Особенности политического дискурса В. В. Путина

коммуникативные и дискурсивные исследования

особенности политического дискурса в. в. путина

Ирина Давидовна Бекоева,

и. о. доцента кафедры английского языка Юго-Осетинского государственного

университета

В статье рассматривается понятие «политический дискурс», являющееся предметом изучения целого ряда гуманитарных дисциплин, и предпринимается попытка проанализировать особенности политического дискурса В. В. Путина, способствующих созданию образа сильного и гибкого политика.

Ключевые слова: политическая лингвистика, политический дискурс, антропоцентрический подход, экстралингвистические и социокультурные факторы.

peculiarities of the political discourse of v. v. putin

I. D. Bekoeva,

English Chair, South Ossetia State University

The notion 'political discourse', which is the subject of the whole number of humanitarian disciplines, is viewed in the present article. An attempt is made to analyze the peculiarities of the political discourse of V. Putin which contribute to the formation of the image of a strong and flexible politician.

Key words: political Linguistics, political discourse, anthropocentric approach, extralinguistic and sociocultural factors.

Политический дискурс является предметом пристального изучения политологов, лингвистов, психологов, философов, социологов, специалистов в сфере меж-

культурных коммуникаций в силу того, что в настоящее время рост и развитие научного знания приводит к расширению границ отдельных наук. Политический дискурс становится объектом междисциплинарных исследований.

Политический дискурс - базовое понятие лингвополитологии или политической лингвистики - отрасли науки о языке, появившейся на стыке собственно лингвистики и политологии.

Развитие лингвополитологии происходило и происходит в тесной связи с такими лингвистическими дисциплинами, как коммуникативная и когнитивная лингвистика, прагмалингвистика, паралингвистика.

Политический дискурс весьма активно изучается современными лингвистами (Т. А. ван Дейк, Н. Д. Арутюнова, М. В. Гаврилова, В. З. Демьянков, М. В. Ильин, В. И. Карасик, О. Л. Михалева и др.). В настоящей статьей мы попытаемся рассмотреть понятие политического дискурса, выявить его основные характерные признаки и рассмотреть особенности политического дискурса В. В. Путина, что и входит в задачи исследования, целью которого является показать, что дискурсивные особенности речи Путина - неотъемлемая составляющая его политического имиджа и служат достижению желаемого, а иногда и непредвиденного эффекта в процессе восприятия его речи реципиентами.

Существуют разные определения понятия «дискурс» в обобщенном смысле и его разновидностей, в частности, политического дискурса.

Голландский лингвист Т. А. ван Дейк придерживается узкого определения термина. Он полагает, что политический дискурс - это класс жанров, ограниченный социальной сферой, а именно политикой. Политический дискурс является политическим, когда он сопровождает политический акт в политической обстановке.

По определению Н. Д. Арутюновой, дискурсом можно назвать связный текст, взятый в совокупности с экстралингвистическими факторами, как-то: прагматические, социокультурные, психологические и др. [1: 136]. Эту разновидность текста невозможно представить вне ситуативного контекста, вне событийной направленности. Это разновидность речи, рассматриваемой как «целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмов их сознания [1: 137].

Политический дискурс, и как явление сугубо лингвистическое, и как концепт, неотрывно связанный с антропоцентричным подходом (поскольку личность говорящего является своего рода точкой отсчета при изучении языковых явлений), тесно связан с изучением языка в действии (функционализм), стремлением описать языковые факты и дать им объяснение (экспланаторность) и расширением лингвистики, предполагающим включение в область лингвистических исследований ряда смежных проблем (экспланаторность) [5: 4].

Термин «дискурс» никогда не применяется к древним текстам, поскольку прагматическая сторона их, связи с жизнью непосредственно не восстанавливаются. Дискурс не может существовать вне связи с текущими процессами, имеющими место быть в живой жизни.

Дискурс - это сложное и многоплановое явление, целый комплекс элементов, образующих единое целое. Существует определение, предполагающее широкий

подход к содержанию понятия «политический дискурс». В соответствии с этим определением политический дискурс - система или совокупность всех речевых актов, используемых в политических дискуссиях, а также правил публичной политики, освященных традицией и проверенных опытом» [2: 6].

Предметом пристального научного изучения и осмысления политический дискурс стал относительно недавно. К этому привел повышенный интерес языкознания к коммуникативной прагматике, в фокусе внимания которой набор и использование как языковых, так и параязыковых средств, реализующих индивидуально-личностный, интенциональный (потребности, мотивы и цели) и ситуативный аспекты сообщения [4: 9].

Политический дискурс рассматривается как институциональное общение, отличающееся от личностно ориентированного тем, что манипулирует системой профессионально направленных или ориентированных знаков, т.е. обладает своей лексикой, фразеологией и паремиологией.

В работе Е. И. Шейгал «Семиотика политического дискурса» высказывается мнение о том, что политический дискурс, как и иные виды дискурса, имеет два измерения: реальное и виртуальное. Реальное измерение, по мнению исследователя, предполагает текущую речевую деятельность в определенном социальном пространстве, помимо этого, в реальное измерение включаются речевые произведения, изучаемые в непосредственной связи с лингвистическими, паралингвистическими и экстралингвистическими факторами.

В виртуальное измерение дискурса входит семиотическое пространство (вербальные и невербальные знаки), денотатом которого является мир политики, совокупность моделей речевых действий и жанров, характерных для коммуникации в данной сфере.

