Наш человек в Каракасе

Поездка российского премьера Владимира Путина в Венесуэлу началась с посещения российского парусника "Крузенштерн". Специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ обращает внимание на то, что кроме вчерашнего предутреннего протокола на борту учебного судна вице-премьер правительства России Игорь Сечин и вице-президент Венесуэлы Элиас Хауа вели реальный и напряженный переговорный процесс,— чтобы и весь визит российского премьера не стал протокольным.

Вчера, прилетев в город Каракас, Владимир Путин, которого в аэропорту встретил президент Венесуэлы Уго Чавес, сразу приехал из аэропорта в морской порт и поднялся на борт российского парусника "Крузенштерн".

Решение о том, чтобы оказаться на борту "Крузенштерна", который уже четыре месяца скитается по просторам Мирового океана (был замечен в Ванкувере, на Олимпиаде, а финиш намечен на 9 мая в Калининграде), принял, по сведениям "Ъ", лично господин Чавес поздно вечером. Вице-премьер российского правительства Игорь Сечин с борта "Крузенштерна" разговаривал по телемосту с Уго Чавесом, которому очень понравилось убранство судна, и президент Венесуэлы сказал, что обязательно надо прямо из аэропорта заехать на "Крузенштерн".

Так и сделали, хотя, на первый взгляд, выглядело это немного странно: как будто, приехав за границу, первым делом пошли позавтракать в русский ресторан.

На борту судна все было готово (в том числе и к приему пищи).

На борту соседнего военного венесуэльского судна был развернут транспарант "Родина, социализм или смерть!". У российского парусника такого рода амбиций не было.

Но были другие. На борту "Крузенштерна" была развернута фотовыставка, посвященная 65-летию Победы во Второй мировой войне. Моряки рассказывали, что многие канадцы в Ванкувере были потрясены известием о том, что СССР тоже участвовал в ней, и не исключали искусного фотомонтажа на кадрах, которые запечатлели советский флаг на крыше берлинского рейхстага.

Накануне вице-премьер российского правительства Игорь Сечин и вице-президент Венесуэлы господин Хауа, кроме того, что поговорили по видеосвязи с Уго Чавесом, который должен был показать всем, а прежде всего себе самому, что он — один из самых креативных лидеров планеты (кому, кроме него, могла прийти мысль насчет "Крузенштерна"), провели здесь выездное, можно сказать, заседание межправительственной комиссии, которая, как рассказал мне вчера господин Сечин, регулировала соглашения о рыбной ловле.

Правда, была и другая информация, господином Сечиным лично не подтвержденная.

Вице-премьер и вице-президент пытались окончательно договориться о поставках российских военно-транспортных самолетов Ан-148 и амфибий Бе-200, которые уже достаточно давно предлагают всему цивилизованному миру — и пока без особенного успеха, несмотря на то, что к качеству Бе-200 ни у кого никаких претензий нет.

Похоже, дело хуже: он просто никому не нужен. Впрочем, попытка взаимодействия с не самым цивилизованным миром, начатая в Венесуэле, возможно, увенчается наконец-то успехом. По крайней мере предварительно, еще до переговоров господ Путина и Чавеса, вице-премьер и вице-президент договорились все-таки о возможных поставках не только Ан-148, но и Бе-200 тоже (в общей сложности речь идет о поставках примерно 50 самолетов).

Если это случится (кредит на покупку самолетов Венесуэле выдаст Россия, тут не должно быть никаких иллюзий), сделку следует признать настолько же коммерческой, насколько и политической.

Кроме того, там же был окончательно согласован пакет соглашений об управлении российско-венесуэльского СП по разработке блока нефтяных месторождений "Хунин-6". А всего подготовлено к подписанию 32 соглашения, 14 из которых будут подписаны с участием Владимира Путина и Уго Чавеса.

Тем временем на борт "Крузенштерна" поднялся руководитель Роскомрыболовства Андрей Крайний, который не скрывал удовлетворения по поводу того, что всякий раз, когда он как руководитель ведомства вступает на трап, над судном Роскомрыболовства должен взмывать его штандарт.

Так было и накануне, когда сюда вместе с Андреем Крайним приехал Игорь Сечин. Господин Крайний показал ему на взмывающий ввысь флаг и рассказал эту историю, господин Сечин поинтересовался, поднимут ли такой же стяг и в его честь. Но ему объяснили, что это не положено.

Впрочем, остается только догадываться, какие штандарты взмывают в небо, когда Игорь Сечин приезжает открывать новый НПЗ или новую буровую вышку "Роснефти".

Владимир Путин, Уго Чавес и Андрей Крайний сначала долго разговаривали возле трапа (премьер и глава Роскомрыболовства рассказывали президенту Венесуэлы про уникальные, до сих пор не исчерпанные достоинства немецкого парусника, доставшегося России после Второй мировой войны в виде трофея), а потом поднялись на борт. Здесь господин Чавес поговорил с членами команды. Разговор выглядел так.

— Тебе сколько лет?

— 20!

Одобрительный смех Уго Чавеса.

— И что, отсюда в Москву поплывешь?

— В Калининград!

Сочувственная улыбка Уго Чавеса.

— Девушка у тебя есть?

— Да, есть...— не по форме ответил матрос и опустил глаза в палубу, словно ему было мучительно стыдно за это.

Хохот Уго Чавеса и его адмиралов.

Осмотр судна был коротким (как и само судно). После этого президент и премьер удалились в недра барка на завтрак, а потом поехали в город.

По обочинам дороги из порта все столбы и деревья увешаны цветными плакатами, на которых Уго Чавес обнимает Владимира Путина (не наоборот). Ближе к городу между деревьев появились уже растяжки — такого же содержания.

Буквально пару дней назад город был еще увешан плакатами, можно сказать, противоположного содержания: президент Белоруссии Александр Лукашенко обнимает Уго Чавеса. Эти плакаты висели даже после отъезда из Венесуэлы Александра Лукашенко, который с некоторого времени избегает пребывать в одной стране с Владимиром Путиным.

Даже если эта страна — его родная Белоруссия.

Андрей Колесников, Каракас