Политизация современного российского общества и патриотизм граждан: контент-анализ социальных сетей

ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАУКИ И МЕЖДУНАРОДНЫЕ

ОТНОШЕНИЯ

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2016. № 1 (9). С. 115-120. УДК 32.019.5

А. В. Абрамов, С. Н. Федорченко

ПОЛИТИЗАЦИЯ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА И ПАТРИОТИЗМ ГРАЖДАН: КОНТЕНТ-АНАЛИЗ СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЕЙ

Предпринимается попытка выявить взаимосвязь между политизацией сознания российских граждан и уровнем их патриотизма. В качестве эмпирической основы анализа используются данные социологических опросов и специально проведенного контент-анализа социальных сетей. Данные социологических опросов показывают, что уровень современного патриотизма обусловлен политическими факторами, а сам патриотизм представляет собой не только гордость за прошлое, но и поддержку современной политики. Вместе с тем, как показывает контент-анализ названий русскоязычных сообществ социальных сетей, патриотизм является лишь одним из проявлений политизации, о чем свидетельствует тот факт, что при наличии высокого интереса к политике интернет-пользователей Рунета уровень их патриотической консолидации недостаточно высок.

Ключевые слова: патриотизм; политизация; сетевые технологии; Интернет; власть.

A. V. АЬгатоу, S. N. Fedorchenko

POLITICIZATION MODERN RUSSIAN SOCIETY AND PATRIOTISM OF CITIZENS: CONTENT ANALYSIS OF SOCIAL NETWORKS

The author attempts to identify the relationship between the politicization of consciousness of Russian citizens and their level of patriotism. As an empirical basis of analysis used data of sociological surveys and specially conducted a content analysis of social networks. These polls show that the modern patriotism due to political factors, and the patriotism is not only proud of the past, but also the support of modern politics. However, as the content analysis of the names of the Russian-speaking communities of social networks, patriotism is only one manifestation of politicization, as evidenced by the fact that when there is a high interest in politics internet users Runet level of patriotic consolidation is not high enough.

Keywords: patriotism; politicization; network technologies; Internet; power.

С начала 2000-х гг. проблема патриотизма стала объектом пристального внимания политологов, социологов и философов. Факторами актуализации проблемы стали процесс восстановления вертикали власти в РФ и выдержанная в конфронтационном и антироссийском духе политика Запада. В этих условиях вопрос о духовных скрепах российского социума сделался центральным в современном российском дискурсе.

© Абрамов А. В., Федорченко С. Н., 2016

Патриотизм и политика

Проведенное в 2012 г. ВЦИОМ социологическое исследование выявило высокий уровень патриотизма российских граждан. На вопрос о том, считают ли они себя патриотами России, 80 % респондентов ответили утвердительно [14]. Вместе с тем важен не просто факт констатации патриотического настроя граждан, но и выявление характеристик их патриотизма.

Социологические опросы, проведенные еще несколько лет назад, фиксировали удивительную черту российского патриотизма: аполитичность и связанное с ней «бегство от современности». Граждане идентифицировали Родину, которой следует гордиться, с историей страны (85 % гордящихся против 11 % негордящихся), спортивными победами (77 % против 18) и достижениями культуры (75 % против 19 соответственно) [8]. Некоторых нюансов такой же позиции придерживалась и российская молодежь [16]. Совершенно очевидно, что мало что из трех вышеназванных компонентов вызывало положительные эмоции в настоящем: победы 1990-х гг. отсутствовали, спортивные достижения носили эпизодический, несистемный характер, а большинство кинофильмов, театральных постановок и художественных акций вызывало по меньшей мере эстетическое неприятие. Гордиться настоящим у большинства россиян долгое время не получалось. Это диагностировал и сам Президент РФ В. В. Путин, заявив на встрече со студентами: «...Если мы хотим сохранить свою идентичность в целом, то мы, конечно, должны культивировать здоровое чувство патриотизма. Без этого страна не будет существовать. Она просто изнутри развалится, как кусок сахара, намоченный водой.» [11].

Положение изменилось в течение последних двух-трех лет. Власть стала чаще давать россиянам поводы для гордости. В области истории большое внимание стало уделяться Великой Отечественной войне, которая превратилась в своеобразную гражданскую религию россиян. Широкую известность и массовую поддержку получила прошедшая 9 мая 2015 г. акция «Бессмертный полк». В шествии с портретами предков-фронтовиков приняло участие 13 % россиян из разных городов страны, в том числе и сам Президент России. При этом в оценках мероприятия граждане были единодушны: 96 % одобрили акцию, 60 % заявили о том, что в случае организации подобного шествия в будущем году примут в нем участие [4].

