Становление и развитие юридической конструкции «Административная полиция» во французском праве

И.А. Андреева

Андреева Ирина Анатольевна — кандидат исторических наук, доцент, докторант адъюнктуры (докторантуры) Омской академии МВД России

Становление и развитие юридической конструкции «административная полиция» во французском праве

В отечественной юридической науке категория «административная полиция» рассматривается, как правило, в узком смысле, как вид деятельности (или функция) полицейских органов: «В законодательстве и правовой науке Франции, Италии, Испании, Португалии, деятельность полиции и жандармерии подразделяется на два вида: судебную и административную»1. По сути, понятие «административная полиция» (определяемая во французском праве, например, как деятельность администрации, имеющая целью сохранение публичного порядка) редуцируется до административной деятельности полиции. Хотя, безусловно, конструкция «административная полиция» является важнейшим инструментом в судебной практике для определения подсудности дел о проверке законности действий полиции судам общей или административной юрисдикции. В отечественной науке не рассматривались ни история ее конструирования французской правовой доктриной, ни место в механизме правового регулирования, ни эффективность и востребованность в современной юридической практике.

Появление термина «административная полиция» во Франции относится к периоду революционных потрясений конца XVIII века. Рожденное в ходе радикальных трансформаций «неокамерапист -ское» понятие было своего рода компромиссом между старой и новой эпохой.

Значение полиции как учреждения универсальной управленческой направленности достигло небывалых высот во второй половине XVIII века, что отразилось и в разрастании полицейского законодательства, и в появлении значительного количества специальной литературы. Полиция была центральной темой доктрины абсолютизма, символом его способности к неограниченному вмешательству в жизнь общества. В работах ряда авторов, Ж. Бакэ, Ш. Луазо, К. Лебре, К. Флери, Ж. Дома и, конечно, в знаменитом трактате Н. Деламара очерчивается интеллектуальный горизонт постижения феномена полиции государственно-правовой мыслью Франции в XVI—XVIII веках. Понятие «полиция» позволяло объединить все, что необходимо для бесперебойного функционирования государства, от образования до религии, от экономической регламентации (монетная регалия, контроль мер и весов и т. д.) до поддержания публичного порядка, от юстиции до благотворительности. Как уточнял Ж. Дома, «подлинная религия и хорошая полиция едины»2.

Прежде всего, полиция характеризуется в это время как нормативная деятельность. Полицейское право, отмечает Ш. Луазо, состоит из особенных регламентов (эдиктов, которые следует отличать от законов) для всех граждан и всей территории3. «Я буду именовать полицией, — пишет во введении трактата «О суверенитете» 1632 года К. Лебре, — законы и ордонансы, которые во все времена издавались в хорошо управляемых государствах, чтобы регулировать снабжение продовольствием, ...чтобы препятствовать порче нравов»4. Эта специфическая нормоустановительная деятельность (иными словами, полиция) представляется как одна из регальных5 задач публичной (государственной) власти. К. Флери называет 4 регальных части государственной администрации — юстиция, полиция, финансы и оборона6. Несмотря на то что полицейские и судебные функции были долгое время нераздельны, полиция противопоставляется юстиции. Более того, полицейская власть ставится выше власти судебной, так как, по словам Ш. Луазо, «право полиции состоит собственно в том, чтобы издавать особенные регламенты, это превышает полномочия простого судьи, который вправе только разрешать спор между истцом и ответчиком и не обладает нормативной властью», а это значит, что по своей природе полиция не только противоположна власти судьи, но и сродни законодательным полномочиям суверена7.

1 Быков А.В. Теоретические и прикладные проблемы функционирования национальных полицейских систем: Дис... д-ра юрид. наук. — М., 2008. — С. 70.

2DomatJ. Les lois civiles dans leur ordre naturel. — Paris, 1703. — T. 1. — P.XIII.

3 Loyseau Ch. Traite des Seigneuries. — Paris, 1620. — P. 115.

4 Le Bret C. De la Souverainete du Roy. — Paris, 1632. — P. 689.

5 Регальные (от лат. Rex), то есть исключительные прерогативы высших органов власти либо государства как верховного субъекта управления, которые связаны с обеспечением государственного суверенитета.

6Fleury C. Droit public de France, ouvrage posthume de M. l'Abbe Fleury, compose pour l'education des princes; et publie avec des notes, par J.B. Daragon. — Paris, 1769. — P. VIII.

