Социои психолингвистические факторы переключения кодов в речи билингвов Верхней Бретани

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 811.13

СОЦИО- И ПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ ПЕРЕКЛЮЧЕНИЯ КОДОВ В РЕЧИ БИЛИНГВОВ ВЕРХНЕЙ

БРЕТАНИ

А.С. Бухонкина

Анализируются факторы переключения кодов при билингвальной коммуникации жителей французского региона Бретань (Верхняя Бретань). Среди причин перехода с французского языка на галло автор выделяет стремление к этнической самоидентификации и к аккомодации, уделяя особое внимание переключению кодов в данном контексте как средству изменения формы дискурса, а также как эмфатическому средству.

Ключевые слова: Верхняя Бретань, билингвизм, переключение кодов, этническая самоидентификация.

Интерес научного сообщества к билингвальной коммуникации значительно возрос за последние несколько десятилетий, свидетельством чему служит появление большого количества исследовательских работ в русле данной тематики. Одним из ключевых явлений, связанных с контактом языковых систем, является переключение кодов (ПК). Несмотря на возросшее внимание к данной проблеме в зарубежной и отечественной лингвистике наблюдается полемичность самого термина ПК и ряда других категорий двуязычной коммуникации. В широком смысле под ПК принято понимать попеременное использование двух или более языков в рамках одного коммуникативного акта [3]. Во всем многообразии работ выделяются три основных аспекта изучения ПК: социолингвистический, психолингвистический и собственно лингвистический [2].

Немало примеров ПК можно найти при анализе спонтанной речи билингвов, проживающих во французском регионе Бретань, как в ее западной части (Нижней Бретани), так и в восточной (Верхней Бретани). Определенная часть жителей Верхней Бретани являются билингвами, владеющими французским языком и языком галло. В связи с тем, что оба языка являются близкородственными и берут свое начало из диалектов северной романской речи, они имеют много общего на разных уровнях языко-

вой системы. Их этимологическая общность не исключает очевидной разницы на уровне фонетики, грамматики, в меньшей степени лексики и синтаксиса [11]. На сегодняшний день, согласно официальной статистике, на галло говорят около 40 000 человек, проживающих большей частью в Верхней Бретани [6]. Все эти люди являются билингвами, владеющими как гало, так и французским языком; более того, французский язык для них является родным языком, если принимать в качестве главного критерия при определении родного языка первоочередность его усвоения [5]. Одна из знаковых характеристик коммуникативной ситуации Верхней Бретани считается частое переключение языковых кодов (французский ^ галло) в процессе речевой коммуникации билингвов с использованием именно французского как доминантного языкового кода. Французский язык таким образом выступает в роли матричного [5], т.е. обеспечивающего морфо-синтаксическую рамку высказывания c кодовыми переключениями, а язык галло, в свою очередь, выступает в качестве гостевого языка.

Переход с французского на галло и обратно подчиняется общей системе переключения кодов при билингвальном общении и в первую очередь обусловлен социолингвистическими факторами. Изменение таких параметров коммуникативной ситуации, как участники коммуникации, ее условий, темы разговора, ведет к смене языкового кода. С переключением языкового кода происходит смена формы дискурса (замечено, например, что переключение кодов часто осуществляется при переходе от повествования к комментарию и от утверждения к вопросу) [3].

Ряд исследований, проводимых среди билингвов Верхней Бретани, подтверждают идею о том, что ПК может коррелироваться с изменением формы дискурса. Контраст между двумя языками представляет для билингвов своеобразный дискурсивный ресурс, позволяющий обозначить переход к новому предмету разговора, который с точки зрения билингва может быть выражен наиболее полно и/или тесно связан лишь с одним из двух контактирующих языков. В ходе разговора с одним из фермеров области Редон Лерэ отмечает у последнего переход с французского языка на язык галло при описании ремесла его отца [9]:

«J'ai debuté comme domestique, ma femme aussi elle a été domestique, on s'est connu comme ça! Dam ian, nan te joumalie ! joumalie li itou, lepeire e taùpiste o sapouche eyou i serrit les taùpes. II en bezit des taùpes lapiegerie !»

Когда речь идет о начале собственного профессионального пути, знакомстве с будущей женой фермер использует французский язык, при воспоминании о профессиональной деятельности отца, которая в его сознании идентифицируется с прошлым поколением, говорящим на галло, происходит переключение кода. Отцовское ремесло кротолова он описы-

вает на галло, используя термин «taùpiste», тогда как французское «taupier», схожее по графике и звучанию, ему не известно. Переключение на галло связано со сменой предмета разговора, а шире - сигнализирует изменение дискурса.

