Хинкмар Реймский и структура королевства франков в конце IX в

УДК 94(44)015, 94(44)017

Вестник СПбГУ. Сер. 2. 2014. Вып. 2

Д. Н. Старостин ХИНКМАР РЕЙМСКИЙ

И СТРУКТУРА КОРОЛЕВСТВА ФРАНКОВ В КОНЦЕ IX в.

В статье рассматриваются воззрения Хинкмара, архиепископа Реймского, на структуру королевства франков в конце IX в. Его трактат «De ordine palatii» появился тогда, когда среди самих каролингских правителей сложились разные и подчас противоречащие друг другу представления о принципах раздела власти и королевства. В статье показано, что воззрения Хинкмара были достаточно оригинальными и что они представляли собой попытку взять в качестве идеала период правления Людовика Благочестивого, когда единство королевства было основано не только на воле верховного правителя, но и на таком разделе земель королевства, который подразумевал четкое деление на центр и периферию. Библиогр. 19 назв.

Ключевые слова: королевство франков, династическая политика, Верденский раздел, империя.

D. N. Starostin

THE STRUCTURE OF THE PRANKISH KINGDOM IN

THE LATE IXTH CENTURY ACCORDING TO HINCMAR OF REIMS

The article addresses the views on the structure of Carolingian kingdom of Hincmar, Archbishop of Reims. His treatise De ordine palatii appeared when The Carolingian rulers themselves had conflicting visions of how to rule the kingdom and share the power. The article shows that Hincmar's views were quite original and that they represented an attempt to take the rule of Louis the Pious as an example of the ideal structure of Frankish power. This happened because for Hincmar the practice of that king and emperor to divide the kingdom into clear-cut center and periphery was the ideal that was abandoned when his sons chose to divide the kingdoms in 843 according to their grandfather's plan of 806. Refs 19.

Keywords: The Frankish kingdom, dynasty, the Treaty of Verdun (843), empire.

Реймский архиепископ Хинкмар был одним из образованнейших людей каролингской эпохи и видным деятелем каролингского возрождения. Он родился около 806 г. и, вероятно, происходил из знатной семьи. Уже в детстве Хинкмар был отдан в монастырь Сен-Дени и находился там под опекой аббата Хилдуина1, пользовавшегося определенным влиянием при дворе и участвовавшим в политической жизни своего времени. В 833 г. Хинкмар отказался последовать приказу аббата Сен-Дени Хилдуина и не поддержал королей Среднего и Восточного франкских королевств и Аквитании Лотаря I (795-855 гг.), Людовика Немецкого (806-876 гг.) и Пипина (797-838 гг.) в их восстании против отца, императора Людовика Благочестивого (814-840 гг.) [1, Lib. III, Cap. 1]. Эта личная верность императору сделала Хинкмара частью ближайшего окружения Людовика Благочестивого и впоследствии его младшего сына от второго брака с саксонкой Юдифью Карла Лысого (843-877 гг.). При дворе императора Хинкмар стал играть важнейшую роль уже с 830-х годов [2, p. 164;

Старостин Дмитрий Николаевич — кандидат исторических наук, Ph.D, Санкт-Петербургский государственный университет, Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9; starostin.dmitry@gmail.com

Starostin Dmitry N. — Candidate of History, Ph.D, St. Petersburg State University, 7/9, Universitetskaya nab., St. Petersburg, 199034, Russian Federation; starostin.dmitry@gmail.com

1 Хилдуин (775-840 гг.) — епископ Парижа, аббат Сен-Дени, придворный капеллан при Людовике Благочестивом.

3, p. 43]. Он был верным и лояльным сторонником Людовика и Карла всю жизнь. Сам он придавал этому большое значение и впоследствии (в 867 г.), окидывая взглядом свое прошлое, писал, что рано стал личным советником императора и участвовал во многих церковных синодах, по-видимому, именно в этом качестве [4, № 198. S. 210]. По выражению самого Хинкмара, он был «иерархом среди иерархов... и одним из первейших иерархов Галлии» [1, Lib. III, Cap. 10].

