Выносы вправо с местоименной репризой в лувийском

ВЫНОСЫ ВПРАВО С МЕСТОИМЕННОЙ РЕПРИЗОЙ В

ЛУВИЙСКОМ

Резюме: Статья посвящена первому синхронному описанию выносов вправо в лувийском (клинописном) языке. Функции (различные типы топиков) и структура (местоименная реприза, ИГ в постглагольной позиции) лувийских выносов полностью вписываются в выносы вправо, которые описываются для языков мира. Поэтому предположение о калькированном характере лувийских выносов вправо Э. Рикен не находит подтверждения.

Ключевые слова: выносы вправо, местоименная реприза, лувийский язык, типология.

0. Введение.

Выносы вправо с местоименной репризой упоминаются в работах, посвященных лувийскому синтаксису (Melchert 2003: 201; Rizza 2007: 76-79, 2009), однако никакого сколько-нибудь содержательного их описания до настоящего момента предпринято не было. Стандартно для лувийского отмечаются лишь выносы вправо тяжелых именных групп, далее - ИГ (Rizza 2007: 76-79, 2009). В настоящей статье ставится задача полного описания выносов вправо легких ИГ. Кроме важности данной задачи самой по себе, это описание значимо для хеттского синтаксиса.

Роспись корпуса клинописного лувийского языка Ф. Штарке (Starke 1985) дала следующие результаты относительно структуры выносов вправо: в постглагольной позиции фиксируются 9 легких ИГ и 11 тяжелых ИГ. Таким образом, даже самый беглый анализ позволяет отказаться от сведения выносимого вправо составляющего к тяжелой ИГ, как это делается в (Melchert 2006; более эксплицитно Rizza 2007: 76-79; 2009).

Примером выноса вправо легкой ИГ является:

Пр. 1. MS (CTH 758.1.C) KUB 35.54 Rs. III 32

launai[mis=asi a]sdu hiimtis, #

«Пусть OHi будет вымыт, фронтощ»

(вслед за Melchert 1993: 119. Ср. Starke 1990: 566).

В типологической перспективе выносы вправо тяжелых ИГ1 являются скорее afterthought, категорией таксономически отличной от выносов вправо легких ИГ (Lambrecht 1981). Продемонстрировать это на лувийском материале при отсутствии просодической информации и невозможности синтаксических тестов не представляется возможным2, однако выносы синтаксически тяжелых ИГ достаточно четко отличимы от выносов легких ИГ в лувийском, чтобы составлять отдельную таксономическую категорию.

Также недавно было выдвинуто предположение о том, что лувийские выносы вправо представляют собой кальки с хаттского, как минимум по происхождению (Rieken 2011).

В последующем изложении я постараюсь показать, что лувийские выносы вправо легких ИГ являются вполне стандартными с типологической точки зрения выносами вправо: вынесенная ИГ коиндексируется энклитическим местоимением, согласующимся по роду, числу и падежу с ИГ в постглагольной позиции. С прагматической точки зрения выносы вправо легких ИГ также вписываются в типологически частотные функции

3

выносов вправо .

1. Выносы вправо в типологической перспективе

Прежде чем перейти к анализу конкретных лувийских примеров, сделаем несколько общих замечаний относительно функций выносов вправо в типологической перспективе. Во-первых, в типологической литературе представлены, как минимум, три подхода к определению значения выносов вправо4. Первый подход сводится к постулированию значения топика для вынесенной вправо ИГ, без дальнейшего эксплицирования, например (Gordon 2008; Mithun 1999; Lambrecht 2001). Вопрос синонимии энклитических местоимений и выносов вправо (т. е. энклитических анафорических местоимений, с одной стороны, и энклитических анафорических местоимений + полная ИГ, с другой) либо не затрагивается (Erku 1983; Erguvanli 1984; Ward, Birner 1996), либо отмечается катафорический характер референции

1 См., например, первое и третье предложения Пр. 5.

2 См., например, для норвежского Fretheim 1995.

3 Понятийный аппарат работы базируется на Lambrecht 1994.

4 Как я уже писал, afterthought я считаю таксономически отдельным явлением.

