Слушания в Госдуме по неплатежам

Слушания в Госдуме по неплатежам

По долгам себе правительство взыщет деньги, по своим — расплатится векселями

       В прошлый понедельник в Совете Федерации обсуждали вопрос неплатежей. Заслушав представителей Минфина, Минэкономики и Центробанка, депутаты приняли решение вопрос считать открытым до тех пор, пока Виктор Черномырдин лично не доложит свое отношение к проблеме.
       Вместе с тем, по имеющимся у редакции сведениям, в правительстве созрел единый подход к методике расшивки кризиса неплатежей, который уже начал реализовываться без благославления парламента. Суть этого подхода заключается, с одной стороны, в безакцептном взыскании недоимок по платежам в бюджет, с другой — в векселезации части задолженности государства перед предприятиями.
       При этом, видимо, ряд ведомственных положений, не вошедших в единый правительственный пакет, с большой степенью вероятности может быть реализован министерствами самостоятельно, что, на наш взгляд, делает отнюдь небесполезным изложение их взглядов на эту проблему.
       
       Позиция Минэкономики. Заместитель министра экономики России Сергей Игнатьев в своем выступлении на слушаньях заявил, что при решении проблемы неплатежей Минэкономики исходит из того, что само государство задолжало предприятиям-поставщикам порядка 11 триллионов рублей за товары и услуги, а сумма непрофинансированных государством расходов за 1993 год достигла 8,5 трлн руб. Долги правительства, в свою очередь, породили новую цепочку неплатежей (причем каждый рубль госдолга стимулирует, по расчетам Минэкономики, 2-3 рубля долгов предприятий). Для наиболее эффективного проведения подобной акции Минэкономики предлагает следующую схему.
       Государство получает от ЦБ кредит примерно в 5-6 трлн руб., чтобы хотя бы частично расплатиться со своими долгами. Каждое предприятие открывает по месту нахождения расчетного счета дополнительный субсчет, куда поступают средства в счет погашения госдолга. Из этих средств сначала производятся выплаты в бюджет, а затем гасятся долги другим предприятиям. Если после названных процедур на спецсчете предприятия остаются деньги, после получения соответствующего разрешения хозяйствующий субъект имеет право перевести остаток на корсчет (в таком случае схема не предусматривает погашения долгов государства по выплате зарплаты). Сергей Игнатьев полагает, что такой зачет приведет к максимальной расчистке неплатежей и снизит инфляционный эффект, растянув его во времени. Вместе с тем г-н Игнатьев осторожно высказал мысль, что если кризис неплатежей можно снять более безболезненно, к способу Минэкономики лучше не прибегать.
       Позиция "отраслевиков". В русле, проложенном Минэкономики, развивалась и мысль министра топлива и энергетики Юрия Шафранника. Свое выступление он основывал на тезисе, что 50% неплатежей приходится именно на ТЭК. Эта отрасль формирует доходную часть госбюджета на 38%, а централизованные кредиты в данный сектор составляют 3% от общего объема. С точки зрения Юрия Шафранника, кредит в 1,5 трлн руб., предоставленный на погашение долгов ТЭКу, "проплатит" по цепочке 5 трлн руб. При этом 500 млрд руб. сразу уйдут в счет погашения долга аграриев за топливо армии. Попутно министр топлива и энергетики предупредил: отрасль стоит у критической черты. Если Россия не выйдет, допустим, на 280 млн тонн угля в 1994 году — некоторые районы страны попросту останутся без тепла.
       Вариант Центробанка. Со своей стороны Банк России, исходя из своей компетенции, выдвинул ряд предложений по ослаблению кризиса неплатежей, которые в принципе не претендовали на кардинальное решение проблемы. Банк России направил в правительство предложения по предоставлению госналогорганам права обращать взыскание (в случае долгов предприятия перед бюджетом) не только на расчетный счет должника, но и на его депозитные и валютные счета в стране и за рубежом (для тех, кому дано право оставлять за границей валютную выручку). С точки зрения ЦБ, сегодня складывается нетерпимое положение, когда некоторые предприятия могут не платить налогов в казну, зарплату собственным служащим, и в то же время являться владельцами валютных и рублевых счетов.
       Остроту бюджетной проблемы, сегодня резко обострившейся по мере углубления кризиса неплатежей, можно охарактеризовать следующими данными: уровень поступлений налогов в бюджет государства в первые месяцы года снизился с 18% от ВВП в 1993 г. до 9% в нынешнем при расширении налогооблагаемой базы за этот период; расходная часть бюджета в первом квартале достигает 27% от ВВП, что дает основание прогнозировать фактический дефицит бюджета на уровне около 18% ВВП.
       Центробанк также считает нелишним временно ввести календарную очередность платежей, а также включить в балансовую отчетность предприятий строку, фиксирующую наличные расчеты ("реализовано за наличные деньги"). Одновременно, полагают специалисты ЦБ, следует повысить контроль за расчетно-кассовой дисциплиной и соблюдением предельных размеров наличных платежей.
