Сравнительный анализ гендерных моделей речевой деятельности в английском, немецком и русском языках

УДК 81'22

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ГЕНДЕРНЫХ МОДЕЛЕЙ РЕЧЕВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В АНГЛИЙСКОМ, НЕМЕЦКОМ И РУССКОМ ЯЗЫКАХ

© 2017

Ковалева Елена Юрьевна, старший преподаватель кафедры «Общественные науки» Ежгурова Анастасия Анатольевна, старший преподаватель кафедры «Общественные науки» Никитенко Татьяна Владимировна, старший преподаватель кафедры «Общественные науки» Сокур Елена Анатольевна, старший преподаватель кафедры «Общественные науки» Финансовый университет при Правительстве РФ, Омский филиал (644099, Россия, Омск, ул. Партизанская 6, e-mail: easokur@rambler.ru) Abstract. Данная статья посвящена изучению особенностей мужской и женской речи в различных коммуникативных ситуациях в русской, английской и немецкой лингвокультурах. Мы попытались проанализировать сходства и различия в английском, русском и немецком языках с точки зрения тендерного аспекта. Мы пришли к выводу, что вербальные особенности коммуникативного поведения мужчин и женщин очень часто становятся причиной недопонимания или конфликтов между ними. Вербальная коммуникация ограничивается только языковым аспектом, под которым понимается «манера говорить так, чтобы быть понятым». Речь здесь идет об употреблении определенных языковых средств и особенностях стиля коммуникативного поведения. В то время как мужской и женский стили коммуникативного поведения функционируют в пределах своих собственных закономерностей, проблемы могут возникать тогда, когда оба языковых мира встречаются друг с другом. Однако выделенные нами различия между коммуникативным поведением мужчин и женщин в ой или иной лингвокультуре являются лишь типичными тенденциями, и исключений имеется достаточно. С точки зрения социальной теории гендерных ролей различия в поведении мужчин и женщин связаны с теми ролями, которые им приписывает общество. Чтобы удовлетворить этим ожиданиям лица обеих полов усваивают соответствующие образцы коммуникативного поведения и ведут себя в соответствии с этими ожиданиями.

Ключевые слова: гендер, коммуникативная ситуация, речевое поведение, сравнение.

A COMPARATIVE ANALYSIS OF GENDER MODELS OF SPEECH ACTIVITY IN ENGLISH,

GERMAN AND RUSSIAN LANGUAGES

© 2017

Kovaleva Elena Yurievna, senior teacher of the Department "Social Sciences" Ezhgurova Anastasia Anatolievna, senior lecturer of the Department "Social Sciences" Nikitenko Tatiana Vladimirovna, senior teacher of the Department "Social Sciences"

Sokur Elena Anatolievna, senior lecturer of the Department "Social Sciences" Financial University under the Government of the Russian Federation, Omsk branch (644099, Russia, Omsk, Partizanskaya St. 6, e-mail: easokur@rambler.ru) Abstract. This article is devoted to the peculiarities of men's and women's speech in different communicative situations in Russian, English and German linguo-cultures. We tried to analyze similarities and differences in English, Russian and German languages from the point of view of gender characteristic features. We came to the conclusion that verbal features of communicative behavior of men and women very often cause misunderstandings or conflicts between them. Verbal communication is limited only by the linguistic aspect, by which is meant «the manner of speaking so as to be understood». This fact refers to the use of certain language tools and features of the style of communicative behavior. While the masculine and feminine styles of communicative behavior function within their own patterns, problems can arise when both linguistic worlds meet each other. However, the differences we have identified between the communicative behavior of men and women in one or another linguistic culture are only typical tendencies, and there are enough exceptions. From the point of view of the social theory of gender roles, differences in the behavior of men and women are associated with the roles attributed to them by society. To meet these expectations, both genders acquire the appropriate patterns of communicative behavior and behave in accordance with these expectations

Keywords: gender, communicative situation, speech behavior, comparison.

С течением времени пол человека из биологической характеристики превратился в социально-психологическую характеристику. Таким образом, и понятие «гендер», которое означает совокупность культурных и социальных норм, предписанные обществом для выполнения людям в зависимости от биологического пола [1].

