Преступления в сфере земельных правоотношений:исторический, правовой и гносеологический аспекты

Земля всегда была и остается не только естественной средой обитания человека, но и средством производства. Присущие земле природные свойства обусловливает ее признание в качестве неотъемлемой и всеобщей основы для размещения объектов, необходимых для обеспечения жизнедеятельности человеческого общества (промышленных, сельскохозяйственных и историкокультурных объектов, населенных пунктов и т.д.). Не случайно глобальные, связанные с правом на землю, споры сопровождали многие переломные этапы европейской истории человечества (Средневековье, Новое время, Первая и Вторая Мировые войны и т.п.), в том числе и повлекшие существенные перераспределения данных прав. С другой стороны, правоотношения по поводу владения, пользования либо распоряжения землей играли немалую роль в эволюции человеческой цивилизации.

История нашей страны свидетельствует о том, что на протяжении ряда веков Россия являлась преимущественно аграрным государством, имеющим достаточно выгодное географическое положение и обладающим значительными территориальными ресурсами. Еще с момента возникновения первых писаных законов в России, отдельные компоненты окружающей природной среды были признаны собственностью определенных категорий населения [1, с. 7; 2, с. 67]. Это стимулировало непреходящий интерес соотечественников к становлению и развитию правоотношений, вытекающих из права владения или пользования земельными участками .

Лишь в так называемый советский период отечественной истории уголовно-правовые проблемы борьбы с неправомерными действиями в отношении правообладателей земельных участков проявлялись в усеченном варианте и сводились к уголовной наказуемости за самовольный захват участка земли (ст. 199 УК РСФСР 1960 г.). Обязательным условием наступления уголовной ответственности являлось причинение ущерба законному владельцу данного участка. Однако это деяние обладало высокой распространенностью, что подтверждает наш тезис о том, что даже в условиях соответствующей общественно-экономической формации, предопределившей усеченную форму прав на недвижимость, посягательства в сфере земельных отношений были весьма актуальны. В условиях государственной монополии на землю и иные природные ресурсы о каких-либо неправомерных действиях, связанных с необратимым отчуждением земельных участков, тем более -на почве корыстной или иной личной заинтересованности, не могло быть и речи. Вполне естественно, что в условиях административно-командной системы лица, ответственные за владение или перераспределение земельных ресурсов, не были заинтересованы в охране и рациональной реализации данных благ. Более того, отсутствие четко выраженной экономической стоимости земли обусловливало расточительные и порой даже вредные действия в отношении земельных ресурсов, формируя угрозу естественному экологическому равновесию.

Постсоветский период отечественной истории, сопровождающийся политическими, социальными и экономическими реформами, одновременно реставрировал и подлинное значение земли. В УК РФ был декриминализирован самовольный захват земли, что вызвало и вызывает до сих пор недоумения ряда юристов [3, с. 75; 4, с. 83; 5, с. 29]. Однако мы разделяем в данном случае позицию исследователей об оправданности и закономерности данного шага. Действительно, «высокая степень криминогенности рынка земли в середине 90-х гг., устойчивое воздействие факторов, детерминирующих преступность в данной сфере, свидетельствовали о том, что земельные отношения нуждаются в повышенной правовой защите. В этой связи законодатель сосредоточил свои усилия на формировании механизма уголовно-правовой охраны земельных отношений принципиально нового содержания. Включение в УК РФ статьи об ответственности за регистрацию незаконных сделок с землей стало значительным шагом законодателя в направлении совершенствования правовой охраны земельных отношений имущественного и организационного характера. ... Декриминализация является объективным процессом, вызванным изменениями социально-экономических условий жизни

*

Первые нормы, регулирующие земельные правоотношения, содержались еще в памятнике российского права -«Русской Правде».

общества, требующими переоценки общественной опасности некоторых деяний, а также усилением частноправовых начал регулирования общественных отношений. Данный состав, обеспечивающий охрану советского земельного правопорядка, свой потенциал исчерпал, и сохранять его в прежнем виде в новом УК вряд ли было целесообразно» [6, с. 236-243].

Самовольный захват земли как ранее, так и ныне полностью охватывается нормой ст. 330 УК РФ, устанавливающей уголовную ответственность за самоуправство. Просто в условиях прежней правовой системы был смысл в существовании данного привилегированного состава, когда иные формы захвата, сопровождаемые неправомерным юридическим оформлением правоустанавливающих документов, были практически невозможны.

