Конница эллинистических Афин

А.К. Нефёдкин

КОННИЦА ЭЛЛИНИСТИЧЕСКИХ АФИН

Австралийский антиковед Й. Спенс в своей фундаментальной монографии о греческой коннице разделил историю афинских всадников на четыре основных этапа1. Первый, наиболее ранний этап развития (до конца VI в. до н. э.) был связан с 48 административными единицами-навкрариями. Следующий этап начинался после разгорания греко-персидских войн, около 477 г. до н. э.. когда был установлен корпус из 300 всадников, которые, видимо, набирались по 30 от каждой из десяти фил. Наибольшего расцвета афинская конница достигла в «Век Перикла», в период, начавшийся между 445-438 гг. и закончившийся около 320 г. до н. э. В эту эпоху численность всадников достигла максимума: 1000. Корпус всадников делился на десять отрядов по 100 конников в каждой во главе с избранным от каждой филы командиром-филархом. Пять филархов состояли под начальством одного из двух гиппархов, избираемых не по филам, а из всей массы граждан. Последний, по И. Спенсу, этап развития конницы Афин, о котором и пойдет речь в данной статье, начался около 320 г. до н. э. Корпус всадников в это время был уменьшен до 200-300. Однако, к сожалению, информация о периоде эллинизма наиболее скудна и основывается главным образом на эпиграфическом материале.

Афинская военная система в это время по-прежнему базировалась на территориальном разделении государства на филы, количество которых менялось. Эти изменения были вызваны не административной необходимостью, а чисто политическими причинами. В 307 г. до н. э., когда была свергнута тирания Деметрия Фалерского, в честь освободителей и восстановителей демократии к десяти существующим со времени Клисфена десяти филам были добавлены еще две: Антигонида, названная в честь Антигона Одноглазого, и Деметриада, носившая наименование в честь Деметрия Полиоркета. В 224/3 г. до н. э. в честь египетского царя Птолемея ПТ, помогавшего афинянам против Македонии, была учреждена тринадцатая фила Птолемаида, для создания которой каждая из существовавших фил отдала по одному дему. В 200 г. до н. э. в начале Второй македонской войны афиняне, объявив войну Филиппу V, упразднили две филы, посвященные основателям македонской династии Антигонидов, и создали другую филу — Атталиду, в честь нового союзника — пергамского царя Аттала Т.2

После поражения в Ламийской войне победителем Антипатром в 322 г. до н. э. была навязана Афинам тимократическая (по существу, олигархическая) конституция, установившая большой имущественный ценз, тогда как не обладавшие достаточным имуществом остальные 2/3 граждан оказались бесправными. Впрочем, эта конституция существовала не долго и в 318 г. до н. э. по декрету македонского регента Полисперхонта произошла реставрация демократии. В 307 г. до н. э. в связи с появлением двенадцати фил численность пеших таксисов и конных отрядов также увеличилась до этого предела. Была отменена обязательная военная служба для юношей. Теперь эфебами могли стать добровольцы, в том числе неграждане и иностранцы в возрасте 18 лет, и служили они не два, а один год. Соответственно и количество эфебов значительно уменьшилось -

© А.К. Нефёдкин, 2005

с 800 до 30 юношей. Во главе военной организации по-прежнему стояла коллегия из десяти стратегов, каждый из которых отвечал за назначенную ему задачу. По-прежнему контингент граждан подразделялся по филам на возрастные категории от 18 до 59 лет, которые были записаны в каталоги. Пешими отрядами фил командовали такисархи, а конными - филархи, подчинявшиеся двум гиппархам. В период между концом IV в. до н. э. и 282/ I г. до н. э. количество всадников уменьшилось до 200, а потом увеличилось до 300, о чем упоминает надпись, посвященная гиппархам и филархам (SEG, XXI, 525, 11. 43^44). Возможно, имеется в виду набор по 25 всадников от каждой из двенадцати фил. Теперь Афины не были империей и им не нужно было содержать такое большое количество всадников, которым надо было платить; конники нужны были городу в основном для патрулирования и оборонительных действий.

У. Фергюсон полагает, что служба всадников стала добровольной, однако Г. Бью доказывает, что в коннице служили недобровольно, поскольку сохранялись традиционные институты: ежегодный смотр-докимасия. оценка-тимесис, подъемные деньги при поступлении в конницу и ежедневное содержание, хотя при этом он не отрицает, что тут могли быть и добровольцы3.