Другим способом укрепить патриотизм россиян стало событие в области спорта: Олимпиада 2014 г. в Сочи. Организация, проведение и очевидный успех российских спортсменов (отечественная команда завое-

вала 33 медали: 13 золотых, 11 серебряных и 9 бронзовых) позволяет говорить о возвращении лучших традиций советского спорта [1].

Вышеназванные события имели политическую подоплеку, хотя и неявно выраженную. Испытывая гордость за фронтовиков-победителей и спортсменов, россияне не могли не заметить демонстративный «бойкот» западными политическими руководителями открытия сочинской Олимпиады и парада в честь Дня Победы.

Но гораздо более мощным стимулом для формирования гордости за страну, чем спорт и история, стали в 2014-2015 гг. политические события. Большое значение для укрепления российского патриотизма имело возвращение «домой» Крымского полуострова. События на Украине вообще, и в Крыму в частности, способствовали складыванию общественного консенсуса, который не наблюдался в современной России очень давно. Результаты проведённого 2 апреля 2014 г. всероссийского опроса общественного мнения оказались сопоставимы с итогами крымского референдума: 96 % россиян считало правильным решение о принятии Крыма в состав Российской Федерации. Данное решение поддерживают в равной степени все категории россиян [7]. Успешное бескровное возвращение «домой» крымчан вернуло большинству граждан ощущение того, что они живут в великой и сильной стране, не только осознающей собственные национальные интересы, но и активно их отстаивающей.

Еще одним из предметов современной национальной гордости стала Российская армия. Согласно данным ВЦИОМ, участие воздушно-космических сил в антитеррористической операции в Сирии, прежде всего запуск ракет из акватории Каспийского моря, существенно изменили мнение россиян об армии. Если в 1990 г. 34 % считали, что армия отстает от лучших армий мира, а 15 % говорили, что ее боеспособность на очень низком уровне, то сегодня 32 % называют Российскую армию самой эффективной и боеспособной в мире (в 1990 г. - 5 %), а 49 % уверены, что она стоит в ряду лучших (в 1990 г. - 21 %) [2]. Опросы общественного мнения фиксируют, что, по сравнению с данными десятилетней давности, доля россиян,

уверенных в том, что они уже живут или в ближайшее время будут жить в великой и сильной стране, возросла (с 12 и 40 % соответственно в 2003 г. до 20 и 54 % в 2014 г.) [12].

Собственно политическим стимулом роста российского патриотизма стали также режим санкций, неприкрытая ложь и откровенное международное хамство западных «партнеров». Все это способствовало небывалой консолидации россиян. Опрос, проведенный в канун Дня народного единства и согласия, продемонстрировал, что за период с 2012 по 2015 гг. процент респондентов, согласных с тем, что в России есть народное единство, вырос вдвое: с 23 до 54 [5].

Таким образом, политические события 2014-2015 гг. определили сдвиг российского общественного сознания в лучшую сторону: гордость за прошлое и неполитическое настоящее сменились современным политическим патриотизмом, на первый план вышла поддержка внешнеполитического курса Президента. Это вынуждены признать даже западные «аналитики», рекомендующие с помощью экономических санкций и обострения военных конфликтов в Сирии и на Украине вызвать падение уровня жизни в стране, а также разрушить общественное согласие в российском обществе «до тех пор, пока внешняя политика - в настоящий момент единственный источник успехов, легитимности и общественной поддержки режима - не станет источником сомнений, смущения и сожалений» [3].

Контент-анализ социальных сетей

Политизация виртуального пространства рождает новые перспективы и проблемы для современной власти. Во-первых, сетевые технологии представляют для политического режима впечатляющий полигон по апробации новейших приёмов укрепления легитимности власти. Во-вторых, Интернет для политиков - сегмент угроз непредсказуемого формата: от дискредитации образа государства до развёртывания полномасштабной информационной войны и различных «цветных революций». Вместе с тем взаимосвязи авторитета и легитимности власти с политизацией киберпространства и распространением патриотических настроений среди граж-

дан практически не уделяется серьёзного значения в науке. Часто эти явления рассматриваются по отдельности.

Феномен легитимности власти в своё время стал рассматривать ещё немецкий социолог Макс Вебер, обозначив рационально-правовой, харизматичный и традиционный типы общественной поддержки правителя [17]. Но уже в XX в. такой подход подвергся определённой критике. Советский исследователь В. П. Макаренко, например, отмечал, что Вебер лишь заимствовал схожую мысль у Гегеля, который рассуждал о единстве обязанностей и прав, а также о порядке как о некой универсальной ценности. Также Макаренко усмотрел сходство идей Вебера и Гегеля в их предположении, что люди разумны и свободны лишь в той степени, когда они признают политическое устройство [10].

