Книга Ф. Наумана «Новонемецкая экономическая политика» как манифест социального либерализма

2002

Вестник Пермского университета

История

Вып.3

КНИГА Ф. НАУМАНА «НОВОНЕМЕЦКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА» КАК МАНИФЕСТ СОЦИАЛЬНОГО ЛИБЕРАЛИЗМА

Т.З.Шмидт

Анализируется социально-политическая стратегия германского либерализма в начале XX в. Книга Ф.Наумана «Новонемецкая экономическая политика» рассматривается как попытка обосновать возможность социального партнерства в сфере производства и политического сотрудничества германского либерализма и германского социализма.

Видный представитель германского левого либерализма Ф.Науман (1860-1919) с конца XIX в. сосредоточил свои усилия на решении весьма болезненной политической проблемы кайзеровской империи: преодоления социально-политической и моральной изоляции рабочего класса в обществе и государстве. Эта проблема была частью «наследия Бисмарка». Введя «исключительный закон против социалистов» (1878-1890), отказав организованному рабочему движению в «национальной идентичности», «железный канцлер» упустил шанс интегрировать рабочий класс в существующее общество.

Книга Ф.Наумана «Новонемецкая экономическая политика» была опубликована в 1906 г. и позже неоднократно издавалась в переработанном виде. Пафос исследования заключался в обосновании тезиса о том, что современная хозяйственная система создает объективные предпосылки и социального компромисса в промышленности, и политического сотрудничества германского социализма и германского либерализма, которые только совместными усилиями способны преодолеть «злое феодально-консервативное давление» в стране.

Идея смягчения классовых противоречий реализовалась у Наумана в форме так называемого «фабричного парламентаризма». Мысль о том, что «верноподданные индустрии» должны стать ее полноправными гражданами прозвучала у него впервые в книге «Демократия и императорская власть»(1900). Если рабочие, писал он, станут согражданами «не только нашего политического государства, но и нашего государства хозяйственного, то их души и руки будут принадлежать тому же телу, частями которого являемся все мы»1. Формой «приобщения» рабочих Науман считал в это время профессиональные союзы и потребительские общества.

В книге «Новонемецкая экономическая политика» профсоюзы выступали уже скорее как необходимая предпосылка создания «конституционной» фабричной системы. В превращении «верноподданных индустрии» в полноправных «граждан индустрии» видел Науман верный способ предотвратить возникновение «новых вариантов рабства в монополистическую эру». Очень точно формулируя смысл социального вопроса на крупном предприятии как вопроса о человеческих правах, он предлагал в качестве формы «сохранения человеческих прав в индустриализме»2 участие рабочих и служащих в управлении предприятием.

Этот способ был найден благодаря своеобразному отождествлению крупного предприятия с государством. Методы, с помощью которых либерализм боролся против всемогущества государства, считал Науман, могут быть использованы и в борьбе против всесилия предприятия. Целью либерализма всегда было не уничтожение государства, а защита личности в государстве и от государства. Для этого нужно, согласно

© Т.З.Шмидт, 2002

Науману, во-первых, построить государство на совместной работе всех входящих в него лиц (принцип народного представительства, избирательные права) и, во-вторых, определить границы государственной деятельности (конституция, права человека и гражданина, свобода совести, свобода занятий)3. Таким образом, процесс преобразования государства покоится, по его мнению, на двух тезисах: «Государство - это все мы!» и «Государство может не все»4. Науман предлагал приложить этот двойной метод и к промышленному предприятию: «Предприятие - это все мы» и «Предприятие может не все».

