Интеграция психологического знания и лингвистики: теоретические предпосылки изучения эмотивности

DOI: 10.24143/1812-9498-2018-1-130-135 УДК 81/1:37.02

Д. М. Бычков, И. Н. Крутова

ИНТЕГРАЦИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ И ЛИНГВИСТИКИ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ИЗУЧЕНИЯ ЭМОТИВНОСТИ

Предпринята попытка реализовать прагматический подход к исследованию эмотивных синтаксических идиом в аспекте интеграции психологии и лингвистики. Характеристика эмоций как психического явления позволяет утверждать, что они составляют органическую часть мыслительной деятельности человека. Признание единства эмоциональной и интеллектуальной сторон мышления составляет основу формализованного описания различных эмоциональных состояний и отношений. Делается вывод, что эмоции имеют внешнее выражение в речевой деятельности в виде эмотивных синтаксических идиом.

Ключевые слова: эмоции, прагматика, синтаксические идиомы, психолингвистика, мышление, речь.

Введение

Проблема языка и мышления включает, прежде всего, изучение взаимоотношения языковых единиц с формами чувственного и абстрактного мышления, в том числе и своеобразия вербального выражения различных психологических процессов (апперцепция, проявления различных эмоций, чувств и пр.). Формы чувственного мышления остаются неизменными в течение всей истории человечества. Мышление имеет в качестве своей чувственной основы не только язык, но и ощущения, восприятие, представление, которые возникают при воздействии природы на органы чувств человека в процессе его практической деятельности. Первая сигнальная система всегда в той или иной степени используется человеком [1].

Современная наука признает тот факт, что все разнообразие речевых образований, осуществляющих коммуникативную и эмотивную функцию, не исчерпывается построениями предикативного характера. Существует достаточное количество коммуникативных единиц, которые не обладают полным набором признаков, присущих предложению, и не могут быть однозначно сведены к той или иной структурной схеме. Коммуникативные единицы подобного рода длительное время находились на периферии исследовательских интересов. Описанию предложений отводится большое количество страниц в академических грамматиках русского языка, а характеристика так называемых непредложенческих высказываний изложена довольно скупо.

Языкознание интересуют те факты влияния сознания на язык, которые в той или иной степени закрепляются в его системе, становятся воспроизводимыми в определенный период истории общества и языка либо его постоянными элементами.

Потребность в науке об общении, в обучении коммуникации обусловлена и изменением концепции человека в обществе (с конца XIX в.). Каждый человек рассматривается как личность сложная, разносторонняя в психологическом плане. Увеличение степени непохожести людей друг на друга ведет к затруднениям в общении между ними.

Проблема «язык и мышление» в лингвистике

Проблемой «язык - мышление» занимались и философы, и логики, и психологи, и языковеды, разрабатывая разнообразные концепции.

Вильгельм фон Гумбольдт полагал, что «язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык, и трудно представить себе что-либо более тождественное. <...> Хотя мы и разграничиваем интеллектуальную деятельность и язык, в действительности такого разделения не существует» [2, с. 24]. С другой стороны «не тождество, а диалектическое единство объединяет язык и мышление» [2, с. 24]. Также в состав соотношения «язык - мышление» включают третий компонент -речь: «мышление и речь представляют собой две формы реализации языка, выделение которого в отдельную категорию возможно лишь посредством абстракции. Именно наличием общей языковой основы следует объяснить многократно отмечавшуюся связь мышления и речи» [3, с. 220].

Язык определяется как выражение осознанных внутренних, психических и духовных движений, состояний и отношений посредством артикулируемых звуков. Проводится различение речи (говорения) как происходящего в настоящее время (или мыслимого как происходящее

в настоящее время) проявления языка; способности говорить, включающей в себя способность издавать артикулируемые звуки и совокупное содержание предшествующего языку и подлежащего языковому выражению внутреннего мира; языкового материала как созданных речевой способностью в процессе говорения воспроизводимых элементов (или действий) для выражения отдельных внутренних предметов. Утверждается приоритет речи как деятельностного начала.

Александр Афанасьевич Потебня утверждает тесную связь языка с мышлением и подчеркивает специфичность языка как формы мысли. Язык трактуется как средство не выражать уже готовую мысль, а создавать ее. Речь считается одной из сторон большего целого, а именно языка. Потебне принадлежат утверждения о нераздельности речи и понимания, о принадлежности понятного не только говорящему. Внимание обращается, прежде всего, на динамическую сторону языка - речь, в которой возможно значение слова и вне которой слово мертво. Потебня предвосхищает соссюровское противопоставление синхронии и диахронии.

