Разрушительное следствие

Всемирно известного ученого обвиняют в нарушении российского законодательства. Почему это опасно для нашего Дальнего Востока, выяснял "Огонек"

1 / 2

В сентябре прошлого года "Огонек" (N 37 за 2014 год) писал о скандальном инциденте в Южно-Сахалинском аэропорту. Тогда местная таможня задержала ведущего ученого в области предупреждения цунами, редактора нескольких научных журналов, возглавлявшего много лет профильную комиссию Международного геодезического и геофизического союза (IUGG), профессора Токийского университета Кэндзи Сатакэ. При досмотре у него и его сотрудницы Муротани конфисковали ноутбуки, флеш-карты, карты памяти фотоаппарата и бумаги. Ученые провели на пункте досмотра 7 часов, опоздали на самолет, в результате чего у женщины случился нервный срыв. За это время таможенники составили протокол, где указали, что в отношении изъятого имущества будет проведена экспертиза.

Почему таможенников заинтересовал именно этот багаж? Учитывая, что в среднем через обычный аэропорт за день проходит 60-80 тысяч ноутбуков, это вряд ли было случайностью.

— Ученый находился в России по официальному приглашению Института морской геологии и геофизики ДВО РАН,— рассказывает главный научный сотрудник Лаборатории цунами Института океанологии РАН, долгое время работавший весте с профессором Сатакэ Александр Рабинович.— Во всем мире отношение к специалистам, занимающимся борьбой с природными катастрофами наподобие цунами, особое. Они почти такие же неприкосновенные фигуры, как дипломаты: от их знаний зависит безопасность целых регионов.

Надо сказать, что истории с задержанием на таможне ученых (правда, чаще не такого масштаба) иногда случаются. Как правило, после проверки выясняется, что документы в порядке, а тревога была излишней. Ученому приносят официальные извинения, а иногда и выплачивают компенсацию за моральный ущерб. Чего-то подобного ждали и сейчас. Но не тут-то было.

После инцидента прошло больше 3 месяцев: ни ноутбука, ни извинений. В декабре профессор Сатакэ встретился с российскими коллегами на конференции Американского геофизического союза (AGU) в Сан-Франциско. В кулуарах ученые активно обсуждали возмутительную ситуацию с профессором Сатакэ: получается, в России никто не застрахован от подобного обращения. Впрочем, сам профессор к тому времени решил все забыть и "подвести черту под этой историей".

А вот сахалинская таможня про него не забыла: не так давно господин Сатакэ получил уведомление о том, что против него возбуждено дело об административном нарушении (копия документа находится в редакции "Огонька"). Там указано, что во время обыска у него были обнаружены файлы, которые в соответствии с российскими законами (ст. 24 Федерального закона "О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне РФ" и т.д.) относятся к результатам морских научных исследований и, значит, для их вывоза требуется разрешение Федеральной службы по техническому и экспортному контролю. А так как подобного разрешения у уважаемого профессора Сатакэ на руках не оказалось, он привлекается к административной ответственности.

Все правильно, если бы не одно но: найденные в ноутбуке профессора материалы находятся в открытом доступе — это статьи Российской академии наук, опубликованные в научных журналах.

— Пару дней назад я получил разъяснение от русской таможни,— рассказал "Огоньку" профессор Кэндзи Сатакэ.— Если я правильно понял (перевод на японский далек от совершенства), меня обвиняют в том, что в моем ноутбуке оказались три файла с научными данными. Дело в том, что, когда мы посетили Сахалин летом прошлого года, доктор Георгий Шевченко из российского Института морской геологии и геофизики любезно взял нас в Невельск. Там в результате землетрясения 2007 года было поднято побережье. Так как он сообщил нам об этой поездке заранее, я скачал из интернета несколько научных работ. Именно эти файлы в моем ноутбуке, по мнению российской таможни, я должен был задекларировать.

Кроме того, в ноутбуке профессора находились данные показаний береговых мареографов (приборов для измерения уровня моря) как с российской, так и с японской стороны, касающиеся того самого цунами в 2007 году. Они собирались для совместной российско-японской статьи, которая, кстати, на днях опубликована в журнале "Pure and Applied Geophysics". "Материалы", о которых говорит сахалинская таможня, там тоже опубликованы: согласно российскому законодательству эти данные могут публиковаться и передаваться за рубеж без всякого ограничения.

— Тот факт, что статьи, находящиеся в открытом доступе, признали основанием для возбуждения дела об административном нарушении, говорит о том, что к делу был привлечен совершенно неквалифицированный эксперт,— говорит завлабораторией цунами Института морской геологии и геофизики ДВО РАН Георгий Шевченко.

По словам ученого, после этой работы российский Институт морской геологии и геофизики и Токийский университет планировали заключить меморандум о научном сотрудничестве сроком на несколько лет.

— Для России подобное сотрудничество было бы особенно важно, так как у нас больше внимания уделялось тихоокеанским цунами, а по цунами в Японском море информации очень мало,— говорит Георгий Шевченко.— Мы очень надеялись на помощь японских коллег, накопивших большое количество данных. Но теперь напоминать об этом профессору Сатакэ, я думаю, не стоит. Он сказал, что вряд ли когда-либо еще раз посетит нашу "гостеприимную" страну.

Российские ученые за собственные деньги наняли японскому коллеге адвоката. "Огонек" связался с ним — Роман Торхов сказал, что сейчас дело находится на стадии административного расследования. "У нас создается впечатление, что тут имеет место какое-то воздействие со стороны,— уточнил Роман Торхов,— потому что объективных причин для такого пристрастного отношения к профессору Сатакэ просто нет".

В профильном департаменте МИДа "Огоньку" рассказали, что информация об этом деле поступила к ним буквально на днях и сейчас приступают к изучению документов.

— На кону стоят не просто добрые отношения с уважаемым ученым, а в буквальном смысле безопасность страны,— говорит Александр Рабинович. По словам ученого, после того как в 1960 году знаменитое чилийское землетрясение породило волны, которые пересекли весь Тихий океан, обрушились на Гавайские острова, Филиппины, Японию и достигли берегов России, стало ясно, что выстраивать национальные системы защиты от цунами бесполезно — нужна оперативная международная группа, способная быстро собирать и перерабатывать информацию. При этом важно изучать не только те цунами, которые произошли, но и те, которые не произошли.

— Когда в Японии случилось землетрясение в марте 2011 года,— говорит Александр Рабинович,— я был в Канаде, где тогда всерьез обсуждали вопрос: нужно ли эвакуировать город Ванкувер? То есть объявлять общую тревогу, закрывать предприятия, отгонять суда... Представляете, какие для этого нужны средства? Для примера: когда в 1994 году произошло землетрясение и цунами в районе острова Шикотан, на Гавайских островах была объявлена тревога цунами, которая оказалась ошибочной. Эвакуация была оценена в 70 млн долларов.

Принять решение о начале эвакуации начальник штаба цунами должен за считанные минуты, а это возможно, когда на связи все крупнейшие научные центры мира и, главное, эксперты, умеющие оперативно просчитывать ситуацию. Ученые говорят, что, разрушая научные связи, мы сами себя ставим под удар: невозможно пережить большую волну в одиночку.