"Россия злоупотребляет британским правосудием"

В беседе с корреспондентом Ъ ВЛАДИМИРОМ Ъ-КАРА-МУРЗОЙ спецпредставитель президента Чечни АХМЕД ЗАКАЕВ рассказал об избранной им линии защиты, заверил, что сепаратисты не будут мешать намеченному в Чечне референдуму, и заявил, что активно контактирует с официальными представителями РФ.

— Почему вас не было на вчерашнем судебном заседании?

     — Со мной связались и сообщили, что мое присутствие не обязательно. МВД Великобритании попросило перенести заседание на 31 января и заранее договорилось об этом с моими адвокатами.
       — Чего вы ожидаете от первого полноценного судебного заседания по вашему делу?
       — Насколько я понимаю, на заседании 31 января МВД Великобритании огласит свое решение: давать или не давать ход процессу моей экстрадиции. То есть само решение будет приниматься еще до судебного заседания. А на самом заседании скажет свое слово прокуратура, представляющая интересы МВД. С учетом этого мнения судья и примет решение.
       — В случае решения выслать вас какую линию защиты намерены проводить вы и ваши адвокаты?
       — Моя линия защиты будет основана на том, что конфликт в Чечне — политический и мое дело тоже политическое. Я и мои адвокаты будем доказывать это в суде, и не только в лондонском. Если понадобится, готовы дойти до Страсбурга. Мы будем доказывать, что, пытаясь представить политическое дело как уголовное, российская прокуратура злоупотребляет британским правосудием.
       — Сыграет ли какую-нибудь роль в вашем деле декабрьское решение Европарламента выдать вам "европейский паспорт свободы" за защиту прав и свобод чеченцев?
       — Я не хочу акцентировать на этом внимание, это может явиться давлением на суд. На мой взгляд, это решение носит прежде всего символический характер. Когда Европарламент принимал это решение, там не было ни меня, ни моих представителей.
       — Бывший спикер российского парламента Руслан Хасбулатов заявил, что поддерживает с вами постоянные контакты. Это действительно так?
       — Безусловно. Я нахожусь в постоянном контакте и с Русланом Хасбулатовым, и с бывшим председателем Государственной думы Иваном Петровичем Рыбкиным, а также с другими официальными и неофициальными представителями России. В России ширится круг политиков, понимающих, что в Чечне не может быть силового решения. Я им благодарен.
       — Поддерживаете ли вы какую-либо связь с Асланом Масхадовым?
       — Да, у нас с ним регулярные контакты. Он в курсе всего того, что происходит со мной, я в курсе всех его дел.
       — Намерены ли вы просить политическое убежище в Великобритании?
       — Этот вопрос я буду решать в общем контексте дела об экстрадиции. Я не вижу себя вне Чечни и не собираюсь здесь постоянно оставаться. Мне придется как-то решать вопрос с документами, которые дадут мне возможность временно находиться здесь и ездить в другие страны, но о конкретной форме я пока не думал.
       — Как вы отнеслись к гарантиям российской прокуратуры не применять в отношении вас смертную казнь?
       — Это смешно. Посмотрите, что случилось с Радуевым, Хаджиевым, Атгериевым, другими чеченскими политиками. Они либо не дожили до суда, либо странным образом умерли в тюрьме. Не сомневаюсь, что эти "гарантии" распространяются и на меня.