Влияние русского языка на систему бурятского словообразования (к вопросу о заимствовании служебных аффиксов)

УДК 811.512

Харанутова Дарима Шагдуровна

Darima Kharanutova

ВЛИЯНИЕ РУССКОГО ЯЗЫКА НА СИСТЕМУ БУРЯТСКОГО СЛОВООБРАЗОВАНИЯ

RUSSIAN LANGUAGE INFLUENCE ON THE WORD-BUILDING SYSTEM OF BURYAT LANGUAGE (BORROWING OF FUNCTIONAL

AFFIXES REVISITED)

В статье рассматриваются некоторые аспекты влияния русского языка на бурятскую словообразовательную систему. Благодаря ему существенно пополнилась производящая база бурятского словопроизводства

Some aspects of the Russian language influence on the word-building system of Buryat language are considered in the article. Due to the Russian word-building new word-building system was created, specific word-building types appeared, base of Buryat language functional affixes was renewed

Ключевые слова: словообразовательная система, Key words: word-building system, functional affixes, mutual служебные аффиксы, взаимовлияние interaction

Вопрос о взаимовлиянии языков неоднократно поднимался учеными-монголоведами, в частности, разные стороны процесса заимствования русских слов бурятским языком рассматривались в работах Т.А. Бертагаева, Ц.Б. Цыдендамбаева, Л.Д. Шагда-рова, У.-Ж.Ш. Дондукова, А.А. Дарбеевой, С.Л. Чарекова и др. В основном в них содержатся конкретные наблюдения по собственно лексическим заимствованиям. Влияние русского языка на систему бурятского словообразования было предметом внимания У.-Ж.Ш. Дондукова, Л.Д. Шагдарова и С.Л. Чарекова. В частности, о русских кальках в бурятском языке говорится в работе У.-Ж.Ш. Дондукова [1970], общие и частные проблемы сочетаемости заимствованных слов и терминов освещены У.-Ж.Ш. Дондуковым [1970] и Л.Д. Шагдаровым

[1967]. С.Л. Чареков [1990] рассматривает словообразовательное оформление заимствованных имен прилагательных.

Однако данная проблема касается не только вопросов деривационного потенциала русизмов (к ним мы относим собственно русские заимствования и слова-интернациона-лизмы), но и степени влияния русского языка на систему бурятского словообразования в целом.

Известно, что дореволюционные заимствования, как и в большинстве национальных языков России, в бурятском подвергались модификации (хартаабха картофель', орооЬон зерно' от русского слова рожь), в советский период русизмы интегрировали уже без особых изменений (проценты, аспирантура, карантин). Следует отметить, что прилагатель-

ные заимствуются чаще всего без изменений (дистанционно, кабельна, муниципальна, эко-логическа). «Выражаясь точнее, они были не столько заимствованы, сколько введены в бурятский язык» [Чареков, 1990; С. 99].

Считается, что бурятский язык легко заимствует русские слова, при этом из всех частей речи, как и во многих других языках, наиболее свободно заимствуются существительные, которые, в свою очередь, активно участвуют в бурятском словопроизводстве, русизмы образуют свои словообразовательные цепочки и парадигмы, организуют словообразовательные гнезда.

Соответственно, эти факты находят отражение в словарях бурятского языка. Например, в «Бурятско-русском словаре» под редакцией К.М. Черемисова в качестве отдельных словарных единиц можно выделить целые группы слов (патриот, патриотизм, патриотически; литература, литературна, литератор) и словообразовательные пары (машинист - машинистка, артист - артистка). При этом некоторые русизмы принимают бурятские словообразующие и формообразующие аффиксы. Например, все заимствованные слова с конечным -и'\- функционируют в бу-

рятском языке или с усеченной финалью -\-, напр. стабилизаци, приватизаци, или же образуют аналог при помощи бурятского суффикса -лга: стабилизаци(лга), приватизаций).

