Адаптация без ажитации

Правительство в этом году сосредоточится на мерах по дальнейшей адаптации экономики к внешним шокам — она, как рассчитывают власти, должна завершиться в 2024 году. В числе заявленных приоритетов — наращивание соцподдержки населения, развитие инфраструктуры, обеспечение технологического и финансового суверенитета, а также укрепление связей с имеющимися внешнеторговыми партнерами и поиск новых. Эти планы — прямое продолжение работы Белого дома в 2022 году, о которой в четверг, 23 марта, в Госдуме отчитался премьер-министр Михаил Мишустин. Де-факто правительство намерено завершить системный проект адаптации к новым условиям, в которых РФ оказалась после начала военной операции на Украине, без существенных изменений — его исполнение в 2022 году показало эффективность подходов, заложенных в него задолго до момента, когда их надо было применять.

Отчет Михаила Мишустина Госдуме был призван продемонстрировать законодателям, что стратегия правительства нуждается в системной реализации, но не в корректировках

Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ

В четверг премьер-министр Михаил Мишустин представил Госдуме отчет о деятельности правительства в 2022 году — доклад, занявший более полутора часов, охватил ключевые антикризисные меры Белого дома минувшего года и текущие ориентиры госполитики. Доклад был крайне подробным, обзор деятельности правительства выглядел в выступлении премьер-министра исчерпывающим: практически все сферы деятельности Белого дома упомянуты, и среди них практически не было проблемных. Вероятно, такой детализированный, сверхподробный доклад в Госдуме во многом нужен был для позиционирования правительства в системе органов власти: адекватно работающее правительство, как правило, несколько менее заметно по крайней мере в медиа, чем любая проблемная властная структура.

Как отметил премьер, 2022 год стал годом «сложного адаптационного периода, пересборки хозяйственных связей» — в рамках этих процессов правительство «системно выстроило свою деятельность» на основе 12 среднесрочных приоритетов.

Среди них — обеспечение макроэкономической стабильности, прежде всего, за счет бюджетной политики — в частности, повышения ее гибкости как по «ковидному» опыту, так и планового реформирования управления госрасходами, а также посредством вливания средств в антикризисные программы. Бюджетная политика сыграла и существенную роль в рамках поддержки регионов, которым было направлено из федерального центра 4 трлн руб., что на 10% больше, чем годом ранее, а также выданы бюджетные кредиты на замещение коммерческих на 720 млрд руб., что позволило сэкономить 65 млрд руб. на обслуживание долга. С точки зрения трат на поддержку экономики в целом, по словам Михаила Мишустина, только прямая поддержка из бюджета и Фонда национального благосостояния составила 1,5 трлн руб.— помимо этого было выдано почти 4 трлн руб. в рамках различных программ льготного кредитования компаний, реструктурированы займы по плавающим ставкам и по программам ЦБ на примерно 6 трлн руб.

Примыкает к этой работе и блок по стимулированию инвестиций, включая поддержку малого и среднего бизнеса — как отметил премьер, рост инвестиций по итогам года оценивается в 5%,— а также мер по созданию в России собственных производств, как сугубо отраслевых, так и системных, например, за счет докапитализации Фонда развития промышленности на 120 млрд руб. Также госполитика строилась вокруг наращивания соцподдержки, на которой премьер остановился особенно подробно (в частности, речь шла об увеличении МРОТ, дополнительной поддержке семей с детьми), обеспечения стабильности на рынке труда и удовлетворения внутреннего спроса — как за счет параллельного импорта, так и запрета на реэкспорт оборудования, комплектующих и медизделий, за счет чего 1,7 тыс. товаров «было сохранено» на рынке России.

В этом году работа правительства, как следовало из слов премьера, станет продолжением адаптационной работы 2022 года, пусть и в менее реакционном режиме — премьер, хоть и оговорился, что «внешнее давление на Россию не ослабнет», но все же рассчитывает, что в 2024 году адаптационный период уже завершится и экономика перейдет к «долгосрочному поступательному развитию».

Заявленные на этот год приоритетные направления во многом пересекаются с прошлогодними: например, тренд на дальнейшее наращивание соцподдержки и мер по обеспечению роста реальных доходов граждан, а также развитие инфраструктуры, включая и транспортные коридоры, которые «должны выстраиваться в соответствии с потребностями в экспорте и импорте», в том числе для укрепления торговых и кооперационных связей со странами Евразийского экономического союза и Китаем.

Также продолжится «линия» по обеспечению технологического суверенитета: правительство рассчитывает добиться «стабилизации индекса промышленного производства» и его роста на 2% в 2024 году (по итогам 2022-го он снизился на 0,6%).

Среди уже объявленных мер — расширение промышленной ипотеки за счет включения в программу проектов строительства и модернизации заводских помещений (см. “Ъ” от 21 февраля; в связи с этим планируется выделить дополнительный 1 млрд руб. на реализацию программы). Пока, как сообщил Михаил Мишустин, выданы кредиты на покупку производственных площадей на общую сумму 2,5 млрд руб.

Одновременно с этим Белый дом видит свою задачу и в «достижении финансового суверенитета» — развития банковского сектора и собственного фондового рынка за счет притока инвестиций, которому должно способствовать, например, введение единого налогового вычета для граждан, которые вкладывают средства в различные финансовые инструменты долгосрочных сбережений. Впрочем, история про «финансовый суверенитет», видимо, на деле даже несколько больше, чем про «технологический»: напомним, смена модели финансового рынка РФ на новую, рассматривающую главным ресурсом для финансовой системы не иностранные инвестиции, а внутренние накопления в экономике, стартовала по существу с 2015 года после перехода на плавающий курс рубля и происходила наиболее активно в 2016–2019 годах, после чего она стала главным фактором стабильности экономики РФ в пандемию 2020–2021 годов и после введения санкций весной-летом 2022 года. При этом идея «финансового суверенитета» сама по себе не предполагает изоляции финрынков РФ от растущих финрынков Азии: приоритеты в развитии сотрудничества с Китаем и в развитии транспортного коридора Север—Юг обозначены в выступлении Михаила Мишустина даже раньше, чем два «суверенитета» как цели работы Белого дома на 2023 год.

Фотогалерея

1 / 11