Актуальность исследования клинико-психологической характеристики родителей подростков, совершивших суицидальную попытку

Суицидология и аддиктология

3. Зотов П.Б., Уманский М.С. «Внешний ключ» - как элемент суицидальной динамики и объект психотерапии // Медицинская наука и образование Урала. - 2013. - № 3. - С. 160-161.

4. Зотов П.Б. Вопросы идентификации клинических форм и классификации суицидального поведения // Академический журнал Западной Сибири. - 2010. - № 3. - С. 35-37.

5. Кожевникова Т.А., Кожевников В.Н. Методы оптимизации профилактики суицидального поведения // Суицидология. -2010. - № 1. - С. 69-71.

6. Любов Е.Б., Куликов А.Н. Отношение работников психиатрических больниц к суицидальному поведению пациентов: первичные результаты // Тюменский медицинский журнал. - 2013. -Том 15, № 1. - С. 14.

7. Мидько А.А. Розанов В.А. Гнев и другие личностные предикторы тяжести суицидальной попытки в связи с переживаним безнадёжности // Медицинская психология. - 2011. - № 1. - С. 70-77..

8. Поляков И.В., Чернов В.Н. Роль медицинских сестер в оказании психиатрической помощи // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. - 2001. - № 3. - С. 45-50.

9. Положий Б.С. Суицидальное поведение (клинико - эпидемиологические и этнокультуральные аспекты). - М.: РИО «ФГУ ГНЦ ССП им. В.П. Сербского», 2010. - 232 с.

10. Распопова Н.И. Механизмы формирования, клинические особенности и профилактика суицидального поведения у больных с психическими расстройствами: Автореф. дисс... докт. мед. наук. - Москва, 2012. - 48 с.

11. Розанов В.А., Моховиков А.Н., Вассерман Д. Нейробиология суицидальности // Украинский медицинский журнал - 1999. -Том 6, № 14. - С. 5-12.

12. Спадерова Н.Н., Горохова О.В., Зотов П.Б. Суицидальное поведение лиц, совершивших преступления против жизни и здоровья, находящихся на амбулаторной судебно - психиатрической экспертизе в ТОКПБ в 2012 году // Медицинская наука и образование Урала. - 2013. - № 1. - С. 117-119.

АКТУАЛЬНОСТЬ ИССЛЕДОВАНИЯ КЛИНИКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ХАРАКТЕРИСТИКИ РОДИТЕЛЕЙ ПОДРОСТКОВ, СОВЕРШИВШИХ СУИЦИДАЛЬНУЮ ПОПЫТКУ

А.В. Лукашук, А.В. Меринов

Рязанский ГМУ им. акад. И.П. Павлова, г. Рязань

E-mail авторов: lukashuk-alex62@yandex.ru

Всемирная организация здравоохранения под понятием суицид подразумевает «результат действия, преднамеренно начатого и совершенного человеком с полным знанием или ожиданием фатального исхода» [2].

Исходя из данных этой же организации, ежегодно совершается около 800 тысяч суицидов. В диапазоне от 15 до 44 лет суицид является четвертой причиной смерти в мире. Согласно статистическим данным, в нашей стране происходит 50 самоубийств на 100 тысяч населения в течение года, что является критическим показателем, который к тому же имеет тенденцию к росту. С начала 90-х годов почти вдвое увеличился коэффициент самоубийств среди подростков. По мнению некоторых исследователей, с 1960 по 2000 год частота суицидов среди подростков в возрасте от 15 до 22 лет увеличилась на 265%. По уровню подростковых самоубийств

Россия занимает первое место в мире, так как средний показатель суицидальной активности среди подростков более чем в три раза превышает средний показатель в мире.

Нужно учитывать тот факт, что на один завершенный суицид в среднем приходится до 150-200 суицидальных попыток, а вероятность повторной попытки суицида у подростка возрастает в 5-20 раз.

На фоне этих удручающих данных, в нашей стране суицидологическая служба только начинает развиваться, а так же не существует четкого определения кризисных стационаров. Не существует конкретных алгоритмов работы с подростками, совершившими суицидальную попытку, их родителями. Не разработаны или только разрабатываются меры превентивной диагностики самоубийств.

Анализ материалов уголовных дел и проверок обстоятельств причин самоубийств несовершеннолетних, проведенный Генеральной Прокуратурой РФ, обнаруживает, что 62% подростковых суицидов связано с семейными конфликтами, семейным неблагополучием, боязнью насилия со стороны взрослых, бестактным поведением отдельных педагогов, конфликтами с учителями, одноклассниками, друзьями, черствостью и безразличием окружающих [1].

Из немногочисленных работ зарубежных и отечественных авторов, известно, что подростки, воспитывающиеся в неблагополучных по наркологическим показателям семьях, имеют повышенный риск суицидальной активности. Выявляется следующая тенденция - подростки, совершившие попытку суицида, достоверно чаще проживают в неполной семье, имеют неудовлетворительные материальные и/или бытовые условия. Склонность к аддиктивно-му поведению у них так же выше [3]. Исследования так же доказывают, что у подростков из семей, где родитель был зависимым от алкоголя, достоверно выше встречаемость аутоагрессивных паттернов, как суицидальных, так и несуицидальных. Кроме того, у таких подростков чаще встречается «аддик-тивный» личностно-психологический профиль.

Имеющиеся исследования носят констатирующий характер и более глубоких исследований не проводилось.