Если применительно к государству первый тезис означал демократизацию и парламентаризацию, то применительно к предприятию - внедрение в трудовой процесс системы самоуправления и соучастия, благодаря чему у всех работающих появилось ощущение причастности к общему делу. Главную форму «фабричного парламентаризма» на крупных предприятиях Науман видел в комитетах рабочих и служащих, представляющих в отличие от профсоюзов коллектив в целом. Они, по его замыслу, должны были не противостоять профсоюзам, а сотрудничать с ними. «Без настоящего профсоюзного воспитания рабочих, - писал он, - комитеты не достигнут реальных успе-хов»5. Благодаря профессиональным союзам рабочие учатся осознанию своей роли в хозяйственной жизни и приобретают знания, необходимые для «промышленного самоуправления». Науман пытался убедить предпринимателей в том, что им выгодно налаживание понимания между «парламентом» предприятия и профсоюзами: «так как последние все равно действуют на фабриках, будет лучше их действия сделать видимыми и контролируемыми»6.

Предлагая использовать опыт профсоюзных секретарей в деятельности комитетов предприятий, Науман превзошел «общеполитические ожидания государственной бюрократии и предпринимателей и с редкой в его политической среде дальновидностью очертил контуры социальной организации, способной обеспечить разрешение конфликта надежным способом»7.

Не покушаясь на институты частной собственности, Науман предоставлял комитетам предприятий в решении всех главных вопросов бизнеса лишь право совещательного голоса. Они не могли вмешиваться в решения предпринимателей, касающиеся численности рабочей силы, ее квалификационного состава, назначения высших администраторов, использования прибыли и определения перспектив развития предприятия. Но в сферу их компетенции Науман был готов включить назначение мастеров, прием на работу и увольнение лиц, определение фабричного распорядка, установление штрафных санкций и т.п. Предусматривалась также возможность со временем расширить эту систему за счет нахождения новых форм «участия рабочей силы в распределении собственности или прибыли предприятия»8.

Науман был знаком с ЕАббе, Г.Фрезе, Р.Бошем - социал-реформистски ориентированными предпринимателями. Как отмечает в своей работе главный его биограф Т.Хойс, на то, что в центре социально-политических взглядов находилась идея Наумана о создании комитетов рабочих и служащих на предприятии, повлиял и «оптимистический опыт» в этом деле указанных лиц9.

Второй тезис - «Предприятие может не все» - предусматривал разработку комплекса мер по охране труда на производстве. Считая, что сильный профсоюз, с одной стороны и действительный «фабричный парламентаризм» - с другой, способны обеспечить достаточную защиту здоровья и достоинства рабочих и служащих, Науман вместе с тем признавал, что без вмешательства государства немыслимо заставить промышленников облегчить условия эксплуатации трудящихся, обеспечить их права на произ-водстве10.

Организацию охранных мероприятий на предприятиях Науман дополнял требованием «сохранения моральной и политической независимости за пределами трудовых отношений» и предостерегал от учреждения «новой индустриальной церкви», которая взяла бы на себя заботу о совести человека11.

Важно отметить еще одно обстоятельство. В наумановских идеях о «фабричном парламентаризме» «содержится известная доза патернализма и корпоративизма»12. Наиболее четко это проявлялось в том, каких результатов ожидал Ф. Науман от «демократизации и парламентаризации предприятия». Естественным следствием этих процессов, по его мнению, должен стать «ВеШеЬфайк^шш».

Книгу Ф.Наумана «Новонемецкая экономическая политика» можно рассматривать и как попытку подвести экономическую базу под сотрудничество немецкого социализма и немецкого либерализма.

До тех пор пока в СДПГ не обозначились более или менее явно мировоззренческие разногласия, либеральные идеологи, стремясь отвлечь рабочий класс от социал-демократии, строили планы создания альтернативной ей рабочей партии. Сам Ф.Науман в конце XIX в. основал Национал-социальный союз, который был самой масштабной попыткой либералов внедриться в социал-демократический электорат и организовать немарксистскую национальную рабочую партию. Будущие сторонники политического сотрудничества с СДПГ в 80-х, 90-х гг. Х1Х в. были известны как ее решительные враги13. Правда, Теодор Барт, один из лидеров Объединения Свободомыслящих, уже в 1890 г. впервые высказался в том духе, что либералы ради «демократизации Германии по западно-европейскому образцу» могли бы пойти на сотрудничество на выборах и в парламенте с социал-демократами14 Но речь в этом случае шла лишь о «техническом сотрудничестве» и тактических соображениях. В целом до середины 90-х гг. Х1Х в. социал-демократия рассматривалась скорее как препятствие на пути политического влияния либералов.

