«Достопримечательность» как субъективный конструкт в тексте путеводителя по Китаю для русских туристов: семантические особенности и языковые средства

М.Ю.Сидорова, ЧеньЛей

«ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТЬ» КАК СУБЪЕКТИВНЫЙ КОНСТРУКТ В ТЕКСТЕ ПУТЕВОДИТЕЛЯ ПО КИТАЮ ДЛЯ РУССКИХ ТУРИСТОВ: СЕМАНТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ И ЯЗЫКОВЫЕ СРЕДСТВА

Объектом исследования являются языковые средства конструирования достопримечательностей в путеводителях по Китаю для русских туристов. Достопримечательность в парадигме современной теории и практики туризма рассматривается как субъективный конструкт, некоторый образ, имеющий одновременно и личностную, и массовую позитивную значимость. В статье проанализированы как общие, так и национально-специфичные черты китайских достопримечательностей, на акцентирование которых направлены селекция и комбинация языковых средств в языке путеводителей. Особое внимание уделено темпоральному и символическому аспекту, отражению особенностей китайского восприятия пространства и отношения к числам.

Ключевые слова: русский язык, путеводитель, Китай, конструирование достопримечательностей, символика, туристический дискурс.

The article is concentrated on the language tools used to construct the images of attractions in guidebooks on China for Russian tourists. In the paradigm of modern theory and practice of tourism, attractions are seen as a subjective construct, a certain image that has both personal and positive mass significance. The article analyzes general, as well as specific national features of Chinese attractions, the emphasis of which is directed to the selection and combination of language tools in guidebooks. Special attention is paid to the temporal and symbolic aspects and to the reflection Chinese understanding of space and numbers in its national particularity.

Key words: Russian language, guide, China, construction of attractions, symbols, tourist discourse.

Развитие политических, экономических и культурных связей между Россией и Китаем находит отражение в активизации туристических обменов между двумя странами. Основными письменными текстами, которыми пользуются индивидуальные туристы из РФ при подготовке своего путешествия в Китай и по прибытии в страну, являются русскоязычные путеводители по Китаю, написанные как носителями русского языка, так и китайцами, причем не только профессионалами туризма, но и энтузиастами. Эти путеводители имеют две основные формы бытования - печат-

ную и электронную - и в плане содержания и языковой формы обладают как чертами, характерными для жанра путеводителя в целом, так и особенностями, связанными с культурно-исторической спецификой Китая и восприятием китайских реалий носителями русского языка и культуры. Они представляют интересный объект не только с точки зрения лингвистического анализа, но и с междисциплинарной, поскольку в них ярко проявляются тактики создания образов достопримечательностей, повышающие туристическую мотивацию и способствующие реализации главной стратегии туристического дискурса - стратегии позитива [Гончарова, 2008].

В современной теории и практике туризма сформировался антропоцентрический подход к традиционному понятию «достопримечательность» и новому - «дестинация». Обсуждаются такие процессы, связанные и с перцептивным, и с ментальным миром людей, как «конструирование туристических достопримечательностей» [Gunn, 1988; Leiper, 1990; Loytynoja, 2008; Отнюкова, 2005], «формирование образа туристической дестинации» (tourist destination image formation) [Pike, 2000; Blazevic, Stojic, 2006; Frias et al., 2012]. И «достопримечательность», и «дестина-ция» рассматриваются в их обусловленности точкой зрения и намерениями человека, которыми можно управлять, в том числе через словесные и мультимедийные тексты. Однако в лингвистических работах, посвященных туристическим текстам, такой угол зрения (его можно назвать онтологическим или денотативным, поскольку ставится задача изучения способов вербализации определенного денотата) обычно не используется, находясь в тени жанрового и дискурсивного подходов.

В данной статье языковые средства конструирования достопримечательностей в путеводителях по Китаю для российских туристов выявляются и анализируются на основе коммуникативно-грамматической концепции, включающей четырехступенчатую схему анализа текста (от конкретных языковых средств к стратегии автора), а также учет взаимодействия субъекта и объекта, адресата и адресанта, использование пяти эффективных принципов исследования языкового материала - интег-ральности, антропоцентричности, текстоцентричности, коммуникативности, функциональности [Золотова, Онипенко, Сидорова, 1998].

