Грузия ставит голос

27 октября в Грузии будут выбирать нового президента. Но на самом деле люди проголосуют не за смену лиц, а за смену вех в грузинской политике. Эпоха Саакашвили заканчивается, и пока не ясно, куда страна двинется дальше

Грузинская политика, как грузинский театр,— всегда ярко, надрывно и не до конца понятно постороннему зрителю. Да что там театр — учитывая особенности грузинской фонетики, даже дружеская беседа двух грузин может показаться иностранцу опасной перепалкой. Понятно, что каждая избирательная кампания в Грузии проходит на повышенных тонах. Вот только нынешние выборы — исключение.

До голосования остается меньше недели, а серьезных инцидентов и скандальных разоблачений, по сути, не было. Города заклеены плакатами кандидатов в президенты, много предвыборной агитации и рекламы. На прошлой неделе прошли и первые телевизионные дебаты между претендентами, но ощущения надвигающейся политической революции нет.

Поэтические протесты и предвыборная статистика

Конечно, совсем без скандалов не обходится. В главный офис партии Михаила Саакашвили "Единое национальное движение" ворвались какие-то деятели, обвинили действующего президента в том, что он "является агентом КГБ с 1989 года", и стали читать обличительные стихи. Пришлось вызывать полицейский патруль, который и прервал поэтический протест. Но это не сравнить с событиями "революции роз" или выборами 2008 года с массовыми акциями протеста, избиениями оппозиционеров и штурмом телекомпаний.

Все дело в том, что в ближайшее время пост президента в Грузии становится почти декоративным. Глава государства будет выполнять представительские функции, а реальная власть в стране переходит в руки премьер-министра. Поэтому в выборах не участвуют самостоятельные и влиятельные политические игроки, а скорее — известные функционеры. Самое интересное, что все они хорошо друг друга знают и, как это часто происходит в замкнутых системах, пережили и союзы, и бурные разводы. Например, 5 лет назад Георгий Маргвелашвили был основным советником Нино Бурджанадзе и помогал ей бороться с Саакашвили, а сейчас они соперничают друг с другом. Реальные игроки отходят на второй план, выпуская вперед верных оруженосцев.

От правящей партии "Грузинская мечта" на выборы идет министр образования и науки Георгий Маргвелашвили. От бывшей правящей партии "Единое национальное движение", которая сейчас в оппозиции, выдвинут бывший спикер парламента Давид Бакрадзе. Им пытается составить конкуренцию еще один бывший руководитель парламента — Нино Бурджанадзе.

Фаворитом, безусловно, считается Маргвелашвили, потому что за ним стоит премьер-министр страны, олигарх Иванишвили, создавший партию "Грузинская мечта" и положивший год назад конец монополии на власть Саакашвили и его соратников. Пока рейтинг премьера в Грузии очень высок и народ поддерживает его инициативы и его выдвиженцев. Сам Иванишвили это знает и в интервью грузинскому "Первому каналу" заявил, что второго тура не будет и его кандидат триумфально победит. "В течение одного года ничего, кроме позитива, не сделали,— сказал премьер.— Много социальных проблем решили, сделали больше, чем обещали. Надеюсь на это, и результат будет. Мы уверенно победим в первом туре". Иванишвили пообещал, что после выборов уйдет из правительства и не намерен держаться за власть. Его удовлетворит роль мудрого советника и щедрого спонсора.

Маргвелашвили тоже в своей победе не сомневается и заявляет, что уровень его поддержки превышает 50 процентов. Однако социологические опросы не дают абсолютного перевеса одному кандидату.

Согласно данным исследования американского Национального демократического института, лидирует с 39 процентами Георгий Маргвелашвили, на втором месте с 18 процентами Давид Бакрадзе. Нино Бурджанадзе хотят видеть президентом Грузии 7 процентов опрошенных. По другим опросам, уровень поддержки Маргвелашвили еще ниже.

Личный фактор

Впрочем, все может измениться буквально накануне голосования: в грузинской новейшей истории уже было несколько неожиданных крутых виражей. Едва ли в игру сумеет вмешаться Нино Бурджанадзе, но она старается и по количеству наружной рекламы, кажется, опережает всех. На прошлых выборах Нино некоторое время выполняла роль главы государства, пока Михаил Саакашвили участвовал в выборах. Нынешние выборы для нее — последняя попытка занять высокий пост, но помочь ей сделать это может только чудо. На него, видимо, намекал и бывший министр внутренних дел Грузии, один из самых влиятельных чиновников времен Саакашвили Вано Мерабишвили, передавая правительству весточку из тюрьмы, где его держат с мая. По данным влиятельного арестанта, возглавлявшего когда-то одновременно несколько грузинских спецслужб, в день выборов команда Нино Бурджанадзе может устроить в стране беспорядки. Впрочем, на эти страшилки серьезно никто не отреагировал.

