Заречнев Владимир Александрович и Война Андрей Петрович

Заречнев Владимир Александрович и Война Андрей Петрович

Дмитрий Волков

– Уважаемые друзья, с вами программа «Интернет-экономика» с Дмитрием Волковым, и у нас в гостях Андрей Война и Владимир Заречнев - основатели проекта FUNDIN.ME. Доброй ночи. Сейчас одиннадцать часов и восемь минут. Я это говорю не для тех, кто присутствует в этой студии, я говорю это для тех, кто спросит нас, где же мы были в одиннадцать часов. Мы продолжаем говорить про проникновение интернета в классические отрасли экономики (просто в экономику), которые рождают новую сущность, новую добавленную стоимость, новые возможности. При этом интернет мы понимаем в самом широком смысле. Можно заменить это слово на «информационные технологии». Мы включаем сюда также и сервисы, которые рождаются на этой основе тоже, то есть интернет мы воспринимаем, как явление. Можно сказать, что интернет – это прогресс, но прогресс, связанный именно с информационными технологиями. И первый традиционный вопрос, точнее, просьба: расскажите свою историю, удивите нас.

Владимир Заречнев

– По сути, проект FUNDIN.ME пришел, как бекграунд основной деятельности – это финансовая деятельность, прежде всего в сфере инвестиций. Он позволяет нам соединить интернет и наши сферы инвестиций.

Дмитрий Волков

– И как это происходит?

Владимир Заречнев

– Это происходит в виде интернет-платформы.

Дмитрий Волков

– Так. Просто опишите, как это устроено. То есть я делаю инвестиции при помощи вашей платформы в интернете. Какая модель там используется? В чем дело там?

Владимир Заречнев

– Модель краудинвестинга, в принципе, пришла к нам из-за границы, она не возникла у нас, как новая идея. Фактически, за границей это уже довольно обширно распространено. Например, в США (это всё оттуда пришло) уже есть своя законодательная база. Так вот, там уже именно занимается регулированием госрегулятор – Комиссия по ценным бумагам. Она уже связывает деятельность платформы, как небольшой биржи. Так вот, по сути, это будет небольшая биржа для маленьких компаний. То есть берем мы какую-то компанию из малого бизнеса, например, либо стартап, который еще не состоялся, как бизнес, и он продает свою долю через нашу площадку.

Дмитрий Волков

– Долю в бизнесе?

Владимир Заречнев

– Да.

Дмитрий Волков

– А зачем?

Владимир Заречнев

– Чтобы получить финансирование для развития.

Дмитрий Волков

– Для привлечения просто капитала в бизнес?

Андрей Война

– Это некая альтернатива банковской деятельности для того, чтобы мог не только малый и средний бизнес получить какое-то финансирование, а также и участники (те, кто имеет небольшой капитал) поучаствовать именно в бизнесе и получить некий опыт, может быть, в дальнейшем сами получить бизнес и развивать его.

Дмитрий Волков

– Если сравнивать с классической биржей, на классической бирже как это примерно всё происходит? Компания долго готовит первичное размещение IPO. Для этого она определенным образом выстраивает свои бизнес-процессы, она свою отчетность приводит в соответствие со стандартами, которые требует эта биржа, потом она выходит и размещается. Это длинный процесс, он занимает примерно год. Бирж, которые делают это, на самом деле не так-то много, и это годится только для очень крупных компаний. А тут чем отличается?

Владимир Заречнев

– Здесь как раз в том и отличие, что это делает доступным народное финансирование обычным компаниям, которые еще находятся на стадии развития.

Дмитрий Волков

– Если это как-то по-простому себе представить? Есть я – маленький бизнес с оборотом в десять миллионов рублей. Это о'кей?

Владимир Заречнев

– Да, конечно.

Дмитрий Волков

– Или двадцать миллионов рублей. Я размещаю информацию о себе на вашей платформе. Это много информации? Мало информации? Или сколько хочу информации?

Андрей Война

– Скорее всего, прежде, чем разместить информацию, они пройдут нашу некую внутреннюю оценку для того, чтобы мы их могли разместить. Это очень важно, потому что мы будем определенным гарантом того, что это действительно не мошенническая какая-то схема, не «воздушка».

