Проверка доказательств на стадии возбуждения уголовного дела

Калязин Георгий Сергеевич

аспирант кафедры уголовного процесса Кубанского государственного аграрного университета

(тел.: +79182592438)_

Проверка доказательств на стадии возбуждения уголовного дела

В статье анализируются основные точки зрения в науке уголовного процесса по поводу возможности осуществления отдельных следственных действий в качестве способов проверки доказательств на стадии возбуждения уголовного дела.

Ключевые слова: проверка доказательств на стадии возбуждения уголовного дела, возбуждение уголовного дела, проверка доказательств, следственные действия, осмотр места происшествия, осмотр трупа, освидетельствование.

G.S. Kalyazin, Post-graduate of a Chair of Criminal Procedure of the Kuban State Agrarian University; tel.: +79182592438.

Checking of evidences on the stage of criminal case institution

In the article the main points of view in the criminal procedure science about a possibility of separate investigative actions execution as a means of evidence checking on the stage of criminal case institution are analyzed.

Key words: checking of evidences on the stage of criminal case institution, criminal case institution, evidence checking, investigation actions, place of occurance review, body review, examination.

В России уже более века существует система уголовного судопроизводства, в которой традиционно выделяется стадия возбуждения уголовного дела как одна из важных гарантий защиты личности от необоснованного применения мер уголовно-процессуального принуждения, как правильно отмечает В.Н. Григорьев [5, с. 133]. Поэтому рассматриваемая нами стадия уголовного процесса включает в себя процессуальную деятельность по рассмотрению и разрешению ряда вопросов, необходимых для принятия законного и обоснованного решения по заявлению или сообщению о преступлении. В процессуальной литературе в связи с этим справедливо указывается, что «содержание этой деятельности состоит в обнаружении преступлений и их пресечении, в закреплении следов преступления, в рассмотрении заявлений и сообщений о совершенных преступлениях и... в их проверке» [8, с. 35].

Возбуждение уголовного дела как самостоятельная стадия уголовного процесса имеет свои конкретные цели. К этим целям В.С. Зе-ленецкий относит: констатацию совершения преступления и реального наличия негативных уголовно-правовых отношений; создание условий для раскрытия преступлений; обеспечение реализации уголовной ответственности лица, совершившего преступление; уголовное преследование преступника; обеспечение защиты прав и законных интересов потерпевшего; реабилитацию невиновного в совершении преступления лица; восстановление нарушенного

преступлением режима законности в конкретном регионе страны; возбуждение дознания или предварительного следствия, создание условий, обеспечивающих всесторонность, полноту и объективность расследования, достижение истины [7, с. 29-43]. В связи с этим трудно согласиться с Ю.В. Деришевым в том, что деятельность в стадии возбуждения уголовного дела носит административный характер [6, с. 36]. Поэтому, на наш взгляд, правильно пишет В.П. Божьев, «что до возбуждения дела должностное лицо, получив сообщение, обязано в определенный срок решить вопрос о возбуждении дела; заявитель вправе обжаловать принятое решение, а прокурор обязан своевременно рассмотреть эту жалобу и т.п. До возбуждения дела представитель власти может провести проверочные действия в течение установленного законом срока, и то, и другое происходит в рамках уголовно-процессуальных правоотношений» [2, с. 78]. Если же принять другую позицию, то лишаются смысла все требования уголовно-процессуального закона, регулирующие деятельность в рамках начального этапа процесса. И, как правильно указывал Н.П. Кузнецов, «мы неизбежно придем к выводу, что стадия возбуждения уголовного дела, по существу, находится за рамками уголовного процесса, поскольку в ней якобы отсутствуют уголовно-процессуальные отношения, не осуществляется уголовно-процессуальная деятельность» [11, с. 8].

В течение длительного времени в юридической литературе ведется дискуссия по поводу законодательного расширения перечня след-

164

ственных действий, проведение которых допускается до возбуждения уголовного дела. В данном споре доминируют две точки зрения. Приверженцы первой позиции настаивают на том, что для успешного решения задач уголовного судопроизводства до возбуждения уголовного дела, помимо осмотра места происшествия, осмотра трупа и освидетельствования, целесообразно позволить производить иные следственные действия: все виды осмотра, задержание, личный обыск, обыск в помещении, допрос и др. [16, с. 184; 3, с. 29; 14, с. 18-28; 12, с. 54-57]. Их оппоненты полагают, что расширение перечня следственных действий, проводимых до возбуждения уголовного дела, уничтожит важнейшую гарантию законности и справедливости, ограждающую граждан от произвола и злоупотреблений со стороны органов предварительного расследования [9, с. 305-307; 10, с. 134-136; 15, с. 26].

