Книга Н. Ф. Каптерева «Патриарх Никон и его противники в деле исправления церковных обрядов. Время патриарха Иосифа» и ее критика современниками

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 930/94(470)“16/18”

Д.В. Гусев

КНИГА Н.Ф. КАПТЕРЕВА «ПАТРИАРХ НИКОН И ЕГО ПРОТИВНИКИ В ДЕЛЕ ИСПРАВЛЕНИЯ ЦЕРКОВНЫХ ОБРЯДОВ. ВРЕМЯ ПАТРИАРХА ИОСИФА»

И ЕЕ КРИТИКА СОВРЕМЕННИКАМИ

Рассматриваются реакция и критические замечания ученых на выход в свет первого издания книги Н.Ф. Каптерева «Патриарх Никон и его противники в деле исправления церковных обрядов...».

Ключевые слова: Н.Ф. Каптерев, Н.И. Субботин, раскол, перстосложение, старообрядчество.

В последние десятилетия переизданы многие труды наших дореволюционных историков. И это не случайно: несмотря на большие успехи советской историографии в изучении социальноэкономических и политических аспектов русской истории, многие вопросы духовного и именно церковного характера остались практически на том же уровне разработки, на каком их застала революция. В связи с этим особенно интересны работы церковных историков, ведь церковно-историческая наука в Российской Империи переживала расцвет. Так, в 2003 г. была переиздана книга профессора Н.Ф. Каптерева «Патриарх Никон и его противники в деле исправления церковных обрядов. Время патриарха Иосифа»1. Книга вышла небольшим тиражом, и её нынешнюю публикацию почти никто не заметил. А между тем сто с лишним лет назад, при первом её издании, ситуация сложилась совершенно иная. Напечатать её успели только в количестве 400 экземпляров. Но даже эти вышедшие экземпляры нашли большой отклик в историографии. Современники за редким исключением отнеслись критически к вышедшей книге, но объективное развитие исторической науки показало оправданность многих положений Н.Ф. Каптерева2.

Интересующая нас книга увидела свет в 1887 г. Собственно, рассмотрение времени патриарха Иосифа задумывалось как первая часть исследования. Но замыслу не суждено было сбыться. Печатание тиража было остановлено, а дальнейшее развитие концепция автора получила уже в следующем труде «Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович». Так и осталось у книги двойное и несколько обманчивое название.

Чем же вызван интерес Н.Ф. Каптерева к затронутой проблеме? Чтобы ответить на заданный вопрос, необходимо выяснить, какие задачи ставил перед собой ученый в процессе исследования и под каким углом рассматривал события. Здесь уместно обратиться к последующей работе Н.Ф. Каптерева «Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович», так как именно в ней он резюмирует итоги предыдущих исследований. В работе уже в самом названии видны два определяющих сюжета: это власть государственная и власть церковная.

В первом томе вышеуказанной работы ученый так определяет задачи исследования: «Задача настоящего исследования состоит в том, чтобы, с одной стороны, представить Никона как церковного реформатора, со всеми сопровождающими обстоятельствами; с другой - показать те особые отношения Никона к светской государственной власти, в какие он в своем лице поставил патриаршую власть и какие потом он всячески старался обосновать, защитить как законные уже и после оставления им патриаршей кафедры. Решение первой задачи составляет содержание первого тома, решение второй задачи войдет в содержание второго тома»3. Итак, «представить Никона как реформатора», то есть открыть механизмы действия церковной власти, показать, что она из себя представляла в XVII в. Но прежде чем изучать время реформ, необходимо выяснить, что к ним привело и какая для них была подготовлена почва. Это и составляло цель первой работы Н.Ф. Каптерева «Время патриарха Иосифа». «Значение Никона как реформатора может быть правильно понято и оценено только с тем необходимым условием, если будет установлен правильный взгляд на время, непосредственно предшествовавшее Никону, то есть на время патриаршества Иосифа»4. «Время патриарха Иосифа несомненно было подготовительным временем и для реформы Никона. Первоначальные общие основы церковной реформы Никона были заложены еще в патриаршество Иосифа, и Никону пришлось потом только продолжить и шире развить то, что началось при Иосифе»5.

