И на Марсе будут крокусы цвести

16 апреля президент России Владимир Путин провел расширенное заседание Совета безопасности, посвященное проблемам развития космической отрасли. В том, что у развития этой отрасли и в самом деле большие проблемы, убедился специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников. Решать эти проблемы будут теперь в основном гражданские: так, достраивать вторую очередь инфраструктуры космодрома «Восточный» станет, как выяснилось, компания «Крокус» Араса Агаларова.

С первых слов Владимира Путина было понятно, что чувство неудовлетворения тем, что с космонавтикой происходит именно сейчас, не оставляет или даже преследует президента. И прошедший 12 апреля праздник, который Владимир Путин провел на «Энергомаше», похоже, не развеял этого впечатления (а может быть, и усугубил его).

— Очевидно, что нужно глубоко модернизировать ракетно-космическую отрасль,— заявил президент,— внедрять современные модели управления производством, научно-исследовательскими работами, учиться на порядок эффективнее использовать результаты космической деятельности во всех сферах нашей жизни, например, в таких базовых отраслях, как телекоммуникации, связь, транспорт, медицина, ЖКХ.

Президент таким образом констатировал, что космонавтика мало зарабатывает. То есть, видимо, не так, как раньше.

— Принципиальное направление — это наращивание экспорта,— продолжил он.— По экспертным оценкам, объем мирового рынка коммерческих услуг, связанных с космосом, сегодня составляет около $183 млрд в год. И он в ближайшие годы и десятилетия будет только увеличиваться. Если мы будем топтаться на месте или постоянно говорить о наших прежних достижениях (видимо, как сейчас.— А. К.), наверстать упущенное будет просто невозможно.

Владимир Путин дал понять, что, по сути, сорван график реформы «Роскосмоса»:

— Необходимый этап реорганизации госкорпорации нужно завершать и переходить к системной работе на результат, последовательно решать те очевидные проблемы, которые тормозят развитие ракетно-космической отрасли.

Более того, он даже возвысил голос:

— Например, закладываемые при подготовке космических проектов ценовые и временные параметры зачастую не имеют должного обоснования. В итоге плановые сроки переносятся, а бюджетные расходы возрастают. Сколько раз это было за последние годы! При этом отечественная система спутниковой связи, оптической и радиолокационной съемки Земли, сбора метеоданных уступают по многим параметрам нашим конкурентам по качеству, надежности, времени работы аппаратов на орбите! Немалая часть оборудования, электронная компонентная база нуждаются в обновлении…

Выступление было очень откровенным для открытой части Совбеза (а может, даже и для закрытой). Очевидно, президент хотел, чтобы было понятно, что меры, которые будут приняты в ближайшее время, инициированы лично им.

— В этой связи,— продолжил он,— прежде всего нужно актуализировать основы государственной политики России в области космической деятельности на период до 2030 года и дальнейшую перспективу, внести в них соответствующие уточнения и дополнения с учетом современных мировых тенденций... Важно… сосредоточить финансовые, организационные, кадровые, административные ресурсы на приоритетных направлениях, предлагать новые формы государственно-частного партнерства (либо по типу Илона Маска, либо, может быть, с самим Илоном Маском уже наконец? — А. К.).

Многие журналисты ждали, что президент выскажется о проблеме достройки второй очереди космодрома Восточный. Он и высказался:

— Третья ключевая задача (за второй, думаю, уследили не все.— А. К.) — это развитие наземной инфраструктуры, включая более активное использование космодрома Плесецк и завершение строительства второй очереди космодрома Восточный. И здесь, конечно, правительству нужно обратить внимание на расценки.

Это была по всем признакам главная интрига дня. Известно, что есть несколько компаний, которые не то что сильно заинтересованы в подряде на такое завершение, которое все равно уже никогда не станет триумфальным, но все-таки не будут возражать (а скорее смирятся), если выиграют такой тендер. Возможно, именно сегодня могло стать известно имя счастливчика.

— Уже докладывали несколько раз, что ни одна компания не берется за завершение работ с этими расценками! — раздраженно сказал президент, и это тоже следовало считать прорывом в искренность с его стороны.

То есть он не говорил сейчас ничего такого, о чем бы уже не говорилось в отрасли и не писалось бы бойкими отраслевыми журналистами, но сам Владимир Путин впервые излагал проблему в таких ясных выражениях.

— Надо как-то реалистично к этому подходить, обоснованно, не завышать, разумеется, ничего. Реалистично подойти нужно! — слово «реалистично» было произнесено два раза подряд, и это означало, что компания, получившая этот подряд, все-таки, возможно, сможет не рассматривать достройку инфраструктуры космодрома как трудовую повинность.

В закрытом режиме заседание продолжалось не так уж долго, около часа, и, по данным “Ъ”, большую часть этого времени (после доклада Юрия Борисова) заняло выступление самого Дмитрия Рогозина с его новыми и новейшими предложениями, позволяющими развернуть долгожданный прорыв в отрасли, а также обсуждение этих предложений.

К журналистам после заседания подошел, впрочем, не Дмитрий Рогозин (который, возможно, исчерпал свой лимит публичных выступлений 12 апреля на «Энергомаше», когда выпускник журфака МГУ по-честному не отказывал в интервью другим выпускникам журфака), а секретарь Совбеза Николай Патрушев и вице-премьер Юрий Борисов.

Господин Патрушев сообщил, что к 15 июля предстоит подготовить проект указа о корректировках в развитии отрасли, который подпишет президент (в крайнем случае не подпишет).

