Социально-культурные инновации в пространстве современной культуры

ОБСУЖДЕНИЕ

Е. А. Малянов

СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНЫЕ ИННОВАЦИИ В ПРОСТРАНСТВЕ СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЫ

Публикация доктора педагогических наук, профессора Т. Ф. Берестовой «Инновация и инновационная деятельность: пределы понятий» (Вестник ЧГАКИ. 2008. № 3. С. 70-76) открыла дискуссию по терминологической проблеме инноватики применительно к социальной сфере. Этой теме посвящены и такие ее работы, как «Инновационная деятельность в вузе культуры: разберемся с понятиями» (Научно-техническая информация. Серия 1. 2009. № 4. С. 12-16), «От инновационных проектов до статуса инновационного вуза» (Научно-техническая информация. Серия 1. 2009. № 6. С. 26-31). Статья ректора Пермского государственного института искусства и культуры профессора Е. А. Малянова - первый отклик в настоящем журнале на публикации, отражающие научное осмысление понятия инновация. Приглашаем научное сообщество принять участие в обсуждении.

В предлагаемом материале рассматривается проблема культурно-антропологического подхода к новациям, уточняется и дополняется понятийно-терминологический аппарат, обосновывается актуальность социально-культурной инноватики как нового научного направления исследований инноваций.

Ключевые слова: инновация, инноватика, новшество, нововведение, инновационный процесс, инновационная деятельность, культура, социально-культурная сфера.

The publication of Doctor of Pedagogical Sciences, Professor T. F. Berestova entitled as “Innovation and innovational activity: notions limits” (Vestnik ChGAKI 2008 No. 3 P. 70-76) started the discussion on the innovatics terminology problem in social sphere. Some of her publications such as “Innovational activity in an Art and Culture Institute: different notions” (Scientific-technical information Series 1. 2009. No. 4. P. 12-16), “From innovational projects to the innovational high-school status” (Scientific-technical information Series 1. 2009. No. 6. P. 26-31) are devoted to this problem as well. The article of rector of the Perm State Institute of Art and Culture Professor E. A. Malyanov in the given journal is the first response to the publications containing scientific understanding of the innovation notion. We are inviting scientific community to take part in this discussion.

The given article touches upon the problem of cultural-anthropological approach to innovations, specifies and complements notional terminology and proves the urgency of social-cultural innovatics as a new scientific direction in innovations researches.

Key words: innovation, innovatics, novelty, introduction, process of innovation, innovational activity, culture, social-cultural sphere.

Современный мир утверждает новое видение места и роли человека в инноваци-онно-развивающемся обществе, а именно -возможность его воздействия на ускорение социального развития. Взаимодействие объективного и субъективного характеризует специфику современного гуманитарного знания, где личность рассматривается не только в качестве объекта, но и как активный субъект, преобразующий социальную

97

действительность. Наиболее сильное проявление таких преобразований - целенаправленная инновационная деятельность, становление которой характеризуется постоянным расширением сфер применения инновационных подходов. Наряду с другими сферами общественной практики, экономической и производственно-технологической деятельности социально-культурная сфера активно использует инновационные методы.

Именно это заставляет с особым вниманием относиться к инновационной деятельности в пространстве современной культуры.

Актуальность изучения сущности и специфики социально-культурной инноватики, которую мы определяем как новое направление исследований инноватики, может быть представлена как актуальность междисциплинарной задачи исследования современной общественной практики с точки зрения многоплановости ее антропокуль-турных оснований, движущих сил и куль-турнодетерминированных механизмов ее развития. Это попытка объединить в одной теоретической плоскости и критически переосмыслить с позиций социально-философской рефлексии и практических задач деятельности в сфере культуры важнейшие основания социально-культурной инноватики, и подойти вплотную к антропометрии социокультурных трансформаций. И в этом видится реальная возможность расширения гуманитарного культурного пространства, сопряжения инновационных изменений реальности человеком и новой интеграции человека в обновленные порядки бытия. Всесторонне осмыслить данную проблему в рамках одной научной статьи нельзя, но обозначить контуры ее решения вполне возможно, особенно, если учесть богатый опыт исследования инноватики.