Книга состоит из шести глав, и каждая последующая глава как бы сужает социальный круг предыдущей, проводя, таким образом, линию от социальной истории, захватывающей широкие слои насе-

ления, к истории более узкой, а именно истории царского окружения. Так, в первой главе говорится об изменении отношений к белорусам и малороссам на более благоприятные при патриархах Иосафе и Иосифе, при которых в Москву был вызван ряд ученых-киевлян, во второй - об отношениях к грекам после потери их государственной независимости и принятия Флорентийской унии. Третья глава повествует о необходимости книжных исправлений при патриархе Иосифе. В четвертой устанавливается, что книжной справой занимались не Лазарь, Аввакум, Неронов, как предполагалось доселе, а скорее всего киевские ученые. В этой же главе автор совершил одно из главных своих открытий - оказывается, что двуперстие на Руси существует со времен принятия христианства от греков, что это греки перешли от двуперстия к троеперстию, а не безграмотные русские извратили обряд своим невежеством, как думали тогда ученые. Пятая глава рассказывает о неудачных попытках устроить при патриархе Иосифе правильную школу, а шестая - о деятелях московского и провинциального кружков благочестия.

Таким образом, Н.Ф. Каптерев формирует вывод о том, что реформа, которую приписывают Никону, началась еще при Иосифе и была подготовлена деятельностью греческих и малороссийских монахов.

Выход в свет работы Н.Ф. Каптерева не остался незамеченным. Остановимся лишь на основных критических отзывах современников.

Первый удар нанес профессор Н.И. Субботин, способствовавший в свое время назначению Н.Ф. Каптерева на должность экстраординарного профессора6. Вскоре после выхода книги «Время Иосифа» в «Братском слове» за 1887 г. появилась статья весьма нелестного содержания7. «В Москве продолжают являться, на радость раскольникам, книги и сочинения, благоприятствующие расколу и укрепляющие его», - восклицает Н.И. Субботин, имея в виду статьи Н.Ф. Каптерева в «Православном обозрении», объединенные названием «Патриарх Никон как церковный реформатор и его противники», что в отдельном издании и составляет «Время Иосифа»8. «В этих статьях, - продолжает Н.И. Субботин, - принадлежащих профессору Духовной Академии Н. Каптереву, они видят публичное признание еще одним ученым (имена прежних ученых этого сорта известны) правильности и законности их, раскольнических, воззрений на никонианскую церковь и никонианские нововводные обряды; в ученом авторе, в профессоре, да еще и Духовной Академии, они с восторгом приветствуют своего союзника. И вероятно, не замедлят поднести ему адресы, как подносили Верховскому и прочим»9. Но в отношении Н.Ф. Каптерева простыми упреками в пособничестве раскольникам Н.И. Субботин не останавливается. Дело идет гораздо дальше и больнее: «Еще и раньше, когда напечатал свое сочинение «Характер отношений России к православному востоку», где так беспощадно отделал греков, собрав для этого всю грязь, какую можно было найти в архивах, и так проучил Никона за увлечение греками во вред своему, российскому православию, - еще тогда г. Каптерев сделался очень люб раскольниками»10. Более того, Н.И. Субботин ставит Н.Ф. Каптерева по научности гораздо ниже старообрядцев: «Никто из ученых никониан не защищал с такой горячностью и решительностью обряд двуперстия, служащий главным догматом раскола, как господин профессор Н.Ф. Каптерев, - читая его исследование о двуперстии, невольно забываешь, что это произведение Духовной Академии, - как будто читаешь «Поморские ответы», только изложенные новым, легким и не очень правильным языком (справедливость требует заметить, что Денисов в защите двуперстия обнаружил гораздо больше ума и таланта, нежели наш профессор)»11.