Андрей Война

– Что этот бизнес есть вообще.

Владимир Заречнев

– Этот бизнес существует, что соблюдены какие-то наши юридические гарантии на уровне тех требований, которые есть в государстве и тому подобное – все сопутствующие вещи.

Дмитрий Волков

– Да, да, да. То есть, Андрей, если мы проигрываем эту игру до конца: я – малый бизнес с оборотом десять миллионов рублей, но реальный. Я подаю вам заявку (тоже, наверное, как-то при помощи этой платформы, да?), Вы делаете сколинг, оцениваете меня по тем критериям, которые у вас есть, и говорите: «Да, отлично, о'кей. Вперед, размещайтесь». Этот процесс много времени занимает?

Андрей Война

– Мы хотим его максимально сократить, чтобы он был меньше, чем в банке, однозначно, чтобы он был сравнительный, чтобы был выход достаточно быстрый для привлечения именно инвестиций уже конкретно.

Дмитрий Волков

– Сейчас это сколько времени занимает?

Андрей Война

– На данный момент, по нашим оценкам… Мы оценивали приблизительно, сколько там будет. Трудности заключаются в предоставлении информации от контрагентов.

Дмитрий Волков

– Как обычно.

Владимир Заречнев

– Насколько будет желание у бизнеса открыть информацию.

Дмитрий Волков

– У меня – большое желание.

Владимир Заречнев

– Да, если вся информация публичная, ее можно разместить, и нет каких-то подпольных цехов…

Дмитрий Волков

– Нет. Сколько времени у меня займет эта проверка?

Андрей Война

– Мы можем договориться и очень быстро. Пускай это будет неделя, потому что мы гибки и можем дополнять эту информацию, изменять. Точно так же посредством интернет-технологий можем взаимодействовать с будущим мелким инвестором, расширять информацию, увеличивать, дополнять, то есть в этом и плюс этой ситуации, что мы с этой точки зрения очень гибки.

Дмитрий Волков

– То есть первичный такой сколинг занимает неделю или две.

Андрей Война

– Ну, пускай две.

Дмитрий Волков

– После этого вы говорите: «Да, о'кей, мы всё посмотрели. На данном этапе достаточно, потом, может, еще чего спросим». И я размещаю оферту на площадке.

Андрей Война

– Да.

Дмитрий Волков

– С соответствующей информацией о компании. Оферту размещаю публичную, да? Это мое предложение обязательно именно по продаже акций или доли – там же ООО могут быть, то есть это могут быть акции, а может быть доля в уставном капитале. Да?

Андрей Война

– Ну, тут немножко сложнее, наверно.

Владимир Заречнев

– Да, конечно. Юридические аспекты все будут прорабатываться нашей платформой в зависимости от стадии бизнеса. То есть, если это еще стартап, зарождающийся бизнес…

Дмитрий Волков

– Это может быть даже еще не юридическое лицо.

Владимир Заречнев

– Да. То мы, естественно, будем создавать конкретное юридическое лицо с бизнес-планом, который мы будем вывешивать.

Андрей Война

– Но, соответственно, это сроки будет увеличивать.

Дмитрий Волков

– Понятное дело. Предположим, я не стартап, я молодой бизнес, но уже зарегистрировал общество с ограниченной ответственностью, так оно сейчас называется.

Владимир Заречнев

– ООО.

Дмитрий Волков

– ООО, значит, и пришел к вам. Я продаю фактически долю в этом ООО, то есть я ищу участника на какую-то долю в этом ООО, верно я понимаю? Ту, которую я могу предложить за финансирование для развития бизнеса. Это оферта, я ее размещаю на вашей площадке для неопределенного круга инвесторов.

Владимир Заречнев

– Да, для пользователей нашей платформы.

Дмитрий Волков

– Всё, дальше я жду. Теперь с другой стороны: я - инвестор, я смотрю на эту площадку, смотрю бизнесы по отрасли или по каким-то своим критериям, которые меня интересуют. Смотрю: вот этот ничего так себе, десять миллионов и чек симпатичный. Дальше я задаю вопросы вам, площадке? Кому я задаю вопросы?

