Владимир Путин выбрал бабушку из ЛДПР

Вчера президент России Владимир Путин проголосовал за своего кандидата на президентских выборах, несмотря на то что ему пыталась воспрепятствовать наблюдательница от ЛДПР. Специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ обращает внимание на то, что церемония передачи власти началась сразу после голосования в ресторане "Экспедиция", а закончится в начале мая в Большом Кремлевском дворце.

Владимир Путин голосовал в здании Академии наук на Ленинском проспекте. Один из членов участковой комиссии подошел к журналистам и тихо сказал:

— Вон там, видите, бабушка сидит. Ну вон там. С костылями. Вы когда будете идти мимо нее, осторожней.

— Не задеть случайно? — переспросил я.

— Да нет,— поморщился он,— она, по-моему, костыли неожиданно может выставить, когда мимо нее журналисты пойдут. Мы там с большой опаской ходим. Но она нас все-таки побаивается.

Я поинтересовался, почему же эта бабушка тут сидит. Все-таки речь шла об избирательном участке пока еще номер один, куда должен был вот-вот прийти президент страны. Можно ли тут сидеть так, как сидела эта бабушка? В ней же, можно сказать, часы тикали.

— Да она зарегистрировалась как наблюдатель от ЛДПР,— снова поморщился член участковой комиссии.— Вот в чем беда. Пришла и сидит с восьми утра. И ни на какой разговор не идет. Вообще на вопросы не отвечает. Только смотрит.

Информация, которую я получил, имела прикладное значение. Дело в том, что сейчас мы стояли за спиной у члена комиссии, которая должна была выдать Владимиру Путину бюллетень. А когда он пошел бы ставить галочку, мы перешли бы ближе к выходу, чтобы задать президенту какой-нибудь вопрос — прямо, так сказать, в лоб. И пройти предстояло как раз мимо бабушки.

В какой-нибудь другой день и в каком-нибудь другом месте такую бабушку со всеми почестями перенесли бы на руках в какое-нибудь другое помещение. Но в день президентских выборов она была неприкосновенна. И она понимала это, по-моему, лучше всех и в самом деле не реагировала ни на какие внешние раздражители. Я думаю, именно потому, что в бабушке была какая-то загадка, члены комиссии всерьез опасались, что она вдруг начнет совать нам под ноги костыли.

Я обратил внимание, как на участок вошла группа молодых людей с рюкзаками и со значками на куртках. Они обращали на себя внимание. Один из них был так бледен, что это бросалось в глаза даже здесь, в полутемном фойе Академии наук. Мне все казалось, что он вот-вот потеряет сознание. Ноги его сначала не несли, а потом не держали.

Я услышал, о чем эти юноши разговаривают с членами комиссии. Они пришли на участок с открепительными талонами, чтобы проголосовать именно здесь и, судя по всему, именно тогда, когда тут появится Владимир Путин.

И ведь нельзя было сказать, что они выбрали не то время и не то место. Пожалуй, только здесь они могли сделать то же, что и журналисты,— задать вопрос Владимиру Путину в лоб.

Но тут я начал понимать, что по крайней мере один из них, тот, который бледнее смерти, скорее думает о том, что может в лоб получить. Он отговаривал товарищей продолжать эту безумную затею. Он говорил им, что они и так уже сделали все, что могли, и что больше, чем они, сегодня не сделает никто.

Впрочем, друзья, кажется, не слышали его. Они получали бюллетени по открепительным удостоверениям. То есть им их выдали. И вот они уже стояли с этими бюллетенями в руках и думали, что им делать дальше. Похоже, они считали, что голосовать — это как-то глупо. Они осознали, что у них произошел фальстарт. Владимир Путин еще не зашел, а они свой временной ресурс уже использовали.

— Так,— негромко сказал один из них,— берем бюллетени и уходим.

— А бюллетени зачем? — спросил кто-то.

— Чтоб доказательство было, что мы это сделали.

И они покинули расположение участка — кажется, с большим облегчением.

На столе, за который должен был сесть Владимир Путин, лежали кроме списка адресов странные на первый взгляд предметы: длинная линейка, ножницы... Выяснилось, что линейка нужна для того, чтобы избирателям было удобней находить себя в списках и понимать, где надо поставить подпись. О назначении ножниц торжественно, на весь зал, объявил председатель участковой комиссии 2074 Валерий Балахнин:

— Объясняю: когда к нам приходит человек с открепительным талоном, его предстоит разрезать на две части!

И на лице председателя появилась сладкая улыбка предвкушения того, с каким чувством он это будет делать.

К столу время от времени подходили соседи Владимира Путина по месту регистрации. Это были люди, которых страна не так хорошо знала в лицо, как их соседа. Но вот на участке появилась Элла Памфилова, председатель президентского совета по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека.

— За кого вы голосовать будете? — спросил я ее.

Она задумалась. Она думала не о том, наверное, все-таки, за кого она будет голосовать, а о том, что бы ответить.

— Ну не за Богданова же! — в результате в сердцах вырвалось у нее.

— А почему нет? — безжалостно уточнил у нее корреспондент радиостанции "Маяк".

— А я футбол не люблю,— вспомнила Элла Памфилова.

Владимир Путин появился на участке почти сразу после ее ухода. К нему бросился председатель участковой комиссии Валерий Балахнин. Он кинул взгляд на десятки телекамер и принял единственно, видимо, правильное решение: встать по правую от руку от президента и сопровождать его на полшага впереди. Доступнее для объективов, чем в такой позиции, он быть просто не мог.

