К вопросу о модели доказывания в сокращенных формах предварительного расследования

Алимирзаев Алисултан Абдурагимович

соискатель кафедры уголовно-правовых дисциплин Московской академии экономики и права __________________________

К вопросу о модели доказывания в сокращенных формах предварительного расследования

В статье ставится теоретическая проблема о договорном способе установления фактов при сокращенной форме судопроизводства. Анализируются положения законопроекта о введении в российский уголовный процесс суммарного производства по уголовному делу. Критикуются отдельные положения этого проекта, касающиеся получения доказательств и принятия процессуальных решений.

Ключевые слова: сокращенное судопроизводство, доказывание, факты, предварительное расследование.

A.A. Alimirzaev, Post-graduate of a Chair of Legal-law Disciplines of Moscow Academy of Economy and Law; е-mail: nauka@mail.ru

To the question of proof model in the reduced forms of the preliminary investigation

The article raises a theoretical problem about contract method of establishing facts in abbreviated proceedings are analyzed. Provisions of the bill on the introduction of the Russian criminal trial summary of the proceedings. Some provisions of the draft concerning the taking of evidence and decision-making process are citicized.

Key words: reduced trial, proof, facts, preliminary investigation.

В процессуальной литературе длительное время обсуждаются тема о дифференциации уголовно-процессуальных

форм и связанная с ней проблема доказывания истины [1]. Как известно, одним из аргументов против упрощения процедуры производства по уголовным делам является то, что она дает меньше гарантий от совершения судебных ошибок. М.С. Строгович, П.С. Элькинд, И.Л. Петрухин и некоторые другие авторы выступали резко против идеи дифференциации процессуальных форм, исходя из положения о необходимости сохранения единой процессуальной формы производства по всем уголовным делам, недопустимости упрощенчества. По их мнению, любые упрощенческие тенденции абсолютно несовместимы с требованием о проведении всестороннего, полного и объективного расследования обстоятельств дела. Дифференциация процессуальных форм возможна только в направлении создания дополнительных процессуальных гарантий прав личности и установления объективной истины [2].

Мы выступаем за введение упрощенных процедур в наш уголовный процесс. Причем упрощение процедуры досудебной деятельности не должно ограничиваться только процессуальной деятельностью органов предварительного расследования, но распространяться на судебную деятельность. Именно такая кон-

цепция заложена в Проект Федерального закона «О внесении изменений в Уголовнопроцессуальный кодекс Российской Федерации в связи с введением института сокращенной формы уголовного судопроизводства» № 632173-5 [3].

Сокращенная форма предварительного расследования (следствия или дознания) взаимосвязана с сокращенной формой судебного разбирательства, предусмотренной ст. 446.9, 446.10 УПК. Суть сокращения процедуры заключается в сокращении объема процессуальных действий, в том числе следственных действий, и, соответственно, доказывания. В данном законопроекте предпринята попытка пересмотреть следственную модель доказывания (в частности, упрощены требования к допустимости, достаточности доказательств, способам доказывания, проверке доказательств и т.д.). Так, в п. 1 ч. 3 ст. 446 [4] законопроекта сформулировано общее правило, развиваемое в последующих изъятиях, суть которого состоит в том, что признание противником утверждения освобождает от бремени доказывания этого утверждения, т.е. проведения следственных и иных процессуальных действий с целью доказывания (п. 4 ч. 3 ст. 446 законопроекта [4]).

Авторы законопроекта исходят из договорного способа установления фактов по делу.

177

Проверку доказательства заменяет процедура признания обвинительного доказательства стороной защиты. Это признание освобождает следователя от проверки доказательства, и, напротив, оспаривание может повлечь за собой или переход на обычный порядок предварительного расследования, или необходимость проведения в рамках сокращенного порядка следственных или иных процессуальных действий, направленных на подтверждение силы оспоренного доказательства и опровержение доводов защиты, иных участников (потерпевшего).

На наш взгляд, вполне оправданно использование новой системы средств доказывания при ведении дела в сокращенной форме: доказательства по уголовному делу собираются в объеме, минимально необходимом для установления: а) события преступления; б) характера и размера причиненного им вреда; в) виновности лица в совершении преступления (ч. 1 ст. 446 законопроекта [4]). Если же встает вопрос о проведении значительного числа следственных действий, то назначается большое количество различных по характеру судебных экспертиз и т.п.; также нужно переходить на режим обычного дознания (следствия).

