Культурно-историческое значение дворянских усадеб XVIII - начала XX веков в судьбе Каменного острова

культурное наследие

УДК 930 ББК 71

н.Ю. трофимова, м.н. Цветаева

культурно-историческое значение дворянских усадеб xviii - начала хх веков в судьбе каменного острова

Дворянские усадьбы составляют многовековой фонд отечественной культуры, являясь важным элементом духовно-материального наследия. Рассматривается время расцвета дворянской усадьбы Каменного острова, связанное с возрождением национальной памяти, запечатленное в памятниках архитектуры, садово-парковом искусстве, в быте и досуге горожан. К сожалению, на современном этапе многие выдающиеся архитектурные ансамбли, в том числе усадьбы, приблизились к ветхому состоянию. Обращение к ушедшему в прошлое понятию «усадьба» свидетельствует о роли национального самосознания в системе ценностей человека. Актуальность темы связана с необходимостью целостного рассмотрения духовно-материального наследия усадебной культуры, содержащие в своей основе историко-социальные, архитектурно-художественные и природные образы, благодаря которым формируется островной характер городской среды. Культурное пространство острова наполнено страницами историко-художественной и мемориальной летописи, образами личностей, создавшими духовно-эстетические смыслы, выраженные в гармонии архитектурной среды, умелым использованием богатой палитры природного ландшафта.

Ключевые слова:

бал-маскарад, дворянская усадьба, Каменный остров, народные гуляния, садово-парковый ландшафт.

Трофимова Н.Ю., Цветаева М.Н. Культурно-историческое значение дворянских усадеб XVIII - начала XX веков в судьбе Каменного острова // Общество. Среда. Развитие. - 2019, № 2. - С. 25-32.

© Трофимова Наталья Юрьевна - магистр, Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург; e-mail: mtsvetaeva@rambler.ru

© Цветаева Марина Николаевна - доктор культурологии, профессор, Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург; e-mail: mtsvetaeva@rambler.ru

В культурно-историческом обозрении выделены наиболее яркие и значимые аспекты, формирующие портрет русской усадьбы. Выбранный ракурс позволяет прикоснуться к многогранным явлениям русской культуры и искусства: архитектуре и стилистическим особенностям (от классики до модерна), функциональному назначению зданий (дворцы, театры, особняки), затронуть имена зодчих и аристократические фамилии; обратиться к очарованию приусадебного ландшафта и восхититься изображенными в произведениях русских писателей парками и прудами, дубовыми и березовыми рощицами, цветниками, аллеями и оранжереями - дачным местом отдыха и проведения досуга высшей знати. Мир усадьбы открывает характерные черты русских традиций: на-

пример, гостеприимство, праздничные гуляния с фейерверками и театрализацией, связанные с императорской фамилией, а также именами известных дачников, круг которых украшали такие выдающиеся имена, как А.С. Пушкин, оперный певец Н.Н. Фигнер, художник Лев Бакст. Некоторые из перечисленных выше культурологических сегментов дают представление о своеобразии русского характера, воплощенного в многогранном образе усадьбы.

Понимание русской духовности и традиций русского быта трудно представить без связи с русским пейзажем и его архитектурной интерпретацией. Не случайно в произведениях культуры - архитектуре, живописи, литературе - звучит музы- ¡5 ка пейзажных композиций, воспевающая ц. гармонию и красоту русской природы. ^

«Архетип пейзажа - это рай, обоженная вселенная, сотворенная для человека. В древнерусской культуре, иконописи пейзаж зиждется на библейских сакральных символах - древо, храм, иконные горки, пустыня. Созерцание природы подобно молитве, приводящей к Создателю, а сама природа - книга Откровения, книга мудрости и познания, музыкально-гармонический ансамбль, созвучный душе; первый акт постижения гармонии, Премудрости, сотворившей Дом. Пейзаж <...> был отзвуком горнего мира - мира покоя, тишины, образом идеалов личности и общества» [21, с. 220].

