Причины нарушений прав человека в государствах-членах Совета Европы

8.4. ПРИЧИНЫ НАРУШЕНИЙ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В ГОСУДАРСТВАХ-ЧЛЕНАХ СОВЕТА ЕВРОПЫ

Хозикова Екатерина Сергеевна, канд. юрид. наук, научный сотрудник научно-исследовательского центра, отдел по изучению социальных процессов и разработке комплексных проблем обеспечения правопорядка

Место работы: Академия управления МВД России

Khozikova@mail.ru

Аннотация:

Задачи. Основная цель настоящей работы заключается в необходимости детального исследования основных причин нарушения прав человека в государствах-членах Совета Европы. Актуальность данной темы обусловлена пристальным интересом как отечественных (С.А. Гпотов, Е.Д. Костылева, И.И. Лукашук и др.), так и зарубежных (M. Дженис, P. Кэй, Э. Брэдли) ученых-правоведов к рассматриваемой тематике, а также необходимостью привлечения внимания мирового сообщества к проблеме нарушения прав человека в государствах-членах Совета Европы и повышения эффективности защиты основных прав и свобод человека и гражданина.

Модель: Методологическую базу исследования образует совокупность различных методологических приемов и средств познания. Учитывая многоаспектность рассматриваемой тематики, используются общефилософские, общенаучные, частные и специальные методы познания, в частности: сравнительно-правовой, документального анализа, формально-юридический, формально-логический и некоторые другие методы.

Выводы: Несмотря на принимаемые международные и европейские правообеспечивающие нормативные акты, проблема эффективной охраны и защиты прав человека продолжает оставаться актуальной. Сложившаяся ситуация находит непосредственное отражение в количестве жалоб, находящихся на рассмотрении в Европейском суде по правам человека. Многие государства-члены Совета Европы при ратификации некоторых международных и европейских нормативных правовых актов внесли оговорки, направленные на ослабление их выполнения со своей стороны, тогда как Российская Федерация минимизировала число оговорок (по ряду нормативных правовых актов они были сняты уже впоследствии, как, например, по Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин), что позволяет ей являться полноправной участницей большинства правообеспечивающих международных и европейских нормативных актов.

Оригинальность/ценность: Настоящее исследование рассчитано на преподавателей, студентов, аспирантов, занимающихся изучением причин нарушения прав человека, а также всех, кто интересуется актуальными проблемами и современным состоянием охраны и защиты основных прав и свобод человека и гражданина в государствах-членах Совета Европы.

Ключевые слова: причины нарушений прав человека, государства-члены Совета Европы, права и свободы человека и гражданина, международные и европейские нормативные правовые акты, оговорки, ксенофобия, не толерантность.

THE CAUSES OF HUMAN RIGHTS VIOLATIONS IN MEMBER STATES OF THE COUNCIL OF EUROPE

Khozikova Ekaterina S., PhD at law, Management, department: research center, study of social processes and the development of complex problems of rule of law department.

Place of employment: Academy of MIA Russia

Khozikova@mail.ru

Abstract:

Tasks: The main aim of this work is the need for detailed studies of the main causes of human rights violations in member States of the Council of Europe. The relevance of this topic due to the keen interest of domestic (S.A. Glotov, E.D. Kostyleva, I.I. Lukashuk, etc.) and foreign (M. Janis, R. Kay, E. Bradley) legal scholars to the subject, as well as the need to attract the attention of the world community to the problem of human rights violations in member States of the Council of Europe and improve the efficiency of the protection of fundamental rights and freedoms of man and citizen.

Model: Methodological base of research forms a set of different methodological techniques and means of knowledge. Given the complexity of the monitoring subject uses General philosophical, General scientific, private, and special methods of cognition, in particular: comparative, documentary analysis, formal-legal, formal logical and some other methods.

Conclusions: Despite international and European pravoohranitelej regulations, the problem of effective protection of human rights continues to be relevant. The situation is directly reflected in the number of complaints under consideration at the European court of human rights. Many member States of the Council of Europe upon ratification of some international and European normative legal acts made reservations to ease their implementation from their side, whereas the Russian Federation has minimized the number of reservations (for a number of regulatory legal acts, they were removed later, such as the Convention on the elimination of all forms of discrimination against women), which allows it to be a full participant of the most Pravobulachnaya international and European regulations.

