"Будущее уже наступило, и нужно не упустить возможности, которые оно открывает"

На сегодняшний день мы не в состоянии в полной мере оценить влияние современных медицинских и цифровых технологий на наше здоровье. Но уже сегодня надо менять представление об управлении здоровьем людей. К такому выводу пришли специалисты компании Philips по итогам ежегодного глобального опроса врачей и пациентов "Индекс здоровья будущего", который в нынешнем году был проведен в 19 странах мира, включая Россию. О проблемах, решениях и целях здравоохранения и производителей в связи с полученными данными рассказывает Арман Воскерчян, генеральный директор компании Philips Россия и СНГ.

— Какие цели и задачи перед собой ставила компания, когда принимала решение провести столь масштабное исследование состояния систем здравоохранения в разных странах?

— Наша общая цель — не только нашей компании, но и врачей, чиновников, нас с вами как потенциальных пациентов — сделать системы здравоохранения во всем мире более эффективными, чтобы обеспечить для нас всех здоровое будущее. Именно эта идея и лежала в основе исследования.

Мы видим здравоохранение как некий "континуум здоровья", как мы его называем. В него входят такие этапы, как здоровый образ жизни, профилактика заболеваний, ранняя и точная диагностика, лечение и уход на дому. Причем мы хотим фокусироваться на том, что позволяет повысить качество здорового образа жизни и здоровья в целом, а не просто на лечении заболеваний. Мы считаем, что именно это правильный подход — акцент на сохранении здоровья человека, а не на лечении уже появившегося заболевания.

При этом мы понимаем, что изменить систему здравоохранения и сделать ее более эффективной — это крайне амбициозная задача. Для того чтобы говорить о конкретных шагах и решениях, нужно в первую очередь узнать мнение людей, которые работают в системе, то есть профессионалов здравоохранения и представителей государства. С другой стороны, очень важно и мнение рядовых граждан, поскольку сегодня мы наблюдаем один из основных трендов: все больше людей пристально следят за своим здоровьем.

— Я хочу вас спросить о представлении в компании Philips — это будущее, к вызовам которого нам нужно готовиться, когда оно наступит?

— На мой взгляд, оно уже наступило, и в этом как раз весь парадокс. Мы уже видим, что новые технологии и цифровые продукты стали неотъемлемой частью нашей повседневной жизни, в том числе в здравоохранении.

Согласно результатам исследования, 57% рядовых граждан пользуются теми или иными устройствами для мониторинга основных показателей здоровья: фитнес-трекерами, программами и приложениями. Но далее возникает вопрос: что делать с этими данными? Кто и каким образом должен их интерпретировать? Как можно их интегрировать в единую систему? Как передать от устройства к врачу? На эти вопросы сегодня ответов нет. Поэтому, с одной стороны, это будущее уже наступило, мы живем в этом будущем. С другой стороны, мы понимаем, что эти тренды будут определять будущее здравоохранения еще на десятки лет вперед.

Если отвечать более предметно на ваш вопрос, Philips как ведущая технологическая компания ставит перед собой задачу улучшать жизнь людей. И эта задача выражена в достаточно амбициозной цифре: мы считаем, что благодаря нашим технологиям, решениям и продуктам мы сможем улучшить жизнь 3 млрд людей к 2025 году. Причем уже сегодня, по нашим подсчетам, мы охватываем примерно 2,1 млрд человек. Это люди, которые в том или ином виде пользуются нашей продукцией и технологиями и жизнь которых мы помогаем сделать здоровее, комфортнее, лучше, несмотря на вызовы будущего.

— Что это за вызовы, как вы их определяете?

— Прежде всего это стареющее население и агрессивный рост числа хронических заболеваний: люди живут дольше, поэтому мы все чаще сталкиваемся с необходимостью лечить тяжелые заболевания. Современная медицина все успешнее справляется с этими вызовами, лечение становится все более персонализированным, а новые технологии дают шанс на долгую жизнь, а иногда и на полное выздоровление людям, которые еще недавно были бы обречены. Но главный вызов заключается в том, что эти методы лечения стоят очень дорого, а нуждается в них все большее количество людей. Ни одна экономика в мире не готова сегодня к таким расходам.

— То есть основные проблемы упираются в денежные ресурсы?

— Это не совсем верно. Как я уже сказал, один из выводов, который был сделан в результате нашего исследования: ни одна система здравоохранения в мире на сегодняшний день не является полностью готовой к вызовам, с которыми она сталкивается.

При этом абсолютное значение расходов на здравоохранение не коррелирует с его эффективностью. Известный факт: США — это страна, где процент расходов на здравоохранение от ВВП является самым высоким в мире: порядка 17%. Колоссальная цифра, особенно если иметь в виду объем ВВП Соединенных Штатов — это триллионы долларов. Когда говорят о расходах на здравоохранение в Российской Федерации, упоминается цифра 3,4% или около 4%, но это расходы государства без участия частных денег пациентов. Если посчитать по той же методике все расходы на здравоохранение в России, это будет примерно 7% от ВВП. Но в конечном итоге вне зависимости от объема расходов достаточной эффективности пока не удается добиться никому.

— Каковы критерии эффективности здравоохранения?

— Критериев на самом деле достаточно много. Есть объективные факторы, на основании которых измеряется уровень здоровья нации, начиная от таких показателей, как средняя продолжительность жизни, летальность от хронических заболеваний, детская смертность, то есть целый ряд объективных показателей, которые позволяют оценить систему здравоохранения.

Как пример: основная причина смерти в России — сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ). На сегодняшний день смертность от ССЗ составляет порядка 50% всех смертей в России. По этому показателю Россия возглавляет список стран с большим отрывом. Несмотря на то что сердечно-сосудистые заболевания являются основной проблемой во всех развитых странах, смертность там находится на уровне 30-33%.

