Система учета безработных на Верхнеудинской бирже труда в годы нэпа

ях, получило особый стратифицированный общественный слой, впоследствии послуживший меж-цивилизационному диалогу народов и культур.

Литература

1. Рязанцева Н.П. Педагогические основы построения церковно-приходской школы в религиознопедагогическом наследии С.И. Миропольского: дис. ... канд. пед. наук. - Курск, 2002. - 185 с.; ЛукинН.М. Церковь и государство. - М., 1924; Кандидов Б.П. Церковь и 1905 год. - М., 1926; Каменев С.А. Церковь и просвещение в России. - М., 1930; Юрцовский

Н.С. Очерки по истории просвещения Сибири (17031917). - Новониколаевск, 1923; Никольский Н.М. История Русской церкви. - М.-Л., 1831; Николаев А.А., Кудрявцев В.Д. Народное образование в Бурят-Монгольской АССР за двадцать лет XX в. - Улан-Удэ, 1943; Кудрявцев Ф. Роль русской культуры в развитии бурят-монгольского народа // Вопросы истории.

- 1946. №10; КонстантиновН.А., Струминский В.П. Очерки по истории народного образования в России.

- М., 1953; История Бурят-Монгольской АССР. Улан-Удэ, 1954. Т.1; Андреев В.И. Бурятские приходские училища в первой XIX века Иркутск, 1957; Персиц М.М. Отделение церкви от государства и школы от церкви в СССР. - М., 1958; ГрекуловЕ.Ф. Православ-

ная церковь - враг просвещению. - М., 1962. - 192 с.; Андреев В.И. История бурятской школы (1804-1962).

- Улан-Удэ, 1964; Панчуков А.П. История начальной и средней школы в Восточной Сибири. - Улан-Удэ, 1964; Наумова О.Е. Иркутская Епархия XVII - первая половина XIX века. - Иркутск, 1996; Митыпо-ва Е.С. Православные храмы в Забайкалье (XVII

- нач. ХХв.)(опыт историко-культурного исследования). - Улан-Удэ 1997; Жалсараев А.Д. Поселения, православные храмы, священнослужители Бурятии ХУП-ХХ столетий: энциклопедический справочник.

- Улан-Удэ, 2001 . - 448 с.

2. История педагогики и образования / под ред. А.И. Пискунова. - М., 2003; Образование в Москве. История и современность. - М., 2000.

3. Панчуков А.П. История начальной и средней школы Восточной Сибири. - Улан-Удэ, 1959. - С. 185-186.

4. Забайкальские епархиальные ведомости. 1901. - №10.

- С.11; 1904. - №17. - С.368; 1907, №17. - С.367, 368, 371; №18-19. - С. 326, 371, 401, 405; 1910. - №17.

- С.371; Иркутские епархиальные ведомости. 1893.

- №37. - С.7; 1897. - №31. - С.8; Мелетий Отчет о состоянии и деятельности Забайкальской духовной миссии в 1888. - Чита, 1889.

5. Миропольский С.И. Очерк истории церковноприходской школы. От ее возникновения на Руси до настоящего времени. - М., 2006. - 408 с.

Бимбаев Георгий Лодоевич - аспирант Бурятского государственного университета, г. Улан-Удэ.

Bimbaev George Lodoevich - post-graduate of Buryat State University, Ulan-Ude.

УДК 947.084

Н.С. Баранова

СИСТЕМА УЧЕТА БЕЗРАБОТНЫХ НА ВЕРХНЕУДИНСКОЙ БИРЖЕ ТРУДА В ГОДЫ НЭПА

Статья посвящена изучению истории безработицы в Бурятии 20-х гг. ХХ в. В ней рассматривается система учета безработных на Верхнеудинской бирже труда в годы нэпа.

Ключевые слова: безработица, безработный, биржа труда, система учета.

N.s. Baranova THE SYSTEM OF REGISTRATION OF THE UNEMPLOYED IN VERCHNEUDINSK LABOUR EXCHANGE IN THE PERIOD OF THE NEW ECONOMIC POLICY

The article is devoted to the history of unemployment in Buryatia in 1920-s. The system of registration of the unemployed in Verchneudinsk labour exchange in the period of NEP is considered in this article.

Key words: unemployment, unemployed, labour exchange, accounting system.

