в первую очередь на контроль за получаемой обществом информацией. В целом, в этот период существовала односторонняя коммуникация между государством и обществом, полностью контролировавшая партийными органами власти. Этико-правовая составляющая работы журналиста, в этот период, была весьма «однобокой». «Этической» и «правовой» признавалась любая деятельность журналиста, направленная на реализацию указанной выше односторонней коммуникации.

Как следствие, государство объективно было неспособно адаптировать свой механизм управления к социальным запросам своих граждан, что, в конечном итоге, явилось немаловажным негативным фактором, во многом определившим дальнейший распад СССР, не обладавшего на протяжении длительного времени вплоть до распада сколь-либо эффективным механизмом адаптации к изменениям внутри системы (преимущественно механизм реактивной и даже экстенсивной адаптации государства был рассчитан в первую очередь на внешнюю среду) [36].

В 1990-х годах, с принятием уже неоднократно упомянутого закона «О СМИ», обществу со стороны государства была предложена концептуально иная модель информационного взаимодействия, заключавшаяся в отказе от тотального контроля за информационным полем и предоставлении возможности создания и развития независимых от власти информационных ресурсов.

Именно на это время приходится создание таких независимых от государственных властей СССР медийных источников как телепрограммы «Взгляд» и «Вести», «Радио России», ряда печатных СМИ. Более того, учредителями многих СМИ становились сами редакционные коллективы, проводившие в большинстве случаев независимую от властей информационную политику в рамках своих изданий.

По сути, именно на этот период приходится формирование основ современной этико-правовой основы журналисткой деятельности и формирование информационного пространства, обладавшего следующими принципиально новыми характеристиками [42]:

— деидеологизация и отсутствие тотальной цензуры со стороны государства;

— отсутствие ограничений на информационное освещение запрещенных ранее тем и событий;

— оперативность получаемой обществом информации о происходящих событиях, как в самом государстве, так и за его пределами;

— скачкообразное увеличение числа доступных населению информационных каналов;

— широкое внедрение интерактивных методов коммуницирования (телемосты с США (Познер-Донахью), прямые эфиры с возможностью населения высказывать в режиме реального времени свою точку зрения, интерактивные голосования в прямом эфире и т. д.);

— сегментация СМИ по содержательному наполнению;

— коммерционализация СМИ и связанная с этим ориентация на информационные запросы со стороны общества;

— децентрализация коммуникационной политики и появление достаточно большого числа независимых от государства групп влияния, оказывавших информационное воздействие на общественное сознание.

В связи с этим принципиально изменилась и модель информационного взаимодействия общества и власти, которая стала в данный период именно моделью взаимодействия, а не информационного управления со стороны государства как прежде.

В этих условиях, на журналистов, неминуемым образом возлагалась определённая этическая ответственность (как на представителей «четвертой власти»), которая активно дополнялась ответственностью юридической, а именно:

— в Уголовном кодексе РФ от 13.06.1996 № 63-ФЭ (ред. от 31.12.2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 11.01.2015) установлена ответственность за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности (ст. 280), клевету (ст. 129), оскорбления (ст. 130), нарушение авторских и смежных прав (ст. 146) и прочие преступления, которые имеют место в некоторых блоках;

— в Кодексе РФ об административных правонарушениях РФ от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 31.12.2014) (с изм. и доп., вступ. в силу с 11.01.2015) установлена ответственность за нарушение установленного законом порядка сбора, хранения, использования или распространения информации о гражданах (ст. 1311), разрешение информации с ограниченным доступом (ст. 1314), нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях (ст.5.26), производство и распространение экстремистских материалов (ст.20.29) и прочее.

Появились элементы медиации и двухсторонней коммуникации между властью и обществом, посредством СМИ общество получило возможность артикулировать свои запросы по отношению к власти. Также

появилась возможность публичных оценок деятельности государства и представителей власти со стороны населения.

Сформировались механизмы влияния в отдельных случаях на принятие государственных управленческих решений со стороны населения посредством выражения общественного мнения через крупные СМИ, реагировавшие на массовые настроения.

Кроме того, в данный период времени выросло и влияние самих журналистов на деятельность представителей власти посредством формирования общественного мнения по отношению к чиновникам различного уровня. Разоблачительные публикации и телевизионные сюжеты приводили к громким отставкам (например, Генерального прокурора РФ Юрия Скуратова).

При этом если раньше сами представители власти определяли содержание доводимого до населения «контента», то в изменившихся условиях зачастую им самим приходилось реагировать на информацию, размещенную в СМИ и в определенной степени выражавшую массовые настроения. Более того, у чиновников практически всех уровней появилась необходимость контактировать с представителями СМИ для формирования собственного политического имиджа, реагировать на публичные запросы.

В сформировавшихся условиях изменились и механизмы доведения необходимой информации со стороны власти до общества. Привычными методами пропаганды воздействовать на население стало уже невозможно, что привело к необходимости использования более гибких методов информационного воздействия на общество.

Также появилась необходимость проведения работы по обеспечению лояльности независимых от государства СМИ, которая решалась различными методами взаимодействия (от выделения финансовых средств независимым источникам информации до создания существенных преференций руководителям СМИ и журналистам).

Однако формирование нового информационного пространства привело и к возникновению ряда существенных негативных моментов, имевших далеко идущие последствия [33].

Так, критическое отношение значительной части СМИ к органам государственной власти и ее представителям (порою основывавшееся исключительно на стремлении привлечь массового потребителя информации) повлекло за собой существенный подрыв доверия со стороны населения к государству как основному институту власти (так основная аудитория телевизионного канала НТВ, проводившего в 90-е годы ярко выраженную оппозиционную по отношению к государственной власти информационную политику, в итоге приобрела высокий уровень про-тестных настроений).

Кроме того, появление большого числа коммуникативных центров влияния, зачастую обслуживавших политические и экономические интересы появившихся в России финансово-промышленных групп, привело к развертыванию на территории Российской Федерации широкомасштабных информационных войн, что существенным образом повлияло на рост социальной напряженности в обществе, а также в дальнейшем привело к дезориентации, социальной и политической апатии значительной части населения России.

Характерными для данного периода времени стали такие явления, как потеря единой государственной информационной политики и эффективных механизмов влияния государства на формирование и изменение общественного сознания, хаотизация информационного поля, приведшая к его крайне слабой структурированности.

Еще одной важной проблемой, порожденной созданием большого числа независимых информационных каналов, стало появление широких возможностей для внешнего идеологического воздействия на российское общество со стороны крупных зарубежных групп влияния, цели которых были направлены на подрыв государственной стабильности и безопасности.

