Формирование морально-боевых качеств военнослужащих русской армии в ходе боевой подготовки (кон. XVIII нач. XIX В. )

А.К. Тажиев

ФОРМИРОВАНИЕ МОРАЛЬНО-БОЕВЫХ КАЧЕСТВ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ РУССКОЙ АРМИИ В ХОДЕ БОЕВОЙ ПОДГОТОВКИ

Известный принцип «обучать тому, что необходимо на войне» принято связывать с началом ХУНТ в. Петр I, создавая регулярную армию, большое внимание уделял совершенствованию боевой выучки личного состава, внедрению новой рекрутской системы комплектования, поддержанию в войсках организованности, дисциплины и порядка. В 1694 г., по инициативе царя, впервые проводились двусторонние учения в обстановке, воссоздающей психологическое восприятие ситуации реального боя. Эти учения в истории зафиксированы под названием «Большой Кожуховский поход». Замысел этих учений состоял во взятии специально построенной крепости, которую обороняли стрелецкие полки, а штурмовали молодые гвардейские части и полки «нового строя».

Данный подход к обучению войск получил свое закрепление и дальнейшее развитие в бытность императрицы Екатерины II, когда учения войск соответствовали прикладному характеру [1, с. 22]. Заложенные Петром I идеи в дальнейшем развивались под воздействием взглядов П.А Румянцева, Г.А. Потемкина, А.В. Суворова, М.И. Кутузова, М.С. Воронцова и других известных военачальников России.

Продолжатель петровских традиций А.В. Суворов, опираясь на вековые военные традиции России, развил прогрессивные черты петровской армии в области организации, боевой подготовки и военного искусства. Военнотеоретическая и практическая деятельность Суворова отражена в его огромном литературном, документальном и эпистолярном наследии, включающем "Полковое учреждение", "Науку побеждать", различные наставления, инструкции, приказы, диспозиции, памятные записки, переписку с военными и государственными деятелями. Оно характеризует Суворова как выдающегося военного теоретика, стратега и тактика, глубоко понимавшего проблемы военного дела, во многом опередившего свое время, создавшего оригинальную систему взглядов на способы ведения войны и боя, обучения и воспитания войск, основавшего свою прогрессивную школу военного искусства.

В 1799 г., А.В. Суворов разработал «Правила ведения военных действий в горах», начал обучение своих солдат «во всякое способное время» (мирное и во-

енное), настойчиво проводил в практику обучения войск свой принцип: «легко в ученье — тяжело в походе, тяжело в ученье — легко в походе». В боевой подготовке он ввел «сквозные атаки», то есть двусторонние маневры армии, во время которых отрабатывались наступление, оборона, встречный бой, действия на пересеченной местности, преследование и т. д.

Не только офицерам, но и унтер-офицерам и солдатам сообщалось о плане предстоящих действий, так как «каждый воин должен понимать свой маневр». В трудном походе своим красноречием и юмором А.В. Суворов воодушевлял солдат, заботясь о высоком морально-боевом духе войск. Методы работы А.В. Суворова были направлены на воспитание у военнослужащих чувства товарищества, профессионального достоинства. Он проявлял заботу о военной выправке, опрятности и нравственности солдат, выступал против бессмысленной муштры и жестокого обращения с ними, требовал от подчиненных грамотности и сообразительности, не терпел «леноумия» и «немогузнайства».

Для формирования высоких морально-боевых качеств и психологической стойкости важное значение имело обучение войск непосредственно в поле. Это объяснялось с тем, что только действия на местности давали военнослужащим наиболее полное представление о современном бое.

Необходимыми основными формами учебы непосредственно в поле в исследуемый период оставались лагерные сборы, учения и маневры, на которых формировались боевые навыки, создавались условия для формирования у военнослужащих необходимых высоких морально-боевых качеств и психологической устойчивости, которые являлись важным условием достижения победы в бою.

Необходимо отметить, что в конце XVIII-начале XIX в. происходило отступление от существовавших традиций подготовки войск русской армии. Сторонники прусской палочной дисциплины Павел I, затем Александр I и Николай I породили негативные явления плац-парадных традиций в русской армии, отрицательно повлиявшие на морально-психологическое состояние войск, что привело к поражению Российского государства в Крымской войне 1853-1856 гг.

