2019. 03. 013. Платонова С. И. Основные исследовательские программы в социологии науки // социология науки и технологий. - СПб. , 2018. - Т. 9, № 3. - С. 18-27

СОЦИАЛЬНЫЕ И ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ РАЗВИТИЯ НАУКИ. ЛИЧНОСТЬ УЧЕНОГО

2019.03.013. ПЛАТОНОВА СИ. ОСНОВНЫЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ ПРОГРАММЫ В СОЦИОЛОГИИ НАУКИ // Социология науки и технологий. - СПб., 2018. - Т. 9, № 3. - С. 18-27.

Ключевые слова: «слабая» программа; «сильная» программа; социальный контекст; социальный конструктивизм; конвенционализм.

В статье российского философа анализируются возникновение, динамика и трансформация основных программ в социологии научного знания. Целью данной статьи является не только анализ основных программ социологии науки, но и изучение трансформации понимания самой науки, ее места и роли в обществе.

Наибольшее распространение и развитие идеи социологии науки получили в США и Великобритании. В соответствии с поставленными целями и задачами представители ранней социологии науки Р. Мертон, А. Койре, Дж. Агасси изучали взаимодействие науки и общества и делали акцент не на социальных последствиях научных открытий, а именно на влиянии социального контекста на науку. По их мнению, задача социолога заключается в изучении внешних социальных условий функционирования науки.

Социология науки раннего периода отрицала влияние социальных процессов на содержание научного знания и научных теорий. Ученые полагали, что когнитивные, познавательные процессы определяются только взаимодействием ученого с объектом исследования. Что же в таком случае должна изучать социология науки? На ее долю остается анализ взаимодействия науки с социальным контекстом. Поэтому социология науки ставила следующие задачи:

1) исследование взаимоотношений между индивидами, занимающимися научным познанием; 2) изучение внешних социальных и культурных условий, социального контекста и его влияния на науку (с. 20).

Соответственно в социологии науки сформировались два направления исследований - макросоциологических и микросоциологических. На долю первых - макроисследований - приходилось изучение истории науки, анализ влияния технологий, политики, социального окружения на развитие научных идей. Микроисследования изучали процессы, происходящие внутри научных школ, коллективов, лабораторий.

В итоге в исследованиях науки были сформулированы две научные стратегии: 1) макросоциологическая - связанная с изучением научных трендов, науки как социального института, истории науки; 2) микросоциологическая - посвященная изучению лабораторных практик и контактов между учеными внутри научных дисциплин. По мнению автора, в рамках каждого из этих направлений можно выделить «слабую» и «сильную» программы.

Социология научного знания, зародившаяся в Великобритании, утверждала детерминацию научного познания социальными условиями. Однако сама наука обладала особым эпистемологическим статусом, и социальность на содержание научных теорий не влияла. Автор называет подобное понимание науки «слабой программой» в макросоциологических исследованиях. Однако по мере развития социологии научного знания в ней стали усиливаться идеи, утверждающие, что форма и содержание научного знания непосредственно зависят от социальных обстоятельств.

В середине 1970-х годов появляется «сильная программа социологии знания» Эдинбургской школы, представленная Д. Блу-ром, Б. Барнсом, Г. Коллинзом и Д. Маккензи. По словам автора, «сильная программа» Эдинбургской школы сводится к следующим идеям: наука - это знание определенных социальных групп; научное знание является конвенциональным, в качестве знания могут рассматриваться не только истинные, но и ложные убеждения; истина выполняет регулятивную функцию (с. 22).

Таким образом, представители и сторонники «сильной программы» социологии научного знания изучают связь между социальными институтами, социальными структурами общества и со-

держанием научных теорий. «Нет нейтрального алгоритма для выбора теории... научным поиском управляет не абстрактная логика открытия (универсальная методология или научный метод), а система когнитивных ценностей, которые могут варьировать от одного сообщества к другому и меняться со временем» (цит. по: с. 22). Отношение к идеям, высказанным представителями Эдинбургской школы, неоднозначное. Тем не менее большинство методологов и философов науки согласны с тем, что представление об особом эпистемологическом статусе науки, свободном от социальных влияний, уходит в прошлое.

