Как победить старость

Как победить старость

Геронтология

Сергей Пузин

советский и российский учёный, академик РАМН, академик РАН

Елена Кузнецова

онколог, зам.гл.врача Моники им.Владимирского

Евгений Ачкасов

Заведующий кафедрой лечебной физкультуры и спортивной медицины, профессор кафедры госпитальной хирургии №1 Первого МГМУ им. И.М. Сеченова, д.м.н.

Алена Миронова-Ходорович:

Программа «Образ времени». Сегодня у нас в гостях академик Сергей Никифорович Пузин, Елена Кузнецова – заведующая отделением онкологии центра МОНИКИ, и Евгений Евгеньевич Ачкасов, завкафедрой спортивной медицины, доктор медицинских наук, профессор, лауреат Государственной премии.

Сергей Пузин:

Е. Ачкасов – наше все в спортивной медицине. Если мы говорим «спорт и медицина», мы сразу вспоминаем Ачкасова. Надо отдать должное, что его кафедра, в коей он меня тоже причисляет к своей команде, я являюсь профессором его кафедры, и считаю за честь. Он готовит наших спортивных врачей для всех сборных, практически.

Алена Миронова-Ходорович:

А почему у нас, кстати, в сборных очень много иностранных врачей?

Евгений Ачкасов:

Нет, у нас в сборных не много иностранных врачей. В наших сборных работают выпускники наших вузов. Да, действительно, привлекаются иностранные специалисты. Даже больше не в сборные, а в профессиональные футбольные клубы. Действительно, там они есть, но, я бы не сказал, что их «так много».

Алена Миронова-Ходорович:

Наши врачи на уровне?

Сергей Пузин:

Даже выше.

Евгений Ачкасов:

Мы стараемся. Мы стараемся готовить. Наша спортивная медицина пережила тяжелый период, когда был сложный социально-экономический период в стране, а спортивная медицина была в то время на вторых ролях, потому что было не до спорта и было не до в спортивной медицине. Многие лидирующие позиции отечественной спортивной медицины были утрачены в мировом масштабе. Сейчас мы все восстанавливаем, и, действительно, уделяется все больше и больше внимания. Крупные спортивные мероприятия, которые проводятся у нас в стране, тоже мобилизуют спортивных врачей, медицинские вузы на подготовку, на развитие именно спортивной медицины.

Алена Миронова-Ходорович:

А у нас же опять есть ГТО?

Евгений Ачкасов:

Конечно. Появляется ГТО, тоже находится в сфере спортивной медицины. Появляются новые медицинские технологии, различные кардиостимуляторы, трансплантация органов. Физические возможности людей с перечисленными ситуациями тоже находятся в сфере спортивной медицины. Мы сегодня говорим, и наша основная тема – это 25-летие кафедры медико-социальной экспертизы и гериатрии, которую возглавляет академик Пузин Сергей Никифорович. Это как раз в тему того, о чём я говорил, потому что человек, приобретший определенное заболевание, обязательно подлежит медико-социальной реабилитации. Не только пожилой человек, но с любыми заболеваниями. Возможности социализации, возвращения человека к труду, возвращения человека к спортивной деятельности, к профессиональной деятельности, – это то, что находится в ведении Сергея Никифоровича, кафедры, с которой мы активно сотрудничаем, взаимодействуем. Поэтому я хотел бы перейти к теме.

Алена Миронова-Ходорович:

Сергей Никифорович, кстати, увеличился пенсионный возраст. Болезней становится меньше?

Сергей Пузин:

Как он представил хорошо! Это надо записать и обязательно рекламировать, потому что я стал уже юным пенсионером, и, оказывается, после рекламы имею шанс опять пользоваться определенным спросом и интересом. Вообще, если говорить, нас правительство поддержало, на 5 лет нас всех омолодило. Это является бодрым механизмом для всех нас, в частности, и для медиков.

Алена Миронова-Ходорович:

Здоровье от этого улучшилось?

Сергей Пузин:

Хотелось бы, чтобы оно улучшилось. Было бы неплохо, если бы все те национальные проекты, которые имеют место, и про которые мы их слышим из уст нашего глубокоуважаемого президента, выполнялись. Всегда говорят, что есть национальный проект, но, к сожалению, как говорится, некоторые герои недоработали. Было бы очень хорошо, если бы все герои, которые участвуют в процессе, выполняли бы национальные проекты, и тогда мы были бы молодыми, жизнерадостными и здоровыми.