Фаворит гонки Георгий Маргвелашвили — друг покойного премьер-министра и одного из деятелей "революции роз" Зураба Жвания — тоже не первый год в политике. Он имел непосредственное отношение к воспитанию тех, кто правил Грузией последние годы, потому что создавал и много лет руководил Американским институтом управления, из которого вышло несколько министров и высокопоставленных чиновников.

— Вы думаете, что американское образование, американский стиль будут востребованы в коррумпированной, разваленной, бурлящей Грузии? — спросил я его сразу после "революции роз".

— Это реальная проблема. Очень высокий уровень коррупции. Да, Грузия клановая страна, и именно поэтому мы стараемся готовить студентов не в американском стиле жизни, а в современном стиле государственного управления. Мы из феодальной Грузии в смысле государственного управления (ведь 200 лет были частью империи) сразу вступаем в общество, которое должно жить по законам XXI века... — Георгий Маргвелашвили начал было отвечать как по писаному, потом остановился, посмотрел в окно и продолжал не столь уверенно.— Вы мне такой вопрос задаете... Мы их готовим на какой-то бой, на бой за свою государственность. А что у них получится?.. Но это бой, и мы за ценой не постоим.

Сам Маргвелашвили "пал" буквально в первых же боях за новую Грузию: после смерти Жвании многие друзья покойного премьера выпали из властной обоймы. Вернее, их вытеснили люди Михаила Саакашвили. Ушел из своего института и Маргвелашвили. Он объяснял это тем, что потерял интерес к директорской работе. Однако на самом деле сработала общая тенденция — его оттеснили на обочину более резвые и молодые.

— А чем занимаются чиновники старшего поколения, которые вынуждены были уйти? — спрашивал я тогда у Георгия.

— Наверное, бедствуют,— спокойно отвечал будущий кандидат в президенты Грузии.

Он долго надеялся, что Саакашвили остепенится, станет более рассудительным, вспомнит, что он президент всех грузин, а не только тех, кому до 30. Конфликт не вылился в войну отцов и детей, но привел к войне отцов против власти, войне с новым правительством. Старшее поколение выступило против правительства.

Во многом нынешние выборы — это не выборы нового президента, это все еще борьба с уходящим президентом Михаилом Саакашвили и его стилем управления, с его политическим наследием. У Саакашвили до сих пор много сторонников, но число тех, кто его ненавидит, не меньше. Поэтому "Единое национальное движение" и выбрало из всех возможных кандидатов Давида Бакрадзе, он меньше всего раздражает людей. Несколько месяцев проработал министром реинтеграции, потом министром иностранных дел, и с 2007 по 2012 год возглавлял парламент. Хотя бы нет формального повода для уголовного преследования со стороны новой власти. Ведь почти все соратники Саакашвили сейчас либо в бегах, либо под арестом, либо находятся под уголовным расследованием. В мае арестовали самого влиятельного человека в окружении Саакашвили, руководителя партии — Вано Мерабишвили.

На прошлой неделе во Франции, где-то между Монако и Ниццей, был задержан второй по эффективности и жесткости деятель времен Саакашвили, бывший министр обороны Грузии Давид Кезерашвили. Это как раз тот министр, который в 2008 году накануне войны с Россией в интервью "Огоньку" говорил о силе и мощи новой грузинской армии. Позволю себе процитировать:

— Три дня — и мы возьмем Абхазию под полный контроль, три часа — и мы возьмем Цхинвали,— говорил в апреле 2008 года 30-летний грузинский министр обороны.

— Вы отдаете себе отчет в своих словах? — переспросил я его тогда, не поверив своим ушам.

— Да, мы готовы выполнить любую задачу,— не смутившись, отрезал 30-летний Давид Кезерашвили.

— Но вам придется воевать с Россией...

— Ну... Если только на нас не будут сбрасывать баллистические ракеты, мы сегодня в состоянии решить любую задачу,— с напором повторил министр. После войны его сняли со всех постов и спрятали от людского гнева на должности руководителя Федерации конного спорта.

Любопытно, что грузинский офис неправительственной организации Transparency International не раз обращал внимание на сомнительное происхождение его средств, зарегистрированных в офшорных зонах: молодой министр обороны был достаточно успешным в рекламном бизнесе. Говорят, его главным партнером был Давид Якобашвили — олигарх и совладелец "Вимм-Билль-Данна". В конце января 2013 года следственная служба Министерства финансов обвинила его в получении 12 млн долларов в качестве взятки и в том, что Кезерашвили прикрывал контрабанду украинского спирта в Грузию. Кроме того, его обвиняют в рэкете.

