Шпион без лицензии

В сентябре 1999 года арбитражного управляющего провожали на Ачинском глиноземном комбинате всем ОМОНом. Правительство опасается, что теперь так будет по всей России

       8 августа Владимир Путин подписал закон "О лицензировании отдельных видов деятельности". Закон очень либерален, даже слишком. Пока мало кто обратил внимание на то, что из перечня лицензируемых видов деятельности исключено арбитражное управление. Эта маленькая ошибка законодателя будет иметь для всей российской экономики очень большие последствия.

       Принятие закона о лицензировании, продвигаемого правительством в рамках общей дебюрократизации экономики, прошло, в отличие от многих других законопроектов, более чем стремительно: 7 июня — в первом чтении, 11 и 13 июля — во втором и третьем, 20 июля — утверждение Советом федерации.
       Закон действительно на редкость либерален. Если раньше существовало невероятное количество разного рода законов и нормативных актов, позволявших практически каждому госоргану что-нибудь лицензировать и контролировать, то вновь принятый закон довольно четко регламентирует все виды деятельности, которые теперь будут подвластны чиновникам. Их ровно 104 (прежде было чуть ли не 2 тыс.). Если раньше лицензии стоили сравнительно серьезных денег — порядка $500, то теперь стоимость любой лицензии четко определяется суммой 1000 рублей. Минимальный срок действия лицензии увеличен с трех до пяти лет. И все это для того, чтобы дать предпринимателям возможность свободно развиваться и расти как грибам.
       Проблема в том, что правительство так торопилось протолкнуть закон, что только к третьему чтению обнаружило, что даже перестаралось с либерализацией. Министр экономразвития Герман Греф страстно упрашивал депутатов 13 июля вернуть в перечень подлежащих лицензированию видов деятельности арбитражное управление. Говорят, он даже президенту во время заседания звонил. Но было поздно.
       
Управление по закону
       Почему министр экономики так переживал именно за арбитражных управляющих? Да потому, что сейчас в России арбитражный управляющий — одно из главных действующих лиц почти при любом переделе собственности. Когда по телевизору показывают спецназовцев в масках, сердитых рабочих и служащих, воюющих с новыми и старыми хозяевами, где-то сбоку обязательно будет арбитражный управляющий, назначенный судом.
       Арбитражные управляющие бывают временными (этап наблюдения), внешними (этап оздоровления) или конкурсными (этап ликвидации).
       Временный управляющий — это такой узаконенный шпион кредитора. Он приходит на предприятие и говорит: "Вы нам должны. Я тут погляжу, как вы работаете". Он имеет полный доступ ко всей документации, его согласие требуется для проведения всех крупных сделок, в том числе сделок с недвижимостью. Помимо функции "обеспечение сохранности имущества" временный управляющий занимается еще одним довольно важным делом — выявляет кредиторов, составляет их реестр и организует проведение собрания кредиторов.
       Длится все это два-пять месяцев (в исключительных случаях — год). Основная задача, которую помогает решить управляющий на этом этапе,— скупка долгов прочих кредиторов (обычно им предлагается 5-10% от суммы долга).
       Если по окончании этого срока принимается решение о внешнем управлении, кредиторы утверждают программу финансового оздоровления предприятия, которую и будет проводить в жизнь внешний управляющий. При этом все органы прежнего управления (собрание акционеров, совет директоров, гендиректор) отстраняются от работы. Основная цель, которую управляющий пытается достигнуть на этом этапе,— сделать предприятие настоящим банкротом. Правда, формулируется она совершенно иначе: восстановить платежеспособность предприятия. Но реальным восстановлением платежеспособности заканчиваются лишь 3-5% дел внешнего управления.
       В случае утверждения судом решения собрания кредиторов о начале конкурсного производства управляющий собирает требования кредиторов, после чего "закрывает реестр". И начинается самое интересное — продажа активов. Управляющий решает, нанять ли независимого оценщика или определить стоимость каждого конкретного стола или стула решением собрания кредиторов. Решает он также, каким образом осуществлять продажу — на открытых торгах или выбирать конкретного покупателя конкретной части активов на собрании кредиторов.
       