выноса вправо, с двумя вариантами: (1) вынос вправо маркирует конец дискурсивного фрагмента, для которого ИГ является установленным топиком (Ashby 1988; Givon 2001: 268), (2) вынос вправо маркирует дискурсивный топик для последующего фрагмента дискурса (Averintseva-Klisch 2006). При втором подходе выводится единое топикальное значение. При этом предполагается, что выносы вправо маркируют некоторые более конкретные виды топиков - либо доступный или выводимый топик как будто бы он был установленным в рамках стратегии «taking for granted», либо установленный топик с дополнительными значениями (Lambrecht 1981). Третий подход описывает функции выносов вправо, не стремясь во что бы то ни стало выделить единое значение. Напротив, при этом подходе отмечается значительное разнообразие и неоднородность функций данного прагматического явления в рамках маркирования топикальности даже в тех языках, где невозможно списать отклоняющиеся функции на счет межъязыковых контактов (Ashby 1988). Также, скорее всего, имеет место межъязыковое варьирование в области того, какие именно виды топиков маркирует вынос вправо в конкретном языке.

Строго говоря, все три подхода не исключают, а, скорее, дополняют друг друга. Они представляют разной степени детальности и дробности описания одного прагматического явления. В последующем изложении я буду пользоваться третьим подходом как максимально детализированным.

2. Прагматические функции лувийских выносов вправо

В нашем первом примере вынос вправо маркирует установленный топик с дополнительными значениями:

Пр. 2. MH (CTH 761.2) KUB 32.9+ Vs. 1-3

1. [nu=za munusS]U.GI isnas parkui[n taluppin dai] #

2. [n=an=san ANA BEL SISKUR ANA R]AMANI=SU anda tam[aszi] #

3. [nu munusSU.GI tezzi] # §

4. [zawiy] =asi wisita hala[lis] taluppi[s]i #

«(1) ‘Старая женщина’ берет чистый комок теста. (2) Она прижимает его к господину ритуала, к его телу. (3) ‘Старая женщина’ говорит так: (4) “Он только что появился, чистый комок;”»5.

5 Вслед за Melchert 2003: 204. Ср. Starke 1990: 485.

В данном фрагменте дискурса референт parkui[n taluppin] «чистый комок» вводится как полная ИГ in situ в первой клаузе. В клаузе 2 он, скорее всего6, маркируется как установленный топик энклитическим анафорическим местоимением. В предложении 4, однако, этот же установленный топик маркируется и энклитическим местоимением, и полной ИГ (hala[lis] taluppi[s] «чистый комок») в составе выноса вправо. Обе кореферентные полные ИГ в клаузе 1 и предложении 4, однако, неидентичны: первая (parkui[n taluppin]) номинирует референт по-хеттски, вторая (hala[lis] taluppi[s]) - по-лувийски. Таким образом, вынос вправо маркирует иную номинацию установленного топика, что типологически является функцией выносов вправо, например, во французском языке (Ashby 1988; Lambrecht 1981).

В следующем примере вынос вправо также маркирует установленный топик. В данном случае дополнительным значением является катафорическая дискурсивная функция:

Пр. 3. NS (CTH 760.II.2.A) KUB 35.45+ Vs. II 18-27

1. x x EN-ya tiwa'liya piya=as LUKURMES-inz[(i)] kattawatnallinza utnassinza hishisassi[n]za taparuwassinza tatariyammanassinza

hirut[(as)]sinza ENMES-anza #

2. kuis=ani sahhanissatta #

A

3. kuis=ani ippatarri
satta EN SISKUR-win ALAM-sa misanza hassa halhalzanin uwarannahisa yunahisa lalpin kuwannanin massanallin KASKAL-an #

4. man=asj huiduwalis #

5. sarriy=anj DUTU-za darawiddu #

6. man=asj ulantis #

7. a=anj tiyammassis DUTU-za darawiddu tatariyammanassin hirutassin EN-anj # §

«(1) [ ], Бог солнца господин, выдай их: врагов, истцов, господ слова, заклинания, чего-то дурного, проклятия, лжеклятвы. (2) Кто навязал феодальную повинность на него, (3) кто наложил арест на Heroi, господина ритуала^, (в отношении к) статуе, плоти, кости, части тела, у., мобильному богатству, реснице, брови, пути богов. (4) Если он| жив, (5) пусть Бог солнца выдаст егOj. (6) Если он мертв, (7) пусть Бог солнца земли выдаст erOj, господина проклятия (и) лжеклятвыр>7.

