Проблемы формирования наследственного имущества

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 17 (308).

Право. Вып. 37. С. 32-36.

А. Ю. Томилов

ПРОБЛЕМЫ ФОРМИРОВАНИЯ НАСЛЕДСТВЕННОГО ИМУЩЕСТВА

Рассматриваются проблемы, возникающие при применении норм гражданского и гражданского процессуального права, регулирующих наследственные правоотношения, вопросы охраны наследства, сохранения наследственного имущества, а также процессуальные особенности рассмотрения споров, возникающих при рассмотрении дел о наследовании.

Ключевые слова: наследование, охрана наследства, наследственное имущество, наследник, суд, нотариус, истец, ответчик.

Право наследования предусматривает переход имущества наследодателя к другим лицам в порядке, определяемом гражданским законодательством. Вместе с тем порядок формирования наследственного имущества во многих случаях имеет пробелы в правовом регулировании или содержит коллизионные нормы, которые препятствуют эффективной реализации прав. Так, вне пределов законодательства оказываются эвентуальные наследники, нет полной ясности по порядку формирования наследственного имущества, не уточняется порядок выяснения законности включения в наследуемое имущество тех или иных вещей, что ведет к возникновению конфликта интересов и судебным спорам.

Действующее законодательство, определяя правила наследования, установило, что под наследством или наследственным имуществом, переходящим к наследникам, понимаются принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (ст. 1110 и 1112 Гражданского кодекса (ГК) РФ). Конституция РФ в своей ст. 35 провозгласила, что право частной собственности охраняется законом, а право наследования гарантируется. При раскрытии своей позиции по толкованию данной статьи Конституционный Суд РФ указал, что право наследования включает в себя как право наследодателя распорядиться своим имуществом на случай смерти, так и право наследников на его получение, и данное право является основой конституционной свободы наследования. При этом указанное право обусловлено самой природой прав, возникающих из гражданских правоотношений и основывается на диспозитивных началах гражданско-правового регулирования1. Государство в рамках действующего законодательства должно гарантировать переход имущества от наследодателя к наследникам2.

Указанная обязанность возлагается на государство и в силу международно-правовых обязательств. Российская Федерация ратифицировала Конвенцию о защите прав человека и основных свобод и Протокол № 1 данной конвенции. Статья 1 указанного Протокола гласит, что каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права. Право наследования является частью имущественных прав, которые не только декларируются, но и должны гарантироваться государством, в том числе и через наличие эффективных процессуально-правовых механизмов, обеспечивающих полноценную реализацию право наследования с учетом прав и интересов наследодателя.

В этой связи нам видится наличие правовой проблемы по действительному выявлению реальной воли всех наследников на принятие наследства, на это указывают также и другие авторы3, которые обращают внимание также на то, что существующие наследственные правоотношения не в полной мере укладываются в рамки общей конструкции правоотношений3. Это, в частности, касается вопроса полноценного учета воли наследника при его фактическом неизвещении об открытии наследства, а также о принятии различных мер по охране наследственно имущества. Так, Л. Ю. Михеева обратила внимание на наличие коллизии между ст. 64 Основ законодательства РФ о нотариате, которая допускает принятие нотариусом указанных мер по охране наследственно имущества по своей инициативе, и ст. 1171 ГК РФ, предусматривающей, что основанием для действий нотариуса по принятию мер по охране наследственного имущества является наличие специального заявления лиц, действующих

в интересах сохранения наследственного имущества.

Указанная проблема по вызову наследников связана с отсутствием надлежащего процессуального механизма, обеспечивающего этот вызов, что требует его установления. Ранее в праве Российской империи вопрос о наследовании имущества затрагивал не только процедуры его принятия, но и порядок вызова наследников. Законы Российской империи предусматривали охрану прав наследников в форме описи наследуемого имущества, а также вызова наследников (ст. 1225 Свода законов гражданских). Вызов наследников осуществлялся через судебные органы путем публикации сведений об открытии наследства в сенатских и губернских ведомостях по месту открытия наследства. В случае проживания предполагаемых наследников в других губерниях их розыск осуществлялся через органы полиции (ст. 1239 и 1240 Свода законов гражданских). К кругу лиц, которые могли заявить об открытии наследства, относились органы полиции, прокуратуры, а также частные лица, а обязанности по охране наследуемого имущества возлагалась на судебных приставов, которые также осуществляли опись его (ст. 1401-1403 Устава гражданского судопроизводства). Меры по розыску и охране наследства принимали мировые судьи, и именно судебные органы были призваны обеспечить эффективный контроль за соблюдением прав наследников. В дальнейшем от этого порядка отказались, что было вызвано целенаправленной политикой советского государства, которое рассматривало себя как основного получателя наследственного имущества. Поиск наследников, разработка детального процессуального механизма по охране наследственного имущества и обеспечение прав наследников не интересовали законодателя.

