«Великие державы предпочитают лишний раз не ссориться с Эрдоганом»

Реджеп Тайип Эрдоган провел первые переговоры после переизбрания. Собеседниками президента Турции стали, в частности, Владимир Путин, Джо Байден и Владимир Зеленский. С американским коллегой господин Эрдоган обсудил поставки вооружения Киеву и вступление Швеции в НАТО, с украинским лидером президент Турции поговорил об урегулировании конфликта с Москвой. Темой беседы Путина и Эрдогана, в свою очередь, стало расширение двухстороннего сотрудничества и строительство газового хаба. Обозреватель “Ъ” Максим Юсин задумался о последствиях победы президента Эрдогана для России и для остальных государств.

Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ

Новость о победе Реджепа Тайипа Эрдогана во втором туре президентских выборов в Турции вызвала в Москве вздох облегчения. Его уход от власти стал бы для Кремля если не геополитической катастрофой, то, безусловно, потрясением. Пришлось бы пересматривать привычные и столь важные экспортно-импортные схемы, логистические цепочки, возможно, и амбициозные экономические контракты, которыми так гордились два президента.

Теперь в этом смысле стало спокойнее. При Эрдогане можно быть уверенными хотя бы в том, что Анкара не присоединится к западным санкциям, а, значит, останется одним из главных окон во внешний мир для полуизолированной России.

Еще один положительный момент для Москвы — то, что выборы прошли на удивление спокойно, оппозиция признала поражение, ее сторонники не вышли на массовые акции протеста против подтасовок, фальсификаций, искажений результатов голосования. Иными словами, Турция избежала «майдана» и хаоса, которые предсказывали некоторые эксперты, особенно в России. А, значит, останется серьезным, ключевым игроком в мировой политике, в тех региональных конфликтах, где она напрямую или косвенно задействована.

Зачастую в них же задействована и Москва, причем далеко не всегда она там в одном лагере с Анкарой. Но даже с учетом этого нынешний турецкий президент — удобный и предсказуемый партнер. Иногда складывается впечатление, что с Владимиром Путиным они говорят на одном языке и понимают друг друга с полуслова.

Конечно, активность Анкары на постсоветском пространстве не всегда вызывает восторг в Кремле, особенно это касается Закавказья, армяно-азербайджанского конфликта. И на Южном Кавказе, и в Центральной Азии Турция сейчас укрепляет свои позиции иногда в ущерб влиянию Москвы, которая привыкла там доминировать.

Но здесь уже ничего не поделаешь. Такова плата за чрезмерное увлечение украинским вопросом, когда на другие направления и регионы зачастую не хватает ни сил, ни средств, ни энергии, ни ресурсов.

Впрочем, для Москвы главное — чтобы на смену ей не пришли геополитические противники: американцы и европейцы.

Турки — это полбеды, при Эрдогане они не воспринимаются как часть коллективного Запада. Скорее, наоборот, все чаще выступают как его оппоненты и как союзники Кремля в деле построения многополярного мира, во всяком случае, на словах.

На деле все не столь однозначно. Несмотря на свои тесные связи с Путиным, Эрдоган исправно и в больших объемах продает оружие Киеву, умудряясь при этом не вызывать протестов Кремля, который на удивление терпимо относится к подобной многовекторности.

В этом и есть уникальность Эрдогана. И в отношениях с Москвой, и в отношениях с Вашингтоном он может безнаказанно позволять себе то, за что любому другому политику пришлось бы дорого расплачиваться. Но турецкий президент сумел поставить себя так, что с ним предпочитают лишний раз не ссориться не только соседи, но и великие державы.

Новости в вашем ритме — Telegram-канал "Ъ FM".