Проблемы правового регулирования государственной охраны объектов

Квасов Владимир Борисович Шкеля Олег Викторович

Проблемы правового регулирования государственной охраны объектов

В статье проводится анализ ряда проблем, связанных с осуществлением государственной охраны объектов. Исследуется понятие «объект, подлежащий государственной охране». Рассмотрены существующие перечни объектов, подлежащих государственной охране, а также их соотношение между собой.

Ключевые слова: охраняемый объект, государственная охрана, субъект охраны, ведомственная охрана, Федеральная служба войск национальной гвардии РФ (Росгвардия), правовое регулирование, компетенция.

Problems of legal regulation of the state protection of objects

The article analyzes a number of problems related to the state protection of objects. The notion «an object subject to state protection» is researched. The existing list of objects subject to state protection, their relationship to each other are considered.

Key words: protected object, state protection, security entity, departmental security, Federal Service of the Russian National Guard troops (Rosgvardia), legal regulation, competence.

Объекты повышенной важности имеются в любом государстве. Их охране придается большое значение, поэтому государство зачастую предпочитает возлагать функции по охране таких объектов на государственные органы и организации. Таким образом объектам предоставляется обязательная государственная охрана.

В современном российском законодательстве не содержится четкого определения понятия «охраняемый объект», его толкование звучит по-разному в различных нормативных актах и документах.

Так, в Федеральном законе «О государственной охране» охраняемые объекты определяются как здания, строения и сооружения, в которых размещены федеральные органы государственной власти; территории и акватории, прилегающие к указанным зданиям, строениям, сооружениям и подлежащие защите в целях обеспечения безопасности объектов государственной охраны; здания, строения и сооружения, находящиеся в оперативном управлении федеральных органов государственной охраны; предоставленные им земельные участки и водные объекты [1].

Федеральный закон «О ведомственной охране» содержит следующее определение охраняемых объектов: это здания, строения, сооружения, прилегающие к ним территории и акватории, транспортные средства, а также грузы, в том числе при их транспортировке, денежные средства и иное имущество, подлежащие защите от противоправных посягательств [2]. Как можно заметить, такая трактовка охра-

няемых объектов является весьма широкой и включает в себя объекты как недвижимого, так и движимого имущества без указания на формы собственности и без каких-либо уточнений помимо того, что они подлежат защите от противоправных посягательств.

В руководящем документе 25.03.001-2002 «Системы охраны и безопасности объектов. Термины и определения» дана краткая дефиниция рассматриваемого понятия: охраняемый объект - предприятие, организация, учреждение, жилище, их часть или комбинация, оборудованные действующей системой охраны и безопасности [3].

На основании представленных определений можно сделать вывод, что охрана объектов связана как с обеспечением их безопасности, так и с их защитой. Понятия «защита», «охрана» и «безопасность» зачастую используются как синонимы, однако анализ ряда нормативных правовых актов, регулирующих охранную деятельность, показывает, что употребление понятия «охрана» и производных от него («охранный», «охраняемый» и др.) осуществляется в отношении конкретных органов или организаций, осуществляющих охрану (охранная организация, ведомственная охрана), или в отношении объектов (охраняемый объект, объект охраны), а понятия «защита», «обеспечение безопасности» фигурируют при обозначении действий, которые охранная организация предпринимает в отношении охраняемого объекта.

Таким образом, охрана объектов связана с деятельностью конкретных органов (организа-

80

ций), являющихся субъектами охраны. Государственная охранная деятельность в таком случае будет представлять собой деятельность государственных органов (организаций).

Защиту объектов, подлежащих государственной охране, осуществляют субъекты государственной охранной деятельности, к которым относятся Федеральная служба охраны Российской Федерации (далее - ФСО России), органы ведомственной охраны, вневедомственная охрана войск национальной гвардии, ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ (далее - ФГУП «Охрана» Росгвардии). При этом для ФСО России приоритетной является охрана важных лиц, для достижения цели обеспечения безопасности которых осуществляется охрана зданий, строений, сооружений и других объектов.

