Фигура жемчуга

Новые украшения Mikimoto как доказательство не только вечного совершенства, но и вечных поисков новых путей к этому самому совершенству

Довольно сложно делать украшения, главная характеристика которых не эксцентричность или, например, причудливость, а безупречность буквально в каждом элементе. Вообще работать в пространстве совершенства — это одна из самых сложных задач на свете. Совершенства сложно добиться, сложно его поддерживать и сложно о нем рассказывать миру. Вот, например, компания Mikimoto. Все про нее знают одно: самый лучший, самый безупречный и самый дорогой жемчуг именно у них, и почти каждая знаменитая женщина в истории XX века имела свою идеальную нитку жемчуга Mikimoto. А дальше?

Дальше же начинается довольно зыбкое пространство дизайна, активно говорить про который в Mikimoto начинают только сейчас,— и только сейчас Mikimoto старается отойти от образа, выстроенного исключительно вокруг того факта, что они производят лучший на свете жемчуг, и показать, что они умеют работать не только с жемчугом, но и с разнообразными камнями, в том числе цветными — сапфирами, изумрудами и пр. Этим их способностям была, например, посвящена коллекция high jewellery нынешнего года, которая называлась Jardin Mysterieux и была чрезвычайно красочна для Mikimoto, с множеством разных цветных камней. Но сам дизайн Mikimoto, такой рафинированный и безупречный, довольно сложно поддается описанию.

1 / 8

Вот их коллекция Jeux de Rubans, посвященная лентам, такому известному, традиционному и очевидному символу всего галантного и прелестного. В Mikimoto берут ленту и используют ее не просто изящно, но с каким-то викторианским остроумием, превращая жемчужное колье в кружевной английский воротничок, надетый на закрытое черное платье, как у модели из их рекламного ролика. Или сворачивают их в асимметричные сережки, или завязывают в абсолютно симметричные сережки-бантики и делают к ним точно такую же подвеску-бантик. Совершенно не покидая при этом пространства безупречного вкуса.

Среди новых вещей, показанных в январе в Женеве и приехавших уже в Москву, есть много предметов, которые в Mikimoto не объединяют ни в какие коллекции, это просто отдельные украшения изумительной красоты и совершенства. Например, кольцо, напоминающее стилизованный цветок розы (тоже, кстати, вполне викторианский символ), чей стебель с шипами обвивается вокруг пальца. Оно сделано из платины, все лепестки инкрустированы круглыми бриллиантами и бриллиантами огранки "маркиза", вполне поддерживающими аллюзию викторианской Англии, и существует оно в единственном экземпляре. А в центре — большая жемчужина южных морей, и ее фирменный матовый блеск изящно перекликается с тем, как мерцают по-разному ограненные бриллианты. И это эстетская игра такой тонкости, какую мало кто может себе позволить.

Или, например, колье и брошь из белого золота и, конечно, жемчуга. Колье сделано из жемчуга акойя разного размера и состоит из пяти частей, скрепленных между собой бриллиантами. К нему придумали брошь классических форм с большой белой жемчужиной в центре. Или другая брошь, как раз уже совершенно неклассической формы, напоминающая не то бабочку, не то остов раковины,— а в Mikimoto называют ее асимметричным бантом. На ее гранях-перемычках-ребрах в произвольном порядке закреплен жемчуг акойя и бриллианты круглой огранки на 8,41 карата. Очень крутая вещь, выглядящая совершенно современно. Или даже простая на первый взгляд брошь в виде веточки — не то коралла, не то ландыша, не то нашей березы, припорошенной снегом. И это та самая простота, которая требует не только ума, но и остроумия.