Аргументация в речи юриста

ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ. ЯЗЫК И ПРАВО.

ЮРИСЛИНГВИСТИКА

УДК 808.51:34:164.03

З. В. БАИШЕВА, профессор кафедры теории государства и права Института права Башкирского государственного университета, доктор филологических наук, доцент

Z. V. BAISHEVA, professor of the Chair of Theory of State and Law of the Law Institute of the Bashkir State University, Doctor of Philology, associate professor

АРГУМЕНТАЦИЯ В РЕЧИ ЮРИСТА

THE ARGUMENTATION IN THE SPEECH OF A LAWYER

Аннотация. В статье рассматривается аргументация как важнейшая составляющая коммуникации и профессиональной подготовки юриста, характеризуется аргументационная деятельность юриста в судебном заседании, а также формы интерактивного обучения, способствующие развитию и совершенствованию аргументационной деятельности студентов.

Ключевые слова и словосочетания: аргументация, аргументационная деятельность, прямое и косвенное доказательство, дедуктивная и индуктивная схемы, умозаключения по аналогии, формы интерактивного обучения.

Annotation. The article considers argumentation as the most important component of communication and professional training of a lawyer, characterizes argumentative activity of a lawyer in the court session, as well as forms of interactive learning that contribute to the development and improvement of argumentative activity of students.

Keywords and phrases: argumentation, argumentation activity, direct and indirect evidence, deductive and inductive schemes, reasoning by analogy, forms of interactive learning.

Аргументация как неотъемлемый элемент коммуникативной деятельности человека являлась и является объектом исследований многих ученых от античности [1] до наших дней [2; 3]. В последние десятилетия интерес к исследованию аргументационной деятельности усиливается глобализацией, которая остро поставила проблему взаимопонимания людей с различными экономическими, политическими, идеологическими, культурными ценностями, а также информатизацией общества, которая привела к изменениям в коммуникативной деятельности. Именно этим вызван «возрастающий интерес к аргументации как форме человеческой рациональности, критического мышления, способного к самостоятельному и свободному рассуждению, способа обоснования собственных взглядов, точек зрения и умения убедить в них других» [4, с. 4]. Именно этим

обусловлена актуальность нашего исследования.

Аргументация является предметом многих научных дисциплин - логики, риторики, психологии, лингвистики, социологии. В юриспруденции аргументация изучается в рамках юридической логики и судебного красноречия.

Профессия юриста относится к лингво-интенсивным. Это означает, что большую часть профессионального времени юрист общается с гражданами либо с целью получения информации, либо с целью разъяснить какое-либо правовое положение, либо убедить слушателей в истинности своей позиции. Поэтому для юриста профессионально важно уметь «логически верно, аргументированно и ясно строить устную и письменную речь» [5]. Не случайно в Федеральном государственном стандарте высшего образо-

вания это умение указано как одно из обязательных общепрофессиональных компетенций выпускника, освоившего программу бакалавриата по направлению подготовки «Юриспруденция».

Студентов следует обучать аргументации на протяжении всего учебного процесса, в ходе изучения различных дисциплин. Специально различные виды аргументаци-онной деятельности должны изучаться в рамках таких дисциплин, как «Деловое общение юриста», «Юридическая риторика» и т. п. Аргументация - это, во-первых, процедура приведения аргументов в пользу какого-либо положения; во-вторых, совокупность таких аргументов; в-третьих, обоснование истинности некоторого суждения [4]. В данной статье мы рассматриваем аргументацию как обоснование истинности суждения и умение аргументированно выражать свои мысли.

Цель аргументации всегда - убеждение адресата в истинности позиции говорящего. Рассмотрим характерную для юриста ситуацию аргументационной деятельности - судебное заседание. В ходе судебных прений обвинитель и защитник стремятся убедить участников судебного заседания в истинности позиции обвинения и защиты.

Один из логических законов, обязательных для судебного оратора, - закон достаточного основания. Он гласит, что любая мысль должна быть обоснована другими мыслями, истинность которых доказана [6]. Конечно, не следует обосновывать общеизвестные истины, которые никто не подвергает сомнению. Здесь имеется в виду любая мысль, касающаяся конкретного судебного разбирательства. Например, судебный оратор говорит, характеризуя потерпевшего: «Н. был очень мягким по характеру человеком». Эта мысль требует обоснования, поэтому в судебной речи она обязательно будет сопровождаться указанием на источник информации («из показаний свидетелей мы знаем, что ...») либо будет проведено доказательство данной мысли на основе аргументов, взятых из материалов дела.

