Гипотеза о существовании караванного пути XVII-XVIII вв. В междуречье рек Иртыш и Оша

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2017. № 4 (16). С. 22-29. УДК 904

DOI 10.25513/2312-1300.2017.4.22-29

А. В. Матвеев

ГИПОТЕЗА О СУЩЕСТВОВАНИИ КАРАВАННОГО ПУТИ XVII-XVIII вв.

В МЕЖДУРЕЧЬЕ РЕК ИРТЫШ И ОША

На основании группы источников представлена гипотеза о существовании караванного маршрута в Среднем Прииртышье в XVII-XVIII вв., касающаяся дискуссии о времени возникновения в глубине левобережной террасы реки Иртыш поселений сибирских татар, которые датируются письменными источниками лишь концом XVIII в. Представлены результаты исследований 2016 г. на участке возможного караванного маршрута, где были обнаружены остатки селения Байтуган.

Ключевые слова: методика поиска древних и средневековых путей сообщения; Сибирь; караванная торговля; поселения сибирских татар; С. С. Тихонов.

A. V. Matveev

THE HYPOTHESIS ON THE EXISTENCE OF THE CARAVAN WAY OF THE 17th -18th CENTURIES IN THE INTERFLUVES OF THE IRTYSH AND OSHA RIVERS

The search for ancient caravan routes is complicated, as there are few tools for such a search. Researchers operate with rare imported artifacts found in the cultural layers of settlements, ethnographic information and the understanding that these paths should take place in the least energy-consuming areas of the landscape. The historical reality of the existence of caravan ways is always quite ephemeral. The author on the basis of a group of sources presents a hypothesis about the existence of one such route in Middle Irtysh in the 17th - 18th centuries. The hypothesis concerns the discussion about the time when the Siberian Tatars settled in the depths of the left-bank terraces of the Irtysh River, which dated by the written sources as the end of the 18th century. The author presents the results of studies in 2016 on the site of a possible caravan route, where the remains of the Baytugan village were discovered.

Keywords: method of searching for ancient and medieval routes of communication; Siberia; caravan trade; settlements of Siberian Tatars; S. S. Tikhonov.

Формирование представленной научной гипотезы прошло достаточно длительный и извилистый путь. При этом основная заслуга в её обозначении принадлежит С. С. Тихонову, юбилей которого научная историческая общественность Омска отметила в августе этого года. Считая, с одной стороны, необходимым ещё раз поздравить своего научного руководителя со знаменательной датой, хочу вынести на научное обсуждение часть науч-

© Матвеев А. В., 2017

ных проблем, которым, на мой взгляд рано выносить окончательный вердикт.

Сергей Семёнович Тихонов стал моим научным руководителем в 1995 г. во время моего обучения на третьем курсе исторического факультета ОмГУ. До этого момента я работал в двух его археологических экспедициях. С. С. Тихонов, издавший в том же 1995 г. вместе со своими коллегами монографию «Очерки истории обмена и торговли

на территории Западной Сибири» [1], сразу предложил мне развивать тему «Древние и средневековые пути сообщения», которой я занимался затем долгие годы. Результатом нашего сотрудничества стали моё дипломное сочинение (1998 г.), кандидатская диссертация (2003 г.), почти две сотни статей и несколько монографий, написанных мной лично и в соавторстве. В 1997 г. по рекомендации Сергея Семёновича я поступил на работу хранителем коллекции археологии в Омский государственный историко-краеведческий музей. Это обстоятельство определило всю последующую траекторию моей жизни, за что я очень благодарен учителю.

В краеведческом музее в 2000-2002 гг., кроме своей основной работы, я руководил кружком «Антропологическое / Археологическое бюро» в Детском музейном центре. За это время через кружок прошли несколько десятков славных ребят, вскоре пополнивших ряды студентов исторических факультетов города. Одним из них был Александр Мищенко. Для выступления на отчётной конференции Детского музейного центра мы выдвинули гипотезу о возможном существовании в глубине левобережной Иртышской террасы старинного караванного маршрута. Тогда на конференции в музее он занял первое место. Затем, поступив в ОмГУ, под руководством С. С. Тихонова несколько лет развивал эту тему, опубликовал одну статью в сборнике РАЭСК. Но, к сожалению, потом Александр сменил специализацию, и тема осталась не завершённой.