Фердинанд де Соссюр неоднократно отмечал многоаспектность, разносторонность того, что до него было принято называть языком или, точнее, речевой деятельности в противоположность тому языку, который он определил как основную, существенную часть этой деятельности, как систему знаков. Согласно Ф. де Соссюру, язык носит психический характер, речь - психофизический, язык - социален, речь - индивидуальна, язык - установление, речь - реализация, язык - фиксирован, речь - свободна, язык - системен, речь - бессистемна.

Впервые в нашей научной литературе термин «речевая деятельность человека» был употреблен Л. П. Якубинским. Обычно этот термин связывают с именем Л. В. Щербы и, в частности, с его статьей «О трояком аспекте языковых явлений» 1931 г. Лев Семенович Выготский, основоположник психологической теории деятельности, начал систематически употреблять термин «деятельность» лишь около 1930 г. Статья Л. П. Якубинского «О диалогической речи» была опубликована в сборнике «Русская речь» в 1923 г. «Не приходится особенно настаивать на том значении, которое имеет при непосредственном общении слуховое восприятие собеседника; общеизвестна огромная сообщающая роль, которую играют отношения силового, интонационного и тембрового порядка при восприятии чужой речи. <...> Здесь речь идет <...> о таких случаях интонирования и пр., когда в речь привносятся различные смысловые, в частности, эмоциональные оттенки, и указанные отношения имеют специальное сообщающее значение, определяя собою понимание данной чужой речи и часто лучше и полнее обнаруживая данное душевное состояние, чем сами слова с их реальными значениями <.> .тон и тембр речи говорящего, еще в начале ее, заставляют нас занять определенное положение, определенным образом настроиться по отношению к говорящему и его высказыванию; мы воспринимаем его высказывание в плоскости этой «настройки». Иногда первые же слова своим тоном заставляют нас как-то по-особенному насторожиться, враждебно или сочувственно, или в каком-нибудь ином направлении, т. е. обуславливают апперцепционность восприятия, создают в нас точку зрения, с которой мы рассматриваем дальнейшее.» [4, с. 28-30]. Таким образом, еще до Ч. У. Морриса Л. П. Якубинский говорил о взаимодействии речевого акта и контекста, что составляет основной стержень прагматических исследований.

Лев Владимирович Щерба в своих исследованиях отмечает, что «... языковые изменения обнаруживаются в речевой деятельности. <.> С одной стороны, единая языковая система, социально обоснованная в прошлом, объективно заложенная в языковом материале данной социальной группы и реализованная в индивидуальных речевых системах; с другой - содержание жизни данной социальной группы. <.> .речевая деятельность, протекая не иначе как в социальных условиях, имеет своей целью сообщение и, следовательно, понимание.» [5, с. 28-29]. Тексты (высказывания), по его мнению, образуют исходный для лингвистического исследования языковой материал. В текстах обнаруживается языковая система (язык в узком, специальном смысле слова). Речевые акты, тексты и языковая система представляют собой аспекты той же речевой деятельности.

В первой половине XX в. языкознание в течение довольно длительного периода было сосредоточено на изучении одной из двух диалектически взаимосвязанных сторон языка - языковой системе, но начиная со второй половины 60-х гг. центр внимания лингвистов переносится на вторую сторону этого диалектического единства - речевую деятельность и ее продукт -связный текст, дискурс. Проявляется стремление исследовать живой язык в его реальном функционировании, в процессах речевой деятельности, но без ориентации ее на физиологические и психофизиологические аспекты.

В начале XX в. лингвистика восприняла и развила основные принципы семиотического подхода к языку. Они определили долгий и в ряде отношений плодотворный период ее развития, прошедший под знаком идей Фердинанда де Соссюра. Границы прагматики как одной из трех частей семиотики были изначально определены ее соседством в рамках этой науки с семантикой, с одной стороны, и синтактикой - с другой. Синтактика понималась как сфера внутренних отношений между знаками, а семантика - как сфера отношений между знаками и тем, что они обозначают - внешним миром и внутренним миром человека; на долю прагматики отводилась сфера отношений между знаками и теми, кто знаками пользуется, - говорящим, слушающим, пишущим, читающим. Прагматика занимается особыми, только ей присущими вопросами: выбором языковых средств из наличного репертуара для наилучшего выражения своей мысли или чувства; выражением наиболее соответствующего обстоятельствам, для наилучшего воздействия на слушающего или читающего - с целью убедить его, или взволновать и растрогать, или рассмешить, или ввести в заблуждение и пр.

