Генезис массовой потребительской культуры в России 1990-х-2000-х годов и проблема деформации правосознания

Карнаушенко Леонид Владимирович

доктор исторических наук, профессор, начальник управления учебно-методической работы Краснодарского университета МВД России

Генезис массовой потребительской культуры в России 1990-х - 2000-х годов и проблема деформации правосознания

Общество начала XXI в. характеризуется активным развитием механизмов, обеспечивающих трансляцию стандартов массовой потребительской культуры широким слоям населения. Этот процесс с точки зрения наук об обществе не выглядит однозначным, в нем наряду с положительными сторонами присутствуют и негативные. Основная проблема заключается в том, что образцы и идеи массовой культуры опираются на криминальные установки и практики, деформирующие правосознание индивидов.

Ключевые слова: массовая культура, общество потребления, индустрия культуры, деформация правосознания.

L.V. Karnaushenko, Doctor of History, Professor, Head of Department of Educational and Methodical Work of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; tel.: +78612585079.

The genesis of mass consumer culture in Russia in the 1990s and 2000s and the problem of deformation of legal consciousness

The society of the XXI century is characterized by active development of mechanisms for broadcast standards of mass consumer culture to the wider population. This process from the point of view of social science does not seem to be simple, along with positive aspects are negative. The main problem is that the designs and ideas of mass culture based on criminal installation and practice, deforming the consciousness of individuals.

Key words: popular culture, consumer society, culture industry, deformation of legal consciousness.

Общество начала XXI в. характеризуется активно протекающими процессами глобализации экономического и культурного пространства, в результате чего происходит интенсивная трансляция унифицированных образцов, идеалов, ценностей, стандартов стиля жизни широким слоям населения. Данные процессы затрагивают, наряду с другими странами, и Россию. Параллельно с генезисом глобальной экономической мировой системы имеет место и масштабная культурная экспансия. Однако проблема заключается в обострении напряжений в российской системе культуры вследствие столкновения остатков советской моностилистической культуры и новых элементов полистилистической культуры [1, с. 78-84]. В результате на протяжении 2000-х гг. проявлялись индикаторы «привития» социокультурного пространства России вестерни-зированными образцами массовой культуры, нашедшими благодатную почву для сближения с криминальной культурой, укреплявшей свои

позиции под воздействием ряда факторов, основным из которых стало общее падение интеллектуального и культурного уровня на фоне криминализации сознания и поведения миллионов российских граждан. Масштабные социально-экономические, социально-политические и культурные трансформации 1990-х гг., серьезный экономический кризис привели к состоянию духовно-нравственного вакуума, дезорганизации нормативно-ценностной системы общества.

Уже на протяжении более пятнадцати лет идет активная «массовизация» российской системы культуры, сопровождающаяся огрублением культурных образцов, декларированием низменных инстинктов, иррациональной агрессии на фоне избыточного потребления различных товаров и услуг. Неслучайно, например, исследователи в последние годы все чаще поднимают проблему «шопоголизма» -социально-психологической зависимости от процесса потребления, совершения покупки. Товары и услуги в новой социокультурной сис-

20

теме становятся мерилом социального успеха, неким символом престижности.

В научной литературе представлено множество трудов, в том числе классиков социологии, посвященных массовой культуре и проблемам, так или иначе связанным с ней. В частности, Т. Адорно предложил заменить термин «массовая культура» выражением «индустрия культуры», которое имеет, по его убеждению, совсем иной смысл. Отличительной чертой этого типа культуры, как отмечает исследователь, является тот факт, что во всех отраслях изготовление продукции происходит более или менее планово [2, с. 162].

По мнению К.Е. Разлогова, специфика произведений массовой культуры состоит в том, что, для того чтобы по-настоящему ими наслаждаться, лучше быть художественно не образованным человеком - «художественная образованность здесь не оптимум, а препятствие, потому что массовая культура, обращенная главным образом к эмоциональной сфере, по определению не требует никаких дополнительных знаний, помогающих по достоинству оценить произведения такого типа» [3, с. 141]. Разлогов обращает внимание на такую ключевую проблему, связанную с бытованием массовой культуры, как ее субъект - массовый человек.

