Институт бурятских представительств в системе органов управления республики в начале XX века

значимым для процесса обучения устной деловой аргументированной речи выводам. При формировании у студентов способности к устной деловой аргументированной речи следует учитывать то, что в процессе аргументации коммуникативные намерения деловых партнеров проявляются в речевых действиях, которые в зависимости от ситуации могут быть выражены самыми различными языковыми средствами. Поэтому в содержание обучения устной деловой аргументированной речи необходимо включать лингвистический компонент, содержащий языковые средства - маркеры аргументации. Употребление маркеров аргументации обусловлено не только типом речевого действия, в котором они используются (обоснование, пояснение,

доказательство, возражение, вывод), но также и самим типом дискурса (бытовой, институциональный и др.).

Для развития умений распознавать и понимать аргументацию иноязычных партнеров по общению и самостоятельно вести аргументативный диалог в деловом сотрудничестве с зарубежным коллегой важно целенаправленно обучать будущих профессионалов языковым аспектам аргументации, развивать у них умения реализовывать разнообразные интенции, используя для этого различные способы достижения и реализации этих интенций, то есть коммуникативные стратегии.

Статья поступила 15.04.2014 г.

Библиографический список

1. Аксенова Г.Н. Когнитивные стратегии аргументативной речевой деятельности (на материале судебной речи): дис. ... канд. филолог. наук: 10.02.19. Барнаул, 2003. 199 с.

2. Апресян Ю.Д. Интегральное описание языка и системная лексикография // Избранные труды. М.: Языки русской культуры, 1995. Т. 2. 767 с.

3. Баранов А.Н. Лингвистическая теория аргументации (когнитивный подход): дис. ... д-ра филолог. наук: 10.02.01, 10.02.19. М., 1990. 372 с.

4. Бороденков П.А. Маркеры аргументации в обиходном дискурсе (на материале незнаменательной лексики немецкого языка): дис. ... канд. филолог. наук: 10.02.04. Иваново, 2009. 243 с.

5. Гончарова Е.А. Перзуазивность и способы ее языковой реализации в дискурсе рекламы // 8Ы1а НпдшБЙс. 2001.

№ 10. С. 121-132.

6. Григорьева В.С. Дискурс как элемент коммуникативного процесса: прагмалингвистический и когнитивный аспекты: монография. Тамбов: Изд-во ТГТУ, 2007. 288 с.

7. Иссерс О.С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи. Изд. 4-е, стереотипное. М.: Ком Книга, 2006. 288 с.

8. Мордовин А.Ю. Аргументативные стратегии языковой личности североамериканского политика (на материале дискурса Г. Киссинджера): дис ... канд. филолог. наук: 10.02.04. Иркутск, 2004. 239 с.

9. Румянцева Т.А. Обучение аргументативному общению студентов 3 курса языкового педагогического вуза (на материале немецкого языка): дис. . канд. педагог. наук: 13.00.02. Пенза, 1999. 240 с.

УДК 930.25

ИНСТИТУТ БУРЯТСКИХ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВ В СИСТЕМЕ ОРГАНОВ УПРАВЛЕНИЯ РЕСПУБЛИКИ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА

Л

© Е.Т. Протасов1

Бурятская государственная сельскохозяйственная академия им. В.Р. Филиппова, 670024, Россия, Республика Бурятия, г. Улан-Удэ, ул. Пушкина, 8.

Статья посвящена начальному периоду образования автономной республики и истории становления органов государственной власти и управления. На основе новых архивных документов аргументируется вывод о том, что создание системы органов государственной власти в автономной республике происходило в сложных условиях тяжелого экономического кризиса, правового вакуума, культурной и образовательной отсталости населения, больших различий в уровне квалификации кадров и структуре органов управления. Особое внимание уделяется созданию и функционированию Бурят-Монгольских представительств при ВЦИК РСФСР в Москве, а также в Иркутске как важных структур для представления интересов малочисленных народов и национальных меньшинств. Библиогр. 24 назв.

