Первобытный ритуал как «Суперэйдос» в саморазвитии Искусства

УДК 008 + 001.891.572 Балакина Елена Ивановна

кандидат культурологии, доцент, доцент кафедры философии и культурологии Алтайского государственного педагогического университета

ПЕРВОБЫТНЫЙ РИТУАЛ КАК «СУПЕРЭЙДОС» В САМОРАЗВИТИИ ИСКУССТВА

Balakina Elena Ivanovna

PhD in Cultural Studies, Assistant Professor, Philosophy and Cultural Studies Department, Altai State Pedagogical University

PRIMITIVE RITUAL AS A SUPER-EIDOS IN THE SELF-DEVELOPMENT OF ART

Аннотация:

В эпоху глобальной переходности в новом научном аспекте ставится вопрос: что есть Искусство? Потребность разобраться в сущности Искусства как целостного феномена требует его глубокого изучения и осмысления в контексте со-временной картины мира и открытий нелинейности. В статье представлен новый методологический подход обращения к феномену Начала, позволяющий охватить единым взглядом внешнюю, формальную сторону проявлений Искусства и его исходную «сущность». Утверждается необходимость исследования Искусства как культурно-исторической целостности, сверхсложной саморазвивающейся системы в единой логике его становления от зарождения до современности.

Ключевые слова:

глобальная переходность, гуманитарное осмысление искусства, сущность, методология, эйдос, синергетика, аттрактор, саморазвитие, предде-терминация, нелинейность, сакральные истоки.

Summary:

In the era of transitivity there is a question in the new global scientific aspect: what is Art? The need to understand the essence of art as a holistic phenomenon requires a deep study and reflection in the context of the modern world view and discoveries of nonlinearity. The article presents a new methodological approach to the phenomenon of the Origin, which helps to encompass the outside, formal aspect of the manifestations of Art and its original essence. The article states the need to study the Art as a cultural and historical integrity, highly complex self-developing system in a single logic of its development from origin to the present.

Keywords:

global transitivity, liberal comprehension of Art, essence, methodology, eidos, synergetics, attractor, self-development, pre-determination, nonlinearity, sacred origins.

Рубеж тысячелетий с новой силой всколыхнул интерес к искусству, пробудив острые вопросы о его возникновении, сущностных проявлениях и месте в системе культуры, ответы на которые до сих пор так и не были найдены. В эпоху глобальной переходности в новом сущностном аспекте ставится вопрос: что есть Искусство [1]? На Востоке с древнейших времен считалось, что мудрость состоит в способности прозревать будущее из далекого прошлого. «Новое есть самое старое, и поэтому не следует бояться чего-то невозможного», - читаем мы в Агни-йоге [2, с. 326].

И. Пригожин и И. Стенгерс обращают внимание на назревшую методологическую проблему. Представления науки о простой и однородной механической Вселенной не только оказали воздействие на ход ее развития, но и наложили отпечаток на другие области человеческой деятельности, в том числе на процессы познания Культуры и Искусства. В статье «Время, хаос, квант» они отмечают: «Парадокс искусства не был осмыслен вплоть до начала XX в. К тому времени искусствоведческие исследования уже давно воспринимались как выражающие идеал объективного знания о нем» [3].

Для гуманитарного осмысления Искусства в системе культуры вопрос о роли Начала является одним из ключевых. Как известно, начало - это фундамент, основное смысловое ядро, из которого вырастает логика становления системы. Основные направления и характер эволюции закладываются именно в начальный период развития.

Потребность разобраться в сущности Искусства как одного из величайших и вечных феноменов культуры человечества требует его глубокого изучения и осмысления в контексте современной картины мира. Эти проблемы выводят нас на поиск методов и методологических подходов, позволяющих охватить единым взглядом внешнюю, формальную сторону Искусства и его «сущность». Чтобы оценить современное состояние искусства и вычленить ресурсы его возможного будущего, необходимо отыскать первичные импульсы и цели, истоки его возникновения.