Г. Лебон подчеркивал необходимость изучения массы, ее характеристик с целью определения методов и способов управления ею, манипулирования, отмечая при этом силу власти внушенных толпе идей. Основными чертами толпы исследователь назвал исчезновение сознательной личности и ориентирование чувств и мыслей в известном направлении под влиянием определенных идей, о которых он писал: «...это дочери прошлого и матери будущего и всегда -рабыни времени» [4, с. 6].

Х. Ортега-и-Гассет отмечал основные черты психологии человека массы: «...безудержный рост жизненных вожделений, а тем самым личности, и принципиальную неблагодарность ко всему, что позволило так хорошо жить» [5, с. 197]. Характеризуя человека массы, исследователь отмечал, что «это тот, кто не ощущает в себе никакого особого дара или отличия от всех, хорошего или дурного, кто чувствует, что он - "точь-в-точь, как все остальные", и притом нисколько этим не огорчен, наоборот, счастлив чувствовать себя таким же, как все» [5, с. 197].

Ключевой проблемой функционирования массовой культуры выступает ее включенность в контекст средств массовой коммуникации, что позволяет эффективно осуществлять трансляцию соответствующих стандартов, идей,

мифов и стереотипов. В этой связи Ж. Фридман рассуждал о массовой культуре как о продукте массовой коммуникации, где под массовой культурой понимается совокупность культурных ценностей, отданных в распоряжение публики благодаря средствам массовой коммуникации в рамках технической цивилизации [6]. Особенно данный тезис актуален для глобального информационного общества начала XXI в.

В современном социуме с помощью СМК передается социокультурный опыт и поддерживаются культурные традиции, они значительно влияют на художественную культуру. Определяющим признаком современной художественной культуры стала многотиражность, массовость. Кино, радио и телевидение являются основными каналами, трансляторами и творцами произведений искусства. Тиражированные способы приобщения к прекрасному неизмеримо превышают в художественном потреблении уникальные, как и все остальные. Восприятие искусства опосредовано техникой. Следовательно, СМК являются одним из факторов функционирования современной культуры [7, с. 48].

Массовая культура, появление которой связано с особыми социокультурными обстоятельствами, приведшими на рубеже Х1Х-ХХ вв. в рамках западной цивилизации к формированию массы и массового сознания, является конкретным историческим явлением. И в силу этого обстоятельства говорить о случайности ее появления и о ее возможном исчезновении в ближайшей исторической перспективе представляется ошибочным, ибо массовая культура имманентна массовому потребительскому обществу, которое сегодня является реальностью. Качественная определенность массовой культуры постиндустриального общества задается теми изменениями, которые произошли в самой массе. Масса сегодня - это совокупность деперсонализированных индивидов, объединенных не участием в той или иной деятельности, а общностью потребляемой продукции - информации, развлечений, моды, имиджей, стереотипов, а также единством картины мира и системы ценностей [7, с. 26].

С появлением и эволюцией средств массовой коммуникации структура культуры претерпевает глубокие изменения. С точки зрения А. Моля, целостная система знаний оказалась заменена набором сиюминутных установок, распределяемых через средства массовой информации [8]. Массовая культура информационного общества все более основывается на продуктах технологического развития. А в свою очередь информационное общество требует постоянного

21

совершенствования информационной техники и технологий, что приводит к качественно иным способам передачи информации. Происходит как интеграция национальных информационных пространств в единое информационное пространство, так и интеграция культуры [8].

Опираясь на наукоемкое производство и средства массовой коммуникации, современная массовая культура оказывает существенное воздействие на общество и человека. С одной стороны, она способствует распространению в обществе социокультурных инноваций, создает дополнительные удобства и комфорт в повседневной жизни. С другой - массовая культура, ориентируясь в основном на технические способы производства, на технологические и информационные аспекты жизни людей, отрывает общество от природы, в значительной степени игнорирует (или даже разрушает) культурные традиции. Используя средства массовой коммуникации, массовая культура снижает планку любой идеи, любой проблемы, любого явления до уровня массового потребителя, тем самым лишая и человека, и действительность их истинного уровня и значения [5, с. 9].