6 Хотя контекст фрагментарен.

7 Вслед за И. Якубовичем, pers. comm. Ср. Garrett 1990: 255.

Выносы вправо употребляются в обоих случаях в последнем из предложений, относящихся к одному из референтов, являющихся установленными топиками для данного контекста - ‘господин ритуала’ в предложениях 2-3 и ‘господин проклятия (и) лжеклятвы’ в предложениях 4-7. Предыдущие клаузы используют анафорические энклитические местоимения. Из контекста абсолютно ясно, какой именно референт маркируется соответствующим анафорическим местоимением в предложениях 3 и 7. Поэтому я не отношу этот пример к выбору топика. Как уже указывалось, дополнительным значением установленного топика является катафорическая функция выносов вправо в понимании Т. Гивона: выносы вправо в каждом случае маркируют конец тематической цепочки/ параграфа, сигнализируя слушающему катафорическую прерывность и референта, и темы.

В следующем случае вынос вправо маркирует выводимый топик (inferable topic), одну из наиболее частотных функций выносов вправо. Она засвидетельствована в каталанском (Mayol 2007), французском (Lambrecht 1981; Ashby 1988: 214), турецком (Erku 1983: 142-3; Erguvanli 1984: 56-7, 60), английском (Ward, Birner 1996).

Пр. 4. NS (CTH 763) KBo 29.6 Vs. 19’-24’

1. zawiy=atai wisita sapiy[a]sanzawarran[-i ] #

2. [ ] hasati awimman #

_ ?

3. sap[i]yati=pa=tta aw[mman ] #

4. awiduw=as=tta malhassass[i]s EN-as harratna[ti] # §

5. zas=pa=tta kuwatin zammitatis nAAharrati [ ] awimmis #

6. awidu=pa=as=tta m[a]lhas<sas>sis EN-as h[arratnati] waskulimma[ti] # §

«(1) Оно; только что появилось, в. очистительного средства^. (2) [Оно?] пришло из кости. (3) (Оно) пришло из очистительного средства. (4) Пусть он, господин ритуала, придет из оскорбления. § (5) Как эта мука пришла от жернова, (6) Пусть он, господин ритуала, придет из греховного оскорбления §» (вслед за Starke 1990: 445).

Контексту предшествует описание приготовления в. очистительного средства из ингредиентов. Т. о. референт выноса впра-

8

во в первом предложении выводим из компонентов, хотя как таковой и не представлен в предшествующем дискурсе.

8 Остальные выносы вправо будут разобраны позднее - см. Пр. 5 из этого же контекста.

Особенно интересна следующая функция выносов вправо в лувийском - смена топика в коррелятивном контексте. В ряде описаний функция смены топика отвергается для выносов вправо (Givon 1976; Bresnan, McHombo 1987: 764-5, 768; Iem-molo 2010; Lambrecht 1981: 94; Lambrecht 2001: 5.2). Однако, как минимум для французского (Ashby 1988)9, эта функция убедительно выделяется. Впрочем, в лувийском мы имеем дело не просто со сменой топика, а со сменой топика в коррелятивном контексте. В таком случае пародоксальным образом референт выноса вправо более доступен по сравнению с обычной сменой топика, т. к. контекст демонстрирует сопоставление топика предложения с выносом вправо с предшествующим топиком. Наиболее близкой параллелью в данном случае является одна из функций норвежских выносов вправо, описанная в работе Fretheim 1995: 34-35: «[...] a right-dislocated phrase can also serve to indicate a shift of discourse topic, or the introduction of information which the speaker assumes to be not central, or maximally relevant, to the communicative goals pursued by the interlocutor. In the following dialogue, all of the utterances BrB[3] are appropriate alternative responces to A’s utterance [...].

(4) A: I dag snakket jeg med en som kjente deg fra den tida da du bodde pa Kirken^r - Axel Aarvoll.

‘Today I spoke with someone who knew you from the time when you were living at - Kirken^r - Axel Aarvoll.’

B1: Hani var gift med s0skenbarnet mitt en gang i tida, hani.

‘Hei was once married to my first cousin, hei.’ Jcnfkmyst dsyjcs B2: Hani var gift med s0skenbarnet mitt en gang i tida, Axel Aarvoll i. ‘Hei was once married to my first cousin, Axel Aarvolli.’

