Острый лейкоз из миелоидных/NK-клеток-предшественников. Описание случая и обзор литературы

ОСТРЫЙ ЛЕЙКОЗ ИЗ МИЕЛОИДНЫХШК-КЛЕТОК-ПРЕДШЕСТВЕННИКОВ. Описание случая и обзор литературы

В.Р. Городецкий1,2, Н.А. Пробатова1, Н.Н. Тупицын1, А.М. Ковригина1, Е.Н. Шолохова1, М.А. Френкель1, Т.Т. Кондратьева1, Л.Ю. Гривцова1, Е.В. Флейшман1, А.И. Павловская1

РОНЦ им.Н.Н.Блохина РАМН, Москва; 2Центральная клиническая больница №2 МПС, Москва

В статье описан редкий случай острого лейкоза из миелоидных/NK-клеток-предшественшков (MNKL) у женщины 38 лет. У больной наблюдалось опухолевое поражение костного мозга, лимфатических узлов, печени и селезенки. Число бластов в периферической крови достигало 54%. Бласты отличались цитологическим полиморфизмом. Встречались клетки как с округлой, так и с неправильной формой ядра. Опухолевые клетки были негативны при окрашивании на миелопероксидазу, липиды, неспецифическую эстеразу. Бласты экспрессировали пан-миелоидные маркеры (CD13+, CD33+) и имели иммунологические признаки NK-клеточной дифференцировки (CD16+, CD56+, Perforin+). Клинической особенностью нашего случая было лейкемоидное поражение печени, сопровождающееся клиникой острого гепатита с развитием печеночно-клеточной недостаточности. В статье также обсуждаются вопросы дифференциальной диагностики и классификации MNKL.

Ключевые слова: миелоидная/NK-клетка-предшественник, острый лейкоз

MYELOID/NATURAL KILLER CELL PRECURSOR ACUTE LEUKAEMIA. CASE REPORT AND LITERATURE REVIEW

V.R. Gorodetskyu, N.A. Probatova1, N.N. Tupitsyn1, A.M. Kovrigina1, E.N. Sholokhova1, M.A. Frenkel1, T.T. Kondratyeva1, L.Yu. Grivtsova1,

E.V. Fleishman1, A.I. Pavlovskaya1

’N.N. Blokhin Cancer Research Center, Moscow; 2Central Clinical Hospital №2, Ministry of Railway communications, Moscow

We describe a rare case of myeloid/NK cell precursor acute leukemia (MNKL) in a 38-year-old woman. Upon diagnostic examination, a tumor invasion of bone marrow, lymphatic nodes, liver and spleen was found. The proportion of blasts in peripheral blood reached 54%. The blasts were polymorphic, with round or irregularly shaped nuclei. The tumor cells were negative for myeloperoxidase, non-specific esterase, and lipid staining. The blasts not only expressed CD13+ and CD33+ panmyeloid antigens, but also carried the markers of NK-cell differentiation (CD16+, CD56+, Perforin+). The leuke-moid infiltration of liver, acute hepatitis and development of liver cell failure were the distinctive features of the described case. The issues pertaining to differential diagnostics and classification of MNKL are also discussed.

Key words: myeloid/NK cell precursor, acute leukemia

Введение

В 1997 г. R. Suzuki и соавт. [1] выделили и охарактеризовали острый лейкоз из миелоидных/ЫК-клеток-предшественников (myeloid/NK cell precursor acute leukemia, MNKL). Опухолевые клетки по морфологическим характеристикам соответствовали L2 бластам (по FAB-классификации), экспрессировали CD34, CD7, CD56, миелоидные антигены (CD13 и/или CD33) и были негативны при цитохимическом исследовании на миело-пероксидазу. Клинической особенностью этого лейкоза было частое вовлечение в опухолевый процесс периферических лимфатических узлов и/или наличие медиасти-нальной опухолевой массы.

MNKL клеток-предшественников не выделен как самостоятельная нозологическая единица в FAB-классификации. Однако по формальным признакам он удовлетворяет критериям острого миелобластного лейкоза с минимальной дифференцировкой (AML-M0) [2, 3].