При использовании сельскохозяйственного технолекта также может иметь место ПК: «J'allons vous caùsë des batteries d'autfaï, le battage du blé quoi! Que de gartailles y avë! Tan ben des coueffes que des bonhoumes. Queuques uns s'affairëint les pouchées de grains. D'aùtres lantaient les gerbes en bas dessus la barge, le tas de paille quoi! C'etait un travail fatiguant mins s'të la soett!». (Je vais vous parler du battage du blé. II y avait beaucoup de personnes ! Aussi bien des femmes que des hommes. Quelques uns s'affairaient avec leurs sacs de grains. D'autres lançaient les gerbes en bas dessus (sur) le tas de paille quoi! C'etait un travail fatiguant mais c'etait l'entr'aide!).

Описывая занятие, типичное для сельской местности Верхней Бретани, говорящий переходит на галло. Тем самым происходит солидаризация некой деятельности, в данном случае уборки пшеницы, с определенным языковым кодом. Кроме того, говорящий руководствуется желанием передать мысль о том, что «работа по сбору пшеницы была невероятно сложной, но проходила дружно, сообща», как можно более точно. Переход на галло - ... mins s'të la soett! - используется здесь как коммуникативная стратегия, позволяющая добиться желаемого эффекта - это способ подчеркнуть, что взаимовыручка компенсировала невыносимые условия сельского труда. Некоторые исследователи предпочитают называть вставки подобные «mins s'të la soett!» признаками контекстуализации (indices de contextualisation), определяя их как «поверхностные характеристики формы сообщения, через которые говорящий сигнализирует об определенной информации, а слушающий ее интерпретирует» [8].

Отметим, что М. Лерэй, проводивший исследование спонтанной речи билингвов Верхней Бретани, сам является таковым, что подтверждает одну из основополагающих максим двуязычной коммуникации - говорящий не будет использовать ПК, если ему не известны языковые предпочтения других участников коммуникативного акта. Иными словами, избежание коммуникативного сбоя оказывается решающим при выборе одноязычного или двуязычного параметра общения. Переключение на галло в данном контексте означает признание Лерэя «своим», стремление к групповой солидаризации с ним. Переход на галло становится своеобразным знаком перехода к более неформальному общению или использованию его как "we-code" или Ciin-group code" [10].

Многочисленные примеры перехода с французского на галло и обратно были также отмечены и при анализе речи жительницы области Броселианд [9]. Вспоминая о том, как стирали белье в прежние времена в местных краях, она использует переключение на галло, стремясь более полно и эмоционально донести это до слушающего. «...les hommes allaient

mener le linge au douë (lavoir) avec des berouettei; a la grande buey, ols tint cinq ou six alentour du douë (...) que je te doune des coups de batouë, mins o battint ben de la goule itou, dam pour bagoulë ça bagoulë ben du! Stë le rinçaige do les batouës avant de tërsouë les hardes»). («... le jour de la grande lessive, elles étaient cinq ou six autour du lavoir et que je te donne des coups de battoir, mais elles battaient bien de la langue aussi, bien sûr que pour bavarder, ça bavardait beaucoup! C'était le rinçage avec les battoirs avant d'essorer le linge»).

В данном случае ПК выступает как эмфатическое средство, усиливающее общую эмоциональную выразительность речи. При замечании слушающих о том, что она, описывая процесс стирки, переходит на галло, женщина подтвердила, что для нее это является средством более точного воссоздания картины событий и отражения своего эмоционального отношения к ним: «Quand je raconte en gallo la grande lessive, je revis la scène telle que je l'ai vraiment vécue, c'est comme si j'y étais encore!»

Брат говорящей, присутствующий при разговоре, соглашается с тем, что галло позволяет не только рассказать о событиях, но и адекватно передать эмотивные смыслы высказывания: «maï itou, est nan oueyë eune garçaille huchë en dedans!» (c'est pareil pour moi aussi, c'est comme si j'entendais une personne crier en moi!).