У меня большой отрезок времени связан с Советским Союзом, я родился в этой прекрасной стране. Тогда система здравоохранения была очень сильная, хотя многие критикуют, что там было, не было, но, по крайней мере, любой гражданин Советского Союза, от Камчатки до Бреста, был уверен в том, что, если случится, то он может зайти в медицинское учреждение и ему сполна окажут соответствующую медицинскую помощь. Была надежда, что завтрашний день будет гораздо лучше, чем сегодня, и это главное. Это было очень хорошим стимулирующим моментом. А сейчас есть большая опасность. Если национальные проекты не сработают, то мы потеряем здоровье. Если мы что-то не сделаем, то, естественно. Сейчас мы, оказывается, боролись-боролись в системе здравоохранения, и сказали, что наше первичное звено никуда не годится. Мы потеряли первичное звено. Сначала мы всё рушили, крушили, уменьшали койки, объясняли, что они не нужны, пустая трата денег, а когда посчитали, то прослезились. Опять начинаем бороться. Оказывается, не хватает врачей. То был избыток врачей, а сейчас не хватает врачей. Сейчас создают условия.

Алена Миронова-Ходорович:

А куда они делись? Ведь они же учились, они же были.

Сергей Пузин:

Они были. Но, по крайней мере, государство не стимулировало стремление к врачебной деятельности. Вообще, врач – это призвание; если он выбрал эту специальность, то его надо поддерживать, потому что участие врача в продлении жизни населения имеет большое значение. Здоровый человек дает больше национального продукта, а если он не будет давать национальный продукт, то мы будем жить не очень хорошо и в пятерку сильнейших не попадем. Поэтому нужно все делать для того, чтобы наше население было уверено, что государство будет о нем заботиться. У нас будет доступность медицинского обеспечения.

Алена Миронова-Ходорович:

Скорая не 4 раза в год, а когда надо.

Сергей Пузин:

Когда надо. Лекарственное обеспечение должно тоже быть бесплатным. Когда смотришь на географическую карту, радуешься, что ты родился в прекрасной стране, богатой, богатой во всём. Богатство нашей страны определяется нашими людьми. Но, когда ты начинаешь сталкиваться в жизни, то возникают разные парадоксы. Мне повезло. Меня по жизни всегда сопровождают очень хорошие доктора, высококлассные специалисты. Есть надежда, что если возникнет необходимость медицинской помощи, то друзья окажут. Но не у всех есть такая возможность, поэтому будем надеяться.

Алена Миронова-Ходорович:

Кстати, у нас же болезни молодеют. Елена, скажите, рак сейчас помолодел? Онкология ваша тема.

Елена Кузнецова:

Очень широкий вопрос. Конечно, улучшилась выявляемость, улучшилась диагностика, совершенно новые методы диагностики введены в клинической практике. Поменялась наша жизнь, поэтому поменялся вектор, и многофакторные процессы, и экология, и продукты питания, ― всё совершенно другое даже по сравнению с тем, что было 20 лет назад. Естественно, сейчас изменился тренд, обратили внимание на стариков. Если те же 20 лет назад было непонятное отношение к старикам, и старческий возраст начинался чуть ли не с 60 лет, то продление трудоспособного возраста сейчас очень значимо, потому что новое поколение молодых докторов нуждается в наставничестве.

Я 25 лет работаю в практической медицине, и моё поколение несколько обделено тем, что многие ушли, сразу закончив институт, в бизнес, кто-то поменял профессию. Поэтому профессиональная пропасть, с которой мы столкнулись, – это либо люди, достигшие возраста, достигшие определенных позиций, академики, профессора, которые нам успели передать; но нас не так много, понимаете? А молодому поколению, которое приходит после институтов, после ординатур, – им сложно, потому что они считают людей, которым за 60, уже глубокими стариками, как бы мы не пропагандировали пожилой возраст и не говорили о том, что 60 – еще не пожилой возраст. Поэтому должна быть школа наставничества.

Мне в этом смысле повезло. Меня профессиональная судьба свела в свое время с такими маститыми академиками как, во-первых, Сергей Никифорович. Начало моего творческого пути лежит в институте трансплантологии, когда он только открылся, директором института был Валерий Иванович Шумаков. Потом я много лет работала в онкологическом научном центре под руководством Николая Николаевича Трапезникова и Михаила Ивановича Давыдова. Потом я работала в институте колопроктологии, который возглавлял академик Воробьев. Это значимые фигуры в медицинской науке, они вошли в её историю. Нам надо не забывать эпохальные моменты нашей медицинской истории, и правильно, может быть, сориентироваться на моменты, которые были исторически обозначены.

Что касается реабилитации, медико-социальной экспертизы, то еще начиная с 1930-50-х годов всё было законодательно утверждено указами правительства тех времен и все было реализовано. Люди, которые нуждались в реабилитации, могли ее получать, причём, бесплатно, в полном объеме. Некоторые моменты мы должны возродить, потому что одно дело – старость, которая сопряжена с низким качеством жизни, сопряжена с болезнями, и совершенно другое дело – активное долголетие, то, что сейчас актуально и нужно нам.

Алена Миронова-Ходорович:

Как нам сохранить здоровье? Скажите, Евгений Евгеньевич? Ваша кафедра ведь должна заниматься сохранением.