Поскольку распространение массовой культуры в системе российской культуры достаточно масштабно, не могут не вызывать беспокойство ряд отрицательных социальных последствий данного процесса. В частности, особую тревогу вызывает процесс социализации подрастающего поколения под воздействием массовой культуры. В последние годы основными агентами социализации становятся средства массовой коммуникации и активные элементы массовой культуры. Необходимо обратить внимание на тот факт, что сценарии многих российских художественных фильмов, сериалов 1990-х - 2000-х гг. изобилуют сценами убийства, пыток, драк, их сюжетная линия часто основывается на алогичном, иррациональном насилии и жестокости («Бригада», «Жмурки», «Брат», «Брат-2», «Бу-мер», «Ворошиловский стрелок», «По прозвищу Зверь» и т.д.). Аналогичная ситуация сложилась с весьма специфическими реалити-шоу, такими как «Дом», «Дом-2», «За стеклом», «Последний герой», «Голод». Ситуацию усугубляют набирающие популярность у массовой зрительской аудитории криминальные хроники СМИ, растет популярность блатной музыки, желтой прессы и интернет-изданий, низкопробных криминальных романов и т.п. В Интернете налицо практически полная вседозволенность разнообразных коммуникаторов, блокировка сайтов с противоправным содержанием выглядит совершенно неэффективной в данный момент и легко пре-

одолевается с помощью нехитрых настроек интернет-браузера (что известно, наверное, даже младшим школьникам), не говоря уже о массе других способов. Элементы массовой культуры, проникнув в интернет-пространство, приобретают новые, ранее неизвестные возможности в плане оказания массово-коммуникативного воздействия на аудиторию. При этом наука и практика в настоящее время не обладают надежным инструментарием мониторинга и прогнозирования данной проблемной ситуации.

Очевидно, что стержнем массовой культуры, ее ценностно-смысловым содержанием становится криминальная культура в ее различных проявлениях, а также связанные с ней криминальные поведенческие практики. По сути, в самой системе современной социализации и инкультурации закладываются институциональные пласты отрицания права.

При этом необходимо принимать во внимание важность правосознания в социокультурной системе общества, тот факт, что оно выступает важной предпосылкой регулирования социальных противоречий, нейтрализации социальных рисков, их предупреждения и ослабления посредством актуализации механизмов нравственно-правовой саморегуляции индивидов. Правосознание определяет для личности набор правомерных средств достижения ее целей, тем самым противоправное поведение как способ разрешения в свою пользу конфликтной ситуации становится аномалией по отношению не только к разумности нормы, но прежде всего к разумности интересов личности. Механизмы саморегуляции являются наиболее перспективными в ситуации кризиса традиционных форм регулирования социальных процессов в условиях глобализации [9, с. 8].

Стоит отметить, что правосознание - это совокупность значений и смыслов, возникающих при осознании природы и сущности права, правового уровня отношений между людьми. Правосознание есть выражение и проявление разумной, рассудочной деятельности человека. Правосознание организует сферу чувств и побуждений, но к ним не сводится, оставаясь разумной деятельностью. Главным источником правосознания выступает социальная интеракция и коммуникация, в процессе которой формируется символический универсум, дающий смысловую основу для интерпретации феноменов правовой жизни [10, с. 7].

Важность правосознания подчеркивает опасность его деформации. Чаще всего деформация правового сознания проявляется, когда у индивидов складываются определенные взгляды,

знания, чувства, настроения, переживания и эмоции, идеи и представления, которые искаженно отражают правовую действительность и выражают отрицательное отношение к действующему праву, правосудию и законности, что приводит к формированию негативно ориентированного правового сознания.

Основными формами проявления деформированного правосознания являются:

чрезмерно высокая, оторванная от жизненных реалий оценка права как «универсального средства» решения социальных проблем, абсолютизация социальной роли и места права в жизни общества, предъявление завышенных требований к механизму правового регулирования, что кратко можно обозначить как юридический «идеализм»;

категорическое отрицание права как социального блага, его способности оказывать эффективное воздействие на общественные отношения, упорядочивать жизнь общества [11].

Опасность культурной деформации правосознания сложно переоценить. По сути, мы являемся свидетелями сложного дисфункционального состояния духовно-нравственной сферы российского общества, где возникает напряжение между двумя основными сферами: рекреаци-онно-культурной и нормативно-правовой. Обе сферы выполняют важные функции в системе, и этот факт с очевидностью демонстрирует необходимость поиска приемлемого решения по оптимизации сложившейся ситуации.