С другой стороны, ряд исследователей включили MNKL в группу NK-клеточных опухолей (см. таблицу) [4—7]. Основанием для этого послужило иммунофенотипическое сходство между MNKL бластами и бипо-тентной T/NK-клеткой-предшест-венником. Согласно современным представлениям, NK-клетка (естественный киллер) происходит из гемо-поэтической стволовой клетки. В процессе развития она дифференцируется в бипотентную T/NK-клетку-предшественницу и далее в комми-

тированную ЫК-клетку-предшественницу (рис. 1) [6, 8—12]. Полагают, что МЫКЬ происходит в результате опухолевой трансформации бипотентной Т/ЫК-клетки, которая экспрессирует миелоидные антигены. Однако прямых доказательств возможности дифференцировки МЫКЬ бласта в зрелые ЫК-клетки не получено [5].

В классификации опухолей гемопоэтических и лимфоидных тканей последнего пересмотра (ВОЗ, 2001) МЫКЬ также не был охарактеризован в качестве самостоятельной нозологической единицы. Возможно, что случаи МЫКЬ могли попасть в категорию «агрессивного ЫК-клеточного лейкоза» [13]. Это предположение основано на том, что агрессивный ЫК-клеточный лейкоз описан в классификации ВОЗ как опухоль с цитологическим спектром, охватывающим как ЫК-клетки зрелого вида, так и бласты. Отсутствуют также указания на возможность экспрессии CD13 и/или CD33 клетками агрессивного ЫК-клеточного лейкоза.

В более поздних классификациях лейкемий [14] и некоторых современных фундаментальных руководствах

Классификация NK- клеточных опухолей

Опухоли из предшественников Опухоли из зрелых NK- клеток

NK-клеток

MNKL Агрессивный NK- клеточный лейкоз

Бластная NK-клеточная Экстранодальная NK-клеточная

лимфома/лейкемия лимфома назального типа

Хронический NK-клеточный лимфоцитоз

ОНКО^МАТОЛОГИЯ 3 ’2 0 0 7

ОНКОГЕМАТОЛОГИЯ 3 ’2 0 0 7

Острый лейкоз из миелоидных/ЫК-клеток-предшественников

Бластная ЫК-клеточная лимфома/лейкемия

Агрессивный ЫК-клеточный лейкоз

Экстранодальная ЫК-клеточная лимфома

Хронический ЫК-клеточный лейкоцитоз

Рис. 1. Схема дифференцировки Т/ЫК-клеток-предшественников

по гематологии [15, 16] МЫКЬ авторы стали выделять как самостоятельную единицу в группе редких вариантов острых лейкемий.

МЫКЬ является редкой патологией. Немногочисленные сообщения в англоязычной литературе представляют собой описания либо единичных случаев, либо небольших групп больных [7, 17—25]. В отечественной литературе нам не встречались описания этой гематологической опухоли. Ввиду редкости данного варианта лейкемии и трудностей дифференциальной диагностики этой патологии целесообразно представить собственное наблюдение МЫКЬ. Описание случая

Больная И., 38 лет, была госпитализирована в январе 1998 г. в гематологическое отделение ЦКБ №2 МПС (Мо-

Рис. 2. Опухолевые клетки среди элементов костномозгового кроветворения. Окраска по Романовскому — Гимзе, х 1000

сква). Из анамнеза известно, что с сентября 1997 г. стала отмечать нарастающую слабость, потливость, увеличение шейных лимфатических узлов. В январе 1998 г. — повышение температуры до фебрильных значений (максимум до 40°С), появилась болезненность при глотании. Статус при поступлении: состояние средней тяжести, индекс Карнов-ского 60%. Кожные покровы бледные, единичные геморрагические высыпания на слизистой рта, губах, коже ног. В глотке — явления гнойно-некротической ангины. Пальпируются шейные, надключичные и подмышечные лимфатические узлы с обеих сторон. Лимфатические узлы размерами до 3,0—4,0 см, безболезненны при пальпации, не спаяны с кожей, сливаются в конгломераты, плотно-эластичной консистенции. Печень, селезенка не увеличены.

Анализ периферической крови: НЬ — 80г/л, эр. — 2500 х 1012/л, тр. — 30 х 109/л, л. — 3,6 х 109/л, бласты — 54%, лимфоциты — 20%, п/я — 2%, с/я — 24%.

При компьютерной томографии органов грудной клетки и брюшной полости выявлено увеличение лимфатических узлов передневерхнего средостения (до 2,0 см), подмышечных областей (до 3,0 см), в воротах печени (до 2,0 см), по малой кривизне желудка (до 3,4 см), в брыжейке тонкой кишки (до 1,7 см), забрюшинных лимфатических узлов (до 1,5 см) и очаговое мягкотканное образование в 8-м сегменте левого легкого.