Евгений Ачкасов:

Для наших радиослушателей, наверное, будет интересна информация, которую знает каждый врач. Из чего складывается здоровье? Здоровье состоит из генетики – того, что нам заложили родители, она составляет 10-15 %. Сюда входит медицинская составляющая, врачебная сфера, сама медицина, ― тоже примерно 10 %. Другие факторы. А образ жизни, то, как мы живем – это 50 %. Экология еще вносит свой вклад в здоровье. Нам сложно модифицировать генетику, экологию, систему здравоохранения и медицину, они не от нас зависят, а образ жизни составляет 50 %, то есть значительную часть. Что вкладывается в образ жизни? Сюда вкладывается, как мы питаемся, в первую очередь.

Алена Миронова-Ходорович:

Где же нам взять нормальных продуктов-то?

Евгений Ачкасов:

Вопрос идет не о нормальности или ненормальности продуктов, а что мы можем сделать. Если нормального продукта съесть в 5 раз больше, чем нужно, то любой продукт будет ненормальным. Поэтому нет вреда от маленького десерта, но ненормально съедать 10 десертов и каждый день. Правильное, рациональное питание, правильное движение. Мы живем во время, когда мы ограничены в возможностях физической активности. Мы сюда, к вам на передачу ехали, не пешком шли. Мы все приехали на машине, на такси, кого-то метро довезло. Но мы сидели, мы мало двигались. Это тоже все сказывается. Конечно, образ жизни, здоровья, он складывается. Режим дня, как мы спим – мы тоже сейчас утеряли. Режим города вообще очень негативно сказывается.

Алена Миронова-Ходорович:

Самое правильное, во сколько ложиться спать?

Сергей Пузин:

Вовремя.

Алена Миронова-Ходорович:

Вовремя – это когда?

Евгений Ачкасов:

Вообще, есть индивидуальные особенности. Есть люди по натуре «жаворонки», есть люди по натуре «совы», и невозможно переделать кого-то. Но, в среднем, как говорят, мы должны спать 7–8 часов, это надо соблюдать. Но мы многие спим гораздо меньше, гораздо меньше. Поэтому соблюдение базовых принципов, о которых я сказал, – это гарантия здоровья. И еще интересное скажу, даже к вам обращусь. Скажите, вы с утра сегодня проснулись, вы сделали зарядку?

Алена Миронова-Ходорович:

Нет, конечно.

Евгений Ачкасов:

А вы в курсе, что нарушили федеральный закон?

Алена Миронова-Ходорович:

Да???

Евгений Ачкасов:

Да. Вы нарушили 323 федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан», где написано, что гражданин Российской Федерации обязан заботиться о своем здоровье, я сейчас не помню номер статьи. А вы не сделали зарядку, вы не позаботились. Вы нарушили федеральный закон, но мера наказания – не уголовная ответственность, а вред вашему здоровью. Вы сами себе испортили свое здоровье, не сохранили его. Я хочу, чтобы все наши радиослушатели помнили и не нарушали законодательство Российской Федерации.

Алена Миронова-Ходорович:

А вы сами делаете каждое утро зарядку?

Евгений Ачкасов:

Я тоже не идеален, но я стараюсь.

Сергей Пузин:

Опасно приглашать, когда профессор, и тем более – грамотный профессор знает и соблюдает законы.

Евгений Ачкасов:

Призываю соблюдать.

Сергей Пузин:

По крайней мере, призывает, и на кафедре старается. У него есть ходунки, так называемые, модные, для скандинавской ходьбы.

Евгений Ачкасов:

Важно – вредные привычки. Я могу точно сказать, у нас на кафедре спортивной медицины и медицинской реабилитации в Сеченовском университете ни один сотрудник ни курит. Можете прийти, опросить. Ни один не курит.

Сергей Пузин:

Кроме курева, есть другие же вредные привычки.

Евгений Ачкасов:

Мы про курение.

Алена Миронова-Ходорович:

Скажите, а насколько курение вредно?

Елена Кузнецова:

Курение, безусловно, вредно. Сейчас хорошие тренды, опять же, если сравнить с тем, что было 20 лет назад. Сейчас перестали курить в общественных заведениях, молодежь курит меньше, чем лица среднего и, так скажем, пожилого возраста – те, кто уже с привычкой курильщика и заядлые курильщики. Существуют формы онкологических заболеваний, которые зависят от курения.

Алена Миронова-Ходорович:

У меня дедушка прожил 112 лет, в прошлом году он умер, 1907 года рождения. Пил, курил, вообще всё. Ничего, прекрасно себе жил. В бодрости умер.

