Формирование долгосрочной оптимальной траектории природопользования (экономико-математический анализ)

Формирование долгосрочной оптимальной траектории природопользования

Е.П. Ушаков главный научный сотрудник федерального государственного бюджетного учреждения науки «Центральный экономико-математический институт Российской академии наук», профессор, доктор экономических наук

Евгений Петрович Ушаков, tatiana567@mail.ru

Введение

Важнейший фактор оптимизации природопользования - время. Ограниченность наличия природных ресурсов и способность окружающей природной среды к «уничтожению» отходов требует разработки долгосрочной стратегии природопользования, позволяющей реализовать временное распределение природных ресурсов и обеспечить качественное состояние окружающей природной среды с учетом интересов будущих поколений. В этом аспекте важно исследовать теоретические основы оптимизации природопользования, направленной на воспроизводство природных ресурсов и охрану окружающей природной среды от загрязнения в динамике и на долгосрочную перспективу.

Исследование этих основ необходимо проводить посредством анализа динамики управляющих параметров (оптимальных оценок природных ресурсов и качественного состояния окружающей природной среды) в зависимости от выбранной долгосрочной стратегии природопользования.

С экономической точки зрения реализация долгосрочной стратегии природопользования исследуется как соответствующая «настройка» (корректировка) управляю-

щих параметров развития экономико-экологической системы в зависимости от характеристики ее состояния. В качестве характеристик состояния системы должна исследоваться динамика наличия природных ресурсов и качественного состояния окружающей природной среды. При реализации долгосрочной стратегии природопользования наличие сформулированного критерия оптимальности долгосрочного развития экономики, производственно-экологических требований к запасам природных ресурсов и состоянию окружающей природной среды позволит сформулировать задачу долгосрочного оптимального управления процессом природопользования.

Важнейшим теоретическим условием многопериодной оптимизации развития хозяйственной деятельности является, как известно, изменение оценок какого-либо ресурса от периода к периоду, которое отражает наличие межвременных норм замещения этого ресурса. Классическим теоретиком доказано, что оценка ресурса со временем уменьшается, если только существует технология, обеспечивающая более продуктивное использование ресурса, чем его «простое сохранение» [2, с. 309]. Убывание оценки ресурса во времени характеризует продуктивность

производственно-экономическом системы по рассматриваемому ресурсу, а темп снижения оценок соответственно определяет меру продуктивности.

Этотеоретическое принципиальное положение понижательной динамики оптимальных оценок производственных ресурсов в многопериодной оптимизации предопределяется эффектом применения производственных ресурсов, которым является не только выпуск с их помощью продукции, но и сохранение самого производственного ресурса. В связи с этим существенное влияние на динамику оптимальных оценок оказывает возможность воспроизводства (в экономическом смысле) производственных ресурсов. Последнее существенно важно, так как основным предметом настоящего исследования является динамика оптимальных оценок природных ресурсов и качественного состояния окружающей природной среды. Вопрос воспроизводства (в экономическом смысле) природных ресурсов и качества окружающей природной среды далеко не тривиален.

Необходимость учета более сложного характера динамики оценок производственных ресурсов, особенно в отношении эксплуатации природных ресурсов и реализации природоохранной деятельности, является предметом экономического исследования. В частности, если срок эксплуатации природных ресурсов неограничен, то неубывание их оценок означает, что в любой момент времени I = т капитальная оценка Кт = ~ характеризует ресурс как «бесценный».

Этот тезис полностью отражает режим «бесконечной» эксплуатации во времени таких природных ресурсов и компонент окружающей природной среды, отсутствие которых ставит под сомнение дальнейшее социально-экономическое развитие (утеря генетического кода, нарушение «тонкого» равновесия различных экосистем биосферы и т. д.). В отношении временного распределения такого вида природных ресурсов и компонент окружающей природной среды

с учетом интересов будущих поколений долгосрочная стратегия природопользования должна быть предельно ясна - установление «табу» на вовлечение в производственный оборот этих видов природных ресурсов либо на ухудшение качественного состояния окружающей природной среды выше заданных норм с целью предупреждения возникновения необратимых последствий в окружающей природной среде. Также следует отметить, что для такого рода природных ресурсов неприемлемо исчисление известных экономических показателей, характеризующих экономический фильтр формирования оптимальной программы инвестиций по их вовлечению в производственный оборот. Иначе говоря, здесь исключается тривиальное использование норматива эффективности (дисконтирования), широко применяемого при оценке эффективности инвестиционных проектов.