Originality/value: The present study is aimed at teachers, graduate students studying the causes of human rights violations, as well as anyone interested in current problems and current state of protection of fundamental rights and freedoms of man and citizen in the member States of the Council of Europe.

Keywords: the causes of human rights violations, member States of the Council of Europe, rights and freedoms of man and citizen, international and European legal acts, reservations, xenophobia and intolerance.

Государства-члены Совета Европы неоднократно заявляли свою позицию по охране и защите основных прав и свобод человека и гражданина. В Конвенции о защите прав человека и основных свобод договаривающиеся стороны подтвердили свою «приверженность основным свободам, соблюдение которых наилучшим образом обеспечивается, с одной стороны, подлинно демократическим политическим режимом и, с другой стороны, всеобщим пониманием и соблюдением прав человека» [1].

Вместе с тем, очевидным фактом является то, что сложившаяся на сегодня система защиты основных прав и свобод человека в государствах-членах Совета Европы продолжает оставаться неэффективной и неполноценной.

В настоящей статье мы постараемся обозначить основные наиболее острые проблемы, приводящие к нарушениям прав и свобод человека и гражданина государствами-членами Совета Европы.

Первая причина заключается в несовершенстве системы принятия и ратификации международных и европейских нормативных правовых актов. В первую очередь, это связано с тем, что многие государства-члены Совета Европы ратифицируют правообеспечи-вающие акты с оговорками.

В частности, некоторые государства-члены Совета Европы предпочитают не брать на себя обязательства по базовым многосторонним договорам в сфере обеспечения прав человека, а в тех случаях, когда такие обязательства берутся, они нередко обставляются нивелирующими оговорками.

При этом важно учесть, что вопрос об участии в таких договорах справедливо рассматривается как индикатор приверженности того или иного государства универсальным правозащитным стандартам, по которому судят о фактической готовности развивать межгосударственное сотрудничество в сфере обеспечения прав человека.

Далее приведем анализ некоторых оговорок по основным правообеспечивающим международным и европейским нормативным актам.

Факт неучастия Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии (далее - Великобритания) в Факультативном протоколе к Международному Пакту о гражданских и политических правах [4] (устанавливает право Комитета по правам человека рассматривать индивидуальные сообщения/жалобы на нарушения государствами-участниками Пакта своих обязательств по этому договору).

Во Втором факультативном протоколе к Международном Пакту о гражданских и политических правах [9] (провозглашает отмену смертной казни) не участвует Россия.

В Факультативном протоколе к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания [11] (устанавливает международную систему инспекций мест лишения свободы) не участвуют Латвия и Словакия.

В Факультативном протоколе к Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин [10] (устанавливает право Комитета по ликвидации дискриминации в отношении женщин рассматривать сообщения о нарушениях государствами-участниками своих обязательств по Конвенции) не принимают уча-

стия Латвия, Мальта и Эстония.

К Факультативному протоколу к Конвенции о правах инвалидов [12] (устанавливает процедуру рассмотрения сообщений о нарушениях государствами-участниками своих обязательств по данной Конвенции) не присоединились Болгария, Ирландия, Исландия, Нидерланды, Польша, Россия, Румыния и Чехия.

В Международной конвенции для защиты всех лиц от насильственных исчезновений [13] не участвуют Болгария, Великобритания, Венгрия, Дания, Ирландия, Исландия, Кипр, Латвия, Лихтенштейн, Люксембург, Польша, Россия, Румыния, Словения, Финляндия, Хорватия, Чехия, Швеция и Эстония.

И это, к сожалению, не полный перечень оговорок государств-членов Совета Европы по основным пра-вообеспечивающим международным и европейским нормативным актам.

Сложившаяся ситуация вызывает массу вопросов. В частности, значительная часть оговорок касается присущего европейцам толкования ряда прав и свобод в качестве абсолютных, то есть якобы не подверженных никаким ограничениям. Речь, в первую очередь, идет о правах на свободу мнения и его выражения (так называемая свобода слова), а также прав на свободу собраний и ассоциаций.

Следует отметить, что допустимость подобных оговорок находится в противоречии с Венской Конвенцией о праве международных договоров. Так, согласно ст. 19 Конвенции государства не могут формулировать оговорку, если она «несовместима с объектом и целями договора» [6].

