Владимир Путин рассчитал внешнюю политику

Вчера президент России Владимир Путин встретился с руководящим составом вооруженных сил. На этом совещании министр обороны Сергей Иванов объявил, что при Минобороны начнет работать Общественный совет. Возглавить его, как стало известно Ъ, предложено культовому режиссеру современности Никите Михалкову, который, по мнению специального корреспондента Ъ АНДРЕЯ Ъ-КОЛЕСНИКОВА, справлялся и не с такими постановками.

Собрание высших офицеров вооруженных сил — ежегодное мероприятие, которого в конце года с нетерпением ждет вся воинская общественность. Прежде всего потому, что на него приходит президент России Владимир Путин, который обычно старается утешить офицеров, теряющих за год вкус к прелестям воинской службы, каким-нибудь новогодним подарком вроде незапланированного повышения зарплаты или сообщения об удачном испытании нового невиданного оружия, испепелившего все деньги, которые можно было бы потратить на незапланированное повышение зарплаты.

Перед совещанием начальник управления информации и общественных связей Министерства обороны России Сергей Рыбаков в общих словах пересказал журналистам смысл доклада министра обороны Сергея Иванова, что было, без сомнения, любезностью с его стороны. И надо признаться, что только после самого доклада я понял, насколько дальновидным было это решение, принятое, без сомнения, на самом высоком, если не высшем уровне.

В изложении господина Рыбакова доклад выглядел очень содержательным. Он как бы был повернут к человеку, к его нуждам и чаяниям — ну, дулом, конечно.

Журналистам, по словам господина Рыбакова, следовало обратить внимание прежде всего на то, что министр обороны попросит президента об увеличении на 10% зарплаты в вооруженных силах — плюс к тому повышению, которое и так происходит в соответствии с планом. Только таким способом удастся выполнить наказ президента о гарантиях социальной защищенности военнослужащих, с исчерпывающей полнотой представленный Владимиром Путиным в его ежегодном послании Федеральному собранию Российской Федерации.

Сергей Иванов готовился нанести по Минфину залп такой, судя по всему, сокрушительной силы, что гражданское министерство, по моим предположениям, могло дрогнуть под напором противника, которым для министра финансов Алексея Кудрина является всякий, кто покушается на бюджет Российской Федерации, по уровню своей святости по определению не уступающий вообще-то даже посланию президента Российской Федерации.

Кроме того, господин Рыбаков поделился с журналистами сведениями о новой политике Министерства обороны по отношению к родителям солдат срочной службы. У них в армии теперь будут права человека, и такие, что Комитету солдатских матерей останется по идее добровольно разоружиться перед превосходящими — по доброте и прозрачности — силами Министерства обороны.

Так, у родителей теперь будет право сделать звонок замполиту части, где служит их ребенок, и это будет звонок другу, а не тому, кому обычно звонят родители рядового в надежде спасти его от произвола офицеров. По приказу министра обороны, командование части должно открыть свои телефоны прогрессирующей в налаживании контактов с военными общественности. Кроме того, командование будет регулярно встречаться с родителями солдат — в централизованном, разумеется, порядке.

— Я бы не стал называть это родительскими собраниями, но это вот что-то вроде этого,— помявшись, сообщил господин Рыбаков.

— А допускать в части будут теперь в родительские дни? — осторожно спросил кто-то.

— А также и на постоянной основе,— немедленно ответил господин Рыбаков.— Или родители решат: "А ну, давай посмотрим, как они едят!" Пожалуйста, мы в состоянии это организовать.

Он не уточнил, можно ли будет родителям посмотреть не только, как едят их дети, но и что.

Президент России Владимир Путин появился в зале в назначенное им время. Если доклад министра обороны был адресован прежде всего, как я понял из пояснений господина Рыбакова, простому солдату, то доклад президента оказался обращен к их командирам с человеческим лицом.

Он обрадовал офицеров тем, что они "вновь обретают мощь, силу, внутреннюю уверенность в себе".

До внешней уверенности им, видимо, еще далеко.

— А главное,— сказал президент России,— к людям в погонах возвращается осознание своей государственной значимости и востребованности.

Судя по тому, с какой скоростью перед началом заседания офицеры в фойе уничтожали бутерброды с салом по 7 руб. 40 коп. за штуку и пирожки с картошкой по 7 руб. 20 коп., я бы не спешил с такого рода выводами.

