Александр Сиваков: "Запретить нелегальный рынок невозможно"

---

Александр Сиваков: "Запретить нелегальный рынок невозможно"

---

Почему неэффективны государственные меры по борьбе с нелегальным алкоголем и кому выгодна госмонополия на производство и оборот спирта? На эти вопросы отвечает независимый эксперт алкогольного рынка Александр Сиваков.

Есть ли связь между госмонополией на алкоголь и смертностью населения?

     — Здесь имеет смысл обратиться к истории. Предыдущая государственная система при всех ее минусах была в последние ее 20 лет социально ответственной: государство монопольно производило алкоголь и продавало его, существовали ЛТП и другие формы борьбы с алкоголизмом и пьянством (вплоть до общественных институтов).

     Однако позитивный опыт советского периода в этом плане не может быть отдельно выделенной моделью из всей советской системы. Госмонополия на алкоголь была составной частью всей системы, одной ячейкой мозаики, которая не работает в отрыве от всей системы. При этом не надо забывать, что алкоголь в советский период был общедоступен. Выбор был у каждого — вплоть до самых малоимущих. Производство самогона преследовалось по закону, но в сельской местности, где зарплаты были невысоки, на его производство смотрели сквозь пальцы. Случаи отравления были, но смертность в целом по России с 1970 по 1985 год практически была в два раза ниже, чем сегодня, смертность же от отравлений алкоголем — в 1,5-2 раза ниже, чем сейчас.

     За последние 15 лет в России произошло имущественное расслоение населения, при котором около черты бедности или за этой чертой оказалось не менее 35-40% населения России. Именно малоимущие слои населения обеспечивают спрос на нелегальную водку и спиртосодержащие жидкости (ССЖ).

     Сложился сбалансированный рынок из трех составляющих: легальной водки, нелегальной (той, с которой не уплачены налоги и акцизы) заводской качественной водки (30%) и суррогатов (паленая водка, ССЖ, аптечные настойки — без учета самогона). Считая весь рынок равным 205-207 млн дал ежегодно, можно его сегментировать по потребителям: суррогаты занимают около 17% рынка и продаются по 15-25 руб. за эквивалент бутылки водки 0,5 л, их покупает около 8% потребителей; легальная водка и ликероводочные изделия занимают около 53-54% рынка, стоят дороже 65 руб., покупает их около 59% потребителей (при этом сегмент условного премиума — цена выше 115 руб.— это лишь 7% потребителей); нелегальная заводская водка и ликероводочные изделия занимают 29-30% рынка, продаются по цене от 35 до 55 руб., и потребляет их около 33% населения.

     Потребителями опасной для здоровья продукции является не менее 10 млн человек (это по самым скромным оценкам). Многие из них давно больны, алкоголики, просто опустившиеся люди... Но это российские граждане, которые выросли в других условиях и не смогли и, скорее всего, уже и не смогут найти себя в новой жизни.

Но ведь государство и сейчас пытается бороться с причинами смертности от алкоголя...

     — Непрофессионализм государственных органов, непонимание сути проблемы нелегального алкогольного рынка и рынка суррогатов и логики происходящих на алкогольном рынке процессов, а также ошибочный логический посыл о том, что если уничтожить сложившийся нелегальный рынок, то потребитель придет к употреблению только легальной продукции, привели к тому, что под флагом борьбы со смертностью населения от алкоголя реализовывались далекие от реальной ситуации задачи (поскольку отравления происходили и происходят не от алкогольной продукции, а от ССЖ). Под флагом этой борьбы предполагалось решить задачу закрытия основной массы региональных предприятий по производству водки и ликероводочных изделий в интересах укрупнения алкогольного рынка, то есть определенной группы производителей водки и ликероводочных изделий федерального уровня. При том что в большинстве небольших населенных пунктов именно эти предприятия являются бюджетообразующими и градообразующими.

