Изменения в законодательстве о передаче имущества религиозным организациям

тусу участника правоотношений, реализация которых позволяет получить определенные материальные и нематериальные блага. Соответственно, определение сущности некоммерческих юридических лиц возможно лишь посредством выявления их общественного предназначения и социальноэкономической роли; определения круга тех интересов, которые обеспечиваются деятельностью данных организаций; установления лиц, выражающих волю организации, и условий, при наличии которых она приобретает реальную возможность к функционированию, к участию в отношениях, причем регулируемых не только гражданским правом.

М.А. Кулагин *

ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ О ПЕРЕДАЧЕ ИМУЩЕСТВА РЕЛИГИОЗНЫМ ОРГАНИЗАЦИЯМ

Ключевые слова: Изменение, законодательство, передача, имущество, религиозная организация.

M.A. Kulagin. Changes in the legislation on transfer of estate to religious organizations

The federal law «On transfer of estate of the religious destination which is in the state or municipal property to the religious organizations» has essentially changed the regulation of process of such estate transfer. Earlier these relations at federal level were regulated by the Government order of the Russian Federation, and at the level of subjects of Federation — by the acts of subjects of the Russian Federation. Now the unified order of transfer of the estate to the religious organizations is provided notwithstanding its former owner, that in a greater degree meets the requirements of article 212 of the Civil code of the Russian Federation. The ambiguities of some for the first time applied terms, the absence of criteria of definition of some kinds of transferred estate, the pendency of a question regarding transfer of estate which throughout the existence could belong to various confessions are carried to the number of disadvantages of the law. The important disadvantage of the law is the position obliging the religious organizations to adjust the statement about reception of estate with certain supervising centre whereas not all faiths operating in Russia has such supervising centers. Possible ways of overcoming of some of these disadvantages are offered in the law.

* Аспирант Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина. [mickulagin@mail.ru]

Федеральный закон от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и религиозных объединениях»1 предусматривает возможность безвозмездной передачи в собственность религиозных организаций для использования в функциональных целях культовых зданий и сооружений с относящимися к ним земельными участками и иного имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности (ч. 3 ст. 21).

30 ноября 2010 г. был принят Федеральный закон № 321-Ф3 «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности»2 (далее для краткости — ФЗ «О передаче...»), который существенно изменил и упорядочил процесс передачи такого имущества.

Подготовка законопроекта заняла длительное время. Интенсивный процесс обсуждения данного вопроса совместно с представителями различных конфессий имел место с 2007 г. — сначала это была отработка концепции законопроекта, который рассматривался в Правительстве Российской Федерации еще тогда, когда председателем комиссии по делам религиозных объединений был нынешний президент, потом года два отрабатывался сам законопроект 3.

Необходимость регулирования процесса осуществления такой передачи отвечает и международным обязательствам Российской Федерации. Согласно п. 12 Заключения № 193 (1996 г.) Парламентской ассамблеи Совета Европы «По заявке России на вступление в Совет Европы»4 Россия обязана «в кратчайшие сроки возвратить собственность религиозных организаций».

До принятия рассматриваемого закона передача объектов религиозного назначения религиозным организациям регулировалась подзаконным актом — постановлением Правительства РФ от 30 июня 2001 г. № 490 «О порядке передачи религиозным организациям находящегося в федеральной собственности имущества религиозного назначения»5 (далее — постановление № 490). В ряде субъектов РФ были приняты собственные нормативные правовые акты, устанавливающие порядок передачи имущества религиозного назначения, находящегося в государственной собственности субъектов Российской Федерации 6.

1 Собрание законодательства РФ. 1997. № 39. Ст. 4465.

2 Собрание законодательства РФ. 2010. № 49. Ст. 6423.

3 Протоиерей Всеволод Чаплин в программе «Угол зрения» о компромиссах в возвращении церковной собственности // http://www.ovco.org/2010/08/1285

4 Заключение № 193 (1996 г.) парламентской ассамблеи Совета Европы «По заявке России на вступление в Совет Европы» (принято в г. Страсбурге 25 января 1996 г.) // СПС «Кон-сультантПлюс».

