Прецеденты суда как источника права Европейского союза

Отечественный и зарубежный опыт

© 2015 г. А. В. Дуденков, Е. Н. Петрищева

ПРЕЦЕДЕНТЫ СУДА КАК ИСТОЧНИКА ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

В статье рассматривается история создания и становления Европейского суда по правам человека, анализируется юридическая природа прецедентной практики суда Европейского союза.

Ключевые слова: суд, судебный прецедент, прецедентное право, права человека, Европейский суд по правам человека, гражданские права и свободы.

Европейский суд по правам человека (англ. European Court of Human Rights, фр. Cour eu-горйеппе des droits de l'homme) - международный судебный орган, юрисдикция которого распространяется на все государства - члены Совета Европы, ратифицировавшие Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод, и который принимает к рассмотрению все вопросы, относящиеся к толкованию и применению конвенции, включая межгосударственные дела и жалобы отдельных лиц. Юрисдикция Европейского суда распространяется на Российскую Федерацию с 5 мая 1998 года.

Согласно первоначальной системе все жалобы, поданные индивидуальными заявителями или государствами - участниками конвенции, становились предметом предварительного рассмотрения Европейской комиссии по правам человека, которая при положительном выводе о приемлемости жалоб передавала дело в Европейский суд по правам человека для принятия окончательного, имеющего обязательную силу решения. Если дело не передавалось в суд, то оно решалось Комитетом министров. С 1 октября 1994 года заявителям было предоставлено право самим передавать свои дела в суд по жалобам, признанным Комиссией приемлемыми.

Начав свою деятельность в 1959 году, Европейский суд к концу 1998 года (после реформирования) принял решения по существу в отношении 837 дел, подавляющее большинство из них - по жалобам граждан. Первое решение по существу дела суд принял в 1960 году (Lawless v. Ireland), первое решение по существу в пользу заявителя -в 1968 году (Neumeister v. Austria). В 1998 году активность суда повысилась, и к началу 2010 года суд вынес уже 12 198 решений по существу, из

них в 10 156 констатировал нарушения конвенции или ее протоколов [1, р. 3, 5, 17].

Для подачи жалобы в суд необходимо строго соблюсти следующие условия:

1. Предметом жалобы могут быть только права и свободы, гарантируемые конвенцией или ее протоколами. Перечень этих прав достаточно широк, но в нем отсутствуют отдельные права, известные новейшему конституционному законодательству. В частности, Конституция Российской Федерации (глава 2 «Права и свободы человека и гражданина»), охватывая все права человека, о которых речь идет в конвенции, называет и ряд других, например, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на социальное обеспечение и пр. Данные права закреплены в другой конвенции Совета Европы - Европейской социальной хартии, однако юрисдикция Европейского суда основана исключительно на конвенции о защите прав человека и основных свобод.

2. Согласно статье 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод суд может принимать жалобы от любого физического лица, любой неправительственной организации или группы частных лиц, которые утверждают, что явились жертвами нарушения со стороны государств - участников конвенции (они называются

в конвенции высокими договаривающимися сторонами) их прав, признанных в конвенции или в протоколах к ней.

3. Жалоба должна быть подана не позднее чем через шесть месяцев после окончательного рассмотрения вопроса компетентным государственным органом. Этот срок восстановлению не подлежит.

4. Жаловаться можно только на те нарушения, которые имели место после даты ратификации

Юристг-Прлвов^дъ, 2015, № 1

конвенции государством. В случае с Российской Федерацией такой датой является 5 мая 1998 года.

5. Для того чтобы жалоба была признана приемлемой по существу, заявителем должны быть исчерпаны все внутригосударственные средства защиты своего права, и прежде всего судебные средства такой защиты. Для Российской Федерации исчерпанием внутренних средств правовой защиты будет выступать прохождение заявителем первой, апелляционной и кассационной инстанций.

6. Жалобы, направляемые в Европейский суд, должны касаться событий, за которые несет ответственность государственная власть. Жалобы против частных лиц и организаций Европейским судом не принимаются к рассмотрению.

