Цирроз - где вход и какой выход?

Цирроз - где вход и какой выход?

Гепатология

Сергей Вялов

Гастроэнтеролог, гепатолог. Врач GMS clinic. К.м.н.

О. Дружбинский:

Привет, друзья! Мы продолжаем с вами «Гастроэкспресс с Доктором Вяловым». Здравствуйте, Сергей.

С. Вялов:

Здравствуйте.

О. Дружбинский:

Спасибо, что мы с Вами подходим к очередной остановке нашего «Гастроэкспресса». Сегодня у нас третья серия, мы говорим о печени. У нас «Печеночный экспресс» в этот момент прибывает на нашу станцию, и краткое содержание двух предыдущих серий. Друзья мои, не все так плохо, печень можно спасти. Я так пересказываю.

С. Вялов:

Мы обязаны это сделать.

О. Дружбинский:

Есть несколько хороших новостей для того, чтобы вы не боялись. Во-первых, очень полезно выпить одну чашечку кофе, и еще более полезно выпить две чашечки кофе, еще более полезно выпить три чашечки кофе, и четвертая, друзья мои, уже не будет вредить. Правильно я понимаю?

С. Вялов:

Она не будет более полезной. Она будет просто бодрить.

О. Дружбинский:

Это первая хорошая новость, для печени полезны белки, но, тем не менее, мы вспомним цепочку, по которой мы шли, что первая проблема печени, которая существует чуть ли не у половины населения, это так называемый гепатоз или просто небольшие изменения, ожирение печени, чаще всего. И печень справляется хуже, пропускает жир в нашу сосудистую систему, в ней остаются бляшки, эти бляшки потом отрываются, мы ловим инфаркт, инсульт и другие неприятности. И проблемы, в общем, в печени, оказывается, друзья мои.

С. Вялов:

Да, давайте следить за печенью, чтобы не было инфарктов и инсультов.

О. Дружбинский:

Напоминаю, что печень – это такая химическая лаборатория, которая через себя пропускает и расщепляет массу полезных и неполезных веществ. Если в печени был гепатоз, некоторые изменения, то следующая стадия – это гепатит, когда печень уже намного хуже справляется.

С. Вялов:

И разваливается.

О. Дружбинский:

И разваливается потихонечку. Гепатит может быть разным, может быть алкогольный, я правильно понимаю?

С. Вялов:

Да, может быть жировой, лекарственный, токсический и вирусный, о котором мы мало говорили, сегодня скажем.

О. Дружбинский:

Кроме того, я напомню, что печень, когда уже плохо работает, в том числе с гепатитом, она начинает пропускать токсины в мозг. И самый главный токсин, которого мы больше всего боимся, это аммиак. Запах аммиака многим приходилось встречать в своей жизни, представляете, что вот этот аммиак через кровь попадает в мозг.

С. Вялов:

И даже не в нос, когда мы чувствуем резкий запах, а сразу в мозг.

О. Дружбинский:

И когда мы пытаемся вспомнить, что у нас там происходило не так давно или просто быстрее сообразить, мы немного тупим. Дело в том, что аммиак мешается соединению нервных синапсов, и это тоже «привет» от печени. Если человек тупит, то в первую очередь надо искать проблему в печени.

С. Вялов:

Виновница торжества.

О. Дружбинский:

Печень – это такой уникальный фильтр нашего организма. Все, что мы в себя запихиваем, так или иначе проходит через этот большой сложный фильтр в виде химической лаборатории под названием «наша печень». И последняя стадия, вернее предпоследняя стадия после гепатита –это фиброз. Это уже шрамы на печени.

С. Вялов:

Заплатки.

О. Дружбинский:

Когда там целыми участками вымерли клетки, не восстановились, и печень в этих местах совсем не работает, и начинается цирроз. Это уже говорит о том, что пора собираться, и скоро наступит «привет». Правильно я формулирую? То есть цирроз – это когда печень уже совсем не работает.

