Уголовное судопроизводство между моральным и правовым релятивизмом

Е. В. Марковичева, В. В. Конин

УГОЛОВНОЕ СУДОПРОИЗВОДСТВО МЕЖДУ МОРАЛЬНЫМ

И ПРАВОВЫМ РЕЛЯТИВИЗМОМ

Рассматриваются проблемные вопросы взаимодействия морали и права в сфере уголовного судопроизводства. Делается вывод, что моральный релятивизм неизбежно порождает релятивизм правовой.

К л ю ч е в ы е с л о в а: уголовный процесс, нравственность, мораль, релятивизм, справедливость.

The work deals with the problematic issues of interaction between morality and law in criminal proceedings. Author concludes that moral relativism inevitably creates legal relativism.

K e y w o r d s: criminal procedure, ethic, morality, relativism and justice.

Традиционно нормы права и нормы морали рассматриваются как различные социальные регуляторы, сложившиеся в рамках того или иного общества. Однако данные нормы не существуют изолированно. Их взаимосвязь и взаимопроникновение происходит на разных уровнях, так как «нормы морали носят универсальный характер и приложимы почти к любой деятельности человека, позволяя оценивать ее как нравственную или безнравственную»1. Применим ли данный тезис к уголовно-процессуальной деятельности? Думается, что ответ на данный вопрос зависит от нашего отношения к значению и содержанию уголовнопроцессуальных норм. Если мы признаем, что сущностным свойством последней является ее моральная оправданность, то ответ на данный вопрос будет утвердительным, если же мы категорически разводим сферы действия морали и права, то на этом полемику по данной проблеме можно прекратить в связи с ее бесперспективностью.

К сожалению, нравственные скрепы современного уголовного процесса вызывают большие сомнения. И дело не только или не столько в том, что право, судопроизводство не могут априори оцениваться только по шкале «хорошо-плохо». Важно другое: отношение общества к нравственным ценностям неизбежно транслируется в различные сферы человеческой деятельности, в том числе и в сферу уголовного судопроизводства.

Современное общество - это общество рациональных индивидов, в котором фактически отсутствуют универсальные нравственные стандарты. Критерии нравственного и безнравственного становятся все более неопределенными, и в такой ситуации вряд ли можно говорить о том, что устойчивость права «базируется на его общественной, нравственной природе»2.

Несомненно, что закрепление на уровне международного права и национального законодательства достаточно универсальной системы прав человека - это своеобразное проявление морального абсолютизма, когда идея неприкосновенности личности приобретает характер принципа и начинает действовать в рамках

1 Поляков А. В. Общая теория права : проблемы интерпретации в контексте коммуникативного подхода : курс лекций. СПб., 2004. С. 369.

2 Сокольская Л. В. Диалектика взаимодействия права, морали и нравственности // Lex Rus-sica. 2008. № 4. С. 743.

© Марковичева Е. В., Конин В. В., 2015

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2015-№ 4

229

Культура уголовного судопроизводства

различных правовых отношений. Следует согласиться с авторами, справедливо отмечающими, что «требования уголовно-правовых предписаний, в том числе и в области применения мер принуждения, безусловно, возникли и развивались на основе и с учетом моральных и нравственных норм, правил и представлений, справедливости и совести и были направлены, в первую очередь, на защиту прав и законных интересов личности»3.

Однако система моральных общепризнанных ценностей в последние годы подвергается серьезному испытанию моральным релятивизмом, отрицающим наличие объективной системы нравственных ценностей, признаваемых большинством членов общества. Таким образом, с одной стороны, на современное право оказывает существенное влияние идея значимости прав человека, аморальности их нарушения, необходимости их правовой и нравственной защиты, а с другой - право оказывается несвободным от релятивистской концепции относительности любой нравственной нормы.

О влиянии подобных процессов на сферу уголовного судопроизводства исследователи, как правило, вспоминают в процессе осмысления применимости к характеристике уголовно-процессуальной деятельности таких категорий, как «справедливость», «совесть», «честь», «достоинство», «гуманизм» и др. В идеале в уголовном судопроизводстве правовые и нравственные начала должны быть неразрывно связаны4. Однако современные российские реалии далеки от идеала.

