За данью — дань

Государство решило резко увеличить благосостояние авторов музыкальных произведений за счет каждого, кто пользуется интернетом и мобильной связью. Если одному из самых успешных думских лоббистов Владиславу Резнику удастся убедить своих коллег в том, что операторы связи должны платить уже за то, что их пользователи в принципе могут скачивать музыку, сотовики и интернет-провайдеры потеряют сотни миллионов долларов. Или выставят этот счет своим абонентам.

На чем уже зарабатывают авторы

Авторы должны зарабатывать деньги, написано в Гражданском кодексе РФ. Не буквально такими словами, но, так или иначе, именно подробному пересказу этой простой мысли посвящена вся четвертая часть ГК, вступившая в силу 1 января 2008 года. Многие авторы (а также исполнители песен и изготовители музыкальных фонограмм) за прошедшие почти три года действительно начали что-то получать. Например, Российское авторское общество (РАО) собирает для авторов деньги за коммерческое использование, а также за любое публичное исполнение их музыки. РАО платят рестораны, клубы, кинотеатры, дворцы бракосочетаний и масса других организаций. В 2009 году с них удалось собрать 2,777 млрд руб., из которых до авторов дошло 71,2%, или почти 2 млрд руб. (остальное — налоги и собственные расходы РАО). Всероссийская организация интеллектуальной собственности (ВОИС) собирает отчисления опять же за публичное исполнение, но уже в пользу исполнителей и изготовителей музыкальных записей. Против закона не пойдешь, и поэтому крупнейшие телеканалы и радиостанции беспрекословно отдают ВОИС до 1,4% выручки (менее крупные — и до 2%). С августа 2009-го, когда ВОИС получила государственную аккредитацию (а только при наличии такой аккредитации вознаграждение можно собирать сразу для всех правообладателей, даже для тех, кто никакого договора с уполномоченной организацией не подписывал и мог даже не знать о ее существовании), и до конца года собрать удалось 520 млн руб.

Есть в ГК и статья, которая позволяет собирать не меньший, а то и больший объем отчислений, чем сейчас приходится на долю РАО или ВОИС. Как ни странно, именно она до сих пор не работает. "Авторам, исполнителям, изготовителям фонограмм и аудиовизуальных произведений принадлежит право на вознаграждение за свободное воспроизведение фонограмм и аудиовизуальных произведений исключительно в личных целях" — гласит п. 1 ст. 1245 ГК. Под словами "воспроизведение в личных целях" имеется в виду сама возможность скопировать легально купленный компакт-диск на чистую болванку, чтобы послушать его, к примеру, в своем же собственном автомобиле. Или переписать купленный через компьютер MP3-файл на свой же MP3-плеер. За то, чтобы выложить файл в интернет (то есть распространить публично), надо платить все тем же РАО и ВОИС.

Проблема с отчислениями за личное копирование в том, что невозможно заставить выплачивать их конечных пользователей — за каждым попросту не уследишь. Поэтому платить обязаны импортеры и местные российские производители оборудования (компьютеры, мобильные телефоны) и материальных носителей (CD, DVD), которые потенциально можно использовать для личного копирования, решили разработчики ГК. Вот только начать эти сборы нельзя, пока правительство не выпустит постановление с размером ставок и перечнем оборудования. А этот документ не утвержден до сих пор.

«Естественно, если операторы будут вынуждены платить дополнительное вознаграждение за использование авторских и смежных прав, то в конечном итоге они будут вынуждены повышать стоимость своих услуг для абонентов»

Новый рынок

Не дожидаясь, пока у правительства дойдут руки до импортеров и производителей, депутаты решили, что собирать отчисления следует начать с других косвенно причастных к личному копированию компаний — операторов связи. Основной автор этого законопроекта, внесенного в нижнюю палату 11 октября,— председатель комитета Госдумы по финансовому рынку единоросс Владислав Резник, в разработке участвовали и его однопартийцы — Юрий Исаев, Наталья Бурыкина, председатель комитета по культуре Григорий Ивлиев и солист группы "Любэ" Николай Расторгуев. Поводом для инициативы стало "развитие информационно-коммуникационных технологий и средств связи", благодаря которому личное копирование музыки и получило широкое распространение, пишут авторы в пояснительной записке к проекту. Услуги доступа в интернет, которые позволяют пользователям копировать и передавать файлы, предоставляют мобильные операторы и интернет-провайдеры, а значит, они и должны платить авторам причитающееся вознаграждение. Причитается же авторам ровно 2% от выручки компаний, правда, не всей, а только связанной с предоставлением услуг, с помощью которых можно передавать информацию, считают депутаты.

