Православное духовенство на страницах сатирических журналов периода первой российской революции (по материалам Ярославской губернии)

Православное духовенство на страницах сатирических журналов периода первой российской революции...

Согласно источникам, в 1914-1915 гг. Горный учёный комитет Горного департамента Министерства торговли и промышленности рассматривал проект постройки и эксплуатации электрического трамвая, предложенный предпринимателем В.П. Харчевниковым и автором технического проекта трамвая Я.А. Абрагамсоном [1, с. 420-421]. В 1915 г. членом «Общества благоустройства Ессентуков» был составлен новый план Ессентуков, где были указаны линии трамвая. Новый проект предполагал создание своеобразного трамвайного кольца, соединявшего основные районы Старых и Новых Ессентуков. По приговору станичного общества от 21 августа 1916 г. предпринимателям было отказано. В приговоре от 6 ноября уточнялись причины отказа. Станичное общество не желало лишаться доходов от извозного промысла. Для решения вопросов строительства электрического трамвая было решено создать отдельную комиссию [5, лл. 1, 4-4об., 9].

Убыточной была работа ессентукской электростанции. Она не приносила дохода, а её долг почти равнялся стоимости всего имущества станции. Было решено продать электростанцию. В 1916 г. предпринимались попытки организовать новое товарищество для эксплуатации электростанции, которые не увенчались успехом [1, с. 431].

Начиная с 1917 г. социальные и политические изменения в стране отодвинули планы строительства и благоустройства на курортах КМВ. Только

в первой половине 1920-х годов было начато восстановление разрушенных лечебно-оздоровительных учреждений и строительство нового советского курорта. Но к проектам строительства трамвая больше не возвращались.

Вопросы строительства электрического трамвая в Ессентуках в XXI веке могут получить новую жизнь. Современные технологии и экологичность этого вида транспорта позволяют проложить трамвайные пути вдоль пешеходных зон курортной части города без вреда для минеральных источников. Для этого важно знать опыт прошлых поколений, которые ещё сто лет назад пытались преодолеть проблемы дотацион-ности бюджета и привлечения частного капитала к строительству и благоустройству города.

Библиографический список

1. Боглачёв С.В. Кавказские Минеральные Воды в исторических очерках. - Пятигорск: СНЕГ, 2012. - 520 с.

2. ТкешелашвилиИ.С. Курорт Ессентуки. - Кисловодск: Печатное дело, 1914. - 131 с.

3. Центральный государственный архив республики Северная Осетия-Алания (далее ЦГА РСО-А). - Ф. 11. - Оп. 58. - Д. 1290.

4. ЦГА РСО-А. - Ф. 11. - Оп. 58. - Д. 1292.

5. ЦГА РСО-А. - Ф. 11. - Оп. 58. - Д. 1297.

6. ЦГА РСО-А. - Ф. 11. - Оп. 62. - Д. 555.

7. Электрическое товарищество // Пятигорское эхо. - 1912. - 2 июня.

УДК 94

Леонов Дмитрий Евгеньевич

кандидат исторических наук Ростовский педагогический колледж

demetriosrost@yandex.ru

ПРАВОСЛАВНОЕ ДУХОВЕНСТВО НА СТРАНИЦАХ САТИРИЧЕСКИХ ЖУРНАЛОВ ПЕРИОДА ПЕРВОЙ РОССИЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

В статье приведен анализ материалов сатирических изданий периода первой российской революции - газет «Лихорадка», «Звонарь», «Ярославский колокол», «Ярославская колотушка», «Дубинушка», изданных на территории Ярославской губернии в 1906-1908 гг., выявлена их антиклерикальная направленность, определены основания для критики духовенства, Церкви, вероисповедной и образовательной политики правительства Российской империи.

Ключевые слова: революция 1905-1907 гг., Православная Церковь, духовенство, периодическая печать, политическая борьба, сатирические журналы, антиклерикализм.

Вначале ХХ столетия Русская православная церковь являлась самой крупной религиозной организацией в империи. Государство и Церковь были связаны тесными союзническими отношениями, главенствующая роль в которых принадлежала светской власти. Священнослужители фактически являлись государственными служащими, исполняя ряд светских функций, таких, например, как регистрация актов гражданского состояния. В период первой российской революции 1905-1907 гг. (и до 1917 г.) духовенство принимало участие и в политической

жизни - в качестве избирателей и депутатов Государственной Думы, в деятельности политических партий.