Спустя 10 лет, в 2013 г., при подготовке монографии по истории сухопутных коммуникаций Среднего Прииртышья [2] я вернулся к этому вопросу и подготовил отдельный параграф, посвящённый гипотезе прохождения караванного маршрута ХУН-ХУШ вв. на территории Саргатского, Колосовского, Большереченского районов Омской области через поселения сибирских татар: Яланкуль, Каракуль, Черналы, Уленкуль, Тусказань и др. При обсуждении рукописи монографии на совете Омского филиала института Археологии и этнографии СО РАН мои коллеги выразили сомнения в необходимости публикации гипотезы в рамках серьёзной монографии. Гипотезе противоречило и исследование С. Н. Корусенко, говорившее о позднем, с точ-

ки зрения данных письменных источников, происхождении татарских населённых пунктов в междуречье Иртыша и Оши [3, с. 48-49]. В результате гипотеза осталась «в столе».

Но считаю необходимым не только ещё раз привести её основные аргументы, но и показать нашу деятельность, предпринятую

с целью её дальнейшей верификации.

* * *

Письменные источники однозначно говорят о том, что ещё во второй половине XVI в. по территории Омского Прииртышья проходили меридиональные торговые пути. Сначала торговля шла между государствами Средней Азии и Сибирским ханством. С присоединением региона к Русскому царству маршруты торговых караванов стали ориентироваться на г. Тобольск и г. Тару. Главные маршруты шли по террасам рек Ишим и Иртыш. Однако, возможно, что существовали и пути, идущие в стороне от торных магистралей, на которых нередко торговцев встречали немирные ойраты, казахи, русские. Один из таких маршрутов в Омском Прииртышье мог существовать на отрезке между современным р. ц. Саргатское и г. Тара.

Н. Бутов со ссылкой на данные А. Д. Колесникова писал: «Старые жители Саргатско-го помнят татарскую дорожку, которая сегодня скрыта асфальтом трассы Омск - Тара. А в то далёкое время путь неторопливо клали и корабли пустыни. От речки Саргатки путь лесами уходил на деревню Фирстово, ныне Козырлы, далее на Горькое» [4]. Мы полагаем, что переправа через р. Саргатку была на месте современного районного центра. После переправы дорога уходила на север, в леса, шла по большим и высоким гривам, расположенным в северо-северо-восточном направлении, том, которое и было необходимо караванам, чтобы достичь г. Тары. Гривы эти представляли собой «естественные коридоры» в низком и заболоченном ландшафте Ир-тышско-Ошского междуречья.

Деревня Казырлы была основана в 1764 г. переселенцами из-под г. Тары [5], что даёт нам основания предполагать наличие в то время дороги от Тары до д. Казырлы.

К д. Горькое в настоящее время существует лишь одна короткая просёлочная дорога, проходящая между густыми лесами и обширными болотами. Она идёт вдоль правого

берега оз. Казырлы, затем по существующей лесной дороге, склоняется на северо-северо-восток, проходит между двух заболоченных озёр по краю гривы Парячинской, направляется сквозь лес, проходит по западному краю гривы Касачкуль, выходит на современную лесную дорогу «с. Хохлово - с. Горькое».

Следующими пунктами караванного пути могли являться две татарские деревни Яланкуль и Аубаткан. На их причастность к караванной дороге указывают два обстоятельства. Большереченский краевед Р. Р. Зай-нитдинов писал: «Деревня Яланкуль одно из старинных татарских селений. По архивным документам она возникла в 1427 году. Первые жители Яланкуля - выходцы из Бухары. По преданию старожилов, 4 брата Шиховых прибыли сюда и образовали деревню Аубат-кан... Чуть позднее из неё выехало несколько семей, которые и образовали новую деревню Яланкуль» [6]. В отличие от Р. Р. Зайнитдино-ва, нам не известны архивные документы, подтверждающие эту дату основания села. По этой причине мы оставим этот вопрос и зафиксируем факт связи населённого пункта с прибывшими сюда бухарцами.