Для определенного массива природных ресурсов (возобновимых и невозобнови-мых) правомерно и целесообразно исчисление их экономической оценки и соответствующей индивидуальной (поресурсной) нормы эффективности, позволяющей формировать экономически эффективную в динамике программу вовлечения природных ресурсов в производственный оборот. При этом оценка природного ресурса определяется с учетом его замещения опосредовано, через воспроизводимые средства производства. Так как природные ресурсы не являются продуктами и не измеряются стоимостью затрат изготовления, оценка базируется на реальной возможности замещения использования единицы природного ресурса в более интенсивном использовании вовлеченных в производственный оборот природных ресурсов за счет расширения добавочного труда и воспроизводства средств производства, обладающих стоимостью в форме затрат на изготовление.

Воспроизводство природных ресурсов (с экономической точки зрения) в определенной мере возможно, тем не менее ди-

намику оценок природных ресурсов нельзя полностью совместить с динамикой оценок воспроизводимых производственных ресурсов (например машин, зданий, сооружений и т. п.). Если запас природного ресурса в рассматриваемой перспективе сокращается, то не исключена возможность возрастания его капитальной оценки во времени. Конечно, в определенной мере изменение масштабов производства вследствие возрастания роли научно-технического прогресса в процессах природопользования (снижение ресурсо-, отходоемкости экономики) влияет на неубывание прокатных и капитальных оценок, вовлекаемых в производственный оборот природных ресурсов. Однако возможная исчерпаемость в реальной перспективе отдельных видов природных ресурсов (дифференцированная по отдельным видам) предопределяет возрастание их ценности во времени (неубывание прокатных и капитальных оценок).

Моделирование долгосрочной оптимальной траектории природопользования

Сложность «настройки» долгосрочного режима процесса природопользования предопределяется объективными противоречиями, возникающими между текущими интересами субъектов-природопользователей в рыночных условиях и стратегическими социально-экологическими целями природопользования. Последние (государственные структуры) в основном ориентируют наряду с достижением высокой текущей рентной доходности от уступки прав пользования природными объектами субъектам-природопользователям на обеспечение рационального использования, охраны и восстановление (воспроизводство) приодно-ресурсного фонда на долгосрочную перспективу.

Исследуем теоретически разрешение этих противоречий, рассматривая долгосрочное развитие природопользования как объект оптимизации, который с помощью

управляющих параметров «настраивается» на поэтапное улучшение состояния ресурсов всех используемых природных объектов в рассматриваемой перспективе. При этом динамику наличия природных ресурсов и их качественное состояние будем рассматривать с социально-экологических позиций вовлечения ресурсов природных объектов в хозяйственный оборот. Используя категории оптимального управления, «настройка» управляющих параметров долгосрочного развития природопользования предполагает объективное существование критерия оптимальности развития этого процесса и допустимые области управления, ограниченные по крайней мере экзогенно заданными социально-экологическими требованиями.

Напомним принцип «оптимизационного» подхода к макроэкономическому развитию в целом. Макроэкономическая система, рассматриваемая как совокупность отдельных хозяйственных объектов, преследует цель некоторой динамической функции общественной полезности от производимых ими ингредиентов (конечных продуктов и услуг) при ограничениях («сверху» - израсходовать не больше) на первичные факторы производства (лимиты трудовых и природных ресурсов и прежних накоплений воспроизводимых факторов производства долговременного пользования). В контексте проводимого нами теоретического анализа сформулируем «усеченный» вид этой функции в форме следующего функционала, отражающего в динамике общественную полезность (эффективность) долгосрочного устойчивого природопользования:

и = ] е(0( )сП

при Ц = и(0) и дЦ/ дО( > 0, где 0( - природные ресурсы, вовлекаемые в хозяйственный оборот в году и обеспечивающие общественную полезность Ц в году ¡;

6 - норма дисконта.

о

Важным параметром в функционале (1) является норма дисконта определяющая темп снижения ценности природных ресурсов, вовлекаемых в хозяйственный оборот, в динамике. Иначе говоря, уровень нормы дисконта с помощью функции общественной полезности соизмеряет ценность природных ресурсов во времени с позиции нынешнего и будущего поколений. Заниженная норма дисконта в большей мере отражает интересы будущих поколений относительно сохранения природных ресурсов и, наоборот, завышенная норма исходит из текущего приоритета нынешнего поколения к использованию природных ресурсов. Вообще выбор значения уровня нормы дисконта в контексте рассматриваемой нами проблемы не имеет однозначного решения и требует учета ряда факторов.