Принято считать, что общество Российской империи в период революции 1905-1907 гг. разделилось на три лагеря - правительственный, либеральный, революционный. Во многом условное, это деление сохранялось, по меньшей мере, до победы большевиков в Гражданской войне. Эти «лагери» в период их относительно «мирного» сосуществования вели активную информационную войну, происходившую на страницах многочис-

© Леонов Д.Е., 2014

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова № 4, 2014

71

ленных периодических изданий. Революционные и леволиберальные деятели вовремя усвоили, что сатира - мощнейшее орудие пропаганды, которое всегда попадает в цель, формируя общественное мнение. В годы первой революции возникла масса сатирических изданий, которых насчитывалось, по различным данным, более 200 наименований.

Подавляющее большинство сатирических журналов 1905-1907 гг. издавалось в Санкт-Петербурге и Москве, некоторые из них - в провинции. В Ярославской губернии в 1905-1908 гг. также возникли сатирические газеты и журналы.

Первым по хронологии сатирическим изданием в губернии был «Ярославский колокол», несколько номеров которого вышло в 1906 г. В г. Ярославле в 1906-1908 гг. под редакцией В.Г. Куприянова издавался популярный сатирико-юмористический журнал «Ярославская колотушка». Два сатирических издания существовали в 1906-1907 гг. в Ростове: «Лихорадка» (под редакцией М.М. Сидорова) и «Звонарь» (редактор А.И. Цветков). В Рыбинске И.М. Проскурниным в 1906 г. издавалась газета «Дубинушка». Все они существовали на протяжении короткого периода времени и к 1908 г. были ликвидированы.

Основной задачей изучаемых изданий была политическая сатира; провинциальные газеты и журналы осуществляли данную функцию на местном уровне, с использованием местной специфики. Следует отметить, что в качестве объекта высмеивания на страницах сатирических журналов нередко фигурировали православное духовенство, религия, Церковь.

Ярославская губерния не относилась к числу «передовых» с точки зрения развития революционного движения; исследователи и современники отмечали в целом низкий уровень политической сознательности населения. С осени 1905 г. усиливалось черносотенное движение. Священнослужители губернии в основной своей массе не принадлежали к правым партиям, однако, в силу своего зависимого от государства положения, поддерживали правительственный лагерь и придерживались умеренно консервативных убеждений. Именно поэтому в глазах прогрессивно настроенных издателей сатирических газет и журналов духовенство ассоциировалось со «старым миром», с находящимся в кризисе самодержавием.

Практически в каждом номере изучаемых изданий содержалась сатира и на церковные темы, хотя критика религии и церкви вовсе не являлась главной задачей сатирической прессы.

Прежде всего, осмеянию подвергались представители черносотенного духовенства. На страницах ярославских сатирических изданий главным объектом сатиры был иеромонах Иллиодор (Труфанов), известный авантюрист, а в период революции 1905-1907 гг. один из наиболее ярких

монархических проповедников. Его проповедь отличалась крайней эмоциональностью; публичные выступления на собраниях черносотенцев были проникнуты антисемитизмом и нетерпимостью к политическим противникам. Не случайно «Ярославская колотушка» говорила о том, что он «похож бывает на разумного» только тогда, когда «не говорит политических речей» [7, с. 6]. В № 2 этого издания размещена карикатура под названием «Два врача», изображающая врача глазных болезней Кацаурова - лидера ярославского «Союза Русского Народа», и иеромонаха Иллиодора, как бы ведущих прием народа. Люди, пришедшие на «прием» к светскому и духовному врачам, в темных очках; этим автор карикатуры подчеркнул политическую слепоту сторонников «Союза». Подпись под карикатурой отражает функцию идеологического руководства иеромонаха в партии: «Дай-ка маслица отец Илиодор. - Подождите Иван Николаев. Сказано: сначала врачуй душу, потом тело» [8, с. 7]. В качестве «лекарства» не случайно выбрано «маслице» - это и намек на качество политической идеологии ярославских «патриотов», и на профессиональные качества Кацаурова как врача глазных болезней, и, вероятно, на использование елея в православном богослужении.

