Реализация государственной политики запрещения абортов на территории Восточной Сибири во второй половине 1930-х гг

ментами сценария, установления лексического значения и выявления в нем культурных коннотаций.

Такова в целом принципиальная структура сценария семейных обрядов, которая в совокупности подчинена общему содержанию семейных обрядов. Таким образом, описание языка как когнитивного механизма, играющего роль в кодировании и трансформи-

ровании информации о семейной жизни, цикличности жизненных этапов, развитии качественных характеристик и изменении социального статуса, позволяет обратиться нам к форме сценария, обладающего жесткой структурой и рядом характерных признаков, прослеживающихся в лексической системе языка.

Библиографический список

1. Арутюнова Н.Д. Введение // Логический анализ языка. Образ человека в культуре и языке. М., 1999. С. 5-21.

2. Гак В.Г. Языковые преобразования. М.: Языки русской культуры, 1998. 768 с.

3. Ивина Л.В. Лингво-когнитивные основы анализа отраслевых терминосистем (на примере англоязычной терминологии венчурного финансирования): учебно-методическое пособие. - М.: Академический проект, 2003. 304 с.

4. Кубрякова Е.С. Об установках когнитивной науки и актуальных проблемах когнитивной лингвистики // Вопросы когнитивной лингвистики. 2004. № 1. С. 6-17.

5. Лосев А.Ф. Знак. Символ. Миф. М.: Изд-во МГУ, 1982. 480 с.

6. Лоренц К. Эволюция ритуала в биологической и культурной сферах // Природа. 1969. № 11.

7. Пименова М.В., Кондратьева, О.Н. Введение в концептуальные исследования. Кемерово: Кузбассвузиздат, 2006. С. 28-40.

8. Попова 3.Д. Очерки по когнитивной лингвистике. Воронеж: Истоки, 2001. 191 с.

9. Степанов Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. М.: Академический проект, 2001. 990 с.

10. Филлмор Ч. Фреймы и семантика понимания // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 23. Когнитивные аспекты языка; под ред. В.В. Петрова, В.И. Герасимова.

УДК 314.113:343.621-025.44(571.5)"193"

РЕАЛИЗАЦИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОЛИТИКИ ЗАПРЕЩЕНИЯ АБОРТОВ НА ТЕРРИТОРИИ ВОСТОЧНОЙ СИБИРИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 1930-х гг.

Л

Е.Н. Афанасова1

Филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, 666679, г. Усть-Илимск, ул. Крупская, 7.

Целью работы является изучение реализации Постановления ЦИК и СНК СССР от 27.06. 1936 г. «О запрещении абортов...» на территории Восточной Сибири во второй половине 1930-х гг. Рассмотрены причины принятия данного нормативно-правового акта, правовые последствия его нарушения, содержание раздела, касающегося запрещения аборта. В РСФСР количество абортов в период с 1935 по 1937 г. снизилось на 73%, а на территории Восточной Сибири за 1936 и 1937 г. в среднем на 95%. Постановление «О запрещении абортов.» дало кратковременный результат. Уже в 1938 г. официальное число абортов по РСФСР стало расти: в Иркутской области увеличение составило 43%, в Читинской области - 64,52%. Табл. 5. Библиогр. 10 назв.

Ключевые слова: история Восточной Сибири; запрет абортов; реализация постановления 1936 г. «О запрещении абортов...» на территории Восточной Сибири.

IMPLEMENTATION OF STATE POLICY OF ABORTION PROHIBITION IN EASTERN SIBERIA IN THE SECOND HALF OF 1930s E.N. Afanasova

Branch of Russian Academy of National Economy and Public Service under the President of the Russian Federation, 7 Krupskaya St., Ust-Ilim, 666679.