Понятие «гендер» вышло уже за рамки грамматики. Это явление рассматривается как дискурсивный, социокультурный и психолингвистический феномен.

Впервые фактор пола относительно языка появился в античности при осмыслении грамматической категории рода. На протяжении долгого времени единственной гипотезой о причинах возникновения и функционировании категории рода в языке была символико-семанти-ческая, основанная на соотнесении биологической категории sexus и грамматической genus. Сторонники данной гипотезы полагали, что грамматический род возник благодаря природной данности - существования людей разного пола (И. Гердер, В. Гумбольдт, Я. Гримм); при этом для того, чтобы объяснить экстралингвистическую мотивированность категории рода ученые применяли неязыковой опыт.

В начале прошлого века тема «Язык и пол» привлекла внимание Ф. Маутнера и О. Есперсена. Ф. Маутнер обосновывал гендерные различия в языке с точки зре-Балтийский гуманитарный журнал. 2017. Т. 6. № 4

ния социальных и исторических причин. Согласно Ф. Маутнеру, творческое применение языка - мужская прерогатива, а женщины могут только усвоить создаваемый мужчинами язык. О. Есперсен считал, что женщины консервативны в использовании языка, что иллюстрировалось на примере сообществ эмигрантов, где родной язык сохраняется и одновременно усваивается новый. При этом мужчины усваивают новый язык гораздо быстрее. Но не принималось во внимание, что изучение иностранного языка мужчинами было продиктовано необходимостью работать и разговаривать на новом языке. У находящихся в домашней обстановке женщин не возникало такой необходимости [2].

В начале 70-х годов гендерные исследования с точки зрения языка получили огромный импульс, благодаря появившемуся женскому движению в США и Германии, в результате чего в языкознании сформировалось своеобразное направление, которое получило название феминистской лингвистики.

Гендерные отношения - важный аспект социальной организации. Они выражают ее системные характерные черты и структурируют отношения между говорящими субъектами. Основные теоретико-методологические положения гендерной теории базируются на четырех взаимосвязанных компонентах: нормативные утверждения,

Kovaleva Elena Yurievna, Ezhgurova Anastasia Anatolievna, Nikitenko Tatiana Vladimirovna and others A COMPARATIVE ANALYSIS OF GENDER MODELS OF SPEECH ACTIVITY IN ENGLISH ...

культурные символы, которые задают направления для различных интерпретаций подобных символов и выражающиеся в научных, религиозных, правовых или политических доктринах; организации и социальные институты; самоидентификация личности. Гендерные отношения фиксируются в языке как культурно обусловленные стереотипы, накладывая определенный отпечаток на поведение, в том числе и речевое, личности и на все процессы ее языковой социализации [3].

В 80-е годы возникло более уравновешенное понимание тендера как проблемы не столько экспликации женской истории и психологии, сколько проблемы всестороннего изучения мужественности и женственности связанных с ними культурных и социальных ожиданий. В конце прошлого века возникло направление, изучающее только мужественность, и пришло понимание того, что маскулинность обладает разными проявлениями в любом обществе; а главное из этих направлений стало называться доминирующей мужественностью.

Изучая сегодня структуры языка, связанные с полом, ученые исходят из его культурной и социальной обусловленности, которая рассматривается в области линг-вокультурологии. По мнению С.Г. Воркачева [4], данная наука является новейшим молекулярным соединением культурологии и лингвистики и дает нам возможность изучить взаимодействие языка и культуры в рамках гендерной проблематики с новой стороны. Человек является связующим звеном между языком и культурой. Он - речевая, языковая и коммуникативная личность, чье становление происходит в процессе социализации. Нельзя не согласиться с мнением Р. Лакофф, что гендер

- это социокультурный конструкт, поэтому изучение его специфики необходимо в рамках лингвокультурологи-ческого аспекта того или иного дискурса.

