Основные направления деятельности первого министра по национальным делам Дальневосточной республики карла яновича Лукса

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 10 (191). История. Вып. 39. С. 51-56.

с. Б. раднаева

основные направления деятельности первого министра по национальным делам дальневосточной республики

карла яновича лукса

В статье раскрываются основные направления деятельности первого министра по национальным делам Дальневосточной республики Карла Яновича Лукса по созданию министерства, а также осуществлению первых шагов национальной политики в отношении этнического населения республики в 1921 г.

Ключевые слова: национальная политика, ние, культурно-национальная автономия.

Образование Дальневосточной республики (ДВР) - демократического буферного государства - было провозглашено 6 апреля 1920 г. на съезде представителей трудящихся Прибайкалья в г. Верхнеудинске (ныне г. Улан-Удэ). Территория республики охватывала районы Восточной Сибири и Дальнего Востока (Прибайкальскую, Забайкальскую, Амурскую, Приморскую и Приамурскую с Северной частью Сахалина области).

ДВР являлась многонациональным государством, на обширной территории которой проживали наряду с русскими, составлявшими основную массу населения, многочисленные группы пришлых этнических меньшинств: украинцы, корейцы, китайцы, евреи, татары, выходцы из Прибалтики и др. По сведениям, сообщаемым Дальревкомом в ноябре 1922 г. в Наркомнац Сталину, наиболее многочисленную группу составляли корейцы -767427 чел., из них русско-подданных 60000, затем следовали украинцы - около 350000 чел., т. е. 60 % населения Амура и Приморья, евреи - 10600 чел., тюрко-татары - 9000 чел1. Численность других меньшинств (поляков, латышей, эстонцев и др.) была менее значительной. Основную массу коренного населения республики составляли буряты (108,8 тыс. чел.), остальное немногочисленное автохтонное население было представленное следующими группами: эвенки, якуты (3000 чел.), тунгусы (8848 чел.), а также самогиры (425 чел.), негидальцы (423 чел.), ольчи (1387 чел.), ороки (759 чел.), манегры (160 чел.), дауры, манчжуры, солоны (15 чел.), гольды (5016 чел.), орочоны (2316 чел.), гиляки (4365 чел.), айны (1162 чел.)2 и др.

Первым министром по национальным делам Дальневосточной республики был назна-

национальные меньшинства, коренное населе-

чен Карл Янович Лукс (1888-1932 гг.), меньшевик, латыш по национальности, ссыльный политический каторжанин. Им были заложены основы и предприняты первые попытки реализации национальной политики ДВР.

В отечественной историографии существует небольшое количество работ3, освещающих период жизни К. Я. Лукса в должности министра по национальным делам Дальневосточной республики в 1921 г. Данный этап, на наш взгляд, раскрыт далеко не в полной мере. В связи с этим возникает особый интерес к освещению основных аспектов деятельности министра по национальным делам ДВР К. Я. Лукса.

Учредительным Собранием ДВР4 были учтены своеобразность государства в этническом отношении и национальные интересы нерусского населения. В принятой 21 апреля 1921 г. Конституции Дальневосточной республики5 национальным меньшинствам были гарантированы широкие права на автономию. В разделе V «О национальных самоуправлениях» всем туземным народностям и национальным меньшинствам на территории Республики предоставлялось право на широкое самоопределение. Для контроля и руководства деятельностью органов национального самоуправления создавалось Министерство по национальным делам (МНД) с соответствующими национальными отделами. 29 апреля 1921 г. был принят закон Правительства ДВР «О министерствах Дальневосточной республики»6, который утверждал создание Министерства по национальным делам.

Министром по национальным делам был назначен Карл Янович Лукс (приказ № 77 Правительства ДВР от 4 мая 1921 г.7), мень-

шевик, член Учредительного собрания. Заместителем министра был утвержден также меньшевик Ян Янович Петрович, редактор ежедневной газеты «Наш голос» (Приказ Правительства ДВР № 115 от 25 августа 1921 г.8). Вторым заместителем министра вскоре был назначен Абрам Яковлевич Горштейн, социал-демократ (Приказ Правительства ДВР № 118 от 29 августа 1921 г.9). Итак, руководство министерства состояло из представителей коалиционной меньшевистской партии.