Наибольшее влияние Хинкмар приобрел в правление короля западных франков Карла Лысого. 3 мая 845 г. Хинкмар был рукоположен в сан архиепископа Реймского. В течение почти сорока лет он был одним из главных действующих лиц политической и религиозной жизни Западно-Франкского королевства, находясь в центре всех значительных политических коллизий и церковных споров. Именно при Хинкмаре клир Реймса стал претендовать на роль хранителей духовного наследия Западно-Франкского королевства, которую он будет играть на протяжении всего Средневековья, когда это королевство превратится во Францию.

Наиболее значимым трудом Реймского архиепископа можно считать небольшой трактат «О дворцовом порядке» («De огёте ра1аШ»). Следуя сложившейся традиции, Хинкмар, влияние которого на политические и церковные дела не уменьшилось в годы правления наследников Карла Лысого, направил это сочинение молодому королю Карломанну II в 882 г. Трактат посвящен системе государственного устройства Франкской державы и служит ценнейшим источником по структуре власти в королевстве франков. Хинкмар поставил своей целью обрисовать сложную иерархию организации королевского двора, которой пользовались правители франкского королевства в VIII-IX вв. Считается, что в этом сочинении Хинкмар, как и многие другие мыслители этого периода (Иона Орлеанский, Агобард Лионский, Седулий Скотт), выразил стремление церкви найти способ оказывать покровительство светской власти [5, p. XLI]. Его видение устройства каролингской монархии подразумевало строгую иерархическую схему — король в центре власти, вокруг него двор, который был связующим звеном между властителем и региональными магнатами [5, p. 142-155].

Чтобы понять, как соотносились эти идеи Хинкмара Реймского с реальным положением дел в королевстве франков, рассмотрим исторический контекст. Уход из жизни Карла Лысого и коронация его сына Людовика II Заики в 877 г. стали временем тяжелых испытаний целостности Западно-Франкского королевства. После смерти Карла Лысого в 877 г. его трон занял его сын Людовик II Заика2. Он обеспечил себе благосклонность высшей знати рядом пожертвований. Однако он правил недолго. Слабость Людовика Заики как правителя подчеркивается тем, что историк X в. Регино Прюмский вообще не уделил ему места в своей «Хронике», и два года пребывания у власти этого короля просто выпали из поля его зрения. В своем сочинении Регино перешел от смерти Карла Лысого сразу к правлению его сына Людовика III [7, а. 878]. В 879 г. Людовик умер, и власть перешла к двум его сыновьям Людовику (863-882 гг., король в 879-882 гг.) и Карломану (ок. 866-884 гг., король 882-884 гг.). Смерть монарха 10 апреля 879 г. открыла новый тур противостояния двух самых значительных магнатов — маркиза и аббата Гуго и канцлера Гозлена. Было два претендента на престол Западно-Франкского королевства. За Людовиком III (863-882 гг.), сыном прежнего короля, стоял аббат Гуго, а за его соперником

2 Людовик II Заика (846-879 гг.) — с 877 г. король Западно-Франкского королевства.

Людовиком III, королем Восточно-Франкского королевства, стояли его противники. В конце концов Гуго одержал победу: Людовик III был помазан вместе со своим братом Карломаном II (866-884 гг.) в аббатстве Феррьер. Церемонию провел архиепископ Санский Ансегис [8, с. 115-117]. По 882 г. Карломан был соправителем, а с 882 и по 884 г. — полновластным королем.

Таким образом, на время с 870-х по середину 880-х годов пришелся странный период повышенной смертности франкских королей, сыновей и внуков западно-франкского правителя Карла Лысого (823-877 гг.) и восточнофранкского правителя Людовика Немецкого (806-876 гг.), причины которой остаются невыясненными. Это был настоящий династический кризис, потому что на протяжении двух столетий секрет успеха Пипинидов-Каролингов состоял именно в способности всегда обеспечивать королевство здоровыми и активными представителями династии [9, p. 338]. Однако именно в это время вокруг слабых королей сформировался тесный круг западнофранкской знати. Например, в анналах монастыря Сен-Квентэн было записано, что в 882 г., после смерти Людовика III, франки сделали королем его брата Карломана [10, s. 272; 11, p. 118]. На этот династический кризис наслоились проблемы, связанные с усилением власти магнатов, которые начали претендовать на право избирать королей. Например, в 877 г. Людовик II Заика не был признан Бернардом II Готским3, и ему потребовалась поддержка ряда аквитанских магнатов, чтобы стать легитимным королем. Самое яркое проявление неповиновения — мятеж Бозона (850-887), герцога Бургундского, целью которого было полное отделение Бургундии от Западно-Франкского королевства. В этот период усилились нападения норманнов, которым удавалось проникать во внутренние области королевства, подвергая их разорению, истребляя и уводя в неволю жителей. При этом попытки королей остановить набеги норманнов не находили поддержки у многих представителей высшей знати. В такое тревожное время в 882 г. на трон вступил юный король Карломан II, и с посланием к нему обратился Хинкмар, на тот момент архиепископ Реймса, считавшийся одним из самых заслуженных иерархов королевства.