7 Loyseau Ch. Traite des Seigneuries. — Paris, 1620.

Следующая теоретическая проблема, обсуждаемая рассматриваемыми авторами, — это специфика полицейских регламентов в сравнении с законами, которая определяется предметом нормативного регулирования. Полиция «обеспечивает горожанам защиту и хороший порядок»1, касается всего, что необходимо для организации «телесной жизни» («пища, одежда, жилье, здоровье и удобства, средства, необходимые для обеспечения жизненных удобств — профессии, торговля, дороги») и достойного поведения частных лиц («религия, внутренний мир, спокойствие и урегулирование жизни частных лиц»)2. Полицейское право осмысляется как наиболее значимая и необходимая часть публичного права. «Полиция — это лучшая часть наших законов, наиболее близкая к античным законам, менее связанная частным интересом, более основанная на опыте и разуме» (К. Флери)3. Невозможно эффективное судопроизводство, организация обороны, ведение финансов, если не будет организовано общее благополучие, то есть «общее благо и хороший порядок, от которого зависит счастье государств» (Н. Деламар).

Полиция имеет общую цель применительно ко всей стране (согласно Н. Деламару, это «хороший порядок государства»), которая реализуется посредством выработки регламентов, для ее достижения обязательно учитывающих местные обстоятельства. Этимологическое сближение термина с греческими формами «полис» и «политейя» свидетельствует о существовании в сознании правоведов этого времени устойчивой коннотации концепта «полиция» с понятиями «местный», «муниципальный». Не случайно прижилась введенная Ш. Луазо традиция начинать анализ концепта «полиция» с указания на его древнегреческие филологические корни4.

Таким образом, в представлении рассмотренных авторов, полицейская деятельность (управление, администрация) является отличной как от юстиции (правосудия), так и от законодательной власти, а ее содержание состоит в нормоустановительной деятельности особого характера, создании регламентов, «обеспечивающих поддержание порядка и благополучия государства» (Н. Деламар). Ж. Бакэ, признавая, что на практике оба типа деятельности часто осуществляются одними агентами (например, сеньорами, являющимися местными верховными судьями (seigneurs haut-justiciers)), стоял у истоков проведения функциональной дифференциации между правосудием и полицией5. Ш. Луазо углубляет функциональное различение: «Надо тщательно отличать право издавать регламенты (в чем единственно состоит настоящее полицейское право) от осуществления наказания и расследования нарушений этих регламентов, которое зависит, без сомнения, от простой и обычной юстиции»6. В конце XVII века аббат К. Флери поддерживает подобное рассуждение, хотя различие между полицией и юстицией им выражено менее четко. «Условимся разделять, — пишет он, — власть издавать полицейские регламенты и ордонансы, которая является видом законодательства, от простого применения этих норм, которое является обычным юрисдикционным актом»7.

В трактате Н. Деламара различие между юстицией и полицией характеризуется (лишь отчасти справедливо) как свершившаяся реальность. Представив период 1667—1770-х годов как поворотный момент в развитии полиции (эдиктом от 15 марта 1667 г. была введена должность генерал-лейтенанта полиции, серьезные полномочия, компетенция и область деятельности которой относились к полицейской сфере), он отметил четыре принципа, лежащие в основе решений по разработке полицейской реформы под председательством канцлера П. Сегье: юстиция и полиция имеют разные сферы деятельности; обе сферы являются прерогативами королевской власти; общая полиция признается делом короля, что подчеркивалось в ее предназначении работать на общее благо и ставило полицейских чиновников в иерархии власти выше сеньоров; полиция должна иметь организационные основы, позволяющие воплощать в жизнь прекрасные полицейские ордонансы8. Н. Деламар впервые провел разделительную линию между полицией и юстицией следующим образом: если юстиция предназначена для защиты интересов частных лиц, то полиция — для общественного блага.

Это отделение полиции от правосудия, которое продолжится в дальнейшем, стало отправной точкой рождения современной полиции в Европе9. Долгое время история полиции Франции была неразрывно связано с историей юстиции, теперь полиция не являлась больше придатком судебного аппарата и превратилась в независимый орган. Как только полиция смогла играть собственную роль, она доказала свою полезность не только для юстиции, но и для политической власти. Лейтенанты поли-

1 Bacquet J. Les oeuvres de Me. Jean Bacquet. — Paris, 1744. — T. 1. — P. 416.

2Fleury C. Droit public de France, ouvrage posthume de M. l'Abbe Fleury, compose pour l'education des princes; et publie avec des notes, par J.B. Daragon. — Paris, 1769. — P. 135—136.

