МРТ паттерны и их влияние на оценку прогноза течения заболевания у больных с типичным ремитирующим рассеянным склерозом

74

Известия ДГПУ, №2, 2014

УДК 616.832-004.2

МРТ ПАТТЕРНЫ И ИХ ВЛИЯНИЕ НА ОЦЕНКУ ПРОГНОЗА ТЕЧЕНИЯ ЗАБОЛЕВАНИЯ У БОЛЬНЫХ

С ТИПИЧНЫМ РЕМИТИРУЮЩИМ РАССЕЯННЫМ СКЛЕРОЗОМ

THE IMPACT OF MRI PATTERNS ON THE PROGNOSIS OF THE DISEASE COURSE IN PATIENTS WITH TYPICAL RELAPSING-REMITTING MULTIPLE SCLEROSIS

© 2014 Мугутдинова Б. Т., Бойко А. Н., Гусев Е. И., Мугутдинов Т. М.*, Попова Е. В.

Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н. И. Пирогова Московский городской центр рассеянного склероза на базе Городской клинической больницы № 24 (г. Москва) * Дагестанская государственная медицинская академия

© 2014 Mugutdinova B. T., Boyko A. N., Gusev E. I., Mugutdinov T. M.*, Popova E. V. N. I. Pirogov Russian National Research Medical University Moscow City Centre of Multiple Sclerosis on the basis of City Clinical Hospital # 24 (Moscow) * Dagestan State Medical Academy

Резюме. Проведено комплексное обследование 50 больных с типичным активным рассеянным склерозом (PC), включавшее оценку неврологического статуса по шкале EDSS, а также MPT головного мозга с морфометрическим анализом очаговых и диффузных изменений. Во всех случаях анализировали естественное течение заболевания, т. е. пациенты не получали иммуномодулирующие препараты (из группы ПИТРС). Среди показателей MPT наиболее связанным с увеличением индекса EDSS были показатели диффузной атрофии белого вещества головного мозга. Таким образом, некоторые морфометрические показатели MPT головного мозга, и, в частности, степень диффузной атрофии белого вещества головного мозга, могут выступать как прогностический тест при ремитирующем рассеянном склерозе.

Abstract. Based on the comprehensive examination of 50 patients with typical active multiple sclerosis, comprising an assessment of neurological status on the EDSS scale as well as brain magnetic resonance imaging with morphometric analysis of focal and diffuse changes, we analyzed the natural disease history, i.e. patients had not received immunomodulatory drugs (MS DMD). The indicators of diffuse white matter atrophy were found to correlate most closely with the EDSS progression index:. Thereby, morphometric data of some MRI indicators (diffuse white matter atrophy specifically) can be recommended as a prognostic test for relapsing-remitting multiple sclerosis.

Rezjume. Provedeno kompleksnoe obsledovanie 50 bol'nyh s tipichnym aktivnym rassejannym sklerozom (RS), vkljuchavshee ocenku nevrologicheskogo statusa po shkale EDSS, a takzhe MRT golovnogo mozga s morfometricheskim analizom ochagovyh i diffuznyh izmenenij. Vo vseh slucha-jah analizirovali estestvennoe techenie zabolevanija, t. e. pacienty ne poluchali immunomoduliru-jushhie preparaty (iz gruppy PITRS). Sredi pokazatelej MRT naibolee svjazannym s uvelicheniem indeksa EDSS byli pokazateli diffuznoj atrofii belogo veshhestva golovnogo mozga. Takim obrazom,

Естественные и точные науки

75

nekotorye morfometricheskie pokazateli MRT golovnogo mozga, i, v chastnosti, stepen' diffuznoj atrofii belogo veshhestva golovnogo mozga, mogut vystupat’ kak prognosticheskij test pri remitiru-jushhem rassejannom skleroze.

Ключевые слова: рассеянный склероз, MPT, прогноз, шкала EDSS.

Keywords: multiple sclerosis, MRI, prognosis, EDSS scale.

Kljuchevyeslova: rassejannyj skleroz, MRT, prognoz, shkala EDSS.

