«Мы не похожи ни на кого»

Француз Жан-Кристоф Сабатье — технический директор Ulysse Nardin. С 2016 года он участвовал во всех изменениях, которые украсили жизнь почтенной марки из Ле-Локля, когда Ulysse Nardin приобрела французская группа Kering. Но на сей раз на Watches & Wonders марка выступала в качестве независимого бренда. В прошлом году Ulysse Nardin и Girard-Perregaux вместе вышли из-под крыла Kering.

Технический директор Ulysse Nardin

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

— Всегда удивляло, как столь небольшая часовая марка борется на равных с крупными корпорациями.

— Это требует смелости и уверенности в том, что ты делаешь. И я счастлив работать в Ulysse Nardin, потому что это часовой дом, который любит вызовы и ценит свою независимость.

Порой мы рискуем. Мы делаем необычные вещи — как с технологической точки зрения, так и с точки зрения дизайна.

Но в долгосрочной перспективе нам это на пользу. Все вокруг становятся похожими друг на друга, мы не похожи ни на кого.

— В чем же особенность часов Ulysse Nardin?

— В XIX веке у всех моряков были Ulysse Nardin, потому что это были лучшие морские часы. В XX и XXI веках мы создаем наручные часы для повседневной жизни. И у каждой модели есть своя специфика, свои технические особенности, каждая умеет делать то, чего не умеют другие. В этом и состоит уникальность Ulysse Nardin. Мы всегда были небольшой маркой в этом огромном часовом мире. Но именно это позволило нам сохранить технологическую независимость.

— Вам удавалось воплощать в жизнь самые сложные идеи. Достаточно вспомнить появление ваших вечных календарей или рождение революционных часов Freak. Берясь за новое, вы не боитесь за судьбу ваших исторических коллекций?

Ulysse Nardin Freak X Aventurine

Фото: Ulysse Nardin

— В технике мы постоянно стремимся к новизне. Но стараемся, чтобы она сочеталась с традицией. Сейчас у нас четыре линии — Marine, Diver, Blast и Freak, которые уже стали частью нашей истории. Наша цель не изобретать новый дизайн просто ради новой формы, а «переизобретать» его в рамках исторических коллекций нашего дома.

— Совсем скоро закончится ваш патент на кремниевую технологию. Как вы к этому относитесь?

— Кремний можно использовать во многих сферах, и уже сейчас такие технологии доступны. Его применение не сводится только к спиралям. То, что технология, которую первой начала применять Ulysse Nardin, становится общедоступной,— хорошая новость для нашей компании. Философия Ulysse Nardin — быть первыми. Мы каждый год представляем новый калибр, постоянно выпускаем технологические обновления, но ведь мы не часовой гигант. И то, что остальной рынок пользуется нашими технологиями,— своего рода признание и дань уважения нашим достижениям.

Ulysse Nardin Moonstruck Worldtimer, платина или розовое золото, индикация положения Солнца и Луны относительно Земли, индикация фаз Луны, индикация приливов, функция мирового времени для 24 городов, автоматический подзавод

Фото: Ulysse Nardin

— К слову о вашей независимости. Теперь вы не принадлежите Kering и существуете в рамках мини-группы, где есть только вы и Girard-Perregaux. Как вы уживаетесь?

— Ulysse Nardin и Girard-Perregaux работают примерно в одной ценовой категории. При этом у нас совершенно разные часы и клиенты. Так что никакого соперничества между двумя марками нет, зато мы прекрасно дополняем друг друга. Мы полностью независимы. У каждой из марок свое руководство, своя команда продвижения, своя группа дизайнеров. Зато у нас общая мануфактура, что позволяет нам объединять усилия в производстве. А иногда и в исследованиях и разработках. Мы прекрасно ладим с Girard-Perregaux, постоянно обмениваемся информацией. Я это очень ценю.

— Но ведь и у вас, и у Girard-Perregaux есть хорошие базовые калибры. Почему бы вам не воспользоваться их наработками и не делать механизмы на основе калибров Girard-Perregaux? Или наоборот, почему бы им не взять ваши?

Ulysse Nardin Freak X Aventurine, титан и розовое золото, циферблат из авантюрина, автоматический подзавод

Фото: Ulysse Nardin

— Смотрите, 80% наших часов оснащены механизмами, созданными на нашей же мануфактуре. При этом в трех четвертях из них стоит калибр 118. В частности, это часы Marine и Diver — две самые большие коллекции. Калибр 118 уже стал нашей визитной карточкой. И менять его на что-то другое просто нет смысла. Калибры для Freak и Blast очень специфичны и привязаны к этим моделям. Соответственно, менять их тоже нет смысла. Мы могли бы применять калибры Girard-Perregaux, никакого запрета тут не существует, и, если однажды мы поймем, что это будет в интересах Ulysse Nardin, мы обязательно воспользуемся такой возможностью. Но пока в этом нет необходимости.