Лингвистические лакунарные единицы и лакуны

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 25 (240).

Филология. Искусствоведение. Вып. 58. С. 22-27.

Л. К. Байрамова

ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ЛАКУНАРНЫЕ ЕДИНИЦЫ И ЛАКУНЫ

В статье на примерах из 12 языков дается решение теоретической и практической проблемы лакунарности, связанной с сопоставлением языков; указывается на заблуждения в ряде материалов и доказывается необходимость разграничения лакун и лакунарных единиц, внутриязыковых и межъязыковых лакун и лакунарных единиц (и их видов); вводится понятие нового вида лакунарных единиц - ментальных. Доказывается, что парадигма универсалии - уникалии

- лакуны репрезентируют уникалии в универсалиях.

Ключевые слова: сопоставительная лексикология, лакуны, лакунарные единицы, нулевой коррелят, уникалии.

При исследовании лакун необходимо, на наш взгляд, прежде всего иметь в виду, на каком языковом материале они исследуются: если на материале одного языка

- тогда исследователь имеет дело с внутриязыковыми лакунами. И. А. Стернин отмечает, что «.. .в каждом языке существует большое количество внутриязыковых лакун, т. е. пустых, незаполненных мест в лексико-фразеологической системе языка, хотя близкие по значению лексемы могут присутствовать» [17. С. 7]. Например, в русском языке людей, недавно вступивших в брак, называют молодоженами [5. С. 69], в то время как для людей, давно поженившихся, нет однословного наименования, что свидетельствует о наличии в соответствующей парадигме русского языка лакуны (своеобразного лингвистического нуля).

При сопоставлении двух и более языков исследователь имеет дело с межъязыковыми лакунами. В ряде работ по исследованию лакун этого разграничения нет, в результате чего авторы приходят к некорректным выводам. Когда ссылаются на французских лингвистов М. Галлио, Ж. Вине и Ж. Дарбельне, которые ввели термин лакуна и определили лакуну как явление, имеющее место тогда, когда у слова одного языка отсутствует соответствие в другом языке, то забывается, что они имели в виду межъязыковые лакуны, не используя при этом термин межъязыковая лакуна. Таким образом, при классификации лакун разграничение внутриязыковых лакун и межъязыковых лакун является обязательным.

Исследователи не пришли к однозначному определению межъязыковых лакун и их пониманию, что, на наш взгляд, связано с отсутствием разграничения понятий лакунарная

единица и лакуна. Мы определяем межъязыковую лакунарную единицу как такую, которая в другом языке имеет пробел, пропуск, пустоту, т. е. лакуну - нулевой коррелят лакунарной единицы. Таким образом, лакунарная единица является принадлежностью одного языка (условно, языка А), а лакуна - принадлежностью другого языка (условно, языка Б). Лакунарные единицы и лакуны являются составляющими категории лакунарности. Итак, лакунарность -категория, составляющими которой являются:

1) лакунарные единицы (языка А) и 2) лакуны (языка Б) - нулевые корреляты лакунарных единиц [1. С. 43; 2. С. 3]. См.:

Лакунарные единицы Лакуны

фр. отгеше русск. (0) - служащая ки-

нотеатра, провожающая на свободные места входящих во время сеанса и за это получающая чаевые; исп. ventanero русск. (0) - мужчина, без-

застенчиво заглядывающий в окна, в которых есть женщина;

яп. aibiku русск. (0) тайное свидание.

Введение и разграничение понятий лакунарная единица и лакуна исключает путаницу, которую допускают некоторые исследователи, называя лакуной (то есть фактически пустотой) имеющуюся в языке единицу, являющуюся лакунарной единицей.

Так, по мнению В. И. Жельвиса, лакуны -это «то, что в одних языках и культурах обозначается как «отдельности», а в других не сигнализируется, т. е. не находит общественно закрепленного выражения» [6. С. 136-137]. Как видно, исследователь называет лакуной саму категорию лакунарности с ее составляющими: лакунарной единицей и лакуной.