По данным эпидемиологических исследований в мире насчитывается более 2,5 млн больных с PC, в России, по разным источникам - от 34 до 70 больных на 100 тысяч населения [1]. Течение заболевания весьма вариабельно, и различные особенности клинической и МРТ картины PC могут иметь разное прогностическое значение [2]. Предварительный прогноз течения PC может быть сделан уже на ранних стадиях заболевания на основе клинической семиологии и степени активности патологического процесса в дебюте PC. Наибольшее значение имеют данные МРТ, полученные при первом обследовании, причем имеет значение как выраженность очаговых, так и диффузных изменений [8]. Краткосрочный прогноз течения PC зависит от активности аутоимунного воспаления, что отражается в частоте и тяжести обострений, а также в выраженности аксональной дегенерации, что приводит к прогрессированию инвалидности [7; 8; 17]. Популяционно-основанные исследования в Европе показали, что активность PC в первые 3-5 лет заболевания определяют его прогноз в отношении всего периода жизни пациента, особенно при раннем клиническом начале [7; 8; 9]. В то же время ассоциации между различными клиническими характеристиками и прогнозом PC на 5 и более лет статистически достаточно слабые [8].

Целью настоящего исследования явилось изучение прогностической ценности исследований клинических и MPT характеристик патологического процесса при типичном ремитирующем PC для прогноза на 5 лет заболевания.

Материалы и методы

Pабота выполнена на базе MГЦPC (Московский городской центр рассеянного склероза в ГКБ № 24 г. Москвы -клиническая база кафедры неврологии и нейрохирургии PHMMY), являющегося единственным специализированным центром PC в г. Москве. Задачей анализа в данной выборке было оценить «естест-

венное» течение активного ремитирующего PC, поэтому критериями включения в исследование были:

- достоверный диагноз PC (по критериям Мак Дональда в модификации 2005 года и критериям Позера, то есть клинически достоверный PC);

-проведение базового клинического обследования по единой программе;

- на момент базового обследования длительность PC более 5 лет и уровень тяжести нарушений не более 3,5 баллов по шкале EDSS [1];

- ремитирующее течение PC, причем не менее одного обострения за последний год;

- проведение MPT по единой методологии в пределах 5-7 дней до или после клинического обследования, т. е. в сроки, близкие к моменту исследования;

- регулярное наблюдение больных на протяжении последующих лет MГЦPC;

- курс nMTPC при наблюдении за этими больными в последующем не выше 6 месяцев, ни одного эпизода иммуносупрессивного лечения.

Таким образом, жесткие критерии отбора были направлены на формирование гомогенной группы больных с классическим ремитирующим течением PC на развернутой стадии заболевания, при этом с активным, но не злокачественным или мягким течением. MPT-исследование головного мозга проводилось всем больным на MP-сканере с индукцией магнитного поля 1,5 Т по единой методике с проведением аксиальных, сагиттальных и фронтальных MP-томограмм головного мозга в режимах Т1 (в том числе с парамагнитным контрастом Магневист в стандартной дозировке), Т2 и Т2-ЕЕАШ. объемы рассчитывались на основании Т1 и Т2 серий, выполняемых по срезам с толщиной 5 мм и расстоянием между срезами 1 мм. Для обработки данных использовали программный пакет REFORMAT на графической станции AdvantageWindows 4,0, где проводили выделения исследуе-

76

Известия ДГПУ, №2, 2014

мых зон с помощью алгоритма «сегментации» весовым методом. Весовой метод (метод наращивания) заключается в разбивке изображения на составляющие объекты и их отбор по заданным начальным условиям (в нашем случае -интенсивности сигнала). Затем автоматически рассчитывалась площадь сегментированных структур в диапазоне заданных интенсивностей сигнала на каждом снимке в серии, и, умножая на толщину среза, получали объемы, складывая которые, получали общий объем. Для расчета объема очагов применили программу «Томоед» КБ ИИС (г. Дубна) с использованием алгоритма «уровня», при котором проводится интегральнодифференциальная фильтрация обработки зоны интереса с последующим выделением контуров объекта на каждом срезе и аналогичным расчетом суммарного объема.