Наиболее интенсивное изучение категории гендера в лингвистике фиксируется в конце ХХ - начале XXI в. Это обусловлено многими факторами, прежде всего, сменой научной парадигмы в гуманитарных науках под влиянием философии постмодернизма. Познание процессов категоризации с новой стороны, интерес к частной жизни человека и к субъективному в целом, развитие новых личностных концепций, включая теории социального конструктивизма, - все это привело к переосмыслению научных принципов изучения таких категорий, как этничность, пол и возраст, рассматривавшихся до этого как биологически обусловленные. При таком подходе возникла необходимость использовать новую терминологию, которая более точно соответствует методологическим установкам ученых, именно это и стало причиной для введения в научный оборот термина «гендер», который был призван подчеркнуть сформированный и поддерживаемый обществом характер пола, его конвенциональность и институциональность. Этот подход, естественно, способствовал изучению лингвистических механизмов выражения гендера в языке и коммуникации [5].

Преодоление прямолинейной интерпретации гендера является сегодня одним из важнейших условий изучения различных гендерных аспектов языка и коммуникации, а параметрирование мужественности и женственности с позиций гендерной и когнитивной лингвистики должно принимать во внимание специфику реализации в языке гендерных стереотипов.

Каждая лингвокультура характеризуется наличием гендерной картины мира, включающей такое представление человека о реальности, когда вещи и отношения классифицируются в виде бинарных оппозиций, элементы которых могут ассоциироваться с женским и мужским началом. Стереотип, который связан с мужским началом, прежде всего это - «формирование своего смысла жизни, своей культуры и общества, а с женским

- репродуктивность и сфера природы. Женская социальная динамичность по сравнению с мужской значительно ниже. Однако с течением времени их ролевые функции

могут измениться» [5].

Как системный (языковой), так и коммуникационный уровень языка имеет тендерную специфику. Системный уровень включает разного рода асимметрии, словообразовательные и смысловые лакуны. Что касается уровня коммуникации, то это частотность использования тех или иных форм, предпочтения масс или отдельных индивидуумов, детерминированные лингвокультурологи-ческими факторами.

Названные направления не сменяли друг друга, а «переходили» из одного в другое, и в настоящее время продолжают сосуществовать, в ряде случаев конкурируя друг с другом. Под разным углом зрения они изучают следующие группы проблем [6]:

1. Язык и отражение в нем пола: лексику, номинативную систему, категорию рода, синтаксис и некоторых подобных объектов. Цель подобного подхода состоит в объяснении и описании того, как манифестируется в языке присутствие людей разного пола, а также какие качества и оценки приписываются женщинам и мужчинам, в каких тематических областях языковой картины мира они больше всего распространены и как работают гендерные стереотипы.

2. Письменное и устное речевое поведение как мужчин, так и женщин.

В ходе исследования лингвистической маркированности гендерного признака нами было установлено, что в речевом поведении женщина ориентируется на «открытый социальный престиж», то есть на общепризнанные нормы социального и речевого поведения, в то время как мужчина тяготеет к так называемому скрытому престижу - к отклонению от установленных норм и правил общения. Вследствие этого женщины склонны к использованию в своей речи эвфемизмов. Они стараются избегать элементов панибратства, прозвищ, инвективной лексики. Женщина в своей речи чаще применяет конкретные существительные, а мужчины - абстрактные; мужчины чаще используют глаголы активного залога, женщины - пассивного. Это объясняется более активной мужской жизненной позицией. При этом мы установили, что с повышением уровня образования различия в речи становятся менее заметными [4, с.129]. Если анализировать английский язык, то одной из характерных черт женской речи является использование оценочных прилагательных. Мужчина, если и применяет оценочные прилагательные, то скорее те, которые определяют параметрические и количественные отношения. По мнению Л. Хиршман, женщина скорее употребит «awful» или «pretty», чем «very» и «so» [7]. В женской речи гораздо чаще присутствуют вводные слова, выражающие различную степень уверенности, ссылки на собственное или чье-либо мнение. Например, «probably, possibly, certainly, I think, I suppose; you see, to seem, to my mind». Данные слова находятся обычно в начале предложения. Женщины гораздо чаще мужчин используют конструкцию «You know». Более частотное применение единиц аффектированной лексики («awfully pretty», «terribly nice» - страшно симпатичный), различных интенси-фикаторов, частиц или восклицательных предложений («What lovely earrings!» - Какие прелестные сережки!) связано с огромной эмоциональностью женской речи. В речи женщины обнаруживается и более глубокая гиперболизация, а кроме того выше частота использования стилистических тропов: «I'd just die» (Я просто умерла бы) [7]. У мужчин при передаче оценки или эмоционального преобладает использование слов с меньшей эмоциональной индексацией и однообразие лексических приемов. При анализе вербального поведения полов стоит обратить внимание на синтаксический языковой уровень. По причине повышенного эмоционального уровня у женщин у них более высокая встречаемость инвертированных и эллиптических. В английском языке женщины и мужчины образуют свои предложения по-разному, например, в речи мужчины часто можно встре-

