Коммунистическая модель в современном китайском антитеррористическом политическом дискурсе

УДК 329 Кун Цяоюй

КОММУНИСТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ В СОВРЕМЕННОМ КИТАЙСКОМ АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ

Kong Qiaoyu

COMMUNIST MODEL IN THE MODERN CHINESE ANTITERRORISM POLITICAL DISCOURSE

Аннотация:

В Китае коммунистическую модель смешивают с традиционной китайской философией и получают особенности, которые являются важным контекстом для полного понимания китайской внешней политики. Данная статья обобщает эти особенности и анализирует их представление в современном китайском антитеррористическом политическом дискурсе.

Ключевые слова:

коммунистическая модель, антитеррористиче-ский политический дискурс, внешняя политика, Китай, «китаизация марксизма», традиционная китайская философия, Мао Цзэдун, Дэн Сяопин, Лао-Цзы, Чжан Чуньсянь.

Summary:

In China the communist model absorbs the ideas from the traditional Chinese philosophy and gets some features, which provide the important context for understanding the Chinese foreign policy. This article sums up these features and analyzes their representation in the modern Chinese antiterrorism political discourse.

Keywords:

communist model, political discourse, China, counterterrorism political discourse, foreign policy, Chinese Marxism, traditional Chinese philosophy, Mao Zedong, Deng Xiaoping, Laozi, Zhang Chunxian.

После создание коммунистической партии Китая марксизм стал ее руководящей идеологией и новой дисциплиной. С этого момента китайские ученые и политики совершат развитие марксистской теории в соответствии с собственными условиями Китая. Благодаря этому в данной дисциплинарной области появился целый ряд серьезных работ, например, Мао Цзэдун писал такие работы, как: «Относительно противоречий», «О затяжной войне», «О новой демократии», «О правильном разрешении противоречий внутри народа» и т.п. Дэн Сяопин утвердил, что Китай находится на первой ступени развития социализма, что главной задачей партии является развитие «социализма с китайской спецификой». Ряд китайских ученых предлагали работы по теме «китаизация марксизма» (sinicization of Marxism) [1]. Говоря в целом, в Китае марксизм, смешанный с ленинизмом, идеями Мао Цзэдуна и теорией Дэн Сяопина, имеет следующие особенности.

1. Предлагается политическое понятие «народ», которое близко к термину «массы», поэтому оно, в первую очередь, носит коллективный характер и подчеркивает решающую роль общества в развитии истории. Вместе с тем, народ является одним из критериев политической оценки. По конституции КПК понятие «народ» включает в себя социалистических рабочих, строителей социалистического общества, патриотов, которые поддерживают социализм, и патриотов, поддерживающих Воссоединение родины [2]. То есть, народ - это люди, обладающие положительными качествами. В китайском дискурсе данное понятие символизирует ряд таких положительных качеств, как: справедливость, демократия, правильность, законность и т.п. Поэтому термины «народ» и «массы» часто используются, чтобы оправдать политические решения и действия. Таким образом, под влиянием коммунистической идеи, в китайском политическом дискурсе часто подчеркивается и повторяется в ритуализованной речи тождество «народ - люди, обладающие положительными качествами».

2. Коммунистическая идея усиливает тенденцию к такому простому способу разделения, как дихотомия, которая изначально существовала в традиционной китайской философии. Древнекитайский философ Лао-Цзы предлагал множество парных понятий, таких как: «бытие-небытие», «высокое-низкое», «длинное-короткое», - и отмечал относительность, а также возможность их взаимопревращения [3]. В марксистской философии дихотомия также используется довольно широко. Можно привести, к примеру, такие парные понятия, как «материя» и «сознание», «социальное бытие» и «социальное сознание», «содержание» и «форма», «производительные силы» и «производственные отношения» и т.п. [4]. Таким образом, дихотомия получила популярность как эффективный способ, упрощающий процессы разделения, познания и оценки. Китайские политики и ученые часто используют данное понятие для того, чтобы люди четко понимали и поддерживали их решения - они также предпочитают пользоваться дихотомией для доказательства той или иной позиции и своего отношения к явлениям окружающей действительности.

