Влияние особенностей личности на частоту возникновения и тяжесть ишемической болезни сердца у пациентов старшей возрастной группы

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1 Газиева И.А., Чистякова Г.Н. Современный взгляд на проблему нарушения иммунологической регуляции плодово-материнских взаимодействий с ранних сроков беременности (обзор литературы) // Уральский медицинский журнал. - 2010. - № 3. - С. 5-14.

2 Котельников Г.П., Шпигель А.С. Доказательная медицина. Научнообоснованная медицинская практика. -Самара, 2000.

3 Липатов И.С. Клиническая оценка иммунных проявлений повреждения сосудистой стенки при физиологической и осложненной гестозом беременности: автореф. дис. ... канд. мед. наук. - Самара, 1993. - 24 с.

4 Липатов И.С., Бобряшова Э.В., Тезиков Ю.В. Магнийдефицитные состояния у беременных: медико-социальные проблемы, пути коррекции // Актуальные вопросы акушерства и гинекологии. - 2001. - Т. 1, № 1. - С. 47.

5 Макацария А.Д. Тромбогеморрагические осложнения в акушерско-гинекологической практике: Руководство для врачей. - М., 2011. - 1056 с.

6 Серов В.Н., Сухих Г.Т., Радзинский В.Е. Применение Дидрогестерона (Дюфастона) во время беременности: Заключение Правления Российского общества акушеров-гинекологов по обсуждению проблемы применения дидрогестерона при беременности. - Москва, 18 января 2010.

7 Стрижаков А.Н., Тезиков Ю.В., Липатов И.С. и др. Стандартизация диагностики и клиническая классификация хронической плацентарной недостаточности // Вопросы гинекологии, акушерства и перинатологии. -2014. - Т. 13, № 3. - С. 5-12.

8 Тезиков Ю.В., Липатов И.С., Завалко А.Ф. и др. Особенности современного клинического течения гестоза у беременных // Актуальные вопросы акушерства и гинекологии. - 2001. - Т. 1, № 1. - С. 35.

9 Тезиков Ю.В., Липатов И.С., Санталова Г.В. и др. Прикладные аспекты иммунологической толерантности в системе «мать-плод» // Уральский медицинский журнал. - 2009. - № 10 (64). - С. 121-128.

10 Тезиков Ю.В. Патогенетическое обоснование прогнозирования, ранней диагностики и профилактики тяжелых форм плацентарной недостаточности: автореф. дис. ... докт. мед. наук. - Самара, 2013. - 51 с.

Рукопись получена: 5 апреля 2016 г. Принята к публикации: 13 апреля 2016 г.

УДК 616.012+612.059+616.89

ВЛИЯНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ ЛИЧНОСТИ НА ЧАСТОТУ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И ТЯЖЕСТЬ ИШЕМИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНИ СЕРДЦА У ПАЦИЕНТОВ СТАРШЕЙ ВОЗРАСТНОЙ ГРУППЫ

© 2016 И.О. Прохоренко1, Е.Г. Зарубина1, О.С. Сергеев2

Частное учреждение образовательная организация высшего образования «Медицинский университет «Реавиз»

2 Государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Самарский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения

Российской Федерации

Исследования взаимосвязи между ИБС, особенностями психологического статуса лиц старших возрастных групп и уровнем гормонов стресса в крови позволили выделить среди них два психотипа. Гормоны стресса в зависимости от особенностей психотипа опосредованно обусловливают своеобразную форму реагирования на стресс, способствуя формированию ИБС. Все случаи болевых форм ИБС у представителей I психотипа манифестировали на фоне стабильной стенокардии, у II психотипа - чаще безболевой формой инфаркта миокарда, в большинстве случаев протекающем в форме инфаркта миокарда с зубцом р. В развитии ИБС имеет значение

потребление алкоголя. Депрессия, будучи отражением нарушения соотношения гормонов стресса, может рассматриваться как маркер неблагоприятного течения патологии кровообращения.

Ключевые слова: гериатрия, гормоны стресса, ИБС, психологический профиль личности.