3 Ibid.

4Loyseau Ch. Traite des Seigneuries. — Paris, 1620.

5 Bacquet J. Les oeuvres de Me. Jean Bacquet. — Paris, 1744. — T. 1. — P. 416.

6 Ibid. — P. 116.

7 Ibid. — P. 217.

8 Dyonet N. Le commissaire Delamare et son Traite de la police (1639—1723) // Entre justice et justiciables: les auxiliaires de la justice du Moyen Age au XXe siecle Presses Universite Laval. — 2005. — P. 107.

9 Tremblay J.-N. Le metier de policier et le management. Presses Universite Laval. — 1997. — P. 10.

ции — до 1789 года сменилось 15 лейтенантов — должны были упорядочить, организовать общественную жизнь, обеспечить безопасность государства и защиту граждан в той степени, чтобы это способствовало усилению королевской власти. Для выполнения разнообразных расширяющихся1 функций генерал-лейтенант полиции был наделен полномочиями высшего должностного лица, он был представителем короля, и в этом своем качестве сохранил судебные функции. Его власть кроме того, что должна была ограничивать злоупотребления правом феодалов, была направлена на благоустройство городской жизни. Наконец, генерал-лейтенант полиции — это представитель государства, который работал вместе с церковью, чтобы смягчить социальные недуги. В письме Ж. Кольберу 19 ноября 1671 года первый генерал-лейтенант полиции Н. де Ларейни показал глубину своих представлений о задачах полиции, упоминая то, что намного позже будут называть «полицией превенции»: «Вы, как никто другой понимаете, как важно и для служения делу короля и для удовлетворения граждан Парижа поддерживать мир и спокойствие, и что намного легче поддерживать порядок постоянно, чем восстанавливать его после того, как он будет нарушен»2. Лучше всего смысл предназначения лейтенанта полиции конкретизируется в наставлении Людовика XIV: «Все видеть и все предвидеть, все знать и все держать под контролем, быть одновременно самым уважаемым авторитетом и лучше всего осведомленным о своем королевстве человеком...»3.

Согласно традициям французской правовой мысли, институционализация полиции, как единственно возможная форма защиты публичной сферы, независимой от частных интересов, является обязательным коррелятом суверенного государства4. П. Наполи, опираясь на идеи М. Фуко, характеризует полицейскую деятельность Нового времени как «фундаментальное основание власти, поскольку, с одной стороны, она обеспечивает капиллярное проникновение господства суверенной власти над населением и над территорией; а, с другой, в силу своей природы, она способна управлять конкретной жизненной ситуацией, которая всегда превосходит любые представления о ней власти»5. Регламент, тип законодательства специфически полицейского, стал главным средством дисциплинирования населения и предупреждения насилия, дисциплина — целью полицейского действия, а надзор — главной формой полицейской деятельности в эпоху раннего модерна и главным условием дисциплины. С учреждением и развитием полиции политический центр получил возможность донести до управляемых идеи, ценности, им порождаемые, и их поддерживать (лишь в самых крайних случаях с помощью насилия) на всей территории. Отказавшись от военных (жестких, разовых, краткосрочных) методов обеспечения порядка в пользу полицейских (мирных, постоянных, дисциплинирующих) политическая власть превратила полицию в важнейший инструмент своей легитимации.

В ситуации кризиса феодально-абсолютистской системы был начат пересмотр сущности полицейской деятельности, который находит свое завершение во время Великой французской революции, ускорившей процесс переориентации юридического регулирования на автономного человека и утверждения в позитивном праве естественно-правовых требований свободы. «Ни один из ведущих элементов общего публичного права периода Старого порядка не был подвергнут в либеральной юридической теории таким изменениям и семантическим разрывам, которым подверглось понятие «полиция»6, — утверждает французский правовед Э. Пикар. В либеральной идеологии полиция расценивается как власть и воспринимается исключительно с точки зрения свободы. Поразительно меняется тональность дискурса о полиции (от сентенций XVIII в., близких по духу известному российскому выражению «полиция — душа гражданства», до постоянных оговорок в XIX в. подобного рода — «полиция — это печальная и неизбежная необходимость»).

