Доклад МАК добавил вопросов к трагедии SSJ 100

Эксперты Международного авиационного комитета отчитались о катастрофе Sukhoi Superjet 100 в Шереметьево. Виновных и причины трагедии не назвали, но заключили, что никаких дополнительных рекомендаций по повышению безопасности полетов не требуется. В 100-страничном предварительном докладе МАК подтверждается, что в лайнер «Аэрофлота» попала молния, из-за чего отключилась автоматика и была потеряна связь с диспетчерами. Пилоты перешли в ручной режим управления. При этом они посчитали, что ситуация штатная и от помощи земли отказались.

Подробности отчета МАК — в справке «Ъ FM»:

Согласно документу, на обшивке лайнера были обнаружены повреждения, похожие на следы от удара молнии. При этом в докладе нет объяснения, почему после разряда SSJ 100 частично вышел из строя.

Самолет заходил на посадку с превышением максимальной массы и скорости, констатировали эксперты МАК. При первом касании капитан попытался включить реверс, но система сработала не сразу. Во время второго отскока командир предпринял действия, которые можно интерпретировать как попытку уйти на второй круг, но она не увенчалась успехом. На скорости 258 км/ч произошло третье приземление самолета с вертикальной перегрузкой не менее 5G. К этому моменту, как отмечается в докладе, основные стойки шасси уже были частично повреждены. Дальше произошло разрушение конструкции лайнера с разливом топлива и пожаром.

В отчете отсутствует анализ действий наземных аварийно-спасательных служб при крушении. Он будет представлен только в окончательном варианте документа.

Отчет о катастрофе прокомментировал глава Минпромторга Денис Мантуров. Он подчеркнул, что, судя по документу, техника и системы Superjet 100 в момент аварии сработали штатно. С этим не согласен летчик первого класса, действующий пилот «Аэрофлота» Андрей Литвинов. По его мнению, доклад МАК оставляет много вопросов как раз к самолету: «После того, как ударила молния, повылетало все что может повылетать. Совершить мягкую посадку при таком отказе достаточно сложно. Проанализировав заключение МАК, мы видим, что экипаж очень логично действовал: после первого касания они включили реверс, то есть торможение двигателями, но после отделения самолета от полосы, так как обжатие стоек шасси нет, реверс не полностью открылся, и, когда они попытались уйти на второй круг уже после второго касания, у них не хватило тяги двигателя. Что касается пожарной системы, она не предусматривает тушение всего самолета — есть конкретно багажное отделение, двигатель. Пожар охватил всю заднюю часть самолета — это результат того, что вытекло топливо. При грубой посадке не подразумевается, что так должно происходить. У нас в авиации было много разных случаев, и Boeing 777 падал чуть ли не плашмя, но топливо не вытекало. Но при таком жестком приземлении, конечно, стойки шасси могут не выдержать и подломиться.

У нас садились самолеты, когда шасси забыли выпустить, но при этом он не вспыхивал и не загорался. Здесь вопросы к конструкторам и к сертификации».

У заслуженного пилота России Виктора Саженина сложилось впечатление, что доклад МАК готовился под давлением властей: «Очень много узких мест, начиная от того, что попала молния в самолет. Почему он так сильно был поражен? В мире каждую секунду около 170 разрядов молний происходит, тем не менее все лайнеры летают, никто не падает. Также там ничего не сказано о работе наземных служб. Самолет возвращается на аэродром вылета, значит, не все в порядке — неужели так трудно быть в готовности? Наземные службы оправдываются инструкцией: если экипаж говорит, что все штатно, то они не реагируют. Видимо, пилоты пытались успокоить пассажиров тем, что все нормально, дабы не возникла паника на борту. Комиссия МАК пришла к единому мнению, опубликовав доклад, но я думаю, что на них тоже оказывается давление. Потому что самолет производится у нас, и его все равно необходимо продавать, как на внутренний, так и на внешний рынок. Эти причины не позволили дать дополнительные рекомендации. В окончательном варианте доклада они будут просто обязаны это сделать, но он появится лишь через год».

Лайнер «Аэрофлота» загорелся при аварийной посадке в Шереметьево 5 мая. В результате погиб 41 человек из 78 находившихся на борту. Чтобы оценить действия экипажа, МАК планирует провести несколько экспериментов на полнопилотажном тренажере. В докладе уточняется, что командир воздушного судна служил в авиации ФСБ, прошел переподготовку в Ульяновском институте гражданской авиации и пять лет работал в «Трансаэро». В «Аэрофлот» он устроился в 2016 году, тогда же прошел обучение по пилотированию Superjet 100.

Фотогалерея

1 / 14