Ключевые слова: образование автономной республики; Бурят -Монголия; органы исполнительной и законодательной власти; представительства республики в Москве и Иркутске.

INSTITUTE OF BURYAT REPRESENTATIVE OFFICES IN BURYAT REPUBLIC ADMINISTRATION SYSTEM IN EARLY XX CENTURY E.T. Protasov

Buryat State Agricaltural Academy named after V.P.Filippov, 8 Pushkin St., Ulan-Ude, 670024, Republic of Buryatia, Russia.

The article discusses the formation period of autonomous republic and development history of public and administration

1 Протасов Евгений Тарасович, кандидат исторических наук, и.о. доцента кафедры государственного и муниципального управления, тел.: 89021602310, e-mail: protasov-evg@mail.ru

Protasov Evgeny, Candidate of History, acting Associate Professor of the Department of State and Municipal Administration, tel.: 89021602310, e-mail: protasov-evg@mail.ru

authorities. Based on new archive documents the author proves that the autonomous republican form of government was created under conditions of sever economy crisis, legal vacuum, cultural and educational underdevelopment of population and great diversity in the qualification level of personnel and the structure of governing bodies. Special attention is given to the creation and operation of Buryat-Mongol representative offices under VTslK of the Russian Soviet Federative Socialist Republic in Moscow and in Irkutsk as important bodies representing the interests of native minorities and ethnic groups. 24 sources.

Key words: formation of autonomus republic; Buryat-Mongolia; executive and legislative bodies; republican representative offices in Moscow and Irkutsk.

Проблемы становления и развития органов государственной власти и управления привлекали многих исследователей. В той или иной степени они затрагивались в работах, посвященных вопросам советского, партийного и национально-государственного строительства в РСФСР, СССР в целом и в национальных регионах в частности. Вопросы государственного устройства, кадровой политики в сфере управления государством были актуальны с начала становления советской государственности и не потеряли остроты на современном этапе строительства новой России. Изучение моделей становления институтов власти на различных этапах развития субъектов федерации, в сфере государственного управления, особенно на местном уровне, является крайне актуальным. Однако особенно остро ощущается нехватка фактического материала по вопросам истории рассматриваемых этажей управления государством в национальных окраинах. В историографии, в том числе бурятской, данная тема до сих пор не была предметом специального изучения.

Цели и задачи данного исследования определены актуальностью темы, степенью ее изученности и заключаются в том, чтобы проанализировать и переосмыслить вопросы создания и становления органов государственной власти в Бурятии, ее представительств в Москве и Иркутске, а также выявить их роль и значение в процессе национально-государственного строительства и социально-экономического развития республики. В работе использовались проблемный и сравнительный методы исследования.

Степень изученности темы во многом представлена имеющимися источниками по рассматриваемой проблематике, которые можно сгруппировать следующим образом. Во-первых, это литература по истории государственности Бурятии, имеющая непосредственное отношение к теме исследования, то есть посвященная образованию и начальному периоду существования республики и органов ее государственной власти до 1937 г. Во-вторых, исторические и историко-юридические исследования, посвященные вопросам рассматриваемого периода истории государственного строительства в РСФСР и СССР, в том числе работы, посвященные истории образования государственности и становления системы государственных органов в других субъектах федерации. В-третьих, литература, посвященная специальному анализу правовых, организационных, управленческих вопросов функционирования институтов государственной власти и в том числе проблемам федерализма, парламентаризма и деятельности Советов.

Краткий анализ историографии целесообразно начать с рассмотрения работ, обобщающих начальный этап истории государственного строительства в Бурятии. Безусловный интерес для научного анализа истории национально-государственного строительства в Бурятии представляют первые попытки обобщения этого процесса, представленные в докладах руководителей республики М.Н. Ербанова, М.И. Амагаева, а также в статьях исследователей того времени - профессора Н.Н. Козьмина, П.А. Самойловича и М.И. По-муса [1-11]. Ценность этих работ состоит в том, что их авторы, непосредственные участники событий, попытались не только дать собственную интерпретацию произошедшим историческим событиям, но и обосновать объективность создания автономии бурятского народа.

