Банкротство ликвидируемого должника в концепции финансовой безопасности государства

ЭКОНОМИКА И БЕЗОПАСНОСТЬ ГОСУДАРСТВА И ОБЩЕСТВА

Банкротство ликвидируемого должника

в концепции финансовой безопасности

государства

Кондрат Е.Н. *

In article bankruptcy of the liquidated debtor in the concept of financial safety of the state is considered.

Понимание безопасности как определенного состояния защищенности составляет основу дефиниции безопасности, закрепленной в Федеральном законе Российской Федерации «О безопасности». Статья 1 этого Закона определяет безопасность как состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз. В результате многообразного понимания к настоящему времени, кроме официального понимания феномена безопасности, в науке сложилось более десятка подходов к определению соответствующей категории.

В современном мире способность любой страны обеспечить свою безопасность зависит, прежде всего, от устойчивых и высоких темпов развития экономики, создающих необходимые предпосылки и условия как для ее независимости и суверенитета, так и для повышения уровня жизни населения.

Отечественные ученые и эксперты выделяют следующие основные риски для России в экономической сфере: > нерациональный выбор приоритетов и пропорций развития экономики, усиление структурной деформации экономики страны; криминализация экономики и утечка капитала из страны; снижение производственного потенциала и низкая инвестиционная активность;

возможность энергетического кризиса; превышение пределов открытости национальной экономики в условиях международной глобализации;

>

>

> >

> неблагоприятная экономическая конъюнктура, снижение мировых цен на энергоносители;

> внешний долг, создающий опасность обострения финансового кризиса;

> низкая конкурентоспособность продукции;

> снижение объемов сельскохозяйственного производства, потеря продовольственной независимости1. Угроза экономической безопасности

включает в себя потенциальную возможность такого развития ситуации, при которой под влиянием внутренних или внешних факторов (или их совокупности) возникает опасность развала ключевых звеньев экономики, ее системы управления, ущерба национальному богатству, технологического отставания, подрыва финансово-кредитной и валютной систем, научного и социального регресса, дезинтеграции общества, невозможности обеспечения конституционных социальных прав и гарантий личности.

При определении состояния экономической безопасности значение имеют не только сами ее показатели, но и, прежде всего, их пороговые значения, т.е. предельные величины, несоблюдение значений которых препятствует нормальному развитию экономики, вызывает появление негативных, разрушительных тенденций в области экономической безопасности. Приближение к их предельно допустимой величине свидетельствует о нарастании масштабов и уровня угроз социально- экономической стабильности общества, а превышение предельных или пороговых значений — о вступлении об-

Кандидат юридических наук.

OI

Z

О

о

CJ

о о о

Q.

со

S

н

о

0

1

о я с о m ф

VO >5

о *

о ф

У S

2

0

1

о *

о

2

ф

d

я *

<

*

S I

н

о ф

Ol

Z

О

о

CJ

о о о

Q. С[ CQ

s н

о

0

1

о я с о т ф VO >s о

о

ш у

S

2

0

1

о *

о

2 ф d

л *

<

S I

н

о ф

со

щества в зону нестабильности и социальных конфликтов, т.е. о реальном подрыве экономической безопасности.

В системе показателей финансовой безопасности можно выделить: государственное регулирование дефицита бюджета, размер государственного долга, уровень и темпы развития инфляции, состояние финансового рынка, эмиссию денег, степень собираемости налогов, деятельность финансово-кредитных организаций, регулирование внешнеэкономических сделок, финансовый мониторинг банковских сделок, государственное регулирование отношений в сфере валютного регулирования и валютного контроля, законодательно регулируемую оптимизацию налогообложения, регулирование офшорного бизнеса, адаптацию национального законодательства по проблеме несостоятельности (банкротства) через призму концепции трансграничной несостоятельности, повышение ликвидности государственных ценных бумаг.

Особую роль в обеспечении финансовой безопасности страны играет действенный процесс контроля за финансовыми потоками, причем необходимо контролировать как движение государственных денежных средств, так и частный финансовый сектор, особенно финансово-кредитную сферу.

Финансово-кредитная система — основа экономики любого государства. В развитой экономике должно быть стабильное денежное обращение, поэтому наличие баланса между развитием экономики и снижением рисков развития банковской системы актуальная проблема экономической политики.