B3: Axeli var gift med s0skenbarnet mitt en gang i tida, hani.

‘Axeli was once married to my first cousin, hei.’

[...] Right dislocation [...] signals the speaker’s recognition of the possibility that he may have introduced a topic which distracts the interlocutor from what she had planned to say next. [...]».

Как, впрочем, видно из сравнения, даже норвежские выносы вправо не являются точной типологической параллелью данной лувийской функции, однако она вполне вписывается в функциональную сферу выносов вправо и не должна вызывать сомнений.

9 Ср. Lambrecht 1981.

В лувийском смена топика в коррелятивном контексте представлена в двух контекстах, из которых процитируем один:

Пр. 5. NS (CTH 763) KBo 29.6 Vs. 19’-24’

1. zawiy=ata wisita sapiy[a]sanza warran[- ] #

2. [ ] hasati awimman #

_ ?

3. sap[i]yati=pa=tta aw[mman ] #

4. awiduw=asi=tta malhassass[i]s EN-as harratna[ti] # §

5. zas=pa=tta kuwatin zammitatis nAAharrati [ ] awimmis #

6. awidu=pa=aSi=tta m[a]lhas<sas>sis EN-as h[arratnati] waskulimma[ti] # §

«1) Оно только что появилось, в. очистительного средства. (2) [Оно?] пришло из кости. (3) (Оно) пришло из очистительного средства. (4) Пусть онь господин ритуала^ придет из оскорбления. § (5) Как эта мука пришла от жернова, (6) Пусть онь господин ритуала^, придет из греховного оскорбления §» (вслед за Starke 1990: 445).

В данном контексте представлены два сопоставления -между sapiy[a]sanza warran[- ] «в. очистительного средства» и

malhassass[i]s EN-as «господин ритуала» в клаузах 1-4 и между zammitatis «мука» и malhassass[i]s EN-as «господин ритуала» в клаузах 5-6. Точнее говоря, сопоставляются не непосредственно референты, а действия с референтами/ референтов (см. Torri 2003), поэтому мы не можем говорить об одновременной ана- и катафорической референции местоимений в предложениях 4 и 6. Тем не менее в данных контекстах смена топика явным образом сочетается с анафорической преемственностью и большей доступностью антецедента выносов вправо, чем в обычных случаях смены топика, в которых в лувийском выносы вправо не употребляются.

Любопытно, что данный контекст демонстрирует употребление выноса вправо как в сочетании с коррелятивной конструкцией (в клаузах 5-6: kuwatin «как»), так и без нее (в клаузах

1-4).

Последним значением является выбор топика при наличии нескольких установленных/ активных топиков в предшествующем фрагменте дискурса:

Пр. 6. MS (CTH 758.1.C) KUB 35.54 Rs. III 25-36

1. [w]arsa kuwatin ha[l]al #

2. [a=(a)]tai halal asdu za [p]arnanza [DI]NGIRMES-ninzi huhhursa[nt]inzi [d]arusa tiyammis h[u\mmatis IGUINNI-tis (nskattaluz\zi\sa, #

3. a=(a)tai halal asd[u] # §

4. [GAL G]IR4 dai #

5. x[ par]a ёpzi #

6. [nu mem]ai #

Т. launai[mis=asii a]sdu hiimtis,, #

8. [nu n]amma dai #

9. nu par[a] ёpzi #

10. [nu me]mai #

11. launaimis=asj asdu [t]arussa tiyammis [DINGIRMES-e]nzi [h]uhhursantinzi GUNNI-[tis]j #

«“(1) Как вода чиста, (2) пусть ониі будут чисты: этот дом, боги х., статуя, земля, фронтон, очаг, порогу (3) Пусть они будут чисты”. (4) Он(а) берет кубок (5) (и) протягивает. (б) Он(а) говорит: (Т) “Пусть они будет вымыт, фронтон^”. (8) Затем он(а) берет (кубок) (9) (и) протягивает (его). (10) Он(а) говорит: “(11) Пусть они] будут вымыты: статуя, земля, боги х., очаг”» (вслед за Melchert 1993: 119; 200б: 297. Ср. Starke 1990: 5бб).

Прямая речь контекста записана по-лувийски, ритуальные действия по-хеттски.