Введение. Основной причиной ишемической болезни сердца (ИБС), которая продолжает удерживать лидирующие позиции среди терапевтической патологии, является сужение проксимальных отделов коронарных артерий вследствие атеросклероза. Среди факторов риска фигурирует не только курение, неправильное питание, гиперхолестеринемия и малоподвижный образ жизни, но и свойственные для каждой личности психологические характеристики, в частности психологический статус, который определяет реактивность сердечнососудистой системы на действие патогенных факторов, в первую очередь, стрессоры и его социальное поведение (Медведев В.Э., 2010, Шабалин В.Н., Яковлев О.Г., 2012). Потенциальный стресс, клинически проявляющийся общим адаптационным синдромом, для одного может стать жизненной трагедией со всеми вытекающими последствиями, а для другого - необходимым элементом жизнедеятельности. Индивидуальные различия по отношению к стрессу во многом обусловлены своеобразными личностными особенностями человека (Семенков В.Ф. с соавт., 2011, Прохоренко И.О., Зарубина Е.Г., 2911, Лавров О.В. с соавт., 2012).

Целью настоящего исследования стало изучение взаимосвязей между особенностями психологического портрета пациентов старшей возрастной группы, уровнем гормонов стресса в крови и характером течения ИБС у них.

Методы исследования и характеристика групп. Для реализации поставленной цели нами на основании предварительного тестирования с помощью опросника Кэттелла были сформированы две группы пациентов с диаметрально противоположными, но статистически сопоставимые по возрастно-половому составу характеристиками личности (Капустина, А.Н., 2001, Прохоренко И.О., 2013). Материалы исследования основаны на наблюдениях над 379 субъектами в возрасте 55-75 лет (средний возраст 67,7 ± 5,7 лет). Контрольная группа была сформирована из 30 здоровых волонтеров среднего возраста (45,6 ± 4,5 лет) с усредненными психологическими характеристиками. Для выявления распространенности и глубины депрессивных расстройств среди них использовалась шкала самооценки Цунга, по критериям депрессии МКБ-10 (Zung W.W.K., Durham N.C.,1965). Инструментальная диагностика сердечнососудистой патологии включала суточное мониторирование электрокардиограммы, коронарогра-фию на мультиспиральном компьютерном томографе (МСКТ) с последующим расчетом кальциевого индекса (КИ), по Agatston A. et al.,1990, оценку содержания фосфата кальция в бляшках коронарных сосудов, по Yoon H.C. et al., 2000.

Содержания адреналина и норадреналина в сыворотке крови исследовалось методом иммуноферментного анализа, кортизола - электрохемилюминисцентным анализатором. У пациентов, регулярно употребляющих алкоголь, определение катехоламинов проводилось ежедневно в течение 8 дней с параллельным ведением дневника употребления алкоголя (Прохоренко И.О., 2013). Статистическая обработка результатов проводилась с помощью пакета программ Statistica for Windows 6.0 (Ланг Т.А. Сесик М., 2011). Достоверность полученных данных выражалась критерием Стьюдента (p < 0,05).

Полученные результаты и их обсуждение. Первую группу (I психотип) составили 186 человек (49,1 % обследованных) - 107 женщин и 79 мужчин, средний возраст 68,5±6,7 лет, которых характеризовали яркие лидерские качества, высокий интеллектуальный потенциал, эмоциональная нестабильность в стрессовой ситуации. Регуляторные механизмы, направ-

ленные на мобилизацию в трудных ситуациях, были выражены не у всех. Полученные характеристики подтверждались исследованиями генетической предрасположенности к различным типологическим группам, по методу Айзенка (Айзенк Г.Ю., 1999). Они показали, что 86,6% обследуемых - это люди, которые наряду с общительностью, уверенностью в себе, стремлением к лидерству, характеризовались несдержанностью и недостаточным самоконтролем. В коммуникативном плане основным признаком личности было высокое стремление к общению, в котором они видели решение многих своих проблем.

Представители второй группы [II психотип, 193 человека (50,9 % обследованных), 108 женщин и 85 мужчин, средний возраст 67,9 ± 6,6 лет] характеризовались малообщитель-ностью, отсутствием лидерских качеств, низким или средним уровнем интеллекта и высокой тревожностью на фоне эмоциональной неуравновешенности и пессимизма. Им были свойственны отказ от намеченной цели при возникновении препятствий и низкая моральная нормативность, чем можно объяснить факт злоупотребления алкоголем среди них - 130 человек (67,4 %) ежедневно принимали спиртные напитки или страдали запоями, а 48 (24,9 %) поставлен диагноз хронический алкоголизм. 96 человек (49,6 %) оказались злостными курильщиками. Данные метода Айзенка выявили в этой группе трудности при установлении контактов с людьми и ограниченную адаптируемость к реальности. Несмотря на статистически однородные социальные условия, семейное положение и сопутствующие заболевания, среди обоих психотипов выявлены различия по распространенности депрессии - 40,5 % в первой и 53,1 % во второй группах.

