Обязательность решения и его законная сила: проблемы соотношения

УДК 347.9

ОБЯЗАТЕЛЬНОСТЬ РЕШЕНИЯ И ЕГО ЗАКОННАЯ СИЛА: ПРОБЛЕМЫ СООТНОШЕНИЯ

COMPULSION OF JUDGMENT AND ITS LEGAL FORCE:

THE PROBLEMS OF INTERRELATION

В. В. ТЕРЕХОВ

Анализируются проблемы соотношения понятий обязательности, исполнимости и законной силы решения в процессуальной литературе и законодательстве. Делается вывод о различии истоков и содержания этих правовых явлений.

Ключевые слова: законная сила, обязательность, исполнимость, правовые последствия, суд первой инстанции, государственный орган.

The article analyzes the problems of interrelation between the concepts of compulsion, feasibility and the legal force of adjudication in procedural doctrine and legislation. The author finds that the origins and contents of these legal phenomena are different.

Key words: legal force of adjudication, compulsion, feasibility, legal consequences, court, instance.

Обязательность судебных постановлений закреплена в ст. 6 ФКЗ «О судебной системе», а также в ст. 13 ГПК РФ и ст. 16 АПК РФ. Согласно данным нормам, вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Само понятие обязательности и соотношение этого понятия с законной силой судебных постановлений в процессуальноправовой литературе трактуется неоднозначно. Для некоторых авторов обязательность решения практически олицетворяет его законную силу.

Так, А. Ф. Клейнман указывает, что законная сила судебного решения проявляется в его юридическом действии, в обязательности как для сторон и других лиц, участвующих в деле, так и для постановившего его

суда, и, наконец, для всех должностных лиц, учреждений, предприятий, организаций и для граждан. Усиливая это понятие, он употребляет термин «общеобязательность»: «правовыми последствиями вступления решения в законную силу является общеобязательность, включающая в себя исключительность, неопровержимость, обязательность для государственных органов, граждан и организаций... Общеобязательность в некоторых случаях может проявляться в исполнимости и в преюдициальности» [1].

Обязательность, таким образом, определяется через другие процессуальные средства, предназначенные для обеспечения стабильности вступившего в законную силу решения (исключительность, неопровержимость). В. П. Скобелев справедливо отмечает, что какую бы степень обязательности ни декларировало процессуальное законодательство, в отсутствии норм, закрепляющих правила исключительности и преюдициальности, не существовало бы реальных механизмов, препятствовавших соответствующим лицам возобновлять споры по уже разрешённым судом вопросам [2].

© Терехов В. В., 2012

При анализе позиции А. Ф. Клейнмана складывается впечатление, что собственное содержание обязательность имеет лишь в отношении не участвовавших в процессе граждан, государственных органов, организаций и «связывает» этих лиц и органы постольку, поскольку возникает суждение по тому самому вопросу, по которому вынесено судебное решение, и они обязаны с ним считаться. Именно эту «обязанность считаться»

А. Ф. Клейнман считает правовым последствием вступившего в силу решения.

По пути отождествления обязательности и законной силы судебного решения пошёл и

Н. Б. Зейдер. Под законной силой судебного решения он понимал особое качество постановленного по делу судебного решения, заключающееся в том, что решение становится обязательным как для сторон и других участников дела, так и для самого суда, постановившего решение, а также для всех государственных учреждений, должностных лиц, организаций, хотя они в деле и не принимали участия. Это особое качество определяется значением и силой применённого закона, истинностью установленных судом фактов и правоотношений, авторитетом суда, являющегося органом государственной власти, необходимостью обеспечения определённости, стабильности правопорядка в целом [3].

Отождествление общеобязательности и законной силы судебного решения вызывает возражения в процессуальной литературе, поскольку это несовместимо с традиционно выделяемыми субъективными пределами законной силы [4]. Не разъясняют ситуации и такие подходы, в соответствии с которыми общеобязательность имеет различную степень и различные формы влияния на разных субъектов. Более того, указания на различия в проявлении законной силы по отношению к разным субъектам права, по мнению процессуалистов, свидетельствуют об обозначении термином «законная сила» различных правовых явлений [5].

Отождествление обязательности и исполнимости, на наш взгляд, также недопустимо. Например, Л. Н. Завадская не ставит знака равенства между обязательностью и исполнимостью, рассматривая исполнимость лишь как одну из форм реализации судебного решения, зависящую от характера матери-

ально-правовых предписаний, в частности, предписывающих понуждение ответчика к определённому поведению [6].