Морфологическое и цитохимическое исследование костного мозга (рис. 2): бласты составляют 90,6%, характеризуются некоторым полиморфизмом. Клетки различаются по размеру, встречаются как макро-, так и мезо-формы. Очертания клеток неправильные. Ядерно-цитоплазматическое отношение умеренное. Форма ядер либо округлая, либо неправильная, складчатая. Структура хроматина нежная, в некоторых ядрах определяются 2—3 ну-

Рис. 3. Лимфатический узел. Диффузное разрастание небольших лимфоидных клеток с округлой и неправильной формой ядер, мелкогранулярным хроматином, мелкими ядрышками, узким ободком цитоплазмы. Окраска гематоксилином и эозином, х 400

клеолы. Цитоплазма светлая, не содержит включений. Цитохимически в бластах отсутствуют миелопероксидаза, липиды, неспецифическая эстераза. РА8-положительное вещество в диффузной форме выявляется в отдельных клетках (7%). При оценке остаточных ростков гемопоэза обращает на себя внимание выраженная дисплазия элементов гранулоцитарного ряда: встречаются гигантские формы нейтрофилов, псевдопельгеровские формы, в части миелоцитов выражена патологическая зернистость.

Гистологическое исследование трепанобиоптата костного мозга: в межбалочных полостях пластинчатой кости гиперклеточный костный мозг с единичными жировыми клетками, массивным диффузным разрастанием клеток небольшой величины с гиперхромным, неправильной формы ядром, широкой «пустой» цитоплазмой. Среди этих клеток встречаются фигуры деления. Нормальная гемопоэтическая ткань редуцирована.

Гистологическое исследование ткани надключичного лимфатического узла (рис. 3): рисунок строения лимфатического узла тотально стерт за счет диффузного разрастания небольших клеток, в 1,5 раза превышающих по размеру малый лимфоцит. Ядра клеток округлой и несколько неправильной формы: с неровными очертаниями, небольшой выемкой, овальные. Хроматин большинства ядер мелкогранулярный, однако имеются ядра и с более плотным хроматином, гиперхромные. Ядрышки мелкие, в количестве 1—2, просматриваются не во всех ядрах. Ободок цитоплазмы неширокий, слабооксифиль-ный, хорошо контурируется. Встречаются фигуры митозов. Венулы в опухолевой ткани со светлым эндотелием.

Исследование отпечатков биопсии лимфатического узла (рис. 4): опухолевые клетки, преимущественно среднего размера, с бластной структурой хроматина. Часть клеток имеют моноцитоидный вид. Ядра клеток расположены как центрально, так и эксцентрично. Форма ядер округлая, неправильная, бобовидная, складчатая. Цитоплазма разной степени базофилии, более выраженной по периферии клеток. В части клеток отмечается вакуолизация цитоплазмы. Цитохимически опухолевые клетки были идентичны бластам костного мозга.

Иммунофенотипическое исследование ткани лимфатического узла на свежезамороженных срезах: CD13+ (пласты антигенположительных клеток), СD33+ (пласты антигенположительных клеток), CD7+ (слабоположительная реакция большинства клеток), Н^^Я+ (слабоположительная реакция большинства клеток). Опухолевые клетки не экспрессировали CD3 (цитоплазматический и мембранный), CD4, CD5, cD8, CD14, CD19. Исследование МК-антигенов не проводилось. В опухолевой ткани присутствовали отдельные Т-лимфоциты

(CD3+, CD5+, CD4+ или CD8+) и небольшие скопления В-клеток (CD19+, CD20+).

Иммуно фенотипическое исследование бластных клеток костного мозга и периферической крови методом проточной цитофлюорометрии: sCD3-, CD4-, CD7+, CD8-, CD10-, CD13+, CD19-, sCD22-, CD33+, CD34-, CD38+, HLA-DR-.

При цитогенетическом исследовании 20 митозов клеток костного мозга и крови ^-Ьа^) обнаружен кари-отип 48ХХ, +10, +13, нормальных метафаз не было.

На основании вышеприведенных исследований согласно критериям FAB-классификации был установлен диагноз острого миелобластного лейкоза с минимальной дифференцировкой (М0-вариант).