Результаты

В исследование были включены результаты обследований 50 больных - 30 женщин и 20 мужчин в возрасте от 24 до 60 лет (средний возраст 35+-1,64 года). Дебют РС имел место в возрасте от 11 до 40 лет (в среднем 25,7+-4,8 лет). В качестве первых симптомов заболевания у большинства больных выступали нарушения движения (35%), зрения (28%), чувствительные нарушения (25%), начало было полисимптомным у 12% больных. К моменту первичного обследования длительность заболевания варьировала от 6 до 16 лет (в среднем 10,9+-3,9 лет), при этом практически все пациенты имели длительность заболевания свыше 5 лет (100%), 48% больных страдали РС более 10 лет. Общее число обострений за время болезни составило 8,1+-2,61, среднее количество обострений за год -1,16+-0,47, за 2 года - 1,72+—0,58, за 5 лет - 3,94 +- 1,12. На момент начала наблюдения уровень EDSS варьировал от 1,5 до 3 баллов (в среднем 2,10 +-0,52). 26% больных имели EDSS меньше 2 баллов, а большинство - 74% - от 2 до 3 баллов.

Результаты МРТ головного мозга с морфометрическим анализом приведены в таблице 1.

По данным МРТ у всех больных РС были выявлены очаги повышенной интенсивности на Т2-взвешенных изображениях. Количество очагов варьировало от 9 до 31 (в среднем 12,5+-0,6), у 44

больных (84%) количество очагов составило от 14 до 20, объем очагов на Т2-изображении составил в среднем 11,9 +1,0 см3. Количество Т1 очагов («черных дыр») варьировало от 0 до 10 на снимок, в среднем 3,92+-0,53 очага на томограмму. Только у 3 больных (6%) с контрастным усилением очагов не выявлено. У остальных больных (94%) было выявлено от 0 до 21 очага на снимок, в среднем 1,63+—1,14, более 2 очагов выявлено у 22 больных (42%). Объем мозга пациентов в среднем составил 1323,3+-18,9см3, объем желудочков мозга - 196,6+-6,7 см3, объем серого вещества - 643,0+-20,0см3, объем белого вещества - 405,5+-14,9 см3 (табл. 1).

Таблица 1

Результаты МРТ исследований головного мозга 50 больных РС до начала

5-летнего наблюдения

Показатель Кол- во % М m

Наличие диффузной атрофии по данным МРТ (по описанию) 32 64

Объем мозга 1323,3 18,9

Объем желудочков мозга 196,6 6,7

Количество очагов на Т2-изображении от 9 до 31 12,5 0,6

Количество больных, у которых очагов на Т2-изображении более 10 44 88

Объем очагов на Т2-изображении 11,9 1,0

Количество Т1 очагов («черных дыр») От 0 до 10 3,92 0,53

Объем очагов на Т1-изображении («черных дыр») 1,95 0,22

Количество Т1 очагов с контрастным усилением от 0 до 21 1,63 0,14

Нет Т1 очагов с контрастным усилением 3 6%

Более двух Т1 очагов с контрастным усилением 22 42%

Объем серого вещества 643,0 20,0

Объем белого вещества 405,5 14,9

В зависимости от выраженности локальных нейродегенеративных изменений, то есть наличия на МРТ в Т1-взвешенном изображении очагов пониженной интенсивности («черных дыр») больные были разделены на две группы. Клинически при наличии «черных дыр» у пациентов была несколько выше дли-

Естественные и точные науки

77

тельность заболевания и общее число обострений (с пограничной достоверностью статистического отличия p=0,47 и p=0,048), тогда как частота обострений и тяжесть поражения по шкале EDSS достоверно не различались.

Характеристики больных PC через 5 лет и прогностическая ценность ранее выявленных клинико-MPT показателей Больные за период наблюдения не получали на постоянной основе ПИТРС, поэтому можно говорить о естественном течении РС в гомогенной группе больных. За последующие после дебюта 5 лет у всех больных наблюдалось хотя бы одно обострение, среднегодовая частота соответствовала литературным данным для типичного активного ремитирующего РС - порядка 1,84 обострения в год (табл. 2).

Таблица 2

Клинические характеристики больных РС после 5-летнего наблюдения

Показатель Кол- во % М м

Общее число обострений за 5 лет 91

Больных без обострений за 5 лет 0

Среднегодовая частота обострений 1,84 0,12

Среднегодовая частота тяжелых обострений 0,64 0,09

Среднегодовая частота не тяжелых обострений 1,16 0,10

Частота обострений ниже 1,0 в год 0 0

Частота обострений от 1,0 до 2,0 41 82

Частота обострений более 2,0 в год 9 18

Средний уровень подтвержденного EDSS 5,09 0,22

Средний прирост EDSS за 5 лет 3,16 0,18

Прирост менее 2 баллов 12 24

от 2 до 3 баллов 33 66

3,5 и более баллов 5 10

Переход к вторичному прогрессированию 30 60

У 41 пациента (82%) наблюдалось более 1 обострения в год, у 9 (18%) - более 2 обострений. Отмечено существенное прогрессирование стойкой инвалидности до более 5 баллов, при этом прирост от 2 до 3 баллов имел место у 66% больных,

из которых до 3,5 балла и более - у 10%. У 60% больных за это время произошло изменение типа течения РС с ремити-

рующего на вторично прогрессирующее с обострениями или без них.