- 1BS -

3. По теории марксизма материя является первичной, сознание вторичным, в то время как социальное бытие является базой социального сознания. Поэтому в Китае экономическое развитие имеет преимущество по отношению к другим областям. Экономическая сила заложена в основу развития страны. В политическом и политологическом дискурсах всегда подчеркивается важность экономики и ее развития. Однако в отличие от Европы, история которой показывает нам, что появление новых держав обычно влекло за собой новые войны, экономическое развитие в Китае является мирным. Традиционная китайская философия старается подчеркнуть необходимость самосовершенствования и проведения работы над собой. Например, «если служить чиновником в императорском дворе, можно учить других своему опыту только тогда, когда у самого уже были похвальные достижения, можно учить других своим методам только тогда, когда политические дела шли эффективно. Можно учить других своему мнению только тогда, когда твое поведение и мораль получили признание других людей. Можно учить других своему способу воспитания семьи только тогда, когда твоя семья счастлива. <...> Если вы не добились этих достижений, но учите других, вы будете высмеяны» [5]. Под влиянием этих рассуждений Дэн Сяопин предлагал стратегию развития, диктующую «скрывать свои таланты, и скромно держаться в тени» [6]. Это означает, что Китай всегда стремится исправлять свои недостатки, уважает другие страны и никогда не будет стремиться к гегемонии.

Поэтому, говоря в целом, в КНР существуют две основные модели дискурса: традиционной китайской философии и коммунистической идеи. Они не только предлагают контекст дискурса всех типов, но и создают определенные шаблоны мышления у китайцев. Эти модели представляются в китайском антитеррористическом политическом дискурсе в таком образе.

В современном китайском антитеррористическом политическом дискурсе ритуализован-ные слова имеют большой удельный вес. Например, схожая фраза «решительно осуждает и выступает против терроризма в любой форме» часто повторяется [7; 8; 9; 10; 11]. Вместе с тем, содержание, речевой стиль, политическая ориентация тоже не отличаются. Например, «Китайское правительство неизменно выступает против терроризма, решительно осуждает его проявления в любой форме, и будет продолжать поддерживать усилия российского правительства в борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» [12]. «Решения по внутренним делам должны быть приняты собственным народом данной страны. Мы решительно выступаем против любого повода вмешиваться во внутренние дела государств-членов, решительно поддерживаем усилия государств по защите суверенитета, независимости, территориальной целостности, безопасности и стабильности» [13]. «Китай выступает за уважение к разнообразию культур в надежде на усиление культурного обмена, и поощряет их терпимость и взаимное изучение разных религий и цивилизаций» [14]. Эти высказывания принадлежат разным ораторам, однако по речи невозможно определить личность говорящего.

Кроме того, весь политический дискурс, подобный вышеприведенному, как правило, существует в письменном виде. Когда китайские политики говорят о себе, вместо слова «я» они используют слово «мы», «Китай» или «Китайское правительство». Политики отождествляют себя с Китаем и создают у слушателей такое ощущение, что они общаются не с определенным политиком как человеком, а с целым правительством, представляющим собой абстрактное понятие. Поэтому отношения со слушателями, созданные политиками, очень отстраненные. Китайские политики, касаясь темы терроризма, произносят прямо - «терроризм» или «эта злая сила» [15], описывают терроризм как «большую неприятность во всем мире» [16], «действия против человечества» [17], а также добавляют, что «террористы являются общим врагом всех народов Синьцзяна» [18]. Эти высказывания очень абстрактно описывают терроризм и с большим трудом дают понять слушателям всю жестокость ситуации, которую создали террористы. Это связанно с тем, что теракты и террористические организации обычно находятся в пограничных районах Китая и оказывают мало влияния на большинство населения. Поэтому тип этого политического дискурса не способен оживить историческую память или усилить национальную самоидентификацию у слушателей. По отношению к другим странам китайские политики используют фразу «соответствующие страны» [19; 20] либо прямо называют их «правительство (страны)» [21]. Такая нейтральная лексика также не влияет на двусторонние отношения. Поэтому можно сказать, что китайский политический дискурс создал одностороннюю коммуникацию и оказывает мало влияния на слушателей.

