Тренды эволюции образования

Тренды эволюции образования

Седа Насибян

профессор, Декан факультета финансов и банковского дела РАНХиГС

Елена Речкалова:

Добрый день, в эфире передача «Сила женщины с Еленой Речкаловой». После перерыва я каждый раз нахожу новые источники переосмысления деятельности женщины в этом мире. И на нашу передачу приходят женщины, которые оказали колоссальное влияние на экономику, ментальность нашего общества. У нас сегодня очередной удивительный гость – Седа Насибян, профессор, декан факультета финансов и банковского дела РАНХиГС, очень уважаемого вуза, который как академия оказывает колоссальное влияние на нашу экономику и на развитие мировоззрения в нашей стране. И сегодня мы поднимаем вопрос, который для нас стал наиболее очевидным после коронавируса, когда мир реально изменился. Седа Саркисовна – известный российский экономист, и мне хочется спросить, что для Вас кризис – это возможности?

Седа Насибян:

Это действительно возможности, после кризиса, как правило, наступает шанс, просто надо быть очень тонким человеком, чувствовать, видеть, открывать новые ниши для себя, искать единомышленников. Но точно знаю одно, что кризис – это шанс.

Елена Речкалова:

Как Вы использовали шансы в своей жизни, и Вы, наверное, в начале Вашей карьеры даже не предполагали, что станете одним из тех людей, которые в 1990-х и 2000-х годах стали во главе серьезного образовательного учреждения в сфере финансов, а Седа Саркисовна декан с 2001 года, и настолько сильно разовьется эта отрасль, и это тоже был вызов.

Седа Насибян:

Это был вызов, я бы сказала многоликий. С одной стороны, это распад СССР, до этого начало перестройки, очень многое менялось в обществе, очень многие системы менялись, и наступил период, когда научному сотруднику надо было искать себе место применения. И такой мастер-класс нам дал академик Гранберг, который был советником Бориса Николаевича Ельцина по экономическим вопросам. И когда научные сотрудники на совещании задали академику вопрос: «Вы все время говорите о новых работах, новых исследованиях, а как же зарплата?» И он сказал, что когда научному сотруднику сказать нечего, он говорит о зарплате. В первый миг все были в шоке, мягко говоря, но прошло пару лет, осознав, что он сказал и как это изменило мою жизнь, я написала статью в аналитическом банковском журнале, где я искренне благодарила академика за мастер-класс. Это я к тому, что не надо бояться, надо собирать своих единомышленников, искать нишу, видеть цели и понимать, куда мы движемся, обратно никто не пойдет. Это был очень хороший урок.

И сейчас Вы сказали про пандемию – тоже хороший урок. Ведь все мы готовились к дистанционному обучению, электронному обучению, очень много провели в академии курсов для преподавателей, для административного персонала, факультет отправлял в зарубежные вузы на подготовку по этой модели обучения. И вдруг кризис такой, пандемия, и все студенты ушли учиться на удаленной форме.

Это, конечно, был кризис для тех, кто не был готов, но мы готовились к этому, ни одного дня занятий не потеряли, но это была колоссальная моральная нагрузка на преподавателей и студентов. Что касается студентов уровня бакалавриата и магистратуры, старшекурсников, они понимали, что такое стены академии, потому что профессиональное общение со своими сверстниками, друзьями, коллегами,

преподавателями на одной площадке – это одно качество ощущений, второе – когда ты дистанционно. Но они не жаловались, все хорошо получалось.

Что касается старшего поколения, которое училось на MBA программах, они сказали: «Перенесите расписание, но мы хотим обязательно видеться друг с другом». Вы у нас преподаете и знаете, как они любят обсуждать, устраивать дискуссии, рассказывать свои кейсы и вместе искать ответы на эти вопросы. Это можно делать дистанционно, но той энергетики, той харизмы никто не чувствует, и не видит прежде всего любовь преподавателя, который вызывает все время на эту дискуссию.