Хинкмар воспользовался этим моментом, попытавшись усилить свое влияние при дворе. В 879 г. он написал двум молодым королям письмо, в котором подчеркнул, «что означало их избрание, как должны избираться в короли, и кто имел право избирать их» [1, Lib. III, Cap. 19]4. В 881 г. Хинкмар напомнил Людовику III о той поддержке, которую он оказывал ему со времени избрания королем, и просил не отвечать злом на добро [12, cap. 7]5. Он также постарался обеспечить Людовику III и Карлома-ну поддержку их двоюродного брата, восточнофранкского короля Карла III Толстого (839-888 гг.) [12, cap. 9]. Однако положение Хинкмара в светской и церковной иерархии власти было сложным, поскольку главным представителем церкви при дворе западнофранкского короля был аббат Гуго [16, Lib. I, Cap. 41; 17, a. 882]6. Увенчал эту

3 Граф Барселоны (865-878 гг.).

4 «Qualiter in electione ipsorum consenserit, quando sunt ad regni principatum, et quae ab eis pro hac electione mandata perceperit».

5 «Vos autem sanctae ecclesiae et ejus rectoribus atque mihi servate quod illi (antecessores vestri) con-servaverunt; et pro devotionis fidelitate quam vobis cum caeteris fidelibus vestris in electione vestra, non sine magno labore ad provectionem regiminis, quo ... potiti estis, nolite retribuere mihi mala pro bonis».

6 «Hugo nobilissimus abbas strenue rempublicam gubernans cum armis tum consiliis suis». «Hugo ... qui monarchiam clericatus in palatio optinens, ducatum etiam regni post regem nobiliter administrabat».

попытку выразить свое мнение королю трактат «De ordine palatii», целью которого было создать идеальную модель королевской власти и структуры королевства [18].

Хотя мотивы, побудившие Хинкмара взяться за создание трактата, достаточно ясны, перед историками, изучающими наследие Реймского архиепископа, возникает ряд проблем. С одной стороны, можно было бы предположить, что «De о^ш palatii» представляет собой классический пример воззрений на идеальный порядок функционирования каролингской монархии. Однако отметим, что отношение автора к правителям, при которых он служил советником, было неоднозначным. Например, он писал о смерти Карла Лысого в 877 г. таким образом, что это позволило исследователям выдвинуть гипотезу о резко отрицательном отношении Хинкмара к своему давнему патрону. В частности, Хинкмар сообщает, что отвратительный запах не позволил довезти останки короля до Сен-Дени, и его пришлось захоронить в Нантоа (Nantoa), небольшом монастыре под Лионом. Возможно, Хинкмар описывал смерть Карла Лысого как смерть тирана и мог негативно относиться к его притязаниям на императорскую корону [13, a. 877; 14]. Поэтому его чувства к королевской власти в целом и к ее конкретным носителям не были однозначно положительными. Это вызывает вопрос о типичности и значимости трактата для каролингской политической культуры и о том, насколько воззрения Хинкмара соответствовали реальной политической практике каролингской монархии конца IX в.

Конец IX в. традиционно рассматривается историками как период усиления знати и время создания независимых от центральной власти территориальных княжеств. По письмам и трактатам Хинкмара мы видим, что эти проблемы преследовали не только династию Каролингов. Те из магнатов, на которых могли опираться правители, тоже были подвержены своего рода династическим кризисам, что способствовало не столько усилению королевской власти, сколько ее крайней нестабильности. Магнаты, как и короли, также испытывали превратности судьбы, и их жизненные пути заканчивались быстро, несмотря на все их влияние. Например, в 877 г. в своем трактате «Королю Людовику Заике» («Ad Ludowicum Balbum regem») Хинкмар называл шесть магнатов, с которыми новому властителю, как и его отцу, надо было договориться, чтобы обеспечить стабильность своей власти [12, cap. 7], однако уже через два года из этих князей остались в живых только трое, и Людовику III пришлось заново искать опору [13, а. 879].