Контекст построен следующим образом: сначала упоминается группа референтов в предложении 2. Затем две части этой группы упоминаются по-отдельности - пьедестал в предложении 7 и статуя, земля, боги х., очаг в предложении 11. Выносы вправо маркируют выбор топика из группы в предложении 2. Контрастивность в контексте отсутствует.

Выбор топика описывается как функция выносов вправо для ряда языков, например, для языка лакотa: «[n]ominals following the nuclear clause, termed ‘antitopics’ by Chafe (197б), usually serve to confirm established information. [...] They often occur in contexts where reference is potentially ambiguous, as when action or speech shifts rapidly back and forth between participants. Both participants remain active discourse topics throughout the interchange, so they need not be reintroduced or recalled to consciousness with each new action. The right-detached nominals simply confirm matches between the participants and their actions» (Mithun 1999: 19б). Интересно, что в других языках, например, в языке омаха-понца (Omaha-Ponca) данное значение блокирует употребление выноса вправо (Gordon 2008: 79).

Таким образом, мы видим, что каждая из функций выносов вправо в лувийском по-отдельности представлена у выносов

вправо в языках мира. В качестве параллели совокупности

1 V> /"* v> v> 1 v>

функции ближайшей параллелью может служить французский язык в описании (Ashby 1988), в котором представлены функции установленного и выводимого топика, а также смены топика и выбора референта из нескольких установленных топиков. Разумеется, все функции входят в типологически универсальную для выносов вправо топикальность (Lambrecht 2001; Givon 2001).

3. Структура лувийских выносов вправо

Рассмотрим теперь структуру лувийских выносов влево. К сожалению, ввиду невозможности синтаксических тестов, относительно синтаксической структуры мы можем обсуждать только порядок слов.

Из приведенных выше примеров Пр. 3 предложение 7 представляет собой прототипический вынос вправо с глаголом, находящимся непосредственно перед вынесенной вправо ИГ. Пр. 3 предложение 3 демонстрирует глагол во второй позиции. Тот факт, что за глаголом следуют две ИГ, должен объясняться тем, что вторая ИГ оказалась вынесенной в постглагольную позицию из-за своей синтаксической тяжести.

Пр. 2, 4 и 6 предложение 7 состоят из двух составляющих. Теоретически, они могут быть проинтерпретированы и как вынос глагола в первую позицию, и как вынос ИГ вправо. Наличие местоименной репризы заставляет нас выбрать вторую возможность.

Остальные три примера состоят из более чем двух составляющих и демонстрируют глагол в начальной или первой позиции. Поэтому, как отмечает И. Якубович (pers.comm.), они более похожи на вынос глагола в первую или начальную позицию. В двух случаях10 начальная или первая позиция глагола объясняется тем, что помимо прагматически обусловленного выноса легкой ИГ в предложениях присутствует и структурно обусловленный вынос тяжелой ИГ. Таким образом они должны объясняться аналогично Пр. 3 предложение 3. Предположение выноса глагола в первую позицию опровергается также наличием местоименной репризы.

К сожалению, таким же образом невозможно объяснить Пр.

5 предложения 4 и 6, оба из которых демонстрируют глагол в

10 MH (CTH 761.2) KUB 32.9+ Vs. 7-10 и NS (CTH 762.1.A) KUB 35.11 Vs. II 8’-11’.

первой позиции и две легких ИГ после глагола. Для удобства я повторю Пр. 5 как Пр. 7:

Пр. 7. NS (CTH 763) KBo 29.6 Vs. 19’-24’

1. zawiy=ata wisita sapiy[a]sanza warran[- ] #

2. [ ] hasati awimman #

?

3. sap[i]yati=pa=tta aw[imman ] #

4. awiduw=asi=tta malhassass[i]s EN-as harratna[ti] # §

5. zas=pa=tta kuwatin zammitatis nAAharrati [ ] awimmis #

6. awidu=pa=aSi=tta m[a]lhas<sas>sis EN-as-, h[arratnati] waskulimma[ti] # §

«(1) Оно только что появилось, в. очистительного средства. (2) [Оно?] пришло из кости. (3) (Оно) пришло из очистительного средства. (4) Пусть онь господин ритуала^ придет из оскорбления. § (5) Как эта мука пришла от жернова, (6) Пусть онь господин ритуала^, придет из греховного оскорбления §» (вслед за Starke 1990: 445).