В период соматического и социального благополучия содержания в крови катехолами-нов и кортизола у представителей I психотипа, не страдающих депрессией (69,5 %), оставалось в пределах нормальных значений - норадреналина 537,7 ± 31,2, адреналина 80,3 ± 8,9, кортизола, 336,8 ± 32,8 пг/мл. У пациентов с депрессиями показатели норадреналина и адреналина в аналогичные периоды были в 2 и в 2,3 раза ниже - 278,8 ± 33,4 и 34,6 ± 3,6 пг/мл (р1 < 0,05, р,2 < 0,001) (р1,2 < 0,05), а кортизола - в 1,9 раза выше (669,5 ± 36,8 пг/мл). Во время стрессовой ситуации регистрировался значительный их рост - катехоламинов в среднем на 30-50 %, кортизола в 2,4 раза. У лиц с депрессией во время стресса показатели выглядели следующим образом: 612,3 ± 22,3; 109,4 ± 4,9; 869,2 ± 14,9 пг/мл.

На уровень гормонов у лиц II психотипа влияли в основном 2 фактора - стрессовые ситуации и употребление алкоголя. В период относительного благополучия содержание в крови норадреналина, адреналина и кортизола у 46,8 % пациентов, не страдающих депрессиями, было выше физиологической нормы в среднем на 10-15 % - норадреналин 670,7 ± 34,1, адреналин 130,7 ± 12,6, кортизола 495,9 ± 32,7 пг/мл. У остальных 53,2 % обследованных, страдающих депрессиями, показатели по обоих катехоламинам в аналогичные периоды были достоверно ниже (р1,2 < 0,05) - 111,3 ± 8,2 и 22,8 ± 1,9 пг/мл, соответственно (р1,2 < 0,05), а кортизола - выше - 786,5 ± 32,8 пг/мл. Стрессовая ситуация сопровождалась постепенным ростом уровня гормонов (768,9 ± 37,2, 135,5 ± 13, 966,3 ± 11,6 пг/мл, соответственно), что свидетельствовало о напряжении механизмов адаптации, граничащих со срывом этих адаптивных возможностей. Стресс на фоне депрессии приводил к максимальным сдвигам содержания кортизола (до 1006,4 ± 30,4 пг/мл), а у лиц, злоупотребляющих спиртными напитками, особенно во время алкогольного эксцесса, и того выше.

Гормональные сдвиги при стрессовой готовности у 161 и 160 человек обоих психотипов (86,6 % и 82,9 % соответственно) коррелировали с особенностями клинического течения коронарной недостаточности, которая имела существенные отличия у каждого из них.

У всех представителей I психотипа манифестом ИБС служила стабильная стенокардия напряжения различных функциональных классов (ССН ФК), и выраженность симптомов ИБС коррелировала (г = 0,84) с характерологическими особенностями и глубиной стрессовой ситуации, в которой находится пациент. Инфаркт миокарда (ИМ) в анамнезе верифицирован у 28,5 % обследованных (у 53 из 186 человек). В группе контроля среднего возраста с I психотипом лишь у двух человек была выявлена ИБС низких градаций - ССН ГОК и ССН ПФК.

У 38 из 53 лиц, перенесших ИМ, диагностирована депрессия различной степени выраженности, а ИМ с зубцом Q (ИМд) у больных с депрессиями встречался чаще (р < 0,001) - из 45 случаев ИМQ развивался у 38 субъектов с депрессиями. Среди больных с ИМ^ (45 из 53 верифицированных случаев ИМ - 24,2 % по группе) депрессия встречались в 4,6 раза чаще (г = 0,81, р < 0,001), чем ее отсутствие. Повторный ИМ развивался у 5 человек (9,4 % из всех перенесших ИМ), страдавших депрессиями.