Управление по понятиям
       Как показывает практика, умение оздоравливать предприятия — отнюдь не главное в работе арбитражного управляющего. Реальные цели, которых пытаются достичь предприниматели при возбуждении процедуры банкротства, обычно другие: захват предприятия группой незначительных кредиторов; перевод предприятия под контроль гендиректора и миноритарных акционеров; формальная смена собственника с получением им "чистого" предприятия, свободного от всех долгов, включая бюджетные; форсирование решений любых хозяйственных споров; просто легальная слежка за предприятием. А вот какая из них будет достигнута — это целиком и полностью зависит от выбранного арбитражного управляющего. Именно от его виртуозности зависит, что произойдет с предприятием.
       Происходит же много удивительных метаморфоз: то крупнейший кредитор окажется за бортом совета кредиторов, то допэмиссия акций без ведома акционеров будет выпущена (как, например, произошло при банкротстве Ленинградского металлического завода), то все активы вполне благополучно работающего предприятия окажутся во вновь учрежденной компании или даже нескольких (при банкротстве Челябинского тракторного завода таких компаний оказалось аж пять).
       Арбитражный управляющий может настолько "замечательно" провести внешнее управление и конкурсное производство ("продажа имущества с целью пропорционального удовлетворения требования кредиторов"), что вырученных денег не хватит даже для того, чтобы расплатиться с кредиторами первой очереди — лицами, имеющими право на возмещение вреда здоровью, который они получили в результате работы на данном производстве. Так, например, произошло во Владивостоке — целую флотилию продали, а денег для инвалидов не хватило. Что уж говорить о долгах по зарплате (вторая очередь), заложенном имуществе (третья), перед бюджетом (четвертая) и обо всем остальном.
       То есть процедура банкротства, которая задумывалась как процесс финансового оздоровления предприятия, на практике стала одним из лучших инструментов для передела собственности. Причем в ее процессе происходит, как правило, не передача предприятия, которое неэффективно управляется, новому, эффективному собственнику, как это предполагает закон, а увод работающих активов к тому, кто знает, кому и сколько надо заплатить.
       
Управление без лицензии
       В результате если в 1997-1998 годах ФСДН (Федеральная служба по делам несостоятельности и банкротства, ныне ФСФО — Федеральная служба финансового оздоровления) вела активную работу по возбуждению дел о банкротстве, то сейчас во многих регионах (в частности, в Московской области) существует негласный запрет местных властей на инициирование процедуры банкротства, поскольку подавляющее большинство состоявшихся процессов не привели к желаемому результату. Однако число банкротств не уменьшается: слишком уж это удобный инструмент.
       Лицензирование деятельности арбитражных управляющих позволяло ФСФО хоть как-то контролировать процесс. ФСФО могла в любой момент приостановить действие лицензии чересчур наглого управляющего. Впрочем, именно эта возможность и была одним из источников коррупции. Бывалые люди рассказывают, что иногда для того, чтобы отзыва лицензии не произошло, управляющему приходилось вкладывать в соответствующий чиновничий карман порядка $20 тыс.
       И все-таки государство имело довольно мощный рычаг для влияния на передел собственности. И вот теперь этот рычаг потерян. Для того чтобы стать арбитражным управляющим, достаточно будет просто иметь высшее образование (желательно, но не обязательно юридическое или экономическое) и не иметь судимости. Об этом и переживал 13 июля Герман Греф.
       Правда, как ни странно, сами арбитражные управляющие не торопятся прыгать от радости. Дело в том, что теперь резко возрастает значение судей, принимающих решение о назначении того или иного управляющего.
       Оно и прежде было немалым. Но для того чтобы отвести кандидатуру управляющего, судьям приходилось давать серьезное обоснование. Например, когда утверждали временного управляющего Инкомбанка, было пять кандидатур — все как на подбор. Им задавали вопрос, за какое время они смогут решить все вопросы, предполагающиеся процедурой наблюдения. Все послушно отвечали, что за два-пять месяцев, как и положено по закону. А кандидат Владимир Алексеев сказал, что ему понадобится больше — год-полтора, то есть изначально собирался нарушать закон. Судья выбрал его примерно со следующей мотивировкой: трезво оценивает сложность предстоящей работы. А с введением в действие закона судьям, чтобы отказать другим кандидатам, не придется придумывать столь изысканных формулировок. Можно будет просто сказать: не обладает достаточной квалификацией. Ведь никакой роли не будет играть формальный признак квалифицированности любого кандидата — наличие лицензии.
       Правда, новые правила, касающиеся отмены лицензирования арбитражных управляющих, начнут действовать лишь через год после вступления закона в силу. За это время у государства есть возможность оправиться от нанесенного удара, вернувшись или хотя бы приблизившись к статус-кво через поправки к закону о банкротстве.
СВЕТЛАНА ХОЛОДКОВА

ЗА
Анатолий Либет, начальник юридического отдела компании "Мосэнерго"
       — Процедура лицензирования арбитражных управляющих изначально была призвана выполнять следующие две основные функции: отсечение профессионально неподготовленных предпринимателей и влияние государства на макроэкономические процессы в стране путем участия ФСФО в процессах банкротства. С первой из названных функций лицензирование очевидно не справилось: среди управляющих полным-полно людей разного рода профессий — и музыкантов, и педагогов, которые не нашли себя в других видах деятельности. Со второй функцией произошло в общем-то то же самое. Трудно судить о причинах невыполнения процедурой лицензирования возложенных на нее задач. Но поскольку ни в одной из них не было достигнуто серьезных результатов, то и серьезной беды в отмене лицензирования арбитражных управляющих я не вижу. Но государство должно участвовать в этом процессе. Это может быть аккредитация, сертификация или другие инструменты. Возможно также усиление роли суда как механизма воздействия на управляющего.
       
