Научные предпосылки обеспечения экологичного рекреационного использования лесов

ды лучше себя чувствуют в групповых посадках и более угнетены в линейных.

3. Наиболее часто встречаемый вид патологии - патология формы ствола (выявлена у 96 % исследуемых деревьев). Для всех исследуемых видов характерно наличие ошмыгов, обдиров или обломов. Крайне редко встречаются или совершенно отсутствуют такие патологические признаки как грозобоины, комлевые дупла, летные отверстия стволовых насекомых, различные наросты, опухоли и плодовые тела дереворазрушающих грибов.

4. Объекты озеленения в городе созданы в основном из одновозрастных и од-нопородных насаждений, что способствует более быстрому распространению патологий. Для аборигенных видов отрицательным фактором следует считать и низкую полноту групповых посадок.

5. На одном дереве в городских посадках, как правило, встречаются два и более патологических признака. Чаще всего сочетаются такие патологические признаки как усохшие скелетные ветви и массовые водяные побеги, а так же химический

ожег листьев и их поражение минирующими насекомыми.

6. Большинство деревьев в парковых и уличных посадках имеют спелый и приспевающий возраст, что свидетельствует о необходимости их оперативной реконструкции.

Библиографический список

1. Горышина Т.К. Растения в городе. Л., 1991. 152 с.

2. Саваренская Т.Ф., Швидовский Д.О., Петров Ф.А. История градостроительного искусств. М.: Архитектура, 2004. 392 с.

3.Теодоронский В.С., Боговая И.О. Озеленение населенных мест. М.: Агро-промиздат, 1990. 239 с.

4.Тетиор А.Н. Городская экология. М.: Издательский центр «Академия», 2006. 336 с.

5. Царалунга В.В. Санитарные рубки в дубравах: обоснование и оптимизация. М: МГУЛ, 2003. 240 с.

DOI: 10.12737/1768

УДК 630*524.4: 630*907.2: 630*18

НАУЧНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЭКОЛОГИЧНОГО РЕКРЕАЦИОННОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ЛЕСОВ

кандидат сельскохозяйственных наук, доцент, старший научный сотрудник НИС

М. Т. Сериков

ФГБОУ ВПО «Воронежская государственная лесотехническая академия»

serikovmt@gmail. сот

В связи с произошедшими геополити- развития рыночных отношений возросла

ческими изменениями в нашей стране, ук- актуальность рекреационного использова-

реплением экономической стабильности и ния лесов, особенно в регионах Северного

Кавказа. Системы лесоустроительного, градостроительного проектирования не в состоянии обеспечить рациональность и эко-логичность этого вида природопользования потому, что не располагают унифицированными методиками и нормативами оценки рекреационного потенциала природно-территориальных комплексов (ПТК), отсутствуют единые критерии оценки рекреационного качества объектов, рекреационного функционального зонирования их территорий.

Главный недостаток - это отсутствие единых нормативов по определению величин экологической рекреационной ёмкости участков и фактических нагрузок с учётом различных форм рекреации, то есть разных степеней экологического воздействия на ПТК.

Отсутствие таких возможностей не позволяет обеспечить потребление рекреационных ресурсов без ущерба для природных компонентов, то есть осуществить перевод рекреационного использования лесов и зелёных массивов на принципы современной концепции экосистемного природопользования. Эта концепция заключается в уравновешивании существующих возможностей природы с запросами потребителей и прогнозными расчетами будущих её состояний, а также сохранении биологического разнообразия в природе региона.

Начало наиболее активного изучения влияния рекреации на природную среду в нашей стране относится к 60-м годам прошлого столетия. К концу 70-х лет в основном сложилось научное представление о влиянии рекреации на лес, значении это-

го вида пользования для общества. Были получены основные представления о лесо-водственных, экологических, социально-экономических, географических аспектах рекреационного пользования, что свидетельствует об исследованиях этого и сопутствующих вопросов во многих отраслях науки. Наиболее значимыми в этот период оказались работы Н. М. Тюльпанова (1975), Н. С. Казанской и др. (1975, 1977), В. П. Чижовой (1977), М. И. Пронина и др. (1981), сибирских ученых - И. В. Тарана, В. Н. Спиридонова (1977), М. М. Маргус (1977) - Эстония, Э. А. Репшас и др. (1981) - Литва и др.