Для выяснения причин более частого и тяжелого течения ИБС у 105 представителей I психотипа была проведена МСКТ. У 58 из них регистрировалась депрессия, 48 человек депрессивного фона не имели. Из группы сравнения обследовано два представителя I психотипа с диагнозом ССН. В венечных сосудах большинства пациентов с депрессией выявлен кальциноз, подтверждаемый более высокими показателями КИ Агатстона. Судя по результатам исследования, риск развития атеросклероза коронарных артерий и других сердечнососудистых катастроф повышен у пациентов, менее устойчивых к стрессам, а также страдающих депрессиями (срыв адаптивных возможностей),

У 10 обследованных, не имеющих депрессии, относительный риск развития симптоматики сердечнососудистых заболеваний, рассчитанный по методу Н.СУооп et я1., 2000, уровень кальция в бляшках достигал значений 35,0 ± 4,9 мг, когда риск развития сердечнососудистой патологии повышается приблизительно в 3 раза по сравнению с людьми с нулевыми показателями. Еще у 26 пациентов этой группы средние значения содержания кальция колебались в пределах 114,5 ± 16,4 мг, у остальных превышали 400 мг. У страдающих депрессией лиц эти показатели были достоверно выше: 58,4 ± 6,3 мг у 4 представителей (6,9 %), 244,5 ± 16,7 мг у 30 (51,7 %) и у оставшихся 24 (41,4 %) превышало 400 мг, что достоверно выше, чем в группе больных без депрессии. У пациентов группы контроля среднего возраста содержание фосфата кальция было минимальным - 1,3 и 10,6 мг, свидетельствуя об умеренно риске сосудистых осложнений.

У пациентов со II психотипом анализ сердечнососудистой патологии выявил существенные особенности ее развития и течения - общее количество лиц, перенесших ИМ в группе II психотипа, составило 88 человек (45,6 %), что достоверно больше, чем в первой группе (28,5 %, р1 < 0,001). ИБС манифестировала с появления ССН лишь у 78 из них (40,4 %), в отличие от представителей I группы, где все случаи ИМ возникали на фоне ССН (р < 0,001). Помимо стрессового фактора на развитие ИБС значительное влияние оказывало злоупотребление спиртными напитками. В отличие от больных с I психотипом, изменение социального статуса и одиночество в меньшей степени коррелировали с тяжестью ИБС (г = 0,54), в то время как депрессия имела выраженную корреляционную связь с тяжестью ИБС (г = 0,86), и особенно часто встречалась среди лиц, имевших ИМ в анамнезе. Изучение катамнеза субъектов с различными функциональными классами ССН показало, что из 60 человек с ССН ГОК и ССН ПФК чаще встречались больные, регулярно принимающие этанол (48 человек, 80,0 %).

Однако, несмотря на меньшую распространенность ССН у представителей II типа, именно среди них (злоупотребление спиртными напитками), чаще возникали ИМ, особенно ИМQ.

Все пациенты с хроническим течением ИБС и наличием приступов стенокардии в анамнезе имели признаки депрессии.

Так, из 78 субъектов с ССН, ИМ развивался у 40 человек (51,3 % от всех, страдающих ИБС). Из 40 представителей с ИМ 13 не употребляли спиртное вообще, у двух из них был диагностирован ИМд. У постоянно принимающих алкоголь пациентов с ИМ (27 человек) ИМд был зарегистрирован в 25 случаях (р < 0,001).

ИМ стал манифестом ИБС без предварительной клинической картины ССН у 48 пациентов (24,9 %). Все они регулярно принимали спиртные напитки. По результатам опросника Цунга, симптомы депрессии не были выявлены ни у одного из них. Судя по материалам истории болезни, во всех случаях ИМ развивался у них на фоне предшествующего алкогольного эксцесса. Ни у одного из них не были характерные выраженные ангинальные боли, а у 12 больных слабые кардиальные загрудинные боли расценили как абстинентный синдром и пытались справиться с ними дополнительными порциями спиртного. ИМд был зарегистрирован у 43 из них (89,6 %). Помимо того, что общее количество лиц II психотипа, перенесших ИМ, оказалось больше, чем у представителей I психотипа (88 человек - 45,6 %), ИМд в этой группе был диагностирован у 70 субъектов, что соответствовало 79,5 % (в первой группе 84,9 %) от всех перенесших это заболевание и 36,3 % в среднем по группе (24,2 % по первой группе). Таким образом, несмотря на более низкую распространенность ИБС с предшествующей картиной ССН среди пациентов II психотипа, по сравнению с I психотипом, количество тяжелых форм ИБС (ИМд) было больше на 12,1 % (р < 0,05).

