Средства выражения футуральности во внутренней косвенной речи немецкого художественного произведения

УДК [81'366.584+81'37]=112.2

Боднарук Е. В.

Средства выражения футуральности во внутренней косвенной речи немецкого художественного произведения

В статье семантическому и количественному анализу подвергаются средства выражения футуральности во внутренней косвенной речи. Материалом для исследования послужили романы современных немецких писателей. В фокусе внимания находятся грамматические формы и конструкции с модальными глаголами на индикативной и на конъюнктивной основе.

The article deals with the semantic and quantitative analysis of the means of expressing the future in the inner reported speech. The material of the research are the novels of the modern German authors. The analysis is focused on grammar forms and modal verb constructions on the indicative and conjunctive basis.

Ключевые слова: внутренняя косвенная речь; футуральность; кондиционалис I; модальные глаголы; презенс, футур I и претерит индикатива; претерит и плюсквамперфект конъюнктива.

Key words: inner reported speech; future meaning; conditional I; modal verbs; presens, futurum I, preterit indicative; preterit and pluperfect conjunctive.

В рамках данной статьи анализу подвергаются средства, создающие футуральную перспективу в одном из видов чужой речи художественного произведения, а именно во внутренней косвенной речи (далее - ВКР). Внутренняя косвенная речь служит для передачи мыслей, эмоций и ощущений героев произведения. В качестве репродуцента внутренней речи выступает нарратор (повествователь либо рассказчик). Таким образом, в данном виде речи имеются очевидные признаки речевой интерференции: соединение голоса нарратора и «внутреннего» голоса персонажа.

ВКР выявляется обычно на противопоставлении внешней косвенной речи. Однако, в отличие от последней, ВКР крайне редко становилась темой научных исследований. Обычно она рассматривается вместе с внешней косвенной речью [7, с. 47; 19, с. 177; 14, с. 177 и др.]. В этом случае принято говорить о широком понимании косвенной речи.

Такой подход представлен и в грамматике серии Дуден (Duden), в которой выделяются внешняя и внутренняя косвенная речь. При этом границы внутренней косвенной речиоказываются довольно расплывчатыми, поскольку ВКР рассматривается не как единый языковой феномен, а подразделяется в свою очередь на зависимую и независимую разновидность. Причем, ВКР в стандартном понимании является зависимым вариантом, в то время как независимая внутренняя косвенная речь фактически равна не-

© Боднарук Е. В., 2015

190

собственно-прямой речи (далее НПР) [11, с. 529-530; также: 12, с. 25]. С другой стороны, внутреннюю косвенную речь иногда рассматривают как разновидность НПР. Р.Д. Шакирова, к примеру, полагает, что при репродукции речемыслительного акта (er dachte, er ware/sei, war/ist krank) налицо вариант «несобственно-косвенной речи, имеющий выход в несобственно-прямую речь» [8, с. 8; 4, с. 39].

Такое недифференцированное представление ВКР и НПР, по-видимому, неслучайно. Дело в том, что в художественном повествовании эти виды речи действительно порой крайне сложно отделить один от другого, тем более, что они нередко соседствуют и даже взаимодействуют друг с другом. Отмечается, к примеру, что ВКР часто предшествует НПР, образуя для последней своеобразный ввод [20, с. 166].

Следует, вместе с тем, отметить, что ВКР имеет свои особенности, отличающие ее как от внешней косвенной речи, так и от НПР. Отличия внутренней косвенной речи от внешней проявляются как в выборе вводящего глагола / глагольного словосочетания, так и в использовании в ней личных форм глаголов. Вместе с тем, в формальном плане оба вида косвенной речи имеют множество сходств, таких, например, как наличие вводящего косвенную речь компонента, тип придаточного предложения, употребление личных местоимений. Формальное отличие от НПР заключается главным образом в том, что ВКР имеет ввод. Вместе с тем, как ВКР, так и НПР в художественном произведении во многих параметрах уподобляются речи нарратора, подстраиваются под нее, или, другими словами, встраиваются в нее. Уподобление имеет место и в случае с внешней косвенной речью. Но степень уподобления ВКР является более выраженной. В первую очередь это проявляется в выборе глагольных грамматических и лексикограмматических средств для ее оформления.