Назначение на должность министра по национальным делам было для К. Я. Лукса неожиданным10. А когда он понял, что назначения не избежать, то по этому поводу писал в автобиографии: «.. .когда начались разговоры о составлении коалиционного министерства, решил удрать из Читы»11. И 15 мая 1921 г. К. Я. Лукс уехал под чужим именем в командировку по кооперативной линии (он был членом Совета кооперативных съездов и одним из организаторов крестьянских кооперативов в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке) в Харбин. Но, будучи выигрышной и колоритной фигурой как политический ссыльный каторжанин, участник партизанской борьбы этот представитель меньшевистской партии был необходим коммунистам в качестве члена коалиционного правительства ДВР. Как отмечает сам Лукс: «.мое включение без моего ведома в состав Совета министров ДВР не обошлось и без настояния коммунистов»12. Итак, его все-таки ввели в коалиционное правительство ДВР в качестве министра по делам национальностей13, о чем его поставили в известность по телеграфу14.

Утверждение в такой высокой должности министра в составе коалиционного правительства может быть обусловлено не только политическими соображениями большевиков, но также и тем, что К. Я. Лукс принимал активное участие в работе высшего представительного органа ДВР - Учредительного Собрания, основной задачей которого являлась выработка Конституции страны и создание верховных органов власти. Заседания собрания проходили в период с 12 февраля по 27 апреля 1921 г. Несмотря на то, что К. Я. Лукс не вошел в состав туземной комиссии Учредительного Собрания, главной задачей которой являлась разработка положений Основного закона ДВР об автономии национальных меньшинств, тем не менее, на объединенном заседании Дальцентра и фракций

Учредительного Собрания ДВР, как отмечает он сам: «.были приняты мои тезисы по национальному и бурятскому вопросам»14.

На наш взгляд, сомнения К. Я. Лукса по поводу выдвижения и назначения на должность министра по национальным делам от партии меньшевиков могут быть объяснены назревающим его разочарованием в сущности меньшевизма и осознанием его противоречивости. Позже 23 октября 1923 г. он написал письмо ко «Всем бывшим и настоящим членам социал-демократической организации Сибири, Европейской России и русским социал-демократам, живущим за границей», в котором призывал всех меньшевиков влиться в ряды большевиков. Необходимо заметить, что в 1925 г. К. Я. Лукса приняли в ряды коммунистической партии без прохождения кандидатского стажа15.

За новую работу в должности министра по национальным делам ДВР К. Я. Лукс взялся энергично. При этом следует отметить, что в условиях военного положения и во временном буферном государстве решать национальные вопросы было очень трудно16.

Первый министр по национальным делам приступил к исполнению своих обязанностей 8 июня 1921 г. С самого начала существования этого молодого правительственного органа встал вопрос о его помещении. По этому поводу газета «Наш голос» сообщала, что «по разным причинам <...> по организации министерства ничего не сделано - нет ни помещения, ни одного сотрудника, ни даже стола в чьем-либо чужом помещении»17. Как отмечал в своем отчетном докладе уже второй министр по национальным делам М. И. Амагаев18: «... первые дни министерство ютилось в помещении Московского народного банка, а затем в помещении одной из школ»19. Представители жилищного комитета, который должен был выделить помещение новому ведомству, не усердствовали в этом вопросе, сообщая, что «министерство не важное, обождет»20. Только к концу февраля 1922 г. министерству было предоставлено помещение. Временная резиденция учреждения в июле 1921 г. располагалась по адресу: г. Чита, ул. Иркутская, угол Коротковской, дом Зозовского, кв. Шмуйлович (2 этаж), телефон № 23621.

Созданное министерство, столь необходимое национальным меньшинствам, не имело никакой организационно-правовой базы. Как отмечается в вышеупомянутом докладе

М. И. Амагаева: «.с самого начала пришлось создавать министерство без утвержденного о нем положения и без штатов; не было окончательно, в законодательном порядке установлено, какие отделы и с каким количеством сотрудников должно объединить в себе министерство»22.