Елена Речкалова:

Я хочу рассказать свой опыт, когда мне сказали за два дня о том, что я должна читать дистанционно курс, а я читаю корпоративное управление на МВА, это профессионалы, которые имеют уже определенный опыт, и я поняла, что должна переделать свой курс, потому что он был основан на дискуссиях, решениях кейсов, групповой работе. Переделала и поняла, как лучше стало. Я считаю, что добавила очень качественно для самой себя.

Седа Насибян:

Многие преподаватели об этом говорят, и что удивительно, что и слушатели МВА тоже к этому адаптировались, спокойно воспринимают и пошли учиться. Но это тоже шанс, он ускорил наш переход на этот формат. Были преподаватели, которые еще до пандемии вели в этом формате, очень успешно, все было отработано, а тем, которым пришлось сейчас это сделать, сделали это очень быстро.

Елена Речкалова:

Мне кажется, оптимальный формат – это микс, гибрид, потому что многие задания нужно делать дистанционно, плюс домашняя работа, надо делать обсуждение, а потом такой брейнсторм, чтобы сказать преподавателю, что понравилось, что непонятно, и это дает еще один импульс для развития, и преподавателей в том числе.

Седа Насибян:

Совершенно верно, потому что тот студент успешен, у которого преподаватель успешно ведет занятие, и они любят этого преподавателя, ценят дисциплину. И этот кризис предоставил шанс преподавателям, студентам освоить совершенно другие форматы обучения и другое понимание.

Елена Речкалова:

По статистике, за 6 недель 1,5 миллиарда человек перешли в онлайн.

Седа Насибян:

Здесь есть особенность, связанная с высшим образованием. Со студентами первого курса начинать онлайн-образование нереально, потому что их надо знакомить с академией, с инфраструктурой, преподавательским составом, стены прочувствовать того вуза, где ты находишься. Поэтому мы первый курс полностью запустили в офлайн-формате, то есть они все учатся в академии. Если кто-то заболел, то в установленном порядке отправляется на карантин вся группа, эти правила действуют везде, не только в нашей академии, в любом учреждении.

Но остальные курсы в зависимости от того, какого возраста преподаватель, если это за 65, предпочтительнее, чтобы это было онлайн-обучение, поэтому выстраивали расписание на старших курсах, где работали эти преподаватели.

Елена Речкалова:

Давайте мы поговорим о том, что предстоит в будущем, потому что однозначно мир изменился, и все изменения мы сразу же увидели с точки зрения образования, другие компетенции, другие требования, другое понятие лидерства, другое влияние. Вы говорите об этом давно, Вы говорите о роли системного лидерства, и поскольку Вы возглавляете факультет финансов, а финансовая система является кровеносной и во многом опережает многие отрасли, что имеется в виду под ролью системного лидерства? И мне очень нравится та терминология, которую Вы постоянно употребляете, что нужно быть интегратором знаний. Мне кажется, очень емко и понятно.

Седа Насибян:

Интеграторы знаний – это уже не будущее, а настоящее, это уже наступило. И реально интеграторы знаний – это те, которые владеют семью видами компетенции семи областей, и это было еще до 2020 года. 2020-й год капитально основался на этих семи компетенциях, это предметная область, это IQ, лидерство, эмоциональный интеллект, то есть не только финансовые компетенции, но еще ряд сопутствующих, которые помогают стать лидером.

Но сегодня говорят о гораздо больших компетенциях, до 14 доходит, поэтому образование претерпевает существенные изменения, и в этой связи наша академия одна из тех организаций, которые проводят системное улучшение образовательных программ. Прежде всего хочу сказать о гармонизации профессиональных стандартов с образовательными стандартами, и самое главное достижение, которое есть у академии, – право обучать по собственным стандартам. И это право надо было заслужить, это не только наша академия, в России таких 52 вуза, в основном технические вузы, а экономического, гуманитарного профиля мало таких вузов, но среди них наша академия. Собственные стандарты должны немножко опережать федеральные государственные образовательные стандарты, это не значит, что нас не проверяют – проверяют, аккредитовывают, но мы должны доказать, в чем наш плюс, это довольно сложная задача. Изменился федеральный образовательный стандарт, допустим, было 3+, стало 3++, мы должны показать, что мы еще туда внедрили.