Известный казанский этнограф Ф. Т. Ва-леев писал: «Ещё в семнадцатом веке примерно в 25 вёрстах от современного татарского селения Яланкуль на берегу небольшого озера группой тарских бухарцев было основано селение Байтуган. В середине восемнадцатого века жители переселились в район озера Аубаткан, основав там селение под тем же названием» [7, с. 55]. Таким образом, мы получили ещё один возможный пункт на средневековом маршруте - бывший населённый пункт Байтуган, также основанный бухарцами.

Путь из с. Горькое в д. Яланкуль крайне сложен. Вероятно, он проходил между болотом и оз. Елбакуль, затем выступал на современную дорогу «д. Чебаклы - д. Яланкуль», примерно в километре южнее оз. Большой Казылкуль. От д. Яланкуль просёлочная дорога в настоящее время идёт между лесов и болот на д. Кабурлы. Затем караванная тропа могла идти на север к с. Каракуль до р. Нюхаловки и далее по её берегу на восток до д. Черналы. В Черналах в 1975 г. этнографическая экспедиция ОмГУ под руководством Н. А. Томилова обнаружила кистень

(«бога»). В научном каталоге коллекции этнографии ОГИК-музея (ОМК 8974/26), где в настоящее время хранится этот предмет, говорится о том, что железный кистень (бога) использовался как оружие для разбойничьих нападений на торговые караваны верблюдов в ХУП-ХУШ вв. Он приобретён у бухарского татарина С. Г. Шихова, которому достался от деда. Данный экземпляр, по сведениям его последнего владельца, изготовлен более двухсот лет назад, т. е. в XVIII в. [8, с. 147].

От д. Черналы дорога шла по правому берегу р. Нюхаловки и неподалёку от с. Улен -куль пересекала её. В. С. Аношин писал в 1971 г. о том, что с. Уленкуль возникло в 1651 г. Основателями села были бухарцы [9]. Вокруг него расположился целый куст населённых пунктов сибирских татар: Каракуль, Черналы, Яланкуль, Тусказань. Омский этнограф С. Н. Корусенко после завершения полевых работ в этом районе в 2001 г. на последующей конференции «Сибирская деревня» поставила ряд вопросов: «Наиболее характерным для расселения тоболо-иртыш-ских татар является приречный тип - большинство их поселений расположено по берегам больших и малых рек. Когда и почему на таком расстоянии от Иртыша и основных дорог возникли эти татарские поселения, которые можно отнести к приозёрному типу расселения?» [10, с. 81]. С. Н. Корусенко обратила внимание на противоречие устной традиции и данных официальных источников. Согласно первой - татарские поселения здесь возникли в XVI-ХVII вв. В официальных источниках эти деревни возникли значительно позже: «В 5-ой ревизии 1795 года появляются сведенья о "вновь заведённых" поселениях - Черналинской и Тосказанской. в то же время ни в одних из имеющихся материалов нет сведений об Уленкуле, Яланку-ле и Каракуле. Эти сведения появляются только в материалах Первой всероссийской переписи населения 1897 года» [10, с.82]. Таким образом, налицо противоречие двух источников, что закономерно привело С. Н. Корусенко к мнению о том, что «ответить на данный вопрос сейчас не представляется возможным» [10, с. 83].

В 2002 г. после выступления С. Н. Кору-сенко на конференции «Сибирская деревня» я предложил ей выход из установленного

противоречия между устными и письменными источниками: допущение о том, что в XVII в. в междуречье Иртыша и Оши существовал караванный путь. К нему были приурочены небольшие сезонные станы для проезжающих, которые основали бухарцы для обеспечения отдыха своих караванов и проживания проводников. Эти станы и стали основанием для будущих населённых пунктов.

В своей монографии 2006 г. С. Н. Кору-сенко опубликовала много новых устных и архивных источников по интересующему нас вопросу. Однако вновь указала на то, что «при сопоставлении двух видов источников -полевого и архивного - возникает вопрос о том, когда же в действительности возникли эти поселения. Разрешить его на данном этапе не представляется возможным, необходим поиск новых источников» [3, с. 49].

