Синтаксическое поле «Психическая деятельность» в речи младшего школьника

УДК 81 '367

Е.В. Тарасенко

СИНТАКСИЧЕСКОЕ ПОЛЕ «ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ» В РЕЧИ МЛАДШЕГО ШКОЛЬНИКА

В статье рассматривается подход к изучению концепта, вербализованного посредством структурных и позиционных схем предложений. Показано, что синтаксический концепт ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ в речи младшего школьника объективируется множеством структурных схем простых предложений, которые в совокупности образуют синтаксическое поле с ядром и периферией. Установлено, что структурные схемы и их модификации синтаксического концепта ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ реализуют когнитивные признаки языковой картины мира младшего школьника.

Ключевые слова: синтаксический концепт, модификации структурной схемы, младший школьник.

Новый импульс проблеме взаимодействия синтаксиса и семантики дает когнитивный подход к изучению языка, центральный тезис которого заключается в признании за языком функции «упаковки» знания о мире. В связи с этим обсуждаются как структуры представления различных типов знания, так и способы концептуальной организации знаний (Н.Н. Болдырев, В.И. Герасимов, В.В. Петров, В.З. Демьянков, Е.С. Кубряко-ва, Ю.Г. Панкрац, З.Д. Попова и др.).

Большинство ученых-лингвистов сделали предметом своих исследований лексические и фразеологические концепты, рассматривая лексему и фразеосочетание как языковые знаки, за которыми стоят в качестве означаемого некоторые концепты. Однако концепт включает в себя гораздо больше, чем лексическое значение слова, описываемое в словаре. Как пишет Е.А. Покровская, «при описании концептов на первом месте оказываются лексика и фразеология, однако определенное внимание уделяется и синтаксису» [Покровская 2000: 36].

В проблемах изучения универсального синтаксиса А. Вежбицкая обращает внимание на роль предложения, определяющего суть концепта, опираясь на слова К. Годдарда: «...для того, чтобы сказать что-то осмысленное, нам нужны не столько слова - нам нужны предложения, в которых слова осмысленным образом сочетаются друг с другом» [Goddard 1995: 42].

Вопрос о возможности выражения концептов синтаксическими структурами остается дискуссионным, что прежде всего объясняется необходимостью доказать существование или отсутствие собственно синтаксических знаков, т.е. таких структур, у которых есть и план выражения (последовательность словоформ), и план содержания (некоторый синтаксический концепт).

В процессе речевой деятельности носитель языка использует определенные модели (шаблоны). Наличие шаблонов является гарантией взаимопонимания, поскольку речевая деятельность человека в качестве одной из важнейших составляющих как раз и включает в себя создание структуры высказывания. Именно структура коммуникативной единицы обеспечивает адекватность воплощения и передачи замысла говорящего. Все многообразие реальных ситуаций в ходе познавательно-коммуникативной практики сводится человеческим сознанием к некоторым образцам - типовым ситуациям, и логично предположить, что результат данной систематизирующей работы должен закрепиться в синтаксических моделях. Такими моделями в языке являются структурные схемы простых предложений, которые, в свою очередь, могут вербализовать синтаксические концепты.

Синтаксический концепт - сокращенное обозначение понятия концепт, объективируемый синтаксическими средствами. Известно, что слово, обладая лексическим значением, реализует его в составе синтаксических единиц. При этом данная языковая единица является не только структурным, но и смысловым элементом. Будучи употребленными в предложении, слова перестают существовать как отдельные лексические единицы, они вступают в предикативные отношения ради единой цели - создать смысловое целое. В достижении этой цели одинаково важно учитывать смысловой потенциал и структуру высказывания.

Создатель теоретических основ науки о языке Вильгельм фон Гумбольдт предлагал рассматривать предложение вместе со всеми его необходимыми частями как единство: «Грамматически оформленное слово, которое мы до сих пор рассматривали в сочетании его элементов и в его

единстве как нечто целое, призвано войти в предложение на правах опять-таки одного из элементов. Язык теперь должен образовать второе единство, более высокое, чем единство слова, -...единство предложения» [Гумбольдт 2000: 144]. Автор выделял глагол в качестве истинного средоточия простого предложения.