О. А. Огурцова называет лакуной «слово, словосочетание (как свободное, так и фразеологическое), грамматическую категорию, бытующие в одном из сопоставляемых языков и не встречающиеся в другом сопоставляемом языке» [12. С. 82]. Исследователь вводит понятие лакуны-дефиниции, подразумевая под ним «существительные, которые передаются в сопоставляемом языке с помощью свободного словосочетания - перифразы: англ. an alarm clock - будильник, эвенк. уругатэ - копье на медведя и др. Таким образом, лакунарная единица называется автором лакуной.

З. Д. Попова и И. А. Стернин, например, формулируют понятие лакуны как явление: «В результате неполной эквивалентности денотативных семем разных языков создается такое явление, как лакуна: отсутствие в одном из языков, сопоставляемых между собой, наименования того или иного понятия, имеющегося в другом языке» [13. С. 71].

Г. В. Быкова рассматривает лакуны как «многочисленные концепты, не имеющие средств языкового выражения в национальной языковой системе (лакуны)», «семемы без лексем», «идеальное содержание (семема), представляющее собой виртуальную лексическую единицу, занимающую определенное место в лексической системе в статусе нулевой лексемы» [4. С. 3; 4. С. 10]. Позднее Г. В. Быкова пишет: лакуна - «виртуальная лексическая сущность, семема, не имеющая материального воплощения в виде лексемы, но способная проявиться на уровне синтаксической объективизации в случае возникновения коммуникативной востребованности концепта» [5. С. 32-33]. Как видно, автор имеет в виду внутриязыковые лакуны.

Разграничение понятий ‘лакунарная единица’ и ‘лакуна’ исключает синонимизацию понятий ‘лакунарная единица’ и ‘безэквивалент-ная единица’. Как нам представляется, слово языка А может быть лакунарным, коррелируя с лакуной в языке Б, и в то же время иметь в этом языке эквивалент. К примеру, немецкое слово Finger имеет в русском языке эквивалент палец, в татарском языке - бармак (‘палец’), но в то же время оно является лакунарным, так как и в русском, и в татарском языках не дифференцируются понятия: ‘палец на руке’ (нем. Finger) и ‘палец на ноге’ (нем. Zehe).

Понятия ‘лакунарная единица’ и ‘безэкви-валентная единица’ не синонимичны еще и потому, что лакунарная единица как единица

языка имеет уровневую характеристику. Поэтому допускается и уровневая классификация лакунарных единиц и лакун. Поскольку лакунарные единицы, на наш взгляд, - это лингве-мы (фонемы, морфемы, лексемы, фраземы и др.) одного языка, коррелирующие с лакунами («нулями», «белыми пятнами», «пустотами») другого языка, то лакунарность проявляется на всех уровнях языка.

Примером лакунарной единицы является носовая фонема во французском языке (chanson - песня), отсутствующая в фонетико-фо-нологической системе русского языка; в английских словах this, thank начальные фонемы являются лакунарными по отношению к фоне-тико-фонологической системе русского, татарского, немецкого и других языков.

Морфемной лакунарной единицей следует считать по отношению к татарскому, английскому и другим языкам, например, суффикс -онок, выражающий уничижительно-пренебрежительную коннотацию: деньжонки, жени-шонки. Лакунарность этой морфемы особенно ярко проявляется при невозможности ее перевода эквивалентной лексемой. Например, при переводе басни И. А. Крылова «Разборчивая невеста» на татарский язык затруднение вызвало слово женишонки: «Такие женихи другим невестам клад, / А ей они, на взгляд, / Не женихи, а женишонки!» Переводчики переводят эту лакунарную единицу сочетанием нейтральных слов.

Сопоставление русских и французских морфем раскрывает их лакунарность при словообразовании разных частей речи. Так, В. Л. Муравьев приводит примеры, указывая на русские приставки до-, за-, с которыми образуются глаголы типа зазеленеть, заиграть и которым во французском языке соответствуют лакуны, а начало действия передается глаголом с предлогом à : commencer à verdir (букв. начать зеленеть), commencer à jouer (букв. начинать играть) [11. С. 9-10].