Становление современного рынка труда требует всестороннего исследования проблемы безработицы на разных этапах исторического развития, чем и объясняется обращение к изучению опыта прошлых лет. Особую значимость приобретают вопросы, связанные с методами и способами регулирования рынка труда, основной составляющей которых является система учета безработных.

На протяжении 20-х гг. XX в. на Верхнеудин-

ской бирже труда наблюдался постоянный рост безработицы, в связи с чем государство осознавало необходимость более чёткого контроля над сложившейся ситуацией. В первую очередь следовало решить вопрос о правилах учета безработных на Верхнеудинской бирже труда.

Введение новой экономической политики (далее нэп) в 1921 г. улучшило экономическую конъюнктуру, а деятельность предприятий в условиях, приближенных к рыночным, требовала более

тщательного и качественного подбора рабочих кадров. Изменившиеся методы хозяйствования повлекли закрытие убыточных предприятий и сокращение штатов. Это привело к тому, что предложение рабочей силы стало превышать спрос на нее.

Таким образом, ситуация на рынке труда, которая еще до недавнего времени характеризовалась нехваткой рабочих рук, резко сменилась на противоположную [1]. В этих условиях правительство решилось на методы государственного регулирования рынка труда. Государственное монополизированное трудовое посредничество означало, что все операции по найму сосредотачивались в одном месте, на Верхнеудинской бирже труда. Вместе с тем сложилась такая система учета безработных, при которой на бирже труда могли зарегистрироваться все желающие трудоустроиться. Основными особенностями данной системы было право безработного не регистрироваться, если он не намерен трудиться, а также право отказаться от предлагаемой работы. Работодатель же не мог отказаться от присланного ему работника по заявленному спросу, так как перед посредником нес административную ответственность. За неорганизованный наем помимо биржи труда работодатель мог понести наказание, вплоть до уголовного [2].

Таким образом, был осуществлен переход от политики трудовой мобилизации к добровольному привлечению рабочей силы. При этом согласно государственной и профсоюзной политике стимулирования труда безработные сами должны были на практическом опыте приходить к убеждению, что уровень их благосостояния зависит исключительно от их собственного труда. Кроме этого, этому способствовало негативное отношение советского государства к нетрудящимся («буржуям», «эксплуататорам», «паразитам»), враждебным «пролетариям с мозолистыми руками», т.е. рабочим и крестьянам [3].

Система учета безработных, направленная на охват всего рынка труда, привела к перегруженности биржи труда. На деле процедура посредничества выглядела следующим образом. Биржа труда всех обращающихся регистрирует как безработных и выдает специальные билеты, дающие им льготы по уплате налогов и коммунальных платежей. При поступлении соответствующего спроса безработные отправляются на работу. При этом преимущество в трудоустройстве при равной квалификации отдается целому перечню со-

циально незащищенных категорий безработных: демобилизованным, «националам», женщинам и подросткам, трудоустройство которых в условиях конкуренции было затруднено.

Такая система учета безработных оказалась далека от совершенства. Среди недостатков можно отметить то, что предоставление льгот при регистрации на бирже усилило поток мнимо безработных, которые, пользуясь правом отказа от работы, отягчали работу бирж, делали невозможным подсчет истинных размеров безработицы. Поэтому биржам предписывалось вести работу по избавлению от таких элементов путём чистки каталогов, перерегистрации и установления таких порядков, при которых на бирже труда могли бы числиться только те, кто нуждается в работе [4]. Деятельность биржи затрудняло существование подпольного рынка труда. Надо сказать, что не все, особенно квалифицированные рабочие, стремились зарегистрироваться на бирже труда, а практиковавшееся приостановление регистрации разных категорий лиц, например, приезжих, способствовало пополнению «черного рынка труда». Кроме этого, вокруг бирж труда переплелся целый узел общественных интересов. Профсоюзы практиковали увольнение с работы не члена профсоюза с заменой его членом профсоюза. Поскольку достаточно было проработать где-нибудь 1 месяц по найму, чтобы вступить в профсоюз и стать «пролетарским элементом». В числе безработных к 1924 г. оказалось 42,1% членов профсоюзов, требовавших внеочередного трудоустройства [5].