Владимир Заречнев

– По сути, площадка будет публиковать основные показатели бизнеса. То есть то, прежде всего, что интересно инвестору: доходность, срок, на который…

Дмитрий Волков

– А если у меня дополнительные вопросы, то куда?

Владимир Заречнев

– Дополнительные вопросы? Например, если он хочет посмотреть на какую-то отчетность? Это та информация, которая будет размещена.

Дмитрий Волков

– Нет дополнительных вопросов?

Владимир Заречнев

– Я не совсем понимаю, что вы подразумеваете под дополнительными вопросами.

Дмитрий Волков

– Дополнительные вопросы: я посмотрел – есть всё по доходности, по отчетности. Я говорю: «Слушайте, а человек-то не судим?».

Владимир Заречнев

– Хм. Нет, но… Про судимость именно конкретно владельца бизнеса?

Дмитрий Волков

– Да.

Владимир Заречнев

– Это проверяется именно аудитом еще на первой стадии принятия проекта.

Дмитрий Волков

– Вы понимаете, что я сейчас просто придумал критерий, которого, возможно, и нет.

Владимир Заречнев

– Да, понятно.

Дмитрий Волков

– Вот это и есть дополнительный вопрос.

Владимир Заречнев

– Да, но он может задать его платформе.

Дмитрий Волков

– Платформе, да?

Владимир Заречнев

– Конечно.

Дмитрий Волков

– То есть он задает. Он – это я в данном случае. Я - инвестор. Я был ООО, а сейчас я инвестор, я задаю этот вопрос этой платформе, тоже, видимо, в электронном виде. Через некоторое время получаю ответ, в конечном итоге я удовлетворяюсь, предположим, и я говорю: «О'кей, меня эта оферта устраивает», и я прямо в электронном виде покупаю этот пакетик, да?

Владимир Заречнев

– Да. По сути, будет минимальный порог для входа.

Дмитрий Волков

– А что такое минимальный порог для покупателя?

Владимир Заречнев

– Минимальный порог для инвестора. Эта платформа нацелена на широкий круг лиц, то есть она не рассчитана на большие капиталы для вхождения, а именно для любого обывателя, который способен вложить, например, пять тысяч рублей.

Дмитрий Волков

– То есть я покупаю ничтожно маленький процент даже в этом бизнесе в расчете на проценты?

Владимир Заречнев

– Да. В одном 1%, в другом 1%.

Дмитрий Волков

– В таких спекулятивно-инвестиционных целях.

Владимир Заречнев

– Да.

Дмитрий Волков

– Мы тут сидим, а денежки идут.

Владимир Заречнев

– Да. Будет своего рода портфель инвестиционный.

Дмитрий Волков

– Портфель инвестиционный, но из мелких компаний.

Владимир Заречнев

– Да.

Дмитрий Волков

– То есть риски там повыше.

Владимир Заречнев

– Не обязательно из мелких компаний. Платформа будет позволять инвестировать в различные сферы.

Дмитрий Волков

– Из разных компаний.

Владимир Заречнев

– Не только компаний. И бизнес стартапный, и недвижимость, например, всеми любимая, какие-то финансовые услуги доверительного управления и прочее.

Дмитрий Волков

– Да. И вот таким образом я формирую свой портфель, те бизнесы, которые туда зашли (и стартапы, и уже сложившиеся бизнесы), получают дополнительное финансирование, а платформа получает какой-то процент. Это и есть ваш бизнес?

Андрей Война

– Да.

Владимир Заречнев

– Все верно.

Дмитрий Волков

– Скажите, а в мире уже работает эта история? В США, например, много уже?

Владимир Заречнев

– Да, таких платформ…

Дмитрий Волков

– Обороты большие?

Владимир Заречнев

– Обороты огромные, я бы сказал. Вы слышали, например, про Kickstarter (я думаю, про него все слышали). Это, конечно, краудфандинговая площадка, но всё равно смысл, в принципе, один. Там уже обороты около двух миллиардов долларов.

