Факторы, влияющие на формирование судебных правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации

Проблемы и вопросы уголовного права, уголовного процесса и криминалистики

УДК 347.991 ББК Х711.11

ФАКТОРЫ, ВЛИЯЮЩИЕ НА ФОРМИРОВАНИЕ СУДЕБНЫХ ПРАВОВЫХ ПОЗИЦИЙ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

А. И. Видергольд

Южно-Уральский государственный университет, г. Челябинск

Статья посвящена особенностям формирования судебных правовых позиций Верховного Суда РФ. Сам процесс формирования правовых позиций - это весьма непростое правовое явление, на него оказывают влияние множество факторов. Автор приходит к выводу, что на формирование позиций Верховного Суда РФ, которые содержатся в постановлениях пленума, в решениях президиума и судебной коллегии по уголовным делам данного суда, оказывают влияние следующие факторы: позиции Европейского Суда по правам человека, позиции Конституционного Суда РФ, практика нижестоящих судов.

Ключевые слова: судебные правовые позиции, процесс формирования, факторы, Верховный Суд РФ.

В ст. 2 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» закреплено, что Верховный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом по гражданским делам, делам по разрешению экономических споров, уголовным, административным и иным делам, подсудным судам, образованным в соответствии с Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации» и федеральными законами. Являясь вышестоящим звеном в системе судов общей юрисдикции, Верховный Суд Российской Федерации (далее - Верховный Суд РФ) создает судебную практику по нескольким направлениям. Во-первых, он рассматривает уголовные дела в качестве суда апелляционной, кассационной инстанции, в порядке надзора и по вновь открывшимся обстоятельствам, во-вторых, он дает разъяснения по вопросам судебной практики. По этим направлениям в сфере уголовного судопроизводства Верховный Суд РФ формирует свои судебные правовые позиции, которые содержатся в постановлениях пленума, в решениях президиума и судебной коллегий по уголовным делам данного суда. На формирование данных позиций Верховного Суда РФ оказы-

вают влияние множество факторов.

Во-первых, это правовые позиции Европейского Суда по правам человека (далее -ЕСПЧ). Согласно Федеральному закону от 30 марта 1998 г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» Российская Федерация в соответствии со ст. 46 данной конвенции признает ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского Суда обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации. Таким образом, ратифицируя Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, Российская Федерация признала юрисдикцию ЕСПЧ обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов.

26 ноября 2013 г. состоялось обсуждение проекта Постановления Пленума № 41 «О практике применения судами законода-

тельства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 41). Обсуждая проект, судья А. Червоткин сослался на пилотное Постановление ЕСПЧ от 10 января 2012 г. по делу «Ананьев и другие против России». В данном Постановлении неоправданное и чрезмерное применение меры пресечения в виде содержания под стражей рассматривается в качестве структурной проблемы Российской Федерации. То, что позиции Пленума Верховного Суда РФ были сформированы с учетом указанного Постановления ЕСПЧ, подтверждает следующее: одна из презумпций, закрепленных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41, гласит, что меры пресечения, ограничивающие свободу, - заключение под стражу и домашний арест - применяются исключительно по судебному решению и только в том случае, когда применение более мягкой меры пресечения невозможно. Также Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении конкретизировал, что отсутствие у подозреваемого или обвиняемого постоянного места жительства или регистрации на территории нашей страны не может являться единственным основанием, достаточным для избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу (данную позицию Пленума можно считать либеральной для мигрантов). Аналогично отсутствие у лица документов, удостоверяющих личность, само по себе не свидетельствует о том, что его личность не установлена. Данные судебные правовые позиции в первую очередь направлены на то, чтобы заключение под стражу стало исключительной мерой пресечения в Российской Федерации, и это наглядно показывает, что при формировании своих позиций Пленум Верховного Суда РФ учел пилотное постановление ЕСПЧ по делу «Ананьев и другие против России». Однако, на наш взгляд, несмотря на то, что Россия признает юрисдикцию ЕСПЧ, необходимо определить пределы влияния его решений как на российское законодательство в целом, так и на содержание судебных правовых позиций Верховного Суда РФ в частности. В некоторых случаях ЕСПЧ может пытаться оказывать и негативное влияние на российское законодательство. Ярким примером является принятие ЕСПЧ Постановления