По сути первой попыткой адаптации к нэпу явилась попытка в середине 1923 г. ограничить круг безработных, трудоустройство которых должно было производиться исключительно через биржу труда. Для трудоустройства квалифицированных работников на соответствующие должности был введен порядок с последующей регистрацией на бирже. Установлен предельный радиус найма через биржу - 15 верст, также введен трехдневный срок исполнения спроса, что давало работодателю право вольного найма, при отсутствии соответствующих кадров на бирже труда. В результате на бирже труда должны были остаться категории безработных, квалификация которых не составляла бы затруднения по подбору к заявленному спросу. Однако в конце 1923 г. был допущен более свободный доступ на биржу труда всем ищущим работу, а взятый в 1922-1923 гг. биржами труда курс на сужение круга вновь

принимаемых на учёт был признан нецелесообразным [6], так как государство пыталось соблюсти хотя бы внешне принципы провозглашенного «пролетарского государства», создать своего рода культ труда, воплощенный, однако, более в лозунгах и символах эпохи, чем в реальной практике.

Таким образом, данная система учета привела к тому, что Верхнеудинская биржа труда до 1924 г. только осуществляла монополию трудового посредничества, так и не приступив к регулированию рынка труда. Она просто не могла разобраться со всей массой безработных, взятых на учет. Меры были неэффективны и к середине 1923 г. себя исчерпали.

Необходимо отметить, что хозяйственники, неудовлетворенные качеством рабочей силы, предоставляемой биржами труда, стали видеть в государственном регулировании тормоз в развитии промышленности и все чаще поднимали вопрос об отмене обязательного найма через биржи труда и превращение последних в орган добровольного посредничества [7].

Первым шагом в этом направлении стало постановление Наркомтруда в 1924 г. «О прекращении выдачи билетов безработных лицам, состоящим на учете Бирж труда». С отменой льгот поток безработных на биржу труда уменьшился, и единственным мотивом обращения на биржу стало получение работы. Затем НКТ пересмотрел вопрос о переходе работы посреднических органов в целом на реальную биржевую основу, обслуживающую нужды хозяйства. Так, 24 июня 1924 г. вышло постановление НКТ «О расширении права участия нанимателей в подборе рабочей силы, направляемой на работу биржами труда». Суть его сводилась к тому, что нанимателям предоставлялось право участия в подборе рабочей силы независимо от необходимого количества и требуемой квалификации; подбор должен был проводиться заведующим соответствующей секции биржи труда при непосредственном участии нанимателя или лица, им на то уполномоченного.

Более того хозорганы получили возможность свободного привлечения квалифицированной рабочей силы: 30 июля 1924 г. вышел циркуляр НКТ СССР, в котором указывалось, что в случае отсутствия на учёте биржи кандидатов соответствующей квалификации и специальности для данного спроса для трудоустройства разрешалось привлекать лиц, не состоявших на учете биржи труда при условии обязательной регистрации в последующем [8].

Таким образом, добровольное обращение и работника, и нанимателя, разрешение вольного найма кардинальным образом изменили характер работы биржи труда. Никаких задач по охвату всего рынка труда на биржу труда не возлагалось, а случаи отказа в регистрации, недопустимые ранее, при отсутствии спроса становились естественными.

По замыслу при такой системе учета на бирже труда должны были концентрироваться представители профессии, имеющие спрос в производстве, обладающие к тому же мотивацией к труду, трудоустройство которых не должно было вызывать проблем. Это должно было привести к снижению зарегистрированной безработицы. Однако число безработных, зарегистрированных на Верхнеудинской бирже труда, не сокращалось [9]. В связи с этим безработные, состоящие на учете Верхнеудинской биржи труда, были подвергнуты чистке. На 11 августа 1924 г. на Верхнеудинской бирже труда было зарегистрировано 197б чел.: 1075 муж. и 901 жен. В результате проверки было снято с учета 1108 человек: 477 муж. и б31 жен., что составило 58,8 % всех безработных, состоящих на учете Верхнеудинской биржи труда. Причиной снятия послужило то, что большинство из них не имели опыта работы и занимались ведением собственного хозяйства [10].