Первые теоретические схемы анализа инновационных процессов были разработаны в самом начале XX в. Наибольший вклад в становление научных представлений об инноватике внесли Г. Тард, Н. Д. Кондратьев и Й. Шумпетер. К концу XX столетия происходит окончательное оформление научных знаний об инновационных процессах в общую теорию инноватики.

В 1980-1990-е гг. отечественные авторы и научные коллективы достаточно успешно изучали новое типы социальных феноменов, образующих инновационную реальность, становление нового понятийного аппарата, создание новых социальных

98

институтов (И. И. Лапин, Е. В. Иванцов,

Э. А. Искандаров, Л. Я. Косалс, П. Н. Завлин и мн. др.). В начале XXI в. отечественная теория инноватики обогатилась исследованиями, продолжающими традиции теории циклического развития общества Н. Д. Кондратьева и творчески переосмысляющих механизмы инновационного развития (Ю. В. Яковец, В. В. Сипачев, С. Ю. Глазь -ев и др.).

Инноватика продуктивно разрабатывается в контексте теории сложных самоорганизующихся социальных систем, которые рассматриваются в работах как зарубежных ученых (М. Кастельс, Д. Ури, П. Бурдье, П. Штомпка, И. Пригожин, Дж. Николис, И. Стенгерс, Г. Хакен, П. Дракер, Р. Акофф, Д. Гараджидаги, Дж. Нейсбит, Ф. Капра,

Э. Тоффлер, К. Поппер, И. Ансофф, Н. Винер, Э. Лоренц, К. Майнцер, Э. Ласло, У. Бек, Э. Янч, П. Сорокин и др.), так и отечественных (В. С. Степин, Е. Н. Князева, С. П. Курдюмов, В. Л. Романов, В. И. Аршинов, В. С. Капустин, А. П. Назаретян,

B. Н. Костюк, В. Н. Садовский В. В. Тарасенко, В. Г. Буданов, К. Х. Делокаров, Г. Г. Ма-линецкий, Н. Н. Моисеев и др.).

Феномен инновационной деятельности подробно рассмотрен в контексте общей теории управления и менеджмента представителями линейной парадигмы управления (О. Конт, М. Вебер, Ф. Тейлор, Г. Форд, Г. Спенсер, Т. Гоббс и др.), организационной парадигмы (Г. Лебон, А. Файоль, Э. Гуссерль, А. Щютц, Т. Парсонс, В. Парето, Н. Смелзер, А. Тойнби, Э. Гидденс,

Н. Луман, Ф. Варела, Дж. Форрестер и др.), системной парадигмы (Ф. Фукуяма, Э. Тоф -флер, П. Друкер, У. Бек, Г. Хакен, К. Поппер и др.).

Достаточно большое внимание инноватике уделено и в исследованиях отечественных ученых по проблемам управления (А. А. Богданов, Л. Н. Гумилев, Н. Д. Кондратьев, П. А. Сорокин, В. Н. Садовский,

C. П. Курдюмов, Г. Г. Малинецкий, В. В. Та-

расенко и др.). Между тем подавляющее большинство трудов по инновационному менеджменту посвящено только проблемам управления нововведениями на предприятиях, в фирмах, банках путем использования научно-технического потенциала. Складывается впечатление, что само понятие инновационный менеджмент «не работает» в социально-культурной среде, в так называемом общественном секторе и тем более не применимо к бюджетным организациям и органам управления ими.

Культурологические подходы к изучению инновационных процессов намечены в работах А. И. Арнольдова, Л. П. Буевой,

A. Г. Гуревич, С. Н. Иконниковой, В. Л. Иноземцева, П. И. Кабанова, М. С. Кагана, Л. И. Ка-чановского, Л. Н. Когана, Э. С. Маркаряна,

B. М. Межуева, А. С. Панарина, А. Я. Флиера,

В. С. Цукермана и др. В трудах этих авторов обозначены контуры научного анализа общих и частных проявлений культуры инноватики.