Европейский суд по правам человека имеет право:

- рассматривать индивидуальные и межгосударственные жалобы, поданные в Европейский суд по правам человека против одного или нескольких государств - членов Совета Европы или против Европейского союза;

- признавать факт нарушения того или иного права заявителя;

- присудить выигравшему заявителю справедливую компенсацию;

- толковать Конвенцию о защите прав человек и основных свобод;

- устанавливать факт какого-либо нарушения в определенном государстве, которое носит массовый характер из-за системной проблемы, в связи с чем предписывать этому государству предпринять меры по исправлению данного недостатка;

- рассматривать запрос Комитета министров Совета Европы по вопросу о том, не нарушило ли государство-ответчик свое обязательство по исполнению постановлений (решений) Европейского суда по правам человека;

- давать толкование ранее вынесенному постановлению по запросу Комитета министров Совета Европы;

- выносить консультативные заключения о толковании Конвенции о защите прав человека и основных свобод по вопросам, не связанным с рассмотрением дел [2].

Европейский суд выносит три основных вида решений (всего существует более десяти видов):

- решение о неприемлемости, оформленное в виде письма, адресованного заявителю (более 95 %);

- решение о неприемлемости или приемлемости жалобы в виде отдельного мотивированного

документа, именуемого в переводе на русский язык собственно «решением» (decision);

- окончательное решение по делу, именуемое в переводе на русский язык постановлением (judgment). Только в этом документе Европейский суд может признать нарушение прав человека [3].

Так, на 13 февраля 2014 года Европейским судом по правам человека было вынесено 16 995 мотивированных решений (решений и постановлений) [4].

По данным на конец 2012 года, верхнюю часть списка стран по числу переданных судейским составам жалоб, находящихся на рассмотрении, занимают: Россия - 28 600 (22,3 %), Турция -16 900 (13,2 %), Италия - 14 200 (11,1 %), Украина - 10 450 (8,2 %), Сербия - 10 050 (7,8 %), Румыния - 8 700 (6,8 %) [5, с. 156, 157].

Согласно статистике за 1959-2010 годы, признаны неприемлемыми 96 % поданных в Европейский суд жалоб. Из оставшихся 4 %, по которым были вынесены решения по существу дела, в 83 % случаев суд усмотрел нарушения конвенции или ее протоколов [6, p. 15, 22].

Суды ЕС называют собственную практику прецедентной.

Судебный прецедент (от лат. Praecedens -предшествующий) представляет собой решение высшего судебного органа по определенному делу, которое в дальнейшем является обязательным для судов при разрешении аналогичных дел.

Прецедентное право (ПП) - это правовая система, в которой основным источником права признается судебный прецедент, то есть решение, вынесенное по какому-либо делу, обязательно для всех судов равной и низшей инстанции при рассмотрении ими аналогичных дел. Эта система дает возможность суду выполнять правотворческие функции не только в случае отсутствия соответствующего закона, но и при наличии недостаточно четкой нормы. Прецедентное право характерно для Великобритании (точнее, для Англии, поскольку в Шотландии действует особое право), США, стран - членов ЕС и других стран, воспринявших английское право.

С самого начала существования суда ЕС его полномочия мало чем отличались от полномочий обычного суда. Успех суда ЕС в реализации своей миссии был заложен достаточно активной позицией относительно толкования довольно нечеткого положения, суждения которого позволяли национальным судам обращаться в суд в делах, касающихся права ЕС по предварительным (преюдициальным) выводам. Целью этого положения было обеспечение единообразия толкования Договора о ЕС [11] и законодательства на всей его

территории с целью единства практики применения актов права Европейского союза. Соответственно, в судебной практике были развиты доктрины прямого действия, принципы верховенства права ЕС, «скрытых полномочий» сообщества, ответственности государств перед частными лицами за нарушение права ЕС и т. д.

Суд ЕС принимает предварительные выводы, обеспечивает единство толкования первичного и вторичного законодательства ЕС, касающегося:

- толкования положений учредительных договоров ЕС;

- юридической силы актов институтов ЕС;

- толкования актов, издаваемых этими институтами, и актов Европейского центрального банка;

- толкования уставов, непосредственно регулирующих деятельность органов, создаваемых Советом Европейского союза. В целях обеспечения эффективности этого процесса и надлежащего функционирования институтов ЕС во взаимодействии государств - членов Европейского союза необходимо, чтобы толкования имели «неисчерпаемый характер» и общеобязательное значение, то есть признаки прецедентного права.