от 7 октября 2010 г. по делу «Константин Маркин против России». Впервые ЕСПЧ в жесткой правовой форме подверг сомнению решение Конституционного Суда Российской Федерации (далее - Конституционный Суд РФ). В Определении от 15 января 2009 г. № 187-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гражданина Маркина Константина Александровича на нарушение его конституционных прав положениями ст. 13 и 15 Федерального закона «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей», ст. 10 и 11 Федерального закона «О статусе военнослужащих», ст. 32 Положения о порядке прохождения военной службы и п. 35 и 44 Положения о назначении и выплате государственных пособий гражданам, имеющим детей Конституционный Суд РФ отметил, что российское правовое регулирование, предоставляющее военнослужащим-женщинам возможность отпуска по уходу за ребенком до достижения им трехлетнего возраста и не признающее такое право за военнослужащими-мужчинами (они могут воспользоваться лишь кратковременным отпуском), не нарушает положения Конституции РФ о равенстве прав и свобод независимо от пола. ЕСПЧ счел, что непредставление военнослужащим-мужчинам права на отпуск по уходу за ребенком, в то время как военнослужащим-женщинам такое право предоставлено, разумно не обосновано. Кроме того, ЕСПЧ сделал категоричный вывод о том, что «рассматриваемое российское законодательство не является совместимым с Конвенцией (ст. 8) и обнаруживает широко распространенную в правовом механизме проблему, касающуюся значительного числа людей». На это председатель Конституционного Суда РФ В. Д. Зорькин абсолютно справедливо заявил, что ЕСПЧ фактически указал государству-ответчику внести необходимые изменения в законодательство, но не является ли такое указание суда прямым вторжением в сферу национального суверенитета? [1]. Таким образом, учитывая решение ЕСПЧ, необходимо исходить из того, является ли оно положительным для нашего государства и не вторгается ли ЕСПЧ во внутреннее законодательство.

Следующий фактор, влияющий на содержание правовых позиций Верховного Суда РФ, - правовые позиции Конституционного Суда РФ. Пленум Верховного Суда РФ 19 де-

Видергольд А. И.

Факторы, влияющие на формирование судебных правовых позиций Верховного Суда...

кабря 2013 г. принял Постановление № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 42). В п. 4 данного Постановления отмечено, что время занятости адвоката исчисляется в днях, в которые он был фактически занят выполнением поручения по соответствующему уголовному делу, вне зависимости от продолжительности работы по данному уголовному делу в течение дня, в том числе в течение нерабочего праздничного дня или выходного дня либо ночного времени. В тех случаях, когда адвокат в течение дня выполнял поручения по нескольким уголовным делам, вопрос об оплате его труда должен решаться по каждому уголовному делу в отдельности. Данная позиция была сформирована с учетом судебной позиции, содержащейся в Определении Конституционного Суда РФ от 29 сентября 2011 г. № 1278-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Тимушева Артема Андреевича». Конституционный Суд РФ указал, что время занятости адвоката по назначению исчисляется в днях, в которые адвокат был фактически занят выполнением поручений по соответствующим уголовным делам, независимо от того, был он занят полный рабочий день или только его часть, в том числе небольшую (один - два часа).

Позиции Конституционного Суда РФ также оказывают влияние и на содержание судебных правовых позиций Верховного Суда РФ по конкретным уголовным делам. Конституционный Суд РФ высказал в Определении от 12 ноября 2008 г. № 1074-О-П «По жалобе гражданина Магденко Александра Михайловича на нарушение его конституционных прав положениями статей 131 и 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» позицию, согласно которой вопрос о наличии оснований для освобождения лица от возмещения процессуальных издержек должен быть самостоятельным предметом судебного разбирательства, и осужденному должна быть предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения. Данная позиция была положена в основу судебной позиции в Постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 3 апреля 2013 г. № 17-П13. Постановлением судьи Верховного суда Республики Мордовия от 2 ноября 2009 г. с осужденного взысканы

процессуальные издержки в доход государства, связанные с оплатой труда адвокатов. Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11 мая 2010 г. постановление оставлено без изменения. Президиум Верховного Суда РФ отменил постановление судьи от 2 ноября

2009 г. и кассационное определение от 11 мая

2010 г. на основании ч. 1, п. 1 ч. 2 ст. 409 УПК РФ. Исходя из положений ч. 3 ст. 131 УПК РФ выплата сумм, относящихся к процессуальным издержкам, производится по постановлению судьи без проведения судебного заседания и без участия заинтересованных лиц, что обусловлено своевременной компенсацией процессуальных издержек лицам, участвующим в судопроизводстве, из средств федерального бюджета. При этом взыскание с осужденного процессуальных издержек возможно только по решению суда, при этом осужденному должна быть предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения. При таких обстоятельствах постановление судьи о взыскании с осужденного в доход государства процессуальных издержек, а также кассационное определение, которым данное решение оставлено без изменения, подлежат отмене с передачей дела на новое рассмотрение.