Вернёмся к вероятному маршруту. Следующим маркером реконструируемого нами пути является место расположения Нюхалов-ского форпоста, построенного сибирской администрацией в 1740-е гг. Известно, что ввиду нехватки средств форпосты ставились лишь в стратегически наиболее важных участках ландшафта. Нами было проведено отдельное исследование, посвящённое корреляции «форпост - переправа через р. Иртыш». На вопрос, для чего в глубине Иртышской террасы было необходимо ставить форпост, существует лишь один ответ: для прикрытия действовавшего пути, по которому могли осуществить вторжение кочевники, или для таможенного контроля прибывавших торговых азиатских караванов. Экспедиция ОГИК-музея под руководством автора на основании данных омского историка и краеведа А. Ф. Палашенкова в 2000 г. отыскала место расположения остатков Нюхаловского форпоста на берегу р. Нюхаловки, южнее современного с. Яготово Большереченского района [11] .

Вероятно, от с. Уленкуль караванный маршрут шёл по берегу р. Нюхаловки к д. Тусказани, а от неё - к Нюхаловскому форпосту. По левому берегу реки дорога шла далее на северо-восток до места впадения р. Нюхаловки в р. Иртыш. Примечательно, что в XVIII в. именно здесь находилась переправа через Иртыш. Её отметил на своей карте С. У. Ремизов [12, 1. 93а], описал

Г. Ф. Миллер во время путешествия в 1734 г. от г. Тобольска в Омскую крепость [13, с. 93]. Бухарские купцы могли здесь переправиться на правый берег р. Иртыш и поехать к татарам, жившим на левом берегу р. Тара и в Ба-рабинской лесостепи. Однако главным пунктом пути бухарских караванов был г. Тара. К нему маршрут шёл по ещё более древнему пути караванной торговли, по краю коренной террасы левого берега р. Иртыш, через места расположения современных населённых пунктов: Новологиново, Секменево, Берняж-ка, Черняево, Бородихино (село основано в начале XVIII в. на месте брода через р. Ибейку), Заливино.

Таким образом, нам удалось наметить целый ряд возможных маркеров пути сообщения XVII-XVIII вв. Ни один их них, взятый по отдельности, не смог бы дать нам уверенность в существовании здесь пути караванной торговли. Однако, собранные вме -сте, они выстраиваются в рабочую гипотезу, которую необходимо проверить экспериментально. При взгляде на карту (рис. 1) становится понятен смысл трассирования этого маршрута. Во-первых, он равен по протяжённости древней дороге по краю левобережной коренной террасы р. Иртыш, которая в этом районе делает значительный поворот на восток. Во-вторых, в неспокойное время XVII-XVIII вв., когда на берегах р. Иртыш проходило вооружённое противостояние Российского царства с ойратами и казахами, путь, скрытый в лесах, позволял бухарским караванам спокойно преодолевать часть торгового маршрута и даже уклоняться от уплаты таможенных сборов, возможно оставляя часть «не задекларированного» товара на тайных станах. Можно предположить, что этот маршрут возник в XVII в. и активно функционировал до середины XVIII в. Поскольку известно, что караваны в Тару и То -больск приходили в августе-сентябре, можно предположить, что жизнь на станах была сезонной. По этой причине они долгое время не попадали в поле зрения русских властей. Хотя ещё в Дозорной книге Тарского уезда 1701 г. при описании земель татар юрт Итку-чуковых («Атацкая та ж») указывается, что 20 десятин «непаханой земли» 20-летнего сына Абандайко Шамаева Кутайгулки находятся «вверх по Иртышу реке на городовой

стороне в урочище у Нюхаловских вершин

в межах за Нюхаловской вершиной от Ягото-во-озера до Яубалык-озерка и до Чекмен-оврага, березняк через Нюхаловские вершины и по толстьи березняк за Тусказанской речкой...» [3, с. 110]. Возникает вопрос, для каких хозяйственных целей была нужна заимка, до которой и сегодня по современным дорогам необходимо проехать не менее 100 км от места проживания.

Запустение маршрута могло быть связано с прекратившимся движением бухарских караванов в Тару и Тобольск, организацией ярмарочной торговли в Ямышевской и Петропавловской крепостях, расположенных гораздо южнее. Давление русского населения и поиск новых угодий в конце XVIII в. привёл выходцев из татарских деревень, расположенных на Иртыше, на отцовы дальние заимки.

Изыскания 2016 г.

