Внеплановые проверки НКО оценят Конституционный и Европейский суды

В Конституционный суд (КС) РФ и Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) поступили жалобы на практику внеплановых проверок НКО, которые Минюст подозревает в принадлежности к «иностранным агентам». Проверки проводятся на основании «доносов граждан», чьи имена не раскрываются даже в суде, настаивают заявители. Систему контроля за НКО оспорил московский Институт права и публичной политики (ИППП), добиваясь ее отмены как «избыточной, произвольной и дискриминационной». В 2017 году функции Минюста по надзору за НКО стоили бюджету 173,2 млн руб.

Правозащитная и экспертная организация ИППП оспаривает в КС и ЕСПЧ пункт 4.2 статьи 32 закона об НКО как нарушающий Конституцию и Европейскую конвенцию по правам человека. Поправка, внесенная в закон в 2014 году, позволяет Минюсту проводить внеплановые проверки некоммерческих организаций на основании поступившей в ведомство от граждан информации «об осуществлении деятельности иностранного агента» НКО при отсутствии организации в реестре иноагентов. Такая проверка была повторно проведена в отношении ИППП в 2016 году ГУ Минюста по Москве после того, как плановая проверка за тот же период признаков функций «иностранного агента» у института не выявила. Поводом послужило обращение гражданина (с частично скрытым от НКО текстом, в том числе именем автора), который, ссылаясь на открытые данные сайта ИППП о его зарубежном финансировании, просил Минюст «проинформировать», не является ли ИППП иностранным агентом. Сведений, подтверждающих это подозрение, обращение не содержало.

Проверка признаков политической деятельности ИППП не выявила, после чего заявитель попытался оспорить ее проведение в московских судах. В НКО подсчитали, что передали Минюсту 11 867 листов истребованных документов, в том числе уже представлявшихся для проверки в 2014 году, а также документы, не относившиеся к иностранному финансированию. На их подготовку было потрачено 40, 35,5 и 58 часов рабочего времени трех менеджеров НКО, чья зарплата за этот период составила 72 тыс. руб. Прямые расходы с учетом закупки бумаги и элементов оргтехники для копирования документов составили 84,9 тыс. руб., говорится в жалобах. Добиться раскрытия персональных данных автора письма и вызова его в суд для выяснения причин, побудивших его пожаловаться в Минюст, ИППП не удалось. «Гражданин о конкретных признаках политической деятельности не знал,— подтвердил в суде (.pdf) представитель Минюста.— Поэтому мы и проверяли, чтобы выяснить, есть они или нет». Московские суды встали на сторону Минюста. Верховный суд пересматривать дело отказался. После этого ИППП обратился в КС и ЕСПЧ. Аналогичные проверки, по данным НКО, одновременно проводились и в отношении других правозащитных организаций.

Заявитель настаивает, что практика внеплановых проверок в отсутствие фактов причинения либо угрозы причинения существенного вреда деятельностью НКО, на основании одних лишь обращений граждан, без предварительной проверки их достоверности, исключительно по признаку иностранного финансирования и повторно за уже проверенный период нарушает Конституцию. ЕСПЧ просят признать незаконное несоразмерное и произвольное вмешательство в деятельность НКО нарушением статей Европейской конвенции о запрете дискриминации и праве на свободу объединения. Применение спорной нормы закона об НКО «не дает гарантий от произвола исполнительной власти, носит формальный и дискриминационный характер» по сравнению с другими юрлицами и НКО, которые иностранное финансирование не получают, говорится в жалобе. ИППП также ссылается на доклад спецдокладчика ООН по вопросу о праве на свободу собраний и объединений, где говорится, что «чрезмерно тщательная проверка международных связей НКО используется как средство запугивания и притеснения», а проверки «не должны использоваться как средство подавления критики». При этом Минюст вынужден тратить бюджетные средства по немотивированным или фиктивным обращениям, подчеркивают заявители. КС, проверив еще в 2015 году закон об НКО, требовал исключить проверки на основании необоснованных обращений, отмечает ИППП.

На вопрос “Ъ”, считает ли Минюст эту норму и практику ее применения соответствующими Конституции и Европейской конвенции, в ведомстве заявили, что постановлением КС от 8 апреля 2014 года положения закона, регулирующие деятельность НКО-иностранных агентов, признаны не противоречащими Конституции. Тот факт, что спорная норма появилась в законе после его рассмотрения в КС, в Минюсте проигнорировали. По данным ведомства, в 2017 году из бюджета РФ на проверки НКО было выделено 173,2 млн руб. При этом ни одна внеплановая проверка не касалась причинения вреда жизни, здоровью, имуществу, безопасности государства, а все они были связаны с сугубо бюрократическими формальностями. Общее ежегодное количество проверок в 2017 году сократилось в 1,3 раза по сравнению с 2012 годом (6,4 тыс. и 5 тыс. соответственно), но число внеплановых проверок выросло с 206 до 359 — в 1,74 раза. При этом нарушения найдены у 71% проверенных НКО.

«Это лучшее свидетельство кризиса госуправления»,— сказал “Ъ” руководитель судебной практики ИППП Григорий Вайпан, добавив, что количество проверок по подозрению в иноагентстве в докладе Минюста за 2017 год не детализировано, а скрыто за «иными основаниями» (64,3%). «Проведение проверок по бессодержательным доносам не просто мешает добросовестным организациям работать, это еще и нецелевое расходование бюджетных средств. А отказ судов выяснять персональные данные авторов фактически поощряет практику анонимных или подложных обращений»,— добавил он.

Как НКО живут со статусом иностранного агента