Павловская система морально-психологической подготовки была практически нецелесообразна. По мнению ученых, это приводило к изнурению войск на бессмысленных учениях, вахтпарадах, в караулах. «В обучение войск вводились сложные построения и маневрирования, которые вызывали недоумение сторонников и современников Потемкина, Румянцева, Суворова», — отмечал А. Пет-рушевский [2, с 217].

Приход к власти Александра I в начале XIX века в России был ознаменовано преобразованиями в области системы воспитания. Хотя формально вплоть до 1809 г. армия продолжала руководствоваться строевыми уставами периода правления Павла I, исключавшими инициативу, на практике многие офицеры обучали солдат по-суворовски, что дало возможность одерживать победы над врагами. Демократические процессы, происходившие в России, способствовали появлению в офицерской среде прогрессивных взглядов на обучение и соответствующую ему практику воспитания солдат.

В начале XIX в. для организации и проведения летней учебы сухопутные войска располагали тремя крупными учебными центрами. Кроме Красносельского лагеря в это число входили Ходынское поле (около Москвы) и Суконная слобода (около Казани) [1, с. 27].

При этом в зимний период одиночную подготовку молодых воинов, их психологическую адаптацию к условиям военной службы проводили в местах постоянной дислокации. А занятия в летнее время проводили в летних лагерях на сборах, которые состояли из двух этапов: полковые сборы и сборы всех родов оружия. В процессе полковых сборов в пехотных частях отрабатывали учебные задачи в составе роты, батальона и в масштабе полка. Наряду с этим сборы других родов оружия проводились масштабными маневрами. Время и место организации лагерных сборов разрабатывались в "Расписании сборов войск для летних занятий".

Для полевой учебы привлекались множество воинских частей, артиллерия, подавляющая часть пехоты и кавалерия. Совершенствование и развитие данной формы подготовки происходили путем изменения в содержании полевой учебы, учений и маневров.

Вместе с тем новый пехотный устав, разработанный в 1816 г., и Кавалерийский - 1818 г., переполнены различными сложными перестроениями, множеством мелочных подробностей, в них не было почти ничего, относящегося к самой боевой подготовке. Уделяя все время линейным учениям и подготовке к ним, войска не имели уже времени на такую важную дисциплину, как стрельба, хотя в уставе говорится об этом достаточно внушительно «...нет нужды доказывать, сколь важно и необходимо, чтобы солдаты обучены были цельно стрелять. Опыты научают, что и самые успехи в военных действиях много от совершенства в искусстве сем зависят». В уставе точно указано: «Ежегодно в учебное время всех

унтер-офицеров и солдат в полку обучать стрелять в цель, употребляя для сего единственно большую часть пороха, для ученья назначенного» [3].

Разработанные в 1818 г. «Правила рассыпного строя или Наставление о рассыпном действии пехоты» дают весьма целесообразные сведения относительно значения огня в бою. Этот строй весьма соответствует вооружению пехоты, ибо сила ее преимущественно заключается в ее огне, но в цельности выстрелов; рассеянное положение пехоты дает более удобное положение стрелять цельно; в рассыпном строю открывается еще то преимущество, что неровности земли и множество возвышенных на земле предметов почти всегда представляют защиту раздробленным частям или одиночным людям. Кроме того, в войсках было очень много неисправных ружей.

В связи с возросшей ролью огня в новый Устав были внесены новые принципы ведения боя с учетом сложившейся обстановки на местности. Они обусловливали повышение качества подготовки военнослужащего, психологической устойчивости на поле боя.

Тактику обучения войск непосредственно в поле проводили и в годы Кавказской и Крымской войн. Особенности заключались в том, что подготовка войск начиналась проводиться в районах боевых действий, где и формировались у военнослужащих морально-психологические качества, необходимые для успешного выполнения задач в условиях боевых действий.

Необходимо отметить, что война на Кавказе потребовала изменений в боевой подготовке русской армии. Если ранее все обучение русской армии строилось на принципах ведения военных действий на равнинных территориях, то на Кавказе приходилось вести боевые действия в горах Дагестана и в лесах Чечни, хотя для тактики русской армии были характерны широкие наступательные действия с активным применением артиллерии.

Длительная война выявила необходимость ведения боевых действий в соответствии с условиями обстановки, развития большей инициативы и самостоятельности у военнослужащих, что потребовало еще большего внимания к морально-психологическим качествам воинов.