Единственным способом проверить гипотезу было проведение экспериментального прохождения по «маршруту бухарских караванов». В начале 1990-х гг. такие работы первой в таёжной зоне Тарского Прииртышья выполнила группа археологов в составе Б. В. Мельникова, С. С. Тихонова и С. Ф. Та-

таурова [14]. Они считали, что только экспериментальное прохождение вероятных маршрутов, знакомство с ландшафтом, поиск и изучение находящихся на пути памятников археологии и этнографических сведений в комплексе могут подтвердить или опровергнуть вероятность прохождения здесь того или иного пути. Благодаря этому методическому принципу мы в соавторстве с моими коллегами в 2000-х гг. исследовали «Угуй-ский волок» XVII-XVIII вв. в Барабинской лесостепи, дорогу из г. Тары в Омскую крепость XVIII в., Линейный тракт XVIII в. через редуты и крепости Ново-Ишимской (Горькой) линии [2, с. 142-172]. Очевидно, что и в случае с вероятным «маршрутом бухарских караванов» требовалось прохождение намеченного на карте пути.

В августе 2016 г. мной на основании данных космической съёмки ресурсов «Яндекс карты» и «Гугл мапс» был намечен маршрут будущей экспедиции (рис. 1). 26 августа вместе с директором спортивного клуба «Рысь» Юрием Слизовым и учеником 10-го класса гимназии № 140 г. Омска Павлом Бровко мы на внедорожнике выдвинулась по намеченному маршруту. Из р. ц. Сар-гатское мы отправились на северо-восток

Рис. 1. Карта-схема маршрута поискового отряда 2016 г.

в д. Казырлы. Главным обстоятельством, определившим характер продвижения экспедиции и результаты исследований, стал тот факт, что 2016 г. выдался на редкость «влажным». Реки, озёра и болота региона на протяжении всего года показывали высокий уровень воды. Междуречье Иртыша и Оши, изобилующее болотами и низинами, оказалось мало посещаемым охотниками и рыбаками. Малочисленность населённых пунктов и деградация здесь сельского хозяйства привели к тому, что к августу исследуемая нами территория от р. ц. Саргатское до д. Казырлы имела лишь сеть слабовыраженных на местности сенокосных дорог. Просёлочная дорога «Саргатка - Казырлы», обозначенная на километровой карте 1960 г., на местности читалась до середины маршрута. Большую помощь в ориентировании оказывал автомобильный навигатор. Еле заметная колея отходила от его маршрута на 10-200 м то вправо, то влево, однако позволила нам выбраться к д. Казырлы. В середине этого маршрута уверенность в правильном ориентировании придали нам две большие гривы Чебачиха и Малышева, вдоль которых и проходила дорога. В настоящее время обе гривы распаханы, используются для выращивания злаковых культур. Визуальный осмотр их поверхности не выявил признаков культурного слоя (костей, фрагментов керамики). Главным выводом, который мы сделали на этом этапе пути, стало мнение о том, что самостоятельное передвижение здесь каких-либо караванов было невозможным. В отсутствии очевидного ориентира (реки или её террасы) необходимо было знание проходов между заболоченными участками. Необходим был проводник.

В завершение первого дня экспедиции мы заночевали близ д. Казырлы. На следующий день мы сошли с намеченного маршрута, поскольку северо-восточнее озера Казыр-лы наш путь преградила пашня местных фермеров. Кроме того, первоначально взятая нами за основу дорога на д. Горькое на картах была обозначена «крайне пунктирно», и мы не рискнули её использовать. Неудачами закончились попытки направиться до д. Черново и маршрутом «Казырлы - Милю-

тино - Андреевка». На дорогах нас поджидали большие непроходимые нашим автомобилем промоины. Мы вернулись в д. Казырлы и двинулись отсыпанным профилем в д. Хох-лово, затем к д. Щербаки, откуда свернули на запад по профилю к д. Горькое. Деревня Горькое находится на невысокой гриве между двух озёр. Таким образом, отрезок маршрута «д. Казырлы - д. Горькое» не был нами пройден по первоначальному плану и остаётся интересным для дальнейшего изучения.