Как утверждают древние и современные мыслители, будущее покоится в прошлом: эйдос, идея, заложенная в основу деятельности или формы бытия, определяет ее результат и / или будущее состояние. Выраженные в символах, мифах и ритуалах изначальные идеи выпол-

няют в культуре функцию архетипа (К.Г. Юнг) или «первотектона» (А. Пелипенко) - некоей сущности, задающей «априорные схемы всякой культурной деятельности» [4, с. 58]. Они определяются как «инвариантные матрицы», на основе которых в сознании человека моделируются основы картины мира.

Идея возвращения к истокам мировой культуры для переоткрытия основных фактов и смыслов современности сегодня витает в воздухе. ХХ век полнится резонансными предчувствиями в науке и искусстве, направившими вектор познавательных интересов к изначальным глубинам истории человечества. Наука ХХ в. неудержимо продвигалась вглубь материи, стремясь найти исходную первооснову Бытия мира. Его духовные истоки в разных аспектах были осмыслены в трудах В.И. Вернадского, П.А. Флоренского, Е.Н. Трубецкого, И.А. Ильина.

Разбуженный ими творческий интерес к «экзотическим» явлениям древнейших культур стимулировал рождение мифологического направления в философии и культурологии. Целая плеяда виднейших ученых мира избрала исследование культуры периода первобытности делом своей жизни: Э. Тэйлор, Дж. Фрэзер, Л. Леви-Брюль, К. Леви-Стросс, Э. Дюркгейм, М. Мосс, А. Крёбер,

A.Ф. Лосев, В.Я. Пропп, М. Элиаде, А.П. Окладников, А.А. Формозов, В. Шерстобитов и другие. Угадав в современных им кризисных процессах древние корни, они обратили свое внимание на научную и историческую значимость исходной ступени культуры Человечества, выявили в ней исследовательский потенциал для понимания неразрешимых противоречий современности.

В системе современной культуры эта новаторская сфера интересов сложилась в своеобразную «парадигму нелинейности», в рамках которой начальные условия играют определяющую роль: на исследование смыслового ядра ритуальных форм в культуре направлены научные интересы В.Н. Топорова и других представителей тартуско-московской семиотической школы; в евразийском содружестве народов набирает силу исследование сакральных истоков этнических культур, поиск корней собственных духовных традиций; в философских и культурологических исследованиях расширяется спектр вопросов, связанных с постижением сущности процессов и явлений посредством реконструкции истоков, древнейших ступеней культуры [5].

В современных этно-экологических исследованиях обращает на себя внимание теория

B.Г. Мордковича [6], связывающего культурно-исторические особенности регионов с их древнейшими геологическими предпосылками. Он раскрывает вопрос влияния исходных геоэкологических условий, сформировавшихся задолго до формирования культурного слоя регионов, на уровень их развития. Действенность своей теории он доказывает на примере изучения регионов России, в частности Сибири. Единый цельный геологический фундамент Сибири - общий кратон (геологическая плита), исходное единство водосборного бассейна и других природно-климатических условий - приводит автора к утверждению предзаданности внутренней спаянности сибирской территории, которая проявилась в самобытности ее культуры. Исследование заставляет задуматься о глубинной взаимосвязи весьма отдаленных факторов: природно-космический геологический фундамент, географический рельеф, климатические условия - и культурно-историческая судьба проживающих на данной территории народов. Его открытия созвучны идеям И. Пригожина, утверждающего, что будущее каким-то образом уже содержится в настоящем, а настоящее, в свою очередь, вероятностным образом самодостраивается из прошлого.

Сегодня исследователи находят новые смысловые нити, связывающие три времени культуры в незримую, но прочную целостность. При этом обращение к ее древнейшим истокам подается ими чаще всего как данность. Для дальнейшего развития этой тенденции важно найти ее методологические основания и парадигмальную целесообразность: «Теоретикам-профессионалам известно, что на разных этапах истории наук, искусств и самой философии вопросы методологии познания играли разную роль. "Научные революции", связанные с тем, что Т. Кун назвал изменением парадигмы в ходе развития познания человеком мира, по каким бы причинам и в какой бы форме они ни происходили, вызывают потребность в методологической рефлексии» [7, с. 227].