Все эти данные наталкивают на мысль, что не только общество, социум, СМИ, круг общения способны подтолкнуть подростка в решении своих проблем найти выход - расстаться с жизнью. Можно предположить, что в «деструктивной» семье не происходит научение детей позитивным паттернам поведения, родительские фигуры, по тем или иным причинам, не смогли заложить в психику ребенка возможные варианты позитивного отреагирования на макро- и микросоциальные конфликты, варианты их решения. Или же атмосфера, в которой происходит воспитание ребенка, подростка изначально не-

20

Тюменский медицинский журнал Том 16, № 3, 2014

Суицидология и аддиктология

здоровая, семейный фон омрачен наркологическими, суицидологическими факторами.

Выяснение конкретных характеристик родителей подростков с суицидальной попыткой в анамнезе является важным и актуальным полем для научных изысканий. Соответственно, по этим характеристикам можно будет оценить степень суицидального риска их детей и понять направление психотерапевтической коррекции семейного функционирования, выработать принципы подходов к терапии семей, столкнувшихся с данной проблемой, разработать методы превентивной диагностики суицидальных попыток у подростков, определить фон, способствующий нормализации семейного фона.

Литература:

1. Игумнов С.А. Психотерапия детей и подростков: психоанализ в детском возрасте; суицидальное поведение подростков; семейное консультирование; комплексная реабилитация. - Ростов: Феникс, 2005. - 288 с.

2. Положий Б.С. Суицидальное поведение (клинико - эпидемиологические и этнокультуральные аспекты). - М.: РИО «ФГУ ГНЦ ССП им. В.П. Сербского», 2010. - 232 с.

3. Рахимкулова А.С., Розанов В.А. Взаимосвязь суицидального и рискового поведений у подростков // Академический журнал Западной Сибири. - 2012. - № 5. - С. 31-32.

ЦЕЛЕВАЯ РЕГУЛЯЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРИ АНТИВИТАЛЬНОЙ НАСТРОЕННОСТИ В КОНТЕКСТЕ ДИСФУНКЦИОНАЛЬНЫХ СХЕМ И СФОРМИРОВАННОСТИ КОМПЕНСАТОРНЫХ МЕХАНИЗМОВ ЛИЧНОСТИ

О.А. Сагалакова, Д.В. Труевцев, А.М. Сагалаков

Алтайский ГУ, г. Барнаул

E-mail авторов: olgasagalakova@mail.ru,

truevtsev@list.ru, amsagalakov@mail.ru

Статья посвящена результатам исследования роли целевой регуляции деятельности в формировании антивитальной настроенности в контексте паттернов дисфункциональных схем, сформированности компенсаторных механизмов личности. В ходе эмпирического исследования (Цобщ=30: Нэксп.=16; Нконтр=14) выявлены типичные паттерны дисфункциональных схем при выраженной безнадежности и антивитальных переживаниях. Это паттерн «Неприятие», связанный с восприятием себя как ущербного, вынужденного испытывать стыд и избегать общения, терпеть насмешки окружающих, а также паттерн «Нарушение автономии и функционирования», связанный с восприятием себя как некомпетентного и не способного проявлять инициативу. Определены особенности целевой регуляции деятельности и компенсаторных механизмов личности при данных паттернах.

Ключевые слова: антивитальная настроенность личности, антивитальные переживания, целевая регуляция деятельности, дисфункциональные неадаптивные схемы, компенсаторные механизмы личности.

Антивитальная настроенность личности выражается в направленности мотивов личности «против» собственной жизни, биологических потребностей, утрате прежнего интереса к жизни, бесперспективности, возникновении мыслей о желательности ее завершения. Это начальный цикл в формировании суицидального поведения, когда четкое намерение еще не сформировано, а антивитальные действия еще не предприняты. Важнейшая задача профилактики аутодеструктивного, в том числе и суицидального, поведения связана, в первую очередь, c предупреждением данного феномена на самых начальных этапах. Необходимо выявить и определить роль психологических механизмов, которые могут способствовать, либо препятствовать эскалации антивитальных переживаний, переходу на следующие этапы, на которых наблюдаются уже сформированные намерения, готовность и приготовления к уходу из жизни [1, 2]. Россия занимает одно из первых мест в мире по уровню суицидов, а в отдельных регионах (Сибирский федеральный округ) данная проблема находится на особом контроле, динамика суицидальной активности среди молодого населения вызывает опасения специалистов. Необходимо предпринять современные научные исследования вопроса, определить ключевые патологические маркеры антивитального риска. И.А. Кудрявцев [13] отмечает значимость в диагностике суицидальных намерений не только актуальных, но и «потенциальных тенденций личности к самоубийству»: «... наибольшую важность имеет выяснение свойств и образований личности, которые входят в механизм суицидального поведения, детерминируют и/или реализуют его».

Цель исследования: анализ психологических механизмов изучаемого феномена, а именно исследование роли целевой регуляции деятельности в формировании антивитальной настроенности в контексте паттернов дисфункциональных схем (в том числе связанных с убеждениями о собственной несостоятельности, негативном исходе участия в социальных ситуациях взаимодействия), сформиро-ванности компенсаторных механизмов, построение типологической модели взаимодействия данных параметров с целью прогнозирования возникновения и развития антивитального вектора поведения.

Теоретико-методологическими основаниями исследования явились следующие научные подходы и идеи: психология суицида и антивитальных переживаний (Амбрумова А.Г.); патопсихологический анализ и модель целевой регуляции деятельности, нарушения опосредствования эмоций и поведения, мотивации личности в рамках культурно-деятельностного подхода (Выготский Л.С. , Лурия А.Р. , Леонтьев А.Н.) в работах Б.В. Зейгар-ник, Б.С. Братуся, И.А. Кудрявцева [6, 10, 13]; понимание уровня притязаний и дифференциации целей Ф. Хоппе в теории поля К. Левина [14]; анализ

Том 16, № 3, 2014 Тюменский медицинский журнал

21