Обеспеченность кредита, наличие правового механизма его возврата при несостоятельности одного из участников кредитных отношений является фактором стабильности финансово-кредитной сферы. Правовое регулирование несостоятельности (банкротства) является одной из наиболее динамичных отраслей российского права и осуществляется в соответствии с Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Правовые нормы о банкротстве в механизме уголовно-правовой охраны имущественных прав и интересов в экономической сфере занимают особое место.

Институт банкротства призван регулировать процедуру судебной ликвидации организаций при неспособности должника-организации погасить требования кредиторов. Однако процедуру банкротства

могут использовать в недобросовестных и нередко преступных целях.

Направленные на защиту прав кредиторов нормы о банкротстве, защищают также интересы инвесторов хозяйственных организаций, их работников, и в том числе экономические интересы общества. В Российской Федерации нормы об уголовной ответственности за правонарушения при реализации банкротства вызывают определенные сложности в правоприменительной практике.

По мнению некоторых исследователей, в частности, И.А. Клепицкого различается банкротство простое и злостное как по объективным, так и по субъективным признакам. При злостном банкротстве лицо умышленно причиняет ущерб кредиторам, а при простом — причиняет ущерб по неосторожности. Однако в действительности при разграничении банкротства злостного и неосторожного большое значение имели признаки объективные. Злостное банкротство прежде всего обманное и заключается в обмане суда и кредиторов относительно состояния имущества должника. Такое банкротство имеет значительное сходство с мошенничеством. Объективная сторона злостного банкротства в традиционном его понимании выражается в искусственном увеличении пассива или уменьшении актива должника (подлоги, сокрытие имущества, отчуждение его в невыгодных сделках, дарение, имитирование и подтверждение несуществующих долгов).

Неосторожное банкротство — это бесхозяйственные или рискованные действия в предпринимательской сфере, совершенные должником в предвидении возможной несостоятельности и повлекшие или увеличившие ее.

К неосторожному и злостному примыкает особый состав банкротства — невыполнение требований к ведению бухгалтерского учета. Этот состав относится законодательством либо к злостному, к неосторожному банкротству.

Под объектом традиционного банкротства обычно понимаются особые имущественные права (право требования, подлежащее удовлетворению из конкурсной массы). Субъектом банкротства, согласно закону, могут быть только участники хозяйственных отношений.

Часть 1 ст. 195 УК РФ предусматривает ответственность за «неправомерные действия при банкротстве», выразившиеся в «сокрытии имущества или имуществен-

ных обязательств, сведений об имуществе, о его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе, передаче в иное владение, отчуждение или уничтожение имущества, а равно сокрытии, уничтожении, фальсификации бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность, если эти действия совершены руководителем или собственником организации-должника либо индивидуальным предпринимателем при банкротстве или в предвидении банкротства и причинили крупный ущерб». Деяние, описанное в ч. 1 статьи, устанавливает ответственность за традиционное «злостное банкротство» и приравненное к нему банкротское злоупотребление с документами.

Часть 2 статьи установила ответственность за «неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов руководителем или собственником организации-должника либо индивидуальным предпринимателем, знающим о своей фактической несостоятельности (банкротстве), заведомо в ущерб другим кредиторам, а равно принятие такого удовлетворения кредитором, знающим об отданном ему предпочтении несостоятельным должником в ущерб другим кредиторам, если эти действия причинили крупный ущерб».

В соответствии со ст. 196 УК наказывается «преднамеренное банкротство», то есть «умышленное создание или увеличение неплатежеспособности, совершенное руководителем или собственником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем в личных интересах или интересах иных лиц, причинившее крупный ущерб либо иные тяжкие последствия».

Статья 197 УК РФ устанавливает ответственность за фиктивное банкротство.

Фиктивное банкротство, то есть заведомо ложное публичное объявление руководителем или учредителем (участником) юридического лица о несостоятельности данного юридического лица, а равно индивидуальным предпринимателем о своей несостоятельности, если это деяние причинило крупный ущерб.

Определение признаков фиктивного банкротства производится в случае возбуждения производства по делу о банкротстве по заявлению должника.

Определенные сложности возникают при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) ликвидируемого долж-

ника. Проблемы возникают в связи с наличием правового вакуума при регулировании процедуры банкротства ликвидируемого должника, и некоторые из проблем автор рассматривает в настоящей статье.

Ликвидация юридического лица — это способ прекращения его деятельности без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам. Ликвидация юридических лиц может носить как добровольный, так и принудительный характер.