5 Собрание законодательства РФ. 2001. № 28. Ст. 2889.

6 См., напр.: Закон Московской области от 24 апреля 2002 г. № 25/2002-03 «О порядке и условиях передачи собственности Московской области религиозным организациям // <http://www.patriarchia.ru/db/text/159816.html> (последнее обращение — 4 апреля 2011 г.).

Отметим, что согласно ст. 212 ГК РФ особенности приобретения и прекращения права собственности на имущество, владения, пользования и распоряжения им в зависимости от того, находится имущество в собственности гражданина или юридического лица, в собственности Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования могут устанавливаться лишь федеральным законом.

Так как в ФЗ «О передаче.» речь идет об особенностях приобретения имущества таким видом юридических лиц, как религиозные организации, то представляется, что принятие этого закона в большей степени соответствует положениям Гражданского кодекса.

Рассматриваемый федеральный закон определяет порядок безвозмездной передачи в собственность или безвозмездное пользование религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации или муниципальной собственности. В этом его важное отличие от постановления № 490, которое регулировало такую передачу только из федеральной собственности.

Представляется, что установление единого порядка на уровне федерального закона также в большей степени отвечает требованиям ст. 212 Гражданского кодекса, что может быть отнесено к безусловным плюсам обсуждаемого федерального закона.

По нашему мнению, главный недостаток ранее действовавшего порядка передачи религиозным организациям находящегося в федеральной собственности имущества религиозного назначения состоял в том, что исполнительный орган решал не только вопрос передачи имущества, но и вопрос о том, на каком праве имущество передавалось — на праве собственности или праве безвозмездного пользования. В результате исполнительный орган действовал по своему усмотрению, руководствуясь «мотивами целесообразности»1. Сейчас же установлено общее правило, в соответствии с которым имущество религиозного назначения передается в собственность религиозным организациям и лишь в случаях, предусмотренных законом, имущество подлежит передаче в безвозмездное пользование. К таким случаям закон относит:

— данное имущество не подлежит отчуждению из государственной или муниципальной собственности в соответствии с законодательством Российской Федерации;

— передача данного имущества в безвозмездное пользование предложена самой религиозной организацией;

1 Овчинникова Ю.С. Вещные права религиозных организаций Русской Православной Церкви Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2002. С. 103.

— данное имущество является помещением, находящимся в здании, строении, сооружении, не относящемся к имуществу религиозного назначения.

ФЗ «О передаче.» в ч. 1 ст. 2 определяет перечень недвижимого и движимого имущество религиозного назначения, подлежащего передаче религиозным организациям.

Так, к недвижимому имуществу религиозного назначения относятся помещения, здания, строения, сооружения, включая объекты культурного наследия (памятники истории и культуры) народов Российской Федерации, монастырские, храмовые и (или) иные культовые комплексы), построенные для осуществления и (или) обеспечения таких видов деятельности религиозных организаций, как совершение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний, проведение молитвенных и религиозных собраний, изучение религии, профессиональное религиозное образование, монашеская жизнедеятельность, религиозное почитание (паломничество), в том числе здания для временного проживания паломников.

Необходимо отметить, что данный перечень расширен по сравнению с перечнем, определенным постановлением № 490. Впервые нашли свое законодательное закрепление помещения, здания, строения, сооружения, построенные для осуществления монашеской жизнедеятельности, религиозного почитания (паломничества), в том числе здания для временного проживания паломников.

К движимому имуществу религиозного назначения, точно так же, как и в упомянутом постановлении Правительства России, отнесены предметы внутреннего убранства культовых зданий и сооружений, предметы, предназначенные для богослужений и иных религиозных целей.