В свете антропологического поворота в филологии, все внимание гуманитарных дисциплин сосредоточилось на человеке и его взаимоотношениях с миром, его окружающим. Большое распространение получили исследования, в которых доминирующую роль играл человеческий фактор. Особый интерес представляют, как нам кажется, следующие оппозиции: личность - речь, личность - прагматическое выстраивание ситуации общения через особенности дискурса, в частности, политического.

Попытка показать в настоящем исследовании особенности политического дискурса отдельно взятого политика, В. В. Путина, личности в равной степени интересной и в языковом (вербальном), и невербальном отношениях, определяет актуальность настоящего исследования. Существует, конечно, целый ряд исследований, посвященных особенностям политической презентации Путина, находящей свое отражение как в языке его текстовых построений, так и в прагматическом аспекте оформления его речи в зависимости от ситуативного контекста, обусловленного различными факторами экстралингвистического порядка.

В качестве материала для исследования послужили примеры оценочных лексических единиц, извлеченные методом сплошной выборки из стенограммы пресс-конференции В. В. Путина 2014 года.

Методологической основой исследования послужили исследования по особенностям политического дискурса Т. А. ван Дейка (1989; 2004), Н. Д. Арутюновой, (1990; 1998), В. И. Карасика, (2000; 2004), Е. И. Шейгал (2000), А. П. Чудинова (2001).

Политический образ Путина, границы и принципы его политического дискурса изначально были заданы ставшей впоследствии знаменитой фразой Who is this Putin? Стало очевидно, что в свете такого отношения права на ошибки нет. Основу политического имиджа Путина составляют черты твердого в своих намерениях, уверенного в себе, подчас жесткого политика, который тем не менее не абстрагируется от народа, считая себя частью его, соотнося себя с ним.

Соответственно, одним из важных элементов политического портрета Путина является создание и активное использование Я-дискурса и соотнесение (но не противопоставление) с ним Мы-дискурса.

При этом употребление личного местоимения «я» и глаголов в первом лице вовсе не направлено на противопоставление с аудиторией, а имеет в большинстве случаев своей целью придание личностного звучания речи (очень рад, я начну, я говорю о своем отношении, не чувствую ответственности, мои действия, я должен быть более аккуратным, я говорю, мне сложно ответить).

Мы-дискурс - базовая модель общения с аудиторией (Мы уделяли, мы понимаем, мы по-прежнему сидим, у нас применяются, мы не сейчас это видим, нам нужно продолжать).

Часты в применении безличные предложения (было сделано, требуется), большую роль играют модальные глаголы, особенно выражающие долженствование (надо, должны, следует, обязаны).

Большой процент безличных предложений является признаком умаления значимости своей роли как государственного деятеля, сильной и активной личности. Подобные безличные конструкции способствуют ощущению солидаризации оратора с аудиторией.

Одной из характерных особенностей дискурса В. В. Путина является манипулирование языковыми единицами, относящимися к разным (если не сказать - полярным) уровням языка - литературному и разговорному. Дискурс Путина часто сопровождается переходом с формального общения на неформальное, сочетанием литературного языка со сниженной лексикой. Данный прием способствует очевидной аффектации речи Путина, оживляя ее, делая ее непредсказуемой, заставляя потенциального слушателя не ослаблять своего внимания («палить» бездумно, «отскок в плюс», не гонять поросят и подсвинков по тайге, а питаться ягодками, медком, тайгу будут прибирать, цирк, да и только).

Все перечисленные компоненты политического дискурса В. В. Путина способствуют созданию образа гибкого политика, исполнительного, ответственного и деятельного чиновника, понимающего, вдумчивого руководителя и простого человека из народа, который ни в коей мере себя этому народу не противопоставляет.

литература

1. Арутюнова Н. Д. Дискурс // Языкознание. Лингвистический энциклопедический словарь / гл. ред. В. Н. Ярцевой. 1-е изд. М.: Большая Российская энциклопедия, 1990. С. 136-137.

2. Баранов А. Н., Казакевич Е. Г. Парламентские выборы: дебаты и новации. М.: Знание, 1991. 64 с.

3. Дейк Т. А. ван. Язык. Познание. Коммуникация / пер. с англ. М.: Прогресс, 1989. 321 с.

4. Олянич А. В. Презентационная теория дискурса: монография. Волгоград: Парадигма, 2004. 507 с.

5. Чудинов А. П. Политическая лингвистика: общие проблемы, метафора: учебное пособие. М., 2002.

6. Шейгал Е. И. Семиотика политического дискурса. Волгоград, 2000. 368 с.

references

1. Arutyunova N. D. Discourse Linguistics // Linguistic encyclopedic dictionary / ch. ed. V N. Yartseva. 1st ed. M.: Great Russian Encyclopedia, 1990. S. 136-137.

2. Baranov A. N., Kazakevitch E. G. Parliamentary elections: the debates and innovations. M.: Knowledge, 1991. 64 p.

3. Dijk T. A. van. Language. Cognition. Communication / per. from English. M.: Progress, 1989. 321 p.

4. OlyanichA. V. Presentation of discourse theory: monograph. Volgograd: Paradigm, 2004. 507 p.

5. Chudinov A. P. Political Linguistics:General issues metaphor: textbook. M., 2002.

6. Sheigal E. I. The semiotics of political discourse. Volgograd, 2000. 368 p.