Современный российский уголовный процесс сконструирован таким образом, что правоприменитель изначально должен обладать нравственным и правовым сознанием. В противном случае, как судья сможет постановить не только законный и обоснованный, но и справедливый приговор? К сожалению, в практической деятельности российского правоприменителя и на уровне органов предварительного расследования, и на уровне судов приоритеты, как правило, расставляются в другой плоскости. Следствием такого подхода становится каждодневное решение следователем, прокурором, судьей конкретных утилитарных задач. Последние нередко ориентированы не на общее назначение уголовного судопроизводства, а на обеспечение соблюдения процессуальных сроков, статистические показатели, раскрываемость и прочие факторы, которые порождены непродуманной уголовной политикой государства. Очевидно, что «на практике гораздо труднее создать позитивные в глазах людей институты уголовной юстиции и правосудия и организовать их работу, чем просто продекларировать, что следователь, суд, другой государственно-властный орган проводит «всестороннее, полное и объектное расследование» или что он устанавливает «объективную истину», и таким образом «уважать себя заставит»5. При таком подходе, например, следователь, формулируя обвинительный тезис «с запасом», не задумывается о соответствии его действий принципу справедливости, поскольку последние ориентированы на решение одной цели - окончание уголовного дела в суде с вынесением обвинительного приговора. И эта цель в данном случае оправдывает многие амо-

3 Ткачева Н. В. Мораль, нравственность, справедливость и совесть как правовые ценности социального субъекта уголовно-процессуальной деятельности // Вестник ЮУрГУ. 2006. № 8. С. 180.

4 См.: КокоревЛ. Д., КотовД. П. Этика уголовного процесса : учеб. пособие. Воронеж, 1993. С. 37.

5 См.: Машовец А. О. Справедливость как критерий подлинной эффективности уголовного судопроизводства // Вестник Нижегородской правовой академии. 2014. № 2. С. 148.

230

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2015-№ 4

Е. В. Марковичева, В. В. Конин

ральные и незаконные средства, закрепляя моральный релятивизм в уголовном процессе.

Допускаемая нормами УПК РФ степень усмотрения правоприменителя в уголовном судопроизводстве такова, что достижение задач уголовного процесса нередко ставится в зависимость от внутреннего убеждения дознавателя, следователя, прокурора, судьи. В данном случае внутреннее убеждение как уверенность правоприменителя в правильности своих действий и решений не может быть свободно от влияния системы сформированных у него определенных моральных знаний и убеждений.

Однако моральный релятивизм в уголовном судопроизводстве опасен не только тем, что весь уголовный процесс рискует стать безнравственным и воспринимаемым в обществе как несправедливый. Проблема заключается в том, что неизбежным следствием морального релятивизма в системе правовых отношений становится релятивизм правовой, закрепляющий «утилитарное отношение к праву как всего лишь к технике»6. Правовой релятивизм ведет к отходу от единого подхода к пониманию и оценке различных процессуальных норм и институтов. На уровне законодателя это приводит к нормотворчеству, порождающему в уголовном судопроизводстве многочисленные исключения из правила. Если обвиняемый совершил мошенничество или причинил имущественный ущерб путем обмана в предпринимательской сфере, то он получает привилегию в виде запрета на применение к нему в соответствии с ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ меры пресечения в виде заключения под стражу, даже если им нарушена ранее избранная мера пресечения. В результате «право теряет характер равной меры, замкнутая система легальности современного либерального «правового» государства разрушается под давлением собственных противоречий, а правоприменителю неизбежно приходится все чаще и чаще обращаться к неким внеправовым (т.е. лежащим вне нормативной сферы установленных государством позитивных правил) источникам для обоснования собственных действий»7. На уровне правоприменителя отсутствие правовой определенности порождает ситуацию, когда правоприменитель в уяснении смысла уголовно-процессуальных норм ориентирован не на их содержание и правила толкования, а на указания руководителя следственного органа, прокурора, разъяснениями Пленума Верховного Суда и т.п.

В результате складывается порочный круг, в котором чем меньше нравственная составляющая уголовного процесса, тем сложнее обеспечить законность уголовно-процессуальной деятельности, так как «при применении любой процессуальной нормы возникают вопросы нравственного порядка, поскольку она близко или отдаленно, непосредственно или опосредованно связана с нравственной нормой, принципом, требованием»8.

Возникает закономерный вопрос: как вернуть нравственную составляющую в уголовное судопроизводство? Полагаем, что данная задача решаема, однако требует целой системы действий, направленных на разработку целостной государственной уголовной политики, разработку новой модели уголовного судопро-

6 Рувинский Р. 3. Юридический релятивизм, техника и кризис индустриального общества // Вопросы правоведения. 2014. № 2. С. 55.

7 Там же. С. 58.

8 Москалькова Т. Н. Нравственные начала уголовного процесса : стадия предварительного расследования : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1997. С. 16.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2015-№ 4

231

Культура уголовного судопроизводства

изводства, повышения уровня правового и морального сознания юридических кадров и отказ от релятивистского начала в процессуальной деятельности, согласно которому, всё, что прямо не запрещено, вполне допустимо.

Марковичева Елена Викторовна,

доктор юридических наук, доцент, профессор кафедры уголовного права и уголовного процесса Орловского государственного университета

E-mail: marcovicheva@yandex.ru

Конин Владимир Владимирович,

кандидат юридических наук, заведующий кафедрой международного права Калининградского университета Международного университета в г. Москве

E-mail: vkonin@yandex.ru

232

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС-2015-№ 4