В принципиальном плане все вышеперечисленные нововведения возражений не вызывают. Однако есть в предлагаемой модели доказывания ряд значительных недостатков. Главный из них состоит в том, что получаются две системы доказательств и две модели доказывания: одна для сокращенного уголовного судопроизводства, другая - для обычного порядка. Несостыковки этих доказательственных систем могут иметь разрушительные последствия для дела обвинения. На этот момент уже обращено внимание в научной литературе [5].

Далее мы считаем неприемлемым введение специального (сокращенного) предмета доказывания, включающего три пункта из перечня, приведенного в ст. 73 УПК РФ. Предмет доказывания должен быть единым по всем уголовным делам. Поэтому предлагаемые законопроектом п. 2 ч. 10 новой ст. 4467 и подп. «б» п. 3

ч. 1 новой ст. 4468 следует дополнить указанием на форму вины обвиняемого и мотивы в соответствии с положением п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

Третий спорный момент заключается в использовании термина «фактические данные» для обозначения доказательств, полученных в ходе сокращенного дознания (предварительного следствия). Терминология, используемая в гл. 511 законопроекта должна совпадать с общей терминологией Кодекса, в частности, с той, что используется в ст. 74 УПК РФ.

В целом мы оцениваем этот законопроект как половинчатый. Причиной недостатков предлагаемой модели сокращенной уголовно-

процессуальной формы и доказывания является архаичность нашего уголовного судопроизводства и доказательственного права. Это проявляется, например, в том, что сохраняется стадия возбуждения уголовного дела, сохраняется принципиальное разделение деятельности органов уголовного преследования на непроцессуальную (доследственную проверку) и уголовно-процессуальную.

Надо приступать к структурной реформе всего уголовного производства, о которой говорится в работах некоторых коллег [4], а не проводить модернизацию отдельных его частей. В концептуальном плане надо определиться и с теорией доказательств. Тогда все уголовно-процессуальные формы, и сокращенная и полная, будут находиться в органическом единстве и результаты «сокращенного доказывания» не будут подлежать оспариванию.

1. Анашкин Г.3. Вопросы науки советского

уголовного процесса и судоустройства // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1974. Вып. 20. С. 72; Арсеньев В.Д. Упроще-

ние не равнозначно упрощенчеству // Социалистическая законность. 1975. № 3. С. 63-64.

2. Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. С. 61; Добровольская Т.Н., Элькинд П. С. Уголовно-процессуальная форма, процессуальные нормы и производства // процессуальная форма. Теория и практика. М., 1976. С. 266-276.

3. ийи ийи http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/

%28Бр^ка %29?0репАде^&ЙМ=6321735&02

4. Александров А.С. Каким не быть предварительному следствию // Государство и право. 2001. № 9. С. 54-62; Александров А.С., Кухта А.А. Власть следственная и власть обвинительная: квадратура круга // Правоведение. 2009. № 4. С. 22-28.

5. Руновский А. В. Дифференциация уголовнопроцессуальных форм досудебного производства по делам публичного обвинения: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2012. С. 165.

1. Anashkin G.Z. The questions of Soviet criminal trial and judicial system science // Fight against crime questions. M., 1974. Is. 20. P. 72; Arsenyev V.D. Simply of scientific research institute it isn't equivalent to an simply // Socialist legality. 1975. № 3. P. 63-64.

2. Strogovich M.S. Course of the Soviet criminal trial. T. 1. P. 61; Dobrovolskay T.N., Elkind P.S. Criminal procedure form, legal procedure and productions // Procedural form. Theory and practice. M., 1976. P. 266-276.

3. URL: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/% 28Spravka%29? OpenAgent&RN=632173-5&02

178

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2013 • № 1

4. Aleksandrov A.S. What not to be to preliminary investigation // State and the right. 2001. № 9. P. 54-62; Aleksandrov A.S. Kukhta A.A. Power investigative and power accusatory: circle quadrature // Jurisprudence. 2009. № 4. P. 22-28.

5. Runovskiy A.V. Differentsiation of legal-procedural forms of pre-judicial production on affairs of public charge: dis. ... Master of law. M., 2012. P. 165.

179