Масла в огонь добавило следующее высказывание Н.Ф. Каптерева: «Полемисты с расколом, несмотря на их нежелание и неохоту быть беспристрастными, изучить серьезно и научно вопрос, делают совершенно фантастические выводы, но, тем не менее, нисколько не состоятельные выводы и выдают их за несомненную истину». «Развязный г. профессор... - упрекает Н.И. Субботин, - смело произносит приговор даже над такими «полемистами», как архипастыри нашей церкви - святитель Димитрий, Феофилакт, Никифор, Филарет, Григорий, будто и они (не говоря уже об нынешних презираемых им полемистах) не имели ни «желания», ни «охоты» изучать вопросы о расколе с такою «серьезностью» и «научностью», как изучает их он, г. Н.Ф. Каптерев.»12. Далее Н.И. Субботин утверждает, что относить понятие «реформатор» к Никону - нельзя. Реформы в Православной Церкви невозможны, (т.к. она наделена Святым Духом, а Он - во все времена один и тот же). Даже утверждение Синода нельзя назвать реформой, не говоря уже о Никоне, тем более что Никон действовал не единолично. Примером реформатора, по мнению Н.И. Субботина, можно назвать Лютера. Отсюда получается, что Н.Ф. Каптерев приравнивает Никона к Лютеру13.

В заключении статьи следует обращение к редактору «Православного обозрения» не печатать больше статьи Н.Ф. Каптерева. Вот таким простым и эффективным способом попытался решить про-

блему Н.И. Субботин. Нет статьи - нет, собственно, и проблемы. Конечно, мы не утверждаем напрямую, что Н.И. Субботин формулировал свои выводы в духе потворства современной ему политики, его взгляды были опосредованы богословскими рассуждениями. Но, тем не менее, нельзя не обратить внимание на явное созвучие богословских и церковно-исторических идей Н.И. Субботина политической идеологии современного ему режима. Статья носит характер более нравоучительный, чем научный.

Следующая работа Н.И. Субботина, более основательная и объемная, была напечатана в журнале «Братское Слово» и отдельным изданием14. Начинает Н.И. Субботин с того, что повторяет, что слово «реформатор» - недопустимо15. Относительно метода изучения Н.И. Субботин утверждает, что строго научного подхода, обещанного Н.Ф. Каптеревым, нет. Им использованы «предвзятые и тенденциозные приемы в подборе, постановке и толковании исторических свидетельств»16, а само исследование совпадает с учением раскольников17. Говоря об источниковой стороне работы Н.Ф. Кап-терева, он делает заключение, что все приведенные свидетельства, кроме одного, известны, заслуга Николая Федоровича только в «новой постановке и новом освещении», да и сама теория не нова и заимствована у раскольников (того же Денисова)18. Далее Н.И. Субботин отмечает неточности в построениях Н.Ф. Каптерева. Итак, по версии Н.Ф. Каптерева, русские с верой приняли обряд и большинство ставило обряд наравне с вероучением и потому старалось принятое держать неизменно. Но это значит, отмечает Н.И. Субботин, что «было тогда и меньшинство, которое, очевидно, не ставило так обряд. Кто же они? Это высший слой народа, «интеллигентные люди своего времени»19. Второе замечание: Н.Ф. Каптерев не указал, когда троеперстие стало полностью доминировать над двоепер-стием у греков. Предположительно преобладать стало, по Н.Ф. Каптереву, в середине XV в., но это значит, что оно только получило перевес, а окончательная победа относится тогда к еще более позднему времени? И наконец, Н.Ф. Каптерев не указал ни одного свидетельства о соблюдении у нас дво-перстия в промежутке от правления Владимира I до середины XV в.20 Н.И. Субботин определяет круг источников, на которых основывается Н.Ф. Каптерев: 1) Федоритово Слово; 2) статья в собрании митр. Даниила; 3) Слово Максима Грека; 4) определение Стоглавого Собора; 5) послание патриарха Иова к грузинскому митрополиту Николаю; 6) ответ о перстосложении в Великом Катихизисе, изданном при патриархе Филарете; 7) «Донесение» посольства в Грузию, снаряженного при патриархе Иоасафе; 8) книги, напечатанные при патриархе Иосифе.

До Н.Ф. Каптерева эти свидетельства были известны, о них много писалось. Н.И. Субботин упрекает оппонента в том, что тот, «не выходя ни в какие подробности, не представляя никаких оснований и доказательств», в столь резкой форме обличает всех полемистов в ненаучности.