Структурная схема - это конструктивное ядро любого высказывания. «Наличие в структуре предложения обязательного состава - конструктивного ядра - с неизбежностью следует из важнейшей функциональной характеристики предложения: канонизации его структуры как средства обеспечения стандартности представления в коммуникативных актах, - заключает В.Я. Плоткин. -Поэтому не может иметь статуса предложения такое синтаксическое построение, в котором нарушена структурная обязательность заполнения той или иной позиции» [Плоткин 1986: 35].

Вопрос о трехкомпонентности структурных схем, предикатив которых представлен глаголом, выражающим отношение между производителем действия и его объектом, не раз обсуждался в синтаксических исследованиях. Он нашел отражение в работах Т.П. Ломтева, В.П. Малащенко, А.А. Холодовича, В.С. Юрченко и др. Решение этого вопроса прежде всего связано с лексико-семантической классификацией глаголов. Исследователи отмечают, что «лексико-семантические исследования глаголов дают сведения о "запасах" предикатной лексики, их лексико-семантическом устройстве и разнообразии, а также позволяют на их основе практически решить задачу выявления и описания структурно-семантических типов глагольных предложений» [Новоженова 2001: 21].

Общепризнано, что количественный состав актантов - участников ситуации, которая репрезентируется пропозицией, предопределяется обязательной валентностью глагола. Это уже тот уровень, когда минимальное предложение может быть расширено в целях конкретизации его содержания. По мнению профессора В.П. Малащенко, «предикатная синтаксема, выраженная спрягаемой формой глагола, благодаря взаимодействию лексико-семантических и категориальных свойств слова и его синтаксических потенций может формировать структурно-семантический минимум, включающий разное количество компонентов при одинаковом объеме структурной схемы» [Малащенко 1991: 319].

При таком подходе субъектно-предикатный достаточный минимум [Малащенко 1991], или синтаксическая схема простого предложения,

квалифицируется Г.А. Волохиной и З.Д. Поповой (1999) как синтаксический концепт пропозиции, а расширенный за счет объектных и других актантов минимум - как позиционный вариант, или ССПП.

Становление и развитие ССПП - явление историческое. Причиной их рождения служат вновь появляющиеся знания о предметах окружающего мира и стремление адресатов передать эти знания, информировать о них с помощью уже имеющегося языкового материала [Волохина 1999: 91].

Синтаксические концепты необходимы для того, чтобы представить естественным языковым кодом схематические отношения языка мысли, а затем уже с помощью синтаксических средств репрезентировать знания. «Без синтаксических концептов семантическое пространство языка существовать не может, ибо знание набора концептов без знания видов отношений между ними лишает такое пространство жизни и движения» [Попова 2007: 8].

Все синтаксические построения, по мнению Г.А. Волохиной и З.Д. Поповой, имеют свою знаковую природу и свои означаемые синтаксические концепты.

Знаками синтаксических концептов, представленных в семантическом пространстве языка, являются ССПП. Через ССПП, выделенные по принципу их информативной достаточности, ученые раскрыли состав синтаксических концептов современного языка и обнаружили тенденции развития новых концептов.

ССПП - знаки разных видов отношений между сущностями, устанавливаемые мыслящими людьми. Именно виды отношений, по мнению Г.А. Волохиной И З.Д. Поповой, осмысленные и классифицированные человеком, и являются синтаксическими концептами, стоящими за структурными схемами простых предложений, обладающих позиционной схемой. Пропозиция состоит из отдельных компонентов смысла - актантов и ситуантов - и отношений между ними. В данной пропозиции, как подчеркивают авторы, нет никакой формальной структуры. Это чисто смысловой концептуальный набор компонентов, которые говорящий стремится вербализовать [Во-лохина 1999: 4-5].

В.И. Казарина под ССПП понимает «языковой знак, означающим которого является субъектив и предикатив со своими синтаксическими местами, а означаемым - типовая пропозиция, или синтаксический концепт, формирующий типовое значение предложения» [Казарина 2007: 26].

Разграничение указанных уровней анализа позволяет ученым более строго и точно выделить ССПП. «В собственно простом предложении уже содержатся все важнейшие языковые антиномии: диалектика системы языка и процесса речи, коммуникативности и номинативности, языка и мышления, логики и грамматики, языка и действительности, грамматической формы и грамматической семантики, социального и индивидуального. Многогранность, многоаспектность простого предложения обусловливает его практическую неисчерпаемость для анализа» [Попова 1987: 150]. Так, многие конструкции, казавшиеся построенными по разным схемам, оказываются реализациями одной и той же схемы с опущенными компонентами, которые могут быть легко восстановлены.