Первые ревизионистские выступления Э. Бернштейна были встречены левыми либералами восторженно. Науман оценивал их как начало «перехода социал-демократической партии от марксизма к национальному социализму». Его усилия в это время были направлены на раскол СДПГ и сотрудничество с ревизионистами. В 1899 г. Науман побывал в Баварии у Г. Фольмара, с тем чтобы выяснить ситуацию в партии после выступлений Бернштейна15. Тесные контакты были установлены с Э.Давидом, В.Гейне и другими сторонниками ревизионистской линии в СДПГ. В это время Науман считал себя стоящим «на политическом правом фланге общего движения социализма». Он подчеркивал влияние Маркса на свое понимание социальных процессов и при этом, конечно, отвергал интернациональный характер социализма, полагая, что его осуществление возможно только в национально-государственных пределах. Это был так называемый «национальный социализм», к которому Науман пришел примерно в 18951896 гг.

В статье «Чего хочет социал-демократия?» (1899) он отразил надежды, возлагаемые определенными леволиберальными кругами на обновленную СДПГ. «Социал-демократия может стать основой для создания объединения немецких левых, которое будет в состоянии взять в свои руки бразды правления у консерваторов, - писал Нау-ман. - Она может объединить все, что есть свободомыслящего и социал-реформистского и сделать то, для чего был слишком слаб немецкий либерализм - преодолеть злое феодально-консервативное давление»16. Тогда, считал он, из партии чистого протеста возникла бы созидающая партия «национального социализма на свободомыслящей почве». Он советовал руководству партии использовать для «оживления

мысли» книгу Бернштейна, у которого «еще нет программы для немецких левых», но есть предпосылки для ее создания.

В «Новонемецкой экономической политике» Науман прямо пишет о том, что «либерализм и социал-демократия в экономической сфере много ближе друг к другу

17

чем это они сами признают» . С переходом к монополистической стадии, замечает он, экономическая система теряет свой индивидуалистический характер и приобретает коллективистские черты. Это сближает старых противников - капиталистов и социалистов, и последние могут даже испытывать «теоретическую радость» от того, что сбываются пророчества К. Маркса, который ставил перед пролетариатом в экономической области две задачи - социалистическую и демократическую: во-первых, превращение индивидуального хозяйства в коллективное и, во-вторых, передачу его в собственность и под контроль всех трудящихся. С точки зрения автора, «социализм должен учитывать тот факт, что практической социализацией общества, а именно централизованным регулированием производства, уже занимается класс собственников»18. Поэтому, по его мнению, социализм не может быть абсолютным протестом против господствующей экономической системы, так как она не является больше индивидуалистической в прежнем смысле этого слова, и должен выступать за отстаивание прав неимущих в этой существующей экономике19. «Социализм, - пишет Науман, - такая же ступень в капитализме, какой является либерализм в государстве. Капитализм - это аристократическое понимание экономической жизни, демократическое понимание которой называется социализмом»20. Только в качестве такого «законного детища» социализм будет, по его мнению, жизнеспособным. Но час капитализма еще не пробил. Современная экономическая система, отмечает автор, не несет на себе печати упадка, несмотря на «все передовые статьи социал-демократической прессы». Капитализм изменяется по своим собственным законам и, наконец, «однажды изменится настолько, что почти полностью станет другим»21. Но поскольку капитализм «нельзя взять штурмом», социал-демократия должна серьезно заняться практической работой внутри капиталистической системы.