106

Baltic Humanitarian Journal. 2017. Т. 6. № 4

тить сложный, запутанный синтаксис. Мужчина обычно вводит одно предложение в другое, вкладывает их друг в друга. Женский синтаксис - слова идут по порядку, друг за другом. О. Есперсен называет это координацией, то есть мужчинам свойственен гипотаксис, а женщинам паратаксис [8]. Тем не менее, следует помнить об отсутствии резких границ между мужской и женской речью в английском языке. Отмеченные особенности мужской и женской речи определяются как тенденции применения. Очень часто те или иные явления, обнаруженные в речи как мужчин, так и женщин, связаны с особенностями их характера, психического склада, профессии, социальной роли, но не с различием по полу. В рамках гендерной маркированности языка прежде всего следует рассмотреть лексический языковой состав, так как на лексическом уровне более отчетливо проявляются гендерные характерные черты того или иного языка. Изначально речь шла только об андроцентризме и доказательстве его нахождения в языке и культуре: язык не только ан-тропоцентричен, но и андроцентричен, то есть отражает мужскую перспективу и ориентирован на представителей мужского рода. В любом языке можно обнаружить признаки андроцентричности по причине особенностей развития человечества с исторической точки зрения. Но степень ее интенсивности и выраженности может варьироваться от одной культуры к другой и, следовательно, от одного языка к другому [8]. Например, в английском и немецком языках для обозначения мужчины и человека используется одна и та же лекксема (man, Mann). Если рассматривать манифестацию фемининности и маскулинности в русском языке, то можно увидеть, что - хотя русскому языку также присущ андроцентризм - манифестируется он не так отчетливо. Деривационные возможности и у слова man, и у слова Mann гораздо шире, чем у русской лексемы мужчина. Если проанализировать лексикографические труды то можно увидеть, что слово man обладает значительно большим числом связанных сочетаний, чем русское слово мужчина - manlike, manliness, manhood [9]. К гендерно-маркированной лексике относятся те лексические единицы, в чьих значениях «гендерный» компонент реализуеся более контрастно. Гендерная маркированность того или иного языка проявляется посредством:

1. Личные местоимения, конструирущие гендер в языке, пронося его с собой самым естественным образом - речи или в любом варианте разговора. Не имея на себе гендерной маркировки в субъективной форме (местоимения маркируют гендерную оппозицию лишь в третьем лице, и не являются носителями гендера сами по себе в других лицах), они могут поддерживать понятие гендера, исполняя одновременно и другую функцию.

2. Применение лексем, соотносимых с мужчинами или женщинами с помощью своей внутренней формы: father, mother, daughter, son, bride, groom, king, queen; Fater, Mutter, Sonn; отец, мать, дочь, сын, жених, невеста, король, королева.

3. Применение слов и словосочетаний, имеющих огромное количество в своем составе единиц с «гендер-ным компонентом», указывающим на пол референта:

а) В английском языке такие слова или словосочетания включают в себя следующие компоненты: man, woman, boy, girl (sex-specific words): alderman, manservant, manat-arms, gentlemanlike; woman's grace, womanliness, girlhood, wifely.

б) Фразеологические единицы, которые соотносятся с мужчиной или женщиной: Achilles' heel (ахиллесова пята), drunk as а lord (пьяный как сапожник), doubting Thomas (Фома неверующий, скептик), good Joe (хороший парень), wise as Solomon (мудрец); old wives' tales (бабьи сплетни, бабушкины сказки).

