Проекты государственного устройства П. И. Пестеля и Н. М. Муравьева: опыт прошлого и настоящего в перспективе будущего

Раздел II

Политические и юридические науки

УДК 346.22 © С. П. Вольф

С. П. Вольф ПРОЕКТЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО УСТРОЙСТВА П. И. ПЕСТЕЛЯ И Н. М. МУРАВЬЕВА: ОПЫТ ПРОШЛОГО И НАСТОЯЩЕГО В ПЕРСПЕКТИВЕ БУДУЩЕГО

В данной статье проекты государственного устройства П. И. Пестеля и Н. М. Муравьева представлены как воплощение декабристами опыта прошлого и настоящего, направленного в будущее. Автор статьи обращает внимание на то, что декабристские проекты преобразований государственного устройства содержат в себе не только утопические идеи, заимствованные из исторического прошлого, но и предлагают новые принципы районирования пространства Российской империи и его регионов.

Ключевые слова: декабристы, декабризм, П. И. Пестель, Н. М. Муравьев, история государства и права, Русская правда, вече, Конституция Н.М. Муравьева, культурно-интеллектуальная история.

Настоящее и будущее в разные периоды жизни и деятельности декабристов воплощались ими в разных формах. Вдохновенные рассуждения о будущем России и своей активной роли в нем осуществлялись декабристами лишь до восстания на Сенатской площади.

Атмосфера всеобщего патриотического подъема после Отечественной войны 1812 г. способствовала желанию изучить прошлое и исторически обосновать величие и заслуги русского народа. Непременное для образованного человека владение сведениями о прошлом, унаследованное от эпохи Просвещения и закрепленное в раннее Новое время, продолжало оставаться устойчивой традицией в конце XVIII - первой половине XIX вв. Руководствуясь стремлением включить отечественную историю во всемирную, декабристы пытались восстановить картину национального прошлого России.

Активное изучение прошлого и осознание своего высокого гражданского долга способствовало обращению декабристов к настоящему и будущему. Ведь именно после знакомства с примерами народного представительства в древней истории они приступили к созданию проектов государственного переустройства.

Проекты государственного устройства в полном виде до нас не дошли. Текст «Конституции» Муравьева, сожженной сразу после разгрома восстания, восстанавливался им по памяти во время следствия в первой половине 1826 г. Работа над «Русской правдой», которая должна была состоять из десяти глав и служить своего рода «наказом Временному верховному правлению» после перехода власти в его руки в случае свержения самодержавия, самим Пестелем не была завершена. Полностью были написаны пять глав, остальные существовали только в отрывках. Рукопись «Русской правды», над которой Пестель работал почти десять лет, была закопана накануне ареста, но, изъятая по указанию следственной комиссии, фигурировала в качестве главного обвинения автору. При этом самые важные главы: шестая, посвященная вопросу о форме верховной власти, и седьмая, рассматривавшая проблему организации власти на местах, - были, по всей вероятности, уничтожены Пестелем, и об их содержании можно судить только на основании отрывочных данных, содержавшихся в его ответах следственной комиссии.

В каждом из проектов утверждается идея необходимости участия народа в формировании высших органов власти. При этом в наименовании органов этой власти и ее атрибутики, как Муравьев, так и Пестель по-своему пытались возродить древние традиции

народного самоуправления. Идеализация в глазах декабристов демократических начал в общественном устройстве жизни древних славян, якобы определявших формы существовавшей у них политической власти, отразилась по-своему на проектах государственного переустройства.

Главное, что объединяет содержание конституционных программ Н. М. Муравьева и П. И. Пестеля, - это решительное неприятие ими идеи бесконтрольной самодержавной верховной власти, противоречащей, по их мнению, изначальным формам государственного устройства, существовавшего в Древней Руси. Сторонник формы конституционной монархии Н. М. Муравьев предусматривал ограничение верховной власти многоуровневой системой самостоятельных органов исполнительной, законодательной и судебной власти на местах в регионах [7, с. 410]. Все эти представительные органы основывались на выборном принципе. На вершине подобной системы представительной власти должно было находиться избираемое всеми членами общества Народное вече - гарант гражданского равенства всех жителей страны перед законом. Это сочетание единодержавной власти монарха с представительным органом в лице Народного вече представляло собой утопическую попытку совместить оправдавший себя в историческом смысле монархический принцип власти с системой народного самоуправления, какой она, по представлениям Н. М. Муравьева, существовала в городах - республиках древнем Новгороде и Пскове. Согласно Конституции Н. М. Муравьева в компетенцию Народного вече входило объявление войны, организация военных сил, наблюдение за использованием финансовых средств. Если Вече находило, что представительные собрания отдельных «держав» преступили пределы отпущенной им по конституции власти, то оно имело право их распускать [7, с. 413].