Проблематика инновационного развития сегодня буквально пронизывает всю научною публицистику, находит отражение в фундаментальных теоретико-методологи-

ческих изысканиях, прослеживается в тематике современных кандидатских и докторских диссертаций, научных статьях по философии, культурологии, педагогике, социологии, экономике и другим гуманитарным наукам.

Не исключение и научный журнал, издающийся в Челябинской государственной академии культуры и искусств.

Наша статья в определенной мере продолжает публикации, отражающие научное осмысление понятия инновация. Особо среди них следует выделить работу Т. Ф. Берестовой, посвященную терминологической проблеме инноватики применительно к социальной сфере и разграничению понятий инновационная деятельность, научная деятельность, художественно-творческая деятельность, коммерческая деятельность [1].

99

Справедливо указывая на понятийнотерминологическую путаницу, имеющуюся в современном социально-гуманитарном знании по вопросу инноваций, Т. Ф. Берестова особо выделила сферу педагогики, искусства, культуры, социально-культурной и просветительской деятельности, в которой сосредоточен большой инновационный потенциал. Опираясь на многочисленные примеры из научной литературы, автор статьи подчеркивает, что создание и внедрение инноваций в этой сфере связывают с оригинальностью и нестандартностью мыслей и идей (С. Т. Матлина), обозначают этими терминами творческую дерзость и новые идеи, новую деятельность, новый материальный объект (И. М. Суслова), конечный результат интеллектуальной деятельности специалистов, опредмеченный в виде новых объектов (продуктов, технологий, услуг), отличающихся от предыдущих новыми свойствами (Ю. А. Качанова). При этом «в среде управленцев социальной сферы (в частности в управленческих органах в образовании, области культуры и искусства), преобладают подходы, разработанные в сфере экономики и материального производства. Это приводит к тому, что инновационная деятельность всех высших учебных заведений оценивается экономическими показателями. И участники инновационного процесса в системе подготовки кадров для социально-культурных учреждений не могут игнорировать эти обстоятельства» [1; с. 70].

Мы полностью разделяем эту оценку, особенно в части признания уникальности инновационной деятельности в сфере культуры и подготовки для нее специалистов в вузах культуры и искусств, что не раз было подтверждено в исследованиях М. Г. Вох-рышевой, А. С. Запесоцкого, А. С. Канды-кова, Е. Л. Кудриной, Н. А. Паршикова,

П. А. Подболотова, В. Я. Рушанина, Р. Р. Юсупова, Р. И. Пшеничниковой и др.

Однако и высказанные в вышеупомянутой статье Т. Ф. Берестовой суждения вы-

зывают некоторые вопросы и являются поводом для продолжения дискуссии. Например, приведенное выше утверждение о том, что без экономических показателей (затрат и прибыли) социальные инновационные проекты выглядят весьма неубедительными. Но, может быть, в том и ограниченность и ошибочность современного «экономико-центристского мышления», что оно пытается внеэкономические, гуманитарные ценности, с которыми имеет дело преимущественно социально-культурная сфера, оценивать исключительно с финансовых и материально осязаемых позиций.

По словам А. Панарина, шествующий по миру «экономический человек» как господствующий социокультурный тип несет новую миссию - сделать отчуждаемыми и обмениваемыми все прежние неотчуждаемые и не подлежащие купле-продаже ценности [7, с. 24].

Заметим также, что интенсивно используемое в последнее время понятие человеческий капитал (не говоря уже о человеческом потенциале) предполагает определяющую роль в нем именно социокультурных факторов.

Наконец, нелишне напомнить и известное высказывание японского экономиста Фукоямы: «Непонимание того, что основы экономического поведения лежат в области сознания и культуры, и приводит к тому распространенному заблуждению, при котором материальные причины приписываются тем явлениям в обществе, которые по своей природе принадлежат области духа».