Во-первых, с позиции социально-экологических интересов охрану и рациональное использование природных объектов необходимо рассматривать на достаточно большой временной горизонт, по крайней мере, превышающий срок активной деятельности одного поколения. Отсюда уровень нормы дисконта не может быть жестко связан со ставкой процента на финансовый капитал.

Во-вторых, если рассматривать адекватный учет социально-экологических требований к норме дисконта как демократический процесс согласования интересов различных социальных групп общества, то необходимо учитывать «отсутствие» в этом процессе будущих поколений. Это объективно обусловливает требование относительного занижения нормы дисконта.

В-третьих, выход российской экономики на траекторию устойчивого экономического развития объективно предопределяет возможность создания в будущем качественно нового экономического и технологического пространства, позволяющего с помощью высокоэффективных природосберегающих и природоохранных технологий решать проблемы как обеспечения природными ресурсами экономики, так и охраны и рациональ-

ного использования природных объектов. Исходя из этого с позиции текущих интересов есть основание для повышения нормы дисконта.

В-четвертых, многообразие экономических интересов хозяйствующих субъектов-природопользователей объективно диктует неоднозначные требования к уровню нормы дисконта. Более того, различие социально-экономической «компетенции» отдельных социальных групп также имеет значительный разброс оценок значений предпочтений относительно проведения природоохранной политики.

Рассмотрение разнообразных и возможных сценариев адекватной констатации интересов текущего и будущих поколений, различных социальных групп, бизнес-интересов и ряд других «внешних» факторов, влияющих на природоохранную политику, обусловливает сложность установления уровня нормы дисконта в аспекте учета социально-экологических требований к природопользованию. Таким образом, многоаспектность, внутренняя противоречивость и объективная сложность кванти-фицирования (количественного измерения) целого ряда параметров природопользования не представляют возможным с помощью лишь одного управляющего параметра (нормы дисконта) в полной мере учесть весь спектр целей долгосрочного развития природопользования. В связи с этим при исследовании проектов эколого-экономического обоснования инвестирования природохозяйственной и природоохраной деятельности необходимо адекватное применение социальной нормы дисконта [1, с. 408].

Проведем теоретический анализ долгосрочного устойчивого природопользования в аспекте исследования динамики цен на природные ресурсы в зависимости от той или иной стратегии природоохранной политики («цена» здесь будет рассматриваться как обобщенный параметр системы рентных платежей субъектов-природопользователей [4, с. 2]). На основе математической теории

оптимальных процессов (см. [3]) и исходя из выражения (1) сформулируем динамическую модель временного распределения природных ресурсов при их использовании в рамках экономической системы на макроуровне:

и = | е(О, )сС,;

М _ Оь

где М - динамика изменения запасов природных ресурсов;

f (W) - функция восстановления (воспроизводства) природных ресурсов (с учетом прироста новых их источников).

Для максимизации целевой функции (2) сформулируем Гамельтонову функцию:

Н _ и, (О, ) + Л|7 (М)-О, ].

Для каждого временного периода должно определяться следующее:

^_ди -я=0

дО, дО,

Л(, )_Л(, )е ~я.

Вспомогательная переменная Л() характеризует изменение целевой функции

модели (2)-(3) при росте на единицу природных ресурсов, вовлекаемых в хозяйственный оборот, в ценах на начальный период рассматриваемой перспективы (цена единицы природных ресурсов года t, приведенная к начальному периоду).

Канонические уравнения, определяющие условия экстремума, (7)-(9) позволяют исследовать аналитически и графически характер динамики изменения цен природных ресурсов в зависимости от их наличия и вовлечения в хозяйственный оборот.

Л_8Л-

дН с/, п дf _оЛ- Л-

т

т

Для графического анализа воспользуемся кривыми предельных значений наличия природных ресурсов М = 0 и их ценности Л = 0 (см. рис. 1).