Сходным образом решал вопрос об участии народа в формировании органов власти П. И. Пестель в своей «Русской правде». Содержание центральных глав, где должны были определяться формы местной и верховной власти, как уже было отмечено, осталось для потомков неизвестным. Но убежденный сторонник республики Пестель в главе четвертой -«О народе в политическом отношении» - своего проекта, говоря о функции окружных поместных собраний, предусматривал назначение ими народных представителей в «Народное вече, образующее верховную законодательную власть» [14, с. 389].

В представлениях декабристов о вечевой вольности древнерусских республик мы можем наблюдать сочетание мифологического и исторического в восприятии прошлого. Этим представлениям, отраженным в созданных ими проектах государственного устройства и литературных произведениях, свойственно преобладание мифологических черт. Декабристами создается образ идеального гражданина, характерными чертами которого являются патриотизм, решимость в борьбе за национальное единство и непременное участие в собраниях Народного вече. Возрождение «Народного вече» в проектах государственного устройства декабристов понимается как возврат к исконным формам общественного и политического уклада жизни предков, соответствующих системе народного самоуправления в Новгороде и Пскове. В исторических сочинениях декабристов стремление охарактеризовать древнерусскую вечевую вольность подкрепляется рассуждениями об исторических корнях этого явления. Появление элементов мифа в представлениях декабристов о вечевом строе древнерусских республик связано с влиянием просветительской и античной традиции. Античные представления о «золотом веке» вольности подкрепляются руссоистскими понятиями о свободе и равенстве, рождая миф о народном правлении как воплощении справедливости и правды. Наличие элементов исторического сознания также связано с влиянием просветительского историзма на представления декабристов о древнерусской вечевой вольности.

В декабристской литературе на первый план выходил образ борца за независимость родины, утверждался принцип выборности национального вождя сообразно с волей народа [1, с. 215; 10, с. 69-71; 9, с. 120; 2, с. 185]. Рассматривая в качестве своеобразных представительных учреждений, ограничивавших самодержавную власть, Боярскую думу и

земские соборы, декабристы делали вывод о праве народа на лишение власти тех царей, которые отягощали ею народ.

Главное отличие проектов - разность политических взглядов авторов (Н. М. Муравьев - сторонник установления конституционной монархии; П. И. Пестель -сторонник установления республиканского управления), которая отчетливо проявляется и в их исторических взглядах. Поэтому можно отметить непосредственную связь политики, предлагаемой в проектах декабристов, с их взглядами на отечественную историю, ведь для каждого из них она выглядела по-разному, как по-разному представлялся и образ правления России.

Поскольку прошлое принадлежит чужому опыту, само его существование в каких-то случаях может подвергаться сомнению: характерным образом могут возникать сомнения в том, действительно ли существовали те или иные люди, на самом ли деле происходили те или иные события. Само стремление перестроить историю, по-новому организовать дошедшие до нас сведения - в высшей степени симптоматично и значимо: оно очень отчетливо демонстрирует подход к прошлому [15, с. 25]. Такое видение проблемы политического строя, по всей видимости, есть результат влияния трудов представителей философской мысли периода Просвещения на декабристов.

Главными причинами «благоденствия и величия народов» декабристы, как и мыслители XVIII в., обычно считали успехи просвещения и мудрое законодательство. В них, как позже заявил М. Орлов, «вся судьба правительства и народов» [11, с. 251]. В своей статье «О причинах благоденствия и величия народов», опубликованной в 1820 г. в «Сыне отечества», Н. И. Кутузов «причины благоденствия и величия народов» видел в правильном соединении «мудрых законов» с действиями «мудрого правительства», стремящегося «благодетельствовать подданных» [5, с. 13].