Евгений Ачкасов:

О таком опасно говорить в средствах массовой информации. Опасно говорить. Мы все знаем, что курение – это крайне опасно. Еще что опасно? Не просто курение, а лоббируется, ведется активная пропаганда табака. Это очень тяжелая проблема. Я в свое время был в течение 2 лет в комиссии по борьбе с табакокурением Министерства здравоохранения и социального развития, тогда оно так называлось. Мы тогда обсуждали и утверждали на комиссии картинки о вреде, которые сейчас мы все видим в магазинах, на пачках табака. Ее тогда обсуждали в Минздраве, в нашей комиссии обсуждали, и мы утверждали. Они очень правильно размещены, но я не знаю, насколько сейчас они воздействуют на людей.

Алена Миронова-Ходорович:

Не воздействуют. Правда, мой бывший муж говорит в магазине: «Я не хочу онкологию, дайте мне инсульт».

Евгений Ачкасов:

Тут другое опасно сейчас. Сейчас начинаются обходные маневры. Мы сейчас слушаем, везде по телевизору. Снюс, такие вещи.

Алена Миронова-Ходорович:

Да. Айкос и все остальное.

Евгений Ачкасов:

Да, все вещи, которые в виде различных конфет, подают в развлекательных формах для молодежи, со вкусами. Жевательный табак сейчас у нас запрещен, но находит новые формы, со вкусом фруктовым, и таким, и другим преподносится. Это очень опасно. Табачное лобби находит новые пути проникновения в массы, в население, в молодежь. Не всегда законодательство успевает бороться с этим. Поэтому очень важная проблема, о которой вы сказали. Я полностью согласен с коллегами, которые сказали, что это вообще одно из глобальных зол на сегодняшний день.

Алена Миронова-Ходорович:

Сергей Никифорович, что ваша кафедра сделала для сохранения здоровья за 25 лет?

Сергей Пузин:

Хороший вопрос. Мы сейчас занимаемся соответствующей статистикой. Во-первых, что может сделать кафедра? Подготовить специалистов. Хороший специалист – как солдат в армии, дорогого стоит. Сказать, сколько тысяч мы подготовили специалистов, трудно, но мы сейчас считаем, и в результате соответствующего подсчета мы обязательно, если вы нас пригласите, мы скажем коэффициент полезности нашей кафедры для наших медицинских сотрудников. Но одно хочу сказать: мы пришли к выводу, что появился интерес. Вы заметили, что с каждым годом к лицам пожилого возраста все больше и больше интереса?

Алена Миронова-Ходорович:

Да, даже сейчас идет «Активное долголетие».

Сергей Пузин:

Да, но главное, перед «Активным долголетием» нас всех взбодрили. Мы раньше не знали, но мы, оказывается, можем дольше жить, поэтому получаем 5 лет пенсионного возраста – подарок, что, конечно, взбодрило всех. Поэтому, хотим мы этого или не хотим, мы должны обязательно стремиться к тому, чтобы продолжительность нашей жизни увеличилась и, главное, была активной. Самое интересное для государства, чтобы мы были социально активные и были потребны. Естественно, сейчас надо думать о программах. Куда девать? Мы сейчас как начнем активно заниматься по соответствующему постановлению, по пенсионной реформе, то куда их трудоустраивать? Чем они будут заниматься? Государство должно подумать. Самозанятые лица пожилого возраста – страшная сила. Они много могли бы сделать, а главное, у них большой опыт. Очень большой опыт, который было бы неплохо использовать в мирных целях. Конечно, я хотел бы, чтобы действительно было активное долголетие, чтобы наши лица пожилого возраста могли бы с радостью встречать старость. У них уже есть одно приятное событие – они дожили до своей старости. Ведь, некоторые не знают, доживут или не доживут. А мы сделали, мы дожили до пенсионного возраста. Теперь как прожить остаток времени, сколько будет отведено? Конечно, хотелось бы по 80+ и дальше жить, и улыбаться, притом, активно. Не просто существовать, а жить и давать пользу государству. Разные люди, в зависимости от своей профессии, могут приносить соответствующую пользу.

Алена Миронова-Ходорович:

Кстати, я обратила внимание, что пожилые люди, которые занимались сначала работой, потом внуками, когда становятся не нужны, они очень быстро умирают. Что с этим делать?

Сергей Пузин:

Да, я бы сказал так. Вообще, страшно у нас, в нашей стране. В каком смысле страшно? Наше государство, конечно, старается относиться к пожилым людям доброжелательно, у нас сейчас появляются программы «Активного долголетия», были и появляется какой-то интерес. Что нужно сделать для того, чтобы мы могли продлить? У нас раньше были, так называемые, дома инвалидов, сейчас их красиво назвали реабилитационные центры. Их количество довольно-таки большое. Конечно, хотелось бы, чтобы человек спокойно заканчивал свою старость у себя дома и государство создавало для него все условия, чтобы он это делал. Не то, что он достигал бы определенного возраста, а мы прятали бы его в какие-то агрегации, а должны быть созданы соответствующие условия. Чтобы, если они создаются, человек с удовольствием уходил в эти учреждения, а то у нас складывается не всегда приятная ситуация.