Более того, многие средства массовой информации создавались именно для реализации данных целей. Тот факт, что в указанный период в России уже существовали кодексы журналисткой этики (Кодекс профессиональной этики журналиста, принятый первым съездом Союза журналистов СССР на конфедеративной основе 24 апреля 1991 года и Кодекс профессиональной этики российского журналиста, одобренный Конгрессом журналистов России 23 июня 1994 года), не менял сложившейся ситуации.

Данные последствия мы связываем с тем фактом, что этические основы отечественной журналистики в этот период только формировались, и какими-либо определёнными нормами (кроме обзорных положений закона «о СМИ») не регулировались.

Таким образом, можно констатировать тот факт, что изменение механизмов и модели информационного взаимодействия власти и общества в 90-е годы привело к существенным негативным моментам, которые непосредственным образом выступали в качестве мощного дестабилизирующего фактора во взаимоотношениях общества и власти.

Принципиальным критичным моментом в сложившейся на тот период времени системе информационных взаимоотношений стало то, что, по сути, обратная связь от общества к государству приобрела весьма специфический характер в силу того, что различные группы влияния (как внутри страны, так и вне ее) получили возможность артикулировать свои интересы на уровне государственной власти опосредованно, через манипулирование общественным сознанием (посредством подконтрольных им средств массовой информации).

Сформированный посредством интенсивной информационной манипуляции социальный запрос общества, по сути, являлся опосредованным запросом именно тех сил, которые активно использовали доступные им СМИ с целью получения возможности влияния на принятие решений на уровне государства, т. е. на процесс государственного управления в целом в собственных интересах.

Формирование подобного рода механизма влияния на власть привело к тому, что информационные взаимоотношения между властью и обществом по большому счету стали носить характер псевдовзаимодействия. Сформированные под влиянием средств массовой информации массовые установки и общественные запросы зачастую не имели ничего общего с объективными интересами общества [33].

Более того, общество стало своего рода ресурсом во взаимоотношениях государства и групп влияния, которые апеллировали к «общественному мнению», сформированному ими же самими. Именно поэтому, на наш взгляд, в описываемый период времени возникли предпосылки к развязыванию широкомасштабных информационных войн, которые, по сути, являлись механизмами борьбы за получение влияния на общественное мнение, а, следовательно, влияния на государство через обратную связь от общества к федеральной власти.

Можно констатировать и тот факт, что в сформировавшейся модели информационного взаимодействия между властью и обществом появилось промежуточное звено, в интересах которого и использовался выстроенный механизм взаимоотношений между государством и его гражданами.

В связи с развитием новых медиа, влияние государства на информационное поле во многом было минимизировано, отсутствовала сколь-нибудь вменяемая информационная государственная политика, и, строго говоря, возникла достаточно серьезная угроза вытеснения государственной власти из информационного пространства страны, что напрямую могло повлиять на уровень безопасности государства в целом (особенно в условиях крайне активного на тот момент времени присутствия в российском информационном пространстве внешних сил влияния).

В 2000-е годы государство серьезно активизировало политику в области СМИ. При этом нельзя не отметить, что предпринятые государством действия оказались эффективными и привели к существенным изменениям российского информационного пространства. Многие негативные моменты, которые были присущи модели информационного взаимодействия власти и общества в 90-е годы прошлого века, были устранены.

В частности, значительно снизилось влияние большинства информационных каналов, реализующих интересы внешних по отношению к России сил, сошли на «нет» крупномасштабные «информационные войны»,

явление «телекиллера», оказались нейтрализованными основные факторы, формировавшие негативный имидж государства в общественном сознании и порождавшие рост социальной напряженности в обществе.

По сути, этико-правовые основы журналисткой деятельности начинают реализовываться именно в этот период.

Однако изменение модели информационного взаимодействия власти и общества привело и к возникновению ряда существенных моментов и тенденций, в значительной степени носящих негативный характер.

Так, наметилась определенная тенденция возврата к советской модели информационного взаимодействия (а скорее управления) власти и общества и формирования демократического по форме, но административно управляемого по сути, информационного пространства, в результате чего у общества исчезает возможность использовать медиативную функцию СМИ, т. е. оказывать влияние на власть посредством средств массовой информации, а также получать объективную и независимую от государства информацию.

Сегодня можно констатировать наличие ограничения доступа к основным информационным ресурсам оппозиционным действующей власти политическим и общественным силам, что приводит к однобокости и в определенной мере одиозности освещения основных событий в государстве и за рубежом.

Также заметно усилилось манипулятивное воздействие государства на общественное сознание в интересах действующей власти.

Кроме того, можно говорить о наличии определенного противодействия конкуренции в российском информационном пространстве между действующей властью и альтернативными ей политическими и общественными силами, приводящее к снижению возможностей полноценного участия оппозиции в политической борьбе и, как следствие, снижению уровня демократичности и прозрачности политических процессов в России.

Эксперты [40] отмечают тенденцию повышения привлекательности для значительной части активного населения неконтролируемых государством средств массовой информации (например, интернет-ресурсов), предоставляющих возможность получения альтернативной и независимой от государства информации (в значительной мере имеющей ярко выраженную оппозиционную окраску), с одновременным снижением уровня интереса (а впоследствии с высокой степенью вероятности и уровня доверия) к контролируемым властью средствам массовой информации.

Более того, тенденция взятия под контроль основной части российских информационных ресурсов сегодня только усиливается. Так, в последнее время прослеживается четкая линия на установление контроля со стороны власти над онлайн-ресурсами в сети Интернет. Знаковыми, здесь стали:

— Федеральный закон от 29.12.2010 № 436-ФЗ (ред. от 14.10.2014) «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и раз-

витию» — нормативный акт, предусматривающий отнесение информационной продукции к одной из пяти категорий, и запрещающий её распространение среди детей в зависимости от их возраста;

— Федеральный закон от 14 июня 2011 г. № 142-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового регулирования в сфере средств массовой информации», который, нормативно определяя основные понятия «сетевого СМИ», ввел институт т.н. «универсального лицензирования», который стал распространяться и на Интернет-ресурсы; и т. д.

Сохранение обозначенных тенденции в России свидетельствует о том, что в России осуществляется переход к китайской модели информационного взаимодействия власти и общества, которая в значительной мере содержит в себе основные элементы информационного управления обществом.

Кроме того, данные изменения, помимо того что существенным образом изменили модель регулирования коммуникационных процессов в российском государстве, непосредственным образом воздействовали и на правовые основы работы современных российских журналистов, а также и специалистов по связям с общественностью — так как их деятельность во многом стала подпадать под определение, например, «сетевых изданий».

