От контрафакта к фальсификату

От контрафакта к фальсификату

Чиновники и эксперты обсудили способы борьбы с нелегальной продукцией

Борьба с нелегальным оборотом продукции нуждается в донастройке, показала состоявшаяся в пятницу на форуме «Антиконтрафакт» дискуссия. Возникший на фоне легализации параллельного импорта прошлогодний всплеск количества ввозимого контрафакта купирован, однако число выявленных на границе «подделок» остается существенным — 3 млн единиц за первую половину этого года. Одновременно с этим бизнес обеспокоен ростом фальсификата, особенно в сфере стройматериалов в силу их «выпадения» из сферы госконтроля.

Фото: Влад Некрасов, Коммерсантъ

Форум «Антиконтрафакт» в пятницу стал площадкой для поиска комплексного решения проблемы незаконного оборота продукции на российском рынке. Напомним, что одним из ключевых инструментов борьбы с этим явлением стала маркировка, которая сейчас охватывает 16 товарных групп. По словам главы Центра развития перспективных технологий (оператор системы маркировки) Михаила Дубина, с момента ее внедрения фискальный эффект для бюджета оценивается в 471 млрд руб. Замглавы Минпромторга Екатерина Приезжева сообщила, что с применением маркировки на 30% снижен нелегальный оборот обуви, на 25% — парфюмерной продукции, вдвое — шин. Теперь маркировка расширяется и на непотребительские товары: планируется запустить ее для радиоэлектроники, для продукции из титана, а также для кабелей и оптоволокна.

Впрочем, несмотря на все успехи маркировки, проблема контрафакта не исчезает.

Глава комитета Госдумы по промышленности и торговле Владимир Гутенев привел данные, что в 2020 году было выявлено 13 млн единиц поддельной продукции, в 2021-м — 7,2 млн, а в 2022-м, когда стал активнее применяться параллельный импорт, показатель вновь вырос до 8,2 млн. Напомним, речь идет о легализованной в мае 2022 года возможности ввоза товаров без разрешения правообладателя и в обход официальных дистрибуторов.

Замглавы Федеральной таможенной службы Елена Ягодкина, по ее словам, «напрямую не связывает» этот всплеск с легализацией параллельного импорта, но все же не исключает, что «ряд недобросовестных участников рынка мог воспринять эту меру поддержки как возможность (для ввоза контрафакта.— “Ъ”)». По ее словам, таможенные органы стали уделять больше внимания товарам из перечня параллельного импорта и сейчас роста контрафакта нет: по итогам первого полугодия 2023 года выявлено чуть более 3 млн единиц продукции, предотвращен ущерб для правообладателей на сумму 3 млрд руб.

Другая проблема — фальсификата (то есть продукции с нарушением технологий производства) — выглядит более острой, особенно в секторе стройматериалов.

В качестве примера заместитель сопредседателя комитета РСПП по промышленной политике и техрегулированию Андрей Лоцманов привел цемент: если с 2015 по 2018 год удалось снизить объемы фальсификата в этом сегменте с 8 млн до 5 млн тонн, то после введения моратория на проверки показатель подскочил до 10 млн тонн. Объяснил он такую динамику также тем, что после принятия в 2021 году закона о госконтроле прекращены полномочия Росстандарта по контролю за оборотом отдельных видов стройматериалов (см. “Ъ” от 22 февраля и 26 июня). Так что сейчас обсуждается проведение эксперимента по возвращению госконтроля за такими «безнадзорными» видами продукции.

В сфере потребительских товаров ситуация с фальсификатом относительно стабильна. Как сообщил глава Роскачества Максим Протасов, доля фальсификата в общем объеме проверенных товаров в 2022 году составила 10%, в первом полугодии 2023-го — 11%. «С учетом серьезнейших сдвигов на рынке — появления на рынке 2 тыс. новых брендов, параллельного импорта, новых товарных групп — ситуацию удалось удержать»,— полагает он. Значительнее выросла доля продукции, не соответствующей заявленной на этикете информации,— до 33% по итогам первого полугодия против 25% в 2022 году. Среди причин снижения качества товаров Максим Протасов назвал методические недостатки и правовые пробелы в регулировании (например, сейчас нет методик установления наличия глюкозно-фруктового сиропа, используемого при фальсификации меда). Отдельная проблема — наличие порой невыполнимых требований к продукции, отметил глава Роскачества.