Исследователями обычно отмечается «тяжеловесность» и связанная с этим фактором малоупотребительность ВКР в сравнении с НПР в немецком языке. Объясняется этот феномен зависимостью ВКР от вводящего глагола мысли, а также употреблением конъюнктива [20, с. 164]. Более значимой представляется, однако, следующая общая характеристика косвенной речи, делающая ее менее частотным средством передачи внутренней речи. Косвенная речь обычно лишена «аромата и красок» других способов передачи речи. К ней прибегают тогда, когда нужно изложить лишь общее содержание, не сохраняя формы выражения мысли [6, с. 115]. Поэтому КР является самым лаконичным и нейтральным способом передачи мыслей. Примечательно, что длительное использование косвенной речи обычно и вовсе не приветствуется, так как оно может привести к появлению излишней монотонности [17, с. 208].

Согласно нашим эмпирическим данным, полученным из трех романов современных немецких писателей (К. Хайна, И. Ноль и Д. Кельмана), ВКР является вторым по частотности видом внутренней речи. Она встретилась в 4,5 раза реже, чем НПР, но почти в 2 раза чаще, чем внутренний монолог.

191

Общее количество исследуемых грамматических и лексикограмматических форм в ВКР составило 207 единиц. Анализу подверглись лишь средства с футуральной семантикой.

В качестве формального критерия, позволяющего отличить ВКР от НПР в случае совпадения других показателей (форм лица, времени и наклонения), рассматривается критерий обязательного ввода. ВКР используется после вводящего компонента, употребленного в матричном предложении. В качестве вводящего компонента фигурируют обычно глаголы мыслительной деятельности (denken, (sich) uberlegen, hoffen, warten, glau-ben, sich fragen, sich sagen, begreifen и др.) или сочетания глагола с существительным (Angst haben, Ansichten haben, Plane machen, die Hoffnung haben, das Gefuhl haben), или прилагательным (klar werden, uberzeugt sein, (un)sicher sein). Сама ВКР имеет место преимущественно в придаточном предложении, то есть является синтаксически зависимой единицей.

Как особый подвид ВКР в работе рассматриваются предложения, содержащие ирреальное сравнение. На семантическое сходство придаточного предложения с ирреальным сравнением и придаточного с внутренней речью в свое время обращали внимание некоторые исследователи, отмечая и их формальную близость, проявляющуюся в использовании в обоих типах придаточного предложения форм конъюнктива [10, с. 37; 5, с. 226].

Полагаем, что высказывания с ирреальным предложением сравнения, во-первых, полностью удовлетворяют требованиям ВКР в синтаксическом плане (наличие вводящего компонента, употребление форм на конъюнктивной основе), и, во-вторых, в них передаются мысли, чувства, ощущения какого-либо лица, пусть и нечетко очерченные, представленные как нечто гипотетическое (потенциальное или вовсе ирреальное). Все это дает, на наш взгляд, основания рассматривать данные высказывания как подвид ВКР [1, с. 75].

Начнем рассмотрение средств выражения футуральности с основной разновидности ВКР (192 единицы в исследованном корпусе примеров). В ней наиболее частотной формой с футуральной семантикой является кондиционалис I (39%). Второе по частотности место занимают претерит индикатива (9,4%) и презенс индикатива (9,4%), на третьем месте оказался глагол sollen в форме претерита (7,8%), на четвертом - konnen в форме претерита конъюнктива, на пятом - претерит конъюнктива (6,3%), на шестом - глагол wollen в форме претерита. Седьмое место поделили формы футура I индикатива и плюсквамперфекта конъюнктива. Остальные средства, главным образом, модальные глаголы (как в индикативных, так и в конъюнктивных формах), а также плюсквамперфект индикатив и презенс конъюнктив встретились в значении будущего в единичных случаях и дальнейшему анализу в работе не подвергаются.

Следует отметить, что ВКР в исследованном корпусе примеров использовалась преимущественно после претеритального ввода, лишь в 8% случаев ввод был презентным. В целом, после презентного ввода чаще ис-

192

пользовались формы на презентной основе (презенс конъюнктива, презенс индикатива, футур I индикатива, модальные глаголы в форме индикатива и конъюнктива презенса). После претеритального ввода преимущественно встретились формы на претеритальной основе.