Системный исторический анализ проблем государственности Бурятии начался значительно позже, в 1940-60-е гг. В 1950-х г. в «Исторических записках» вышла статья В.К. Андрушайтиса «К истории образования Бурят-Монгольской АССР» [12], где автор проанализировал исторические предпосылки образования республики и затронул отдельные стороны образования ее государственных органов. Наиболее полное и целостное изложение вопросов образования и становления законодательных органов Бурятии было представлено во втором томе «Истории Бурятской АССР» [13], вышедшем в 1959 г. В семи главах первого раздела, охватывающего период становления и развития БМАССР до 1937 г., подробно освещены вопросы создания органов власти республики, деятельность ее ЦИК, материалы семи съездов Советов, которые изложены в контексте национально-государственного, культурно-национального и хозяйственного строительства республики.

Первой попыткой специального исследования истории образования республики и ее государственных органов стала работа А.А. Бартановой «Образование Бурят-Монгольской Автономной Советской Социалистической Республики» [14], в которой на основе привлечения архивного материала автор впервые попыталась осветить этапы образования республики и противоречия, возникавшие в ходе этого процесса.

Наиболее обстоятельное исследование истории государственности Бурятии было сделано в монографиях Г.Л. Санжиева и Н.Д. Шулунова. В монографии Г.Л. Санжиева «В.И. Ленин и национально-государственное строительство в Сибири (1917-1937 гг.)» [15] вопросы образования БМАССР рассмотрены на основе исторического сравнения с аналогичными процессами, происходившими в других национальных

регионах Сибири. Расширение хронологических рамок исследования дало возможность автору проанализировать также процесс образования и становления законодательных и исполнительных органов власти, осветить проблемы «коренизации» советского и хозяйственного аппарата в 1920-30-е гг. Одним из наиболее глубоких и содержательных исследований проблем государственности Бурятии является монография Н.Д. Шулунова [16]. В ней на основе большого архивного материала и документальных источников проанализированы предпосылки и начальный этап процесса автономного и государственного строительства в республике, при этом автор не обошел вниманием возникавшие противоречия. Исследователь подробно анализировал позиции сторон, участвовавших в решении вопроса о создании автономии бурятского народа, и дал принципиальную оценку противодействию краевых и губернских органов процессу образования БМАССР. Большое место в работе отведено анализу проблем формирования системы государственных органов, хозяйственного механизма и административно-территориального устройства республики.

Со второй половины 1980-х гг. начался этап переосмысления истории Отечества в связи с перестройкой, изменениями в общественно-политической, экономической жизни общества. Значительно расширился доступ к архивным материалам. В монографии А.А. Елаева «Бурятия: путь к автономии и государственности» [17] наряду с современным видением проблем исторического развития бурятского народа подробно рассмотрены вопросы эволюции автономии бурят, национально-государственного строительства, развития республиканской системы представительных органов власти. Что же касается непосредственно данной темы, то можно отметить, что история становления и развития органов государственной власти и управления в регионе в настоящее время в историческом плане изучена недостаточно.

В основу советского национально-государственного строительства был положен принцип права наций на самоопределение. Национально-государственная автономия рассматривалась прежде всего как средство решения национального вопроса. Национальная государственность создавалась преимущественно в форме национального округа - автономного объединения народностей, отличающихся особым национальным составом и бытом. Процесс развития национально-государственного строительства РСФСР отличался непрерывной трансформацией различных форм национальных автономий, изменением их количественного состава вплоть до середины 1930-х гг. Если к моменту образования СССР в состав РСФСР входило 11 автономных республик, 14 автономных областей, 63 губернии и области [18], то к середине 1930-х гг. помимо обычных административных образований в составе РСФСР насчитывалось 13 автономных республик, 11 автономных областей и 9 национальных округов [19].

