Правовые презумпции в избирательном праве Российской Федерации

Е.И. Старовойтова

Старовойтова Екатерина Игоревна — старший научный сотрудник отдела правовой информации Иркутского областного государственного научно-исследовательского учреждения «Институт законодательства и правовой информации имени М.М. Сперанского»

Правовые презумпции в избирательном праве Российской Федерации

На сегодняшний день законодательство России насчитывает более пятидесяти презумпций, большинство из которых получило нормативное закрепление лишь за последнее десятилетие. Наибольшее число презумпций приходится на налоговое, гражданское, транспортное право1. Вместе с тем, в избирательном праве также можно выделить ряд правовых презумпций, имеющих значение при разрешении избирательных споров.

Закрепление правовых презумпций в действующем законодательстве обусловлено тем, что презумпция позволяет на основании знания одного известного факта (или нескольких фактов) предположить, не прибегая при этом к доказательствам, существование (несуществование) другого неизвестного факта, являющегося следствием или причиной первого; основанием для такого вывода (умозаключения) служит наблюдение, «точка зрения жизни, практики»2. Это возможно в силу того, что презумпция является предположением, характеризующимся вероятностью и наличием связи явлений в форме статистической закономерности. Однако в юридической науке также существует точка зрения, что установление презумпции в значительной степени определяется и факторами идеологического порядка3.

Правовые презумпции характеризуется тем, что они прямо (непосредственно в норме права) или косвенно (на основе толкования норм права) закреплены в действующем законодательстве. Кроме того, в силу вероятностного характера их образования возможно их опровержение.

На основе приведенных положений правовую презумпцию в избирательном праве можно определить как прямо или косвенно закрепленное в нормах избирательного права и детерминированное целями правового регулирования правовое предположение о наличии или отсутствии юридического факта, пока не будет доказано обратное.

В целях системного рассмотрения правовых презумпций, действующих в избирательном праве, за основу взята классификация по сфере правового регулирования, предложенная В.К. Бабаевым, а именно деление правовых презумпций на общеправовые, межотраслевые и отраслевые4.

Общеправовые презумпции имеют основополагающее значение в правовой системе Российской Федерации. Роль таких презумпций настолько велика, что зачастую в юридической науке им придается статус принципов права5. Межотраслевую правовую презумпцию определяют как предположение о существовании фактов, основанное на однотипных закономерностях связи между сходными предполагаемым и наличным фактами, закрепленное в нормах различных отраслей права, влекущее универсальные, сходные юридические последствия6. Презумптивные предположения, действующие только в определенной отрасли права, выступают как отраслевые презумпции.

Рассмотрение правовых презумпций, применяемых в избирательном праве Российской Федерации, следует начать с общеправовых презумпций, которые находят свое проявление во всех сферах общественных отношений и действуют во всех отраслях права. Вместе с тем, относительно перечня общеправовых презумпций в науке нет единого мнения. Так, В.К. Бабаев выделяет следующие общеправовые презумпции: добропорядочности граждан (в том числе презумпцию невиновности), знания закона, истинности государственного правового акта (в том числе истинности судебного решения)7. Я.Б. Левенталь выделяет три общих презумпции: знания закона, неответственности

1 См.: Каранина Н.С. Правовые презумпции в теории права и российском законодательстве: Дис... канд. юрид наук. — М., 2006. — С. 22.

2 См.: ШтутинЯ.Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. — М., 1963. — С. 84.

3 См.: ВинницкийД.В. Основные проблемы теории российского налогового права: Дис... д-ра юрид. наук. — Екатеринбург, 2003. — С. 204.

4 См.: Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. — Горький, 1974. — С. 58.

5 См. там же. — С. 328.

6 См.: Зуев Ю.Г. Презумпции в уголовном праве: Дис... канд. юрид. наук. — Ярославль, 2000. — С. 95.

7 См.: Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. — Г орький, 1974. — С. 87—120.

ответчика, истинности судебного решения1. И. Либус отмечает четыре общеправовые презумпции, а именно истинности и целесообразности норм советского права, знания законов, правосубъектности и добропорядочности2. Как видно из приведенных точек зрения, к общеправовым презумпциям, как правило, относят презумпцию знания закона, презумпцию добросовестности (добропорядочности, невиновности), истинности государственного акта. В настоящее время в науке права вместо презумпции истинности государственного акта все больше говорится о конституционности нормативного правового акта3.

