Защита российского агропродовольственного рынка в контексте интеграции России в мировое хозяйство

те из них, которые характеризуются высокими качественными параметрами, т. е. значимостью всех коэффициентов регрессии и других показателей. В моделях анализируется и используется показатель платежеспособности (благосостояния), который определяется как отношение среднедушевых доходов к прожиточному минимуму, что позволяет в значительной мере снять проблему несопоставимости структуры потребления различных социальных групп и трудностей учета динамики цен на особо значимые для простого воспроизводства населения товары и услуги.

Список литературы

1. Человеческий капитал для социогуманитарного развития / В.В. Бушуев [и др.]. — М.: ИАЦ «Энергия», 2008. — 96 с.

2. Состояние социально-трудовой сферы села и предложения по ее регулированию / Н.К. Долгушкин [и др.] // Ежегодный доклад по результатам мониторинга (четвертый выпуск). — М.: Петит, 2002. — 164 с.

3. Методические основы прогнозирования демографической ситуации в сельской местности, адаптированные к современным условиям / В.В. Кузнецов [и др.]. — Ростов н/Д: ВНИИЭиН, 2004. — 72 с.

УДК 339.5:664

П.М. Таранов, канд. экон. наук, доцент А.С. Панасюк, ассистент

ФГОУ ВПО «Азово-Черноморская государственная агроинженерная академия»

ЗАЩИТА РОССИЙСКОГО АГРОПРОДОВОЛЬСТВЕННОГО РЫНКА В КОНТЕКСТЕ ИНТЕГРАЦИИ РОССИИ В МИРОВОЕ ХОЗЯЙСТВО

Интеграция агропродовольственного комплекса России в мировое хозяйство актуализирует исследование доступности и защиты внутреннего агропродовольственного рынка. В научных и политических кругах активно обсуждаются вопросы продовольственной независимости и безопасности. Особое значение имеет соответствие положений проекта доктрины продовольственной безопасности условиям вступления России в ВТО.

Глобальный финансовый кризис побудил многие развитые страны ввести протекционистские меры. По данным международной организации Global Trade Alert за 2009 г., правительствами было введено 257 протекционистских мер, значительная часть которых коснулась агропродовольственных рынков [1].

Защита внутренних рынков и конкурентоспособность национальных производителей находятся в диалектической зависимости. Конкурентные преимущества страны в рамках неоклассических теорий международной торговли можно оценить с помощью индекса экспортной специализации страны (индекс Баласса). Расчеты индекса экспортной специализации (ИЭС) для более чем 100 стран по ряду зерновых культур, из которых наиболее значимой для специализации России является пшеница, не позволили отнести нашу страну к лидерам мирового зернового рынка.

Среди двух десятков стран, обладающих выявленными сравнительными конкурентными преимуществами в производстве и экспорте пшеницы, наиболее важными производителями являются Аргентина, ИЭС которой составил 19, Казахстан — 12,7, Канада — 5,8, Румыния — 3,4, Франция — 3,7

54

и США — 3,2. Россию нельзя признать специализирующейся на экспорте пшеницы с 1995 по 2005 г., так как ИЭС нашей страны не превысил 0,6.

Теория Хекшера-Олина исходит из положения о том, что конкурентные преимущества в производстве и экспорте продукции основаны на сравнительно большей обеспеченности страны-экспортера ресурсами — землей, трудом и капиталом, которые необходимы для производства данной продукции.

В случае зернопродуктового подкомплекса целесообразно выделить обеспеченность страны пашней (количество площади в гектарах на 1000 чел.), производственным капиталом (количество тракторов и комбайнов на 1000 га) и трудовыми ресурсами (количество занятых в сельхозпроизводстве на 1000 га). Количественный анализ показал, что между ИЭС и обеспеченностью страны пашней и капиталом существует положительная линейная статистическая связь. Основным фактором специализации страны на производстве и экспорте зерновых является обеспеченность пашней, так как парная статистическая связь между этим показателем и ИЭС наиболее тесная.

Обеспеченность страны пашней составила для России 863,9 га на 1000 чел., что является одним из самых высоких показателей в мире и уступает только трем странам — Австралии (2526 га на 1000 чел.), Казахстану (1422 га на 1000 чел.) и Канаде (1402 га на 1000 чел.). Количество тракторов и комбайнов составляет соответственно 6,1 и 1,2 на 1000 га, что меньше, чем во многих развитых странах, но сопоставимо, например, с Казахстаном, специализирующимся на экспорте пшеницы.

