Трансцендентальная идеальность времени в концепции И. Канта

© Д.В. Г арбузов, 2008

УДК 115

ББК 87.3(4Гем)5-563

ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНАЯ ИДЕАЛЬНОСТЬ ВРЕМЕНИ В КОНЦЕПЦИИ И. КАНТА

Д.В. Гарбузов

В статье рассматривается темпорологическая концепция И. Канта. Автор статьи показывает, что, целиком поместив время в субъективную структуру человеческого существования, Кант, тем самым, внес решающий вклад в создание субъективной теории времени. Однако его учение

о трансцендентальности субъекта и трансцендентальном схематизме чистых понятий рассудка создали предпосылки к освобождению проблемы времени от ограниченности «внутренним миром» человека и к объяснению его онтологического смысла. Таким образом, Кант, по мнению автора статьи, обнаружил пути преодоления разрыва между ограниченно субъективным и фундаментально онотологическим определениями времени в рамках единой антропологической концепции.

Ключевые слова: философия времени, немецкая философия, трансцендентальная эстетика, бытие, время, пространство.

Антропологическое значение теории времени И. Канта заключается в том, что он, с одной стороны, осуществил фундаментальную субъективацию проблемы времени, а с другой стороны, в учениях о трансцендентальной идеальности времени и схематизме чистых понятий рассудка наметил пути преодоления субъективного понимания времени.

В своей трансцендентальной эстетике Кант фактически расширяет и детализирует учение св. Августина, последовательно встраивая его в общую теорию трансцендентального субъекта. Время само по себе не обладает самостоятельной реальностью, не являет собой положительное, содержательное бытие: «Если же мы возьмем предметы так, как они могут существовать сами по себе, то время есть ничто» (с. 58) Ч Человек фундаментально, принципиально отделен от мира и всегда имеет представление не о нем самом, а только о его чувственных образах и отпечатках. Поэтому и время имеет не реальную, а идеальную природу: «Свойства, принадлежащие вещам самим по себе,

вообще никогда не могут быть даны нам посредством чувств. В этом именно состоит трансцендентальная идеальность времени, согласно которой оно, если отвлечься от субъективных условий чувственного наглядного представления, вовсе не существует и не может быть причислено к предметам самим по себе... ни как субстанция, ни как свойство» (с. 59).

Таким образом, в основании времени находится не нечто, свойственное вещам мира, а способ представления самого себя: «Время следует считать не как объект, а как способ представлять меня самого как объект» (с. 60)2. В этом заключается эмпирический статус времени. Переживание времени не является опытом восприятия некоторой автономной реальности, но есть условие, инструмент возможности что-либо вообще воспринимать: «Итак, у времени остается эмпирическая реальность, как условие всякого нашего опыта, и только абсолютной реальности... признать за ним нельзя» (с. 60). Будучи условием, время существует до всякого восприятия, то есть является априорным: «Априорное знание и представление времени вполне возможно, если время есть не что иное, как субъективное условие, под которым осуще-

ствляются в нас все наглядные представления. В таком случае эта форма внутреннего наглядного представления может быть представлена раньше предметов, следовательно, a priori» (с. 58)3.

Кант говорит о наглядных представлениях для того, чтобы подчеркнуть упорядочивающую, организующую работу пространства и времени как априорных форм чувственности. На входе они воспринимают хаотическую множественность ощущений, а на выходе представляют упорядоченные по ря-доположенности (пространство) и последовательности (время) ряды образов и впечатлений, которые могут теперь обрабатываться рассудком. Впрочем время является более фундаментальной и необходимой априорной формой чувственности по сравнению с пространством: «Время есть априорное формальное условие всех явлений вообще. Пространство, как чистая форма внешнего наглядного представления, ограничивается, как априорное условие, лишь внешними явлениями. Наоборот, так как все представления, все равно, имеют ли они своим предметом внешние вещи или нет, принадлежат сами по себе, как определения души, к числу внутренних состояний, которые подчинены формальному условию внутреннего наглядного представления, именно времени, то время есть априорное условие всех явлений вообще: оно есть непосредственное условие внутренних условий (нашей души) и вследствие этого косвенным образом также условие внешних явлений» (с. 58).