Это признает не только суд Европейского союза, но и суды стран - членов ЕС. Так, конституционный суд ФРГ прямо указал, что решения суда ЕС имеют одинаковую силу и обязательность для всех судов государств-членов, рассматривающих аналогичные вопросы. Это является результатом развития доктрины и судебной практики. Суды государств - членов ЕС развили специальную доктрину acte clair («понятный акт»), состоящую в том, что правильное применение законодательства сообщества настолько очевидно и исключает всякие сомнения и что одно и то же положение будет применяться одинаково различными национальными судами разных правовых систем независимо от терминологии, правопонимания, техник перевода и толкования.

Сегодня в науке и в практике развернулись острые дискуссии вокруг возможностей непосредственной реализации решений Европейского суда. Разумеется, вопрос о применении решений суда не возник неожиданно. Например, в отношении прав и свобод человека это связано с попытками прямого применения норм Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Подавляющее большинство норм данной конвенции характеризуется особой абстрактностью. Так, крайне обобщенное изложение многих ее норм приводит к тому, что в подавляющем большинстве случаев отсутствуют формально определенные модели поведения участников правоотношений, возникающих на их почве, - «человек

и государство». Таким образом, в конвенционную материю перманентно заложена неопределенная множественность форм поведения, где могут проявляться права и свободы личности или обязательства государства.

Это позволило национальным судам основывать свои решения на ранее принятых решениях суда ЕС, в котором представлено толкование законодательства Европейского союза без обращения в суд с соответствующим преюдициальным, то есть относящимся к предыдущему судебному решению, заключением [8]. Следовательно, в данном случае национальные суды воспринимают решение суда ЕС как убедительный, а не обязательный связывающий прецедент.

Доктрина acte clair («понятный акт») была сформулирована судом ЕС в деле Da Costa, суть которой заключается в том, что национальный суд последней инстанции обязан обращаться за разъяснением вопроса, если оно уже было решено судом ЕС [9].

Позднее суд ЕС окончательно сформулировал три основания, при наличии которых национальный суд может обращаться за преюдициальным заключением:

- ответ на вопрос, который ставит национальный суд Суду ЕС, будет влиять на окончательное решение по делу;

- перед обращением национальному суду необходимо использовать возможности, предоставляемые доктриной acte clair;

- то же самое касается доктрины acte clair.

Таким образом, установление этих критериев

уменьшает нагрузку на суд ЕС, ускоряет процесс национального судопроизводства по вопросам европейского права и, по сути, снимает вопрос о прецедентности решений суда ЕС, поскольку они являются обязательными для государств - членов Европейского союза.

Итак, изучение юридической природы предварительных выводов суда ЕС позволяет сделать однозначный вывод об их обязательной силе для всех субъектов права Европейского союза, а толкование, содержащееся в этих выводах, является, по существу, судебным правотворчеством.

Вопрос действия прецедента в праве Европейского союза имеет два важных аспекта, которые касаются обязательности всех прецедентов суда ЕС для национальных судов государств-членов. Следует отметить, что в рамках первого аспекта ни Договор о ЕС, ни Устав суда ЕС не содержат никакого указания относительно обязательной силы решений Европейского суда. В первом из решений суда, в котором поднимался вопрос действия предыдущего преюдициального заклю-

Юристъ-Правов^дъ, 2015, № 1

чения, суд высказался за ограниченное действие своих решений исключительно между сторонами дела. Однако, несмотря на такое мнение, практика суда продемонстрировала склонность к следованию доктрине фактического прецедента. Это вызвало длительную дискуссию в доктрине европейского права.