Дворянская усадьба XVIII-XIX веков является воплощением русской культурной самобытности, своеобразным феноменом в истории России. Формирование понятия «русская усадьба» вырабатывалось столетиями и предстало перед современными исследователями в виде универсального сочетания бытовой и духовной сторон ее жителей - ежедневностью рутинных дел и домашним творчеством, спокойствием вечерних прогулок и веселыми праздниками. Подобная организация уклада семейной жизни и проведения досуга являлась естественной для состоятельной части русского общества, проявляющей интерес к патриархальности быта. Как справедливо отмечает Ю. Лотман, «Быт в символическом его ключе есть часть культуры... Быт - это не только жизнь вещей, это и обычаи, весь ритуал ежедневного поведения и строй жизни, который определяет распорядок дня, время различный занятий, характер труда и досуга» [11, с. 13,15]. В понятии «русская усадьба» заключается центр сосредоточения внутреннего мира человека, точка его присоединения к родной земле. Дни юности, проведенные в усадьбе, влияли на восприятие человеком окружающего мира, на его отношение к природе и людям, формировали в нем черты национального самосознания. Например, можно вспомнить Выру, усадебный дом Набоковых и Корфов в Батово, его значение в судьбе великого писателя. Он пишет в «Других берегах»: «Тоска по родине. Она впилась, эта тоска, в один небольшой уголок земли, и оторвать ее можно только с жизнью. Ныне, если воображаю колтун-ную траву Яйлы, или Уральское ущелье, или солончаки за Аральским морем, я остаюсь столь же холоден в патриотическом и ностальгическом смысле, как в отношении, скажем, полынной полосы Невады или рододендронов Голубых гор; но дайте мне, на любом материке лес, поле и воздух,

напоминающие Петербургскую губернию, и тогда душа вся перевертывается. Каково было бы в самом деле увидеть опять Выру и Рождествено, мне трудно представить себе, несмотря на большой опыт. Часто думаю: вот съезжу туда с подложным паспортом, под фамилией Никербокер...» [ 19, с. 5]. Мир дворянской усадьбы давал ощущение предопределенности бытия, постоянства временного цикла.

В эпоху правления Петра I зарождается практика дарения земельных наделов для приближенной знати и оформляется в виде «данных» на пожалование участков при Павле I [4, с. 150]. Для Петра I жизнь и работа были неразделимы, поэтому первоначально дворянство состояло из служилых людей, приезжавших в свое имение ненадолго. С приходом к власти Елизаветы Петровны, стремившейся разнообразить и усовершенствовать время досуга, срок службы был сокращен. Кроме того, пожалованные монархом земли требовали постоянного ухода, и в послепетровское время дворянство все больше времени начинает проводить в своем поместье. С появлением Манифеста «О вольности дворянской» от 18 февраля 1762 года [14, с. 11] дворяне освобождались от обязательной военной службы и получали возможность полностью посвятить свое время занятию хозяйством, обустройством родового гнезда. Усадьба наряду с храмом становилась неотъемлемой частью иерархического мира, макрокосмоса деревни, села, города. В зависимости от социального статуса и финансового положения владельца появлялись городские роскошные поместья и сельские мелкопоместные имения.

Усадебные дома Каменного острова

Создание новой столицы России -Санкт-Петербурга - осуществлялось в ходе приращения и освоения новых территорий, значительную часть которых занимали острова. Каменный и Елагин острова, находящиеся в области, образованной рукавами Невской дельты - Большой, Малой и Средней Невки, в петровское время были отданы во владение богатым и знатным фамилиям. Веками формировался историко-культурный потенциал островных территорий - осуществлялась постепенная планировка жилой и парковой зоны, определялся уклад усадебной жизни. С течением времени каждый из островов стал представлять собой единицу городского пространства как область объединения человеческого и природного взаимодействия. Самые первые строения Каменно-

го острова в период его владения графом А.П. Бестужевым-Рюминым сохранились на семи старинных гравюрах мастера графического городского пейзажа М.И. Маха-ева, отражающих начальный этап в освоении островной территории. Эти рисунки были выполнены в 1752-1757 гг. и гравированы в Академии наук [13, с. 33-34]. В дальнейшем строительство летнего дворца на месте прежних построек началось в 1776 году по проекту Ю.М. Фельтена, и было закончено уже Дж. Кваренги в 1782 году. Двухэтажный дворец в стиле классицизма являлся загородной императорской резиденцией, и включал в себя кроме самого дворца, дворцовый сад, оранжереи, гауптвахту, кухонный корпус. Каменно-островский дворец стал одной из первых доминант ландшафтно-архитектурного пространства острова. Архитектура дворцового ансамбля задавала направление в строительстве появившихся позже особняков высокопоставленных лиц.