На основе уравнения (5) можно определить связь между масштабом вовлекаемых в хозяйственный оборот природных ресурсов Q и их ценой X в аспекте роста общественной полезности ^

дО _ 7 ди

дЛ / ЭО2'

Введенная в выражения (4) и (5) вспомогательная переменная X по определению означает оптимальную оценку ценности природных ресурсов, которая соответствует приросту общественной полезности (2) от вовлечения в хозяйственный оборот дополнительной их единицы на каждом временном периоде. Для упрощения проводимого анализа в дальнейшем будем интерпретировать X как цену природных ресурсов (примем, что оптимальная оценка природных ресурсов равна их цене). Соизмерение цены единицы природных ресурсов в динамике с помощью нормы дисконта можно определить следующим образом:

При предельных условиях природопользования (М = 0) уравнение (3) трансформируется в следующий вид:

М _ 0; f(М) = О, (Л);

ЭЛ _ ВЦЭМ ЭЛ~ЭО,/ ЭЛ'

Поскольку по определению дf/дW > 0, ^/ дW = 0 и дf / дW < 0, для W > М, W = М

,т, дЛ _ дЛ _

и W < М определяется Т77Т7 > 0; ^7777 = 0;

дЛ ЭМ

ЭМ

ЭМ

< 0 при W > М, W = М и W < М, со-

ответственно. Графически это условие (см. рис. 1а) отражается снижением кривой М = 0 при W < Ми ее повышением, если W > М. Тогда область сверху кривой М = 0 (высокие цены за природопользование X) определяет условие Qt(X) < ЦЩ или М > 0,

0

то есть вовлечение природных ресурсов в хозяйственный оборот ограничивается, следовательно, запасы природных ресурсов Ш возрастают. Область ниже кривой W= 0 (низкие цены за природопользование X) определяет условие О(Х) > или W < 0, следовательно, запасы природных ресурсов Ш сокращаются.

Как известно, убывание ценности определенного ингредиента во времени отражает продуктивность экономической системы по этому ресурсу, а темп, относительная скорость убывания, выступает обобщенной мерой продуктивности. Тогда темп восстановления (воспроизводства) природных

го

X

15 х

си

ресурсов д//дШ, интерпретируемый как продуктивность природопользования, можно принять за «истинную» норму дисконта, позволяющую соизмерить цены по различным периодам к единому моменту времени = 8.

Графически предельные условия изменения цен в динамике Л = 0 отражаются вертикальной прямой (Л = 0), находящейся левее точки W (см. рис. 1б). Это связано с тем, что по определению Ь > 0. В точке W, д// дШ = 0 означает кризисную ситуацию, когда отсутствует восстановление (воспроизводство) природных ресурсов. Таким образом, допустимым интервалом для ана-

М = 0

XI

х

ч о

го

X

15

X

си

запас природных ресурсов

И И

запас природных ресурсов

б)

Рис. 1. Изменение цен на природные ресурсы в зависимости от их наличия

лиза динамики цен на природные ресурсы является Ш < W, обеспечивающим определенный запас «прочности» в рациональном использовании и охране природных ресурсов. В рамках этого допустимого интервала также образуются две области, характеризующие разнонаправленную динамику цен на природные ресурсы. Так, область правее прямой Л = 0 (Ш > И/) определяет условие д// дШ > 8, которому присуща повышательная динамика цен на природные ресурсы. И, наоборот, использование природных ресурсов в масштабах Ш < W (левее прямой Л = 0) определяет условие д// дШ > 8, которому присуща понижательная динамика цен на природные ресурсы.

Из уравнения (7) можно определить динамическую зависимость нормы дисконта и цен на природные ресурсы:

Л ЭГ Л ~ дW'

Из этого уравнения можно сформулировать четыре условия взаимосвязи нормы дисконта, цен на природные ресурсы и продуктивности их восстановления (воспроизводства):

1) при росте запасов природных ресурсов (Ш < W; д//дШ > 0) цены на природные ресурсы снижаются, но при условии д/ дШ > 8. Последнее означает, что темп восстановления (воспроизводства) природных ресурсов выше нормы дисконта;

2) при тех же условиях (Ш < W; д/ / дШ > 0), но при 8 > д//дШ цены на природные ресурсы повышаются;

3) при стационарном запасе природных ресурсов д/ / дШ = 0 (но в пределах их критического запаса) цены на природные ресурсы растут с темпом на уровне нормы дисконта;

4) при снижении запасов природных ресурсов (роста их дефицита д// дШ < 0) происходит рост цен на природные ресурсы с темпом, превышающим норму дисконта.

