К истории петрогеохимических исследований супракрустальных толщ докембрия в карелокольском регионе

УДК 551.72

К ИСТОРИИ ПЕТРОГЕОХИМИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

СУПРАКРУСТАЛЬНЫХ ТОЛЩ ДОКЕМБРИЯ В КАРЕЛО-КОЛЬСКОМ РЕГИОНЕ

А.А. Предовский

Г еологический институт КНЦ РАН

Аннотация

Статья содержит краткий исторический обзор геолого-петрогеохимических исследований

супракрустальных комплексов Карело-Кольского региона в формационном аспекте.

Предположительно прогнозируются возможные направления будущих работ.

Ключевые слова:

петрогеохимические исследования, супракрустальные комплексы докембрия,

геологическая история.

«Но есть в сердце Земли иное, неизмеримое могущество...»М.В. Ломоносов, 1763 г.

Это началось в Карелии в 1961 г., когда я, молодой, но уже «оперившийся» геолог вернулся из почти 5-летней загранкомандировки в Китайскую народную республику (после окончания аспирантуры в Ленинградском госуниверситете на кафедре месторождений радиоактивных элементов). В КНР мы все быстро росли профессионально в связи с напряженностью и ответственностью работы. Я и моя молодая советская команда были не советниками, а вместе с китайскими коллегами прямыми исполнителями на территории бассейна р. Хуанхэ (это четверть территории КНР, т.е. около 2.5 млн кв. км). В этом объединении я был главным геологом, готовившим попутно китайского напарника, а в последний год участвовал в организации учебного отделения в Пекинском геологическом институте, где для будущих преподавателей читал свой курс лекций «Основы металлогении урана», изданный институтом в 1960 г. на китайском языке. И это была моя первая и единственная публикация в связи со спецификой работы, в которой публикации вообще не практиковались.

Понятно, что из-за имевшихся сложностей научного общения по возвращении я, несмотря на заманчивые предложения в Мингео СССР, пошел (по приглашению Н.Г. Судовикова) в родной Ленинградский госуниверситет на должность ассистента (а позже - доцента) и читал два профилирующих курса на кафедре по геологии и поискам месторождений всё тех же элементов.

Вот тогда и родилась как дополнение к учебным планам идея комплексного геолого-петрогеохимического изучения метаморфических толщ докембрия (прежде всего как супракрустальных образований) с надеждой на разрешение вечно модного вопроса о возможных источниках рудного вещества эндогенных месторождений. Идея была поддержана такими исследователями, как Н.Г. Судовиков, Л.Я. Харитонов, Н.М. Синицын, В.И. Лебедев, а также производственными организациями Северо-западного территориального геологического управления (СЗТГУ). С этой стороны мы (позволю себе далее писать везде «мы», чтобы избежать портящего текст «якания») с особой благодарностью вспоминаем Меера Соломоновича Зискинда, изначально идейно и мощно, в том числе и финансами, поддержавшего нас на первых этапах работы. Он был начальником Комплексной тематической экспедиции СЗТГУ. Здесь самое время подчеркнуть, что хотя на первых порах развития рассматриваемого направления исследований мы не ссылались на источники формационного плана, да и не осознавали в должной мере того, что по существу мы работали в рамках формационного подхода Н.С. Шатского, мы с самого начала видели необходимость максимального привлечения количественных характеристик пород и процессов породообразования для повышения достоверности и информативности конечных выводов, что выразилось в применении массового опробования и использовании в разных аспектах петрогеохимических методов и является актуальным для современного развития формационного подхода. Обоснование сказанному можно видеть в одной из новых публикаций [1].