     В результате принимаемых мер, вызвавших кризис отрасли в 2006 году, фактически исчез легальный рынок дешевой и доступной малообеспеченному населению алкогольной продукции (как водочной, так и винной), произошло реальное подорожание винной продукции: вина российского производства стали стоить вместо 65 руб.— 90-95 руб. Производителей и коммерсантов несправедливо упрекают в умышленном и безосновательном повышении цен, но убыток, который понесли алкогольные компании, огромен. В суд на правительство по результатам кризиса подала лишь одна организация. Компенсировать убытки или просто остаться на плаву можно лишь за счет повышения цен, и это не искусственное повышение, вызванное дефицитом продукции. Цена на водку также выросла, при минимальной легальной цене 65 руб. на прилавках практически нет легальной водки дешевле 80-85 руб. Правильная вроде бы мера по стимулированию производства натурального вина (повышение акциза в шесть раз на вина, не относящиеся к группе натуральных, без промежуточных ставок) привела к тому, что напиток для бомжей — портвейн "777" и ему подобные продукты стали недосягаемыми для потребителя по цене — их цена выросла с 27 до 52-55 руб. за бутылку.

Можно ли вообще эффективно бороться с нелегальным алкоголем?

     — Запретить нелегальный рынок невозможно никаким законом. В России сегодня отсутствует рынок легальной алкогольной продукции для малообеспеченного населения, это необходимо понять и признать прежде всего. К сожалению, эта часть населения — "группа алкогольного риска" — не найдет себе другого напитка сегодня, когда ей запретили пить денатурированные жидкости. Эта группа населения будет искать для себя эквивалент по градусности и цене сегодняшним спиртосодержащим жидкостям. Таким средством сегодня остается только самогон: его продажная цена колеблется в пределах 15-17 руб. за бутылку 0,5 л. До последнего времени самогон не был главенствующим напитком в этой ценовой категории суррогатов: ССЖ стоили столько же, что делало невыгодным производство самогона во многих районах России. Самогон, выпущенный с целью продажи, производство которого в ближайшее время вырастет в несколько раз, будет мало чем отличаться от денатурированных ССЖ.

     В рознице была, есть и будет нелегальная водка по 35-55 руб. В данной ситуации ЕГАИС не спасет от нелегального рынка водки, так как необходима тотальная и постоянная проверка системы розничной торговли. В настоящее время на 11 тыс. торговых точек Москвы — около 50 проверяющих. Для эффективного контроля необходимо хотя бы одно посещение в две недели, чтобы выяснить, по какой цене стоит продукция на полках. Введение минимальной цены на алкоголь на первый взгляд действенная мера, но на самом деле она просто уравняет в цене нелегальную и легальную продукцию, то есть позволит убедить руководство в том, что торгуют только легальной продукцией, при этом роста легального рынка и акцизов не будет. Но на время эта мера позволит успокоить общественное мнение. Точно так же не спасет и ни одна из форм госмонополии на производство или оборот спирта или алкоголя — это лишь усилит коррупционную составляющую алкогольного бизнеса.

     Ситуация дошла до абсурда: существование нелегального алкогольного рынка, обеспечивающего алкогольной продукцией малоимущую часть населения — не менее 25% — по доступным ценам (в полтора-два раза ниже расчетной минимальной легальной цены 65-70 руб. за бутылку водки емкостью 0,5 л), "гармонизировало" в социальном плане наше общество. Нелегальный рынок качественной заводской водки при отсутствии должного контроля и попустительстве государства стал основным снабженцем алкоголем значительной части населения, а государство, за последние пять-шесть лет увеличив за счет акцизной составляющей минимальную стоимость бутылки водки в два раза, не замечало этого явления.

