Говорит и показывает Астанкино

1 июля президент России Владимир Путин принял участие в сеансе видео-конференц-связи (ВКС) с президентами Ирана и Турции, вместе с которыми он считает себя гарантом Астанинского процесса (то есть урегулирования в Сирии). Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников старается понять, был ли смысл в этой виртуальной встрече — и понимает это.

Президент Ирана Хасан Роухани (в компьютере) был хозяином встречи лишь виртуально, как и сама вся эта встреча

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ / купить фото

Непоздним утром президент России Владимир Путин проголосовал за изменения в Конституцию России. Те, кто был против, голосовали, скорее всего, против поправок к Конституции России.

Голосование по поправкам к Конституции: хроника и последние данные

Выглядело это в меру историческое событие, конечно, буднично. Он подошел, поднес к глазам члена УИК паспорт, она записала его данные (спокойно, ее-то данные записали гораздо раньше), выдала одноразовую ручку, открыть которую запросто мог только тот, кто хоть раз в жизни открывал одноразовый шприц или еще что-нибудь одноразовое, и отправила гражданина Владимира Владимировича Путина к КОИБу, который приветствовал его интересующимся женским голосом. Владимир Путин приветливо кивнул КОИБу. Приняв бюллетень, КОИБ сказал Владимиру Путину, по-моему, уже гораздо более прохладно: «Спасибо, вы проголосовали». В ответ господин Путин еле заметно поклонился КОИБу, поблагодарил его и поехал в Кремль на трехстороннюю встречу с участием президентов Ирана и Турции, то есть двух других, кроме него самого, гарантов Астанинского процесса.

Двух этих президентов в Кремле, конечно, не было (там вообще сейчас мало и редко кто бывает), но стол стоял круглый, с местами для них всех.

Видимо, хотелось соблюсти формальности. В конце концов, и за столом президента Ирана в Тегеране было полно места. Хотя скорее помещение, откуда тот разговаривал с коллегами, напоминало зал для пресс-конференций, где он один сидел за столом и играл заглавную по этой причине роль.

Да и президент Турции хоть и сидел за столом поменьше, зато обставил себя со всех сторон флагами, каждый из которых был выше него на две головы, так что и впечатление было как в стихотворении Владимира Маяковского «Лес флагов… рук трава…». Рук, впрочем, было не видно, причем даже рук самого президента Турции, оператору кто-то явно сказал «Бери выше!» — в отличие от оператора, который накануне снимал, например, Владимира Путина подле памятника солдату подо Ржевом.

Но рук президента Ирана-то ведь тоже, между прочим, не было видно: его заложили чуть не под самый подбородок широким, а главное, высоким букетом из белых цветов, так что смотрелся он один-одинешенек (позже в иранской видеоверсии, правда, по самым краям стола можно было разглядеть еще пару человек) за длинным пустым столом, заботливо и проникновенно украшенный по размеру своей фигуры этими цветами, немного странно, ведь был он в конце концов жив-здоров и даже разговаривал.

И первым докладывал, очевидно на правах хозяина, именно господин Роухани. Пока тот говорил, Владимир Путин по обыкновению без конца перекладывал листочки своей речи, изредка помечая в них что-то (возможно, находил для себя все новое), а то и дописывал. Раньше было не так очевидно, что он только этим и занимается, пока на такого рода встречах говорят другие. И вот только бесчисленные ВКС в период разобщения расставили все по своим местам.

Между тем речь иранского президента стоило послушать. Можно было, конечно, ожидать, что опять достанется американцам. И им досталось.

— Во имя Аллаха всемилостивого и милосердного! — зачел президент Ирана.— Рад приветствовать уважаемого Владимира Путина, президента Российской Федерации, и господина Реджепа Тайипа Эрдогана, президента Турции, а также сопровождающие делегации. Рад встрече с вами, моими дорогими друзьями!

Можно было подумать, что эту речь президенту Ирана писали еще до разобщения (встреча и правда должна была состояться еще в марте), иначе откуда в ней взялись бы слова про «сопровождающие» делегации. Куда они сопровождали, кого? Владимира Путина в Кремль?

Дальше пошло более гладко, да и просто как по писаному:

— Американский режим навязал сирийскому народу в продолжение своей санкционной политики и для оказания давления на сирийский народ свои односторонние санкции с целью достижения своих незаконных целей. Этот шаг американского государства является нарушением международного гуманитарного права, и Исламская Республика Иран осуждает любые санкции против суверенных наций и подчеркивает, что Иран будет продолжать поддерживать народ Сирии!