Таким образом, оценка фактической внешней конкурентоспособности выявила следующее противоречие: с одной стороны, имеется высокая обеспеченность подкомплекса производственными ресурсами, а с другой — очевидна слабая внешняя не-конкурентоспособность российского зерна в силу малых объемов экспорта по сравнению с производственным и ресурсным потенциалом российского сельского хозяйства. Рекордные результаты экспорта зерновых в 2008/2009 сельскохозяйственном году несколько изменили картину, однако российскому агробизнесу еще предстоит удержать данные показатели в будущем.

Министр сельского хозяйства России на Всемирном зерновом форуме в 2009 г. заявил, что в перспективе 10...15 лет планируется обеспечить стабильный экспорт зерна в объеме 40.50 млн т в страны Центральной, Юго-Восточной Азии, Среднего и Ближнего Востока, Южной Европы и Африки. Большинство исследователей также едины во мнении, что зернопродуктовый подкомплекс является наиболее конкурентоспособным сектором аграрной экономики России [2]. Свеклосахарный, плодоовощной, мясной, молочный, птицепродуктовый и другие подкомплексы обладают более слабой конкурентоспособностью, что является причиной высокого удельного веса импортной сельскохозяйственной продукции в общем объеме товарных ресурсов внутреннего рынка.

Присоединение России к Всемирной торговой организации (ВТО) будет способствовать дальнейшему росту интенсивности конкурентной борьбы на внутреннем агропродовольственном рынке. Правовой основой либерализации условий сельскохозяйственного производства и международной агро-продовольственной торговли в рамках ВТО является Соглашение по сельскому хозяйству. Меры по тарификации и ограничительным обязательствам предполагают тарификацию всех нетарифных ограничений на импорт; связывание тарифов, т. е. установление максимальных ставок таможенных пошлин; поэтапное снижение таможенных пошлин в среднем на 36 % в течение имплементационного периода (6 лет), при этом сокращение по каждой тарифной линии должно составить не менее 15 %.

Средний уровень таможенного тарифа в России на аграрную продукцию составляет 13,5 %

(см. таблицу), что ниже, чем в Индии (37,6 %), Японии (24,3 %), Мексике (18,2 %), Китае (15,7 %), ЕС (15,1 %) и даже Канаде (17,3 %).

Более низкие таможенные пошлины действуют только в США, Австралии, Новой Зеландии и Бразилии

[3]. Таким образом, наша страна, не являясь еще членом ВТО, имеет весьма низкий уровень таможенной защиты, при этом в ходе переговоров связывание тарифов происходит с учетом того уровня пошлин, который существует на момент вступления. На протяжении трансформационного периода правительство РФ фактически не использовало возможности защитить внутренний агропродовольственный рынок для стимулирования производства.

Развитые страны активно применяют инструменты «нового протекционизма»: специальные, антидемпинговые и компенсационные пошлины; субсидии и компенсационные меры; ветеринарно-санитарные и фитосанитарные меры и др. Практически все страны, кроме Новой Зеландии и Японии, интенсивно используют антидемпинговые меры. В России за анализируемый период таких мер было применено только 5 против 47 в Австралии, 49 в Бразилии и Канаде, 70 в Мексике, 88 в Китае, 154 в ЕС и 262 в США. Наряду с классическими таможенными пошлинами, ЕС и США при защите агропро-довольственного рынка широко используют специальные пошлины.

В докризисный период Россия умеренно использовала имеющиеся инструменты нетарифной защиты агропродовольственных рынков, что связано с отсутствием четких приоритетов аграрного протекционизма и неэффективной работой организационно-экономических механизмов защиты.

Однако в условиях глобального кризиса наша страна также стала активно использовать защитные меры. По данным Global Trade Alert, Россия за 2009 г. ввела 37 барьерных мер, в то же время, по данным Министерства экономического развития РФ, против нашей страны действует около 100 различных ограничительных мер.

Еще одним актуальным вопросом для российской аграрной экономики является оценка уровня доступности (открытости) российского агропро-довольственного рынка в ретроспективе, а также в сравнении с другими странами. Наряду со сни-

Меры регулирования аграрного импорта некоторых стран мира

ЕС США Канада Россия

Тарифные меры

Средние связанные тарифы, % 15,4 5,2 16,9

Средние тарифы РНБ, % 15,1 5,3 17,3 13,5

Средневзвешенный тариф, % 12,3 4,8 16,0 25,0

Специфические пошлины, % 31,0 39,9 13,6 25,6

Тарифные квоты, % 15,1 9,5 12,4 -

Нетарифные меры

Антидемпинговые меры 154 262 49 5

Компенсационные пошлины 14 45 5 -

Специальные защитные меры 1 0 0 4

Специальные защитные меры, % 29,2 9,0 13,6 -

Источник: World Tariff Profiles [3].