Вскоре после госпитализации у больной развился острый гепатит с холестатическим компонентом, что не позволило начать цитостатическую терапию. Наблюдалось 20-кратное повышение уровня билирубина (преимущественно за счет конъюгированной фракции), 10-кратное повышение активности трансаминаз, нарастание печеночно-клеточной недостаточности. С целью исключения вирусного гепатита были исследованы HBs-антиген, анти-НЬеоге ^М, анти-HAV ^М и анти-НСУ которые были отрицательными. Исследование крови методом полимеразной цепной реакции (ПЦР) на ДНК вируса гепатита В, РНК вируса гепатита С, ДНК цитомегаловируса также дало отрицательные результаты. Несмотря на отсутствие антител к EBV (^М, IgG к ранним белкам вируса Эпштейна — Барр — ЕВУ, IgG), в крови (методом ПЦР) была выявлена ДНК ЕВУ в титре 1:10 (2+).

Рис. 4. Отпечаток лимфатического узла. Опухолевые клетки преимущественно среднего размера, с бластной структурой хроматина, часть из них — моноцитоидного вида

ОНКОГЕМАТОЛОГИЯ 3 ’2 0 0 7

ОНКОГEМATОЛОГИЯ З ’2 0 0 7

Рис. 5. Лимфатический узел. Экспрессия опухолевыми клетками СВ16 (мембранная реакция). Авидин-биотин-пероксидазный метод, х 400

і >

Ск

*г

"TY

ч

Sf '"3

. S

(Г

'у у 4 1 1м> І 1

, ' і г V (?> *-f .

V г*”1 *• Л'

. -*ч 1 < 1 '

, . у   ' !

-  j

; > Е< , -

Рис. 6. Лимфатический узел. Экспрессия опухолевыми клетками Perforin (гранулярная реакция). Авидин-биотин-пероксидазный метод, x 400

Больная умерла через 1 мес после госпитализации от сепсиса.

При исследовании секционного материала в печени по ходу портальных трактов и в красной пульпе селезенки обнаружены инфильтраты из опухолевых клеток.

Ввиду необычности клинической картины (генерализованное поражение лимфатических узлов) в 2006 г. было проведено иммуногистохимическое исследование лимфатического узла на парафиновых срезах с помощью ави-дин-биотин-пероксидазного метода (по стандартной методике). При реакции с антителами: к антигенам естественных киллеров CD56+ (слабая мономорфная реакция в большинстве опухолевых клеток), CD16+ (до 20% опухолевых клеток; рис. 5), CD57+ (в единичных клетках); к ци-толитическим белкам: Perforin (позитивная гранулярная реакция в большей части клеток; рис. 6), Granzyme B (позитивен в отдельных клетках). Латентный мембранный протеин EBV (LMP1 EBV) был выявлен в большинстве опухолевых клеток (в виде цитоплазматической реакции); миелопероксидаза была позитивна в отдельных опухолевых клетках. Опухолевые клетки были CD3(e клон)-, CD4-, CD5-, CD7+ (до 20% опухолевых клеток), CDl0-, CD34-, CD43+, CD45-, CD68-, CD79a-, CD117-, ТСЩклон |3F1)-, TdT-, HLA-DR+. Среди опухолевого инфильтрата определялись дискретно расположенные немногочисленные B(CD20+) и T(CD3+) лимфоциты.

Таким образом, на основании критериев, предложенных R.Suzuki с соавт.[1], диагноз ретроспективно был изменен на MNKL.

Обсуждение

Группа заболеваний, с которыми следует проводить дифференциальный диагноз MNKL, включает в себя бластную NK-клеточную лимфому/лейкемию, B-клеточную лимфобластную лейкемию/лимфобластную лим-фому (B-ALL/LBL), T-клеточную лимфобластную лейкемию/лимфобластную лимфому (Т-ALL/LBL) и острый миелобластный лейкоз с минимальной дифференциров-кой (М0-вариант; AML-M0).