Практически в этом же направлении идут рассуждения А. М. Безрукова. Он полагает, что ст. 13 ГПК РФ и ст. 16 АПК РФ рассматривают обязательность судебного акта прежде всего в плане его исполнения, а точнее, обязательности его исполнения. Между тем, по его мнению, это в целом самостоятельные свойства судебного решения. Подтверждение этому он видит в п. 1 ст. 5 ФЗ «Об исполнительном производстве», где отмечается, что единственным органом принудительного исполнения является служба судебных приставов, тогда как ч. 1 ст. 16 АПК и ч. 2 ст. 13 ГПК адресованы всем без исключения [7]. Учитывая это, он соглашается с высказанным в литературе мнением о том, что понятие обязательности решения шире понятия исполнимости, так как оно охватывает своим содержанием, наряду с обязанностью сторон подчинить своё действие нормам права, обязанность всех лиц и организаций, не имеющих в данном деле непосредственного интереса, считаться с авторитетом судебного решения [8]. Однако при таком подходе обязательность поглощает исполнимость, и вряд ли о них можно говорить как о самостоятельных свойствах судебного решения.

А. А. Князев действие обязательности вступившего в законную силу судебного решения видит во внепроцесуальной сфере, т. е. за пределами того конкретного процессуального правоотношения, в рамках которого было вынесено судебное решение. Это не мешает автору сделать вывод о том, что обязательность - это свойство именно законной силы судебного решения. Суть этого свойства, по его мнению, ограничивается требованием ко всем иным субъектам, кроме участников процесса, учитывать в своей деятельности решение суда, сообразовывать с ним своё поведение, содействовать его осуществлению в пределах своей компетенции [9].

Разделяет подобную позицию и Г. Л. Осокина, отмечающая, что обязательность как свойство законной силы судебного решения всегда адресована тем лицам, которые, хотя и не были участниками судебного процесса, но тем не менее обязаны в своей деятельности считаться (признавать и ува-

жать) с теми предписаниями, которые зафиксированы в судебном решении, под страхом наступления установленной законом ответственности (ч. 3 ст. 13 ГПК РФ). Она не соглашается с теми авторами, которые раскрывают обязательность через исполнимость или рассматривают последнюю как её составную часть, полагая, что исполнимость, в отличие от обязательности, имеет своими адресатами главных действующих лиц процесса: сторон и третьих лиц, а также органы принудительного исполнения [10].

Обобщая сказанное, отметим, что обязательность судебного решения либо отождествляется с его законной силой и раскрывается при этом через совокупность всех возможных её свойств, либо рассматривается как одно из свойств (главное свойство), часть законной силы. Как правило, действие обязательности как свойства законной силы судебного решения связывается с его реализацией и адресуется во внепроцессуальную сферу.

Трудно спорить с тем, что вступившее в законную силу судебное постановление обязательно. Однако именно при анализе ч. 2 ст. 13 ГПК закрадываются сомнения в том, что обязательность является порождением законной силы судебных постановлений. Обратим внимание, что упомянутая норма в едином перечне говорит не только о вступивших в законную силу судебных постановлениях, но ещё и о законных распоряжениях, требованиях, поручениях, вызовах и обращениях судов, к которым понятие законной силы неприменимо.

Обязательность и сила отмеченных актов обусловливается только природой суда как органа государственной власти, но не действием законной силы. Более того, не ко всем судебным актам, скрывающимся под родовым понятием «судебные постановления», применимо понятие законной силы. Например, сила определений, выносимых в ходе процессуальной деятельности, также определяется только природой суда как органа государственной власти, они обладают обязательностью, но не законной силой.

Т. В. Сахнова вполне обоснованно признаёт качество законной силы лишь за теми постановлениями суда первой инстанции, которые были вынесены после рассмотрения

дела по существу, в результате процессуальной деятельности заинтересованных лиц и суда в «развёрнутой» процессуальной форме. Она подчёркивает, что следует различать обязательность судебных постановлений (судебных актов) как проявление воли органа государственной власти (суда) и законную силу как проявление государственной воли на разрешение дела по существу в соответствующей инстанции [11].

На наш взгляд, обязательность и законная сила судебного решения - это различные правовые явления, имеющие различные истоки, различное содержательное наполнение и различную адресную направленность.

