"Закон Магнитского" будет одобрен в Конгрессе, несмотря на попытки замедлить этот процесс"

В рамках специального проекта "Коммерсантъ FM. Выборы по-американски" обозреватель Константин Эггерт и корреспондент радио новостей в США Наталья Суворова обсудили с профессором Университета Джона Хопкинса Доном Дженсенем внешнеполитические перспективы Америки после победы Барака Обамы на выборах президента.

К.Э.: Вы слышали, о чем говорил профессор Мэнкофф в предыдущем нашем эфире из Вашингтона. По его мнению, администрацию Обамы совершенно не волнует, что происходит в России, внутри России. Что волнует их только, что делает Россия в Сирии, что делает Россия в Иране, что делает Россия с противоракетной обороной. Выборы, протесты – это совершенно не беспокоит Белый дом Обамы. Вы согласны с этим?

Д.Д.: Абсолютно не согласен. Конечно, я ожидаю, что будет сотрудничество по вопросам, например, противоракетного договора, но ожидаю, что действительно то, что Белый дом равнодушен к ситуации внутри России, это будет, по-моему, Конгресс хочет улучшения ситуации там, что касается прав человека. Особенно палата представителей, особенно республиканцы там, которые имеют большинство даже сегодня после выборов. По-моему, ситуация внутри, кризис начинается, кризис режима, и поэтому Путин, по-моему, ожидал, что будет ситуация сложнее в России. И наш Белый дом не может избежать реакции.

К.Э.: Вы считаете, что ситуация в России будет заставлять Белый дом Обамы?

Д.Д.: Да, да.

К.Э.: Что кризис в России будет продолжаться?

Д.Д.: Да.

К.Э.: Скажите мне, вот вы говорите о Конгрессе. Дело, прошу прощения, закон, справедливость для Сергея Магнитского — один из факторов, очень раздражающих Москву и такой камень преткновения в отношениях Москвы и Вашингтона. Что будет с этим законом в Конгрессе? Потому что такое понимание в Москве, что Обама и его администрация пытались замедлить прохождение этого акта через Конгресс?

Д.Д.: Я ожидаю, что наша администрация продолжит замедлять этот процесс, но, по моим контактам, закон Магнитского будет одобрен скоро. Меньше даже. Это требует реакции России. Независимо от того, если одобрят закон или нет, ситуация внутри России будет на повестке дня между двумя странами в палате представителей, ожидаю.

К.Э.: А вот отношения между Обамой и Путиным, о которых мы тоже говорили с Джефом Мэнкоффом, по-вашему, вот это явное отсутствие симпатии очень сильно осложняет отношения или это, так сказать, деталь?

Д.Д.: Это важно, но более важно, по-моему, то, что Путин считает Обаму слабый лидер. По-моему, Россия думает, что Америка, как мы говорим, без сильной реакции.

К.Э.: То есть, давить на нее?

Д.Д.: Что касается, дальнейшего курса наших отношений — это сложно. Потому что и разные члены нашего Сената будут против этого.

К.Э.: А вы сами считаете, Обама сильный лидер или слабый?

Д.Д.: Касаемо внешней политики — слабый.

Н.С.: К слову о внешней политике, Сирия является таким большим камнем преткновения, причем, позиция России очень раздражает не только многих в Белом доме, но и в обществе, и особенно в Конгрессе. Как вы считаете, в новый срок Обамы, поскольку Россия, судя по всему, не собирается сдавать свои позиции на эту тему, как-то ситуация может разрешиться?

Д.Д.: По-моему, ситуация продолжится, как и сегодня. Но я сомневаюсь, что режим Асада будет через год.

К.Э.: Думаете, что не будет?

Д.Д.: Варианта нет. Как вы заметили сегодня, премьер-министр Кэмерон дал предложение, что, может быть, Асад…

К.Э.: Асад может уехать из Сирии спокойно.

Д.Д.: Да.