Дмитрий Волков

– А Boomstarter?

Владимир Заречнев

– Boomstarter – это краудфандинговая российская площадка. Про обороты Boomstarter, если честно, я не могу сейчас ничего сказать.

Дмитрий Волков

– Это ваш прямой конкурент?

Владимир Заречнев

– Нет, это краудфандинг.

Андрей Война

– Это больше на социальных проектах.

Владимир Заречнев

– Да, там размещаются в основном социальные проекты, не бизнес.

Андрей Война

– То есть мы – краудинвестинг, а они – краудфандинг, это несколько разные подходы.

Дмитрий Волков

– А в чем разница?

Андрей Война

– Разница, что они направлены на социальные проекты, а мы всё-таки направлены на инвестиционные проекты.

Владимир Заречнев

– Но там не совсем социальные проекты. Это просто в российском краудфандинге сложилось так, что у нас преобладает именно: «Мы хотим записать альбом. Профинансируйте нас».

Дмитрий Волков

– А бизнеса нет, да?

Владимир Заречнев

– Да, бизнеса очень мало. Как, например, реализовано в Kickstarter? Там именно какие-то инновационные идеи пытаются предложить, и за это дают не долю в компании, а именно продукцию. Краудинвестинг дает именно долю в компании.

Дмитрий Волков

– А у нас вообще законодательство позволяет это делать сейчас, на данном этапе? Продать долю в ООО – это же довольно-таки муторное дело.

Владимир Заречнев

– В принципе, текущее законодательство позволяет нам сделать такую модель финансирования – товарищества, микрофинансы и прочее. В принципе, даже уже сейчас существуют паевые инвестиционные фонды, они всем известны, но там порог входа ограничен – там уже стоимость пая где-то 50 000 рублей, 100 000, в зависимости от того…

Дмитрий Волков

– Понятно. Это Андрей Война и Владимир Заречнев – основатели проекта FUNDIN.ME в программе «Интернет-экономика» с Дмитрием Волковым. Теперь у меня к вам такой статистический вопрос, как к экспертам в большей степени. Скажите, сейчас в эту область проникновение интернета какое, если можно в процентах его оценить?

Владимир Заречнев

– По сути, сфера инвестиций, если мы возьмем именно ее… Здесь даже проще будет рассмотреть на примере недвижимости. Объект недвижимости – это как инвестиции, они всем известны. Какой процент в недвижимости? Он где-то, наверно, 50%.

Дмитрий Волков

– 50% недвижимости – это уже интернет-технологии?

Владимир Заречнев

– Это уже интернет-технологии, потому что реализация объектов целиком и полностью лежит на плечах интернета. Соответственно, в инвестиции у нас, в России, наверное, процентов сорок IT, может быть, уже вовлечено. Всё равно у нас сейчас преобладают именно знакомства и офлайн, это именно инвестирование, но потихоньку мы подбираемся к той стадии, когда многие компании будут публичными. Уже сейчас сайт есть у каждой компании. Неважно, она запустилась, не запустилась, имеет ли какой-то оборот – сайт может сделать каждый. Это такой передовой шаг интернета Web.2.0. Собственно, это сейчас стало доступно каждому. Есть Википедия - там формируется контент именно пользователями. Так же и здесь – сейчас в интернете всё формируется пользователями.

Дмитрий Волков

– А мы хотим, чтобы инвестиции тоже формировались пользователями?

Владимир Заречнев

– Конечно, любая компания – это человек какой-то.

Дмитрий Волков

– Ну, да.

Владимир Заречнев

– Команда.

Дмитрий Волков

– Да, команда, скорее.

Владимир Заречнев

– Команда.

Дмитрий Волков

– Хорошо. А что бы вы хотели в этом смысле от государства? Чем бы вам могло в этой сфере помочь государство?