Первой появилась, по всей вероятности, презумпция знания закона — номологическая презумпция (от nomos — закон и logos — слово)4. В Российской Федерации правовой основой данной презумпции считается закрепленная в части 2 статьи 15 Конституции РФ обязанность всех и каждого соблюдать законы и в части 3 статьи 15 обязанность опубликовывать законы, иные нормативные правовые акты для всеобщего сведения. Соблюдать законы возможно, только зная их. Вследствие этого данная презумпция предполагает, что каждый знает принятый и опубликованный в установленном порядке закон.

Общеправовая презумпция знания закона относится к косвенно закрепленным презумпциям. Вместе с тем, некоторые учредительные акты субъектов Российской Федерации содержат положения, прямо закрепляющие данную презумпцию. Конституция Республики Адыгея5, Конституция Кабардино-Балкарской Республики6, Конституция Чувашской Республики7, Устав Магаданской области8 содержат следующие положения: «Незнание официально опубликованного нормативного правового акта не освобождает от ответственности за его несоблюдение». В Конституции Республики Алтай (Основном Законе)9 содержится положение: «Незнание закона не освобождает лицо от ответственности за его несоблюдение».

Ознакомление с законом возможно осуществить только если данный закон опубликован. Нормативные правовые акты, содержащие нормы, регулирующие избирательные правоотношения, подлежат опубликованию в общем порядке, установленном для соответствующего вида нормативного правового акта. Порядок опубликования решений избирательных комиссий установлен Федеральным законом «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ10 (далее — Федеральный закон от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ), Федеральным законом «О выборах Президента Российской Федерации» от 10 января 2003 года № 19-ФЗ11, Федеральным законом «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 18 мая 2005 года № 51-ФЗ12, а также иными нормативными правовыми актами.

Вместе с тем, следует отметить, что данный порядок опубликования установлен для нормативных правовых актов, однако многие ненормативные правовые акты и информационные сообщения избирательных комиссий также непосредственно затрагивают права участников избирательных правоотношений, но, в силу отсутствия требования об их официальном опубликовании, они могут быть неизвестны тем участникам избирательных правоотношений, на которых распространяется их действие. В силу этого Федеральным законом от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ установлено, что обязанность информировать участников избирательных правоотношений о сроках и порядке осуществления тех или иных действий лежит на избирательных комиссиях. На основе изложенного можно предположить, что в избирательном праве презумпция знания закона имеет расширительное толкование и включает не-

1 См.: Левенталь Я.Б. К вопросу о презумпциях в советском гражданском процессе // Советское государство и право. — 1949. — № 6. — С. 62.

2 См.: Либус И. Презумпция невиновности в советском уголовном процессе. — Ташкент, 1981. — С. 18—19.

3 См.: Кузнецова О.А. Презумпции в российском гражданском праве: Дис... канд. юрид. наук. — Екатеринбург, 2001. — С. 77; Мосин С.А. Презумпции и принципы в конституционном праве Российской Федерации: Дис... канд. юрид. наук. — М., 2007. — С. 88.

4 См.: Черниловский З.М. Презумпции и фикции в истории права // Советское государство и право. — 1984. — № 1. — С. 98.

5 См. пункт 2 статьи 47 Конституции Республики Адыгея от 10 марта 1995 г. // Ведомости ЗС (Хасэ) — Парламента РА. — 1995. — № 16.

6 См. пункт 2 статьи 17 Конституции Кабардино-Балкарской Республики от 1 сентября 1997 г. // КабардиноБалкарская правда. — 2006. — 29 августа.

7 См. пункт 2 статьи 53 Конституции Чувашской Республики от 30 ноября 2000 г. // Собрание законодательства ЧР. — 2000. — № 11 — 12. — Ст. 442.

8 См. пункт 2 статьи 16 Устава Магаданской области, принятого 26 декабря 2001 г. // Магаданская правда. —

2001. — 29 декабря.

9 См. абзац 5 статьи 22 Конституции Республики Алтай (Основного Закона) от 7 июня 1997 г. // Звезда Алтая. — 1997. — 11 июля.

10 Российская газета. — 2002. — 15 июня.

11 Российская газета. — 2003. — 16 января.

12 Российская газета. — 2005. — 24 мая.

обходимость знать не только нормативные правовые акты, но и ненормативные, имеющие значение для проведения выборов.

Кроме того, в науке ведутся дискуссии относительно возможности опровержения данной правовой презумпции. По мнению большинства авторов, презумпция знания закона является опровержимой, и из правила «незнание законов не освобождает от ответственности» в ряде случаев допустимы исключения1. Иногда встречается точка зрения о неопровержимом характере презумпции знания законов. Д. Мейер неопровержимость презумпции знания законодательства объяснял, во-первых, тем, что законы есть отражение юридических воззрений народа, поэтому каждый причастный к юридическому миру носит в себе сознание господствующих юридических воззрений. С другой стороны, Д. Мейер указывал на то, что неопровержимый характер этой презумпции вызван необходимостью, так как без этого положения большая часть законов осталась бы без применения2. Вместе с тем, считаем, что любая презумпция является опровержимой, если в законе прямо не указано об обратном.