У 60 из 75 человек (80,0 %), регулярно употребляющих спиртосодержащие смеси и имеющие ИМ (как с манифестацией ИБС в виде ИМ - 48 больных, так и при ССН в анамнезе - 27 пациентов), ИМ протекал в безболевой форме, чего не наблюдалось у лиц I психотипа. Повторный ИМ был зарегистрирован у 12 представителей (13,6 % из всех, перенесших ИМ, 6,2 % по группе), 10 из них с алкогольной зависимостью.

У оставшихся 67 пациентов, которые не предъявляли жалоб на боли в области сердца (из них 32 злоупотребляли спиртными напитки и 35 не принимали этанол), велоэргометриче-ским тестом выявлена ишемическая реакция на физическую нагрузку еще у 34 обследованных (17,6 %, из них 24 страдали пристрастием к алкоголю), что подтверждало у них диагноз ИБС даже без типичных проявлений. Данным больным также был поставлен диагноз ИБС, несмотря на отсутствие клинической симптоматики. Из 34 пациентов, страдающих скрытыми формами ИБС, у 24 человек были выявлены симптомы депрессии.

Таким образом, общее число субъектов II психотипа с ИБС достигало 160 человек -82,9 % всей группы, что было статистически сопоставимо с распространенностью ИБС среди представителей I психотипа - 86,6 %, однако большое количество безболевых форм ИБС и ИМ стали отличительной особенностью именно этой группы - II психотипа, и большинство из них (76,3 %) систематически принимало алкоголь.

МСКТ проведена у 126 пациентам - 88 с ИМ, 38 с ССН и 3 представителям группы контроля. Оказалось, что у представителей II психотипа степень атеросклеротического поражения венечных артерий не всегда коррелирует с тяжестью клинической картины болезни. Минимальные изменения коронарных сосудов регистрировались у больных с ИМ как манифестация ИБС. Максимальные изменения определялись у субъектов с ИБС на фоне депрессии, что подтверждалось высоким КИ Агатстона. У лиц с депрессией риски значительно выше. В группе контроля среднего возраста ССН ГОК регистрировалась в 6,7 %, СН ПФК - в 13 % случаев с КИ 0-25 баллов.

Таким образом, при злоупотреблении спиртными напитками значения КИ могут оказаться малоинформативными, так как патогенез ИМ в этом случае включает не только тромбоз или критический стеноз коронарных артерий, но и их спазм под влиянием высоких доз катехола-минов на фоне регулярного приема алкоголя. К тому же личностные особенности II психотипа показывают, что количество и длительность употребляемых ими спиртосодержащих смесей растет на фоне психотравмирующей ситуации. Так, у всех 48 пациентов с ИМ как манифеста ИБС выявлен минимальный риск сердечнососудистых осложнений согласно методу Агатсто-на. С данными Агатстона коррелировали и показатели относительного риска развития симптоматики коронарной недостаточности, рассчитанные по методу H.C.Yoon et я1., 2000.

Поведенческие паттерны, о которых речь шла выше, тесно связаны с понятием стресс, который, в свою очередь, играет далеко не второстепенную роль в прогрессировании ИБС и формирован ИМ. Пациенты с I психотипом, обладающие такими характерными чертами личности, как перфекционизм, чувство соперничества, стремление к лидерству, жажда признания и карьерного роста, амбициозность, подавляющее поведение, предприимчивость в ассоциации со сверхценными увлечениями и конкурирующей активностью, доходящими до крайностей в профессии, а также стремление находиться в обществе, по-видимому, становились крайне уязвимыми в период социальной перестройки (например, выход на пенсию), когда значительно менялся их социальный статус, суживался круг общения, снижалась реализация лидерского потенциала личности (Прохоренко И.О., 2013). Представители II психотипа, которых отличали эмоциональная неуравновешенность, склонность к пессимизму, высокая тревожность и низкая моральная нормативность, изначально имели низкую стрессо-устойчивость, что приводило к значительной распространенности злоупотребления спиртными напитками в данной группе и формированию депрессий более чем у половины обследованных.