Коммуникативно-грамматический подход неизбежно дает результаты, важные для понимания не только языка и коммуникации, но и мышления - способов, которыми человек членит действительность на фрагменты, номинирует их и придает им значимость. «Достопримечательность» является весьма интересным с когнитивной точки зрения объектом, по-

скольку представляет собой, что достаточно очевидно, субъективный конструкт (субъективный - в смысле не индивидуальной, а коллективной субъективности). Для того чтобы объект Х стал достопримечательностью, недостаточно мнения конкретного индивида, Х должен быть признан определенным сообществом как достопримечательность и в таком виде «предлагаться» всем членам этого сообщества и «чужакам». За ХХ в. человечество выработало и формальные способы фиксации статуса достопримечательности:

(1) Поездка в Пекин — это прекрасная возможность прикоснуться к легендарному. Здесь каждый третий объект занесен в список ЮНЕСКО, обладает своей историей и хранит мифы (http://vladivostok3000.ru). Пример демонстрирует апелляцию сразу к двум триггерам туристической мотивации, лежащим в принципиально разных плоскостях: легендарность (мифологичность) и включение в список ЮНЕСКО.

Достопримечательности, таким образом, определяются не единичным сознанием, а массовым. Однако решение об их посещении принимает индивидуальный субъект. В [Филатова, 2012: 65] это соотношение рассматривается в связи с взаимодействием книжности с разговорностью в стилистике путеводителя: «В результате такого наложения автор добивается уникального кумулятивного эффекта - воздействие на читателя удваивается, потому что тот получает, с одной стороны, общекультурную мотивировку своего интереса к описываемому месту (она формируется средствами книжного регистра), а с другой - личностно ориентированное обоснование своего любопытства (в этом случае практикуется переход на неформальное общение)». Нас же будет интересовать, как реализуется взаимодействие «общекультурной» и личностной субъективности при отборе достопримечательностей и их признаков, получающих воплощение в тексте путеводителя. Принципы этого отбора можно выявить и проанализировать через их языковое воплощение. Частично они лежат в области наблюдения и, соответственно, будут передаваться в текстах репродуктивного регистра, частично - в области знания и будут передаваться в текстах информативного регистра.

Обусловленность точкой зрения предполагает динамику во времени. Субъективность и историческая изменчивость состава национальных достопримечательностей отражается в текстах путеводителей конструкциями с фазисными глаголами:

(2) Колодец был случайно обнаружен при проведении работ в 1984 году и теперь стал одной из достопримечательностей (Шр://Ьеу1^. roadplanner.ru);

(3) Ущелье Дракона представляет собой огромный карстовый каньон, который стал знаменитой достопримечательностью Китая1 (http:// vladivostok3000.ru).

Другой темпоральный аспект достопримечательности как субъективного конструкта состоит в том, что весьма часто с достопримечательностью связана какая-то история, реальная, вымышленная или балансирующая на грани реальности и вымысла. В туристических текстах о достопримечательностях ценность имеют все виды историй, независимо от их истинностного статуса. В результате в путеводителях в описания достопримечательностей могут входить: а) сюжетное повествование с определенными персонажами, более или менее пространное, построенное во многом по принципам художественного сюжетного текста; б) разнообразные модусные рамки, в том числе включающие показатели недостоверности и / или разграничения субъекта речи (автора путеводителя) и определенного или неопределенного субъекта мнения:

(4) Парк Бэйхай был построен в согласии с древней китайской легендой о 3 плавающих островах, которые, как гласит легенда, находились в море Бохай (Бохайский залив в северо-западной части Желтого моря). На них, мол, жили боги, и на одном из них по названию Пэнлай росла трава, дающая бессмертие. В 3 веке до н.э. император Цинь Ши-хунади, одержимый идеей бессмертия, отправил 500 юношей и 500 девушек на кораблях на поиски острова Пэнлай. Но они не смогли найти его. Император Уди из династии Хань тоже мечтал о бессмертии. Он приказал вырыть озеро позади своего дворца с тремя искусственными холмами, представляющими остров Пэнлай и другие два острова. Эти три легендарных холма были также построены в восточной столице Лоян во времена династии Суй. И при династии Тан в столице Чанъань (прежнее название Сианя) (http://kitayskiy-akcent.ru).