В законодательстве четко не прописано, по какой причине полномочия частных охранных организаций ограничены в отношении охраны тех или иных категорий объектов. Так, в определении Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2011 г. № 1863-О-О в качестве причины обозначено «надлежащее обеспечение безопасности указанных объектов ввиду их особого статуса» [4]. Словосочетание «особый статус» со ссылкой на данное определение Конституционного Суда РФ можно встретить и в иных материалах судебной практики. Тем не менее, неясно, в чем именно заключается особый статус объектов.

В некоторых случаях, обосновывая особые условия по осуществлению охраны объектов, законодатель называет их «важными государственными». Так, охрана важных государственных объектов является одной из задач Росгвардии (п. 6 Указа Президента РФ «Вопросы Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации»). Однако какие-либо критерии определения «важности» объекта также отсутствуют.

Если обратиться к зарубежному опыту, то можно заметить, что, например, согласно законодательству Республики Казахстан объекты, подлежащие государственной охране, подразделяются на три основные категории: особо важные государственные объекты, стратегические объекты и объекты отраслей экономики, имеющих стратегическое значение и принадлежащих юридическим лицам, в уставном капитале которых государство прямо или косвенно владеет контрольным пакетом акций (долей участия) [5]. Разработаны критерии отнесения к каждой из категорий, а также перечислены и сами объекты, подлежащие государственной охране. На наш взгляд, законодательство России может ориентироваться на такую систематизацию объектов, подлежащих государственной охране.

В современном российском законодательстве словосочетание «объект, подлежащий государственной охране» не используется, хотя ранее постановление Правительства РФ от 14 августа 1992 г. № 587 «Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности» (далее - постановление Правительства № 587) содержало перечень объектов, подлежащих государственной охране. С 2015 г. название перечня было изменено на «Перечень объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется». Вместе с тем в различных документах и материалах правоприменительной практики можно встретить формулировку «объект, подлежащий государственной охране» [6].

Как рассуждает О.Ю. Гурин, исследуя проблемы закупок услуг по охране объектов, на которые не распространяется частная охранная деятельность, подобное изменение терминологии произошло потому, что понятие «объекты, подлежащие государственной охране», было очень легко спутать с понятием «объекты государственной охраны», что зачастую вводило в заблуждение и заказчиков, и контрольные органы в сфере закупок [7, с. 52-79].

Действительно, государственную охрану традиционно связывают с государственной охраной ФСО России и редко с ведомственной государственной охраной, тогда как к государственной охране в ее широком смысле относятся все вышеперечисленные субъекты: государственная охрана ФСО России, органы ведомственной охраны, вневедомственная охрана войск национальной гвардии и ФГУП «Охрана» Росгвардии.

Мы полагаем, что смена названия объектов, подлежащих государственной охране, на объекты, на которые частная охранная деятельность не распространяется, не добавила четкости в понимание сущности таких объектов, а в чем-то даже и усложнила это понимание.

С точки зрения логики допустимо выделение признака предмета по отсутствующему у него свойству. Применительно к рассматриваемому случаю отсутствующим свойством является то, что частная охранная деятельность не распространяется на определенные объекты. Осведомленность об отсутствии такого свойства, безусловно, важна для частных охранных организаций. Однако для более полной и конкретной характеристики предмета рациональнее использовать признаки, отражающие присутствующие у него свойства (например то, что объекты подлежат государственной охране).

Заменой данной формулировки законодатель надеялся ликвидировать существующую путаницу в понятиях, однако основные проблемы правоприменительной практики не исчез-

81

ли, поскольку они являются следствием бессистемности и хаотичности в распределении полномочий различных субъектов всего охранного законодательства.

Для разрешения существующих спорных вопросов необходимы разработка и принятие отдельного нормативного правового акта, систематизирующего законодательство о государственной охранной деятельности. При этом формулировка «объекты, подлежащие государственной охране» должна быть принята в качестве основной. Под объектами, подлежащими государственной охране, мы предлагаем понимать здания, строения, сооружения, прилегающие к ним территории и акватории, на которые направлена деятельность субъектов государственной охраны вследствие их особого статуса.

Государственной охране подлежат различные категории объектов. Наиболее общий их перечень содержится в постановлении Правительства № 587. Однако в данном постановлении не указано, как именно и какими органами должна осуществляться охрана тех или иных объектов.