Анализ показал, что в русском языке в большинстве случаев коллокации, которые относятся к референтам-женщинам, включают в свой состав имена существительные женского рода, а коллокации, относящиеся к

референтам - мужчинам, имена существительные мужского рода: здоровый, как бык; неуклюжий, как слон, шут гороховый; злая, как ведьма, кисейная барышня. В отличие от английского и немецкого языков в русском языке основную роль в гендерной маркированности играет категория рода. В русском языке категория грамматического рода широко распространена. Каждое существительное (одушевленное или неодушевленное) в составе своих сем, определяющих его грамматическую сущность, имеет сему рода -женского, мужского или среднего. Категория грамматического рода ранее была некогда присуща существительным древнеанглийского периода. Историческое развитие морфологии английского языка привело исчезновению категории рода, которая на данном этапе развития языка лишена морфологических средств выражения. Стоит упомянуть о таких соотношениях в системе существительных, как actor - actress, poet - poetess, ambassador - ambassadress, widow - widower, sultan - sultana, count - countess, duke - duchess. Этот способ выражения женских и мужских номинаций происходит при помощи перевода существительного в «женскую» форму с помощью суффиксов (например, -ess, -a, -trix). Но данные суффиксы не являются показателями «родовых» различий в системе английских существительных.

4. Слова, которые окружают концепты «мужчина» и «женщина». Основные группы таких единиц это: а) внешнее описание: - мужчина: handsome; отличный разворот плеч и женщина: beautiful, charming, cute, shapely figure; прелестная фигура; б) психологические качества, манеры поведения: - мужчина: rough-housing, to hide one's emotions, telling dirty jokes; хладнокровие, бестактность, грубость - женщина: nagging, crying, gossiping, capricious, blushing; болтливость, застенчивость, склонность к слезам; в) единицы, имеющие только мужских или женских референтов из-за внутренней формы, отсылающей к особенностям жизни мужчин и женщин: - мужчина: to serve in the army; защищать родину - женщина: bear children, to be pregnant; материнство, беременность; г) невербальное поведение. Различия по полу, которые отражаются в невербальном поведении, привели к тому, что отдельные жесты и даже стили невербального поведения стали оцениваться как женские и мужские, вне зависимости от реального пола их исполнителя. Например, типичным мужским жестом является жест «rub one's hands [with pleasure]» («потирать руки»), при помощи которого жестикулирующий передает свои положительные ожидания.

Что касается немецкого коммуникативного поведения с точки зрения гендера, то мы заметили следующее.

В то время как мужской и женский стили коммуникативного поведения функционируют в пределах своих собственных закономерностей, в немецкой лингвокуль-туре возникают проблемы тогда, когда оба языковых мира встречаются друг с другом. В статусно-ориентированном поведении немецких мужчин ключевой целью является «независимость», так как раздавать приказы -это первичное средство обоснования высокого статуса, а получать приказы - это признак более низкого статуса. Поэтому предложения со стороны женщин типа «Wollen wir nicht», «Lasst uns» часто рассматриваются мужчинами как приказ - они чувствуют ограничение своей свободы и независимости. Женщина в таком случае бывает смущена и удивлена, так как она своей вступительной фразой хотела что-то предложить, а не приказать. Мужчины в свою очередь заменяют типично женские вводные фразы прямым объявлением своего намерения. Выражения типа «Ich mache jetzt...» часто содержат имплицитный вопрос «Machst Du mit?», не распознав который женщины чувствуют себя «вне игры». Проблемы во взаимопонимании часто связаны и с тем, что мужчины предпочитают больше молчать, а женщины говорить. Для женщин важным способом укрепления отношений со своим партнером является беседа о важных и мало-

Kovaleva Elena Yurievna, Ezhgurova Anastasia Anatolievna, Nikitenko Tatiana Vladimirovna and others philological

