Цены встали на курс

Влияние девальвации рубля на скорость роста потребительских цен превзошло ожидания правительства: в июне инфляция в годовом выражении достигнет 8%, признало Минэкономики. Чиновники обещают ее резкое замедление во втором полугодии 2014 года — против этого выступают ожидания домохозяйств, растущие аппетиты госкомпаний и банков к финансированию и неопределенность с курсом рубля.

Представители российских экономических властей вновь недооценили "эффект переноса" девальвации рубля на динамику инфляции. Сначала Минэкономики ожидало пика роста потребительских цен в мае, потом обещало, что подъем инфляции закончится в июне на отметке 7,8%, теперь ведомство вынуждено прогнозировать: в июне она достигнет 8% в годовом выражении. В мае ускорялся рост на все виды продовольствия, кроме молока и молочной продукции, говорится в макроэкономическом мониторинге министерства за 30 мая — 5 июня 2014 года. Цены на мясо и птицу показали рекордный рост (4,4%) вследствие удорожания новых импортных поставок и "роста цен отечественных сельхозпроизводителей в результате ослабления конкуренции со стороны импорта". Заметим, что очередной всплеск цен на продовольствие в РФ совпал с заметным замедлением темпов роста мировых цен на продукты: в мае продовольственный индекс ФАО ООН сократился на 1,2% (3,5% в годовом выражении), до 207,8 пункта, благодаря главным образом той же молочной продукции.

Независимые аналитики соглашаются с прогнозами чиновников на июнь, ожидая также затухания динамики роста цен во второй половине года до 6,5%. Этому должны способствовать жесткая денежно-кредитная политика ЦБ, заморозка регулируемых тарифов для компаний и их индексация для населения на 4,2% (0,7% от инфляции прошлого года). Но главной угрозой инфляционным планам правительства, согласно Barclays Research и ING Eurasia, остаются вероятные сильные колебания курса рубля и инфляционные ожидания домохозяйств. "Задачу стабилизации инфляционных ожиданий и то, что в зарубежной литературе называется "заякоривание инфляционных ожиданий", мы не выполнили. И это серьезнейший вызов сейчас для политики ЦБ",— признала зампред Банка России Ксения Юдаева, выступая на прошлой неделе в Госдуме. И хотя, по ее словам, паника на валютном рынке в марте была "необоснованной и нерациональной", происшедшее лишний раз доказывает, что основным ценовым "якорем" для российских домохозяйств остается курс национальной валюты (см. график).

Последнее подтверждает как статистика, так и результаты оценки инфляционных ожиданий граждан в мае 2014 года, опубликованные ЦБ в пятницу. По сравнению с апрелем доля респондентов, считающих, что за последний год цены росли быстрее, чем раньше, увеличилась на 6 процентных пунктов (до 36%), хотя, как и в апреле, лишь один из пяти опрошенных ожидает ускорения инфляции до конца года. При этом доля граждан, ожидающих резкого роста цен в следующем месяце, выросла с 16% до 21%. Скачка цен в июне ждут 85% населения, что стало максимумом за всю историю наблюдений с 2009 года. Хотя домохозяйства понизили оценку соотношения динамики личных доходов и цен, их склонность к потреблению остается на исторически высоких уровнях, а интерес к покупкам в кредит в мае возрос — и вернулся к показателям конца 2013 года. Несмотря на ожидания ЦБ, несколько возросшая в апреле склонность граждан к сбережениям оказалась нестабильной (всему виной сезонность, объясняющаяся приближением отпусков). И хотя большинство все так же предпочитает хранить сбережения в рублях (74%), доля тех, кто предпочитает наличные сбережения, за месяц выросла с 18% до 21%, тогда как чистая покупка наличной валюты в мае, вероятнее всего, оставалась сильно положительной. Рост индекса потребительских настроений в апреле--мае не соответствует данным по потребительской активности населения и, вероятно, носит краткосрочный характер, полагают авторы отчета.

Помимо неустойчивых настроений граждан дополнительным риском ускорения инфляции становится растущее давление госкомпаний и банков. Столкнувшись с требованиями властей ускорить внутренние реформы и инвестиции на фоне растущих проблем с доступом к внешнему финансированию, компании просят увеличить тарифы (как в случае с РЖД), а банки — рефинансирование ЦБ (как в случае со Сбербанком — см. "Ъ" от 7 июня). В такой ситуации правительству придется выбирать между рецессией и разгоном цен.