Архитектура является одним из наиболее выразительных явлений русской усадебной культуры. Показателем привилегированности дворянского сословия стало строительство усадьбы. Первые усадьбы стали появляться на Каменном острове во второй половине XVIII века, в этот период отмечалось «много господских и купеческих деревянных по большей части видных загородных домов» [6, с. 153]. Среди дачников появились представители известных аристократических фамилий - Гагарины, Волконские, Голицыны, Мордвиновы. По воспоминаниям М.И. Пыляева, «В то старое, доброе время все здешние дачи <...> пленяли своею скромною поэтичною наружностью; путник видел готический вид, подле него голландский беленький домик с зелеными ставнями; там итальянскую стеклянную галерею, греческую колоннаду, китайскую пагоду или простую русскую избу с нехитрою резьбою» [17, с. 47]. На протяжении десятилетий владельцы островов сменялись, оставляя после себя архитектурное и ландшафтное наследие. По словам П.Н. Столпянского, «дачное строительство особенно усилилось в десятых годах XIX столетия, когда Александр I стал проводить лето в Каменноостровском дворце» [20, с. 11]. По архитектурному плану, каждая усадьба, воплощая замыслы владельца, отражала его характер и вкус. В этом им помогали видные архитекторы, выходцы из Императорской Академии художеств, такие как К.И. Росси, Р.Ф. Мель-цер, Ф.Ф. фон Постельс, С.Л. Шустов, В.И. Шене и др. [23, с. 416, 374, 381, 411]. В со-

ответствии с требованиями императора усадьба обязана была иметь роскошный вид. Александр I лично утверждал проекты будущих построек, а также контролировал переход права владения новому собственнику [16, с. 86]. Стремление дворянства перенять элементы дворцовой жизни привело к тому, что в чертах дворянских усадеб проявились архитектурные приемы императорских резиденций.

Придворная жизнь требовала от ее представителей служения и в департаментах, и на светских приемах. Время досуга заполнялось занятиями музыкой, созданием театральных постановок, увлечением литературой. Участие в светской жизни и появление норм этикета требовало освоения светских навыков. Развиваясь, дворянская культура впитывала черты европейской культуры, переходя от парадной театральности к традициям повседневности.

Дополнением к проведению досуга аристократической частью населения стал Каменноостровский театр, созданный по проекту С.Л. Шустова в 1827 г. Это один из немногих памятников деревянной архитектуры, уцелевших до наших дней. В течение летнего сезона здесь давались водевили, сцены из опер и балетов с участием лучших артистов императорских театров. «Каменноостровский театр радует <... > своим портиком, выделяющимся среди зелени деревьев, и всем своим храмоподоб-ным обликом, напоминающим постройки древних эллинов» [12, с. 15]. Представители аристократии создали на острове атмосферу, которая впоследствии определяла стиль острова, культуру летнего отдыха горожан. В результате остров приобрел черты города и в тоже время оставался живописным уголком загородной жизни.

С течением времени адреса меняли своих владельцев, дачные участки неоднократно перекупались, а возведенные на них здания перестраивались. Примером архитектурного преобразования от поздней классики до модерна может послужить усадьба графини М.Э. Клейнмихель. Первоначально участок рядом с Каменноостровс-ким театром был пожалован французскому актеру Э. Женьесу, который в 1834 г. начал строительство дачи по проекту архитектора А.И. Штакеншнейдера в стиле позднего классицизма. Спустя сорок лет участок переходит в распоряжение И.А. Верховцевой и на фундаменте пострадавшего от пожара здания возводится двухэтажный особняк. Последняя владелица дачи - графиня М.Э. Клейнмихель, по распоряжению которой в 1904 г. архитектор И.А. Претро пере-

о

3

ю О

страивает здание в соответствии с модным веяниями начала ХХ века [3, с. 152-154]. По окончании строительства появляется новый архитектурный облик - особняк в стиле модерн с элементами готики и кованой решеткой с монограммой хозяйки и растительными мотивами. В своих мемуарах графиня писала: «Моя, стоявшая на берегу Невы, окруженная красивым садом дача, была на виду у всех проходящих и гуляющих. Я жила словно в стеклянном доме» [9, с. 188].

Усадебному дому всегда старались придать торжественный и величественный вид. В духе эпохи здание украшалось портиком и колоннадой, куполообразной крышей с бельведером, на фронтоне размещался родовой герб или вензель. Интерьер дома владелец усадьбы устраивал по своему вкусу, не забывая о модных тенденциях. Убранство залов и гостиных усадебного дома должны были соответствовать принятому для своего времени стилю. В оформлении помещений использовали лепные потолки, карнизы, настенную живопись, наборный паркет на полу, выложенный плитками различных пород дерева. Анфилады комнат, располагаясь одна за другой, создавали ощущение бесконечности и, в тоже время, закольцованности пространства. Непременным элементом почти каждой барской усадьбы была библиотека со шкафами книг, бюро, секретерами. Дворянские усадьбы хранили в своих залах художественные ценности - гобелены, живопись, книги, гравюры, фарфор.

