Выходи встроиться

власть и бизнес

Вчера председатель правительства Михаил Фрадков посетил штаб-квартиру Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) на Старой площади. Премьер пришел познакомиться, а заодно призвать членов РСПП раньше думать о государстве, а уже потом о своем бизнесе. А ушел, услышав от олигархов, что и государству будет невредно подумать о бизнесе.

Что требует власть

     Строго говоря, Михаил Фрадков давно уже хорошо знает крупных бизнесменов, собравшихся вчера в зале заседаний бюро РСПП. "Я со всеми вами неоднократно встречался,— заметил он как бы между прочим — например, в налоговой полиции". Олигархи непроизвольную шутку премьера оценили по достоинству, облегченно расхохотавшись. В России любят слушать анекдоты про тюрьму и Генпрокуратуру, если, конечно, их рассказывают бывалые люди на воле. Премьер и сам удовлетворенно хохотнул, добавив: "Накопилось!" Однако всех своих бывших собеседников по налоговой полиции Михаил Фрадков вместе увидел в первый раз.
       По-видимому, в кабинете директора налоговой полиции даже крупнейшие предприниматели ведут себя по-особому. Во всяком случае, вчера премьер явно ждал, что его 25-минутной речи будут внимать с особым вниманием и сразу же делать нужные государству выводы. Но получилось не совсем то, на что рассчитывал глава правительства.
       Речь премьера, как он сам же подчеркнул, состояла из двух примерно равноправных как по времени, так и по содержанию частей: "общей" и "конкретной". В первой речь шла о том, как должен вести себя бизнес в новых условиях. Нынешние задачи РСПП Михаил Фрадков в свойственной ему афористичной манере определил так: "Если бизнес встроен в общую систему, то несет ответственность за свои действия!"
       Под "общей системой" премьер, если его верно поняли присутствующие, понимает треугольник "власть--общество--бизнес". "Встроиться" в нее и "нести ответственность" — означает взять на себя экономические и социальные обязательства. Такие например, как повышать конкурентоспособность страны и ее продукции, а также ликвидировать бедность. Про политические обязательства крупного бизнеса вначале Михаил Фрадков напрямую не говорил. Но можно было понять из всей его речи, что олигархи должны окончательно прекратить выпрашивать у власти преференции для себя лично и даже для своих отраслей. Они могут, лишь предварительно договорившись друг с другом о том, чем бы поддержать государство в его борьбе за удвоение ВВП и слезание с нефтяной иглы, подать прошения о некотором улучшении общего делового климата. "Каждый должен спроецировать на себя задачи по ускорению экономического роста!" — такова последняя установка российской власти российскому бизнесу.
       Во второй части своей речи Михаил Фрадков остановился на тех возможных приобретениях крупного бизнеса, которые он заслужит, если разгадает истинные посылы власти, и, естественно, реализует их. "Самим распоряжаться своим ресурсом!" — еще один лозунг дня. Каким именно ресурсом смогут пользоваться олигархи, Михаил Фрадков не пояснил. Опытный политик никогда не договаривает до конца. Пусть внимающие сами домыслят то, что им больше всего нужно. Тем не менее он признался, что "переживает, когда ресурсом задешево распоряжаются другие". Особенно те, кто действует по принципу "схватил побольше". Но несознательным пользователям ресурсов, похоже, пришел конец — они и "получат побольше!" Про Михаила Ходорковского при этом никто даже не заикнулся. Так что, вполне вероятно, Михаил Фрадков намекал на кого-то другого. Но это не так уж важно. Главное, он назвал понимающим его олигархам пароль: "Совместными усилиями обеспечим доступ к нашим ресурсам. Россия должна стать конкурентоспособной!"
       Вклад государства в "совместные усилия", по Михаилу Фрадкову, будет следующим. Во-первых, несмотря на то что он вчера на заседании правительства (см. стр. 2) сократил "до неузнаваемости" все правительственные комиссии, доставшиеся ему от предшественников, совет по предпринимательству будет сохранен. Его имплантируют в комиссию по конкурентоспособности. Во-вторых, правительство попробует лучше расставлять акценты в своих экономических программах. Впрочем, в этом случае Михаил Фрадков, скорее, подумал не о нуждах бизнеса, а о своем личном аппаратном враге Германе Грефе, которого он в последнее усиленно критикует за постоянно меняющиеся цифры в документах МЭРТа. Премьеру даже пришлось обратиться к расчетам Мирового банка. Но в них, как он сам признался, ему не все показалось понятным. В-третьих, правительство выступит "закоперщиком" экономического роста и добавит своего ресурса (видимо, административного) тем промышленникам и предпринимателям, которые бросятся "расшивать узкие места".

Чего не поняли олигархи

     Приехал Михаил Фрадков в РСПП после, а не до заседания правительства, на котором было решено, как завершить налоговую реформу (см. стр. 2). То есть премьер пришел к ним не для того, чтобы посоветоваться, а для того, чтобы донести уже принятое решение. Но все с этим согласились. Владимир Потанин, Олег Дерипаска (который накануне утверждал, что "диалог между властью и РСПП уже завершен"), Каха Бендукидзе вновь, как в прошедшие годы, стали требовать — кто мягче, как Владимир Потанин, кто жестче, как Олег Дерипаска и Каха Бендукидзе,— окончательного решения двух застарелых проблем: высоких и неснижающихся, несмотря на реформу, налогов и сохраняющегося, несмотря на административную реформу, бюрократического гнета. Особенно олигархов волновала тема ликвидированной еще в 2002 году инвестиционной льготы при уплате налога с прибыли. Каха Бендукидзе даже не смог себе отказать в очередном пересказе истории о том, как тогда еще первый замминистра финансов Сергей Шаталов провел в рекордные сроки через Думу пресловутую 25-ю главу Налогового кодекса: "Потом ему пришлось вносить поправки орфографических ошибок на 68 страницах!" Правда, в этом месте Михаил Фрадков даже не улыбнулся.
       Каха Бендукидзе заявил, что должно соизмерять свои фискальные аппетиты с возможностями налогового администрирования: если государство может собирать только "половину НДС и треть ЕСН", то ставки надо снижать. К тому же более прозрачной должна быть роспись бюджетных расходов. Пока же графа "прочие" зачастую равна росписям по конкретным бюджетополучателям.
       Член бюро РСПП Александр Шохин решил не ждать, пока по его теме — административной реформе — будут приняты окончательные решения, и предложил Михаилу Фрадкову вместе с неизбежным по Конституции переназначением правительства исправить допущенные ошибки. Например, вывести из подчинения министерств надзорные службы. Его поддержал президент "Опоры России" Сергей Борисов, который выдвинул идею интегральной оценки работы чиновника, важнейшими компонентами которой являются такие показатели, как число и эффективность предприятий на той или иной территории или отрасли.
       Не все олигархи смогли вести диалог конструктивно. При обсуждении эффективности государственной инвестиционной политики Олег Дерипаска спросил, кто помнит о вложениях в какие-нибудь проекты хотя бы $100 млн, кроме БТС, за последние 12 лет. Анатолий Чубайс вспомнил Богучанскую ГЭС. И в ответ получил от Олега Дерипаски обвинение в том, что он препятствует передаче станции в частные руки, то есть "Базовому элементу" (см. также стр. 14).
       Склокой не преминул воспользоваться Михаил Фрадков. Он уже и так был недоволен претензиями олигархов. А теперь он заявил, что, прежде чем выдвигать претензии к государству, бизнес должен консолидировать собственную позицию. И только такую позицию он готов обсуждать. На этом дискуссия иссякла.
КОНСТАНТИН Ъ-СМИРНОВ