На данный момент времени говорить о наличии в России эффективного и полноценного взаимодействия общества и государственной власти в информационном аспекте весьма затруднительно, более того, на сегодняшний день можно констатировать наличие тенденции формирования в нашей стране модели асимметричной коммуникации между властью и обществом.

Имеющаяся же обратная связь от общества к государству используется преимущественно с позиций анализа эффективности и корректировки процесса государственной пропаганды, а также реализации информационной политики государства.

Хотя существующая сегодня в России модель информационного взаимодействия власти и общества в основном сбалансирована по отношению к советской модели и модели ельцинской эпохи, обозначенные выше тенденции могут с высокой степенью вероятности привести к воссозданию модели информационного управления обществом образца советских времен.

На наш взгляд, проблема сбалансированности модели информационного взаимодействия власти и гражданского общества в России на сегодняшний день представляется крайне актуальной.

С одной стороны, мы признаем необходимость определенного контроля со стороны государства за российским информационным пространством по аналогии с рядом стран, в которых, несмотря на их демократическую форму правления, такой контроль все же осуществляется.

В первую очередь это необходимо с точки зрения обеспечения системной информационной безопасности государства в условиях жесткой конкуренции в глобальном информационном пространстве и при объективном существовании внешних сил влияния, преследующих цели, противоречащие стратегическим интересам России.

Также контроль со стороны государства за отечественным информационным полем может выступать в качестве мощного позитивного фактора при реализации функций государственного управления, которое при отсутствии полноценной информационной поддержки не будет достаточно эффективным.

Однако, с другой стороны, мы вынуждены констатировать, что чрезмерный контроль за российским информационным пространством может иметь и явные негативные последствия, которые заключаются в снижении общего уровня демократичности политического процесса в Российской Федерации, напрямую связанного с наличием в стране института независимых медиа и возможностью публичного и конкурентного соревнования различных политических идей и платформ, что невозможно в условиях реализации модели информационного управления обществом со стороны государства.

Кроме того, при наличии жесткого и необоснованного с точки зрения интересов гражданского общества государственного контроля за информационными ресурсами объективные проблемы социально-экономического и политического характера не могут артикулироваться обществом в явном виде, что может привести к потере обратной связи государства с населением страны (СМК мы считаем одним из наиболее эффективных механизмов реализации такой связи в системе отношений государства и общества), а это в свою очередь представляет серьезную угрозу стабильности социально-политической ситуации в России.

Также немаловажной является проблема эффективности механизма адаптации государства к внешним информационным воздействиям на российское общество.

В условиях интеграции России в глобальное международное пространство имеющиеся на сегодняшний день в России методы государственного контроля за информационными ресурсами представляются малоэффективными, что приводит к необходимости постановки вопроса о развитии современных способов коммуникации между властью и обществом и корректировки существующей модели информационного взаимодействия [35].

В этих условиях выработка и соблюдение этико-правовых основ деятельности в современном медиа-поле приобретает важнейшее значение. Тот факт, что российские независимые медиа (а значит и этико-правовые основы их деятельности), по сравнению с зарубежными аналогами имеют относительно короткую историю, диктует необходимость обращения к зарубежной практике их формирования и реализации.

Отдельной характеристике, в рамках рассматриваемой проблематики, подлежат этические основы журналисткой деятельности в современных условиях.

С организационной точки зрения, соблюдение этических норм в журналистике (как в российской, так и в зарубежной) контролируется как «изнутри», так и «извне»:

— в первом случае контроль основывается на совести самого журналиста;

— во втором — на мнении государственных и общественных институтов и профессиональных организаций.

Особое значение этического регулирования журналистской деятельности обусловлено общественной ролью СМИ, их влиянием на морально-нравственное, политическое и т. п. состояние социума. В гражданском обществе неизбежна корреляция этических, правовых и творческих аспектов работы журналистов, а юридический аспект свободы принимает форму правового регулирования.

Как уже отмечалось выше, правовые основы этой деятельности формулируются государством. Однако этические основы, формируются непосредственно профессиональным сообществом — эта тенденция характерна как для России, так и для зарубежных стран.

Нормативов, выработанных самим журналистским сообществом не мало. Прежде всего, это международные документы:

— «Международные принципы профессиональной этики журналиста», которые приняты на консультативной встрече международных и региональных организаций профессиональных журналистов в Париже 20 ноября 1983 года;

— «Международная декларация принципов поведения журналистов», принятая Конгрессом МФЖ в 1954 году. Поправки внесены на Конгрессе Международной федерации журналистов (1986);

— а также их национальные аналоги.

Основной лейтмотив данных документов заключается в том, что журналистское сообщество, являясь носителем определенных моральных установок, непосредственно включено в общественные моральные отношения в качестве их субъекта.

Мораль и нравственные отношения социума являются предметом отражения в журналистике, а сама журналистика — инструментом морали.

Не только журналист в своей деятельности должен соблюдать принятые в обществе этические нормы, но и журналистская деятельность способна оказывать сильное влияние — как положительное, так и отрицательное — на сложившиеся в обществе этические нормы.

Основу профессиональной этики журналиста, согласно положениям данных документов, составляет постулат о наилучшем с морально-нравственной точки зрения выполнении профессионального долга, на-

ходящегося в границах принятых в обществе представлений о нравственном и безнравственном.

Благодаря таким этическим нормативам, хоть юридически не закреплено, но при этом считается общепринятым правило, согласно которому журналисты, например, воздерживаются от детального описания преступлений, методов работы взломщиков, не сообщают названия ядов, которыми пользуются самоубийцы.

Точно так же общественное мнение профессиональной среды требует проявлять осторожность при сообщении в печати об успехах или неудачах медицинских или фармацевтических исследований.

На основе анализа профессиональных кодексов журналистов можно выделить три сферы, в которых наиболее часто возникновение этических проблем. К ним относятся: профессиональная ответственность, свобода слова и поиск истины:

— профессиональная ответственность предполагает неангажированность, исполнение журналистом своего долга служить аудитории и обществу в целом, а не интересам властей, рекламодателей и других групп;

— свобода слова подчинена ответственности журналиста и служению профессии;

— поиск истины предполагает точность, объективность и достоверность публикуемой в СМИ информации.

Кроме международных и национальных кодексов и сводов правил, многие зарубежные органы массовой информации имеют собственные этические кодексы, преступить которые не дано никому из штатных сотрудников (нарушение влечет за собой немедленное увольнение без возможности обжалования) либо нештатных авторов (в противном случае с ними без предупреждения прерывают сотрудничество).