Комитет по ликвидации расовой дискриминации (контрольный орган по соответствующему договору) неоднократно призывал европейцев отозвать свои оговорки к ст. 4 Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации [3]. Как известно, данная статья требует от государств-участников данной Конвенции преследовать распространение идей расизма в уголовном порядке.

Вместе с тем, законодательством России предусмотрена ст. 357 Уголовного кодекса Российской Федерации [15] (далее - УК РФ) «Геноцид», которой установлена уголовная ответственность за действия, направленные на полное или частичное уничтожение национальной, этнической, расовой или религиозной группы как таковой путем убийства членов этой группы, причинения тяжкого вреда их здоровью, насильственного воспрепятствования деторождению, принудительной передачи детей, насильственного переселения либо иного создания жизненных условий, рассчитанных на физическое уничтожение членов этой группы.

Суть же оговорки ряда государств-членов Совета Европы (ее сделали Австрия, Бельгия, Великобритания, Ирландия, Италия, Мальта и Франция): отказ принимать соответствующее уголовное законодательство, поскольку оно было бы несовместимо с правами на свободу мнения и его выражения, на мирные собрания и ассоциации.

Отсюда - и попустительское отношение государств-членов Совета Европы к всевозможным позорящим европейское сообщество нацистским сборищам и маршам, в том числе в целях героизации групп «Ваф-

фен-СС», которые рассматриваются в Западной Европе через призму реализации упомянутых прав и свобод. В этой связи квалификация Комитетом таких оговорок как нарушающих требования ст. 19 Венской Конвенции о праве международных договоров представляется абсолютно обоснованной.

Не меньше вопросов вызывают оговорки ряда государств-членов Совета Европы к ст. 20 Международного Пакта о гражданских и политических правах [4], в соответствии с которой «всякая пропаганда войны должна быть запрещена законом».

Вместе с тем, законодательством России установлена уголовная ответственность как за планирование, подготовку, развязывание и ведение агрессивной войны (ст. 353 УК РФ), так и за публичные призывы к развязыванию агрессивной войны, в том числе совершенные с использованием средств массовой информации либо лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации (ст. 354 УК РФ).

Суть сделанной европейцами оговорки - отказ принимать необходимое законодательство потому, что это противоречило бы праву на свободу выражения мнения. Подобные оговорки сделали Бельгия, Великобритания, Дания, Ирландия, Люксембург, Мальта, Нидерланды, Финляндия, Франция и Швеция (Италия и Германия в силу исторических причин предпочли ограничиться общей квалификацией упомянутых прав как абсолютных, то есть не подверженных каким-либо ограничениям, даже сформулированным в Пакте, но воздержались от заявлений по статье о запрете пропаганды войны).

Часть оговорок находится в явном противоречии с претензиями Совета Европы на роль образца в деле поощрения и защиты прав человека. Например, при подписании Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах [5] Великобритания заявила о невозможности обеспечить равную оплату за равный труд женщинам и мужчинам. Правда, при сдаче на хранение ратификационной грамоты британцы ограничили сферу применения этой оговорки системой вознаграждения в частном секторе, что, впрочем, не отменяет дискриминационного характера самой ситуации.

Вместе с тем, Конституция Российской Федерации в ст. 19 устанавливает, что мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации [14].

Законодательством России предусмотрены следующие основные принципы правового регулирования трудовых отношений: свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда; равенство прав и возможностей работников; обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы; обеспечение равенства возможностей работников без всякой дискриминации на продвижение по работе с учетом производительности труда, квалификации и стажа работы по специальности (ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ).

Ст. 3 ТК РФ устанавливает запрещение дискриминации в сфере труда и гарантирует каждому равные возможности для реализации своих трудовых прав [16].

Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда.

В этом же ряду находится оговорка ФРГ к ст. 3 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания [8], в соответствии с которой Германия заявила о том, что будет выполнять обязательство о невыдаче лиц в страны, где они могут подвергнуться применению пыток, только в рамках своего национального законодательства.

Ст. 302 УК РФ предусматривается уголовная ответственность за принуждение к даче показаний, соединенное с применением насилия, издевательств или пытки. При этом, согласно примечанию к ст. 117 УК РФ «под пыткой понимается причинение физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний или иным действиям, противоречащим воле человека, а также в целях наказания либо в иных целях» [15].

