Политический аспект

Проект газопровода «Северный поток-2» между Россией и Германией выходит на финишную прямую. Оператор строительства — компания Nord Stream 2 AG — в начале декабря заявил, что в настоящее время активизирована укладка труб, но завершить работы до конца года вряд ли удастся. Многое будет зависеть от погодных условий. Между тем российскую и немецкую стороны сейчас больше беспокоят не технологические отставания реализации проекта, а политические, которые гораздо серьезнее и глубже.

Эксперты полагают, что гораздо больше сложностей может возникнуть не с завершением строительства «Северного потока-2», а с дальнейшей его эксплуатацией в необходимых параметрах

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ / купить фото

Напомним, в 2015 году «Газпром» подписал соглашение с европейскими компаниями OMV, BASF, Engie, Shell, Uniper о строительстве рядом с газопроводом «Северный поток» еще двух труб длиной 1200 км. По ним должно транспортироваться 55 млрд куб. м газа в год от побережья России через Балтийское море до Германии через территорию Финляндии, Швеции и Дании. Стоимость строительства оценивалась в 9,5 млрд евро. Половина из этих средств инвестировал «Газпром», по 10% вложили европейские партнеры монополии.

Отправочной морской точкой «Северного потока-2» является порт Усть-Луга в Ленобласти. В настоящее время там проводятся испытания берегового участка газопровода, который начинается на Ямале и проходит через несколько российских регионов. Несколько дней назад губернатор Ленобласти Александр Дрозденко сообщил, что «Газпром» выделит 47-му региону 1,2 млрд рублей как компенсацию за поврежденные дороги при строительстве трубопровода.

Обходя санкции

Российские власти неоднократно делали заявления, что «Северный поток-2» — это чисто коммерческий проект. Однако сами же признавались, что он был придуман для обхода транзита газа через Украину. Поэтому проект был изначально сильно политизирован. За рубежом у него находились как сторонники, так и противники. В частности, в начале декабря сенат США включил в законопроект об оборонном бюджете на 2020 год санкции против строительства «Северного потока-2». Они будут применяться к компаниям, которые принимают участие в проекте. Представителям организаций может быть отказано в визах, а также заблокированы транзакции, связанные с их имуществом или интересами в США. Длительное время Дания не могла определиться, пускать или не пускать газопровод через свою территорию и какой должен быть маршрут. Одобрено строительство было только в октябре этого года.

Опрошенные эксперты думают, что санкции США, претензии других стран не должны негативно отразиться на завершении проекта. Они считают, что строительство «Северного потока-2» зашло уже так далеко, что никакие политические риски не смогут помешать окончанию работ.

«Северный поток-2» — проект очень значимый для «Газпрома» и в целом для России, отмечает начальник отдела инвестиций «БКС Брокер» Нарек Авакян. «Он позволит значительно сократить транзитные издержки. Так, сейчас российская компания выплачивает украинскому "Нафтогазу" до 3 млрд долларов в год за транспортировку газа. За транзит аналогичного объема по Северному и Турецкому потокам будет отчисляться не более $1 млрд. На мой взгляд, определенные политические риски для проекта все еще существуют, но я бы не назвал их критичными, так как все основные разрешения уже получены и даже уже началось строительство соответствующего ответвления трубы в Германии. Потому я думаю, что вероятность успешного завершения проекта близится к 100% и точно составляет больше 80%»,— считает специалист.

Схожие выводы делает и аналитик по газу Центра энергетики Московской школы управления «Сколково» Сергей Капитонов. «Маловероятно, что американские санкции будут применяться постфактум — после окончания строительства. И совсем невероятно, что этот маршрут поставок объявят токсичным — по иранскому сценарию. Однако точечные санкции против участников на завершающей стадии проекта, к сожалению, пока исключать нельзя. И это очень серьезная угроза. Однако на другой стороне находятся коммерческие выгоды от реализации, ведь, например, для строительного подрядчика швейцарской Allseas контракт с Nord Stream 2 — это крупнейший контракт в истории. В этой связи будет интересно поведение политических органов ЕС, будет ли Евросоюз реально защищать собственный бизнес — или ограничится словесными интервенциями, учитывая разобщенность Европы по газовому проекту. Для России "Северный поток-2" — это возможность поставлять без транзитных рисков газ к основным центрам потребления в Северо-Западной Европе на протяжении будущих десятилетий. Для Германии — возможность превратиться в крупнейшего транзитера газа в мире »,— полагает он.

Риски сохраняются

Эксперты полагают, что гораздо больше сложностей может возникнуть не с завершением строительства «Северного потока-2», а с дальнейшей его эксплуатацией в необходимых параметрах. Связано это не только с политическим аспектом, но и с экономикой проекта и европейским законодательством. В частности, из сложностей, сохраняющихся у проекта,— применение правил Третьего энергопакета к газопроводу, которые не позволят «Газпрому» загружать газопровод более чем на 50%.

По словам эксперта-аналитика АО «Финам» Алексея Калачева, главной проблемой после окончания строительства «Северного потока-2» станут требования Газовой директивы ЕС. Если даже не к самому проекту, то к его продолжению — европейскому газопроводу EUGAL. «"Газпром" не сможет на 100% использовать его мощности, как не может использовать и мощности европейского газопровода OPAL, который является продолжением первого "Северного потока". Половину мощности требуется резервировать под иных возможных поставщиков. Эта ситуация была бы разрешимой, если бы не монополия "Газпрома", установленная в законе "Об экспорте газа". Прямого доступа к экспортной газовой трубе давно добиваются "Роснефть", НОВАТЭК, другие нефтегазовые компании. Это было бы возможно после изменения закона и отделения российской газотранспортной системы от "Газпрома". Этого, кстати, требует и европейская Газовая директива. Появился бы "Трансгаз" по аналогии с "Транснефтью". Но в этом случае "Газпром" из инструмента государственной политики превратился бы хотя и в крупнейшую, но в обычную газовую компанию. Ни "Газпром", ни российские власти к этому пока не готовы»,— подчеркивает Алексей Калачев.

Эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович считает, что, несмотря на усилия Германии, «Северный поток-2» все же может попасть под антимонопольное регулирование ЕС и оказаться де-факто инструментом в руках Еврокомиссии и части евробюрократии в целом. «Право ЕС, и особенно его газовый сегмент, очень молодо, нет масштабного опыта его применения, его можно по-разному трактовать. Учитывая позицию Берлина, проект, скорее всего, удастся вывести из-под антимонопопьного регулирования, первые шаги в этом направлении уже сделаны немецкими властями, но решения на уровне национальных властей ФРГ все равно придется согласовывать с Еврокомиссией. Кроме того, Еврокомиссия при поддержке части государств ЕС и наиболее антироссийски настроенной части элит Европы в целом еще может добиться дополнительных изменений в право ЕС, направленных против инициированных Россией трубопроводов. Соответственно, борьба по этому вопросу и на уровне институтов ЕС, и на уровне ключевых столиц национальных государств ЕС будет еще продолжаться»,— резюмирует эксперт.