На наш взгляд, в стадии возбуждения уголовного дела, как и во всех остальных стадиях, осуществление уголовно-процессуального доказывания должно разворачиваться в рамках обеспечения гарантий законности и справедливости, ограждающих граждан от произвола и злоупотреблений со стороны органов предварительного расследования.

В соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством РФ на стадии возбуждения уголовного дела допускается проведение отдельных следственных действий, некоторые из них выступают в качестве способов проверки доказательств. Часть 2 ст. 176 УПК РФ указывает особенности осмотра места происшествия. Местом происшествия считается то, где произошло интересующее следствие событие, например, оставлены какие-либо следы преступления. В этом значении (по объекту осмотра) местом происшествия может быть любая местность, жилище, иное помещение, что на практике может вызывать вопросы. Например, если жилище является местом происшествия, а проживающие в нем лица возражают против осмотра, то можно ли осмотр жилища произвести до возбуждения дела как осмотр места происшествия? Представляется, что осмотр места происшествия как разновидность этого следственного действия выделяется не только и не столько по объекту осмотра, сколько по другому критерию - его неотложности. Главное для осмотра места происшествия - наличие неотложной ситуации, угрозы утраты следов преступления и т.д.

Таким образом, осмотр места происшествия определяется необходимостью неотложного исследования доступного объекта; при его осуществлении важно придерживаться некоторых правил.

1. До возбуждения уголовного дела можно проводить только осмотр места происшествия (места, где имеются следы преступления). Под осмотр места происшествия подпадает осмотр местности, помещений и жилища, предметов и документов, трупа (если нет необходимости в принудительной эксгумации), животных.

2. Осмотр местности, жилища и иных помещений не является осмотром места происшествия; его нельзя проводить до возбуждения дела, если с его помощью устанавливаются не следы преступления, а иные подлежащие доказыванию обстоятельства. Например, осмотр места жительства несовершеннолетнего обвиняемого для выяснения его условий жизни и воспитания; осмотр места, описанного обвиняемым, где он якобы находился в момент совершения преступления, для проверки его алиби.

3. Повторного осмотра места происшествия быть не должно. После первого осмотра обычно утрачивается неотложность ситуации, поэтому последующие осмотры являются уже осмотром местности, помещения (а не осмотром места происшествия).

4. Жилище, иное помещение, охраняемый участок местности, которые по объекту являются местом происшествия (в них находятся следы преступления), в случае возражения или сопротивления заинтересованных лиц не могут быть осмотрены до возбуждения дела, т.к. осмотр места происшествия не принудителен. При возражениях проживающих лиц осмотр жилища проводится по правилам ч. 5 ст. 177 УПК РФ. При сопротивлении владельцев иного помещения или участка местности (железные двери, охрана, мощное ограждение) может быть проведен принудительный обыск (а затем при необходимости фиксации внешней обстановки - осмотр). Чтобы обосновать применение процессуального принуждения, надо хотя бы располагать достаточными данными о наличии признаков преступления, которые и составляют основание для возбуждения дела (ч. 2 ст. 140 УПК РФ).

Осмотр трупа может быть частью осмотра места происшествия и может быть проведен до возбуждения дела. При этом его особенности, установленные ст. 178 УПК РФ, должны быть строго соблюдены. Не является нарушением закона оформление осмотра трупа отдельным протоколом. Осмотр трупа как самостоятельное следственное действие производится, когда на месте обнаружения его осмотреть не удалось, или когда труп обнаружен в результате обыска (ч. 16 ст. 182 УПК РФ), извлечен из места захоронения.

Действия судебно-медицинского эксперта во время осмотра дополнительно регламентируются Инструкцией по организации и производ-

165

ству экспертных исследований в бюро судебно-медицинской экспертизы, утвержденной Приказом Минздрава России от 24 апреля 2003 г. № 161. Возникает вопрос, не следует ли использовать суживающее толкование термина «судебно-медицинский эксперт», понимая под ним другого участника процесса -специалиста (в смысле ст. 58 УПК РФ) в области судебно-медицинской экспертизы.

