СОЦИАЛЬНЫЕ ПРАКТИКИ ЗДОРОВЬЕСБЕРЕЖЕНИЯ И МОДЕЛИ ПОВЕДЕНИЯ СТУДЕНТОВ В УСЛОВИЯХ ИНФОДЕМИИ COVID-19

УДК 316.35

Социальные практики здоровьесбережения и модели поведения студентов в условиях инфодемии COVID-19

Лариса Сергеевна Ковальжина

Кафедра менеджмента в отраслях топливно-энергетического комплекса, Тюменский индустриальный университет, Тюмень, Россия

Аннотация. В статье представлены результаты исследования социальных практик здоровьесбережения студентов города Тюмени во время распространения COVID-19 в 2020 году. Обсуждаются вопросы распространенности заболевания и отношения к ней студентов; акцентируется внимание на проблемах возникшей инфодемии в условиях пандемии COVID-19; приведены результаты анализа распространенных типов дезинформации по COVID-19 и влияния инфодемии на социальные группы. Для оценки социальных практик здоровьесбережения использованы фокус-групповые исследования студентов очной формы обучения, экспертный опрос и наблюдения за поведением студентов в отношении соблюдения мер индивидуальной защиты в образовательном процессе и после него, а также в торговых и развлекательных организациях. Рассмотрены мнения молодых людей относительно риска здоровью в условиях распространения COVID-19, приведен анализ используемых мер профилактики и отношения к ним. Обсуждаются классифицированные относительно оценки опасности вируса для здоровья и социальных практик здоровьесбережения, следующие модели группового поведения студентов: «профилактикоориентированные», «Осторожно-тревожные (Информированные и Мнительные)», «Демонстративные нарушители», «Ковид-диссиденты» и «Безразличные». Актуализирована важность семейного воспитания и влияния различных институций на социальные практики здоровьесбережения студентов.

Ключевые слова: социальные практики, здоровьесбережение, инфодемия, COVID-19, студенты, модели поведения.

Social Health-Saving Practices and Students' Behavior Patterns in the COVID-19 Infodemic

Larisa S. Kovalzhina

Department of Management in the Branches of the Fuel and Energy Complex, Industrial University of Tyumen, Tyumen, Russia

Abstract. The article presents the results of a study of social health-saving practices of students in Tyumen during the spread of the COVID-19 in 2020. Much attention is given to the issues of prevalence of the disease and the attitude of students towards it; it is specially noted the problems of the emerging infodemic in the COVID-19 pandemic. The article provides the results of an analysis of

common types of the COVID-19 misinformation and the impact of the infodemic on social groups. To assess social practices of health preservation, the author of the article used focus group studies of intramural students, an expert survey and observation of students' behavior in respect of compliance with personal protective measures in the educational process and after it, as well as in trade and entertainment organizations. The opinions of young people regarding the health risk in the context of the spread of the COVID-19 are considered, an analysis of the preventive measures used and the attitude towards them is given. The students were divided into groups according to their model of behavior, depending on the assessment of the danger of the virus to health and social practices of health preservation: "Cautious-Anxious (Informed and Suspicious)", "Demonstrative offenders", "Covid-dissidents" and "Indifferent". It is especially noted the importance of updating family education and the influence of various institutions on social practices of students' health preservation.

Keywords: social practices, health protection, infodemic, COVID-19, students, behavior patterns. Введение

Сохранение здоровья населения является актуальной задачей для любого общества. Появление новых заболеваний, особенно вирусных, влияет на уклад жизни людей, меняет сложившиеся социальные практики, актуализирует не только экономические и инфраструктурные проблемы, но и приводит к возникновению новых форм коммуникационных паттернов и информационных феноменов.

Ценность здоровья относится к терминальным ценностям. Так, М. Рокич выделял ценность здоровья наравне с ценностью активной жизнедеятельности и жизненной мудрости. По его оценке, ценности культурно обусловлены и присущи обществу в целом, в различной степени индивидам и социальным группам, прослеживаются в социальных институтах и феноменах. Исследователь описывал «ценности как разновидность устойчивого убеждения, что некая цель или способ существования предпочтительнее, чем иной» [1]. При этом терминальные ценности описаны «как убеждения в том, что какая-то конечная цель индивидуального существования (например, счастливая семейная жизнь, мир во всем мире) с личной и общественной точек зрения стоит того, чтобы к ней стремиться» [1]. Идеализированная трактовка термина «здоровье» задекларирована в миссии Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) следующим образом: «здоровье является состоянием полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствием болезней и физических дефектов. Обладание наивысшим достижимым уровнем здоровья является одним из основных прав всякого человека без различия расы, религии, политических убеждений, экономического или социального положения...» [2]. Таким образом, здоровье представляется одной из высших ценностей, а его формирование и сохранение, особенно среди молодого поколения, является актуальной общественной задачей.