Очень интересный опыт расскажу. Когда мы обратились за аккредитацией в Совет по профессиональным квалификациям финансового рынка, три вуза были пионерами в этой области, среди них мой финансовый университет, санкт-петербургский университет и наш факультет. Одну из наших программ не взяли к аккредитации не потому, что она плохая, слабая, она была настолько продвинута, что у Совета еще не было требований к такого рода программам.

А мы делали это совместно с Сименс, британским институтом. Поэтому Совет заключил соглашение с британским институтом, и сейчас наши программы признаются пионерными на эти профстандарты.

Допустим, риск-менеджер, или внутренний контролер, или внутренний аудитор. Какими компетенциями он должен владеть? Общие трудовые функции, профессиональные. Чем хороши, что там есть квалификационные уровни, допустим, шестой уровень соответствует бакалавру. Пятый самый низкий, это среднее профессиональное образование, потом идет бакалавриат – шестой уровень, седьмой уровень – это магистры и восьмой уровень – это уже те, кто учится на программах МВА, топовых программах. Работодатель уже обозначил, кто ему нужен, какие компетенции должны быть.

Елена Речкалова:

Перестройка произошла, о которой мало кто знает. Сейчас профессиональные стандарты формирует работодатель.

Седа Насибян:

Преимущество этой гармонизации в том, что те компетенции, которые нужны работодателю, переносятся в образовательную программу, но они должны быть упомянуты, в какой дисциплине какая тема будет соответствовать тому, чтобы студент получил именно эту компетенцию. Когда наш студент, я не говорю уже выпускник, хотел поступить на работу, сразу спрашивали: «Какой у вас опыт работы?» Но какой может быть опыт работы, если студент должен учиться. Так работать ему или учиться? И был найден колоссальный выход, когда будучи студентом ты начинаешь строить свою карьеру.

Например, есть дополнительная опция – программа риск-менеджеров, программа финансовых аналитиков или аудиторов, конкретно для занятия этой должности в такой-то организации. Это значит, что мы дали в фундаментальной программе бакалаврскую подготовку, это как база, то, что нужно, доучиваем в качестве дополнительной опции, сдают экзамены в центрах оценки квалификации, и с этим аттестатом, и даже еще не получил диплом, он может пойти трудоустраиваться.

Елена Речкалова:

Это очень важная тема, потому что впереди у нас безработица.

Седа Насибян:

Она помогает быстро адаптироваться к новой среде, повышает мобильность, он не ждет, пока на третьем курсе начнут изучать эту дисциплину, или на четвертом курсе, он заходит в Центр развития квалификации на нашем факультете: «Я хочу устроиться на работу на такую-то должность, мне нужны вот такие компетенции».

Елена Речкалова:

И вы учите конкретным компетенциям, то есть уже осознанность и прицельность построения своей карьеры является залогом успешного будущего.

Седа Насибян:

Поэтому высокая конкурентоспособность наших выпускников. На протяжении последних пяти лет мы всегда занимаем лидирующее положение в рейтингах по востребованности. А если наши хотят устроиться на работу в других компаниях, международного уровня, тогда есть международные сертификаты.

На уровне студенчества наши студенты проходят международные, национальные конкурсы. В академии есть программа «Лидеры России», это для высокого уровня специалистов, а что есть для студентов? Программа называется «Управляй», и Институт организационного развития стратегических инициатив нашей академии проводит такие конкурсы, где участвуют сотни студентов. Это прекрасный толчок для студентов, и как они сами говорят, нас раскрепощает, мы не боимся высказывать свои новые идеи, не боимся делиться, потому что нас не ругают за ошибку, учат нестандартно мыслить, окунают в среду, работа на тренажерах, симуляторах, когда они вынуждены будут выкарабкиваться.