В качестве первой области для постановки региональных петрогеохимических исследований метаморфических комплексов докембрия было избрано Северное Приладожье, с одной стороны,

достаточно хорошо изученное отечественными и зарубежными исследователями, а с другой стороны, отличавшееся спорами и противоречиями между многими из них. Наша работа проходила в 1961-1964 гг. Мы в северном Приладожье - это автор данной статьи, а также В.П. Петров и О.А. Беляев, аспиранты Н.Г. Судовикова. Периодически в полевых работах принимали участие О.Л. Сняткова, А.С. Сергеев, Г.А. Митенков, В.А. Безукладнов, Н.А. Каримув.

Как и в других районах, изучавшихся в последующие годы, наша работа в Северном Приладожье вначале заключалась в рекогносцировках и в выборе наиболее достоверной модели строения и истории развития территории, а при необходимости и в дополнительных маршрутных и картировочных исследованиях. Подробнее содержание начального и других этапов рассмотрено в специальных «Методических указаниях» [2]. В ходе начального этапа мы однозначно убедились в том, что наиболее достоверной для Северного Приладожья является геологическая модель замечательного геолога-съёмщика Л.Н. Потрубович, в принципе принявшей схему финских геологов, по которой Северное Приладожье - раннепротерозойская подвижная область, переходная к свекофеннидам, в связи с чем многие осадочные и вулканогенно-осадочные толщи в её пределах есть стратиграфические аналоги сариолия, ятулия и калевия Карелии, но дислоцированные и метаморфизованные в условиях более интенсивного регионального метаморфизма. Последнее, т.е. метаморфизм, рядом грозных отечественных оппонентов Л.Н. Потрубович принималось за критерий возраста, а гнейсовые толщи Приладожья - за архей.

Наши работы и работы других исследователей подтвердили правоту Л.Н. Потрубович. Итоги по Сев. Приладожью изложены в монографии [3], которая содержит выводы об условиях седиментогенеза и вулканизма раннего протерозоя и обобщенные данные по петрогеохимии и метаморфизму пород. Можно вспомнить, что уже для Сев. Приладожья мы пытались разобраться и в первичной природе метаморфитов, что делалось нами в подобных случаях и позже на основе более совершенных методов, о чем говорится ниже.

Совершенно необходимо назвать имя исследователя докембрия Балтийского щита Ахти Симонена [4], впервые применившего петрохимический подход для разделения пород свекофеннид Финляндии на первично осадочные и вулканические. Составленная им диаграмма обладала низким разрешением из-за использования магматических параметров П. Ниггла, но это был пионерский шаг. Нам привелось позже познакомиться с ним на одном из международных совещаний по докембрию. Он оказался симпатичным дедом, высоко ценившим армянский коньяк, что нужно отметить в силу исторической правды. Второй областью региональных петрогеохимических исследований (в пределах Кольского региона) стал Печенгский синклинорий, 1965-1970 гг. Основные исполнители -А.А. Предовский, Ж.А. Федотов, А.М. Ахмедов. В ходе полевых и камеральных работ на отдельных этапах принимали участие А.С. Воинов, А.А. Жангуров, Ю.И. Ильин. Геологической и стратиграфической основой для нас была капитальная работа [5], а также фондовые материалы Печенгской геолого-разведочная партии. В ходе исследования уточнялись принципы планирования и отбора петрогеохимических проб [2].

Итоги изучения печенгского комплекса изложены в ряде статей и в монографии [6]. Был исследован состав метаосадков и метавулканитов, выявлены важные тенденции: эволюции седиментогенеза и вулканизма, охарактеризована классификация метаосадков и метавулканитов по их первичному, дометаморфическому составу и распределение рудогенных элементов. Одним из самых интересных результатов петрогеохимического изучения печенгского синклинория, о чем многие уже забыли, было выявление в супракрустальном комплексе огромного суммарного объема пикритовых метатуфов, метатуфобрекчий и туфогенно-осадочных пород, прямо связанных с пикритовым вулканизмом. Оказалось, что пикритовые продукты присутствуют во всём разрезе печенгского супракрустального комплекса и эволюционируют в направлении повышения меланократовости и щелочности. Стало ясно, что супракрустальные пикритовые породы и никеленосные интрузивы Печенги образуют единую вулкано-плутоническую ассоциацию. Это впервые обсуждалось нами в специальной статье [7]. Прямой причиной появления этой принципиально важной для Печенги новости было последовательно выдержанное применение принципа непрерывности опробования супракрустального разреза. Необходимо пояснить, что невнимание предшественников к пикритовым туфобрекчиям в разрезах связано с тем, что в обнажениях это обычно самые «некрасивые» породы, что обусловлено высокой эксплозивностью процесса и часто подводным характером их накопления.