В кредо структурной лингвистики входил тезис о нерелевантности для языкознания всякого рода внешних по отношению к языку и неустойчивых явлений, связанных с психологическими, стилистическими и собственно коммуникативными аспектами речи. Лингвистическая мысль была под влиянием прагматической максимы Ч. Пирса, суть которой подводит к тому, что подлинное различие (а не просто словесная или эмотивная разница) должно обладать способностью отличаться на деле, т. е. иметь некоторые практические следствия, а совокупность этих практических следствий образует концепт объекта. Прагматика должна эмпирически описать, как поступает человек в своем практическом пользовании языком.

Понятие о языковом мышлении и эмоциях в современной лингвистической парадигме

Парадигмы современного языкознания сосредоточены на поиске того, как человек использует язык в качестве орудия общения и как в языковых единицах отразился сам человек во всем многообразии своих проявлений. Язык был постепенно переориентирован на факт, событие, при этом в центре внимания оказалась языковая личность. Акцент исследования смещается со структуры на особенности языкового функционирования. Отсюда и возникновение функциональной парадигмы современного языкознания, которая по своей сути является антропоцентрической, т. к. в ее центре стоит человек как творец языковой и речевой деятельности.

Антропоцентрическая парадигма не отменяет правомерности существования и развития исторического и системно-структурного подходов.

Речь используется в разных социальных сферах и выполняет различные функции. Она приспосабливается к задачам и условиям своего функционирования. При помощи речи происходит общение между людьми, которое следует определенным социальным установкам.

В концепции лингвистической философии речь рассматривается как вид сознательной и целенаправленной деятельности. Являясь одним из видов социальной активности человека, речь переплетается с другими формами деятельности, в том числе и трудовой, в процессе которой речь и возникла. Речь полифункциональна и с этой точки зрения исследуется прагматикой.

Эмоции оказываются неотрывными от языка, их необходимо изучать с привлечением его данных, поскольку именно язык является и объектом, и инструментом изучения эмоций, которые он номинирует, выражает, описывает и имитирует, категоризирует и классифицирует, структурирует и комментирует, избирает искренние и неискренние средства для их экспликации/импликации, для манифестации и сокрытия, предлагает средства для языкового манипулирования и моделирования соответствующих эмоций; т. е. именно язык формирует эмоциональную картину мира представителей той или иной лингвокультуры.

Очевидно, что особое внимание в лингвистике эмоций уделяется исследованию языковой категории эмотивности, поскольку, как отмечал Ж. Вандриес, для лингвиста чувства приобретают значение только тогда, когда они выражены языковыми средствами. При этом следует уточнить, что мы понимаем под эмотивностью и эмоциональностью. Эмоциональность рассматривается как обязательное свойство человека, качество языковой личности, регулирующее основные процессы смыслопорождения и формирования прагматики высказываний как инстинктивный, бессознательный, незапланированный процесс проявления эмоций. Эмотивность развивается на основе эмоционального аспекта когнитивно-коммуникативной деятельности индивида и представляет

собой результат интеллектуального толкования, интерпретации эмоциональности. Являясь функционально-семантической категорией, формируемой эмотивными языковыми средствами всех уровней, она служит для внешней передачи носителями языка своего эмоционального состояния и отношения к миру. Эмотивность представляет собой сознательный, запланированный процесс демонстрации эмоций, лингвистическое выражение эмоциональности [6].

Прагмалингвистика чаще выделяется как область лингвистических исследований, имеющих своим объектом отношение между языковыми единицами и условиями их употребления в коммуникативно-прагматическом пространстве, в котором взаимодействуют субъект и адресат и для характеристики которого важны конкретные указания на место и время их речевого взаимодействия, связанные с актом общения.

При подобном понимании одной из важных проблем оказывается проблема функционирования языковой способности - механизма реализации абстрактной системы языка в речь.

Прагматический аспект изучения эмотивности

Прагматика занимается изучением речевых актов и тех контекстов, в которых они реализуются. Следовательно, перед прагматикой возникают два рода проблем: во-первых, определение интересных типов речевых актов и «продуктов» речи; во-вторых, описание признаков и свойств речевого контекста, влияющих на определение того, какая именно пропозиция выражается данным предложением.