(5) На севере от зала посетители могут увидеть Колодец, Продлевающий Жизнь. Говорят, что вдовствующая императрица Цыси отошла после солнечного удара, когда выпила воду из него, а затем дала ему имя (http://beijing.roadplanner.ru).

Вот типичное описание достопримечательности, включающее нарративный фрагмент (предикаты совершенного вида, образующие историю, выделены):

(6) Во дворе зала установлен огромный камень - самое большое ка-

1 Здесь и далее примеры приводятся с сохранением всех языковых особенностей источника.

менное украшение какое можно найти во всех китайских садах. Интересна история происхождения этого камня. Он был найден в горах Фаншань около Пекина одним из чиновников династии Мин - Ми Вань-чжуном (Mi Wanzhong), который захотел перенести его в свой Сад Пионов (место сегодняшнего Пекинского Университета). Но он смог проделать только половину пути посколько потратил на это все свои деньги и, разорившись, оставил свою затею, бросив этот камень на обочине дороги около Лянсяна (Liangxiang) в 30 километрах к юго-западу от Пекина.

Однажды император Цяньлун возвращался из тура на юг реки Янцзы и увидел этот камень. Узнав его историю, он приказал перевезти камень в Пекин в Летний Дворец. Император дал ему имя Камень Голубого Ириса (W^W - Цинчжи Сю - Qingzhi Xiu - Blue Iris Stone), хотя часто его называют Камень Разоритель (Stone of Wastrel), помятуя о несчастной истории Ми Ваньчжуна (http://beijing.roadplanner.ru).

Описание начинается одной предикацией репродуктивного регистра, в которой локализуется объект (камень) и отмечается его главный признак - огромный. Больше смотреть, собственно, не на что, и описание переходит сначала в информативно-описательный регистр (сообщение об уникальной величине камня с использованием специально выбранного для помещения камня «на высшую строчку рейтинга» множества сопоставляемых объектов - каменные украшения в китайских садах), затем в информативно-повествовательный - история камня и его имени. Эта история сюжетно раскрывает главный признак камня - его огромную величину. Сообщается также о двух конкурирующих именах камня, имеющих разных субъектов-именователей (император и неопределенно-личный субъект) и разную основу номинации - внешний вид камня или его историю. Почему такое описание достопримечательности представляется автору соответствующим коммуникативной задаче и действительно с интересом воспринимается адресатами? Здесь есть главные необходимые компоненты для создания туристической мотивации: уникальность объекта, история, символичность и национальный колорит (экзотичность).

Помимо модусных рамок знания и мнения разной степени верифицируемое™ [примеры (4), (5)], описания достопримечательностей включают модусную рамку воображения:

(7) Пройдя через врата Тяньаньмэнь и еще через одни, вы окажетесь перед входом в Запретный город или Гугун (Gugong). За 60 юаней вы войдете в этот огромный музей под открытым небом. При известной до-

ле фантазии вы испытаете чувства чужеземных послов, подавляемых огромными пространствами Императорского дворца (http://www. asiadata.ru). Модусная рамка воображения в отличие от модусной рамки знания или мнения может вводить текст в репродуктивном регистре.

Третий субъективно-темпоральный аспект создания образа достопримечательности в тексте путеводителя - указание на время (года или суток), когда ее лучше осматривать:

(8) На следующий день после посещения парка БвгИт стоит отправиться в Летний Дворец, и чем раньше вы туда отправитесь, тем лучше. Доехать можно на метро — позавтракать успеете на улице, пока будете идти до парка. После 10 часов сюда приезжают толпы туристов и оценить волшебство места не удастся — а Летний дворец, на мой взгляд, самый красивый объект Пекина. Ранним утром здесь танцуют и гуляют пожилые китайские пары, летают утки, солнце поднимается над озером и начинает окрашивать мосты и строения в теплые цвета (http://vladivostok3000.ru). Приведенный фрагмент демонстрирует два основных параметра, по которым оценивается удачное для посещения время: природный и антропогенный.

Наконец, четвертый субъективно-темпоральный аспект, проявляющийся в описаниях достопримечательностей, которые занимают значительное пространство и обзор которых требует времени, - порядок осмотра; см. пример (14). Автор может предлагать единственный, наилучший маршрут (последовательность, в которой адресату путеводителя предлагается исследовать достопримечательность) или альтернативные.