Очевидно, что Вебер не только находился под влиянием политических учений своих предшественников, но и исходил в своих теоретизированиях о легитимности власти из специфики своего времени. В силу последнего обстоятельства при анализе подобного рода политических явлений нельзя игнорировать тренды современности. Безусловно, Вебер не мог учесть того, чего не предполагал, - появление Интернета и дальнейшую политизацию его социальных сетей.

Не стоит забывать также о наследии русского политического философа А. Коже-ва, который в своей книге «Понятие власти» обращал внимание на то, что власть может использовать авторитет, если у неё недостаточно политической силы. Кожев отмечал, что именно авторитет формирует силу, а не наоборот [9]. Подход Кожева по причине своей широты более адекватен в качестве теоретической матрицы для анализа феномена политизации социальных коммуникаций, чем узкая типологизация легитимности Вебера.

В современном обществе авторитет власти формируется постепенно, в том числе и сетевым способом. Однако важно помнить, что феномен сети - довольно архаичное явление. Научно-технический прогресс лишь видоизменил прежние архаические сетевые виды легитимации и делегитимации власти [15]. Вместе с тем стремительная виртуализация нынешнего общества позволяет вы-

делить новую сетевую легитимацию - механизм обеспечения легитимности политической власти посредством новейших сетевых технологий Интернета. Чтобы оценить потенциалы и риски для легитимности власти, важно понять каузальные механизмы политизации социальных сетей Интернета, а также осознать место патриотического дискурса в самой политизации.

Во взаимосвязи власти и сети нет никакого противоречия - современные исследования в области теории графов [13] свидетельствуют, что сетевые структуры содержат так называемые центральные и периферийные узлы. Центральные узлы - это те элементы сети, которые контролируют информационные потоки. Наглядным их примером являются группы в социальных сетях, их политизация и интерес к патриотизму.

Кандидатом политических наук С. Н. Фе-дорченко проводилось специальное исследование, целью которого было посредством контент-анализа русскоязычных групп популярных социальных сетей выявить мощнейшие узлы политической активности российских граждан1.

Методика контент-анализа отталкивалась от того, что политизация социальной сети учитывает наличие/отсутствие интереса русскоязычных сетевых групп к определённой тематике, перекликающейся с конкретными ключевыми словами. Поиск групп с патриотическим дискурсом и выявление уровня политизации их участников производилось, исходя из простого правила: среднестатистический человек, интересующийся Интернетом и мотивированный политически, станет искать соответствующие виртуальные группы по ключевым словам («политика», «патриотизм» и т. п.).

Были проанализированы следующие социальные сети: ВКонтакте, Одноклассники, Живой Журнал (русскоязычная платформа), Профессионалы.гц, В Кругу Друзей, Facebook, Twitter, linkedin.com, YouTube и Google+.

Контент-анализ уровня патриотизма и политизации русскоязычных групп был начат с социальной сети ВКонтакте. Количество сообществ (групп в данной социальной сети), связанных с ключевым тегом «политика», составило 6 759. Групп с тегом «патриотизм» было выявлено значительно меньше -

393. При этом крупнейшие имеют немного подписчиков: Возрождение Истина Патриотизм - 2 795, Территория патриотизма -2 553. Цифры свидетельствуют об определённом любопытстве пользователей к политике, но интерес к патриотизму намного меньше. Это создаёт определённые трудности в понимании властью и обществом друг друга, что провоцирует проблемы легитимности политического режима в России.

Аналогичные теги были проанализированы в социальной сети Одноклассники. Так, ключевое слово «политика» выявило 2 275 тематических групп. Патриотических групп совсем немного - 370 (ДУХ ВОИНА, ЗОЖ, ПАТРИОТИЗМ, РОССИЯ !!! - 285 859 участников, Информационная, спортивно-патриотическая группа. Бои, борьба, бокс, качалка, ЗОЖ, патриотизм, героизм, ПРАВОСЛАВИЕ АНТИМАЙДАН ЗА ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ!!! - 240 730 участников, ВЛАДИМИР ПУТИН - НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЛИДЕР! -79 858 участников).