Елена Речкалова:

Недавно прочитала статью о том, что бывший руководитель IBМ сказала, что 43 процента вакансий, которые есть в IBМ, не предполагают и не требуют наличия диплома о высшем образовании. Мы готовы учить и самое главное, создать среду и людей, главная ценность которых не то, что они имеют знания, а то, что они хотят их получить, и это является основным критерием.

Седа Насибян:

Сейчас же моделей обучения очень много, есть стандартные образовательные университеты, которые если раньше делали акценты только на фундаментальность, то сейчас и прикладные компетенции, самого разного

рода программы.

Елена Речкалова:

Но фундаментальные знания никуда не уйдут.

Седа Насибян:

Это однозначно, но я готова согласиться с коллегой, потому что есть корпоративные университеты, есть учебные центры у компаний, и это говорит о том, что они готовят лично для этой компании. Мы как образовательная структура можем заключать с такого рода компаниями соглашения и готовить, и у нас есть большой опыт работы со специалистами прежде всего Центрального банка, с 2002 года по настоящее время по разным программам мы осуществляли подготовку и повышение квалификации, но есть тренинговые центры, которые тоже очень успешно готовят конкретно к этой работе. Каждый выбирает сам, что он хочет.

Елена Речкалова:

В это время высококонкурентных компетенций очень важно рано определиться, то есть сейчас уже нет времени ждать до пятого курса, чтобы понимать, чем тебе заниматься, потому что, возможно, к этому времени ты уже не наберешь свои сертификаты и на работу тебя возьмут последним из списка.

Седа Насибян:

Я приведу пример моей внучки, она в третьем классе учится. Она в МГУ учится на программе Кinder МВА, делает проекты. Сейчас дети пошли другие, они очень много читают, они очень много видят, слышат. К нам приехал студент из Перми, первокурсник, олимпиадник, и первое, что он сказал: «Надо со студентами работать вот так-то, если вы хотите привлечь олимпиадников». Парень из региона написал целую концепцию, его видение как работать со студентами. Я обожаю работать со студентами, со студенческим советом, потому что они столько привносят сюда, они знают, что они хотят, они нам дают задания, и выстраивая программу, мы с ними советуемся, они присутствуют на этих совещаниях.

Вторая особенность, когда наши ребята идут на работу, они очень быстро разочаровываются. И зарплату хорошую получают, больше, чем в среднем по Москве, проблема в чем? Социальный пакет, на повышение квалификации отправляют – скорость изменений, он не может больше двух лет сидеть в этой должности. Сейчас даже говорят о годе. И работая с ВТБ, департаментом персонала, мы пришли к выводу, что действительно, и если говорить о Сбербанке, там через каждые три месяца меняется фронт работы, студентам интересно. Стремительные изменения влияют на формирование программы обучения, это первое. И когда выпускник не совсем доволен той компанией, где работает, хотя все хорошо, это скорость изменений.

Второе, для того чтобы отвечать ожиданиям наших выпускников, мы обучаем и старших, поэтому есть специализированные программы, МВА, повышения квалификации, то есть непрерывное образование для разного возраста, по разным форматам, это обязательный принцип непрерывности образования.

Елена Речкалова:

Я сейчас много читаю на эту тему, и Global education futures написали, что необходимо сейчас, в период пандемии, потому что изменилось в том числе и восприятие жизни, потому что находишься в четырех стенах, развивать экзистенциальные навыки, то есть три С: сила воли, способность к саморефлексии, в том числе осознанность, и саморазвитие, в том числе тебе надо понимать не просто, что тебе надо развивать, а то, от чего тебе надо отказаться.