Третий фактор - практика нижестоящих судов. Например, при разработке проекта Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 42 Судебный департамент при Верховном Суде РФ запрашивал справки по результатам обобщения судебной практики взыскания судами процессуальных издержек по уголовным делам за 2009 год. При этом акцентировалось внимание на возникающие у судов вопросы по применению законодательства о процессуальных издержках при осуществлении уголовного судопроизводства, а также на ошибки, допускаемые при разрешении данных вопросов. Одной из распространенных ошибок было включение судами в состав процессуальных издержек сумм, израсходованных на производство судебной экспертизы в государственных судебно-экспертных учреждениях. Так, Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 27 сентября 2007 г. № 1-ОО7-30 изменен приговор Архангельского областного суда от 13 июля 2007 г. в части взыскания процессуальных издержек. Судебная коллегия указала следующее: «Суд, принимая такое решение,

сослался на то, что в соответствии с п. 7 ч. 2 ст. 131 УПК РФ суммы, израсходованные на производство судебных экспертиз в экспертном учреждении, подлежат взысканию с осужденного как процессуальные издержки. Между тем расходы органов (следствия, прокуратуры и суда), специально созданных государством для проведения расследования (дознания) и судебного рассмотрения уголовных дел, не могут быть отнесены к процессуальным издержкам, поскольку они как в части заработной платы, так и по расходам, связанным с расследованием и рассмотрением уголовных дел, финансируются государством. Государственные судебно-экспертные учреждения также созданы специально для обеспечения следственно-судебной деятельности и полностью финансируются государством. Согласно ст. 37 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (с последующими изменениями) деятельность государственных судебно-экспертных учреждений, экспертных подразделений федеральных органов исполнительной власти, в том числе экспертных подразделений органов внутренних дел Российской Федерации финансируется за счет средств федерального бюджета.

Таким образом, анализ приведенных правовых норм свидетельствует о том, что расходы на экспертизы, проведенные по уголовным делам в государственных учреждениях, не

являются процессуальными издержками и, следовательно, не могут быть взысканы как в пользу судебно-экспертных учреждений, так и в федеральный бюджет».

Наличие такого рода судебных ошибок вызвало необходимость сформировать в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 42 следующую правовую позицию: «В состав процессуальных издержек не входят суммы, израсходованные на производство судебной экспертизы в государственных судебно-экспертных учреждениях (экспертных подразделениях), поскольку их деятельность финансируется за счет средств федерального бюджета или бюджетов субъектов Российской Федерации (ст. 37 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»)».

Таким образом, на формирование судебных правовых позиций Верховного Суда РФ оказывают влияние как международные факторы - позиции Европейского Суда по правам человека, так и внутригосударственные факторы, к которым относятся позиции Конституционного Суда РФ и практика нижестоящих судов.

Литература

1. Зорькин, В. Д. Предел уступчивости / В. Д. Зорькин // Российская газета. - 2010. -№ 5325 (246).

Видергольд Анна Игоревна - аспирант кафедры уголовного процесса и криминалистики, Южно-Уральский государственный университет, г. Челябинск. E-mail: pearl3332009@yandex.ru.

Статья поступила в редакцию 21 июля 2014 г.

Видергольд А. И.

Факторы, влияющие на формирование судебных правовых позиций Верховного Суда...

Bulletin of the South Ural State University

Series "Law"

_2014, vol. 14, no. 4, pp. 27-31

FACTORS INFLUENCING THE FORMATION OF THE JUDICIAL LEGAL POSITIONS OF THE SUPREME COURT OF THE RUSSIAN FEDERATION

A. I. Vidergold

South Ural State University, Chelyabinsk, Russian Federation

The article is devoted to the peculiarities of formation of the judicial legal positions of the Supreme Court of the Russian Federation. The process of formation of legal positions is a very difficult legal phenomenon; it is influenced by certain factors. The author comes to the conclusion that the formation of positions of the Supreme Court of the Russian Federation, which are contained in the Decisions of the Plenum, in the decisions of the Presidium and Judicial Board on criminal cases of this court is influenced by the following factors: the positions of the European Court of Human Rights, positions of the Constitutional Court of the Russian Federation, practice of lower courts.

Keywords: judicial legal positions, the process of development, factors, the Supreme Court of the Russian Federation.

References

1. Zor'kin V. D. [Limit compliance]. Rossiyskaya gazeta [Russian newspaper], 2010, № 5325

Anna Igorevna Vidergold - postgraduate student of Criminal Procedure and Criminalistics Department, South Ural State University, Chelyabinsk, Russian Federation. E-mail: pearl3332009@yandex.ru.

Received 21 July 2014.