Тот же подход, который является доминирующим в современном языкознании, использован Л.А. Фурс, которая считает, что «синтаксически репрезентируемый концепт представляет собой максимально абстрагированные компоненты смысла, концентрирующие в структурированном виде знания о мире и о языке и спроецированные на их репрезентацию в пропозициональной форме» [Фурс 2004: 13].

Вслед за Воронежской теоретико-лингвистической школой, возглавляемой профессором З. Д. Поповой, появились и другие работы о синтаксических концептах, как на материале русского языка [Аглеева 2008; Казарина 2002; Пешехо-нова 2006], так и на материале других языков (английского [Булыгина 2004; Фурс 2004], французского [Федоров 2006]). Однако нет еще работ, направленных на выявление синтаксических концептов в речи одного носителя языка определенного возраста с целью реконструкции его языковой картины мира.

Типовые синтаксические структуры, которые отражают в концептосфере человека связи и отношения явлений и объектов реальной действительности, - это, по мнению З.Д. Поповой, и есть синтаксические концепты: «бытие объекта», «бытие признака объекта», «инобытие объекта», «самостоятельное перемещение агенса», «агенс воздействует на объект», «речемыслительная деятельность человека», «пациенс претерпевает состояние», «небытие объекта».

Структурные схемы предложений не существуют в застывшем виде. Лингвисты отмечают: «Для того чтобы предложения в меняющихся условиях общения постоянно сохраняли живой контакт с действительностью. они должны быть

предельно гибкими и обладать способностью варьироваться по целому ряду параметров» [Ломов 1994: 51]. Эта гибкость проявляется в том, что в процессе речевой реализации структурная схема претерпевает различные видоизменения, обусловленные интенцией говорящего относительно конкретной ситуации, представленной в высказывании, а также отношением говорящего к высказываемому. Речевые реализации, приводящие к видоизменениям схемы, называют модификациями и дифференцируют на грамматические и структурно-семантические.

Под грамматической модификацией понимается изменение грамматических показателей предикативности исходной модели, прежде всего значений модальности и времени [Золотова 1982: 138]. Если грамматическая модификация является обязательной для любого предложения, то структурно-семантическая - нет. Структурно-семантические модификации не влекут изменений типового значения структурной схемы и ее компонентного состава [Казарина 2002: 51], они «как бы накладываются на грамматические, совмещаются с ними» [Цейтлин 1976: 169]. Так, в тексте совсем не обязательно должны быть представлены отдельными словоформами все позиции. Неполная реализация не мешает коммуникативной достаточности высказывания, т.к. недостающие словоформы подсказываются контекстом.

Структурно-семантические модификации реализуются при распространении (осложнении) структурной схемы предложения в первую очередь детерминантами. Формирование соответствующих модификаций структурной схемы предложения - предмет дальнейшего рассмотрения.

Что касается речевых реализаций ССПП, то стоит заметить, что регулярная модификация ССПП - одна из объективных форм ее существования. Каждая из существующих в языке ССПП обладает совокупностью своих модификаций, отличающих ее от модификационных особенностей других ССПП. Поэтому одной из задач нашего исследования является изучение регулярных реализаций схем, означаемыми которых выступают синтаксические концепты в речи носителя языка младшего школьного возраста.

Совокупность ССПП, репрезентирующих определенный концепт, образует его синтаксическое поле. Каждая ядерная схема имеет свой сектор поля - парцеллу. Такой подход, в частности, позволяет отделить структуры, образующие поле, от их разнообразных речевых реализаций [Воло-хина 1999; Попова 2009].

Поле имеет свое ядро и периферию (ближнюю, дальнюю, крайнюю). Ядро поля формируют специализированные для реализации того или иного синтаксического концепта структурные схемы простого предложения. Центральной является самая частотная ССПП, наиболее полно выражающая идею, заключенную в концепте. Остальные ядерные ССПП располагаются на разном расстоянии от центра в зависимости от частотности употребления и полноты выражения идеи концепта. На периферии же лежат так называемые «неспециализированные» для реализации синтаксического концепта схемы, созданные для репрезентации иных синтаксических концептов, или многочисленные модификации основной структуры. Периферии разных полей пересекаются друг с другом при определяющем участии их лексического наполнения.