С. Вялов:

Да. Совсем.

О. Дружбинский:

И мы как раз к третьей остановке нашей передачи, нашего цикла передач про печень подходим к циррозу. Или мы еще немножко откатимся наверх по предыдущим точкам?

С. Вялов:

Мы сейчас откатимся чуть-чуть наверх по причинам, потому что когда мы вспоминаем про цирроз, первой и самой частой причиной цирроза являются вирусные гепатиты. Второй, как бы это ни казалось банально, примитивно или приземленно, причиной цирроза является ожирение печени. Банальные жировые отложения. В Штатах, где очень развита трансплантация печени, это одна из основных причин трансплантации печени – ожирение печени.

О. Дружбинский:

Я почему-то думал, что цирроз всегда у алкоголиков, оказывается не так.

С. Вялов:

Не так. Может быть, качество алкоголя поменялось, может быть, мы в целом, как население, стали меньше употреблять алкоголь или более дозировано, но алкогольные поражения все-таки уходят на второй план. На первое место выходят вирусные гепатиты, а на втором месте – поднялась значительно с увеличением общей заболеваемости жировая болезнь печени. К сожалению, как причина цирроза. Вирусных гепатитов очень много, с гепатитом А мы разобрались в прошлый раз, это абсолютно беспоследственная история.

О. Дружбинский:

Это то, что называется в народе желтухой.

С. Вялов:

Да. Не надо думать о том, что если переболели желтухой, то после это печень надо лечить всю жизнь. Нет. Такого делать не надо, это избыточно и бесполезно.

Не надо думать о том, что если переболели желтухой, то после это печень надо лечить всю жизнь. Нет. Такого делать не надо, это избыточно и бесполезно.

О. Дружбинский:

Вы даже говорили в прошлый раз, что печень сама восстанавливается и может вернуться в нормальное состояние.

С. Вялов:

Да. То же происходит и при употреблении алкоголя. Если мы не перелили в печень лишнего, то она спокойно восстановится, но вот регулярность и так называемое злоупотребление алкоголем не позволяет печени восстановиться.

Возьмем для примера какого-нибудь закоренелого алкоголика. У него есть перерывы? Нет у него отпуска для печени, поэтому печень восстановиться не успевает, повреждается, повреждается, повреждается – возникает алкогольный гепатит, фиброз, совсем сильный фиброз, цирроз и рак печени. Все-таки цирроз – это не конец. Конца два после цирроза.

Рак печени – это один из вариантов, который может закончиться циррозом, и второй вариант – это печеночная недостаточность. Если мы будем цепляться к филологии этого слова, то недостаточность, когда печени не хватает, она совсем не справляется с функциями, и из-за этого человек просто умирает. Через стадию печеночной комы умирает. Конечно, лучше не доводить до цирроза. Надо хотя бы чуть-чуть заранее об этом узнать и обратить на это внимание.

О. Дружбинский:

Вопрос. Рак – это отдельная история. Печень лечится в стадии цирроза?

С. Вялов:

Давайте пойдем по последовательности, чтобы правильно понять ответ на этот вопрос. Конечно, цирроз иногда возникает моментально, щелкнул пальцами – и печень сразу развалилась, такое встречается нечасто. Но все больше и больше сообщений о том, что на фоне токсического поражения печени у активно снижающих вес девушек развивается острая печеночная недостаточность.

Все больше сообщений о том, что на фоне токсического поражения печени у активно снижающих вес девушек развивается острая печеночная недостаточность.

О. Дружбинский:

То самое похудение может быть не так уж полезно.

С. Вялов:

В различных фиточаях, китайских травах и так далее. Несмотря на то, что они говорят нам, что это приводит к снижению веса, выгоняет откуда только можно жиры, к сожалению, иногда это повреждает печень, и печень может развалиться даже моментально на этом фоне.