Был проведен корреляционный и регрессионный анализ клинико-МРТ показателей больных с характеристиками заболеваний у этих больных через 5 лет (табл. 3).

Таблица 3

Клинические характеристики больных РС через 5 лет в зависимости от наличия «черных дыр» при проведении МРТ 5 лет назад

Группа Д (n=19) «есть ЧД» Группа Е (n=31) «нет ЧД»

Показатель Кол- во % М m Кол- во % М m

Общее число обострений за 5 лет 33 68

Среднегодовая частота обострений 1,76 0,12 1,89 0,17

Среднегодовая частота тяжелых обострений 0,75 0,12 0,52 0,11

Среднегодовая частота не тяжелых обострений 1,02 0,13 1,33 0,12

Частота обострений более 2,0 в год 4 21,1 5 16,1

Средний уровень подтвержденного EDSS 5,47 0,43 4,87 0,24

Средний прирост EDSS за 5 лет 3,39 0,36 3,03 0,20

Прирост менее 2 баллов 2 10,5 10 32,3

от 2 до 3 баллов 15 79,0 18 58,0

3,5 и более 2 10,5 3 9,7

Переход ко вторичному прогрессированию 9 47,4 21 67,7

При оценке связи клинических показателей оказалось, что неблагоприятный прогноз в виде высокой частоты обострений за 5 лет заболевания прямо связан только с показателями высокой активности РС 5 лет назад: с числом обострений до этого К=0,39 (р=0,005), с количеством (К=+0,38 р=0,01) и объемом очагов на Т2 взвешенных изображениях. Неблагоприятный прогноз в виде повышения тяжести заболевания (повышение EDSS) оказался связан прямо:

- с числом обострений до начала этого периода с К=0,43 (р>0,01), то есть чем выше была частота обострений, тем потом хуже состояние, выше инвалидность;

78

Известия ДГПУ, №2, 2014

- с переходом ко вторичному прогрессированию- К=0,53 (р<0,01), что логично, так как течение заболевания при прогрессировании заведомо хуже;

- с имеющейся тенденцией к ассоциации, пограничной, в плане статистической достоверности, между количеством очаговых нейродегенеративных изменений («черных дыр» на Т1 взвешенных изображениях) на МРТ 5 лет назад и приростом уровня EDSS в последующем (К=0,28 р=0,05);

и обратно:

- с объемом белого вещества в К=-0,43 р< 0,01 для уровня EdSs и К=-0,35 р=0,02 для показателей прироста EDSS, то есть чем более выражена была атрофия 5 лет назад, тем выше в дельнейшем тяжесть поражения нервной системы, оцененной по шкале EDSS.

Обсуждение

Исследования прогноза РС являются крайне важными и определяют тактику ведения пациентов. Поэтому все большее внимание уделяется поиску клинических и параклинических маркеров, которые позволяют предсказать активность течения заболевания и разработать оптимальную схему лечения в каждом конкретном случае.

Популяционно-основанные исследования показали, что большинство используемых методов имеют лишь относительную прогностическую ценность. Наиболее неблагоприятным считается выявление большого количества очагов при первом МРТ во время первого обращения пациента, что связано с активным течением демиелинизирующего процесса [8]. Неблагоприятный прогноз при РС возможен в зависимости от начальных проявлений и типа течения РС. В среднестатистическом случае более активное и тяжелое течение отмечается при первично-прогрессирующем течении РС (особенно в позднем возрасте), когда быстро нарастает инвалидизация. В меньшей степени неблагоприятный прогноз связывают с ранним переходом во вторичное прогрессирование, хотя само вторичное прогрессирование всегда ухудшает прогноз РС. Что касается клиники первичного проявления заболевания, считаются неблагоприятными для прогноза полисистемное начало, в меньшей степени -начало с двигательных нарушений, осо-

бенно с симптомов поражения проводников мозжечка или ствола мозга, а также симптомы поражения спинного мозга с тазовыми нарушениями, ранние нейропсихологические изменения. Показано, что для длительного прогноза большое значение имеют особенности клиники и течения РС в первые 5 лет заболевания: если тяжесть неврологической симптоматики к этому времени находится в пределах 5 баллов по шкале EDSS, то для последующего течения РС прогноз, как правило, остается относительно благоприятным. Более неблагоприятное течение РС у женщин может наблюдаться только на протяжении первых 5 лет заболевания, тогда как в дальнейшем пол не влияет на прогноз [8].

