Банки переводят на самоспасение

В России появилась идея создания фонда, в который банки будут отчислять средства на спасение участников рынка, которое сейчас происходит за счет средств государства. Об этом сообщил первый зампред ЦБ Алексей Симановский. Финансисты прохладно отнеслись к идее создания своеобразной кассы взаимопомощи. Эта идея вряд ли может быть реализована, поскольку она перекладывает ответственность за ошибки нечистоплотных банков на крупнейших игроков сектора, указывают участники рынка.

Обсуждение создания фонда находится на начальной стадии, заявил первый зампред ЦБ Алексей Симановский в кулуарах форума "Россия зовет!". "Смысл в том, чтобы создать некую финансовую подушку не на индивидуальном, а на системном уровне,— передает агентство "Интерфакс" слова господина Симановского.— Под системным можно понимать национальный и международный масштаб". Он пояснил, что есть две причины для создания подобного фонда. Первая — это системные риски, которые сохраняются, несмотря на опытность менеджмента и бдительность регулятора. Вторая — проблема крупных банков: too big to fail. Даже такие кредитные организации не должны спасаться за счет налогоплательщиков, считает Алексей Симановский. "Если кто-то не смог удержаться на плаву, то он должен уйти с рынка",— отметил господин Симановский.

В качестве примера реализации такой идеи Алексей Симановский привел Швецию. Там соответствующая практика была введена в 2009 году. Банки ежегодно платят специальный налог в размере 0,04% от своих обязательств за вычетом акционерного капитала и некоторых активов. Платить его обязаны все банки и кредитные институты, зарегистрированные в Швеции, независимо от их размера. Планируется, что фонд будет существовать около 15 лет до тех пор, пока его объем не вырастет до 2,5% ВВП. По оценкам шведских властей, именно такой ущерб может нанести экономике страны сильный банковский кризис, если таковой случится.

Банкиры идею создания в России фонда спасения банков не разделяют. По словам председателя правления Нордеа-банка Игоря Буланцева, в Швеции, например, местные игроки поставлены в неравные условия по сравнению с другими странами Евросоюза. "Создавать в России специальный фонд для спасения банков было бы излишне,— указывает он.— У нас уже есть Агентство по страхованию вкладов, которое занимается финансовым оздоровлением проблемных кредитных организаций". По мнению старшего вице-президента Сбербанка Антона Карамзина, при внедрении таких схем необходимо будет учитывать уникальность российского банковского рынка: если в других странах на любого из крупнейших игроков приходится максимум по 5-10% рынка, то в России на тройку крупнейших банков приходится значительно больше — 50%. "Впрямую довольно сложно себе представить, чтобы немногочисленные лидеры российского сектора оплачивали слабость в управлении рисками в остальных 900 банках страны,— указывает он.— Равно как и то, что за счет взносов в какой бы то ни было фонд все 900 маленьких банков смогут осилить спасение хотя бы одного из лидеров. В России реализация этих правильных принципов потребует построения уникального механизма".

Банкиры считают, что надо не создавать новые, а реформировать существующие механизмы спасения банков. "У нас уже есть фонд страхования вкладов, который, хотя и является государственным, формируется за счет взносов банков, при этом основной вклад в него вносят крупнейшие игроки, которые являются и наиболее надежными. За счет наших средств осуществляются спасение и компенсационные выплаты клиентам менее надежных банков,— говорит зампред правления ВТБ Герберт Моос.— Необходимо реформировать существующую систему таким образом, чтобы отчисления в фонд спасения банков были привязаны не только к их размеру, но и к уровню риска, который берет на себя банк". Нет необходимости создавать дополнительную нагрузку на банки, считает исполнительный директор банка "Петрокоммерц" Павел Неумывакин, указывая, что сейчас у ЦБ уже есть большой арсенал мер, чтобы вовремя реагировать и корректировать работу банков, имеющих слишком большой аппетит к риску.

Впрочем, банкирам рано беспокоиться: как следовало из слов господина Симановского, идея пока носит скорее академический характер.