К моменту образования Бурят-Монгольская АССР имела территорию 338140 км . В 1924 г. администра-

тивно-территориальная структура состояла из 9 аймаков, 35 хошунов, 26 волостей, 494 сельских и сомон-ных Советов. Численность населения составляла 451869 человек, по национальному составу оно распределялось следующим образом, чел.: бурят -219876 (52,50%), русских - 194221 (46,38%), украинцев - 307 (0,07%), белорусов - 217 (0,5%), эвенков -1585 (0,38%), евреев - 1258 (0,30%), татар - 236 (0,06%), поляков 214 (0,05%), прочих - 821 (0,20%) [20]. На территории республики находилось 2349 населенных пунктов, в том числе и три города - Верх-неудинск, Троицкосавск, Баргузин, среди которых самым большим по численности населения был Верхне-удинск - 21365 тыс. человек [21]. Переписью населения 1926 г. был зафиксирован следующий социальный состав городского населения: рабочие - 23,3%, служащие - 26,9%, кустари - 15,5 %, прочие самодеятельные группы - 34,3% [22].

Следует отметить, что позитивное влияние на образование автономии бурятского народа в форме республики оказала новая экономическая политика, провозглашенная в начале 1920-х гг. Предпринятые в рамках НЭП экономические и политические меры создали благоприятные условия для динамичного развития автономной республики и становления ее выборных законодательных органов, являвшихся одновременно высшими органами государственной власти.

Правовой основой функционирования государственных органов являлись Конституция РСФСР и Положение о государственном устройстве БМАССР. Высшим органом законодательной (представительной) власти Бурят-Монгольской АССР был съезд Советов, высшим законодательным и распорядительным органом в период между съездами - Центральный исполнительный комитет БМАССР и его Президиум, высшим исполнительным органом - Совет народных комиссаров, отраслевыми органами управления -Народные комиссариаты, местными органами власти - городские, аймачные (уездные), хошунные (волостные) и сомонные (сельские) Советы. На территории автономной республики признавались обязательными декреты и постановления съездов Советов, ВЦИК и СНК РСФСР, устанавливалось единое гражданство и единая таможенная политика, а также объявлялось равноправие русского и бурят-монгольского языков.

Объективные трудности начального периода образования республики отразились на формах и методах работы ее органов власти. Организационный период формирования и закрепления основ государственности, системы органов государственной власти и управления продлился до 1925 г. Важная роль в становлении и деятельности системы органов государственной власти принадлежала руководству республики и, в частности, Председателю ЦИК и Совнаркома БМАССР М.Н. Ербанову. Во многом именно благодаря ему в сжатые сроки был сформирован государственный аппарат. Несмотря на отсутствие исторического опыта государственности, были подобраны и воспитаны управленческие кадры, органы власти и управления проводили конструктивную созидательную работу.

Отличительной чертой созданной системы государственной власти в регионе было отсутствие четкого разделения функций и компетенции между ветвями власти. Функции законодательных органов государственной власти смешивались с исполнительными функциями, а функции исполнительных органов государственной власти - с законодательными и распорядительными, что проявлялось в дублировании принимаемых решений. Это во многом происходило из-за огромного количества неотложных проблем, постоянной нехватки времени. Вместе с тем система государственной власти строилась на основе иерархичности и жесткой централизации. На практике объединение разных властных функций нередко приводило к смешению функций законодательных и исполнительных органов, усилению административных методов управления, формальному участию населения в решении государственных задач, вопросов местного значения.

С целью социально-экономического развития республик, совершенствования и гармонизации межнациональных отношений была создана сеть представительств, отражавших интересы малочисленных народов и национальных меньшинств.