С какой целью Хинкмар написал трактат «О структуре дворца»? Была ли это попытка указать слабым королям, как нужно править королевством с учетом традиций их предков? Можно ли говорить о том, что позиции Хинкмара были настолько сильны, чтобы он мог указывать королям на то, какой именно должна быть структура власти в королевстве франков? Или же трактат Хинкмара был просто выражением традиционных попыток церкви оказать влияние на светскую власть, не связанным с особыми ожиданиями их воплощения в жизнь?

Положение Хинкмара в системе власти Западно-Франкского королевства представляет собой исследовательскую проблему. Например, утверждалось, что, несмотря на всю свою помощь Людовику II Заике, Людовику III и Карломану, он фактически ничего не приобрел во время их правления и, более того, сам пострадал от самоуправства королей. В частности, рассматривалась история избрания кандидата Хинкмара, Эдилона, в качестве епископа Нойона (880 г.) [1, Lib. III. Cap. 19, 24, 25]. Тот факт, что король поначалу не признал нового епископа, но смирился с его избра-

нием после письма Хинкмара, истолковывался исследователями как доказательство шаткости позиций архиепископа Реймса [5, p. XV]. Эпизод выбора епископа Бовэ, где Хинкмар и Людовик III открыто столкнулись, тоже рассматривался как пример слабости положения епископа и как результат его плохих отношений с королевской властью [1, Lib. III, Cap. 18; 5, p. XV]. Считается, что, несмотря на всю поддержку, оказанную Реймским архиепископом королю Западно-Франкского королевства Людовику III Заике, тот не дал ему ничего кроме пустых обещаний воспользоваться его советом [5, p. 21]. Таким образом, по мнению исследователей, короли далеко не всегда прислушивались к мнению Хинкмара, и его воззрения были просто примером абстрактного описания того, как могла развиваться политика каролингской монархии.

Посмотрим, однако, на эти события с другой стороны. Архиепископ Реймса смог извлечь большие «дивиденды» из своего положения верного советника деда короля, Карла Лысого. Его стычки с сыном покровителя (Людовиком II Заикой) и его внуками (Людовиком III и Карломаном) показывают, что он сохранил значительное влияние, поскольку в обоих случаях смог противостоять правящему королю и добиться принятия своего решения. Таким образом, в ситуации кризиса светской власти Хинкмар смог наилучшим образом защитить «свободы церкви». Поэтому «De ordine palatii», безусловно, представляет собой источник, написанный не опальным клириком, а, наоборот, активным и успешным советником короля. Именно по этой причине при анализе трактата возникает противоречие, связанное с явным несоответствием реального положения королевской власти, которая на тот момент боролась за выживание, и того идеала устройства ее структуры и королевского двора, который архиепископ Реймса стремился описать и, возможно, воссоздать.

В 882 г. практически не было никаких надежд на то, чтобы вернуться к ситуации, описанной в трактате Хинкмара. Карломан не был признан всеми магнатами, и его коронация имела во многом фиктивное значение. Ему нужно было налаживать отношения с магнатами, правителями территориальных княжеств, которые успели приобрести большое влияние. Однако в сочинении Хинкмара внимание уделяется не магнатам, а ближайшему окружению короля, от которого зависело ежедневное функционирование королевского дома. Представляется, впрочем, что структура дворовых служб короля была не главной заботой Карломана, потому что основной проблемой была сама легитимность его власти.

