Брифинг

Марина Красильникова, руководитель отдела изучения доходов и потребления "Левада-центра"

После кризиса 2008 года <...> социальный оптимизм люди все более черпали в оценках личного положения, представлениях о перспективах жизни своей семьи. И это очень надежные источники общественного оптимизма: ведь именно сфера личной жизни в наибольшей степени находится в зоне личной ответственности и контроля людей. Люди учились быть самостоятельными. Уверенность в завтрашнем дне своей семьи — основа свободы и ответственного принятия решений обычными людьми, труд и потребительские решения которых, собственно, и создают экономику страны.

Евгений Гонтмахер, замдиректора ИМЭМО РАН

За границей уже начались большие публикации, я думаю, будет скоро Нобелевская премия про такое понятие, как "экономика счастья". Например, Ричард Лейард, профессор Лондонской школы экономики, написал книжку, она переведена на русский язык и называется "Экономика счастья". Там как раз речь идет о гуманитарных вещах. И вот он пишет, что все эти цифры (роста ВВП, уровня доходов.— "О"), все эти параметры не имеют большого значения, есть вещи более важные. Это самочувствие людей, это ощущение комфортности. <...> Поэтому я бы считал, что сейчас повестка дня наша, она сугубо связана с радикальным пересмотром роли личности.

Мартин Бургер, академический директор Erasmus Happiness Economics Research Organization

Важнейшие выборы в жизни человека связаны с тремя вещами. Прежде всего это работа, причем дело не в доходе, а в содержании работы. Чем креативнее работа, тем счастливее себя чувствует человек. Во-вторых, это количество и качество друзей, а в-третьих, партнер. Управление и качество органов государственной власти тоже влияют на ощущения людей. Наличие демократии, коррупция, экономическая и внешняя политика — все это влияет на уровень счастья населения. Однако я не рискну сказать, что та политическая ситуация, которая сегодня есть в России, делает людей несчастными.