The objective of the work is studying the implementation of the Decree of the Central Executive Committee and the Council of People's Commissars of the USSR of June 27, 1936 "On prohibition of abortions ..." in Eastern Siberia in the second half of 1930s. The author examines the reasons for the adoption of this regulatory act, the legal consequences of its violation, the contents of the section relating to banning on abortion. The number of abortions in the RSFSR in the period from 1935 to 1937 decreased by 73%, and in Eastern Siberia in the period from 1936 to 1937 it decreased by an average of 95%. The Decree "On prohibition of abortions ..." gave a short-term result. Already in 1938 the official number of abortions in the RSFSR began to grow: the increase in the Irkutsk region was 43%, in the Chita region - 64.52%. 5 tables. 10 sources.

Key words: history of Eastern Siberia; ban on abortions; implementation of the Decree of 1936 "On prohibition of abortions ..." in Eastern Siberia.

1Афанасова Елена Николаевна, кандидат исторических наук, доцент, зав. кафедрой гуманитарных и общих естественно -научных дисциплин, тел. 89246133855, e-mail: lebeden81@mail.ru

Afanasova Elena, Candidate of History, Associate Professor, Head of the Department of Humanities and General Sciences, tel.: 89246133855, e-mail: lebeden81@mail.ru

Советская Россия стала первой страной в мире, в которой еще в 1920 г. официально было разрешено производить аборты в связи со сложной экономической ситуацией в стране и неудовлетворительной материальной обеспеченностью населения. Западные страны осуществили легализацию аборта почти на 40-50 лет позже. По мнению ряда исследователей, именно в 1920-е гг. население Советской России постепенно перешло к прямому контролю над рождаемостью. Однако в отличие от европейских стран основным методом регулирования рождаемости в советском государстве стал аборт.

В течение 1920-х гг. аборты в СССР приобрели массовый характер, стали заурядным явлением в жизни советских женщин, сформировалась так называемая абортная культура - приспособление и привыкание общества к широкому производству абортов как к основному и даже единственному способу регулирования количества детей в семье [1, с. 75]. Сформировалось антирепродуктивное поведение. Однако за этот период обозначилось несколько проблем, вынуждавших государство изменить свое отношение к массовому совершению абортов.

Во-первых, данное декларированное право в течение 1920-х гг. оставалось практически не обеспеченным с позиции системы здравоохранения. В годовых отчетах системы здравоохранения, сохранившихся в центральных и региональных архивах, повсеместно отмечается недостаточное количество врачей, тем более квалифицированных, гинекологических кабинетов, медицинского оборудования, лекарственных средств. Количество женщин, желающих сделать аборт, превышало материальные возможности государства обеспечить реализацию данного декларированного права. Зачастую последствия совершения аборта для здоровья и будущей репродуктивной функции женщины были самые неблагоприятные.

Во-вторых, советская идеология стала рассматривать женщину как полноценного равноправного члена общества, наделенного всей полнотой прав и свобод советского гражданина, женщина была призвана активно участвовать во всех сферах жизнедеятельности молодого советского государства. Однако это не снимало с женщины реализацию репродуктивной функции в соответствии с потребностями государства. Рождение ребенка стало восприниматься не как личное дело женщины, а прежде всего как выполнение гражданского долга. В постановлении 1936 г. отмечалось: «на женщине, как матери и гражданке, лежит большая и ответственная обязанность рождения и воспитания граждан».

Один из партийных функционеров А. Сольц писал: «В то время как все буржуазные страны мира не знают, куда девать своих людей, где найти им работу, чем их накормить, нам людей не хватает. Нам так много надо сделать! ...Нам нужны все новые и новые борцы - строители этой жизни. Нам нужны люди. Аборт, уничтожение зарождающейся жизни, недопустим в нашем государстве строящегося социализма. Аборт - это злое наследие того порядка, когда человек жил узколичными интересами, а не жизнью кол-

лектива. В нашей жизни не может быть разрыва между личным и общественным. У нас даже такие, казалось бы, интимные вопросы, как семья, как рождение детей, из личных становятся общественными. Советская женщина уравнена в правах с мужчиной. Для нее открыты двери во все отрасли труда. Но наша советская женщина не освобождена от той великой и почетной обязанности, которой наделила ее природа: она мать, она родит. И это, бесспорно, дело большой общественной значимости» [3, с. 1].