Алена Миронова-Ходорович:

Очень неприятная, надо сказать.

Сергей Пузин:

Да. Во-первых, создается определенная очередность. Надо работать с населением и с родственниками, чтобы родственники не очень-то стремились их отдавать, а сами бы занимались своими пожилыми, стариками.

Алена Миронова-Ходорович:

Кстати, в той же Европе есть дома дневного пребывания. Родственник, допустим, чтобы не оставлять пожилого человека одного дома, привозит его, как в детский сад, на день, вечером его забирает. Он вроде как и дома и в то же время днем он, во-первых, в социуме, во-вторых, под присмотром. То есть, если есть уже психические старческие деменции, то ничего не сделает – газ не включит, сам не потеряется.

Сергей Пузин:

Когда человек имеет болезнь, то, конечно, очень неприятно, но главное – в сознании здорового человека, что нужно заботиться. Сейчас выходит соответствующее постановление. Ох, как нехорошо, когда люди, особенно с деменцией, живут не очень весело в этих домах-интернатах, реабилитационных центрах.

Елена Кузнецова:

У нас есть регионы, где исторически сложилось так, что никто не отдает стариков. Нам даже на Европу равняться не надо.

Сергей Пузин:

Начнем с того, у нас есть страны, особенно, южные и кавказские, где нет домов-интернатов. На них надо равняться, в том в плане, что у нас в стране очень страшно. По роду моей деятельности мне очень неприятно, когда мне звонят и интересуются: куда бы устроить, в дом?.. А звонят-то люди очень уважаемые, не буду называть должности. Уважаемые товарищи, папа с мамой сделали тебя великим человеком! Крупным чиновником, крупным ученым. Ты сделай для своего родителя всё, максимум, что он сделал для тебя! Обеспечь ему прекрасную старость. Наверное, любому, пенсионеру, лицу пожилого возраста будет приятно находиться в семье. И никто мне не докажет, что именно там ему будет хорошо. Да, в дневном в плане, как вы сказали, как детский сад для лиц пожилого возраста. Вывезли, они пообщались со своими сверстниками, и опять он приехал в семью, чтобы он смотрел на внуков, на правнуков, и радовался за свою жизнь. А у нас получается: как только мы видим, что лицо пенсионного возраста достигло определенной беспомощности, то лучше не смотреть на него, избавиться и сдать. Это нехорошо. Надо что-то с этим делать и обязательно проводить такую политику, чтобы наши глубокоуважаемые пожилые люди, наши ближайшие родственники, родители чувствовали себя уверенно – что они не попадут в эти учреждения и будут доживать в своей семье, достойно и радостно.

Алена Миронова-Ходорович:

Елена, вы сказали про регионы, Кавказ. Как вы думаете, там же определенное воспитание, на Кавказе?

Елена Кузнецова:

Мне сложно сказать, потому что я всю жизнь жила в Москве, но я часто ездила, выезжала в разные регионы нашей страны. Конечно, в разных регионах относятся по-разному. Исторически сложилось так, что другое отношение в республиках Кавказа, в странах Средней Азии и к детям, и к старикам, поэтому у них есть преемственность поколений. Хорошо, когда в одной семье люди разного возраста. Другое отношение к детям, и дети, наверное, другие. Поэтому все идет по кругу.

Алена Миронова-Ходорович:

То есть, там все-таки воспитание?

Елена Кузнецова:

Конечно. Там все сложилось исторически, и такого, так скажем, неуважения нет. Многие даже говорили, когда я была в каких-то странах, что «у вас там наши худшие представители, у нас-то здесь все нормально». Я сейчас не о том, кто к нам едет. Я говорю о том, что наш жизненный уклад, даже в какой-то степени портит людей, у которых были правильные установки в детстве, у которых была заложена забота о стариках, о своих детях.

Алена Миронова-Ходорович:

Евгений Евгеньевич, как заставить себя заботиться о здоровье, ту же зарядку делать? С какого возраста родители должны научить, заставить? Они должны, это же уровень воспитания, должно быть заложено с молоком матери. Помните, раньше мы приходили в школу и делали зарядку.

Евгений Ачкасов:

Я не согласен с формулировкой «заставить заботиться». Человек должен хотеть заботиться, у него должно быть в крови.

Алена Миронова-Ходорович:

У нас, мне кажется, люди уже ничего не хотят, кроме денег.