Следует подчеркнуть, что предметом нашего изучения являются путеводители по Китаю для русских как пример описания достопримечательностей одной страны, одной культуры для носителей другой страны, другой культуры. Они будут отличаться от путеводителей, скажем, по России для русских или по Китаю для китайцев, где описание достопримечательностей производится создателем текста для адресата, локализованного с ним в одной национально-культурной общности.

Признаки, конституирующие «достопримечательность», можно по субъектному критерию разделить на два типа.

а) Достаточно независимые от страны, языка, культуры - общечеловеческие (связанные с общим интересом людей к «самому большому / маленькому», «самому новому / старому», «очень дорогому, ценному», «уникальному» или «типичному для чужой культуры, обязательному к посещению, просмотру, употреблению в чужой стране и т. п.»):

(9) После обеда и небольшого отдыха отправляйтесь в Храм Неба. Это самый большой культурный храм в мире и, что примечательно, единственный в столице круглой формы (http:// totugo.ru) - множество, на котором демонстрируется превосходство и уникальность объекта, выбирается именно таким образом, чтобы объект был «самым» и уникальным;

(10) Отдельный день необходимо посвятить для экскурсии на Великую Китайскую стену. Это не только символ китайской нации, но и одно из крупнейших в мире оборонительных сооружений. Примечательно, что стена - это единственное в мире рукотворное сооружение, которое превосходно видно из космоса невооруженным глазом (http:// totugo.ru).

В этом примере помимо использования конструкции «один из + прилагательное в превосходной степени» мы обнаруживаем еще целый ряд средств, формирующих образ Великой Китайской стены как уникальной и обязательной к посещению достопримечательности: модальное слово необходимо; конструкция не только..., но и...; апелляция к роли Китайской стены как символа нации; оценочные слова примечательно, превосходно, создающие вокруг объекта позитивный ореол, указание на единственность, включающее выход на мировой и даже космический уровень. Такое нагнетание языковых средств создания образа достопримечательности весьма характерно для путеводителей.

б) Культурно / национально обусловленные признаки. О них, применительно к Китаю, мы подробнее скажем ниже.

Первый тип признаков в субъектном плане больше ориентирован на адресата, вторые могут - в случае несовпадения ожиданий, оценок, ассоциаций, стереотипов, поля знания отправителя (носителя той культуры, которой достопримечательность принадлежит) и адресата текста (носителя иной культуры) - отражать позицию отправителя, иногда вызывая вопрос или даже неприятие у адресата.

По объектному критерию выделяются признаки: а) превращающие в достопримечательности объекты любого рода, независимо от их денотативного статуса (под денотативным статусом понимаются разграничения типа «живое / неживое» или «артефакт / натур-факт») - «очень много / мало», «самый большой / маленький», «самый новый / старый», «очень дорогой, ценный», «уникальный», «типичный для чужой культуры, обязательный к посещению, просмотру, употреблению в чужой стране»;

б) повышающие статус достопримечательностей конкретного типа; ср., например, признак «как живой» для изображений животных и человека:

(11) Шесть пар львов в Запретном Городе были сделаны во время династий Мин и Цин. Они сидят на бронзовых платформах и выглядят как живые. Пасти открыты, словно они рычат (Ы1р://Ьеу^. roadplanner.ru). Если живой лев выглядит «как живой» и рычит, это не превращает его в достопримечательность.

От этих общих признаков перейдем к национальной специфике использования различных признаков для конструирования достопримечательностей в путеводителях по Китаю.

а) Признак «самый маленький / очень мало» не будет работать на образ достопримечательности в Китае. Там всего много и все самое большое:

(12) Через выход «Б» этой станции вы попадете на улицу Дунчжи-мэнь ней Дацзе (Dongzhimen пв1 Бсуге). Это уникальная улица Пекина, на которой расположено очень много ресторанов - на протяжении около километра по обеим сторонам улицы (где еще количество заведений общепита измеряется в километрах!) (http://www.asiadata.ru).

А вот для достопримечательностей «маленькой Европы» это признак вполне рабочий: города и страны хвалятся, например, своими «самыми маленькими домами» (см. http://ru.esosedi.org - о самом маленьком доме в Зальцбурге; http://www.travellers.ru - о самом маленьком доме в Верни-героде, Германия; http://www.epower.amadeus.com:7000 - о самом маленьком доме в Великобритании и т. п.).

