"Это напоминает процесс затухания"

Ученые из МГУ исследовали качество жизни в российских регионах. Выяснилось: только 8 субъектов РФ еще способны на ускоренный "качественный" рост

Индекс качества жизни в регионах РФ был составлен специалистами Лаборатории математических методов политического анализа и прогнозирования факультета политологии МГУ на основе доступной госстатистики. О том, как распределились места регионов в рейтинге "индексов" и как сейчас живется в разных регионах нашей родины, "Огоньку" рассказал руководитель исследования, завлабораторией Андрей Ахременко.

— Ваш индекс учитывает сразу несколько показателей, доступных в базе данных Росстата. Их можно разделить на пять блоков: безопасность личности, жилищные условия населения, социальная сфера, здоровье населения, экология. Вы считаете, что из этих факторов и складывается качество жизни?

— Качество жизни — очень объемное понятие, объемнее, например, чем уровень жизни. Когда экономисты изучают уровень жизни населения той или иной страны, они в первую очередь смотрят на материальное благосостояние ее граждан, на удовлетворенность их базовых потребностей. Мы попытались посмотреть шире, учесть, например, проблемы безопасности, экологии. При желании индекс качества жизни может включать в себя еще больше показателей, чем есть у нас. Просто в российских реалиях дополнить индекс еще какими-либо позициями сложно: не хватает данных статистики. Учтенные нами факторы, на наш взгляд, впрочем, достаточны для того, чтобы на их основе делать выводы о социальном развитии того или иного региона. Об этом говорит и опыт зарубежных коллег, тоже ограничивающихся пятью-шестью показателями.

Конечно, наш подход не бесспорен. Если два региона оказываются на одном месте рейтинга благодаря тому, что у первого — высший балл за безопасность, а у второго — за экологию, совсем необязательно, что качество жизни в обоих будет равным. Но выделение какого-либо фактора как "особенного", "главенствующего" в любом случае было бы еще более субъективным, поэтому мы решили уравнять их значимость. Ведь действительно совсем неочевидно, что безопасность важнее экологии, или наоборот.

— А то, как граждане того или иного субъекта РФ сами оценивают качество своей жизни, влияло на ваш индекс?

— Нет, это принципиально другой подход. Опросные данные могут многое сказать о самочувствии населения, в некоторых случаях они оказываются даже красноречивее официальной статистики. Но сделать по-настоящему репрезентативную выборку в каждом регионе, чтобы можно было со всей ответственностью сравнивать его с другими, сложно. Кроме того, здесь мы столкнулись бы с большой проблемой — социальные ожидания в России очень различаются от региона к региону. То есть при сопоставимых условиях жизни мы получим их разную оценку. Хорошо известно, скажем, что уровень преступности в Москве не выше, чем в целом по стране, однако удовлетворенность работой полиции — крайне низка. При таком подходе, иными словами, субъекты РФ с большой долей "критически" мыслящего населения неизбежно оказались бы в конце списка, что далеко не всегда справедливо.

— Если смотреть на динамику общероссийского индекса качества жизни, то он в 2012 году начал крениться в сторону понижения. Какие из показателей испортили картину?

— Из очевидного — это все показатели, так или иначе привязанные к экономике. Уровень дохода населения, удельный вес ветхого жилищного фонда и так далее. Ситуация в нашей экономике крайне неблагополучная, поэтому понижающий тренд, увы, долгосрочный. Еще один тревожный фактор — это прекращение роста продолжительности жизни. Все 2000-е годы этот показатель планомерно увеличивался, в 2012-м — "застыл", а в 2013-м, если судить по данным за имеющиеся кварталы, пошел вниз. С учетом того, что россияне в среднем по-прежнему живут гораздо меньше европейцев, такая тенденция весьма печальна.

— Общий тренд, стало быть,— понижающий. Это первый случай такого замедления в развитии регионов РФ с 90-х годов?

— Да, такого еще не было. С начала 90-х шел быстрый подъем, качество жизни росло стремительно вплоть до 2006-2007 годов. Сказывался, во-первых, эффект низкой базы, во-вторых, помогала специфическая экономическая конъюнктура. Резко увеличились доходы населения, появились динамично растущие частные предприятия. В 2006-2007 годах наметилось замедление, старые, экстенсивные методы уже не обеспечивали сколько-нибудь значимых изменений в качестве жизни населения. А вот дальше, в конце 2012 — 2013 году, впервые проявилась негативная динамика. Речи о коллапсе, обрыве, резком падении уровня жизни не идет — кривая изменений очень гладкая. Это все напоминает скорее медленный процесс затухания, откат назад, поскольку никаких ресурсов для движения вперед не возникает.