Евгений Ачкасов:

Во-первых, вы правильно сказали: с детства формировать культуру здорового образа жизни. Может быть, сейчас у нас «здоровый образ жизни» уже оскомину набивает всем на языке, но я бы обратился к замечательному опыту нашей страны, Советского Союза. Начиная с молодого возраста активно пропагандировалась физическая активность, и это было популярно, как культ был. Вспомним, например, комплекс ГТО, мы сегодня его уже упоминали. Как в то время на Западе говорили? «Что такое ГТО? Это секретное оружие русских». ГТО, действительно, секретное оружие русских; задумайтесь, какие цитаты были в то время. Тогда не насаждали, не навязывали, не искали методы: а как бы привлечь человека заниматься спортом, физкультурой и привлечь его к сдаче нормы ГТО? Сейчас мы восхищаемся: если человек сдал ГТО – ему поощрение, баллы при поступлении в вуз, другие моменты. А раньше все стремились, это гордость была. Первый человек, который у нас получил значок ГТО, – Яков Мельников, конькобежец, и он гордился тем, что он обладатель значка ГТО. Ю. Гагарин гордился, что он обладатель значка ГТО. А сегодня мы спросим даже из нас, здесь присутствующих, кто из нас имеет значок ГТО? Ну, честно. Я не сдавал. Видите, как? Мы призываем, а сами не имеем. Поэтому у нас утрачено, и нам сейчас надо возродить увлеченность, любовь, сделать физическую активность идеологией.

Алена Миронова-Ходорович:

А какие нормы, кстати, к сдаче?

Елена Кузнецова:

Для разных возрастов всегда разные.

Евгений Ачкасов:

Мы сейчас перечислять, я думаю, нормы не будем, иначе будет очень долго. Чем отличается современный комплекс ГТО? Очень хорошая подвижка в том, что современный ГТО предусмотрен даже для детей самых младших возрастных групп, чего не было в комплексе ГТО в советский период. Есть для старших возрастных групп, для пожилых, что тоже очень важно. Сергей Никифорович говорил о пожилом человеке, что он должен вести активный образ жизни в пожилом возрасте. Так вот, в ГТО предусмотрены, и это очень хорошо, виды двигательной активности, которые, действительно, адаптированы под пожилого человека. Например, скандинавская ходьба, сейчас мы про неё много слышим. Видим, что люди занимаются на улице скандинавской ходьбой. Оказывается, в нормы ГТО включена скандинавская ходьба.

Алена Миронова-Ходорович:

Неужели она что-то дает? Мне всегда казалось, что это так, чудаковатость.

Евгений Ачкасов:

Вы что! Скандинавская ходьба – замечательный вид двигательной активности! Может быть, сейчас будет интересно слушателям. Какое количество мышц включает скандинавская ходьба? При беге, обычной трусцой человек бежит, какой объем мышечной массы включается в работу? Около 50 %. Велоезда – около 70 %. А при скандинавской ходьбе, при правильной технике в работу включается 90 % мышечной массы. Разгружаются колени, суставы. Она хорошо подходит людям с избыточной массой тела, с сердечно-сосудистыми заболеваниями, для профилактики, с заболеваниями опорно-двигательного аппарата. Очень хороший вид двигательной активности, его надо использовать, максимально развивать!

Алена Миронова-Ходорович:

Сергей Никифорович, вес влияет на сохранение здоровья в возрасте?

Сергей Пузин:

Конечно, вес имеет значение. Желательно, конечно, стремиться к нормам. Существуют разные весовые категории и разный период жизнедеятельности у людей. Вес, как правило, добавляет лишних различных хронических заболеваний. При повышенном весе, как правило, у всех тучных лиц присутствует сахарный диабет со своими осложнениями, присутствуют различные сердечно-сосудистые заболевания. Не зря, когда смотрят на человека, можно сразу, в зависимости от его весовой принадлежности нарисовать ему целую кучу, если можно так выразиться, целую медицинскую карту, что у него есть. Иногда бывают исключения, но лучше лишний вес не иметь.

Алена Миронова-Ходорович:

Как это сделать? Какие советы, уважаемые доктора?

Сергей Пузин:

У нас здесь самая стройная – Елена Александровна, наверное, она и скажет, как она добивается, а потом уже Евгений Евгеньевич. Видите, женщина у нас самая передовая по соблюдению веса.

Елена Кузнецова:

Сейчас настоящая катастрофа в плане детей и подростков. Абсолютно неправильное питание дома, абсолютно неправильное питание в школе. Бесконечные сладкие продукты, хлебобулочные изделия. Абсолютное отсутствие норм потребления сахара. Огромное количество детей с сахарным диабетом I типа, как ни странно, у молодых много сахарного диабета II типа, много детей-гипертоников, много молодых гипертоников, которые тоже попадают, несмотря на возраст, в группу риска и по инфарктам, и по инсультам. Поэтому здоровый образ жизни включает в себя правильное питание. Никто не отменял подсчет калорий, баланс между белками, углеводами и жирами в пище и физическую активность. Правила одни и те же.

