Как Prisma сделала всех художниками

11 июня вниманию интернет-публики была представлена Prisma. Новое приложение для превращения фотографий в картины сразу привлекло внимание СМИ.

1 / 2

Во-первых, за десять дней приложение, по оценке создателей, скачали миллион раз: Prisma стала одним из лидеров App Store в десятке стран бывшего СНГ. Во-вторых, это российский стартап: его сделали наши соотечественники, а Mail.ru Group заявила о желании проинвестировать проект. И в-третьих, в объяснениях — а гендиректор Prisma Labs Алексей Моисеенков раздал множество интервью — фигурировали "нейронные сети". Эта штука хорошо известна айтишникам и математикам, но у большинства пользователей сразу вызывает уважение своим таинственным наукообразием.

Вся шумиха (по-английски ее назвали бы модным словом hype) больше всего похожа на грамотный пиар новинки для русскоязычной аудитории. Ведь давно существует масса возможностей быстро превратить ваш снимок не то чтобы в шедевр живописи, но во вполне сносного качества подражание. Начиная со специальных функций "Фотошопа", известных уже добрый десяток лет, и заканчивая популярными приложениями вроде MSQRD. Prisma устроена проще, чем знаменитые Glaze или Brushstroke, заставляющие бесконечно выбирать варианты, фильтры и холсты. Но ведь есть, к примеру, и Paint it! Now — те же ограниченное количество стилей, скорость, но при этом изображение получается несколько утонченнее. Правда, названия там не такие броские: просто Modern ("Современный"), а не "Transverse Line / Wassily Kandinsky" ("Поперечная линия / Василий Кандинский").

Сами изображения, впрочем, в "Призме" получаются крайне лапидарными. Это даже не китч, а что-то вроде картинки, нарисованной роботом. "Руку машины" скрывать никто не собирается, и именно это очень раздражает многих людей, профессионально занимающихся искусством. Они называют получающийся результат трэшем и всерьез говорят о профанации живописи. А один известный ресурс даже сделал статью "Как использовать приложение Prisma и не бесить своих друзей".

Парадокс, но некоторая топорность картинки, возможно, и стала одной из причин популярности нового приложения: Россия — страна, тяготеющая к тексту и литературе, визуальное у нас нередко прямолинейнее и демонстративнее. Вообще, велик соблазн сочинить очередной политический манифест про отечественные корни явления. Вспомним, например, очередь на Серова, быстро ставшую интернет-мемом и вызвавшую множество шуток разной степени искрометности: о ней было написано немало подобных текстов. В них хвалили наш особенный интерес к культуре, которому-де удивляются все иностранцы, ругали организаторские способности Третьяковки, а также "скрепность" выставки, на которую народ потянулся якобы после приезда Путина. Можно порассуждать и про роль искусства в эпоху застоя или свысока противопоставить пользователей Facebook и Instagram: в последнем отметился уже даже "отпризмленный" Евгений Петросян, сопроводив свое изделие текстом "Очень модная сейчас примочка". С другой стороны, можно с гордостью вспомнить, сколько усилий было приложено в свое время, чтобы искусство стало принадлежать народу.

Вот только давний спор фотографии и живописи — феномен отнюдь не отечественный и далеко не современный. Да и "профанации искусства" первыми стали страшиться вовсе не нынешние критики приложений App Store, а поэт Шарль Бодлер и драматург Бертольд Брехт. Цитата из Бодлера: "В наше прискорбное время родился новый вид техники, который немало способствовал внедрению и укреплению нелепых понятий и уничтожению остатков возвышенного в мироощущении французов. В своем идолопоклонстве толпа создала достойный себя и соответствующий своей природе идеал... Фотография стала прибежищем неудавшихся художников, малоодаренных или слишком ленивых недоучек".

В лондонском музее Tate Britain сейчас проходит выставка "Рисуя светом: искусство и фотография от прерафаэлитов до начала современности": бок о бок представлены картины Россетти, Сарджента, Уистлера и ранняя фотография. Основная идея — показать огромное взаимовлияние снимков и картин. Известные полотна предстают в новом свете: зрители и не знали, что вот этот известнейший художник просто перерисовал фотографию. К тому же еще в XIX веке она воспринималась как что-то не только новаторское, но и крайне демократичное, доступное массам. На одну небольшую картину у художника Форда Мэдокса Брауна ушло 70 часов работы, а вот вдохновленный им фотограф Генри Уайт сделал свой снимок почти мгновенно. Впрочем, именно из-за такой простоты фотография еще долго чувствовала себя уродливой сестрой живописи.

Приложения для превращения снимков в картины — это реванш фотографии и еще один шаг на пути демократизации искусства: теперь не только фотографом, но и художником вроде бы может стать каждый. Но не стоит ворчать, подобно Бодлеру. Грань между шедевром и картинкой все еще видна невооруженным глазом, несмотря на всю новизну технологий.