В среднестатистическом случае более мягкое течение РС (благоприятный прогноз) наблюдается в случаях с длительной первой ремиссией (более года), ремитирующем течении РС с началом в позднем возрасте, старше 40 лет. Прогностически благоприятны варианты течения РС при моносимптомном начале, особенно при дебюте с чувствительных нарушений или оптического неврита. Наличие большого количества очагов при первых МРТ-исследовании и отчетливая локальная («черные дыры») и диффузная атрофия коррелировали с неблагоприятным прогнозом, хотя эти ассоциации были не столь сильны, как ожидалось.

В данном исследовании проанализировано естественное течение РС в гомогенной группе. Пациенты были отобраны при ретроспективном анализе большого числа пациентов, которые наблюдались в МГЦРС на протяжении более 5 лет (более 3000 историй болезни).

Неблагоприятный прогноз в виде повышения тяжести заболевания оказался связан с показателями активности очагового воспалительного поражения мозга, в большей степени - с выраженностью нейродегенеративного процесса с уменьшением объема белого вещества мозга, с переходом ко вторичному прогрессированию. Таким образом, показатели выраженности очаговых и в большей степени диффузных изменений в ткани мозга, по данным МРТ, являются наиболее чувствительными клиническими маркерами неблагоприятного прогноза при рассеянном склерозе.

Литература

1. Алексеева Т. Г., Бойко А. Н., Гусев Е. И. Спектр нейропсихологических изменений при рассеянном склерозе // Журнал неврологиии психиатрии им. С. С. Корсакова, 2000. № 11. С. 15-20.

Естественные и точные науки

79

2. Гусев Е. И., Бойко А. Н. Рассеянный склероз: достижения десятилетия // Журнал неврологии и психиатрии, 2007. № 4. С. 4-13. 3. Бойко А. Н., Петров С. В., Забелина О. Н., СидоренкоТ. В., Исаченкова О. В., Гусев Е. И. Создание регистров при рассеянном склерозе: мировой опыт и регистр Московского городского центра рассеянного склероза // Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова, приложение к журналу «Рассеянный склероз». Вып. 4. 2007. С. 26-31.

4. Сидоренко Т. В., Бойко А. Н. Влияние мотивации, комплаентности и приверженности к терапии на эффективность длительного лечения неврологических больных (обзор литературы) // Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова, приложение к журналу «Рассеянный склероз». Вып. 3. 2006. 5. Гусев Е. И., Завалишин И. А., Бойко А. Н. Рассеянный склероз и другие демие-линизирующие заболевания. М. : Миклош, 2004. 540 с. 6. Гусев Е. И., Бойко А. Н., Смирнова

H. Ф., Демина Т. Л. Факторы риска развития рассеянного склероза в Московской популяции. I. Экзогенные факторы риска // Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. 1999. № 5. С. 32-40. 7. Завалишин И. А., Головкин В. И. Рассеянный склероз. М. : Медицина, 2002. 173 с.

8. Comi G., Filippi M., Martinelli Vetal. Brain MRI correlates of cognitive impairment in primary and secondary progressive multiple sclerosis // J. Neurol. Sci 1995, 132: 222-227. 9. Brassington J. C., Marsh N. V. Neuropsychological aspects of multiple sclerosis. Neuropsyhology Rev. 1998, 8: 43-77.

10. Confavreux C., Vukusis S., Moreau, Adeleine R. Relapses and progression of disability in multiple sclerosis. N. Engl. J. Med. 2000; 343: 1430-1438. 11. Confavreux C., Vukusis S. The clinical epidemiology of multiple sclerosis. Neuroimaging Clin. N. Am. 2012. 18: 589-622. 12. Andersson A., Covacu R., Sunnemark D., Danilov A. I., Dal Bianco A., Khademi M., Wallstrom E., Lobell A., Brundin L., Lassmann H., Harris R. A. Pivotaladvance: HMGB1 expression in active lesions of human and experimental multiple sclerosis // J. Leukoc. Biol. 2008, Nov; 84(5): 1248-55. 13. Bjartmar C., Wujek J. R., Trapp B. D. Axonal loss in pathology of MS: consequences for understanding the progressive phase of disease // Neurol. Science 2003, 206: 165-171.