И как это ни странно, большое исследование Виктора Наварро в Штатах, которое обобщило негативные последствия после этих чисток, самолечения, в том числе и фитосредств для чистки печени. Оказалось, что именно они чаще всего провоцируют токсическое поражение печени.

О. Дружбинский:

А что тут происходит? Может, это просто какая-то аутоиммунная история, когда наша иммунная система бунтует и начинает лупить по печени?

С. Вялов:

Нет, конечно. Если Вы вспомните 18-й-19-й век, в Европе были модны растительные яды. Но мы в современном мире траву воспринимаем, как что-то безопасно и безвредное. Хотя вопрос упирается в дозировку. И когда мы хотим быстрее снизить вес, быстрее пьем, быстрее принимаем все эти средства и чистки, и иногда передозируем. А как говорил Парацельс: «Лекарство от яда отличается лишь дозой».

Поэтому медицина, которую мы имеем сейчас, которая имеет доказательную основу на множестве исследований, экспериментов и подтверждений предлагает безопасные варианты лечения, которыми Вы не навредите. Поэтому не надо нам прибегать к этим чисткам, есть те таблетки, которые вообще безвредны, можно беременным, детям, во время грудного вскармливания, вообще без побочных эффектов. Но мы травам доверяем больше, а таблеток опасаемся.

О. Дружбинский:

Я понял, к чему Вы клоните. То есть не надо злоупотреблять фитолечением.

Я хотел бы обратить внимание. Мы на прошлых эфирах говорили о том, что если Вы встречаете где-то в описании лекарственного препарата слово «противовоспалительное», «противопростудное», «противовирусное», имейте в виду, это все против печени.

С. Вялов:

Противосудорожные, противотревожные и все противо. Но есть и хорошие таблетки.

Вирусные гепатиты, в том числе опасные гепатиты, такие как B, гепатит C, которых все время все боятся, вот они на первом месте по причинам возникновения циррозов. Если до недавнего времени мы не могли найти качественный, удобный вариант их вылечить, и были тяжелые лекарственные препараты с огромным количеством побочных эффектов, они не приводили к полному излечению вируса, лабораторная диагностика не позволяла нам до единственной частицы вируса определить, остался он в организме или нет. Теперь у нас есть современная лабораторная диагностика, которая минимизирует эту серую зону неизвестности, когда мы точно не знали, полностью убрали вирус или не полностью. И современные лекарственные препараты против вируса, эти лекарства печень не повреждают и прекрасно убирают, полностью уничтожают в нашем организме вирус гепатита С и В.

Если Вы встречаете где-то в описании лекарственного препарата слово «противовоспалительное», «противопростудное», «противовирусное», имейте в виду, это все против печени.

О. Дружбинский:

Первым делом надо убирать, если вдруг кто-то его подхватил.

С. Вялов:

Если о гепатите В мы знаем по каким-то клиническим проявлениям, то есть человек по симптомам понимает, что он желтеет, у него начинает что-то болеть, и он узнает об этом, то гепатит С называют «ласковым убийцей», потому что симптомов у него никаких нет. Только вот это небольшое токсическое повреждение, печень немножко не справляется, начинается заторможенность, замедленность, усталость, утомляемость, а дальше это может быть 5 или 10 лет, и вот тогда неожиданно вдруг возникает цирроз.

О. Дружбинский:

В любом случае надо делать биохимию крови?

С. Вялов:

Хотя бы периодически.

О. Дружбинский:

Тогда будет видно, если у тебя гепатит С.

С. Вялов:

Хотя бы раз в 5 лет. Увидят повреждения печени, начнут разбираться в причинах, и выяснится.

О. Дружбинский:

Гепатит В и С можно вылечить?

С. Вялов:

Да. Причем лечение это относительно недавно появилось, наверное, несколько лет. Оно очень простое – человеку просто нужно ежедневно принимать две таблетки в течение трех месяцев, и вся эта бесконечная эпопея с циррозами, повреждением печени, вирусами гепатита просто закрывается.

О. Дружбинский:

Какая прекрасная новость!