ПРОТИВ
Татьяна Трефилова, руководитель ФСФО России
       — К сожалению, арбитражного управляющего выбирает кредитор. Кто первым придет, тот и будет править бал. И я вынуждена согласиться с тем, что пока еще многочисленны случаи, когда банкротство предприятий проводится с целью передела собственности. Пока еще у нас есть некоторые механизмы, в том числе и отзыв лицензии, чтобы этот процесс хоть как-то сдерживать. Но если мы не сможем внести изменения в закон о банкротстве, то может начаться беспредельный передел собственности. В нынешнем законе никаких других методов контроля и надзора за деятельностью арбитражных управляющих не предусмотрено.
       Я знаю твердо: невозможно, чтобы арбитражный управляющий никем не контролировался. Ведь он получает деньги третьих лиц и распоряжается ими по своему усмотрению. А это ничуть не лучше управления финансовыми пирамидами. За его действиями должен быть налажен очень четкий и строгий контроль. Сейчас мы готовим свою концепцию налаживания этого контроля, которая будет отражена в поправках к закону о банкротстве.
       
ИЗНУТРИ
Александр Контузов, арбитражный управляющий второй категории (участвует в делах по банкротству предприятий с 1997 года)
       — Я считаю, что административный контроль за действиями арбитражных управляющих необходим хотя бы потому, что процедура банкротства ограничена по времени. А оперативная реакция на действия арбитражного управляющего возможна лишь в рамках административного законодательства, но никак не судебного.
       Кроме того, никто не сможет отрицать, что специфика деятельности арбитражного управляющего требует наличия определенной квалификации.
       Сейчас лицензия арбитражного управляющего выполняет роль формального признака того факта, что он способен заняться управлением предприятием. Поэтому отмена лицензирования лишь расширит возможности судей по произвольному отстранению управляющего от процедуры банкротства.
       Возможно, административный контроль за деятельностью арбитражных управляющих надо бы улучшить и сделать более совершенным и эффективным. В противном случае ФСФО превратится в некое подобие прокуратуры, которая следит за исполнением законов и подает иски в суд.
       
ИСТОРИЯ ВОПРОСА
       Впервые в новейшей истории России лицензирование арбитражных управляющих было предусмотрено федеральным законом от 8 января 1998 года "О несостоятельности (банкротстве)". Лицензирование арбитражных управляющих было возложено на Федеральную службу России по финансовому оздоровлению и банкротству (ФСФО). 25 декабря 1998 года было принято постановление правительства РФ "О лицензировании деятельности физических лиц в качестве арбитражных управляющих".
       Арбитражные управляющие могли получить лицензию первой, второй или третьей категории. Первая давала право на участие в процессах банкротства в отношении отсутствующих должников, граждан, индивидуальных предпринимателей, малых предприятий. Для получения лицензии второй категории, дающей право банкротить также и все предприятия, кроме отнесенных к крупным и экономически и социально значимым, необходимо было отработать минимум полгода управляющим первой категории. Лицензий третьей категории практически так никто и не получил. За рассмотрение заявления ФСФО взимала 3 МРОТ, за выдачу лицензии — 10 МРОТ.
       
ЦИТАТА
       Статья 18. Переходные положения
       Федеральные законы и иные нормативные правовые акты, регулирующие порядок лицензирования отдельных видов деятельности, за исключением видов деятельности, предусмотренных пунктом 2 статьи 1 настоящего закона, действуют в части, не противоречащей настоящему закону, и подлежат приведению в соответствие с настоящим законом.
       Лицензирование деятельности арбитражных управляющих прекращается по истечении одного года со дня вступления в силу настоящего закона.
       
МИРОВАЯ ПРАКТИКА
       В Великобритании арбитражным управляющим может быть только физическое лицо, назначаемое из числа специалистов, имеющих лицензию, выданную министерством промышленности и торговли, либо сотрудники специализированных фирм (признанных профессиональных организаций), также имеющих лицензию министерства. Выдачу лицензий и контроль за деятельностью арбитражных управляющих осуществляет государственная служба по несостоятельности (ГСН) при министерстве. В делах, представляющих общественный интерес, арбитражным управляющим может быть только сотрудник ГСН.
       В США арбитражным управляющим может назначаться лицо, имеющее высшее образование и соответствующую лицензию, выданную комиссией по биржевой деятельности и ценным бумагам. Кроме того, в соответствии с законом 1983 года создана государственная Федеральная служба арбитражных управляющих, которая осуществляет контроль за деятельностью независимых управляющих.
       В Нидерландах специальных требований к арбитражным управляющим не предъявляется. В соответствии с законом им может стать любое лицо. Однако на практике на такую должность назначают юристов.