Исследование социальных практик в социологии получило импульс развития с трудами П. Бурдье, Э. Гидденса, Г. Гарфинкеля и др. В современной социологии под социальной практикой в дискурсе повседневности представляется «совокупность конкретных опривыченных (рутинных) повторяющихся действий индивидов, групп, общностей, организаций в реальном времени и пространстве, обеспечивающая устойчивое

функционирование социальных институтов» [3]. Согласно П. Бурдье, социальные практики и социальная среда взаимообусловлены — детерминируются средой и, одновременно воздействуя на нее, изменяют ее структуру [4]. Социальные практики здоро-вьесбережения представляют собой виды деятельности индивида, выполняемые привычно, повторяемые действия, направленные на сохранение здоровья, избегание или снижение риска возникновения, развития заболевания (травмы или отклонения от состояния здоровья).

В 2019 году мировая общественность столкнулась с новым вирусом. Впервые 31 декабря 2019 года ВОЗ зарегистрировала пневмонию неизвестного происхождения в г. Ухань Китайской Народной Республики (КНР), а уже 7 января 2020 года было установлено, что возбудителем заболевания является новый коронавирус (ранее не выявлявшийся у людей), получивший временное название «2019-nCoV», впоследствии названный «COVID-19» [5; 6]. Появление заболевания и возникший риск утраты здоровья и жизни привели к изменению привычного уклада жизни населения большинства стран мира. Учитывая стремительный рост числа заболеваний за пределами Китая, 11 марта 2020 года, генеральный директор ВОЗ охарактеризовал вспышку COVID-19 как пандемию (были зарегистрированы 118 000 случаев заболевания в 114 странах, смертность составила 4 291 человек) [6].

Одновременно с ростом заболеваемости в мире был отмечен стремительный рост информационных сообщений, как официальных источников, так и неофициальных публикаций в социальных сетях, содержащих ложные, недоказанные аргументы («фэй-ки») об источниках инфекции и путях заражения ею, методах и инструментах профилактики, лечения. Возникший «информационный шум» усложнял поиск достоверной информации и стимулировал повышение тревожности среди населения [7]. Всемирная организация здравоохранения 2 февраля 2020 года назвала это явление «инфодемия», подразумевая под термином совокупность текстов, информационных материалов в любых формах и источниках информации, которые сопровождают пандемию. Генеральный директор ВОЗ Т. А. Гебрейесус предупредил об угрозе инфодемии — переизбытка информации, которая может нанести вред здоровью людей, так как затрудняет поиск точной, основанной на фактических данных информации и рекомендаций в области общественного здравоохранения; способствуют возникновению беспокойства и других проблем с психическим здоровьем из-за его количества, доступности и видимости повсюду; побуждает людей принимать вводящие в заблуждение или даже опасные советы; вызывает утомление, безразличие и враждебность по отношению к сообщениям общественного здравоохранения; поощряет ксенофобию, ненависть и изоляцию [7]. В сложившейся ситуации наибольшему влиянию оказалась подвержена молодежь, тесно взаимодействующая с цифровой реальностью, ежедневно потребляющая и создающая цифровой контент.

Исследовательское понимание значительного влияния пандемии в совокупности с инфодемией на социальные практики здоровьесбережения обусловили исследовательский интерес к моделям здоровьесберегающего поведения студентов в условиях инфодемии COVID-19.

Материалы и методы

Для исследования социальных практик здоровьесбережения студентов г. Тюмени до начала и во время противоэпидемических мероприятий по COVID-19 в 2020 году были проведены 10 фокус-групп, участниками которых стали студенты очной формы обучения бакалавриата и магистратуры (очно — февраль, март, сентябрь, октябрь; онлайн, с использованием программного продукта Zoom, — апрель, май, июнь), экспертный опрос (профессорско-преподавательский состав образовательных учреждений, руководители структур Роспотребнадзора; N = 14) и наблюдения за поведением студентов в отношении соблюдения мер индивидуальной защиты в образовательном процессе и после него, а также в торговых и развлекательных организациях.