Тем не менее, к августу 1921 г. был подготовлен проект положения о министерстве, созданы отделы: бурят-монгольский, мелких туземных народностей, украинский, тюрко-татарский, корейский, еврейский, разных народностей, были установлены связи с украинскими организациями Забайкалья, Амура (Благовещенск и Свободный) и Приамурья (Хабаровск), тюрко-татарскими организациями Читы, Верхнеудинска и др. Началась разработка закона о культурно-национальной

автономии23.

Согласно этому закону, национальные меньшинства (украинцы, корейцы, тюрко-татары и евреи) для осуществления своих закрепленных в конституции прав на культурно-национальную автономию могли создавать автономные национальные союзы публично-правового статуса, высшим представительным органом которых являлись национальные собрания. Последние избирали исполнительный орган - национальный совет, который, в свою очередь, выставлял одну кандидатуру в состав министерства по национальным делам, следившего за тем, чтобы деятельность национальных союзов не противоречила Основному закону ДВР и закону об автономии.

Разработанное министром К. Я. Луксом Временное положение о Министерстве по национальным делам24 предусматривало достаточно обширную структуру министерства со штатом сотрудников примерно в 65 единиц. Для лучшей координации деятельности и выявления наиболее важных потребностей и пожеланий национальных меньшинств создавался совещательный орган - Совет национальностей, куда должны были войти ключевые чиновники министерства. Временное положение предполагало наличие девяти отделов министерства, а также местных представительств МНД, что в совокупности способствовало бы более тесному взаимодействию национальных меньшинств и туземных народностей республики.

20 июня 1921 г. К. Я. Лукс обратился ко всем гражданам нерусской национальности

Дальневосточной республики: «.каждая народность или племя имеет право самостоятельно решать все вопросы своей культурно-национальной жизни безо всякого давления со стороны государственной власти»25. В обращении министр призывал все культурно-национальные и национально-политические организации и группы граждан нерусской национальности ДВР передать в министерство о себе следующие сведения: наименование организации, точный адрес, устав или положение, список должностных лиц, а также собственные предложения о сущности и особенностях культурно-национальной автономии своей народности. При этом министр подчеркивал, что лица нерусской национальности (за исключением бурят) не должны требовать выделения их в хозяйственно-административном отношении и довольствоваться правом на культурно-национальное самоуправление, а не территориальное.

В конце августа 1921 г. К. Я. Лукс берет отпуск на 1,5 месяца26 (его обязанности на это время исполняет заместитель Я. Я. Петрович) и вместе с председателем Совета Министров Петром Михайловичем Никифоровым лично выезжает для устройства работы представительств министерства по национальным делам в Амурскую и Приамурскую области27. Свою поездку по Приморью, Амурскому и Забайкальскому краям министр совершает как на пароходах («Лазо», «Кокериль»), так и на поездах.

В дороге К. Я. Лукс издает приказы, распоряжения, пишет письма, налаживает связи с представителями различных национальных групп.

14 сентября 1921 г. министр прибывает на ст. Сретенская Забайкальской области, где на следующий же день проводит совещание по еврейским делам28. На совещании присутствовали также министр народного просвещения М. П. Малышев, заведующий Сретенским отделом народного образования Попов, председатель Сретенского Еврейского Общинного Совета М. А. Булгер, преподаватели А. В. Орликов и Г. М. Граус, который выступил с докладом о положении еврейской школы в г. Сретенск. Граус сообщил, что нет учителей - все уехали, а помещение, в котором располагалась школа, домовладельцем было сдано китайцу. Совещанием было принято решение обучать еврейских детей в общей школе, ввести преподавание еврейского

народного языка «идиш». Если же найдутся школьники-евреи, желающие изучать «ив-рес» (аврес), то предполагалось допустить преподавание и этого языка, но при условии полного исключения из школьной программы богословных (религиозных) предметов.