Касаясь перспектив развития ситуации с учетом стремительного усиления социальной значимости информационно-компьютерных и телекоммуникационных технологий, следует подчеркнуть, что в современной России уже выросло поколение людей с деформированным в той или иной степени правосознанием, с толерантным отношением к миру криминала, к кри-

1. Ионин Л. Г. Культура на переломе // Со-цис. 1995. № 2.

2. Адорно Т. Социология музыки. М., 2008.

3. Разлогов К.Е. Феномен массовой культуры //Культура, традиции, образование. М., 1990.

4. Лебон Г. Психология масс // Психология масс. Самара, 1998.

5. Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс // Психология масс. Самара, 1998.

6. Fridmann G. Enseignement et culture de mass // Communications. Paris, 1962. № 1.

7. Климова Л.Е. Массовая культура и личность: культурфилософский аспект: дис. ... канд. филос. наук. Ставрополь, 2005.

минальным практикам. Сложившаяся ситуация детерминирована, в том числе, и интенсивным коммуникативным воздействием, оказанным стандартами массовой культуры посредством СМК и Интернета на подрастающее поколение. Сейчас вступает во взрослую жизнь, занимает ответственные позиции в обществе поколение людей, у которых в процессе социализации превалировала стихийная, культурно-коммуникативная составляющая.

В ближайшие годы (при сохранении существующих ныне тенденций в социуме) возможно значительное увеличение социально негативной информации, способной повлиять на процесс деформации правосознания, в первую очередь подрастающего поколения. С каждым годом возрастает стихийная составляющая социали-зационного процесса, что приводит к различным негативным социальным последствиям, в том числе к деформации правосознания. В этом процессе заметную роль играет массовая культура, формирующая ценностные ориентации, модели поведения, идеалы, стереотипы, потребности, нередко противоречащие сложившейся социальной и культурной обстановке, конфликтующие с традиционной культурой, обычаями, сложившимися морально-нравственными принципами. При этом в настоящее время не разработаны сколько-нибудь действенные социально-управленческие решения, направленные на преодоление возникающих напряжений в социальной системе, обусловленных дисфункциональным состоянием ряда социокультурных институтов и подсистем современного российского общества. Также недостает эффективных, верифицированных научных разработок, прежде всего социологической и социально-инженерной направленности, которые бы позволили изменить вектор современных социокультурных процессов.

1. lonin L.G. Culture at the turn // Socis. 1995. № 2.

2. Adorno T. Sociology of music. Moscow, 2008.

3. Razlogov K.E. Phenomenon of mass culture // Culture, traditions, education. Moscow, 1990.

4. Le Bon G. Psychology of the masses // Psychology of the masses. Samara, 1998.

5. Ortega y Gasset J. Revolt of the masses // Psychology of the masses. Samara, 1998.

6. Fridmann G. Enseignement et culture de mass // Communications. Paris, 1962. № 1.

7. Klimova L.E. Mass culture and identity: cultural philosophy aspect: diss. ... Master of Philosophy. Stavropol, 2005.

23

8. Моль А. Теория информации и эстетическое восприятие. М., 1966.

9. Зеленков П. Г. Процесс формирования правосознания личности как объект социологического исследования: автореф. дис. ... канд. социол. наук. СПб., 2008.

10. Коник А. А. Формирование правосознания в трансформирующемся обществе: социально-философский анализ: дис. ... канд. филос. наук. Ставрополь, 2006.

11. Каландаришвили З.Н. Деформация правового сознания молодежи и юридические способы ее преодоления: теоретико-правовой аспект. СПб., 2004.

8. Mol A. Information theory and aesthetic perception. Moscow, 1966.

9. Zelenkov P.G. Process of development of consciousness of the person as the object of sociological research: auth. abstr. ... Master of Sociology. St. Petersburg, 2008.

10. Konik A.A. Formation of legal consciousness in the society in transition: a socio-philosophical analysis: diss.... Master of Philosophy. Stavropol, 2006.

11. Kalandarishvili Z.N. Deformation of the legal consciousness of youth and legal ways to avoid it: the theoretical-legal aspect. St. Petersburg, 2004.

24