Из проведенного теоретического ана-

лиза можно сделать ряд важных, на наш взгляд, выводов.

Во-первых, динамическая взаимосвязь нормы дисконта, цен на природные ресурсы и продуктивности их восстановления (воспроизводства) имеет достаточно сложный характер. Традиционное понимание изменения ценности благ в динамике как их убывание и, соответственно, построение методических подходов к измерению разновременных ценностей благ на базе рыночной нормы дисконта (ставки процента на финансовый капитал) не отражают в полной мере сложный характер указанной динамической зависимости.

Во-вторых, с позиции социально-экологических интересов общества возникает необходимость обоснования категории восстановления (воспроизводства) природных ресурсов и конкретизации этой категории соответствующими параметрами, отражающими темп восстановления (воспроизводства). В практическом плане такого рода конкретизация должна быть регионально привязана к природохозяйственным районам природно-ресурсного фонда России и представлена соответствующим вектором (перечнем) соответствующих ограничений по рациональному использованию и охране природных объектов.

Наконец, оценка эффективности долгосрочных инвестиционных программ (проектов) природопользования с позиции лишь их коммерческой эффективности может приводить к низким, а порой и к отрицательным значениям расчетов. Это связано не с объективной низкой эффективностью такого рода инвестиционных программ (проектов), а с несовершенством методов ее измерения, то есть с отсутствием адекватного измерения отмеченной динамики цен на природные ресурсы с применяемой нормой дисконта.

Сформулируем следующие условия «настройки» долгосрочной оптимальной траектории устойчивого природопользования.

Во-первых, отрицательный прирост запасов природных ресурсов (д// дШ < 0 - «уси-

ленный» отход от предельного их запаса) сопровождается повышательной динамикой цен на природные ресурсы с темпом, превышающим норму дисконтирования.

Во-вторых, отсутствие прироста запасов природных ресурсов (6f / 6W = 0) также сопровождается повышательной динамикой цен на природные ресурсы, но с темпом, равным норме дисконта.

В-третьих, положительный прирост запасов природных ресурсов (6f / 6W > 0) сопровождается двумя видами динамики цен на природные ресурсы:

а) понижение - при превышении темпа роста их запасов относительно нормы дисконта;

б) повышение - при превышении нормы дисконта относительно темпа роста их запасов.

Изложенное можно проиллюстрировать графически (см. рис. 2). Имеются четыре области взаимосвязи цен на природные ресурсы и их запаса. Области I и III характеризуются избыточным вовлечением природных ресурсов в хозяйственный оборот (W < W), а области II и IV - наоборот, «сверхзапасным» наличием природных ресурсов (W > W). Цены на природные ресурсы относительно их оптимального уровня Л завышены в областях I и II и занижены в областях III и IV.

С помощью эффективного механизма рентной платы субъектов-природополь-зователей можно обеспечить «выход» процесса природопользования на оптимальную траекторию, определяемую параметрами ЙЙ и Л.

Так, область I, характеризуемая избыточным природопользованием, отражает следующую стратегию «выхода» на эту траекторию: высокие цены на природные ресурсы, учитывающие в полной мере их дефицит, создают экономическую основу широкого внедрения природосберегающих технологий и наращивания природо-хозяйственных мощностей

И И

запас природных ресурсов

Рис. 2. Формирование долгосрочной оптимальной траектории устойчивого

природопользования

обеспечит восполнение запасов ресурсов природных объектов в соответствии с экологическими требованиями, что в конечном итоге создает объективные условия поэтапного снижения цен на природные ресурсы до их оптимального уровня Л .

Более реалистична и адекватна для российских условий (в особенности для ряда регионов) природохозяйственная ситуация, когда избыточное вовлечение природных ресурсов в хозяйственный оборот (наличие запаса природных ресурсов ниже его оптимального уровня W < W) сопровождается занижением уровня их цен (область III).