Еще одна сомнительная оговорка была сделана Великобританией в отношении действия ст. 11 Международного Пакта о гражданских и политических правах [4]. Суть ее заключается в том, что Великобритания отказалась применять ее на территории Джерси - зависимой британской территории. С учетом того, что закрепленное в ст. 11 право не подвергаться лишению свободы за неспособность выполнить договорное обязательство в соответствии с указанным Пактом отнесено к числу прав, отступление от которых не допускается даже в условиях войны или чрезвычайного положения, налицо еще одно нарушение Великобританией ст. 19 Венской Конвенции о праве международных договоров, а также самого Пакта.

Также следует упомянуть об оговорках ряда государств-членов Совета Европы (в частности, Франции) к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания [8] и к Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин [7] относительно отказа признать юрисдикцию Международного суда в отношении рассмотрения споров по этим договорам.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что многие государства-члены Совета Европы при ратификации некоторых международных и европейских нормативных правовых актов внесли оговорки, направленные на ослабление их выполнения со своей стороны, тогда как Российская Федерация минимизировала число оговорок (по ряду нормативных правовых актов они были сняты уже впоследствии, как, например, по Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин), что позволяет ей являться полноправной участницей большинства правообеспечивающих международных и европейских нормативных актов.

Вторая причина заключается в попустительстве властей, допускающих существенные нарушения основных прав и свобод человека и гражданина.

В этом отношении отсутствуют позитивные изменения в плане обеспечения как на институциональном, так и на нормативном уровнях постоянного наднационального мониторинга в государствах-членах Совета Европы случаев несоблюдения основных прав и свобод. Отсутствуют механизмы инициативного реагирования на них со стороны институтов Совета Европы и привлечения виновников к ответственности. Более того, в ряде случаев наблюдается потворство со стороны руководящих органов европейского сообщества нарушениям прав человека государствами-членами Совета Европы. Например, Совет Европы проявляет упорное нежелание вмешаться в ситуацию с масштабными нарушениями прав русскоязычного населения на

территории Латвии и Эстонии.

Низкую активность наднациональных органов Совета Европы в случае нарушений прав человека на территории объединенной Европы чиновники продолжают оправдывать отсутствием у них необходимых полномочий.

На сегодняшний день приходится констатировать отсутствие эффективного механизма оперативного и единообразного воздействия на страны-члены, допускающие случаи неуважения прав человека. В этом контексте привлекло к себе внимание направленное 6 марта 2013 г. министрами иностранных дел Германии, Нидерландов, Дании и Финляндии письмо на имя председателя Европейской комиссии Ж. М. Баррозу с призывом запустить собственные мониторинговые механизмы по отслеживанию ситуации с правами человека, верховенством права и демократией. Авторы инициативы, в частности, предложили придать Евро-комиссии контрольные полномочия по соблюдению основопологающих прав, включая применение санкций к нарушителям, вплоть до лишения финансирования. Данная инициатива вызвала неоднозначную реакцию и продолжения пока не получила [18].

Таким образом, сложившаяся ситуация вызывает разочарование сохраняющейся ограниченностью вопросов ведения контрольных органов Совета Европы по правам человека. Правозащитная дипломатия государств-членов Совета Европы продолжает оставаться «улицей с односторонним движением» и направлена сугубо вовне. В итоге при постановке вопросов о нарушениях в гуманитарно-правозащитной сфере в третьих странах изначально отсутствуют предпосылки для предметного и взаимоуважительного диалога с партнерами по данной проблематике.

Третьей причиной является, на наш взгляд, продолжающийся рост ультраправых, экстремистских, неонацистских настроений, обострение ситуации с героизацией бывших легионеров «Ваффен-СС» в Латвии и Эстонии, распространение антисемитской риторики крайне правых, что создает проблемы в отношениях с третьими странами.