Особенности петрогеохимии пикритовых метавулканитов уже тогда привели нас к важному выводу о разной глубинности очагов магмообразования для метабазальтов и метапикритов Печенги, что и подтверждается новыми исследованиями Ж.А. Федотова, показавшего, что возможная глубина родоначальных пикритовых очагов Печенги составляет около 400 км.

Вероятно, стоит отдельно упомянуть об одном существенном шаге в развитии рассматриваемого направления. Это изучение возможностей распознавания или реконструкции первичной природы региональных метаморфитов. В свое время появилась серия работ различных авторов на эту тему, но мы здесь говорим о развитии петрогеохимических исследований в Геологическом институте КНЦ РАН. Впервые систематическое исследование на названную тему появилось в 1970 г. [8]. На титуле указано, что это издание Кольского филиала АН СССР, но поскольку исторический характер настоящей статьи требует писать правду, сообщаю читателю, что из-за административно-научных сложностей работа была издана на собственные деньги автора и не в издательстве КФАН СССР, а в типографии газеты «Кировский рабочий», где к автору, хотя и человеку с улицы, отнеслись доброжелательно, по-рабочему.

Позже разработка способов распознавания первичной природы метаморфитов продолжалась и привела к появлению более глубокого обоснования проблемы и методов ее решения, в чем автор получал поддержку и помощь со стороны коллег, как близких (Е.В. Мартынова, О.А. Беляева), так и весьма высокопоставленных, первым из которых был акад. А.В. Сидоренко, при его поддержке в 1980 г. в рамках проекта 91 «Металлогения докембрия» Международной программы геологической корреляции вышла работа «Реконструкция условий седиментогенеза и вулканизма раннего докембрия» [9]. Упомянутые монографии [8, 9], а также ряд статей на ту же тему составили основу докторской диссертации, в которой проблема реконструкции первичного состава региональных метаморфитов и первичных условий их формирования была рассмотрена по возможности полно [10].

В 1970-1980-е гг. названной проблеме уделялось значительное внимание в геологической литературе как в СССР, так и за рубежом. И разработки автора настоящей статьи получили распространение и использовались при геологическом картировании и решении специальных задач. Это было связано с простотой предлагаемых методов и их хорошей разрешающей способностью. Уместно определить причину этого. Дело в том, что к настоящему времени, благодаря большому объему накопленных прямых фактических данных, можно утверждать, что региональный метаморфизм как процесс, связанный главным образом с определенным этапом развития крупных подвижных поясов, именуемых в классической континентальной геологии геосинклинальными системами, вызывается опережающей волной мощного водородного теплоносителя на стадии общей инверсии [1], в связи с чем супракрустальные толщи подвижных поясов подвергаются перекристаллизации, пластическому течению и появлению новых минеральных фаз, но сохраняют главные черты исходного химического состава. Это и обеспечивает простоту и надежность подхода к распознаванию первичной природы региональных метаморфитов способами их сопоставления с неметаморфизованными аналогами и гомологами.

