«Скорее всего, существовало специальное подразделение, занимавшееся фальсификацией»

Зампред Банка России Михаил Сухов о ситуации в Мособлбанке.

— Как давно ЦБ стало известно о проблемах банка?

— Деятельность банка по приему вкладов была ограничена с мая 2011 года. Мы не получали от него удовлетворительные объяснения по целому ряду вопросов. Во-первых, собственники постоянно дарили банку то или иное имущество. Оно, по оценочным данным, формировало капитал для целей соблюдения нормативов и создавало «щит» из недостоверных данных для противодействия мерам воздействия. Во-вторых, многие вкладчики, как следовало из материалов проверок, вели себя необычно: в день внесения депозита через банк приобретали ценные бумаги, осуществляли иные финансовые инвестиции. Как впоследствии удалось выяснить, так работал механизм сокрытия от ЦБ привлекаемых вкладов. Видимо, в конце рабочего дня со счетов многих вкладчиков деньги списывались, а в отчетности банка оставалась символическая сумма — например, 1 тыс. руб. или 100 руб. Списанные средства переходили под контроль менеджеров либо владельцев банка и размещались ими самостоятельно в имущество или бизнес-операции, формально никак не связанные с банком.

— Учитывая, что банком на балансе на 1 мая было отражено порядка 20 млрд руб. вкладов, а вы говорите о 100 млрд руб. привлеченных средств граждан, сокрыта была сумма большая, чем считалось ранее (60 млрд руб.)?

— Да, не менее 76 млрд руб. по представленной отчетности не были отражены как вклады в балансе банка. В составе этих средств около 16 млрд руб., скорее всего, были отражены как обязательства подконтрольных владельцам юридических лиц, а 60 млрд руб. не были отражены вовсе.

— Как схема реализовывалась физически?

— В банке, скорее всего, существовало специальное подразделение, которое занималось фальсификацией отчетности и документов о перечислениях вкладчиков, подделывало их подписи при запросах проверяющих. Одновременно руководство банка, вероятно, знало о точной величине обязательств перед вкладчиками, потому что жалоб от них в ЦБ не поступало.

— Почему решение по банку принято именно сейчас?

— После достаточно продолжительной работы с банком в октябре 2013-го — феврале 2014 года мы предложили АСВ осуществить собственную оценку финансового состояния банка, по результатам которой подтвердились факты сокрытия банком в отчетности существенного объема вкладов. Мы в очередной раз пригласили руководителей и владельцев банка на встречу, где объяснили недопустимость ситуации и предупредили, что примем меры для защиты кредиторов и вкладчиков. В итоге в мае банк наконец представил отчетность, отражавшую увеличение объема привлеченных вкладов на 76 млрд руб. Это дало основания для принятия по нему каких-либо решений.

— Почему санация, а не отзыв, учитывая злоупотребления?

— Банки с почти 100 млрд руб. депозитов (22-е место) — привлекают серьезное внимание не только их кредиторов, но и общества, потому что косвенные последствия их неплатежеспособности предсказать сложно. Это тот случай, когда дешевле вложить средства и избежать снижения доверия к банковскому сектору, чем наблюдать последствия финансовых потерь нескольких сотен тысяч кредиторов.

— В чем экономика этого проекта?

— В случае отзыва лицензии и осуществления страховых выплат АСВ чистые расходы после реализации активов составляли бы порядка 65 млрд руб., в то время как сейчас мы видим отрицательную разницу между активами и обязательствами в размере около 60 млрд руб. и рассчитываем, что в процессе взыскания активов инвестор сократит размер потерь. Досрочное возвращение предоставленных средств им также улучшит экономику проекта. Окончательно преимущества санации над банкротством можно будет «оцифровать» через несколько лет.

— Будут ли выполняться обязательства по схемным депозитам после санации?

— Для вкладчиков ничего не меняется. Нам непринципиально, был ли по воле прежних владельцев и руководителей банка тот или иной вкладчик отражен в официальной отчетности или нет, у всех вкладчиков равные права. Они имеют на руках договоры банковского вклада, депозита, банковского счета, сохраняющие силу, и банк исполнит обязательства, которые взял на себя, в полном объеме. Но долгое время деньги не отражались в банковской отчетности, поэтому сведения, которые мы получили в начале мая об увеличении вкладов в Мособлбанке, будут проверяться АСВ и инвестором, чтобы не допустить получения денег мошенниками. Их появление вполне возможно, учитывая действия прежних менеджеров и владельцев.

— ЦБ планирует привлекать их к ответственности?

— Налицо факт существенной недостоверности отчетности. Эти действия, совершенно очевидно, требуют уголовно-правовой оценки. Является ли это мошенничеством или иным правонарушением, на наш взгляд, должны разобраться правоохранительные органы, с которыми мы будем сотрудничать.

— Если бы зависшие поправки об уголовной ответственности за фальсификацию отчетности были приняты и действовали, владельцы и топ-менеджеры уже бы фигурировали в уголовном деле?

— Привлечь их к уголовной ответственности можно и без изменения законодательства. Но наличие соответствующей нормы в Уголовном кодексе позволяло бы делать это проще, быстрее и эффективнее. Поэтому работу над поправками необходимо завершить.

— Но формально актив с пассивом у банка сходится. Или на самом деле у него отрицательный капитал? Иначе зачем давать столько средств санатору…

— Одновременно с увеличением объема обязательств на 76 млрд руб. перед вкладчиками и сокращением объема обязательств перед юридическими лицами на 16 млрд руб. в балансе банка отражен новый кредитный портфель на 60 млрд руб. Формально он обеспечен гарантиями и поручительствами компаний, принадлежащих владельцам банка. Его реальная стоимость не известна ни инвестору, ни Банку России, ни АСВ. Поэтому, предоставляя денежные средства инвестору, мы ориентировались на то, что он получает достаточный объем кредита от АСВ с тем, чтобы компенсировать очевидную на данный момент потерю в размере 60 млрд руб. Одновременно инвестор будет добиваться постановки на баланс имущества и тех активов, в которых спрятаны средства вкладчиков.

— Какие для этого стимулы, если денег на санацию выделено достаточно?

— В системе взаимоотношений с инвестором для этого предусмотрен экономический механизм. АСВ дает кредит на 96,8 млрд руб. на покрытие потери в размере 60 млрд руб. При возврате первых 10 млрд руб. от реализации взысканных активов инвестор досрочно погасит кредит с коэффициентом 1,4, вторых 10 млрд руб.— с коэффициентом 1,3 и так далее по понижающей. Чем больше инвестор получит денежных средств с прежних владельцев, тем больше из полученного кредита он оставит у себя в обороте на весь 10-летний срок. В дальнейшем после проведения Банком России проверки сумма предоставленных средств инвестору увеличится примерно на 20 млрд руб. с учетом необходимости доформирования капитала Мособлбанка для нормального ведения банковского бизнеса. Кроме того, вполне возможно, после достоверной оценки АСВ и ЦБ уточнится величина обязательств перед вкладчиками, столь быстро увеличившаяся на балансе банка.