Анализ русскоязычной платформы Живой Журнал также дал интересные результаты. Так, ключевое слово «политика» выявило 416 групп. Ключевое слово «патриотизм» выявило всего лишь 272 группы (икгате_ги881а - Украша та Росiя / Украина и Россия - 2015 участников, 8УоЬо^_па1^ат - Свободу народам - политика, патриотизм, оппозиция, права человека, международная политика, менталитет народов - 497, ги88_роШс8 - Честная политика -ПОЛИТИКА И ОБЩЕСТВО - 1 540).

При анализе социальной сети Профес-сионалы.ги были обнаружены свои особенности. К примеру, тег «политика» дал 112 групп, «патриотизм» - всего 10 групп (Вооруженные Силы Российской Федерации Региональное сообщество - 38 подписчиков, Патриотическое воспитание Отраслевое сообщество - 3).

Наконец, последней, пятой, отечественной социальной сетью, проанализированной на предмет активных политических узлов, стала В Кругу Друзей. Тег «политика» дал 40 групп, «патриотизм» - лишь 6 групп (Будущие Родители - 12 участников).

Анализ российских социальных сетей следует дополнить изучением крупнейших зарубежных сетей, имеющих русскоязычный

сегмент и, соответственно, которыми пользуются русскоязычные политические силы. Среди таких сетей нужно в первую очередь назвать Facebook. Ключевое слово «политика» выявило 50 групп. Патриотический дискурс практически отсутствует в данной популярной сети (например, группа «Либерализм и патриотизм» имеет всего 19 участников).

Ещё одной крупнейшей зарубежной се-тью-микроблогом, где сосредоточены узлы политической активности, является Twitter. Особенность контент-анализа этого ресурса заключалась в том, что здесь изучались наиболее популярные учетные записи, выполняющие функции популярных социальных групп со своими читателями. Хотя количество выявленных политизированных страниц не столь велико, как, например, в сети ВКон-такте, количество читателей этих популярных страниц весьма серьезное.

Тег «политика» выявил 101 группу, «патриотизм» - лишь 25 групп

- 1 582 читателей, пояснение - «Патриотизм

- это последнее прибежище негодяя (Patriotism is the last refuge of a scoundrel) Лучше быть дураком, но умным, чем умным дураком...», страница Патриотизм в России!

- 32 читателя, пояснение - «Мы за здоровое безопасное настоящее и будущее России в продолжении наших культурно-исторических корней!»). Как видно, есть группы, где патриотизм, наоборот, рассматривается довольно критически.

Влиятельным видеохостингом, имеющим все признаки социальных сетей с записями и комментариями, выступает популярный ресурс YouTube. Особенностью осуществления контент-анализа данного хостинга было то, что здесь искали наиболее популярные каналы (своеобразные аналоги социальных групп - узлов), на которые была оформлена подписка пользователей. Исследование исходило из того предположения, что когда человек видит, какое количество каналов ему предстоит пересмотреть, перед тем как выбрать то, что понравится, он понимает, что это займет огромное количество времени,

поэтому он выбирает наиболее популярные и крупные, т. е. первые появившиеся каналы по тегам.

По тегу «политика» было выявлено 449 217 каналов. Ключевое слово «патриотизм» дало лишь 573 канала (Патриотические Силы - 13 474 подписчиков, Я Патриот - 3 732, Гражданский Патриотизм - 25).

Наконец, последней зарубежной социальной сетью, проанализированной на предмет политических узлов, стала Google+. Контент-анализ дал следующие результаты: «политика» - 36 групп (крупнейшие узлы: Политика, Геополитика, Экономика - 7 843 участников, Политика без цензуры.ЯИ - 1 957, Политика. Экономика. Инвестиции - 995); «патриотизм» - 26 групп (крупные узлы: Патриоты России - 1 485 участников, МЫ ПАТРИОТЫ РОССИИ!!! - 323, СЛАВЯНЕ культура, наследие, патриотизм - 235, их пояснение - «Хуже войны и мора, и землетрясения, хуже всех бедствий - разложение сознания!»).

* * *

Таким образом, между политизацией общества, киберпространства и патриотическим дискурсом есть определённая взаимосвязь. В настоящее время важно пересмотреть выводы об абсентеизме россиян, политический дискурс которых, в том числе и патриотический, частично перешёл в виртуальный сегмент.

Данные социологических опросов показывают, что уровень современного патриотизма обусловлен политическими факторами, а сам патриотизм представляет собой не только гордость за прошлое, но и поддержку современной политики. Вместе с тем, как показывает контент-анализ названий русскоязычных сообществ социальных сетей, политизация не тождественна патриотизму. Общий тренд политизации интернет-ресурсов, безусловно, прослеживается, но при этом уровень патриотической консолидации пользователей Рунета недостаточно высок.