От д. Горькое мы устремились к д. Ялан-куль. Дорога шла по хорошо профилированной дороге, что можно объяснить тем, что по обе её стороны раскинулись угодья охотничьей базы Омского нефтеперерабатывающего завода. В д. Яланкуль мы познакомились с директором школы - Рауфом Рафико-вичем Зайнитдиновым, которому рассказали сведения Ф. Т. Валеева о существовании в 25 км от д. Яланкуль озера Байтуган, где по легендам было первое поселение предков современных яланкульцев. Р. Р. Зайнитдинов выразил недоумение и по поводу информации Ф. Т. Валеева, и по поводу того, что озеро расположено так далеко от деревни. По его сведениям, совпадающим с данными космической съёмки, озеро находится примерно в 2,5 км на восток от деревни. Мы сделали вывод о том, что в публикацию Ф. Т. Валеева вкралась досадная опечатка. С помощью Р. Р. Зайнитдинова мы добрались до озера. Его невысокий (до 3 м) пологий северный берег распахан. На протяжении около 150 м на его поверхности наблюдаются кости животных и редкие мелкие фрагменты керамики. Был найден лишь один слабо орнаментированный фрагмент посуды, который имеет аналогии в керамике позднесредневе-кового населения Среднего Прииртышья. Таким образом, местонахождение у озера Большой Байдуган подтверждает сведения Ф. Т. Валеева и говорит о раннем происхождении конкретного населённого пункта -селения Байтуган. Местонахождение расположено в 3,4 км на восток-юго-восток от окраины д. Аубаткан, в 30-50 м от уреза воды озера Большой Байдуган, на пашне, в 20 м южнее полевой сенокосной дороги (рис. 2).

Рис. 2. Карта-схема расположения местонахождения у озера Большой Байдуган

Дорога от д. Яланкуль до д. Кабурлы, стоящих на вероятном маршруте старинного пути, проходит в менее заболоченном, высоком ландшафте. Она легка для преодоления гужевым и вьючным транспортом

От д. Кабурлы наш маршрут пролёг на северо-запад через д. Чапаево к д. Ламаново. На середине этого маршрута, на северном берегу оз. Курганное, мы с Ю. В. Трофимовым в 1998 г. обнаружили распаханное местонахождение Ламаново-[ [15, с. 8]. Тогда на участке пашни между урезом воды и дорогой «д. Чапаево - д. Ламаново» мы собрали несколько десятков фрагментов керамики бронзового, раннего железного века и средневековья. В 2016 г. вся эта территория была занята озёрной водой и покрыта камышом.

Начавшиеся дожди не позволили нам продолжить движение по намеченному маршруту «караванного пути». Мы с трудом вышли по профилю от д. Ламаново к р. ц. Коло -совка и уже через г. Тару вернулись в Омск.

Тем не менее исследование ландшафтов Иртышско-Ошского междуречья в 2016 г. позволило нам сделать несколько выводов:

1. Передвижение караванов, состоявших из навьюченных грузом животных (лошадей, верблюдов), на этой территории физически возможно. Они легко могут преодолевать участки, недоступные для передвижения на современном автомобильном транспорте.

2. Самостоятельное (без проводников) передвижение караванов по этой территории в XVII-XVIII вв. было невозможным по причине отсутствия безусловных видимых ориентиров в условиях залесенной и заболоченной местности.

3. Знание об особенностях продвижения по этой территории и трассирование маршрутов возможны только при условии постоянного или сезонного проживания здесь групп населения.

4. Вопрос о существовании в Иртышско-Ошском междуречье населённых пунктов сибирских татар XVI-XVIII вв. вновь становится «на повестку дня» благодаря открытию местонахождения у оз. Большой Байдуган, вблизи д. Яланкуль Большереченского района Омской области.

Необходимы дальнейшие изыскания с учётом полученных знаний о характере ландшафта, состоянии дорожного сообщения на интересующей нас территории. Мы предвосхищаем нахождение здесь менее энергозатратных ландшафтов, которые могли быть использованы для трассирования караванных путей в XVII-XVIII вв.

ЛИТЕРАТУРА

1. Очерки истории обмена и торговли в древности на территории Западной Сибири. - Омск : ОмГУ, 1995. - 103 с.

2. Матвеев А. В. История сухопутных путей сообщения Омского Прииртышья (Средневековье - Новое время) : монография / отв. ред.: С. С. Тихонов, Н. А. Томилов. - Омск : Наука, 2014. - 268 с.