Исследования этого этапа характеризовались изучением лесоводственно-эко-логических аспектов: оценка ущерба компонентам биогеоценоза, допустимости объёмов рекреационного использования лесов, первые попытки дифференциации лесных ландшафтов по рекреационному качеству и устойчивости, степени их нарушений, разрабатывался комплекс хозяйственных, лесоводственных, биотехнических и социальных мероприятий по сбалансированию сохранения экологического качества лесной среды и удовлетворению рекреационных потребностей.

Естественно, исследования этого этапа носили фрагментарный, зачастую бессистемный характер, а объекты были разномасштабными и сконцентрированы, в основном, вокруг крупных городов. Основные понятия имели у разных авторов различную трактовку, были не полными, отсутствовала унификация единиц измерения. Эти недостатки во многом проявились в первых обобщающих методиках и норма-

тивах 80-х лет: «Временных технических указаниях по устройству лесов рекреационного значения» [3]; методике Лаборатории лесоведения АН СССР, ВНИИЛМ и УкрНИИЛХ по определению рекреационных нагрузок [2], ОСТ 56-84-85 [4] и др.

К сожалению, все нормативы, имеющие единицы измерений чел./га, не учитывающие продолжительность и степень экологической агрессивности видов отдыха, не могут применяться в настоящее время для оценки рекреационного потенциала ПТК и его использования. Актуальными являются человеко-дни (чел.-дн.) или человеко-часы (чел.-час) в привязке к доступной для рекреации площади и с учётом форм рекреации.

Однако за тот период была обозначена необходимость ландшафтного подхода в лесной рекреологии, сложился некоторый набор показателей ландшафтной таксации (тип ландшафта; классы устойчивости, санитарно-гигиенического и эстетического качества; стадия дигрессии и дополнительные показатели), заложены теоретические основы рекреационной географии, закрепились понятия экологической рекреационной ёмкости, рекреационной нагрузки, наметились направления регулирования рекреационного воздействия на природную среду, сложилось представление об отдыхе на лоне природы как о виде лесопользования (использования лесов). В этот период были заложены основы рекреационного лесоводства, которые успешно совершенствовались в 80-е и 90-е годы.

80-е годы ознаменовались новым этапом научного обоснования рекреационного пользования благодаря исследовани-

ям экономистов-географов и лесоводов. В 1983 году Э. Б. Алаев [1] закрепил за рекреацией помимо, социально-экономических, социально-экологические аспекты, то есть интегральную сущность этого понятия. А. И. Тарасов (1986), рассматривая в комплексе экологические и социально-экономические функции рекреационных лесов, более глубоко и полно раскрыл сущность основных понятий. Это позволило согласованно развиваться рекреационному лесоводству, лесоустройству рекреационных лесов, специальным направлениям градостроительного проектирования и рекреологии в целом.

В 1986 г. в Киеве была издана монография С. А. Генсерука, М. С. Нижник, Р. Р. Возняка «Рекреационное использование лесов», в которой впервые приведены поучастковые нормативы количественной оценки рекреационного использования лесов для крупного региона (равнинные условия Киевского Полесья и горные в Карпатах). Предложенный авторами методологический подход и обобщающие нормативы оценки положили начало совершенствованию управления рекреационным использованием через систему лесоустроительного проектирования [5, 6].

Значительный вклад в научные исследования по рекреационному использованию лесов Северного Кавказа внесли ученые Кавказского филиала ВНИИЛМ, в последующем - НИИгорлесэкол и другие ученые - исследователи этого региона. Обобщением этих усилий можно считать работы В. М. Ивонина, В. Е. Авдонина, Н. Д. Пеньковского «Рекреационная экология горных лесов российского Причерномо-

рья» (2000) и Г. К. Солнцева «Научные основы рекреационного использования горных лесных экосистем (на примере Северного Кавказа)» (2003). Однако эти работы носят констатирующий характер, не содержат методик и нормативов для поуча-сткового моделирования рекреационной ёмкости объектов, фактических нагрузок и осуществления прогноза рекреационного использования и состояния лесов. В этом случае не выполняется главное условие устойчивого управления: эффективная работа системы «информация - моделирование - прогноз», которая обеспечивает эко-логичность использования лесов при удовлетворении социального спроса на рекреацию.

