Влияние правовой ситуации на процесс социализации российской молодежи в сфере права

торическому самоопределению российской культуры в целом. В этой связи напомним нацеленность русской классической литературы на преобразование самого человека, его личностное восхождение и поиск смысла жизни.

Советский подход к проблеме детской и юношеской преступности оказался прагматично-рациональным. Вместо бесконечного анализа факторов преступного поведения в СССР «на марше» стала вырабатываться методика, позволяющая массово решать проблему. Тот же Макаренко подчеркивал свой сознательный отказ от изучения причин, побудивших конкретного подростка к нарушению закона. Принципиальной позицией выступала установка на создание микроклимата, побуждающего подростка к переориентации на созидание собственной личности. Главными средствами к этому выступали не только приобщение к труду, но освоение перспективных профессий, включение в социально ответственные виды труда, формирование реальных коллективов. Осуществленное нами исследование культурно-исторической специфики дискурса о юве-нальной делинквентности приводит к следующим выводам:

Ростовский государственный педагогический университет

1) антропология преступности несовершеннолетних, основы которой были заложены литературным мимесисом, в качестве важнейших факторов формирования ювенальной делинквентности выделяет семью, значимого взрослого (взрослых), рост материального уровня жизни, психологические характеристики личности малолетнего преступника;

2) анализ литературно-художественного мимесиса ювенальной делинквентности принципиально важен, так как позволяет выявить специфику восприятия этой проблематики в культуре конкретных обществ, а также определить комплекс тех мер, которые могут способствовать разрешению настоящих проблем.

Литература

1. Ведерникова О.Н. Теория и практика борьбы с преступностью в Великобритании. М., 2001.

2. Ивашева В. Чарльз Диккенс // Диккенс Ч. Собрание сочинений: В 30 т. Т. 1. М., 1957.

3. Диккенс Ч. Приключения Оливера Твиста // Там же. Т. 4. М., 1958.

4. Макаренко А.С. Педагогическая поэма. Ростов н/Д, 1982. _26 сентября 2006 г.

© 2006 г. П.С. Самыгин

ВЛИЯНИЕ ПРАВОВОЙ СИТУАЦИИ НА ПРОЦЕСС СОЦИАЛИЗАЦИИ РОССИЙСКОЙ МОЛОДЕЖИ В СФЕРЕ ПРАВА

Радикальные преобразования российской правовой системы затронули все функционирующие в обществе правовые институты. Не вызывает сомнений тот факт, что сам характер трансформации различных социальных институтов, складывающаяся социальная реальность не могут не оказывать влияния на процесс усвоения индивидом образцов поведения, психологических механизмов, социальных норм и ценностей, необходимых для успешного функционирования в данном обществе. Этот процесс определяется в науке как социализация. Частью ее общего процесса является правовая социализация, в ходе которой происходит постепенный переход ее к полноценному участию в функционировании общества и государства. Правовая социализация молодежи как неотъемлемая часть данного процесса также подвержена общим тенденциям общественного развития, и на ее характер оказывает влияние общее состояние правовых институтов общества.

В то же время в рамках данного процесса возможно возникновение различных искажений и деформаций, которые впоследствии могут привести к укоренению в сознании молодого человека установок на неправомерное поведение, появлению различных криминальных наклонностей. На наш взгляд, в качестве основного источника искажений и деформаций правовой социализации российской молодежи следует рассматривать существующее в обществе противоречие между формальными и реальными правами населения в целом

и молодежи в особенности. Достаточно очевидным фактом российской действительности становится то, что принятие многочисленных законов, регулирующих различные сферы жизни общества, еще не гарантирует их реального исполнения в социальной практике. Это противоречие обусловливает процесс отторжения молодежи от существующей системы права, поскольку реальные права личности на практике совершенно не соответствуют принятым законодательным нормам, закономерным следствием чего выступает правовая незащищенность личности.

