ПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ СЕТЕВОЙ КОММУНИКАЦИИ МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ С РАЗНЫМИ ПОЛОВОЗРАСТНЫМИ ХАРАКТЕРИСТИКАМИ

СОЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Вестник Омского университета. Серия «Психология». 2022. № 1. С. 33-44.

УДК 159.9.07+159.922+316.77 DOI: 10.24147/2410-6364.2022.1.33-44

ПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ СЕТЕВОЙ КОММУНИКАЦИИ МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ С РАЗНЫМИ ПОЛОВОЗРАСТНЫМИ ХАРАКТЕРИСТИКАМИ

Л. В. Куликов1, А. Ю. Маленова2, Ю. В. Потапова3, И. С. Блеканов1, Е. С. Разумилов1

1 Санкт-Петербургский государственный университет

3 Омский государственный медицинский университет Министерства здравоохранения Российской Федерации

В статье приведены и теоретически обоснованы результаты контент-анализа открытых комментариев пользователей популярных сообществ социальной сети «ВКонтакте» разного пола в возрасте от 12 до 35 лет. Предметом исследования выступили количественные (число сообщений, символов, слов) и качественные (использование пиктограмм-эмодзи и обсценной лексики) индикаторы сетевого общения и их связь с полом и возрастом пользователей. Уровень активности молодых людей в сетевом общении в большей мере зависит от пола, чем от возраста. Количество сообщений у подростков 12-14 лет обоего пола невелико, в возрасте 15-17 лет происходит хорошо заметное возрастание числа комментариев как у девушек, так и у юношей. С возрастом у юношей в сравнении с девушками активность сетевой коммуникации по использованным нами показателям становится более выраженной. К самым активным в рассматриваемом возрастном диапазоне пользователям социальных сетей могут быть отнесены молодые мужчины 24-35 лет. Длина сообщений пользователей с возрастом увеличивается независимо от пола. Женская аудитория чаще мужской использует при написании публичных сообщений пиктограммы-эмодзи, пик их использования приходится на подростковый возраст. Обсценная лексика в публичных комментариях более характерна для юношей и мужчин, достигая наибольших показателей в период от 18 до 23 лет.

Ключевые слова: психолингвистические методы; контент-анализ; интернет-общение; социальные сети; лексика подростков и юношей; гендерные особенности коммуникации.

Финансирование. Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ и ЭИСИ в рамках научного проекта № 21-011-31276\21.

PSYCHOLINGUISTIC FEATURES OF NETWORK COMMUNICATION OF YOUNG PEOPLE WITH DIFFERENT GENDER AND AGE CHARACTERISTICS

L. V. Kulikov1, A. Yu. Malenova2, Yu. V. Potapova3, I. S. Blekanov1, E. S. Razumilov1

1 St. Petersburg State University

The article presents and theoretically substantiates the results of a content analysis of open comments from users of popular communities of the VKontakte social network of different sexes aged 12 to 35 years. The subject of the study was quantitative (number of messages, symbols, words) and qualitative (use of emoji icons and obscene vocabulary) indicators of network communication and their relationship with gender and age of users. The level of activity of young people in network communication depends more on gender than on age. The number of messages among adolescents aged 12-14 of both sexes is small, at the age of 15-17 there is a clearly noticeable increase in the number of comments, both among girls and boys. With age, in boys, in comparison with girls, the activity of network communication, according to the indicators we used, becomes more pronounced. The most active, in the considered age range, users of social networks can be attributed to young men aged 2435. The length of user messages increases with age, regardless of gender. The female audience more often than the male audience uses emoji icons when writing public messages, the peak of their use falls on adolescence. Obscene language in public comments is more typical for boys and men, reaching the highest rates in the period from 18 to 23 years.

© Куликов Л. В., Маленова А. Ю., Потапова Ю. В., Блеканов И. С., Разумилов Е. С., 2022

Keywords: psycholinguistic methods; content analysis; Internet communication; social networks; vocabulary of adolescents and young men; gender characteristics of communication.

Acknowledgments. The study was carried out with the financial support of the Russian Foundation for Basic Research and the Expert Institute of Social Research within the framework of the scientific project No. 21-011-31276\21.

Взросление личности в современном обществе до сих пор продолжает оставаться ге-терохронным: молодое поколение, уступая по уровню зрелости предыдущим, заметно опережает последних в своем технотронном развитии в мире информационных технологий, явно ориентируясь при этом на ценности самоутверждения, уверенности в себе, доминирования, самопрезентации [1]. И по всей видимости, эти качества приобретают всё большую значимость в процессе социализации (и ее в полной мере уже можно считать цифровой), продуктом которой является и новая личность, формирующаяся благодаря присвоению и воспроизводству опыта в смешанной офлайн / онлайн-реальности, созданной и опосредованной современными инфо-коммуникационными технологиями [2]. Сетевая коммуникация, успешно конкурируя в молодежной среде с непосредственным межличностным общением [3; 4], безусловно, расширяет возможности для самореализации личности, групп, сообществ, одновременно запечатлевая и фиксируя весь процесс коммуникации в виде «цифровых следов». С одной стороны, такой способ материализации потребностей личности имеет важное значение для ее идентификации и самопрезентации, с другой - позволяет обнаружить признаки неблагополучия, в том числе на уровне установок к девиантному поведению по отношению как к себе, так и к другим.