Для преодоления существующих разногласий по поводу «изохимичности» регионального метаморфизма, по-видимому, крайне необходимо более четко сформулировать понятия о метаморфизме, а вернее о региональном метаморфизме и метасоматизме. Во многих современных публикациях даже серьезных авторов они смешиваются. Но граница обсуждаемых понятий существует как раз на уровне определения «изохимичности» рассматриваемых процессов. Если процесс преобразования пород (или система преобразования) открыт для воды, углекислоты и некоторых малых компонентов, но закрыт для всех остальных породообразующих, то это вариант регионального метаморфизма, а если открыт, то это метасоматизм. Решение о применении такого подхода исключительно важно для ряда вопросов формационного анализа и минерагенических представлений. Например, Ю.Н. Половинкина давно показала, что метаморфических формаций не существует. Автор настоящей статьи глубоко убежден в том же по причинам, изложенным выше. Дело в том, что региональный метаморфизм не создает нового вещества метаморфических толщ, а преобразует его на фазовом (минеральном) уровне. Поэтому корректно говорить не о метаморфических формациях, а о метаморфизованных геологических формациях. Но и сегодня пишутся и публикуются работы о метаморфических формациях, что обедняет наше общее геологическое знание в области взаимодействия геосистем.

После геолого-петрогеохимического исследования раннепротерозойского Печенгского комплекса подобные работы были осуществлены как сотрудниками нашей лаборатории литологии и геохимии метаморфических комплексов, так и совместно с другими лабораториями Геологического института и даже с геологами производственных организаций. В числе таких районов - Имандра-Варзугская зона карелид (совместная работа с группой В.Г. Загородного, 1975-1979 гг., итоги отражены в коллективной монографии [11], и в ряде др. статей); позднеархейская зона Колмозеро-Воронья и отчасти кейвский блок (под рук. А.П. Белолипецкого 1975-1980 гг. [12]), юго-восточная часть раннепротерозойского Куоло-Выгозёрского пояса (под рук. В.А. Мележика [13-15]), гранулитовый архейско-протерозойский пояс (под рук. Н.Е. Козлова [16]).

Общие итоги первого, начального этапа исследований по рассматриваемому направлению были подведены в монографии А.А. Предовского и др. «Вулканизм и седиментогенез докембрия северо-востока Балтийского щита» [14]. В работе, кроме обобщенных петрогеохимических характеристик исследованных комплексов докембрия, содержатся выводы о закономерностях их развития, эволюции седиментогенеза и вулканизма и базирующиеся на большом фактическом материале представления о периодизации и корреляции геологических событий и металлогенических перспективах метаморфических комплексов докембрия региона. У данной публикации, сохраняющей в определенной мере свое значение в области теоретических и минерагенических перспектив и содержащей результаты почти 20-летней работы большой группы исследователей Геологического института КНЦ РАН, есть свои драматические моменты в истории создания и издания, но они не умещаются в рамки краткого исторического очерка.

Наши общие усилия не прошли даром в еще одном направлении. В результате полевых и камеральных работ по многим районам Кольского региона сформировался базовый банк петрогеохимических данных, получивший в память о первом геохимике региона А.Е. Ферсмане название «Тиетта». Сейчас (усилиями Е.В. Мартынова) он реорганизуется и возрождается, поддерживаемый вновь возникшими возможностями информационного обеспечения и обмена.

Поскольку исследования, весьма кратко охарактеризованные в данном очерке, продолжаются, имеет смысл обозначить их место в развитии формационного анализа супракрустальных толщ и не только применительно к докембрию, но и к геологической истории Земли в целом.

Сейчас наблюдается некоторое снижение интереса к формационному анализу в геологии, причем это происходит на фоне явно наметившегося в геологических науках перехода от классического этапа к постклассическому. В более развитых и точных науках (например, в физике) он уже произошел, и философы анализируют принципиальные различия классического и постклассического состояния наук. Попробуем схематически обозначить подобные различия для формационного анализа супракрустальных толщ, сохраняя доброжелательное отношение к предшественникам, к которым в данном случае относится Н.С. Шатский, сформулировавший базовые понятия и представления о геологических формациях и их ассоциациях (вертикальных и горизонтальных рядах). Главным в его подходе было то, что сами формации есть парагенетические совокупности горных пород (т.е. генетически неродственных), имеющих общую пространственновременную привязку. Иначе это геоисторические совокупности пород, имеющих в общем случае различное происхождение, отражающие особенности остановок и режимов на определенных этапах развития крупных структурных ансамблей.