Прежде всего, речь идет о качественных характеристиках самого права или российской правовой системы в целом, от которых зависит степень эффективности реализации правовых норм в процессе социальной практики. В набор качественных характеристик нормативно-правовой системы, по мнению Т. И. Заславской, входят такие свойства, как их достаточная полнота, отсутствие внутренних противоречий, степень практической выполнимости, а также соответствие интересам тех социальных акторов, которым они адресованы [1]. Очевидно, что этим критериям современное российское право не соответствует. Т. И. Заславская объясняет это с позиции системного подхода, утверждая, что формально-правовые нормы, находящиеся в процессе преобразования, не отвечают и не могут отвечать требованию системности, так как они неполны, нередко противоречивы, а многие из них в современных условиях не выполнимы, что используют в своей деятель-

ности законодатели, ограничиваясь лишь декларированием своих намерений [1].

Другим немаловажным фактором формирования противоречий между формальными и реальными правами граждан России выступает отношение населения к законодательной власти и механизмам ее формирования как проявление определенного уровня правосознания и правовой культуры населения. Российский народ в исторической ретроспективе никогда особо не отличался гражданской активностью, обыкновенно принимая существующий порядок как необходимость. Интересно, что в последние годы ученые наблюдают ее заметное падение, а ведь в период реформирования новой общественной системы, связанной с распадом СССР, гражданская активность россиян была достаточно высока. Не углубляясь в анализ причин пассивности россиян, отметим, что она во многом обусловлена глубоко непродуманной, безответственной и порой антинародной политикой законодателей, которые зачастую совершенно не заботятся об интересах народа. В результате даже те прогрессивные законы, которые могли бы послужить на благо народа, не контролируются в плане их выполнения, что фактически сводит к нулю их возможную эффективность и порождает указываемое противоречие между формальными и реальными правами населения. Применительно к молодежи данная ситуация оборачивается ростом правового нигилизма, криминальности и девиантности в молодежной среде как определенных вызовов несостоятельной правовой системе, неспособной защитить основные права личности и ее интересы.

С учетом специфики правовой среды, в которой происходит правовая социализация молодежи, становится понятным и объяснимым интерес молодежи к криминальной тематике в литературе и кино, а также и рост преступности в молодежной среде. Ситуация складывается таким образом, что криминальные структуры в современной России обладают у определенной части молодежи гораздо большим авторитетом, нежели законодательные и правоохранительные органы. Достаточно вспомнить сюжеты таких фильмов, как «Бригада», «№х1» и т.д. Если посмотреть на данную проблему с позиции интересующей нас проблемы правовой социализации молодежи, то высвечивается тревожная картина роста привлекательности криминальных структур для молодого поколения.

Большое влияние на формирование криминальных установок в среде молодежи, как показывают результаты исследований социологов, оказывают СМИ и, в частности, кинофильмы с криминальной тематикой. Так, в одном из исследований, проведенных еще в 80-е гг., были выявлены следующие закономерности, связанные с воздействием криминального кино на сознание молодежи:

- фильмы на уголовно-правовую тематику являются одним из основных институтов уголовно-правовой информации для молодежи;

- криминальная кинопродукция из-за «романтизации» преступной деятельности и игнорирования сюжетом базовых норм уголовного законодательства зачастую оказывает негативное воздействие на формирование правосознания;

- в некоторых криминальных фильмах очень подробно показываются приемы и методы совершения преступлений, смакуются акты насилия и жестокости [3].

Хотелось бы отметить, что Ю.Н. Ерофеев сделал эти выводы 20 лет назад. Сегодня ввиду многократного увеличения художественных фильмов и телевизионных сериалов на криминальную тематику его результаты были бы более негативными. В целом приведенные доводы свидетельствуют о том, что современные российские средства массовой информации не только не способствуют формированию у молодого поколения позитивного правосознания, но, напротив, скорее пропагандируют насилие, образ жизни преступного мира. Это приводит к тому, что в обществе начинают культивироваться язык и нормы криминальной части населения, т. е. антикультура и антимораль. Молодежь воспринимает это как данность, считая, что успех в жизни обеспечивают деньги, а противозаконная деятельность является тем способом, который позволяет приобрести их в количестве, достаточном для обретения материального благополучия. В конечном итоге российское общество именно СМИ обязано широким распространением криминальной субкультуры, соответствующей лексики и других атрибутов.