В своем комментарии (имеет статус экспертного заключения высокого уровня) под названием «Европа должна бороться с экстремизмом и отстаивать права человека» Комиссар Совета Европы по правам человека Н. Муйжниекс прямо ссылается на мнение «некоторых независимых обозревателей», о том, что рост этого феномена «достиг уровня ранней формы крайне правового террора». В подтверждение этих слов он обращает внимание на ситуацию в государствах-членах Совета Европы - в ФРГ (резонансное дело о национал-социалистическом подполье), Швеции (рост популярности партии «Шведские демократы» с неонацистскими корнями), Австрии (деятельность неонацистской организации «Объект 21»), Греции (нападения на расовой почве и неофашистская партия «Золотая заря»), Венгрии (серийные убийства цыган; ультраправая партия «Йоббик»), Италии (насильственная ликвидация цыганских поселений) [17].

Приведем характерный пример:

В Германии на протяжении нескольких лет наблюдается устойчивый рост ксенофобии и равнодушия власти. Несмотря на довольно жесткое местное законодательство, призванное пресекать любое проявление симпатии к национал-социализму и расизму, в Германии фиксируется резкий рост случаев ксенофобии и

нетолерантности. Организованные группы молодых людей, традиционно именуемых «бритоголовыми» или «наци», регулярно устраивают рейды в места компактного проживания турков и арабов по всей стране. «Зачастую полиция реагирует на это с большим опозданием, когда нападающие уже причинили нам физические и моральные травмы», - говорится в поданном в Европейский суд по правам человека исковом заявлении проживающего в ФРГ турка Османа Юлдуза. - Мы не можем чувствовать себя в безопасности, и из-за равнодушия власти нам не у кого просить защиты». В этой связи канцлер Германии Ангела Меркель была вынуждена признать существующую проблему и призвала единомышленников «сделать все возможное, дабы искоренить в немецком обществе расовую и национальную нетерпимость» [18]. Впрочем, действенные методы подобной борьбы она не обозначила.

Таким образом, несмотря на принимаемые международные и европейские правообеспечивающие нормативные акты, проблема эффективной охраны и защиты прав человека продолжает оставаться актуальной. Сложившаяся ситуация находит непосредственное отражение в количестве жалоб, находящихся на рассмотрении в Европейском суде по правам человека.

И, наконец, четвертой и пятой причиной, не требующей каких-либо пояснений, является правовой нигилизм и нерегулируемые миграционные процессы, рост числа мигрантов, которые заняты на низкооплачиваемых видах работ либо живут на пособия и не работают, что способствует распространению безработицы, преступности и асоциального образа жизни.

Весьма проблематичными с правозащитной точки зрения являются проводимые государствами-членами Совета Европы морские операции по так называемому «вытеснению» групп мигрантов и потенциальных беженцев от границ объединенной Европы в страны происхождения.

По мнению Н. Муйжниекса, упомянутые ограничительные меры, направленные на блокирование миграционных потоков в Европу и де-факто презюмирующие злоупотребление правом на убежище, вступают в противоречие с Конвенцией о статусе беженцев [2], Протоколом № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод о свободе передвижения, ст. 14 данной Конвенции (общий запрет дискриминации), а также могут приводить к нарушению ст. 3 Конвенции (запрет пыток и бесчеловечного обращения) [1].

Приведем характерный пример:

Французский министр внутренних дел Мануэль Вальс подписал служебное распоряжение, которым фактически санкционировал массовую депортацию из Франции всех нелегально проживающих в стране цыган. Стражам порядка предписано регулярно осуществлять рейдовые мероприятия по так называемым «лагерям беженцев», выявлять лиц римской национальности, не имеющих лицензии на проживание и работу, и выдворять их в течение 24 часов. Помимо прочего, Вальс призвал местные власти сносить палаточные городки и таборы цыган, которые, по его словам, являются центрами криминала, торговли наркотиками и болезней. Тем из цыган, кто добровольно согласится покинуть Францию, предлагают единовременную финансовую помощь в размере 300 евро и билет на родину.

Идея министра была поддержана на самом высоком уровне. Вынося свою «согласительную» резолюцию, французский президент Франсуа Олланд отметил, что

цыгане приносят целым регионам страны «массу проблем». «Большинство цыган действительно необходимо возвратить в страну их происхождения, - констатировал, в частности, он. - Они не хотят вливаться в наше общество, зачем они нам тогда вообще нужны?» [18]. Это довольно-таки громкое для главы государства заявление вызвало бурю возмущения у правозащитников. Организация Amnesty International («Международная амнистия») опубликовала статистику, согласно которой только за 6 месяцев 2013 года из палаточных лагерей были выселены более 10 тысяч ромов. Большинство из них являлись выходцами из бедных районов Болгарии и Румынии, и по возвращении домой их ждали конфликты с местным коренным населением. Кстати, в правительстве Франции уже подготовлен проект документа, запрещающего Софии и Бухаресту вступать в зону Шенгенского соглашения. «Только так мы обезопасим себя от восточноевропейских нелегалов», - заявил Вальс [19].