— В 2012 году улучшение качества жизни замедлилось в 62 российских регионах, то есть в подавляющем большинстве. Еще в 13 регионах "улучшение" сменилось "ухудшением". У самых проблемных субъектов РФ есть общие черты?

— Легко заметить, что более развитые регионы, как правило, находятся в европейской части России, а более проблемные — за Уральским хребтом. Повторюсь, что мы говорим не об экономическом развитии, а об уровне качества жизни. В Иркутской области, например, сосредоточена вся таблица Менделеева, но людям живется там по большинству показателей не очень хорошо. Высокая зарплата расширяет возможности человека, но если их негде реализовать, они так и остаются возможностями, мало сказываясь на решении проблем со здоровьем, безопасностью, обучением детей. Индекс качества жизни очень связан с инфраструктурой для жизни, с "обжитостью" территории. Дальний Восток, несмотря на многократные заявления нашего руководства, так и остается периферией, поэтому в наиболее успешных дальневосточных областях уровень развития социальной сферы только-только дотягивается до среднероссийского. При этом именно в этом регионе особенно сильна поляризация: есть совсем слабые территории, вроде Чукотки или Еврейской автономной области, а есть небольшая группа лидеров, с Сахалином во главе. Лидеры, кстати, тоже замедляют свое развитие, поэтому пока будущее региона не вызывает оптимизма. В число общероссийских аутсайдеров попало еще несколько периферийных регионов, например рекордсмен антирейтинга — Республика Тыва, где заболеваемость туберкулезом достигла африканских масштабов. Надо отметить: многие беды проблемных территорий являются прямым следствием существования на обочине — бесперспективность жизни, отсутствие рабочих мест сказываются на состоянии здоровья людей, увеличивают количество вредных привычек и так далее.

— В чем тогда секрет успеха регионов с высоким уровнем качества жизни? В первой десятке у вас оказались, например, очень непохожие друг на друга Москва, Мурманская область и Северная Осетия.

— В Мурманской области за 2012 год подросли все показатели, за исключением экологии. А Северная Осетия — своего рода исключение среди кавказских регионов: она занимает высокие позиции не только в нашем, но и в других рейтингах качества жизни, тогда как большинство соседних с ней республик и областей держатся внизу списка. Здесь есть некий парадокс, не до конца нами разгаданный. Возможно, сказывается то обстоятельство, что этот регион более других кавказских регионов интегрирован в экономическую и социальную жизнь остальной России. Другие лидеры рейтинга, на мой взгляд, вполне предсказуемы. Как правило, в основе успеха — выгодное географическое положение, сохраненный с советских времен и приумноженный промышленный потенциал, а также наличие развитых городов.

— Политическая ситуация в регионе сказывается на качестве жизни населения?

— Качество жизни меняется очень медленно, поэтому за один губернаторский срок вряд ли может произойти резкий скачок. К тому же губернаторы в России крайне зависимы от федеральной власти, от них не приходится ждать драматических реформ. В 90-е годы политический климат на Дальнем Востоке мог отличаться от политического климата в Рязанской области, сейчас — вне зависимости от фамилии губернатора — ситуация везде похожа, соответственно, пространство маневра для местной власти резко сузилось. Единственно, чем один губернатор может отличаться от другого,— это качеством управления. Татарстан, например, традиционно лидирует в управленческих рейтингах, не в последнюю очередь поэтому занимает высокую строчку в рейтинге качества жизни. Впрочем, у этого региона достаточно и других факторов, влияющих на его успешное развитие.

— Кажется, что высокий уровень качества жизни должен притягивать в регион миграционные потоки. Однако это, по всей видимости, справедливо не для всех субъектов РФ из вашей первой десятки...

— В лидерах по привлекательности конечно же Москва и Подмосковье. Но это и понятно: у нас миграция однонаправленная в силу высокой централизации ресурсов, поэтому судить по ней о привлекательности того или иного региона вряд ли возможно. С Северного Кавказа, например, люди тоже уезжают, но не всегда потому, что там плохо, а потому что высокая рождаемость в этом регионе создает нехватку рабочих мест, и молодые люди едут попробовать свои силы в других субъектах РФ, прежде всего в Москве. Окунуться в обжитую городскую среду можно только в считаных регионах страны, а эта среда очень важна в первую очередь для активных и молодых. Потоки миграции направляются многими факторами, среди которых по-прежнему господствует уникальное положение столицы.