Государственный стандарт прерывания беременности

Минздрав РФ готов обсуждать запрет частным клиникам делать аборты. В ведомстве утверждают, что такие учреждения не соблюдают установленное законом правило — от 48 часов до семи дней тишины перед процедурой. У ряда депутатов и общественников и другие претензии к коммерческим клиникам: они скрывают от государства реальное число абортов. Для реализации принципа «аборт только в государственной больнице» законодателям необходимо либо ограничить права пациента, либо ввести новое лицензионное законодательство, полагает адвокат Ирина Гриценко.

Стимулирование рождаемости в России может обернуться запретом для частных клиник делать аборты

Фото: Александр Петросян, Коммерсантъ

В конце июня на заседании комиссии Госсовета по соцполитике вице-спикер Госдумы Анна Кузнецова («Единая Россия») предложила ограничить выдачу частным клиникам лицензий на проведение абортов для стимулирования рождаемости в стране. Госпожа Кузнецова обратилась к практике Мордовии, где, по ее словам, частные клиники перестанут предоставлять услугу по искусственному прерыванию беременности. Она пояснила, что данное решение было принято губернатором Артемом Здуновым совместно с руководством коммерческих медорганизаций региона на добровольной основе.

На заседании Госдумы во вторник зампред думского комитета по вопросам семьи, женщин и детей Татьяна Буцкая («Единая Россия») спросила министра здравоохранения Михаила Мурашко, как в ведомстве относятся к предложению оставить возможность оказания услуг аборта лишь в государственных медучреждениях. Господин Мурашко заверил, что готов обсуждать эту инициативу. По его словам, она «заслуживает внимания», так как надзорные ведомства в ходе проверок частных клиник выявили, что те не выдерживают неделю тишины. Согласно поправкам к закону об охране здоровья граждан 2012 года, каждой женщине, решившей прервать беременность, даются «дни тишины» — в зависимости от срока от 48 часов до семи суток.

У депутатов и ряда общественников есть и другая претензия к частным клиникам — недобросовестное предоставление статистики.

По данным Минздрава, в 2022 году в России был проведен 395 201 аборт — на 4% меньше, чем в 2021-м. В целом с начала девяностых число абортов в стране неуклонно снижается — в среднем на 6% в год, и сейчас показатель более чем в пять раз меньше, чем в 1990 году. В официальную статистику включены данные как государственных, так и частных клиник. Однако, уверен первый зампред комитета Госдумы по охране здоровья Алексей Куринный (КПРФ), частники скрывают полную информации.

Президент фонда «Женщины за жизнь» Наталья Москвитина утверждает, что частные клиники представляют (поскольку обязаны) минимальную статистику, но фактически количество проведенных прерываний беременности «в разы больше»: «Мы не знаем точное их число. Можем косвенно судить по количеству абортивных препаратов, проданных клиникам и физическим лицам, хотя это противозаконно: 500 тысяч в год. Таким образом, к официальным 400 тысячам нужно прибавить еще полмиллиона абортов ежегодно». По мнению госпожи Москвитиной, отказ частных клиник от предоставления услуг по прерыванию беременности был бы «хорошим подспорьем демографической динамике».

Акушер-гинеколог, специалист общественного здравоохранения и здоровья, эксперт ВОЗ Любовь Ерофеева, напротив, считает, что статистика частных клиник более достоверна, чем данные госучреждений. «Подавляющее большинство абортов — больше 70% — в коммерческих учреждениях делаются медикаментозным способом,— говорит Любовь Ерофеева.— А в этом случае клиника покупает напрямую у производителя препараты и отчитывается за каждую таблетку, то есть количество карт прерывания беременности должно соответствовать числу употребленных препаратов. Кроме того, в 2018 году Минздрав ввел очень жесткие требования, лицензирующие деятельность частных клиник, которые предоставляют такую услугу, поэтому у них там комар носа не подточит».

По словам директора по развитию компании RNC Pharma Николая Беспалова, общий объем потребления препаратов для медикаментозных абортов в 2022 году составил 1,4 млн упаковок — рост относительно 2021 года достиг около 60%. 2022 год, отмечает господин Беспалов, продемонстрировал рекордный объем потребления таких препаратов, более или менее сопоставимые показатели фиксировались только в 2018 и 2020 годах.

За первые пять месяцев 2023 года объем потребления мизопростола и мифепристона в дозировках, предназначенных для прерывания беременности, начал сокращаться.

«На аптеки приходится очень незначительное количество продаж этих препаратов, не более 2–3% от общих объемов, или порядка 23–25 тыс. упаковок в год. Причем это не значит, что весь этот объем применяется для проведения абортов в домашних условиях. Скорее всего, эти препараты закупаются как раз в интересах "серых" клиник. Правда количество таких "серых" процедур, скорее всего, намного больше»,— говорит господин Беспалов.

В клиниках BestDoctor и ЕМС не стали отвечать на запрос “Ъ”. По словам основателя федеральной сети многопрофильных медицинских центров «Клиника Фомина» Дмитрия Фомина, количество процедур по прерыванию беременности превышает полмиллиона, а по некоторым оценкам, доходит до 1,2 млн в год. Господину Фомину известно «большое количество» недобросовестных игроков, которые делают процедуру прерывания беременности с нарушениями, в том числе несоблюдением семи дней тишины. «В свою очередь, большая часть игроков рынка относятся к этому максимально ответственно, соблюдают правила и проводят процедуру официально,— продолжает господин Фомин.— Например, наша сеть клиник не делает прерывания беременности, если у плода бьется сердце». Главный гинеколог МЕДСИ Анатолий Тян сообщил, что прерывание беременности проводится только в тех клиниках, где оформлена лицензия на данный вид деятельности, а соблюдение «48 часов тишины» или «недели тишины» является обязательным условием.

Предложение сохранить возможность прерывания беременности только в госдуарственных клиниках «однозначно нарушает права пациентов получать услуги платно или за счет ОМС, которые закреплены в федеральном законе №323-ФЗ,— говорит медицинский адвокат Ирина Гриценко.— Кроме того, лицензия выдается клинике вообще на право ведения медицинской деятельности. Поэтому, если таковая есть, учреждение имеет право оказывать медицинские услуги. Чтобы реализовать лозунг "аборт только в государственной больнице", необходимо либо ограничить права пациента, либо принять новое лицензионное законодательство». Кроме того, указывает госпожа Гриценко, с 1 сентября вводятся новые правила оказания платных медуслуг. В них говорится, в частности, что медицинские услуги за счет ОМС оказываются только при наличии показаний: «Получается, что если услуги по прерыванию беременности могут оказывать только государственные организации по ОМС, тогда при наличии только желания женщины ей откажут. Это приведет к росту нелегальных центров по абортам, что увеличит смертность при проведении этой медицинской помощи».