Отвечая на него, следует иметь в виду, что в ст. 178 УПК РФ говорится не об осмотре места происшествия, а именно об осмотре трупа. Этот вид осмотра может производиться лишь после возбуждения уголовного дела. Принимая УПК РФ (2001г.), законодатель недвусмысленно выразил свою правовую позицию, заменив термин «специалист в области судебной медицины», ранее использовавшийся в ч. 1 ст. 180 УПК РСФСР, на термин «судебно-медицинский эксперт» (ст. 178 УПК РФ). Такому подходу может быть дано вполне рациональное объяснение: предполагается, что, приступая к осмотру трупа, следователь должен уже назначить судебно-медицинскую экспертизу и для максимально полного учета при проведении последней всех значимых обстоятельств привлечь судебно-медицинского эксперта к участию в осмотре трупа, т.е. на максимально раннем этапе его исследования. Подобный подход не дает правоприменителю права прибегать здесь к суживающему толкованию термина «судебно-медицинский эксперт», ибо буквальное толкование может быть заменено каким-либо другим его видом (суживающим или расширительным; распространительным или ограничительным, коррекционным и др.) только то-гда, когда буквальное толкование ведет к абсурду, не допуская никакого рационального объяснения (так называемое золотое правило толкования правовых норм). Следует уважать мнение законодателя, и при исключении им из содержания нормы каких-либо условий и признаков либо, наоборот, при пополнении ее теми или иными новыми условиями или признаками правоприменитель не должен представлять эту норму таким образом, как будто бы она все еще подразумевает прежнее правовое содержание [13, с. 37-41, 68]. Однако если осмотр трупа является частью осмотра места происшествия, производимого до возбуждения уголовного дела, то необходимо признать, что в настоящее время в нем может участвовать не эксперт, а лишь специалист (в области судебной медицины). При этом применяются правила не ст. 178, а ст. 58, 168, 177 УПК РФ. Эксгумация охватывает случаи извлечения трупа только из мест официального захоронения. Учитывая, что УПК РФ не относит эксгумацию к числу неотложных процессуальных действий (ч. 5 ст. 165 УПК РФ), без судеб-

ного разрешения эксгумацию можно проводить при: а) отсутствии у покойного родственников; б) получении согласия родственников (например, в виде отметки на постановлении об эксгумации); в) наличии данных о том, что родственники заблаговременно извещены об эксгумации и не выразили возражений в течение достаточного времени. При возражении родственников эксгумация трупа производится по решению суда, принимаемому в порядке, предусмотренном ст. 165 УПК РФ, и после вынесения постановления о возбуждении уголовного дела.

Освидетельствование как следственное действие представляет собой процессуальный осмотр подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего и свидетеля для установления на их теле следов преступления или особых примет. Специфический объект осмотра - тело живого человека - обусловливает особый порядок данного следственного действия, связанный с принуждением и повышенными гарантиями прав граждан. Освидетельствованию могут быть подвергнуты обвиняемый, подозреваемый, потерпевший, а также свидетель.

Освидетельствование близко к осмотру и отличается от него лишь тем, что предметом освидетельствования является не вещь, а живой человек. Отсюда и различия в процедуре производства названных следственных действий. Так, если для производства осмотра не требуется вынесение постановления (за исключением эксгумации), то при производстве освидетельствования вынесение постановления обязательно. Это положение является процессуальной гарантией обоснованности производства данного следственного действия, поскольку оно по своему характеру является принудительным и сопряжено с ущемлением права на неприкосновенность личности.

При проведении доследственной проверки применение мер уголовно-процессуального принуждения не допускается. Ее основные гласные средства - документальные проверки и ревизии. В связи с этим В.В. Волынский отмечает, что отсутствие в уголовно-процессуальном законе специально предусмотренных способов проведения проверки сообщений о любых совершенных или готовящихся преступлениях на стадии возбуждения уголовного дела является почвой для роста количества нарушений прав, свобод и законных интересов в рамках уголовного процесса на стадии возбуждения уголовного дела [4, с. 11].

Располагая на стадии возбуждения уголовного дела достаточными данными, по общему правилу можно лишь предполагать, что в деянии лица содержатся признаки преступления. Как правильно отмечают некоторые авторы, указанные сведения необходимо оценить с

166

точки зрения их достаточности, для того чтобы возникло обоснованное предположение о наличии обстоятельств, влекущих за собой возбуждение уголовного дела [1, с. 26; 11, с. 54]. Однако установление достоверности сведений, содержащихся в материалах проверки сообщения о преступлении, не всегда представляется возможным, поскольку оценка достоверности одного доказательства зависит от некоторой совокупности сведений о фактах. В стадии возбуждения уголовного дела такая совокупность необходимых сведений для установления достоверности отдельного доказательства отсутствует. Вместе с тем, данный вывод, на наш взгляд, не может служить поводом к тому, чтобы вообще исключить стадию возбуждения уголовного дела из УПК РФ. Отказ от стадии возбуждения уголовного дела неминуемо приведет к смещению полюсов между сторонами в процессе в пользу стороны обвинения, к нагромождению

УПК РФ нормами, которые с учетом специфики начала производства по уголовному делу окажут, вероятно, не совсем качественную помощь в принятии обоснованных и законных решений. Таким образом, стадия возбуждения уголовного дела выполняет роль «фильтра», который должен от общей массы поступающей информации отобрать нужную в уголовно-процессуальном значении для вынесения законного и обоснованного решения о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела. В этой связи, по нашему мнению, способы проверки доказательственной информации по действующему УПК РФ в стадии возбуждения уголовного дела необходимо совершенствовать не путем расширения возможности проведения в ней отдельных следственных действий, а посредством включения в УПК РФ иных процессуальных действий, направленных на проверку доказательств.