В-третьих, принятие постановления «О запрете абортов.» было обусловлено необходимостью компенсировать людские потери периода начала формирования советского государства. Официальное разрешение абортов в 1920 г. привело к естественному падению рождаемости. Темпы снижения рождаемости, по мнению ряда экспертов, составляли 2-2,5% в год, что привело к сокращению в 12% в течение 19251930-х гг. и к дальнейшему 25%-му снижению за период 1930-1935 гг. [10] В учреждениях Народного комиссариата здравоохранения РСФСР в 1934 г. родилось около 3 млн детей, а абортировано 700 тыс. — на каждые 4 рождения приходился 1 аборт [4, с. 27-28].

Помимо легализации искусственного прерывания беременности огромное влияние на демографическую ситуацию в стране оказала репрессивная политика советского государства, в результате реализации которой погибли миллионы людей, сотни тысяч оказались в лагерях и колониях, что естественным образом сказалось на снижении рождаемости.

27 июня 1936 г. ЦИК и СНК СССР было принято постановление «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах». Данный нормативно-правовой акт затрагивал сразу несколько крайне важных направлений социальной политики советского государства в отношении женщин и детей. Постановление носило комплексный характер, было направлено на улучшение демографической ситуации в целом, повышение рождаемости, чего предполагалось достичь не только методами запретов, но и использованием стимулирования различного характера. Запрет абортов был только одним из методов решения демографических проблем.

Принятию постановления предшествовало первоначальное широкое обсуждение данного законопроекта среди общественности через средства массовой информации. Так, 25 мая 1936 г. было принято постановление ЦИК СССР «О передаче на обсуждение трудящихся законопроекта о запрещении абортов, помощи роженицам, расширении сети родильных домов, яслей и т.п.», которое было опубликовано в большинстве наиболее распространенных газет. Обозначалось, что данный документ разработан правительством ввиду многочисленных просьб трудящихся женщин.

В Постановлении ЦИК и СНК СССР «О запреще-

нии абортов..» в связи с установленной вредностью абортов было запрещено их осуществление в больницах и специальных лечебных учреждениях, на дому у врачей и на частных квартирах беременных. Производство абортов допускалось исключительно в тех случаях, когда продолжение беременности представляло угрозу жизни или грозило тяжелым ущербом здоровью беременной женщины, а также при наличии тяжелых, передающихся по наследству заболеваний родителей и только в больницах и родильных домах [2, с. 1].

За производство абортов вне больниц или в больнице, но с нарушением указанных условий было установлено уголовное наказание врачу, производящему аборт от одного до двух лет тюремного заключения, а за производство абортов в антисанитарной обстановке или лицами, не имеющими специального медицинского образования, устанавливалось уголовное наказание в виде трех лет тюремного заключения. За принуждение женщины к производству аборта также вводилось уголовное наказание в виде тюремного заключения до двух лет.

В отношении беременных женщин, производящих аборт в нарушение данного Постановления, устанавливалось уголовное наказание в виде общественного порицания, а при повторном нарушении закона -штраф до 300 рублей.

Принятие данного постановления привело к сокращению количества абортов и росту рождаемости на всей территории РСФСР, что подтверждают архивные документы. Так, в докладной записке Народного комиссариата здравоохранения РСФСР 1937 г. «О реализации постановления «О запрете абортов.» представлены следующие численные данные.

Таблица 1

Соотношение родов и абортов в системе здравоохранения РСФСР [6, л. 5]_

Показатель 1935 г. 1936 г. 1937 г.

Число родов 1 392 709 1 806 036 2 371 697

Число зарегистрированных абортов 1 315 249 800 738 350 278

Численные данные табл. 1 показывают, что если в 1935 г. число родов составляло 1392709, то в 1936 г. -1 806 036, то есть на 413327 родов больше (увеличение на 29,68%). В 1937 г. число родов составило 2371697, что по сравнению с данными 1936 г. составило увеличение на 565661 роды, то есть на 31%. В целом за период с 1935 по 1937 г. произошел рост количества родов на 978988 родов или на 70,29%.