Если возвратиться к эффективности расходов на здравоохранение, то есть какой результат мы получаем за те деньги, которые тратятся, то Соединенные Штаты, по данным исследования "Индекс здоровья будущего", находятся на предпоследнем месте. Страна тратит колоссальные средства, но эффективность или отдача от этих вложений далеко не на должном уровне.

— Вероятно, это связано с тем, что США используют самые современные и дорогостоящие методы лечения, которые эффективны для лечения конкретного человека, но не могут совершить перелом в масштабах популяции?

— Это действительно так. Что мы видели до сегодняшнего дня: с развитием технологий расходы на здравоохранение повышались, и многие делали вывод, что уровень финансирования напрямую коррелирует с эффективностью системы, возможностью внедрения новых и самых современных технологий диагностики и лечения, обеспечивает доступ к этим технологиям для граждан страны. Но из примера с США очевидно, что прямой корреляции не существует.

Здесь важно сказать еще об одном очень важном аспекте эффективности системы здравоохранения — принципах ее финансирования. Мы предлагаем рассмотреть совершенно новый подход, когда оплачивается не лечение заболевания, а тот факт, что человек не стал больным, и это серьезное изменение. Мне очень понравилось высказывание одного американского эксперта, что мы говорим о здравоохранении, а на самом деле только фокусируемся на управлении болезнью, ищем способы вылечить то или иное заболевание, в то время как необходимо именно управлять здоровьем, а не лечить заболевания.

— Врачебное сообщество и сами пациенты эту идею поддерживают?

— Согласно "Индексу здоровья будущего", с этим согласно 62% специалистов здравоохранения в России. Но если посмотреть, как на этот вопрос ответили рядовые граждане, процент здесь существенно ниже: такую позицию разделяет лишь 38% населения. Это говорит о том, что уровень понимания важности профилактики у рядовых граждан еще достаточно низок. Они в большей мере считают, что их здоровье — это ответственность врачей.

Выявление различия во взглядах и ожиданиях, мне кажется, это очень важный вывод, который был сделан по результатам исследования и который надо осознать индустрии, регуляторам здравоохранения и профессионалам, чтобы понять, каким образом работать с населением.

— Как индустрия может повлиять на эту ситуацию? Как можно помочь населению осознать важность профилактики и здорового образа жизни?

— Эта задача не решится одним простым рецептом. Это планомерная работа по взаимодействию между государством и индустрией, которая должна продолжаться не один год. Невозможно за год переломить ситуацию.

Например, в России выживаемость в случае наступления острой сердечной недостаточности — менее 5%. При этом во всем мире внедряются комплексные системы оказания помощи таким пациентам. Проводится большая работа по оснащению дефибрилляторами мест скопления людей, обучению навыкам первой помощи (это искусственное дыхание и непрямой массаж сердца), применяются телемедицинские решения, позволяющие обнаружить человека, которому стало плохо, и автоматически вызвать бригаду скорой помощи. В городах, где внедрены подобные комплексные программы, выживаемость в разы выше. Например, в Сиэтле этот показатель составляет 60%.

Я надеюсь, что результаты "Индекса здоровья будущего" послужат стимулом для более глубокой дискуссии всех участников экосистемы.

— Как по-вашему, такая дискуссия вообще возможна?

— Организовать ее будет непросто. Пока наблюдается очень большой разрыв между восприятием и реальностью в отношении интегрированности системы здравоохранения: он составляет целых 44 балла. Под интегрированностью мы понимаем связь всех этапов континуума здоровья, а также возможность передачи данных от пациента к врачу, между врачами и между государственными и частными медицинскими учреждениями. Этот показатель в России самый низкий среди всех 19 стран, участвовавших в исследовании. Объясняется это относительно небольшими расходами на программное обеспечение и сетевое оборудование для интернета вещей в сфере здравоохранения. Каким образом разные этапы континуума здоровья связаны между собой на сегодняшний день? Они, к сожалению, не связаны, и это еще одна проблема, которую очень четко показало наше исследование, а также тема для дискуссии.

Интегрированность системы здравоохранения, взаимосвязь между разными этапами континуума здоровья, взаимосвязь между различными участниками экосистемы, между лечебными учреждениями, между частной и государственной системой практически отсутствуют. Хотя мы и должны говорить о единой системе здравоохранения.

— Есть ли у вас решения для вызовов будущего?

— Как только мы начинаем смотреть на континуум здоровья в комплексе, а не фокусироваться исключительно на одном этапе лечения заболевания, мы сразу расширяем рамки, видим картину более глобально. Поэтому очень важно, на мой взгляд, для участников индустрии понять свое место в системе через 10, 15 и 20 лет: где мы хотим быть, чего мы хотим достичь благодаря тем продуктам, решениям и технологиям, которые есть у нас сегодня.

Я с большим уважением отношусь к конкуренции, но пришло время осознать, что те вызовы, с которыми мы сталкиваемся, невозможно решить в одиночку. Новые формы взаимодействия, партнерства, альянсы, в том числе, возможно, с компаниями, которые относятся к числу конкурентов,— это тоже одна из парадигм, которые будут определять будущее здравоохранения.

— Есть ли у вас ощущение, что, если Россия не сориентируется сейчас и не прислушается к результатам этого исследования, отставание нашей системы здравоохранения будет увеличиваться?

— Я глубоко убежден, что трансформация системы здравоохранения является ключевой задачей в России на сегодняшний день. Мы за всесторонний диалог между представителями рынка, врачебным сообществом, чиновниками и пациентами. Мы выступаем за необходимость обмена опытом и теми знаниями, которые уже есть, для того чтобы совместно двигаться вперед.