Служба в коннице оставалась не дешевой, приходилось самому с помощью государственного katastasis, выдаваемого, впрочем, после покупки, приобретать коня. Интересные подробности о содержании коней находим на 574 свинцовых табличках, найденных в 1965 г. в Керамике, и на 111 - с Агоры, обнаруженных в 1971 г. Таблички датируются серединой III в. до н. э., точнее, временем между 260 и 240 гг. до н. э.; позднее они были выброшены за ненадобностью в колодцы. При этом 26 из 111 документов с Агоры датируются серединой IV в. до н. э. Таблички представляют собой свидетельства об ежегодной инспекции коней всадников афинским Советом, где указывается имя владельца, масть коня, его приметы и стоимость, которая при потере животного будет возмещена государством. Стоимость коня на табличках III в. до н. э. варьирует от 1200 драхм (что, видимо, является установленным максимумом) до 100, в среднем 500. Причем, по сравнению с IV в. до н. э., цена коня в среднем больше: тогда лошади стоили от 700 до 100 драхм, в среднем 300—400. Действительно, согласно Исею (V,43), около 390 г. до н. э. благопристойный конь стоил минимум три мины (300 драхм), тогда как хороший конь - 12 мин (1200 драхм) (ср.: Aristoph. Nub., 21-32; Xen. Anab., VII,8,6; Lysias, VIII, 10).

Подобную тенденцию можно объяснить как простой инфляцией, так и тем фактом, что в коннице служили состоятельные люди, которые могли себе позволить иметь более дорогое животное4. Традиционно в афинской коннице традиционно служили знатные юноши. Ведь именно знать обладала имущественным цензом и умела общаться с конями, которых содержали аристократы. Они сами обучали своих сыновей верховой езде (Plato. Men., 93d; 94a-b; Plut. Them., 32,1). Вспомним, например, что только два из всех всадников, изображенных на фризе Парфенона, бородаты, возможно, это офицеры5. Действительно, богач Мидий служил в коннице в возрасте более 40 лет (Demosth., XXI, 154; 162).

По общему правилу всадник должен был сам приобретать себе снаряжение, однако уже во время Ксенофонта считалось, что филархи несут ответственность за вооружение своих всадников и вправе требовать от них вооружаться согласно получаемой плате (Xen. Hipp., 1,22-23). Гиппархи же должны были следить за снаряжением коней (Хеп. Hipp., 8,4). В 220/19 г. до н. э. гиппарх Феофраст обязался снабжать коней кормом, всадников - оружием, а лохагам - подарить по 10 мин (IG, II2, 1303, 11. 13-17). Лохаги-в обычном значении пехотные офицеры, но в данном контексте можно рассматривать их как альтернативное обозначение филархов6.

Вместе со свинцовыми табличками на Агоре были найдены девять круглых жетонов диаметром около 20 см, которые датируются также III в. до н. э. На одной стороне жетона изображен шлем аттического типа или панцирь с двумя рядами птериг, или поно-жа, или щит с альфой посередине, или же Ника, а на обороте - буквы А, Г или Д. Дж. Кролл полагает, что эти жетоны были предназначены для выдачи государственного оружия всадникам, тогда как буква обозначала размер7. Однако поножи и круглый гоплитс-кий щит явно не свидетельствуют в пользу мнения о выдаче оружия именно всадникам, они говорят о пехотном вооружении.

О мобилизационных возможностях полиса в этот период свидетельствует тот факт, что в коалиционное греческое войско, сражавшееся против галатов в 279 г. до н. э., афиняне во главе со стратегом Каллиппом послали 1000 пехотинцев и 500 всадников (Paus., X, 20, 5). Это - последнее упоминание в литературных источниках полевой афинской армии. Кто были из этих 500 всадников дополнительные 200 - афиняне, набранные на случай военной угрозы, или же просто конные наемники, не ясно. 500 - это число всадников, намного превосходившее 300, - не исключение: в декрете, посвященном стратегу Феофрасту (220/ 19 г. до н. э.), упоминается даже большее число всадников - 600 (IG, II2, 1303). Видимо, такое увеличение вызвано начавшейся Союзнической войной, в которой Македония и Ахейский союз противостояли этолийцам, однако сами Афины соблюдали нейтралитет (220-217 гг. до н. э.).

В эллинистический период, оставшийся за рамками основного исследования Й. Спенса, конница Афин продолжала развиваться. С середины II в. до н. э., судя по эпиграфическим данным, наступает новый этап, связанный с интенсивным использованием верховых дротикометателей-тарентинцев, название которых идет от южноиталийской колонии, из которой первоначально, еще в конце IV в. до н. э., и прибывали воины. Естественно, и ранее Афины располагали отрядами легких всадников: во второй половине V в. до н. э. - конными лучниками, а в IV—TIT вв. до н. э. - продромами. Однако они были вспомогательным родом конницы по отношению к более многочисленным копьеносцам. Насколько мы можем судить по фрагментарным эпиграфическим данным, значение тарентинцев стало неизмеримо больше, что позволяет говорить о новой фазе развития конницы. В середине - второй половине II в. до н. э. тарентинцы участвовали в государственных праздниках афинян; уже в 153/2 или 149 / 8 гг. до н. э. во главе победителей в соревнованиях по качеству оружия оказываются два брата-тарентинарха Эвфен и Полиник, сыновья Мосхиона из Эантовой филы из Марафона (IG, IT2, 958, 11. 56-59), что совершенно ясно говорит о принадлежности этих всадников к гражданскому коллективу, а не к наемным контингентам*. А. Мартен сделал даже вывод, что в середине II в. до н. э. в Афинах было два тарентинарха, которые, как он полагал, заменили филархов, а сами всадники были заменены полностью или частично тарентинцами9. Однако, судя по другим надписям из Дельф, датированным 128 / 7 и 106 / 5 гг. до н. э., должности гиппархов, филархов и тарентинархов сосуществовали. Причем в первом случае упоминается один гиппарх, два тарентинарха, четыре филарха, а во втором — по одному гиппарху и тарен-тинарху и два филарха из разных фил'°. Если данная пропорция показывает истинное соотношение видов конницы, то обычных всадников от 12 фил было в 2 раза больше, чем тарентинцев, у которых было, по крайней мере, 2 отряда (всего может быть 6).