К. Я. Лукс выясняет, что наиболее значительной национальной группой четырехтысячного населения г. Сретенск являются евреи - примерно 10 %, затем следуют поляки, тюрко-татары (10 семейств), украинцы. В этот же день К. Я. Лукс отплывает пароходом и отмечает, что «со всеми пытался наладить связь, но, ввиду отсутствия времени, не успел»29.

Затем он прибывает в г. Благовещенск, где учреждает национальный отдел при Амурском областном управлении30 и назначает сотрудников. На должность заведующего была выдвинута, а затем утверждена кандидатура Николая Михайловича Левицкого, которого К. Я. Лукс считал «из наличных работников местных организаций наиболее приемлемым кандидатом»31. На должность его помощника рекомендовали Федора Андреевича Обруцкого31.

Также министр установил связи с местными национальными организациями, которым были предоставлены права органов культурно-национальной автономии, предусмотренной ст. 123 Конституции ДВР. Среди них: Благовещенская Украинская Рада, Свободненская Окружная Украинская Рада, Благовещенский Еврейский Общинный Совет, Благовещенское Общество Тюрко-татарской народности, Амурский Областной Корейский Совет, Благовещенский Городской Корейский Совет32. Организации других национальностей (латышей, эстонцев, литовцев, поляк, армян и грузин) Амурской области также могли получить права временных органов культурно-национальной автономии после их регистрации в областном отделе по национальным делам г. Благовещенска.

Министром были проведены восемь заседаний национальных организаций и два межнациональных совещания, на которых обсуждались следующие вопросы: взаимная координация действий областного национального отдела с национальными организациями, их обоюдное информирование, школьное дело, вопросы финансирования, культурно-просветительская работа и пр.33 Также К. Я. Лукс ознакомился с тяжелым положением дел коренного населения Амурской области и наметил возможные пути улучше-

ния ситуации.

В Хабаровске, куда министр прибыл в октябре 1921 г., он учреждает национальный отдел при Приамурском областном управлении. На должность заведующего была выдвинута кандидатура Василия Федоровича Никуляка, а на должность помощника-секретаря - Василия Васильевича Огай34.

Вследствие того, что на Дальнем Востоке республики проживала основная масса малочисленного коренного населения, чье положение было крайне тяжелым, К. Я. Лукс считал необходимым назначить отдельного человека - специалиста, который бы занимался исключительно вопросами автохтонов. Представителем министерства по национальным делам по делам туземных национальностей в районе Приамурской и Приморской областях и восточной части Амурской области с постоянным местопребыванием в г. Хабаровске был назначен этнолог Альберт Николаевич Липский, а его помощником-секретарем - этнограф Нина Александровна Вальронд35. Министр дал А. Н. Липскому задание - совершить маршрутную поездку по туземным районам, подведомственных ему, при этом подробно по пунктам прописал весь круг необходимых мероприятий, но, забегая вперед, можем отметить, что К. Я. Лукс оценил его работу как «научную спекуляцию» и именовал Липского не иначе как «музейный вор и авантюрист»36.

Его помощнице секретарю Н. А. Вальронд министр дал задание приступить к изучению вопроса об алфавите для племени урало-алтайской группы в целом, но, прежде всего, для гольдов37.

В конце октября 1921 г. К. Я. Лукс создает забайкальское представительство министерства по национальным делам по делам туземных племен в Витимо-Олекминско-Тунгирском и Черно-Бело-Урюмском районах (Могочинская коллегия), которое расположилось в здании кооператива Забсоюз на ст. Могочи. В состав этой коллегии вошли следующие лица: Иван Савельевич Федоров (заведующий Могочинской агентурой объединенного Союза Забайкальских кооперативов), Иосиф Тимофеевич Посталит (заведующий пушным отделом Могочинского поселкового общества потребителей «Друг»), якут Иван Иванович Грязнухин, тунгус Александр Платонович Кюрбельжинов, орочен Егор Егорович Лакушин38.

Могочинской коллегии было поручено составление посемейных опросных карточек орочен, тунгусов и якутов Витимо-Олекминско-Тунгирского и Черно-Бело-Урюмского районов, которых необходимо было отразить следующую информацию: фамилию, имя, отчество всех членов семьи, их возраст, место жительства или кочевки, количество оленей и другие сведения39.