В свою очередь, пребывание в состоянии хронического стресса влияет на параметры динамического гомеостаза организма и реализуется через воздействие стрессовых гормонов, уровень которых зависит от характерологических особенностей личности. У пациентов II психотипа эти показатели были выше, чем I психотипа, на 27,5 % и на 58,4 % (р1,2 < 0,001), соответственно, что может быть связано с высокой интровертностью этой группы и неспособностью решать свои проблемы, что приводит к неотреагированности эмоций и затяжному стрессу.

В свою очередь, содержание гормонов стресса играет большую роль в формировании и развитии сердечнососудистой патологии. Высокая распространенность ИБС среди представителей обоих психотипов была связана, в том числе, и с повышением концентрации катехо-ламинов по ходу развития стрессовых ситуаций, а также с ростом уровня кортизола, особенно на фоне депрессий, что, по-видимому, можно было связать с нарушением адекватного кровоснабжения миокарда. Адекватность коронарного кровоснабжения метаболическим запросам миокарда определяется тремя основными факторами: величиной коронарного кровотока, составом артериальной крови (в первую очередь, степенью ее оксигенации) и потребностью миокарда в кислороде. Частые эпизоды повышения содержания адреналина и норад-реналина у лиц с I психотипом на фоне стрессов приводило к накоплению в миокарде ка-техоламинов, которые, изменяя метаболизм в сердечной мышце, усиливали потребность сердца в кислороде и способствовали возникновению острой гипоксии миокарда вплоть до его некроза. Кроме этого, катехоламины могут вызывать спазм коронарных артерий, углубляя гипоксию миокард, и вносить свой вклад в развитие ИБС и ИМ. Кортизол же, по данным многих исследователей, может способствовать прогрессированию ИБС, вызывая инсулино-

резистентность и облегчая прогрессирование атеросклероза. Высокий риск сосудистых нарушений и ИБС в группе I психотипа был подтвержден и при проведении коронарографии (по данным КИ) у 30,5 % лиц с ИБС без депрессий и у 55,2 % пациентов с депрессиями, что коррелировало с данными относительного риска возникновения сердечнососудистых заболеваний, рассчитанного по методу H.C.Yoon et al., 2000.

Более частое развитие ИМ у значительной части представителей II психотипа, возможно, было обусловлено злоупотреблением ими спиртными напитками, что у подобных больных приводило к ограничению степени коронарной вазодилатации в период высокой потребности в кислороде во время острого алкогольного эксцесса. Это несоответствие в потребности миокарда и пропускной способности венечных артерий могло вызвать гипоксию с последующей альтерацией мышцы сердца и ИМ на фоне алкогольной кардиомиопатии.

Выводы. 1. Разработан новый методологический подход к оценке состояния здоровья пациентов старших возрастных групп на основе полученных данных о психосоматических соответствиях.

2. Среди пациентов старших возрастных групп выявлены, как минимум, два психотипа личности.

3. Во время стресса представители I психотипа характеризовались высокими уровнями катехоламинов и кортизола, II психотипа - неблагоприятной формой реагирования на стресс, что проявлялось в длительно сохраняющимися после воздействия стрессора гиперкатехола-минемией, гиперкортизолемией и срывом адаптации.

4. Разный уровень гормонов стресса у пациентов обоих психотипов сопровождался развитием ИБС различных по степени и тяжести течения - у I психотипа преобладала ИБС на фоне атеросклероза, осложненная болевой формой ИМ, у II психотипа - ИБС на фоне атеросклероза и коронароспазма с развитием преимущественно безболевой формы hmq, в том числе и вследствие алкогольной кардиомиопатии как манифеста ИБС.

5. Наличие депрессий может служить маркером более тяжелого течения сердечнососудистой патологии.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Айзенк Г.Ю. Структура личности. - СПб.: Ювента; М.: КСП+, 1999. - 464 с.

2. Капустина А.Н. Многофакторная личностная методика Р. Кэттелла. - СПб.: Речь, 2001. - 112 с.

2 Лавров О.В., Пятин В.Ф., Широлапов И.В. Стресс-индуцированные гормональные реакции у студентов // Вестник новых медицинских технологий. - 2012. - Т. XIX. - № 4. - С. 110-112.

3 Ланг Т.А., Сесик М. Как описывать статистику в медицине: Руководство для авторов, редакторов и рецензентов: пер. с англ. // под ред. В.П. Леонова. - М.: Практическая медицина, 2011. - 480 с.