Подходя к супракрустальным толщам с этой точки зрения, мы можем сказать, что вся геологическая история Земли, начавшаяся после возникновения сиалической протокоры (немногим менее 4 млрд лет назад), так или иначе достаточно полно записана в стратисфере Земли, составляющей большую часть земной коры. Низы стратисферы ложатся на сиалическую протокору, которая является догеологическим образованием (доархейского или хадейского времени), т.е. фундаментом стратисферы. Сиалическая протокора ограничена снизу поверхностью Конрада, о чем давно писали геофизики, а далее внизу, вероятнее всего, необходимо выделять переходную зону кора - мантия, в которой располагается фазовая граница Мохо (не геоисторическая, а физическая, которая может смещаться, дробиться и даже исчезать на участках тектонической активизации, что можно видеть на многих глубинных геофизических профилях). Переходная зона кора - мантия, что заявлено в ряде геофизических публикаций, может иметь мощность до многих километров.

Совокупность супракрустальных толщ стратисферы от древнейших до современных и есть главная книга геологической истории Земли. Подчеркнем - главная и единственная, поскольку

породившие ее глубинные зоны Земли с тех пор эволюционировали, а следы былого остались в слоях стратисферы.

В нижних частях стратисферы супракрустальные толщи многократно подвергались деформациям и метаморфизму разных фаций и степеней, в связи с чем выделение формационных единиц (формаций) часто, в принципе, невозможно. Поэтому и для всей стратисферы при общем анализе минимальной единицей следует принять вертикальный ряд формаций, если нужен геоисторический аспект. Этот принцип автоматически распространяется на весь разрез стратисферы из-за необходимости достоверных результатов геоисторических сопоставлений. Отметим, например, что общее количество вертикальных формационных рядов для коры Кольского региона и его шельфового обрамления составляет около 15. Такой учет условий и данных по докембрию неизбежен, т.к. докембрий составляет не менее 6/7 общего геологического времени.

По причине всего изложенного вскрытие информации о геологической истории Земли, записанной в составе супракрустальных и сопровождающих плутонических пород стратисферы,- одна из важнейших задач геологической науки. И путь ее решения - формационный анализ. Но не классический, который был нацелен на узнавание априорно выделенных региональных и континентальных структур и режимов их формирования, а постклассический, построенный на множественных количественных показателях и нацеленный не на узнавание известного, а на открытие новых эмпирических закономерностей и факторов образования, развития и эволюции структурных ансамблей и формационных совокупностей экзогенных и эндогенных пород и сопровождающих их минерагенических проявлений.

В наше время нередко говорят и пишут, что «формационный анализ устарел, а ... мы будем изучать структурно-вещественные комплексы. ». За этим ясно видна попытка «перевесить вывески» и под шум «революционных перемен» присвоить важную российскую по крови идею формационного подхода в геологии. В настоящей публикации автор пытался показать, что петрогеохимические исследования в Геологическом институте КНЦ РАН уже давно были направлены не только на преемственность, но и на активное совершенствование отечественного формационного подхода к изучению супракрустальных толщ докембрия и фанерозоя для превращения его в эффективный инструмент выявления новых эмпирических закономерностей структуро- и породообразования, а также минерагенического анализа и прогноза, в частности, открывая путь математическому моделированию геологических объектов, процессов и тенденций их эволюции.