References

I. Alekseeva T. G., Boyko A. N., Gusev E. I. Impacts of neuropsychological changes in multiple sclerosis // Journal of neurology and psychiatry. 2000. # 11. P. 15-20. 2. Gusev E. I., Boyko A. N. Multiple sclerosis: the achievements of the decade. Journal of neurology and psychiatry, 2007. # 4. P. 4-13.

3. Boyko A. N., Petrov S. V., Zabelina O. N., Sidorenko T. V., Isachenkova O. V., Gusev E. I. Creating

the registers in multiple sclerosis: international experience and the register of Moscow city centre of multiple sclerosis. // S. S. Korsakov Journal of neurology and psychiatry, supplement to journal of Multiple sclerosis, issue 4, 2007: 26-31. 4. Sidorenko T. V., Boyko A. N. Influence of motivation,

compliance and adherence to the therapy on the effectiveness of long-term treatment of neurological patients (literature review) // S. S. Korsakov Journal of neurology and psychiatry, supplement to the journal of Multiple sclerosis, issue 3, 2006. 5. Gusev E. I., Zavalishin I. A., Boyko A. N. Multiple sclerosis and other demyelinating diseases. M. : Miklosh, 2004. 540 p. 6. Gusev E. I., Boyko A. N., Smirnova N. F., Demina T. L. The risk factors for the development of multiple sclerosis in Moscow population. I. Exogenous risk factors // J. Neurology and psychiatry 1999, 5: 32-40. 7. Zavalishin I. A., Golovkin V. I. Multiple sclerosis. M. : Medicine,2002, 173 p. 8. Comi G., Filippi M., Martinelli Vetal. Brain MRI correlates of cognitive impairment in primary and secondary progressive multiple sclerosis // J. Neurol. Sci 1995, 132: 222-227. 9. Brassington J. C., Marsh N. V. Neuropsychological aspects of multiple sclerosis. Neuropsyhology Rev. 1998, 8: 43-77. 10. Confavreux C., Vukusis S., Moreau, Adeleine R. Relapses and progression of disability in multiple sclerosis. N. Engl. J. Med. 2000; 343: 1430-1438. 11. Confavreux C., Vukusis S. The clinical epidemiology of multiple sclerosis. Neuroimaging Clin. N. Am. 2012. 18: 589-622. 12. Andersson A., Covacu R., Sunnemark D.,

Danilov A. I., Dal Bianco A., Khademi M., Wallstrom E., Lobell A., Brundin L., Lassmann H., Harris R. A. Pivotaladvance: HMGB1 expression in active lesions of human and experimental multiple sclerosis // J. Leukoc. Biol. 2008, Nov; 84(5): 1248-55. 13. Bjartmar C., Wujek J. R., Trapp B. D. Axonal loss in pathology of MS: consequences for understanding the progressive phase of disease // Neurol. Science 2003, 206: 165-171.

Literatura

1. Alekseeva T. G., Bojko A. N., Gusev E. I. Spektr nejropsihologicheskih izmenenij pri rassejannom skleroze // Zhurnal nevrologiii psihiatrii im. S. S. Korsakova, 2000. № 11. S. 15-20. 2. Gusev E. I., Bojko A. N. Rassejannyj skleroz: dostizhenija desjatiletija // Zhurnal nevrologii i psihiatrii, 2007. № 4. S. 4-13. 3. Bojko A. N., Petrov S. V., Zabelina O. N., SidorenkoT. V., Isachenkova O. V., Gusev E. I. Sozdanie registrov pri rassejannom skleroze: mirovoj opyt i registr Moskovskogo gorodskogo centra rassejannogo skleroza // Zhurnal nevrologii i psihiatrii im. S. S. Korsakova, prilozhenie k zhurnalu «Rassejannyj skleroz». Vyp. 4. 2007. S. 26-31. 4. Sidorenko T. V., Bojko A. N. Vlijanie

motivacii, komplaentnosti i priverzhennost i k terapii na jeffektivnost' dlitel'nogo lechenija nevrologicheskih bol'nyh (obzor literatury) // Zhurnal nevrologii i psihiatrii im. S. S. Korsakova, prilozhenie k zhurnalu «Rassejannyj skleroz». Vyp. 3. 2006. 5. Gusev E. I., Zavalishin I. A., Bojko