Достаточно распространенным, но далеко не очевидным является и утверждение о том, что трудно создать принципиально новую технологию, не опираясь на научную идею [1, с. 74]. Такая, например, социальная инновация, как продажа товаров в кредит в свое время совершила переворот в социально-экономической сфере многих стран мира, вовсе не являясь результатом сугубо научной идеи или теории.

Более того, практика показывает, что социально-культурные инновации, как правило, не базируются на собственно научных идеях или специальных исследованиях, а являются скорее результатом социального изобретательства либо социокультурного проектирования. Например, такие феномены молодежной культуры советского времени, рожденные инициативой комсомола, как студенческие строительные отряды (ССО), Клубы веселых и находчивых (КВН) и некоторые другие, не только не остались в прошлом, но и активно востребованы сегодня.

Вряд ли можно согласиться и с выводом автора о бессмысленности рассмотрения вопроса об инновационной деятельности в искусстве, и что художественнотворческий продукт - это и есть инновация в искусстве [1, с. 75].

Далеко не каждая работа художника (артиста, режиссера, музыканта, дирижера и т. д.) и даже не каждая премьера является инновацией в искусстве, хотя, безусловно, это художественно-творческий продукт.

Собственная интерпретация художником произведения другого автора, что, например, характерно для художественно-исполнительской деятельности, чаще всего не является художественной инновацией.

Проблема соотношения традиций и инноваций затронута и в недавнем Послании Президента РФ Д. А. Медведева. Федеральному собранию: «:...Надо уделить

большое внимание поддержке новаторских, экспериментальных направлений в искусстве. Сохраняя традиции, богатое, очень богатое классическое наследие нашей культуры, государство должно позаботиться и о тех, кто ищет новые пути в художественном творчестве. Ведь следует помнить: то, что сегодня именуется классикой, создавалось зачастую вопреки канону, через отказ от привычных форм, разрыв с традицией. Дух новаторства следует поощрять во всех сферах культурной жизни» (курсив мой. -

100

Е. М.) [8]. Последняя фраза данного фрагмента обращения Президента особо подчеркивает актуальность научных исследований в социально-культурной сфере: Без солидного теоретического базиса, методологии как основания экспериментальных и прикладных исследований, технологизации процессов, практико-ориентированных методик, проектной и экспертной деятельности без учета последствий, к которым может привести их отсутствие, мы можем реально столкнуться со стихией «псевдоноваторства», претензиями на инновационное творчество, с попытками объявить новаторскими любые начинания.

Введение и обоснование понятия социально-культурная инновация, на наш взгляд, является непременным условием преодоления неоднозначности и понятийнотерминологической неразберихи и необоснованного приравнивания инноваций в пространстве культуры и общественных отношений к инновациям в технике, производстве, экономике. При этом мы считаем возможным говорить о становлении особой ветви инновационных исследований - социально-культурной инноватике. Социальнокультурную инноватику следует понимать как научную теорию, изучающую природу, субъектную сущность, закономерности возникновения и развития инноваций в социально-культурной сфере. Ключевые понятия инноватики (новшество, инновация, нововведение, инновационная деятельность, инновационный процесс, инновационный проект, инновационная культура и др.) в социально-культурной инноватике получают смысловое преломление сквозь призму отношений традиционного и нетрадиционного, взаимоотношений «старого» и «нового» явлений в культурной жизни и культурной деятельности личности, социальных групп, общества.

Поэтому целью данной работы является выделение сущностных характеристик социально-культурных инноваций как фе-

номена культуры и дифференциация этого вида инноваций в ряду других направлений инновационной деятельности.

В «Новой философской энциклопедии» понятие инновация раскрывается как «нововведения, понимаемые в контексте общей тенденции вытеснения традиционных, архаичных и кустарных форм деятельности рационально организованными» [5].

Культурологический анализ инновационной установки показывает, что ее истоки коренятся в архетипах западной фаустовской культуры и восходят к образу Прометея. Иными словами, «инновации изначально связаны с нарушением традиционных запретов и отражают дерзания личности устроить мир лучше, чем он устроен природой или Богом. В основе инновационной установки лежит презумпция: искусственное, рационально сконструированное может быть совершеннее естественного и унаследованного. В этом смысле инновационная система отражает процесс десакрализации мира и постепенного исчезновения традиционалистского пиетета перед тайнами мироздания», - пишет известный российский культуролог А. С. Панарин [6, с. 121-122].