И все-таки доктрина прав человека не уничтожила полицию, а дала ей новое основание. Декларация прав человека и гражданина от 26 августа 1789 года (ст. 10) ввела концепт «государственная (публичная) сила»: статья 12 «для гарантии прав человека и гражданина необходима государственная сила; она создается в интересах всех, а не для личной пользы тех, кому она вверена»7. Полиция, являясь ее воплощением, ограничивает права и свободы человека, но исключительно для защиты его естественных и неотъемлемых прав.

Это означало начало трансформации полиции, как управления в широком смысле слова (администрация), в полицию, как орган обеспечения общественного порядка и противодействия преступности, и, соответственно, отделения полиции от администрации. Этот процесс (можно его назвать про-

1 Buisson H. La police: son histoire nouvelles. — Paris, 1958. — P. 53.

2 Op. cit. — P. 52.

3 Tremblay J.-N. Le metier de policier et le management. Presses Universite Laval. — 1997. — P. 10.

4 Chassaigne P. Droit et societe en France et en Grande-Bretagne, XIIe-XXe siecles: fonctions, usages et representations / P. Chassaigne, J.-P. Genet. — Sorbonne, 2003. — P. 89; L’Heuillet H. La police а la lumiere de la raison // http://www.raison-publique.fr/La-police-a-la-lumiere-de-la.html

5 Napoli P. Naissance de la police moderne. Pouvoirs, normes, societe. — Paris, 2003. — P. 42—43.

6 Picard E. La notion de police administrative. — Paris, 1984. — P. 454.

7 Документы истории Великой французской революции / Отв. ред. А.В. Адо. — М., 1990. — Т. 1. — С. 112—113.

цессом юридизации полиции) займет еще более века, и неотъемлемой его частью стало создание двух юридических конструкций — «административная полиция» и «судебная полиция». Деление полиции, которую нужно понимать в духе Декларации как воплощение публичной силы, используемой по определенному назначению, на административную и судебную в ходе развития принципа разделения властей было введено законом от 16 и 24 августа 1790 года1 и закреплено впоследствии Кодексом преступлений и наказаний от 25 октября 1795 года. Согласно статье 19 Кодекса, первая имеет целью повседневное поддержание общественного порядка в любом месте, в любой сфере административного управления, для чего ее органы, в основном, должны заниматься предупреждением правонарушений. Вторая (ст. 20) расследует правонарушения и преступления, которым административная полиция не смогла воспрепятствовать, собирает доказательства и передает преступника суду для определения наказания согласно закону.

Термин «административная полиция», введенный в юридический словарь в революционный период, достаточно долго служил для охвата разнородных управленческих практик, унаследованных от Старого порядка2 и был своего рода компромиссом между противниками поглощения особых регулирующих функций государства специализированной технической бюрократией без полицейских полномочий (консерваторы) и сторонниками наделения полиции ограниченной функцией борьбы с преступностью и обеспечения общественной безопасности (новаторы). Опирающаяся на традиции эффективности, беспристрастности и технической изощренности предреволюционного камерализма, с учетом всесторонней перестройки в середине XIX века, мощная бюрократия общественного порядка способствовала его выживанию во франкоязычной и Центральной Европе. В большинстве континентальных европейских государств вплоть до конца Второй мировой войны, независимо от появления специализированных видов администрации, сохранялся «каталог» видов административной полиции — полиция иностранцев, медицинская полиция, полиция нравов и т. д.3

Но вместе с тем доктрина «административной полиции» имеет в соответствии с ориентацией, избранной обществом, либеральный характер, цель ее состоит в ограничении принудительного вмешательства административной власти только сферой публичного порядка.

По мере того как в XIX — первой половине XX века, прежде всего, в городском пространстве формировались управленческие практики, отличные от полицейских, происходило разграничение ответственности между муниципальной, префекториальной и полицейской властью, осуществлялась и детализация конструкции «административная полиция» (уточнение компетенции субъектов, складывание деления на общую и специальную административную полиции), уточнялись критерии отграничения административной полиции и судебной полиции, административной полиции и публичной службы в теоретической, доктринальной плоскости (Л. Дюги, Г. Жезэ, М. Ориу, Л. Ролан, Ш. Эйзенманн) и в практике административной (с 1872 г.) и конституционной (с 1958 г.) юстиции. Во французском праве сформировался институт административной полиции («связная и систематичная упорядоченность совокупности правил и техник, проявляющуюся или не проявляющуюся у специфических органов и выстраивающаяся на единой идейной основе и вокруг общей конечной цели»4) и соответствующая ему юридическая конструкция («совокупность организмов или механизмов, образованная из устойчивого комплекса правил и предназначенная для того, чтобы управлять юридическими ситуациями определенного типа исходя из конечной цели и определенной идейной основы»5).