Существенным нововведением стало формирование закрытого перечня оснований для отказа в передаче имущества религиозной организации. Постановление № 490 также предусматривало возможность отказа (п. 9 постановления), но не раскрывало его оснований. Данное положение оспаривалось в Верховном Суде РФ, но решением от 5 октября 2004 г. № ГКПИ04-1253 1 было признано соответствующим законом. Косвенно Верховный Суд в упомянутом решении указал на то, что такой отказ возможен только по формальным основаниям: «Из этого следует, что непредставление необходимых для передачи названного имущества документов, несоблюдение сро-

1 Решение Верховного Суда РФ от 5 октября 2004 г. № ГКПИ04-1253 «Об оставлении без удовлетворения заявления о признании частично недействующим п. 9 Положения о передаче религиозным организациям находящегося в федеральной собственности имущества религиозного назначения, утвержденного постановлением Правительства РФ от 30 июня 2001 г. № 490» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2005. № 6.

ков и условий его принятия со стороны религиозной организации может являться, по мнению суда, основанием к отказу или частичному удовлетворению обращения, что не противоречит требованиям названного выше Закона и распоряжению Президента РФ»1. Тем не менее представляется, что закрепление закрытого перечня на уровне федерального закона имеет положительное значение и будет способствовать единству судебной практики.

Впервые в законе установлен и срок (два года, а в случаях, прямо предусмотренных законом, до шести лет) для передачи имущества религиозного назначения. Отсутствие такого положения ранее нередко приводило к затягиванию процесса передачи. Примером является Ново-Иерусалимский монастырь, постановление о передаче которого было принято в 1995 г. Реальная же передача монастырских объектов и выселение музея произошли только в 2010 г.2. Фактически решение просто не исполнялось в течение 15 лет.

Перейдем теперь к анализу недостатков Федерального закона.

К сожалению, термины, использованные в Законе, в отдельных случаях могут трактоваться, а соответственно, использоваться в правоприменительной практике по-разному. Так, например, законодатель не расшифровал, что понимается под имуществом, «обеспечивающим монашескую жизнедеятельность», если монастырские комплексы уже отнесены к имуществу религиозного назначения, или какие здания могут быть отнесены к «зданиям для временного проживания паломников».

ФЗ «О передаче.» (ч. 3 ст. 5) впервые устанавливает положение, согласно которому имущество, не имеющее религиозного назначения и предназначенного для обслуживания имущества религиозного назначения и (или) образующего с ним монастырский, храмовый или иной культовый комплекс, осуществляется в том же порядке, что и имущество религиозного назначения, одновременно с такой передачей либо после нее. Однако состав подобного имущества в законе не определен, более того, не установлены даже критерии отнесения имущества к такому виду, что, по нашему мнению, также неизбежно вызовет сложности в применении данной нормы на практике.

Определенные проблемы, по всей видимости, вызовет и ч. 4 ст. 3 ФЗ «О передаче.», согласно которой передача имущества осуществляется с учетом его конфессиональной принадлежности. Остался открытым вопрос —

1 Распоряжение Президента РФ от 23 апреля 1993 г. № 281-рп «О передаче религиозным организациям культовых зданий и иного имущества» // Собрание актов Президента и Правительства РФ. 1993. № 17. Ст. 1455.

2 Инокиня Ксения

что делать, если конфессиональная принадлежность, например культового здания, на протяжении его существования менялась. В этой ситуации возможны случаи, когда на одно и то же культовое здание претендуют религиозные организации двух (или более) конфессий, имеющих при этом равные в соответствии с положениями закона права. Таким образом, данная в упомянутой статье формулировка может вызвать межконфессиональные споры и конфликты.

Одним из вариантов разрешения данного вопроса в законе могло быть, например, закрепление положения о том, что имущество передается в соответствии с последней конфессиональной принадлежностью. Такой вариант представляется наиболее предпочтительным, поскольку во многих случаях документально подтвердить исторически первоначальную конфессиональную принадлежность будет затруднительно.

Существенные проблемы могут возникнуть с применением положения о необходимости согласования религиозной организацией своего заявления о передаче государственного или муниципального имущества религиозного назначения (ФЗ «О передаче.» в ч. 1 ст. 6) с вышестоящим руководящем органом (центром).