Проиллюстрируем эту неблагоприятную ситуацию в природопользовании на примере использования ресурсов водного фонда России. Это подтверждается, например, значительно заниженными масштабами фискального сбора водного налога относительно объективно обусловленного рентного дохода, получаемого субъектами-водопользователями в настоящее время. Так, годовая сумма налогов и платежей за использование водного фонда составляет порядка 20 миллиардов рублей, что менее 1 процента от всей суммы сборов и платежей природопользования и 0,08 процента от всех поступлений в государственный консолидированный бюджет. По расчетам авторов настоящей статьи, только один водопользователь (гидроэнергетика) аккумулирует (не выплачивает) водную ренту за принадлежащие государству водные объекты (100 процентов этих объектов являются федеральной собственностью) в размере 80-100 миллиардов рублей [5, с. 2]. Более того, реализуемый в настоящее время водный налог не отражает территориальную дифференциацию располагаемых ресурсов водного фонда России, следовательно, существующий фискальный механизм не позволяет кардинально изменить сложившийся режим водопользования и обеспечить его «выход» на оптимальную траекторию. В настоящее время у субъектов-водопользователей отсутствует какой-либо стимул к сокращению водоза-

бора и сброса сточных вод. Отсюда и низкая эффективность водоохранных и водохозяйственных инвестиционных программ (проектов), ориентированных на широкое использование передовых технологий в водопользовании. Такой неадекватный учет ценности (стоимости) ресурсов водных объектов при объективной повышательной ее динамике для остродефицитных водохозяйственных районов России (бассейны рек Кубань, Дона и т. п.) способствует еще большему «отходу» от динамического оптимума водопользования W .

Для сложившейся водохозяйственной ситуации в России (область III; см. рис. 2) должна быть реализована двухэтапная стратегия «перехода» на оптимальную траекторию долгосрочного устойчивого водопользования. Государство как собственник водного фонда должно сформировать и реализовать механизм дифференциального и интегрального рентного обременения субъектов-водопользователей [4, с. 2]. При этом оценку стоимости водных ресурсов и, соответственно, рентную плату субъектов-водопользователей не следует рассматривать как «сверху» спускаемые параметры, а значения этих параметров должны определяться в результате договорных отношений субъектов-водопользователей с собственником водного фонда, реализуемых в режиме функционирования регионального водного рынка.

Исходя из этого общим итогом первого этапа «выхода» на оптимальную траекторию долгосрочного устойчивого водопользования в России станет поэтапный рост рентного обременения субъектов-водопользователей, размещенных в первую очередь в остродефицитных водохозяйственных районах страны («поэтапный переход» в область II; см. рис. 2). Принципиально важно подчеркнуть, что это не искусственное повышение рентной платы за пользование водными объектами (относительно законодательно установленных в настоящее время ставок водного налога), а объективное отражение ценности (стоимо-

сти) водных ресурсов в остродефицитных районах страны.

В рамках рассматриваемой нами модели формирования долгосрочной оптимальной траектории устойчивого природопользования (см. рис. 2) приведение (повышение) цен на природные ресурсы (рентной платы) в России по отдельным их видам и регионам в соответствие с объективно обусловленным уровнем их ценности (стоимости) на первом этапе создает основу для реализации второго этапа «выхода» на оптимальную траекторию, который должен сопровождаться реализацией мероприятий, рассмотренных для области II (рис. 2). К таким мерам относятся широкое внедрение природосберегающих технологий у приро-допользователей, эффективное наращивание природоресурсных мощностей по увеличению запасов полезных ископаемых, «межотраслевой» системы водообеспече-ния и т. п.

Конечным результатом второго этапа будет «выход» на оптимальную траекторию природопользования, характеризуемую параметрами ЙЙ и Л.

Область IV (рис. 2) характеризуется «сверхзапасным» состоянием (наличием) природных ресурсов и низкими ценами на них. Такая природохозяйственная ситуация свидетельствует о возможности развития в динамике природопользования в аспекте дополнительного вовлечения природных ресурсов в хозяйственный оборот, то есть имеется солидный запас природных ресурсов, позволяющий на определенном этапе экстенсивное развитие природопользования. Для России - это восточные неосвоенные территории, где природные ресурсы в избытке. По мере роста масштабов вовлечения природных ресурсов в хозяйственный оборот в этих районах наметится повышательная динамика цен на природные ресурсы и возможность «выхода» на оптимальную траекторию природопользования с параметрами ЙЙ и Л .