С. Вялов:

Три месяца две таблетки в день.

О. Дружбинский:

Вы сейчас говорили о том, что мы можем вылечить вирусные гепатиты?

С. Вялов:

Да. Давайте остановимся поконкретнее, например, на гепатите С, как одном из примеров. Мы принимаем две таблетки в день в течение трех месяцев, и вирусов в организме не остается вообще. И они настолько безопасны, что у них нет побочных эффектов.

О. Дружбинский:

Вы можете хотя бы обозначить, на какую букву эти лекарства начинаются, хоть мы их не рекламируем в эфире, но что-то надо людям сказать.

С. Вялов:

Сегодня про какие-то лекарства нам придется сказать. Огромное количество вопросов поступает по поводу лечения, поэтому мы вынуждены будем на этом остановиться поподробнее.

Появились современные противовирусные препараты, например, софосбувир, даклатасвир и многие другие, которые прекрасно избавляют нас от вируса гепатита С. Но есть маленький нюанс. Ими самостоятельно лечиться нежелательно, потому что если мы все вдруг сразу начнем лечиться самостоятельно и не сможем правильно контролировать процесс лечения, в лучшем случае, мы просто выкинем деньги зря, а в худшем создадим у вируса устойчивость к этим препаратам. Поэтому такое лечение должно исходить из особенностей человека, назначено врачом и провестись под контролем, хотя оно абсолютно безопасно, и, наверное, в скором времени даже участковый терапевт сможет лечить вирусный гепатит С без каких-то сложностей.

Появились современные противовирусные препараты, которые прекрасно избавляют нас от вируса гепатита С. И в скором времени даже участковый терапевт сможет лечить вирусный гепатит С без каких-то сложностей.

О. Дружбинский:

Прекрасно. Переходим дальше.

С. Вялов:

Еще одного вопроса коснусь, который многих тревожит и волнует. Первоначально эти противовирусные препараты появились в Штатах, и в Штатах они стоят за этот трехмесячный курс лечения около 80-90 тысяч долларов. В России, поскольку мы понимаем, что для среднестатистического россиянина это очень большие деньги, сами производители лекарственных препаратов сделали социальную скидку, и вместо заоблачной цифры в России эти же самые лекарства продаются дешевле и стоят 1 млн рублей.

О. Дружбинский:

Это уже другая цифра. Не сказал бы, что она маленькая.

С. Вялов:

Просто важно понимать, что это не какая-то подделка, это не какой-то фальсификат, это те же самые лекарства, просто производители договорились и решили сделать такой подарок для России – дисконт, то есть снизить стоимость. А для еще менее обеспеченных стран, в которых огромное количество инфицированных гепатитом С, например, Египет, там чуть ли не 60 % населения инфицировано. Или Индия, где люди вообще не платежеспособны. Им сделали еще более приятный подарок, и там лечение стоит около 1000 $.

О. Дружбинский:

То есть мы знаем куда ехать, если что.

С. Вялов:

Да, можно даже не ехать.

О. Дружбинский:

Можно даже через них заказать?

С. Вялов:

Можно, да. Мир сейчас становится более глобальным, границы стираются, и сначала американцы приезжали за дешевым лечением в Россию, а теперь все ездят в Индию, Египет за противовирусной терапией, которая стоит всего 1000 долларов. И сейчас она еще и дешевеет. То есть это социально значимая проблема, которая ведет к большому количеству циррозов, и чтобы это предотвратить, производители лекарств идут навстречу людям, пытаются им помочь и как-то эту ситуацию поправить. Даже американская гастроэнтерологическая ассоциация сделала заключение на прошлой конференции, что лечение, которое по сравнению с оригинальными препаратами составляет 1 % стоимости, настолько же эффективно. И рекомендовало использовать в том числе китайские, индийские, египетские препараты для лечения гепатита С.

Сначала американцы приезжали за дешевым лечением в Россию, а теперь все ездят в Индию, Египет за противовирусной терапией.

