«Потерять Беларусь — это хуже, чем потерять где-то кусок России»

Президент Белоруссии Александр Лукашенко дал большое интервью главному редактору российской радиостанции «Эхо Москвы» Алексею Венедиктову. Оно вышло накануне ожидаемого окончания согласования «дорожных карт» между Москвой и Минском — этот процесс обещают завершить уже на этой неделе. “Ъ” выбрал наиболее любопытные цитаты белорусского лидера — в частности, о возможности потери суверенитета, обвинениях в причастности к политическим убийствам, а также об упущенных возможностях.

Президент Белоруссии Александр Лукашенко

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ / купить фото

О переизбрании на новый срок

«Я отвечу вам на этот вопрос. Это покажется банальным, но это действительно искренний ответ. Если меня люди изберут на президентских выборах — конечно, я буду реализовывать все договоренности и все планы. 31-й план — "дорожная карта", как модно говорить. Все, о чем мы договоримся с Россией, будет реализовано».

Суверенитет или глубокая интеграция с Россией

«Противоречия никакого нет. Мы два суверенных, независимых государства: Беларусь и Россия. Мы сейчас продвигаем ту интеграцию, которая нисколько не умаляет суверенитет ни России, ни Беларуси. Что касается современного момента по интеграционным вопросам. Есть так называемая 31-я карта. Это план строительства наднациональных органов. Парламент, возможно, президент будет и прочее. Мы вообще на эту тему договорились с Путиным (президентом РФ Владимиром Путиным.— “Ъ”) не разговаривать. Мы вообще отложили разговор на эту тему еще в Сочи. Но кому-то хочется и все подсовывают (обсуждение этого вопроса.— “Ъ”), особенно через правительство. Недавно прочитал, Дмитрий Анатольевич (Медведев, премьер-министр России.— “Ъ”) на эту тему снова высказался. Значит, он не был в Питере на переговорах, поэтому не знает даже слов, которые сказал ваш президент. Дословно в Питере, когда мы остались. Президент сказал: "Слушайте, что мы снова с этой 31-й картой? Мы же с президентом Белоруссии договорились — мы вообще не трогаем этих вопросов. Зачем вы снова лезете и связываете этот вопрос с вопросами налоговой системы, экономики и так далее?" Цитата полная».

О возможной «потере Белоруссии»

— Нас волнует, кто будет управлять Россией. Равно как и Россию волнует, что будет дальше с Белоруссией, особенно после Лукашенко. Я Путину сказал, грубо сказал: «Я вас понимаю, потерять Беларусь — это хуже, чем потерять где-то кусок России». Грубо сказал, только чтобы показать значимость.

— А что такое потерять Беларусь?

— Ну вот представьте, что Беларусь будет как Украина. Только без всякой войны, захватов территории. Это нереально и невозможно, даже не стройте таких планов. Не пишите об этом и в виртуальном мире не рассуждайте. Никогда.

Об угрозе со стороны России

«Если Россия, ну вдруг, как у нас некоторые говорят, да и у вас, попробует наш суверенитет — вы знаете, как отреагирует не только мировое сообщество. Уже они окажутся втянутыми в войну. Этого уже Запад и НАТО не перенесут, потому что они сочтут это за угрозу им. В этом смысле они будут в чем-то правы».

О возможном вступлении Украины в НАТО

«Конечно, плохо, если Украина вступит в НАТО. Это безопасности нам не добавит. Ни нам, а тем более — ни России. Конечно, лучше бы было, если бы Украина проводила такой курс, как это было после распада Советского Союза. Не надо обвинять Петра Порошенко, Януковича (экс-президентов Украины.— “Ъ”), еще кого-то. Все президенты виноваты в том, что сложилась такая ситуация для Володи Зеленского (нынешнего президента Украины.— “Ъ”)».

Об общей валюте

«Мы покупали и покупаем у вас за доллары. Вы говорите о единой валюте? А я говорю — давайте за российские рубли будем торговать? Нет, хочется доллары. Я говорю: вот суть вашего валютного союза».

О существующих военных базах

«У нас на территории Беларуси две военных базы Российской Федерации. Высокотехнологичные базы. Сколько вы заплатили нам после распада Советского Союза за эти базы? Ноль. За Байконур, я знаю, только официально вы платите только около $200 млн. Вы нам за это не платите. Почему? Потому что я никогда не настаивал на этом».

Об открытии новой военной базы

«С вашей стороны это было, пусть меня извинят ваши руководители и политики, обычный фейк. Неточно, может, выразился, это просто модное слово. Обычная болтовня, не знаю, кому она нужна. Речь шла о том, что якобы российское руководство намерено открыть базу в районе Бобруйска, по-моему, военно-воздушных сил. Встает вопрос — какую роль она будет играть на передовой и зачем она нужна России вообще — что, деньги некуда девать? Когда мы обсуждали этот вопрос с президентом, уже здесь, в Минске, я говорю: "Владимир Владимирович, зачем эта база прямо у границ? Любая ракета небольшая — и аэродром выведен из строя. Авиация в современной войне не играет никакой роли". Дословно, что мне сказал Путин: "Я с тобой абсолютно согласен, ведь время подлета с нашей ближайшей базы до Бобруйска — три минуты".