Первая фокус-группа в феврале 2020 года была инициирована по причине госпитализации с подтвержденной коронавирусной инфекцией COVID-19 студентки университета, вернувшейся с каникул из Китайской Народной Республики (из дома). Участниками фокус-группы стали студенты, проживающие в общежитии в соседних комнатах с госпитализированной девушкой, а также студенты, постоянно проживающие с родителями (семьей) дома.

Параллельно проводился анализ статистических данных различных организаций по распространенности COVID-19 и медийных сообщений о заболеваемости и мерах профилактики.

В статье представлен фрагмент результатов мониторинга социальных практик здоровьесбережения, проводимого в период распространения коронавирусной инфекции на территории региона.

Результаты и обсуждение

В 2019 году экспертами ВОЗ была проведена регистрация случаев заболеваний пневмонией неизвестного происхождения (г. Ухань, КНР) [5]. Уже в марте 2020 года заболевание получило статус пандемии, а возбудитель заболевания получил название «COVID-19». Анализ развития пандемии COVID-19 показал, что к середине марта 2020 года эпицентром пандемии являлся Европейский регион, где было зарегистрировано более 40 % от общего числа мировых подтвержденных случаев, а к 28 апреля 2020 г. приходилось 63 % от общего числа смертей, вызванных COVID-19. В начале октября 2020 года в мире уже было зарегистрировано 37 423 660 подтвержденных случаев COVID-19, включая 1 074 817 случаев смерти.

Динамика числа подтвержденных случаев заражения и умерших от заболеваний, вызванных COVID-19, представлены на рисунках 1 и 2 [8]. По данным ВОЗ, в структуре заболевания с начала апреля лидируют Северная и Южная Америка, ранее — страны Европейского континента. По числу летальных исходов страны Европы значительно лидировали до начала апреля, затем смертность удалось сократить.

В структуре числа подтвержденных случаев заболеваний COVID-19 (на 12.10.2020) по странам мира Российская Федерация занимает 4-е место среди стран по числу подтвержденных случаев (рис. 3) [8].

Рисунок 1. Динамика роста подтвержденных случаев заболеваний СОУ1Б-19

в мире в разрезе регионов, чел. [8]

Рисунок 2. Динамика числа летальных исходов вследствие СОУ1Б-19 в мире в разрезе регионов, чел. [8]

Рисунок 3. Структура числа подтвержденных случаев заболеваний СОУ1Б-19

по странам мира

В Российской Федерации на протяжении 2020 года наблюдался стабильный прирост числа заболевших и умерших вследствие СОУГО-19 (рис. 4) [8]. Наибольший прирост числа зарегистрированных заболевших отмечен в первой неделе мая и конце сентября 2020 года. График летальных исходов демонстрирует сохраняющиеся высокие показатели с мая 2020 года, кратковременно снижающиеся в августе. Сохранение динамики роста числа заболевших и умерших вследствие коронавирусной инфекции особо актуализируют важность соблюдения населением мер профилактики.

Число подтвержденных слу1 (всего зарегистрировано 1 312 310 че.

----- Ы

Арг 30

Мау31

Аид 31 $ер 30

Число летальных исходов вследствие СОУШ-19

(всего 22 722 чел.}

.........,,Л№№

Аег зо

маг 31

з31 зо

Рисунок 4. Динамика числа подтвержденных случаев заболеваний СОУ1Б-19 и летальных исходов в Российской Федерации, чел. [8]

943231304832313053323130233231489190893048318948233130533231304832313023323130233231302332314891318930533130539153

9190008923913100480131305332313001323100530231304890024891008901

В Тюменской области пиковым периодом числа подтвержденных случаев заболеваний COVID-19 был июль, и отмечен стремительный рост с сентября — начала очного обучения в школах и профессиональных учебных заведениях региона (рис. 5).

Рисунок. 5. Динамика числа подтвержденных случаев заболеваний COVID-19

в Тюменской области, чел. [9]

Основные рекомендации для населения по профилактике COVID-19 были представлены на сайтах ВОЗ, Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, Министерства здравоохранения РФ и официальном профильном сайте ,^^^стопкоронавирус.рф и др. [10-12]. Среди общих рекомендаций отмечаются важность регулярного мытья рук с мылом или использование дезинфицирующего геля; следование принципам социального дистанцирования; избегание касания глаз, носа и рта, а также соблюдение респираторной гигиены (прикрытие носа и рта при чихании и т. д.); важность обращения за медицинской помощью при появлении симптомов и ограничение возможных контактов с потенциальными носителями COVID-19.