Этим объясняется историческая последовательность инновационного процесса. Вначале инновации охватывают наиболее ценностно нейтральные сферы, оказывающиеся на периферии идейно-политического и социокультурного контроля. В частности, это касается технико-экономических нововведений в рамках материального производства. Неслучайно вплоть до начала XX в. само понятие технологий связывалось исключительно с производственной деятельностью, что дало основание аналитикам (Д. Белл, А. Турен) говорить о буржуазном обществе прошлого века как о дуалистической культуре, являющейся новационной в производственной сфере и традиционной во внепроизводственной. Этот дуализм преодолевается в нашу эпоху, когда инновации проникают во все сферы жизнедеятельности.

101

Сегодня инновации всецело охватывают наряду с производственными технологиями также и такие процессы, в которых ценностные и смысловые контексты являются приоритетными. Здесь речь идет о социальных, политических, культурных и, наконец, о социально-культурных инновациях, которые являют собой прецеденты аксиологической изменчивости.

Инноватика с ее мощнейшим преобразующим потенциалом сегодня устремилась в сферу духовного производства, вызвала к жизни особые приемы и процедуры, побуждающие общество отказываться от стереотипов, принимать новые смыслы, переоценивать, казалось бы, хорошо известные явления, встраивать в системы традиционного мировосприятия новые аксиологические акценты. По сути, как нам представляется, именно в этом и состоит ключевое различие инновационных процессов, реализуемых в экономической, производственно-техноло-

гической сферах, и инновационных процессов, изменяющих социально-культурную ситуацию и влияющих на духовное развитие общества.

Не секрет, что сегодня именно сфера состояния и интенций духовного развития общества - становится средоточием острых проблем, трудноразрешимых противоречий и источником драматических духовных коллизий повседневной жизни людей. И в этой связи изучение глубинных закономерностей социально-культурной инноватики может дать ключ к пониманию того, как, в какой мере и какими средствами, во-первых, формируется новое аксиологическое содержание в современной культуре и, во-вторых, воспитывается личность, способная не только встраиваться в социально-культурный инновационный процесс, но и быть его субъектом. Такой анализ дает основу и для осмысления того, как, в соответствии с какими закономерностями и каким образом изменяется социально-культурное пространство, являющееся основным полем для во-

площения культурных инноваций и одновременно условием, формирующим всю направленность социально-культурной инноватики и творческую активность ее субъектов. По сути, речь идет о магистральных, системообразующих вопросах, которые в полной мере еще не рассматривались в современной гуманитаристике.

Говоря о социально-культурных инновациях, мы подразумеваем, что их предметом выступают элементы, их совокупность или в целом система ценностей, смыслов, интересов, мировоззренческих и нравственных установок, моделей поведения, стимулов и мотивов, способов культурной самореализации людей, а результатом - целенаправленные качественные изменения в этой системе.

Поскольку инновация - это не всякое новшество или нововведение, а только такое, которое существенно повышает эффективность действующей системы (или ее подсистемы), то социально-культурная инновация нацелена на социально-значимые или, по крайней мере, ощутимые изменения в культурной (в том числе духовной) жизни общества, как долговременного, так и отно -сительно кратковременного характера.

Базовые идеи социокультурной инноватики, достаточно глубоко интегрированы в систему подготовки специалистов социально-культурной сферы. Несмотря на то, что в литературе широкое распространение получил термин инновации в образовании, здесь необходимо провести разграничение понятий.

Под инновациями в образовании чаще всего понимают следующее:

- содержательные инновации, т. е. изменения, касающиеся ответов на вопрос «чему учить» (программы, учебники, образовательные стандарты и т. д.);

- технологические инновации, т. е. изменения по поводу того «с помощью каких средств обучать» (современные инфор-

102

мационные, компьютерные и телекоммуникационные технологии);

- педагогические инновации, т. е. изменения относительного того, «как учить» (новые методы, способы и приемы преподавания, обучения и воспитания);

- управленческие инновации, направленные на повышение эффективности административных воздействий организационных механизмов и результативности системы в целом.