Первое направление - повышение технического, нравственного и духовного уровня рабочих (качество рабочей силы); второе - совершенствование организации продажи труда (профсоюзы) и приобретение товаров массового спроса (потребительские общества); третье - использование гражданских прав в борьбе за проведение экономической политики, которая отвечает интересам неимущих масс21. Главная цель этих усилий, по мнению Наумана, состоит в демократизации отношений между трудом и капиталом. Но это невозможно, замечает он, без всесторонней демократизации государства. Поэтому, нападая на государство, социализм одновременно способствует проявлению антидемократических тенденций в экономической жизни. Государство, согласно Науману, должно быть либерализовано, с тем чтобы массы могли найти путь к улучшению положения и принятию участия в управлении народным хозяйством. Отметив, что «социалистическое» - это уже не «специальность» социал-демократии, Нау-ман предлагал рабочей партии направить все внимание на демократизацию экономического строя.

Следует отметить в этой связи, что концепция «производственной (промышленной) демократии», которую развивали в межвоенный период германские профсоюзы и социал-демократия, строилась на главных положениях теории Наумана. В основу была положена «партнерская» модель участия трудящихся в управлении производством, разработанная преимущественно с целью ослабления противоречий и конфликтов между трудом и капиталом, в отличие от «синдикалистской» модели, построенной на концепции рабочего контроля.

Мысль Наумана о создании «прогрессивной новонемецкой культуры», в рамках которой будут объединены либерализм и социализм, имела определенный резонанс и в либеральных, и в социал-демократических кругах. Но сформировать в Германии до первой мировой войны устойчивую традицию политического сотрудничества либеральной буржуазии и социал-демократического рабочего класса, которая могла бы в будущем придать большую стабильность и Веймарской республике, не удалось.

Идеи социального либерализма, ярким представителем которого был Фридрих Науман, исповедовало в довоенной Германии достаточно инициативное меньшинство, не сумевшее достичь существенных практических результатов.

Примечания

1 Науман Ф. Демократия и императорская власть.М., 1907. С. 88.

2 Naumann F. Neudeutsche Wirtschaftspolitik. Berlin, 1911. S. 300.

3 Ibid. S. 294.

4 Ibid.

5 Ibid. S. 297.

6 Ibid.

7 Sozialen Liberalismus. Gottingen. 1986. S. 79.

8 Naumann F. Op. cit. S. 295.

9 Heuss Th. Naumann F. Der Mann. Das Werk. Die Zeit. Stuttgart; Berlin, 1937.

S.261.

10 Naumann F. Op. dt. S.355, 358.

11 Ibid. S. 198.

12 Кертман Л.Е., Рахшмир П.Ю. Формирование буржуазного реформизма // Рабочий класс в мировом революционном процессе. М., 1988. С.76.

13 Wegner K. Theodor Barth und die Freisinnige Vereinigung (1893-1910). Tubingen, 1968. S. 112.

14 Ibid

15 Elm L. Zwieschen Fortschritt und Reaktion. Geschichte der Parteien der liberalen Boerguasien in Deutschland 1893-1918. Berlin, 1968. S. 42.

16 Herrschaftsmethoden des deutschen Imperialimus. Dokumente zur innen und aussenpolitischen Strategie und Taktik der herrschendenklassen des Deutschen Reichs. Berlin, 1977. S.65.

17 Naumann F. Op. dt. S. 379.

18 Ibid.

19 Ibid. S. 309.

20 Ibid. S. 310.

21 Ibid. S. 312.

21 Ibid.

F.NAUMANN'S «NEUDEUTSCHE WIRTSCHAFTSPOLITIK» AS SOCIAL LIBERALISM MANIFESTO

T.Z.Schmidt

The book of Naumann is analysed the attempt to substantiate the possibility of social partnership and political collaboration of German Liberalism and

German Socialism