Вступаем в ВТО

Вступаем в ВТО

Европейские рынки все еще закрыты для России

       Вчера член Еврокомиссии по внешним связям Ханс ван ден Брук провел в Москве переговоры об условиях вступления России в ВТО и смягчении антидемпинговых процедур в отношении российских товаров. На первый взгляд Брюссель свое слово сдержал. Но в Москве считают по-другому.
       
       В июле российский премьер решительно атаковал антидемпинговые редуты ЕС прямо на вражеской территории — в Брюсселе. Эффект был оглушающим. Чтобы успокоить главу российской делегации, еврочиновники пообещали в кратчайшие сроки разработать и представить Москве план либерализации антидемпинговых процедур, направленных против российских экспортеров. В прошедший четверг Ханс ван ден Брук привез этот документ в Москву. Однако аплодисментов не сорвал.
       На европейских рынках российскую продукцию по-прежнему не ждут, если, конечно, речь не идет об энергоносителях. Брюссель ведет против российских производителей 14 антидемпинговых процедур. Доказать же отсутствие демпинга нелегко: справки о внутренних ценах, предоставляемые МВЭС, в антидемпинговом комитете ЕС в расчет не принимаются. Россия так и не получила статуса страны с рыночной экономикой, а значит, чтобы выяснить факт демпинга, выбирается для сравнения цен страна-суррогат, в которой, по мнению международных чиновников, экономические условия для производства той или иной продукции схожи с российскими. Выводы бывают самыми неожиданными. Санкции против российских производителей бесшовных труб КЕС решила ввести после того, как выяснила, что их стоимость в стране-суррогате (ею оказалась Венесуэла) намного выше, чем запрашивают российские поставщики.
       План либерализации антидемпинговых мер предусматривает, что нерыночный статус России должен быть изменен. Но о том, когда это произойдет, скромно умалчивается. Ван ден Брук обещал и отказ от практики выбора страны-суррогата для сравнения ценовых условий, а также от огульного наказания всех российских экспортеров из-за одного выявленного нарушителя антидемпингового законодательства. Однако и в этом случае Брюссель никаких сроков не установил.
       Пока ЕС обещает российским производителям послабления в отдаленном будущем, вывозить товары из России становится все труднее. Казалось бы, текстильная квота российского экспорта была увеличена на 10%. Ура! Но одновременно ЕС перестал пропускать российский текстиль по экспортным лицензиям, выдаваемым российским МВЭС по согласованию с КЕС. Отныне за лицензиями нужно ездить в Брюссель. Пока русские ждут визы в бельгийском генконсульстве, европейские торговцы, зачастую представляющие интересы местных производителей, выписывают все разрешительные документы на себя, не собираясь их использовать. В результате текстильные лицензии лежат в сейфах бельгийских производителей ковров, а российский экспорт в Европу не допускается. И такие уловки в Брюсселе припасены впрок: в ход уже пошли санитарные кордоны (см. стр. 3), поэтапная выдача сертификатов, которые приходится возобновлять, для чего необходим выезд брюссельских контролеров на место.
       КОНСТАНТИН Ъ-ЛЕВИН