Кроме уже обозначенных особенностей в современном китайском антитеррористическом политическом дискурсе часто появляется понятие «народ». Такая специфика появилась не только под влиянием модели традиционной китайской философии, но и под влиянием коммунистической модели. Китайский бывший председатель партии Цзян Цзэминь в письме к В.В. Путину сказал: «Я был потрясен, когда узнал, что в Москве произошел инцидент с захватом заложников террористами, жизнь сотен мирных жителей под серьезной угрозой, я очень обеспокоен» [22]. Здесь Цзян Цзэминь показывает, что он не президент РФ, но как мудрый и добрый политик,

он обеспокоен тем фактом, что «жизнь сотен мирных жителей под серьезной угрозой». То есть, народ - это то, что может больше всего оказывать влияние на эмоции председателя. Кроме того, для китайских политиков народ является источником законности любых политический решений. По мнению настоящего председателя партии Си Цзиньпина, поскольку «Народы Китая и Йемена традиционно связывает крепкая дружба, Китай будет поддерживать оказание помощи Йемену международным сообществом» [23]. С точки зрения Чжана Чуньсяня, актуальность борьбы с терроризмом заключается в том, что «террористические преступления являются насильственными действиями, направленными против человечества, а сами террористы являются общим врагом всех людей Синьцзяна» [24]. Когда шла речь о средствах борьбы с терроризмом внутри Китая, Чжан Чуньсянь отметил, что «Каждый отдел должен осуществлять и выполнять инструкции, основанные на мнении Генерального секретаря Си Цзиньпина и других центральных руководящих товарищей партии, тесно объединять всех людей и полагаться на людей вне зависимости от национальности» [25]. Его высказывание не только показывает важную роль народа в борьбе с терроризмом, но и отражает отношения между партией и людьми, основанные на конституции КПК, а также подчеркивает то, что массы являются основой и источником законности партии, которая является руководителем и лидером для масс. В мировом сообществе китайские политики считают, что борьба с терроризмом, являясь внутренним делом страны, должна «проводиться ее народом» [26], должна «быть принята собственным народом данной страны» [27]. Если народ высказывается за необходимость применения всех методов, то все решения принимаются партией ради интересов народа. Конечная цель китайского правительства заключается в том, чтобы «возвратить счастье и спокойствие людям мира» [28].

Говоря в целом, с одной стороны, под влиянием коммунистической модели современный китайский антитеррористический политический дискурс использует ритуализованные слова и фразы, подчеркивает понятие «народ», создает одностороннюю и отстраненную модель коммуникации, и т.п. С другой стороны, в Китае коммунистическая культура смешивается с китайской традиционной философией и получает новое развитие и свои особенности, которые являются важным контекстом для полного понимания китайского политического дискурса и внешней политики.

Ссылки и примечания:

1. Работы, к примеру: Щянчун Лю. Теория китаизации марксизма на основе практике. хі№#.дйй±Х.ФЯ(ЬВЖйййЯі6}Ш.

11Р1_: http://theory.people.com.cn/GB/14587916.html (дата обращения: 22.03.2014); Синйан Ван. Коннотация китаизации марксизма // Форум Цзянхан. ШвЯ.дййіХФЖЬй^ШйШіЖіб. 2011. № 4; Нанши Ван. Философские категории в китаи-зационном марксизме. іт;*.ФИ^й±Х.Є#й^$ІШіШЯ6. иР1_: http://www.360doc.com/con-

tent/12/0216/17/892692_187140250.shtml (дата обращения: 22.03.2014); Шугиан Чан. Домен современности и китайский дискурс. И1Ж. И№ШШ»ФШЭё. ЙЖА#ЖШ±. 2011. 394 с.

2. Конституция Коммунистической партии Китая. > мяай±х.й*я# > шя?аяй—й*я#». 11Р1_: http://news.xinhuanet.com/ziliao/2002-11/18/content_633225_1.htm (дата обращения: 22.03.2014).