Специфика китайского представления о величине и расстояниях обнаруживается в использовании «неожиданных» количественных модификаторов:

(13) Благодаря стремительному экономическому развитию, начавшемуся в 1996 г., сегодня в Шаньдун лучшая в Китае транспортная система, путешествие от столичного города Цзинань до любой точки провинции занимает не более 5 ч. (http://www.chinavisit.ru). По масштабам китайской провинции 5 часов - мало, что и акцентирует автор, используя модификатор не более.

б) Прилагательное древний по отношению к Китаю и его достопримечательностям имеет иную темпоральную отнесенность, чем по отношению к России и ее достопримечательностям. Ср. Древний Китай (начиная с 4500 г. до н.э.) и Древняя Русь (по разным трактовкам с УШ-Х вв. н.э.).

в) В путеводителях по Китаю используются два способа передачи названий локусов и артефактов - транскрипция (кириллицей или латиницей) и калькирование. Каждый из них по-своему повышает туристическую мотивацию адресатов. Транскрипции создают экзотичность, кальки - интригуют и апеллируют к сюжету, который стоит за достопримечательностью, ее символическому значению, предназначению или подчеркивают ее важнейший внешний признак (материал, местонахождение и под.). См. примеры (6), (7), (14) и (26).

(14) Виртуальная экскурсия начнется от Восточных Дворцовых Ворот. Маршрут пройдет через район Двора и прилегающие объекты, а затем по Длинному Коридору к подножью южного склона Холма Долголетия. После мы поднимемся на холм и спустимся по его северному склону к Торговой Улице Сучжоу. Далее перейдем на запад холма к Мраморной Ладье, а затем на пароме переедем на Остров Южного Озера. С острова путь пройдет по Семнадцатиарочному Мосту на восточный берег озера Куньмин, а далее по Западной Дамбе к Картинам Земледелия и Ткачества (http://beijing.roadplanner.ru).

Собственные имена в Китае могут иметь не только привычные русским природные и рукотворные объекты, но и пейзажи:

(15) Зато, если небо будет ясное, то пейзажи изумительные. И у каждого свое, не менее изумительное название. Иногда кажется, что если просто перечислить все названия, то выйдет настоящее стихотворение: Солнечные облака над парком Луофен, Чистые облака под двойным мостом, Утренний дождь на террасе Хончун, осенний над монастырем Белых вод, пруд Слонов в лунном свете и т. д. (http://lib. rin.ru/book/kitaj-putevoditel_vadim-narodickij/text/).

г) Известной особенностью китайцев является способность ориентироваться по сторонам света, даже когда они находятся в закрытом помещении: «When in China, for example, one wishes to have a table moved into a different part of one's room, one does not tell the servant to shift it to his right or left, but to 'move it a little east', or west, or whatever the direction may be, even if it is a matter of only two or three inches» [Bodde, 1939: 201]. Этой особенности соответствует частотность упоминаний сторон света в китайских путеводителях, в том числе в названиях индивидуальных объектов; см. примеры (5), (14), (16), (21), (26).

(16) Парк состоит из Круглого Города (tuancheng - Circular City), Острова Нефритового Цветка (qionghuadao - Jade), восточного берега и северо-западного берега. Остров Нефритового Цветка соединен с бе-

регом двумя каменными мостами - на юге и на востоке. Также паромом можно доплыть до северо-западной части парка. В трех местах по берегу озера можно нанять лодку и просто поплавать (показаны на карте маленькими голубыми лодочками). В парк Бэйхай ведут 5 входов, и вы можете войти в парк любым из них. Традиционно экскурсии по парку начинаются с главного южного входа (http://kitayskiy-akcent.ru).