Как известно, криминальный мир строго иерархи-зирован и скреплен идеологически. В сравнении с ним социальная жизнь некриминального мира в российских условиях гораздо более неопределенна, непредсказуема, лишена какой-либо единой общенародной идеологии. Неспособность власти создать нормальные условия для жизни населения на основе реализации основных прав личности, провозглашенных в момент перехода на демократические основы функционирования российского общества, вызвала падение престижа власти, ее неприятие и в целом негативное отношение к государству в лице его основных органов.

Следующий фактор влияния на формирование несоответствия формальных и реальных прав личности в России обусловлен двумя предыдущими и заключается в рефлексивной стороне правового поведения и мышления субъектов российского права. Речь идет о степени осознания потребности в праве вообще как механизме регуляции общественных отношений. Здесь следует отметить, что на всем протяжении российской истории население почти всегда было бесправным, существовало в условиях произвола со стороны власти, что не могло не способствовать формированию достаточно низкого уровня потребностей в праве у населения страны. В современных российских условиях правовая незаинтересованность и низкая правовая потребность коррелируют с правовой неграмотностью основной массы населения России, отсутствием элементарных правовых знаний. Так, несмотря на то, что большинство россиян (96 %) понимают важность и необходимость овладения элементарной правовой грамотностью, лишь треть респондентов (37 %) действительно демонстрируют знания о своих конституционных правах и обязанностях. Определенное представление об уголовном законодательстве имеют 31,2 % опрошенных, о трудовом - 24,4, о жилищном - 16,5, о брачно-семейном законодательстве - 16,3 %. О действующем федеральном законо-

дательстве осведомлены 40,5, о региональном - 22 % респондентов. Об уровне правовой культуры россиян также свидетельствуют данные о том, что лишь каждый пятый опрошенный имеет определенное представление об элементарных правовых категориях [3].

Правовая неграмотность, например, отчетливо фиксируется в сфере трудовых отношений, что проявляется в восприятии неправовых трудовых практик значительным большинством российского населения как вполне нормальных. Привычность правовых нарушений в области трудовых отношений повлекла за собой такую ситуацию, когда явное нарушение прав населения воспринимается как обычные жизненные неприятности. Итак, можно констатировать, что в российской реальности наблюдается значительное расхождение между традиционными ценностными установками населения и действующими правовыми нормами, кроме того, разрыв увеличивается за счет неосведомленности значительных слоев населения о законодательных актах, регулирующих те или иные виды деятельности.

Несоответствие формального права реальной жизни и возможностям реализации его норм в повседневных практиках привело к тому, что в молодежной российской среде постепенно сложились различные механизмы реализации своих прав и целей, породившие соответствующие жизненные стратегии со своими особенностями, выражающимися в поведении, речи, интересах и увлечениях. Иными словами, на основе плюрализма жизненных стратегий российской молодежи как следствия деидеологизации и плюрализации всей общественной системы сложились различные молодежные субкультуры, демонстрирующие свой стиль, восприятие и отношение к современным социальным практикам и конкретной ситуации в стране (в современной науке под субкультурой понимают особую сферу культуры, суверенное целостное образование внутри господствующей культуры, отличающееся собственным ценностным строем, обычаями, нормами [4, с. 236]).

С.И. Левикова отмечает, что «современные индустриально развитые общества, а также общества, переходящие к постиндустриализму, представляют собой также систему множества различных субкультур, каждую из которых любой человек может выбрать для себя. Более того, современный человек не только может, но и вынужден делать выбор среди субкультур, число которых неуклонно возрастает в силу ускорения темпа жизни и социокультурной динамики» [5]. В определенный момент субкультура может трансформироваться в контркультуру, которая расцветает в кризисные моменты развития общества и олицетворяет собой протест нового поколения против господствующих общественных норм, в том числе норм права. В данном контексте вовсе не случайным выглядит то обстоятельство, что контркультура, нередко ассоциируемая с отклоняющимся поведением, - антисоциальные явление [4, с. 322]. Криминальная культура, в рамках такого подхода, может рассматриваться как контркультура.