Количество зарегистрированных абортов в 1935 г. составило 1315249, а в 1936 г. - 800738, уменьшение составило 514511 (39,12%). В 1937 г. было официально осуществлено 350278 абортов, что по сравнению с данными 1936 г. составило уменьшение на 450460 абортов, то есть на 56,25%. В целом, за период с 1935 по 1937 гг. произошло снижение числа зарегистрированных абортов на 964971 или на 73,36%.

Данные табл. 2 показывают процентное соотношение родов и абортов до и после принятия Постановления ЦИК и СНК 1936 г.

Таблица 2

Соотношение родов и абортов в системе здравоохранения РСФСР [6, л. 8]_

Показатель 1935 г. 1936 г. 1937 г.

Количество зачатий, % 100 100 100

Количество родов, % 51,4 69,3 87,1

Количество абортов, % 48,6 30,7 12,9

Данные таблицы показывают, что если на 100 зачатий в 1935 г. приходилось 48 абортов, в 1936 г. - 30, то в 1937 г. только 12. Из 100 зачатий в 1935 г. рождением ребенка заканчивались только 51, в 1936 г. уже 69, а в 1937 г. - 87.

Реализация постановления «О запрете абортов.» на территории Восточной Сибири привела к идентичным результатам. Ситуация в Восточной Сибири не отличалась кардинальным образом от ситуации по всей стране в целом, что подтверждают данные табл. 3.

Таблица3

Численные данные совершения медицинских абортов на территории Восточной Сибири

_[5, л. 3]_

Регион 1936 г. 1937 г.

Красноярский край 23126 980

Иркутская область 4650 233

Читинская область 1426 72

Бурято-Монгольская 822 77

АССР

Якутская АССР нет данных 91

Данные табл. 3 показывают, что наибольшее число абортов в Восточной Сибири было проведено в Красноярском крае и Иркутской области. В Читинской области, Бурято-Монгольской АССР и Якутской АССР число совершаемых ежегодно абортов существенно ниже ввиду особого национального состава данных регионов, преобладания традиционного патриархального семейного уклада, особого уважительного отношения к многодетным семьям, а также меньшей развитости системы здравоохранения. Число женских консультаций, врачебных пунктов и больниц в Читинской области, Бурято-Монгольской АССР и Якутской АССР было значительно ниже, чем в Красноярском крае и Иркутской области. Так, в Красноярском крае в 1938 г. функционировало 18 городских женских консультаций, в Иркутской области - 15, в Читинской области - 13, а в Бурято-Монгольской АССР и Якутской АССР действовало только три и пять соответственно [7, л. 11].

В Красноярском крае в период с 1936 по 1937 гг. число абортов уменьшилось на 22146, что составило 95,76%. В Иркутской области число абортов уменьшилось на 4417, что составило 94,98%. В Читинской области - на 1354 или на 94,95%. В Бурято-Монгольской АССР - на 745, что составило 90,63% (табл. 3). Представленные данные показывают, что на территории Восточной Сибири сокращение количества абортов в среднем составило 95%, в то время как по территории РСФСР только 56%. Можно предположить более эффективный характер реализации Постановления ЦИК и СНК «О запрещении абортов».

Постановление «О запрещении абортов.» не носило абсолютного характера. В исключительных случаях производство аборта разрешалось. Это касалось тех ситуаций, когда продолжение беременности представляло угрозу жизни или грозило тяжелым ущербом здоровью беременной женщины.

В Постановлении СНК СССР ««О ходе выполнения постановления ЦИК и СНК СССР от 27. 06. 1936 г. в отношении запрещения абортов» от 8 сентября 1938 г. была отменена существующая плата за искусственный аборт по медицинским показаниям, как операции жизненно необходимой. Действующее положение о порядке разрешения операции искусственного прерывания беременности по медицинским показаниям было дополнено включением таких показаний, как инвалидность, неспособность к труду, наличие у беременной сифилиса в стадии возможности передачи его по наследству, отосклероз с понижением слуха [6, л. 2].