В отношении того, какие формы использовались чаще - индикативные или конъюнктивные, сделать однозначный вывод довольно сложно. Формально конъюнктивная основа оказалась несколько более частотной (около 60%). Однако больше половины этих средств составили формы кондиционалиса I, которые в ВКР очень близки по своим значениям к индикативным формам. Существенная доля форм кондиционалиса I может объясняться преимущественно претеритальным вводом ВКР в подвергнутых эмпирическому анализу художественных произведениях. Примечательно, что зависимость употребления кондиционалиса I от

претеритального ввода была отмечена и во внешней косвенной речи [2, с. 103].

Кондиционалис I использовался в ВКР для выражения следующих значений, обусловленных футуральной семантикой (значения здесь и далее в работе перечисляются в порядке убывания частотности): уверенного предположения, простого/неуверенного предположения, условного значения (в соответствующем придаточном предложении), намерения/желания, а также для выражения ирреального значения. Последнее значение представлено только в 4% случаев употребления формы:

Значение уверенного предположения: Die Vertriebenen jedoch blieben, und jeder wusste, sie wurden nie wieder gehen, jeden falls nicht freiwillig, weil sie keine Heimat mehr hatten [13, с. 344].

Значение простого/неуверенного предположения: Max schwante, dass Harald sich noch nicht zufriedengeben wurde [18, с. 307].

Условное значение: ... sah er mich an mit einem Blick, dass ich wusste, wenn ich lachen wurde, wenn ich mir nur ein Grinsen nicht verkneifen konnte, so wurde er mir in der folgenden Pause ein paar warme Ohren verpassen, wie das bei uns hieB [13, с. 51].

Значение желания/намерения: Ich sagte mir, dass Gitti immer etwas an-derswar als andere, und wurde sie dann eben nach der Geburt heiraten und mit dem Kind im Arm [13, с. 201].

Значение ирреальности: Rosalie weiB, dass Lara weifi, sie wurde nachge-ben, wenn sie etwas dringlicher bate ... [16, с. 63].

Второе место в футуральных контекстах внутренней косвенной речи поделили претерит индикатива и презенс индикатива. Тенденция к использованию форм индикатива после глаголов, обозначающих мыслительные процессы, отмечается в лингвистической литературе [3, с. 93; 9, с. 189 и др.]. Объяснить этот феномен можно, видимо, близостью ВКР к НПР, где употребление форм индикатива считается нормой. Поскольку как форма претерита, так и форма презенса индикатива многозначны, и выражение футуральности не является их основным значением, данные формы встре-

193

тились в футуральном значении главным образом после так называемых проспективных глаголов (напр.: warten (auf A.), sich freuen (auf A.), wollen и под.). Обе формы выражали в ВКР схожие значения, большая часть которых повторяет значения кондиционалиса I: значение уверенного предположения, простого / неуверенного предположения, намерения / желания.

Значение уверенного предположения.

Претерит: Der Alte warf die angerauchte Zigarre in den Vorgarten und freute sich darauf, dass es bald Mittagessen gab [18, с. 208-209].

Презенс: Dann setzte ich mich mit Bernhard ins Wohnzimmer, und zu-sammen warteten wir darauf, dass das Wasser im schmalen Badeofen warm wird [13, с. 102].

Значение простого/неуверенного предположения.

Претерит: In der Dammerung schien es mir, als habe er eine bronzene Haut, und ich wartete gespannt darauf, dass er den Mund offnete und zu uns etwas sagte. Ich wollte seine Stimme horen.. .[13, с. 152].

Презенс: Wir alle vermuteten, dass Karla und Fred spater einmal groBe politische Tiere werden ... und so sagten wir nichts zu ihrem Eifer [13, с. 94].

Значение желания/ намерения:

Претерит: Doch noch etwas anderes beschaftigte ihn: War Jenny nun seine feste Freundin? Nach wie vor wollte sie nicht, dass seine Eltern oder gar ihre Chefin von dem, was zwischen ihnen lief, etwas mitbekamen [18, с. 202].

Презенс: Einige Monate lang erwartete ich, dass Bernhard mich besucht oder mir schreibt. Ich hatte gehofft, dass er mir zumindest ein paar Sachen schickt, die man in einer Zelle benotigt, damit sie einem etwas Kraft geben, etwas Hoffnung [13, с. 265].