Современное законодательство во многом остается пленником предыдущей законодательной политики, несмотря на то что подходы в формировании гражданского законодательства принципиально изменились. В этой связи следует учитывать опыт зарубежных стран в части определения розыска наследников через существующую в гражданском процессуальном праве процедуру «вызывного производства»4. Гражданское процессуальное уложение Германии в рамках «вызывного производства» предусматривает использование процедуры судебного вызова в интересах возможных наслед-

ников, а также для выявления обязательств наследодателя и извещения его кредиторов5.

По действующему законодательству заявление о принятии наследства находится исключительно в усмотрении самих наследников, а выявление других наследников процессуально не регламентируется. В этой связи возможна ситуация, когда один из наследников, совершив необходимые действия, направленные на принятие наследства, может оказаться единственным, кто фактически реализовал свое право6. Но возникает вопрос о соблюдении гарантированных Конституцией прав других лиц на получение наследства.

На наш взгляд, решение этой проблемы возможно путем введения в гражданское процессуальное законодательство соответствующего специального порядка. Ранее он существовал в гражданском процессуальном праве Российской империи, где действовало так называемое охранительное производство, отнесенное к ведению мировых судей. На сегодня этот порядок передан нотариусам, и при совершении нотариальных действий по охране, выявлению и последующей передаче наследства нотариус должен действовать в том числе в интересах всех наследников, но процессуальный механизм обязательных действий нотариуса предусматривает только регистрацию заявления о возникновении права на наследование в книге учета заявлений и открытии наследственного дела. В соответствии со ст. 61 Основ законодательства РФ о нотариате нотариус, получивший сообщение об открывшемся наследстве, обязан известить об этом тех наследников, место жительства или работы которых ему известно. Тем самым законодательство не разрешает проблем, связанных с розыском наследников7. Нотариусы не обязаны разыскивать и извещать других наследников об открывшемся наследстве: в соответствии с законодательством это право нотариуса, а не обязанность. При этом розыск наследников законодательно ограничен только публикацией в средствах массовой информации, и только затраты на публикацию нотариус может отнести на счет наследственного имущества.

В соответствии с п. 4 ст. 1171 ГК РФ нотариус осуществляет меры по охране наследства только в течение срока, необходимого наследникам для вступления во владение наследством, но не более чем в течение шести месяцев. Таким образом, вступление в наследство рассматривается

исключительно в рамках диспозитивных прав наследника и ограничено по срокам реализации. С этим вряд ли можно согласиться, поскольку наследник может быть не информирован об открывшемся наследстве8.

По существующему порядку (ст. 1111 ГК РФ) наследование по закону осуществляется в порядке очередности, причем наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей. При этом доказывание права на наследование возлагается на самих наследников. Во многих случаях подтверждение факта нахождения лица в родственных отношениях и наличия у него права на наследство возможно только в судебном порядке, по правилам п. 1 ч. 2 ст. 264 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ. Как отмечают различные авторы9, установление факта родственных отношений необходимо для получения свидетельства о праве на наследство. Обязанность по совершению иных процессуальных действий в сфере наследственных отношений на судебные органы не возлагается. На наш взгляд, при уточнении гражданского процессуального законодательства, в частности процедур, связанных с вызывным производством, которое уже давно нуждается в реформировании, особенно в рамках тенденции к формированию так называемого «электронного правосудия», следует ввести процедуру вызова наследников через электронные информационные системы.

В гражданском праве детально указываются меры по охране наследства (ст. 1172-1174 ГК РФ), но одновременно с этим вопрос о принятии мер по охране наследства и управлению им в части точного указания на круг субъектов, которые могут принимать в этом участие, остается открытым. В соответствии с п. 2 ст. 1171 ГК РФ указанные меры по охране должен принимать нотариус по заявлению одного или нескольких наследников, исполнителя завещания, органа местного самоуправления, органа опеки и попечительства или других лиц, действующих в интересах сохранения наследственного имущества. Понятие «другие лица» в указанной статье ГК РФ является открытым. Теоретически под данное понятие может подпадать любое лицо, которому стало известно

о смерти наследодателя. Одновременно с этим законодательство не установило обязанность по такому сообщению — это только право, ко-

торое может быть реализовано исходя из добрых намерений указанного лица.