Таким образом, в рамках одного коммуникативного акта могут быть зафиксированы явления смешения кодов и ПК. Особенно это очевидно при наименовании объектов растительного мира - деревьев, цветов, кустарников, фруктов и т.д., т.к. верхне-бретонские билингвы, говоря на французском языке, используют термины, взятые из галло: «Ces gamins m'ont volé des guernazelles l'an demier. Dam, j'en ai parlé aux parents mins astour c'est-ti point les pirotons tchi mene les ouées es ell os !». (Ces gamins m'ont vole des groseilles l'an dernier. Dam, j'en ai parle aux parents, mais aujourd'hui 'ce sont les oisons qui conduisent les oies aux champs' !).

Замена французской лексемы groseilles на guernazelles, заимствованной из галло, представляет собой пример смешения кодов, т.е. переключения в пределах предложения (или внутрисентенциональное, немаркированное ПК по Myers-Scotton [10]; плавное ПК по Eppler [7]). Термин смешение кодов также является дискуссионным; некоторые считают его излишним и лишь добавляющим путаницы. Большая часть исследователей разграничивает понятия переключения и смешения кодов на основании структурно-лингвистических, социолингвистических, психолингвистических и смешанных критериев [2]. Ключевым критерием разделения двух терминов, с нашей точки зрения, является соотнесенность последних с речевыми стратегиями, которые выбирает говорящий при переключении и при смешении кодов (СК). Вслед за А.Ю. Русаковым, мы полагаем, что ПК может быть мотивированным и немотивированным, в то время как СК только немотивированным [4].

Верхнебретонская речевая норма являет массу примеров смешения кодов, т.е. употребления отдельных лексем на галло. Говорящие в данном случае не разделяют два языковых кода между собой, так что это представляется как единый речевой континуум. Комментируя сложившуюся ситуацию, В.Т Клоков отмечает, что в результате длительного языкового контакта обе формы речи стали смешиваться и в настоящее время невозможно услышать французский без вкраплений гало, и наоборот [1].

Говоря о психолингвистических причинах смешения кодов, необходимо упомянуть принцип экономии речевых усилий, т.к. билингв, стремясь полно выразить свою мысль, зачастую использует слово с большим объемом семантического значения. Та же жительница Верхней Бретани, спонтанная речь которой послужила объектом анализа для Лерэ, осознает (по всей видимости интуитивно) утилитарность данного принципа, комментируя это следующим образом: «Dam, sûr que pour moi le gallo est different du français: quand j 'utilise un mot comme ercaùpi, ce n' est ni guéri, ni retapé, ni ragaillardi, c'est en meme temps tout ça et quelque chose de plus ... » Употребление в данном контексте глагола «ercaùpi» позволяет ей «привязать» к нему весь комплекс имплицитной культурной информации, стоящей за ним.

При анализе переключения с французского на галло также прослеживается реализация социальной функции аккомадации, позволяющей выйти за пределы языковой "зоны собственного комфорта", т.е. произвести все возможные адаптации и преобразования для того, чтобы быть понятым [2]. В этой связи одним из способов «приспособиться» к участникам двуязычной коммуникации может служить тактика повтора сказанного на двух языках. Например, «nan ave ben du de! oui on avait bien du mal» [9].

Таким образом, анализируя речь билингвов Верхней Бретани, владеющих французским языком и языком галло, мы можем сделать следующий вывод: с лингвокультурной точки зрения переключение кодов для жителей Верхней Бретани служит, средством этнической и культурной самоидентификации, а с точки зрения прагматики переход на галло свидетельствует о попытке донести свое содержание высказывания более полно. При этом, переходя на галло, говорящие стремятся дополнительно передать в своем коммуникативном акте некоторую эмоциональную составляющую. Кроме того, в речи верхнебретонских билингвов переключение кодов используется в качестве дискурсивного маркера. Рассказывая о своей жизни, говорящие цитируют слова отца или матери на гало; такие этнокультурные жанры, как сказки или легенды, также рассказываются на гал-ло. В целом, по свидетельству Лерэ, за галло закреплена нарративная форма высказывания, в то время как металингвистические комментарии, например замечания по поводу грамматических структур в галло, звучат на французском языке. Наряду с переключением кодов, в речи верхнебретонских билингвов на французском языке встречаются единичные немотиви-

рованные вкрапления на галло (случаи так называемого смешения кодов). Также с точки зрения прагматики переключение кодов может интерпретироваться как способ достижения эмфатического эффекта.

Список литературы

1. Клоков В. Т. Французский язык во Франции. Особенности социально-территориальной вариативности. Саратов, 2011. 424 с.