В добровольном порядке юридическое лицо ликвидируется по решению его участников или органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами. Принудительная ликвидация осуществляется по решению суда в случаях, когда деятельность юридического лица осуществляется без соответствующего разрешения (лицензии) либо такая деятельность прямо запрещена законом, либо сопряжена с неоднократными или грубыми нарушениями законодательства.

Порядок ликвидации юридических лиц определяется нормами ст. ст. 61—65 ГК РФ, ст. ст. 20—22 Федерального закона от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ (в ред. от 19 июля 2007 г.) «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», а также иными нормативными правовыми актами для отдельных организационно-правовых форм юридических лиц. При этом в силу п. 4 ст. 61 ГК РФ при недостаточности имущества юридического лица для расчетов со всеми кредиторами обязательным является обращение в арбитражный суд с заявлением о признании ликвидируемого должника банкротом.

ГК РФ определяется порядок ликвидации юридических лиц. Так, в соответствии со ст. ст. 61—64 ГК РФ, участники юридического лица, его уполномоченный орган, принявшие решение о ликвидации, назначают ликвидационную комиссию (или ликвидатора), определяют порядок и сроки ликвидации. В течение трех дней они должны уведомить о своем решении налоговую инспекцию и регистрирующий орган, который вносит соответствующую запись в Единый государственный реестр юридических лиц.

Получив уведомление о предстоящей ликвидации компании, налоговый орган может инициировать выездную налоговую проверку компании-должника. После проверки инспекция проводит сверку расчетов с налогоплательщиком2.

01

г •

о

о сч

о о о о.

с[ со

I-

О

0

1

о я с о т ф ю

О *

О ф

У

2

0

1

о *

о

2

ф

а

я <

I I-

О ф

со

Ol

Z

О

о

CJ

о о о

Q. С[ CQ

s н

о

0

1

о я с о т ф VO >s о

о ф

у

S

2

0

1

о *

о

2 ф d

л *

<

S I

н

о ф

со

Ликвидационная комиссия принимает на себя полномочия по управлению юридическим лицом и обязана опубликовать в средствах массовой информации сообщение о ликвидации юридического лица, порядке и сроке заявления претензий кредиторами. Срок предъявления требований кредиторами не может быть менее 2 месяцев со дня проведения публикации в СМИ. Ликвидационная комиссия выявляет всех кредиторов и уведомляет их о ликвидации, взыскивает дебиторскую задолженность ликвидируемого должника, оценивает состав кредиторской задолженности, принимает решение об обоснованности заявленных требований и составляет промежуточный ликвидационный баланс.

Обязанность ликвидируемого юридического лица обратиться в суд с заявлением должника возникает только в том случае, если в процессе ликвидации будет выявлена недостаточность средств должника для удовлетворения всех требований кредиторов, при этом Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве) не предусмотрен размер задолженности для определения критериев недостаточности имущества должника.

Учредители (участники) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по долгам ликвидируемого юридического лица только в случаях, установленных нормами гражданского законодательства 3. Например, когда их неправомерные действия привели к банкротству юридического лица (п. 3 ст. 56 ГК РФ).

При этом привлечь учредителей (участников) к ответу по долгам юридического лица можно при совокупности следующих условий:

> наличие у ответчика (учредителя, участника) права давать обязательные для компании указания либо возможности иным образом определять ее действия; совершение ответчиком действий, которые свидетельствуют об использовании такого права (возможности); наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав (возможностей) в отношении юридического лица и действиями компании, повлекшими ее несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества юридического лица для расчетов с кредиторами; наличие вины ответчика для возложе-

>

>

>

>

т2

ния на него ответственности . Если на этапе добровольной ликвидации учредители (участники) выявят невоз-

можность удовлетворения требований кредиторов в полном объеме, но не обратятся в арбитражный суд с заявлением о признании ликвидируемого юридического лица банкротом, то по инициативе кредиторов или арбитражного управляющего они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности. Кроме того, в связи с изменениями в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве) от 28.04.2009 г., в законе расширен круг лиц, которых можно привлечь к субсидиарной ответственности по долгам юридического лица. В настоящее время в законе содержится понятие «контролирующее должника лицо» под которым подразумеваются любые лица, которые за два года до принятия судом заявления о признании юридического лица банкротом имели право определять его действия (давать указания). Следовательно, контролирующим должника лицом могут быть признаны не только его учредители (участники), но и члены ликвидационной комиссии.