Именно криминальный мир в настоящее время находится в противостоянии с миром права, демонстрируя собственные механизмы достижения желаемого

статуса и материального благополучия, вступающие в противоречие с нормами действующего законодательства. Естественно, молодежь, которая социализируется в условиях правового вакуума и нигилизма, служит основным материалом воспроизводства членов криминальных группировок. Субкультура преступного мира стала заполнять образовавшийся культурный вакуум и тем самым привлекла в свои ряды большое количество молодежи, качественно изменив характер ее социализации. Дело в том, что в условиях всеобщего кризиса молодежь трудно адаптируется к социальным условиям жизнедеятельности, так как многие социальные институты, призванные принимать активное участие в процессе правовой социализации, фактически устранились от этого процесса. Под воздействием дезорганизации ряда институтов общественной жизни значительная часть молодежи становится перед выбором, который приходится осуществлять самостоятельно, и очень часто этот выбор делается в пользу преступных действий.

Как отмечается в специальных исследованиях, в ситуации полного безразличия к подросткам из социально неблагополучных семей и слоев общества их судьбой распоряжаются криминальные структуры, которые охотно вербуют в свои ряды всех желающих. Уровень преступности в современной России давно уже вышел за границы рискогенности, превысив в два с половиной раза за последнее десятилетие средние мировые показатели, что представляет реальную угрозу государственной безопасности России, а также выбранному ею демократическому пути развития [6]. Если воспринимать отклоняющееся поведение как любое поведение, не соответствующее нормам, в том числе нормам права, принятым в конкретном обществе, то российское общество само по себе на данный момент представляет пример всеобщей девиантности. Причем следует учитывать, что неправовые практики характерны не только для социально неблагополучных и материально необеспеченных слоев населения. Так, сравнительный анализ ассоциаций, возникающих при слове «закон» у наиболее экономически активной социальной группы предпринимателей и группы заключенных, проведенный А.Н. Олейником, показал, что предприниматели настроены по отношению к закону даже негативнее заключенных, осужденных на наказание как раз от имени закона [7].

Данная ситуация легко объясняется тем, что в своей предпринимательской деятельности бизнесмены вынуждены уклоняться от закона и власти, поскольку те не действуют в их интересах, что и позволяет им систематически нарушать закон, постоянно реализуя при этом механизмы риска, что является образцом социализации для детей этого бизнес-слоя. Можно предположить, что впоследствии дети этих бизнесменов будут с большой долей вероятности применять в своей практике подобные риск-методы, игнорируя законодательство, поскольку институт семьи как важнейший институт социализации налагает отпечаток на правовую социализацию детей, способствуя, при вышеописанной ситуации, укоренению нигилистических правовых установок.

Таким образом, в современном российском обществе, как следует из приведенных доводов, сложилась

ситуация несоответствия формального и реального права, что оказывает непосредственное влияние на процесс правовой социализации молодежи. С одной стороны, в стране действуют демократические правовые кодексы, существуют институты, призванные принимать участие в правовой социализации и транслировать в молодежную среду установки на законопослушное поведение. С другой - население России, и прежде всего молодежь, не чувствует правовой защищенности по причине того, что многие законы не реализуются на практике, а функционирующие социально-правовые институты действуют неэффективно, фактически отстранившись от проблем различных социально-демографических групп и особенно молодежи. Неспособность государствен- : ных органов надежно защитить конституционные права своих граждан, создать им необходимые условия для достойной жизни и продуктивной общественно-полезной деятельности в легальном правовом пространстве оборачивается повышенной криминогенностью российского общества, отчуждением значительной части населения от государства и права.