Особый интерес в связи с этим вызывает определение специфики сетевой коммуникации через призму социально-демографических характеристик пользователей. В ряде исследований уже установлена зависимость качественных индикаторов интернет-сообщений от пола и возраста респондентов. В исследовании Л. В. Колпаковой было обнаружено, что женщины в три раза чаще используют лексемы-интенсификаторы, междометия, восклицательные предложение и в целом у них богаче эмоциональный тезаурус [5]. Женская речь в интернет-общении, в принципе, более оценочна и экспрессивна, у мужчин же она менее эмоциональна, при этом отрицательные коннотации доминируют над поло-

жительными, а оценочная лексика выражена значительно слабее [6]. В текстах, созданных мужчинами, эмоции чаще либо не упоминаются, либо маскируются подбором метафор (например, «продирает до костей» вместо «я ощутил ужас / был впечатлен»), использованием грубых жаргонных выражений для их обозначения (например, «кайф»). Женщины чаще используют уменьшительно-ласкательные суффиксы именно для смягчения и выражения нежности, мужчины - для придания ироничности или обозначения небольшого размера описываемого предмета [5].

Эти данные можно соотнести с результатами исследований, проведенных в рамках научного проекта Центра позитивной психологии Университета Пенсильвании под руководством М. Косински и Д. Стилвелла 'World Well-Being Project", который позволил получить данные о «женском» и «мужском» способах формулировать свои мысли. Так, женщины в текстах чаще затрагивают темы семьи, друзей, событий социальной жизни, мужчины чаще включаются в дискуссии о политике, спорте, музыке, видеоиграх [7]. Это согласуется с результатами исследования типов молодежи, выделенных С. Г. Ушкиным по критерию политической активности. В его типологии 13 % приходится на «протестни-ков» (открыто декларируют свою позицию, участвуют в акциях - чаще это мужчины 1825 лет), 32 % - это «социальные активисты» (им свойственно активное, но не всегда столь агрессивное участие в политической жизни -это равная по полу группа молодых людей 23-35 лет) и оставшееся большинство - «социальные абсентеисты», не участвующие ни в политической, ни в социальной жизни, чаще других переживающие за благополучие своей семьи и своих близких (в основном это женщины старше 35 лет) [8]. При этом автор позднее отмечал, что именно молодые люди, активно пользующиеся социальными сетями, в большей степени склоны к протестной риторике (основные рекруты - в возрасте 1824 лет), однако группу риска в этом контексте составляют мужчины от 25 до 34 лет, активно одобряющие протестные акции [9].

В целом интенсивность использования социальных сетей (количество времени, проведенного в социальных сетях) положительно связана с частотой публикаций, ростом количества фото с друзьями, снижением числа текстов о себе и, согласно данным Д. С. Корниенко, выше у женской аудитории. Качественная наполненность сообщений при этом связана с такими параметрами самопрезентации в сети, как демонстрация совершенства, поведенческое проявление совершенства, и отрицательно связана с вербальным проявлением несовершенства [10]. Частичным подтверждением этого могут выступать данные П. В. Цыганковой, Е. Ю. Прончихиной, полученные в результате сравнительного исследования реакций здоровых респонденток и девушек с анорексией на проанорексический контент в соответствующих группах (авторы заранее проанализировали 1 000 постов и отобрали 28 из них, демонстрирующих различные аспекты темы анорексии). Было выявлено, что здоровые испытуемые демонстрируют более нейтральные реакции, а у больных анорексией рождается отклик в виде смешанных эмоций: стыда, страдания, отвращения, презрения, вины, страха. Кроме того, ответ, служащий реакцией на пост, у здоровых девушек, как правило, формулируется как персональный комментарий, у больных - как некий «лозунг» от имени референтной группы, к которой причисляют себя девушки. В этом факте авторы видят отражение более выраженной идентификации девушек с анорексией с группой тех, кто схож с ними по образу жизни и испытываемым проблемам [11].