Особо подчеркнем, что этические принципы, как в российской, так и зарубежной практике работы СМИ (СМК), как правило, принимаются самим профессиональным сообществом. В свою очередь, законодательство большинства стран мира молчит о сущности журналистского труда.

К примеру, Закон Французской республики от 1881 года (с последующими поправками и дополнениями) «О свободе печати», определяет, что журналистом является тот, кто работает с информацией в СМИ, но не имеет определения самой журналистской миссии. Англосаксонская же правовая традиция вообще не предусматривает специального законодательства о печати, что, однако не исключает наличие общепринятых правил, рекомендующих, как работать с информацией.

В целом, в современных западных странах, в силу остроты мульти-культурных проблем, в силу социально-политических особенностей развития, профессионально-этические стандарты журналистики имеют особую ценность.

Национальные кодексы этики существуют практически во всех западных странах и различаются спектром и особенностями толкования тех

или иных стандартов. Роль «саморегуляторов» СМИ, как правило, берут на себя Советы по прессе, являющиеся некоммерческими организациями и объединяющие журналистов и представителей гражданского общества. Они решают одновременно две важные задачи: ограждают СМИ от влияния государства и позволяют обществу влиять на масс-медиа, защищая его от недобросовестных журналистов. У системы саморегулирования СМИ есть несомненные достоинства: открытость и публичность, бесплатность, альтернативность судебному разбирательству, незабюрокра-тизированность, определенность морально-нравственной оценки. Одновременно она не лишена ряда недостатков, главными среди которых являются: недостаточно развитые законодательная и материальная базы, отсутствие в обществе единого подхода к решению вопросов о миссии СМИ и предназначении профессиональной деятельности журналистов.

Опыт западных стран по формированию общих принципов деятельности в коммуникационной сфере согласно международным правилам показывает, что этические нормы также должны быть унифицированы и может свидетельствовать о том, что чем более развита система саморегулирования журналистики, тем выше качество работы журналистов и, одновременно, надежнее зашита интересов СМИ (СМК).

В то же время, несмотря на декларируемые профессиональные принципы, в последние годы многие медиа демонстрируют отход от установления двусторонних коммуникаций со своими аудиториями. Несоблюдение этических норм в деятельности журналистов напоминает о себе последствиями таких действий, как:

— публикация в датской прессе карикатур на пророка Мухаммада, которая была критически встречена жителями Востока, проповедующими ислам. Данные события нашли неожиданное продолжение в начале 2015 года, в ходе событий, связанных с террористическими актами во Франции (нападения на «Charlie Hebdo» и последовавшие события);

— распространение на сервисе «Youtube» фильма «Невинность мусульман» и последовавшие за этим волнения; и т. д.

В целом, резюмируя вышесказанное, отметим, что этика журналиста, представляющая собой совокупность правил и норм профессиональной морали, находит выражение в профессиональных хартиях, кодексах, декларациях, конвенциях, меморандумах и т. п. документах [41].

Правовые основы деятельности журналиста регулируются или специальными законами о печати и СМИ, или же специально не регулируются, но достаточно серьёзно регламентируются общепринятыми правилами, рекомендующими, как работать с информацией.

Завершая настоящую статью, отметим, что этико-правовые основы работы журналиста и специалиста по связям с общественностью в современных условиях формирования качественно нового информационного поля («медиа-поля») имеют первостепенное значение.

Как свидетельствует практика развития независимых СМИ в России в 1990-х годах, несоблюдение этико-правовых основ журналисткой деятельности может способствовать нарастанию напряжения в обществе, и приводить к настоящим катастрофам (о чем свидетельствует уже мировая практика).

Также отметим и тот факт, что, если работа журналиста регулируется (в России) целым рядом специальных нормативно-правовых актов, то работа специалиста по связям с общественностью регулируется лишь частично — локальными актами (при условии их наличия).

Такой подход представляется нам достаточно ущербным — ведь специалист по связям с общественностью крупной организации или структуры может воздействовать на общественное мнение в не меньшей степени, чем журналист, особенно в условиях современного «смешения» их функций, нового законодательного подхода к регистрации «сетевых СМИ». При этом факт регистрации сетевого ресурса в качестве СМИ отнюдь не означает того, что люди, ответственные за подготовку и выпуск «массовой информации под постоянным наименованием (названием)» автоматически становится журналистами в понимании закона РФ «О СМИ». Соответственно, распространять на них «Кодексы журналисткой этики» нельзя.

Безусловно, работа специалиста по связям с общественностью должна осуществляться в «правовом поле Российской Федерации», однако отсутствие документа, который бы задавал этико-правовые основы работы специалиста по связям с общественностью хотя бы в методическом плане, на наш взгляд, является серьёзной недоработкой.

Список литературы:

1. Конституция Российской Федерации. Принята Всенародным голосованием 12 декабря 1993 года (ред. от 21.07.2014) // Российская газета. — 25.12.1993. — № 237.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Федеральный закон от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 01.09.2014) // Собрание законодательства РФ. — 05.12.1994. — № 32. — Ст. 3301.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Федеральный закон от 26.01.1996 № 14-ФЗ (ред. от 31.12.2014) // Собрание законодательства РФ. — 29.01.1996. — N 5. — Ст. 410.

4. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть четвертая. Федеральный закон от 18.12.2006 № 230-ФЗ (ред. от 31.12.2014) // Собрание законодательства РФ. — 25.12.2006. — № 52 (1 ч.). — Ст. 5496.

5. Федеральный закон от 29.12.2010 N 436-ФЗ (ред. от 14.10.2014) «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» // Собрание законодательства РФ. — 03.01.2011. — № 1. — Ст. 48.

6. Федеральный закон от 14.06.2011 N 142-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового регулирования в сфере средств массовой информации» // Собрание законодательства РФ", 20.06.2011. — № 25. — Ст. 3535.

7. Федеральный закон от 13.03.2006 № 38-ФЗ (ред. от 31.12.2014) «О рекламе» // Собрание законодательства РФ. — 20.03.2006. — № 12. — Ст. 1232.

8. Закон РФ от 27.12.1991 № 2124-1 (ред. от 06.12.2014) «О средствах массовой информации»// Ведомости СНД и ВС РФ. — 13.02.1992. — №7. — Ст. 300.

9. Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ (ред. от 21.07.2014) «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» // Собрание законодательства РФ. — 31.07.2006. — № 31 (1 ч.). — Ст. 3448.

10. Уголовный кодекс Российской Федерации. Федеральный закон от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 31.12.2014) // Собрание законодательства РФ. — 17.06.1996. — № 25. — Ст. 2954.

11. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях. Федеральный закон от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 31.12.2014) // Собрание законодательства РФ. — 07.01.2002. — № 1 (ч. 1). — Ст. 1.

12. Международные принципы профессиональной этики журналиста. Приняты на консультативной встрече международных и региональных организаций профессиональных журналистов в Париже 20 ноября 1983 года // Электронный ресурс. Режим доступа. http://journ-port.ru/publ/141-1-0-134

13. Международная декларация принципов поведения журналистов. Принята Конгрессом МФЖ в 1954 году. Поправки внесены на Конгрессе Международной федерации журналистов (1986) // Электронный ресурс. URL: http://wuz.by/forum/ threads/mezhdunarodnaja-deklaracija-principov-povedenija-zhurnalistov.121/

14. Кодекс профессиональной этики журналиста. Принят первым съездом Союза журналистов СССР на конфедеративной основе 24 апреля 1991 года // Электронный ресурс. URL: http://pravovrns.ru/?p=726

15. Кодекс профессиональной этики российского журналиста. Одобрен Конгрессом журналистов России 23 июня 1994 года // Электронный ресурс. URL: http://www. presscouncil.ru/index.php/teoriya-i-praktika/dokumenty/633-kodeks-professionalnoj-etiki-rossijskogo-zhurnalista

16. Закон Французской республики от 1881 года с последующими поправками и дополнениями (Loi du 29 juillet 1881 sur la liberte de la press) «О свободе печати». // Электронный ресурс. URL: http://worldbiz.ru/base/24596.php

17. Закон Китайской Народной Республики «Об авторском праве» (с изменениями, внесёнными Решением Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей от 26.02.2010 г. «О внесении поправок в Закон Китайской Народной Республики «Об авторском праве») // Электронный ресурс.URL.: http://www. wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=6062

18. Правила Китайского центра информационной сети Интернет (CNNIC) по регистрации доменных имен (2009) // Электронный ресурс.URL: http://www.wipo.int/ wipolex/ru/details.jsp?id=7920

19. Регламент «Об аудиовизуальных программах в Интернете» (2008) // Электронный ресурс.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7922

20. Политика разрешения споров по доменным именам» (2007) // Электронный ресурс.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7924

21. Административные меры защиты авторских прав в Интернете от 30.04.2005 г (приняты Государственным управлением авторского права и Министерством информационной промышленности) (2005) // Электронный ресурс.URL.: http://www. wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7935

22. Правила управления архивами информационных интернет служб (2005) // Электронный ресурс.URL: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7932

23. Регламент «Об организации работы коммерческих предприятий, предоставляющих услуги по доступу в Интернет» (2002) // Электронный ресурс.URL.: http:// www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7924

24. Управление процедурами по предоставлению информационных интернет услуг (2000) // Электронный ресурс.Ш1_: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7914

25. Правила Китайского центра информационной сети Интернет (CNNIC) «Политика разрешения споров по доменным именам» (2007) // Электронный ресурс.ия_: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7926

26. Правила Китайского центра информационной сети Интернет (CNNIC) «Политика разрешения споров по доменным именам» (2007) // Электронный ресурс.11Я_: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7928

27. Разъяснения Верховного Народного Суда по некоторым вопросам относительно рассмотрения дел по охране авторских прав в Интернете(2006) // Электронный ресурс.Ш_: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7921

28. Разъяснения Верховного Народного Суда по некоторым вопросам о применении законодательства при рассмотрении дел о нарушении авторских прав в Интернете (2000) // Электронный ресурс.Ш_: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7925

29. Digital Millennium Copyright Act, 1998 // Электронный ресурс. URL.: http://www. copyright.gov/title17/

30. American Inventors Protection Act (AIPA), 1999 // Электронный ресурс. URL: http://www.uspto.gov/patents/law/aipa/index.js

31. Ахмадулин Е.В. Основы теории журналистики. М., 2008. 328 с.

32. Викторов В.М. Взаимодействие СМИ с другими инстуциональными институтами общества // ПОЛИС. 2009. № 3. С. 11-19.

33. ВоробьевА.М. Средства массовой информации как фактор развития гражданской культуры: дисс. докт. фил. наук. Екатеринбург, 2009. 254 с.

34. Законы и практика СМИ в одиннадцати демократиях мира (сравнительный анализ): справочное издание. — М., 2009. — 643 с.

35. ЗиминА.Е. Взаимодействие государственной власти и средств массовой информации в современной России: дисс. канд. полит. наук. Ставрополь, 2005. 180 с.

36. Кара-Мурза С.Г. Власть манипуляции. М., 2007. 571 с.

37. Маркелов К.В. Журналистика и власть: этика взаимоотношений, резервы взаимодействия. // Вестник Московского университета. Серия 10. Журналистика. 2009. №1. С. 36-47.

38. МельникГ.С., КимМ.Н. Методы журналистики. Учебное пособие. М., 2011. 439 с.

39. Новикова А. А. Средства массовой коммуникации в эпоху глобализации. — В 3. Т. М, 2012. Т. 1. 571 с.

40. Орлова И.В. Гражданское общество в России: возможность и действительность // Социальная политика и социология. 2009. № 3. С. 38-49.

41. Профессиональная этика журналиста: документы и справочные материалы / Сост. Казаков Ю.В. М., Фонд защиты гласности, 2013. 476 с.

42. Семенова В.Е. Ценностно-нравственные проблемы российского общества: самореализация, воспитание, средства массовой информации. М., 2010. 474 с.

43. Терещенко Л. К. Специальные правовые режимы информации // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2011. № 2 (27). С. 69-75.

44. Международный научный журнал «Коммуникология» // Том 1, №1, 2013. Том 8, №6, 2014/ URL: http://www.communicology.us/

45. Захарова В.И. Средства массовой информации как медиатор между властью и обществом // Коммуникология. 2014. Том 8. № 6. С.183-194.

46. Шарков Ф.И. Интернет и масс-медиа: локальный дискурс в сетевых массовых коммуникациях // Коммуникология. 2014. Том 8. № 6. С.15-29.

 THE RATIO OF LEGAL AND ETHICAL STANDARDS IN THE ACTIVITIES OF JOURNALISTS AND PUBLIC RELATIONS SPECIALISTS. RUSSIAN AND FOREIGN EXPERIENCE.

Author: ZAKHAROVA V.I.

ZAKHAROVA Vera Igorevna, Ph.D in Sociology, candidate of sociological Sciences, Associate Professor of the department of public relations and media policy of the Russian Presidential Academy of National economy and Public Administration (RANEPA).