Об альтернативе российскому газу

«Когда вы начали собачиться с Украиной по транзиту газа, что вы делали? Да, правильно, построили Южный и Северный поток. Это десятки миллиардов долларов. И еще неизвестно, что будет дальше. Но вы плюнули и начали это делать. Я точно так же поступлю. Я буду искать альтернативу, а ее все равно надо искать. Я этого не скрываю. Я этого от руководства России не скрываю. Я задаю вопрос: вы зачем меня загоняете в решение этого вопроса таким образом? Я этого не хочу. Но вам это зачем? Тишина».

Об упущенных возможностях

«Мы подписали с Борисом Николаевичем (Ельциным, первым президентом РФ.— “Ъ”) соглашение, а затем его спокойно, без гвалта модернизировали в договор, он ушел, и мы уже с Путиным обменивались сертификационными грамотами. Я что вам предложил? Еще со времен Ельцина и когда Путин пришел к власти, давайте реализовывать союзный договор, время уходит. Люди новые появляются. Дальше будет сложно. С чего должны были начинать? Мы должны были провести референдум в Белоруссии, и конституцию нашу принять на референдуме. И там была бы и валюта. И президент. И сроки и прочее.

Я недавно сказал это вашим руководителям. Только по-другому сказал. "Это было? — Было". Владимир Владимирович говорит: "Да, мы виноваты, что тогда не пошли". Я говорю: "А я тебе сейчас, Володя сейчас скажу, почему не пошли. Вы боялись, что Лукашенко прибежит в Кремль, схватит шапку Мономаха и понесет не то в Питер, не то в Минск ее. Не дай бог утащит. Вот чего вы боялись, хотя это не стоило выеденного яйца". Понимаете? Не стоило. Потому что надо было референдум провести и внести что-то на референдум, вы отказались идти этим путем, и вы начали с крыши строить дом. А надо было с этого. Время ушло».

О политических убийствах

Один из вопросов Александру Лукашенко был посвящен недавнему материалу, опубликованному Deutsche Welle. Это интервью с бывшим бойцом белорусского СОБРа Юрием Гаравским, который рассказал о своем участии в убийстве трех политических оппонентов Александра Лукашенко: экс-министра МВД Юрия Захаренко, экс-главы Центризбиркома Виктора Гончара и бизнесмена Анатолия Красовского, который поддерживал оппозиционеров.

— Знаете, никто сверху, кроме президента, в таких случаях не может дать команду. Если Путин, Лукашенко не дадут такую команду — ни Бортников (директор ФСБ РФ Александр Бортников.— “Ъ”), ни наш Вакульчик (председатель КГБ Белоруссии.— “Ъ”), КГБ, ФСБ — никогда на это не пойдут. Потому что это преступление с запахом политики. Бортников, какой бы он ни был — он не политик. Он конкретный человек, который работает специальными методами. Потому что он из спецслужбы. Так и у нас в КГБ. Ладно, я не хочу трогать Россию, в Беларуси, если я не дам команду, никто не будет совершать эти преступления. Я никогда в жизни не давал и давать не буду такой команды. Ответ простой. Зачем это мне надо было. Зачем?! Что изменилось, что не стало в Беларуси два или три человека?

Какими они политиками были? Какими? Витя Гончар был всегда моим хорошим товарищем и другом. Мы с ним в одном парламенте были. Мы, слушай, не только в баню ходили вместе. Бизнесмен какой-то. Красовский. Я не помню. Бизнесмен. Я вообще его не знал. Я вообще его не знал. Захаренко связался в бизнесе, об этом вы не пишете, с Украиной. Деньги взял огромные под видом того, что он тут ушел, там был министром, ушел. Но у власти у него все схвачено. А деньги не вернул. Но самое интересное. В Германии двоих из них лет восемь или семь назад, когда эта тема еще была горячая, сфотографировали на улице.

— То есть, возможно, они живы?

— Да. Я запрос дал в Германию. Ответьте на вопрос, вот фотография, так напечатано было в немецкой прессе. Не в нашей. Дайте нам ответ. Нам до сих пор не дали ответ.

О границе между республиками Донбасса и Россией

«Вы видите сейчас по Володе Зеленскому. Он же поднимает вопрос о границе. "Если это мое государство, то я должен контролировать". Я еще тогда уловил этот главный нюанс, и я предложил Порошенко и президенту Путину. Не публично, все в спокойном ключе: вы договоритесь вдвоем, а я исполню эти договоренности, взяв под контроль эту границу. Не будет настороженности у украинцев, что там кто-то что-то не так творит. Будет все по договоренности. И россияне же доверяют мне, слава богу! Обе стороны доверяют мне. Давайте, я как старый пограничник, я понимаю эти вопросы лично. Я возьму под контроль. Своими вооруженными силами. Не обязательно армией. Погранвойсками, милицией там. Надо — привлечем армию. Меня могут упрекать в неконституционности. Но миротворческими силами, я мог это сделать. Но и вы, и они отказались. Порошенко ломил на то, что Запад, ОБСЕ, американцы чужие войска — они пусть выйдут. Но для России это было неприемлемо».

Противоречивые мысли и взгляды президента Белоруссии Александра Лукашенко