Цель прагматического овладения языком - постижение его функционирования в разнообразных жанровых речевых реализациях в рамках социально значимых ситуаций, овладение прагматикой речи через систему и норму языка. Задачей прагматики в лингвистике является изучение функциональных типов речи (таких, которые свойственны различным социальным слоям и, как следствие, выражающиеся в стилистических уровнях), согласно типам ситуации, в которых реализуется общение.

Статус и релевантные признаки эмотивных синтаксических идиом могут быть определены только в их сопоставлении с основной коммуникативной единицей - предложением (и соотносимым с ним высказыванием). Очевидно, что и предложение, и высказывание не имеют в современной науке общепринятого понимания, и их трактовка существенно различается в работах разной направленности, что связано с установками авторов исследований и решаемыми научными задачами. Выявляя соотношения между эмотивными синтаксическими идиомами и предложением, эмотивными синтаксическими идиомами и высказыванием, невозможно обойти вниманием и существующие дискуссионные моменты в понимании сущности базовых синтаксических субстанций.

Предложению чаще всего приписывают следующие особенности: языковой статус или лингвистическая двуплановость (принадлежность и языку, и речи); коммуникативная функция; наличие структурной схемы - абстрактной формулы, по которой предложение строится; наличие предикативности и компонентов, которые выражают эту синтаксическую категорию (носителей предикативности); относительная семантическая законченность; интонационная завершенность.

Эмотивные синтаксические идиомы не имеют статус предложения, поскольку из всех перечисленных параметров обязательным для них является один - наличие коммуникативной функции. Все остальные признаки предложения не свойственны эмотивным синтаксическим идиомам либо носят факультативный характер.

Методология коммуникативно-прагматической лингвистики должна обеспечивать стратегию исследования онтологических и функциональных свойств языковых единиц, составляющих их прагматическую ценность в разных актах коммуникации. Теоретическим субстратом формирующейся методологии служит известная логико-философская доктрина речевых актов Джона Остина, Джона Серля и др. В советском языкознании еще в 20-30 гг. XX в. существовали тенденции к комплексному исследованию речи (Л. В. Щерба, Л. П. Якубинский и др.). Но значительное влияние на формирование психолингвистического и - шире - современного прагма-лингвистического подхода к пониманию и изучению речи оказали психологические работы Л. С. Выготского, в особенности его исследование «Мышление и речь», в котором сформулирована идея деятельности. Между тем прагматический потенциал языковых единиц раскрывается только в единстве двух названных выше теорий. Этому есть несколько объяснений. Однако главное - в объективной соотнесенности двух понятий: «речевой акт» и «речевая деятельность».

Заключение

Границы между рациональностью и иррациональностью (эмоциональностью) считаются подвижными. Эмоциональность рассматривается как обязательное свойство человека, качество языковой личности, регулирующее основные процессы смыслопорождения и формирования прагматики высказываний как инстинктивный, бессознательный, незапланированный процесс проявления эмоций. Эмотивность развивается на основе эмоционального аспекта когнитивно-коммуникативной деятельности индивида и представляет собой результат интеллектуального толкования, интерпретации эмоциональности. Эмотивность представляет собой сознательный, запланированный процесс демонстрации эмоций, лингвистическое выражение эмоциональности.

Язык представляет собой явление социальное; во всех своих проявлениях он не может ни функционировать, ни развиваться вне связи с жизнью. В языке объективируются результаты познавательной деятельности людей, при этом познавательная деятельность каждого отдельного человека, равно как и осуществляемые процессы восприятия, категоризации и концептуализации объектов, находятся в тесной зависимости от накопленного индивидуумом (или - в широком смысле - социальной группой, в состав которой он входит) опыта и во многом определяются им. Став исходным принципом изучения языка в XX-XXI вв., антропоцентризм обусловил возникновение особого интереса исследователей к различным способам выражения личностного, субъективного отношения человека к окружающей действительности (важной составной частью которого является эмоциональный компонент) через призму человеческого микрокосма, его мировосприятия и мироощущения. Другими словами, исследования эмоциональности и средств ее выражения в языке проводятся с учетом человеческого фактора, т. е. обращения к человеку не только как к личности говорящей и мыслящей, но и чувствующей. Кроме того, антропологический характер современной лингвистики предполагает исследование языковых процессов, когда субъект речи и ее реципиент включаются в описание языковых механизмов.