Вся судебная речь, по сути, представляет собой доказательство истинности позиции оратора. В судебном выступлении используются два способа доказательства - прямое и косвенное. Прямое доказательство - это обоснование истинности тезиса непосредствен-

но с помощью прямой ссылки на аргументы, подтверждающие что-либо. Судебный оратор обычно применяет три логические схемы прямого доказательства: дедуктивную, индуктивную и по аналогии.

Достоверные знания дает только дедуктивный метод доказательства, поэтому в судебной речи он применяется всегда для обоснования главного тезиса. В основе этого метода - какое-либо общее положение, не требующее обоснования, принимаемое всеми. Для ситуации судебного разбирательства, например, в уголовном суде, таким общим положением чаще всего выступает статья Уголовного кодекса.

Рассмотрим пример. Обвинитель доказывает, что подсудимый совершил кражу. Начинается доказательство с приведения текста ст. 158 УК РФ: «Кража - это тайное хищение чужого имущества. Под хищением в статьях Уголовного кодекса понимается совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества». В статье УК РФ указываются разные варианты совершения противоправного деяния. Это может быть «кража, совершенная: а) группой лиц по предварительному сговору; б) с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище; в) с причинением значительного ущерба гражданину; г) из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем» либо «а) с незаконным проникновением в жилище; б) из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода; в) в крупном размере; г) с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств», либо «а) организованной группой; б) в особо крупном размере» [7]. Оратор выбирает нужный вариант.

Мы видим, что в статье УК РФ указываются все признаки состава преступления, называемого кражей. Задача оратора - доказать, что в деянии подсудимого присутствуют все названные признаки состава преступления. Для доказательства используются аргументы из материалов дела.

Множество примеров четко выстроенной дедуктивной схемы доказательства находим в обвинительных речах А. Ф. Кони. Так, в речи «По делу об игорном доме штабс-рот-

мистра Колемина» обвинитель обосновывает положение о том, что г-н Колемин превратил свой дом в игорное заведение. Вначале, ссылаясь на соответствующее законодательство, оратор перечисляет основные условия игорного дома: «Условия игорного дома довольно ясно определены в приложении к 444 статье XIV тома. В источниках, на которых она основана, указано прямо, что «запрещается играть в запрещенные игры», «открывать свой дом игрокам для запрещенной игры днем или ночью», «запрещается иметь счетчика, продавать своим гостям или иным образом давать и передавать золото, серебро и иные денежные ценности», наконец, «запрещается иметь постоянную прибыль от этой игры». Это последнее условие ясно выражено в указе императрицы Екатерины, вошедшем в Полное собрание законов за № 13677. В нем прямо говорится, что в случае «раскрытия» игорного дома, «будет происходить прибыток запрещенный, то, о том исследовав, учинить по законам».

Итак, вот главные условия игорного дома: он должен быть открыт днем и ночью, в определенные часы, для желающих играть в запрещенную игру; в нем должна происходить запрещенная игра; в нем могут быть лица, которые занимаются счетом в помощь хозяину; в нем может происходить размен золота, и, наконец, все это должно вести к общей, главной цели учреждения подобного дома - неправильной прибыли, запрещенному прибытку» [8, с. 368].

Затем А. Ф. Кони устанавливает существование каждого из названных условий в доме Колемина: «Применяя эти общие начала к настоящему делу, я полагаю, что мы найдем, что все условия, указанные законодателем, существуют в деянии Колемина» [8, с. 369]. По сути, вся обвинительная речь представляет собой обоснование наличия перечисленных условий игорного заведения в доме Колемина. В заключении доказательства оратор делает вывод: «В деянии господина Колемина были все признаки содержания игорного дома» [8, с. 376].

Если дедуктивная схема доказательства представляет собой движение мысли от общего к частному, то индуктивная - есть движение от частного к более общему. Важно отметить, что индуктивный метод не приводит нас к какому-либо общему положению,

например, к статье УК РФ. Здесь имеется в виду более общее по сравнению с частными положениями.