Владимир Заречнев

– Здесь, определенно, выгодная законодательная база нам нужна от государства, потому что сейчас, например, в США краудинвестинговая площадка – это уже полноценная минибиржа (я уже об этом говорил, это очень хорошее сравнение). Нам, по сути, нужна от государства именно регуляторная функция, потому что зачастую те проекты, которые выставляются на краудфандинговых площадках, на краудинвестинговых площадках, являются ничем – пустышками, мошенничеством и прочее, прочее.

Дмитрий Волков

– Да, здесь надо отрегулировать, чтобы всё законно было, а с другой стороны, подумать о механизме защиты.

Владимир Заречнев

– Механизм защиты инвесторов, во-первых. Во-вторых, оформление проектов – каждый бизнес должен быть каким-то стандартизированным, как на бирже, по сути, но сделать это максимально простым для обывателей, для пользователей.

Дмитрий Волков

– А сколько у нас может уйти времени на то, чтобы скопировать (с учетом, конечно, российской специфики), скажем, американский опыт?

Владимир Заречнев

– По-настоящему, я надеюсь, что это будет год-два. Мы активно над этим работаем уже.

Дмитрий Волков

– Вы – это государство? Или вы – это вы?

Андрей Война

– Нет, мы – это мы. Мы стараемся участвовать во всевозможных доступных мероприятиях – участвуем, продвигаем, показываем. И, действительно, представляем не то, что «вот, есть проблема», а представляем ее решение. Стараемся показать, что если вы рассмотрите вот такие, такие и такие моменты, то получите вот это, вот это и это.

Дмитрий Волков

– Хорошо. Андрей, представьте, что я государство. Кем я только сегодня ни был, вот сейчас я буду государством. Приведите три причины, почему я должен заняться созданием регуляторики в этом направлении?

Андрей Война

– Первая причина – это то, что сейчас у наших людей на счетах достаточно много сумм лежит, которые совершенно не работают. Можно приводить разные суммы, но давайте представим, что там один миллиард. Если мы его сейчас начнем вкладывать в бизнес посредством этой технологии, то, скорее всего, он принесет новые доходы, новые налоги и тому подобное.

Дмитрий Волков

– Поскольку я государство, то я себе это представляю так: у населения находится, я думаю, несколько десятков триллионов, если в нулях.

Андрей Война

– Просто лежит в карманах, просто лежит и не работает.

Дмитрий Волков

– Да, да, да. Вытянуть деньги из банки.

Владимир Заречнев

– То есть это фактически прямое вливание денег в экономику, бизнес – это экономика.

Андрей Война

– Второе – для государства это означает, что мы создадим не только здесь, еще и создадим рабочие места, что достаточно важно.

Дмитрий Волков

– Это что за рабочие места?

Андрей Война

– Если мы создаем реальный бизнес какой-то, то появляются рабочие места.

Дмитрий Волков

– А, это будет такой способ финансирования бизнеса, и при этом количество бизнесов неизбежно увеличится.

Андрей Война

– Конечно.

Дмитрий Волков

– Потому что просто будет привлекать деньги – не в банк пошел, а на какую-нибудь краудинвестинговую площадку.

Андрей Война

– Естественно.

Дмитрий Волков

– И, соответственно, быстренько привлек, сколько тебе надо. Так, еще.

Андрей Война

– Соответственно, можно тут уже по экономическим каким-то показателям пойти: допустим, занятость населения, или социальные проекты, или развитие производства мелкосерийного – тут уже по тонким направлениям можно двигаться вообще разносторонне.

Дмитрий Волков

– Куда двигаться?

Андрей Война

– Смотрите, у нас достаточно мало развито мелкосерийное различное производство, которое требуется на местах, где это можно развивать, где есть площадки. Это точно так же можно развивать посредством этой платформы, что очень, на мой взгляд, важно и правильно, потому что на данный момент малый и средний бизнес – это очень малый процент в нашей экономике, а он должен достигать, на мой взгляд, 40–45%. Эта платформа будет направлена на развитие именно мелкого бизнеса, маленького.