Экономические реформы конца ХХ в. обусловили активное вовлечение земли в имущественный оборот [7; 8, с. 3], придав земле статус дорогого и востребованного товара [3, с. 4; 9, с. 5]. Конституция Российской Федерации 1993 г. в ч. 2 ст. 9 признала, что земля и другие природные ресурсы могут находиться, наряду с государственной или муниципальной, и в частной собственности. Детализация данной новеллы получила освещение в Земельном Кодексе РФ, принятом вопреки неоднозначному отношению населения к демонополизации собственности на землю, а также в целом ряде иных нормативных актах, посвященных регулированию земельных правоотношений. Земельное законодательство, характеризуя состав земель в Российской Федерации, дифференцировало категории земель в зависимости от их целевого назначения (ст. 7 Земельного кодекса РФ): земли сельскохозяйственного назначения; земли населенных пунктов; земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для обеспечения космической деятельности, земли обороны, безопасности и земли иного специального назначения; земли особо охраняемых территорий и объектов; земли лесного фонда; земли водного фонда; земли запаса.

Указанные категории земель, по общему правилу, используются в соответствии с установленным для них целевым назначением. Под целевым назначением в широком смысле следует понимать особое направление использования земель в зависимости от той роли, которую выполняет земля в общественных отношениях. Соблюдение условий использования участка по целевому назначению является весьма важным фактором обеспечения правопорядка. Использование земельного участка, его функция относительно стабильны, имеют свои особенности, что составляет особый правовой режим каждой категории. Очевидно, что эксплуатация земель сельскохозяйственного назначения и земель населенных пунктов является принципиально различной. Это предопределяет различия и в режиме охраны, и в характере возлагаемых на собственников и пользователей задач, и в объеме полномочий государственно-властных органов при решении вопросов владения, пользования и распоряжения землями. При наличии потребности в изменении целевого назначения земли, в соответствии с которым ее планируется использовать впредь, дополнительно регламентирован специальный порядок перевода земель из одной категории в другую, установленный федеральными законами. В частности, ст. 8 ЗК РФ установлены субъекты осуществления перевода земель из одной категории в другую в зависимости от формы собственности земли и ее целевого назначения. Перевод земель населенных пунктов в земли иных категорий либо наоборот, независимо от формы их собственности, сопровождается установлением или изменением границ населенных пунктов в установленном порядке. Установление или изменение границ туристско-рекреационной особой экономической зоны осуществляется и при переводе земель различных категорий в земли особо охраняемых территорий и объектов.

Законодатель требует обязательного указания категории земель в ряде важных документов, фиксирующих возникновение и изменение прав на земельные участки, что является одной из мер по предотвращению правонарушений в сфере земельных правоотношений: актах федеральных органов исполнительной власти, актах органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и актах органов местного самоуправления о предоставлении земельных участков; договорах, предметом которых являются земельные участки; государственном кадастре недвижимости; документах о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним; иных документах в

случаях, установленных Федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации (ч. 2 ст. 8 ЗК РФ).

Нотариальная форма удостоверения сделок с недвижимостью показала свою уязвимость, а также широкие возможности для мошенников обманным путем завладеть садовыми и иными земельными участками, находящимися в собственности рядовых граждан. Правоприменительная практика зафиксировала массовые ранее не известные нашему обществу факты приобретения прав на земельные участки и иные объекты недвижимости путем обмана и злоупотребления доверием. Поэтому в целях осуществления государственного контроля в сфере земельных правоотношений, для повышения эффективности охраны и использования земель, справедливости при их распределении и предотвращения нарушения экологического равновесия была разработана система мер по государственной регистрации прав на землю [10, с. 155].

Однако, как известно, общим и специфическим тенденциям преступности свойственно незамедлительно реагировать на очередное изменение правовой ситуации в социальной сфере, вызывающей соответствующий криминальный интерес. Разумеется, преступники не оставили без внимания и формирующийся рынок земельных ресурсов [11, с. 78].

Преступления в сфере земельных правоотношений не ограничиваются положениями ст. 170 УК РФ, что вытекает из определения самого института земельных правоотношений. Земельные правоотношения - это правовой институт межотраслевого регулирования, имеющий сложную и неоднородную правовую природу и требующий комплексного подхода при правовом регулировании. Однако в силу полиобъектности посягательств на земельные правоотношения, система земельных преступлений на законодательном уровне отсутствует.