Уклончивая формулировка «частная охранная деятельность не распространяется» на рассматриваемые объекты требует обращения к Закону РФ от 11 марта 1992 г. № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон «О частной детективной и охранной деятельности»), в нормах которого указано, что частная охранная деятельность не распространяется на объекты государственной охраны и охраняемые объекты, предусмотренные Федеральным законом от 27 мая 1996 г. № 57-ФЗ «О государственной охране», а также на объекты, перечень которых утверждается Правительством РФ.

Итак, какие же объекты сюда относятся? Объекты государственной охраны указаны в ст. 6, 8, 9, 11 Федерального закона «О государственной охране», к ним относятся Президент РФ, Председатель Правительства и прочие важные лица. В данном Федеральном законе не приведен точный перечень охраняемых объектов, однако имеются достаточно четкие указания на то, какие объекты подлежат охране силами ФСО России, которая наделена исключительными полномочиями по охране этих объектов, вследствие чего исключено возникновение споров о компетенции данной службы.

Иная ситуация складывается в отношении объектов, перечень которых утверждается Правительством РФ. Пояснения, какой именно перечень объектов, утверждаемый Правительством РФ, имеется в виду, отсутствуют; в то же время Правительство РФ, помимо пе-

речня объектов, указанных в постановлении Правительства РФ № 587, также утверждает перечень объектов, подлежащих обязательной охране войсками национальной гвардии, и отдельные перечни объектов, подлежащих охране органами ведомственной охраны.

По нашему мнению, налицо некоторая правовая неопределенность. Тем не менее общепринятой является точка зрения, согласно которой в Законе РФ от 11 марта 1992 г. № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности» имеется в виду перечень объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, утвержденный постановлением Правительства РФ № 587. В данном перечне отсутствует какая-либо классификация или систематизация перечисленных объектов [8]. Их охрану вправе осуществлять лишь уже упомянутые нами субъекты государственной охранной деятельности: органы ведомственной охраны, вневедомственная охрана войск национальной гвардии, ФГУП «Охрана». При этом компетенция данных субъектов по охране объектов четко не определена.

Для вневедомственной охраны распоряжением Правительства РФ от 15 мая 2017 г. № 928-р утвержден перечень объектов, подлежащих обязательной охране войсками национальной гвардии Российской Федерации. Охрана этих объектов осуществляется исключительно силами вневедомственной охраны войск национальной гвардии. Для ФГУП «Охрана» какие-либо перечни отсутствуют, данное предприятие может осуществлять защиту любых объектов из перечня, утвержденного постановлением Правительства № 587.

Органы ведомственной охраны осуществляют защиту объектов, являющихся государственной собственностью и (или) находящихся в ведении создавших их субъектов.

Большую часть перечня объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, составляют объекты ведомственной охраны (полностью или частично они указаны в пп. 1; 3; 4.1, 6; 7; 9-11; 13-18; 21).

Перечень объектов, подлежащих обязательной охране войсками национальной гвардии включает в себя 37 пунктов, что значительно меньше, чем входило в перечень объектов, подлежащих охране полицией, утвержденный распоряжением Правительства РФ от 2 ноября 2009 г. № 1629-р [9]. Мы полагаем, что в перечень объектов, подлежащих обязательной охране войсками национальной гвардии, в дальнейшем также будут вноситься изменения. Если в первой редакции он содержал всего 46 пунктов, то сейчас включает 104 пункта. Сравнив указанные перечни, можно сказать, что с вневедомственной охраны была снята

82

обязанность по охране некоторых категорий объектов: детских лагерей, санаториев и др.

Сравнение рассматриваемого перечня с перечнем объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, позволяет сделать вывод, что во многом они соотносятся как видовые и родовые категории. Если в качестве родового понятия выступают аэропорты и объекты их инфраструктуры, то видовыми понятиями будут указанные в перечне объектов, подлежащих обязательной охране войсками национальной гвардии, «международные аэропорты, расположенные в Северо-Кавказском федеральном округе, международный аэропорт г. Симферополя». Также соотносятся «объекты Счетной палаты» и «административное здание Счетной палаты Российской Федерации (г. Москва, ул. Зубовская, д. 2)» и др.