Если обратиться к собственной практике суда, то можно сделать вывод о том, что он хотя и полагается при решении дел на свою предыдущую практику, тем не менее не придерживается классической доктрины stare decisis («господствующая сила прецедента» (при выработке решения суда). Такая перспектива позволяет утверждать о сходстве доктрины прецедента в практике ЕС и французской доктрины «устоявшейся судебной практики» (jurisprudence constante). Как указал по этому поводу Генеральный адвокат Лагранж в деле Da Costa: «Независимо от того, насколько важным может быть отдельное решение суда, независимо от того, насколько абстрактным может быть толкование определенного положения Договора, ...следует придерживаться золотого правила res judicata (принцип недопустимости повторного рассмотрения, однажды решенного дела): Суд исходит именно из морального авторитета своих решений, а не юридической силы res judicalä. Конечно, никто не ожидает, что, приняв важное решение.., Суд отойдет от него в другом производстве без веских причин, но он должен сохранять юридическое право так поступить» [9].

Что касается второго аспекта вопроса доктрины прецедента в праве ЕС, то есть обязаны ли национальные суды следовать практике суда ЕС, то в деле Manzoni Генеральный адвокат Уорнер отметил необходимость различия в контексте преюдициального вывода между действием res judi-cata (принцип недопустимости повторного рассмотрения однажды решенного дела) и stare decisis («господствующая сила прецедента» при выработке решения суда). Признавая, что в силу первого принципа действие решения ограничено конкретным делом, в рамках которого оно принимается, Уорнер, однако, допустил возможность применения доктрины stare decisis, которая, по его мнению, в праве ЕС означает, что «все суды в Сообществе, за исключением Суда ЕС, связанные ratio deci-dendi (мотивы решения, основания резолютивной части решения), - решения Суда ЕС. ...Если отбросить такой вывод, то необходимо признать, что нижестоящие суды и трибуналы в государствах -членах ЕС могут рассматривать решения суда ЕС только как убедительный авторитет и игнорировать их, если сочтут нужным, в то время как высшие суды... этого не могут. Принятие такого вы-

вода, с другой стороны, означает, что все суды в государствах - членах ЕС в этом аспекте находятся в одинаковом положении». С точки зрения Генерального адвоката, юридическую силу решений суда ЕС следует сравнивать с решением палаты лордов, поскольку «решение Палаты лордов связывает, согласно доктрине stare decisis, все другие суды в Соединенном Королевстве, которые должны ему следовать... но сама Палата лордов, и только она одна, может просмотреть и отойти от такого решения в следующем деле» [10]. Такие же соображения, по мнению Генерального адвоката, должны касаться и решений суда ЕС.

Таким образом, несмотря на то, что в учредительных договорах Европейского союза прямо не указывается на обязательность для него всех предыдущих решений и при отсутствии доктрины stare decisis практика суда ЕС развивается по прецедентному принципу, решение суда является источником права и частью правовой системы ЕС, то есть суд ЕС занимается правотворчеством. В первую очередь, это касается актов толкования и судебного контроля за правовыми актами государств - членов Европейского союза на предмет их соответствия общеевропейскому законодательству.

Литература

1. The European Court of Human Rights. Some Facts and Figures. Strasbourg, 2010.

2. http://roseurosud.org/evropejskij-sud-po-pra-vam-cheloveka

3. http://roseurosud.org/evropejskij-sud-po-pra-vam-cheloveka

4. http://roseurosud.org/evropejskij-sud-po-pra-vam-cheloveka

5. Annual Report 2012 ЕСПЧ, 2013.

6. Statistic on judgments by State.

7. http://ru.wikipedia.org

8. http://www.bibliotekar.ru/arbitrazhnyi-process-1/73.htm

9. Постановление Европейского суда по правам человека от 02.11.2006 по делу «Дакоста Сильва (Dacosta Ssilva) против Испании» // http:// base.consultant.ru/cons/cgi/

10. European Court of Human Rights: Judgments and Decisions. Strasbourg, 1 July 1997 (Giulia Manzoni v. Italy). Reports of Judgments and Decisions 1997-1У (Судебное решение «Джулия Манзони против Италии» от 1 июля 1997 года).

11. Договор о Европейском союзе (Маастрихт, 7 февраля 1992 года) (в ред. Лиссабонского договора 2007 года). Договор вступил в силу 1 ноября 1993 года // http://base.garant.ru/2566557/