Не менее значимой общеправовой презумпцией является презумпция добросовестности, в соответствии с которой каждый считается действующим добросовестно, пока не доказано обратное. Данная презумпция, как справедливо отмечает О.А. Кузнецова, — это элемент уважения к человеку со стороны государства и общества, элемент, имеющий важное идеологическое и политическое значение3. В публично-правовых отраслях права она находит свое выражение, прежде всего, в презумпции невиновности4.

Презумпция невиновности прямо закреплена в статье 49 Конституции РФ. При этом содержание презумпции невиновности определяется применительно к сфере уголовного законодательства. Однако правовое влияние этого принципа выходит далеко за рамки уголовного преследования, приобретая общеправовой характер. По этому поводу Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что закрепленные в Конституции РФ процессуальные гарантии судебной защиты от необоснованного привлечения к юридической ответственности имеют общеправовой характер и распространяются на все виды судопроизводства5.

Правовая презумпция невиновности также присутствует и в избирательном праве. Она не нашла непосредственное закрепление в избирательном законодательстве, однако ее наличие легко распознать в практике применения избирательного законодательства избирательными комиссиями и судами. В судебной практике действие презумпции невиновности в избирательном праве наиболее наглядно представлено в широко известном определении Верховного Суда РФ от 6 марта 2000 года № КАС 00-976. В.В. Жириновскому было отказано в регистрации в качестве кандидата на должность Президента РФ ввиду существенной недостоверности сведений об имуществе, принадлежащем близкому родственнику кандидата. Отменяя данное решение, Кассационная коллегия Верховного Суда РФ определила, что согласно общему правилу какая-либо ответственность может возлагаться при наличии вины лица, не исполнившего обязанность либо исполнившего ее ненадлежащим образом (отступления от этого правила допускаются лишь в случаях, специально установленных законом). Кассационная коллегия указала на то, что ЦИК России не представила никаких доказательств вины В.В. Жириновского в форме умысла либо неосторожности.

Правовая презумпция невиновности является опровержимой презумпцией. Бремя опровержения презумпции невиновности должно ложиться на заявителя, обратившегося в суд с требованием о применении меры юридической ответственности7.

Опровержение презумпции невиновности возможно только установлением вины субъекта избирательного правонарушения. При этом вина в таких случаях на практике, как правило, понимается

1 См.: Строгович М.С. Учение о материальной истине в уголовном процессе. — М.; Л., 1947. — С. 206; Тилле А. Презумпция знания законов // Правоведение. — 1969. — № 3. — С. 36.

2 Цит. по: СтифенДж. Очерк доказательственного права. — СПб., 1910. — С. 153.

3 См.: Кузнецова О.А. Презумпции в гражданском праве. — СПб., 2004. — С. 148.

4 Вместе с тем, следует отметить, что презумпция добросовестности также может применяться и в публичных отраслях права. В конституционном праве действует презумпция добросовестности законодателя и приверженности его общим правовым принципам, в налоговом праве действует презумпция добросовестности налогоплательщика. Считаем, что здесь необходимо проводить различие по тем правоотношениям, в которых они применяются. Так, презумпция невиновности действует, как правило, в правоохранительных правоотношениях, тогда как презумпция добросовестности в большей степени в правообеспечительных. Однако презумпция невиновности является принципом права, то есть имеет основополагающее значение, что предопределяет ее общеправовой характер.

5 См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 28 мая 1999 г. № 9-П // Собрание законодательства РФ. — 1999. — № 23. — Ст. 2890.

6 См.: Определение Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 6 марта 2000 г. по делу № КАС00-97 // Избирательные права и право на участие в референдуме граждан Российской Федерации в решениях Верховного Суда Российской Федерации. — М., 2002. — С. 583—589.

7 См.: Вина гражданина как субъективное условие его ответственности по избирательному праву // ас1уоса1.1гк.ги/аит/а1'Ыуе/1п1:о.а8рх?пос1е1с1=Ь633291а-659с-4161:-ЬсЮЬ-1:Ь601:с7ГО746

как причастность, а невиновность — как непричастность к совершенному правонарушению1. Кроме того, вина рассматривается более широко, чем в других отраслях права, где исследуется психическое отношение к содеянному самого субъекта правонарушения. В избирательном праве о вине кандидата или избирательного объединения свидетельствует также установление вины (причастности к совершенному правонарушению) его доверенных лиц, представителей2. О возможности отмены регистрации кандидата, списка кандидатов лишь за виновные действия, совершенные кандидатом или иными лицами по его поручению, указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за I квартал 2004 года, утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 23 и 30 июня 2004 года3.