Сохранилось одно упоминание о наличии катафрактов в Афинах. Афиней (V, 214а) передает свидетельство Посидония Родосского о деятельности афинского стратега 88 г. до н. э. Афиниона, который стал в городе настоящим тираном. Он начал преследовать убегающих граждан «и одних убил, а других возвратил связанными, послав всадни-

ков афинян, имея дорифорами многих из так называемых катафрактных всадников». Поскольку у балканских греков и в Афинах, в частности, катафрактов, насколько нам известно, не было, то Г. Бью полагает, что катафрактами были неафиняне". Возможно, Афинион, который до этого был послом Афин у Митридата VI Понтийского и стал его «другом», действительно вооружил по восточному образцу некоторую часть своих конных гвардейцев, которые, в принципе, могли быть наемниками восточного происхождения.

В целом в период эллинизма былое военное могущество Афин ушло в прошлое. Хотя город и играл важную роль в Ламийской (323-322 гг. до н. э.) и Хремонидовой (260-е годы до н. э.) войне против македонского господства в Греции, но он уже не был одной из лидирующих держав на Балканах: тут в роли лидера выступали Македония и эллинские союзы, среди которых главная роль принадлежала этолийскому и ахейскому. В эллинистический период армия Афин была сравнительно небольшой. Она базировалась на отрядах, состоявших из отборных воинов-эпилектов, небольшом отряде всадников и значительном количестве наемников, лишь при необходимости собирали ополчение, в особенности во время осад (1лу., XXXI, 24, 10; Р1Ш. Оете1г., 23, 1-2; 33-34; БиГ, 12-14; Арр. МКИг., 30-38). Всадниками по-прежнему была знать, в основном юноши. Хотя они и приобрели недоверие демоса во время правления Тирании тридцати (404-403 гг. до н. э.), но доверие было восстановлено в боевых действиях в период Фиванской гегемонии со второй четверти IV в. до н. э. С середины IV в. до н. э. в Афинах доля наемников в армии значительно возросла, особенно в экспедициях за море и на вражеские территории. Некоторые экспедиционные корпуса состояли только из «солдат удачи». Эта тенденция не была характерной только для Афин — другие государства также активно использовали наемников.

1 Spence I. G. The Cavalry of Classical Greece: A Social and Military History with Particular Reference to Athens. Oxford, 1993. P. 9-17.

: Хабихт X. Афины: История города в -эллинистическую эпоху. М.. 1999. С. 180-181, 196-197.

' Ferguson W. S. Hellenistic Athens: A Historical Essay. London, 1911. P. 128, 251; Bugh G. R. The Horsemen of Athens. Princeton, 1988. P. 186.

^ Braun K. Der Dipylon-Brunnen. Bd I: Die Funde// Mitteilungen ties Deutschen archaeologischen Tnstituts. Athenische Abteilung. Berlin. 1970. Bd. 85. S. 198-269; Kroll./. H. An Archive of the Athenian cavalry // Hesperia. 1977. Vol. 46. N 2. P. 83-140; Spence I. G. The cavalry... P. 274-280; Хабихт X. Афины... С. 160-161.

b Spence I. G. The Cavalry... P. 199.

6 Kroll J. H. Some Athenian Armor Tokens // Hesperia. 1977. Vol. 46. N 2. P. 146. N 15; Stevenson T. Cavalry Uniform on the Parthenon Friezes // Amer. J. Archaeology. 2003. Vol. 107. N 4. P. 632. N 21.

I Kroll J. H. Some Athenian Armor Tokens. P. 143.

II Martin A. Equites. Grece // Daremberg Ch., Saglio E. Dictionnaire des antiquites grecques et romaines d’apres les textes et les monuments. T. II. Pt. I (1892). P. 770; WuiUeumier P. Tarente des origines la conquete romaine. Paris, 1939. P. 668; Bugh G. R. The Horsemen of Athens. P. 191, 197.

0 Martin A. 1) Equites... P. 770; 2) Les cavaliers atheniens. Paris, 1886. P. 420-421; Wuilleumier P. Tarente... P. 668.

10 Colin M. G. Fouilles de Delphes. Paris, 1909. T. 111. Fasc. 2. P. 35-36. N 28, II. 3, 7. 9-13; P. 35, N 46, II. 1-3, 5-10; Bugh G. R. The Horsemen of Athens. P. 191.

" Bugh G. R. The Horsemen of Athens. P. 200.

Статья поступила в редакцию 30 июня 2005 г.