Евгений Ачкасов:

Елена Александровна обозначила основные векторы, а я хотел бы добавить, что важно сформировать правильное пищевое поведение у нас.

Елена Кузнецова:

У детей особенно, да.

Евгений Ачкасов:

Сформировать его очень непросто. Часто приходит человек с избыточной массой тела, с ожирением, обращается к доктору. Доктор, например, диетолог, расписывает: то нельзя, это нельзя, дома надо кушать такие продукты. На два – на три листа рекомендации. Человек приходит домой. Он хочет, настроен, а дома есть другие люди, которые не настроены. В холодильнике весь набор того, что нельзя. Это всё равно что ты не куришь, бросил курить, но оказываешься среди курильщиков – и опять начинаешь курить. Здесь точно так же. Очень тяжело. Поэтому сформировать правильное пищевое поведение не только у себя, но и в семье. Надо в семье, в ячейке если человек живет, сформировать правильное пищевое поведение. Сформировать правильное двигательное поведение, режим. Мы говорили о скандинавской ходьбе. Хорошо найти единомышленника, с кем ты будешь, особенно это важно пожилым. Почему? Потому что в более молодом возрасте люди на работу двигаются, общаются, коммуникация, а пожилой часто становится замкнут. Вроде есть и дети, есть внуки, но они на работе, не всегда уделяют внимание.

Алена Миронова-Ходорович:

«Попью-ка я чайку с булочкой и никуда я не пойду».

Евгений Ачкасов:

Сейчас формируются, мне очень нравится, ячейки пожилых людей по интересам, которые объединяются и занимаются скандинавской ходьбой. Это очень хорошо. Формирование таких ячеек позволяют человеку найти единомышленников с правильными идеями, это очень хорошо. Это поможет бороться, в том числе, с любыми заболеваниями, не только с ожирением, с различными.

Но, еще я хочу сказать. Много говорим сейчас, но мы не сказали о роли врача. Мы сейчас все хотим больше и переносим ответственность на человека – правильно питайся, правильно двигайся, даем советы. А бывает часто так, что врач нужен человеку. Есть определенные заболевания, которые надо выявить с помощью врача. Построить тренировочную программу по снижению веса – тоже врач полезен. Мы сейчас активно рекомендуем любые нагрузки, призываем заниматься тем и этим, а, может быть, у человека есть тяжелые сопутствующие заболевания, которые на фоне повышенной нагрузки могут привести к нехорошим последствиям. Поэтому я рекомендовал бы, особенно, людям старшего возраста, прежде чем радикально менять образ жизни, прийти и проконсультироваться, выстроить программу совместно с врачом. Именно спортивным врачом, врачом спортивной медицины. Абсолютно точно.

Алена Миронова-Ходорович:

У нас они разве есть в поликлиниках?

Евгений Ачкасов:

Нет, их нет, врачей спортивной медицины. Такие врачи есть во врачебно-физкультурных диспансерах, есть врачи лечебной физкультуры, которые подготовят программу и помогут. Здесь врачи-гериатры, чем занимается кафедра Сергея Никифоровича, – вообще, уникальная специальность, я должен сказать. У нас нет врача по молодежи, нет врача по среднему возрасту, а гериатр есть. У нас педиатры и гериатры для особенно уязвимых людей.

Сергей Пузин:

И остальные врачи.

Евгений Ачкасов:

Гериатр ― тот человек, который подскажет, с учетом особенностей пожилого человека, как вырабатывать, правильно строить свою жизнь, – это то, чем занимается кафедра Сергея Никифоровича.

Сергей Пузин:

Если вы, Алёна, будете нас в следующий раз приглашать, то с домашним заданием: что в холодильнике. Должны прийти с фотографиями и рассказать. Наш глубокоуважаемый профессор Евгений Евгеньевич сказал, что мы должны соблюдать, – он тоже приносит фотографии. Он же наш передовой.

Алена Миронова-Ходорович:

Ага! Перед тем, как сфотографировать, он все вытащит!

Сергей Пузин:

Нет. Он не будет знать, когда это будет. Или с выездной бригадой тележурналистов. Посещение наших передовых врачей, как они живут.

Елена Кузнецова:

Мы же не говорим, что мы образцы. Мы же призываем.

Сергей Пузин:

Но, всегда будет интересно телезрителю. Мы все говорим. А что делает врач? Как он вообще себя ведет, какой он в своем поведении? Многие говорят: не надо пить. «А я знаю своего доктора, Ивана Ивановича, он так пьет!» Как пьет, или как курит. Врач должен быть образцом. Евгений Евгеньевич правильно задает, и его кафедра является передовой. Конечно, надо следить за своим здоровьем, надо воспитывать культуру здорового образа жизни. Мы все говорим о здоровом образе жизни, но мы его не выполняем. Он правильно привел статьи, очень строгие по отношению к людям, которые не выполняют, а мы потом за это расплачиваемся. У нас, на нашем рынке появились различные недоброкачественные продукты, которые, портят и наш вес, и дают заболевания.