Пока они шли к столу, Валерий Балахнин что-то объяснял президенту и его жене, отчаянно жестикулируя. Казалось, он за это время намерен научить его даже ручку держать в руках, если потребуется.

— Куда садиться? — спросил президент.

— Вот сюда! — показал Валерий Балахнин и хотел посадить его так, чтобы спрятать от всех без исключения выставленных телекамер.

— Не сюда, не сюда! — закричали журналисты.

— А я говорю, сюда! — сказал Валерий Балахнин.— Но можно и не сюда.

— Вы нас запутали совсем,— сказал господин Путин и сел все-таки не туда.

— И главное, когда галочку поставите, не уходите сразу голосовать к урне, как в прошлый раз,— торопился выговориться Валерий Балахнин.— А то я уж не знал, что мне делать.

Было понятно, что он в прошлый раз натерпелся.

— А что? — спросил президент.

— Ну, подождать надо...— потупился Валерий Балахнин и глазами виновато показал на Людмилу Путину.

Президент кивнул и спросил:

— Это бюллетени?

— Ну да! — с жаром начал объяснять Валерий Балахнин.— Этот — для выборов в муниципальные собрания, а этот — ну понятно...

— Понятно,— президент взял в руки бюллетень для муниципальных выборов.— Здесь три человека у нас, да?

— Да-да! — подтвердил Валерий Балахнин.

Тогда Владимир Путин взял в руки бюллетень, предназначенный для президентских выборов, и негромко спросил:

— А здесь один, да?

Он весело посмотрел на Валерия Балахнина. Тот не нашел в себе сил ни подтвердить, ни опровергнуть.

Владимир Путин, таким образом, и сам слишком хорошо понимал цену этим выборам.

Между тем, перед тем как поставить галочку, он минуты две-три думал, внимательно изучая бюллетень. Президент долго рассматривал фамилии кандидатов, словно видел их впервые. Скорее всего, так оно и было: это был, очевидно, как раз муниципальный бюллетень.

Все это время Людмила Путина тоже о чем-то думала, и в конце концов президент подошел к урне для голосования один.

Но один он оставался недолго: бабушка с костылями, до сих пор безучастная к происходившему вокруг, вдруг встрепенулась, отложила костыли и бросилась наперерез президенту. Сотрудники службы безопасности хотели остановить ее, но господин Путин остановил их.

Она говорила с ним минут семь. За это время один человек, если постарается, может рассказать другому всю свою жизнь. Похоже, именно это и происходило на наших глазах. Это было вообще-то беспрецедентно: первый раз за все время, что Владимир Путин работает президентом, ему помешали сделать его свободный выбор. У него не было никакого шанса, пока бабушка не отошла легкой и, как мне показалось, какой-то даже танцующей походкой.

Больше ни на чьи вопросы господин Путин отвечать был, кажется, не в силах. Дежурный вопрос насчет того, как его настроение, вызвал к жизни дежурный ответ. Президент быстро уехал: как потом выяснилось, он торопился в ресторан "Экспедиция", успевший стать остромодным еще даже до того, как здесь вчера побывала компания, состоявшая кроме Владимира Путина из Дмитрия Медведева, Виктора Зубкова, Бориса Грызлова и Сергея Миронова.

Президент больше отказывался, чем заказывал: он не стал пить морс из морошки, потому что его смутил ядовито-желтый цвет напитка, и не стал есть икру морского ежа, которую настойчиво рекомендовал собравшимся Дмитрий Медведев, который либо не в первый раз был в этой "Экспедиции", либо попробовал икру морского ежа в своих многочисленных предвыборных экспедициях (недавно он, например, был на Дальнем Востоке). "Только после термической обработки",— сказал господин Путин. В общем, за столом было очень весело. Власть переходила из рук в руки под нельму, муксун, соус "Макалово" и брусничный морс.

Ничего похожего на такую же непринужденную обстановку не наблюдалось на избирательном участке 2074. Журналисты пытали бабушку, которая вернулась на свое место и замолчала — видимо, выговорилась.

Ей задали много вопросов, среди которых преобладали следующие: "Что вы говорили президенту?", "Почему вы молчите?", "Вам нужен врач?" и "Как пройти в библиотеку?". Она не ответила ни на один из них. Она не произнесла больше ни слова. От нее не добились ничего даже журналистки, которые провели с ней еще полчаса, держа ее за руки, как родные дочери в минуту трудного испытания.

Валерий Балахнин категорически заявил, что эта женщина, Валентина Морозова из Тулы, зарегистрировавшись наблюдателем от ЛДПР, нарушила закон.

— Она воспрепятствовала свободному волеизъявлению! — возмутился он.— А должна была наблюдать!

Валерий Балахнин не удержался от удовольствия рассказать, как он упрекнул президента в том, что тот не доработал на своем посту 24 дня.

— Я ему сказал, что прошлые выборы были 26 марта, а эти — 2-го,— сообщил господин Балахнин.

На мое замечание о том, что церемония инаугурации состоится, скорее всего, 7 мая, так же как и восемь лет назад, а до этого времени президентом России будет работать Владимир Путин, Валерий Балахнин не среагировал, превратившись на мгновение в ухудшенную копию бабушки из ЛДПР.

Позже я выяснил, о чем Валентина Морозова разговаривала с президентом России. Ей нужна операция на позвоночнике. Вот об этом.

Именно это и называется: у кого что болит.

То есть она рассказывала Владимиру Путину не историю жизни, а историю болезни.

Да, бывает так, что это совпадает.