A COMPARATIVE ANALYSIS OF GENDER MODELS OF SPEECH ACTIVITY IN ENGLISH ... sciences

значительных вещах, тогда как мужчины видят в этой чрезмерной болтливости нарушение сферы их личного пространства и потерю чувства независимости [6]. Еще одно различие стилей речевого поведения заключается в том, что мужчины предпочитают говорить прямо, а высказываниям женщин присуща косвенность. Примером косвенного стиля речи может послужить модель коммуникативного поведения женщины на собеседовании, взятый нами из книги Маргит Хертляйн «Женщины говорят иначе». Произнеся фразу «Ich glaube, dass ich ganz gut in Buchführung bin», женщина не получила работу. По мнению автора, такие слова и выражения как: ich glaube, ich denke, ich würde gerne, ich weiß nicht, ob Sie damit etwas anfangen können, vielleicht, anscheinend, ein bisschen, irgendwie или oder? в конце предложения, -расцениваются мужчинами как неуверенные и неопределенные, поскольку они, в отличие от женщин, практикуют прямой стиль речи [2]. Как считает Д. Таннен «женщины склонны выражать свои желания не конкретно, а с использованием наводящего вопроса, для того чтобы выяснить, что могло бы понравиться другим участникам коммуникации. Они привыкли учитывать интересы партнера и формулировать высказывания открыто, с целью принятия совместного решения» [6]. Так как мужчины заявляют о своих потребностях более прямо, они часто не в состоянии распознать метасообщение в высказывании женщин. Например, на вопрос жены «Würdest Du gern irgendwo anhalten, um was zu trinken?» муж обоснованно отвечает «Nein» и не останавливается. В результате намек жены на то, что она охотно бы где-нибудь передохнула, не был понят. Для женщины в подобной ситуации очевидно, что она проявила интерес к желаниям собеседника, тогда как мужчины данный способ коммуникативного поведения рассматривают как «игра в игру». В исследованиях зарубежных лингвистов выделяются и другие гендерные особенности коммуникативного поведения. Например, что касается хода беседы, то женщины демонстрируют стремление следовать теме дискуссии, соглашаться с партнером. Мужчины, напротив, игнорируют тему своего партнера, ссылаются на другую информацию и постоянно используют свою позицию в качестве отправной точки [9]. Ильзе Ленц установила некоторые лингвистические стратегии, которые женщины используют для достижения своих целей. К таковым она относит употребление особо вежливых фраз и эмоциональных элементов, которые пользуются успехом у мужчин. С помощью нежной, чуткой манеры разговора женщины определенно достигают своих намерений [4, с. 96]. Женский стиль беседы ориентирован на кооперативность. Это проявляется в стремлении женщин следовать теме беседы, развивать ее и игнорировать те суждения, которые могут расстроить беседу. Кроме того женщины используют вопросы, которые демонстрируют интерес к мнению собеседника и помогают развивать дискуссию. Женщины используют в беседе больше частиц (mhm, ja, genau), чтобы продемонстрировать свою заинтересованность, одобрить собеседника и подвигнуть его на дальнейшее развитие беседы. В разговоре женщин смена говорящего происходит гораздо чаще, поскольку женщины взаимно уступают эту роль друг другу через прямое обращение или ссылаясь на ранее сказанное. Мужской стиль коммуникативного поведения являет собой полную противоположность женскому стилю. К особенностям мужского стиля речи К. Шмидт относит: ориентирование на некооперативное поведение вместо кооперативного; долгие монологи вместо частой смены говорящего; презентация собственного знания оказывается существеннее, чем развитие и разработка общей темы - каждый расставляет индивидуальные тематические акценты, не особо соглашаясь с предыдущими высказываниями; поведение предельного доминирования; частые прерывания собеседника; громкая манера разговора; повторения и постановка тем [10, с. 73-90]. Если говорить о длительности веде-108

