К вопросу о понятии интеллектуальной собственности в России

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

The question of the concept of intellectual property in Russia Glushchenko A.1, Glushchenko G.2, Khakimova E.3 К вопросу о понятии интеллектуальной собственности в России Глущенко А. В.1, Глущенко Г. А.2, Хакимова Э. А.3

'Глущенко Алексей Валерьевич / Glushchenko Aleksey — старший преподаватель;

2Глущенко Гузель Анатольевна / Glushchenko Guzel — старший преподаватель; 3Хакимова Эльвина Азатовна /Khakimova Elvina — студент, гуманитарный факультет, Нефтекамский филиал Башкирский государственный университет, г. Нефтекамск

Аннотация: статья посвящена проблеме определения понятия «интеллектуальная собственность» в российском законодательстве. Также приводятся вопросы соотношения содержания понятия «интеллектуальная собственность» в контексте международных норм. Abstract: the article is devoted to the definition of «intellectual property» in the Russian legislation. It also provides questions the relation of the notion of "intellectual property" in the context of international standards.

Ключевые слова: интеллектуальная собственность, интеллектуальные права, права на результаты интеллектуальной деятельности.

Keywords: intellectual property, intellectual property rights, rights to results of intellectual activity.

Одним из видов абсолютных прав являются права на результаты интеллектуальной деятельности, а также на приравненные к ним средства индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий - интеллектуальная собственность.

Перспективы развития института интеллектуальной собственности в государстве напрямую зависят от установленных в нем механизмов, направленных на развитие инновационной политики, наличия определенной программы развития интеллектуальной собственности, а также других социально-экономических предпосылок. В настоящий момент в России определена стратегия развития интеллектуальной собственности, которая отражена в Стратегии инновационного развития Российской Федерации до 2020 года. Однако анализ указанной Стратегии позволяет сделать вывод о том, что многие проблемы, связанные с сущностью института интеллектуальной собственности, остаются за пределами ее рамок.

Как отмечают Л. А. Новоселова, М. А. Рожкова, «термин «интеллектуальная собственность» эпизодически использовался в экономических и юридических трудах, начиная с XVIII в., но «официальное» признание получил только в 1967 г. в связи с созданием Всемирной организации интеллектуальной собственности» (далее - ВОИС) [1, с. 28]. Вступление в данную организацию России и как следствие выполнение принятых обязательств и послужило причиной появления термина «интеллектуальная собственность» в российском законодательстве.

Как справедливо отмечают В. С. Кучеев и Б. А. Яковлев, «термин «интеллектуальная собственность» в нашей стране до последнего времени был связан в основном с международной деятельностью, поэтому можно считать, что этот термин заимствован из международной практики и воспринят национальным законодательством сравнительно недавно» [2, с. 118].

В 1993 году после принятия Конституции Российской Федерации интеллектуальная собственность и необходимость ее защиты и охраны впервые были признаны в России. Мы согласны с Т. А. Лучинской и Р. И. Тимофеевой, которые отмечают, что «интеллектуальные права прямо не прописаны в Конституции РФ в числе основных прав и свобод, однако в ч. 1 ст. 44 говорится «о конституционных гарантиях свободы в различных сферах творчества, преподавания, провозглашается охрана интеллектуальной собственности»» [3, с. 111]. Соответственно Основной Закон государства не только определяет право личности на проявление себя в творческой деятельности, но и определяет гарант законодательной охраны результатов такой деятельности. Осмысленное толкование данных конституционных положений позволяет сделать вывод о наличии расширительного толкования к сущности интеллектуальной собственности, согласно которому любая интеллектуальная собственность охраняется законом [4, с. 50]. Основы этих положений были заложены еще в международных актах (например, Международный пакт об

экономических, социальных и культурных правах (ст. 15); Всеобщая декларация прав человека 1948 г. (п. 2 ст. 27)).

Словосочетание «интеллектуальная собственность» не стоит воспринимать в буквальном смысле - как разновидность права собственности. Термин «интеллектуальная собственность» нельзя толковать по каждому слову «интеллектуальная» и «собственность», их нужно воспринимать исключительно как единую правовую категорию, под которой следует понимать всю совокупность прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства ее индивидуализации. Именно подобный подход позволит дать наиболее полное представление о сущности института интеллектуальной собственности.

Первоначально термин «интеллектуальная собственность» был связан со становлением и развитием института охраны интеллектуальной собственности, в рамках которого осуществляют свою деятельность российские и международные организации. При этом наиболее часто используется определение, прописанное в основном, регулирующем отношения всех форм собственности документе - Гражданском кодексе Российской Федерации. Сегодня согласно статье 1225 ГК РФ это «охраняемые законом результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации». С другой стороны, если исходить из утверждения, что интеллектуальная собственность основывается на знании, то это просто некоторый тип информации, который принадлежит тому или иному физическому или юридическому лицу. Следует отметить, что не любое знание может быть объектом интеллектуальной собственности. Так, согласно материалам Стокгольмской конвенции (1967 г.), учредившей Всемирную организацию интеллектуальной собственности, под «интеллектуальной собственностью» понимаются «права, относящиеся к литературным, художественным, научным произведениям, исполнительской деятельности, изобретениям, научным открытиям, промышленным образцам, товарным знакам, знакам обслуживания, фирменным наименованиям, коммерческим обозначениям» [5, с. 5].

Как отмечают В. В. Семенова и Р. И. Тимофеева, «при определении содержания понятия интеллектуальной собственности следует руководствоваться двумя принципиальными положениями - нематериальной природой ее объектов и возможностью участия в гражданском обороте только прав на них» [6, с. 82].

Результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, используемые на практике при этом не имеющие законно установленной охраны, не попадают под действие законодательства, регулирующего данную сферу отношений. Например, такие средства индивидуализации как «фирменные наименования» некоммерческих организаций не имеют правовой охраны в качестве объектов интеллектуальной собственности. И в случае нарушения прав и незаконных посягательств на данные объекты, правообладатели не смогут использовать инструментарии, предназначенные именно для защиты интеллектуальной собственности [7, с. 76]. Таким образом, интеллектуальные права, как имущественные, так и личные неимущественные, приобретают в полной мере свою «защищенность» лишь в правовой форме, т. е. путем их позитивизации [3, с. 112].

Вызывает некоторое недоумение отступления российского законодательства от Конвенции ВОИС, согласно которой «интеллектуальная собственность - это субъективные права на интеллектуальный продукт, а в ГК РФ (ст. 1225) обозначены не права на результаты интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, а перечислены сами объекты». Данный подход отмечается в юридической литературе как не соответствие нормам международного права, и отсутствует какое-либо толкование такого шага российскими законодателями. Так, например, А. Г. Битунов, Е. А. Иванова отмечают, что «универсальные международные договоры, в которых участвует Россия, однозначно определяют интеллектуальную (промышленную) собственность через категорию права, а не объекта права, как это ошибочно предусмотрел российский законодатель в пункте 1 ст. 1225 ГК РФ» [8, с. 230].

И. В. Гетьман-Павлова не видит несоответствия норм российского права международным, объясняя это тем, «что громоздкий термин «права интеллектуальной собственности» заменяется термином «интеллектуальные права», что, по ее мнению, «позволяет избежать постоянно возникающих в бытовом сознании ассоциаций с правом собственности»» [9, с. 345].

В совместном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ, Пленума ВАС РФ № 5/ 29 от 26.03.2009 разъяснено, термином «интеллектуальная собственность» охватываются только сами результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, но не права на них. На результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий (интеллектуальную собственность) в

силу статьи 1226 ГК РФ признаются интеллектуальные права, которые включают в себя исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных ГК РФ, также личные неимущественные права и иные права [10].

Таким образом, в современном российском законодательстве отсутствует четкое определение категории «интеллектуальная собственность». При определении понятия «интеллектуальная собственность» Гражданский кодекс РФ лишь перечисляет объекты интеллектуальной собственности, не давая при этом четкого определения категории «интеллектуальная собственность», что, в свою очередь неоднозначно воспринято в доктрине.

Литература

1. Новоселова Л. А., Рожкова М. А. Интеллектуальная собственность: некоторые аспекты правового регулирования: монография. М.: Норма, ИНФРА-М, 2014. 128 с.

2. Кучеев В. С., Яковлев Б. А. Информационно-правовая модель интеллектуальной собственности (на примере промышленной собственности как результатов интеллектуальной деятельности) // Вестник Новосибирского государственного университета, 2012. № 4. С. 118-124.

3. Лучкинская Т. А., Тимофеева Р. И. Свобода творчества и интеллектуальные права в числе основных прав и свобод гражданина // Наука и общество в эпоху перемен, 2015. № 1. С. 110-112.

4. Коваль Д. В. Интеллектуальная собственность: конституционно-правовой аспект // Конституционное и муниципальное право, 2013. № 8. С. 50-53.

5. Арабян М. С., Попова Е. В., Юдина А. А. Современные способы защиты и охраны интеллектуальной собственности (ИС): Россия и ВТО // Таможенное дело, 2015. № 1. С. 3-7.

6. Семенова В. В., Тимофеева Р. И. Интеллектуальная собственность как объект гражданских прав: проблемы теоретического анализа // Человек и общество в системе современных научных парадигм, 2015. № 1 (1). С. 81 -83.

7. Морозова Т. А. Защита интеллектуальной собственности: правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации // Современное право, 2015. № 8. С. 75-80.

8. Битунов А. Г., Иванова Е. А. Соотношение понятий «интеллектуальное право» и «интеллектуальная собственность» наука и образование: проблемы и стратегии развития, 2015. № 1 (1). С. 228-230.

9. Гетьман-ПавловаИ. В. Международное частное право. М.: Юрайт, 2012. 345 с.

10. Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 5, Пленума ВАС РФ № 29 от 26.03.2009 г. «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» // справ. -правовая система «КонсультантПлюс». ВерсияПроф. М., 2016.

Provide protection to mother, we hereby provide the protection of its minor

Merdzhanova L.

Предоставив защиту матери, мы тем самым предоставим защиту ее несовершеннолетнему ребенку Мерджанова Л. А.

Мерджанова Линара Айдеровна /Merdzhanova Linara - магистр, кафедра гражданского и трудового права, юридический факультет, Таврическая академия Крымский федеральный университет им. В. И. Вернадского, г. Симферополь

Аннотация: в статье рассматриваются вопросы, связанные с проблемой предоставления защиты не только несовершеннолетнему ребенку, но также и самой матери. Рассмотрены ситуации, когда может возникнуть эта проблема. Предложены способы защиты, позволяющие решить возникшую проблему.

Abstract: the article deals with issues related to the issue of the protection not only of a minor child, and the mother herself. Consider a situation where it may be the problem. The methods of protection allowing to solve the problem.

Ключевые слова: ребенок, мать, отец, родители, алименты, опекуны, попечители и суд. Keywords: child, mother, father, parents, child support, guardians, trustees and the court.