В первоначальном чувственном созерцании человеку даны не пространство и время в единственном числе, а множественные времена и пространства, то есть, иными словами, группы рядоположенных и последовательных ощущений: «Время имеет только одно измерение: различные времена существуют не вместе, а последовательно (наоборот, различные пространства существуют не друг после друга, а одновременно)» (с. 56). Единство же они приобретают, только пройдя через матрицу априорных форм чувственного наглядного представления, оснащаясь при этом и свойством бесконечности: «Бесконечность времени означает не что иное, как то, что всякая определенная величина времени возможна

только путем ограничений одного единственного, лежащего в основе времени. Поэтому первоначальное представление времени должно быть дано как неограниченное» (с. 57). Таким образом, здесь у Канта содержится глубокое понимание бесконечности времени, которое рассматривает ее не как возможность существования бесконечного множества частиц времени, а как актуальную способность неограниченного деления одной-единственной априорной временной формы.

Способность априорной формы времени представлять реальное бытие в качестве рядов последовательно актуализирующихся чувственных образов и впечатлений создает феномен и понятие изменения, которое, таким образом, является не свойством временного мира, а только свойством его восприятия человеком: «Понятие изменения и вместе с ним понятие движения (как перемены места) возможны только через представление времени и в представлении времени: если бы это представление не было априорным (внутренним) наглядным представлением, то никакое понятие не могло бы уяснить возможности изменения» (с. 57)4.

Таким образом, целиком поместив время в субъективную структуру человеческого существования, Кант, тем самым, внес самый значительный, решающий вклад в создание субъективной теории времени. Однако вместе с тем учение о трансцендентальности субъекта создало предпосылки к освобождению проблемы времени от ограниченности «внутренним миром» человека и к объяснению онтологического смысла времени. Кант отнюдь не собирался разрабатывать солипсическое учение, рассматривающее мир в качестве продукта восприятия и осознания мира человеком. Он лишь доказывал, что человеческое бытие невозможно устранить из понимания бытия в целом. Хотя время это и априорная форма чувственного наглядного созерцания, но оно имеет смысл и значение не само по себе, а только в трансцендентальном контексте восприятия реального бытия: «Изменяется не само время, а нечто находящееся во времени. Следовательно, для этого понятия требуется восприятие какого-нибудь бытия и последовательности его определений, то есть опыта» (с. 62). Итак, время, согласно

Канту, это необходимый для человека компонент определения бытия. Время - это способ вхождения, включения бытия в человеческое существование и познание.

Впрочем, проблема доказательства наличия взаимоотношения и включенности друг в друга реального бытия и человеческого существования была все же вторичной для Канта, и поэтому ее возможное решение можно обнаружить только в небольшой главе о схематизме чистых понятий рассудка5. Чтобы объяснить, каким образом реальное бытие, попадая в матрицу априорных форм чувственного созерцания, все же остается самим собой, а не подменяется некоей искусственной копией, Кант вводит понятие трансцендентальной схемы: «Должно существовать нечто третье, однородное в одном отношении с категориями, а в другом отношении с явлениями и обусловливающее возможность применения категорий к явлениям. Это представление должно быть чистым (не заключающим в себе ничего эмпирического) и, тем не менее, с одной стороны, интеллектуальным, а с другой - чувственным. Такой характер имеет трансцендентальная схема» (с. 127).

Можно сказать, что трансцендентальная схема - это след непосредственной включенности человеческого существования в процесс реального бытия, и именно эта включенность оправдывает подлинность как чувственного, так и интеллектуального познания. Поэтому Кант пишет, что «схема чувственного понятия... есть продукт и как бы монограмма чистой способности воображения a priori» (с. 128)6. Иными словами, способность производить образ реальных предметов не является произвольной для человека, но представляет собой устройство самого реального бытия, раскрывающего истину своего существования. И в частности, согласно Канту, таким следом непосредственного вхождения человека в реальное бытие, можно сказать, включением, агентом нечеловеческого в бытии человека, является именно время: «Схемы суть не что иное, как априорные определения времени, подчиненные правилам и относящиеся, в применении ко всем предметам согласно порядку категорий, к временному ряду, к порядку времени и, наконец, к совокупности времени» (с. 130).