ния беседы, то мужчины говорят больше, чем женщины. Кроме того мужчины произносят больше критических, аналитических высказываний, тогда как женщины употребляют больше поддерживающих, одобряющих замечаний (например, междометия mhm, oh, uh-huh или «Ja, wirklich, das wusste ich nicht»), демонстрируют согласие или нерешительность, часто в форме вопросов. Как показывают результаты исследований в области гендерной лингвистики, различия между мужским и женским коммуникативным поведением обнаруживаются на всех языковых уровнях. Сторонники феминистского направления говорят в этом отношении о различных «языковых регистрах». Их можно свести к следующим пунктам: 1. Женщины чаще, чем мужчины выбирают формулировки, которые смягчают их высказывания. С одной стороны это происходит за счет использования уменьшительных форм, с другой стороны за счет связующих элементов в начале или конце предложения. Такими смягчающими формулировками являются, например, фразы «Es scheint, daß...», «Ich würde sagen, daß...», «Ist es nicht so, daß...?», «...nicht wahr?» в заключение высказывания или фразы преуменьшения своих заслуг «Ich bin eben nur eine Hausfrau», «Das ist nur so eine Idee von mir». Другой возможностью смягчения являются косвенные, опосредованные выражения типа «man könnte sagen, daß...» или «wenn Du dir das recht überlegst...». Такие фразы дают женщинам возможность отступления, а собеседнику такая манера разговора предоставляет возможность самому решать, насколько обязательными для него являются эти высказывания. 2. Женщины охотно уступают мужчинам возможность выбирать тему разговора. Поэтому не удивительно, что в смешанных группах в разговоре преобладают темы, инициируемые мужчинами. Женщины их часто поддерживают и развивают, тогда как темы, инициируемые женщинами часто не находят отклика у мужчин и скоро прерываются. 3. Женщины в меньшей степени используют вульгарные выражения, чем мужчины. Они ругаются реже и выбирают при этом безобидные слова. 4. У женщин другой лексический запас слов, чем у мужчин. Однако в традиционно женских темах разговора, таких как домашнее хозяйство, воспитание детей, а также мода, их выражения точнее, чем у мужчин. 5. Женщины позволяют чаще перебивать себя, чем мужчины. Они чаще молчат и формулируют свои высказывания в вопросительной форме. 6. Наконец, женщины чаще, чем мужчины соглашаются с аргументами собеседника. В зависимости от ситуации может также происходить так, что мужчины используют «женский», а женщины «мужской» языковой регистр. Это может иметь место, прежде всего, в коммуникативных ситуациях, где наблюдается сильное давление власти. Так при разговоре с начальником скорее используется «женский» регистр, а с подчиненным - «мужской». В заключение стоит сказать, что перечисленные различия между коммуникативным поведением мужчин и женщин являются основными типичными тенденциями, и исключений имеется достаточно. С точки зрения социальной теории гендерных ролей различия в поведении мужчин и женщин связаны с теми ролями, которые им приписывает общество. Чтобы удовлетворить этим ожиданиям лица обеих полов усваивают соответствующие образцы коммуникативного поведения и ведут себя в соответствии с этими ожиданиями.

Таким образом, можно сделать вывод, что язык зафиксировал патриархальную установку: в нем прочно закрепились стереотипы, согласно которым женщине присущи многие пороки, поэтому сравнение с ней мужчины - всегда несет негативную окраску: болтлив, любопытен, кокетлив, самовлюблен, капризен, истеричен как женщина, женская логика; женщину же сравнение с мужчиной только украшает: мужской ум, мужская хватка, мужской характер. Поэтому в тех случаях, когда необходимо отрицательно охарактеризовать референта Baltic Humanitarian Journal. 2017. Т. 6. № 4

с мужскими признаками, прибегают к переносу оценочных признаков, стереотипно приписываемых женщинам. Если же оценочные признаки референта-мужчины переносятся на референта-женщину, то эмоциональная оценка из нейтральной переходит в положительную [5]. Таким образом, лингвистический аспект генде-ра является актуальным направлением в лингвистике. Лингвистические исследования способов выражения пола в языке на всех его уровнях, взаимосвязи выражения пола и приписывания ему оценки, описание гендер-ных стереотипов позволяют описать, не только антропо-центричную систему языка, но и изучить возможности и границы ее подсистем, связанных с мужественностью и женственностью как двумя ипостасями человеческого бытия.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Горбунова, М.Ю. Языковое выражение этнической и гендерной предвзятости в английском и русском языках: лингвопрагматический аспект [Текст]: автореф. дис. ... канд. филол. наук / М.Ю. Горбунова.

- Краснодар, 2008. - 22 с.

2. Дамадаева, А.С. Психологические аспекты изучения гендерных стереотипов [Текст]/ А.С. Дамадаева// Вестник интегративной психологии. Часть IV. - М., 2010. - Вып. 8. - С. 23 - 30.