Объектом внимания многих публикаций своего времени становилась дача П.Г. Ольденбургского. Русский искусствовед барон Н.Н. Врангель так отзывался об этом здании: «В самом деле, круглый зал под куполом несказуемо хорош: скромен и торжественен одновременно. Это именно та «богатая простота», что так хорошо была понята художниками первой половины XIX века; это идеал загородного дома, соединяющего деревенскую уютность с изысканной роскошью. <...> Красного дерева мебелью, с бесконечным разнообразием мотивов «ложной готики» 30-х годов, уставлен весь дом» [5, с. 185].

К началу XIX века Каменный остров приобрел черты загородной территории и места отдыха высшей знати. Менялось время, изменялись архитектурные стили - наряду с классицизмом и эклектикой, появились особняки в стиле модерн и неоклассицизма. Некоторые из них носили черты русского терема. Так, особняк архитектора Р.Ф. Мельцера получил название в

народе «Дом-сказка» или «Баба-яга», дом архитектора Ф.Ф. фон Постельса называли «Золотая рыбка»; особняк М.С. Залштупи-на с асимметричными башенками и ажурной резьбой, ресторан «Бель-вю», дача П.С. Петровой также походили на сказочные терема. К сожалению, большинство из них не сохранилось.

Уцелевшие усадьбы Каменного острова в качестве архитектурного наследия предстают маяками, преодолевающими пелену забвения исторического прошлого. Различие во времени строительства каждого памятника архитектуры символизирует общность судьбы всего острова, видение его исторических срезов.

Садово-парковое усадебное искусство

Русскую усадьбу нельзя представить без собственного приусадебного парка, прудов, аллей и цветников. Природными компонентами в ходе строительства любой усадьбы выступали регулярные или пейзажные парки и сады. В петровскую эпоху связь России с западноевропейской культурой оказала влияние на создание регулярного парка на голландский или французский манер, в котором господствовали законы симметрии, геометрия садовых дорожек и парковых аллей. По мнению Д.С. Лихачева, «Регулярность сада мыслилась как отражение регулярности природы» [10, с. 249]. При этом в русском садово-парковом искусстве не были отвергнуты прежние композиционные приемы, принцип утилитарного использования растений сохранился и в XVIII веке. В боскетах регулярных парков сажали ягодные кустарники и плодовые деревья, а также разводили огороды, закрытые зелеными стенами стриженых деревьев [8, с. 29].

Сочетание стихий воздуха и воды, феерия земли и неба в световой драматургии Северной столицы придавали особое очарование и аромат ландшафтным ансамблям; во времена года подчеркивая графические или живописные особенности. Садово-парковые ансамбли усадебных территорий значительно украшали водные пространства, которых было достаточно в географическом расположении Санкт-Петербурга. Острова Невской дельты были часто затопляемы, поэтому сеть искусственных каналов с прудами имела не только эстетическую, но и практическую цель, направленную на осушение территорий. Рельеф Каменного острова позволял строить усадьбы с выходом на большой водный простор, что давало возможность наиболее ярко подчеркнуть выразительность при-

легавших к ним садовых территорий [8, с. 242]. С появлением многочисленных дачных построек, постепенно занимающих часть парковой территории, изменялось ландшафтное пространство Каменного острова. Задачей архитекторов становится способность органично вписать усадебный дом в природную среду острова таким образом, чтобы создать гармоничное единство проектируемого здания со стилистикой соседних комплексов и существующим садово-парковым пространством. Примером такого решения стал комплекс усадеб на набережной Малой Невки. Доминантную роль в панораме набережной играла дача П.Г. Ольденбургского, за которой следовали усадьба Званцовых-Смуровой, дача Бутурлина и дача Кусова-Леоновой.