Для ликвидируемых должников не применяются восстановительные процедуры в силу п. 1 ст. 225 Федерального закона о несостоятельности (банкротстве). Наблюдение, финансовое оздоровление и внешнее управление при банкротстве ликвидируемого должника не применяются, процедура банкротства ликвидируемого должника называется упрощенной процедурой, применяемой в деле о банкротстве и регулируется гл. XI Федерального закона о несостоятельности (банкротстве).

Такая позиция законодателя соответствует мнению некоторых ученых, которые считают, что ликвидируемые должники — это субъекты, неспособные к реабилитации утраченных имущественных и главным образом финансовых возможностей, т.е. не имеют перспектив восстановления платежеспособности.

В качестве признака инициирования банкротства ликвидируемого должника следует назвать любой размер задолженности при условии превышения этого размера над стоимостью имущества должника.

М.В. Телюкина считает, что в отношении ликвидируемых должников не имеют значения «ни срок, ни размер задолженности, ни подтверждение требований решением суда» 4.

В целях определения признаков банкротства возникает следующая теоретическая проблема, детально исследованная В.Н. Ткачевым: какие именно требования кредиторов ликвидируемого должника подлежат сравнению со стоимостью его

имущества для целей определения наличия признаков банкротства — все имеющиеся согласно документам либо только те, которые были заявлены в течение отведенного для этого двухмесячного срока?

Автор поддерживает мнение ученых, считающих, что учету подлежат требования, предъявленные должнику в соответствии с порядком, установленным в ГК РФ. Этой позиции придерживается, в частности, С.В. Соловьева, поскольку она считает, что «вопрос о недостаточности имущества юридического лица для удовлетворения всех требований кредиторов может быть решен лишь после составления промежуточного ликвидационного баланса. Только такой баланс является документом, который позволит аргументировано сделать вывод о стоимости имущества ликвидируемого юридического лица. В свою очередь, составление промежуточного ликвидационного баланса возможно после консолидации и инвентаризации всего имущества должника. В состав имущества входят и права требования к другим лицам. Только после предъявления всех требований кредиторов к должнику (на что им предоставлено п. 1 ст. 63 ГК РФ не менее 2-х месяцев) и надлежащей проверки их обоснованности ликвидационной комиссией возможно установить соотношение суммы долга и стоимости имущества юридического лица. Без проведения предписанных ст. 63 ГК РФ действий нет законных оснований говорить о недостаточности имущества юридического лица для удовлетворения всех требований кредиторов» 6.

Заявление требования является реализацией права кредитора, т.е. в случае отсутствия заявления невозможно принудить кредитора к осуществлению его права — следовательно, незаявленные требования во внимание приниматься не должны. Кроме того, в п. 2 ст. 63 ГК РФ упоминается о том, что промежуточный ликвидационный баланс содержит перечень именно предъявленных должнику кредиторами требований, а также результаты их рассмотрения.

Существует иная точка зрения, которая состоит в том, что для целей конкурсного права необходимо со стоимостью имущества должника сравнивать размер требований кредиторов, которые существуют согласно имеющимся у должника документам, независимо от того, заявлены ли они кредиторами.

Обоснование этой позиции основано на нормах гражданского законодательства, в частности, в ч. 2 п. 4 ст. 61 и в п. 3 ст. 63 ГК РФ говорится о требованиях кредиторов во-

обще, а не о требованиях, кредиторами заявленных. В свою очередь, п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве устанавливает, что должник обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о своем банкротстве, если при проведении ликвидации юридического лица установлена невозможность удовлетворения требований кредиторов в полном объеме.

Кроме того, в соответствии с ч. 2 п. 1 ст. 63 ГК РФ ликвидационная комиссия обязана принимать меры к выявлению кредиторов, при этом необходимо кредиторов письменно уведомлять о ликвидации юридического лица7.

Исследователями теории конкурсного права предлагается восстановить применявшийся ранее (Закон о банкротстве 1992 г.) критерий отрицательного соотношения общей суммы кредиторской задолженности к стоимости имущества должника. Вместо установленной судом неспособности должника погасить требования кредиторов и уплатить обязательные платежи — критерий неплатежеспособности — предлагается ввести критерий неоплатности, когда должник может быть признан банкротом только в том случае, если общая сумма его кредиторской задолженности превысит стоимость его имущества.