— Это и будет стратегия развития госкорпорации «Роскосмос»,— добавил Николай Патрушев.

Нет, все-таки странно, что все это говорилось сейчас в отсутствие самого руководителя госкорпорации.

Юрий Борисов тем временем продолжил.

— С 2013 года прошло много времени,— произнес он,— внешние и внутренние факторы не позволили достичь тех результатов, на которые мы рассчитывали в 2013 году.

Это было, по всей видимости, непростое признание, но до этого президент страны уже, по сути, сделал его, так что теперь и страха ведь не было (или по крайней мере не должно было быть).

— Мы проанализировали причины. Президент дал конкретные указания по исправлению этой ситуации (то есть, еще раз, она признана заслуживающей исправления, то есть тяжелой.— А. К.),— сказал Юрий Борисов.— Особое внимание уделено коммерциализации отрасли. Недопустимо мало наше присутствие на рынке космических услуг! Уделено внимание кадровому укреплению (кого и кем намерены в этой связи укреплять? — А. К.)…

Услышав вопрос, были ли на заседании вопросы к руководству «Роскосмоса», Юрий Борисов замялся. Сделал это, похоже, ненамеренно (хотя могло быть и так), просто свой вопрос корреспондент «Первого канала» сформулировал в таком виде, видимо, по представлениям Юрия Борисова, неожиданно и даже, может быть, провокационно. Поэтому и пауза была длинной. Юрий Борисов успел даже переглянуться с Николаем Патрушевым, но так и не получил от него действительного намека насчет того, как лучше с этим вопросом справиться. Поэтому он уж как-то сам:

— Вы знаете, я не могу сказать, что мы как-то акцентировались на деятельности Дмитрия Олеговича (Рогозина.— А. К.).

Вопрос не предполагал все-таки перехода на личности, и Юрий Борисов мог этого избежать, но, подумав, решил все-таки, видимо, не делать этого.

— Вы постоянно нам такие провокационные вопросы задаете! — воскликнул Юрий Борисов (все-таки слово это, «провокационные», прозвучало.— А. К.), не отказавший, повторяю, правда, себе в удовольствии сразу же перейти на личности.— Мы не анализировали период с мая 2018 года, а анализировали состояние отрасли с 2013 года. И Дмитрия Олеговича, и предыдущего руководителя (Игоря Комарова.— А. К.) в части, касающейся реализации вопросов, которые реализовывались ими…

То есть Юрий Борисов тем не менее дал понять, что вопросов и к прежнему, и к действующему руководству много и именно они обсуждались. До сих пор их было меньше. У Дмитрия Рогозина как у нового главы «Роскомоса» все-таки было время (как оказалось, примерно год), когда рано спрашивать за все лично с него. И этого времени больше нет.

— Что касается цен первой и второй очереди, вопрос о пересмотре пока не стоит,— заявил Юрий Борисов, и это сильно отличалось от того, к чему призывал президент со словом «реалистично».— Сегодня идет расторжение контрактов с подрядчиками, в основном это Министерство обороны, по мере возврата аванса и неотработанных средств будет продолжено финансирование первой очереди космодрома, но, чтобы Министерству строительства выполнить все обязательства и обеспечить готовность инфраструктуры к пусковым услугам, в первую очередь «Союза-5» и «Ангары-5» на Восточном, стройка не будет останавливаться и будут задействованы средства второго этапа…

Юрий Борисов должен был наконец ответить на вопрос о подрядчике, и он сделал это неожиданно исчерпывающе:

— Что касается подрядчика, то действительно существует системная проблема строительной отрасли, и дано будет поручение пересмотреть методы определения стоимостных параметров строительных работ…

Проще говоря, расценок. Юрий Борисов наконец-то вернулся к генеральной линии, от которой и в самом деле ему не стоило отвлекаться.

— Вы знаете,— продолжил он,— сегодня используется индексный метод, который на сегодня, наверное, не совсем адекватен… Вы знаете, что расторгается контракт с компанией «Казань», которая исполнителем выбрана осенью прошлого года. Возможно, что кандидатом на строительство будет компания «Крокус» господина Агаларова.

Когда в такой ситуации говорят «возможно», то дело, значит, мягко говоря, решенное.

Тут неожиданно решил высказаться и Николай Патрушев:

— Надо добавить еще вот что! Юрий Иванович (Борисов.— А. К.) возглавляет наблюдательный совет («Роскосмоса».— А. К.), он доложил, как он работает (очевидно, наблюдательный совет.— А. К.), есть конкретные результаты, они признаны положительными.

То есть с Юрием Борисовым, откровенно давал понять Николай Патрушев, все в порядке. А что же с Дмитрием Рогозиным?

— Дмитрий Олегович дал целый ряд предложений, и, конечно, сразу же их оценить… Насколько необходимо идти именно таким путем… Решать те или иные вопросы… Это невозможно! — триумфально закончил господин Патрушев.— Но мы дадим поручения, чтобы каждое предложение было проработано и чтобы было принято решение.

Мне после всех этих слов показался естественным вопрос, который я и задал:

— Вы до этого сказали про кадровое укрепление отрасли. Вы кого-то конкретно имели в виду?

Нет, Юрий Борисов, действительно сказавший про это, в своем ответе не зашел так далеко, как я в своем вопросе, и ограничился словами о том, что «Роскосмос» в последнее время и так уже укреплен специалистами из Министерства обороны, так что это уже делается.

На вопрос Life.ru о том, когда мы наконец полетим на Марс, он уж не стал отвечать.

Мне тоже кажется, что туда достаточно отправить всего несколько человек.