Седа Насибян:

Правильно, но что я заметила: несмотря на то, что в обществе есть понимание саморазвития, самотрансформации, тем не менее наши выпускники предпочитают иногда прийти в академию и, как они сами говорят, потусоваться. Это такая важная часть их жизни, им все здесь дорого, это второй дом, это профессиональное сообщество, которое сформировалось уже на протяжении почти 20 лет существования факультета. Конечно, они все тянутся, а у академии история еще глубже. Те, кто были первые выпускники, теперь их внуки и правнуки здесь учатся.

Елена Речкалова:

Вернемся к роли системного лидера, с каждым днем я вижу, насколько ее ценность возрастает. Там три составляющие: технологическая, управленческая и лидерство в формировании ценностей. Пандемия совершенно точно этот вопрос обострила. Что такое лидерство в формировании ценностей? Корпоративная культура?

Седа Насибян:

Корпоративная культура – это вектор, который задает развитие всех программ, от культуры многое зависит, но вместе с тем я бы сказала глобальная прикладная этика, которая формирует ценности. Если Вы читали «Четвертую промышленную революцию», автор этой книги пишет, что любая инновация ценна, если она подтверждается общечеловеческими ценностями, если эта технология может нанести вред окружающей среде, то вряд ли ее можно считать ценностным достижением. В этой связи финансовые инициативы глобального договора ООН по устойчивому развитию, и я, читая ООНовский доклад по этим финансовыми инициативам, для себя сделала вывод, несколько для меня неожиданный, что оказывается, из российских банков только Совкомбанк подписал соглашение. Это не означает, что другие банки не делают. Речь идет о корпоративной отчетности, где отражаются не только финансовые показатели, но и нефинансовые показатели, то есть как бизнес содействует устойчивому развитию, измеряемого в трех составляющих: экологической безопасности, социальной направленности и экономической эффективности.

И я посмотрела, как же может случиться, чтобы у Сбербанка, такого продвинутого, такого не было. Есть, конечно. С 2011 года они систематически отчитываются, но как сказала наша выпускница Ирина Носкова, которая сейчас работает в рейтинговом агентстве АКРА, что для наших банков и компаний это имиджевая составляющая. Не могу с этим согласиться, потому что когда мы встретились со специалистами из РСПП, оказалось, что если несколько лет назад из 500 компаний только 20 сдавали корпоративные отчеты по этим требованиям, то в настоящее время уже давно перешло границу 100. Это реальный тренд.

Елена Речкалова:

То есть устойчивое развитие выгодно экономически.

Седа Насибян:

Если вернуться к старой практике, ведь любой проект внедрялся в том случае, если он экологически отвечает всем требованиям: местности, выбросам в воздушный бассейн, водный бассейн, в конце концов окружающей среде. Все было, но сейчас это приведено в хорошую систему, когда оценка деятельности компании или специалиста по одним показателям это не есть высший уровень качества специалиста или хорошей работы компании. Надо, чтобы это было системно. А лидерство – это сила воли, интуиция, умение работать в своей команде, быть критичным, но и креативным, видеть проблему там, где еще никто не видит эту проблему, и уже начинать сегодня искать ответ на эту проблему, которая рано или поздно придет, потому что здесь и интуиция работает, и расчеты работы, и моделируют, и прогнозируют, есть специалисты очень хорошие, и машинная обработка данных – колоссальное достижение, которое позволяет выбросить те незначимые факторы, но зато в общей сумме показывает очень интересные результаты, и тогда легче ориентироваться. Но это действительно должны быть люди, которые хотят получить множество знаний и интегрироваться в новый мир с новыми знаниями, с новыми компетенциями.

Елена Речкалова:

Если говорить об устойчивом развитии, то одним из ключевых вопросов является диверсификация управленческой команды, то есть учет многообразия мнений, в том числе гендерные. Если мы говорим об экономике, то это все выражается в цифрах, и Голдман Сакс и еще несколько инвестиционных банков сказали, что они не будут выводить на IPO, если в советах директоров компаний не будет диверсификации, то есть в том числе женщин. И в 26 странах установлены даже обязательные квоты на гендерный состав. Я думаю, в России мы все равно к этому придем хотя бы потому, что большинство ваших выпускников – это девочки, и они лучше учатся.