На этапе ликвидации должника в судебном порядке актуальным является вопрос о реальности требований кредиторов, поскольку существует немало способов быстрой ликвидации «компании с долгами», и одним из способов ухода от погашения кредиторской задолженности при такой ликвидации является фиктивность требований кредиторов, поскольку должник создает «своего» кредитора перед которым у должника имеются искусственно созданные обязательства. При этом права законных кредиторов нарушаются в связи с непогашением или недостаточным погашением их требований.

В соответствии с Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», в заявлении должника должны быть указаны: кандидатура арбитражного управляющего (фамилия, имя, отчество арбитражного управляющего, наименование и адрес саморегулируемой организации, членом которой он является) или наименование и адрес саморегулируемой организации, из числа членов которой должен быть утвержден временный управляющий (в ред. Федерального закона от 19.07.2009 № 195-ФЗ).

Учитывая изложенное, представляется целесообразным внести изменения в ст.37 Федерального закона «О несостоятельности

OI

Z

О

о

CJ

о о о

Q.

со s

H

о

0

1

о я с о m ф

VO >5

о *

о ф

У

s

s

0

1

о *

о

s

ф

ч

я *

< s

I H

о ф

со

Ol

Z

О

о

CJ

о о о

Q. С[ CQ

s н

о

0

1

о я с о т ф VO >s о

о ф

у

S

2

0

1

о *

о

2 ф d

л *

<

S I

н

о ф

со

(банкротстве)», которые позволили бы требования в части самостоятельного выбора должником кандидатуры арбитражного управляющего ограничить в отношении ликвидируемого должника. С момента признания ликвидируемого должника банкротом и открытия конкурсного производства полномочия руководителя должника и иных органов управления должника переходят к конкурсному управляющему, права и обязанности которого определяются ст. 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Из приведенного в статье перечня правомочий арбитражного управляющего можно выделить следующий комплекс прав и обязанностей, законная реализация которых невозможна без абсолютной неангажированности арбитражного управляющего от прежнего руководства должника:

> принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества;

> привлечь оценщика для оценки имущества должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

> принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц;

> распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом;

> подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Арбитражный управляющий должен обладать критерием незаинтересованности к должнику, только тогда он сможет защитить права кредиторов при проведении процедуры банкротства. Незаинтересованность арбитражного управляющего возможна в том случае, если выбор арбитражного управляющего и саморегулируемой организации будет осуществляться не должником, в заявлении должника, а уполномоченным органом и приоритет при выборе кандидатуры арбитражного управляющего будет отдан кандидату, способному защищать интересы законных кредиторов.

В судебной практике не много случаев, когда конкурсный управляющий ликвидируемого должника обращается в суд с исками об оспаривании сделок и решений должника, о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника.

Изменения законодательства о несостоятельности (банкротстве) затронули положения об оспаривании сделок должника, в частности, Федеральным законом от 28.04.2009 г. № 73-Ф3 введена глава ПЫ Оспаривание сделок должника.

Статьей 61.2 Закона о банкротстве вводится новое понятие — подозрительная сделка. В соответствии с данной нормой таковой признается сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В силу п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценным встречным исполнением обязательств является, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Подозрительной также признается сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, если такая сделка была

совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, если в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

В международной правовой практике по вопросу конкурсного оспаривания сделок принято различать подозрительные сделки и сделки с предпочтительным предоставлением. Институт оспаривания сделок с предпочтительным предоставлением направлен на защиту интересов отдельного кредитора, чьи имущественные права нарушены предпочтительным исполнением перед другим кредитором. Институт оспаривания подозрительных сделок направлен на защиту «абстрактного кредитора» — конкурсной массы или всех кредиторов одновременно.

Объективный критерий оспаривания подозрительных сделок (ob fraudem creditorum) возник в «итальянский период» развития института оспаривания сделок должника, что обусловлено развитием оборота и вовлечением в него большего числа участников по сравнению с древнеримским периодом, поскольку требование о доказывании умысла причинить вред кредиторам (субъективный критерий опровержения подозрительных действий) затрудняло доказывание и ухудшало позицию кредиторов.

В целях воспрепятствования незаконным действиям недобросовестных участников оборота закон предусматривает оспаривание подозрительных сделок на основании субъективного критерия через доказывание умысла должника и кредитора по подозрительной сделке скрыть имущество от взыскания.