Таким образом, перед нами предстает процесс своего рода «двойного отбора», когда сначала выделяются общие категории объектов, подлежащих государственной охране, а затем в рамках одной категории конкретизируется определенный объект или группа, защита которых имеет первостепенное значение.

В некоторых случаях наблюдается явное пересечение полномочий органов по охране объектов подразделений вневедомственной охраны и органов ведомственной охраны: например, у Банка России имеется собственная ведомственная охрана (Российское объединение инкассации), которая осуществляет защиту находящихся в его ведении объектов, однако законодателем выделены несколько конкретных объектов Банка России, по-видимому, требующих усиленной охраны, и полномочия по их охране переданы войскам национальной гвардии.

Сравнив объекты, на которые частная охранная деятельность не распространяется, с субъектами государственной охранной деятельности, можно прийти к следующим выводам:

1. Большая часть объектов перечня относится к ведению федеральных органов власти и организаций, имеющих право на создание ведомственной охраны.

2. Законодатель выводит некоторые объекты из компетенции ведомственной охраны и передает полномочия по их защите вневедомственной охране войск национальной гвардии.

3. Если выделить в перечне объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, объекты, подлежащие защите ведомственной охраной и вневедомственной охраной, то помимо них остается несколько категорий объектов, для которых не установлены органы, уполномоченные осуществлять их охрану. Подобная правовая неопределенность затрудняет обеспечение безопасности этих

объектов, приводит к спорным и конфликтным ситуациям.

Анализ материалов обширной правоприменительной практики по спорным делам об охране различных объектов дает основания полагать, что проблемы в определении компетенции субъектов государственной охранной деятельности по охране объектов возникают по нескольким причинам:

Во-первых, вследствие того, что в перечне объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, объекты в большинстве своем не конкретизированы, названы лишь в общей форме. Отнесение конкретного объекта к тем, что подлежат государственной охране, возможно лишь в случае, если объект включен в перечень объектов ведомственной или вневедомственной охраны. Сначала необходимо доказать, что объект относится к одной из категорий, указанных в перечне объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, а затем требуется определение субъекта охраны, обладающего соответствующими полномочиями.

Во-вторых, разночтения в толковании законодательства затрудняют идентификацию объектов, подлежащих государственной охране. Различные инстанции при соотнесении конкретных объектов с перечнем объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, выносят противоречивые решения. Анализ материалов судебной практики свидетельствует, что, например, объекты территориальных управлений федеральных органов власти как могут признаваться подлежащими государственной охране, так и напротив, их охрана может быть передана частным организациям [10; 11].

В-третьих, нередко возникают сложности с определением компетенции органов ведомственной охраны, связанные с признанием либо отрицанием их права осуществлять охрану объектов, не относящихся к ведению создавшего их федерального органа власти. При обосновании данного права органы ведомственной охраны ссылаются на ст. 8 Федерального закона «О ведомственной охране», в которой указано, что «защита охраняемых объектов иных форм собственности, находящихся в сфере ведения соответствующих федеральных государственных органов, осуществляется в соответствии с заключенными договорами» [12]. Данная норма может толковаться расширительно, что на практике вызывает разногласия при определении полномочий ведомственной охраны по охране объектов.

Так, в Уставе ведомственной охраны Министерства связи и массовых коммуникаций РФ

83

ФГУП «СВЯЗЬ-безопасность» [13] указано, что данное предприятие осуществляет защиту охраняемых объектов (в том числе объектов, подлежащих государственной охране), являющихся государственной собственностью и находящихся в сфере ведения соответствующих федеральных органов исполнительной власти в области информационных технологий, электросвязи и почтовой связи, массовых коммуникаций и средств массовой информации, печати, издательской и полиграфической деятельности, обработки персональных данных, оказания государственных услуг в сфере информационных технологий, а также охраняемых объектов иных форм собственности, в соответствии с заключенными договорами.

Мы полагаем, что в ст. 8 Федерального закона «О ведомственной охране» ясно указано, что охраняемые объекты иных форм собственности должны находиться «в сфере ведения соответствующих федеральных государственных органов». В Уставе ФГУП «СВЯЗЬ-безопасность» такое уточнение отсутствует, вследствие чего предприятие считает возможным охранять любые объекты.