С названной проблемой перекликается вопрос значимости смыслового ядра, исходного эйдоса для построения «здания Математики»: «Математика не строится на пустом месте. Ей, так же как физике, биологии и информатике, предшествует нечто фундаментальное - единый План Творения, который назовем первоначальным Ядром всего сущего» [8].

Продолжая логику рассуждений Ю.И. Кулакова, отметим, что и Искусство не строится на пустом месте. Его рождению предшествует вызревание целостной и беспредельной емкой идеи, некоего «суперэйдоса», безграничный смысл которого саморазворачивается в диалектике сакрального и профанного на протяжении уже прошедшей и еще только становящейся истории человечества. И в основании Искусства лежит такой «суперэйдос», который тоже является «Ядром всего сущего».

В мире музыки на главную роль исходного эйдоса произведения, его идеи обращает внимание В. Медушевский: «Когда из мысли выветривается вера, когда духовность и все сущностные

силы покидают ее и мысль становится бессильной, лишенной радостной бытийственной энергии, когда она уже не поднимает ввысь, - тогда она впадает в этот порок распадения чуда. В пределе остается шелуха бытия, пустая информация» [9, с. 241]. Чудо, составляющее зерно музыкального произведения, производится материализацией духа - когда незримое обретает жизнь в материи. Это явление сродни рождению человека. Ослабление связи с исходным эйдосом, тончайшей незримой смысловой субстанцией мира, приводит буквально к умиранию собственно искусства и переходу сакрального процесса творчества в статус ремесленного мастерства.

Нетрадиционная логика развития научной мысли в ХХ в. оказала влияние не только на точные и естественные науки, но и на исследования в гуманитарной сфере. И если прикладные явления продолжали исследоваться привычными и проверенными методами, то в области теории пробивают себе дорогу различные нестандартные идеи: «Переходя к анализу эволюции социума с учетом его трехуровневого строения, подробнее остановимся на проблеме источника развития, своего рода "исходной точке" этого процесса. Любая концепция социальной эволюции во многом определена тем, как представляется в ней Начало, первопричина человеческой истории, иными словами, происхождение человека и общества» [10, с. 98].

На лидирующие позиции в познании мира в конце ХХ в. вышла синергетика - наука нового типа, открывающая очередной виток развития сознания человечества: «Она подсказывает, что можно сделать явным то, что не проявлено в нелинейной среде, что этих скрытых возможностей очень много, и путь в будущее не предопределен» [11].

Открытия синергетики приоткрыли возможность строить прогнозы в сложных процессах, видеть пути их самоорганизации. Т.П. Григорьева отмечает важность таких изменений для будущего развития науки: «Это обусловит смену не только логики и методики научного познания, но и языка науки. Вместо однозначного понятия является многозначный символ» [12, с. 102].

В языке синергетики важное значение имеет понятие «аттрактор» - идея, определяющая цель саморазвития системы. Она становится своеобразным «магнитом»: притягивает средства, «запускающие» процесс самоорганизации, который и выводит систему на прогрессивный или разрушительный путь (в зависимости от характера выбранной цели): «Результаты синергетики как бы возвращают нас к идеям древних о потенциальном и непроявленном. Понятие "аттрактор" можно соотнести с эйдосами Платона - идеями как первообразами, уподобиться и подражать которым стремятся вещи видимого мира, а также с идеальными формами Аристотеля, а применительно к человеческой психике - с архетипами в смысле Юнга. В психологии это явные или скрытые установки, которые преддетерминируют поведение человека, строят его из потребного будущего состояния вещей» [13, с. 31].

В. Василькова утверждает действенность идей И. Пригожина в развитии общества: «Потенциальные структуры социального порядка все время незримо присутствуют в пластах национальной культуры как возможные варианты новых стационарных состояний» [14, с. 154].

Похожие идеи за сто лет до рождения синергетики высказывал К. Маркс, на что ссылается в своем исследовании «Метаморфозы Бытия и Небытия» М.С. Каган: «В конце процесса труда получается результат, который уже вначале имелся в представлении человека, то есть идеально». В сдержанной формулировке К. Маркса представлена та же универсальная мысль, получившая завершенную методологическую разработку в конце ХХ в.: результат есть последовательное разворачивание и воплощение изначально заложенной в явлении идеи, его эйдоса.