Благодаря агглютинации бурятские суффиксы легко сочетаются с дериватом любой ступени словообразования, независимо от того, русское это слово или бурятское. Соответственно, в бурятском языке имеется большое количество гнезд, где наряду с группой заимствованных однокоренных слов находятся производные с бурятскими суффиксами и основами: село село' - селькор селькор, сокр. сельский корреспондент', сельпо сельпо' -сельскэ сельский' - сельсовет сельсовет', сокр.' сельский совет'; капитал капитал' -капитал оруулалга капиталовложение', капитализм капитализм', капиталист капиталист' - капиталистическэ капиталистический' - капиталтан капиталисты'. То есть в одном гнезде могут сосуществовать два варианта - один полностью с заимствованной формой, другой - с бурятским суффиксом, в данном случае капиталтан (бурятский суффикс -тан со значением лица) и капиталист (суффикс -ист со значением лица).

Машина Машина байгуулга

Машина бYTЭЭлгэ

Машина бYTЭЭдэг

Машинадаха

МашинажаИан

Машинизаци

Машинист

Машинка

Машинна

Агтамашина

На примере гнезда с вершиной «машина» (гнезда в данной работе приведены в сокращенном виде) можно наблюдать, как в бурятских словообразовательных парадигмах и цепочках своеобразно переплетаются заимствования (машинист, машинка) и дериваты, созданные на базе заимствованных русских слов с помощью бурятских суффиксов (маши-низацилга, машинажаЬан). В этом же гнезде наблюдаются дериваты с бурятскими основами, т.к. заимствование осуществляется путем частичного калькирования (машина байгуулга, машина бутээлгэ), дериват агтамашина (разг.), образованный операционным способом (сложение) также входит в это словообразовательное гнездо. Таким образом, в составе бурятского словообразовательного гнезда в деривационных отношениях находятся как русские заимствования, так и бурятские дериваты, созданные на основе этих заимствований. То, что одно заимствованное существительное машина дало обширное словообразовательное гнездо, свидетельствует об активной роли русских заимствований в бурятском словопроизводстве. При заимствовании глубина проникновения слов в лексику другого языка прежде всего связана со способностью иноязычного слова к лексико-семантической и словообразовательной деривации в языке-рецепторе, что мы и наблюдаем в бурятском языке.

При изучении взаимодействия языков на словообразовательном уровне особый интерес вызывает вопрос о заимствовании служебных морфем. В лингвистической литературе существуют разные мнения насчет русских аффиксов типа -изм, -ист, - -ер, -тор, -изаци\, -к, -щик/-чик и т.д. Обычно заимствованные слова сохраняют свою словообразовательную структуру, поэтому существует мнение, что языком заимствуются и аффиксы. Однако имеется и другая точка зрения о том, что членимость заимствованных основ (журнал-ист, специалист) еще не означает, что язык заимствовал подобные аффиксы.

Исследователи бурятского языка под-

держивают вторую точку зрения. В частности, С.Л. Чареков считает, что суффиксы заимствованных прилагательных в бурятском языке не являются самостоятельными морфемами [Чареков, 1990; С. 101], и по мнению Л.Д. Ша-гдарова, «попытка приспособить некоторые интернациональные аффиксы к бурятским словам (уклонизм - ке\ЬегеШт, хвостизм -вуу^т) не увенчалась успехом» [Шагдаров, 1967; С. 91].

О заимствовании служебной морфемы можно говорить тогда, когда она начинает образовывать слова. Факты показывают, что в заимствованных бурятским языком существительных эти суффиксы легко выделяются, легко осмысливаются и в словообразовательной парадигме, напр. капитал-ист, капитал-изм, и на фоне других слов, образованных по этой же модели: социал-изм, ленин-изм, маркс-изм и т.д. Более того, бурятский язык, легко вычленяя подобные суффиксы, создает словообразовательные эквиваленты с бурятскими суффиксами, например, в заимствованных существительных, обозначающих профессию, при помощи суффиксов -ша/-шо/-шэ, -шан/-шон/-шэн со значением лица образуются дериваты сеялкэшэн сеяльщик', косилкашан косильщики', автокраншан автокрановщик', тракторшан тракторист' и т.д. Следует отметить, что в словообразовательном освоении русизмов этот суффикс используется чаще всего.