Некоторые путеводители предупреждают иностранцев об этом специально: «Есть названия, связанные с количественными параметрами, обычно выражаемыми цифрами: Мост в полшага, Колодец с четырьмя глазами, Храм тысячи будд и т. д. Есть названия, в которых упоминаются цвета: Мост из белого камня, Заводь черного дракона, Переулок желтой собаки. Но больше всего, конечно же, таких, в которых встречаются названия частей света: Новый северный мост, Восточные прямые ворота, Южная глубокая канава, Северо-западный сад. Потому что в Пекине принято ориентироваться по сторонам света. Вас может удивить манера жителей столицы объяснять, как добраться до нужного места, когда они посоветуют сначала, допустим, идти на север, а затем повернуть на восток. Но еще больше будет изумлен иностранец, если ему назначат встречу у западной стены гостиницы» [Пекин, 2008].

д) Национально-специфична и периодизация времени: культурные достопримечательности обычно датируются в путеводителях не годами, а указанием на эпоху той или иной династии - см. конец примера (4) и примеры (6), (11), (18), (22), (23). Это, хотя и создает исторический колорит, не позволяет ориентироваться в хронологии адресатам, не знакомым с последовательностью китайских династий.

ж) Иероглифическая письменность сама по себе может считаться достопримечательностью Китая. Посещая исторические места Поднебесной, туристы тут и там будут встречаться с красиво выполненными, привлекающими взгляд, непонятными, но будоражащими любопытство надписями, которые выполняют не только утилитарную, но декоративную, символическую и / или мемориальную функции. Не случайно путеводители по Китаю стимулируют и удовлетворяют интерес адресата к надписям и тому, кто их сделал; см. примеры (17), (18), (19), (26).

(17) На задней стене зала - два иероглифа (У Вей), означающие «Невмешательство» - основа даосского учения невмешательства в естественный ход событий (http://lib.rin.ru/book/kitaj-putevoditel_vadim-narodic-kij/text/).

(18) В передней части зала находится огромное железное кадило династии Мин и два сосуда династии Сун. Тут же находится плита, на которой выгравированы стихи Цяньлуна, великого императора династии Цин (1644-1911). В центре зала стоит статуя Бога горы Тайшань, высота которой около четырех метров. Над святыней висит доска с четырьмя иероглифами, написанными в свое время цинским императором Канси (http://www.chinatrips.ru).

(19) Храм Дай также известен как «Лес каменных скрижалей», так как внутри комплекса находится множество каменных стел и плит с выгравированными надписями, сделанные в разные периоды истории Китая. Самой известной является надпись на камне, оставленная Ли Си (http://www.chinatrips.ru).

з) Для китайских культурных достопримечательностей и их описаний характерна высокая символичность. Особую роль играют символические изображения животных - примеры

(20) В каждой паре есть лев и львица. Лев сидит справа и играет с мячиком своей правой лапой. Эта игра с мячом стала традиционной темой в танцах львов. Мячик символизирует власть императора, а также богатство и мир. Львица сидит слева и держит левую лапу на львенке. Львенок лежит на спине, словно играя, но на самом деле он пьет молоко из-под когтей своей матери. Это должно показать, что императорская семья имеет большое количество наследников roadplanner.ru).

Приведенное описание скульптур выполняет функцию символической интерпретации визуального образа сразу на двух уровнях: во-первых, положение львенка под лапой матери, которое воспринимается несведущим наблюдателем как игровое, переформулируется на предметном уровне (здесь весьма показателен модусный элемент на самом деле, вводящий предикацию, «невозможную» по законам устройства реального мира); во-вторых, фигурам льва с мячом и львицы со львенком приписываются символические смыслы с помощью абстрактных лексем и количественной характеристики.

Символика чисел может соперничать по своей значимости и представленности в путеводителях с символикой животных:

(21) 28 гигантских деревянных колонн, поддерживающих его, глубоко символичны. Четыре средние колонны символизируют 4 времени года, двенадцать колонн в среднем ряду -12 месяцев, а 12 колонн наружного

ряда - 12 времен суток. Помимо прочего, эти 28 деревянных колонн -символ и 28 небесных созвездий (http://kitayskiy-akcent.ru).