Начало, как в зерне, вмещает в себе логику и специфику развития Мира и Искусства. В запредельных священных глубинах прошлого таится исток будущей культуры, в древних мифологических сказаниях кроется ответ на нелинейный вопрос об исторических перспективах и предназначении тех или иных феноменов культуры, а высота и изящество исходной идеи (по принципу аттрактора) определяют судьбу Культуры, Человека и его деяний.

На уровне макропроцесса саморазвития Искусства сам факт его бытия в системе культуры означает, что с момента изначальной неравновесности, когда оно появилось в своих древнейших формах, оно еще не вошло в свою завершающую стадию, а значит, должно сохранять тот же изначальный качественный смысл, сущностное зерно, из которого исторически самовозрастает единое Древо Искусства.

Опираясь на положения синергетики, мы приходим к выводу, что развитие культуры и Искусства определяется их исходным состоянием и первичным импульсом, идеей, эйдосом, а в предельном смысле - «суперэйдосом», задающим вектор движения системы к будущему. Эта сущностная идея закладывается в момент рождения системы. Для макросистемы Искусства - это период «детства человечества» и первые формы бытия в магическом ритуале в культуре первобытного общества.

Именно из идеи, исходного суперэйдоса «вырастают» все явления культуры, для которой наличие исходного духовного «импульса» также является принципиальной сущностной установкой. «Подумал, произнес, свершилось...». Эта «формула творения» была произнесена Матерью Мира для бога Неба Ульгеня (в алтайской мифологии). Эта же «формула» действует во всех проявлениях активности человека: физической, духовной, художественной, каждое действие которого начинается с Идеи.

Принцип первичности Идеи действует во всех слоях Культуры. Так работает сознание человека: рождает идею и затем находит для нее форму выражения. «Способность сохранять в свернутом виде исключительно обширные и значительные тексты сохранилась за символами ... Символ никогда не принадлежит какому-либо одному синхронному срезу культуры - он всегда пронзает этот срез по вертикали, приходя из прошлого и уходя в будущее» [15, с. 192].

Не случайно, погрузившись в сущностные глубины древнейших ритуалов, В.Н. Топоров отмечает сущностный изоморфизм представителей двух священных миров - поэта и жреца: «Смысл деятельности поэта-"грамматика" и жреца совпадает: оба они борются с хаосом и укрепляют "космическую" организацию, ее принцип, твердое, устойчивое место, в котором пребывает божественное и сакральное. Поэт и грамматик, устанавливая связи между разъятыми частями, строят "образ мира, в слове явленный", подобно жрецу, который в ритуале строит (в частности, с помощью слов) сам этот мир. И тот и другой контролируют этот мир, делая все, чтобы преодолев энтропические тенденции, сохранить смысл мира (и языка как образа мира), развить и усилить его» [16, с. 22].

Внутреннее родство искусства и ритуальных практик человечества отмечают и другие исследователи: «Музыкальное творчество древнего периода имело пророческую, заклинательную функции. Музыка была тесно связана с магией» [17, с. 19]. В пособии «Художественная политграмота» Эм. Бескин приводит научную идею А. Горнфельда: «Художник есть преемник того высокого наследства, которое уже не в силах удержать в своих руках священник. Искусство - живое хранилище правды - добывает ее тем же путем мистического откровения, внутреннего видения, каким постигла ее религия» [18, с. 181]. Ф. Сологуб в своем творческом кредо высказывает требование, чтобы зрелище было приближено к соборному действию, к мистерии и литургии.

Искусство - это целостная система, в которой все факторы, взаимодействуя, рождают неповторимую среду, специфически сплавляющую в своем котле вызовы времени и лики культуры. При этом вопрос происхождения и сущности феномена Искусства в его целостности, его места и функций, миссии в культуре Человечества остается открытым. В контексте рубежа тысячелетий он обрел поистине космическую остроту.

Мы не видим многие явления, потому что они не удовлетворяют нашим критериям поиска. Почему большинство исследователей не могут найти искусство в первобытной культуре? Потому что они пытаются отыскать в ней традиционные жанры и стили, которые сложились в более поздние времена. Искусства в том виде, в котором оно существует сегодня, там действительно найти невозможно.