На практике различные инстанции (УФАС, судебные органы) во многих случаях признавали право ведомственной охраны Минсвязи охранять объекты за пределами ее компетенции, однако в последние годы с образованием Росгвардии как федерального органа исполнительной власти в сфере охранной деятельности, одной из функций которого является инспектирование подразделений ведомственной охраны, правоприменительная практика стала складываться не в пользу ФГУП «СВЯЗЬ-безопасность». Росгвардия при осуществлении государственного контроля (надзора) указывает на нарушение законодательства данным органом ведомственной охраны при заключении договоров на оказание охранных услуг в отношении объектов, не отнесенных к сфере ведения Минкомсвязи России, а также не включенных в Перечень объектов организаций и предприятий отрасли «Связь» [14]. Судебные органы признают правоту Росгвардии: точкой в затянувшем споре можно считать определение Верховного суда РФ от 17 июля 2017 г. № 302-ЭС17-8484 по делу № А19-8214/2016, в котором Верховный Суд РФ подтвердил решение суда округа о том, что ФГУП «СВЯЗЬ-безопасность» имеет право осуществлять охрану только тех объектов, которые находятся в сфере ведения Министерства связи и массовых коммуникаций РФ и подведомственных ему федеральных органов исполнительной власти [15].

Решение обозначенных проблем, на наш взгляд, кроется в комплексном изменении за-

конодательства, регулирующего государственную охранную деятельность. Для уточнения компетенции органов ведомственной охраны по охране объектов следует издать официальное разъяснение спорной нормы ст. 8 Федерального закона «О ведомственной охране», а уставы предприятий, расширительно толкующих данную норму, привести в соответствие закону. Организация и контроль данного процесса должны быть возложены на Росгвардию как контрольно-надзорный орган в рассматриваемой сфере. Мы понимаем, что с таким резким ограничением компетенции ведомственной охраны большое количество объектов, которым она оказывает охранные услуги, рискуют остаться без охраны. Однако Росгвардия может передать эти объекты вневедомственной охране или ФГУП «Охрана», которые находятся в ведении данного органа исполнительной власти и имеют право на охрану объектов любых форм собственности, или же пойти дальше - присоединить предприятия ведомственной охраны к ФГУП «Охрана» в качестве филиалов (как это уже было проделано с ведомственной охраной объектов промышленности). В таком случае на эти предприятия будет распространяться Устав ФГУП «Охрана», и они получат законное право на охрану объектов любых форм собственности. Предприятия ведомственной охраны, в уставах и списках охраняемых объектов которых не будет найдено нарушений, могут продолжать свою деятельность в прежнем виде, однако в перспективе следует рассматривать вариант присоединения всех предприятий ведомственной охраны к ФГУП «Охрана» Росгвардии, потому что это находится в планах данного ведомства [16]. Осуществление такого шага потребует масштабных изменений в законодательстве о ведомственной охране и об охранной деятельности в целом, поэтому все должно быть очень четко спланировано.

Далее, по нашему мнению, необходимо уточнение содержания перечня объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется. Вследствие излишне общего обозначения содержащихся в нем объектов зачастую ответственные лица, организующие охрану объектов, не осознают, что на их объект частная охранная деятельность не распространяется, и заключают договоры с частными охранными предприятиями, нарушая тем самым закон. Очевидно, что нужен четкий алгоритм определения статуса того или иного объекта, воспользовавшись которым, можно будет определить, относится ли данный объект к категории подлежащих государственной охране или нет, а также какие именно субъекты государственной охраны вправе обеспечивать его безопасность.

84

Большое количество проблем, связанных с государственной охраной объектов, до сих пор не были разрешены во многом из-за недостаточного внимания научного сообщества к данной тематике. В работах многих ученых по большей части акцент делается на частной охранной деятельности, тогда как в рамках государственной рассматривается лишь вневедомственная охрана. Решение многочисленных проблемных вопросов осуществления государственной охраны обладает высокой важностью для государства, поэтому руководству страны следует привле-

кать к исследованиям в данной сфере известных научных деятелей и экспертов, организовать специальный научный центр, который занимался бы разработками, касающимися не только технических аспектов охранной деятельности, как, например, ФКУ «Научно-исследовательский центр "Охрана"» Росгвардии. Вышеупомянутый научный центр может быть также создан на базе Росгвардии, а основной его целью должно стать изучение и совершенствование нормативно-правового регулирования осуществления охранной деятельности в России.