Но эти нововведения, хотя и создают некие новые системные эффекты, затрагивают лишь само образовательное сообщество: вузовских преподавателей и ученых, студентов и аспирантов, а также системы обучения персонала на предприятиях. Социальный эффект образовательных инноваций не прямой, опосредованный.

Социально-культурная инноватика

предполагает, как правило, прямую направленность на культурные проблемы и потребности социума или его отдельных сегментов: на удовлетворение новых запросов и интересов, адаптацию к меняющейся социокультурной ситуации, создание условий для устойчивого развития, смягчение (минимизацию) культурных рисков, изменение качества культурной среды, развитие культурного потенциала личности, активизацию культурного творчества, «утилизацию» устаревших и модернизацию жизнеспособных культурных технологий и т. п.

Представляется, что необходимо различать собственно социально-культурные инновации, рождающиеся и реализующиеся в социально-культурной сфере, и социокультурные аспекты инноваций в различных сферах общественной практики. Вообще под инновацией в культурологии понимают механизмы формирования новых культурных моделей самого разного уровня, которые создают предпосылки для социокультурных изменений [4, с. 173].

Социологи определяют инновацию следующим образом: «инновация - созда-

ние, распространение и применение нового средства (новшества), удовлетворяющего потребности человека и общества, вызывающего вместе с тем социальные и другие изменения» [9, с. 44].

С нашей точки зрения, социальнокультурная инновация - есть сознательно и творчески разрабатываемое, апробируемое и вводимое в социально-культурную практику субъектом (группой субъектов) деятельности новшество (новообразование, нововведение), разрешающее (полностью или частично) возникающее в социально-культурной сфере (или в системах, ее составляющих) противоречия и проблемы, а также улучшающее ее качества и свойства и реализующее новые потребности, ресурсы, потенции общества и личности. Инновационный процесс, содержание которого составляет собственно инновационная деятельность, - преобразование новых видов и способов человеческой жизнедеятельности в социально-культурные нормы и образцы, обеспечивающие их институционное оформление, интеграцию и закрепление в сфере духовной и материальной культуры общества. Инновационный процесс - одна из основных социокультурных предпосылок поступательного развития человеческой практики, обогащения ее новыми познавательными, технологическими, эстетическими, и всеми другими формами человеческого опыта [Там же]. Вместе с тем, с нашей точки зрения, понятие инновационный процесс значительно шире, чем понятие инновационная деятельность. Если второе понятие означает деятельность конкретных создателей (производителей) инновации (авторов идеи, разработчиков инновационного проекта, реализаторов опытных моделей и т. п.), то первое включает всех тех, кто наряду с инноваторами «втягивается», включается в процесс производства инновации (менеджеры, маркетологи, специалисты РЯ и т. д.). Процесс осмысления возникающих «новоявлений», перевода их «в новообразо-

103

вания» (новшества, нововведения) посредством культуросообразного творчества с последующим культурно-нормативным оформлением новой ситуации (создание образцов, моделей, норм, технологий и т. д.), является важным механизмом устойчивого (управляемого) развития общества и становления ноосферы [10, с. 13].

Для нас представляет интерес то, что в рассмотренных словарях понятие инновация обозначает как некий результат (новшество, крупное новшество, внедренное новшество и т. д.), так и процесс внедрения новшества (введение новшества, акт инновации и т. д.). При этом наблюдается тенденция к уточнению самого понятия новшества, которое определяется то как крупное новшество, то как введенное новшество или недавно внедренное.

Таким образом, мы отмечаем существование, как минимум, двух факторов понятия инновации - во-первых, значительность новшества и, во-вторых, обязательность его использования, применения на практике.

Сегодня очевидно стремление к дифференциации разных видов инновации (технические, технологические, социальные, педагогические, организационные, управленческие, экономические), анализу и оценке их вклада в поступательное развитие общественной практики.