Крымская война 1853-1856 гг. показала порочность взглядов применения пехоты в сомкнутых строях и потребовала усиления в полевом обучении подразделений направленности на действия в рассыпном строю. Это явление в свою очередь оставила свой отпечаток в организации морально-психологической подготовки военнослужащих.

В ходе ведения боевых действий стало успешно применяться развертывание цепи применительно к условиям складывающимся обстановки местности, к обучению передвижениям, перебежкам в сочетании с огнем, проведению атаки, отражению осуществляющихся контратак. Изменения в тактике действия войск потребовали поднять уровень морально- психологической подготовки, в которой каждый солдат знал свой маневр. В планы боевой подготовки были включены темы для проведения ротных тактических учений в особых условиях: на сильно пресеченной местности, в населенных пунктах, в лесу, на водных преградах и т.д. Вводятся двусторонние тактические учения в составе батальона.

В процессе учений командиры частей и подразделений должны были менять местами наступающие и обороняющиеся стороны, а также заменять офицеров, обязательно производить отработку всех приемов, уменьшающих потери, использовать маневр боевым порядком [4, л. 634].

В ходе проведения занятий обращалось внимание на обучение всему необходимому в войне: сложные тактические задачи разделялись на ряд элементарных практических приемов; специально создавались трудности в обучении, в отработке всех приемов; занятия проводились с полной выкладкой; практиковалось любое занятие и обучение заканчивать коротким поучением [5, л. 31,33].

Таким образом, в процессе тактических учений совершенствовались боевые навыки, создавались условия для формирования у военнослужащих необходимых морально-боевых качеств и психологической устойчивости, являвшихся важным фактором для успешного ведения боевых действий.

Цель обучения военнослужащих выражалась следующими строками: «Обучив каждого солдата правильно стоять, владеть и действовать ружьем, маршировать и делать обороты, и вообще все движения, весьма легко будет довести до совершенства в обучении роты, от коих зависит совершенство батальона и полка; для сего полковому и батальонным командирам как возможно прилежнее смотреть за ротными командирами, дабы при обучении солдат поодиночке, каждому ясно, с терпением и без наказаний, толковали все принадлежащие правила, показывая, что и как исполнять; строгость при учении употреблять только для нерадивых, но и тут поступать с умеренностью и осторожностью. Попечительный и искусный начальник может поселить в подчиненных своих охоту к службе и повиновение; стараться также доводить солдат, чтобы почитали за стыд и самомалейшее наказание» [5, л. 34].

К сожалению, эти благие указания Воинских уставов, в составлении которых принимали участие видные деятели минувших войн, скоро были преданы забвению. Влияние Аракчеева тщательно вымело всякую идейную сторону обучения, а смотровые требования высшего начальства заставили полковых, батальонных и ротных командиров думать исключительно о быстрой муштре, при которой «строгость при учении» приходилось применять не только для нерадивых, но и для всех; понятно, что не многие ротные командиры при этом умели «поступать с умеренностью и осторожностью».

Герой войны 1812 г., Д.В. Давыдов, говорил, что «относительно равнения шеренг и выделывания темпов наша армия, бесспорно, превосходит все прочие. Но, каково большинство генералов и офицеров, в коих убито стремление к образованию, вследствие чего они ненавидят всякую науку! Истые любители изящной ремешковой службы полагают в премудрости своей, что война, ослабляя приобретенные войском в мирное время фронтовые сведения, вредна лишь для него. Как будто войско обучается не для войны, но исключительно для мирных экзерциций на Марсовом поле. Таким образом, можно достигнуть лишь следующего: бездарные невежды, отличающиеся самым узким пониманием, окончательно изгоняют отовсюду способных людей, которые, убитые бессмысленными требованиями, не будут иметь возможности развиваться для самостоятельного действия и безусловно подчинятся большинству» [3, с. 352].

В исследуемый период одним из составляющих моральнопсихологической подготовки деятельности войск по формированию высоких морально-боевых качеств военнослужащих было воспитание на боевых традициях. При этом важнейшей из них был героизм, который являлся проявлением результатов морально-психологической подготовки войск к бою. Именно такие морально-боевые качества, как самоотверженность, героизм, мужество, стремление и воля к достижению победы являлись конечным итогом реализации задач воспитательной работы в русской армии.