1. О государственной охране: федер. закон от 27 мая 1996 г. № 57-ФЗ. Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

2. О ведомственной охране: федер. закон от 14 апр.1999 г. № 77-ФЗ. Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

3. Системы охраны и безопасности объектов. Термины и определения: руководящий документ 25.03.001-2002. URL: https://znaytovar. ru/gost/2/RD_25030012002_Sistemy_oxrany. html (дата обращения: 12.09.2017).

4. Определение Конституционного Суда РФ от 21 дек. 2011 г. № 1863-О-О. Доступ из справ. правовой системы «<Консультант-Плюс».

5. Некоторые вопросы объектов, подлежащих государственной охране: постановление Правительства Республики Казахстан от 7 окт. 2011 г. № 1151. URL: https://tengrinews. kz/zakon/pravitelstvo_respubliki_kazahstan_ premer_ministr_rk/natsionalnaya_bezopasnost/ id-P1100001151/#z12 (дата обращения: 12.09.2017).

6. Решение Комиссии по контролю в сфере закупок для государственных и муниципальных нужд Управления Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области от 29 мая 2015 г. № 291-ж/2015. URL: http://solutions. fas. gov.ru/to/chelyabinskoe-ufas-rossii/291-zh-2015 (дата обращения: 12.09.2017).

7. Гурин О.Ю. Закупки услуг по охране объектов, на которые не распространяется частная охранная деятельность // ПРОГОС-ЗАКАЗ.РФ. 2016. № 5.

8. Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности: постановление Правительства РФ от 14 авг. 1992 г. № 587. Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

9. Распоряжение Правительства РФ от 2 нояб. 2009 г. № 1629-р (утратило силу). URL: http://pravo. gov.ru/proxy/ips/?docbody=&n d=102133517&rdk=&backlink=1 (дата обращения: 12.09.2017).

1. On state protection: fed. law d.d. May 27, 1996 № 57-FL. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

2. On departmental protection: fed. law d.d. Apr. 14, 1999 № 77-FL. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

3. Systems of security and safety of facilities. Terms and definitions: guidance document 25.03.001-2002 URL: https://znaytovar.ru/gost/2J RD_25030012002_Sistemy_oxrany.html (date of access: 12.09.2017).

4. Determination of the Constitutional Court of the Russian Federation d.d. Dec. 21, 2011 № 1863-0-0. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

5. Some issues of objects subject to state protection: resolution of the Government of the Republic of Kazakhstan d.d. Oct. 7, 2011 № 1151. URL: https://tengrinews.kz/zakon/ pravitelstvo_respubliki_kazahstan_premer_ ministr_rk/natsionalnaya_bezopasnost/id-P1100001151/#z12 (date of access: 12.09.2017).

6. Decision of the Commission for Control in the Sphere of Procurement for State and Municipal Needs of the Department of the Federal Antimonopoly Service across Chelyabinsk Region d.d. May, 29 2015 № 291-zh/2015. URL: http:// solutions.fas.gov.ru/to/chelyabinskoe-ufas-rossii/291-zh-2015 (date of access: 12.09.2017).

7. Gurin O.Yu. Procurement of services for the protection of objects that are not covered by private security activities // PROGOSZAKAZ.RF. 2016. № 5.

8. Issues of private detective (search) and private security activities: resolution of the Government of the Russian Federation d.d. Aug. 14, 1992 № 587. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

9. Decree of the Government of the Russian Federation d.d. Nov. 2, 2009 № 1629-p (lost force). URL: http://pravo.gov.ru/proxy/ips/7docb ody=&nd=102133517&rdk=&backlink=1 (date of access: 12.09.2017).

10. Decision of the Sixth Arbitration Appeal Court d.d. Aug. 12, 2015 № 06AP-3617/15. Access from the system «GARANT».

85

10. Постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 12 авг. 2015 г. № 06АП-3617/15. Доступ из системы «ГАРАНТ».