С середины XX века в науке административного права Франции принято обоснованное Ш. Эйзен-манном деление административной деятельности на два вида: 1) деятельность по обеспечению публичного порядка посредством односторонних административных актов и материальных операций, вводящих поведение управляемых и осуществление ими индивидуальных свобод в определенные рамки с целью предупреждения нарушений и создания угроз нарушения публичного порядка, обозначаемая термином «административная полиция»; 2) деятельность по предоставлению определенных услуг населению: уличное освещение, почта, медицинское обслуживание, образование, общественный транспорт и т. д. — публичная служба6. Следует отметить и наличие в науке позиции, исходящей

1 Принцип разделения административных и судебных властей заложен Законом от 16 и 24 августа 1790 года, запретившим судебным органам вмешиваться в дела администрации. Статья 13: «Судебные функции различны и остаются всегда отделенными от административных функций. Судьи не могут, под угрозой нарушения служебного долга, вмешиваться каким-либо образом в действия администраций...».

2 Старый режим, Старый порядок (ancien regime) — исторический термин, получивший довольно определенное значение в научной литературе. Первоначально так стали называть особенности государственного общественного строя дореволюционной Франции, в противоположность новым политическим и социальным отношениям (le regime moderne). Используется также как синоним «полицейское государство».

3 Canoy J.R. The discreet charm of the police state: the Landpolizei and the transformation of Bavaria, 1945—1965. — BRILL, 2007. — P. 9—10.

4БержельЖ.Л. Общая теория права. — М., 2000. — С. 320.

5 Там же.

6 Roman D. L'indispensable du droit administratif. — Paris, 2004. — P. 88.

из принципа единства деятельности администрации, обоснованной тем, что обеспечение публичного порядка является разновидностью реализации публичного интереса1.

Можно выделить следующие элементы юридической конструкции «административная полиция».

1. Цель административной полиции — предупреждение и восстановление нарушений публичного порядка. Определение цели включает два элемента: понятие общественного порядка и предупредительный характер ее деятельности2.

В свою очередь «публичный порядок» также представляет достаточно сложную правовую конструкцию, классические элементы которого были определены законом от 5 апреля 1884 года — «спокойствие, безопасность и санитарно-гигиеническое благополучие». Эта формулировка вошла в Основной кодекс административно-территориальных образований и повторяется в Кодексе внутренней безопасности 2012 года. Публичный порядок в традиционном, идущем от М. Ориу, понимании — это «материальный и внешний публичный порядок», обеспечивая который полиция не должна стремиться к искоренению причин социального зла. К трем классическим элементам публичного порядка практика административной юстиции добавила в качестве его составляющих общественную нравственность (решение Государственного совета от 18 декабря 1959 г.), уважение человеческого достоинства человека (решение Государственного совета от 27 октября 1995 г.).

Эволюция содержания понятия «публичный порядок» не изменила его место и роль в конструкции — он по-прежнему является основанием и пределом административно-полицейской деятельности.

Цель (предупреждение нарушений публичного порядка) позволяет отграничить административную полицию (как административную форму полицейской (охранительной) деятельности) от судебной полиции и от публичной службы (как особую форму деятельности администрации, предполагающую, в случае необходимости, ограничения прав и свобод граждан). В первой половине XX века административная юстиция много раз подчеркивала необходимость проведения дифференциации административно- и судебно-полицейской деятельности, особенно потому, что, как известно, она может осуществляться одними и теми же должностными лицами (мэр, комиссар полиции и т. д.). Важность ясного обозначения юридической природы (административной или судебной) мер или операций полиции подчеркивается и в практике Конституционного совета, который впервые по этому вопросу высказался в 1977 году3. Критерий разграничения, выработанный административной юстицией (цель), подтверждается судебной практикой Конституционного совета.

2. Меры административной полиции (административные санкции). Полицейские меры состоят в принятии либо регламентов, либо индивидуальных актов. Регламентация представляет собой преимущественную полицейскую меру, поскольку должным образом осуществленная регламентация обеспечивает поддержание публичного порядка путем издания общего правила. Формы регламентации: общее запрещение, предварительное разрешение, предварительная декларация, организация деятельности. Индивидуальные меры: меры применения к определенному лицу общей регламентации, индивидуальные меры, не связанные общей регламентацией4.