Address: 84, Vernadsky Prospect, Moscow, 119571, Russia. Phone: +7 (916) 413-86-68, E-mail: vizaharova@bk.ru

Abstract: the article examines the characteristics of the ratio of legal and ethical standards in the activities of journalists and public relations specialists in the context of Russian and foreign experience. The first thing that is necessary to emphasize in this context — the fact that the activities related to journalism and public relations can not be separated from the legal rules and ethical requirements. Removal from ethical and legal standards, of course, would mean that a journalist or an employee of the public relations organization ignore standards of conduct proposed to them by society and professional environment. In today's "information society" activities of journalists and public relations specialists gain, on the one hand, more and more common traits, and on the other, are carried out in a completely new "media realm" of mass communication.

Keywords: norms, the rule of law, ethics, journalist activity, the activity of a specialist in public relations, mediation, power, society, legislation.

References

1. Konstitutsiya Rossiyskoy Federatsii. Prinyata Vsenarodnym golosovaniem 12 dek-abrya 1993 goda (red. ot 21.07.2014) // Rossiyskaya gazeta. — 25.12.1993. — № 237. [The Constitution of the Russian Federation. Adopted by popular vote on December 12, 1993 (ed. by 07.21.2014) // Rossiyskaya gazeta. 25.12.1993. № 237].

2. Grazhdanskiy kodeks Rossiyskoy Federatsii. Chast' pervaya. Federal'nyy zakon ot 30.11.1994 № 51-FZ (red. ot 01.09.2014) // Sobranie zakonodatel'stva RF. — 05.12.1994. — № 32. — St. 3301. [The Civil Code of the Russian Federation. Part one. The Federal Law of 30.11.1994 № 51-FZ (ed. by 01.09.2014) // Collection of the legislation of the Russian Federation. — 05.12.1994. — № 32. Art. 3301].

3. Grazhdanskiy kodeks Rossiyskoy Federatsii. Chast' vtoraya. Federal'nyy zakon ot 26.01.1996 № 14-FZ (red. ot 31.12.2014) // Sobranie zakonodatel'stva RF. — 29.01.1996. — N 5. — St. 410. [The Civil Code of the Russian Federation. Part Two. The Federal Law of 26.01.1996 № 14-FZ (ed. By 31.12.2014) // Collection of the legislation of the Russian Federation. 29.01.1996. — N 5. Art. 410].

4. Grazhdanskiy kodeks Rossiyskoy Federatsii. Chast' chetvertaya. Federal'nyy zakon ot 18.12.2006 № 230-FZ (red. ot 31.12.2014) // Sobranie zakonodatel'stva RF. — 25.12.2006. — № 52 (1 ch.). — St. 5496. [The Civil Code of the Russian Federation. Part

kommyhmkomrnq - communicology

Four. The Federal Law of 18.12.2006 № 230-FZ (ed. By 31.12.2014) // Collection of the legislation of the Russian Federation. — 25.12.2006. — № 52 (1 hr.). — Art. 5496].

5. Federal'nyy zakon ot 29.12.2010 N 436-FZ (red. ot 14.10.2014) «O zashchite detey ot informatsii, prichinyayushchey vred ikh zdorov'yu i razvitiyu» // Sobranie zakonodatel'stva RF. — 03.01.2011. — № 1. — St. 48. [The protection of children from information harmful to their health and development. The Federal Law of 29.12.2010 N 436-FZ (ed. By 10.14.2014) // Collection of the legislation of the Russian Federation. — 03.01.2011. — № 1. — Art. 48].

6. Federal'nyy zakon ot 14.06.2011 N 142-FZ «O vnesenii izmeneniy v otdel'nye zakonodatel'nye akty Rossiyskoy Federatsii v svyazi s sovershenstvovaniem pravovogo regulirovaniya v sfere sredstv massovoy informatsii» // Sobranie zakonodatel'stva RF", 20.06.2011. — № 25. — St. 3535. [On Amendments to Certain Legislative Acts of the Russian Federation in connection with the improvement of legal regulation of the media. The Federal Law of 14.06.2011 N 142-FZ // Collection of the legislation of the Russian Federation ", 20.06.2011. — № 25. — Art. 3535].

7. Federal'nyy zakon ot 13.03.2006 № 38-FZ (red. ot 31.12.2014) «O reklame» // Sobranie zakonodatel'stva RF. — 20.03.2006. — № 12. — St. 1232. [The Federal Law of 13.03.2006 № 38-FZ (ed. By 31.12.2014) «On Advertising» // Collection of the legislation of the Russian Federation. — 20.03.2006. — № 12. — Art. 1232].

8. Zakon RF ot 27.12.1991 № 2124-1 (red. ot 06.12.2014) «O sredstvakh massovoy informatsii»// Vedomosti SND i VS RF. — 13.02.1992. — №7. — St. 300. [The Law of the Russian Federation of 27.12.1991 № 2124-1 (Ed. By 06.12.2014) «On the Media» // Sheets SND and the Armed Forces. — 13.02.1992. — №7. — Art. 300].

9. Federal'nyy zakon ot 27.07.2006 № 149-FZ (red. ot 21.07.2014) «Ob informatsii, informatsionnykh tekhnologiyakh i o zashchite informatsii» // Sobranie zakonodatel'stva RF. — 31.07.2006. — № 31 (1 ch.). — St. 3448. [The Federal Law of 27.07.2006 № 149-FZ (ed. By 07.21.2014) «On Information, Information Technologies and Information Protection» // Collection of the legislation of the Russian Federation. — 31.07.2006. — № 31 (1 hr.). — Art. 3448].

10. Ugolovnyy kodeks Rossiyskoy Federatsii. Federal'nyy zakon ot 13.06.1996 № 63-FZ (red. ot 31.12.2014) // Sobranie zakonodatel'stva RF. — 17.06.1996. — № 25. — St. 2954, [The Criminal Code of the Russian Federation. The Federal Law of 13.06.1996 № 63-FZ (ed. By 31.12.2014) // Collection of the legislation of the Russian Federation. — 17.06.1996. — № 25. — Art. 2954].

11. Kodeks Rossiyskoy Federatsii ob administrativnykh pravonarusheniyakh. Federal'nyy zakon ot 30.12.2001 № 195-FZ (red. ot 31.12.2014) // Sobranie zakonodatel'stva RF. — 07.01.2002. — № 1 (ch. 1). — St. 1. [Offences Code of Russia. The Federal Law of 30.12.2001 № 195-FZ (ed. by 31.12.2014) // Collection of the legislation of the Russian Federation. 07.01.2002. — № 1 (ch. 1). — Art. 1].