Подобная позиция расходится с ранее существовавшей законодательной практикой. В соответствии со ст. 424 ГК РСФСР 1922 г. орган записи актов гражданского состояния обязан был известить об этом народный суд, который, в свою очередь, принимал меры к охране наследственно имущества. С 1930 г. полномочия по охране наследственного имущества перешли к нотариальным органам, причем принятие данных мер имело место лишь в тех случаях, когда это считалось целесообразным в интересах государства или наследников10. В этом случае нотариальная контора или исполком местного Совета (в местностях, где не было нотариусов) могли принять меры по охране и управлению наследственным имуществом на срок до принятия наследства всеми наследниками, а если оно не принято — до истечения срока на принятие наследства (ст. 555-556 ГК РСФСР 1964 г. )10.

В действующем законодательстве обязательный порядок получения нотариальными органами информации о смерти наследодателя не предусмотрен — в силу того, что сведения о государственной регистрации смерти в соответствии с п. 2 ст. 12 Федерального закона от 15 ноября 1979 г. № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» сообщаются руководителем органа записи актов гражданского состояния только в налоговые и иные органы власти11. Таким образом, положение о незамедлительном принятии мер по охране наследственно имущества, как это имело место в предшествующем законодательстве, отсутствует. Возникают вопросы о характере принимаемых мер, способах охраны имущества с учетом того, что ст. 64 Основ законодательства РФ о нотариате указывает, что данные меры принимаются, когда это необходимо. Как нотариус может оценить степень необходимости принятия указанных мер и осуществить меры по выявлению объема наследуемого имущества, если законодательно не определены соответствующие критерии необходимости принятия указанных мер?

Принятие мер по охране имущества возложе-

12

но как на нотариуса, так и на душеприказчика12 (при его наличии). Однако закон не наделил нотариуса, как уполномоченного органа в сфере наследственных правоотношений, на принятие обязательных для других лиц актов по вопросам охраны наследственного имущества. Во многом решение этого вопроса остается на усмотрение

судебных органов, что ведет к возникновению судебных споров.

Согласно ч. 3 ст. 1171 ГК РФ в целях выявления состава наследства и его охраны нотариусы уполномочены подавать запросы в банки, другие кредитные организации и иным юридическим лицам об имеющихся у них сведениях об имуществе, принадлежавшем наследодателю. Как отмечает А. М. Эрделевский, запрос сведений об имуществе наследодателя в целях выявления состава наследства относится к компетенции только нотариусов (п. 3 ст. 1171 ГК РФ)13.

Вместе с тем запрос — это не мера охраны, а скорее способ получения информации. Отсутствие в законодательстве четких формулировок ведет к нарушению прав наследников.

Так, по делу № А76-24138/2007-5-797/31, рассмотренному Арбитражным судом Челябинской области, было установлено, что согласно свидетельству о смерти 1-ИВ № 666670 от 29 июля 2002 г. гражданка Панкина умерла 27 июля 2002 г. Нотариусом нотариального округа г. Магнитогорска для оформления наследственных прав 17 января 2003 г. выдан запрос в адрес держателя реестра акционеров эмитента — общества «ММК» — о наличии акций общества «ММК» на имя умершей. В ответ на запрос держатель реестра выдал выписку из реестра акционеров, согласно которой по состоянию на 17 января 2003 г. на лицевом счете Панкиной было учтено 9600 обыкновенных и 13 200 привилегированных акций общества «ММК» номинальной стоимостью 1 р. каждая. На основании данного ответа нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство по закону на указанные акции. Однако держатель реестра 14 июля 2004 г. произвел списание 9600 обыкновенных и 13 200 привилегированных акций общества «ММК» со счета Панкиной в пользу другого лица на основании анкеты зарегистрированного лица и передаточного распоряжения, составленного во исполнение договора купли-продажи акций от 14 июля 2004 г. От имени Панкиной указанные документы были подписаны представителем по доверенности от 5 июля 2004 г., удостоверенной нотариусом нотариального округа г. Челябинска и оговаривающей полномочия на представление интересов Панкиной и распоряжение всеми принадлежащими ей акциями. Согласно пояснениям нотариуса доверенность от 5 июля 2004 г. на распоряжение акциями общества «ММК» от имени Панкиной ею никогда не удостоверялась.

Ссылаясь на то, что списание акций произведено ответчиком незаконно, чем истцу причинен материальный ущерб в размере действительной стоимости утраченных акций, наследники обратились в арбитражный суд с иском.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что истцами не доказана противоправность действий ответчика. При этом суд указал на то, что сведениями о смерти Панкиной регистратор не располагал, передаточные распоряжения были оформлены в соответствиями с требованиями Положения о ведении реестра владельцев ценных бумаг, утвержденного Постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг РФ от 2 октября 1997 г. № 27.