Алена Миронова-Ходорович:

Так натуральных продуктов практически нет. Мы покупаем кусок мяса – и непонятно, что там есть.

Сергей Пузин:

Совершенно нет. Когда почитаешь, ради спортивного интереса, что было в сельском хозяйстве во время Советского Союза и что у нас творится сейчас, допустим, по поголовью того же скота, то, даже небольшой подсчет, откуда берутся молочные продукты? Масло, сыр – откуда? Допустим, поголовье уменьшилось в 10 раз, в 15, а продуктов у нас изобилие. Я понимаю, что мы покупаем, а насколько качественное покупаем? Качественные ли продукты? Есть большая опасность приобретения мяса, приобретения масла. Появились передачи, где нас предупреждают: покупайте этот продукт. Я думаю и надеюсь, что это не рекламные ролики, не заход соответствующих производителей сосисок, кур или яиц, масла, сыра.

Елена Кузнецова:

У нас сейчас законодательно хотя бы закрепили норму.

Сергей Пузин:

Хотелось бы, чтобы это было действительным. Недаром, когда появляются дети, – самое дорогое, что у нас есть, – их стараются отвезти в деревню и там соответствующим образом покормить. Надо отдать должное, наш профессор Евгений Евгеньевич в этом в плане передовой. Он балует сотрудников кафедры. Он рассказывает и показывает живой пример, потому что его кафедра дружит с разными регионами, где есть различные пищевые продукты. Он балует своих сотрудников.

Сергей Никифорович – мудрый человек, я за ним кое-что подсматриваю. Знаете, что я подсмотрел за ним главное? Я всегда удивлялся. Думаю: как мы проводим, у нас часто праздники, корпоративы, как мы отмечаем? Как отмечаем? Ресторан, танцы, спиртное, всё ломится. Уходишь – большинство еды остается и даже не съедается. Потом не знаем, как в себя прийти. А что он делает? Я подсмотрел и перенял от Сергея Никифоровича, от кафедры, очень мудро. Сергей Никифорович на праздники свою кафедру выводит в театр. Корпоратив театрального формата. Это очень правильно. Мы должны пересматривать то, как мы проводим свободное время, отмечаем праздники, в этом тоже воспитание. У нас на кафедре никто не курит, у нас нет корпоративов, у нас есть праздничные театральные вечера. Да, мы выходим в театр всей кафедрой. Сергей Никифорович показал пример, и мы берем пример. У нас нет застолий, а мы приходим в театр, где легкий фуршет. Это тоже пример, как правильно воспитывать приверженность к здоровому образу жизни. На каждом маленьком примере можно приводить, и всё вкупе складывается в формирование правильного пищевого поведения, правильного двигательного поведения и правильного вообще образа жизни, что ли.

Сергей Пузин:

Сейчас я только что поймал себя на мысли. Что предложил профессор? Переводить продукты в искусство.

Алена Миронова-Ходорович:

От хлеба отказаться, оставить одни зрелища.

Сергей Пузин:

При повышенном весе, естественно. Тем, кто имеет потерю веса, конечно, отказываться нельзя, а тем, кто, как я, с повышенным весом – тем искусство. В кино, в театр. Продукты не употреблять.

Елена Кузнецова:

А приусадебные участки? Это святое.

Сергей Пузин:

Да, это святое. Во-первых, спасибо, что вы нас пригласили. Я еще раз хочу подчеркнуть, что тема интересна не только нам, но и нашим слушателям. Я думаю, что в следующий раз мы будем просить Евгения Евгеньевича, потому что их кафедра занимается соответствующими стандартами. Он, перечислял, что влияет на активное долголетие, что нужно делать, может быть, мы будем приводить примеры, как надо двигаться, как надо питаться, что надо делать. Потому что, действительно, здоровье складывается из многих факторов. С учетом того, что сейчас лекарства дорогие, иногда некачественные, иногда бывают подделки, то свое здоровье лучше сохранять и не подвергать его разным излишествам. Было бы неплохо нашим телеслушателям, телезрителям услышать, что есть новое в медицине, что есть новое в разработке. Кафедра Евгения Евгеньевича в этом плане очень передовая. Она занимается не только спортивной медициной, но и спортивным питанием. У нее есть различные подборки питания для лиц разной категории, в том числе и для пожилых, притом, даны различные, сделаны акценты при различных заболеваниях. Есть, о чем поговорить.

Алена Миронова-Ходорович:

На сегодня наша беседа закончилась. Я вас благодарю за то, что пришли!

Евгений Ачкасов:

Спасибо вам!

Сергей Пузин:

Спасибо!

Елена Кузнецова:

Спасибо!

Алена Миронова-Ходорович:

Это была программа «Образ времени».