Завершая краткий и, конечно, не претендующий на полноту обзор развития в Кольском регионе петрогеохимических исследований супракрустальных толщ докембрия, хочется осторожно и в предположительной форме заглянуть вперед и представить себе, какие могут возникнуть в будущем обобщения при продолжении подобных работ в формационном плане и применительно не только к докембрию, но и фанерозою. Добавим, что это должно быть сделано исключительно на основе эмпирических обобщений, т.е. на фактической основе. Сейчас эти намётки только пунктирно проявляются в огромной мировой базе опубликованных материалов, не только петрогеохимических, но и геофизических, геоисторических, палеотектонических и общегеологических. Представим себе эти моменты как предложения для размышлений и поисков в виде хотя бы нескольких пунктов, но написанных в решительной форме:

• геологическая история Земли, записанная в стратисфере, в основном заключается в истории «строительства» континентов. Это «строительство» обеспечивалось периодическим радиальным транспортом из мантии в протокору и на поверхность магмы базальтового состава, продукты которой вовлекались в кругооборот эндогенных и экзогенных преобразований и наращивали кору преимущественно в зонах максимально интенсивного радиального транспорта базальтов, где и сформировались постепенно протократоны, а затем и их группы, образовавшие континентальные массивы. Начальные стадии формирования коры континентов запечатлены в составе и строении щитовых структур континентов. Последние, по мнению ряда авторов, являются не просто выступами древнего фундамента, а древнейшими ядрами континентов, что делает их весьма ценными объектами формационного геолого-петрогеохимического изучения;

• процессы зарождения и роста континентов определялись и управлялись рядом космических факторов, прежде всего нарушениями режима вращения Земли в системе Луна-Земля, а также высокой изначальной неоднородностью строения Земли, описываемой концепцией ее гетерогенной полихронной аккреции.

Отмеченные факторы определили неравномерность распределения на Земле континентальных масс, постоянство их размещения относительно мантии в целом и постепенное развитие (синхронно с континентами) глобальной системы долгоживущих глубинных линеаментных зон повышенной неоднородности (разломных структур высшего порядка), которые и являются каналами транспорта глубинных теплоносителей в верхнюю мантию, кору и атмосферу (что нередко обозначается как «дегазация Земли»). Долгоживущие глубинные линеаментные зоны как каналы радиального транспорта теплоносителей и сопровождающих веществ из глубин мантии и внешнего ядра определяют историю и характер основных эндогенных процессов - магматизма, метаморфизма, метасоматизма, эндогенной минерагении, а также особенности коро-мантийного взаимодействия, т.е. гравитационный контроль тектоносферы. Энергетически всё это (как показано Ю.Н. Авсюком [17-19]) поддерживается в основном теплом приливных сил - единственным возобновляемым источником эндогенного тепла Земли. Конечно, долгоживущие линеаментные зоны эволюционируют, меняется их рисунок, но неизменно одно - они связывают глобальной сетью глубинные и внешние геосферы Земли в долговременных процессах;

• объем базальтового вещества, потраченного как изначальный материал на строительство континентов и их шельфов, огромен и составляет приблизительно около 6 млрд куб. км. Если учесть еще и нарастающий подъем континентальных масс, в целом начавшийся в рифее (что подтверждается документально), то становится ясно, почему «провалились» океаны в мезокайнозое, что видно простым глазом на картах рельефа континентов и дна океанов (без воды). Этап «океанизации Земли» в мезокайнозое как-то связан с горизонтальным пластичным перетеканием вещества мантии под всплывающие континенты под действием гравитационных сил. «Океанизация» закономерно завершает известную нам геологическую историю Земли, которая отличается исключительно мощной необратимой эволюцией. Это сказалось и на истории биосферы;

• и всё это, так или иначе, записано в стратисфере. А «читать» эти записи, по глубокому убеждению автора, можно только с помощью обновленного формационного исследования, на хорошей количественной фактологической (эмпирической по В.И. Вернадскому) основе. Это следует из рассмотрения опыта петрогеохимических исследований докембрия. Так нам кажется.