Суд кассационной инстанции посчитал, что в соответствии с п. 7.5 названного Положения для предотвращения передачи ценных бумаг регистратор производит блокирование операций по лицевому счету. Блокирование операций по лицевому счету производится по распоряжению зарегистрированного лица, по определению или решению суда, постановлению следователя, а также на основании свидетельства о смерти и иных документов, выданных уполномоченными органами.

Таким образом, список документов, на основании которых регистратором производится блокирование операций по лицевому счету акционера, не является исчерпывающим. Это предполагает разумность и добросовестность действий регистратора при получении им иных документов, выданных уполномоченными органами, из которых следует необходимость совершения указанной операции.

Из указанных положений следует, что запрос нотариуса является документом, выданным уполномоченным органом.

Решение Арбитражного суда Челябинской области по указанному делу было отменено и направлено на новое рассмотрение.

В данном случае суд посчитал, что запрос

об имуществе наследодателя выдается только после открытия наследственного дела на основании свидетельства о смерти гражданина. Это позиция суда, который соответствующим образом истолковал законодательство.

Возможность расширения полномочий нотариуса в части выполнения им обязанностей по соблюдению прав наследников предусматривается при внесении изменений к Федеральному

закону от 30 декабря 2004 г. № 218-ФЗ «О кредитных историях», предусматривающих расширение возможностей нотариусов по получению информации из Центрального каталога кредитных историй Центрального банка РФ в электронном виде, что позволит им информировать наследников об имущественном состоянии наследодателя в части наличия его неоплаченных долгов. Требуется расширение возможностей нотариуса по доступу в базу данных Государственного реестра недвижимого имущества с целью эффективного поиска и составления перечня имущества наследодателя.

Разрешение существующих проблем в части выявления и охраны имущества наследодателя, вызова наследников возможно путем более активного включения в данный механизм судебных органов и закрепления части процедур по охране наследства в рамках ГПК РФ.

Примечания

1 Определение Конституционного Суда РФ от 30 сентября 2004 г. № 316-О «По жалобам гражданки Балакир Елены Марковны на нарушение ее конституционных прав положениями пункта 1 статьи 3 Закона Российской Федерации “О налоге с имущества, переходящего в порядке наследования или дарения” и граждан Наумова Дмитрия Владимировича и Соболевой Юлии Владимировны на нарушение их конституционных прав теми же положениями Закона Российской Федерации “О налоге с имущества, переходящего в порядке наследования или дарения”, а также положениями статьи 1111 и пункта 2 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации» // Собр. законодательства РФ. 2004. № 46, ч. 2. Ст. 4570.

2Жукова, Т. Наследованию подлежит! // ЭЖ-Юрист. 2011. № 15. С. 14.

3Мусаев, Р. М. Некоторые особенности фактического состава применительно к наследственным правоотношениям // Вестн. Ом. ун-та. 2012. Сер. Право. № 4 (33). С. 83.

4 См.: Аргунов, В. В. Вызывное производство с гражданском процессе. М. : Городец, 2006. 320 с.

5 Гражданское процессуальное уложение Германии = Deutsche Zivilprozessordnung mit Einfuhrungsgesetz: ввод. закон к Г ражд. процессуал. уложению / под ред.

B. Бергман. М. : Волтерс Клувер, 2006. С. 337-352.

6 Вавилин, Е. В. Осуществление наследственных прав: субъекты, объекты, механизм реализации // Наследств. право. 2011. № 1. С. 9-12.

7Дутов, И. С. Наследование выморочного имущества // Законы России: опыт, анализ, практика. 2006. № 10. С. 16.

8 Остапюк, Н. Меры по охране наследственного имущества // Законность. 2003. № 12. С. 27.

9 См.: Боннер, А. Т. Проблемы установления истины в гражданском процессе : монография. СПб. : Юрид. кн., 2009. 832 с.; Зайцева, Т. И. Судебная практика по наследственным делам. М. : Волтерс Клувер, 2007. 472 с.; Она же. Нотариальная практика: ответы на вопросы. М. : Волтерс Клувер, 2008. Вып. 2. 480 с.; Рыжаков, А. П. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс : правовой сайт. URL: http://www.consultant.ru/

10 Абраменков, М. С. Очерк истории советского наследственного права // Наследств. право. 2010. № 4.

C. 3-8.

11 Михеева, Л. Ю. Вопросы охраны наследства и управления им (подготовлено для системы КонсультантПлюс, 2005).

13 Более подробно о роли душеприказчика см.: Томилов, А. Ю. Защита чужих прав и интересов в гражданском судопроизводстве : монография. М. : Рос. акад. правосудия, 2011. 401 с.

14 Эрделевский, А. М. Приобретение наследства (подготовлено для системы КонсультантПлюс, 2001).