3. Субъекты административной полиции, разграничение компетенции между ними. Субъекты власти общей административной полиции (например, органы власти общей административной полиции — президент, премьер-министр, префект, мэр, префект полиции Парижа) обладают нормативной компетенцией, в том числе автономной нормативной властью в отличие от агентов административной полиции. Общая административная полиция имеет своим назначением достижение цели обеспечения общественного порядка, обозначенного тремя терминами «спокойствие, безопасность и санитарно-гигиеническое благополучие». Термин «специальная административная полиция» имеет два значения: 1. Специальная административная полиция, цели которой совпадают с целями общей полиции, но она подчинена особому правовому режиму (например, полиция опасных, неудобных и вредных для здоровья учреждений). 2. Специальная административная полиция, преследующая особые цели (например, полиция охоты)5.

4. Ответственность и контроль. В широком смысле, осуществлять административнополицейскую деятельность — значит обеспечивать публичную службу по поддержанию общественного порядка. Администрация не может отказаться от своей ответственности в этой области, то есть делегировать этот вид деятельности частным субъектам или бездействовать. Обеспечение публичного порядка является основой и оправданием полицейских мер, ограничивающих индиви-

1 Linotte D. L’unite fondamentale de l’action administratif // La Police administrative existe-t-elle? / Textes, doc. et comment. reunis et pres. par Didier Linotte. Paris Aix-en-Provence: Economica: Presses univ. d'Aix-Marseill. — 1985. — P. 19.

2 Poulet-GibotLeclerc N. Droit administratif: sources, moyens, controles. — Paris, 2007. — P. 146.

3 http://www.conseil-constitutionnel.fr/conseil-constitutionnel/francais/les-decisions/depuis-1958/decisions-par-date/ 1977/76-75-dc/decision-n-76-75-dc-du- 12-janvier-1977.7521 .html

4 См.: ВедельЖ. Административное право Франции. — М., 1973. — С. 475.

5 См. там же. — С. 467.

дуальные права и свободы. Проблема состоит в создании оптимального баланса между мерами, необходимыми для защиты общественного порядка и соблюдением индивидуальных прав и свобод, на это направлен контроль пропорциональности мер. Принцип пропорциональности впервые выражен в решении Государственного совета 1909 года, указавшего, что «если мэр ответственен (...) за поддержание порядка в своей коммуне, он должен примирить выполнение его миссии с уважением свобод, гарантированных законами»1. В целом, в судебной практике господствует принцип — «свобода — есть правило, полицейское ограничение — исключение». Меры административной полиции — это административные акты, и в качестве таковых подчинены контролю административной юстиции. В определенных случаях, когда задета свобода личности, осуществляется контроль общей юстиции. Контроль может быть разделен на «внешний» и «внутренний». Внешний контроль: а) контроль компетенции (материальный, территориальный, временной аспекты); б) контроль процедуры. Внутренний контроль: а) контроль мотивированности; б) контроль адекватности (законности, необходимости, пропорциональности) принятых мер.

Французское право и юридическая доктрина более чем за двухвековую историю создали весьма гибкую юридическую конструкцию, с помощью которой было обосновано применение государством принудительной силы, и одновременно полицейское вмешательство государства было введено в определенные рамки (обозначены условия, определены компетентные органы и т. д.). Развитие доктрины административной полиции осуществлялось в контексте осмысления сложной диалектической взаимосвязи между свободой и безопасностью. В механизме правового регулирования отношений безопасности Франции и ряда других стран (например, Бельгия, Швейцария, Испания, Италия, Мексика, франкофонные страны африканского континента) «административной полиции» принадлежит весьма важная роль, особенно в сфере юридического опосредования отношений превенции преступности и в сфере контроля деятельности по обеспечению безопасности. В современных условиях возрастания угроз обществу насущной задачей государств является выстраивание такой политики, которая обеспечила бы оптимальный баланс между защитой прав и свобод человека и обеспечением безопасности, что актуализирует, на наш взгляд, дальнейшее изучение данного правового конструкта.

1 http://www.legifrance.gouv.fr/affichJuriAdmin.do?idTexte=CETATEXT000007633387&dateTexte=