Институт переподготовки и повышения квалификации РГУ

Литература

1. Заславская Т.И. О социальных факторах расхождения формально-правовых норм и реальных практик // Куда идет Россия? Формальные институты и реальные практики. М., 2002. С. 13.

2. Ерофеев Ю.Н. Уголовно-правовая тематика в произведениях кино и формирование правовой культуры молодежи. М., 1985.

3. Чинчиков А.А. Правовая культура: проблема социологического анализа // Изв. вузов. Правоведение. 1997. № 7. С. 169-170.

4. Левикова С.И. Молодежная субкультура. М., 2004. С. 12.

5. Гуревич П.С. Субкультура // Культурология. ХХ век: Энциклопедия: В 2 т. Т. 2. СПб., 1998.

6. Мухин В. Пять преступлений в минуту // Независимая газета. 2003 г. 12 февр. С. 10.

7. Олейник А.Н. «Жизнь по понятиям»: институциональный анализ повседневной жизни «российского простого человека» // Политические исследования. 2001. № 2. С. 47.

'_6 декабря 2006 г.

© 2006 г. А.Р. Тузиков, С.А. Алексеев

СОЦИАЛЬНАЯ ЗНАЧИМОСТЬ МАССОВОГО СПОРТА В СОВРЕМЕННОМ РОССИЙСКОМ ОБЩЕСТВЕ: ОПЫТ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА

До сегодняшнего времени среди и академических кругов, и спортивных специалистов, и общественности наблюдается странное совпадение в неопределенности трактовки понятий «физическая культура» и «массовый спорт». На протяжении десятилетий воспроизводится жесткое смысловое увязывание деятельности, направленной на достижение победы в соревнованиях с термином «спорт», а направленной на оздоровление и культивирование социально-ценной физической активности - с термином «физическая культура». При этом спорт как институционализированная соревновательная активность имеет более высокий статус, чем «просто» физическая культура.

На наш взгляд, сегодня важно убрать такое статусно-смысловое различие между этими понятиями. Полагаем, что физическая культура - общее понятие, характеризующее культивирование ценностного отношения к человеческой телесности и духовному развитию. Спорт же, как и физическая культура, является, с одной стороны, частью культуры общества, с другой -социальным институтом. К разновидностям спорта относятся коммерческий (цель - зарабатывание денег за счет продажи шоу в виде спортивного состязания); полупрофессиональный (цель - победа в соревнованиях, которая приносит материальные выгоды, но они - не главный и единственный источник существования спортсмена); профессиональный (цель - достижение высшего спортивного мастерства спортсменов, для которых тренировки и участие в соревнованиях - основ-

ной род занятий в жизни, главный источник доходов и возможностей заключения выгодных рекламных контрактов) и массовый. Эта классификация представляет собой идеальную типизацию в соответствии с критерием главной цели. На практике, конечно, происходит взаимное переплетение данных разновидностей спорта.

Массовый спорт не может претендовать, по определению, на достижение высших спортивных результатов по сравнению с профессиональным. Он нацелен скорее на личностное развитие и решение социальных задач (социализация, оздоровление, интеграция, содержательный досуг и т.п.). Однако именно эти цели имеют большое социальное значение и их решение чрезвычайно важно в современной России. Массовый спорт включает в себя детский и юношеский (вне специализированных ДЮСШ и ТТТВСМ), рабочий и спорт по месту жительства.

Несмотря на второстепенную по сравнению с «большим спортом» роль в советский период истории России, до 30 % населения в той или иной форме были вовлечены в физкультурно-спортивную активность, в том числе и в форме занятий массовым спортом.

Как и в других областях жизни, в сфере массовой физической культуры и спорта проявили себя неоднозначные последствия реформ 90-х гг. С одной стороны, наблюдается рост качественных спортивных услуг населению (шейпинг-залы, фиттнес-холлы, теннисные корты, залы для боулинга, дартс и др.); активно развиваются внутриведомственные формы массового спор-