Общей для российских и зарубежных пользователей является тенденция более частого использования мужчинами грубой лексики и выплескивания гнева при общении в социальной сети [7]. К обсценизмам в интернет-общении нередко прибегают с целью более эмоционального выражения своего мнения, выставления напоказ собственного цинизма, демонстративного проявления языковой свободы, желания эпатировать собеседника [13]. По результатам исследования Е. А. Новиковой и Д. В. Веренцовой, мужчины чаще женщин используют обсценные, бранные слова и выражения, стилистически сниженную, грубую письменную речь и пограничные междометия, которые представляют собой подмену матерных слов. По мне-

нию авторов, за этим стоит стремление подчеркнуть собственную брутальность, силу личности, независимость от общественного мнения. В речи мужчин также присутствует тяготение к использованию компромиссных (литературных) словесных вариантов как стремление к проявлению своего негативного отношения к чему-либо и желания остаться в рамках приличия в процессе диалога [6]. Л. В. Колпакова отмечает, что обсценная лексика у мужчин до сих пор реже поддается осуждению, чем у женщин, мужчины использую грубую лексику для придания тексту оттенка пренебрежения (например, перед опасностью), обозначения своего доминирования в диалоге [5]. В процессе анализа контента страниц социальных сетей (информация о предпочтениях - книгах, фильмах, играх, музыке, комментарии и реплики, статусы) К. Н. Белоусовым было установлено, что мужчины с разными личностными свойствами примерно с одинаковой частотой используют грубую, бранную и обсценную лексику, тогда как такой стиль изъяснения характерен лишь для женщин с высокими показателями интро-версии, враждебности и нейротизма [12].

Ряд авторов отмечают также гендерную обусловленность частоты использования в сетевой коммуникации эмодзи и эмотиконов, фиксируя больший интерес к ним со стороны женщин, нежели мужчин, подчеркивая, что первые превосходят вторых не только по количественным, но и качественным показателям (спектр используемых символов женщинами значительно шире) [12; 6].

Возрастные особенности личности проявляются в поведении людей в социальных сетях. Так, юные пользователи более склонны публиковать шутливый контент о личных переживаниях и событиях их жизни, более зрелые ведут себя в сети сдержаннее. Также более молодые испытуемые редко демонстрируют на своих страницах стремление к познавательной активности, для них интернет скорее среда для развлечений и реализации гедонистической направленности [14]. В. С. Собкин и А. В. Федотова утверждают, что подростки используют сеть как важнейшее коммуникативное пространство, при этом 24 % из них стремятся к тому, чтобы их страница вызывала интерес, 10 % ориентированы на привлечение внимания ранее незнакомых им людей и 23,8 % говорят о желании избежать назойливого внимания. При этом на стратегии само-

презентации влияет социальный статус, частота пользования социальными сетями, возраст. Часто использующие социальные сети молодые люди, вероятно, чувствуют себя в этом пространстве свободно и естественно, стремятся обратить на себя внимание людей, тогда как те, кто редко использует гаджеты, напротив, в сети стараются быть «невидимками». Желание привлечь внимание чаще выражено у девочек, при этом оно возрастает (если анализировать ответы 5- и 11-класс-ников) на протяжении взросления и акцентировано у детей с более высокой успеваемостью, живущих в семьях, где родители в среднем имеют более высокий уровень образования. Также данная стратегия продвижения себя в социальной сети характерна для тех детей, кто уверенно занимает позицию лидера в контактном общении, а те, кто скорее ведет образ жизни «одиночки», имеют низкий статус в коллективе, не стремятся демонстрировать свои страницы в сети, активно привлекать внимание окружающих. При этом 68,3 % подростков оценивают свою страницу как «обычную» (и они чаще создают ее для общения с друзьями), 24,5 % - как «сдержанную» (и чаще это девушки), 8,7 % - как «неординарную», 5 % - как «откровенную», 4,4 % - как «провокационную». Чаще к провокации в сети прибегают юноши, более старшие по возрасту подростки, те, кто стремится к привлечению внимания незнакомцев. Такие подростки чаще обращают внимание на рейтинги других коммуникантов, на более популярные страницы, их раздражает, если они не могут столь же успешно привлекать подписчиков. В этом проявляется немалая зависимость подростка от одобрения извне, желание нравиться и учитывать мнение окружающих. Нормы допустимого поведения в сети сильно взаимосвязаны с общим культурным уровнем и успеваемостью подростка: дети из семей, где оба родителя имеют высшее образование, а также те, кто успешно учится, реже прибегают к оскорблениям, особенно касающимся религиозных и национальных отличий, относятся к ним более болезненно [15].

В исследованиях А. Е. Войскунского и других были выявлены психологические особенности различий между более реальной и виртуальной, альтернативной идентичностью. Полученные данные свидетельствуют о том, что в сети чаще всего искажается возраст

(29 % респондентов утверждали, что вносят изменения в хронологический возраст, заполняя данные о себе на страницах в социальных сетях), семейное положение (29 %), особенности внешности и информация о хобби (по 22 %). Значительно реже пользователи искажают информацию о половой принадлежности, музыкальных и художественных предпочтениях, реже всего - о политических и религиозных взглядах. Пользоваться в сети другим именем чаще предпочитают мужчины до 35 лет, и в основном в своих профилях они искажают информацию о семейном положении, возрасте и экономическом статусе. Женщины (особенно юные, до 21 года) прибегают к стратегии искажения информации по большей части из соображений безопасности, чтобы их нельзя было «отследить» в реальной жизни [16]. О большей озабоченности девушек-подростков вопросами безопасности в сети (особенно в отношении сексуальных домогательств, оскорблений, преследования) также свидетельствуют данные, полученные в исследовании В. С. Собкина и А. В. Федотовой. Юноши при этом скорее боятся стать жертвой интернет-шантажа [15].