Заимствование служебных аффиксов подтверждает факт продуктивности и активности других русских суффиксов, участвующих, например, в образовании бурятских личных имен со значением пренебрежительности, с коннотативным оттенком ласкательности, чаще употребляемых без всякой экспрессии в разговорном бурятском языке (-к, -ушк, -уш, -очк и т.д).: Эржээночка, Сэсэгуушка, Дулмуу-ша, Цыпилмууша, Батооша, Мунко - Мунко-оха. Наиболее частотен аффикс -к (в бур. -ка): Баир - Баирка, Жаргал - Жаргалка, Сэсэг -Сэсэшка. «К бурятским собственным именам, по аналогии с фамильярно-бытовыми русски-

ми именами Ванька, Васька, Женька, Сашка, Петька и т.п., прибавляется суффикс -ха (русское -ка): Хутаан - Хутаанха, Бата - Батуу-ха, Табита - Табитууха и др.» [Цыдендамба-ев, 1959; С. 110].

Примеров из разговорной речи, где бурятские слова образуют деминутивы с суффиксами -к-, -шк, -ашк-, -ушк-, достаточно, чтобы говорить об активности данных суффиксов с уменьшительно-ласкательной экспрессией, со значением уменьшительности: хулгана-ашка мышка' от хулгана мышь', дабхаряаш-ки складки на верхних веках' от дабхаряа складки'. При этом хотелось бы отметить, что, к сожалению, не всегда влияние русского языка мы можем рассматривать как положительный фактор, например, в бурятском разговорном языке функционируют абгайшка (разг.) от абгай старшая сестра', ахайшка (разг.) от ахай старший брат'. Образование слов, обозначающих лиц старше по возрасту, статусу, старших родственников с оттенком фамильярности, не характерно для бурятского языка, хотя имеются аффиксы для обозначения лица в презрительно-уничижительном значении, такие, как -сар/-сэр: убгэнсэр старикашка' от убгэн старик', хунсэр человечишко' от хун человек'; -нсаг: бввнсэг шаманишка' от бвв шаман'.

Интересными являются также факты влияния русской словообразовательной системы на грамматику бурятского языка. При отсутствии категории рода в бурятском языке существовали несколько аффиксов для образования дериватов, обозначающих пол живых существ: -гшан/-гшон/-гшэн//-гша/-гшо/-гшэ, -жан/-жон/-жэн, -ан/-эн [Грамматика бурятского языка, 1962; С. 70].

Благодаря русскому языку, увеличился ряд формальных показателей рода.

Во-первых, заимствуются и функционируют коррелятивные пары слов, различающихся по признаку пола: поэт - поэтесса, артист - артистка, герой - героиня, студент - студентка.

Во-вторых, бурятским языком заимст-

вуются аффиксы, образующие мужские и женские фамилии, имена и отчества. Следует отметить, что всеми дериватологами (монголоведами и тюркологами) отмечается заимствование русских аффиксов -ов(-ев), -ова(-ева), -ович(-евич), -овн(-евн), -овна (-евна), при помощи которых образуются бурятские фамилии и отчества. Только у восточных бурят некоторые фамилии образованы по модели «имя + аффикс родительного падежа», т.е. не Будаев, Гомбо-ева, а Буда-ин, Гомбо-ин и т.д. Бурятские женские имена также образованы при помощи заимствованного из русского языка аффикса -а-: Баир - Баир-а, Саян - Саян-а, Соёл - Соёл-а.

Заимствованные суффиксы участвуют не только при образовании личных имен, отмечается, например, функционирование в некоторых говорах бурятского языка суффикса -льник (на наш взгляд, в данном случае работают интерфикс -ль и суффикс -ник): напр. угаальник 'умывальник' от угааха 'мыть' [Дон-дуков, 1964; С. 47]. Слово угаальник образовано по модели русского слова умывальник (при помощи суффикса -ник), как и онгоошко в значении окно (хоринский диалект) считается происходит от глагола онгойхо 'раскрываться, отворяться' (при помощи суффикса -к-) по модели образования русского слова окошко. По поводу образования слов онгошко и угаальник существует и другая точка зрения Ц.Б. Цыден-дамбаева [1959; С. 107-108].

Данные примеры свидетельствуют о том, что суффиксы в заимствованных существительных функционируют как полноценные аффиксы, т.к. они свободно вычленяются в составе заимствований, обладают словообразовательным значением(!) и в некоторых случаях могут образовывать слова с бурятским корнем или основой. Следует отметить, что особенностью словообразовательной интеграции русизмов в бурятский язык является то, что в одном случае мотиватором является русизм (хаарташан 'картежник' от хаарта карта', компьютеризацилга компьютеризация ), в другом происходит использование русских

аффиксальных дериваторов при образовании новых слов, например, басаган девушка, девочка' - басагаашка, разг.; хубуу(н) мальчик' -хубуушка, разг.