Данное мероприятие привело к уменьшению числа безработных, однако результат носил временный характер. На 1 декабря 1925 г. безработных на Верхнеудинской бирже труда числилось 102б чел. [11], в апреле 192б г. - 1208 чел. [12] и к 1 января 1927 г. их количество составляло уже 1507 [13]. Рост безработицы привел к установлению новых правил при регистрации, где определяющей тенденцией было ограничение круга регистрирующихся. На основании постановления НКТ РСФСР от 28 февраля 1927 г. № б1 на биржу труда не принимались безработные, не имеющие трудового стажа и не являющиеся членами профсоюзов [14]. В этой связи была предпринята очередная чистка. Безработные при явке на биржу труда должны были предъявить документы о работе по найму. В результате 3б чел. не явились на проверку, 23б были сняты с учета, из них не работавших с 1925 г. - 9 муж., 14 жен., 1б подростков, 8 прибывших из сельской местности. Все снятые с учета были отнесены к категории «неквалифицированных» [15]. Таким образом, введение нового метода регистрации безработных позволило освободить Верхнеудинскую бир-

жу труда от массы неквалифицированных безработных, что внесло некоторую упорядоченность в ее деятельность, так как данные лица все равно не могли быть трудоустроены и только перегружали биржу труда [16].

На 1 января 1928 г. количество зарегистрированных на Верхнеудинской бирже труда составило 1658 человек, что свидетельствует о том, что, несмотря на ограничение круга регистрирующихся, количество безработных увеличивалось [17].

Таким образом, система учета безработных на Верхнеудинской бирже труда в годы нэпа была направлена на повышение эффективности борьбы с безработицей и менялась в зависимости от экономического и политического развития страны. Однако ситуация, сложившаяся на Верх-неудинской бирже труда, показала, что порядок учета безработных, установленный в годы нэпа, был несовершенным и малоэффективным и зачастую еще больше осложнял и запутывал деятельность всей биржи труда. К тому же совмещение механизмов рынка и политики государственного регулирования выявило противоречивость такой формы трудового посредничества и его органи-

зационную несостоятельность. Стало понятно. что независимо от формы регистрации и способа учета безработных при нэпе безработицу изжить невозможно.

Литература

1. НАРБ. Ф. 56. Оп. 1. Д. 26. Л. 87-87(об.).

2. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1. Д. 11. Л.48

3. Рабочий контроль и национализация. М., 1956. Т.1.

Док.456.

4. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1. Д. 10. Л. 2.

5. Гиндин Я.И. Новые формы работы бирж труда. -

М.: Вопросы труда, 1924. С. 11.

6. Атаян И.М. Биржи труда в 20-е гг.: опыт государственного трудового посредничества // Социс. 2000. №»4.

С. 119.

7. Там же.

8. Гиндин Я.И. Новые формы работы бирж труда. -

М.: Вопросы труда, 1924. С. 21.

9. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1 Д. 90. Л. 48.

10. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1 2 О 41 о

11. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1 Д. 31 Л. 19.

12. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1 3 О 6

13. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1 Д. 42. Л. 36 (об.).

14. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1 Д. 118. Л. 191.

15. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1 ю (о 2 6

16. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1 СП 6

17. НАРБ. Ф. 191. Оп. 1 4 6

Баранова Наталья Сергеевна - аспирант кафедры истории Отечества Бурятского государственного университета, г. Улан-Удэ.

Baranova Nataliya Sergeevna - post-graduate of department of Native history of Buryat State University, Ulan-Ude.

УДК-614

A.B. Мохова РАЗВИТИЕ СИСТЕМЫ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ ГОРНОГО АЛТАЯ И ХАКАСИИ в 1920-х гг.

В статье рассматривается процесс формирования и развития системы здравоохранения Горного Алтая и Хакасии в 1920-х гг., анализируются основные мероприятия государства в этой области, дается сравнительная характеристика развития лечебной сети Горного Алтая и Хакасии.

Ключевые слова: система здравоохранения, национальные медицинские кадры, медицинская интеллигенция, профилактика.

A.V. Mokhova DEVELOPMENT OF HEALTH SERVICE IN GORNIY ALTAY AND KHAKASSIA IN 1920-s

The article is devoted to history offormation and development of Health service in Gorniy Altay and Khakassia in 1920-s. The main measures of the Soviet state consist of many directions in that field. The author compares the development of medical system of Gorniy Altay and Khakassia in 1920-s.

Key words: Health service, national medical specialists, medical intelligentia, preventive treatments.

На современном этапе для всестороннего по- вызывать научный интерес. В связи с этим возни-

нимания отечественной истории исследование кает необходимость расширения круга исследуе-

различных общественных процессов продолжает мых вопросов. Все чаще исследователи обраща-