Ливийская нефть вышла из плена

Ливийская нефть вышла из плена

Национальная нефтяная корпорация заявила о частичном возобновлении ее добычи

Национальная нефтяная корпорация Ливии объявила о частичном возобновлении добычи и экспорта нефти. Это не касается месторождений, где, по заявлению компании, «подтверждается присутствие банд Вагнера и других вооруженных группировок». Решение нефтяников прозвучало на фоне договоренностей главнокомандующего Ливийской национальной армии (ЛНА) Халифы Хафтара с вице-премьером Правительства национального согласия (ПНС) Ливии Ахмедом Майтигом о справедливом распределении нефтяных доходов.

«С Божьего благословения началась работа на месторождениях компании Sirte Oil and Gas Production»,— так в воскресенье вечером ливийская Национальная нефтяная корпорация (National Oil Corporation, NOC) объявила о возобновлении операций по добыче нефти на трех месторождениях, расположенных в районе между Сиртом и Бенгази (Залтен, ар-Ракуба и Эль-Лехиб). Возобновляется и экспорт через порт Марса-эль-Брега. В четверг, по данным СМИ, ожидается возобновление работы Arabian Gulf Oil Co., которая экспортирует продукцию с терминала Марса-эль-Харига в порту Тобрука на востоке Ливии. В этот же день туда должен прибыть первый танкер.

В NOC подчеркивают, что режим форс-мажора сохраняется на нефтяных месторождениях и в портах, где «подтверждается присутствие банд Вагнера и других вооруженных группировок, препятствующих деятельности и операциям Национальной нефтяной корпорации». «Наша главная задача — начать производство и экспорт, принимая во внимание безопасность рабочих и операций, а также предотвращая любые попытки политизировать национальный нефтяной сектор»,— сказал глава NOC Мустафа Саналла. В соответствии с его заявлением пока не начинаются работы на крупнейшем месторождении Ливии — Эш-Шарара. Еще в июне NOC утверждала, что там присутствуют «наемники Вагнера».

Заявление NOC последовало вскоре после того, как стало известно о решении контролирующего восток страны командующего ЛНА фельдмаршала Халифы Хафтара возобновить добычу и экспорт нефти, заблокированные им с января,— но только при соблюдении условий, «гарантирующих справедливое распределение доходов и неиспользование их для финансирования терроризма».

По данным NOC на 15 сентября, потери ливийского бюджета в результате остановки добычи нефти достигли $9,8 млрд.

Отмена режима форс-мажора оказала давление на нефтяные котировки — ноябрьский фьючерс на Brent упал на 4,2%, до $41,3 за баррель. До ограничительных мер Ливия добывала 1,1 млн баррелей в сутки, а после введения режима форс-мажора — всего около 0,1 млн. Таким образом, теоретически на рынок может вернуться около 1 млн баррелей нефти в сутки, что сопоставимо с 1,1% мирового спроса. Это весьма существенный объем, который может повредить усилиям стран ОПЕК+ по стабилизации рынка, учитывая то, что в четвертом квартале спрос, как ожидается, серьезно снизится из-за новых ограничений, связанных с коронавирусом. Ливия, хотя и является членом ОПЕК, освобождена от обязательств по сокращению добычи, как и Венесуэла.

Причины решения Халифы Хафтара прояснил буквально через полчаса после его выступления официальный представитель ЛНА Ахмед аль-Мисмари. По его словам, открытие нефтяных месторождений сроком на месяц — результат межливийского диалога при участии вице-премьера базирующегося в Триполи ПНС Ахмеда Майтига. Стороны разработали соглашение о справедливом распределении нефтяных доходов и формировании технического комитета: его члены будут осуществлять надзор за реализацией этого решения и заниматься решением споров.

Новость о диалоге между Халифой Хафтаром и Ахмедом Майтигом вызвала скандал в Триполи.

В воскресенье вечером Высший государственный совет, созданный как консультативный орган при ПНС, отверг соглашение между двумя политиками, назвав его «противоречащим действующим законам». Аналогично выступил и заседающий в Триполи парламент, осудив любые попытки «некоторых лиц и групп вывести ливийское досье из рук ООН».

Напомним, что еще около месяца назад глава ПНС Файез Саррадж и спикер базирующейся на востоке Ливии Палаты представителей Агила Салех назвали среди условий прекращения огня перевод доходов от продажи сырья на счет NOC в Ливийском иностранном банке. Эти деньги не должны были быть обналичены до достижения всеобъемлющего политического соглашения в соответствии с результатами Берлинской конференции, прошедшей в январе. Практически одновременно с этим между сторонами конфликта был возобновлен политический диалог. Переговоры прошли в Марокко и швейцарском Монтрё. Однако Халифа Хафтар, от которого во многом и зависела реализация соглашений о прекращении огня и разблокировка экспорта нефти, до этой пятницы никак не выказывал своего отношения к заявлениям Файеза Сарраджа и Агилы Салеха. В пятницу, принимая собственное решение, фельдмаршал заявил, что все выдвигавшиеся до этого времени инициативы по урегулированию ливийского кризиса «завершились провалом».

Все это время Халифа Хафтар вел собственные переговоры. Еще около десяти дней назад он пообещал посольству США в Ливии возобновить экспорт нефти не позднее 12 сентября. При этом агентство Bloomberg утверждает, что финальные договоренности между Халифой Хафтаром и Ахмедом Майтигом были заключены примерно в то же время в Сочи, куда якобы прилетал вице-премьер и сын фельдмаршала. Подтверждения этой информации нет.

Тем не менее Москва первой из международных игроков, еще в субботу, приветствовала в заявлении МИД РФ соглашение Хафтара—Майтига и создание специальной комиссии по разрешению споров.

«Все, что мы делаем — пытаемся усадить их (ливийцев.— “Ъ”) за стол переговоров, для того чтобы они пришли к согласию по тому, как они разделят между собой природные ресурсы, которые им достались благодаря их истории и Богу»,— сказал в опубликованном в понедельник интервью саудовскому телеканалу «Аль-Арабия» глава МИД РФ Сергей Лавров, упомянув и контакты Сарраджа—Салеха, и то, что тема распределения нефтяных доходов «обсуждается сейчас» на востоке Ливии в Тобруке, в том числе представителями Ливийской национальной армии.

Исследователь по ливийской проблематике в нидерландском Институте международных отношений «Клингендаль» Джалял Харшауи пояснил “Ъ”, почему NOC поспешила отменить режим форс-мажора, несмотря на неоднозначность договоренности Хафтара—Майтига. «Во-первых, NOC уже много лет не подчиняется ни одному ливийскому правительству. Она пользуется большой поддержкой со стороны США и привыкла действовать практически независимо, когда этому физически не препятствуют вооруженные формирования. Во-вторых, при нынешнем генеральном директоре Мустафе Саналле политика NOC всегда заключалась в том, чтобы производить и экспортировать столько, сколько возможно, независимо от политических или финансовых разногласий между ливийскими фракциями»,— подчеркнул эксперт.