Например, в ходе доказательства совершения подсудимым кражи одним из промежуточных тезисов, который обязательно нужно рассмотреть обвинителю, является положение о мотиве совершения преступления. Вполне вероятен следующий мотив: «Подсудимый совершил кражу, так как нуждался в деньгах». Аргументы для доказательства этого положения обвинитель находит в материалах дела. Это могут быть самые различные факты или документы, подтверждающие острую нужду подсудимого в деньгах: долговые расписки, документы о неуплаченном кредите, банковские счета и т. п. Эти аргументы являются частными положениями, на основе рассмотрения, анализа, оценки которых оратор делает вывод: «Да, действительно подсудимый нуждался в деньгах». Этот вывод и является более общим положением по сравнению с частными аргументами.

Следует иметь в виду, что существует индукция полная и неполная. Полная индукция предполагает формулирование вывода на основе учета всех существующих аргументов и поэтому дает достоверные знания. Соответственно, при неполной индукции вывод делается на основе ряда аргументов, но не всех, поэтому и знания будут только вероятными.

При различных жизненных обстоятельствах, в ситуации судебного разбирательства можно говорить только о неполной индукции, так как всегда сохраняется вероятность того, что существует какой-то аргумент, не учтенный в ходе предварительного следствия и не попавший в материалы дела, но могущий перечеркнуть всю схему доказательства. Однако все судебное разбирательство осуществляется на основе материалов дела, и судебный оратор черпает сведения из материалов дела. Поэтому обвинитель и защитник всегда используют индуктивную схему доказательства для обоснования промежуточных положений в ходе аргументирования главного тезиса.

Умозаключения по аналогии строятся на сопоставлении конкретных объектов, обладающих сходными признаками. На основе выявленного сходства делается вывод о существовании других сходных признаков.

В логике такие умозаключения обычно демонстрируются через следующую схему:

Объект Х обладает признаками А, В, С, D.

Объект Y обладает признаками А, В, С. Вероятно, объект Y обладает и признаком D.

Понятно, что такой вывод является только вероятным, так как сходство объектов может закончиться на признаках А, В, С.

Несмотря на недостоверность получаемых выводов, умозаключения по аналогии часто применяются в судебной речи, так как нередко они бывают незаменимы для разъяснения каких-либо моментов в речи. «Такие умозаключения употребляются как доводы: 1) для пересказа событий, восстановить которые полностью не представляется возможным; 2) для предположительного изложения мотивов совершения каких-то действий; 3) чтобы показать неясный смысл или нечеткость каких-то предположений и т. п.» [9, с. 311].

Так, адвокат И. Д. Брауде, доказывая невиновность подзащитного Маркова, сопоставляет его поведение с поведением «потрясенного ужасом, не повинного в убийстве человека»: «Марков вел себя именно так, как ведет себя потрясенный ужасом, не повинный в убийстве человек. Увидев, что Аня упала, он, выхватив нож, на котором были следы крови и хлеба, бросается к ней, поднимает платье, ищет рану, а затем, выбежав в коридор, кричит: «Где телефон, там зарезались, я во всем виноват!». Это крик не убийцы, а человека, который на минуту почувствовал всю свою моральную ответственность за то, что произошло, всю пустоту и неприглядность своей жизни, своих поступков» [10]. В данном случае аналогия использована для объяснения действий подзащитного в момент трагедии как доказывающих его непричастность к преступлению.

Еще одно преимущество умозаключений по аналогии в том, что они с благодарностью принимаются слушателями, так как делают выступление более убедительным, наглядным, а мысль - более доступной для восприятия (ведь человек познает мир через аналогии).

Косвенное доказательство ведется путем выдвижения антитезиса (допущения) и установления его ложности. Далее применяется закон исключенного третьего, который гласит: «Из двух противоречащих

высказываний одно истинно, другое ложно, а третьего не дано» [11, с. 164]. На его основе делается вывод: тезис и антитезис исключают друг друга, следовательно, ложность антитезиса означает истинность тезиса. Например, оратору необходимо доказать, что убийство совершено именно в данной квартире. Косвенное доказательство начинается с формулирования антитезиса: «Допустим, что убийство совершено вне этой квартиры». Далее оратор обосновывает ложность этого антитезиса, что и будет означать истинность тезиса.

Косвенное доказательство широко применяется как в обвинительных, так и защитительных речах. Обвинителю этот способ доказательства помогает обезоружить своего процессуального противника, предупредить возможные возражения оппонента. Классическим примером использования косвенного способа доказательства в обвинительной речи является проведенное А. Ф. Кони доказательство невозможности самоубийства Лукерьи в речи «По делу об утоплении крестьянки Емельяновой ее мужем» [12]. Об эффективности примененного А. Ф. Кони косвенного доказательства в этой речи писал его современник К. К. Арсеньев [13].