3. Цзин Дао Дэ. 11Р1_: http://guji.artx.cn/article/9430.html (дата обращения: 22.03.2014).

4. Эти понятия можно найти в следующих работах: Синйан Ван. Введение в марксистскую философию. Пекин, 2011. 603 с.

ШШ ле»±; Цзинхай Гао. Философской основой марксизма. Пекин, 1985. ЖШШ , ле

»±.

5. Образование семьи Йуан (ШйШж). : 32ІШЙЙ  ЛЭДАИМ2А ; 32^#йАРШ  Л^ШАИШ2Ж ;

З^іїййАРШ  Л^івАШЛЯ2і¥ ; ЗяьЯ-ЯШВ  Л^ША1ЖЖ2й ;  Л^і5АИ$#2й •  з^йй№^». ЫР.

http://gj.zdic.net/archive.php?aid=12027 (дата обращения: 22.03.2014).

6. «Скрывать свои таланты и скромно держаться в тени» - по-китайски «й^#йШ9».

7. Ли Чжаосин На 59-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН. «фим;№Я—ШМй*±Х.». 11Р1_:

http://www.un.org/webcast/ga/59/statements/chichi040927.pdf (дата обращения: 22.03.2014).

8. Письмо от Цзяна Цзэминя В.В. Путину после террористического события. «фийй—URL: http://www.chinanews.com/2002-10-25/26/236127.html (дата обращения: 22.03.2014).

9. Речь Ху Цзиньтао на XI неформальной встрече лидерства АТЭС. «й;№Я—ШМйЖ№±Х». 11Р1_:

http://www.huaxia.com/zt/2003-47/tbgz/00135394.html (дата обращения: 22.03.2014).

10. Речь Цзяна Цзэминя на XVI съезде КПК. «8(П±ЖйЯ—ШМйЖ№±Х». 11Р1_: http://news.ifeng.com/mainland/spe-cial/zhonggong18da/content-4/detail_2012_11/04/18820241_0.shtml (дата обращения: 22.03.2014).

11. Речь Цзяна Цзэминя на Азиатской конференции по взаимодействию и мерам доверия. «фикйШЯйЯ—ШМйЖй^Х». 11Р1_: http://www.fmprc.gov.cn/mfa_chn/ziliao_611306/zyjh_611308/t10887.shtml (дата обращения: 22.03.2014).

12. Письмо Цзяна Цзэминя В.В. Путину ...

13. Речь Ху Цзиньтао на совете ШОС. «*йЕИй**Шй§ЯАЄіЗ±». 1^1.: http://politics.peo-

ple.com.cn/GB/1024/18111860.html (дата обращения: 22.03.2014).

14. Цзиньпин Си. Встреча Си Цзиньпина с королем Иордании. «Фив#^Яй№^#й  йШйЯИАХ^Ж  <ЕН^втМйяяа85Ж». 11Р1_: http://hi.people.com.cn/n/2013/0919/c231187-19554281.html (дата обращения: 22.03.2014).

15. Речь Цзяна Цзэминя на Азиатской конференции ...

16. Ли Чжаосин на 59-ой сессии ...

17. Чуньсянь Чжан. Деятель Коммунистической партии Китая Чжан Чуньсянь на встрече с парткомом Синьцзян-Уйгур-

ского автономного района «тл?й№твйл*йй8  *Л*»?ёи§йАЕйййл». и^:

http://news.163.com/13/0629/10/92HG7FJU0001124J.html (дата обращения: 22.03.2014).

1B. Там же.

19. Речь Ху Цзиньтао на XI неформальной встрече ...

20. Речь Цзяна Цзэминя на Азиатской конференции .

21. Письмо от Цзяна Цзэминя к В.В. Путину ...

22. Там же.

2S. Цзиньпин Си. Указ. соч.

24. Чуньсянь Чжан. Указ. соч.

25. Там же.

26. Речь Цзяна Цзэминя на XVI съезде КПК.

27. Речь Ху Цзиньтао на совете ШОС.

2B. Ли Чжаосин на 59-ой сессии ...

- 1B6 -