Становление и развитие структурных схем простого предложения - явление историческое. Развитие новых ССПП происходит в составе высказываний на определенную тему. Чем чаще обсуждается людьми данная тема, чем больше на эту тему фиксируется высказываний, тем больше шансов на образование и закрепление новой ССПП, манифестирующей осознание нового концепта. Причиной их рождения служат вновь появляющиеся знания о предметах окружающего мира и стремление коммуникантов передать эти знания, информировать о них с помощью уже имеющегося языкового материала. Неоднократно представленные в высказывании и «обсужденные людьми» новые знания приобретают статус концепта. Языковой же материал, репрезентирующий этот концепт, формирует «новую» структурную схему, составляющую «ядро» высказываний на данную тему.

Наше обращение к выявлению и изучению структурных схем, репрезентирующих синтаксический концепт ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, мотивировано тем, что исследование внутреннего мира человека, мира его эмоций, познавательной деятельности, всей его «сознательной духовной жизни» [Философский энциклопедический словарь 2004: 72] приобретает особую значимость. С этой точки зрения младший школьный возраст представляет особый интерес, ибо «младший школьник - начало общественного бытия человека как субъекта деятельности, в данном случае учебной» [Зимняя 2001: 226].

Выделяемый нами в языковой картине мира младшего школьника Андрея Олейникова синтаксический концепт ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬ-

НОСТЬ репрезентируется множеством структурных схем простых предложений, которые в совокупности образуют синтаксическое поле с ядром и периферией. Ядро поля с его центром формируют его специализированные структуры, под которыми понимают схемы, предназначенные только для объективации концепта ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ.

Центральной схемой ядерной зоны синтаксического поля предполагаемого концепта, реализующей идею психической деятельности человека, являются синтаксические концепты ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ («кто любит кого») и МЫШЛЕНИЕ («кто думает/понимает что/о чем»). Далее расположены синтаксические концепты ВОСПРИЯТИЕ («кто воспринимает что»), ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ («кому нравится кто/что») и ЗНАНИЕ («кто учится чему»). На дальнюю периферию отступают синтаксические концепты «ЗНАНИЕ» («кто занимается (интересуется) чем», «кто знает что») и «ЖЕЛАНИЕ» («кто хочет чего»). Крайняя периферия представлена концептами ОЩУЩЕНИЕ, ЖЕЛАНИЕ, ВОСПРИЯТИЕ, ВООБРАЖЕНИЕ, ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ, ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ, ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ, МЫШЛЕНИЕ, ЗНАНИЕ и ПАМЯТЬ, которые тоже используются младшим школьником для выражения смысла эмоциональной и мыслительной (познавательной) деятельности.

Выявленные структурные схемы в соответствии с принципом специализации и с учетом частоты функционирования распределены по зонам синтаксического поля «психическая деятельность».

Специализированные структурные схемы формируют ядро поля, в центре которого находится схема «кто любит кого» (11 %). Низкая рекуррентность схемы «кто думает что/о чем» («кто понимает что») (8,2 %) определила ее место в ядерной зоне после схемы «кто любит кого».

Неспециализированные структурные схемы составляют периферию поля «психическая деятельность», разделенную на три зоны. Зона ближней периферии представлена схемами «кто воспринимает что» («кто слышит/видит/нюхает что») (5,9 %), «кому нравится кто/что» (4,7 %), «кто учится чему» («кто изучает что», «кто научился что делать») (4,7 %). Зону дальней периферии занимают схемы «кто любит смотреть (что)» (кто любит наблюдать») (3,5 %), «кто занимается чем» (3,5 %), «кто (не) знает что» (3,5 %), «кто (не) хочет чего» (3,5 %). В зоне крайней периферии расположены схемы «кто радуется» (2,4 %), «кто чи-