Во второй половине XVIII века модным природным ландшафтом становится пейзажный парк. Смена регулярного плана на пейзажный не была столь резкой. В садово-парковом пространстве сохранялось сочетание пейзажного и регулярного ансамблей, а также использование старого разросшегося регулярного парка в качестве пейзажного. От умения садового мастера зависело состояние усадебного парка, водных систем и прудов, садовых дорожек. Садовники, сохраняя преемственность традиций, строили усадебные парки, исходя из особенностей северного климата России, используя отечественные породы деревьев, кустарников и цветов. Садово-парковые пространства усадьбы со временем стали украшаться павильонами, беседками, мостиками. Эти малые архитектурные формы соединялись извилистыми дорожками, посыпанными цветным песком или битым кирпичом. Творчество мастеров садово-паркового искусства придавало усадебным садам волшебное очарование, располагающее мыслительную деятельность человека к неспешному созерцанию природы и полноценному отдыху.

Одним из обязательных элементов богатых усадеб была оранжерея. Оранжереям придавали вид застекленных садовых павильонов, внутри которых наблюдалось сочетание пестроты цветов, яркости красок. Прозрачный павильон притягивал к себе внимание своей необыкновенной формой. Оранжерейное строение приобретало вид сказочного мира, маленького рая, в котором произрастали диковинные цветы и деревья, выращивались разного рода фрукты, цитрусовые и множество цветов на каждое время года. Хозяева усадьбы стремились иметь в своей оранжерее не только местные растения, но и эк-

зотические. Богатые русские дворяне могли себе позволить выращивать персики, абрикосы, ананасы, апельсины, виноград, померанцевые, лавровые деревья.

Для владельцев скромного поместья оранжерея была предметом своего увлечения и увеселения, выражением его собственных эстетических взглядов. В наиболее состоятельных усадьбах это были многофункциональные строения, которые наряду с выращиванием растений, могли использоваться для приемов; одновременно они представляли собой и стеклянные сады, и галереи, и залы, украшенные картинами и скульптурами. На территории Каменноостровского дворца в начале XIX века были построены Большие каменные оранжереи, составлявшие единый ансамбль дворцового комплекса. Жилой оранжерейный флигель был построен на участке дачи П.Г. Ольденбургского в конце XVIII века и перестроен в 1812-1814 гг. В эти годы, по словам Витязевой В.А., «жилому дому придавался вид оранжерей <...>. Оранжерейные домики использовались в летнее время и, вероятно, придавали дачному образу жизни особый оттенок» [3, с. 119]. Уже в начале следующего столетия в усадьбе Елисеева по 2-ой Березовой аллее под строительство системы оранжерей был отведен участок, окруженный каналами. В распоряжении семьи Елисеевых имелись виноградная, земляничная, пальмовая оранжереи. Оснащенные по последнему слову техники, эти стеклянные сооружения являлись также и выставочными залами, и рабочими помещениями [4, с. 283-284]. Неоднократно перестраивавшийся дом А.А. Половцова на рубеже XIX-ХХ веков кроме оранжереи содержал сохраненный от старых построек, застекленный от пола до потолка зимний сад с экзотическими растениями и коллекцией мраморной скульптуры [4, с. 229]. С середины XVIII века на соседнем Елагином острове существовали большие оранжерейные галереи при усадьбах А.П. Мель-гунова, Г.В. Орлова и Г.А. Потемкина.

Усадебная территория с разбитым на ней садом или парком мыслилась как единое родовое пространство, свой микромир, в котором сады являлись естественным продолжением дома. Образом целостной, гармоничной духовно-материальной среды воспринималось собственное поместье, которое передавалось из поколения в поколение. Оно воспевалось в произведениях русских писателей и поэтов. А.П. Чехов в рассказе «Дом с мезонином» так передает чувство своего героя: «Я прошел мимо бе-

лого дома с террасой и с мезонином, и передо мною неожиданно развернулся вид на барский двор и на широкий пруд с купальней, с толпой зеленых ив, с деревней на том берегу, с высокой узкой колокольней, на которой горел крест, отражая в себе заходившее солнце. На миг на меня повеяло очарованием чего-то родного, очень знакомого, будто я уже видел эту самую панораму когда-то в детстве» [22, с. 152].

Владельцы усадеб любили высаживать на своей территории небольшие дубовые и березовые рощицы. В этом проявлялась соборность характера русского человека, его стремление к объединению. Особенностью традиции русского садоводства являлись аллеи и дорожки, обсаженные деревьями -липами, дубами, кленами, березами. Таким образом, получались кленовые, березовые или дубовые аллеи. Неслучайно на Каменном острове до сих пор сохранились топонимические названия - 1-я Березовая аллея, 2-я Березовая аллея. Следует заметить, что на Каменном острове, кроме небольшой части Каменноостровского проспекта, нет привычных улиц и переулков, существует лишь разветвленная сеть аллей как напоминание о тех временах, когда остров был уютным местом загородной жизни, и каждая усадебная территория украшалась регулярным или пейзажным садом с аллеями и огибными дорожками. Создание садово-парковых ансамблей стало основой оформления пространства Каменного острова как неделимого места, целостной единицей города.