Сегодня в науке обозначилась новая исследовательская задача: найти исходный «супер-эйдос», духовный центр искусства - то смысловое ядро, которое не изменяется ни при каких метаморфозах форм и жанров.

Именно в глубинах прошлого таится «священное зерно» будущей культуры, именно в мифологических россыпях знаков и символов кроется ответ на сложнейший вопрос о происхождении и сущности искусства, на загадки отношений человека и мира, а сакральный характер и глобальный масштаб его исходной идеи по принципу действия аттрактора направляют наше внимание на погружение в сущность и смыслы мистических ритуалов.

Ссылки и примечания:

1. Слово Искусство мы пишем с заглавной буквы, указывая тем самым на особый смысл и контекст, в котором это понятие употребляется. В статье имеется в виду не узкое жанрово-видовое понимание искусства в его традиционном смысле профессиональной художественной деятельности, а понимание его в аспекте феноменальной сущности той глобальной целостности, которой, несмотря на все метаморфозы, остается искусство с момента его рождения до сегодняшнего дня и конечной его точки в исторической перспективе. Тот же принцип относится к употребляемым в статье понятиям «Начало», «Культура», «Человек». При характеристике частных конкретных явлений используется традиционное написание данных понятий, тогда как их категориальное звучание требует заглавной буквы.

2. Врата в будущее. М., 1990.

3. Пригожин И., Стенгерс И. Время, хаос, квант [Электронный ресурс]. 11Р1_: http://www.philsci.univ.kiev.ua/biblio/vrema-haos.html (дата обращения: 22.05.2015).

4. Пелипенко А. Культурная динамика в зеркале художественного сознания // Человек. 1994. № 4. С. 58-76.

5. См. работы Лихачева Д.С. Заметки об истоках искусства; Большаковой А.Ю. Имя и архетип: о сущности словесного творчества; Борко Т.И. Мифо-ритуальные истоки искусства (от тождества к имитации); Полубоярова Д.И. Этническая картина мира как основа формирования ментального кода; Юнусовой В.Н. Феномен буддийской медитации в традиционной музыкальной культуре и восточном авангарде; Ромма В.В. Танец и секреты древнейших цивилизаций; и др.

6. Мордкович В.Г. Сибирь в перекрестье веков, земель и народов: очерки этно-экологической истории региона. Новосибирск, 2007. 396 с.

7. Каган М.С. Методологические проблемы современной философии // Каган М.С. Избранные труды : в VII т. Т. I. Проблемы методологии. СПб., 2006. С. 227-239.

8. Кулаков Ю.И. Из чего построен мир (рукопись из архива автора).

9. Медушевский В. Интонационная форма музыки: Исследование. М., 1993. 262 с.

10. Немировский В.Г., Невирко Д.Д. Теоретическая социология: нетрадиционные подходы : учеб. пособие. Красноярск, 1997-1998. 256 с.

11. Князева Е.Н. Синергетический вызов культуре [Электронный ресурс]. URL: http://spkurdyu-mov.narod.ru/SINVIZKUL.htm (дата обращения: 02.05.2015).

12. Григорьева Т.П. Синергетика и Восток // Вопросы философии. 1997. № 3. С. 90-102.

13. Пригожин И. Порядок из хаоса: Новый диалог человека с природой. М., 1986. 432 с.

14. Василькова В. Порядок и хаос в развитии социальных систем: (Синергетика и теория социальной самоорганизации). СПб., 1999. 480 с.

15. Лотман Ю.М. Символ в системе культуры // Лотман Ю.М. Избранные статьи : в 3 т. Т. 1. Таллин, 1992. С. 191-199.

16. Топоров В.Н. О ритуале. Введение в проблематику // Топоров В.Н. Мировое древо: Универсальные знаковые комплексы. Т. 2. М., 2010. С. 7-61.

17. Еолян И. Очерки арабской музыки. М., 1977. 192 с.

18. Бескин Эм. Художественная политграмота : пособие для художественных техникумов и вузов. Л., 1930. 240 с.