Претерит индикатива был употреблен также в ряде придаточных предложений (в том числе и с условным значением):

... und da begriff er, dass dies die Wahrheit war, dass genau das geschehen wurde, wenn er und kein anderer der Welt das Zeichen seiner Verachtung ein-brannte, ein fur allemal, wenn er nur die Kraft fand, abzudrucken. Wenn ... [16, с. 131]; Sekundenlang uberlegte er, ob er das dunnflussige Maschinenol nicht lieber wegnehmen sollte, damit der Opa nicht am Ende eine Sauerei im Bett an-richtete [18, с. 15].

В немецких грамматиках допускается употребление в косвенной речи форм индикатива как на презентной, так и на претеритальной основе. Пре-зентные формы отсылают в этом случае к прямой речи, в то время как пре-теритальные формы - к речи нарратора [11, с. 537]. В нашем корпусе примеров презентные формы встретились только в романе К. Хайна, в то время как формы претерита в футуральной функции были употреблены во всех трех произведениях.

Глагол sollen в форме претерита в сочетании с инфинитивом занял третье место в ВКР с футуральной семантикой. Модальные глаголы в целом содержат проспективную сему, поэтому они довольно регулярно используются для создания футуральной перспективы наряду с

194

грамматическими средствами. Конструкция sollte+инфинитив встретилась в ВКР преимущественно при выражении неопределенности относительно будущего действия или события: Auf die Krucken gestutzt, stand der Alte auf dem Balkon... und uberlegte, ob er sich das Rauchen abgewohnen sollte [18, с. 206].

Значительно реже конструкция встретилась в значении долженствования и условия, обращенного в будущее: Sie begriff, dass sie gehen soll-te[16, с. 112]; Ich hatte mir genau uberlegt, wie ich reagieren wurde, falls er es versuchen sollte [13, с. 98].

Четвертую позицию по частотности занимает конструкция konnte+инфинитив, встретившаяся в футуральных контекстах лишь в двух значениях: возможности действия в будущем и предположения относительно будущего действия.

Значение возможности: Ich hatte Angst, das Kind kame im Auto zur Welt und auBer mir ware keiner da, der Gitti helfen konnte, darum fuhr ich viel schneller als sonst [13, с. 202].

Значение предположения: Der Gedanke, das Telefon konnte endgultig versagen, machte ihr angst. [16, с. 103].

Значение предположения оказывалось максимально выраженным в том случае, когда нейтрализовалось значение физической или умственной возможности.

Пятое место по частотности заняла форма претерита конъюнктива. Данная форма использовалась для выражения значений, близких к значениям кондиционалиса I, а также претерита/презенса индикатива, с той лишь разницей, что ей больше было свойственно выражение простого неуверенного предположения о будущем, в то время как значения уверенного предположения и намерения/желания оказались значительно менее частотными:

Значение простого/неуверенного предположения: Ich hatte Angst, das Kind kame im Auto zur Welt und auBer mir ware keiner da, der Gitti helfen konnte, darum fuhr ich viel schneller als sonst [13, с. 202].

Уверенное предположение: Bevor sie nicht nachgeschaut hatte, kame sie doch nicht zur Ruhe, sagte sie sich, zog den Morgenmantel uber und schlupfte in die Pantoffeln [18, с. 311].

Желание: Sie wehrte sich heftig, schrie los, so laut es eben ging, und hoff-te, Petra wurde wach [18, с. 311].

Глагол wollen в форме претерита оказался в ВКР на шестом месте. Он встретился в таких значениях как желание/намерение, а также при выражении предположения о наличии у кого-либо желания/намерения совершить действие.

Значение желания/намерения совершить действия: Max dagegen machte Plane, wie er dieses Zimmer einrichten wollte, wenn sein Opa demnachst un-ter der Erde liegen wurde [18, с. 52].

195

Предположение о наличии у кого-то намерения или желания совершить действие: Als wir schon ein paar hundert Meter gelaufen waren, legte Bernhard den Motor ins Gras. Ich dachte, er wollte eine Pause machen [13, с. 172].

Седьмое место среди высказываний с ВКР, имеющих футуральную семантику, заняли формы плюсквамперфекта конъюнктива и футура I индикатива.

Плюсквамперфект конъюнктива служил выражению значений предположения и условного значения, в большинстве случаев в сочетании со значением завершенности / предшествования другому действию в будущем:

Значение уверенного предположения: Sie spurte seinen Blick im Dun-keln, und sie wusste, dass er sie gerne angefasst hatte, aber sie war sogar dafur zu mude, ihm zu sagen, dass sie zu mude war [16, с. 47].