Дмитрий Волков

– Такой пример замечательный: в какой-то деревне российской, где-то в глубинке человек изобрел, если память мне не изменяет, ложечку для обуви (не длинная, а какая-то там была хитрая, в общем, нагибаться не надо, и очень удобно всё это делать). Он сделал ее своим знакомым, её показали на каком-то нашем форуме инновационном. Сказали: «Что же вы производство не организовали?». Он говорит: «Ну, а как? Как же я на Алтае организую? У нас деревня, денег нет, производства нет и, вообще, с какой стороны подойти - я не знаю». Я так понимаю, эта технология позволяет решить ровно эту проблему?

Андрей Война

– Ну, естественно.

Владимир Заречнев

– Она стирает границы любые.

Дмитрий Волков

– То есть он показывает свою ложечку, ему даже компанию регистрировать не надо. Он просто говорит: «Вот, я изобрел шикарный продукт», и дальше он при помощи этого сервиса делает все действия, начиная от регистрации бизнеса и заканчивая привлечением средств на развитие проекта.

Андрей Война

– Да.

Владимир Заречнев

– Да, по сути, это уже стартап.

Дмитрий Волков

– Стартап. С ложечкой – типичный стартап.

Владимир Заречнев

– Да. Вот как раз краудфандинг, краудинвестинг позволяют на ранней стадии определить тренды экономические. Например, если мы публикуем какую-то идею на ранней стадии, если люди в нее вкладываются, инвесторы, если пользователей много и необходимая сумма собирается очень быстро, то это говорит о чем? О том, что это перспективно и нужно обществу в целом.

Дмитрий Волков

– Это предположительно говорит о том, что это перспективно.

Владимир Заречнев

– Но это уже своего рода оценка рынка.

Дмитрий Волков

– Да, это оценка, причем достаточно надежная, да.

Владимир Заречнев

– Да, конечно.

Дмитрий Волков

– Про причины всё понял, записал, а можете привести какие-то примеры успешные? Яркие такие, вкусные.

Владимир Заречнев

– Успехи проектов?

Дмитрий Волков

– Успехи, демонстрирующие эффективность краудинвестинговой деятельности, может быть, зарубежные.

Владимир Заречнев

– В принципе, успешная платформа, например, iAngels - это израильская платформа, в нее вложился Абрамович. Соответственно, она очень…

Дмитрий Волков

– Она уже почти российская.

Владимир Заречнев

– Да, фактически российская. Еще есть пример каких-то британских платформ.

Дмитрий Волков

– А вот примеры, случаи, когда люди пользуются, похожие на пример с ложечкой? Я его сейчас вспомнил, он к краудинвестингу не имеет никакого отношения, это просто пример про ложечку. А какие-то примеры краудинвестинга успешные, яркие - вот люди изобрели что-то, привлекли, и у них всё получилось (если есть что-то в голове, конечно).

Андрей Война

– Наверное, это сейчас больше социальные какие-то проекты на привлечение: записи артистов, альбомов и тому подобное. Все на это направлено, или помощь кому-либо в развитии чего-то. На данный момент нацеленность на рынки, ввиду того, что нужно иметь широкие компетенции по формированию именно этого перехода от производства к инвестору: как, кто, чем владеет, в какой момент как заходит, как выходит – все эти вопросы решать достаточно сложно. Всё это поэтому пока еще не развито, поэтому всё более-менее ограничивается медиа. Сейчас, на данный момент, есть несколько платформ на территории, которые через крауд занимаются именно недвижимостью - когда есть какой-нибудь объект, в него вкладываются, он арендуется и работает. То есть это такие точечные маленькие инвестиционные проекты. Посредством интернет-технологий собираются, но заходят они через ПИФы или еще как-то, а собираются они именно посредством технологии - выбрасывается информация через рекламу, интернет, баннеры или еще какие-то посредства, связанные с недвижимостью, либо с постройкой недвижимости, какого-либо объекта, но производства я не видел.

Дмитрий Волков

– У нас законодательства нет. Скажите, а когда ваша платформа заработает?

Владимир Заречнев

– Она сейчас находится в стадии развития, но в целом уже доступна главная страница и страница регистрации. Этого, в принципе, достаточно для заинтересованного круга лиц.

Дмитрий Волков

– В каком плане достаточно?