Итак, заключает автор, в рамках макросоциологических исследований науки можно выделить «слабую» и «сильную» программы. «Слабая» программа, идущая от идей Р. Мертона, говорит о взаимодействии социальности и науки, при этом наука обладает особым эпистемологическим статусом. «Сильная» программа, представленная Эдинбургской школой социологов, включает социальность непосредственно в содержание научного знания.

Однако «слабая» и «сильная» программы существуют не только на уровне макросоциологии, но и в микросоциологических исследованиях науки. В качестве примера автор рассматривает теоретические позиции французского философа и социолога Б. Ла-тура и немецкого философа К. Кнорр-Цетины. Концепцию Б. Латура автор относит к «слабой» программе, а идеи К. Кнорр-Цетины - соответственно к «сильной».

«Слабая» и «сильная» программы исследования науки довольно удачно, считает автор, коррелируют с выделением классической и неклассической науки как разных типов научной рациональности. В классической науке субъект познания дистанцирован от объекта познания. Если социальность здесь и присутствует, то только во внешней детерминации деятельности субъекта, социальность относится к предпосылкам и результатам деятельности субъекта. «Слабая» программа социологии науки, по сути, отстаивает эту же теоретическую позицию.

Неклассическая наука также говорит об учете средств и операций познавательной деятельности. «Сильная» программа социологии науки даже усиливает этот тезис, выделяя конвенциональную и конструктивистскую природу научного знания. «Современные теории, полагающие основной единицей научного исследования "гиб-

риды" в виде "внешний мир - научный аппарат - человек как актор" могут быть отнесены к постнеклассической науке. Данный тип характеризуется прежде всего междисциплинарностью исследований, использованием идей эволюции и историзма» (с. 27).

Т. В. Виноградова

2019.03.014. МАРРИС К., КАЛВЕРТ Дж. ИССЛЕДОВАНИЯ НАУКИ И ТЕХНОЛОГИИ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СФЕРЕ: ДОРОЖНАЯ КАРТА РАЗВИТИЯ СИНТЕТИЧЕСКОЙ БИОЛОГИИ В ВЕЛИКОБРИТАНИИ.

MARRIS C., CALVERT J. Science and technology studies in policy: The UK Synthetic biology roadmap // Science, technology & human values. - 2019. - OnlineFirst. - DOI: 10.1177/0162243919828107.

Ключевые слова: ответственные исследования и инновации; будущее; доступность для общественной оценки; управление.

Авторы, британские специалисты в области исследований науки и технологий (Science and technology studies - STS), обсуждают свой опыт участия в рабочей группе, которая разработала и в 2012 г. представила Дорожную карту развития синтетической биологии (ДКРСБ) в Великобритании. На этом примере они обсуждают проблему участия STS в формировании научной политики. Исследования, проводимые в рамках STS, привлекли внимание к трем особенностям, характерным для попыток управления будущим, которые важны с точки зрения обсуждаемой проблемы.

Во-первых, будущее всегда неопределенно, поэтому попытки его предсказания или контролирования развития любой технологии всегда сопряжены с серьезными трудностями, о чем, в частности, говорит известная «дилемма контроля», описанная в 1980 г. Д. Коллингриджем. Однако урок «дилеммы контроля», подчеркивают авторы, состоит не в том (как часто думают), что следует отказаться от попыток управлять будущим, а в том, что необходимо научиться действовать в ситуации неопределенности. Д. Коллин-гридж доказывает, что, вместо того чтобы сосредоточиться на более успешных предсказаниях, необходимо разработать «теорию принятия решений в условиях незнания».

Во-вторых, как показывает литература по социологии ожиданий, дискурсы о будущем - это не просто спекуляции, они носят