Возникает вопрос, насколько отвечали воззрения Хинкмара этой ситуации и насколько отражали представления, господствовавшие в это время? Они могут показаться отражением широко распространенных взглядов на иерархию власти, возможно, и не имевших большого значения в рассматриваемый период. Однако вопрос об оригинальности его воззрений представляется тем не менее важным, так как в бытность Хинкмара в королевстве франков одновременно сосуществовали весьма несхожие и подчас противоположные по смыслу представления о власти. С начала правления династии в 751 г. появилась практика, в рамках которой собственные, наследственные земли династии, находившиеся в регионе будущей Лотарингии, не делились, а передавались старшему сыну. Попытка создать новые принципы раздела земель Карлом Великим в 806 г. отразилась в появлении капитулярия «Divisio regnorum», которым предполагался раздел собственных земель династии. Однако эти новые принципы отошли на второй план в 813 г., когда в силу смерти двух сыновей Карла Великого снова возобладал принцип нераздельности собственных зе-

мель династии. Этот принцип был подтвержден в 817 г. Людовиком Благочестивым в капитулярии «Ordinatio imperii», однако он снова был нарушен самим же королем и императором в 829 г., когда он передал часть важных земель младшему сыну от второго брака с Юдифью. Таким образом, франкские короли имели перед собой две возможности при разделе земель, обе из которых были в значительной степени легитимными и оправданными. Принципиальной разницей в этих двух подходах было то, что в одном случае возникала структура власти, которую можно условно назвать «центр и периферия», а в другом случае возникала система разнозначных королевств, в которых в равной степени присутствовали и центральные по значению, и периферийные земли [19].

Проблема структуры королевства в 879-884 гг. напрямую не поднималась Хинкмаром, хотя она подспудно существовала и для Людовика II Заики, и для его сыновей. Проблема, конечно, была не в Лотарингии как таковой (которая к тому моменту находилась в руках потомков Лотаря I), а в противопоставлении раздела всех областей королевства поровну разделу на центр и периферию. Заметим, что Западно-Франкское королевство представляло собой сложную и рыхлую структуру, в которой не было четко определенного центра и в которой периферия была подчас более сплочена и играла более важную роль. Размытая по своим границам Нейстрия, на которую в первую очередь опирались западнофранкские короли, соседствовала с Аквитанией, в которой давно сложились свои традиции власти.

Хинкмар опосредованно выразил свое мнение относительно принципов раздела в трактате «De ordine palatii». Архиепископ Реймса выступал за наличие четкого центра в королевстве, магнаты которого составляли своего рода ближний круг правящего короля [12, Cap.7; 6, p. 142-155]. Он активно выступал против любых попыток раздробить королевство на части и передавать их по наследству, как внутри каролингской династии, так и в рамках семей территориальных магнатов [2, № 126, р. 65; 14, p. 26]7. Конечно, хотя речь здесь шла о структуре только Западно-Франкского королевства, Хинкмар мог иметь в виду разделение всего королевства франков. Однако на тот момент то, что предлагал Хинкмар, было уже невозможно как в королевстве франков, так и в Западно-Франкском королевстве. Его видение раздела соответствовало принципам его покровителя Людовика Благочестивого и принятого при нем «Ordinatio imperii» — с четкими центром и периферией, которых в реальности не существовало. Таким образом, он был против принципов династической политики Карла Великого, разработанных им на пике власти в 806 г. в «Divisio regnorum», пусть даже они были потом полностью реализованы главным покровителем Хинкмара Людовиком Благочестивым в 829 г. Воззрения Хинкмара не учитывали династические хитросплетения и тонкости, существовавшие в 879-884 гг. Для него король был центром королевства, однако архиепископ не принимал во внимание то, что сам король был частью семьи, в которой тоже существовала сложная иерархия власти.

Тот факт, что Хинкмар мог рассматривать Карла Лысого в негативном ключе, показывает, что он, по-видимому, не до конца принял решение Людовика Бла-

7 «Quod ideo suggerere vestrae dominationi praesumo, quia regno patris et avi vestri in multis divisa capitalia loca de regno vestro multa perdunt et vobis pro regio honore, qui vos condecet, necesse est, ut nichil imminuatur de his, quae praedecessores vestri ex eisdem locis solebant habere, et pagani ac falsi Christiani maximam partem de parte regni vestri absumptam usurpant».

гочестивого передать Западно-Франкское королевство своему младшему сыну и, соответственно, не до конца согласился с идеями Карла Великого, высказанными в «Divisio regnorum» в 806 г. и реализованными на практике в Вердене в 843 г. Начав свою карьеру при дворе как советник императора Людовика, правителя единого королевства франков, Хинкмар не смог одобрить новые реалии разделов королевства между членами каролингской семьи, которые были сформулированы еще Карлом Великим. Поэтому нельзя считать, что Хинкмар полностью воспроизвел реалии эпохи Карла Великого, сохранившиеся в трактате Адаларда из Корби, который он взял за основу своего труда [19, Cap. XII]. Представляется, что его воззрения относились ко времени безраздельного правления Людовика Благочестивого, т. е. ко времени его собственной юности.