Седа Насибян:

Если у нас выходят с красными дипломами выпускники, если их 20 человек, из них 3-4 мальчика, остальные девочки, это очень серьезно. Но вместе с тем, когда идут конкурсы международного уровня, там принимают участие мальчики очень успешно, там примерно соотношение 50 на 50, или с небольшим преобладанием девочек. Поэтому этого не избежать, и это говорит о том, что готовить надо и готовить на очень серьезном уровне, ведь во всем мире давно уже готовят женщин-руководителей.

Я много лет подряд каждую осень вылетала в Америку на совещание женщин-финансистов, это всемирная организация Finacial woman’s association, и там были не только банкиры и финансисты, страховщики, и что мне нравилось в их рассказе и было совершенно непонятно нашему человеку, с нашей ментальностью – почему эта женщина рассказывает и плачет на сцене, как она достигла этих результатов. Она говорила о тех барьерах, которые по жизни пришлось ей преодолеть, чтобы занять должность руководителя банка в том или ином регионе. Со временем становится понятно, что тяжелее продвигаться, может быть, потому что мы еще и эмоциональные, мы не можем отстоять.

Елена Речкалова:

Надо учить отстаивать.

Седа Насибян:

Мне очень понравилась эта фраза «сила воли», силу воли тоже надо развивать, укреплять и давать такую возможность. Для студентов мы это делаем. Мы им разрешаем ошибаться, шуметь, двигаться во время занятий. Если бы Вы видели, как они торгуют на бирже в компьютерах, как они друг к другу ходят, и преподаватель сам по себе только успевает наблюдать, кому надо помочь, а помогать надо студентам, подсказывать, они сами ищут, находят, иногда даже складывается мнение – не мешайте, дайте им делать то, что они хотят довести до конца, а потом обсудим, это тоже нужно.

Елена Речкалова:

И тем не менее больше 50 процентов девушки, выпускники бизнес-школ на 60 процентов девушки. А что же мешает женщинам переходить на руководящие позиции, стратегические, потому что их всего 10 процентов, у нас наверху мужской клуб? Мы об этом много говорим, и каждый раз я говорю о том, что в России это считают социальным вопросом, но есть данные, которые показывают, что смешанные и сбалансированные команды на 10-15 процентов эффективнее, чем моногендерные, но почему-то в России этот вопрос вообще не обсуждается как экономический. Ведь все вузы, большинство крупнейших бизнес-школ, Гарвард, Йель, Оксфорд – там уж есть специальные курсы, которые готовят женщин-лидеров, потому что это экономически оправдано.

Седа Насибян:

Наш факультет сейчас состоит в аккредационном процессе Международной ассоциацией бизнес-школ, она аккредитовывает программы и вузы, которые хотят показать, что они на международном уровне значимые и отвечают этим требованиям. В России единственный институт, который имеет эту аккредитацию, это институт нашей академии, институт бизнеса и делового администрирования, сейчас наш факультет сдал отчет. Это долгий процесс, ответить, что ты по 15 стандартам отвечаешь их требованиям и становишься школой международного уровня – это больше чем серьезный экзамен, это больше чем сертификация.

Впервые в стандартах и требованиях этой ассоциации 2020, новые стандарты вышли, предыдущие были 2013, написано о том, чтобы программы по женскому лидерству, женскому предпринимательству в этих школах развивали. И мне было очень приятно, что пока эти требования не вышли, а мы на пути уже к этому были, и Вы знаете про новые программы по предпринимательству и управлению эффективностью бизнеса, они реально направлены на развитие лидерских компетенций, но вместе с тем умение руководить предпринимательской деятельностью. Но не только предпринимательской деятельностью, это одна из задач, которая касается обеспечения трудом женщин на достаточно хорошем уровне, чтобы человек получил от этого удовлетворение.