Анализируя эмпирические источники, мы обратили внимание, что преступления, связанные с земельными правоотношениями, нередко либо образуют совокупность со ст. 170 УК РФ, либо, будучи инкриминированы другими уголовно-правовыми нормами, не требуют вменения ст. 170 УК. В частности, лидирующими составами, по которым лицо привлекается за совершение правонарушений в сфере земельных правоотношений без вменения ст. 170 УК РФ, выступают: ст. 285, 286, 292 УК РФ. Статьи 285, 286, 292, 159, 160, 201, 290 зачастую образуют совокупность со ст. 170 УК РФ, в т.ч. если данные деяния совершены группой лиц, обладающих различными служебными полномочиями.

Данное обстоятельство влечет научный интерес исследователей к попыткам классифицировать преступления, совершаемые в земельной сфере, в основе которых лежат различные факторы и основания.

А.Т. Булавинцев классифицировал преступления в сфере регистрации незаконных сделок с землей по признаку непосредственного объекта уголовно-правовой охраны, посягающие на: а) порядок регистрации сделок с земельными участками; б) порядок ведения Государственного земельного кадастра; в) порядок исчисления земельного налога и арендной платы за использование земельных участков [12]. Однако в поле зрения исследователя попали лишь деяния, предусмотренные ст. 170 УК РФ. Как уже отмечалось, преступления в сфере земельных правоотношений не исчерпываются деяниями, регламентированными ст. 170 УК РФ. Кроме того, с точки зрения именно такого критерия, как земельные правоотношения, ведение Государственного кадастра недвижимости и внесение в него незаконных изменений нередко является этапом, предшествующим незаконной регистрации сделок с землей.

А.Ф. Ивлева утверждает, что при систематизации разнообъектных посягательств, совершаемых в земельной сфере, невозможно ограничиться единым классификационным критерием. Предварительно дифференцировав доминирующие виды земельных отношений, А.Ф. Ивлева следующим образом разграничивает и соответствующие посягательства: деяния, нарушающие порядок использования и охраны земель; деяния, нарушающие имущественные права в отношении земельных участков; деяния, нарушающие порядок управления землями [13]. Отдавая должное ряду авторов в их попытках систематизировать анализируемую категорию преступлений, выразим солидарность с позицией А.Ф. Ивлевой.

Признавая вышеуказанную классификацию, отметим, что поскольку регистрация незаконных сделок с землей, вопреки ожиданиям законодателя, введшего в свое время институт государственной

регистрации данных сделок, констатирует сам по себе момент неправомерного перераспределения земельных угодий, юридическую судьбу соответствующего участка, то именно она и выступает т.н. центральным, стержневым, «итоговым» деянием в данной сфере.

Разрешение данного вопроса нам представлялось значимым, поскольку, являясь необходимым этапом для формирования криминалистической методики расследования указанной категории преступлений, он во многом обусловливает содержание и соотношение ее элементов, а также выступает своеобразным методологическим ориентиром для формирования классификации способов совершения данных преступлений, в свою очередь выступающих системообразующим элементом криминалистической характеристики.

Литература

1. Морозов В.И., Пушкарев В.Г. Пути совершенствования уголовно-правовой охраны природы. Тюмень, 2009.

2. Пушкарев В.Г. Законодательство России о защите животного мира до октября 1917 г. // Проблемы уголовной ответственности: история и современность. Тюмень, 2004.

3. Манакин А.Н. Уголовно-правовая охрана земельных отношений в Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2001.

4. Самончик О.А. Правовые проблемы рационального использования земли в сельском хозяйстве Российской Федерации // Государство и право. 1997. № 2.

5. Попова Ю.В. Уголовно-правовая охрана земли: Дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2004.

6. Ивлева А.Ф. Самовольный захват земли: историческая и современная уголовно-правовая оценка // Научные труды РАЮН. Правовые вопросы недвижимости. 2007. № 1. М.: Издательская группа «Юрист».

7. Ельцова И.Ю. Гражданско-правовое регулирование сделок с землей: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003.

8. Некрасов В.Е. Земельный участок, находящийся в долевой собственности: понятие и совершение сделок с ним: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2007.

9. Мирзаев З.М. Уголовно-правовые и криминологические проблемы регистрации незаконных сделок с землей (по материалам Республики Дагестан): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Махачкала, 2006.

10. Лобанов С.В. Право частной собственности на землю в Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2002.

11. Тайлашев Б.В. Криминализация земельных отношений // Власть: криминологические и правовые проблемы. М., 2000.

12. Булавинцев А.Т. Уголовно-правовая характеристика регистрации незаконных сделок с землей: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007.

13. Ивлева А.Ф. Земельные отношения как объект уголовно-правовой охраны по законодательству Российской Федерации: теоретические и правоприменительные аспекты: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2007.