Жизнь после жизни

Выставка\Современное искусство

С 20 сентября по 30 ноября в харьковском "Ермилов Центре" проходит выставка "Гнилицкий. Улица Дарвина". Ее кураторы попытались воссоздать среду обитания знаменитого украинского художника "новой волны" Александра Гнилицкого, ушедшего из жизни три года назад. По мнению ЕКАТЕРИНЫ СТУКАЛОВОЙ, эта попытка явно удалась.

"Гнилицкий. Улица Дарвина" — уже второй посмертный проект, посвященный творчеству художника. Первым был "Cadavre exquis", состоявшийся годом ранее в Национальном художественном музее (НХМУ). У обеих выставок одни и те же кураторы — вдова художника Леся Заяц и заведующая отделом искусства ХХ--начала ХХІ века НХМУ Оксана Баршинова, но, несмотря на некоторые опасения, что в Харькове будет представлена слегка видоизмененная и адаптированная для другого пространства версия киевской экспозиции, "Улица Дарвина" получилась совершенно новым и оригинальным проектом.

Прошлогодняя выставка в Национальном художественном музее была приурочена к 50-летию Александра Гнилицкого, и ее отличал ярко выраженный мемориальный акцент. Фактически зрителям предлагалась пестрая мозаика свидетельств жизни художника: его автопортреты, работы его коллег, фотографии и видео, на которых он был запечатлен, воспоминания друзей и членов семьи. Такой подход — продуманное и прочувствованное высказывание о художнике вместо традиционной развески на стенах его самых известных и эффектных холстов — воспринимался на фоне обычной выставочной сцены Киева как что-то очень свежее, непривычное и обнадеживающее.

"Улица Дарвина" построена по схожему принципу, только здесь главным героем становится не художник как личность и как персонаж, а среда его обитания. Название выставки отсылает к тому адресу в Харькове, где начался жизненный и творческий путь живописца. Экспозиция разбита на зоны, отражающие разные реальные и воображаемые места, с которыми связана жизнь человека: родительский дом, мастерская, дача, пространство для медитации, хозяйственный блок. Для каждой такой зоны кураторами тщательно отбирались работы художника, а также мебель и вещи, характеризующие его быт.

Как и на прошлогодней киевской выставке, здесь можно увидеть немало картин, которые никогда ранее не выставлялись. Вместе с тем представлено много работ Александра Гнилицкого из известных зрителям серий, в частности "Дачи", где на реалистических полноразмерных полотнах изображены типичные предметы обихода дачников, и "Медиакомфорта", в котором в живописную обертку имплантирована мультимедийная начинка. Эти объекты-гибриды выглядят очень эффектно. Нарисованная лампа загорается реальным электрическим светом, в изображенной на холсте стиральной машине оживает и начинает задумчиво плавать карп, а декоративная тарелка на стене становится экраном, на котором воспроизводится роспись десятков подобных тарелок. С этими художественными объектами в экспозиции мирно соседствуют обычные вещи, которые 50 лет назад можно было встретить в любой советской квартире — старые серванты, стулья, тумбочки, радиола на ножках, настольные лампы, стопки книг и пластинок.

Несмотря на такое обилие антиквариата, выставка совершенно не похожа на "квартиру-музей" покойного творца, в ней не чувствуется ни нафталинового запаха, ни дежурной скорби. Благодаря тому, что сокуратор выставки Леся Заяц долгие годы была не только женой, но и соавтором большинства проектов Александра Гнилицкого, его творческое наследие не законсервировалось, а продолжает существовать как открытая система, в которой воспроизводятся или доводятся до ума старые реди-мейды и создаются новые видеоинсталляции. Наполненная уютом, соразмерная человеку и очень жизнеутверждающая экспозиция в харьковском "Ермилов Центре" заставляет вновь вспомнить знаменитую древнюю максиму о том, что жизнь коротка, а искусство вечно.