       Вместе с тем, по словам зампреда ЦБ Татьяны Парамоновой, выступавшей в Совете Федерации, межотраслевой зачет по формуле 1992 года проводить не имеет смысла. Хотя в тот период он был единственно возможной формой выхода из кризиса неплатежей и зачел около 80% взаимных требований, неплатежеспособные предприятия остались в закоренелых должниках перед государством по сию пору. Также неразумно, по убеждению ЦБ, повторять схему межгосударственного зачета. С государственной точки зрения, видимо, следовало бы рассмотреть вопрос о переоформлении долгов предприятий стран СНГ в госдолги, но с условием обеспечения их государственными ценными бумагами или собственностью на территории стран-должников.
       Отвечая на традиционные упреки депутатов-хозяйственников, Татьяна Парамонова заверила собравшихся, что по вине ЦБ задержки в расчетах практически отсутствуют. Как правило, "следствие" по делу исчезнувших сумм обнаруживает: либо на счетах предприятий не было средств (и платежное поручение не могло быть исполнено), либо деньги "заиграл" коммерческий банк.
       Вариант Минфина. Объясняя позицию своего ведомства по вопросам неплатежей, заместитель министра финансов Андрей Казьмин сказал, что Минфин разрабатывает вариант погашения задолженности предприятий за 1993 год путем переоформления ее в государственные казначейские векселя. Иными словами, этот вариант развивает положения указа президента о векселях — "Об улучшении расчетов в хозяйстве и повышении ответственности за их своевременное проведение" (#1662 от 19 октября 1993 года), проект которого в свое время готовил Минфин (см. Ъ #42 за 1993 год, стр. 4).
       Развитие идеи заключается в том, что при проведении взаимозачета предлагается использовать не "бронзоватые" векселя предприятий — потенциальных банкротов, а все-таки государственные ценные бумаги. К тому же, такой подход снимает с комбанков возложенную на них указом обязанность (крайне неприятную по существу и незаконную по форме) — принуждать предприятия оформлять долги векселями, а с Центробанка — обязанность весь этот процесс контролировать.
       Для того, чтобы предложенный вариант оказался жизнеспособным, следует, по мнению Минфина, разрешить зачет казначейских векселей в резервные требования коммерческих банков, дабы дать банкам стимул эти векселя принимать и оплачивать из своих денег.
       Что на самом деле делается для расшивки неплатежей.
       Что уже сделано. Естественно, для госорганов самая главная проблема в кризисе неплатежей — это наличие большой (порядка 8 трлн рублей) суммы недоимок с предприятий по бюджетным платежам. Хорошо понимая, что в подавляющем большинстве случаев предприятия не могут (или не хотят) платить налоги в связи с большой задолженностью им самим, Минфин, ЦБ и Госналогслужба выпустили инструкцию о порядке бесспорного взыскания недоимок в виде обращения взыскания на суммы, причитающиеся недоимщику от его дебиторов. (На прошлой неделе инструкция, заверенная Минюстом, поступила в рассылку.)
       Теперь предприятию вменяется в обязанность ведение реестра дебиторов и предоставление его в налоговые органы (на базе реестра, кстати, удобнее всего будет восстанавливать картотеку #2). Кроме того, по заявлению недоимщика причитающиеся бюджету суммы будут списываться со счетов его дебиторов. Таким образом, государство практически фиксирует приоритет платежей в бюджет перед текущими расходами предприятия, ибо налоговые органы на основании пункта 29 указа президента #2270 от 22 декабря 1993 г. могут самостоятельно переписать дебиторов предприятия, отыскать среди них потенциально платежеспособных, и не видать кредитору-недоимщику этих денег уже никогда.
       Впрочем, утвержденная инструкция никак не трактует вопрос о том, может ли быть осуществлен взаимозачет бюджетных недоимок и задолженности государства, если последнее числится в списке дебиторов предприятия-недоимщика на видном месте.
       Что может быть сделано в ближайшее время. По сведениям, полученным редакцией, в правительстве практически уже решен вопрос об эмиссии казначейских векселей. По предварительным данным, векселя будут бессрочными, номиналом в 10 млн рублей, доходностью в 40% годовых, и объем эмиссии составит 1,1 трлн рублей, что равно 10% государственного долга предприятиям-поставщикам.
       По всей видимости, этими векселями (без привлечения кредитов от ЦБ) Минфин намерен рассчитаться с предприятиями ВПК, АПК и ТЭКа, которые потом расплатятся ими со своими кредиторами. В свою очередь, те смогут (если постараются) пристроить этот вексель в комбанк или пустить его дальше по цепочке.
       При этом редакции стало известно, что и ЦБ пошел навстречу Минфину, который не стал усугублять своего долга перед ЦБ для того, чтобы рассчитаться с частью своих долгов перед предприятиями. По сведениям редакции Ъ, 17 марта Совет директоров ЦБ принял решение разрешить комбанкам зачислять казначейские векселя в счет резервных требований (создав им стимул акцептовать векселя), но формировать сумму резерва ими не более, чем на 25%, дабы резервы банковской системы все-таки были бы относительно ликвидными. Таким образом, часть госдолга предлагается погасить по существу деньгами с резервных счетов, что соответственно делает эту схему неинфляционной лишь отчасти.
       Отметим, что для вторичного рынка эти векселя вряд ли будут представлять интерес, ибо доходность их крайне низка, сам Минфин их вряд ли будет выкупать назад (ибо это противоречит идее безэмиссионной санации кризиса неплатежей); соответственно и котировка векселей будет складываться весьма мучительно. Кроме того, по неофициальной информации, бланк казначейского векселя имеет недостаточно степеней защиты.
       
       НИКИТА Ъ-КИРИЧЕНКО, ЕЛЕНА Ъ-МАКОВСКАЯ