Бластная NK-клеточная лимфома/лейкемия представляет собой опухоль из бластных клеток с иммунофенотипом sCD3-, CD4+/-, CD56+, миелоидные антигены (CD13 и CD33)-, B-клеточные антигены (CD19 и CD20)-. Опухоль поражает кожу, костный мозг, лимфатические узлы [5, 6, 8, 26, 27]. Отличие бластной NK-клеточной лимфомы/лейкемии от MNKL основано, в первую очередь, на иммунофенотипических различиях опухолевых клеток и на некоторых клинических особенностях этих нозологий. Поражение кожи считается характерным для бластной NK-клеточной лимфомы/лейкемии (64—67%

случаев) и часто выступает в качестве первого проявления болезни [5, 6, 26], в то время как при ММКЪ вовлечение кожи наблюдалось только в 10—13% случаев [5, 6]. Опухолевые клетки бластной МК-клеточной лимфомы/лейкемии, в отличие от бластов ММКЬ, не экспрессируют миелоидные маркеры СD13 и CD33. Экспрессия CD4 наблюдается в 62% случаев бластной МК-клеточной лимфомы/лейкемии и лишь в 13% случаев ММКЪ [6].

Дифференциальный диагноз T-ALL/LBL и B-ALL/LBL и MNKL основан на иммунофенотипиче-ских различиях опухолевых клеток.

Опухолевые клетки B-ALL/LBL экспрессируют, в отличие от бластов MNKL, В-клеточные антигены: CD19+, CD79a+, CD22+, CD10+/- [28, 29]. В литературе нам не встретились данные об экспрессии CD56 опухолевыми клетками B-ALL/LBL.

Опухолевые клетки Т-ALL/LBL экспрессируют, в отличие от бластов MNKL, мембранный CD3 и часто CD5 позитивны [30, 31]. Экспрессия CD56 нехарактерна для Т-ALL/LBL. В литературе нам встретился единственный случай CD56+ Т-ALL [32]. Случай CD56+ Т^ВЦ описанный Я. Ichinohаsаmа и соавт. [23], впоследствии на основании совокупности клинико-иммуноморфоло-гических данных был охарактеризован как MNKL [6].

В описанном нами случае опухолевые клетки не экспрессировали Т-клеточные маркеры (sCD3, CD5) и В-клеточные маркеры (CD19, CD79a, CD22) и, таким образом, не могли быть отнесены к бластам с Т- или В-клеточной дифференцировкой. Наряду с этим наличие миелоидных маркеров на опухолевых бластах, отсутствие экспрессии CD4 и кожных поражений противоречило диагнозу бластной NK-клеточной лимфомы/лейкемии.

Значительные трудности возникают при проведении дифференциального диагноза между MNKL и AML-M0. Оба лейкоза происходят из ранних, близких по морфологии и иммунофенотипу клеток. Отсутствие цитохимически выявляемой миелопероксидазы, маркеров Т- и В-кле-точной дифференцировки наряду с экспрессией панмие-лоидных маркеров CD13 и CD33 не позволяет дифференцировать эти лейкозы иммунологическими и цитохимическими методами. Кроме того, известно, что М0-бласты могут экспрессировать CD56 и CD7, что еще больше затрудняет разграничение этих патологий. Я. 8шиЫ и соавт. [33] продемонстрировали, что у больных с AML-M0 с ко-экспрессией CD56 и CD7 часто наблюдается опухолевое поражение лимфатических узлов [33]. Таким образом, ввиду отсутствия четких дифференциально-диагностических критериев между CD7+CD56+ AML-M0 и MNKL решение об отнесении конкретного случая к той или иной

группе зависит от точки зрения исследователей.

В описанном нами случае опухолевые бласты демонстрировали четкие иммунологические признаки NK-клеточной дифференцировки (CD16+, CD56+, Perforin+). Наряду с этим экспрессия опухолевыми клетками панмиелоидных маркеров CD13 и CD33, присутствие миелопероксидазы в отдельных опухолевых клетках (по данным иммуногистохимического исследования) и выраженная дисплазия элементов гранулоцитарного ряда свидетельствовали в пользу миелоидного происхождения бластов. Нам представляется оправданным введение термина «острый лейкоз из миелоидных/NK-клеток-предшественников» и выделение его в самостоятельную нозологическую единицу согласно критериям, предложенным Я. Suzuki и соавт. [1].

Опухолевые клетки в нашем случае, по-видимому, происходили из более зрелой клетки-предшественницы, чем в случаях, приводимых в литературе. Они не экспрессировали CD34, что характерно для М0-лейкоза

[2, 33—35], но при этом экспрессировали CD16 и Perforin, что свидетельствовало о дифференцировке в сторону зрелой NK-клетки.