тает (что)» (2,4 %), «кому воспринимать что» (2,4 %), «кто болеет» (1,1 %), «кто переносит что» (1,1 %), «кого укачало» (1,1 %), «кто чувствует кем» (1,1 %), «кто устает» (1,1 %), «кто желает чего» (1,1 %), «кто не требует чего» (1,1 %), «кто смотрит на кого» (1,1 %), «кому любоваться приходится чем» (1,1 %), «(кому) можно послушать что» (1,1 %), «(кому) можно увидеть что» (1,1 %), «(кому) можно помечтать» (1,1 %), «кого притягивает что» (1,1 %), «кого завораживает что»

(1,1 %), «кто ахает» (1,1 %), «кто успокоился» (1,1 %), «кому доставляет что» (1,1 %), «кто относится к кому» (1,1 %), «кому не обидеть кого» (1,1 %), «кто не может придумать что» (1,1 %), «кто не предусмотрел чего» (1,1 %), «кому не надо мучиться над чем» (1,1 %), «(кто) мечтает стать кем» (1,1 %), «кто не может объяснить» (1,1 %), «кто не хочет верить чему» (1, %), «что напоминает что» (1,1 %), «кто отдыхал» (1,1 %), «(кто) рассмотрит что» (1,1 %), «кто вспомнит» (1,1 %).

Рис. Синтаксическое поле концепта ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

По способности объективировать психическую деятельность человека как специализированные, так и неспециализированные ССПП дифференцируются: одни из них репрезентируют эмоциональную деятельность, другие специализируются на кодировании только мыслительной деятельности, в третью группу входят ССПП, представляющие интеллектуальное состояние.

По своему компонентному составу ССПП, репрезентирующие синтаксический концепт ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, различны: наш материал позволяет говорить о двух- и трех-компонентных схемах.

Специализированная структурная схема «кто любит кого/что», предназначенная для объективации концепта ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ, - трехкомпонентная. Истоки ССПП восходят к структурной схеме «кто делает что», где в позиции предиката используется глагол эмоционального отношения (любить).

Пропозиция, вербализованная ССПП «кто любит кого/что», является полной. Субъект, как правило, выражен формой именительного падежа (Бабушка любит осень потому, что солнце становится ласковым, а воздух прозрачным), а объект отношения - формой винительного падежа: Соседи наши тоже очень любят собаку, но цветы любят больше; Я очень люблю футбол).

В высказываниях об отношениях становится обязательной позиция объекта-каузатора, вызывающего это состояние или отношение. Этот объект может осмысляться в речи младшего школьника как стимул или источник.

Субъект эмоциональных ССПП представлен личным местоимением (Я очень люблю компьютеры//; Я любил бы супербутерброд//; именами существительными нарицательными одушевленными (Дедушка любит осенью поработать на даче//; Соседи наши тоже любят собак/, но цветы любят больше//).

На основе ССПП «кто любит кого/что» появляется новая ССПП «кто любит что делать» путем слияния модального глагола со значением эмоциональной оценки «любить» и инфинитива лексико-семантической группы перемещения предметов (люблю менять), действий, связанных с трудовой деятельностью (люблю поработать, люблю играть, люблю гулять), восприятия человеком окружающей действительности (люблю смотреть, люблю наблюдать), положения предметов в пространстве (люблю нырять) в уточняющей позиции объекта. В результате образуется двухкомпонентная структурная схема: Я люблю

гулять на улице//; Я люблю смотреть на звездное небо//. Таким образом, при большой частоте высказываний обусловленная коммуникативными потребностями данная схема обрела автономность в речи младшего школьника.

Общей чертой описываемой ситуации является то, что в структуру рассмотренных высказываний может быть введена факультативная лексема со значение качественной характеристики эмоционального состояния: Я очень люблю футбол//; Я очень люблю баскетбольную секцию//; Я очень люблю менять рисунок/на рабочем столе//. Таким образом, младший школьник дает прямую оценку действию, «пропуская» объект через себя: «природа оценки отвечает природе человека» [Арутюнова 1988: 58].

Ментальное действие, как и всякое другое действие, предполагает наличие деятеля - субъекта. Субъект мышления, как правило, активен, он определенным образом воздействует на объект, видоизменяет, творчески преобразует его. В регулярной ССПП «кто думает (понимает) что/о чем», синтаксическим способом маркирующей концепт МЫШЛЕНИЕ, субъект представлен в речи младшего школьника местоимением в именительном падеже: Когда я смотрю на небо, я думаю о звездах, или личным конкретно референтным существительным: Тут Ванятка понял, что воробьи за зиму грязные стали и на себя не похожие. Появление в структурной схеме третьего компонента словоформы со значение предмета или ситуации обусловлено внутренней деятельностью человека, которая состоит в познании объекта. В структурной схеме «кто думает что» он представлен формой винительного падежа, а в схеме «кто думает о чем» соответственно - предложным падежом с предлогом о.