ВестникФГ0УВП0МГАУ№5'20Ю -------------------------------------- 55

жением внутренней поддержки и экспортных субсидий, расширение доступа стран-участниц на аг-ропродовольственные рынки друг друга является важнейшим механизмом Соглашения по сельскому хозяйству.

В соответствии с группой мер по обеспечению минимального доступа импортных товаров их доля должна составлять не менее 5 % объема внутреннего потребления по каждому продукту каждой тарифной линии [4]. Однако очень важным для России является положение Соглашения по сельскому хозяйству, согласно которому страна должна поддерживать уровень доступа, существовавший в базовом периоде, даже в том случае, если импорт конкретного продукта превышал 5 %.

Участники ГАТТ/ВТО обязаны установить доступ на свой рынок на уровне базового периода, для стран-участниц это 1986-1989 гг. В связи с тем, что Россия не была учредителем ВТО, остается неясным, в соответствии с каким периодом наша страна должна обеспечить уровень доступа для импортных сельскохозяйственных товаров. В случае присоединения к ВТО новых членов им, как правило, в качестве базового периода предлагается принять три года, предшествующие вступлению.

Переговоры о вступлении нашей страны в ВТО протекают непросто: текущей позицией России является принятие в качестве базового периода трех лет — с 1993 по 1995 г. В этот промежуток времени в общем объеме товарных ресурсов внутреннего рынка доля импорта составляла около 52 %, что является крайне высоким показателем. В истории современной России этот показатель никогда не опускался ниже 30 % . Данный уровень открытости не соответствует обоснованному Продовольственной и сельскохозяйственной организацией ООН (ФАО) критерию продовольственной независимости, в соответствии с которым самообеспечение страны должно составлять не менее 80 %.

Проект доктрины продовольственной безопасности РФ определяет критерии продовольственной безопасности страны, которые рассчитываются как удельный вес отечественной сельскохозяйственной продукции в общем объеме товарных ресурсов внутреннего рынка и должны составлять: по зерну — не менее 95 %; по сахару — не менее 80; по растительному маслу — не менее 80; по мясу и мясопродуктам (в пересчете на мясо) — не менее 85, по молоку и молокопродуктам (в пересчете на молоко) — не менее 90; по рыбе и рыбопродуктам — не менее 80; по картофелю — не менее 95; по соли пищевой — не менее 85 [5]. Очевидно, что импортная зависимость России в пределах 30.50 % объема товарных ресурсов не соответствует заявленным критериям.

Общепринятый базовый период (1986-1989 гг.) нашей стране не предлагается потому, что в этот пе-

56

риод экономика нашей страны не являлась рыночной. Однако с таким же успехом можно заявить, что в этот период не существовало Российской Федерации как суверенного государства.

Вступление в ВТО с базовым периодом, отличным от того, который предоставляется всем учредителям Соглашения по сельскому хозяйству, зафиксирует состояние импортной зависимости нашей страны. На взгляд авторов, приемлемым базовым периодом для отечественного агропродовольственно-го сектора может быть только период 1986-1989 гг., что обяжет российское правительство при вступлении в ВТО гарантировать льготный доступ для импорта в размере не более 5 % объема внутреннего потребления.

Открытость аграрного сектора можно оценить также на основе импортной аграрной квоты — отношения объема импорта к валовому продукту отечественного сельского хозяйства. Данный показатель используется в макроэкономическом анализе, однако его можно адаптировать для анализа отраслевой экономики.

Динамика аграрной экспортной и импортной квоты России с 1990 по 2007 г. позволяет выделить этапы развития аграрного сектора. На первом — советском — этапе (до 1992 г.) отечественное сельское хозяйство характеризовалось низким уровнем интеграции в мировое хозяйство, так как импортная квота не превышала 6 %. Защита аграрного сектора была основана на плановом народнохозяйственном механизме и государственной монополии во внешней торговле.

Процессы системной трансформации и либерализация внешнеэкономической деятельности послужили началом второго этапа (1993-1999 гг.), на протяжении которого наблюдался стремительный рост импортной зависимости нашей страны. Резкое снижение защиты внутреннего агропродовольственно-го рынка привело к увеличению импортной квоты до рекордных значений в 1999 г. (129,1 %о), а доли импортного продовольствия — до 69 %.

Дефолт, объявленный российским правительством в 1998 г., и последовавшая за ним девальвация рубля стимулировали отечественное сельское хозяйство, в результате чего наблюдалось резкое снижение аграрной импортной квоты в 2000 г. до уровня 43,8 %, а удельный вес аграрного импорта на внутреннем рынке составил 32,7 %. Укрепление рубля и рост покупательной способности населения с 2000 по 2008 г. вызвали постепенное увеличение импортной квоты до 85,3 %.