Анализ результатов исследования лаборатории социальных сетей Университета Райерсона показал 12 наиболее распространенных типов дезинформации по COVID-19 (на основе обзора тысяч опровергнутых заявлений, содержащих ключевые слова «COVID» или «Coronavirus», по данным Google Fact Check Tools с 22 января 2020 г.) [13].

1. Претензии, относящиеся к стране или региону. Примеры включают предполагаемые действия выборных должностных лиц и других органов государственной власти или предоставление статистических данных о количестве дел в конкретном районе, городе, регионе.

0289010291020200890102019053210002010102890001000290

2. Диагностика, профилактика, лечение: заявления о нелицензированных тестах на COVID-19, домашних средствах и натуральной медицине, представленные как «лекарство» или «профилактическая» мера от заражения вирусом.

3. Предположение о происхождении и прогнозировании: утверждения и обсуждения различных теорий о происхождении вируса (например, сообщения включают такие формулировки, как «вирус был создан в лаборатории» или «технология 5G вызвала или способствовала пандемии»; отчеты о прогнозах известных (обычно мертвых) людей, которые якобы предсказали пандемию).

4. Преувеличение серьезности вируса: утверждения, что серьезность вируса преувеличивается — либо снижается его серьезность, либо повышается его серьезность (например: «это всего лишь грипп или ОРВИ»; фотографии массовых захоронений или тел, лежащих на улице).

5. Раса, этническая принадлежность, религия и идентичность: утверждения со ссылкой на чью-либо личность, включая расу, пол, сексуальную ориентацию, идеологию, религию, национальность и т. д. Примеры включают связь или обвинение людей определенной религии или этнической принадлежности в преднамеренном или непреднамеренном распространении вируса.

6. Передача: утверждения о том, как вирус распространяется (например, через еду, путешествия, одежду), как долго он сохраняется на различных поверхностях или передается по воздуху. В эту категорию также входят сообщения о передаче вируса между видами и о случаях, когда люди намеренно или непреднамеренно распространяют вирус в общественных местах.

7. Общественные деятели: слухи о публичных фигурах (например, политиках, знаменитостях, бизнес-лидерах, влиятельных лицах социальных сетей), заразившихся вирусом или умирающих из-за него (например, ложное заявление о смерти премьер-министра Великобритании Б. Джонсона).

8. Бизнес и экономика: заявления о том, как вирус повлиял на фондовые рынки, состояние экономики или финансовые перспективы страны или мира. В эту категорию также входят претензии, связанные с конкретными предприятиями и тем, как на них влияет пандемия (например, «продажи пива Corona резко упали из-за опасений по поводу коронавируса» или что якобы «Netflix раздает бесплатную подписку»).

9. Симптомы или медицинские процедуры: претензии, связанные или демонстрирующие симптомы или влияние вируса на человеческое тело, или контент (например, видео, фотографии), демонстрирующий предполагаемые медицинские процедуры или лечение, проводимые медицинскими работниками или в клинических условиях.

10. Природа и окружающая среда: отчеты и наблюдения, связывающие пандемию с изменениями, наблюдаемыми в погоде, климате или природе. Примеры включают заявления о наблюдениях дикой природы в городских районах из-за изоляции, сокращения или увеличения загрязнения из-за пандемии.

11. Мошенничество: обманное использование фактов и историй о COVID-19 для того, чтобы кого-то обмануть. Примеры включают в себя заманивание людей на поддельные веб-сайты с обещанием лечения от вирусов или государственных пособий

с целью кражи личной информации людей или убеждение людей делать пожертвования на поддельные благотворительные кампании.

12. Другое: претензии без категорий или претензии, не соответствующие другим категориям.

Анализ источников средств массовой информации (онлайн и оффлайн), социальных сетей, данных конференции ВОЗ позволили выделить следующие риски инфо-демии для населения (возникшей вследствие СОУГО-19), а также изменения в образе жизни и социальных практиках здоровьесбережения:

1) избыток информации, во многом недостоверной, оказал значительное влияние на психическое состояние людей и влиял на изменение моделей здоровьесбе-регающего поведения;

2) в ситуации, когда доверие к официальным институциям снижается, отмечается рост панических историй, а население совершает иррациональные социальные практики здоровьесбережения;

3) рост доверия непроверенным источникам информации, поддерживающим привычный образ жизни, вопреки рекомендациям медицинского сообщества (ношение индивидуальных средств защиты, гигиена рук и т. д).