К концу 1921 г., когда центральная власть в ДВР контролировала практически всю территорию республики и угроза иностранной интервенции миновала, большевики решили пойти на разрыв коалиции с буржуазными партиями в правительстве. Коммунистами, составляющими большинство в правительстве, была произведена полная смена руководства Министерства по национальным делам ДВР. И в декабре 1921 г. меньшевики К. Я. Лукс и Я. Я. Петрович были уволены со своих постов (формально согласно прошениям об отставке). К. Я. Лукса в это время в столице ДВР - Чите - не было, и вот что он пишет по этому поводу: «.разрыв соглашения и выход с.-д. из "министерства" произошел в мое отсутствие, но ни с.-д. не потрудились спросить, как я отношусь к этому разрыву, ни коммунисты - разделяю ли я точку зрения своих товарищей... Меня попросту "ушли"»40.

Во главе министерства были поставлены коммунисты Матвей Иннокентьевич Амагаев, его заместители Н. А. Мер41 и Н. А. Резников42.

14 ноября 1922 г. Народное собрание ДВР43 приняло решение о самороспуске и воссоединении с Советской Россией44. Постановлением ВЦИК от 16 ноября 1922 г. территория ДВР была объявлена составной частью РСФСР, демократическая Конституция ДВР была отменена, Министерство по национальным делам расформировано, его функции переданы отделу туземных дел управления Дальревкома, отдел национальных меньшинств ликвидирован45.

Таким образом, Министерство по национальным делам, учреждение которого было закреплено Конституцией ДВР, было создано только лишь через год после образования республики - в мае 1921 г. Первым министром национальных дел Дальневосточной республики стал меньшевик Карл Янович Лукс, назначение которого было продиктовано политическими соображениями правительства. К исполнению своих новых министерских обязанностей К. Я. Лукс приступил лишь в

июне 1921 г. Им были разработаны проекты Положений о министерстве по национальным делам; обозначена структура министерства, насчитывающая штат в 65 сотрудников; учреждены национальные отделы (украинский, еврейский, тюрко-татарский, корейский), а также научно-правовой, школьный, общий; установлены связи с национальными организациями Амурской и Приамурской областей; были созданы местные органы министерства по национальным делам в г. Хабаровске и г. Благовещенске, представительство министерства по национальным делам по делам туземных национальностей в районе Приамурской и Приморской областях и восточной части Амурской области с постоянным местопребыванием в г. Хабаровске, а также забайкальское представительство министерства по национальным делам по делам туземных племен в Витимо-Олекминско-Тунгирском и Черно-Бело-Урюмском районах. Несмотря на активную деятельность министра, необходимо отметить, что работа министерства протекала в весьма сложных условиях: на фоне громогласно декларируемых правительством прав национальных меньшинств на самоуправление с широкими правами автономии у министерства не было даже собственного помещения, остро стояла проблема с квалифицированными кадрами, сложно обстояло дело с финансированием, не говоря уже и о полном отсутствии какой-либо законодательной базы в области национального строительства. Тем не менее, база, заложенная первым министром по национальным делам Дальневосточной республики К. Я. Луксом, послужила хорошим подспорьем для дальнейшей работы по осуществлению национальной политики, сами национальные меньшинства приветствовали создание и начинания министерства.

Примечания

1 Нам, И. В. Культурно-национальная автономия в истории России. Документальная антология. Т. 2. Дальний Восток. 1921-1922 / под ред. Э. И. Черняка. Томск : Изд-во Том. ун-та, 1999.С. 4.

2 Туземцы ДВР // Дело. 1922. 24 сент. (№ 198). С. 1.

3 См., например: Билибин, Н. Лукс Карл Янович // Совет. Север. 1932. № 4. С. 134136; Скачко, А. Памяти большого человека

(еще о т. Луксе) // Совет. Север. 1932. № 5. С. 131-134; Фетисов, А. П. Карл Янович Лукс : биогр. очерк. Хабаровск : Книж. изд-во, 1966. 110 с.; Школа К. Я. Лукса. Хабаровск : Книж. изд-во, 1989. 224 с.; Козлов, А. Карл Янович Лукс. URL : http://www.49.fskn.gov.ru/ magadan/index.php?newsid=98.