Бурят-Монгольское представительство при ВЦИК РСФСР в Москве было образовано 1 января 1923 г. Сначала представительство состояло из руководителя и его заместителя (они осуществляли политическое представительство), секретаря, бухгалтера и машинистки. Затем в структуру вошли следующие отделы: административный, промышленности, сельского хозяйства, коммунального хозяйства, строительства, народного образования, торговый, финансовый, бюджетный, транспорта и связи, труда и соцобеспечения. Руководителем представительства был участник Октябрьской революции, делегат первого съезда Советов Бурятии Иван Васильевич Ченкиров.

Работа представительства в Москве носила организационный характер и заключалась в исполнении заданий и решении вопросов, которые диктовались и возникали в Бурисполкоме и Бурревкоме. Сотрудники представительства участвовали в различных заседаниях и совещаниях по бурят-монгольским вопросам, согласовании вопросов с заинтересованными ведомствами и возбуждении ходатайств перед центральными органами. Работа согласовывалась с правительством республики и соответствовала общей политической линии и указаниям ЦИК и СНК РСФСР. Вопросы принципиального характера не обсуждались без предварительного согласования с местными органами.

Из года в год количество заседаний представительства увеличивалось, обсуждались все более важные вопросы. Так, в 1924 г. состоялось 7 заседаний, а в 1927 г. - 20. Бурятское представительство принимало непосредственное участие в работе Госплана СССР и пленума Комитета Севера. Для решения проблем тунгусских племен Северо-Байкальского, Баун-товского, Окинского краев и Тункинского аймака при Президиуме ВЦИК был образован Комитет Севера. Значительно активизировалась деятельность туземных райисполкомов. Представительством была проведена работа среди национальных меньшинств. К их

числу на территории Бурятии были отнесены тунгусы, татары, поляки, евреи, украинцы и прочие народности. Доля «прочих народностей» составляла 0,86% населения республики [23, л. 23-39]. Для защиты интересов национальных меньшинств при Президиуме ВЦИК был образован Комитет по обслуживанию национальных меньшинств. Однако в полной мере он так и не развернул свою работу.

В 1931 г. перед представительством встали новые проблемы. Это проведение мероприятий по земельной реформе, обслуживанию кочевого населения, развитию животноводства и всеобщему начальному обучению. Однако чрезвычайно остро перед представительством стоял вопрос о снабжении Бурятии продуктами и промтоварами. 14 августа 1930 г. органами власти страны был принят декрет «О всеобщем обязательном начальном обучении», который положил начало всеобщему образованию. Развивались и национальные школы, на которые распространялись все законы и распоряжения, издаваемые центральными органами власти. Отдел национальных школ помогал создавать учебники и организовывал подготовку учителей. Со стороны представительства активно осуществлялся контроль над введением и организацией всеобщего начального образования.

В это же время разрабатывалась новая структура аппарата представительства с учетом разграничения политически-плановых и торгово-снабженческих функций. Согласно новому распределению обязанностей, штат представительства состоял из двух частей: политического представительства и торгового бюро.

В 1929 г. партией и правительством был взят курс на индустриализацию страны. Новый курс активно внедрялся и на территории Бурятии. При существенной помощи представительства построены кирпичные заводы в Чикойском и Заиграевском районах, электростанции, основные автодороги, соединяющие сырьевые и промышленные районы Бурятии с железнодорожной магистралью, а также телефонные, телеграфные, почтовые линии связи и другие объекты [24].

Деятельность представительства довольно полно представлена следующими документами: проекты постановлений, приказы, распоряжения, обращения, циркуляры, правила, положения об исследовании автономных республик, земельных границах города Верхнеудинска, протоколы совещаний при отделе национальностей, общих собраний представительства о штатах учреждений и предприятий, обслуживании национальных меньшинств, развитии кустарной промышленности региона. Всего фонд Р-250 Государственного архива Республики Бурятия, где хранятся эти и многие другие документы, насчитывает 437 архивных дел и охватывает период с 1923 по 1932 гг.