Анализ экспертных мнений показывает, что многие исследователи и медицинские работники относятся к инфодемии как к серьезному социально-психологическому заболеванию общества, способному усложнять борьбу с коронавирусной инфекцией и профилактику этого заболевания (и других инфекционных заболеваний в последующем). Эксперты отмечают рост числа информационных «фэйков» о рисках, причинности возникновения инфекции, вероятности заражения и тяжести последствий СОУГО-19. При этом они отмечают, что студенты являются группой населения, наиболее восприимчивой к инфодемии, активно включающейся в процесс трансляции «фей-ков» и их обсуждение, что косвенно влияет на повышение числа нарушений мер индивидуальной защиты.

Мониторинг социальных практик здоровьесбережения наблюдаемых групп, проводимый на протяжении периода распространения коронавирусной инфекции на территории региона, позволил выделить следующие особенности социальных практик студентов.

1. С ростом числа государственных противоэпидемических мероприятий, направленных на ограничение физического контакта населения (перевод учебных заведений на дистанционное обучение, закрытие предприятий общественного питания и развлекательных учреждений, торговых и досуговых организаций, в том числе являющихся центрами времяпрепровождения молодежи), среди ценностных установок молодых людей в отношении собственного здоровья наблюдалось смещение от инструментальных к терминальным ценностям (более сильное среди студентов, проживающих с родителями, чем среди проживающих в студенческом общежитии). Однако к концу семестра студенты акцентировали внимание на накопившейся усталости и демонстрировали значительную готовность нарушения режима самоизоляции и социального дистанцирования. Описывая ценность сохранения здоровья, молодые люди, аргументируя личное соблюдение профилактических мер, в

большинстве случаев ссылались на старших родственников (бабушек, дедушек), нежели на себя, из-за стремления сохранить здоровье родственникам (чем себе).

2. Молодые люди отмечали накопившуюся усталость к концу семестра и выражали намерение нарушить требования профилактики, особенно социального дистанцирования, несмотря на рост в регионе числа зараженных СОУГО-19. Большинство выразили намерение в каникулы «отдохнуть как следует», игнорируя ограничения.

3. Анализ оценочных суждений об эпидемии СОУГО-19 показывает наличие у молодежи сомнений в опасности коронавируса для жизни, при этом отмечается знание многих «фэйков» (информации, не подтвержденной официальными источниками).

4. Рассматривая позиции молодых людей относительно оценки опасности вируса для здоровья и наличия социальных практик здоровьесбережения (соблюдение социальной дистанции, использование средств индивидуальной защиты и др.), можно их классифицировать следующим образом: «Профилактикоориентированные», «Осторожно-тревожные. Информированные», «Осторожно-тревожные. Мнительные», «Демонстративные нарушители», «Ковид-десиденты», «Безразличные». Рассмотрим особенности моделей поведения и социальных практик здоровьесбережения групп студентов.

1. «Профилактикоориентированные» характеризуются следующими

особенностями:

• высоко информированные о профилактике, рисках, лечении, исходах СОУГО-19;

информацию ищут, проверяют, транслируют; используют средства индивидуальной защиты (СИЗ); стремятся соблюдать практики здорового образа жизни; чаще получают информацию из официальных СМИ, доверяют им; ориентированы на личную и общественную безопасность; участвуют в волонтерских мероприятиях.

Представители этой группы наиболее информированы, чаще стремятся соблюдать практики здорового образа жизни, чаще получают информацию из официальных СМИ и верят их мнению. Студенты, проживающие с родителями и соблюдающие режим самоизоляции, в речи демонстрировали отсылку к мнениям родителей и их требованиям к самосохранительному поведению (преобладали фразы «родители запретили», «мама говорит», «я делаю как мама» и т. д.), при этом большинство из них в апреле 2020 года отмечали свое следование мнениям и указаниям родителей (в отношении соблюдения мер профилактики), а в мае их число уменьшилось, хотя доля их по-прежнему осталась высока. Следовательно, значимость воспитательной роли родителей в трансляции ценностных ориентаций и убеждений

относительно здоровьесберегающих практик высока, что в целом влияет на формирование социальных представлений о здоровье, рисках и методах его сохранения.