Впрочем, большинство услуг под это определение как раз и подпадает: как признает сам господин Резник, это и интернет-доступ, и мобильная связь. Точнее проследить, какой доход получают операторы от передачи музыкальных произведений, будет крайне сложно. "Это представляется непростой задачей. На практике при принятии закона это может привести к установлению одинаковой суммы платежей для всех или доли доходов, определяемой по количеству пользователей",— предполагает партнер юридической компании Salans Виктор Наумов. "Авторы законопроекта предлагают переложить ответственность за нарушение авторских прав на оператора связи, который не имеет технической возможности и обязанности санкционировать вид информации, скачиваемой его абонентами с информационных систем, например конкретный фильм, мелодию или книгу",— недоумевает пресс-секретарь компании "Вымпелком" Анна Айбашева.

Если всех операторов действительно причешут под одну гребенку, сумма сборов будет более чем впечатляющей. По оценкам AC&M Consulting, объем всего рынка сотовой связи в России в 2009 году превысил $20 млрд. Это значит, что в прошлом году только с мобильных операторов в пользу авторов можно было собрать $400 млн. А ведь есть еще и рынок немобильного интернета. По данным компании J'son & Partners, компании, работающие на рынке домашнего широкополосного доступа в интернет, в 2009 году заработали 47,1 млрд руб., а 2% от этой суммы добавили бы в авторскую кассу еще не менее $30 млн. Собирать эти деньги сможет неправительственная организация, которую выберет Росохранкультура. Претендентов на это место всего два — Российский союз правообладателей (РСП) и Российское общество по смежным правам (РОСП). РСП среди экспертов считается фаворитом, ведь это не только союз правообладателей, но и союз РАО с Никитой Михалковым, который давно требовал введения налога на чистые носители.

Интрига в том, что заседание комиссии, которая должна была выбрать одну из организаций, уже состоялось 20 сентября — за три недели до того, как депутаты внесли свой проект. По всем правилам Росохранкультура в течение 15 дней должна была выдать победившей организации аккредитационное свидетельство, но объявление результатов по каким-то причинам затягивается. Единственное, что сообщают на этот счет в самом ведомстве: "Аккредитационной комиссией руководителю Росохранкультуры были даны рекомендации относительно возможности аккредитации организации по коллективному управлению в рассматриваемой сфере". Какое решение на основе этих рекомендаций принял глава ведомства Александр Кибовский (и принял ли), неизвестно.

Кто за все заплатит?

Само внесение законопроекта в Госдуму стало для многих экспертов неожиданностью. РСП и РОСП — организации, которые по идее должны громче других ратовать за благосостояние правообладателей,— с такой инициативой никогда не выступали. Более того, представители обеих признали, что авторы законопроекта предварительно с ними не консультировались. Виктор Наумов отмечает, что и об аналогичном иностранном опыте ничего не известно. "Возникают подозрения, что вопреки мировой практике предложения связаны не с борьбой с пиратством, а с попыткой ограничить интересы граждан и желанием получать в конечном итоге с последних — вне зависимости от того, являются они законопослушными или нет,— дополнительные деньги. Думаю, что для конечных пользователей это автоматически приведет к удорожанию услуг",— резюмирует юрист. "Естественно, если операторы будут вынуждены платить дополнительное вознаграждение за использование авторских и смежных прав, то в конечном итоге они будут вынуждены повышать стоимость своих услуг для абонентов",— не отрицает Анна Айбашева.