Область II (рис. 2) определяет парадоксальную ситуацию природопользования,

при которой «сверхзапасное» состояние (наличие) природных ресурсов сопровождается их высокими ценами. Такая ситуация может возникать в том случае, когда используется неадекватная система оценки стоимости природных ресурсов. Для подтверждения этого можно сослаться на относительно высокий уровень ставки водного налога для субъектов-водопользователей, размещенных в бассейне реки Енисей (246 р./1000 м3), в котором интенсивность использования водных ресурсов составляет 0,5 процента от общего объема речного стока. Завышение цен на водные ресурсы дестимулирует пока возможное (в пределах определенного временного периода) широкомасштабное развитие водоемких производств в этом бассейне, и оценка эффективности инвестиционных программ (проектов) развития такого рода производств искусственно занижается. Очевидно, что адекватная «настройка» цен на природные ресурсы позволяет трансформировать сложившуюся парадоксальную ситуацию природопользования (область II) в ситуацию, соответствующую области IV (рис. 2).

Реализацией стратегии развития природопользования, рассмотренной для области IV, обеспечивается «выход» на оптимальную траекторию природопользования с параметрами ЙЙ и Л .

Завершая теоретический анализ формирования долгосрочной оптимальной траектории устойчивого природопользования, отметим следующее.

В силу целого ряда особенностей отдельных видов природных ресурсов, характеризуемых в первую очередь естественной возобновимостью и невозобновимостью, технологичностью добычи и переработки ископаемых, уникальностью, «жесткой» территориальностью и т. д., оптимальные параметры ЙЙ и Л должны рассматриваться и интерпретироваться как «видовые», отражающие основные дифференцированные различия природных ресурсов. В целом проведенный теоретический анализ свидетельствует о ключевой роли стоимостных

параметров долгосрочного природопользования в формировании его оптимальной траектории развития. При этом динамика этих параметров в зависимости от «видовых» различий природных ресурсов имеет сложную и неоднозначную динамику (повышение, стабильность, понижение).

Реализация рентного механизма взамен сложившейся щадящей системы фискального обременения природопользования в России на основе изложенной процедуры формирования долгосрочной оптимальной траектории природопользования посредством регулирования динамики параметров W (запасов) и Л (цен) природных ресурсов объективно предопределяется наличием огромного природно-ресурсного потенциала как национального богатства страны. Природное национальное богатство является объективной основой успешного содействия выводу российской экономики на траекторию устойчивого развития за счет эффективного использования природной ренты для трансформации «сырьевой» модели экономики в «высокотехнологичную» [4].

Выводы

Проведенный теоретический анализ формирования долгосрочной оптимальной траектории природопользования подтвердил значимую регулирующую роль социальной нормы дисконта как экзогенного параметра выхода на эту траекторию. Исходя из теоретической трактовки категории «социальная норма дисконта» можно сформулировать следующие ее основные характеристики при проведении оценки эффективности реализации долгосрочных инвестиционных проектов (программ) природопользования (далее - ДИПП):

1) социальная норма дисконта должна быть единой (по численному значению) независимо от того, имеется ли по альтернативным вариантам ДИПП стоимостная оценка всех социально-экологических их результатов. Единый уровень социальной

нормы дисконта отражает все многообразие динамики изменения стоимости и доходности по всем ингредиентам (включая природные ресурсы) в контексте наиболее эффективного развития экономики на макроуровне;

2) пониженный уровень социальной нормы дисконта относительно коммерческой нормы имманентно присущ высокоразвитой национальной экономике, находящейся на траектории стабильного экономического роста. По мере успешного достижения этой траектории роста российской экономики появятся достаточно солидные инвестиционные ресурсы для обеспечения высокозначимых социально-экологических результатов реализации ДИПП, измеренных по пониженной социальной норме дисконта относительно коммерческого ее уровня. «Вынужденное» применение завышенного уровня социальной нормы дисконта в текущем периоде (стагнации и рецессии) тем не менее позволяет в определенной мере выравнивать условия сравнения финансово-экономических, экологических и социальных результатов ДИПП в части использования государственных бюджетных средств их финансирования для отбора наиболее эффективных их вариантов, позитивно влияющих на текущие макроэкономические параметры российской экономики при сбалансированном достижении указанных результатов;

3) уровень социальной нормы дисконта должен устанавливаться и утверждаться Правительством Российской Федерации на определенный временной период. Алгоритм установления уровня социальной нормы дисконта можно представить как процесс последовательного отбора его значения (начиная с предельно допустимого), ориентированного на использование государственных бюджетных средств для наиболее эффективных (с социально-экологических позиций) ДИПП. В отсутствие процедуры централизованного установления и утверждения социальной нормы дисконта можно ориентироваться на уровень ставок про-

цента по долгосрочным займам, предостав- 3. Понтрягин С. А, Болтянский В. Г.