Другим органом власти для представления интересов населения республики было Бурят-Монгольское представительство в Иркутске, которое начало свою работу 1 сентября 1923 г. вслед за отъездом Буррев-кома в Верхнеудинск. Не имея специального положения о представительстве, в начальный период оно находилось в затруднительном положении. В октябре 1923 г. было утверждено положение о представитель-

стве, которое заложило основы для дальнейшей его работы. Представительство содержалось за счет средств республиканского бюджета и отчитывалось о результатах своей работы перед Бурревкомом, а затем Совнаркомом.

Сначала в составе представительства работали лишь уполномоченный представитель и его заместитель. Затем штатная численность представительства увеличилась до 10 человек. Созданная структура являлась представительным органом западных аймаков БМАССР (Аларского, Боханского, Эхирит-Булагатского, Тункинского) и ячеек республиканских наркоматов. В представительство обращались должностные лица, организации, а также аймачные учреждения по решению организационно-управленческих, экономических вопросов. Выполнялись многочисленные поручения Бурревкома, а затем Совнаркома и отдельных наркоматов по оказанию помощи в становлении и развитии местных органов власти аймаков и населенных пунктов республики с учетом их оторванности (анклав) и отдаленности от территории этнической Бурятии.

Исполкомам аймачных и сельских советов оказывалось содействие в уточнении границ аймаков и территорий сельсоветов, обследовании населенных пунктов. Проводилась работа по решению организационных и хозяйственных вопросов, подбору кадров советских работников и специалистов, обустройству служебных помещений местных органов власти и обеспечению их необходимыми нормативными документами с последующими разъяснениями. Из-за неблагоприятных погодных условий и неурожая в 1923-1924-х гг. решались вопросы обеспечения продовольственными и промышленными товарами населенных пунктов, особенно отдаленных сел и улусов. Преодолевая трудности, работники представительства оказывали помощь в продаже крестьянами производимых ими молочных и мясных продуктов, в которых нуждались жители соседних населенных пунктов: гг. Черемхово, Усолье-Сибирское, Залари, Зима, пригороды Иркут-

ска, а также железнодорожные станции и поселки Иркутской губернии.

В представительство постоянно обращались отдельные граждане за разъяснениями, советами, с просьбами по оказанию помощи и другим вопросам [24, л. 46-52].

Кроме этого отстаивались права представителей республики в учреждениях и губернских органах власти, оказывалось содействие землякам-бурятам при поступлении в учебные заведения. Представительство помогало поступившим студентам и слушателям в получении мест в общежитиях, жилищно-бытовом обустройстве нуждающихся.

Представительство как самостоятельная организация было реорганизовано 1 октября 1924 г. Однако на заседании Президиума ЦИК БМАССР 27 октября 1924 г. постановили, что его следует сохранить со штатом два человека: представителя и секретаря. Окончательно представительство завершило свою работу в конце августа 1925 г., сыграв свою положительную роль, во многом выполнив поставленные задачи.

Таким образом, образование Бурят-Монгольской АССР, создание системы органов государственной власти и управления в автономной республике происходили в сложных условиях тяжелого экономического кризиса, правового вакуума, культурной и образовательной отсталости населения, а также больших различий в уровне квалификации кадров и структуре органов управления бывших автономных областей. Необходимо отметить, что Бурят-Монгольские представительства в период становления и укрепления государственности в 1920-е годы играли существенную роль в системе органов власти республики. Они достойно представляли и защищали интересы органов власти различных уровней и отдельных граждан в центральных и региональных структурах власти страны.

Статья поступила 02.07.2014 г.

1. Ербанов М.Н. Строительство Красной Бурятии. Верхне-удинск: Издание редакции журнала «Жизнь Бурятии», 1925. 38 с.