Н.Ф. Каптерев ответил статьей «Оправдание на несправедливые обвинения»21, в которой разбирает положения Н.И. Субботина, нередко проявляя тонкий язвительный юмор. Н.Ф. Каптерев сетует на то, что оппонент обещал строгую критику, но отнесся к ней не так, как подобает серьезному ученому. «Первая ошибка нашего ученого критика заключается в том, что он с задачей и целью нашего исследования познакомился не через чтение и изучение самого исследования, а иным путем, в высшей степени своеобразным. О цели нашего исследования. он будто бы вполне достоверно узнал от некоего “достопочтенного гражданина Павловского посада, ревнителя православия”», поведавшего ему об имевших место слухах, будто цель сочинения Н.Ф. Каптерева - «втоптать в грязь, уничтожить Субботина». Это обстоятельство, по мнению Н.Ф. Каптерева, сразу же настроило враждебно по отношению к его сочинению Н.И. Субботина22.

Действительно, Н.И. Субботин упоминал, что некий гражданин жаловался ему, что старообрядцы с нетерпением ждут работ Н.Ф. Каптерева, и что они считают, что работы должны будут «втоптать в грязь Субботина»23. Сам же Н.Ф. Каптерев упрекает Н.И. Субботина в том, что тот, утверждая, будто двуперстие есть новосочиненный обряд московских книжников середины XV в., не объясняет, откуда тогда оно встречается и в Киевской Руси, и у сербов, и у самих греков в XI и XII столетиях?

Не соглашается Н.Ф. Каптерев и с упреками в симпатиях к раскольническому движению: «То перстосложение православно и обязательно для каждого христианина, какое в данное время признает таким сама православная церковь... Обязанность же всякого православного христианина. состоит в том, чтобы беспрекословно подчиняться водительству церкви, признавать для себя обязательным и спасительным то, что таким признает святая церковь»24. Методы же полемики Н.И. Субботина не корректны и построены на выдергивании из контекста отдельных фраз, произвольной их интерпретации, полемики с самим же придуманным и насильственно навязанным оппоненту мнением25. Далее следуют примеры злоупотребления такой методикой со стороны оппонента.

Вслед за Н.И. Субботиным в печати появляется еще одно сочинение научно-обличительного характера «Беседа о перстосложении для крестного знамения и благословления» архиепископа херсонского и одесского Никанора»26. Это довольно увесистый труд в 378 страниц, целью которого было доказать, что троеперстие древнее двуперстия, и послужить делу «успокоения» Н.Ф. Каптерева27. Сочинение Никанора очень ценное, в нем множество интереснейших свидетельств. Автор изучает историю перстосложения по святым мощам, древним иконам, фрескам древних храмов и др. Никанор, вслед за Н.И. Субботиным, заявляет, что все свидетельства Н.Ф. Каптерева давно известны, в то же время отмечая «и нечто новое». Н.Ф. Каптерев «огласил. один единственный факт, до этого неизвестный, на котором и основал свое отважное уверение, будто этот “факт ставит вне всякого сомнения существование двоеперстия в самой Константинопольской церкви в начале XI столетия”. Найден этот факт в сказании об яковитском патриархе Иоанне VIII Абдоне, жившем в Антиохи. Свидетельство об этом факте Каптерев почерпает у Ассемана, который сам почерпнул его у Баргебрея»28.

А факт этот заключается в следующем: яковитский патриарх Иоанн VIII Абдон был обвинен в том, что совращает церковь в свою ересь. Его вызвали в Константинополь, куда он и прибыл в 1029 г. На составленном по этому поводу соборе его пытались обратить в православие, но усилия оказались тщетными. Тогда греки, видя, что спор ни к чему не приводит, потребовали от яковитов только одного: чтобы те не примешивали елей к священной частице и не изображали крест одним перстом, но двумя. Однако Никанор ставит под сомнение достоверность самого сказания об Абдоне и считает, что на основании его нельзя судить о всех греках29 Троеперстие же, по его мнению, восходит к апостольским временам и было сложено, скорее всего, по древней монограмме !с. XР. Следовательно, апостолы не употребляли другого перстосложения, кроме именословного, представляющего монограмму Спасителя. А при именословии могло существовать только троеперстие, что и подтверждают древние свидетельства.