Рассмотренные примеры наглядно демонстрируют высказанное положение о том, что заимствованные аффиксы пополнили инвентарь бурятских словообразовательных морфем, они не только образуют дериваты, обозначающие профессии и выделяющие лица по принадлежности к тому или иному полу, но и служат для образования дериватов с уменьшительно-ласкательной экспрессией, деминутивов со значением уменьшительности. Перечисленные словообразовательные типы (образование существительных со значением лица, образование деминутивов с уменьшительно-ласкательным значением и т.д.) являются регулярными, продуктивными, и именно русское словообразование повлияло на их возникновение и продуктивность.

Таким образом, русский язык оказал су-

1. Бертагаев Т.А. Влияние русского языка на развитие смысловой системы литературного бурят-монгольского языка / Т.А. Бертагаев // Сборник трудов по филологии. - Улан-Удэ, 1948. -Вып. 1. - С. 31-78.

2. Будаев Ц.Б. Лексика бурятских диалектов в сравнительно-историческом освещении / Ц.Б. Будаев. - Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1978. - 302 с.

3. Дарбеева А.А. Русско-монгольские языковые контакты в условиях двуязычия / А.А. Дарбеева. - М.: Наука, 1984. - 181 с.

4. Дондуков У-Ж. Ш. Аффиксальное словообразование частей речи в бурятском языке / УЖ. Ш. Дондуков. - Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1963. - 246 с.

5. Дондуков У-Ж. Ш. О развитии терминологии в бурятском языке / У-Ж. Ш. Дондуков. -Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1970. - 78 с.

6. Дондуков У-Ж. Ш. Влияние русского языка на развитие и обогащение лексического состава бурятского языка / У-Ж. Ш. Дондуков. - Улан-Удэ:

щественное влияние на систему бурятского словообразования, прежде всего, пополнилась производящая база бурятского словопроизводства, русизмы и созданные по образцу дериваты создали множество новых словообразовательных гнезд. Влияние русского языка сказывается и в расширении деривационных возможностей ряда бурятских суффиксов и пополнении инвентаря словообразовательных аффиксов.

Проведенный анализ показал, что проблема морфолого-словообразовательного взаимодействия языков разного типологического строя требует также своего рассмотрения на уровне признаковых слов (прилагательных, глаголов). Необходим подробный анализ словообразовательного потенциала русизмов на бурятской почве, описание наиболее продуктивных моделей, иллюстрирующих современные тенденции в бурятской словообразовательной деривации.

________________________________Литература

Бурят. кн. изд-во, 1974. - 99 с.

7. Дондуков У-Ж. Ш. Словообразование монгольских языков / У-Ж. Ш. Дондуков. - Улан-Удэ, 1993. -196 с.

8. Тихонов А.Н. Словообразовательный словарь русского языка: в 2 т. Т. 1, 2 / А. Н. Тихонов. - М.: Рус. яз., 1990.

9. Чареков С.Л. Прилагательные в монгольских языках в сравнении с другими алтайскими / С.Л. Чареков. - Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1990. - 136 с.

10. Черемисов К.М. Бурятско-русский словарь /К.М. Черемисов. - М., 1973. - 803 с.

11. Шагдаров Л.Д. Становление единых норм бурятского литературного языка в советскую эпоху /Л.Д. Шагдаров. - Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1967. - 108 с.

12. Цыдендамбаев Ц.Б. Влияние русского языка на развитие бурятского / Ц.Б. Цыдендамбаев // Труды Бурятского комплексного НИИ. -Улан-Удэ, 1959. - Вып. 1. - С. 100-112.

Коротко об авторе__________________________________________________________________Briefly about the author

Харанутова Д.Ш., канд. филол. наук, доцент, докторант- D. Kharanutova, Candidate of Philological Science, Associ-

ка, отдел языкознания, Институт монголоведения, буд- ate Professor, Doctoral Candidate of Linguistics, Institute of

дологии и тибетологии СО РАН (ИМБИТ СО РАН) Research of the Mongols, Buddhism and Tibet, Russian

Служ. тел.: 8(301-2) 43-37-15 Academy of Science, Siberian Branch

Научные интересы: словообразование, морфология, Areas of expertise: word-building, morphology, lexicography

лексикография