Один из номеров «Ярославской колотушки» приводит анекдот об иеромонахе Иллиодоре и о погромной деятельности «черной сотни». Парень спрашивает старика: «Дедушка, а что это отец Иллиодор говорил на молебне в "Союзе русского народа" "жатвы много, а делателей мало"? Урожай большой что ли предсказывал и жнецов недостачу?» Старик отвечает: «Полно, дурень! Это он о том, что осенью начнутся занятия в лицее и гимназиях так, пожалуй, черносотенцев не хватит для битья» [9, с. 4].

Кроме иеромонаха Иллиодора, на страницах сатирических изданий высмеивался еще один известный в Ярославле священник - законоучитель Екатерининской гимназии о. Клавдий Меценатов. «Ярославская колотушка» изобразила его в процессе «внушения любви к ближнему», более напоминающем рукоприкладство [9, с. 8]. Это же издание сообщало, что на средства К.П. Победоносцева и под руководством «патриота» и «благочестивца» Кацаурова «в скором времени» в Ярославле будут открыты «курсы истинного благочестия», вести которые предстоит о. Клавдию Меценатову и монаху Иллиодору [9, с. 6]. В № 13 (1906 г.) «Ярославской колотушки» за крайне правые убеждения критиковался ростовский священник Сперанский, заявивший на предвыборном собрании: «Не потерплю жидов!» [12, с. 6].

В № 6 «Ярославской колотушки» за 1906 г. помещена карикатура на манер картины В. Васнецова «Богатыри» под названием «Ярославские витязи». Вместо былинных богатырей художник изобразил

Православное духовенство на страницах сатирических журналов периода первой российской революции..,

«Кацеурушку-пустосвятушку », «Коле сникушку-стихоплётушку» и «Иллиодорушку-пустомелюш-ку». В № 9 за 1906 год напечатан выразительный рисунок демонстрации погромщиков во главе со звероподобным существом, напоминающим священника, и лаконичной подписью «Идут»; эта карикатура в 1940 г. была перепечатана научно-методическим журналом «Антирелигиозник» как иллюстрация дореволюционного антиклерикализма [6].

Ряд публикаций был посвящен критике духовенства, поддерживавшего курс царского правительства. Так, журнал «Лихорадка» (1907, № 3) в сатирическом докладе «озеронеровского» уездного исправника А. Раевского упоминает о тридцати «протоиереях и простоиереях», «громящих с амвона крамольников» и тем самым исполняющих свой гражданский долг. В то же время в городе «крамольных рясоносцев не имеется» [1, с. 7].

В публикациях неоднократно отмечались непоследовательность российского правительства в проведении преобразований, его популистские шаги. В ростовском журнале «Лихорадка» за 1907 г. в № 4 помещено стихотворение «Лесной царь», в котором критике подвергнута реализация принципов Манифеста 17 октября 1905 г.: «Родимый, мне страшно! / Вон там все поют, / И в воду младенцев насильно суют! / Идут хороводом купели вокруг... / Свободу ты совести видишь, мой друг!» [2, с. 4]. Напомним, что, несмотря на то что в Манифесте была провозглашена свобода вероисповедания, религиозные организации оставались регистраторами актов гражданского состояния, т.е. крещение ребенка было фактически единственной возможностью получения свидетельства о рождении.

Острую сатиру на политику правительства в период отступления революции предлагала заметка «По слухам» («Лихорадка», 1907 г., № 10), в которой сообщалось, что власть разработала закон «О необходимости оглушения молодых людей в смысле временного усыпления чувств». Подчеркивалось, что «оглушение» должно иметь «характер преимущественно нравственный». Для «оглушения» рекомендовано, прежде всего, «затвердити азбуку Кирилла по древлесловенскому начертанию». После того как молодежь усвоит базовые знания в области церковнославянского языка, целесообразно пустить в ход Священное Писание и богослужебную литературу: «Дабы юнии читали Екклезиаст, синаксарь, запоминаху все службы ка-фолическия церкве, даже до великаго и малаго повечерия». По мысли «законодателя», необходимый «оглушительный» эффект должен быть достигнут: «Аще же, паче чаяния, отроцы не внидут в юдоль тупоумия и не оскудеют главы оных, то неукоснительно благовремение читати им мысли о. И. Кронштадтского ... или сонники, или же приступити

к изучению эфиопского, австралийского и др. языков». Заканчивается статья библейским лозунгом «тако да просветятся человецы!» [5, с. 6]. Таким образом, в приведенной заметке критике подвергнуты как привычная практика использования государством религии в целях успокоения общества, так и православие в целом (через использование автором церковнославянского языка, отношение к богослужебной практике Церкви как приводящей в «юдоль тупоумия» и т. д.).