На морфологическом уровне лакунарными являются морфологические лакунарные единицы, связанные, например, с категорией падежа. Таковым является финский преврати-тельный падеж, указывающий на то, кем / чем становится или может стать кто-то или что-то, а также цель или намерение становления: Mina aion tulla laakari-ksi. - Я намерен стать врачом. Такого падежа нет в русском, татарском, немецком и во многих других языках.

Лакунарным по отношению к татарскому и многим европейским языкам является предель-

ный падеж в японском языке, выражающий конечный пункт, конечный момент во времени непрерывного движения или состояния: Де-пато-мадэ каимоно-ни иттэ икимас (Схожу в универмаг за покупками), Ватаси-ва хатидзи-мадэ хатарайта (Я работал до восьми часов).

Лакунарной по отношению к татарскому языку является категория рода. Категория принадлежности, имеющаяся в грамматической системе татарского языка и отсутствующая в русском языке, является лакунарной по отношению к русскому языку. Ср. тат. китап - книга, китабым - моя книга.

На синтаксическом уровне лакунарными являются синтаксические лакунарные единицы в виде, например, татарских синтетических конструкций сложноподчиненных предложений, которые в русском языке всегда аналитические.

Лакунарные единицы раскрывают, таким образом, специфичность, уникальность, контрастность системы одного языка по отношению к другому языку. Наиболее ярко и образно она проявляется на лексическом и фразеологическом уровнях. Например, на уровне лексики можно отметить татарские лакуны по отношению к русским словам: кипяток, однолюб.

В. Л. Муравьев, исследователь французских лексических лакун, раскрывает сущность появления межъязыковых лексических лакунарных единиц: «Внеязыковая реальность, окружающая русских и французов, может быть абсолютно идентичной, но все же один язык замечает и лингвистически оформляет те стороны этой действительности, которые другой язык предпочитает не выражать» [11. С. 7].

Помимо своеобразного языкового членения объективного мира каждым народом, появление лакунарных единиц может быть обусловлено и специфическими реалиями, социальными процессами, образом жизни того или иного народа, отсутствующими у другого. Например, в русском языке нет лексемы, соответствующей английскому слову drive-in - кино для автомобилистов (фильм смотрят из автомобилей на открытом воздухе), ресторан для автомобилистов (еду подают прямо в автомобиль), магазин или банк для автомобилистов (клиентов обслуживают прямо в автомобилях). А в английском языке нет лексемы, соответствующей русской лексеме субботник; лакунарным является китайское слово [сю^ай], означающее первую ученую степень в старом Китае.

Лакунарные единицы и лакуны проявляются и на фразеологическом уровне. Лакунарные

фразеологизмы - это, как нам представляется, фразеологические единицы, коррелирующие с фразеологическими лакунами сопоставляемого языка. Фразеологическая лакуна - нулевой фразеологический коррелят лакунарного фразеологизма. Например, приводимый ниже английский фразеологизм с компонентом father (отец) является лакунарным на фоне русских, татарских, немецких, французских, испанских фразеологических единиц: father Knickerbocker’s (букв. папаша Никербокер), шутливое прозвище Нью-Йорка по имени героя юмористической книги В. Ирвинга «Knickerbocker’s History of New York»; Knickerbocker - голландская фамилия, очень распространенная среди первых поселенцев Нью-Йорка [8. С. 265].

Среди фразеологизмов можно выделить лакунарные единицы, появление которых обусловлено традициями, обычаями народа. Например, в итальянском языке существует фразеологизм, лакунарный для многих языков: fare il portoghese - ходить в театр без билета. Его появление связано с историческим эпизодом: один из римских пап предоставил членам португальского посольства право бесплатного посещения спектаклей в римских театрах в знак признательности королю Португалии за его щедрые дары [18. С. 40].

Исследованный материал по лакунарным единицам разных языков показывает, что среди лингвистических факторов, влияющих на формирование лакунарных лексических и фразеологических единиц, можно отметить следующие.

1. Неконгруэнтность в структуре наименования. Поскольку общепризнанным является факт разграничения лакунарных единиц по языковым уровням, то следует признать, что неконгруэнтность в структуре наименования является одним из факторов, обуславливающих появление лакунарных единиц. Примером фразеологической лакунарной единицы является татарский фразеологизмуймак авыз (букв. рот с наперсток), у которого в русском языке нет фразеологического эквивалента, хотя его значение (‘маленький рот’) можно передать свободным словосочетанием. В данном случае речь идет о фразеологической лакуне в русском языке и фразеологической лакунарной единице в татарском языке.