Опыт стран Европы и Северной Америки (Калинин, 1981; Миленин, 2002) свидетельствует о возможности решения этой проблемы иными путями, носящими превентивный характер в обеспечении эколо-гичности рекреационного использования лесов, но для этого нужна экономическая, политическая стабильность и определённый уровень мировоззрения в оценке взаимодействия общества и природы.

В этих странах для рекреационных целей организованы и благоустроены крупные природные комплексы: национальные парки (США, Канада, Франция, Болгария, Польша, Чехия, Словакия и др.), природные парки (Германия, Дания), местные или провинциальные парки (США, Канада), природные резерваты и лесопарки. Общегосударственные национальные парки уже к середине 1980-х лет занимали значительные территории: в США - более 1 %, Канаде - 0,8 %, ФРГ - 17,5 %

(включая природные парки частных владений), в Англии и Уэльсе - 9 % (частновладельческие), в Швеции - 1,36 %, в Австрии - около 3 % территории страны.

В большинстве европейских стран вход в частные леса запрещён либо ограничен платой и согласием владельца. Обозначается это установкой специальных знаков, вплоть до огораживания лесных массивов. Посещаемые населением общественные леса благоустроены в соответствии с разрешенными формами рекреации и существует ряд ограничений для наиболее уязвимых ПТК, вплоть до огораживания участков. При этом ограничения имеют законодательную и административную поддержку, нарушители несут материальную ответственность. Уровень благоустройства таков, что при сохранении девственных лесных условий преобладает дорожная форма рекреации. Затраты берут на себя в основном государства. Практически везде в Западной Европе запрещены или очень ограничены агрессивные формы рекреации. Нельзя ставить в лесу палатки, жечь костры, устраивать временное жильё, останавливаться на ночлег.

В нашей стране в настоящее время нет условий для обеспечения экологично-сти рекреационного использования лесов такими средствами и способами. Поэтому обоснование предельных норм использования остаётся актуальным именно для наших, а не зарубежных учёных, так как проектирование рекреационных объектов, экологических режимов использования без этих норм невозможно.

Тем не менее, Н. Винер (1958) задолго до наступления кризисной стадии во

взаимоотношениях между обществом и природой (ещё до создания Л. фон Берта-ланфи общей теории систем) предупреждал, что господство человечества над природой является мнимым. Однако лишь в 1992 году Лесная служба США доложила о новых перспективах в лесопользовании и лесоуправлении [10], в соответствии с которыми концепция многоцелевого лесопользования сменилась концепцией экоси-стемного пользования. При этом акцент в лесном хозяйстве США был сделан на максимально возможное поддержание биоразнообразия в лесах путём разработки теории экосистемного управления и использования имеющихся технологий, таких, как ГИС.

В связи с этим американские учёные и специалисты лесного хозяйства проявили интерес к основным теоретическим положениям «концепции экологического лесопользования» (природопользования), разработанным в Московском государственном университете леса под руководством О. А. Харина и В. К. Теплякова в начале 90-х лет (Тепляков, 1994). Ими разработаны концептуальные условия экологически допустимого использования природных ресурсов и даны общие рекомендации для организации управления этим процессом. «Экологическое лесопользование», по их мнению, должно найти себе место между «многоцелевым и природоохранным (примитивным) пользованием».

Несмотря на прогрессивное содержание этих предложений, надо иметь в виду, что сейчас не корректно применять понятие «пользование» в рассматриваемом контексте, так как оно с юридической точки

зрения больше относится к земельным отношениям (собственность, аренда, сервитут и т. д.). В связи с этим термин {{экологическое лесопользование» требует упорядочения, так как, во-первых, предполагается использование лесных ресурсов, во-вторых, что оно не оказывает вредного влияния на природу, живую среду, то есть является «экологичным» (Большой толковый словарь русского языка, 2000). «Экологическое» (ecological) означает «относящееся к науке экологии» (Ахатов, 1995). Иными словами, замещающий и более правильный термин «экологичное использование лесов» не относит этот процесс к экологии как науке, а лишь связывает с экологией, подчёркивая, что он качественно соответствует нормам экологии.