12. Mezhdunarodnye printsipy professional'noy etiki zhurnalista. Prinyaty na konsul'tativnoy vstreche mezhdunarodnykh i regional'nykh organizatsiy professional'nykh zhurnalistov v Parizhe 20 noyabrya 1983 goda // Elektronnyy resurs. Rezhim dostupa. http://journ-port.ru/publ/141-1-0-134 [International Principles of Professional Ethics of Journalists. Adopted at a consultative meeting of international and regional organizations of professional journalists in Paris November 20, 1983 // electronic resources. Access mode. http://journ-port.ru/publ/141-1-0-134 ]

13. Mezhdunarodnaya deklaratsiya printsipov povedeniya zhurnalistov. Prinyata Kon-gressom MFZh v 1954 godu. Popravki vneseny na Kongresse Mezhdunarodnoy federatsii zhurnalistov (1986) // Elektronnyy resurs. Rezhim dostupa.http://wuz.by/forum/threads/ mezhdunarodnaja-deklaracija-principov-povedenija-zhurnalistov.121/ [The International Declaration of Principles on the Conduct of Journalists. Adopted by the Congress in 1954,

the IFJ. Amended at the Congress of the International Federation of Journalists (1986) // Electronic resource. URL: http://wuz.by/forum/threads/mezhdunarodnaja-deklaracija-principov-povedenija-zhurnalistov.121/]

14. Kodeks professional'noy etiki zhurnalista. Prinyat pervym s"ezdom Soyuza zhur-nalistov SSSR na konfederativnoy osnove 24 aprelya 1991 goda // Elektronnyy resurs. Rezhim dostupa. http://pravovrns.ru/?p=726 [The Code of Ethics of the journalist. Adopted by the first Congress of the Union of Journalists of the USSR on the basis of a confederal April 24, 1991 // Electronic resources. URL: http://pravovrns.ru/?p=726 ]

15. Kodeks professional'noy etiki rossiyskogo zhurnalista. Odobren Kongressom zhur-nalistov Rossii 23 iyunya 1994 goda // Elektronnyy resurs. Rezhim dostupa. http://www. presscouncil.ru/index.php/teoriya-i-praktika/dokumenty/633-kodeks-professionalnoj-etiki-rossijskogo-zhurnalista. [The Code of Professional Ethics of Russian journalist. Approved by Congress of Journalists of Russia June 23, 1994 // Electronic resources. Access mode.http://www.presscouncil.ru/index.php/teoriya-i-praktika/dokumenty/633-kodeks-professionalnoj-etiki-rossijskogo-zhurnalista ]

16. Zakon Frantsuzskoy respubliki ot 1881 goda s posleduyushchimi popravkami i dopol-neniyami (Loi du 29 juillet 1881 sur la liberte de la press) «O svobode pechati». // Elektronnyy resurs. Rezhim dostupa. http://worldbiz.ru/base/24596.php. [French law of 1881, as subsequently amended and supplemented (Loi du 29 juillet 1881 sur la liberte de la press) «On freedom of the press." // Electronic resources. URL: http://worldbiz.ru/base/24596.php]

17. Zakon Kitayskoy Narodnoy Respubliki «Ob avtorskom prave» (s izmeneniyami, vnesyennymi Resheniem Postoyannogo komiteta Vsekitayskogo sobraniya narodnykh predstaviteley ot 26.02.2010 g. «O vnesenii popravok v Zakon Kitayskoy Narodnoy Respubliki «Ob avtorskom prave») // Elektronnyy resurs.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ ru/details.jsp?id=6062. [Law of the People's Republic "On Copyright" (with changes made the decision of the Standing Committee of the National People's Congress of 26.02.2010 "On Amendments to the Law of the People's Republic" On Copyright ") // Electronic resurs. URL .: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=6062]

18. Pravila Kitayskogo tsentra informatsionnoy seti Internet (CNNIC) po registratsii domennykh imen (2009) // Elektronnyy resurs.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/ details.jsp?id=7920. [Rules of the China Center for Information on the Internet (CNNIC) domain name registration (2009) // Electronic resurs.URL .: http://www.wipo.int/wipolex/ ru/details.jsp?id=7920]

19. Reglament «Ob audiovizual'nykh programmakh v Internete» (2008) // Elektronnyy resurs.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7922. [Regulation "On audiovisual programs on the Internet" (2008) // Electronic resours.URL .: http://www. wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7922]

20. Politika razresheniya sporov po domennym imenam» (2007) // Elektronnyy resurs. URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7924. [Dispute Resolution Policy for domain names "(2007) // Electronic resours.URL .: http://www.wipo.int/wipolex/ru/ details.jsp?id=7924]

21. Administrativnye mery zashchity avtorskikh prav v Internete ot 30.04.2005 g. (prinyaty Gosudarstvennym upravleniem avtorskogo prava i Ministerstvom informatsionnoy promyshlennosti) (2005) // Elektronnyy resurs.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/ details.jsp?id=7935 . [Administrative measures of copyright protection on the Internet from 30.04.2005, the (adopted by the State Administration of copyright and the Ministry of Information Industry) (2005) // Electronic resours.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ ru /details.jsp?id=7935]

22. Pravila upravleniya arkhivami informatsionnykh internet sluzhb (2005) // Elektronnyy resurs.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7932 [Terms of archive

management information services online (2005) // Electronic resours.URL .: http://www. wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7932]

23. Reglament «Ob organizatsii raboty kommercheskikh predpriyatiy, predostavlyayushchikh uslugi po dostupu v Internet» (2002) // Elektronnyy resurs.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7924. [Regulation "On the organization of commercial enterprises, service providers access to the Internet" (2002) // Electronic resours.URL: .: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7924]

24. Upravlenie protsedurami po predostavleniyu informatsionnykh internet uslug (2000) // Elektronnyy resurs.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7914 [The procedures for the provision of Internet information services (2000) // Electronic resours.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7914 ]

25. Pravila Kitayskogo tsentra informatsionnoy seti Internet (CNNIC) «Politika razresheniya sporov po domennym imenam» (2007) // Elektronnyy resurs.URL.: http:// www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7926. [Rules of the China Center for Information on the Internet (CNNIC) «Dispute Resolution Policy for domain names" (2007) // Electronic resours.URL .: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id= 7926]

26. Pravila Kitayskogo tsentra informatsionnoy seti Internet (CNNIC) «Politika razresheniya sporov po domennym imenam» (2007) // Elektronnyy resurs.URL.: http:// www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7928. [Rules of the China Center for Information on the Internet (CNNIC) «Dispute Resolution Policy for domain names" (2007) // Electronic resours.URL .: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id= 7928]