Как я уже отметил, постглагольная позиция ИГ harratna[ti] «из оскорбления» в обоих предложениях не может быть мотивирована его синтаксическим весом. В обеих предложениях harratna[ti] является ремой.

При прагматическом анализе контекста выше (как Пр. 5) я уже отмечал, что мы имеем дело со сменой топика в коррелятивном контексте. Если мы посмотрим на идентичные глагольные формы awidu «пусть приходит» в обоих предложениях (4 и 5), то поймем, что они, собственно, и обеспечивает сопоставление, как это и ожидается в коррелятивных контекстах (Torri 2003): обе части сопоставления употребляют глагол awi-«приходить» в разных формах. Таким образом, первая позиция глагола может быть мотивирована его тематическим характером. См. Bauer 2011 о сходном явлении в хеттском11. В таком случае получается, что смена топика в коррелятивном контексте в данном случае маркируется и выносом глагола в первую позицию, и выносом вправо с местоименной репризой. Если мы вспомним, что в хеттском имеются и выносы вправо с местоименной репризой и собственно местоименная реприза с именной группой in situ (Sideltsev 2011), возможно этот пример надо понимать как содержащий вынос глагола в начальную

11 Ограничение подобной структуры двукомпонентными предложениями, в большинстве случаев действующее для хеттского и очень странного типологически, в лувийском явно не прослеживается.

позицию и местоименную репризу ИГ in situ, т. е. без выноса вправо. В таком случае до выноса глагола предложение выглядело как a=aSi=tta malhassass[i]s EN-as harratnati awidu. Такое решение представляется наиболее экономичным, однако собственно местоименная реприза ИГ in situ для лувийского на данный момент не описана в отличие от хеттского (Sideltsev 2011). Поэтому при нынешнем состоянии лувистики окончательное решение по поводу этого контекста невозможно.

4. Заключение

Выносы вправо в лувийском являются вполне тривиальными с типологической точки зрения выносами вправо. Они маркируют разнообразные значения в сфере топикальности (установленный топик с дополнительными значениями, выводимый топик, выбор топика и смену топика в коррелятивном контексте) и демонстрируют местоименную репризу. Поэтому я не считаю возможным следовать мнению Э. Рикен, которая объясняет лувийские выносы вправо кальками с хаттского (Rieken 2011).

Литература

Averintseva-Klisch 2006 - Averintseva-Klisch M. ‘Separate Performative’ Account of German Right Dislocation // Ebert C., Endriss C. (Hg.), Proceedings of the Sinn und Bedeutung 10, ZASPiL 44.

Bauer 2011 - Bauer A. Verberststellung im Hethitischen // Krisch, Thomas (eds.). Proceedings from the Fachtagung der Indogermanische Gesellschaft Salzburg, September 2008. Wiesbaden: Reichert, 2011. Bresnan, McHombo 1987 - Bresnan J., McHombo S. Topic, Pronoun, and Agreement in Chichewa // Language 63/4, 1987.

Erguvanli 1984 - Erguvanli E. E. The Function of Word Order in Turkish Grammar / University of California Publications. Linguistics. Vol. 106. University of California Press, 1984.

Erku 1983 - Erku F. Discourse, pragmatics and word order in Turkish. A thesis submitted to the faculty of the graduate school of the University of Minnesota, 1983.

Fretheim 1995 - Fretheim T. Why Norwegian Right-Dislocated Phrases are not Afterthoughts // Nordic Journal of Linguistics, Vol. 18, 1995.

Garrett 1990 - Garrett A. J. The Syntax of Anatolian Pronominal Clitics.

Ph.D. Diss., Harvard University, 1990.

Givon 1976 - Givon T. Topic, Pronoun and Grammatical Agreement // Ch.

Li (ed.). Subject and Topic. New York: Academic Press, 1976.

Givon 2001 - Givon T. Syntax: An introduction. Vol. II. John Benjamins Publishing Company: Amsterdam; Philadelphia, 2001.

Gordon 2008 - Gordon B. J. Antitopic and afterthought. Givenness and grammar in Ponca and Omaha // Kansas Working Papers in Linguistics Vol. 30, 2008.

Iemmolo 2010 - Iemmolo G. Topicality and differential object marking. Evidence from Romance and beyond // Studies in Language 34/2, 2010.