2. Ербанов М.Н. Вопросы культурно-национального строительства Бурятии: краткий очерк / предисл. М. Дворкин. Верхнеудинск: Издание Буробкома ВКП(б), 1926. 52 с.

3. Ербанов М.Н. Пять лет автономии Бурятии: краткий очерк. Верхнеудинск: Издание Буробкома ВКП(б), 1926. 25 с.

4. Амагаев М.И. Записка Дальбюро о формах объединения бурятских автономных областей. 1921 г.

5. Козьмин Н.Н. Бурят-Монгольская АССР. Географический и хозяйственный очерк. Иркутск; Верхнеудинск: Бурят-Монгольское государственное изд-во, 1928;

6. Козьмин Н.Н. Бурят-Монгольская республика - область: доклад предс. секции по районированию. Иркутск, 1924.

7. Самойлович П.А. Бурят-Монгольская АССР / под ред. С.Б. Диманштейна. М.: Изд-во «Власть Советов», 1933. 17 с.

8. Помус М.И. Бурят-Монгольская АССР. М., 1937. 148 с.

9. Бурят-Монгольская АССР. Очерки и отчеты: 1923-1924 гг. Верхнеудинск, 1925.

10. Бурят-Монгольская АССР. Очерки и отчеты:

Библиографический список

1925-1926 гг. Верхнеудинск, 1927.

11. Бурят-Монгольская АССР (Материалы к отчету IV съезда Советов). 1926/1927- 1927/1928 гг. Верхнеудинск: Изд-во ЦК и СНК БМАССР, 1928. 237 с.

12. Андрушайтис В.К. К истории образования Бурят-Монгольской АССР // Исторические записки. Вып. 39. М., 1952. 286 с.

13. История Бурятской АССР. В 2 т. Т. 1. История Бурят-Монгольской АССР / ред. кол.: П.Т. Хаптаев [и др.]. Улан-Удэ, 1954. Т. II. История Бурятской АССР / ред. кол.: П.Т. Хаптаев (гл. ред.) [и др.]. Улан-Удэ, 1959.

14. Бартанова А.А. Образование Бурятской Автономной Советской Социалистической Республики. Улан-Удэ: Бурятское кн. изд-во, 1964. 132 с.

15. Санжиев Г.Л. В.И. Ленин и национально-государственное строительство в Сибири (1917-1937 гг.). Улан-Удэ: Бурятское кн. изд-во, 1971. 176 с.

16. Шулунов Н.Д. Становление советской национальной государственности в Бурятии (1919-1923 гг.). Улан-Удэ: Бурятское кн. изд-во, 1972. 492 с.

17. Елаев А.А. Бурятия: путь к автономии и государственно-

сти. М.: Антал, 1994. 176 с.

18. Абдулатипов Р.Г., Болтенкова Л.Ф., Яров Ю.Ф. Федерализм в истории России. В 3 кн. Кн. 1. М.: Республика, 1992. 314 с.

19. История парламентаризма в государствах - участниках Содружества Независимых Государств: материалы науч.-практ. конф. М.: Изд-во Управления делами Государственной Думы Федерального Собрания РФ, 1996.

20. Материалы по статистике Бурятии: статистические материалы. Вып. 1. Население. Труд. Верхнеудинск: Типография

ЦСНХ Б.-М.Р., 1926.

21. Социалистическое строительство Бурят-Монгольской АССР за 10 лет. Верхнеудинск, 1933. 39 с.

22. Шулунов Н.Д. Становление советской национальной государственности в Бурятии (1919-1923 годы). Улан-Удэ: Бурятское кн. изд-во, 1972. 457 с.

23. Государственный архив Республики Бурятия (ГАРБ). Ф. Р-250. О. 1. Д. 110.

24. ГАРБ. Ф. Р-283. О. 1. Д. 23.