Что касается в совете директоров, там совсем другое, но тем не менее лидерские качества нужно воспитывать и в тех, и в других. Если ты не лидер, если ты не наделен такими качествами, то успеха добиться будет сложно, не надо бояться, вот этот страх надо снять. Ну и что, что кризис, это же шанс, найди свое место,

Елена Речкалова:

Найди свою команду, придумай что-нибудь новое, мне кажется, что сейчас океан под ногами.

Седа Насибян:

Сидеть дома и переживать, что так все плохо с работой – не надо сидеть дома, надо общаться с друзьями и единомышленниками, выходить в общество, жизнь сама подсказывает. Люди иногда в обычной беседе говорят такие гениальные вещи, за которые можно зацепиться и построить новый голубой океан. Мы-то как познакомились? Если бы я сидела, как декан, и читала книги и пыталась найти преподавателя, да ничего бы не получилось. Моя задача была, и я это делала с любовью. Где только я с Вами не была, какую только стажировку не прошла.

Елена Речкалова:

Мы посмотрели очень много нового и привезли в Россию много инновационных вещей с точки зрения коммуникаций и технологий.

Седа Насибян:

Причем в разных странах по-разному отношение. Если у нас центр медиации нельзя создавать в банках, Марокко только на этом и работает. И в центральном банке есть медиаторы, и в коммерческих банках, которые альтернативными способами разрешают споры, которые возникают.

Елена Речкалова:

Сейчас тренд есть, готовят медиаторов.

Седа Насибян:

У нас есть финансовый омбудсмен, но я не могу сказать, что это есть в каждом банке или в каждом бизнесе, хотя бизнес-омбудсмены есть, финансовые омбудсмены, но мне нравится, что эта система пошла, это входит устойчиво в нашу жизнь, и надо еще больше развивать, потому что внесудебные способы разрешения по продолжительности гораздо короче и дешевле. Таких примеров можно привести очень много.

Елена Речкалова:

Если подытожить нашу беседу, то мир настолько меняется, и Вы прошли уже большой путь подготовки, понимаете эти тренды, но сейчас нужно ускоряться, и те вещи, которые мы не могли себе позволить и считали, что это отдаленное будущее, они нужны уже завтра. И в первую очередь это лидерство, и это не прерогатива единиц, сделать из себя лидера может каждый, было бы желание и стремление. Но обязательно для того, чтобы готовить себя к лидерству и финансовой независимости, необходимы базовые фундаментальные знания, на этой платформе будут строиться уже специализированные знания, которые позволят понять этот тренд, ту волну, которая вам обеспечит голубой океан.

И вторая вещь, у нас существуют стереотипы, что девочкам не надо строить карьеру. Но мир тоже меняется, кроме того у нас бедность женским лицом, и у нас 14 процентов семей одинокие мамы, которые воспитывают своих детей. У нас каждый третий не платит алименты, поэтому они являются кормильцами семьи, плюс 6,8 процентов домохозяйств, где женщины являются лидерами, и теперь нужно подумать о своем будущем, о воспитании своих детей. И лидером может быть каждый независимо от пола, и этому Вы готовите в академии и на Вашем прекрасном факультете.

Седа Насибян:

Для нас это очень ответственная часть нашей работы, потому что у нас были девочки, которые оказались в не очень хорошей ситуации, но они остались с детьми, и все, что мог сделать факультет, содействуя тому, чтобы они окончили институт, это дать им удочку. И не надо никого жалеть, это настолько унизительно для человека, когда начинают жалеть. Дай шанс человеку, протяни руку, дай инструменты, с помощью которых он может это сделать, и психологически поддержи.

Елена Речкалова:

Таким образом образование дает удочку, которая обеспечивает независимую и счастливую жизнь, и без этого сейчас уже нельзя ни женщинам, ни мужчинам. Становитесь лидерами, и образование вам в этом поможет. Спасибо большое, Седа Саркисовна, очень информационно и с большим энтузиазмом, с большой любовью к тому, что Вы делаете.