Частным компаниям сулят море нефти

Правительство впервые с 2015 года возобновляет дискуссию о том, разрешить ли частным компаниям самостоятельно работать на шельфе. Вопрос был поднят по инициативе вице-премьера Юрия Трутнева, который рассчитывает активизировать освоение Арктики. Но собеседники “Ъ” в отрасли и аналитики сомневаются в этом: по их мнению, в условиях санкций и низких цен на нефть частные компании едва ли заинтересованы заниматься шельфом после того, как наиболее привлекательные лицензии уже разобраны «Роснефтью» и «Газпромом».

Правительство поручит подготовить законопроект о стимулировании разработки шельфа, в котором может быть предусмотрено условие о допуске частных компаний к самостоятельному освоению морских участков. Решение о подготовке такого проекта было принято 26 августа на совещании вице-премьеров Юрия Трутнева (курирует Арктику) и Дмитрия Козака. Поводом для проведения совещания стало обращение господина Трутнева к президенту РФ Владимиру Путину, в котором чиновник отметил медленную разработку арктического шельфа и связал это с отсутствием конкуренции. Сроки разработки законопроекта неизвестны.

Сейчас только «Роснефть» и «Газпром» могут получать лицензии на участки на шельфе, частные же компании могут быть лишь их миноритарными партнерами.

«Роснефть» в 2012–2013 годах привлекала в таком качестве Exxon, Eni и Equinor (бывший Statoil), но работа была почти полностью приостановлена после введения секторальных санкций США и ЕС в 2014 году. В свою очередь, «Газпром нефть» искала инвесторов среди китайских и японских компаний, но пока безуспешно. При этом компании принадлежит единственное месторождение на арктическом шельфе, где ведется добыча,— Приразломное.

Монополия госкомпаний на работу на шельфе была введена в 2008 году, и с тех пор неоднократно предпринимались попытки ее ослабить, в основном со стороны ЛУКОЙЛа, который еще до введения запрета получил ряд участков на Каспии и Балтике. Последний раз либерализация всерьез обсуждалась в 2015 году — тогда идея была поддержана помощником президента РФ Андреем Белоусовым, однако категорически против выступил глава «Роснефти» Игорь Сечин. При этом в 2016 году Минприроды в связи с неисполнением обязательств по уже выданным шельфовым лицензиям ввело бессрочный мораторий на предоставление новых.

Обсуждаемое сейчас возможное смягчение доступа на шельф не будет касаться уже выданных лицензий.

Частные компании в лучшем случае смогут претендовать на площади нераспределенного фонда, которые, по словам источника “Ъ”, составляют лишь 10% от общего количества шельфовых лицензий.

Такие площади не содержат запасов на балансе, а получившему их недропользователю придется проводить исследования на предмет возможного наличия углеводородов. Источники “Ъ” в отрасли отмечают, что наиболее перспективные площади уже разобраны и поэтому частные игроки сейчас активно не интересуются арктическим шельфом. Однако собеседник “Ъ”, близкий к аппарату Юрия Трутнева, связывает отсутствие интереса с наличием запрета там работать, отмечая, что после либерализации ситуация изменится.

Глава консультационного центра «Гекон» Михаил Григорьев отмечает, что получить доступ к арктическому шельфу сейчас никто не стремится, так как наиболее привлекательные площади уже были отданы «Газпрому» и «Роснефти», а возможность проведения даже геологоразведочных работ ограничена санкциями. Он полагает, что в случае либерализации доступа к шельфу интерес к арктической геологоразведке едва ли значительно вырастет. Исключение составляют транзитные (мелководные прибрежные) участки, которые можно осваивать, развивая сухопутную инфраструктуру и используя имеющиеся технологические решения, считает эксперт. Так, например, «Роснефть» заявляла о продолжении работ на Центрально-Ольгинском месторождении, расположенном на суше и в прибрежной зоне, а «Газпром нефть» и НОВАТЭК рассматривали партнерство на участках в Карском море вдоль северо-западного побережья Ямала.

Шельфовые проекты крайне капиталоемкие и выглядят нерентабельными при текущих ценах на нефть и в текущей налоговой системе, отмечает Виктория Тургенева из KPMG. Единственная российская частная компания, у которой есть опыт работы на шельфе и доступ к финансовым ресурсам,— это ЛУКОЙЛ, говорит Дмитрий Маринченко из Fitch, но компания едва ли заинтересуется малопривлекательными лицензиями нераспределенного фонда, «особенно в свете консервативного подхода руководства компании к управлению бизнесом».