Государственные меры по стимулированию сельскохозяйственного производства в рамках национального проекта «Развитие АПК» не смогли воспрепятствовать восстановлению импортной продовольственной зависимости нашей страны. Аграрная импортная квота России в 1995 г. со-

ставила 109,8 /, в 1998 г. — 127, в 2003 г. — 50,7, а в 2007 г. — 85,3 /, при этом экспортная квота после 2000 г. не превышала 21 /. Метод международных сопоставлений позволяет сделать вывод об особом положении России на мировом агропродоволь-ственном рынке, которое заключается в следующих особенностях. Обладая высокой обеспеченностью сельскохозяйственными ресурсами, Россия находится в импортной зависимости, слабо ориентирована на экспорт. Беспрецедентная открытость аг-ропродовольственного рынка нашей страны носит глобальный, а не региональный, как у большинства развитых стран, характер.

Основные положения Доктрины продовольственной безопасности, основанные на результатах исследований ФАО и опыте развитых стран, прямо противоречат текущим условиям вступления России в ВТО. Принятие в качестве базисного периода любых трех лет после 1992 г. приведет к необходимости для России взять на себя обязательство по сохранению импортной зависимости на уровне не менее 30 / общего объема товарных ресурсов внутреннего рынка.

Регулирование сельского хозяйства является одним из наиболее сложных вопросов в переговорном процессе по вступлению в ВТО. Если предположить, что сельское хозяйство все-таки не станет разменной монетой, то тогда, на взгляд

авторов, будет два основных сценария развития событий. Первый вариант связан с возможным признанием права за Россией использовать общепринятый базовый период (1986-1989 гг.). Второй вариант основан на затягивании процесса вступления в ВТО при одновременном снижении уровня импортной зависимости и росте объемов государственной поддержки, что даст возможность России предложить в качестве базовых показатели будущих лет.

Список литературы

1. The Unrelenting Pressure of Protectionism: The 3rd GTA Report. A Focus on the Asia-Pacific Region / Edited by Simon J. Evenett. — London: Centre for Economic Policy Research, 2009. — P. 112-146.

2. Гордеев А.В. Российское зерно — стратегический товар XXI века / А.В. Гордеев, В.А. Бутковский, А.И. Алтухов. — М.: ДеЛипринт, 2007. — С. 45-82.

3. World Tariff Profiles 2008 / World Trade Organization and International Trade Centre UNCTAD/WTO 2008. — Geneva, 2008. — P. 58-76.

4. Серова Е. Соглашение по сельскому хозяйству Уругвайского раунда ГАТТ и влияние вступления России в ВТО на агропродовольственный сектор / Е. Серова, Н. Карлова // Торговая политика и значение вступления в ВТО для развития России и стран СНГ; под ред. Дэвида Г. Тарра. — М.: Изд-во «Весь Мир», 2006. — С. 304-319.

5. Доктрина продовольственной безопасности Российской Федерации (проект) // ЭКОС-информ. — 2008. — № 11. — С. 10-24.

УДК 631.158:332.1

О.Я. Фролова, канд. экон. наук, доцент

ФГОУ ВПО «Российский государственный аграрный университет — Московская сельскохозяйственная академия имени К.А. Тимирязева»

ВЛИЯНИЕ СТРУКТУРНЫХ ИЗМЕНЕНИИ В СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ НА МОТИВАЦИЮ ТРУДА В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ

Процесс рыночных преобразований сельскохозяйственного производства Красноярского края коренным образом изменил состояние сельского рынка труда. Отказ от государственных заказов и гарантированного рынка сбыта на многие виды сельскохозяйственной продукции привел к сокращению объемов сельскохозяйственного производства и как следствие — снижению численности занятых в сельской местности. Банкротство многих сельскохозяйственных предприятий сопровождалось ростом безработицы, свертыванием социальных программ и деградацией социальной сферы села. В условиях резкого спада производства практически во всех отраслях экономики села реально

сохраняется достаточно высокий уровень скрытой безработицы, которая сочетается с хроническим дефицитом квалифицированной рабочей силы по отдельным категориям специалистов и рабочих.

Отсутствие полноценных товарно-денежных отношений привело к натурализации внутрихозяйственного оборота и как следствие — к перемещению активной трудовой деятельности работников сельскохозяйственных организаций в частный сектор (личные подворья), являющийся основной формой доходов сельского населения, а зачастую и единственным местом приложения труда. Низкая заработная плата в коллективных хозяйствах и рост безработицы побуждают сельских жителей исполь-