ляемым России мировыми финансовыми [и др.] Математическая теория оптималь-

организациями. ных процессов. М. : Наука, 1969.

4. Ушаков Е. П. Рентный механизм при-

ЛИТЕРАТУРА родопользования в России // Националь-

1. Лившиц В. Н. Системный анализ ры- ные интересы: приоритеты и безопасность. ночного реформирования нестационарной 2012. № 40.

экономики России: 1992-2013. М. : ЛЕ- 5. Ушаков Е. П. Экономическая полити-

НАНД, 2013. ка восстановления устойчивого развития

2. Лурье А. Л. Экономический анализ российской экономики // Национальные ин-планирования социалистического хозяй- тересы: приоритеты и безопасность. 2014. ства. М. : Наука, 1973. № 30.

Продолжение. Начало на с. 97

безопасности предпринимательской деятельности действует подкомитет по антикризисному управлению, который активно продвигает позиции ТПП РФ в государственных органах, проводит экспертную работу по подготовке предложений о совершенствовании законодательства в сфере банкротства. Однако в этой сфере много проблемных зон, которые Владимир Страшко и предложил обсудить участникам Конференции.

С приветственным словом выступил президент ТПП РФ Сергей Катырин. Он отметил, что кризис, как правило, является толчком для внесения изменений в законодательство о банкротстве. поэтому необходимо уделить внимание обсуждению реализации дорожной карты «Совершенствование процедур несостоятельности (банкротства)», первым пунктом которой является внесение изменений в законодательство о несостоятельности (банкротстве) в части регулирования вопросов применения процедур наблюдения и финансового оздоровления, концептуально меняющих подходы к оздоровительным процедурам, что особенно важно в современных экономических условиях. Согласно анализу статистики арбитражных судов Российской Федерации подавляющее большинство (96,6%) составляют процедуры конкурсного производства, а восстановлением платежеспособности закончились менее 0,2 процента процедур. Палата концептуально поддерживает необходимость внесения нового законопроекта, однако следует тщательно подойти к вопросу баланса интересов кредитора и должника, не допуская перегибов в интересах какой-либо стороны. Предлагаемый должником план антикризисного управления должен предусматривать больше прав и возможностей по восстановлению его платежеспособности, в том числе по реструктуризации кредитной задолженности при обязательной антикризисной реструктуризации должника в согласованные с кредиторами сроки. Это предоставит должнику выбор: либо самому инициировать реабилитационные процедуры, либо подвергнуться риску быстрой принудительной ликвидации. Докладчик затронул и социальную сторону банкротства. По его мнению, привлечение средств третьих лиц для погашения задолженности по оплате поможет в случае банкротства работодателя удовлетворить текущие платежи по оплате труда приоритетно перед требованиями об уплате задолженности по налогам и сборам. Президент Палаты напомнил о необходимости разработки юридических механизмов регулирования отношений в сфере трансграничной несостоятельности, которые в настоящее время в нашей стране не разработаны. Как руководитель российской части деловых советов ШОС и БРИКС Сергей Катырин видит это крайне важным в рамках текущей политики интеграции и расширения внешнеэкономических связей.

Заместитель председателя Комитета Государственной думы по вопросам собственности Владимир Афонский в своем докладом статистику: в России более половины населения имеют кредиты, а каждый пятый кредит не обсуживается в срок. Просроченные долги имеют более 2 миллионов человек. Темпы прироста задолженности очень высоки, а ужесточение требований банков лишило возможности рефинансировать долги. В связи с этим финансовая реабилитация - единственная возможность вернуться к нормальной жизни, выработать план реструктуризации. Также Владимир Афонский обратил внимание на то, что необходимо ужесточить надзор за арбитражными управляющими и повысить штрафы для операторов площадок, с которых продается имущество должников. Это поможет повысить доверие к процедуре реабилитации.

Бывший заместитель председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее - ВАС РФ), заслуженный юрист Российской Федерации Василий Витрянский в своем выступлении выразил обеспокоенность тем, что в России законодательство о банкротстве меняется слишком часто. По его словам, за последние 7 лет было инициировано более 49 поправок в законодательство, большинство из которых принимались в конце декабря и вступали в силу почти сразу.

Окончание на с. 122

* * *