На данный момент имеется множество разрозненных исследований относительно различных аспектов киберкоммуникации и киберсоциализации. Стоит выделить уже упомянутый ранее проект «World Well-Being Project». В нем проанализированы данные испытуемых с 2007 по 2012 г., собраны все параметры профиля социальной сети (личная информация, комментарии, лайки и т. д.) и соотнесены с данными более 20 психодиагностических методик (в их числе опросник «Удовлетворенность жизнью» Э. Динера, «Большая пятерка», тест Дж. Равена), предлагавшихся пользователям в качестве развлекательного контента, дающего обратную связь [17-19]. Учитывались также данные анкетирования о половой принадлежности, возрасте, расе, сексуальной ориентации, отношении к алкоголю, табакокурению, родительской семье. По итогам стало возможным по текстам и характеристикам страниц определить социально-демографические и личностные характеристики пользователей социальной сети. Точность предсказания этих моделей для разных характеристик различна: проще всего установить расу пользователя (с вероятностью 0,95), пол (0,93), политические предпочтения (0,85), религиозность (0,82), сексуаль-

ную ориентацию мужчин (0,88), женщин (0,78), возраст (0,75), семейный статус (0,650,7) [17].

Целью нашего исследования выступило изучение психолингвистических особенностей сетевой коммуникации молодых людей с разными половозрастными характеристиками.

Были определены следующие задачи:

1. Определить степень активности в написании публичных комментариев у представителей разных половозрастных групп.

2. Установить среднюю длину сообщения, характерную для половозрастной группы.

3. Выявить частоту использования пикто-грамм-эмодзи представителями разных половозрастных групп.

4. Подсчитать долю сообщений с обсцен-ной лексикой относительно всех сообщений половозрастной группы.

На первом этапе исследования были отобраны 128 популярных сообществ социальной сети «ВКонтакте» с открытыми комментариями (общее число слов 10 206 2199) 4 095 397 пользователей от 12 до 35 лет (численность половозрастных групп указана в таблице ниже). Для получения массива комментариев использовался интерфейс «API ВКонтакте», для обработки - контент-анализ.

Состав и характеристика выборки

Возрастной диапазон, лет Количество пользователей

12-14 98 824 2 606 695 120 822 1 681 122

15-17 655 694 12 266 496 600 991 6 915 226

18-20 549 747 16 669 995 229 212 5 426 708

21-23 462 806 15 070 952 208 044 2 896 552

24-35 757 224 20 428 257 210 911 5 990 095

Активность в написании комментариев оценивалась нами путем подсчета доли сообщений, оставленных представителями конкретных половозрастных групп. Сравнение показало, что юноши и девушки 12-14 лет мало отличаются друг от друга по уровню активности написания публичных коммента-

риев в социальных сетях (см. рис. 1). Вероятно, это можно объяснить возрастными особенностями, меньшей уверенностью в необходимости высказываться публично, стремлением общаться в основном в «закрытом» формате обмена личными сообщениями с друзьями и знакомыми.

ю о о о

ю о о о

CK

сц о 1=1

0,10 0,09 0,08 0,07 0,06 0,05 0,04 0,03 0,02 0,01 0,00

0,01

0,09

0,05

0,02

0,01

0,02

12-14

15-17

18-2 0

21-23 24-35

Возрастная группа, лет

• Мужской пол---Женский пол

Рис. 1. Доля сообщений в группе относительно всех сообщений с учетом пола и возраста пользователей

В 15-17 лет юноши в среднем чаще, чем девушки, начинают оставлять комментарии в группах, однако и для девушек, если обратить внимание на возрастную динамику, в этом возрасте характерен всплеск активности в данной сфере. Возможно, такой результат объясняется тем, что в ранней юности молодые люди переживают период активного поиска себя и своего места в мире, стремятся заявить о себе, опираясь на мнение более широкой аудитории, обретают большую уверенность.

Затем разрыв между юношами и девушками начинает постепенно увеличиваться за счет того, что активность девушек в публикации комментариев в социальных сетях падает, а юношей - растет. Самыми активными пользователями социальных сетей можно считать молодых мужчин в возрасте от 24 до 35 лет - они оставляют комментарии в среднем чаще, чем представители остальных половозрастных групп. Гендерные различия в стратегиях поведения в сети (большая пассивность женщин и активность мужчин) могут быть объяснены несколькими факторами:

1. Факт написания комментария в социальной сети может быть расценен как проявление социальной активности, направленной на самоутверждение и конкуренцию с участниками сообщества. В этом смысле мужчины могут лидировать по числу оставленных комментариев, так как чаще стремятся к подчеркиванию своего превосходства и соперничеству.