3. Корусенко С. Н. Этносоциальная история и межэтнические связи тюркского населения Тарского Прииртышья в ХУШ-ХХ веках. -Омск : Наука, 2006. - 218 с.

4. Бутов Н. Странички истории // К новым рубежам [Саргатка]. - 1988. - № 154 (7727). -22 дек. - С. 3.

5. Голубович Т. П. Откуда есть пошла земля сар-гатская // К новым рубежам [Саргатка]. -2001. - 16 мая. - С. 3.

6. Зайнитдинов Р. Вчера и сегодня // Иртышская правда [Большеречье]. - 1992. - 15 дек. -С. 3.

7. Валеев Ф. Т. О русских заимствованиях в микротопонимии татарских селений Большере-ченского района // Музееведение Западной Сибири : Ом. обл. науч. конф. «История, краеведение и музееведение Западной Сибири», посвящ. 110-летию Омского ГОИЛ музея. -Омск, 1988. - С. 54-56.

8. Народы Южной Сибири в коллекциях Омского государственного объединённого исторического и литературного музея / отв. ред. И. С. Гурвич, Н. А. Томилов. - Томск : Изд-во Том. ун-та, 1990. - 295 с.

9. Аношин В. С. Предания старины глубокой // Иртышская правда. - 1971. - 28 окт. - С. 3.

10. Корусенко С. Н. Предание об основании поселений сибирских татар (об исторической памяти населения) // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития : сб. науч. тр. - Омск, 2002. - С. 8083.

11. Матвеев А. В., Трофимов Ю. В. О действительном расположении Тарской дистанции Ишим-

Информация о статье

Дата поступления 4 июня 2017 г.

Дата принятия в печать 30 октября 2017 г.

Сведения об авторе

Матвеев Алексей Викторович - канд. ист. наук, заместитель директора по развитию Музея имени М. А. Врубеля

Адрес для корреспонденции: 644043, Россия, Омск, ул. Ленина, 3 E-mail: amatveev@list.ru

Для цитирования

Матвеев А. В. Гипотеза о существовании караванного пути XVII-XVIII вв. в междуречье рек Иртыш и Оша // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2017. № 4(16). С. 22-29. DOI: 10.25513/2312-1300.2017.4.2229.

ской оборонительной линии 1740-х гг. // Русские : материалы VII-го Сибирского симпозиума «Культурное наследие народов Западной Сибири» (9-11 декабря 2004 г., Тобольск). - Тобольск, 2004. - С. 151-152.

12. The atlas of Siberia by Semyon Remezov / introduction by Leo Bagro. - Facsimilt edition -'s-Gravenage : Mouton & Co, 1958. - 150 l.

13. Миллер Г. Ф. Описание городов, крепостей, острогов, слобод, сёл, деревень, островов, рек, речек, озёр и других достопримечательностей на реке Иртыш и возле него вверх от города Тобольска // Сибирь XVIII века в путевых описаниях Г. Ф. Миллера / изд. подг. А. Х. Элерт. - Новосибирск, 1996. - С. 75-100.

14. Мельников Б. В., Татауров С. Ф., Тихонов С. С. Пути и возможности миграций в условиях таежной зоны // Экспериментальная археология. - Тобольск, 1992. - Вып. 2. - С. 104-112.

15. Матвеев А. В., Скандаков И. Е. К археологической карте Колосовского района Омской области // Новое в археологии Среднего Прииртышья : сб. науч. тр. / под ред. Л. В. Татау-ровой, С. Ф. Татаурова. - Омск : Издатель-Полиграфист, 2003. - С. 5-18.

Article info

Received June 4, 2017

Accepted October 30, 2017

About the author

Matveev Aleksey Viktorovich - Candidate of Historical sciences, the Deputy Director of the Omsk M. A. Vrubel Museum of fine arts

Postal address: 3, Lenina ul., Omsk, 644043, Russia

E-mail: amatveev@list.ru For citations

Matveev A. V. The Hypothesis on the Existence of the Caravan Way of the 17th - 18th Centuries in the Interfluves of the Irtysh and Osha Rivers. Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2017, no. 4 (16), pp. 22-29. DOI: 10.25513/2312-1300.2017.4.22-29 (in Russian).