Таким образом, презумпция невиновности в избирательном праве может быть сформулирована следующим образом: «Лицо считается невиновным в совершении правонарушения в сфере избирательных правоотношений, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в силу соответствующим правовым актом».

Следующая общеправовая презумпция — презумпция конституционности нормативных правовых актов, которая является следствием принципа правового государства и обязанности органов государственной власти, органов местного самоуправления и должностных лиц соблюдать действующее законодательство (ст. 1 Конституции РФ). Для нормативных актов различного уровня их конституционность выражается в соответствии нормативным актам более высокого уровня и в конечном счете — Конституции РФ, а также общепризнанным принципам и нормам международного права (ст. 15 Конституции РФ)4.

Презумпция конституционности нормативных правовых актов выведена путем толкования Конституции РФ судьями Конституционного Суда РФ. Так, судья Конституционного Суда РФ Г.А. Гаджиев ссылается на презумпцию конституционности нормативных актов в своем особом мнении по делу о толковании статей 103 (ч. 3), 105 (ч. 2 и 5), 107 (ч. 3), 108 (ч. 2), 117 (ч. 3) и 135 (ч. 2) Конституции рФ5.

О данной презумпции также упоминали судьи Конституционного Суда РФ Н.В. Витрук6, Б.С. Эбзеев7.

Как и презумпция знания закона, данная презумпция многими авторами относится к числу косвенно закрепленных в нормах права. Вместе с тем, эта правовая презумпция, как и презумпция знания закона, получила закрепление на региональном уровне. Так, Конституционным законом Республики Саха (Якутия) «О Конституционном Суде Республики Саха (Якутия) и конституционном судопроизводстве» от 15 июня 2002 года № 16-з № 363-II8 закреплена статья 45, имеющая наименование «Презумпция конституционности нормативных актов и договоров». На основании этой статьи при рассмотрении вопросов о соответствии нормативных актов, договоров Конституции (Основному закону) Республики Саха (Якутия) Конституционный суд Республики Саха (Якутия) исходит из презумпции их конституционности. Нормативный правовой акт или договор считается конституционным до тех пор, пока его неконституционность не будет установлена итоговым решением в процессе конституционного судопроизводства.

Данная правовая презумпция является опровержимой, о чем свидетельствует многочисленная судебная практика Конституционного Суда РФ, конституционных (уставных) судов субъекта Российской Федерации. На возможность опровержения этой косвенной презумпции указывает и Конституционный Суд РФ: «Если конституционный суд не проверил на соответствие Конституции Российской Федерации положения Конституции и закона Республики Башкортостан, то действует презумпция их конституционности»9.

Вместе с тем, действие данной правовой презумпции в избирательном праве Российской Федерации имеет определенную специфику. Так, Конституционный Суд РФ не раз воздерживался от оценки на конституционность нормативного правового акта, регулирующего порядок проведения

1 См.: СидякинА.Г. Принцип виновной ответственности и фактор вины в избирательном процессе // СПС «Гарант».

2 См.: Определение Верховного Суда РФ от 2 октября 2006 г. № 25-Г06-10; Определение Верховного Суда РФ от 22 декабря 2004 г. № 60-Г04-20; Определение Верховного Суда РФ от 23 ноября 2004 г. № 91-Г04-23; и др. // СПС «КонсультантПлюс».

3 См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2004. — № 11.

4 См.: Лукьянова В.Ю. Юридические презумпции в законодательстве о техническом регулировании // СПС «КонсультантПлюс».

5 См.: Особое мнение судьи Конституционного Суда РФ Г.А. Гаджиева: Постановление Конституционного Суда РФ от 12 апреля 1995 г. № 2-П // Вестник Конституционного Суда РФ. — 1995. — № 2—3.

6 См.: Особое мнение судьи Конституционного Суда РФ Н.В. Витрука: Постановление Конституционного Суда РФ от 11 декабря 1998 г. № 28-П // Вестник Конституционного Суда РФ. — 1999. — № 2.

7 См.: Особое мнение судьи Конституционного Суда РФ Б.С. Эбзеева: Постановление Конституционного Суда РФ от 10 декабря 1997 г. № 19-П // Вестник Конституционного Суд РФ. — 1998. — №1.

8 Якутские ведомости. — 2002. — 3 июля.

9 См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 27 апреля 1997 г. № 12-П // Российская газета. — 1998. —

6 мая.

выборов, во время начала избирательной кампании, то есть исключалась возможность ее опровержения1.