При оспаривании сделок по субъективному критерию в целях упрощения доказывания прямого умысла предлагается конструкция «совокупности доказательств» (badge of proofs).

Законом установлены также основания признания недействительными сделок должника с предпочтительным предоставлением и корректируется период подозрительности для них.

Согласно ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии одного из следующих условий:

> сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

> сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

> сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

> сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством.

Пункт 2 данной статьи устанавливает, что такие сделки должны быть совершены после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом такого заявления.

Последние изменения в законодательстве о банкротстве и в частности, введение новых положений об оспаривании сделок должника направлены на защиту интересов кредиторов и, как полагает автор, упростят процедуру доказывания недействительности сделок.

Ol

Z

О

о

CJ

о о о

Q.

со

S

н о

0

1

о я с о т ф

VO >5

о *

о ф

У S

2

0

1

о *

о

2

ф

d

я *

<

*

S I

н

о ф

Литература и примечания

1. Акимов В.А. Оценка и прогноз стратегических рисков России: теория и практика // Право и безопасность. 2004. № 1.

2. Постановление ФАС Уральского округа от 03.09.2008 № Ф09-6310/08. С. 4.

3. Сергеев С.Г. Банкротство ликвидируемого юридического лица // Юрист. 2000. № 10. С. 98.

4. Телюкина М.В. Комментарий к ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». С. 515.

5. Ткачев В.Н. Признаки и критерии несостоятельности (банкротства) ликвидируемых и отсутствующих должников как особой категории субъектов конкурсного права// Закон. 2007. № 7.

6. Соловьева С.В. Комментарий к ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» / под ред. В.В. Залесского. С. 511.

7. Ткачев В.Н. Признаки и критерии несостоятельности (банкротства) ликвидируемых и отсутствующих должников как особой категории субъектов конкурсного права// Закон. 2007. № 7.

Методика обоснования затрат

на обеспечение системы информационной безопасности хозяйствующего субъекта

Минзов А.С.*, Кольер С.М.**

In this work some new approaches to a substantiation of expenses for organization CHE in view of various factors, values of risks and the restrictions allowing to the full to realize a principle of «rational sufficiency» are considered at the organization of system of information safety of the managing subject.

Система информационной безопасности сегодня становится необходимым условием успешного ведения любого вида деятельности хозяйствующего субъекта. При этом, если вопрос о целесообразности создания системы информационной безопасности (СИБ) для хозяйствующего субъекта (ХС) не подвергается обсуждению, то вопрос о рациональных объемах финансирования затрат на защиту информации всегда остается открытым для лиц, принимающих решение (ЛПР). Нельзя сказать, что сегодня нет внимания к этой проблеме. В специализированных изданиях периодически появляются публикации на эту тему, но научно обоснованных и верифицированных механизмов обоснования затрат на создание СИБ, учитывающих значимые для ЛПР факторы, сегодня не существует. С другой стороны, используемые сегодня специалистами по защите информации норматив -ные документы по управлению информационными рисками, организации систем информационной безопасности и другие документы1,2,3,4, рассматривают эту проблему преимущественно только со стороны специалиста по организации СИБ и управлению информационными рисками, что далеко не всегда является убеди-

тельным для ЛПР по финансированию СИБ.

1. Два взгляда на проблему

Вообще говоря, количество мнений и взглядов на структуру и организацию СИБ значительно больше двух. Свой взгляд на ее рациональную организацию имеют, кроме ЛПР, бухгалтеры, экономисты, юристы, менеджеры и другие сотрудники, участвующие в процессах приема, обработки, хранения и передачи информации, организующие делопроизводство либо обслуживающие вычислительную технику, средства коммуникаций и связи. Мы рассмотрим мнения и позиции только двух основных участников процесса обоснования затрат: ЛПР по определению бюджета системы информационной безопасности и Специалиста по защите информации. Анализ показал, что они совершенно по-разному относятся к этому процессу (табл.1).

Как видно из табл. точки зрения на организацию СИБ в значительной степени отличаются. При этом, если действия специалиста по защите информации регламентированы отечественными и зарубежными стандартами, то для ЛПР сегодня не существует убедительных механизмов принятия решений по финансирова-

Заведующий кафедрой «Комплексная безопасность бизнеса» ЦП ИББ МЭИ (ТУ), доктор технических наук, профессор (Институт безопасности бизнеса).

Аспирант кафедры «Системный анализ и управление» Международного университета природы, общества и человека «Дубна».

**