Применение этого способа доказательства позволяет защите возразить обвинителю, опровергнуть его позицию, доказать истинность своей позиции. Так, В. Д. Спа-сович неоднократно мастерски использует косвенное доказательство для опровержения утверждений обвинения в речи в защиту Кронеберга. Каждый раз такое доказательство начинается с допущения («Допустим, что ...»): «Но допустим, что господа эксперты, предрешая уголовный вопрос, пришли к выводу, что г-н К. во зло употребил отеческую власть. В таком случае судите его за злоупотребление властью. Но он судится за нечто совершенно иное -он судится за истязания и мучения, причиненные дитяти» [14].

Нередко в современных защитительных речах косвенное доказательство начинается словами «Если бы ...»: «Если бы он решил убить, зачем он стал бы делать это в той же населенной квартире, среди бела дня и также под угрозой немедленного ареста? Разве инстинкт самосохранения и элементарное чувство осторожности отсутствуют у убийц-

одиночек? Не было ли бы и в данном случае такое убийство крайне «глупым»?» [10].

Все рассмотренные выше способы и схемы доказательства могут применяться как в судебных и других публичных выступлениях, так и в иных ситуациях профессионального общения юриста (консультирование, переговоры, совещание, допрос, опрос и др.).

Обучение аргументации, в частности в судебной речи, осуществляется в ходе анализа выступлений известных судебных ораторов. Практическое же умение аргументированно выражать свои мысли, доказывать истинность своей точки зрения обучающиеся могут получить на интерактивных занятиях. Интерактивы дают возможность проигрывать различные ситуации общения юристов. Так, ролевая игра «Судебные прения», в которой разыгрывается ситуация судебного заседания с выступлениями обвинителя и защитника, помогает реализовать теоретические знания о способах и схемах доказательства, применяемых в судебной речи; ролевая игра «В юридической консультации» позволяет освоить приемы аргументации в диалогической речи юриста.

Целесообразно применение такого вида интерактива, как дискуссия, который дает широкие возможности для активной аргу-ментационной деятельности каждого студента в процессе обсуждения проблемы. Для дискуссии характерно сочетание взаимодополняющего диалога и обсуждения-спора, столкновение различных точек зрения, позиций. Дискуссия дает возможность формировать определенные модели поведения, развивать навыки коммуникативного взаимодействия. Здесь создаются условия для каждого открыто выражать свои мысли, отстаивать свою позицию, а также считаться с чужим мнением [15].

Дискуссия с целью развития аргумен-тационных умений может быть построена следующим образом: группа обучающихся делится на две команды; командам предлагается четко сформулированный тезис; одна команда будет отстаивать этот тезис, а другая - опровергать. Каждая команда при помощи аргументов доказывает свою позицию, а затем проводит логическую операцию опровержения позиции команды-оппонента.

Эффективным является также такое построение дискуссии, когда каждый студент включается в активное обсуждение с разными оппонентами, обосновывает свою точку зрения либо опровергает позицию другого.

Так, при изучении темы «Основы речевого воздействия» в рамках дисциплины «Деловое общение юриста» целесообразно проведение дискуссии «Убеждение и воздействие как функции судебной речи». Предварительно студенты получают задание прочитать рассказ А. П. Чехова «Случай из судебной практики» и выделить перемежающиеся в рассказе: 1) текст речи адвоката; 2) описание реакции слушателей на речь. При подготовке к занятию студенты также изучают вопросы темы практического занятия: приемы воздействия на собеседника; убеждение и манипуляция в процессе речевого воздействия.

На первом этапе дискуссии преподаватель последовательно задает вопросы:

Что можно использовать в судебной речи, чтобы она воздействовала на слушающих?

Что более оказывает воздействие на слушателей: анализ фактов или психологический анализ?

Какие средства интеллектуального воздействия (воздействие на ум) и эмоционального (воздействие на чувства) Вам известны?

Может ли оказывать воздействие на слушателей техника речи оратора?

Какая функция имеет в судебной речи первостепенное значение: убеждения или воздействия? Почему?

Выслушиваются все ответы студентов и концентрированно записываются на доске. Затем все ответы обсуждаются и выбираются наиболее перспективные.