Значение простого предположения: Wir wussten, Bernhard wurde dem-jenigen, der gelacht oder gegrinst hatte, in der Pause mit einer einzigen Bewe-gung einen blauen Fleck verpassen, der ihn tagelang daran erinnert hatte [13, с. 84].

Условное значение: Ich hatte zwei Tage Zeit, eine Arbeitsstelle zu finden, doch ich war andererseits fest entschlossen, ihm etwas vorzuflunkern, wenn es mir bis Freitag nicht gelungen ware. Ich wollte in sein Geschaft einsteigen... [13, с. 239].

Форма футура I индикатива встретилась лишь в романе Д. Кельманна и исключительно после презентного (перфектного) ввода, в первую очередь, в значении уверенного предположения о будущем, в единичных случаях в значениях простого/неуверенного предположения и намерения/желания:

Значение уверенного предположения: Sie nimmt sich vor, beim nachsten Mal ihren wirklichen Enkel danach zu fragen, dann wird ihr klar, dass sie ihn nie mehr sehen wird [16, с. 57].

Значение неуверенного предположения: ... und immer wieder denkt Rosalie, . dass sie am liebsten einfach auflegen wurde und dass dies andererseits noch eine Weile dauern wird, denn naturlich will sie uberhaupt nicht auflegen ... [16, с. 63].

Значение намерения: Sie beschliefit, keinen Augenblick zu versaumen, sie wird hinaussehen, als konne sie alles mit sich nehmen. Wie gut, wenn man kurz vor dem Ende noch uber die Alpen fliegt [16, с. 65].

В предложениях со стандартной ВКР можно говорить о полном проникновении репродуцента мысли в сознание мыслящего субъекта, результатом чего является четкое представление мыслительного процесса. В случае же с ирреальным сравнением такого проникновения не происходит в полной мере или вовсе, но на определенных основаниях делается предположение о том, что думает, ощущает или собирается предпринять субъект сознания; при этом предположение может в дальнейшем оказаться правильным, либо ложным.

196

Придаточные предложения, содержащие ирреальное сравнение, обладают чаще всего вводящим компонентом, указывающим на наличие ощущения либо чувства, характеризующегося неопределенностью,

неоднозначностью и поэтому представляемого как ирреальное: (es) schei-nen, das Gefuhl haben и под. В некоторых случаях в качестве вводящего компонента может выступать глагол или глагольное сочетание, описывающее поведение человека, на основании которого субъект внутренней речи делает предположение о внутренних ощущениях человека. В качестве средств связи обычно служат союзы als, als ob, als wenn, wie wenn.

В высказываниях с ирреальным сравнением, обращенным в будущее (18 единиц в подвергнутом анализу корпусе примеров), использовались только формы на конъюнктивной основе. Причем преобладали претери-тальные формы (67% от всех случаев употребления в данном значении). Семантического различия между претеритальными и презентными формами конъюнктива в данном типе придаточного предложения обнаружено не было. Обычно полная синонимия данных форм в придаточном ирреального сравнения признается и в лингвистической литературе, где, впрочем, также отмечается, что в диахроническом плане первенство принадлежит формам на претеритальной основе [15, с. 95].

Наиболее частотной формой в придаточном предложении ирреального сравнения с футуральной семантикой также оказался кондиционалис I.

Er sah dabei Beuchler an, Beuchler funkelte ihn an, und ich hatte das Gefuhl, die beiden Manner wurden gleich aufstehen und sich prugeln [13, с. 334].

Второй по частотности формой был модальный глагол wollen в форме презенса или претерита конъюнктива: Es schien, als wolle er sich unsere Ge-sichter genauestens einpragen [13, с. 20]; Wir sahen nun alle zu Haber ruber und schauten ihm zu, wie er unverdrossen Kugeln laufen lieB, als wollte er sich fur einen Wettkampf vorbereiten [13, с. 343].

В единичных случаях использовались другие средства: Meine Schul-freunde schauten verargert zu Bernhard, der antwortete nicht. Er sah zu mir, als ob ich diese Frage beantworten konnte [13, с. 179].

Max tat so, als musse er uberlegen, dabei hatte er sich langst eine Antwort zurechtgelegt [18, с. 294].