Даже признавая взаимодействие просвещения и нравов с законами и учреждениями («Если правительство влияет на нравы, то и нравы влияют на правительство»), Н. А. Крюков склонялся к типично просветительскому тезису о том, что «мудрые законы в состоянии произвести чудо всеобщего блаженства» [16, с. 408]. Под «мудрыми» законами здесь обычно понимались, прежде всего, «мудрая» конституция и политический строй, исключающий возможность деспотического управления страной.

Несмотря на испытание столь мощного просветительского влияния, в целом содержание проектов государственного переустройства, созданных декабристами, было крайне утопично. О. И. Киянская важнейшей идеей «Русской правды» считает «идею всеобщего юридического равенства граждан перед законом» [4, с. 102]. Но фактически «любое национальное своеобразие в данном случае уничтожало принцип равных возможностей» [4, с. 106]. Народам представлялся выбор: либо слиться с русскими, приняв их образ жизни и формы правления, либо испытать на себе много неприятностей - вплоть до выселения из страны. В соответствии с проектом все части России должны быть связаны общностью русского языка, православной веры, законодательства и традиций. Поэтому, по мнению О. И. Киянской, этот документ не достиг «ни своей стратегической, ни тактической цели» [4, с. 109]. Подобную мысль о противоречивости положений «Русской правды» высказывают и другие исследователи декабристских проектов. И. А. Исаев и Н. М. Золотухина указывают: «Пестель уделял в «Русской правде» большое внимание необходимости введения общедемократических прав и свобод: неприкосновенности личности, равенства всех перед законом, свободы слова, совести и собраний, свободы промысла» [3, с. 222]. Но тут же отмечают, что «однако он допускал и ограничения этих прав: христианской религии оказывалась государственная поддержка, а создание политических партий вообще запрещалось, последнее Пестель мотивировал опасениями разрушения единства народа и нового общественного порядка» [3, с. 222]. Что касается Конституции Н. М. Муравьева, то еще М. Лунин отмечал ее противоречивость, полагая, что «независимость областей в ней не согласуется с монархическим правлением» [6, с. 73].

Прошлое переосмысливается декабристами с точки зрения меняющегося настоящего. «В свою очередь исторический опыт, то или иное осмысление прошлого, естественным образом оказывает влияние на будущий ход истории: в самом деле, исходя именно из подобных представлений, из подобного опыта, социум как коллективная личность строит программу будущего, планирует свое дальнейшее поведение» [15, с. 15]. Итак, с каждым новым шагом в поступательном движении истории для декабристов меняется как настоящее, так и прошлое и вместе с тем определяются дальнейшие пути исторического развития.

Однако содержание проектов государственного устройства, созданных декабристами, нельзя назвать полностью утопичными. Настоящее не теряло своего значения для декабристов. Многие положения проектов заслуживали воплощения в реальности. Недаром еще В. М. Пасецкий отмечал в качестве одного из достоинств «Русской правды» П. И. Пестеля разработку декабристом новых принципов районирования Российской империи [13, с. 25]. Е. Г. Плимак, И. К. Пантин, В. Г. Хорос «сильные элементы централизаторства и регламентации» в проекте Пестеля оправдывали его предназначенностью «переходному периоду после совершения революции», а также предложением взамен «бесспорных материальных выгод» [12, с. 128-129]. По сравнению с более поздними утопическими сочинениями народников [8, с. 68], проекты декабристов не отвергали настоящее. Воплощение великого будущего планировалось ими не только при использовании достижений прошлого, но и при учете противоречий настоящего.

Проекты государственного устройства П. И. Пестеля и Н. М. Муравьева воплощают представления декабристов о пространстве и времени, направленные в будущее и вобравшие в себя лучший опыт прошлого и настоящего. Структура государственного управления, представленная в «Русской правде» П. И. Пестеля и Конституции Н. М. Муравьева, включает учреждения, уже вошедшие в историю и характерные для древнерусских республик Новгорода и Пскова. Образ планируемого будущего в проектах декабристов содержал не только лучшие, по их мнению, учреждения, взятые из прошлого, но и представлял новые принципы районирования пространства Российской империи и его регионов.

Библиографический список

1. Бестужев, А. Роман и Ольга [Текст] / А. Бестужев // Декабристы: антология в 2 т. -Л.: Художественная литература, 1975. - Т. 2. Проза. Литературная критика / сост. В. Орлов. - 526 с.