Особенности дворянского быта

Привлекательность русской усадьбы, одна из ее важных основ проявлялась в гостеприимстве и проведении праздников. Неотъемлемой частью усадьбы являлись флигели или небольшие гостевые домики, предназначенные для друзей, знакомых, родственников. Забота о гостях выражалась в хлебосольстве, длинных застольных беседах, атмосфере дружеского общения.

Стремление к гостеприимству подчеркивается в мемуарах бывшего офицера А.П. Беляева, проводившего дни своего отрочества в 1815-1817 годах на даче В.В. Долгорукова: «Нас на каникулы обыкновенно брали Долгоруковы, и это время, проведенное у них на дачах, было самым очаровательным временем. По приезде нашем в Петербург первое лето мы жили на даче князя, на Каменном острове, на Малой Невке, прямо против большого подводного камня, от которого, я думаю, ос-

тров получил свое название. В доме князя по временам жил студент, князь Барятинский, родственник князя. Мы с сестрой помещались в мезонине с большим балконом, над самой рекой. По вечерам обыкновенно гуляли по чудным аллеям Каменного острова или в саду на берегу реки» [2, с. 56].

Князь В.В. Долгоруков был одним из классических представителей дворянского сословия. Начав свою карьеру со службы в Семеновском полку, отличившись в военных сражениях во времена царствования Александра I, впоследствии оставляет военную службу и переходит в придворное ведомство. О причинах отставки В.В. Долгорукова А.П. Беляев пишет следующее: «Когда князь, по возвращении из похода, сделал предложение княгине Гагариной, то она, не отказывая ему, однако ж, объявила, что за военного решилась не выходить. Что было делать? ... любовь превозмогла: он вышел в отставку и женился» [2, с. 44]. Одна из черт русского дворянства - быть верным своему слову.

Имея дачные участки на Каменном острове в начале XIX века, семья Долгоруковых часто принимала у себя в усадьбе родственников и знакомых. Находясь на даче князя и наблюдая за жизнью высшей знати, А.П. Беляев описал свои впечатления в мемуарах: «На разных дачах по ночам зажигали великолепные фейерверки, и играла музыка. В светлые ночи очень часто проплывали по Неве большие катера с песенниками и музыкантами. Особенно хороша была роговая музыка Дмитрия Львовича Нарышкина, которая часто спускалась по течению реки Невы, оглашая окрестности чудной гармонией» [2, с. 56].

Народные гуляния в Петербурге традиционно проводились на площадях, набережных Невы, Каменном и Елагином островах в соответствии с православным церковным календарем (святочные и масленичные гуляния, пасхальные праздники т.д.), а также в честь особ императорского дома. В период проведения народных гуляний появлялись качели, карусели, катальные горы, балаганные выступления кукольников и фокусников. В петербургских гуляниях были представлены не только русские традиции. Иностранцы составляли значительную часть жителей Петербурга, в связи с чем, культура народных гуляний в столице сформировалась под влиянием европейских традиций. На Каменном острове существовали французский и немецкий трактиры, предлагающие жителям и гостям острова лотереи. Каждая лотерея сопровождалась балом «в масках и без оных»

и изумительными по красоте фейерверками и иллюминацией. Традиции проведения подобных лотерей на Каменном острове были заложены неким трактирщиком Гротти в 1777-1778 гг. Как писал П. Стол-пянский: «Надо полагать, что петербуржцы оставались довольны этими летними развлечениями» [20, с. 9, 11].

Наиболее известной домовладелицей на Каменном острове была графиня М.Э. Клейнмихель, о балах-маскарадах которой говорил весь город. Великосветский Петербург собирался по вечерам в ее салоне на Каменноостровской даче. Одним из примеров бала-маскарада у графини М.Э. Клейнмихель может послужить история проведения масленицы в 1914 г. Темой была выбрана сказка «Тысяча и одна ночь», дизайнерское решение салона выполнял Лев Бакст, а украшением бала стали роскошные восточные костюмы участников. По воспоминаниям графини: «Известная своим умением танцевать графиня Марианна Зарнекау, дочь графини Палей, исполнила египетский танец с морским офицером Владимиром Лазаревым. Баронесса Врангель, урожденная Гуэн, ее подруга и Охотнико-ва, сестра красивой графини Игнатьевой, ныне супруги генерала Половцова, танцевали имевший огромный успех венгерский танец. Князь Константин Багратион, зять великого князя Константина Константиновича, исполнил кавказские танцы, а княжна Кочубей и брат ее Виктор, граф Мусин-Пушкин и Григорий Шебеко, сын нашего посла в Вене, танцевали малороссийскую кадриль. Наконец великая княгиня Виктория Федоровна, супруга вел.князя Кирилла Владимировича вместе с вел. князем Борисом Владимировичем стали во главе восточной кадрили» [9, с. 191-192].