В заключение следует отметить, что в ВКР для выражения футураль-ного значения используется значительный арсенал грамматических и лексико-грамматических форм как на индикативной, так и на конъюнктивной основе. Возможность использования разноплановых форм объясняется, по-видимому, особым статусом ВКР. С одной стороны, это - разновидность косвенной речи, поэтому в ней возможны презентные формы конъюнктива и индикатива, характерные для данного вида речи. С другой стороны, ВКР обнаруживает функциональное сходство с НПР, что объясняет возможность использования в ней индикативных форм претеритального плана с футуральным значением. В свою очередь, конъюнктивные формы претеритального плана, также используемые в ВКР, не исключаются как во

197

внешней косвенной речи, так и в НПР. Абсолютным лидером в ВКР с фу-туральной семантикой оказался кондиционалис I - форма, в наибольшей степени удовлетворяющая особому статусу ВКР, находящейся на стыке косвенной и несобственно-прямой речи.

Список литературы

1. Боднарук Е. В. Способы передачи внутренней речи персонажей в художественном произведении // Вестн. Поморского ун-та. - 2010. - № 5. - С. 71-76.

2. Боднарук Е. В. Средства выражения относительного будущего в косвенной речи // Изв. Волгогр. гос. пед. ун-та. - 2014. - № 5(90). - С. 100-105.

3. Дронова Н. П. Особенности оформления косвенной речи в немецком языке // Иностранные языки в школе. - 1988. - № 4. - C. 91-95.

4. Ермолаева Л. С. Система наклонений в современном немецком языке (в сопоставлении с другими германскими языками). - М.: МГПИ иностр. яз. им. М. Тореза, 1976. - 102 с.

5. Никулихин Ю. Я. О функциях кондиционалиса первого в косвенной и несобственно-прямой речи // Ученые записки МГПИ иностр. яз. им. М. Тореза. - М., 1964. -Т. 31. - С. 220-250.

6. Солганик Г. Я. Стилистика текста: учеб. пособие. - 2-е изд. - М.: Флинта: Наука, 2000. - 256 с.

7. Храмова Г. А. Verbadicendi в немецкой разговорной речи. - М.: Изд-во МГПИ, 1982. - 74 с.

8. Шакирова Р. Д. Функционально-семантическое поле косвенной речи в современном немецком языке (на материале различных функциональных стилей): автореф. дис. ... канд. филол. наук. - М., 1990. - 23 с.

9. Шендельс Е. И. Многозначность и синонимия в грамматике: на материале глагольных форм современного немецкого языка. - М.: Высшая школа, 1970. - 205 с.

10. Buscha, J. Zur Darstellung des Konjunktivs in der deutschen Grammatik fur Aus-lander // Deutsch als Fremdsprache. - 1980. - № 1. - S. 31-37.

11. Duden. Die Grammatik / Dudenredaktion. - Mannheim, Leipzig, Wien, Zurich: Dudenverlag, 2006. - 1343 S.

12. Fabricius-Hansen C. Nicht-direktes Referat im Deutschen - Typologie und Ab-grenzungsprobleme // Fabricius-Hansen C., Leirbukt O., Letnes O. (Hg.): Modus, Modalver-ben, Modalpartikeln. - Trier: Wissenschaftlicher Verlag Trier, 2002. - S. 6-29.

13. Hein, Ch. Landnahme. - Frankfurt am Main, 2005. - 383 S.

14. Helbig, G., Buscha J. Deutsche Grammatik. - Berlin, Munchen, Wien, Zurich, New York: Langenscheidt, 2001. - 654 S.

15. Kaufmann, G. Zu den durch „als“, „als ob“, „als wenn“, „wie wenn“ eingeleiteten „Komparativsatzen“ // Zielsprache Deutsch. - 1973. - № 3. - S. 91-111.

16. Kehlmann, D. Ruhm. - Hamburg, 2009. - 203 S.

17. Kurz, J. Wie gibt man Rede wieder? // Sprachpflege. - 1977. - № 10. - 206-208.

18. Noll, I. Ehrenwort. - Zurich, 2010. - 336 S.

19. Sommerfeldt, K. E. Ideal und Wirklichkeit. Zum Gebrauch der Modi als Mittel der Stellungnahme in der indirekten Rede // Sprachpflege. - 1971. - H. 9. - S. 177-180.

20. Vogt, J. Aspekte erzahlender Prosa. Eine Einfuhrung in die Erzahltechnik und Ro-mantheorie. - Paderborn: Wilhelm Fink Verlag, 2008. - 274 S.

198