Второй этап дискуссии: студенты получают текст рассказа А. П. Чехова «Случай из судебной практики» с выделенными фрагментами, в которых находят ответы на заданные ранее вопросы. Коллективно анализируются фрагменты произведенияА.П.Че-хова с целью выявить особенности: техники речи адвоката из рассказа, расположения смысловых частей в его речи, употребления средств выразительности и др. Студенты также дают ответ на вопрос: «Какая функция произнесенной адвокатом речи наиболее очевидна: убеждения или воздействия? Соответствует ли это особенностям защи-

тительной речи?». В заключении дискуссии одним из студентов формулируются выводы.

Такой интерактив позволяет актуализировать и обобщить имеющиеся у студентов знания по теме, способствует развитию устойчивого интереса к изучаемой теме, усвоению новых знаний, осмыслению и обобщению полученной информации, формированию у студентов собственного отношения к изучаемому материалу. И главное, что дает такой вид интерактивного занятия, - студенты учатся открыто высказывать свои мысли, отстаивать свою точку зрения и вместе с тем считаться с чужим мнением.

В рамках преподавания дисциплин «Юридическая риторика» и «Судебное красноречие» очень эффективным в плане обучения аргументационной деятельности является проведение дискуссий по следующим

темам: «Соотношение долга и совести в профессиональной деятельности адвоката (по речи В. Д. Спасовича в защиту Кронеберга)»; «Судебное красноречие в XXI веке»; «Суд присяжных заседателей в России». Названные темы вызывают большой интерес у студентов, что обеспечивает их активное участие в дискуссиях.

Таким образом, обучение аргумента-ционной деятельности - необходимый и крайне важный элемент профессиональной подготовки юриста. Умения и навыки аргу-ментационной деятельности должны прививаться и отрабатываться на протяжении всего процесса обучения студента. Особое место в отработке аргументационных навыков принадлежит интерактивным занятиям (дискуссия, ролевая игра).

***

ЛИТЕРАТУРА

1. Аристотель. Аналитики. Первая и вторая. Л.: Государственное издательство политической литературы, 1952.

2. Волков А. А. Теория риторической аргументации: монография. М.: Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова, 2009.

3. Ивин А. А. Теория аргументации. М.: Высшая школа, 2007.

4. Демина Л. А. Теория аргументации: учебное пособие. М.: МГОУ, 2009.

5. Федеральный государственный стандарт высшего образования по направлению подготовки 40.03.01 Юриспруденция (уровень бакалавриата) (утв. приказом Министерства образования и науки РФ от 01.12.2016 № 1511) // СПС «Гарант».

6. Иванов Е. А. Логика: учебник для студентов юридических вузов и факультетов. URL: https:// fil.wikireading.ru/18410 (дата обращения: 04.03.2019).

7. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-Ф3 (ред. от 27.12.2018) (с изм. и доп., вступ. в силу с 08.01.2019) // СПС «КонсультантПлюс».

8. Кони А. Ф. По делу об игорном доме штабс-ротмистра Колемина // Собрание сочинений: в 8 т. Т. 3. М.: Изд-во «Юридическая литература», 1967.

9. Петров О. В. Риторика: учебник. М.: ТК Велби, изд-во «Проспект», 2004.

10. Речь адвоката по уголовным делам И. Д. Брауде в защиту обвиняемого в убийстве А. И. Маркова. URL: https: //www.advokat-nikitinsky.com/poleznoe/rech-advokata-v-zashhitu-obvinjaemogo-v-ubijstve (дата обращения: 04.03.2019).

11. Гетманова А. Д. Логика для юристов: учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности Юриспруденция. М.: Омега-Л, 2008.

12. Кони А. Ф. По делу об утоплении крестьянки Емельяновой ее мужем // Собрание сочинений: в 8 т. Т. 3. М.: Изд-во «Юридическая литература», 1967.

13. Арсеньев К. К. Русское судебное красноречие // Вестник Европы. 1888. № 4.

14. Речь присяжного поверенного В. Д. Спасовича в защиту Кронеберга. URL: https://lawbook. online/ugolovnoe-sudoproizvodstvo-diss/rech-prisyajnogo-poverennogo-spasovicha-26367.html (дата обращения: 05.03.2019).

15. Трифанова О. И. Дискуссия как форма интерактивного обучения. URL: https://infourok.ru/ diskussiya-kak-forma-interaktivnogo-obucheniya-679014.html (дата обращения: 05.03.2019).

© Баишева З. В.