2. «Осторожно-тревожные. Информированные»:

• высокая тревожность;

• хорошо знают, описывают «фэйки», но проверяют их;

• замечают худшие события и сообщения о COVID-19;

• склонны транслировать в соцсетях проверенную информацию наряду с «фейками»;

• СИЗ используют в большинстве случаев.

3. «Осторожно-тревожные. Мнительные»:

• высокая тревожность;

• высказывают большое число опасений и описывают «фэйки»;

• склонны верить непроверенной информации о худших событиях по COVID-19;

• зачастую транслируют в соцсетях негативную информацию и «фейки»;

• СИЗ используют в большинстве случаев для личной безопасности.

4. «Демонстративные нарушители»:

• не верят в опасность вируса для здоровья;

• не оценивают риск угрозы своей (или чужой) жизни;

• меры профилактики не соблюдают и активно призывают следовать их мнению и позиции;

• СИЗ не используют;

• при социальном принуждении к использованию СИЗ демонстративно избегают, высказывают пренебрежение.

5. «Ковид-диссиденты»:

6. «Безразличные»:

• о вирусе не думают, не ищут и не читают информацию;

• избегают информации о коронавирусе;

• СИЗ используют всегда при социальном принуждении;

• высказывают безразличие о вероятности заражения себя и других. Представители этой группы отмечают избегание информации о коронавирусе,

не соотносят с собой вероятность заражения. Меры профилактики иногда используют.

Выводы

В условиях высокого риска для здоровья усиливается влияние родителей на детей, в том числе на студентов (проживающих совместно с родителями), что стимулирует групповое здоровьесберегающее поведение и актуализирует важность социального института семьи в сохранении здоровья и в передаче ценностей, трансляции моделей поведения и социальных практик здоровьесбережения.

• Молодежь является группой населения, наиболее восприимчивой к ин-фодемии, активно включающейся в процесс трансляции информации, не подтвержденной официальными источниками («фейков»), и ее обсуждение, что косвенно влияет на повышение числа нарушений мер профилактики, самоизоляции и ковид-дессидентства.

Актуально увеличение экспертного присутствия в социальных медиа целевых молодежных групп. Понимание взаимосвязи между здоровьем, информацией, коммуникациями и технологиями становится одним из наиболее важных аспектов ответных мер общественного здравоохранения на пандемию.

• Актуально развитие у студентов навыков проверки информации для противостояния дезинформации.

• Необходимы стимулирование и изучение цифровой культуры молодежи (инструменты и источники информации; условия цифрового участия; доверие и прозрачность; медиа и информационная грамотность; санитарная грамотность — все это элементы, которые влияют на устойчивость к неверной информации).

• Инфодемический аспект следует рассматривать как основу интегративно-го подхода к общественному здравоохранению в сложных обществах знаний. Требуется осмысление научнообоснованных подходов к управлению инфодемией.

• Вовлечение родителей в экспертные сообщества может быть эффективным инструментов в преодолении инфодемии. Распространение достоверной профилактической информации в широком спектре онлайн — СМИ позволит различным группам населения осуществить выбор верных мер профилактики и способствовать формированию социальных практик здоровьесбережения.

Библиографический список

[1] Исследование ценностных ориентаций М. Рокича. - Текст : электронный. - URL: https://psychojournal.ru/tests/479-issledovanie-cennostnyh-orientaciy-mrokicha.html (дата обращения 30.10.2020). - Дата публикации: 22 октября 2015.

[2] Устав (конституция) Всемирной организации здравоохранения. - Текст : электронный. -URL: https://www.who.int/governance/eb/who_constitution_ru.pdf (дата обращения: 30.10.2020).

[3] Шугальский, С. С. Социальные практики : интерпретация понятия / С. С. Шугальский. -Текст : непосредственный // Знание. Понимание. Умение. - 2012. - № 2. - С. 276-280.

[4] Бурдье, П. Практический смысл / П. Бурдье ; общ. ред. пер. и послесл. Н. А. Шматко. -Санкт-Петербург : Алетейя, 2001. - 562 с. - (Gallicinium). - Текст : непосредственный.