Владимир Заречнев

– Заинтересованные – те, кто захочет разместить проект.

Дмитрий Волков

– То есть уже можно разместить проект и привлечь средства?

Владимир Заречнев

– Уже можно начинать вести диалог о размещении проекта. У нас всё-таки есть стадия аудита.

Дмитрий Волков

– А когда она заработает? Если есть такие планы.

Владимир Заречнев

– Конечно, есть. Порядка трех-четырех месяцев.

Дмитрий Волков

– То есть три-четыре месяца, и мы будем иметь даже в отсутствие законодательства какую-никакую площадку краудинвестинга?

Владимир Заречнев

– Да, текущее законодательство нам позволяет всё-таки реализовывать, пусть не очень удобно для нас и без гарантий для конечных пользователей.

Дмитрий Волков

– Да, естественно, понятно – она не может же противоречить действующему законодательству.

Владимир Заречнев

– Конечно.

Дмитрий Волков

– Я имею в виду, что без того эффективного законодательства, которое позволило бы эту деятельность поставить на самом деле на такой, конкурентоспособный уровень. У меня есть еще буквально пара вопросов. Один вопрос сложный. Kickstarter появился не России, и коллеги зарубежные нас сильно опережают в этом плане – у них и законодательство есть, и опыт работы есть, и платформы уже есть, и рынок более-менее подготовлен. То есть люди уже как-то к этому делу приспособились. В это же надо еще поверить: куда ты отдал деньги, какой-то платформе, что с ними будет? Не все к этому готовы. Как вы думаете, вы конкретно когда-нибудь в обозримой перспективе будете способны конкурировать с этими мировыми лидерами в этой области?

Владимир Заречнев

– Здесь всё зависит от государства. На внутреннем рынке мы можем размещать любые проекты, а вот чтобы выносить что-то на международный масштаб, нам уже нужен авторитет именно нашей страны в глазах инвесторов иностранных.

Дмитрий Волков

– А зачем нам авторитет страны?

Владимир Заречнев

– Если мы, например, разместим какое-то производство в российском округе, который никто не знает, никакого доверия не будет, никто не станет вкладываться в то, что он не может пощупать, увидеть.

Дмитрий Волков

– Ага, то есть государство должно быть просто конкурентоспособным.

Андрей Война

– И уважаемым на рынке. Государству должны доверять. Если приносят туда инвестиции, то они действительно работают по определенным принципам входа-выхода, и, соответственно, они понимают, что есть регуляторы, есть законы, которые обеспечивают сохранность этих средств, либо, если они будут каким-то способом утеряны, то это всё легитимно, всё понятно.

Дмитрий Волков

– То есть, по большому счету, не государству должны доверять, а российской экономике?

Андрей Война

– Тут можно делить на разные составляющие, в разные стороны: производство, экономика, предпринимательская деятельность и тому подобное.

Дмитрий Волков

– Хорошо. Это же технология просто – интернет. Вы же можете создать эту площадку и размещать на ней американские заводы. Вам же не важно, какие проекты размещать? Вы можете российские проекты размещать, можете не российские, у нас же в этом смысле инвариантно.

Владимир Заречнев

– Да, по сути, изначально цель конечная была не на российский рынок, а на международный. Интернет сейчас потихоньку стирает границы между странами.

Дмитрий Волков

– Да, он вообще глобальный.

Владимир Заречнев

– Но с США – там отдельная проблема, там уже сложнее.

Дмитрий Волков

– Немецкие?

Владимир Заречнев

– Да, немецкие – прекрасно. Европейский рынок – это, прежде всего, куда мы нацелены после России.

Дмитрий Волков

– Или китайский?

Владимир Заречнев

– С Китаем будет сложнее, так же, как и с США. Но если мы возьмем, например, Европу, наших ближайших соседей, то здесь уже, я думаю, будет проще.

Дмитрий Волков

– С государством понятно, с российской экономикой тоже. У меня вопрос к вам: вы изначально нацелились именно на рынок мировой, да?

Андрей Война

– Ну, конечно.