2. Несовпадение семантического объема. Очень часто семантический объем слов и фразеологизмов в сопоставляемых языках не совпадает. Например, французское слово chiffe, употребляющееся в двух значениях (1. второ-

сортная ткань; 2. chiffe (molle) - бесхарактерный человек), имеет эквивалент в русском языке только по второму значению. Русское слово тряпка, в свою очередь, употребляется в трех значениях: 1. лоскут ткани; 2. (мн.ч.) о женских нарядах (разг., шутл.); 3. бесхарактерный человек. Как видно, фр. chiffe является лакунарной лексемой для русского языка из-за несовпадения семантического объема русского и французского слов и отсутствия в русском языке лексемы, обозначающей второсортную ткань.

3. Заимствование и калькирование. Заимствование или калькирование слов и фразеологизмов, с одной стороны, является средством заполнения лакун, а с другой стороны - заимствованные или калькированные слова и фразеологизмы для других языков становятся лакунарными. Например, в «Словаре иностранных новых слов» приведено около 1500 новых иностранных слов, употребляющихся в русском языке, многие из которых являются лакунарными для татарского языка. См. кич (< нем. Kitsch - халтура, безвкусица; термин возник в начале века в кругах мюнхенских художников) - дешевая халтурная картина, литературные поделки, безвкусный фильм; тинейджер (< англ. teenager - подросток) -юноша или девушка в возрасте от 13 до 19 лет) [7. С. 112]. Для татарского языка лексемы кич, тинейжер являются лакунарными.

4. Эвфемизация. Желание выразить мысль или обозначить предмет не прямо, а опосредованно порождает эвфемизмы, которые, безусловно, в разных языках могут не совпадать и являются лакунарными: тат. башы тишек (букв. его / ее голова дырявая) - говорится о человеке другой национальности, понимающем татарский язык; англ. a cold in the head (букв. холод в голове) - насморк; фр. truffes de pauvres (букв. трюфели бедняков) - каштаны.

Итак, исследование лакунарных единиц и лакун показывает, что существует два основных вида факторов, влияющих на появление лакун:

1) лингвистические факторы (своеобразие в языковом членении объективного мира и несовпадение в развитии систем языков);

2) экстралингвистические факторы (разнообразие исторических, культурных и духовных традиций народов, географических, социально-экономических условий жизни, своеобразие обычаев, менталитета у разных народов).

С учетом влияния указанных факторов и аспектов анализа лакунарных единиц и лакун

мы предлагаем следующую их классификацию.

1. Уровневые лакунарные единицы и лакуны: фонетические, лексические, фразеологические, морфемные, морфологические, синтаксические, стилистические.

2. Мотивированные и немотивированные лакуны. Появление мотивированных лакун обусловлено, на наш взгляд, отсутствием определенных реалий в жизни народа - носителя одного из сопоставляемых языков (нет реалии

- нет и лингвемы). Отметим, что немотивированные лакунарные единицы и лакуны появляются вопреки наличию соответствующей реалии в жизни носителей одного из сопоставляемых языков (реалии без лингвемы).

Среди мотивированных лакунарных единиц и лакун выделяются:

1. Этнографические лакунарные единицы и лакуны, отражающие специфические черты традиционной повседневной жизни, быта народов, языки которых сопоставляются.

О. Б. Пылаева, сравнивая русский и эвенкийский языки, приводит в качестве примеров этнографических лакунарных единиц глаголы, связанные с охотой эвенков (улуми - охотиться на белку, удями - выслеживать зверя), с содержанием оленей (ономи - пойти искать оленей, мавутлами - ловить оленей арканом) и др.[15.С. 55-60].

2. Лингвокультурологические, социальноисторические лакунарные единицы и лакуны, которые отражают культуру, историю, социум народов - носителей сопоставляемых языков.