     Уничтожение в результате кризиса рынка дешевого легального и нелегального алкоголя подтолкнуло население (малообеспеченное, но достаточно многочисленное) к сегменту спиртосодержащих жидкостей. Лишь небольшая часть населения увеличила потребление пива: темпы роста рынка пива в 2006 году выросли в два раза — до 9% по итогам девяти месяцев при том, что в последние два года эти темпы не превышали 5% по итогам года. Рост производства слабоалкогольных коктейлей не отмечен, более того, их цена с 1 января вырастет на 50%, что еще определенную часть населения подтолкнет к сегменту доступных по цене продуктов — до 25 руб.

Кому же в таком случае выгодна госмонополия?

     — Госмонополия в идеальном варианте должна была бы решить три задачи.

     Во-первых, это вытеснение нелегальной продукции. Но это, как уже было сказано, невозможно, даже новый закон ее не вытеснит — это "крышевой" лозунг для обмана общества. Сегодня все отравления — следствие неумелой попытки перераспределения рынка легальной и нелегальной продукции без понимания законов и логики развития процессов на рынке.

     Во-вторых, повышение качества продукции. Но госмонополия никакого отношения к качеству не имеет: у нас сегодня вполне качественная и заводская нелегальная водка.

     В-третьих, собираемость акцизов. Но все государственные предприятия сегодня самые неудачливые в этом отношении, у государства нет ни одного серьезного менеджера на службе.

     Если бы госмонополия была способна решить эти задачи хотя бы частично, то можно было бы ее приветствовать. А ради усиления коррупции — да зачем она нужна? Любой бизнес остается для государственных мужей дойной коровой. Государственную монополию на что-либо можно доверить только созревшему и готовому для этого государству. Наше государство построено и существует для удовлетворения потребностей небольшой группы коррумпированных людей, которым помогают в равной степени коррумпированные силовые ведомства.

     Правительство (за исключением Минсельхоза, для которого госмонополия на спирт — фактическое восстановление коррупционных потоков денежных средств, которые раньше текли через Минсельхоз наверх) против госмонополии. Даже Зурабов понимает, что это не решит проблемы борьбы с суррогатами. Государство не способно на осуществление госмонополии. Нет положительных примеров: "Росспиртпром" и "Союзплодоимпорт" работают практически с нулевой рентабельностью, у государства нет никакого опыта хозяйствования, к тому же сегодня и так 60% спирта и 30% водки выпускают госпредприятия.

     А кроме того, у нас и так существует госмонополия — самая главная — на регулирование алкогольного рынка. Кроме государства, никто этим не занимается.

Производство алкоголя и смертность в России

1980 г.
1990 г.
1995 г.
1996 г.
1997 г.
1998 г.
1999 г.
2000 г.
2001 г.
2002 г.
2003 г.
2004 г.
2005 г.
Умершие от всех причин (млн)
1,53
1,66
2,2
2,1
2,02
1,99
2,14
2,22
2,25
2,33
2,37
2,3
Умершие от случаев отравления
32,1
16,1
43,5
35,2
27,9
26,1
29,9
37,2
41,1
44,7
45
42,7
алкоголем (тыс.)
Выпуск продукции (млн дал)
Спирт этиловый из пищевого сырья
74,4
47,9
62,5
62,4
65,9
72,8
74,5
80,3
71,6
Водка и ЛВИ
137,9
122,6
78,5
86,6
86,4
134,6
123
131
138,7
134,9
136,6
132,4
Коньяк
0,9
1,2
1,1
1,1
1,4
1,7
2,1
2,7
3,5
3,9
4,47
Вина шампанские и игристые
8,2
9,2
10,0
9,2
7,3
6,8
7,7
8,1
8,8
12,4
14,1
Вина виноградные
15,2
9,2
11,8
12,6
18,3
24,1
27,4
33,3
36,5
39,3
31,8
Вина плодовые
7,6
6,4
5,2
3,8
4,1
2,8
3,5
2,6
3,2
4,3
4,1
Пиво
213
208
252
336
445
540
638
703
730
850
890
Слабоалкогольные напитки
47,5
47,9
Спирт из пищевого сырья для
6,5
производства спиртосодержащих
жидкостей