В контексте всего вышесказанного нельзя обойти вниманием позицию Дании. Датские законы по праву считаются одними из самых суровых в Европе в отношении иностранцев. В стране принят ряд положений, упрощающих для полиции процедуру наблюдения за подозрительными лицами, прослушивание телефонных разговоров и перлюстрацию почты.

В заключение следует отметить, что мы кратно обозначили основные причины нарушений прав человека в государствах-членах Совета Европы. Очевидно, что все они находятся в тесной взаимосвязи и вытекают одна из другой. Исходя из этого можно сделать вывод о том, что с точки зрения соблюдения прав человека государства объединенной Европы далеко не являются моделью идеального сообщества.

Статья проверена программой «Антиплагиат». Оригинальность 82%.

Список литературы:

1. Конвенция о защите прав человека и основных свобод, заключена в г. Риме 04.11.1950 г. (с изм. от 13.05.2004 г.) (вместе с «Протоколом [№ 1]», подписан в г. Париже 20.03.1952 г., «Протоколом № 4 об обеспечении некоторых прав и свобод помимо тех, которые уже включены в Конвенцию и первый Протокол к ней», подписан в г. Страсбурге 16.09.1963 г., «Протоколом № 7», подписан в г. Страсбурге 22.11.1984 г.) // СЗ РФ. 2001. 8 янв. № 2. Ст. 163.

2. Конвенция о статусе беженцев (Вместе с «Комментарием», «Образцом проездного документа»), заключена в г. Женеве 28.07.1951 г. // Бюллетень международных договоров. 1993. № 9. С. 6-28.

3. Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации, заключена 21.12.1965 г. // Ведомости ВС СССР. 1969. 18 июня. № 25. Ст. 219.

4. Международный Пакт от 16.12.1966 г. «О гражданских и политических правах» (вместе с Факультативным протоколом к Международному Пакту о гражданских и политических правах от 19.12.1966 г.) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 12.

5. Международный пакт от 16.12.1966 г. «Об экономических, социальных и культурных правах» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 12.

6. Венская Конвенция о праве международных договоров, заключена в Вене 23.05.1969 г. // Ведомости ВС СССР. 1986. 10 сент. № 37. Ст. 772.

7. Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, заключена 18.12.1979 г. // Ведомости ВС СССР. 1982. 23 июня. № 25. Ст. 464.

8. Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, заключена 10.12.1984 г. // Ведомости ВС СССР. 1987. 11 ноября. № 45. Ст. 747.

9. Второй факультативный протокол к Международному пакту о гражданских и политических правах, направленный на отмену смертной казни, принят 15.12.1989 г. Резолюцией 44/128 на 82-ом пленарном заседании 44-ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН // Действующее международное право. Т. 2. - М.: Московский независимый институт международного права, 1997. С. 43-45.

10. Факультативный протокол к Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, принят в г. Нью-Йорке 06.10.1999 г. Резолюцией 54/4 на 28-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН // СЗ РФ. 2005. 14 фев. № 7. Ст. 492.

11. Факультативный протокол к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, принят в г. Нью-Йорке 18.12.2002 г. Резолюцией 57/199 на 77-ом пленарном заседании 57-ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН // Документ опубликован не был.

12. Факультативный протокол к Конвенции о правах инвалидов, принят в г. Нью-Йорке 13.12.2006 г. Резолюцией 61/106 на 76-ом пленарном заседании 61 -ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН // Документ опубликован не был.

13. Международная конвенция для защиты всех лиц от насильственных исчезновений, заключена в г. Нью-Йорке 20.12.2006 г. // Документ опубликован не был.

14. Конституция Российской Федерации, принята всенародным голосованием 12.12.1993 г. (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 г. № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 г. № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 г. № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 г. № 11-ФКЗ) // СЗ РФ. 2014. 4 авг. № 31. Ст. 4398.

15. Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ (в ред. Федерального закона от 19.12.2016 г. № 436-ФЗ) // СЗ РФ. 1996. 17 июня. № 25. Ст. 2954; 2016. 26 дек. № 52. Часть V. Ст. 7485.

16. Трудовой кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 30.12.2001 г. № 197-ФЗ (в ред. Федерального закона от 03.07.2016 г. № 348-Ф3) // СЗ РФ. 2002. 7 ноя. № 1. Ч. 1. Ст. 3; 2016. 4 июля. № 27. Часть II. Ст. 4281.

17. Муйжниекс Н. Европа должна бороться с экстремизмом и отстаивать права человека: http://euro-ombudsman.org/ombudsmen_activities/ europe/evropa-dolzhna-borotysya-s-rasistskim-ekstremizmom-i-zashishaty-prava-cheloveka. Дата обращения: 30.01.2017 г.

18. Официальный сайт Министерства иностранных дел Российской Федерации: http://www.mid.ru/web/guest/ akkred/-/asset_publisher/D2wHaWM CU6Od/content/id/ 713035. Дата обращения: 30.01.2017 г.

19. Русская служба BBC: http://www.bbc.com/russian/ international/2013/ 09/130925_france_minister_roma. Дата обращения: 02.02.2017 г.

20. Яковлев К. Л., Яковлева Е. И., Яковлева О. Н. Государственно-правовые основы организации правоохранительных органов зарубежных стран: Монография. - М.: ИНФРА-М, 2011. 160 с.

РЕЦЕНЗИЯ

на статью Е.С. Хозиковой «Причины нарушений прав человека в государствах-членах Совета Европы»

Представленная для рецензирования статья является, несомненно, актуальной, так как в ней раскрываются основные причины нарушения прав человека в государствах-членах Совета Европы.

Анализируемая автором проблема традиционно является дискуссионной в отечественной правовой науке (С. А. Глотов, В. А. Карташкин, Е. Д. Костылева, Е. А. Лукашева, И. И. Лука-шук и др.). Вместе с тем, очевидно, что сложившаяся в настоящее время система защиты основных прав и свобод человека и гражданина в государствах-членах Совета Европы продолжает оставаться неэффективной и неполноценной.

При проведении исследования Е. С. Хозикова использует обширную методологическую базу, которую образует совокупность различных методологических приемов и средств познания. Учитывая многоаспектность рассматриваемой тематики, автор грамотно применяет общефилософские, общенаучные, частные и специальные методы познания, в частности: сравнительно-правовой, документального анализа, формально-юридический, формально-логический и некоторые другие методы.

Статья выполнена на основе всестороннего анализа действующего законодательства Российской Федерации, а также фундаментальных трудов ученых, посвященных причинам нарушения прав человека в государствах-членах Совета Европы.

Автор владеет методами сравнительного анализа, правильно руководствуется нормативными правовыми документами, проявил умение анализировать источники и на основе этого делать собственные выводы и обобщения.

В ходе проведения научного анализа Е. С. Хозикова приводит конкретные примеры нарушений прав человека в государствах-

членах Совета Европы, что характеризует ее как настойчивого, целеустремленного исследователя, способного решать теоретико-прикладные задачи и на высоком уровне владеющего рассматриваемой проблематикой.

Отмечается, что статья подготовлена автором самостоятельно, обладает внутренним единством, содержит новые научные результаты и положения, что свидетельствует о личном вкладе Е. С. Хозиковой в науку.

В заключении автор делает вывод о том, что несмотря на принимаемые международные и европейские правообеспе-чивающие нормативные акты, проблема эффективной охраны и защиты прав человека продолжает оставаться актуальной. Сложившаяся ситуация находит непосредственное отражение в количестве жалоб, находящихся на рассмотрении в Европейском суде по правам человека.

Структура статьи логична и позволила полно и глубоко исследовать и раскрыть тему. Стиль изложения материала доступен. Замечаний по оформлению нет.

Вывод: представленная для рецензирования статья актуальна, выполнена на достаточно высоком теоретическом уровне в соответствии с предъявляемыми требованиями и может быть рекомендована для опубликования в журнале, включенном в Перечень рецензируемых научных изданий, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук.

Профессор кафедры государственно-правовых дисциплин Московской академии Следственного комитета Российской Федерации, доктор юридических наук, доцент

К. Л. Яковлев