2. Бестужев, А. А. Андрей Переяславский [Текст] / А. А. Бестужев // Бестужев-Марлинский А. А. Сочинения: в 2 т. - М.: Художественная литература, 1981. - Т. 1. Повести и рассказы. - С.157-176.

3. Исаев, И. А., Золотухина, Н. М. История политических и правовых учений. XI- XX вв. [Текст] / И. А. Исаев, Н. М. Золотухина. - М.: Юрист, 1995. - 378 с.

4. Киянская, О. И. Пестель [Текст] / О. И. Киянская. - М.: Молодая гвардия, 2005. -

390 с.

5. Кутузов, Н. И. О причинах благоденствия и величия народов [Текст] / Н. И. Кутузов // Их вечен с вольностью союз...: Литературная критика и публицистика декабристов / сост. С. Волк. - М.: Современник, 1983. - С. 244-261.

6. Лунин, М. С. Сочинения, письма, документы. - Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1988. - 534 с.

7. Муравьев, Н. М. Конституция [Текст] / Н. М. Муравьев // Избранные социально-политические и философские произведения декабристов: в 3 т. - М.: Государственное изд-во политической литературы, 1951. - Т. 2. - С. 407-422.

8. Новикова, Л., Сеземская, И. Русская философия истории: курс лекций [Текст] / Л.И. Новикова, И. Н. Сеземская. - М.: ИЧП «Изд-во Магистр», 1997. - 328 с.

9. Одоевский, А. И. Василько [Текст] / А. И. Одоевский // Одоевский А. И. Стихотворения. Письма. Воспоминания об А. И. Одоевском / вступит. ст. Ю. Айхенвальда, биогр. очерк И. А. Кубасова. - М.: Новый Ключ, 2003. - С. 111-149.

10. Одоевский, А. И. Зосима [Текст] / А.И. Одоевский // Одоевский А. И. Стихотворения. Письма. Воспоминания об А. И. Одоевском / вступит. ст. Ю. Айхенвальда, биогр. очерк И. А. Кубасова. - М.: Новый Ключ, 2003. - С. 69-71.

11. Орлов, М. Ф. Капитуляция Парижа. Политические сочинения. Письма [Текст] / М. Ф. Орлов. - М.: Изд-во АН СССР, 1963. - 376 с.

12. Пантин, И. К., Плимак, Е. Г., Хорос, В. Г. Революционная традиция в России: 1783-1883 гг. [Текст] / И. К. Пантин, Е. Г. Плимак, В. Г. Хорос. - М.: Мысль, 1986. - 343 с.

13. Пасецкий, В. М. Географические исследования декабристов [Текст] / В. М. Пасецкий. - М.: Наука, 1977. - 184 с.

14. Пестель, П. И. Русская правда [Текст] / П. И. Пестель // Избранные социально-политические и философские произведения декабристов: в 3 т. - М.: Государственное изд-во политической литературы,1951. - Т. 2. - С. 378-406.

15. Репина, Л. П. История исторического знания [Текст] / Л.П. Репина, В. В. Зверева, М. Ю. Парамонова. - М.: Дрофа, 2006. - 288 с.

16. Философские записки и конспекты Н. А. Крюкова [Текст] / Н. А. Крюков // Избранные социально-политические и философские произведения декабристов: в 3 т. - М.: Государственное изд-во политической литературы, 1951. - Т. 2. - С. 408-413.

PROJECTS OF GOVERNMENT P.I. PESTEL AND N.M. MURAVEV: EXPERIENCES OF THE PAST AND THE PRESENT

TO THE FUTURE

Svetlana P. Volf

associate professor, Siberian of Business and Information Technologies

Abstract. This article projects the State P. Pestel and N.M. Muravev presented as the embodiment of the Decembrists experience past and present to the future. The author draws attention to the fact that the change of government projects: Decembrist contain not only a utopian idea, borrowed from the historical past, but also offer new principles of zoning of the Russian Empire and its regions. Keywords: Decembrists, dekabrizm, P.I. Pestel, N.M. Muravev, history of State and Law, Russkaya Pravda, veche, Constitution N.M. Muravevs, cultural and intellectual history.

Сведения об авторе:

Вольф Светлана Павловна - кандидат исторических наук, доцент, зав. кафедрой теории государства и права Сибирского института бизнеса и информационных технологий (г. Омск, Российская Федерация), e-mail: volf_svetlana@rambler.ru. Статья поступила в редакцию 16.06.2013.