На страницах журнала «Лихорадка» нашла отражение и критика в адрес политики Синода по увеличению численности церковноприходских школ. Известно, что кардинальным отличием в содержании образования, которое давали эти школы, было преобладание предметов православного цикла над общеобразовательными дисциплинами. Методика преподавания характеризовалась принципом первенства воспитания над образованием, опираясь на нравственные идеалы православной веры [14, с. 23]. Либерально-демократическая общественность отдавала предпочтение светскому образованию, видя в православной составляющей церковных школ очередной инструмент влияния правительства на народные массы. Журнал «Лихорадка» в № 8 за 1907 г. поместил стихотворение о школе села Давыдово Ростовского уезда, в которой преподавали «не поповская дочка недоучка» и даже не «поповский сынок» - школа была земской. Автор стихотворения, по-видимому, описывает реально происходившие события: сельский «очень добрый» священник составил «бумагу» и пошел собирать подписи за то, чтобы преобразовать земскую школу в церковноприходскую. Однако «народ остался к просьбе безучастен», поскольку видел, что церковные школы существенно отстают от земских по качеству образования: «А попы в хвосте тянулись в просвещеньи, со своей церковной школой, с часословом» [4, с. 6].

Теме православного начального образования посвящена и заметка Максима Косовороткина о «В-цкой варварской школе» [9, с. 3]. «Дай-ка нам еще годок, - говорит сотрудник школы, - совсем бы бессловесных выпустили». А то, в силу краткости курса обучения, выпускники оказываются «речистыми не по разуму». В другой заметке, опубликованной под именем Свистулькина, Сергиевская школа (по-видимому, церковноприходская) названа «готтентото-папуасской педагогичнейшей», а ее «заведующий школьными горшками, противнями и ухватами» - черносотенцем [10, с. 7].

Использование религиозной аргументации для оправдания социального и имущественного неравенства подвергнуто критике в притче «Как один вельможа искорениша крамолу», написанной на церковнославянском языке. Вельможа, видя, что народ требует свободы, созвал 200 простолюдинов и сообщил им, что в России слишком холодно для

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова № 4, 2014

73

свободы, и поэтому она здесь не представляется возможной: «И сама мысль сия, чесо ради мужик был равен болярину - мысль грешная, ибо сказано в писании: мужиком родишася, мужиком и умре-ши» [7, с. 4].

В некоторых публикациях подвергается критике индифферентное отношение духовенства к социальным проблемам. В подражание некрасовскому «Кому на Руси жить хорошо?» составлено стихотворение Максима Косовороткина «Родные картинки», рассказывающее о трагической гибели волжского бурлака Макара («Лихорадка, 1907, № 7). Среди свидетелей происшествия оказались и представители духовенства - «постник отец Елизар» и дьячок: «Отец Елизар, уж с брюшком округленным, / Лениво играя цепочкой креста, / Взирает с укором на барина сонного, / Что кушает мясо во время поста» [3, с. 6]. Как и большинство состоятельных граждан, церковники проявили равнодушие к погибшему.

Многочисленные публикации посвящены обличению сребролюбия, присущего некоторым представителям духовенства. Некто «В-цкий рясофорный рыцарь печального образа и разных монет кавалер» удостоился даже посвящения в стихотворной форме: «Хотя ходить бывает склизко / По мелким камешкам иным, / Но мы... когда к карману близко, / О дальней совести молчим. / Хотя народу все мы служим, / Но мы народом и живем, / О гешефтиках не тужим, / Чего не сеем, то и жнем».

«В-цкий рыцарь», вероятно, сдавал в аренду церковные земли, завышая арендную плату, поскольку народ («овцы») жаловался, что «многонь-ко» отец «стрижет с них шерсточки». Он же в ответ великодушно обещал взимать «всего лишь» три копейки за сажень земли [11, с. 7].