2. Довольно часто комментарии в социальных сетях направлены на трансляцию определенной, общественно значимой идеи (к примеру, это дискуссии относительно социально-политических, экономических явлений). Наши исследования показывают, что юноши и мужчины в среднем чаще интересуются интернет-контентом, связанным с политикой и социальными явлениями, затраги-

вающими большие группы людей. Именно поэтому они, в силу своих интересов и направленности, могут чаще оставлять комментарии по этой теме.

3. Мужчины проводят в интернете больше времени. Эта гипотеза нуждается в верификации, но сам факт того, что активность представителей разного пола начинает существенно отличаться после 18 и до 35 лет (в активный репродуктивный период, когда молодые люди находят брачных партнеров, женятся и заводят детей), а также что всё еще актуально неравенство положений мужчины и женщины в семье (предполагает большую включенность женщины в воспитательный процесс, а значит, и ее большую занятость в разных сферах и обостренный ролевой конфликт), указывает на то, что у молодых мужчин просто больше возможностей в свободное время зайти в интернет и оставить там комментарии к посту, записи, сообщению. Большая включенность женщины в хозяйственно-бытовую и воспитательную деятельность формирует феномен «второй смены», когда мать и жена, приходя с работы, вынуждена заниматься домашними делами и воспитанием детей, тогда как мужчина может в это время позволить себе отдых и переключение на общение в интернете.

Совокупность этих факторов может объяснить довольно парадоксальные суждения, согласно которым женщины в сети коммуни-цируют меньше, хотя типичным для восприятия женского поведения является приписывание большей включенности женщины в разные формы общения.

Второй задачей нашего исследования было выявление количественных признаков сообщений в сети у представителей разных возрастных групп. Нас интересовало среднее число символов, которые они используют (рис. 2), а также среднее количество слов в написанном сообщении (рис. 3).

80,00 70,00

ю

§ 50,00

СО

О 40,00

сц

0

1 30,00

о

§ 20,00

10,00 0,00

42,32

35,08

29,04

12-14

15-17

18-20

61,16

74,46

73,16

21-23 24-35

Возрастная группа, лет

• Мужской пол---Женский пол

Рис. 2. Среднее число символов в сообщениях представителей разных половозрастных групп

14,00

i 12,00 ю 10,00

о сц о о

о

8,00 6,00

4,00

2,00 0,00

12-14

15-17

18-20

21—23 24-35

Возрастная группа, лет

• Мужской пол---Женский пол

Рис. 3. Среднее количество слов в сообщениях представителей разных половозрастных групп

Поведение людей разного пола в этом вопросе характеризуют сходные тенденции. В возрасте 12-14 лет подростки сильнее отличаются друг от друга по числу используемых в сообщении символов (при этом мальчики в среднем пишут более длинные сообщения), затем различия между мужским и женским полом нивелируются. Учитывая возрастную динамику, можно отметить, что, взрослея, пользователи начинают писать всё более длинные сообщения, включающие в себя практически вдвое большее количество слов и символов. Это может быть связано с расширением словарного запаса, обогащением жиз-

ненного опыта, умственным развитием, которое стимулирует излагать свои мысли более развернуто и аргументированно. Кроме того, эта тенденция может быть связана с тем, что на смену невербальным формам выражения переживаний и мыслей (стикеры, пиктограм-мы-эмодзи) приходят вербальные, которые предполагают большую распространенность, а значит, и большее число символов.

Это приводит нас к решению третьей задачи, связанной с исследованием числа пиктограмм, которые пользователи применяют в интернет-общении (см. рис. 4).

0,35 0,30

;§ 0,25

О.

I 0,15 ^

Ч>

ЕТ 0,10

ю '

I 0,05 ^ 0,00

0,33

0,32

0,12

0,12

0,23

0,10

0,21

0,10

0,22

0,12

12-14

15-17

18-20

21-23 24-35

Возрастная группа, лет

Мужской пол---Женский пол

Рис. 4. Доля сообщений с пиктограммами относительно числа сообщений в половозрастной группе

По этому показателю во всех рассматриваемых возрастных группах показатели у лиц женского пола выше, чем у мужского. Вероятно, частое использование эмодзи отражает более внимательное отношение женщин к вопросу невербальной экспрессии эмоций. Данный результат согласуется с итогами проведенного нами опроса 94 студентов вузов и учащихся колледжей, в котором девушки также демонстрируют большую заинтересованность в использовании пиктограмм-эмод-зи, тогда как юноши предпочитают выражать эмоции знаками препинания и эмотиконами или вовсе не пользоваться никакими невербальными средствами, описывая лишь суть ситуации, но не свое отношение к ней.

Следует также отметить различия в динамике использования пиктограмм-эмодзи юношами и девушками. У представителей мужского пола различия в долях использования значков, обозначающих эмоции, меняются крайне незначительно, при этом младшая (12-14 лет) и старшая (24-35 лет) группы юношей и мужчин демонстрируют одинаковые результаты.