4 Медведев В.Э. Личность как фактор заболеваемости ишемической болезнью сердца // Актуальные вопросы болезней сердца и сосудов. - 2010. - № 2. - С. 53-58.

5 Прохоренко И.О. Особенности патологии сердечно-сосудистой системы у лиц старших возрастных групп в зависимости от психологического профиля личности // Успехи геронтологии. - 2013. - № 3. - С. 533-539.

6 Прохоренко И.О., Зарубина Е.Г. Роль психологических особенностей личности в формировании соматической патологии у лиц старшей возрастной группы // Саратовский научно-медицинский журнал. - 2011. -Т. 7. - № 2. - С. 415-418.

7 Семенков В.Ф., Карандашов В.И., Михайлова Т.А. Стресс и старение человека // Вестник российской академии естественных наук. - 2011. - № 4. - С. 72-78.

8 Шабалин В.Н. Основы долголетия / В.Н. Шабалин, О.Г. Яковлев. - Москва-Самара: ООО «АЗИМУТ», 2012. - 100 с.

9 InterScan variation in coronary artery calcium calcification in a large asymptomatic patient population / H.C. Yoon, J.G. Goldin, L.E. Greaser et al. // Am. J. Roentgenol. - 2000. - V. 174. - Р. 803-811.

10 Quantification of coronary artery calcium using ultrafast computed tomography / A.S. Agatston, W.R. Janowitz, F.J. Hildner et al // J. Am. Coll. Cardiol. - 1990. - V. 15. - P. 827-832.

11 Zung W.W.K., Durham N.C. A self-rating depression scale // Arch. Gen. Psychiatry. - 1965. - V. 12. - P. 63-70.

Рукопись получена: 14 апреля 2016 г. Принята к публикации:22 апреля 2016 г.

УДК 616

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ОЗОНИРОВАННЫХ ФИЗИОЛОГИЧЕСКИХ РАСТВОРОВ ДЛЯ ПРОФИЛАКТИКИ ОТДАЛЕННЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ ОСТРЫХ ОТРАВЛЕНИЙ ОКСИДОМ УГЛЕРОДА

© 2016 В.В. Масляков1, В.С. Чирский2, Т.С. Соловьева2, А.В. Савченко2

1 Филиал частного учреждения образовательной организации высшего образования «Медицинский университет «Реавиз» в городе Саратове 2Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова

Острые отравления оксидом углерода являются одной из актуальных проблем токсикологии. Среди причин смертельных исходов от острых отравлений за последние 10 лет отравления оксидом углерода составляют около 25 %, занимая второе место после отравлений алкоголем и его суррогатами. Наравне с гражданским населением существует реальная опасность поражения военнослужащих как в боевой обстановке, так и в повседневной деятельности войск. Во всем мире признано, что в отдаленном периоде у больных, перенесших острое отравление СО, могут развиваться различные стойкие изменения функции нервной системы. Проблема профилактики энцефалопатии в отдаленном периоде после острых отравлений оксидом углерода до конца остается не решенной. Доказанным является тот факт, что настоящим высокоэффективным антидотом против отравлений оксидом углерода является кислород. Продолжается поиск возможности применения для профилактики и лечения острых отравлений оксидом углерода растворов с повышенной концентрацией кислорода при нормальных условиях. В свете этого возникает вопрос об эффективности применения с этой целью растворов другой формы кислорода - озона. В работе проведена экспериментальная оценка перорального применения озонированных физиологических растворов для профилактики нарушений памяти и обучаемости у крыс в отдаленном периоде после острого отравления оксидом углерода. Результаты подкреплены морфологическим исследованием головного мозга крыс.

Ключевые слова: острые отравления, оксид углерода, отдаленные последствия, озонированные растворы, исследования памяти и обучаемости, гиппокамп.

Введение. Острые отравления оксидом углерода (СО) являются одной из актуальных проблем токсикологии. В структуре острых отравлений их доля составляет 5-6 % [22]. Среди причин смертельных исходов от острых отравлений за последние 10 лет отравления оксидом углерода составляют около 25 %, занимая второе место после отравлений алкоголем и его суррогатами [15]. Столь высокая летальность сохраняется, несмотря на совершенствование терапии.

Отравления СО могут случаться в различных токсических ситуациях. Например, источником СО служат выхлопные газы двигателей внутреннего сгорания. Отравления СО проис-