Однако при этом важно видеть и тщательно оценивать общие тенденции развития. Известный исследователь проблем постиндустриального общества В. Л. Ино-

земцев справедливо отмечает, что прошедшие годы выявили два крупных недостатка в подходах к анализу мирового развития. Первый проистекает из чрезмерной сосредоточенности на отдельных хозяйственных, а иногда даже чисто технологических новациях, что не способствует созданию комплексной картины. Второй связан с априорным предположением об устойчивости тех или иных выявленных тенденций современности и их абсолютизацией [2, с. 4-5]. Это не толь-

ко искусственно сужает ракурс исследования прогресса человеческой цивилизации, но и дает основания для игнорирования кризисных моментов в историческом движении общества, когда происходят наиболее радикальные сдвиги и появляется новое качество.

Разработка научной концепции социально-культурной инноватики имеет возможность преодолеть указанные недостатки, во-первых, исходя из приоритетности толкования инновационной деятельности как широкой практики управления изменениями в социально-культурной сфере, не сводимой к экономико-хозяйственно-технологической деятельности, а во-вторых, из признания принципиальной неравновесности социальных и культурных явлений как синергетического источника, питающего инновации.

Актуализируя социально-культурный подход к изучению сущности и специфики инновационной деятельности, мы считаем необходимым напомнить методологическое положение, сформулированное классиками постиндустриальной теории: преодоление индустриальных тенденций глобальной революцией не ограничено технологическими нововведениями, а являет собой переход к качественно новому состоянию всего общественного целого, и эта революция представляется самой значительной из всех, когда-либо переживавшихся человечеством [3, с. 10, 189, и др.].

Постиндустриалисты четко разграничивают этапы общественной эволюции, применяя несколько критериев, каждый из которых в достаточной степени логически и методологически строг. Постиндустриальное общество противопоставляется доинду-стриальному и индустриальному по следующим важнейшим направлениям: основному производственному ресурсу, (сейчас это информация, тогда как в доиндустриаль-ном и индустриальном обществе соответственно - сырье и энергия); характеру производственной деятельности, который квалифицируется как обработка (processing) в

104

противоположность добыче (extraction) и изготовлению (fabrication); технологии, называемой наукоемкой, в то время как первые две стадии характеризовались трудоемкой и капиталоемкой технологиями. В результате возникает знаменитая формулировка о трех обществах: первое представляет собой

взаимодействие с природой (a game against nature), второе - взаимодействие с преобразованной человеком природой (a game against fabricated nature), а постиндустриальное - взаимодействие между людьми (a game between persons) [Там же, с. 17].

Такое понимание генезиса социума дает основание сформулировать социальнокультурное кредо инновационной деятельности современной эпохи - ее принципиальную направленность на развивающее и развивающееся взаимодействие людей как субъектов культуры. Социально-культурная инноватика становится движущей силой общественного прогресса, поскольку позволяет выявить новые, ранее неизвестные ресурсы развития всех сфер экономической и социальной жизни, которые открываются только через формирование новых качеств отношений между людьми в бытовой, производственной, образовательной, общественной, духовно-творческой деятельности.

Социально-культурная инноватика не связана рамками сферы культуры и искусства, она пронизывает все пространства бытия и деятельности человека. Этот наш тезис может быть многократно подтвержден примерами из современных исследований процессов разработки и внедрения инноваций в экономическую деятельность промышленных предприятий. В современной теории инноватики складываются подходы, которые слабо связаны с классическими идеями Й. Шумпетера [11]. Причем основанием для отказа от традиционных подходов выступают данные, полученные в эмпирических исследованиях, которые существенно обогащают наши представления о сущности и механизмах ин-

новатики в целом, в том числе и в ее социокультурных проявлениях.