Если законопроект примут, тарифы действительно увеличатся, уверен ведущий аналитик Mobile Research Group Эльдар Муртазин, причем явно больше, чем на 2%. "Ведь расходы оператора при этом вырастут и за счет других факторов: придется отдельно подсчитывать облагаемую сбором выручку, увеличится риск судебных исков от абонентов",— говорит он. Шансы на успешное прохождение проекта аналитик оценивает как высокие, ведь Владислав Резник, по статистике, один из наиболее эффективных думских лоббистов. Согласно исследованию Центра по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти "Лучшие лоббисты Госдумы 2007-2010", при его участии вносилось 11,83% всех принятых Госдумой законов — большинство депутатов по этому показателю далеко позади.

Злодействующее законодательство

Неналоговый налог

Автором термина "злодействующее законодательство" является пользователь "Живого журнала" bablaw (произносится как "бабло", слог "ло" восходит к английскому law — закон). Меткой с таким названием он обычно помечает записи, относящиеся к российским законодательным инициативам, связанным с авторским правом. К сожалению, российские законодатели довольно часто дают ему повод для появления записей с такой меткой.

Недавно в статье "Пиратская доля" ("Деньги" от 6 сентября 2010 года) я писал о том, как борцы за права авторов и исполнителей придумали креативный способ введения нового налога в обход Налогового кодекса. Для этого они заменили слово "налог" на слово "обязательные отчисления с импортеров и производителей" и внесли его в Гражданский кодекс.

Главная фишка в том, что в отличие от обычных налогов собираемые таможней и налоговым ведомством суммы попадают в бюджет негосударственной организации, который затем будет распределяться руководством этой организации. Один из претендентов на взимание этого налога — Российский союз правообладателей (РСП), президентом совета которого является Н. С. Михалков.

Однако IV часть Гражданского кодекса, в которой и был прописан "неналоговый налог" на импортеров и производителей всего, что можно использовать для воспроизведения аудиовизуальных произведений, кроме, пожалуй, электроэнергии, была принята в 2006 году. Господин Михалков тогда, по всей видимости, слабо представлял себе, что такое интернет и что в нем можно делать. Иначе трудно объяснить, почему певец-депутат Николай Расторгуев с группой товарищей только сейчас решил внести законопроект о взимании налога еще и с операторов связи.

Налог будет оборотным (то есть не налог, а "обязательные отчисления") — всего-то 2% от доходов. Правда, о том, что делать компаниям, у которых рентабельность с оборота составляет не привычные для простых люберецких парней сотни процентов, а 2-5%, господа депутаты, вероятно, не думают. И я не удивлюсь, если почетную обязанность распределять и эти средства тоже получит организация, в руководстве которой будет фигурировать фамилия Михалков.

Когда я писал вышеупомянутую статью о "неналоговом налоге" на импортеров и производителей, то долго беседовал с юристом Российского общества по смежным правам (РОСП) Азаматом Шапиевым (РОСП был вторым претендентом на сбор и распределение этих средств). Я честно пытался понять смысл введения этого налога, расспрашивая юриста о том, за что все-таки должны платить потребители (на которых импортеры и производители переложат этот налог), уже заплатившие правообладателям за лицензионный диск. Устав от моих вопросов, юрист произнес фразу, которую по этическим соображениям дословно привести нельзя, но смысл которой таков: "все равно все будут платить, девственность уже потеряна". Слово "девственность" очень точно передает смысл нового законопроекта: безнаказанно изнасиловав потребителей один раз, борцы за права авторов и исполнителей решили повторить это действо, получив удовольствие еще разок.

Егор Яковлев, руководящий видеопорталом Tvigle.ru и постоянно отчисляющий правообладателям огромные суммы за право легально показывать россиянам фильмы, сериалы и видеоклипы, видит явные недоработки в предложенном законопроекте. Ведь интернет — это транспорт. Почему же тогда не облагать налогом сумки, в которых носят диски с контентом, или автомобили, в которых их перевозят?

Г-н Михалков — откровенный человек. Когда его спросили про мигалку, он, нисколько не смущаясь, сказал: "Ну вы же понимаете, что так было всегда и так будет". Думаю, что если его спросить по поводу "обязательных отчислений", он ответит так же, как и юрист РОСП насчет девственности. Слова, конечно, будут другие, но смысл тот же, потому что иного смысла в ситуации с этими "обязательными отчислениями" просто нет.