В 80-е годы на необходимость перехода от экстенсивного, многоцелевого (за счёт возрастания нагрузки на природные комплексы) к равновесному природопользованию у нас в стране обратили внимание эколого-экономисты и социоэкологи Г. А. Бачинский (1985), М. Я. Лемешев (1984), П. Г. Олдак (1983) и др. При равновесном природопользовании общество должно контролировать все стороны своего развития, добиваясь того, чтобы суммарная антропогенная нагрузка на окружающую среду не превышала самовосстановительного потенциала природных систем. Это была концепция, прогрессивная, вписывающаяся в систему управления советского периода.

Лесоводы-экологи развили эту концепцию до экосистемных принципов, имея в виду конкретные природные ресурсы, возможность прогноза будущих состояний

природы, угрозу снижения биопродуктивности, разрушения местообитаний и, главное, необходимость сохранения биологического разнообразия, вопрос о котором был ранее поднят американскими учёными (Terborgh, 1974; Ehrlich, Ehrlich, 1981; Hawkes, 1983).

В формулировке «концепции экоси-стемного пользования (использования лесов)» и названии открывается не только её сущность, а также общая стратегия решения поставленной проблемы.

Возможность создания системы экологичного использования лесов «информация - моделирование - управление» на локальном уровне, то есть для конкретного объекта лесоустройства, рассматривается нами как бесспорное преимущество. Однако, большая трудоёмкость и большие финансовые затраты, трудности проведения переговоров с различными агентствами при создании интегрированного (комплексного) банка экологических данных, вхождение в единую (пока не созданную) систему информационного обслуживания затрудняет практическую реализацию концепции в общем виде.

Выход из положения видится нам в постепенной реализации концепции экоси-стемного (экологичного) использования лесов по направлениям с агрегированием информации, алгоритмов на базе геоинформационных систем (ГИС) лесоустройства по каждому направлению, с последующим интегрированием систем информационного обслуживания. При этом начинать, по нашему мнению, надо с актуальных и менее экологически обоснованных направлений использования лесов.

Нами для этих целей выбрано рекреационное использование, имеющее непосредственное отношение к населению, лесному хозяйству, а так же к самоуправлению и градостроительству.

Работа была направлена на обоснование возможностей создания на локальном уровне трёх структурных единиц экологической информационной системы по этому направлению: банка экологических данных с определением возможно минимального числа параметров описания системы; комплекса взаимосвязанных алгоритмов и моделей; набора нормативов и стандартов. Это нашло отражение в методиках и рекомендациях по конкретным объектам, разрабатываемых автором с 1989 года.

Осознанная необходимость последующего вхождения результатов исследования в интегрированные системы информации и управления обусловила системный ландшафтный подход к разработке основ рекреационного лесоустройства в качестве единого методологического базиса.

Более того, рекреационное использование лесов является составной частью сложных взаимоотношений человека, природы и общества. Поэтому его нельзя рассматривать в отрыве от других структурных элементов социально-экономических и природных образований. Необходимость территориальной привязки и комплексного рассмотрения проблем рекреационного лесопользования обусловила применение ландшафтных, экосистемных методов исследования, что обеспечивает комплексный, системный, экологический подход к решению проблемы. Предпосылками ус-

пешного решения этого вопроса, конечно, является общее понимание необходимости усиления экологизации антропогенной деятельности, появление в системе лесоустройства передовых ГИС-технологий.

Решить проблему может предлагаемый нами системный метод проектирования [5, 6, 7, 8, 9], основанный на комплексной оценке природных и антропогенных факторов, определении экологической рекреационной ёмкости и функционального зонировании территории с дальнейшим обоснованием сочетания благоустройства (главного инструмента регулирования рекреационного использования лесов) и при необходимости, кластерного введения режимов охраны природы. Преимущество этого метода заключается в создании научно обоснованной нормативной базы допустимых объёмов использования с формированием банка данных для конкретных объектов, моделированием и прогнозом состояния лесов рекреационных территорий на основе ГИС и развивающихся ГИС-технологий. Отсюда следует возможность создания основ мониторинга (лесоводственно-экологического, социально-гигиенического, гидрологического, фонового и др.), ведение которого, в свою очередь, повышает достоверность проектирования и принятия управленческих решений. Данный метод полностью адаптирован с существующими приёмами лесоустройства, расширяет возможности инвентаризации и проектирования, носит черты универсальности, поскольку одинаково полезен работникам лесного хозяйства, систем оздоровления, градостроителям, органам управления и т. д.

