Мосгорсуд прислушался к Игорю Сечину

Мосгорсуд в четверг оставил в силе восьмилетний срок заключения, назначенный ранее экс-министру экономического развития РФ Алексею Улюкаеву. Впервые в качестве свидетеля по делу в суде выступил глава «Роснефти» Игорь Сечин, который рассказал, как и когда господин Улюкаев требовал у него $2 млн за согласование покупки пакета акций «Башнефти». Экс-министр назвал показания господина Сечина недостоверными, однако суд поверил свидетелю.

Сообщение о том, что в судебном заседании примет участие глава «Роснефти» Игорь Сечин, стало абсолютной неожиданностью не только для присутствовавших в Мосгорсуде журналистов, но и для четырех адвокатов осужденного Алексея Улюкаева. Представители гособвинения объявили о том, что хотят вызвать «свидетеля Сечина», практически в самом начале заседания — после того, как защита приобщила к материалам дела справку из СИЗО об удовлетворительном состоянии здоровья бывшего министра. Адвокаты не скрывали удивления, а судьи лишь уточнили, «обеспечили ли прокуроры явку свидетеля». Дело в том, что в ходе процесса в Замоскворецком суде столицы, который рассматривал дело господина Улюкаева, свидетеля Сечина на допрос пытались вызвать неоднократно, но так главу «Роснефти» и не дождались. Причиной тому, как объясняли в нефтяной компании, был предельно загруженный рабочий график ее руководителя — это дало повод подсудимому Улюкаеву сыронизировать, что «ключевой свидетель потерялся где-то между Римом и Ханты-Мансийском».

Однако на этот раз представители прокуратуры уверенно ответили утвердительно и тут же попросили суд закрыть допрос господина Сечина от СМИ, сославшись на то, что речь пойдет о вещах, составляющих коммерческую тайну. Защита возражала. «В первой инстанции мы пять месяцев под лупой изучали все детали сделки, рассматривали правительственные документы, допрашивали министров и глав федеральных агентств. Какие тайны там остались?» — недоумевал адвокат Тимофей Гриднев.

Корреспондент “Ъ” Роман Дорофеев из зала суда

Еще до того, как процесс для СМИ сделали закрытым, можно было видеть, что для адвокатов Улюкаева сегодняшний вызов Сечина в суд был полной неожиданностью. Перед началом суда они подготовили ходатайство о том, чтобы были частично рассекречены результаты оперативно-разыскных мероприятий, которые обеспечивала ФСБ по делу Улюкаева, но к допросу Сечина они не готовились.

Однако суд согласился закрыть процесс. Журналисты попытались было подстеречь Игоря Сечина в коридорах, но меньше чем через пять минут судебные приставы сообщили представителям СМИ, что глава «Роснефти» уже находится в зале и дает показания. Как выяснилось, попал он туда через специальный коридор, в рядовые дни предназначенный для судей. В апелляционный же корпус господин Сечин в сопровождении охраны перешел по надземному застекленному переходу из основного здания Мосгорсуда.

Пока глава «Роснефти» давал показания, приставы оцепили половину этажа, на котором находится зал заседаний, объяснив это тем, что в закрытой части «находятся служебные помещения, в которых журналистам делать нечего». Однако спустя полтора с небольшим часа, сразу после того как Игорь Сечин покинул здание, кордон был снят.

Адвокаты тут же попросили перерыв, чтобы внести коррективы в заготовленные речи с учетом того, что они услышали от Игоря Сечина. «Лично я строила свое выступление в прениях на том, что показания Сечина отсутствуют»,— объяснила адвокат осужденного Дареджан Квеидзе. Суд эту просьбу удовлетворил и прервал заседание на два часа.

После перерыва присутствующим быстро стало ясно, что говорил суду Игорь Сечин, поскольку его показания стали предметом анализа адвокатов. Судя по их комментариям, в основном большое значение имел рассказ свидетеля о том, как и когда именно Алексей Улюкаев потребовал от него $2 млн. По версии главы «Роснефти», это произошло во время саммита БРИКС в Гоа, по дороге на совещание с президентом Владимиром Путиным. По версии Игоря Сечина, он вместе с Алексеем Улюкаевым в течение десяти минут поднимались из холла отеля в зал, где должно было начаться заседание, и именно в это время господин Улюкаев потребовал деньги. «За что?» — поинтересовался господин Сечин и, по его словам, получил ответ, что за сделку по покупке «Башнефти».