ЛИТЕРАТУРА

1. Предовский А.А. Формационный анализ супракрустальных толщ (введение в проблему стратисферы Земли. Мурманск: МГТУ, 2011. 190 с. 2. Предовский А.А. Методические указания по процедуре геолого-геохимической реконструкции первичной природы регионально метаморфизованных горных пород. Мурманск: МГТУ, 2008. 39 с. 3. Предовский А.А. и др. Геохимия рудных элементов метаморфических серий докембрия (на примере Северного Приладожья) / А.А. Предовский, В.П. Петров, О.А. Беляев. Л.: Наука, 1967. 139 с. 4. Simonen F. Stratigraphy and Sedimentation of the Svecofenidic early archean supracrustal Rocks in South Western Finland // Bull. comm. geol. Finl. 1953. № 160. 5. Загородный В.Г., Мирская Д.Д., Суслова С.Н. Геологическое строение печенгской осадочно-вулканогенной серии. М.-Л.: Наука, 1964, 208 с. 6. Предовский А.А. и др. Геохимия Печенгского комплекса / А.А. Предовский, Ж.А. Федотов, А.М. Ахмедов. Л.: Наука, 1974. 7. Предовский А.А. и др. Эволюция состава базит-гипербазитовых пород и ее роль в формировании медно-никелевого оруденения Печенги / А.А. Предовский, А.А. Жангуров, Ж.А. Федотов // Проблемы магматизма Балтийского щита. Л.: Наука, 1971. С. 166-176. 8. Предовский А.А. Геохимическая реконструкция первичного состава метаморфизованных вулканогенно-осадочных образований докембрия. Апатиты: КФАН СССР, 1970. 115 с. 9. Предовский А.А. Реконструкция условий седиментогенеза и вулканизма раннего докембрия. Л.: Наука, 1980. 152 с. 10. Предовский А.А. Проблема распознавания протоприроды метаморфитов и эволюция седиментогенеза и вулканизма докембрия: дис. ... д.г.-м.н. Апатиты: КНЦ РАН, 1987. 457 с. 11. Загородный В.Г., Предовский А.А. и др. Имандра-Варзугская зона карелид (геология, геохимия, история развития). Л.: Наука, 1982. 280 с. 12. Геология и геохимия метаморфических комплексов раннего докембрия Кольского полуострова /А.П. Белолипецкий, В.Г. Гаскельберг и др.. Л.: Наука, 1980. 240 с. 13. Мележик В.А. и др. Геохимия раннепротерозойского литогенеза (на примере северо-востока Балтийского щита) / В.А. Мележик, А.А. Предовский. Л.: Наука, 1982. 208 с. 14. Вулканизм и седиментогенез докембрия северо-востока Балтийского щита / А.А. Предовский, В.А. Мележик и др. Л.: Наука, 1987. 185 с. 15. Мележик В.А. Седиментационные и осадочно-породные бассейны раннего протерозоя Балтийского щита (к проблеме реконструкции постседиментационных преобразований). СПб.: Наука, 1992. С. 256. 16. Козлов Н.Е. и др. Лапландский гранулитовый пояс - первичная природа и развитие / Н.Е. Козлов, А.А. Иванов, Л.И. Нерович. Апатиты: кНц РАН, 1990. 1б6 с. 17. Авсюк Ю.Н. Приливные силы и природные процессы. М.: ОНФЗ РАН, 1996. 186 с. 18. Авсюк Ю.Н. Внеземные факторы, воздействующие на тектогенез / Фундаментальные проблемы общей тектоники. М., Научный мир, 2001. С. 425-443. 19. Авсюк Ю.Н. Диссипативный разогрев недр Земли, Луны приливными силами, формирующими соизмеримость их орбитально-вращательного движения // Дегазация Земли: геодинамика, геофлоиды, нефть, газ. М.: ГЕОС, 2002, С. 7879.

Сведения об авторе

Предовский Александр Александрович - д.г.-м.н., профессор, ведущий научный сотрудник, e-mail: kafgeol@afmgtu.apatity.ru