На основе изложенного выше представляется целесообразным рассматривать данную презумпцию как презумпцию нормативных правовых актов, содержание которой сводится к следующему: «Нормативные правовые акты, действующие на территории Российской Федерации, предполагаются конституционными, пока иное не установлено решением Конституционного Суда Российской Федерации, конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации».

Межотраслевые презумпции закреплены в нормах различных отраслей права. Однако не все межотраслевые презумпции действуют в избирательном праве Российской Федерации. На основе анализа норм избирательного права и правоприменительной практики по избирательным спорам можно выделить следующие межотраслевые презумпции, действующие в избирательном праве Российской Федерации: презумпция добросовестности законодателя и приверженности его общим правовым принципам, презумпция вины причинителя вреда, презумпция соответствия волеизъявления представителя воле представляемого, презумпция авторства, презумпция места жительства.

Презумпция добросовестности законодателя и его приверженности общим правовым принципам косвенно закреплена в постановлении Конституционного Суда РФ от 2 апреля 2002 года № 7-П2. В ее основе лежит «высокая вероятность того, что, создавая правовую норму, законодатель стремился к тому, чтобы она не противоречила Конституции. Цель презумпции, если подходить к ней с точки зрения телеологии — достижение стабильности правового регулирования»3.

Презумпция добросовестности законодателя и его приверженности общим правовым принципам тесно связана с презумпцией конституционности нормативного правового акта. Вместе с тем, презумпция конституционности нормативного правового акта действует всегда, когда проверяется на соответствие Конституции РФ та или иная норма. Презумпция же добросовестности законодателя и приверженности его общим правовым принципам должна действовать в любом случае, когда Конституционный Суд РФ и иные суды осуществляют толкование норм права в целях уяснения ее смысла.

По мнению некоторых авторов, презумпция добросовестности законодателя является неопровержимой. Вместе с тем, с этим трудно согласиться, поскольку законотворческий процесс очень сложный и трудоемкий. Кроме того, он связан с человеческим фактором, и бывает, что разработчики законопроекта, депутаты, голосующие за него, и другие лица, участвующие в законотворческом процессе, могут действовать недобросовестно и нарушать общие правовые принципы.

В своих решениях Конституционный Суд РФ не раз отмечал тот или иной принцип, который нарушил законодатель. Следствием этого было признание нормы неконституционной. Суды общей юрисдикции также могут признать, что законодатель действовал недобросовестно, и признать акт незаконным либо направить запрос в Конституционный Суд РФ с целью признать данный акт неконституционным. Опровержение данной презумпции также осуществлялось при рассмотрении Конституционном Судом РФ дел о проверке на конституционность норм избирательного права. Так, в постановлении Конституционного Суда РФ от 25 апреля 2000 года № 7-П4 отмечено, что норма пункта 11 статьи 51 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 24 июня 1999 года не согласуется с общепризнанными принципами юридической ответственности, включая общеправовой принцип справедливости.

Таким образом, данную правовую презумпцию можно сформулировать следующим образом: «Предполагается, что законодатель действует добросовестно и в соответствии с общими правовыми принципами, пока иное не будет установлено, исходя из смысла соответствующей правовой нормы».

Еще одной межотраслевой правовой презумпцией является презумпция вины причинителя вреда. Данная правовая презумпция наиболее часто используется в гражданском праве и процессе. Пункт 2 статьи 1064 ГК РФ5 говорит о том, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Таким образом, данная презумпция имеет прямое закрепление, но ее можно сформулировать так: «Лицо, причинившее вред, признается действовавшим виновно, пока не будет доказано обратное». Кроме того, исходя из

1 См.: Определение Конституционного Суда РФ от 20 ноября 1995 г. № 77-О // Собрание законодательства РФ. —

1995. — № 49. — Ст. 4867; Определение Конституционного Суда РФ от 7 декабря 2001 г. № 216-О // Вестник Конституционного Суда РФ. — 2002. — № 2.

2 См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 2 апреля 2002 г. № 7-П // Российская газета. — 2002. —

10 апреля.

3 Гаджиев Г.А. Конституционный принцип самостоятельности судебной власти в Российской Федерации // Журнал российского права. — 2003. — № 1.

4 См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 25 апреля 2000 г. № 7-П // Российская газета. — 2000. —

11 мая.

5 Гражданский кодекс РФ (часть вторая) от 26 января 1996 г. № 14-ФЗ // Собрание законодательства РФ. —

1996. — № 5. — Ст. 410.

указания законодателя на возможность лицу, причинившему вред, доказать свою невиновность, она опровержима.