Интересной клинической особенностью, наблюдаемой у нашей пациентки, было развитие острого гепатита с синдромом холестаза. Генез гепатита оставался неясным. Проводилась дифференциальная диагностика между специфическим поражением печени и острым гепатитом, вызванным EBV. Принимая во внимание данные исследования секционного материала, а также то, что агрессивные зрелоклеточные NK-клеточные лейкемии сопровождаются поражением печени и желтухой [36], лейкемическое поражение печени кажется нам более вероятным.

MNKL имеет агрессивное течение и плохой прогноз [1, 7, 33]. Наиболее эффективными являются схемы, используемые для лечения острого миелобластного лейкоза [7, 33], однако общая выживаемость низкая и составляет в среднем лишь 12—21 мес [1, 6, 7], что требует разработки новых схем терапии этой гематологической опухоли.

Литература

1. Suzuki R., Yamamoto K., Seto M. et al. CD7+ and CD56+ myeloid/natural killer cell precursor acute leukemia: a distinct hematolym-phoid disease entity. Blood 1997;90:2417-28.

2. Bennett J.M., Catovsky D., Daniel M.-T et al. Proposal for the recognition of minimally differentiated acute myeloid leukaemia (AML-M0). Br J Haematol 1991;78:325-9.

3. Bene M.-C., Bernier M., Casasnovas R.O. et al. Acute myeloid leukaemia M0: haematologi-cal, immunophenotypic and cytogenetic characteristics and their prognostic significance: an analysis in 241 patients. Br J Haematol 2001;113:737-45.

4. Oshimi K. Leukemia and lymphoma of natural killer lineage cells. Int J Hematol 2003;78:18-23.

5. Oshimi K., Kawa K., Nakamura S. et al. NK-cell neoplasms in Japan. Hematology 2005;10:237-45.

6. Suzuki R., Nakamura S. Malignancies of natural killer (NK) cell precursor: myeloid/NK cell precursor acute leukemia and blastic NK cell lymphoma/leukemia. Leuk Res 1999;23:615-24.

7. Chen V.M.Y, Mcllroy K., Loul J.P.Y et al. Extramedullary presentation of acute leukaemia: a case of myeloid/natural killer cell precursor leukaemia. Pathology 2003;35:325-9.

8. Suzuki R. Leukemia and lymphoma of natural killer cells. J Clin Exp Hematopathol 2005;45:51-70.

9. Lanier L.L., Spits H., Phillips J.H. The developmental relationship between NK cells and T cells. Immunol Today 1992;13:392-5.

10. Sanchez M.J., Muench M.O.,

Roncarolo M.G. et al. Identification of a common T/natural killer cell progenitor in human fetal thymus. J Exp Med 1994;180:569-76.

11. Spits H., Lanier L.L., Phillips J.H. Development of human T and natural killer cells. Blood 1995;85:2654-70.

12. Spits H., Blom B., Jaleco A.C. et al. Early stages in the development of human T, natural killer and thymic dendritic cell. Immunol Rev 1998;165:75-86.

13. Chan J.K.C., Wong K.F., Jaffe E.S., Ralfkiaer E. Aggressive NK-cell leukaemia. In: Pathology and genetics tumors of haematopoietic and lymphoid tissues. E.S. Jaffe et al. (eds). Lyon, IARC Press; 2001. p. 198-200.

14. Szczepanski T, van der Velden V.H.J..

van Dongen J.J.M. Classification systems for acute and chronic leukaemias. Best Pract Res Clin Haematol 2003;16:561-82.

15. Хоффбранд В., Петтит Дж. Атлас-справочник. Гематология. М., Практика; 2007. с. 173; 180.

16. van Dongen J.J.M., Szczepanski T, Adriaansen H.J. Immunobiology of leukemia.

In: Leukemia. E.S. Henderson et al. (eds). 7th ed. Philadelphia, Saunders; 2002. p. 85-129.

17. Nagai M., Bandoh S., Tasaka T. et al. Secondary myeloid/natural killer cell precursor acute leukemia following essential thrombocytopenia. Hum Pathol 1999;30:868-71.

18. Inaba T, Shimazaki C., Sumikuma T. et al. Clinicopathological features of myeloid/natural killer (NK) cell precursor acute leukemia. Leuk Res 2001;25:109-13.