80

Известия ДГПУ, №2, 2014

A. N. Rassejannyj skleroz i drugie demielinizirujushhie zabolevanija. M. : Miklosh, 2004. 540 s.

6. Gusev E. I., Bojko A. N., Smirnova N. F., Demina T. L. Faktory riska razvitija rassejannogo skleroza v Moskovskoj populjacii. I. Jekzogennye faktory riska // Zhurnal nevrologii i psihiatrii im. S. S. Korsakova. 1999. № 5. S. 32-40. 7. Zavalishin I. A., Golovkin V. I. Rassejannyj skleroz. M. :

Medicina, 2002. 173 s. 8. Comi G., Filippi M., Martinelli Vetal. Brain MRI correlates of cognitive impairment in primary and secondary progressive multiple sclerosis // J. Neurol. Sci 1995, 132: 222227. 9. Brassington J. C., Marsh N. V. Neuropsychological aspects of mul-tiple sclerosis. Neuropsy-hology Rev. 1998, 8: 43-77. 10. Confavreux C., Vukusis S., Moreau, Adeleine R. Relapses and progression of disability in multiple sclerosis. N. Engl. J. Med. 2000; 343: 1430-1438. 11. Confavreux C., Vukusis S. The clinical epidemiology of multiple sclerosis. Neuroimaging Clin. N. Am. 2012. 18: 589-622. 12. Andersson A., Covacu R., Sunnemark D., Danilov A. I., Dal Bianco A., Khademi M.,

Wallstrom E., Lobell A., Brundin L., Lassmann H., Harris R. A. Pivotaladvance: HMGB1 expression in active lesions of human and experimental multiple sclerosis // J. Leukoc. Biol. 2008, Nov; 84 (5): 1248-55. 13. Bjartmar C., Wujek J. R., Trapp B. D. Axonal loss in pathology of MS: consequences for understanding the progressive phase of disease // Neurol. Science 2003, 206: 165-171.

Статья поступила в редакцию 19.03.2014 г.

УДК 616.12-005.1-053.9

ВОЗРАСТНЫЕ АСПЕКТЫ СМЕРТНОСТИ ОТ ИШЕМИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНИ СЕРДЦА ВЗРОСЛОГО НАСЕЛЕНИЯ ГОРОДОВ РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

AGE ASPECTS OF MORTALITY FROM ISCHEMIC HEART DISEASE OF THE ADULT URBAN POPULATION IN THE REPUBLIC OF DAGESTAN

© 2014 Османова Х. А., Хачиров Дж. Г., Хасаев А. Ш., Атаев М. Г.,

Гаджиева С. А., Ибнумасхудова П. М. Дагестанская государственная медицинская академия

©2014 Osmanova Kh. A., Khachirov D. G., Khasaev A. Sh., Ataev M. G.,

Gadzhieva S. A., Ibnumaskhudova P. М. Dagestan State Medical Academy

Резюме. В работе проведен сравнительный ретроспективный эпидемиологический анализ 16653 случаев смерти от ишемической болезни сердца (ИБС) взрослого населения (18 лет и старше) городов Республики Дагестан (РД), в которых проживали 37,8% умерших от ИБС, за 2002-2011 годы. Смертность от ИБС взрослого населения по г. Дагестанские Огни (300,9 случая на 100 000 взрослых:) достоверно превышала аналогичные показатели по 5 городам РД, также критическими являлись гг. Кизляр, Избербаш и Дербент. Критической возрастной группой по смертности от ИБС является возраст 70 лет и старше (2881,1). Смертность от ИБС в возрасте 60-69 лет (376,2) была в 3,2 раза выше, чем в возрасте 50-59 лет, показатель горожан 40-49 лет (19,7) в 13 раз превышал по сравнению с возрастом 18-39 лет. Смертность населения городов в возрасте производительного труда (18-59 лет) выше, чем в сельской местности РД. Таким образом, сравнительный анализ смертности позволил идентифицировать проблемные популяции по смертности от ИБС.