При разрешении избирательных споров также можно руководствоваться презумпцией вины причинителя вреда. Федеральный закон от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ устанавливает имущественные санкции для кандидатов, снявших свою кандидатуру, без вынуждающих к тому обстоятельств, компенсировать затраты субъекта Российской Федерации на подготовку и проведения выборов1.

Таким образом, кандидат, избирательное объединение возмещает расходы, понесенные избирательной комиссией в силу презумпции вины причинителя вреда. При этом кандидат, избирательное объединение может доказать отсутствие вины при наличии обстоятельств, вынуждающих зарегистрированного кандидата снять свою кандидатуру, а избирательное объединение отозвать выдвинутого им зарегистрированного кандидата, определенных пунктом 36 статьи 38 Федерального закона от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ.

Презумпция вины причинителя вреда также учитывается при рассмотрении дел о компенсации морального вреда2.

Другой межотраслевой правовой презумпцией, применяемой в избирательном праве Российской Федерации, является презумпция соответствия волеизъявления представителя воле представляемого. При анализе конкретных норм действующего законодательства (ст. 3 Конституции РФ, главы 10, 49 ГК РФ) можно сделать вывод о косвенном закреплении такой правовой презумпции.

Названная правовая презумпция находит свои основы в институте представительства. При этом данный институт следует рассматривать в широком смысле, то есть охватывающий регулирование правоотношений как частноправового характера, так и публично-правового3. Институт представительства также существует и в избирательном праве, где полномочия представителя могут осуществлять доверенные лица и представители кандидатов, избирательных объединений. В соответствии с пунктом 2 статьи 39 Федерального закона от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ от имени кандидатов вправе выступать исключительно их уполномоченные представители по финансовым вопросам, доверенные лица, а в случае выдвижения кандидата в составе списка кандидатов также уполномоченные представители, доверенные лица избирательного объединения, выдвинувшего этот список.

Е.П. Стружак отмечает, что наблюдаются попытки существенного уменьшения круга лиц, обладающих правом представлять интересы кандидата. Автор указывает, что на основании буквального смысла положений, закрепленных в пункте 2 статьи 39 Федерального закона от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ, кандидат не имеет право предоставить защиту своих интересов в суде профессиональному адвокату или же иному представителю, помимо собственно доверенных лиц, а также уполномоченного по финансовым вопросам4.

Вместе с тем, с таким выводом нельзя согласиться. Верховный Суд РФ в одном из своих решений5 указал, что по смыслу статьи 259 ГПК РФ и статьи 39 Федерального закона от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ доверенные лица кандидата вправе обращаться в суд с заявлениями о защите своих нарушенных избирательных прав, которыми они наделены Федеральным законом от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ как участники избирательной кампании, и эти нормы неправильно истолковывать как ограничивающие право кандидата вести свои дела в суде через представителей на основании указанных выше общих норм ГПК РФ.

Данная правовая презумпция является опровержимой. Опровержение данной правовой презумпции возможно при предоставлении доказательств, что представитель действовал от своего имени и в своих интересах.

Таким образом, рассматриваемую правовую презумпцию можно сформулировать так: «Предполагается, что волеизъявление представителя соответствует воле представляемого, пока не доказано обратное».

В избирательном праве Российской Федерации также применяется презумпция авторства. В Российской Федерации законодатель прямо закрепил презумпцию авторства (ст. 1257 ГК РФ), что позволило гарантировать защиту всех форм творчества (литературного, драматического, музыкального, изобразительного) при воспроизведении всеми известными методами.

1 См.: Определение Верховного Суда РФ от 10 августа 2005 г. № 66-Г05-7 // СПС «КонсультантПлюс».

2 См.: Решение Верховного Суда РФ от 23 апреля 2004 г. № ГКПИ04-549 // СПС «КонсультантПлюс».

3 М.И. Брагинский и В.В. Витрянский высказали мысль о том, что содержание деятельности, при которой одно лицо (представитель) осуществляет юридическую деятельность вместо другого лица (представляемого), может выходить и за рамки гражданского права в целом и есть основания полагать, что едва ли не любая отрасль, входящая в состав не только частного, но и публичного права, может использовать конструкцию представительства (см.: Брагинский М.И. Договорное право / М.И. Брагинский, В.В. Витрянский. — М., 2002. — Кн. 3: Договоры о выполнении работ и оказании услуг. — С. 251).

4 См.: Стружак Е.П. Правовой статус кандидатов в выборные органы на выборные муниципальные и государственные должности в Российской Федерации: Дис... канд. юрид. наук. — Тюмень, 2003. — С. 186.

5 См.: Определение Верховного Суда РФ от 3 марта 2004 г. № 61-Г04-2 // СПС «КонсультантПлюс».