(22) В соответствии со строительными стандартами Министерства Труда династии Цин на двойных створках дворцовых ворот в Запретном Городе количество шипов могло быть: 81 шип (9 по 9 рядов), 49 шипов (7 по 7рядов) и 25 шипов (5 по 5рядов). Их количество символизировало три ранга ворот, где 81 шип - высший, так как девятка -императорское число. Но есть одно исключение: створки Восточных Цветочных Ворот (Дунхуамэнь - Donghuamen - East Flowery Gate) имеют по 72 шипа (9рядов по 8). В чем причина? Есть два объяснения. Первое связанно с суевериями. В китайской философии Инь и Янь - две противоположности. Древние китайцы верили, что нечетные числа связаны с жизнью, то есть с Янь, а четные со смертью, то есть с Инь. Похоронные процессии императоров Шуньчжи (Щ/й Shunzhi), Цзяцина( ШШ Jiaqing) и Даогуана (Ш^ Daoguang) прошли через Восточные Цветочные Ворота, поэтому количество выступов - четное. Другое объяснение говорит, что изначально выступов было 81. В 1644 году, когда предводитель крестьянского восстания Ли Чжичэн (Li Zicheng) захватил Пекин, последний император династии Мин Чунчжэнь (ШШ Chongzhen) бежал из Запретного Города через эти ворота и покончил с собой на горе Цзиншань. Когда Восточные Цветочные Ворота были восстановлены в начале династии Цин, было приказано убрать один ряд выступов в качестве наказания за то, что эти ворота не преградили императору путь и позволили ему сбежать (http://kitayskiy-akcent.ru).

Китайские авторы путеводителей и русские знатоки китайской культуры не экономят ни на перечислении цифровых данных, ни на трактовке их символического значения. В то же время в Интернете встречаются жалобы российских туристов на то, что китайские гиды слишком любят количественную информацию. Во многом эти жалобы имеют источником культурные различия: то, что для русских выглядит как переизбыток цифр, для китайцев является набором символов. В примере (22) после длинного ряда чисел даются сразу два альтернативных объяснения, связанные с разными историческими событиями. Таким образом выстраивается характерная для путеводителя цепочка: визуальный стимул (количество шипов) - его символическое значение - история, объясняющая связь визуального стимула и символической интерпретации. Менее удачная тактика построения текста представлена в примере (23) - количественная информация есть, а ее символической трактовки нет:

(23) Главное сооружение - многоуровневый (23 м) деревянный павильон Гуаньинь (женский образ Будды Авалокитешвары - обращенное на мир сострадание), который считается самым старым в Китае зданием подобного рода. Между вершинами колонн и поперечной балкой 24 системы кронштейнов и балок доугун (dougong). В главном зале терракотовая статуя десятиголовой Гуаньинь (высота 16 м), созданная при династии Ляо. На стенах росписи времен династии Мин. Павильон пережил 28 землетрясений (http://www.chinavisit.ru).

и) Наконец, китайцы рассматривают в качестве одного из признаков, повышающих статус достопримечательности, отражение традиции -чем более древней, тем лучше. Однако отступление от традиции тоже может быть темой, достойной путеводителя, когда ему придается символическое значение:

(24) Изначально дворцовый комплекс включал в себя 9999 комнат, иероглиф для цифры 9 также имеет значение «постоянство, вечность», и указывает на вечность власти императора. По преданию, во дворце небесного императора - 10 000 комнат. А император, который является «Сыном неба», не может обладать большим числом комнат, чем у Небесного владыки. Это число имеет особое значение в китайской традиции. Связано это прежде всего с системой счета, принятой в Древнем Китае. Для 10 000 существует особое название «вань», которое близко по значению к русскому «тьма», т. е. «очень много». На воротах у площади Тяньаньмэнь висят два лозунга «10 000 лет процветания КНР» и «Да будет 10 000 лет мир во всем мире». В старом Китае число 10 000 употреблялось только по отношению к императору (http://lib.rin. ru/book/kitaj-putevoditel_vadim-narodickij/text/).

(25) Перед залом стоят бронзовые фениксы и драконы с пустыми животы. Когда благовония зажигаются внутри, они добавляют аромат в атмосферу в то время, как император работал внутри зала.

Стоит отметить, что вопреки традициям статуи фениксов (символы императрицы) стоят ближе к центру, чем статуи драконов (символы императора), тем самым намекая, кто был реальным правителем в Китае (http://beijing.roadplanner.ru).

В примере (24) числовая символика используется для противопоставления императорского и народного Китая. В примере (25) символика животных отражает исторический факт (правление императрицы Цыси).