Вопрос о возможности совершения аборта решался специально созданными врачебными комиссиями. Только за апрель 1938 г. во врачебные комиссии РСФСР было подано 4183 заявления на совершение аборта, из них получили разрешение только 2217 человек. В Красноярском крае было подано 40 заявлений, только 18 получили разрешение, в Иркутской области было подано 106 заявлений, выдано разрешений - 32, в Бурято-Монгольской АССР подано 7 заявлений, выдано разрешений - 5 [5, л. 5]. Зачастую врачебные комиссии выдавали разрешение менее чем в половине заявленных случаев.

Правовой запрет аборта вызвал рост числа нелегальных абортов, самоабортов, неполных абортов, начавшихся вне лечебных учреждений. По данным 1939 г., в регионах Восточной Сибири большая часть из 100 абортов начиналась вне лечебных учреждений (табл. 4).

Всего по РСФСР из общего числа 423850 абортов, начавшихся и начатых вне лечебных учреждений, криминальный характер был установлен только в 36244 случаях, что составляло 8,5%. Из этого числа

было передано дел прокурору 31376, что составляло 86,5% [7, л. 27]. Такой низкий процент, скорее всего, свидетельствует о том, что врачи бескорыстно или за плату помогали женщинам избежать наказания.

Таблица 4

Число абортов, начатых и начавшихся вне лечебных учреждений, в соотношении к 100 абортам [7, л. 26]

Регион Соотношение

Якутская АССР 83,5

Иркутская область 92,0

Красноярский край 90,4

Бурято-Монгольская АССР 87,6

Читинская область 86,1

Только за первое полугодие 1937 г. в РСФСР было привлечено к ответственности в связи с незаконным производством аборта 5644 человека, из них: врачей - 1928; лиц, принуждающих к производству аборта - 614; женщин, подвергшихся аборту - 3102 человека [6, л. 48].

В Постановлении СНК «О ходе выполнения постановления ЦИК и СНК СССР от 27.06.1936 г. в отношении запрещения абортов» от 8 сентября 1938 г. отмечалось, что органы прокуратуры не уделяют большого внимания борьбе с подпольным абортом. Основной причиной низкой эффективности деятельности прокуратуры являлась оторванность ее от органов здравоохранения и недостаточная связь с общественностью в деле борьбы с абортами.

Нередко криминальные аборты проводились не только профессиональными врачами, но и людьми, далекими от медицины, - знахарками, «бабушками» и т.п., что приводило к росту смертности женщин в результате совершения подпольных абортов.

Если в 1935 г. в городах России был зафиксирован 451 случай смерти по этой причине, то в 1936-м -уже 910 случаев. Смертность от абортов росла неуклонно до 1940 г., достигнув в городах более 2 тыс. случаев. Всего в 1940 г. материнская смертность среди городского населения составила почти 4 тыс. случаев, или 329 на 100 тыс. родившихся. В 1935 г. смерти от аборта составляли 26% случаев материнской смерти, а в 1940 году - уже 51%.

Постановление «О запрещении абортов.» дало кратковременный результат. Уже в 1938 г. официальное число абортов по РСФСР стало увеличиваться. Среди регионов Восточной Сибири рост числа абортов произошел в двух субъектах - Иркутской и Читинской области, что отражено в табл. 5.

Численность абортов [8, л. 6]

Таблица 5

Регион 1936 г. 1937 г. 1938 г. 1939 г.

город село город село город село город село

Иркутская область 8048 621 3717 122 3717 443 4931 561

Читинская область 2544 230 958 85 1181 690 1454 262

Если в 1937 г. общая численность всех абортов в Иркутской области равнялась 3839, то в 1939 г. -5492, то есть произошло увеличение количества абортов на 1653 (43%). В Читинской области общее число всех абортов в 1937 г. составляло 1043, а в 1939 г. -1716; произошло увеличение на 673, что составило 64,52%. Количество абортов по РСФСР увеличилось в 1939 г. по сравнению с 1938 г. примерно на 9% (в 1938г. - 427 200 абортов, 1939 г. - 465 044) [9, л. 12].