11. Решение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 27 окт. 2015 г. по делу № А18-495/2015. URL:http://sudact.ru/arbitral/doc/ UdN97nGII868/(дата обращения: 12.09.2017).

12. О ведомственной охране: федер. закон от 14 апр. 1999 г. № 77-ФЗ. Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

13. Приказ Министерства связи и массовых коммуникаций Российской Федерации от 26 дек. 2014 г. № 497. Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

14. Решение Арбитражного суда г. Москвы от 15 авг. 2017 г. по делу № А40-125360/17-94-1191. URL: https://www.google.ru/url?sa=t&rct=j& q=&esrc=s&source=web&cd=1&cad=rja&uact=8 &ved=0ahUKEwjspPrj27HXAhXEE5oKHVPmCI QQFggnMAA&url=http%3A%2F%2Frosgvard.ru %2Fuploads%2F2017%2F08%2Freshenie-suda. pdf&usg=AOvVaw0JFgTX-Ajke0ZyvINsKNxX (дата обращения: 12.09.2017).

15. Определение Верховного Суда РФ от 17 июля 2017 г. № 302-ЭС17-8484 по делу № А19-8214/2016. URL:http://legalacts.ru/sud/ opredelenie-verkhovnogo-suda-rf-ot-17072017-n-302-es17-8484-po-delu-n-a 19-82142016/ (дата обращения: 12.09.2017).

16. О планах Росгвардии слить всю ведомственную охрану с ФГУП «Охрана» Росгвардии // РИА «Индустрия безопасности». URL: http://www.securitymedia.ru/news_one_5450. html (дата обращения: 19.08.2017).

11. Decision of the Arbitration Court of the Republic of Ingushetia d.d. Oct. 27, 2015 in case № A18-495/2015. URL: http://sudact.ru/arbitral/ doc/UdN97nGII868/ (date of access: 12.09.2017).

12. On departmental protection: fed. law d.d. Apr. 14, 1999 № 77-FL. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

13. Order of the Ministry of Communications and Mass Media of the Russian Federation d.d. Dec. 26, 2014 № 497. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

14. Decision of the Arbitration Court of the City of Moscow d.d. Aug. 15, 2017 in case № A40-125360/17-94-1191. URL: https://www.google. com/url?sa=t&rct=j&q=&esrc=s&source=web&cd =1&cad=rja&uact=8&ved=0ahUKEwjspPrj27HXA hXEE5oKHVPmCIQQFggnMAA&url=http%3A%2 F%2Frosgvard.ru%2Fuploads%2F2017%2F08% 2Freshenie-suda.pdf &usg =AOvVaw0JFgTX-Ajke0ZyvINsKNxX (date of access: 12.09.2017).

15. Determination of the Supreme Court of the Russian Federation d.d. July 17, 2017 № 302-ES17-8484 in the case № A19-8214/2016. URL: http://legalacts.ru/sud/opredelenie-verkhovnogo-suda-rf-ot-17072017-n-302-es17-8484-po-delu-n-a19-82142016/ (date of access: 12.09.2017).

16. On the plans of Rosgvardia to merge all departmental protection from Federal State Unitary Enterprise «Protection» of Rosgvardia // RIA «Security Industry». URL: http://www. securitymedia.ru/news_one_5450.html (date of access: 19.08.2017).

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Квасов Владимир Борисович, старший преподаватель кафедры организации охраны общественного порядка Тюменского института повышения квалификации сотрудников МВД России; e-mail: VladKwasov@yandex.ru;

Шкеля Олег Викторович, заместитель начальника кафедры административной деятельности органов внутренних дел Краснодарского университета МВД России; e-mail: oleg-wkelia@mail.ru

INFORMATION ABOUT AUTHORS

V.B. Kvasov, Senior Lecturer of the Chair of Organization of Public Order Protection of the Tyumen Advanced Training Institute of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: VladKwasov@yandex.ru;

O.V. Shkelya, Deputy Head of the Chair of Administrative Activity of Internal Affairs Bodies of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: oleg-wkelia@mail.ru

86