2. Мутылина А.Ю. О Разграничении понятий «переключение» и «смешение кодов» (на примере устной речи русско-китайских билингвов в Пекине) // Вестник ИГЛУ. 2011. № 1. С. 52-60.

3. Проценко Е.А. Проблема переключения кодов в зарубежной лингвистике // Вестник ВГУ. Серия «Лингвистика и межкультурная коммуникация». 2004. № 1. С. 123-127.

4. Русаков А.Ю. Интерференция и переключение кодов (севернорусский диалект цыганского языка в контактологической перспективе): ав-тореф. дис. ...д-ра филол. наук. СПб., 2004. 105 с.

5. Чиршева Г.Н. Двуязычная коммуникация. Череповец: ЧГУ, 2004.

С. 7.

6. Blanchet Ph. Linguistique de terrain, méthode et théorie. Rennes, 2000. P. 23.

7. Eppler E. Code-switching in "Emigrante" // Vienna English working papers. 1994. № 3. P. 75-94.

8. Gumperz J. Introduction à la sociolinguistique interactionnelle. Paris: Editions de Minuit, 1989. 195 p.

9. Leray C. L'alternance des langues en Haute-Bretagne // Cahiers de sociolinguistique. 2002. № 7. P. 123-132.

10. Myers-Scotton C. Social Motivations for Codeswitching. Evidence from Africa. Oxford: Calendron Press, 1993. 167 p.

11. Walter H. Aventures et mésaventures des langues de France. P., 2012. P. 287.

Бухонкина Анна Сергеевна, канд. филол. наук, доц., bukanna@,inbox.ru, Россия, Волгоград, Волгоградский государственный университет

SOCIAL AND PSYCHOLINGUISTIC FACTORS OF CODE-SWITHCING IN UPPER BRITTANY BILINGUAL SPEECH

A.S. Bukhonkina

The article is devoted to the research of code-switching factors in bilingual communication among the residents of Upper Brittany. The author considers the ethnic self-identification tendency and the accommodation tendency as some of the most important socio-linguistic andpsycholinguistic factors of French-Gallo code-switching. According to the arti-

133

cle, the code-switching is also one of the instruments of change in the form of discourse, which can be used as an emphatic instrument as well.

Key words: Upper Brittany, bilingualism, code-switching, ethnic self-identification

Bukhonkina Anna Sergeevna, PhD (Philology), Associate Professor, bukan-na@inbox.ru, Russia, Volgograd, Volgograd State University.

УДК 811.1

ТРОПЫ ВРЕМЕНИ В РОМАНЕ Д. БРАУНА «THE LOST SYMBOL»

О.А. Кудинова, В.И. Кудинова

Рассматривается время с позиции выразительных средств языка на примерах из романа Д. Брауна «The Lost Symbol» с позиции диктемной теории текста.

Ключевые слова: время, диктема, художественный текст, тропы, выразительные средства языка.

Категория времени - важная универсальная категория, которая одновременно является сложной и абстрактной для постижения. Полагается, что представление о времени начинается с перемещения; любые изменения, как всякие внешние изменения координат вещи, так и внутренние изменения вещи по отношению к другим ее состояниям, осуществляются во времени.

А. Я. Гуревич высоко оценивает значение категории времени: «Мало найдется таких показателей культуры, которые в такой степени характеризовали ее сущность как понимание времени. В нем воплощается, с ним связано мироощущение эпохи, поведение людей, их сознание, ритм жизни, отношение к вещам» [6, с. 15]. Время - феномен чрезвычайно абстрактный, оно невидимо, неслышимо, неосязаемо. Доступ к тайне времени возможен посредством языка: представления о времени и о его качественном наполнении, сформировавшиеся в сознании в результате естественного темпорального опыта, воплощаются в знаковые формы и становятся достоянием языка.

Э. Бенвенист выделяет три разновидности времени, четко разграничивая сферы их выражения: физическое время с его непрерывностью и бесконечностью линейного пространства; хронологическое время событий; лингвистическое время, отраженное при помощи языка и его формальных средств [3].

Согласно Ф. Мерреллу [9], единица времени, какой бы малой она ни была, «движется» сквозь измерения, пересекая пространства, конституируя таким образом единое пространственно-временное событие («space-time event»). В этом смысле то, что принято обозначать термином «время», мож-

134