3. Ментальные, ассоциативные лакунарные единицы и лакуны, отражающие мировосприятие, самосознание народов, их способ мышления, ассоциации и т.п.

Ментальной лакунарной единицей [3. С. 3841; 16. С. 79-83] является, например, японское слово сэппун (поцелуй). Так, на первый взгляд, русское слово поцелуй, французское слово baiser, английское kiss и японское сэппун эквивалентны. Однако семантика японского слова отличается от европейских слов тем, что за ним закреплено представление японцев о связи поцелуя только с эротикой, тогда как социальная роль европейского поцелуя достаточно широка (им выражается и симпатия, и уважение, и горе, и сочувствие, и любовь). Молодые японцы употребляют слово кису (< англ. kiss): видимо, потому, что оно заимствованное и адаптированное японским языком. Сама лексема сэппун употребляется редко и однозначно связывается

с эротикой. Будучи связанной с ментальностью и культурой японцев, эта лексема является, на наш взгляд, ментальной лакунарной единицей.

На настоящий момент существует несколько классификаций межъязыковых лакун, основанных на различных принципах:

- по системно-языковой принадлежности (межъязыковые и внутриязыковые),

- по внеязыковой обусловленности (мотивированные и немотивированные),

- по парадигматической характеристике (родовые и видовые),

- по степени абстрактности содержания (предметные и абстрактные),

- по типу номинации (номинативные и стилистические),

- по принадлежности лакуны к определенной части речи (частеречные) [14. С. 21-23],

- по половой принадлежности обозначаемых референтов (гендерные),

- по внешней и внутренней связи между обозначаемыми предметами (метонимические) [9. С. 42].

Г. В. Быкова отмечает наличие уникальных и частных лакун; абсолютных и относительных лакун; этнографических лакун; нулевых лакун; смешанных лакун; вакантных (некомпенсированных) лакун; эмотивных (коннотативных, ассоциативных) лакун, грамматических лакун, речевых лакун: частичных, компенсированных, полных [5. С. 57-75].

Приведённые выше классификации позволяют выявить те или иные характеристики лакунарных единиц и лакун. При этом классификация становится всеобъемлющей, если учитывать межъязыковые и внутриязыковые лакунарные единицы и лакуны. В связи с этим А. А. Махонина и М. А. Стернина предприняли попытку разработать классификацию, которая охватила бы все без исключения межъязыковые лакуны и была бы основана на едином принципе. Данную классификацию указанные авторы составили на материале русско-английских субстантивных лакунарных единиц. Согласно этой типологии, все межъязыковые лакуны подразделяются на три большие группы: номинативные, обобщающие и конкретизирующие. Данную классификацию можно оценить положительно, она применима не только к русскому и английскому языкам, но и к другим: французскому, болгарскому и т. д.

Так, конкретизирующие лакунарные единицы выделяются на основании отсутствия в

сопоставляемом языке соответствующей конкретизации по определённому признаку, например:

- по месту: лакунарная единица амер. разг. railbird (болельщик, сидящий на заборе во время скачек) и лакуна в русском языке (0); фр. épitoge (нашивка на левом плече, отороченная мехом, у адвокатов, профессоров и др.) и лакуна в русском языке (0); фр. dojo (зал для занятий восточными единоборствами) и лакуна в русском языке (0);

- по форме: лакунарная единица англ. fiddle-back (спинка стула в форме скрипки) и лакуна в русском языке (0); фр. navicelle, ист. (фонтан в виде лодки) и лакуна в русском языке (0);

- по размеру: лакунарная единица фр. drège (большой невод) и лакуна в русском языке (0); фр. dundee (малое двухмачтовое парусное судно) и лакуна в русском языке (0); болг. бръбонка (мелкий плод) и лакуна в русском языке (0);

- по времени: лакунарная единица англ. time-lag (промежуток времени между двумя непосредственно связанными явлениями или событиями; например, вспышкой молнии и раскатом грома) и лакуна в русском языке (0); болг. бъдник (толстое полено, которое горит в камине всю ночь в сочельник) и лакуна в русском языке (0);

- по цели: лакунарная единица англ. babyfarm (семья, принимающая детей на воспитание за плату) и лакуна в русском языке (0); фр. ridée (сеть для ловли жаворонков) и лакуна в русском языке (0);

- по составу: лакунарная единица англ. cut-grass (трава с мелкими колючими волосками) и лакуна в русском языке (0); фр. soupe (бульон с гренками) и лакуна в русском языке (0); болг. лапа (густая каша из отрубей, льняного семени и пр.; используется как припарка) и лакуна в русском языке (0) и др.