У девушек наблюдается иная картина: нисходящая линия на графике, свидетельствующая об особенно значимом сокращении доли используемых эмодзи после 18 лет. Учитывая отмеченные особенности, свидетельствующие о возрастании длины сообщений с возрастом, можно предположить, что девушки переводят описание своих эмоций из невер-

бального плана в вербальный, используя слова и выражения для обозначения переживаний. Также, возможно, к снижению числа используемых пиктограмм приводит возрастание степени эмоциональной саморегуляции, снижение экспрессивности выражаемых эмоций.

Таким образом, юноши и девушки отличаются по степени готовности включать невербальный компонент в интернет-коммуникацию. Отчасти это приводит нас к вопросу о том, какие же вербальные средства могут быть использованы для обозначения сильных и ярких переживаний у мужчин. Наше предположение (отчасти основанное также на опросе молодых людей о том, как они выражают свои эмоции) заключается в том, что эту роль может на себя взять обсценная лексика. Для его проверки мы сделали еще один эмпирический срез, направленный на выявление маркеров поведения молодежи в сети, связанных с частотой употребления нецензурных выражений, что позволило решить четвертую задачу нашего исследования.

Нами были обнаружены сходные тенденции в использовании обсценизмов у представителей разного пола с учетом возрастных особенностей: сравнительно низкие значения долей в подростковом возрасте, постепенное повышение с пиком, приходящимся на период 18-23 лет, а затем выраженное снижение. При этом на любом из возрастных этапов частота использования обсценной лексики преобладает именно у юношей (рис. 5).

0,10 0,09

I 0,08

0

1 0,07

> S

§ 0,06 ф

£ 0,05

о

0,04

S

ю 8 0,02

Л 0,01

0,00

0,09

0,09

0,06

0,03

12-14

15-17

18-20 21-23 24-35

Возрастная группа, лет

Мужской пол---Женский пол

Рис. 5. Доля сообщений с обсценной лексикой в половозрастной группе относительно всех сообщений

Как уже предполагалось ранее, можно констатировать большее стремление юношей обозначать свои переживания с помощью нецензурных выражений. Также на частоту использования нецензурных выражений влияют социальные нормы, большая терпимость общества к подобной лексике, звучащей из уст мужчин. Женская брань порицается, мужская считается в некоторых сообществах весьма органичной.

На вопрос о том, по какой причине люди 18-23 лет используют брань в интернете чаще, чем подростки и взрослые люди, можно отвечать по-разному. Этот период часто воспринимается молодыми людьми как условный порог взрослости, а использование подобной лексики является маркером того, что человек может позволить себе изъясняться таким способом. Конечно, подобное поведение свидетельствует о недостаточной зрелости и потому к 24 годам сменяется более умеренной стратегией. Другим объяснением служит то, что, выходя из стен школы, молодежь сталкивается с «большим миром», который может стать для нее значительным источником фрустрации, и это провоцирует столь бурное выражение эмоций в интернете. Возможно также, что к 24 годам и позднее многие молодые люди обзаводятся семьей и детьми и потому привыкают «модерировать» свою речь, как устную, так и письменную. К тому же к этому времени

многие уже начинают работать и, занимая «серьезные» должности, стремятся к тому, чтобы и в сети поддерживать свой имидж, не опускаясь до использования нецензурной лексики. И если на более ранних этапах развития условная анонимность сетевой коммуникации могла восприниматься молодыми людьми как защищающая их, не позволяющая установить прямую связь с их персоной, то в более старшем возрасте приходит осознание того, что «цифровые следы» следует лучше контролировать в связи с возможными репутационными потерями.

Выводы:

1. Уровень активности молодых людей в сетевом общении в большей мере зависит от пола, чем от возраста. Количество сообщений у подростков 12-14 лет обоего пола невелико, в возрасте 15-17 лет происходит хорошо заметное возрастание числа комментариев как у девушек, так и у юношей. С возрастом у юношей в сравнении с девушками активность сетевой коммуникации по использованным нами показателям становится более выраженной. К самым активным в рассматриваемом возрастном диапазоне пользователям социальных сетей могут быть отнесены молодые мужчины 24-35 лет.

2. Наиболее выраженные гендерные различия в объеме сообщений приходятся на подростковый возраст и период ранней юно-

сти: мальчики 12-14 лет и юноши 15-17 лет используют больше символов и слов в сообщениях, чем девочки и девушки тех же возрастных групп. Взрослея, пользователи обоих полов начинают писать всё более длинные сообщения, включающие в себя практически вдвое большее количество слов и символов.

3. Использование при написании публичных сообщений пиктограмм-эмодзи более характерно для женской аудитории, чем для мужской, независимо от возраста. Пик частоты их использования у девушек приходится на подростковый возраст при уменьшении доли пиктограмм в сообщениях после 18 лет. Молодые мужчины всех возрастов используют эти приемы невербальной коммуникации значительно реже женщин, не проявляя существенной возрастной специфичности. Таким образом, молодые люди разного пола отличаются по степени готовности включать невербальный компонент в интернет-коммуникацию.