Основные пути решения этой задачи в рамках региона должны быть следующие:

- определить территориальные лесо-рекреационные ресурсы в увязке с существующим рекреационным районированием и их функциональным назначением;

- систематизировать на лесотиполо-гической основе лесную растительность региона, вовлеченную в рекреационное лесопользование;

- разработать на основе математического моделирования шкалы устойчивости к рекреационным нагрузкам основных типов насаждений.

Для успешного решения задач в обеспечении экологичного рекреационного использования лесов автором упорядочены основы организации освоения рекреационных лесов на базе рекреационного функционального зонирования ПТК; разработаны научно обоснованные подробные алгоритмы экосистемного метода лесоустройства с поучастковым моделированием экологической рекреационной ёмкости, количественной и качественной оценки лесного рекреационного потенциала и фактического его использования, психокомфортной рекреационной ёмкости нелесных категорий земель, используемых в качестве пляжных территорий, и рекреационной ёмкости туристических маршрутов. Эти алгоритмы обеспечены откорректированными и новыми нормативами выделения однородных ландшафтных участков, натурной ландшафтной, лесоводст-венно-таксационной, флористической, фа-унистической, рекреационной, функциональной оценки ПТК при инвентаризации

лесов рекреационного назначения или выполняющих рекреационные функции, а также методиками их применения. Эти результаты многолетних исследований позволили автору упорядочить понятийно-терминологический аппарат в соответствии с произошедшими мировоззренческими и законодательными изменениями, обусловленными необходимостью обеспечения экологичного и экономически целесообразного рекреационного использования лесов, увеличением масштабов рекреации на фоне развития рыночных отношений.

Перевод использования лесов на принципы экосистемного рекреационного использования является необходимым условием устойчивого управления лесами.

Библиографический список

1. Алаев Э.Б. Социально-экономическая география: Понятийно-терминологический словарь. М.: Мысль, 1983. 350 с.

2. Временная методика определения рекреационных нагрузок на природные комплексы при организации туризма, экскурсий, массового повседневного отдыха и временные нормы этих нагрузок. М.: ГОСЛЕСХОЗ, 1987. 35 с.

3. Временные технические указания по устройству лесов рекреационного значения. М.: ВО «Леспроект», 1980. 223 с.

4. Использование лесов в рекреационных целях. Термины и определения. ОСТ 56-84-85 / Л.В. Логинова, Л.П. Ры-син, Б.В. Веселин [и др.]. М.: Изд. фиц.,

1986. 7 с.

5. Сериков М.Т., Мироненко А.В., Водолажский А.Н. Основы лесоустройства рекреационных лесов. Курсовое проектирование: метод. указания к выполнению курсового проекта с использованием автоматизированной системы формирования и обработки базы данных для студентов по направлению подготовки 250700 - Ландшафтная архитектура. Воронеж: ВГЛТА, 2013. 47 с.

6. Сериков М.Т. Основы лесоустройства рекреационных лесов: лаб. практикум для студентов специальности 250203 - Садово-парковое и ландшафт. стр-во. Воронеж: ВГЛТА, 2011. 95 с.

7. Сериков М.Т., Бугаев В.А., Одинцов А.Н. Основы лесоустройства рекреационных лесов: учеб. пособие. Воронеж: ВГЛТА, 2004. 60 с.

8. Сериков М.Т. Особенности лесоустройства рекреационных территорий // Вестник Центрально-Черноземного регионального отделения наук о лесе Академии естественных наук ВГЛТА. Воронеж: ВГЛТА, 1998. Вып.1. С.70-73.

9. Сериков М.Т. Сущность экоси-стемного метода лесоустройства рекреационных лесов // Лесная таксация и лесоустройство: межвуз. сб. науч. тр. Красноярск: СибГТУ, 2000. С. 184-191.

10. Brooks D. I., Grant G. E. New perspectives in forest management: Background, science issues, and research agenda. Portland, OR: USDA Forest Service, Pacific Northwest research station. 1992. Res. Pap. PNW-RP-456. 17 p.