Ненависть к Соединенным Штатам все-таки является обязательным условием если не таких встреч, то уж выступлений иранского президента точно.

— Незаконные действия американского режима не внесут разлада в волю стран — друзей сирийского народа! — уверенно продолжил Хасан Роухани.— Америка должна быть уверена, что путем военного давления и прибегания к помощи террористических группировок, а также путем экономических санкций они не смогут достичь своих незаконных целей.

Кроме американцев, чувства Хасана Роухани по праву должны были разделить и израильтяне, но до них он еще, видимо, просто не дошел.

— Помимо этого незаконные действия американцев в нефтедобывающих районах Сирии фактически являются разграблением богатств сирийского народа,— говорил президент Ирана.— Мы подчеркиваем, что американцы должны вывести свои оккупационные террористические войска из Сирии и всего региона!

Президенту Ирана на самом деле просто так редко выпадает возможность высказаться так, чтобы его услышал не только его собственный народ, а еще хоть кто-нибудь, что он, конечно, рассчитывал использовать такую возможность сполна.

— Необходимо также указать на продолжение нападений сионистского режима на Сирийскую Республику и осудить эти действия,— президент Ирана наконец уделил внимание и Израилю.— Действия сионистского режима и оккупация Голанских высот нарушают территориальную целостность Сирии и угрожают безопасности всего региона, его последствия будут направлены против самого сионистского режима!

На правах хозяина ВКС (Хасан Роухани явно не считал свою роль условностью) президент Ирана предоставил слово Владимиру Путину, который выразил соболезнование в связи со взрывом в одной из поликлиник Тегерана (19 человек погибли, много раненых).

Между тем Владимир Путин хотя бы говорил прежде всего о проблемах именно в Сирии, то есть о том, ради чего они и собрались за экранами компьютеров (интересно, у кого какой?).

— Одна из главных целей сегодняшней видеоконференции — вместе проанализировать текущее положение дел в этой стране (Сирии.— А. К.). Условиться о том, что можно было бы дополнительно сделать для обеспечения долгосрочной нормализации в Сирийской Арабской Республике. Речь в первую очередь о продолжении борьбы с международным терроризмом. И надо подумать, какие еще меры необходимы для нейтрализации еще действующих террористических группировок.

На самом деле так все переплелось в проблемных районах Сирии, столько интересов, военных группировок и группировок мирных людей (и одни от других уже давно невозможно отличить), что говорить президентам предстояло очень долго (ибо все они поддерживают какие-нибудь группировки, чаще всего, как известно, противостоящие друг другу) — и уж вряд ли предстояло что-нибудь решить.

Но по крайней мере всем должно было стать ясно, что три президента, в отличие от многих, если не от всех остальных в мире, снова занимаются этими делами, а не только внутренними, возникшими в связи с эпидемией.

В этом, скорее всего, был и главный смысл встречи.

Кроме того, был и более практический смысл в такой встрече. Две недели назад начал, как известно, действовать американский «Акт Цезаря», по которому в связи с ситуацией в Сирии могут вводиться экономические санкции не только по отношению к сирийцам и сирийским компаниям, но и к организациям, фирмам и физическим лицам, которые оказывают косвенную или прямую поддержку правительству Сирии. То есть к российским и иранским уж точно. И это обстоятельство, сильно раздражающее участников Астанинского процесса, участники этого процесса, конечно, хотели бы детально обсудить.

А также Россия энергично готовится к заседанию в Совете Безопасности ООН по поводу нуждающегося в продлении документа о механизме трансграничной гуманитарной помощи Сирии, который Россия предлагает пролонгировать в своей редакции, и хотя коллеги Владимира Путина по ВКС о Совбезе ООН прежде всего лишь наслышаны, им, конечно, интересно было бы послушать, как Россия собирается стоять на своем в деле оказания международной гуманитарной помощи Сирии прежде всего через официальные структуры этой страны.

— Это шестая встреча по сирийскому урегулированию в Астанинском формате,— включился, причем в прямом смысле, президент Турции Реджеп Эрдоган.— Несмотря на то что она проводится в виртуальном режиме, я очень рад видеть вас!

Он был без сомнений самым кратким тут человеком.

Поняв, что президент Турции закончил, едва начав, Хасан Роухани огляделся вокруг:

— Прошу представителей СМИ (как будто здесь были какие-то представители СМИ.— А. К.) покинуть заседание, чтобы мы могли продолжить в закрытом режиме.

Да все, ладно, хорошо, выключил телевизор.