В избирательном праве авторские права должны соблюдаться при осуществлении агитационной деятельности и изготовлении агитационного материала, в случае если в нем используются фрагменты произведений другого автора1. Поскольку в иных случаях суд не признает агитационный материал в качестве объекта защиты авторский прав2.

Эта правовая презумпция является опровержимой. Отмечается, что презумпция авторства легко опровержима: для этого достаточно представить другой оригинал или экземпляр произведения, на котором нет имени автора или проставлено имя другого автора3.

В избирательном праве Российской Федерации также следует учитывать презумпцию места жительства. С местом жительства связывается предположение о том, что гражданин всегда находится в месте жительства, хотя бы в данный момент он и находился в другом месте4.

В соответствии со статьей 27 Конституции РФ каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право выбирать место пребывания и жительства. Вполне очевидно, что допустимое предположение, что каждый имеет постоянное место жительства (даже при его частой смене), предполагает и то, что при неизвестном фактическом месте пребывания лица допускается факт, что оно продолжает проживать постоянно там, где проживало раньше5.

В избирательном праве факт нахождения лица имеет определяющее значение для наступления многих правовых последствий (например, регистрации его в качестве избирателя или включения гражданина Российской Федерации в список избирателей на конкретном избирательном участке).

Таким образом, условия презумпции дают возможность гражданину Российской Федерации участвовать в выборах, используя свой голос единожды по месту жительства либо, если он отсутствует на время голосования в своем месте жительства, по месту его пребывания. При этом установление его пребывания в ином месте требует от гражданина предоставления заявления6. Заявление от гражданина необходимо также в тех случаях, когда отсутствует регистрация по месту жительства7. Такой подход исключает злоупотребления правом в избирательном процессе.

Презумпция места жительства опровержима. В избирательном праве основанием опровержения данной правовой презумпции может выступать установленный компетентными органами факт временного пребывания российского гражданина на той или иной территории.

Презумпцию места жительства следует сформулировать следующим образом: «Предполагается, что лицо находится в месте жительства, пока не установлено обратное».

Отдельные сложности вызывает определение отраслевых презумпций, действующих в избирательном праве Российской Федерации. Вопрос о месте избирательного права в российской правовой системе остается дискуссионным. Некоторые авторы рассматривают его как институт конституционного права8 или как подотрасль конституционного права9. Вместе с тем, в науке права в последнее время избирательное право относят к отдельной, самостоятельной отрасли права10.

Не вдаваясь в дискуссию, можно предположить, что избирательное право либо как часть конституционного права, либо как самостоятельная отрасль права имеет собственный перечень правовых презумпций, которые являются отраслевыми. К данным правовым презумпциям следует относить презумпцию законности действий (бездействия) избирательной комиссии, презумпцию достоверности подписей избирателей, презумпцию действительности результатов выборов.

В избирательном праве одно из главных ключевых позиций занимают избирательные комиссии. Они наделены соответствующими полномочиями, которые закреплены Федеральным законом от

1 См.: Определение Верховного Суда РФ от 12 марта 2010 г. № 6-Г10-9 // СПС «КонсультантПлюс».

2 См.: Решение Архангельского областного суда по делу № 3-28/2009 от 22 февраля 2009 г.

3 См.: Гаврилов Э.П. Комментарий к Закону об авторском праве и смежных правах. Судебная практика. — М.,

2002. — С. 72.

4 См.: Сухинина И.В. Презумпции в конституционном праве Российской Федерации: Дис... канд. юрид. наук. — М.,

2003. — С. 122.

5 См. там же. — С. 123.

6 См. пункт 17 статьи 17 Федерального закона от 12 июня 2002 г. № 67-ФЗ.

7 См. пункт 3.1 постановления ЦИК РФ «О разъяснениях по некоторым вопросам организации голосования избирателей, не имеющих регистрации по месту жительства в пределах Российской Федерации, при проведении выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации пятого созыва и выборов Президента Российской Федерации» от 12 октября 2007 г. № 40/310-5 // Вестник Центризбиркома РФ. — 2007. — № 14.

8 См.: Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации. — М., 1998. — С. 30.

9 См.: Веденеев Ю.А. Современное избирательное право и решения Конституционного Суда РФ: юридическая структура и развитие / Ю.А. Веденеев, В.И. Лысенко // Избирательное право и избирательный процесс в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (1992—1999). — М., 2000. — С. 61; Пылин В.В. Избирательное и референдумное право Российской Федерации. — СПб., 2001. — С. 7 и др.