1. Арсеньев В.Д. Доказывание фактических обстоятельств дела в советском уголовном процессе: дис. ... д-ра юрид. наук. Иркутск, 1966. Т. 2.

2. Божьев В. П. Уголовно-процессуальные правоотношения. М., 1975.

3. Быков В.М., Березина Л. В. О согласии прокурора на возбуждение уголовного дела // Закон и право. 2003. № 11.

4. Волынский В. В. Судебный контроль, прокурорский надзор и ведомственный процессуальный контроль на стадии возбуждения уголовного дела: назначение и со-отношение // Российский следователь. 2011. № 9.

5. Григорьев В.Н. О концепции возбуждения уголовного дела // Проблемы технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений. М., 1994.

6. Деришев Ю. Стадия возбуждения уголовного дела - реликт «социалистической законности» // Российская юстиция. 2003. № 8.

7. Зеленецкий В. С. Возбуждение уголовного дела. Харьков, 1998.

8. Каз Ц.М. Пределы доказывания в стадии возбуждения уголовного дела // Вопросы уголовного права, уголовного процесса и криминалистики: ученые записки Саратовского юрид. института им. Д.И.Курского. Саратов, 1964. Вып. XI.

9. Комментарий к уголовно-процессуальному кодексу РФ / отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. М., 2003.

10. Коротков А.П., Тимофеев А.В. Практика прокурорского надзора при применении некоторых положений нового УПК РФ // Прокурорская и следственная практика. М., 2004.

11. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. Воронеж, 1983.

1. Arseniev V.D. Proof of real circumstances of a case in Soviet criminal procedure: dis. ... Dr of Law. Irkutsk, 1966. V.2.

2. Bozhiev V.P. Criminal-procedural law relations. M, 1975.

3. Bykov V.M., Berezina L.V. About agreement of a prosecutor on criminal case institution // Legislation and law. 2003. № 11.

4. Volynsky V.V. Court control, prosecutor and departmental procedural control on the stage of criminal case institution: disposition and correlation. Russian investigator. 2011. № 9.

5. Grigoryev V.N. About conception of criminal case // Problems of technological-criminal provision of disclosure and investigation of crimes. M., 1994.

6. Derishev Yu. Stages of criminal case institution - relict of «social legacy» // Russian Justice. 2003. № 8.

7. Zelenetskiy V.S. Institution of criminal case. Kharkov, 1998.

8. Kaz Ts.M. Levels of evidence in the stage of criminal process institution // Questions of criminal law, criminal process and criminalistics: scientific reports of Saratov Law institute named after

D.I. Kursky. Saratov, 1964. Ed. XI.

9. Comments to the Criminal-procedural Code of the Russian Federation / ed. by D.N. Kozak,

E.B. Mizulina. M, 2003.

10. Korotkov A.P., Timofeev A.V. Practice of a prosecutor's supervision at an application of some conditions of a new CPC of RF // Prosecutor's and investigation practice. M., 2004.

11. Kuznetsov N.P. Evidence on the stage of criminal case institution. Voronezh, 1983.

12. Manova N.S. Preliminary and proceedings: differention of forms. M., 2004.

13. Manukyan A.G., Smirnov A.V. Law norm interpretation. M., 2008.

167

12. Манова Н.С. Предварительное и судебное производство: дифференциация форм. М, 2004.

13. Манукян А.Г., Смирнов А.В. Толкование норм права. М., 2008.

14. Овсянников И. В. Согласование с прокурором постановления о возбуждении уголовного дела // Уголовный процесс. 2006. № 5.

15. Химичева Г. П. Возбуждение уголовного дела: проблемы правовой регламентации и совершенствования деятельности // Черные дыры в российском законодательстве. 2003. № 2.

16. Яшин В.Н., Победкин А. В. Возбуждение уголовного дела. Теория, практика, перспективы: учеб. пособие для вузов. М., 2002.

14. Ovsyannikov I.V. Agreement of a criminal case institution disposition with a prosecutor // Criminal procedure. 2006. № 5.

15. Khimicheva G.P. Criminal case institution: problems of law regulation and activity advancing // Black holes in Russian legislation. 2003. № 2.

16. YashinV.N., Pobedkin A.V. Criminal case institution. Theory, practice, perspectives: textbook for Universities. M, 2002.

168