Политизация дискурса в социальных сетях очевидна, а эволюция сетевых коммуникаций имеет несколько аспектов. Во-первых, деструктивная роль виртуальных сообществ подразумевает серьёзные риски для национальной безопасности и суверенитета совре-

менной России. Так, ни для кого не является секретом активизация зарубежных политтех-нологов по подготовке и «раскрутке» всевозможных «цветных революций»: «Арабская весна», «Евромайдан» и т. п. [6]. Опасность радикализации политического дискурса в Интернете хорошо видна на примере деятельности экстремистских и террористических группировок. Например, ИГИЛ стала известна в первую очередь благодаря воздействию на молодёжь посредством интернет-коммуникаций: наличию групп в социальных сетях, официальных аккаунтов, агрегаторов контента, личных аккаунтов боевиков, акка-унтов «сочувствующих» и т. п. По заключению авторов статьи, патриотический дискурс просто затерялся на фоне обсуждения более радикальных тем, чем и пользуются пропагандисты ИГИЛ. Во-вторых, взаимодействие власти и интернет-пользователей подразумевает не только деструктивные факторы отношений, но и новые горизонты возможностей. Государство, которому не безразличен патриотический дискурс в социальных сетях, способно инициировать консолидацию разрозненных групп россиян, в том числе и для того, чтобы предотвратить катастрофу «цветной революции» в России.

ПРИМЕЧАНИЕ

1 Исследование осуществлялось в рамках гранта «Разработка и адаптация сетевой модели управления в государственных органах в целях улучшения диалога общества и власти» (20142015 гг.).

ЛИТЕРАТУРА

1. Абрамов А. В. Сочинская олимпиада, Крым и российский патриотизм // Обозреватель : научно-аналитический журнал (Observer). -2014. - № 6 (293). - С. 34-40.

2. Армия России - 2015 // ВЦИОМ : Пресс-выпуск № 2954 (15.10.2015). - URL: http://wciom.ru/ index.php?id = 236&uid=115431.

3. Арон Л. Как изменить позицию Путина // The Wall Street Journal. - URL: http://inosmi.ru/ politic/20151126/234583104.html.

4. «Бессмертный полк» и память о войне // ВЦИОМ : Пресс-выпуск № 2839 (21.05.2015).

- URL: http://wciom.ru/index.php?id = 236&uid = 115258.

5. В трудные времена россияне объединяются // ВЦИОМ : Пресс-выпуск № 2966 (02.11.2015).

- URL: http://wciom.ru/index.php?id = 236&uid = 115448.

6. Егоров В. Г., Абрамов А. В., Федорченко С. Н. Сравнительная политология постсоветского пространства : учебное пособие. - М. : КНОРУС, 2015. - 416 с.

7. Зачем России нужен Крым? // ВЦИОМ: Пресс-выпуск № 2550 (02.04.2014). - URL: http:// wciom.ru/index.php?id=459&uid = 114766.

8. История, спорт, наука: чем гордятся россияне? // ВЦИОМ: Пресс-выпуск № 2357 (29.07.2013). - URL: http://wciom.ru/index. php?id=459&uid = 114310.

9. Кожев А. Понятие власти. - М. : Праксис, 2006. - 192 с.

10. Макаренко В. П. Вера, власть и бюрократия (критика социологии М. Вебера). - Ростов н/Д : Изд-во Ростовского ун-та, 1988. - 301 с.

11. Путин В. В. Встреча со студентами юридических вузов Москвы // Официальный сайт Президента России. - URL: http://news.kremlin.ru/ news/19778.

12. Россия - великая держава? // ВЦИОМ : Пресс-выпуск № 2570 (24.04.2014). - URL: http:// wciom.ru/index.php?id=459&uid = 114807.

13. Савин Л. В., Федорченко С. Н., Шварц О. К. Сетецентрические методы в государственном управлении. - М. : Сам полиграфист, 2015. -146 с.

14. Сколько в России патриотов? // ВЦИОМ : Пресс-выпуск № 2187 (12.12.2012). - URL: http://wciom.ru/index.php?id=459&uid=113466.

15. Федорченко С. Н. Сетевые технологии и легитимность политического режима // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: История и политические науки. - 2015. - № 4. - С. 129-137.

16. Шаламова Л. Ф. Гражданское самоопределение студенческой молодежи как фактор развития деятельности студенческого самоуправления // Вестник Московского государственного областного университета : электронный журнал. - 2014. - № 4.

17. Weber M. Economy and Society: An Outline of an Interpretive Sociology / [Translated by G. Roth and C. Wittich]. - Berkeley : University of California Press., 1978. - 1470 p.