А вообще стоит напомнить, что Давид Кезерашвили с 2001 года работал в Министерстве юстиции Грузии старшим инспектором главного управления пенитенциарных (тюремных) реформ, позже — начальником информационно-аналитической службы. После ухода Саакашвили с поста министра юстиции Грузии (в 2002 году) работал его помощником. После "революции роз" Кезерашвили был назначен главой финансовой полиции при Министерстве финансов Грузии. Он всегда гордился тем, что заставил грузинских богачей и воров в законе сдаться. У него есть второе, израильское, гражданство, но даже оно его не защитило от ареста.

Словом, борьба с наследием Саакашвили идет по всем фронтам. И если Маргвелашвили будет избран президентом, скорее всего продолжится. Об этом мало говорят в Тбилиси, но у Георгия Маргвелашвили семья распалась во многом из-за Саакашвили, поэтому все, что напоминает о революционном президенте, вызывает отторжение у фаворита президентской гонки. Маргвелашвили, например, не собирается в случае победы работать в построенной при Саакашвили президентской резиденции. "Здание очень помпезное,— заявил Маргвелашвили в эфире телекомпании "Рустави 2".— Думаю, это должно быть нечто символическое, по-моему, учебное заведение".

"Государство — это же не картель..."

В свою очередь, критики Иванишвили и Маргвелашвили как его креатуры на выборах пытаются изобразить обоих агентами Кремля, пособниками России. Возвращение на российский рынок грузинского вина и минеральной воды, недавнее снятие запрета на поставки из Грузии цитрусовых, решение Тбилиси не бойкотировать сочинскую Олимпиаду — все это вызывает волну обвинений в том, что новая власть сдает страну русским.

Недавно в Грузию громко въехали "Ночные волки" во главе с любимым байкером российского президента Хирургом — Александром Залдостановым. Удивительно было наблюдать за людьми в кожанках и с российскими знаками в Мцхете, древней столице Грузии. Российские байкеры приехали на праздник в честь Хитона Господня, или Мцхетоба-"Светицховлоба". Праздник совпадает с днем Покрова Пресвятой Богородицы и очень почитаем в религиозной Грузии. У Хирурга местные журналисты много спрашивали о войне 2008 года и об отношениях двух стран, он отвечал осторожно и как миротворец, но сам факт приезда в страну людей, которых ассоциируют с Владимиром Путиным, вызвал в Грузии бурную дискуссию.

Экс-президент Грузии Эдуард Шеварднадзе сейчас много и развернуто высказывается по любому поводу в грузинской прессе. Шеварднадзе готов поклясться на иконе, что премьер Иванишвили не является "человеком Москвы", и во всех проблемах винит Саакашвили.

"Могу поклясться на иконе, что Бидзина Иванишвили не является человеком России, чего не могу сказать о Саакашвили,— цитирует Эдуарда Шеварднадзе газета "Асавал-Дасавали".— Саакашвили больше человек России, нежели кто другой. Для России Саакашвили был самым желанным кандидатом на посту президента. Такого они больше не найдут. В 2008 году она получила от Саакашвили все, что желала, и получила бы еще больше, если бы не Иванишвили. Поэтому Кремль так усложняет ситуацию новым властям Грузии. Подразумеваю ситуацию на так называемой границе. Дело Саакашвили кончено, он потерял доверие грузинского народа и, что самое главное, доверие России".

Сам Иванишвили высказывается в том же духе. "Если бы не ошибки Саакашвили,— заявил он грузинскому "Первому каналу",— Россия не сумела бы осуществить агрессию и наши территории не были бы оккупированы... Если бы Саакашвили и его несколько соратников 2008 году не натворили глупостей, никто бы не простил России таких действий и, возможно, весь мир объявил бы протест сочинской Олимпиаде".

Да и от фаворита нынешних президентских выборов Георгия Маргвелашвили, если он на них победит, промосковской политики ждать тоже не стоит.

— Воссоединение с Абхазией и Осетией — краеугольный камень грузинской государственности,— говорит он.— Это те территории, которые мы считаем нашими. Государство — это территория, которая управляется одним правительством... Государство — это же не картель, который может продать часть своих активов и продолжить диверсифицироваться. Грузинская государственность осмыслена именно в этих территориях. Соответственно бороться до конца за эту территорию составляет смысл грузинской государственности.

Кандидат в президенты, философ и университетский преподаватель Георгий Маргвелашвили вовсе не против России и не против русских, когда-то именно в России он издал свою книгу и знает, что там все еще интересуются грузинскими философами. Но став президентом, он намерен отстаивать грузинские интересы. Поэтому и на него вряд ли стоит рассчитывать как на податливого собеседника.