Новые традиции островной культуры задавались не только состоятельными дачниками, но и первыми лицами государства. Свои летние дни Александр I проводил на Каменном острове в сопровождении придворной яхты «Церера», на которой в чине младшего офицера служил А.П. Беляев. «Лето на яхтах было самым приятным временем для офицеров, особенно на Каменном острове. Вечером на фрегате играла музыка при заре, которая всегда производилась с церемонией, потом спускали флаг и брам-реи, затем барабаны били молитву, затем дробь - и конец церемонии» [2, с. 67]. В традиции острова входит посещение дачниками и гостями морского фрегата, где офицеры, находясь в роли «экскурсоводов», рассказывали и объясняли значение корабельных предметов.

В эпоху правления Николая I на островах устраивались торжества по случаю дня рождения императора. В этот день «все лодки, катера, ялботы в движении; берег Елагина острова унизан ими; по аллеям Каменного острова спешат ряды богатых экипажей...» [7, -с. 577]. Подобные празднества собирали огромную толпу, которая состояла преимущественно из состоятельных горожан. На берегах Елагина острова свой полковой праздник - день святых Захария и Елизаветы - отмечали кавалергарды; на празднике присутствовали представители царствующей фамилии [1, с. 75]. Одним из популярных мест для прогулок считалась стрелка Елагина острова, называемая «пуантом», откуда респектабельное общество любовалась летними закатами [15, с. 31].

Появившаяся на островах в XVIII веке придворная аристократия привнесла с собой элементы столичной дворянской культуры. Наряду с устоявшимися в высшем обществе правилами поведения географические пространства островов повлияли на создание местных традиций. Каменный остров традиционно привлекал к себе людей творческих, представителей культуры. В первой половине XIX века на даче статской советницы Доливо-Добровольской два летних сезона провел А.С. Пушкин вместе с семьей. Здесь он работает над номером журнала «Современник», пишет цикл стихов под названием «Библейский», куда вошло известное стихотворение «Я памятник себе воздвиг нерукотворный ...» [3, с. 162-165]. На Каменном острове рождается младшая дочь Пушкина, крещенная здесь же в каменностровской церкви Рождества Святого Иоанна Предтечи. В 1908 г. здесь жил русский оперный певец Н.Н. Фигнер со своей семьей. В своем особняке он занимался с начинающим актерами. Одну из усадеб в 1901 г. покупает артистка императорских театров Е.П. Леонова.

С течением времени изменялась усадебная жизнь. В конце XIX века новая система землепользования - аренда - сменила практику пожалования участков родовой аристократии. Многие усадьбы и прилегающие к ним земли владельцы начали сдавать в аренду под дачи. Некоторые направления деятельности усадебных хозяйств приобретали характер доходной статьи. В частности, доходы от цветочных оранжерей позволяли содержать усадьбу. Процесс демократизации общества, отмена крепостного права повлияли на образование «внесословного высшего света» [18, с. 5]. На рубеже XIX-ХХ веков среди вла-

дельцев каменноостровских дач появилась творческая и научная интеллигенция, успешные предприниматели, которыми становились представители дворянских фамилий.

Из-за изменившихся экономических условий к началу ХХ века Каменный остров объединял людей разного рода деятельности и общественного положения. Из числа потомственных дворян вышли инженеры, врачи, предприниматели. В единстве дачной жизни острова наметились различия бытового характера, новые дачники придавали динамичность устоявшимся традициям. Несмотря на разность интересов, владельцы дач часто стремились сохранить старые или гармонично вписать новые архитектурные ансамбли в единство садово-парковой среды острова. Благодаря им течение времени не нарушало единого облика острова, он всегда оставался целостным образованием, не потерявшим ни одной из своих составляющих: архитектурной, природной, культурной.