Структурно-семантическая модификация схемы «кто думает (понимает) что/о чем» представлена полной вербализацией компонентов. Причем в большинстве случаев специфика объекта мышления позволяет представить его место в позиционных схемах высказываний предикативной единицей. Например: Она думала/что это какая-нибудь змея или мышь//; Сейчас я думаю/ что мне читать//; Я понимал/ что впоследствии у меня будет не так много времени//. И тогда структурная схема сложного предложения приобретает вид «кто думает (понимает) что».

Итак, онтологический статус эмоционального и ментального действий, компонентный состав схем, морфологическая природа предикатива определили способность структурных схем, син-

таксическим способом маркирующих концепт ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, к речевым модификациям, возможность обогащения пропозиций высказываний дополнительными смыслами.

Подавляющее большинство неспециализированных структурных схем, репрезентирующих концепт ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, подвергается грамматической модификации. Временная модификация представлена формой настоящего времени и инфинитива в структурных схемах, репрезентирующих все синтаксические концепты поля «психическая деятельность»: Но мы знаем, что нашему богатырю нипочем любая нечисть; Я читаю все свободное время; Я очень люблю нырять и наблюдать за богатством подводного мира; В школе мне нравится учиться. Так, младший школьник часто стремится описать собственное эмоциональное состояние или мыслительную деятельность, которые имеют место быть в этот момент в этом возрасте. Реже встречаются высказывания с предикативом в форме будущего времени, представленные в речевой реализации структурной схемы «кто хочет чего»: Я хотел бы увидеть статую Свободы; Я хотел бы пойти по стопам своего отца, что объясняется развитием воображения младшего школьника. Чем богаче опыт человека, тем больше материал, которым располагает человек.

Модальной модификации подвергаются ССПП, репрезентирующие синтаксические концепты МЫШЛЕНИЯ («(кому) не надо мучиться», «кто не может придумать что», «кто не может объяснить»), ВОСПРИЯТИЯ («(кому) можно увидеть что», «(кому) можно послушать что») и ЖЕЛАНИЯ («кто решил стать кем», «(кто) мечтает стать кем», «кто (не) хочет чего», «кто не хочет верить чему»), которые, соответственно, приобретают дополнительный смысл возможности и волеизъявления субъекта деятельности или состояния.

Отрицательная модификация отмечена в процессе речевой реализации схем «кто не предусмотрел чего», «кто не может придумать что», «(кому) не надо мучиться», «кто не может объяснить», «(кто) не знает чего», «кто (не) хочет чего», «кто не хочет верить чему», «кто не видел чего». Таким образом, среди схем, обслуживающих синтаксические концепты МЫШЛЕНИЕ, ЗНАНИЕ, ЖЕЛАНИЕ и ВОСПРИЯТИЕ, обнаруживаются такие, которые несут в себе идею небытия. То есть взаимодействие полей разных концептов проявляется в том, что они способны в отдельных высказываниях совмещаться, «вкладываться» одно в другое.

Таким образом, выделенные структурные схемы при полевой стратификации синтаксического концепта ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ входят в его ядро и периферию, высвечивая такие признаки, как антропоцентричность, фазовость, отрицание, временность, и реализуя в языковой картине мира младшего школьника соответствующие идеи.

Список литературы

Аглеева З.Р. Семантическая сеть - синтаксический концепт - фрейм. Фразеология и когни-тивистика. Т. I. Идиоматика и познание. Белгород: БГУ, 2008. С. 249-253.

Арутюнова Н.Д. Типы языковых значений. Оценка. Событие. Факт. М., 1988.

Булыгина М.М. Глагольная каузация динамики синтаксического концепта (на материале русских и английских лексико-семантических групп глаголов перемещения объекта). Воронеж: ВГУ, 2004.

Волохина Г.А., Попова З.Д. Синтаксические концепты русского простого предложения. Воронеж, 1999.

Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию: пер. с нем. / общ. ред. Г.В. Рами-швили; послесл. А.В. Гулыги и В.А. Звегинцева. М.: ОАО ИГ «Прогресс», 2000.

Зимняя И.А. Лингвопсихология речевой деятельности. М.; Воронеж, 2001.

Золотова Г.А. Коммуникативные аспекты русского синтаксиса. М.: Наука, 1982.

Казарина В.И. Синтаксические концепт «состояние» в современном русском языке (К вопросу о его формировании). Елец: ЕГУ, 2002.

Казарина В. И. Современный русский синтаксис. Структура организации простого предложения: учебное пособие. Елец, 2007.

Ломов А.М. Типология русского предложения. Воронеж: ВГУ, 1994.

Малащенко В.П. Лексико-синтаксическая база модели (структурно-семантической основы) предложения // Лексико-грамматические взаимодействия в системе синтаксических единиц. Ростов н/Д, 1991. С. 315-323.

Новоженова З.Л. Русское глагольное предложение: структура и семантика: дис. ... д-ра фи-лол. наук. Саратов, 2001.

Пешехонова Н.А. Функционирование структурной схемы простого предложения «кто создает что» в тексте. Проблемы русского и общего языкознания. Елец: ЕГУ, 2006. Вып. 4. С. 100-107.

Плоткин В.Я. Семантика и синтаксис предложения и высказывания. Синтаксическая и лексическая семантика на материале разных языков. Новосибирск: Наука, 1986. С. 33-43.

Покровская Е.А. Русский синтаксис в XX веке: лингвокультурологический анализ. Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 2000.

Попова З.Д. Синтаксическая система русского языка в свете теории синтаксических концептов. Воронеж: ВГУ, 2009.

Попова З.Д, Стернин И.А. Когнитивная лингвистика. М.: АСТ: Восток-Запад, 2007.

Попова З.Д. Общее языкознание. Воронеж: ВГУ, 1987.

Федоров В.А. Французские структурные схемы с глаголами avoir и их перевод на русский язык // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: лингвистика и межкультурная коммуникация. 2006. № 1. С. 104-115.

Философский энциклопедический словарь. М., 2004.

Фурс Л.А. Синтаксически репрезентируемые концепты: дис. ... д-ра филол. наук. Тамбов, 2004.

Цейтлин С.Н. Синтаксические модели со значением психического состояния и их синонимы. Синтаксис и стилистика. М.: Наука, 1976.

Goddar K., Wierzbicka А. Key words, culture and cognition. Philosophica. 1995. Vol. 55(1). P. 37-67.

E.V. Tarasenko

SYNTACTIC FIELD "MENTAL ACTIVITY" IN THE SPEECH OF JUNIOR STUDENTS

This article analyzes the total of structural diagrams of a simple sentence as a representative of the syntactic concept MENTAL ACTIVITY in the language world view of a junior student. In the focus of our research is the implementation of regular schemes (typical propositions) established through field analysis as signs of a dominant cognitive syntactic concept.

As objectified in block diagrams the syntactic field of the concept MENTAL ACTIVITY forms the core and the periphery. The center of the nucleus is represented by special schemes that are recurrent in the speech implementation. The other structural schemes of a simple sentence demonstrate the productivity of the main features of the represented categories at different distances from the center.

Block diagrams of a simple sentence represent the syntactic concept MENTAL ACTIVITY as a three-component entity. The first constitutive component - the predicate - in its morphological nature is characterized by homogeneity. It is represented by the personal verb lexical-grammatical group of "mental activity" or by the infinitive. The subject, the second component of the selected block diagrams -a carrier status, - is represented mainly by an anthroponym or Causator. The third component is the prepositional-case noun word form with the value of the object relationship or knowledge.

In speech a simple sentence is exposed to grammatical modifications, enriching the proposition.

Thus, the allocated block diagrams in the field of stratification of the syntactic concept MENTAL ACTIVITY show the core and the periphery, highlighting the cognitive symptoms such as an-thropocentricity, phase, negation, temporality, and implementing a language world view of junior students.

The developed approach may be used in linguodidactics in order to determine the extent of the knowledge of the subject, the volume of the memory, emotional and psychological background of a language person in ontogenesis.

Key words: syntactic concept, modification of the structural scheme, a junior student.