Таким образом, реализация постановления «О запрещении абортов.» привела к кратковременному положительному воздействию на репродуктивные процессы в советском государстве. В условиях сохра-

нения невысокого уровня качества жизни большинства советских граждан, нерешенности многих социальных и экономических проблем потребность населения в детях оставалась на недостаточно высоком уровне, а ограничения в отношении прерывания беременности не смогли стать мерой, способной надолго обеспечить рост рождаемости. Официальное запрещение искусственного прерывания беременности привело к росту количества нелегальных абортов, осуществлявшихся нередко лицами без специального медицинского образования, и, как следствие, к повышению уровня женской смертности.

Библиографический список

1. Борисов В.С. Аборты и планирование семьи в России: правовые и нравственные аспекты (опрос экспертов) // Вопросы статистики. 1997. № 3.

2. Постановление ЦИК и СНК СССР от 27.06. 1936 г. «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширение сети роддомов, детских яслей и детских садов, об усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах» // Красноярский рабочий. 1936 г. 29 июня.

3. Сольц А. Аборт и алименты // Труд. 1937. 27 апреля.

4. Урланис Б. Ц. Рождаемость и продолжительность жизни в

СССР. М., 1963.

5. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. А 482. Оп. 29. Д. 4.

6. ГАРФ. Ф. А 482. Оп. 29. Д. 5.

7. ГАРФ. Ф. А 482. Оп. 29. Д. 7.

8. ГАРФ. Ф. А 482. Оп. 29. Д.18.

9. ГАРФ. Ф. А 482. Оп. 29. Д. 29.

10. Белобородов И.В. Аборты в России: история, последствия, альтернативы [Электронный ресурс] // Демогра-фия.ру. Институт демографических исследований. URL: http://www.demographia.ru/ (дата обращения: 11.03.2012).

УДК 81

«СОВЕСТЬ» В РУССКОЙ КУЛЬТУРЕ И В ЯЗЫКОВОМ СОЗНАНИИ СОВРЕМЕННОГО ШКОЛЬНИКА

О.Н. Баранова1

Московский городской педагогический университет,

Институт гуманитарных наук,

129226, Москва, 2-й Сельскохозяйственный проезд, 4.

Рассматривается содержание субъективного значения слова совесть в языковом сознании современных русских школьников. Анализ проводился на основе свободного ассоциативного эксперимента, позволяющего выявить смысловое содержание слов, обозначающих морально-нравственные ценности, а также проследить изменения и выявить степень влияния факторов, определяющих их актуальное содержание. Описываются результаты эксперимента. Подведен краткий итог реконструкции отдельного фрагмента языкового сознания, касающегося морально-нравственной сферы современного русского подростка как носителя русского языка и русской культуры. Библиогр. 12 назв.

Ключевые слова: языковое сознание; субъективное значение слов; морально-нравственные ценности; современные русские школьники.

"CONSCIENCE" IN RUSSIAN CULTURE AND LINGUISTIC CONSCIOUSNESS OF MODERN SCHOOLCHILDREN O.N. Baranova

Moscow City Pedagogical University, Institute of Humanities,

4 Second Selskokhozayistvenny proezd, Moscow, 129226.

The article deals with the content of the subjective meaning of the word conscience in linguistic consciousness of modern Russian schoolchildren. The analysis is based on the free-association experiment that allows to identify the semantic content of words for moral values, as well as to trace changes and reveal the influence degree of the factors determining their actual content. The experimental results are described. In conclusion the article presents a short comparative result of the reconstruction of a particular piece of linguistic consciousness, concerning the moral sphere of modern Russian teenagers - the carriers of the Russian language and Russian culture. 12 sources.

Key words: linguistic consciousness; subjective meaning of words; moral values; modern Russian schoolchildren.

Баранова Ольга Николаевна, ассистент кафедры зарубежной филологии, тел.: 89859926401, e-mail: Topo-ne@yandex.ru Baranova Olga, Assistant Professor of the Department of Foreign Philology, tel.: 89859926401, e-mail: Topo-ne@yandex.ru