Источники и литература

1. Flodoardus Remensis. Die Geschichte der Reimser Kirche / Hrsg. von M. Stratmann // MGH Scrip-tores. Bd 36. Hanover: Hahnsche Buchhandlung, 1998. 544 S.

2. Epistolae carolini aevi. Teil 6. Hincmari archiepiscopi Remensis epistolae // MGH Epistolae. Bd 8. Pt. 1. Berlin : Weidmann, 1939. 228 S.

3. Nelson J. L. The Frankish world, 750-900. London: Humbledon Press, 1996. 256 p.

4. Wallace-Hadrill J.-M. History in the mind of archbishop Hincmar // The writing of history in the Middle Ages. Oxford: Clarendon Press, 1981. Р. 43-70.

5. Prou M. Preface // Hincmar. De crdine palatii. Texte latin traduit et annoté par Maurice Prou. Paris: F. Vieweg, 1883 (Bibliothèque de l'école des Hautes Études, vol. 58). XLI.

6. McKitterick R. Charlemagne: The formation of a European identity. Cambridge: Cambridge University Press, 2008. 460 p.

7. Reginonis abbatis Prumiensis Chronicon cum continuatione Treverensi / Hrsg. von F. Kurze // MGH Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum separatim editi. Bd 50. Hanover: Impensis Biblipolii Hahniani, 1890. 196 р.

8. Тейс Л. История Франции. Наследие каролингов IX-X вв. / пер. с фр. Т. А. Чесноковой. М.: «Скарабей», 1993. 270 с.

9. Goldberg E. J. Struggle for Empire: Kingship and Conflict Under Louis the German, 817-876. Ithaca: Cornell University Press, 2006. 388 p.

10. Sermo in tumulatione Ss. Quintini, Victorici, Cassiani // Ex miraculis Quintini / Hrsg. von O. Hold-er-Egger. MGH Scriptores. Bd 15. T. 1. Hannover: Impensis Bibliopolii Hahniani, 1887.P. 271-273.

11. MacLean S. Kingship and politics in the late ninth century : Charles the Fat and the end of the Caro-lingian Empire. Cambridge: Cambridge University Press, 2003. 262 p.

12. Hincmarus. Ad Ludovicum III regem, Balbum filium // Hincmari rhemensis archiepiscopi epistolae. Ep. XIX. PL. Vol. 126. Col. 110-117.

13. Annales Bertiniani // MGH Scriptores rerum germanicarum in usum scholarus ex Monumentis Germaniae historicis recusi / ed. G. Waitz. Hannoverae: Impensis bibliopolii Hahniani, 1883.173 р.

14. Nelson J. L. La mort de Charles le Chauve // Médiévales. 1996. N 31. P. 61-66.

15. Nelson J. L. Hincmar of Reims on king-making: the evidence of the Annals of St. Bertin, 861882 // Coronations: medieval and early modern monarchic ritual / ed. J. M. Bak. Berkeley: University of California Press, 1990. P. 16-32.

16. Les miracles de Saint Benoît / ed. E. Certain. Paris: J. Renouard, 1858. 390 p.

17. Annales Sanctae Columbae Senonensis // MGH Scriptores. Bd 1 / Hrsg. von G. H. Pertz. Hannover : Impensis biblipolii Hahniani, 1828. S. 102-109.

18. Hincmar von Reims. De ordine palatii / Hrsg. von Th. Gross, R. Schieffer // MGH Fontes iuris Ger-manici antiqui in usum scholarum separatim editi. Bd 3 Hannover: Hansche, 1980. 119 S.

19. Старостин Д. Н., Гайворонский И. Д. Разделы власти в королевстве франков эпохи Каролингов от Пипина III до Верденского раздела (751-843) // Вестн. С.-Петерб. ун-та. Сер. 2. 2014. Вып. 1. С. 72-82.

Статья поступила в редакцию 11 декабря 2013 г.