Время, ни в коей мере не являясь созданием человека, внедрено в его существование, обеспечивая свойственное человеческой природе и опыту, чувственное и интеллектуальное знание реального, а не сфабрикованного бытия: «Понятие рассудка содержит в себе чистое синтетическое единство многообразия вообще. Время, как формальное условие многообразия внутреннего чувства, следовательно, соединения всех представлений, содержит многообразие a priori в чистом наглядном представлении. При этом трансцендентальное определение времени однородно с категорией (которая создает единство этого определения), поскольку оно имеет общий характер и опирается на априорное правило. Но, с другой стороны, трансцендентальное определение времени однородно с явлением, поскольку время содержится во всяком эмпирическом представлении многообразия. Поэтому применение категорий к явлениям становится возможным при посредстве трансцендентального определения времени, которое, как схема понятий рассудка, опосредствует подведение явлений под категории» (с. 127). Итак, время, с одной стороны, обеспечивает непосредственную связь человека с реальным бытием, то есть гарантирует подлинность его опыта, а с другой - соотносит чувственные созерцания с интеллектуальными определениями, то есть согласует присущий человеческой природе, чувственный и эйдетический опыт.

Таким образом, в учении о трансцендентальном схематизме чистых понятий рассудка Кант обнаружил пути преодоления разрыва между ограниченно субъективным и фундаментально онтологическим определениями времени в рамках единой антропологической концепции.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Здесь и далее цитаты приводятся по изданию: [1] - с указанием в круглых скобках номера страницы.

См. также: «Время есть лишь субъективное условие нашего (человеческого) наглядного представления. .. и само по себе, вне субъекта есть ничто» (с. 59).

22

Д.В. Гарбузов. Трансцендентальная идеальность времени в концепции И. Канта

2 См. также: «Время есть не что иное, как форма внутреннего чувства, то есть процесса наглядного представления нас самих и нашего внутреннего состояния. Время не может быть определением внешних явлений: оно не относится ни к внешнему виду, ни к положению и т. п.; наоборот, оно определяет отношение представлений в нашем внутреннем состоянии» (с. 58).

3 См. также: «Из явлений вообще мы не можем удалить время, тогда как явления могут быть удалены из времени. Следовательно, время дано a priori. Только в нем возможна вся действительность явлений» (с. 56).

4 См. также: «Наглядное представление есть то именно условие, при котором время входит в представления предметов» (с. 59).

5 Объясняется это, судя по всему, достаточно просто. Для науки эпохи Канта проблема доступности реального бытия человеческому позна-

нию была самоочевидной. И весь пафос исследований Канта заключался в развенчании такого подхода, наивно предполагающего, что человеческое существование столь незначительно в познавательном процессе, что его можно без последствий устранить из исследуемых предметов познания.

6 См. также: «Это формальное и чистое условие чувственности, которым понятие рассудка ограничивается в своем применении, мы будем называть схемой понятия рассудка, а употребление рассудком этих схем мы будем называть схематизмом чистого рассудка» (с. 127).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Кант, И. Критика чистого разума / И. Кант. -СПб. : ИКА «ТАЙМ-АУТ», 1993. - 477 с.

TRANSCENDENTAL IDEALISM OF TIME IN I. KANT’S CONCEPTION

D. V. Garbuzov

The article considers the temporological conception by Kant. The author shows that completely placing time in the subjective structure of human existence Kant contributed to the creation of subjective theory of time. But his theory of transcendental subject and transcendental scheme of pure conceptions of the understanding were premises to release the problem of time from limited human inner world and to explain its ontological meaning. Thus, according to the author of the article, Kant found a way to overcome the gap between limited subjective and fundamentally ontological definitions of time within a single anthropological conception.

Key words: philosophy of time, German philosophy, transcendental aesthetics, existence, time, space.