3. Витлицкая, Е.Я. Лингвистическая репрезентация гендерных стереотипов в рекламе (на материале англоязычных и русскоязычных текстов) [Текст]: автореф. дис. ... канд. филол. наук / Е.Я. Витлицкая. - Волгоград, 2005. - 19 с.

4. Земская, Е. А. Особенности мужской и женской речи [Текст] / Е. А. Земская, М. А. Китайгородская, Н. Н. Розанова // Русский язык в его функционировании. Коммуникативно- прагматический аспект / под ред. Е. А. Земской и Д. Н. Шмелева. - М., 1993. - С. 90-136.

5. Кириллина, А. В. О применении понятия «гендер» в русскоязычном лингвистическом основании [Текст] / А. В. Кириллина // Филологические науки. - 2000. - №3.

- С.18-27.

6. Кирилина, А.В. Мужская и женская речь [Текст] / А.В. Кирилина // Словарь гендерных терминов / под ред. А.А. Денисовой. - М.: Информация - XXI век, 2002. - С. 151-154.

7. Eubanks, S. Unterschiede im Gesprächsverhalten von Männern und Frauen [Текст] / S. Eubanks // Frauensprache -Männersprache. Ein Arbeitsbuch zur geschlechtsspezifischen Sprachverwendung / Schramm, H. - Frankfurt am Main: Moritz Diesterweg GmbH & Co Verlag. - 1981. - S. 32-35.

8. Гречушникова, Т.В. Загадки гендерной идентичности в немецкоязычной женской прозе конца XX века [Текст] / Т.В. Гречушникова // Женщины. История. Общество. Тверь: Тверск. областное книжно-журнальное изд-во, 1999. - Вып. 2. - С. 158-259.

9. Lenz, I. Fühlen, Einfühlen und weibliche Sprache [Текст] / I. Lenz // Frauensprache - Männersprache. Ein Arbeitsbuch zur geschlechtsspezifischen Sprachverwendung / Schramm, H. - Frankfurt am Main: Moritz Diesterweg GmbH & Co Verlag, 1981. - S. 96-97.

10. Кирилина, А.В. Гендер: лингвистические аспекты [Текст] / А.В. Кирилина. - М.: Ин-т социологии РАН, 1999. - 189 с.

11. Hertlein, M. Frauen reden anders. Selbstbewusst und erfolgreich im Jobtalk [Текст] / M. Hertlein. - Rowohlt, 1990. - 128 S.

12. Pusch, L. F. Das Deutsche als Männersprache [Текст] / L. F. Pusch // Linguistische Berichte. - Frankfurt / M.: Suhrkamp Verlag, 1981. - S. 59-74.

13. Schmidt, C. Dieser Emil immer destruktiv. Eine Untersuchung über weibliches und männliches Kommunikationsverhalten in studentischen Kleingruppen [Текст] / C. Schmidt // Die Geschlechter im Gespräch / Günther, S.; Kotthoff, H. - Stuttgart: Metzler Verlag, 1992.

- S. 73-90.

14. Tannen, D. Du kannst mich einfach nicht verste-

hen [Текст] / D. Tannen. - Frankfurt am Main, Wien: Büchergilde Gutenberg, 1990. - S. 342.

15. Trömel-Plötz, S. Feminismus und Linguistic [Текст] / S. TrömelPlötz // Feminismus. Inspektion einer Herrenkultur. Ein Handbuch. - Frankfurt/ Main, 1983. - S. 3351.

16. Wald, R. Professionelle Interaktion und Kommunikation. Zur Sozialisierung junger Frauen und Männer in Verkaufsberufen [Текст] / R. Wald. - Frankfurt am Main: Westdeutscher Verlag, 1987. - S. 58.

17. Werner, F. Qualitative Gesprächsanalysen. Ergebnisse und Hypothesen [Текст] / F. Werner // Frauensprache -Männersprache. Ein Arbeitsbuch zur geschlechtsspezifischen Sprachverwendung / Schramm, H. - Frankfurt am Main: Moritz Diesterweg GmbH & Co Verlag. - 1981. - S. 35-36.

Статья поступила в редакцию 30.09.2017

Статья принята к публикации 26.12.2017