Выявленные средства часто концентрируются в описании одной достопримечательности:

(26) В 200 метрах к востоку от Восточных Дворцовых Ворот стоят высокие арочные ворота Пайлоу. Слова на них утверждают, что перед человеком, прошедшем сквозь них, откроется очаровательный вид. Эти ворота имеет 200-летнию историю. Они украшены 176-ю золотыми драконами и 36-ю фениксами, которые демонстрируют великолепие императорской резиденции. На лицевой стороне ворот написано Ханьсюй (Hanxu), что означает воду озера, а на задней части ворот надпись - Мягкая Элегантность (Яньсю - Yanxiu - Subdued Elegance), что связанно с красотой холма в парке. Эти слова написаны самим императором Цяньлуном fi&^Qianlong). Кроме того, это самые большие ворота Пайлоу династии Цин из стоящих под открытым небом (http://kitayskiy-akcent.ru).

Автор приведенного выше описания точно называет, сколько метров составляет расстояние между воротами, указывает количество драконов и фениксов и их символическое значение. Надписи на воротах даются и транслитерацией, и калькированием, вторая надпись, метафорическая, соотносится с красотой холма в парке. Роль надписей как «обещания» очаровательного вида указывается дважды. Подчеркивается, что они сделаны императором. Наконец, автор характеризует объект как уникальный, хотя для этого ему приходится значительно сузить область сравнения (самые большие ворота Пайлоу династии Цин из стоящих под открытым небом). Все это, в сочетании с позитивно-оценочной лексикой, создает впечатление большой эстетической и информационной насыщенности объекта, что и превращает его в достопримечательность.

Таким образом, при конструировании (создании образов) достопримечательностей в путеводителях по Китаю для российских туристов реализуются как общие, так и национально обусловленные тактики построения текста, выбора и комбинации языковых средств, позволяющие воздействовать как на перцептивный, так и на ментальный модус адресата, повысить туристическую мотивацию, организовать маршрут и удовлетворить познавательный интерес, то есть выполняющие функции, предписанные жанром текста, стратегией автора и типом коммуникативной ситуации.

Список литературы:

Гончарова Л.М. Туристская реклама в СМИ: позитивно настраивающие тактики // Язык средств массовой информации как объект междисциплинарного исследования: Материалы II Международной науч. кон-

ференции (Москва, филологический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 14-16 февраля 2008 г.). М., 2008. С. 339-343 Золотова Г.А., Онипенко Н.К., Сидорова М.Ю. Коммуникативная грамматика русского языка. М., 1998. Отнюкова М.С. Социальное конструирование достопримечательностей

в туризме: Автореферат дисс. ... канд. филол. наук. Саратов, 2005. Пекин: Столица XXIX Олимпиады. Владивосток, 2008. Филатова Н.В. Стратегии самопрезентации субъекта туристического дискурса // Вестник МГЛУ 2012. Вып. 22 (655). С. 56-67. Филимонова Е.Н. Символика животных в переводных произведениях: Священные животные (на материале переводов с корейского и китайского языков) // Язык, сознание, коммуникация. Вып. 26. М., 2004. Blazevic N., Stojic A. Pragmalinguistic elements in tourist destination image formation // Tourism and Hospitality Management, 2006.Vol. 12, No. 1. Pp. 57-66.

Bodde D. Types of Chinese Categorical Thinking // Journal of the American

Oriental Society. 1939. 59. Frías D.M., Rodríguez M.A., Castañeda J. A., Sabiote C.M., Buhalis D. The Formation of a Tourist Destination's Image via Information Sources: the Moderating Effect of Culture // International journal of tourism research. 2012. Vol. 14. P. 437-450 Gunn C.A. Vacationscape. Designing tourist regions. 2nd ed. New York, 1988. 208 p.

Leiper N. Tourist attraction systems // Annals of Tourism Research, 1990. Vol.

17: 3. P. 367-384.

Loytynoja T. The development of specific locations into tourist attractions:

cases from Northern Europe // Fennia (2008). Vol. 186: 1. Pp. 15-29. Pike S. Destination Image Analysis: A Review of 142 Papers from 1973-2000. Tourism Management., 2002. Vol. 23(5). Pp. 541-549.

Сведения об авторах:

Сидорова Марина Юрьевна, докт. филол. наук, профессор филологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: sidorovadoma@mail.ru ЧеньЛей, аспирант филологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: chenleimosike@163.com