19. Handa H., Motohashi S., Isozumi K. et al. CD7+ and CD56+ myeloid/natural killer cell precursor acute leukemia treated with idarubicin and cytosine arabinoside. Acta Haematologica

2002;108:47-52.

20. Ikewaki J., Otsuka E., Satou J. et al. Myeloid/natural killer cell precursor acute leukaemia with minor bcr/abl mRNA transcript. Br J Haematol 2002;118:684-5.

21. Tezuka K., Nakayama H., Honda K. et al. Treatment of a child with myeloid/NK cell precursor acute leukemia with L-asparaginase and unrelated cord blood transplantation. Int J Hematol 2002;75:201-6.

22. Ogura K., Kimura F., Kobayashi S. et al. Myeloid/NK cell precursor acute leukemia lost both CD13 and CD33 at first diagnosis. Leuk Res 2006;30:761-3.

23. Ichinohasama R., Endoh K., Ishizawa K. et al. Thymic lymphoblastic lymphoma of committed natural killer cell precursor origin.

Cancer 1996;77:2593-603.

24. Chan J.K.C., Sin VC., Wong K.F. et al. Nonnasal lymphoma expressing the natural killer cell marker CD56: A clinicopathologic study of 49 cases of an uncommon aggressive neoplasm. Blood 1997;89:4501-13.

25. Kawano S., Tatsumi E., Yoneda N. et al. Novel leukemic lymphoma with probable derivation from immature stage of natural killer (NK) lineage in an aged patient. Hematol Oncol 1995;13:1-11.

26. Chan J.K.C., Jaffe E.S., Ralfkiaer E. Blastic NK-cell lymphoma. In: Pathology and genetics

tumors of haematopoietic and lymphoid tissues. E.S. Jaffe et al. (eds). Lyon, IARC Press; 2001. p. 214-5.

27. Suzuki R., Nakamura S., Suzumiya J. et al. Blastic natural killer cell lymphoma/leukemia (CD56-positive blastic tumor). Prognostication and categorization according to anatomic sites of involvement. Cancer 2005;104:1022-31.

28. Brunning R.D., Borowitz M., Matutes E. et al. Precursor B lymphoblastic leukaemia/lymphoblastic lymphoma. In: Pathology and genetics tumors of haematopoietic and lymphoid tissues. E.S. Jaffe et al. (eds). Lyon, IARC Press; 2001. p. 111-4.

29. Ferry J.A., Harris N.L. Precursor B-cell neoplasm. In: Atlas of lymphoid hyperplasia and lymphoma. Philadelphia, W.B. Saunders Company; 1997. p. 68-70.

30. Ferry J.A., Harris N.L. Precursor T-cell neoplasm. In: Atlas of lymphoid hyperplasia and lymphoma. Philadelphia, W.B. Saunders Company; 1997. p. 141-3.

31. Brunning R.D., Borowitz M., Matutes E. et al. Precursor T lymphoblastic leukaemia/lymphoblastic lymphoma. In: Pathology and genetics tumors of haematopoietic and lymphoid tissues. E.S. Jaffe et al. (eds). Lyon, IARC Press; 2001. p. 115-7.

32. Paietta E., Neuberg D., Richards S. et al. Eastern Cooperative Oncology Group. Rare adult acute lymphocytic leukemia with CD56 expression in the ECOG experience shows unexpected phenotypic and genotypic heterogeneity. Am J Hematol 2001;66:189-96.

33. Suzuki R., Murata M., Kami M. et al. Prognostic significance of CD7+ CD56+ phenotype and chromosome 5 abnormalities for acute myeloid leukemia M0. Int J Hematology 2003;77:482-9.

34. Kupryshina N.A., Frenkel M.A., Tupitsyn N.N. Immunophenotyping and morphocytochemical characterization of acute myeloid leukemia’s with expression of stem cell antigen CD34. Haematopoiesis Immunol 2006;3:5-21.

35. Brunning R.D., Matutes E., Flandrin G. et al. Acute myeloid leukemia not otherwise categorized. In: Pathology and genetics tumors of haematopoietic and lymphoid tissues. E.S. Jaffe et al. (eds). Lyon, IARC Press; 2001. p. 91-2.

36. Loughran T.P. Jr. Clonal diseases of large granular lymphocytes. Blood 1993;82:1-14.

ОНКОГЕМАТОЛОГИЯ 3 ’2 0 0 7