Так, например, французский исследователь Ф. Мунер, опираясь на теорию создания организационных знаний на уровне фирмы, в основе которой лежит тезис о постоянном взаимодействии имплицитных и кодифицированных знаний как главном источнике новых знаний, утверждает, что основными составляющими этой модели являются классическое отличие имплицитных знаний от кодифицированных (эпистемологическая составляющая) и взаимодействие между индивидами как вектор создания организационных знаний (онтологическая составляющая). По сути, новые знания создают индивиды, а организация служит для них стимулирующей поддержкой [13]. Если перевести этот вывод на язык культурологии и педагогики, то речь идет именно об антропологическом измерении инноваций, которые создают новые качества социальных отношений, формируют новые идеи и смыслы, воспринимаемые и культивируемые тем или иным социумом.

Подведем итоги рассмотрения феномена социально-культурных инноваций. В современном гуманитарном знании отчетливо прослеживается тенденция формирования нового направления инновационных исследований, рассматривающих человека культуротворческого, взаимодействующего с другими людьми, культурной средой, другими практиками, как активного субъекта культуросообразных изменений. Мы определяем это направление как социальнокультурную инноватику, имеющую собственное предметное поле, задачи, функции в системе знаний. Раскрывая культурноантропологическую сущность инновационной деятельности, социально-культурная инноватика осмысляет и научно обосновывает методологию и технологический комплекс инноваций в сфере культуры, который вызывает как радикальные, так и постепенные (эволюционные) изменения в системе

105

производства и потребления культурных ценностей, в стратегии организации деятельности учреждений культуры и образования. Такой подход все более пронизывает современные исследования социокультурных практик россиян, определяет разработку и внедрение инноваций в сфере культуры

[12]. Это направление сегодня является предельно актуальным и нуждается в дальнейшей разработке, результаты которой, несомненно, будут востребованы теорией и практикой, определяющими контуры будущего отечественной и мировой культуры.

1. Берестова, Т. Ф. Инновация и инновационная деятельность: пределы понятий / Т. Ф. Берестова // Вестн. Челяб. гос. акад. культуры и искусств. - 2008. - № 3 (15). - С. 70-76.

2. Иноземцев, В. Л. Концепция постэкономического общества: теоретические и практические аспекты: дисс. ... д-ра экон. наук / В. Л. Иноземцев. - М., 1998.

3. Иноземцев, В. Л. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы / В. Л. Иноземцев. - М., 2000.

4. Культурология: учебник / под ред. Ю. Н. Солонина, М. С. Кагана. - М.: Высш. образование,

2007.

5. Новая философская энциклопедия: в 4 т. / Ин-т философии РАН. - М.: Мысль, 2000.

6. Панарин, А. С. Инновации / А. С. Панарин // Новая философская энциклопедия: в 4 т. / Ин-т философии РАН. - М.: Мысль, 2001. - Т. 2. - С. 121-122.

7. Панарин, А. С. Народ без элиты / А. С. Панарин. - М.: Алгоритм, Эксмо, 2006. .

8. Послание президента РФ Дмитрия Медведева Федеральному Собранию Российской Федерации // Рос. газ. - 2009. - № 214 (13 нояб.). - С. 3-5.

9. Социальные технологии: толковый слов. / под ред. Л. Я. Детченко, В. А. Иванова, Г. Д. Никреди-на, В. И. Патрушева, И. М. Млепенкова. - Изд. 2-е, доп. - М.; Белгород: Луч; Центр соц. техно-

логий. - 1995.

10. Творчество в образовании, культуре, искусстве: междунар. науч. конф. в честь 25-летия Перм. гос. ин-та искусства и культуры. - Пермь, 2000.

11. Шумпетер, Й. Теория экономического развития / Й. Шумпетер. - М.: Прогресс, 1982.

12. Ярошенко, Н. Н. Сущностная диверсификация социально-культурной деятельности: международный контекст и отечественные условия / Н. Н. Ярошенко // Вестн. Моск. гос. ун-та культуры и искусств. - 2007. - № 3. - С. 139-144.

13. Muner, F. La conjecture schumpeterienne: Revue de la litterature empirique et apport de l’economie de la connaissance / F. Muner // Rev. d’economie industr. - P., 2003. - № 104. - P. 71-84.

106