27. Raz"yasneniya Verkhovnogo Narodnogo Suda po nekotorym voprosam otnositel'no rassmotreniya del po okhrane avtorskikh prav v Internete(2006) // Elektronnyy resurs. URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7921 [Clarification of the Supreme People's Court on certain issues concerning the consideration of cases for the protection of copyright in the Internet (2006) // Electronic resours.URL .: http://www.wipo.int/wipolex/ ru/details.jsp?id=7921]

28. Raz"yasneniya Verkhovnogo Narodnogo Suda po nekotorym voprosam o primenenii zakonodatel'stva pri rassmotrenii del o narushenii avtorskikh prav v Internete (2000) // Elektronnyy resurs.URL.: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp?id=7925/ . [Clarification of the Supreme People's Court on certain issues on the application of the law in cases of copyright infringement on the Internet (2000) // Electronic resours.URL .: http://www.wipo.int/wipolex/ru/details.jsp? id =7925/ ]

29. Digital Millennium Copyright Act, 1998 // Elektronnyy resurs. URL.: http://www. copyright.gov/title17// [Digital Millennium Copyright Act, 1998 // electronic resources. URL .: http://www.copyright.gov/title17/ ]

30. American Inventors Protection Act (AIPA), 1999 // Elektronnyy resurs. URL.: http:// www.uspto.gov/patents/law/aipa/index.js/ [American Inventors Protection Act (AIPA), 1999 // electronic resources. URL .: http://www.uspto.gov/patents/law/aipa/index.js]

31. AkhmadulinE.V. Osnovy teorii zhurnalistiki. — M.: Mart, 2008. 328 s. [Akhmadulin E.V. (2008). Fundamentals of the theory of journalism. Moscow. 328 p.]

32 Viktorov V.M. Vzaimodeystvie SMI s drugimi instutsional'nymi institutami obshchestva // POLIS. — 2009. № 3. S. 11-19. [Victorov V.M. (2009). 'Media interaction with other institutions of society. // Polis.. № 3. Pp. 11-19].

33. Vorob'evA.M. Sredstva massovoy informatsii kak faktor razvitiya grazhdanskoy kul'tury: diss. dokt. fil. nauk. Ekaterinburg, 2009. 254 s. [Vorobyov A.M. The media as a factor in the development of civic culture: diss. Doctor. Phil. Sciences. Ekaterinburg, 2009. 254]

34. Zakony i praktika SMI v odinnadtsati demokratiyakh mira (sravnitel'nyy analiz): spravochnoe izdanie. — M.: BKS, 2009. 643 s. [Laws and practice of mass media in eleven democracies of the world (comparative analysis): a reference book. Moscow, 2009. 643 p.]

35. Zimin A.E. Vzaimodeystvie gosudarstvennoy vlasti i sredstv massovoy informatsii v sovremennoy Rossii: diss. kand. polit. nauk. — Stavropol', 2005. — 180 s. [Zimin A.E. Interaction of public authorities and the media in modern Russia: diss. cand. Polit. Sciences. Stavropol, 2005. 180 p.]

36. Kara-Murza S.G. Vlast' manipulyatsii. — M.: Akad. proekt, 2007. 571 s. [Kara-Murza S.G. (2007). The power of manipulation. Moscow. 571 p.]

37.MarkelovK.V. Zhurnalistika i vlast': etika vzaimootnosheniy, rezervy vzaimodeystviya. // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 10. Zhurnalistika. — 2009. №1. S. 36-47. [Markelov K.V. (2009). 'Journalism and power: the ethics of relationships reserves interaction'. // Bulletin of Moscow University. — Series 10 — Journalism. №1. P. 36-47.]

38. Mel'nikG.S., Kim M.N. Metody zhurnalistiki. Uchebnoe posobie. — M.: Akademiya, 2011. — 439 s. [Miller, G.S., Kim, M.N.(2011). Methods of journalism. Textbook. Moscow. 439 p.]

39. Novikova A.A. Sredstva massovoy kommunikatsii v epokhu globalizatsii. V 3. T. — M., 2012. T. 1. 571 s. [Novikova A.A. (2012). Mass media in the era of globalization. In 3 vol. 3. Volume 1. 571 p. Moscow].

40. OrlovaI.V. Grazhdanskoe obshchestvo v Rossii: vozmozhnost' i deystvitel'nost' // Sotsial'naya politika i sotsiologiya. -2009. — № 3. -S. 38-49. [Orlov I.V. 'Civil society in Russia: possibility and reality' // Social Policy and Sociology. -2009. № 3. P. 38-49]

41. Professional'naya etika zhurnalista: dokumenty i spravochnye materialy / Sost. Kazakov Yu.V.. — M. Fond zashchity glasnosti, 2013. — 476 s. [Professional ethics of journalists: documents and reference materials / Comp. Kazakov YV. M. Glasnost Defense Foundation, 2013. 476 p.]

42. Semenova V.E. Tsennostno-nravstvennye problemy rossiyskogo obshchestva: samorealizatsiya, vospitanie, sredstva massovoy informatsii. — M.: A-prior, 2010. — 474 s. [Semenova V.E (2010). Value-moral problems of Russian society: self-realization, education, mass media. Moscow. 474 p.]

43. Tereshchenko L. K. Spetsial'nye pravovye rezhimy informatsii // Zhurnal zarubezhnogo zakonodatel'stva i sravnitel'nogo pravovedeniya. — 2011. — № 2 (27). — S. 69-75. [Tereshchenko L.K. ((2011). 'Special legal regime of information' // Journal of Foreign Legislation and Comparative Law. № 2 (27). Pp. 69-75].

44. Mezhdunarodnyy nauchnyy zhurnal «Kommunikologiya»//Tom 1, №1, 2013 — Tom 8, №6, 2014/ http://www.communicology.us/ [International Journal "Communicology" // Volume 1, №1, 2013 — Volume 8, №6, 2014 / http://www.communicology.us/ ]

45. Zakharova V.I. Sredstva massovoy informatsii kak mediator mezhdu vlast'yu i obshchestvom// Kommunikologiya. 2014. Tom 8. № 6. S.183-194 [ Zakharova V.I. (2014). The media as a mediator between the government and society // Communicology. Volume 8. № 6. S.183-194].

46. Sharkov F.I. Internet i mass-media: lokal'nyy diskurs v setevykh massovykh kommunikatsiyakh// Kommunikologiya. 2014. Tom 8. № 6. S.15-29. [Sharkov F.I. (2014). 'Internet and mass media: the local discourse in mass communications network' // Communicology. Volume 8. № 6. S.15-29].