Авторы данной классификации отмечают тот факт, «что направление конкретизации и направление обобщения во многих случаях совпадают. Причинами лакунарности могут быть отсутствие как обобщения, так и конкретизации по форме, месту, времени, оценке, действию» [10. С. 51].

В заключение отметим главное: лакунарность - универсальная категория и присуща абсолютному большинству языков мира, а лакунарные единицы - уникалии. Поэтому парадигма универсалии - уникалии - лакуны репрезентируют уникалии в универсалиях.

Список литературы

1. Байрамова, Л. К. Введение в контрастивную лингвистику. Казань : КГУ, 2004. 116 с.

2. Байрамова, Л. К. Лакунарные единицы и лакуны // Лакуны в языке и речи : сб. науч. тр. Вып. 3. Благовещенск : БГПУ, 2006. С. 3-7.

3. Байрамова, Л. К. Ментальные межъязыковые лакунарные единицы и внутриязыковые лакуны // Сопоставительная филология и по-лилингвизм : диалог литератур и культур. Казань : КГУ, 2005. С. 38-41.

4. Быкова, Г. В. Лакунарность как категория лексической системологии : автореф. дис. ... д-ра филол. наук. Воронеж, 1999. 33 с.

5. Быкова, Г. В. Лакунарность как категория лексической системологии. Благовещенск : БГПУ, 2003. 364 с.

6. Жельвис, В. И. К вопросу о характере русских и английских лакун // Национальнокультурная специфика речевого поведения. М. : Наука, 1977. С. 136-146.

7. Комлев, Н. Г. Словарь иностранных новых слов (с переводом, этимологией и толкованием). М. : МГУ, 1995. 143 с.

8. Кунин, А. В. Англо-русский фразеологический словарь. Изд. 4-е, перераб. и доп. М. : Рус. яз., 1984. 944 с.

9. Махонина, А. А. К вопросу о классификации межъязыковых лакун // Язык и национальное сознание. Вып. 4. Воронеж : ВГПУ, 2003. С. 40-45.

10. Махонина, А. А. Опыт типологии межъязыковых лакун / А. А. Махонина, М. А. Стернина // Лакуны в языке и речи: сб. науч. тр. Вып. 2. / под ред. проф. Ю. А. Сорокина, проф. Г. В. Быковой. Благовещенск : БГПУ, 2005. С. 45-55.

11. Муравьев, В. Л. Лексические лакуны (на материале лексики французского и русского языков). Владимир, 1975. 96 с.

12. Огурцова, О. А. К проблеме лакунарности // Функциональные особенности лингвистических единиц: сб. тр. Кубан. ун-та. Вып. 3. Краснодар : Изд-во Кубан. ун-та, 1979. С. 77-83.

13. Попова, З. Д. Лексическая система языка / З. Д. Попова, И. А. Стернин. Воронеж : ВГУ, 1984. 149 с.

14. Попова, З. Д. Язык и национальная картина мира / З. Д. Попова, И. А. Стернин. Воронеж : ВГУ, 2002. 60 с.

15. Пылаева, О. Б. Относительные этнографические лакуны // Лакуны в языке и речи: сб. науч. тр. Вып. 2 / под ред. проф. Ю. А. Сорокина, проф. Г. В. Быковой. Благовещенск : БГПУ, 2005. С. 55-60.

16. Ричи, Дональд. Японский поцелуй // Мир по-японски. СПб. : Северо-Запад, 2000.

С.79-83.

17. Стернин, И. А. Лексическая лакунарность и понятийная эквивалентность. Воронеж : ВГУ, 1999. 18 с.

18. Черданцева, Т. З. Язык и его образы. М. : Междунар. отношения, 1977. 177 с.