Исследование историко-культурного пласта, рассмотренного в настоящей статье, позволяет сделать вывод о том, что

культурное наследие обладает источниками обширной тематической направленности: мемориальных текстов, архитектурных стилей, архетипов дворянской культуры, праздничной культуры, фамилий домовладельцев и архитекторов, сложения архитектурно-ландшафтного образа. Усадьбы Каменного острова это часть истории, подлинное архитектурное наследие, с которыми связана жизнь знатных аристократических фамилий, творческая деятельность представителей культуры, таких, например, как А.С. Пушкин, Н.Н. Фигнер. Совокупность всех элементов дает возможность говорить о сформированном гармоничном культурном и архитектурно-художественном пространстве островов, области человеческого и природного взаимодействия. В конечном итоге культура памяти, запечатленная в архитектурно-парковых ансамблях, отражает не только материально-технический и культурно-эстетический уровень прошедшего, но и экологическое мышление, взаимодействие потомков с предками, способность воспринимать и передать национальные коды, духовно-нравственные смыслы культуры.

о

3

ю О

Список литературы:

[1] Антонов Б.И. Императорская гвардия в Санкт-Петербурге. - СПб.: Фирма «Глагол», 2001. - 288 с.

[2] Беляев А.П. Воспоминания декабриста о пережитом и перечувствованном / Предисл. Ю.Е. Кондакова; перепеч. с изд. 1882 года с испр. - СПб.: Русская симфония, 2009. - 464 с.

[3] Витязева В.А. «Каменный остров. - Л.: Лениздат, 1991. - 270 с.

[4] Витязева В.А. Каменный остров. Историко-архитектурный очерк XVIII-XXI вв. - М.: Центрполи-граф, 2007. - 362 с.

[5] Врангель Н.Н. Последняя старая дача на Каменном острове // Старые годы. - 1910. - С. 182-185.

[6] Георги И.И. Описание российско-императорскаго столичнаго города Санктпетербурга и достопамятностей в окрестностях онаго. [Ч. 1]. - Санктпетербург, 1794. - 272 с.

[7] Городской вестник // Северная пчела. - 1845, № 145. - С. 577-580.

[8] Дубяго Т.Б. Русские регулярные сады и парки. - Л.: Госстройиздат. Ленингр. отд., 1963. - 341 с.

[9] Клейнмихель М.Э. Изъ потонувшаго мiра. (Мемуары). - Берлин: Глагол, 1923. - 304 с.

[10] Лихачев Д.С. Об одном из малоизученных аспектов художественной культуры» [Сборник статей] / Акад. наук СССР. Художественное творчество. - Л.: Наука, 1982. - 287 с.

[11] Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (XVIII - начало XIX века). - СПб.: Искусство-СПб, 1994. - 758 с.

[12] Лукомский Г.К. «Старинные театры Санкт-Петербурга» // Столица и усадьба. - 1914, № 59. - С. 13-15.

[13] Малиновский К.В. «Видописец» Петербурга // Ленинградская панорама. - 1984, № 12. - С. 31-34.

[14] Охлябин С.Д. Повседневная жизнь русской усадьбы XIX века. - М.: Молодая гвардия, 2006. - 347 с.

[15] Петербург с окрестностями / Сост. Ф. Раевский. - Санкт-Петербург: М.В. Попов: ценз.,1902. - 330 с.

[16] Путеводитель по Петербургу. Описание С.-Петербурга и его достопримечательностей / Под ред. Р.С. Попова. - Санкт-Петербург: кн. маг. А.Ф. Цинзерлинга, 1886. - 382 с.

[17] Пыляев М.И. Забытое прошлое окрестностей Петербурга. - СПб.: «Паритет», 2002. - 528 с.

[18] Савинова Е.Н. Сельские усадьбы московских предпринимателей (конец XIX - начало XX в.) / Авто-реф. дис. ... канд. ист. н. - М., 2005.- 25 с.

[19] Семочкин А.А. Тень русской ветки. Набоковская Выра. - СПб.: Лига Плюс, 1999. - 127 с.

[20] Столпянский П.Н. Каменный остров // Столица и усадьба. - 1914, № 14-15. - С. 6-12.

[21] Цветаева М.Н. «Христианский взгляд на русское искусство: от иконы до авангарда». - СПб.: Издательство РХГА, 2012. - 304 с.

[22] Чехов А.П. Повести и рассказы. - М.: Сов. Россия, 1984. - 240 с.

[23] Юбилейный справочник Императорской Академии художеств. [2: Часть биографическая]. - 17641914. - [4], VI, 454, [5] с.