Истоком обязательности судебных постановлений является приказ суда как органа власти, истоком законной силы - применённая судом норма права, снимающая спорность правоотношения. С точки зрения содержательного наполнения обязательность -это предписанная судом необходимость совершить (или воздержаться от совершения) определённых действий под страхом предусмотренных законом санкций. Законная сила с содержательных позиций - это достигнутая окончательность, бесповоротность, определённость в правоотношениях, открывающая возможность исполнения решения.

Адресная направленность обязательности судебного акта может касаться и участников процесса (при условии, если речь идёт об обязательности акта не разрешающего дела по существу) и всех иных посторонних процессу лиц. Адресная направленность законной силы судебного решения - это лица, участвующие в деле.

В процессуальной литературе высказывается отрицательное отношение к тем научным позициям, в которых обязательность судебного решения применяется в том числе и к лицам, участвующим в деле [12]. В отношении них действует правило преюдициальности, исключительности, неопровержимости (через которые, кстати, сторонники обязательности и раскрывают её содержание применительно к лицам, участвующим в деле).

Важным представляется и следующий вопрос: является ли проявлением законной силы судебного решения обязанность государственных органов и должностных лиц содействовать осуществлению прав, подтвер-

ждённых судебным решением, в том числе совершать действия по оформлению и регистрации прав, им установленных, а также не пытаться отменить или изменить судебное решение или вынести по делу другое решение.

Представляется, что ответ на этот вопрос должен быть отрицательным. Такое их поведение предопределяется нормативным распределением их компетенции, иногда прямым указанием закона. Так, в соответствии с

ч. 3 ст. 27 Семейного кодекса РФ, суд обязан в течение трёх дней со дня вступления в законную силу решения суда о признании брака недействительным направить выписку из этого решения в орган записи актов гражданского состояния по месту государственной регистрации заключения брака для совершения этим органом необходимых действий по аннулированию записи. Главное, чтобы во внепроцессуальной сфере ни в какой форме не подвергалась сомнению или оспариванию достоверность установленного решением правоотношения между тяжущимися.

Верным представляется суждение

В. П. Скобелева о том, что общеобязательность выражает публично-правовые отношения, возникающие с момента вступления решения в законную силу. Их содержанием выступает требование государства ко всем субъектам права признавать материальноправовое положение непосредственно заинтересованных в исходе дела лиц достоверно установленным и обязанность всех субъектов права, в том числе государственных органов и должностных лиц, этому требованию подчиниться [13].

Утверждение в науке гражданского процессуального права положения о самостоятельности таких правовых явлений, как обязательность и законная сила судебного решения, снимает упрёк в несовместимости обязательности и субъективных пределов законной силы судебного решения. В зави-

симости от закреплённой за государственными органами и должностными лицами компетенции и конкретных указаний закона у них действительно могут быть различные варианты реагирования на вынесенное судебное решение. И, естественно, иной по смыслу будет обязательность решения для лиц, не участвовавших в деле, которые просто должны сообразовывать с ним своё поведение.

1. Клейнман А. Ф. Новейшие течения в советской науке гражданского процессуального права. - М., 1967 ; Гражданский процесс : хрестоматия / под ред. М. К. Треушникова. -М., 2005. - С. 579, 581-582.

2. Скобелев В. П. Понятие и содержание законной силы судебного решения // Тенденции развития гражданского процессуального права России. - СПб., 2008. - С. 463.

3. Зейдер Н. Б. Судебное решение по гражданскому делу. - М., 1966. - С. 113-114.

4. Гурвич М. А. Общеобязательность и законная сила судебного решения // Труды ВЮЗИ. -Т. 17. - М., 1971. - С. 166.

5. Скобелев В. П. Указ. соч. - С. 462.

6. Завадская Л. Н. Реализация судебных решений. Теоретические аспекты. - М., 1982. -

С. 41-42.

7. Безруков А. М. Преюдициальная связь судебных актов : дис. ... канд. юрид. наук. - Екатеринбург, 2005. - С. 50-51.

8. Там же. - С. 51.

9. Князев А. А. Законная сила судебного решения : дис. . канд. юрид. наук. - М., 2004. -

С. 24.

10. Осокина Г. Л. Гражданский процесс. Особенная часть. - М., 2007. - С. 283, 285.

11. Сахнова Т. В. Законная сила как атрибут правосудия // Тенденции развития гражданского процессуального права России. - СПб., 2008. - С. 107.

12. Клинова Е. В. Проявление законной силы судебного решения : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2004. - С. 27.

13. Скобелев В. П. Указ. соч. - С. 463.