Вообще, доводы арх. Никанора четки, ясны, мысли убедительны, а книга представляет несомненный интерес.

Свой вклад в критику положений Н.Ф. Каптерева внес И.Т. Никифоровский, опубликовавший в 1891 г. «Несколько слов относительно взгляда проф. Н.Ф. Каптерева на перстосложение древних киевлян, сербов, греков». Задачу своего исследования он свел к следующему: рассмотреть неосторожные, резкие суждения Н.Ф. Каптерева, которые для многих обратились камнем преткновения30. Критически проанализировав приводимые Н.Ф. Каптеревым свидетельства о двуперстии до митрополита Могилы и патриарха Никона, он подвергает критике тезис оппонента о том, что двоеперстие признавалось до разделения митрополий, а значит и в Киевской Руси. По словам И.Т. Никифоровского, «факты XVI, конца XVII и XVIII вв. обращаются у г. Каптерева в посылку для категорического суждения о временах Х века»31. Подвергает критике он и соображение Н.Ф. Каптерева, согласно которому Киевская Русь находилась в зависимости от Константинополя, поэтому греки не допустили бы двоеперстия, если бы считали его искажением троеперстия32. И.Т. Никифоровский признает несостоятельным и мнение оппонента о том, что в славянских странах господствовало двоеперстие, доказывая это на примере Сербии33.

В конце работы Никифоровский рисует собственную панораму развития перстосложения. По его мнению, бесспорно то, что в древние времена было одноперстие. Также бесспорно, что в древние же времена крестились тремя перстами (Константинополь), а некоторые, под влиянием борьбы с мо-нофизитством, стали креститься двумя (Сирия, Армения). Из церкви константинопольской троеперстие перешло на Русь. Но со временем и туда проник обычай молиться двоеперстно и вступил с троеперстием в борьбу. Какой-то грамотей, видимо, желающий примирить враждующие стороны, выпускает подложное «Феодоритово Слово», где говорит, что знамение нужно творить двоеперстно-троеперстно, таким образом, сложилось новое оригинальное русское знамение, совмещавшее и двое-перстие, и троеперстие. Эти статьи из Московской Руси проникли и в южно-русскую письменность, а отчасти и в сербскую.

Единственным историком из современников, кто поддержал и развил взгляды Н.Ф. Каптерева, был выдающийся историк русской церкви, проф. Е.Е. Голубинский. В 1892 г. в «Богословском вестнике» он опубликовал ряд статей под общим названием «К нашей полемике со старообрядцами», вышедших затем в отдельной книге в 1905 г.34 Е.Е. Голубинский считал, что первоначально господствовало единоперстие, которое с начала VIII в. по начало IX в. заменено греками двуперстием, и только в последнюю четверть XII - три первые четверти XIII в. у них вошло в употребление троепер-

стие. Таким образом, если Н.Ф. Каптерев появление троеперстия относит к XVI - XVII в, то Е.Е. Голубинский - к концу XII в.

Определенные итоги полемики о двоеперстии попытался подвести М. Чельцов в статье в «Миссионерском обозрении», которая в 1900 г. была опубликована в виде отдельной брошюры35. Автор кратко излагает суть полемики относительно двоеперстия, а также собственное мнение по этому вопросу. Обосновывая цель написания работы, Чельцов отмечает, что работы Н.Ф. Каптерева и Е.Е. Голубинского получили широкое распространение среди старообрядцев. «Ввиду важности для миссионерского дела тех сочинений ученых, а с другой стороны, ввиду трудности для многих сельских миссионеров достать и прочитать появившиеся в изобилии эти ученые труды ученых профессоров, мы почли за свой долг довести до читателей как самые основания, на коих гг. Н. Каптерев и Е. Голубинский построят древность двоеперстия, так и разбор их другими русскими учеными»36. Касаясь критических выступлений Н.И. Субботина, он заявляет, что поскольку свидетельства, приведенные Н.Ф. Каптеревым, не новы, «то очевидно, и статьи Н.И. Субботина не имеют большого зна-чения»37. Напротив, М. Чельцов уважительно относится к труду архиепископа Никанора: «Как приведение прямых свидетельств в пользу троеперстия, так и разбор возражений отличается полнотой, основательностью и серьезностью. Возражать или не верить автору почти невозможно»38. Что касается труда И.Т. Никифоровского, то он, по мнению М. Чельцова, является «пополнением труда Субботина и, по местам, преосв. Никанора, хотя у этого последнего он очень много заимствует»39.