«Изначально приговор был вынесен, несмотря на то что не было определено, где и как Улюкаев потребовал взятку. Это важный квалифицирующий признак этого состава преступления, и без его установления приговор становится ничтожным,— заявил суду адвокат Тимофей Гриднев.— Сечин частично рассказал об этих обстоятельствах, но его слова не состыкуются с показаниями других свидетелей». При этом защитник напомнил о показаниях одного из охранников главы «Роснефти» Вадима Деревягина, который утверждал, что «никогда не выпускает из поля зрения» Игоря Сечина, а видел рядом с ним Алексея Улюкаева лишь возле бильярдного стола, до того как они спустились в холл.

Сам Алексей Улюкаев, выглядевший в четверг грустным и усталым, назвал рассказ свидетеля недостоверным. «Когда мы отошли от бильярдного стола, мы спустились вниз в холл, и вскоре сотрудники протокола президента позвали нас в зал. Работа протокола устроена так, что мы — члены правительства и администрации президента — должны заходить в зал отдельно от представителей бизнеса, среди которых был и Сечин. То есть мы пересеклись с ним в толпе буквально на 30 секунд. Нам надо было подняться на второй этаж, вокруг были люди. Как я мог в таких обстоятельствах вымогать деньги?» — пояснил осужденный.

Эмоциональные споры сторон вызвали также обстоятельства передачи господину Улюкаеву $2 млн во дворе офиса «Роснефти» и предшествовавший этому телефонный разговор между министром и главой нефтяной компании. «Сечин делал все, чтобы заманить ничего не подозревающего Улюкаева в офис "Роснефти". И делал это с единственной целью — отдать ему сумку, о содержании которой Улюкаев ничего не знал. Почитайте расшифровку записи их разговора! Улюкаев не хочет ехать в "Роснефть", у него день расписан, а этот график всеми силами ломает Сечин. Он приглашает его сначала обсудить рабочие вопросы, а потом "на секундочку" зовет посмотреть центральное диспетчерское управление. Это уже неофициальное приглашение в гости, от которого Улюкаеву было бы неприлично отказываться!» — уверял суд Тимофей Гриднев.

«Да-да, почитайте расшифровку! — ответил защитнику прокурор Борис Непорожный.— Улюкаев даже спасибо не сказал Сечину. Это разве похоже на разговор двух нормальных людей, один из которых дарит другому подарок? Что говорят нормальные люди? Ну, например: это французское красное 2010 года. А в ответ слышат: спасибо, попробую, расскажу. Но никак не "задание выполнено, объем собран". И зачем Улюкаеву 20 литров вина? Улюкаев поехал за своими денежками, отложил дела, так как корысть взяла свое». Он назвал приговор полностью обоснованным, а «очередную версию защиты» назвал «глупейшей». Последнее вызвало возмущение адвокатов, которые обвинили господина Непорожного в оскорблении.

Последнее слово Алексея Улюкаева

Стенограмма выступления в суде 7 декабря

Сам Алексей Улюкаев, выступая с последним словом, вновь заявил, что невиновен, а все обвинение «строится по системе ОБС»:

«Только не одна баба сказала, а один мужик, которому другой мужик сказал, что третий у него вымогает взятку»,— сказал экс-министр, попросив суд «вынести справедливое решение».

В итоге Мосгорсуд изменил приговор совсем незначительно. Он оставил в силе восьмилетний срок заключения господина Улюкаева в колонии строгого режима и наложенный на него 130-миллионный штраф. При этом из приговора был исключен запрет на занятие управленческих должностей после отбытия наказания, да и эта поблажка не касалась работы в госорганах.

Адвокат Квеидзе после заседания заявила, что защита будет оспаривать решение Мосгорсуда в кассационной инстанции. Ранее она же заявляла, что адвокаты дойдут и до Европейского суда по правам человека. Одним из пунктов жалобы в ЕСПЧ вполне может стать нарушение права господина Улюкаева на справедливый суд (ст. 6 Европейской конвенции о защите прав и свобод человека). Дело в том, что на заседании в четверг Мосгорсуд отказался ввести в процесс в качестве общественного защитника супругу Алексея Улюкаева Юлию Хряпину. Отказ был мотивирован тем, что у бывшего министра и так «четыре профессиональных адвоката».

“Ъ” вспоминает, как проходил судебный процесс