4. Использование обсценной лексики в публичных комментариях более характерно для юношей и мужчин, чем для девушек и молодых женщин. Пик частоты ее использования приходится на период 18-23 года, реже данный вид лексики встречается в сообщениях подростков 12-14 лет. Доля обсценизмов в сетевой коммуникации лиц одного пола 1517 лет и 24-35 лет сходна, превышая показатели подростков и уступая показателям юношей.

Таким образом, опираясь на полученные результаты, можно утверждать, что существует ряд психолингвистических особенностей сетевой коммуникации молодых людей -уровень активности, количественные характеристики текстов, частота использования пиктограмм-эмодзи, обсценной лексики, которые связаны с половой и возрастной принадлежностью коммуникантов.

Перспективными в этой области исследований могут быть направления, связанные с расширением круга социально-демографических факторов, детерминирующих специфику сетевой коммуникации молодежи. В качестве таковых, например, могут выступать уровень образования, профессиональная занятость, семейное положение молодых людей. Выявление этих и других вероятных предикторов интернет-общения молодежи в современных условиях имеет особое значение, поскольку позволит не только осуществлять мониторинг самочувствия одной из самых стратегически важных социальных

групп, но и разрабатывать механизмы прогноза и управления состоянием пользователей с учетом их социально-демографических особенностей.

ЛИТЕРАТУРА

1. Фельдштейн Д. И. Психология взросления: структурно-содержательные характеристики процесса развития личности. - М. : Моск. психол.-соц. ин-т : Флинта, 2004. - 672 с.

2. Солдатова Г. В. Цифровая личность как феномен 21 века: встреча с «новой нормальностью» // Психологическая газета. - URL: https://psy.su/feed/9511/ (дата обращения: 04.11.2021).

3. Гребенникова О. В., Аянян А. Н., Юрчен-ко Н. И., Полева Н. С. Социальное и личностное развитие современной молодежи в технологическом обществе // Вестник РГГУ. Серия «Психология. Педагогика. Образование». - 2020. - № 1. - С. 151-166.

4. Поливанова К. Н., Королева Д. О. Социальные сети как новая практика развития городских подростков // Вестник РГНФ. -2016. - № 1. - С. 173-180.

5. Колпакова Л. В. Проявление гендерной специфики эмоциональной сферы личности в языке // Вестник Томского государственного педагогического университета. - 2018. - № 6 (195). - С. 62-67. - URL: https://cyberleninka. ru/artide/n/proyavlenie-gendernoy-spetsifiki-emotsionalnoy-sfery-lichnosti-v-yazyke (дата обращения: 07.06.2021).

6. Новикова Е. А., Веренцова Д. В. Гендерная специфика использования междометий в интернет-общении // Вестник Калужского университета. - 2021. - № 2. - С. 19-24. -DOI: 10.54072/18192173_2021_2_19.

7. Park G., Yaden D. B., Schwartz H. A, Kern M. l., Eichstaedt J. C., Kosinski M., Stillwel D., Ungar L. H., Seligman M. E. P. Women are Warmer but No Less Assertive than Men: Gender and Language // PLOS ONE. - 2016. - Vol. 11, no. 5. - P. e0155885.

8. Ушкин С. Г. Протестные сообщества в социальных сетях: три года наблюдений // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. - 2014. -№ 6 (124). - С. 112-118.

9. Ушкин С. Г. Протесты и протестующие провинциального города: как к ним относится население? // Власть. - 2017. - № 11. -С. 123-129.

10. Корниенко Д. С., Руднова Н. А., Горбуши-на Е. А. Особенности самопрезентации в социальной сети в связи с чертами большой пятерки и темной триады // Вестник Удмуртского университета. Серия «Философия. Психология. Педагогика». - 2021. -

№ 1. - URL: https://cyberleninka.ru/article/ n/osobennosti-samoprezentatsii-v-sotsialnoy-seti-v-svyazi-s-chertami-bolshoy-pyaterki-i-te mnoy-triady (дата обращения: 11.06.2021).

11. Цыганкова П. В., Прончихина Е. Ю. Особенности эмоционального реагирования на посты группы «Типичная анорексичка» социальной сети «ВКонтакте» у девушек с различными типами телесности // Вестник РГГУ. Серия «Психология. Педагогика. Образование». - 2019. - № 2. - С. 77-96.

12. Белоусов К. И., Обухова И. А. Влияние пола и самооценки пользователей социальной сети на использование эмотиконов и эмодзи в процессе речевой коммуникации // Вестник Пермского университета. Российская и зарубежная филология. - 2019. - № 3. -С. 15-18.

13. Крылова М. Н. Язык современного интернет-общения (на материале интеллектуального контента социальной сети «ВКонтакте») // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. - 2019. - № 1. -С. 128-137.