1. Серебренников Б. А. К проблеме сущности языка // Общее языкознание. Формы существования, функции, история языка. М.: Наука, 1970. 597 с.

2. ЛевицкийЮ. А. Общее языкознание: учеб. пособ. М.: КомКнига, 2005. 264 с.

3. Звегинцев В. А. Предложение и его отношение к языку и речи. М.: Editorial URSS, 2001. 312 с.

4. Щерба Л. В. О трояком аспекте языковых явлений и об эксперименте в языкознании // Языковая система и речевая деятельность. М.: Editorial URSS, 2004. 432 с.

5. Шаховский В. И. Эмоции: Долингвистика, лингвистика, лингвокультурология. М.: Кн. дом «ЛИБРОКОМ», 2010. 128 с.

6. Крутова И. Н. Реализация эмотивных синтаксических идиом в художественном дискурсе (на материале современной русской прозы): моногр. Астрахань: Изд-во ГБПОУ АО «Астраханское художественное училище (техникум) им. П. А. Власова», 2017. 108 с.

Бычков Дмитрий Михайлович - Россия, 414056, Астрахань; Астраханский государственный технический университет; канд. филолог. наук; доцент кафедры русского языка; dmitriybychkov@list.ru.

Крутова Ирина Николаевна - Россия, 414056, Астрахань, Астраханский государственный технический университет; канд. филолог. наук; доцент кафедры русского языка; dartsk@mail.ru.

СПИСОК ЛИТЕРА ТУРЫ

Статья поступила в редакцию 03.04.2018

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ

D. M. Bychkov, I. N. Krutova

INTEGRATION OF PSYCHOLOGICAL KNOWLEDGE AND LINGUISTICS: THEORETICAL PREREQUISITES OF STUDYING EMOTIVITY

Abstract. The article presents an attempt to realize pragmatical approach to a research of emotive syntactic idioms in aspect of integration of psychology and linguistics. The description of emotions as mental phenomena allows to claim that they make an organic part of cognitive activity of the person. Recognition of the unity of emotional and intellectual aspects of thinking makes a basis of the formalized description of various emotional states and relations. It can be inferred that emotions have external expression in speech activity as emotive syntactic idioms.

Key words: emotions, pragmatics, psycholinguistics, thinking, speech.

REFERENCES

1. Serebrennikov B. A. K probleme sushchnosti iazyka [To a problem of essence of language]. Obshchee iazykoznanie. Formy sushchestvovaniia, funktsii, istoriia iazyka. Moscow, Izd-vo «Nauka», 1970. 597 p.

2. Levitskii Iu. A. Obshchee iazykoznanie: uchebnoeposobie [General Science of Language: teaching aids]. Moscow, KomKniga Publ., 2005. 264 p.

3. Zvegintsev V. A. Predlozhenie i ego otnoshenie k iazyku i rechi [Sentence and its relation to language and speech]. Moscow, Editorial URSS Publ., 2001. 312 p.

4. Shcherba L. V. O troiakom aspekte iazykovykh iavlenii i ob eksperimente v iazykoznanii [On the threefold aspect of linguistic phenomena and the experiment in linguistics]. Iazykovaia sistema i rechevaia deiatel'nost'. Moscow, Editorial URSS Publ., 2004. 432 p.

5. Shakhovskii V. I. Emotsii: Dolingvistika, lingvistika, lingvokul'turologiia [Pre-linguistics, linguistics, lin-guoculturology]. Moscow, Knizhnyi dom «LIBROKOM», 2010. 128 p.

6. Krutova I. N. Realizatsiia emotivnykh sintaksicheskikh idiom v khudozhestvennom diskurse (na materiale sovremennoi russkoi prozy): monografiia [Realization of emotive syntactic idioms in fiction discourse (on works of modern Russian prose): monograph]. Astrakhan, Izd-vo GBPOU AO «Astrakhanskoe khudozhestvennoe uchilishche (tekhnikum) im. P. A. Vlasova», 2017. 108 p.

The article submitted to the editors 03.04.2018

INFORMATION ABOUT THE AUTHORS

Bychkov Dmitry Mikhailovich - Russia, 414056, Astrakhan; Astrakhan State Technical University; Candidate of Philology; Assistant Professor of the Department of Russian Language; dmitriybychkov@list.ru.

Krutova Irina Nikolaevna - Russia, 414056, Astrakhan, Astrakhan State Technical üniver-sity, Candidate of Philology; Assistant Professor of the Department of Russian Language; dartsk@mail.ru.