Вслед за кратким разбором полемики следует критический разбор «новых» свидетельств в пользу двоеперстия, приводимых Н.Ф. Каптеревым и Е.Е. Голубинским40, которые он признает очень сомнительными и недостоверными.

Подведём итоги нашего краткого обзора. Отношение к книге Н.Ф. Каптерева было в целом отрицательным. В статьях Н.И. Субботина виден эмоциональный порыв, несогласие. Н.И. Субботин -человек несомненно религиозный, искренний, бесконечно преданный православию, защитник его канонов и обрядов, интерпретировал книгу как личный вызов, узнав, что из своей же среды, уважаемый профессор Московской Духовной Академии Н.Ф. Каптерев стал доказывать правоту старообрядцев по такому важному вопросу, как перстосложение, обряд, который стал одним из краеугольных камней раскола. Поэтому его реакция отчасти понятна. Обладая живым характером и, судя по всему, неуёмной энергией, он не стал кропотливо разбирать доводы Н.Ф. Каптерева, а воинственно отреагировал. Заявление Н.Ф. Каптерева о том, что он не поддерживает старообрядцев, что именно то перстосложение истинно, которое в данный момент принимает Св. Церковь, не сыграло особой роли.

Следующее критическое выступление архиепископа Никанора оказалось более подготовленным, а значит, аргументированным. Никанор не поддерживает Н.Ф. Каптерева, но и не дает выходу страстям. Он сурово замечает, что Н.Ф. Каптерев многих «прельстил» своими выводами41, и старается опровергнуть положения оппонента, представляя на суд читателей многочисленные исторические свидетельства.

И.Т. Никифоровский гораздо менее категоричен, чем Н.И. Субботин, и ставит перед собой задачу лишь «рассмотреть неосторожные, резкие суждения Н.Ф. Каптерева». Он наиболее вдумчиво разбирает работы Н.Ф. Каптерева, хотя и не согласен с ним, ставит вопросы, «если бы это действительно было так», рассуждает, критикует источники, находит, что они сомнительны, упрекает Н.Ф. Каптерева в категоричности и предлагает в конце собственную картину развития перстосложения.

М. Чельцов же вообще не высказывает своего мнения об исследовании Н.Ф. Каптерева. Он указывает основные моменты полемики и говорит лишь о слабости некоторых аргументов, приводимых Н.Ф. Каптеревым. То есть перед нами встает четкая линия, которая показывает, как меняется смысл, субстанция высказываний. Тот взрыв, что сопровождал выход книги, постепенно перешел во вполне научную критику.

С тех пор, как писал Н.Ф. Каптерев, прошло много времени, жарких споров относительно пер-стосложения сейчас нет. Многие выводы исследователя подтвердились. По словам В.В. Молзинско-го, «.роль Н.Ф. Каптерева в науке, без преувеличения, огромна. Н.Ф. Каптерев, синтезируя в своем наследии общие черты синодально-православной и гражданской исторической науки, как бы заложил основу новому направлению исторического изучения раскола. Его можно определить как “ан-титенденциозное”, целиком ориентированное на постижение исторической правды на основе научнообъективных данных. Эти принципы нашли отражение и получили дальнейшее развитие в трудах

наиболее видных ученых России, в ряду которых И. А. Кириллов, Е.Е. Голубинский, И.М. Громогла-сов, позднее С. А. Зеньковский и др.»42

Наблюдая за той ситуацией, в которой оказался ученый, за многочисленными запретами на его публикации и суровой критикой, мы думаем, что искусственно создаваемые трудности, наоборот, подталкивали Н.Ф. Каптерева к тому, чтобы как можно более аргументировано доказать свою правоту, искать новых решений поставленных задач, что в конечном итоге как раз и способствовало новым научным открытиям и развитию самой исторической науки в целом.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Каптерев Н. Ф. Патриарх Никон и его противники в деле исправления церковных обрядов. Время патриарха Иосифа. М., 2003.