Возникает вопрос, что можно считать центром в понимании ФЗ «О передаче.». Федеральный закон «О свободе совести и религиозных объединениях» такого понятия не содержит, разделяя религиозные организации по территориальному признаку лишь на местные и централизованные. В самом тексте ФЗ «О передаче.» понятие «централизованные религиозные организации» используется как самостоятельное (например, ч. 1 ст. 5). Это позволяет сделать вывод, что законодатель различает понятия центра и централизованной религиозной организации. Следовательно, как местная, так и централизованная организация должны в равной степени испрашивать согласие некоего центра на получение имущества.

Кроме того, необходимо обратить внимание на расхождение между пониманием термина «централизованная организация» в каноническом и светском праве.

Наиболее ярко это можно проследить на примере Русской православной церкви (далее — РПЦ). В соответствии со своим Уставом 1 РПЦ состоит из епархий, которые, в свою очередь, объединяют приходы, монастыри, подворья, братства и т.п. РПЦ в целом зарегистрирована в качестве юридического лица как централизованная организация 2. Руководящим органом РПЦ является Патриархия. Московская епархия и иные епархии РПЦ, находящи-

1 Устав Русской Православной Церкви (принят на Архиерейском Соборе 2000 г.) // <http://www.patriarchia.ru/db/document/133114/> (последнее обращение — 4 апреля 2011 г.).

2 ИНН 7709048164, КПП 770901001, ОГРН 1037739255762.

еся на территории РФ, регистрируются в качестве юридических лиц как централизованные. Получается, что в составе РПЦ несколько десятков централизованных организаций.

Представляется, что эта потенциально проблемная ситуация может быть исправлена путем внесения изменений в ФЗ «О свободе совести и религиозных объединениях». Сущность предлагаемых изменений и дополнений можно выразить в следующем: религиозные организации в зависимости от территориальной сферы своей деятельности подразделяются на местные, централизованные и общероссийские, либо на местные, региональные и общероссийские. Общероссийской религиозной организацией признается религиозная организация, состоящая в соответствии со своим уставом не менее чем из трех централизованных (или региональных) религиозных организаций. Если же внутриконфессиональная структура не предусматривает промежуточных звеньев (как, например, епархии у православных), то статус общероссийской можно было бы присваивать тем организациям, которые имеют свои канонические подразделения (зарегистрированные в качестве религиозных организаций) не менее чем в половине субъектов РФ. Такие общероссийские религиозные организации как раз можно было бы рассматривать в качестве их центров.

Необходимо отметить, что вызывает вопросы и сама идея о необходимости согласования заявления религиозной организации с центром. Подобное нововведение выглядит полезным для уже упоминавшейся ранее Русской Православной Церкви, структура которой построена на строгой централизации. В некоторой степени упомянутое положение актуально для исламских религиозных организаций, поскольку у них всего лишь несколько руководящих центров: Совет муфтиев России (СМР), Центральное духовное управление мусульман (ЦДУМ) и Координационный центр мусульман Северного Кавказа (КЦМСК)1.

Однако законодательство в сфере религии в светском государстве должно быть одинаково применимо для всех конфессий.

В России зарегистрированы религиозные организации, которые в принципе не имеют какого-либо руководящего центра, а также имеющие центр за пределами Российской Федерации. Сходная проблема возникнет и в отношении конфессий «с высокой степенью рассеяния по территории страны»2 и относящихся к ним религиозных организаций. Чье разрешение в таких случаях необходимо будет получать религиозной организации?

1 Ислам — религия коренных мусульман: глава Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин

об уникальном положении мусульман России // Коммерсантъ. 2011. 18 февр. № 29.

2 Куницын И.А. Особенности и некоторые проблемы имущественных прав религиозных организаций // Право и жизнь. 2000. № 26.

В такой ситуации закон фактически обязывает религиозные организации создавать центры управления. Только это позволит им избежать трудности при получении имущества религиозного назначения. Но такую ситуацию можно рассматривать как нарушение конституционного принципа о свободе объединений (ч. 1 ст. 30 Конституции РФ).