Другой «отец», о котором рассказывается в № 13 «Ярославской колотушки» за 1906 г., был уникален тем, что пел «без икон». Однако прежде чем пойти отпевать, отец требовал оплаты своего труда: «Если же не дал - сиди, умирай и не жди» [12, с. 7]. Необходимо «дать», но существенно больше, и епархиальному секретарю. В заметке «Письма к товарищу» описана ситуация, когда некий рядовой священник («отец Иван») приехал в духовную консисторию решить серьезное для себя дело, а секретарь потребовал с него крупную сумму денег и лошадь, стоившую 300 р., причем поставил его в такие условия, что выбора не было, пришлось платить. В качестве вывода приведена поговорка: «Апполинарии любят динарии» [9, с. 2].

Авторы сатирических изданий подвергают резкой критике такие пороки, как пьянство, чревоугодие, празднословие, блуд. Вышеупомянутый в стихотворении Косовороткина «постник отец Елизар» был изображен «с брюшком» и «нагрузившись». В № 20 «Ярославской колотушки» (1906 г.) напечатана карикатура на священника, которого под

руки держали городовые. Подпись под рисунком сообщала, что «пьяный священник в очках», с непокрытой головой и в рясе ползал на четвереньках у входа в номера Аристовой [13, с. 6].

Ростовский журнал «Лихорадка» неоднократно обращал внимание на празднословие, свойственное некоторым представителям духовенства. Новый архимандрит Спасо-Яковлевского монастыря проповедовал так красноречиво, что вызвал у всего женского населения болезнь «архимандроманию». Хроника сообщала, что болезнь эта распространяется с огромной быстротой, а несколько дам уже «близки к гибели». Тут же намекалось и на близкие отношения между архимандритом и одной высокопоставленной дамой: некая госпожа М-на подарила архимандриту Яковлевского монастыря дом [4, с. 2]. Вероятно, на эти же отношения намекает и карикатура в № 10 «Лихорадки» (1907 г.), изображавшая кота с бородой и в клобуке и кошку с женским лицом на крыше дома. Подпись под картинкой вполне красноречива и не нуждается в комментариях: «Не в силах снесть любви пожара, / Загнув пушистый хвост дугой / "Кот-Демон" и княжна Тамара / Сошлись за дымовой трубой.»; «Гостить я буду до обедни, / Быть может дольше (как сказать?). / Ты будешь слушать мои бредни, / Порою млеть и засыпать!» [5, с. 5].

Нередко на страницах сатирических изданий использовались церковная лексика, церковнославянский язык. «Высокий» стиль славянского языка вступал в противоречие с предметом высмеивания; за счет этого создавался комический эффект. Так, в № 10 от 14 марта 1907 г. «Лихорадки» с большим количеством церковнославянизмов и в библейском духе изложен «космогонический миф» «Д. Ушин-ского» о происхождении сатирического журнала. Материал назван «летописью одного черносотенца» и представляет собой жесткую сатиру в адрес правых партий, царского правительства, религии и Церкви. Конституция, о которой мечтают демократически настроенные круги, названа «блу-дородительной женой антихристовой». Редакция «новорожденного» сатирического журнала охарактеризована как «блядивая дева»; на этот термин приведена ссылка: «слово. не конфискуемое, так как взято из церковных стихир. Клянусь соборным протопопом!» [5, с. 2].

В форме акафиста составлена «Хвалебная песнь ходоку и председателю угодичского волостного суда» (Лихорадка, 1907, № 7): «Радуйся, ходок, ходьбу презирающий! Радуйся, нужные бумаги через месяц доставляющий! Радуйся, в волостном суде одновременно председательствующий! Радуйся, чужой дом нахрапом занявший!» [3, с. 3].

В целом, высмеивание духовенства, религии, Церкви на страницах сатирических журналов Ярославской губернии можно разделить на следующие группы, в соответствии с объектом сатиры:

Марксистская концепция русского исторического процесса в трудах М.Н. Покровского

1) Высмеивание представителей духовенства, поддерживавших крайне правые политические партии (черносотенные).

2) Критика использования православия как идеологии, отвлекающей население от социально-политических проблем, а также духовенства, поддерживавшего курс царского правительства.

3) Высмеивание индифферентной позиции духовенства по отношению к существующим социальным проблемам, социальному неравенству.