Дмитрий Волков

– Но работаете на локальном?

Андрей Война

– Россия, Европа.

Дмитрий Волков

– Россия, Европа – в общем, это мировой рынок, как ни крути, но пока сосредоточились в практической плоскости на российском рынке?

Андрей Война

– Да.

Дмитрий Волков

– Скажите, может быть, совет: что надо предпринимателю, какими качествами надо обладать, чтобы вот так спокойно нацелиться на работу на европейском, например, или китайском, или американском рынке – на каком-то иностранном рынке?

Владимир Заречнев

– Бизнес должен не бояться быть публичным. Прежде всего, он должен размещать всю информацию, которая должна быть доступна пользователям.

Андрей Война

– Он не только должен быть, наверное, публичным, он должен правильно определять правила игры и взаимодействия, показывать, как он работает. То есть публичность – это показывание цифр, а правила игры – это несколько шире: ты заведомо определяешь и говоришь, куда идем, как идем, зачем идем, что будет в начале, что будет в конце, что ты увидишь, исходя из этого, и какие риски будешь нести. Некое риск-ориентированное управление инвестициями с принятием решений и правильное информирование, соответственно. И наверняка потребуется в последующем, может быть, какая-то форма обратной связи.

Дмитрий Волков

– Формалистика еще какая-то.

Андрей Война

– Да, какая-то – и всё.

Дмитрий Волков

– А так, не бояться быть публичным и риск-ориентированное управление, да? Понятно. Как вы думаете, а почему этого маловато у нас? Как-то у нас такое, немножко, мне кажется, местечковое…

Андрей Война

– Наверное, изначально сложилось так, что сейчас у нас нет вообще никакой истории, вообще никакого развития в части взаимодействия наших граждан с фондовыми рынками, и, вообще, обращением. Эта грамотность еще пока что на определенном уровне. Если посмотреть европейские и другие рынки, то там грамотность в этом направлении (в инвестиционной деятельности), и количество фирм, находящихся на территории, инвестиции, наличие денег, до 60–70% закрывает и взаимодействует.

Дмитрий Волков

– Опыта у нас нет просто. Да?

Андрей Война

– Да, опыта, практики, доверия, какого-то определенного большого периода стабильности. Допустим, всё же мы научились доверять в определенной степени Сбербанку, сколько ему лет уже? Сколько сотен?

Дмитрий Волков

– Мы этому уже несколько раз учились – мы сначала учились, потом разучились, потом снова научились. Сбербанк в свое время один раз, в 1990 годах…

Андрей Война

– Но был он один всегда – Сбербанк.

Дмитрий Волков

– Нет, по-моему, даже в советские времена было – память мне не изменит – пять банков, но работал в розничном секторе, действительно, наверное, только один Сбербанк, это правда. Хорошо, вопрос-то был: что надо менять в душах людей? В сущности, я понял – не бояться быть публичным и просто профессионально работать, используя, например, риск-ориентированное управление. У нас осталась буквально одна минута. В конце последний, тоже традиционный вопрос: короткое сообщение, месседж, вопрос (в любой форме), что у вас такого важного на душе? Кратко, резюме, может быть, разговора.

Владимир Заречнев

– Государство должно сосредоточить свое внимание на регулировании народного финансирования. Сейчас очень много зависит от людей в стране, это же прямое вливание в экономику – краудинвестинг. Поэтому, если государство сосредоточит свои усилия именно на этой сфере, то будет экономику продвигать просто не то, что как-то быстро, а очень быстро.

Андрей Война

– Даст рывок.

Дмитрий Волков

– Это хороший наш резерв, а вы ему поможете.

Андрей Война

– Конечно, мы уже начали.

Дмитрий Волков

– Да, платформа уже существует. Государство должно сосредоточить свое внимание на регулировании народного финансирования. Это Андрей Война и Владимир Заречнев - основатели проекта FUNDIN.ME, в программе «Интернет-экономика» с Дмитрием Волковым. Всего вам доброго, уважаемые друзья. Спокойной ночи. Хорошего настроения.

Владимир Заречнев

– Всего доброго.