УДК 694: 656. 125

ИСТОРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СТРОИТЕЛЬСТВА ОБЪЕКТОВ ДЛЯ ПЕРЕВАЛКИ ЗЕРНА В НОВОРОССИЙСКОМ МОРСКОМ ПОРТУ НА РУБЕЖЕ XIX-XX вв.

© И.А. Рыбникова1, А.М. Рыбников2

Новороссийский филиал Белгородского государственного технологического университета имени В.Г. Шухова, 353915, Россия, г. Новороссийск, ул. Мысхакское шоссе, 75.

Приведены сведения о строительстве объектов для перевалки зерна в Новороссийском морском порту со времен основания Новороссийска в 1838 г. и до начала ХХ в. К 1914 г. они обеспечили до 2/3 общего экспорта зерна Юга России. Это было достигнуто путем строительства железной дороги и уникального механизированного каменного элеватора по передовым технологиям того времени. Библиогр. 10 назв.

Ключевые слова: строительство объектов; перевалка зерна; морской порт; экспорт; Новороссийск.

HISTORICAL ASPECTS OF BUILDING FACILITIES FOR GRAIN TRANSSHIPMENT IN NOVOROSSIYSK SEAPORT IN LATE XIX - EARLY XX CENTURIES I.A. Rybnikova, A.M. Rybnikov

Novorossiysk branch of Belgorod State Technological University named after V. G. Shukhov. 75 Myskhakskoe Shosse, Novorossiysk, 353915, Russia.

The article reports on the construction of grain transshipment facilities in the seaport of Novorossiysk from the city's foundation in 1838 to the beginning of XX century. By 1914 they had provided up to two-thirds of the total South Russian export of grain. It was achieved by the construction of a railway and a unique mechanized stone grain elevator according to the advanced technologies of that time. 10 sources.

Key words: facility construction; grain transshipment; seaport; export; Novorossiysk.

По Адрианопольскому мирному договору, заключенному между Россией и Турцией в 1829 г., к России отошла часть Черноморского побережья. Горские племена начали «священную войну» против «неверных», продолжавшуюся до середины XIX в. Это заставило русское правительство организовать охрану побережья: ввести крейсерство боевых кораблей вдоль Кавказского побережья, создать Черноморскую береговую линию, состоящую из ряда небольших укреплений. Одним из них со временем и стал Новороссийск.

12 сентября 1838 г. в Суджукскую бухту вошла эскадра Черноморского флота России. Ее десант заложил военный форт, который и послужил началом будущего города. Все земли Северного Черноморья,

отвоеванные у Турции, в те годы назывались Ново-россией. 14 января 1839 г. военный министр России издал приказ о присвоении созданному в Суджукской бухте укреплению названия Новороссийск.

По указанию императора России Николая I бухту с 1839 г. стали именовать Новороссийской или Цемесской (адыгейское название (натухаевский диалект) бухта получила от реки Цемес - лес с большим количеством насекомых: циэ - много насекомых, мэзы -лес). Заболоченные плавни реки были в свое время рассадником малярии и лихорадки, «гнилым углом» Новороссийска.

В 1845 г. в укреплении уже создан небольшой торговый порт, а в 1846 г. поселение преобразовалось в

Рыбникова Ирина Александровна, старший преподаватель кафедры гуманитарных и естественно-научных дисциплин, тел.: (8617) 695525, е-mail: 7upa7@mail.ru

Rybnikova Irina, Senior Lecturer of the Department of Humanities and Natural and Scientific Disciplines, tel.: (8617) 695525, е-mail: 7upa7@ mail.ru

2Рыбников Александр Михайлович, кандидат технических наук, старший научный сотрудник, доцент кафедры подъемно-транспортных машин и комплексов, тел.: 89180493090, е-mail: 7upa7@mail.ru

Rybnikov Alexandеr, Candidate of technical sciences, Senior Researcher, Associate Professor of the Department of Lifting and Transport Machines and Systems, tel.: 89180493090, е-mail: 7upa7@ mail.ru