«Рубль мог бы чувствовать себя еще хуже, чем сейчас»

Рубль на торгах Московской биржи достиг минимума с начала марта. Доллар на открытии приблизился к отметке в 63 руб. Евро в моменте превышал 69 руб. Валюты укрепились на 1,5% по сравнению с закрытием в пятницу. Нефть марки Brent в понедельник подешевела более чем на 2% — до $51,1 за баррель. Ведущий аналитик Промсвязьбанка Алексей Егоров обсудил тему с ведущим «Коммерсантъ FM» Максимом Митченковым.

— Такое падение российской валюты на открытии торгов связано с ослаблением нефти, или есть какие-то другие факторы?

— В целом, действительно, в последнее время ключевым все-таки фактором для национальной валюты является стоимость нефти, поэтому мы продолжаем следовать за нефтью.

Правда, можно отметить, что рубль немножко отстает от той динамики, которую демонстрирует нефть на сырьевых площадках. То есть рубль мог бы чувствовать себя еще хуже, чем он чувствует сейчас. Потенциал на ослабление еще сохраняется даже при текущих котировках нефти.

— А что еще влияет на курс рубля?

— Можно отметить то, что, наверное, общий тренд, который наблюдается на глобальных площадках, то есть отток капитала из развивающихся рынков присутствует и тоже оказывает определенное негативное влияние на национальную валюту.

— Какая динамика будет дальше прослеживаться, в ближайшие дни, недели?

— Мы ожидаем, что нефть может опуститься и ниже отметки $50 за баррель, что формирует довольно негативный сценарий, наверное, и негативные ожидания формируются на рынке для рубля. Вполне возможно, что курс доллара вполне может приблизиться к отметке 65 по отношению к доллару.

— К ускорению инфляции это приведет в итоге или нет?

— Любые резкие скачки роста волатильности на валютном рынке приводят к росту инфляции, при этом я думаю, что, наверное, вклад в инфляцию определенный будет, но он будет не настолько сильным, как это было в конце 2014 года.

— В августе начнутся выплаты по внешним долгам до конца года, их номинальный объем — чуть меньше $70 млрд. Как это отразится на курсе рубля?

— У нас критическими можно назвать сентябрь и декабрь, то есть месяцы, на которые приходятся максимальные выплаты по внешнему долгу. Тем не менее, на мой взгляд, Центральный банк имеет уже отработанный механизм предоставления валютной ликвидности.

Российские банки и компании довольно существенную долю в валютной ликвидности уже имеют на позициях, что, на мой взгляд, может позволить пройти выплату по внешнему долгу без особых потрясений. Тем не менее, мне кажется, такая спекулятивная компонента в курсе рубля вот так все-таки будет оказывать давление на рубль, несмотря на то, что спроса на валюту сильного может и не быть.

— Насколько нынешний курс рубля нас устраивает? Когда рубль серьезно укреплялся до 50 по отношению к доллару, власти говорили, что нам это невыгодно, а сейчас происходит ослабление. До каких позиций нам нужно, чтобы рубль ослаб?

— У нас в бюджет заложена рублевая стоимость 3 тыс. руб., это последний прогноз МЭРТ, как я понимаю, заложенный в бюджет, поэтому в текущий момент мы, наверное, находимся на том уровне, где более или менее цена нас устраивает. Здесь дело даже не в том, что 50 руб. кого-то не устраивало, просто возникали очень большие риски. Когда у вас валюта слишком сильно укрепляется, она при уходе котировок нефти, которые действительно находились тогда на уровне выше 65, возвращение котировок нефти к уровням 55 формировали риски очень резкого движения на рынке.

Поэтому власти и были заинтересованы, пускай лучше будет рубль фундаментально выглядеть сильнее, текущая рыночная котировка, но зато потенциальный риск ослабления будет существенно меньше, то есть в процентном отношении то ослабление с 50, допустим, до 65, — это существенно лучше, чем с 40 до тех же самых 65.

— Если рубль и дальше будет ослабевать к основным валютам, Центральный банк будет принимать какие-то меры?

— У Центрального банка, на мой взгляд, наиболее важным инструментом, который он пытается регулировать, является инфляция, не инструментом, а индикатором. Я думаю, что Центральный банк будет вынужден через национальную валюту пытаться как-то сдерживать рост инфляции, поэтому, скорее всего, какие-то инструменты будут предпринимать, но я, честно говоря, пока еще не жду активных операций в виде продажи валюты на открытом рынке.