[5] Коронавирус COVID-19. - Текст : электронный. - URL: https://www.who.int/ru/ emergencies/diseases/novel-coronavirus-2019%E2%80%8E (дата обращения: 30.10.2020).

[6] Пандемия коронавирусного заболевания (COVID-19). - Текст : электронный. -URL: https://www.euro.who.int/ru/health-topics/health-emergencies/coronavirus-covid-19/novel-coronavirus-2019-ncov (дата обращения: 30.10.2020).

[7] 1-я конференция ВОЗ по инфодемиологии. 30 июня — 16 июля 2020 г. - Текст : электронный. - URL: https://www.who.int/news-room/events/detail/2020/06/30/default-calendar/1st-who-infodemiology-conference (дата обращения: 30.10.2020).

[8] Панель управления ВОЗ коронавирусной болезнью (COVID-19). - Текст : электронный. - URL: https://covid19.who.int/ (дата обращения: 30.10.2020).

[9] Coronavirus (COVID-19). - Текст : электронный. - URL: https://coronavirus-monitor.ru/coronavirus-v-tyumenskoj-oblasti/ (дата обращения: 30.10.2020).

[10] Рекомендации ВОЗ для населения в связи c распространением коронавирусной инфекции (COVID-19). - Текст : электронный. - URL: http://www.who.int/ru/ emergencies/diseases/novel-coronavirus-2019/advice-for-public (дата обращения 30.10.2020).

[11] Правила профилактики коронавирусной инфекции. - Текст : электронный. - URL: https://www.rospotrebnadzor.ru/region/korono_virus/koron_pnk.php?clear_cache=Y (дата обращения 30.10.2020).

[12] Все о коронавирусе. - Текст : электронный. - URL: Ы^://стопкоронавирус.рф/ about-covid/# prevention (дата обращения 30.10.2020).

[13] Грузд, А. Схема кодирования типов дезинформации COVID-19, версия 2.0. Лаборатория социальных сетей, Торонто, Университет Райерсона / А. Грузд, П. Май. - Текст : электронный. - URL: https://covid19misinfo.org/misinfowatch (дата обращения 30.10.2020).

References

[1] Issledovanie tsennostnykh orientatsiy M. Rokicha. (2015). Available at: https://psychojournal.ru/tests/479-issledovanie-cennostnyh-orientaciy-mrokicha.html. (In Russian).

[2] Constitution (constitution) of the World health organization. Available at: https://www.who.int/governance/eb/who_constitution_en.pdf.

[3] Shugalsky, S. S. (2012). Social practices: an interpretation of the concept. Knowledge. Understanding. Skill, (2), pp. 276-280. (In Russian).

[4] Bourdieu, P. (1980). Le Sens Pratique. Les Editions de Minuit, Paris. (In French).

[5] Coronavirus disease (COVID-19) pandemic. (In English). Available at: https://www.who.int/ru/emergencies/diseases/ novel-coronavirus-2019%E2%80%8E

[6] Coronavirus disease (COVID-19) pandemic. (In English). Available at: https://www.euro.who.int/ru/health-topics/health-emergencies/coronavirus-covid-19/novel-coronavirus-2019-ncov

[7] 1st WHO Conference on Infodemiology. (In English). Available at: https://www.who. int/news-room/events/detail/2020/06/30/default-calendar/1st-who-infodemiology-conference.

[8] WHO Coronavirus Disease Control Panel (COVID-19). (In English). Available at: https://covid19.who.int/

[9] Coronavirus (COVID-19). (In English). Available at: https://coronavirus-monitor.ru/coronavirus-v-tyumenskoj-oblasti/

[10] WHO recommendations for the population in connection with the spread of coronavirus infection (COVID-19). (In English). Available at: http://www.who.int/ru/emergencies/ diseases/novel-coronavirus-2019/advice-for-public

[11] Coronavirus prevention rules. (In English). Available at: https://www. rospotrebnad-zor.ru/region/korono _virus/koron_pnk.php?clear_cache=Y

[12] All about the coronavirus. (In English). Available at: https://стопкоронавирус.рф/about-covid/# prevention

[13] Gruzd, A., & May, P. COVID-19 Disinformation Type Coding Scheme, Version 2.0. Social Media Lab, Toronto, Ryerson University. (In English). Available at: https://covid19misinfo.org/misinfowatch

Получена / Submitted: 21/01/2021 Доработана / Revised: 25/01/2021 Принята к публикации / Accepted: 01/02/2021