Представляется, что различное решение этого вопроса для религиозных организаций разных конфессий также нельзя назвать допустимым для нашей страны, поскольку это будет нарушением ч. 2 ст. 14 Конституции РФ, предусматривающей равенство религиозных организаций перед законом.

И последнее. Получение имущества в собственность, а именно этот вариант будет основным, предусматривает в соответствии с гражданским законодательством возникновение многочисленных обязанностей собственника: содержание имущества, ремонт и реставрация, страхование, обеспечение защиты от пожара, охрана окружающей среды и т.д.

Вполне прогнозируемы ситуации, что религиозная организация-собственник будет не в состоянии выполнить эти обязанности. Как уже отмечалось, Федеральный закон установил исчерпывающий перечень мотивов отказа в передаче имущества религиозной организации. Слабое финансовое положение будущего собственника не может быть таким основанием. Религиозный центр, который давал согласие на получение имущества, никакой ответственности в данном вопросе не несет.

Вполне понятно, что государственные органы, осуществляющие надзор за памятниками культурного наследия, могут поднять вопрос о возврате имущества в государственную или муниципальную собственность. Однако от возбуждения такого вопроса до момента возврата может пройти достаточно много времени, вплоть до нескольких лет. В этот период памятник культуры будет продолжать разрушаться и в итоге может быть безвозвратно утрачен. Подобная ситуация, по нашему мнению, должна найти свое разрешение, но не в рамках Закона «О передаче.», а в законодательстве об объектах культурного наследия. Но рассмотрение этой темы на данном этапе в нашу задачу не входила.

Принятие Федерального закона «О передаче.» предусматривает принятие ряда постановлений Правительства России, позволяющих ему «заработать». Правительству поручено утверждение нового перечня документов, которые надо представить при подаче заявки; типового договора безвозмездного пользования имуществом (единого для всех уровней и форм публичной собственности); порядка передачи имущества, которое закреплено за государственными предприятиями, а также относящегося к жилищному фонду, и порядка создания комиссий по урегулированию разногласий.

Только выход соответствующих постановлений Правительства Российской Федерации завершит в основном формирование правовой основы для передачи религиозным организациям государственного или муниципального имущества религиозного назначения. Часть отмеченных недочетов может быть устранена на этапе подготовки таких нормативных актов.

Конечно, в рамках отдельной статьи невозможно рассмотреть все те изменения и нововведения, которые содержит Федеральный закон от 30 ноября 2010 г. № 321-Ф3 «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности». Тем не менее проведенный анализ позволяет сделать вывод о том, что если исправить отмеченные недостатки, принятие Закона в целом благотворно скажется на регулировании отношений по передаче имущества религиозного назначения религиозным организациям.

А.Е. Раздобудько*

СУЩЕСТВЕННЫЕ УСЛОВИЯ ДОГОВОРА ОБЕСПЕЧИТЕЛЬНОЙ УСТУПКИ ДЕНЕЖНОГО ТРЕБОВАНИЯ

Ключевые слова: договор обеспечительной уступки денежного требования, факторинг, обеспечительная уступка, финансовый агент, клиент, существенные условия договора, денежное требование.

A.E. Razdobudko. Important terms of precautionary concession of the monetary requirement contract

There is a problem of legal treatment of a special type of factoring — the precautionary concession of the monetary requirement contract, because the norm of precautionary concession is included in the chapter 43 Civil Code of Russian Federation (Financing of Concession of Monetary Requirement) and not in the chapter 23 Civil Code of Russian Federation (Maintenance of execution of obligations). The features of the legal relations regulation between the financial agent and the client under the said contract are absent in the Civil Code of Russian Federation. The indication in the norm paragraph 2, point 1, page 824 Civil Code of Russian Federation about the fact that the monetary requirement of the debtor could be inferiored to the financial agent aiming the guaranteeing of obligation to the agent does not solve the problems of legal treatment of the precautionary concession of the monetary requirement.

* Аспирант кафедры гражданского и семейного права Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина. [alexander.razdobudko@mail.ru]