2 См.: Зеньковский С.А. Русское старообрядчество. Минск, 2007. С. 10; Лобачев С.В. Патриарх Никон. СПб., 2003.С. 101, 272.

3Каптерев Н. Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович. Сергиев Посад, 1909. С. 4.

4 Его же. Патриарх Никон и его противники в деле исправления церковных обрядов. М., 2003. С. 11.

5 Там же. С. 9.

6 Н.И. Субботин был ярым противником старообрядцев, выпускал антираскольничий журнал «Братское слово», в котором, в рубрике «Летопись происходящих в расколе событий», отслеживал буквально все, что выходило по данной теме.

7 Братское слово.1887. № 6. С. 468.

8 См.: Православное обозрение. 1887. № 1. С. 145-183; № 2.С. 315-363; № 4. С. 763-831.

9 Там же. С. 469.

10 Там же. С. 469.

11 Там же. С. 470.

12 Там же.

13 См.: Там же. С. 473.

14 См.: Субботин Н.И. О перстосложении для крестного знамения (по поводу книги г. Н.Ф. Каптерева) // Братское Слово. 1887. № 1,19,20; 1888. №5; 1891 № 6,7; Его же. О перстосложении для крестного знамения (по поводу книги г. Н.Ф. Каптерева). М., 1891.

15 Субботин Н. И. О перстосложении для крестного знамения. С. 1.

16 Там же. С. 3.

17 Там же. С. 4.

18 Там же. С. 5.

19 Там же. С. 7.

20 Там же. С. 15.

21 Первоначально опубликована в восьмом и девятом номерах «Православного обозрения» за 1889 г., затем отдельно, вместе со вторым изданием «Патриарх Никон и его противники...» (М., 1887).

22 Каптерев Н.Ф. Патриарх Никон и его противники. М., 2003. С. 161.

23 См.: Братское слово. М, 1887. Т. 1. С. 469.

24 Каптерев Н.Ф. Оправдание на несправедливое обвинение // Патриарх Никон и его противники. М., 2003. С. 165.

25 Там же. С. 168.

26 Никанор, архиепископ. О перстосложении для крестного знамения и благословления. СПб., 1890.

27 Там же. С. 1, 2.

28 Там же. С. 188.

29 Там же. С. 191.

30 См.: Никифоровский И.Т. Несколько слов относительно взгляда проф. Н.Ф. Каптерева на перстосложение древних киевлян, сербов, греков. СПб.,1891.С. 8

31 Там же. С. 10.

32 Там же. С. 14.

33 Там же. С. 41.

34 Голубинский Е.Е. К нашей полемике со старообрядцами // Богословский вестник. 1892. № 2. С. 295-304; отд. 2-е изд. М., 1905.

35 Чельцов М. Мнения наших ученых по вопросу новых церковно-исторических свидетельствах о древности двоеперстия. СПб., 1900.

36 Там же. С. 4.

37 Там же. С. 5.

38 Там же. С. 7.

39 Там же.

40 Там же. С. 9-15.

41 См.: Никанор, архиепископ. Указ. соч. С.3

42 Молзинский В.В. Очерки русской дореволюционной историографии старообрядчества. СПб., 2001.

Поступила в редакцию 28.09.09

D. V. Gusev, postgraduate student

The book of N.F. Kapterev “Patriarch Nicon and his opponents in matter of correction of church ceremonies. The time of patriarch Joseph” and its criticism by contemporaries

The reaction and critical remarks of scientists to issue of the first edition of the book of N.F. Kapterev «Patriarch Nicon and his opponents in matter of correction of church ceremonies.» is considered.

Keywords: N.F. Kapterev, N.I. Subbotin, schism, three cross-one self, old-believers.

Г усев Дмитрий Владимирович, аспирант

ФГОУВПО «Санкт-Петербургский государственный университет»

199034, Россия, г. Санкт-Петербург, Менделеевская линия, 5 E-mail: rugus@mail.ru