— Костяк любой армии — это офицерский корпус,— отметил президент России.— Российские офицеры в подавляющем большинстве обладают высокими военно-профессиональными и волевыми качествами. И, что крайне важно, педагогическим тактом, патриотизмом.

Уверен, ни одному из сидящих в зале не хотелось бы в этот момент оказаться в меньшинстве, которое не обладает всем набором вышеперечисленных качеств.

— Однако нужно прямо сказать: далеко не все командиры готовы сейчас проводить боевую учебу на высоком и современном уровне,— заявил президент.— Подчас не хватает еще ни достаточных профессиональных знаний, ни личного авторитета. Нетерпимо, когда воспитательная работа подменяется формальным администрированием, грубостью и равнодушием к тому, что происходит в казармах.

Господин Путин считает, что "в этой связи нужно прежде всего стабилизировать кадровый состав, для этого надо установить четкие и объективные критерии служебного продвижения, необходимо воспитывать в офицерах здоровое карьерное и профессиональное честолюбие".

Мне показалось, что к концу этого выступления некоторые офицеры стали слушать российского президента более рассеянно, чем в начале, но ровно до той секунды, когда господин Путин добавил:

— Рассчитываю, что все участники совещания, ваши боевые товарищи в войсках хорошо понимают меру ответственности за выполнение поставленных задач.

В этой ситуации достаточно даже того, что каждый из сидевших в зале станет понимать ее по-своему.

Доклад министра обороны Сергея Иванова продолжался не меньше 40 минут. Уже через десять минут я обратил внимание на то, что гражданская часть зала, а это были прежде всего журналисты, спит мертвым сном — и только теперь понял, как мудро поступили организаторы совещания, выпустив к журналистам перед мероприятием господина Рыбакова.

Я думаю, что у журналистов, которые слегли под впечатлением от выступления министра обороны, была уважительная причина для этого. Только здесь и сейчас, в этом зале, начав слушать Сергея Иванова, они, и я уж точно не был исключением, почувствовали долгожданную уверенность в завтрашнем дне, которой им не хватало весь год с прошлого ноября. Ведь Сергей Иванов так уверенно говорил:

— Да, сегодня наша страна, пережив коллапс 90-х годов, встает на ноги! Мы уже не зависим от валютных вливаний международных финансовых организаций... Голос России с каждым днем все увереннее и авторитетнее звучит на международной арене!.. Но чтобы этот голос был услышан, а главное, воспринят тем, к кому он обращен, каждое произнесенное слово должно быть подкреплено... реальной военной мощью государства!

Разумеется, после этих слов в полной безопасности могли почувствовать себя только сидящие в этом зале.

Сергей Иванов обратил внимание на беспрецедентные усилия Министерства обороны по созданию Федерального агентства по закупкам вооружений. Эти усилия, правда, пока не увенчались успехом, но нет никаких сомнений, что увенчаются, ибо для эффективного освоения пяти триллионов рублей на модернизацию вооруженных сил, о чем с нескрываемым удовольствием проинформировали участников совещания и министр обороны, и верховный главнокомандующий, совершенно необходим и такой орган, и надежный человек во главе этого ведомства, способный верно освоить этот бюджет.

Министр обороны подтвердил информацию Сергея Рыбакова, что он подписал приказ о создании Общественного совета при Министерстве обороны. Он ничего не сказал о том, кого он своим приказом назначил главой Общественного совета, но, по информации Ъ, такое решение уже принято. Им станет режиссер Никита Михалков.

Сергей Иванов развернуто повторил и остальные тезисы выступления Сергея Рыбакова перед журналистами.

Я обратил внимание на то, что Владимир Путин, по всем признакам, тщательно конспектирует доклад министра. Однако когда после его завершения, дождавшись до странности осторожных аплодисментов офицеров министру обороны, президент начал говорить с места, не отрываясь от бумаги, в которой делал записи, стало ясно, что Владимир Путин все это время писал свой краткий комментарий о важности единого органа по закупкам вооружений. Он посчитал его настолько важным, что ни разу во время чтения не оторвался от листочка бумаги.

Господин Путин рассказал, что такое в его понимании "поддержание стратегического баланса вооружений в мире". Речь идет о "возможности гарантированного уничтожения любого агрессора". Президент подчеркнул, что финансовые ресурсы, которые государство готово потратить на оборону, не беспредельны, "но они есть" и их хватит именно "при проведении миролюбивой внешней политики".

Это словосочетание последний раз звучало, если не ошибаюсь, из уст генерального секретаря Коммунистической партии Советского Союза Леонида Ильича Брежнева.