14. Орестова В. Р., Ткаченко Д. П., Соколова А. А. Переживание одиночества пользователями различных социальных сетей: возрастной контекст // Вестник РГГУ. Серия «Психология. Педагогика. Образование». -2020. - № 2. - С. 31-53.

Информация о статье Дата поступления 12 января 2022 Дата принятия в печать 25 февраля 2022

Сведения об авторах

Куликов Леонид Васильевич - доктор психологических наук, профессор кафедры социальной психологии Санкт-Петербургского государственного университета (Санкт-Петербург, Россия). E-mail: leon-piter@mail.ru.

Маленова Арина Юрьевна - кандидат психологических наук, доцент кафедры общей и социальной психологии Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского (Омск, Россия). E-mail: malyonova@mail.ru.

Потапова Юлия Викторовна - кандидат психологических наук, доцент кафедры философии и социально-гуманитарных наук Омского государственного медицинского университета Министерства здравоохранения Российской Федерации (Омск, Россия). E-mail: kardova.jv@gmail.com.

15. Собкин В. С., Федотова А. В. Подросток в социальных сетях: к вопросу о социально-психологическом самочувствии // Национальный психологический журнал. - 2018. № 3 (31). - С. 23-36. - URL: https://cyber leninka.ru/artide/n/podrostok-v-sotsialnyh-se tyah-k-voprosu-o-sotsialno-psihologicheskom-samochuvstvii (accessed: 11.06.2021).

16. Войскунский А., Евдокименко А., Федуни-на Н. Альтернативная идентичность в социальных сетях // Вестник Московского университета. Серия 14, Психология. - 2013. -№ 1 - С. 66-83.

17. World Well-Being Project / the University of Pennsylvania's Positive Psychology Center ; Stony Brook University's Human Language Analysis Lab. - URL: http://wwbp.org/about. html (accessed: 20.12.2021).

18. Diener E., Emmons R. A., Larsen R. J., Griffin S. The Satisfaction With Life Scale // Journal of Personality Assessment. - 1985. -Vol. 49, no. 1. - P. 71-75.

19. Schwartz H. A, Sap M., Kern M. L., Eichsta-edt J. C., Kapelner A., Agrawal M., Blanco E., Dziurzynski L., Park G., Stillwel D., Kosins-ki M., Seligman M. E. P., Unga L. H. Predicting individual well-being through the language of social media // Biocomputing 2016 : Proceedings of the Pacific Symposium. -2016. - P. 516-527.

Article info

Received January 12, 2022 Accepted February 25, 2022

About the authors

Kulikov Leonid Vasilievich - Doctor of Psychological Sciences, Professor at the Department of Social Psychology, St. Petersburg State University (St. Petersburg, Russia). E-mail: leon-piter@mail.ru.

Malenova Arina Yuryevna - PhD in Psychological Sciences, Associate Professor at the Department of General and Social Psychology, Dostoevsky Omsk State University (Omsk, Russia). E-mail: malyonova@mail.ru.

Potapova Yulia Viktorovna - PhD in Psychological Sciences, Associate Professor at the Department of Philosophy and Social and Humanitarian Sciences, Omsk State Medical University of the Ministry of Healthcare of the Russian Federation (Omsk, Russia). E-mail: kardova .jv@gmail .com.

Блеканов Иван Станиславович - кандидат технических наук, доцент кафедры технологии программирования Санкт-Петербургского государственного университета (Санкт-Петербург, Россия). E-mail: i.blekanov@gmail.com.

Разумилов Егор Сергеевич - студент, кафедра технологии программирования Санкт-Петербургского государственного университета (Санкт-Петербург, Россия). E-mail: razumiloves @gmail.com.

Для цитирования

Куликов Л. В., Маленова А. Ю., Потапова Ю. В., Блеканов И. С., Разумилов Е. С. Психолингвистические особенности сетевой коммуникации молодых людей с разными половозрастными характеристиками // Вестник Омского университета. Серия «Психология». - 2022. - № 1. - С. 33-44. - DOI: 10.24147/2410-6364. 2022.1.33-44.

Blekanov Ivan Stanislavovich - PhD in

Technical Sciences, Associate Professor at the Department of Programming Technology, St. Petersburg State University (St. Petersburg, Russia). E-mail: i.blekanov@gmail.com.

Razumilov Egor Sergeevich - student, Department of Programming Technology, St. Petersburg State University (St. Petersburg, Russia). E-mail: razumiloves@gmail.com.

For citations

Kulikov L.V., Malenova A.Yu., Potapova Yu.V., Blekanov I.S., Razumilov E.S. Psycholinguistic Features of Network Communication of Young People with Different Gender and Age Characteristics. Herald of Omsk University. Series "Psychology", 2022, no. 1, pp. 33-44. DOI: 10.24147/2410-6364. 2022.1.33-44. (In Russian).