Lambrecht 1981 - Lambrecht K. Topic, Antitopic and Verb Agreement in Non-Standard French / Pragmatics and Beyond. II: 6. Amsterdam: John Benjamins B.V., 1981.

Lambrecht 1994 - Lambrecht K. Information Structure and Sentence Form. Cambridge: Cambridge University Press, 1994.

Lambrecht 2001 - Lambrecht K. Dislocation // Martin Haspelmath, Ekkehard Konig, Wulf Oesterreicher & Wolfgang Raible, eds. Language Typology and Language Universals: An International Handbook / Handbucher zur Sprach- und Kommunikationswissen-schaft, 20. 2001, Vol. 2. Berlin, New York: Walter de Gruyter.

Mayol 2007 - Mayol L. Right-dislocation in Catalan: Its discourse function and counterparts in English // Behrens, Bergljot, Cathrine Fabricius-Hansen, Hilde Hasselgard and Stig Johansson (eds.). Information Structuring Resources in Contrast: Special issue of Languages in Contrast 7:2 (2007). 2007.

Melchert 1993 - Melchert C. Cuneiform Luvian Lexicon. Capel Hill, N.C. 1993.

Melchert 2003 - Melchert C. Language // The Luwians. Ed. by C. Melchert. / Handbook of Oriental Studies. Vol. 68. Leiden - Boston: Brill, 2003.

Melchert 2006 - Indo-European Verbal Art in Luvian // G.-J. Pinault, D. Petit (eds.). La langue poetique indo-europeenne. Actes du Colloque de travail de la Societe des Etudes Indo-Europeennes. Paris, 22-24 octobre 2003. Leuven-Paris: Peters, 2006.

Mithun 1999 - Mithun M. The Languages of Native North America. Cambridge University Press, 1999 (Cambridge Language Surveys)..

Rieken 2011 - Rieken E., Verbanfangsstellung in den hethitischen Uber-setzungstexten // Krisch, Thomas (eds.). Proceedings from the Fachtagung der Indogermanische Gesellschaft Salzburg, September 2008. Wiesbaden: Reichert, 2011.

Rizza 2007 - Rizza A. I pronomi enclitici nei testi etei di traduzione dal hattico // Studia mediterranea 20. Pavia: Italian University Press, 2007.

Rizza 2009 - Rizza A., Left and Right Periphery in Hittite. The case of the translations from Hattic // E. Rieken, P. Widmer (eds.). Pragmatische Kategorien. Form, Funktion und Diachronie. Akten der Arbeitstagung der Indogermanischen Gesellschaft vom 24. bis 26. September 2007 in Marburg. Wiesbaden: Reichert, 2009.

Sideltsev 2011 - Clitic Doubling: a New Syntactic Category in Hittite // AoF 2011, 38/1.

Starke 1985 - Starke F. Die Keilschrift-luwische Texte in Umschrift // StBoT 30. Wiesbaden: Harrassowitz, 1985.

Starke 1990 - Starke F. Untersuchung zur Stammbildung des keilschrift-luwischen Nomens // StBoT 31. Wiesbaden: Harrassowitz, 1990.

Torri 2003 - Torri G. La similitudine nella magia anatolica ittita // Studia Asiana 2. Roma: Herder, 2003.

Ward, Birner 1996 - Ward G., Birner B. J. On the Discourse Function of Rightward Movement in English // Conceptual Structure, Discourse and Language, ed. by A. Goldberg. Cambridge University Press: Center for the Study of Language and Information Publications, 1996.

A. V. Sideltsev. Right dislocations with pronominal reduplication

in Cuneiform Luwian

The paper provides the first systematic description of Cuneiform Luwian right dislocations. Both functionally and structurally, CLuwian right dislocations are typical right dislocations: the right dislocated single NP is coindexed by the enclitic pronoun. The following functions, all within the topic sphere, are delimited: established topic with additional meanings, inferable topic, topic disambiguation, topic shift in the correlative context. Both the individual functions and their array in one category are paralleled by cross-linguistic data for right dislocations. This disproves the idea about their calquing the Hattian verb first word order (Rieken 2011). Heavy NPs in the post-verbal position constitute a separate taxonomic type, best described in the cross-linguistic light as afterthoughts.