4 Учредительное собрание ДВР избиралось на основе всеобщих равных и прямых выборов, которые проходили в период 9-11 января 1921 г. Места в Учредительном собрании распределились следующим образом: фракция крестьян большинства (коммунисты и сочувствующие) получили большинство мест - 183; фракция РКП(б) - 92; крестьян меньшинства (находилась под влиянием эсеров) - 44, правых эсеров - 18, меньшевиков - 13; бурят-монгольская фракция - 13; внепартийных демократов (цензовиков) - 8; сибирских эсеров - 6; народных социалистов - 3; внепартийная фракция - 1. Работа собрания проходила с 12 февраля по 27 апреля 1921 г. в Чите, куда была перенесена столица ДВР. Учредительное собрание приняло декларацию, в которой излагались основные положения, определившие государственный строй и основы внутренней и внешней политики Дальневосточной республики. На этой основе была построена Конституция ДВР, принятая в последний день работы Учредительного собрания.

5 Основной закон (Конституция) Дальневосточной республики. 1921. Чита. С. 26.

6 Собрание узаконений и распоряжений правительства Дальневосточной республики. № 1 (7) от 14 июня 1921. С. 4.

7 Дальневосточная республика. 1921. 6 мая (№ 84 (272)). С. 4.

8 Государственный архив Забайкальского края (ГАЗК). Ф. 16. Оп. 1. Д. 4. Л. 22.

9 Там же. Ф. 16. Оп. 1. Д. 4. Л. 30.

10 Фетисов, А. П. Указ. соч. С. 43.

11 Школа К. Я. Лукса. С. 92.

12 Там же. С. 96.

13 Там же. С. 87.

14 Там же. С. 93.

15 Козлов, А. Указ. соч.

16 Фетисов, А. П. Указ. соч. С. 43.

17 Наш голос. 1921. 9 июня (№ 47). С. 4.

18 Матвей Иннокентьевич Амагаев (30.06.1897 - 18.08.1944) - коммунист, второй министр по национальным делам Дальневосточной республики (1922 г.).

19 Государственный архив Хабаровского края (ГАХК). Ф. 19. Оп. 1. Д. 46. Л. 1.

20 Там же. Л. 1.

21 Там же. Ф. 16. Оп. 1. Д. 24. Л. 1.

22 Там же. Ф. 19. Оп. 1. Д. 46. Л. 1.

23 Нам, И. В. Указ. соч. С. 7.

24 Там же. С. 47.

25 Национальный архив Республики Бурятия (НАРБ). Ф. Р-278. Оп. 1. Д. 14. Л. 107, 108.

26 ГАЗК. Ф. 16. Оп. 3. Д. 1. Л. 48.

27 ГАКХ. Ф. 19. Оп. 1. Д. 46. Л. 4.

28 Там же. Ф. 18. Оп. 4. Д. 1. Л. 2.

29 Там же. Л. 4.

30 Там же. Л. 116, 127.

31 Там же. Л. 13.

32 Там же. Л. 120.

33 Там же. Л. 17.

34 Там же. Л. 18.

35 Там же. Л. 30, 38, 49.

36 Школа К. Я. Лукса. Указ. соч. С. 112.

37 Там же. Л. 50.

38 ГАКХ. Ф. 18. Оп. 4. Д. 1. Л. 85, 85 об., 86, 87.

39 Там же. Л. 85.

40 Школа К. Я. Лукса. С. 97.

41 ГАЗК. Ф. 16. Оп. 2. Д. 2. Л. 6 об.

42 Там же. Л. 4.

43 Народное собрание являлось высшим органом власти и избиралось на основе всеобщего, прямого, равного избирательного права при тайном голосовании.

44 Вестн. Д.В.Р. 1922. № 5-6. С. 20.

45 Нам, И. В. Указ. соч. С. 11.