4) Высмеивание традиционно присущих (согласно общественному мнению) духовенству пороков - сребролюбия, чревоугодия и пр.

5) Косвенное высмеивание религии и Церкви через использование специальной религиозной лексики и фразеологии в заметках, фельетонах, загадках, стихотворениях на общественно-политические темы.

Эти группы представлены на страницах сатирических журналов в различной степени. Так, редакция журналов «Ярославский колокол», «Ярославская колотушка», в целом, не позволяли себе высмеивать Церковь как институт; сатира не затрагивала основу вероучения Церкви. На страницах указанных изданий, прежде всего, высмеиванию подвергаются священнослужители-черносотенцы (в основном, иеромонах Иллиодор), вместе с черносотенцами светскими (врач Кацауров). К ярославским изданиям примыкает и рыбинская «Дубинушка», которая также была направлена, прежде всего, против черносотенных организаций. Что касается ростовских журналов «Лихорадка» и «Звонарь», то они отличались большим антире-

УДК 94

лигиозным радикализмом. Так или иначе, в любом номере каждого изучаемого сатирического издания содержалось от одной до нескольких насмешек в адрес духовенства или его отдельных политиканствующих представителей. Насмешки же в адрес веры, верующих и Церкви встречаются значительно реже.

Библиографический список

1. Лихорадка. Литературно-сатирический журнал. - 1907. - № 3.

2. Лихорадка. Литературно-сатирический журнал. - 1907. - № 4.

3. Лихорадка. Литературно-сатирический журнал. - 1907. - № 7.

4. Лихорадка. Литературно-сатирический журнал. - 1907. - № 8.

5. Лихорадка. Литературно-сатирический журнал. - 1907. - № 10.

6. Марин В. Антиклерикальная карикатура в России в начале ХХ века // Антирелигиозник. -1940. - № 1. - С. 33-36.

7. Ярославская колотушка. - 1906. - № 1.

8. Ярославская колотушка. - 1906. - № 2.

9. Ярославская колотушка. - 1906. - № 5.

10. Ярославская колотушка. - 1906. - № 7.

11. Ярославская колотушка. - 1906. - № 8.

12. Ярославская колотушка. - 1906. - № 13.

13. Ярославская колотушка. - 1906. - № 20.

14. Ященко Р.В. Развитие церковно-приход-ских школ России: вторая половина XIX - начало XX века: автореф. дис. ... канд. пед. наук. - Волгоград, 2005. - 24 с.

Кочешков Геннадий Николаевич

доктор исторических наук

Ярославский государственный педагогический университет им. К.Д. Ушинского

kocheshg@mail.ru

МАРКСИСТСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ РУССКОГО ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА

В ТРУДАХ М.Н. ПОКРОВСКОГО

В данной статье анализируется марксистский методологический подход известного историка М.Н. Покровского в исследовании исторических процессов, произошедших в России в дореволюционное время.

Ключевые слова: большевистская партия, революция, марксизм, исторические процессы, классовая методологическая база, мировоззрение, теория «торгового капитала».

Большой и сложный путь М.Н. Покровского (1868-1932) как ученого тесно связан с развитием русской дореволюционной историографии. Будучи студентом историко-филологического факультета Московского университета, М.Н. Покровский получил основательную научную подготовку. Его учителями были выдающиеся ученые В.О. Ключевский и П.Г. Виноградов. Лекции Ключевского пользовались огромной популярностью у студентов. По воспоминаниям А.А. Кизеветтера (еще одного ученика В.О. Ключевского), лекционный курс по истории России маститого ученого пленял «неотразимо необыкно-

венным сочетанием силы научной мысли с художественной изобразительностью изложения и с артистическим искусством произнесения. Те, кто слушал этот курс из уст самого Ключевского, хорошо знают, каким существенным дополнением к его словам служили виртуозные интонации его голоса. Когда я начинаю теперь читать этот курс, мне неизменно слышатся эти интонации, они неразрывно сплелись для меня с самими словами курса, и я не могу отрешиться от той мысли, что без этих интонаций читатель печатного текста этих лекций даже не может вникнуть во всю многозначительность их содержания» [3, с.47].

© Кочешков Г.Н., 2014

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова А»- № 4, 2014

75