Сама сущность традиции героизма сводилась к совокупности исторически сложившихся, передающихся из поколения в поколение морально-боевых качеств российских солдат и офицеров. Они находили свое выражение в готовности жертвовать собственными интересами, а также своей жизнью во имя интересов государства, Отечества и Родины.

В большинстве своем военнослужащие Российского государства даже в тяжелые для них времена проявляли свои лучшие боевые качества не из страха

или слепого фанатизма, а по долгу чести и совести, с благородностью помыслов жертвовать собой во славу русского оружия, во славу своего Отечества.

Одно из предъявлявшихся требований к военнослужащим русской армии -всегда быть храбрыми и мужественными. Данные качества закреплялись основными воинскими законами, наставлениями и приказами. Военная присяга, разработанная Петром I и сохранившая свое содержание без изменений до начала XIX в., предписывала всем военнослужащим «врагам Его Императорского Величества и земель его, храброе и сильное чинить сопротивление телом и кровью, во всем себя вести и поступать, как храброму и расторопному солдату» [6, с. 54].

В целях совершенствования армии Российского государства подобные качества военнослужащих как храбрость и самоотверженность, требовалось проявлять и в дальнейшем. «Победу одерживает только та армия, - отмечалось в обязанностях солдата в военное время, - воины которой идут храбро стеною вперед, презирая смерть и соблюдая порядок и спокойствие духа» [7, с. 162].

В процессе сокращения срока действительной военной службы формирование у военнослужащих героизма и добросовестного исполнения своего воинского долга приобрели актуальность в связи с совершенствованием видов вооружения, с расширением масштабов, продолжительности и ожесточенности боев и сражений.

Наряду с традициями важную роль в воспитательном процессе играли воинские ритуалы. Русские воинские ритуалы возникли и складывались в процессе образования и развития государства и его вооруженных сил. Этапом в их формировании явилось создание регулярной русской армии. С качественным преобразованием вооруженных сил формировалась и система воинских ритуалов, которая в последующем постепенно укреплялась, развивалась и совершенствовалась. Благодаря усилиям органов государственного и военного управления по систематизации и приданию ритуалам большей эффективности к началу XIX в. русская армия имела стройную систему ритуалов, которая стала важным звеном в воинском обучении, воспитании, укреплении воинской дисциплины [8, с. 15].

В исследуемый период к числу известных ритуалов можно отнести «Строевые смотры», «Развод и смена караула», «Отдание воинской чести», «Утренняя и вечерняя заря», «Исполнение молитвы», «Принятие присяги», «Парад», «Церковный парад», воинские ритуалы, проводимые при поощрении и наказании воинов, частей и подразделений, а также различные церемонии и обряды, связанные с отданием воинских почестей при погребении военнослужащих.

Таким образом, в конце XVIII - первой половине XIX в. особое место в развитии компонентов морально-психологической подготовки воинов отводилось боевой подготовке. Это обусловливалось тем, что боевая подготовка военнослужащих выступала главным ведущим фактором формирования высоких морально-боевых и психологических качеств, психологической готовности воина к бою, совершенствования знаний, навыков и умений у воинов.

Важным направлением морально-психологической подготовки военнослужащих русской армии являлось формирование высоких морально-боевых качеств. Большое значение придавалось боевой подготовке, воспитанию на боевых традициях и воинским ритуалам. Значительное влияние на развитие и совершенствование системы формирования высоких морально-боевых качеств военнослужащих оказали войны.

1. Глиноецкий Н. Некоторые сведения об обучении русских войск во второй половине прошлого века // Военный сборник. 1871. № 11.

2. ПетрушевскийА.Ф. Генералиссимус князь Суворов: В 3 т. СПб., 1884. Т. 3.

3. История русской армии. Российская армия к концу царствования Александра I. М.: ЭКСМО, 2007. 353 с.

4. РГВИА, ф. 2581, оп. 2, д. 185.

5. РГВИА, ф. 2003, оп. 1, д. 112.

6. Форма присяги на верность службы лицом христианских вероисповеданий //С.В.П. 1869. 2-е изд. СПб., 1907. Ч. II. Кн. 6.

7. Обязанности солдата в военное время //С.В.П.1838. Ч.Ш. Кн. 1.

8. Минер В.Л. Воинские ритуалы Российской армии в XIX - начале XX веков: Дис. .канд.

ист. наук. М., 1997.