10 См.: Дмитриев Ю.А. Избирательное право / Ю.А. Дмитриев, В.Б. Исраелян. — М., 2008; Постников А.Е. Новый учебник по конституционному праву России / А.Е. Постников, А.В. Павлушкин // Журнал российского права. — 2010. — № 3. — С. 174—177.

12 июня 2002 года № 67-ФЗ, иными федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации, муниципальными нормативными правовыми актами. Вследствие этого деятельность избирательных комиссий основана на законе, и они не должны выходить за его рамки. Таким образом, должна действовать презумпция законности действий (бездействия) избирательных комиссий, которую можно сформулировать так: «Действия (бездействие) избирательных комиссий признаются законными, пока не будет доказано иное». Эта правовая презумпция имеет косвенное закрепление в одном из решений Верховного Суда РФ1.

Презумпция законности действий (бездействия) избирательных комиссий является опровержимой. Опровержение правовой презумпции следует после того, как будет установлено, что действия (бездействие) избирательной комиссии не были основаны на законе2.

В избирательном праве Российской Федерации применяется также презумпция достоверности подписей избирателей.

Установление достоверности чего-либо является очень трудоемким и продолжительным процессом. При проведении же выборов совершение действий ограничено во времени. Для проверки подписных листов, представленных кандидатами, избирательными объединениями, срок также установлен. В целях оптимизации процесса проверки представленных подписей следует исходить из презумпции достоверности подписей избирателей, которая была выведена посредством судебного толкования и косвенно закреплена в решении Верховного Суда РФ3.

Презумпция достоверности подписей избирателей является опровержимой. При этом ее опровержение возможно в ходе проверки избирательной комиссией подписных листов избирателей. Входе рассмотрения дел о доказывании недостоверности подписей избирателей, как правило, привлекаются эксперты и проводятся почерковедческие экспертизы4.

На основе изложенного выше рассматриваемую презумпцию можно сформулировать следующим образом: «Подписи избирателей считаются достоверными, пока не установлено иное».

На стадии установления результатов выборов применяется презумпция действительности результатов выборов, то есть предположение, что результаты выборов действительны, пока не доказано обратное. Это в свою очередь подразумевает право участников избирательного процесса, в случае если их права нарушены, обратиться в соответствующий орган с целью признания результатов выборов недействительными.

Данная правовая презумпция закреплена косвенно. Согласно части 3 статьи 3 Конституции РФ свободные выборы являются высшим непосредственным выражением власти народа. Из этого конституционного принципа вытекает, что высшим непосредственным выражением власти народа могут считаться только те выборы, которые проведены в условиях, обеспечивающих свободное волеизъявление граждан. Если выборы проведены с соблюдением этих условий, государство обязано обеспечить признание результатов выборов5.

Правовая презумпция действительности результатов выборов является опровержимой. При наличии конкретных нарушений избирательных прав граждан, прямо повлиявших на результаты выборов, может ставиться вопрос о признании выборов недействительными. При этом должна быть гарантирована приоритетность защиты избирательных прав граждан. Вследствие определенной значимости результатов выборов признать их недействительными и тем самым опровергнуть презумпцию действительности результатов выборов возможно только по основаниям, закрепленным Федеральным законом от 12 июня 2002 года № 67- ФЗ6.

Таким образом, наличие презумпции действительности результатов выборов является одной из главных гарантий для своевременного начала исполнения обязанностей, вступления в должность избранных депутатов, должностных лиц, что в свою очередь обеспечивает осуществление власти народом как через представителей, так и непосредственно. Данную презумпцию можно сформулировать следующим образом: «Результаты выборов признаются действительными, пока не будет доказано обратное».

1 См.: Определение Верховного Суда РФ от 3 апреля 2003 г. № 18-Г03-7 // СПС «КонсультантПлюс».

2 См.: Определение Верховного Суда РФ от 28 ноября 2003 г. № 84-Г03-10; Определение Верховного Суда РФ от

9 марта 2004 г. № КАС04-72 и др. // СПС «КонсультантПлюс»

3 См.: Определение Верховного Суда РФ от 11 июня 1998 г. № 49-Г98-9 // СПС «КонсультантПлюс».

4 См.: Определение Верховного Суда РФ от 25 июня 2004 г. № 31-Г04-5; Определение Верховного Суда РФ от 1 декабря 2003 г. № 9-Г03-32; Решение Верховного Суда РФ от 7 ноября 2007 г. № ГКПИ07-1389 // СПС «Гарант».

5 См.: Алехичева Л.Г. Признание недействительными итогов голосования и результатов выборов: правовые проблемы / Л.Г. Алехичева, А.Е. Постников // СПС «КонсультантПлюс».

6 См. пункт 2 статьи 77 Федерального закона от 12 июля 2002 г. № 67-ФЗ.