О. Дружбинский:

Что ж, это очень неплохо. Я думаю, для кого это актуально, они найдут и подешевле, и в нужных местах.

С. Вялов:

Наше государство заботится о нас и предоставляет нам возможность бесплатно лечить гепатит С.

О. Дружбинский:

В том числе препаратами?

С. Вялов:

Совсем современных на всех не хватает, поэтому есть некоторые квоты и очередь, но хотя бы старые варианты, которые позволяют уменьшить нагрузку вирусам, задержать формирование цирроза и фиброза, это тоже хороший результат, и это бесплатно. Для многих это важно.

О. Дружбинский:

Давайте перейдем к циррозу, я боюсь этого слова ужасно.

С. Вялов:

Сразу мы к нему не перейдем, мы уже определились с этим. Мы идем к нему постепенно: сначала возникает гепатоз, накапливается вред, потом этот вред начинает повреждать печень, развивается гепатит. Клетки печени лопаются, разрушаются, а дальше постепенно, шаг за шагом, все большее и большее количество рубцов возникает в печени, и мы условно делим всю эту дорогу к циррозу на какие-то этапы или шаги. И говорим о том, что сначала возникает фиброз первой степени, фиброз второй степени, фиброз третьей степени, и только потом возникает цирроз.

Цирроз мы тоже делим на три этапа, но там уже почему-то буквами: цирроз А, цирроз В, цирроз С. Все по три. И надо подождать, дать повреждающему фактору время, чтобы он потихонечку разрушал и убивал Вашу печень, и ничего не делать, чтобы получить цирроз. Поэтому если Вы хотя бы задумываетесь о том, где у Вас печень, и хотя бы раз в пять лет проверяете ее, то Вы не дойдете до цирроза.

Если Вы хотя бы задумываетесь о том, где у Вас печень, и хотя бы раз в пять лет проверяете ее, то Вы не дойдете до цирроза.

О. Дружбинский:

Это можно будет восстановить и пролечить?

С. Вялов:

Да. Потому что все стадии являются обратимыми. И первая стадия цирроза, которая называется у нас цирроз А, является частично обратимой.

О. Дружбинский:

То есть ее можно пролечить и вернуть печени более или менее нормальное состояние?

С. Вялов:

Конечно, это не будет быстро, не неделя и не месяц.

О. Дружбинский:

Маленькими шажками шли к циррозу, пойдем маленькими шажками обратно.

С. Вялов:

Если Вы уже перешли грань, точку невозврата, и уже возник цирроз В или цирроз С...

О. Дружбинский:

А чем характеризуется цирроз В, если простым языком?

С. Вялов:

Я боюсь, что простым языком на этот вопрос сложно будет ответить, это определенные количественные критерии изменений анализов. То есть мы по анализам определяем, насколько печень не справляется со своей функцией, и если она не справляется уже значительно, и анализы поплыли совсем, то вот она, точка невозврата.

Поэтому мы говорим о том, что опасно довести печень до цирроза. Потому что если мы говорим про гепатоз, как-то это несерьезно, это обратимо, может много причин влиять, можно полечить, гепатит тоже можно полечить, фиброз можно полечить, а вот если возник цирроз, то это реально точка невозврата. И реально человек практически гарантированно умирает.

О. Дружбинский:

Как быстро?

С. Вялов:

Когда мы говорим про цирроз типа В и типа С, то речь в исследованиях идет о пятилетней выживаемости.

Когда мы говорим про цирроз типа В и типа С, то речь в исследованиях идет о пятилетней выживаемости.

О. Дружбинский:

Это максимально – пятилетняя выживаемость?

С. Вялов:

Нет, сколько людей умрет за пять лет.

О. Дружбинский:

Есть какая-то цифра?

С. Вялов:

Половина при типе В и около 70% при типе С.

О. Дружбинский:

В данном случае определенная площадь печени уже просто не работает?

С. Вялов:

Если желудок подает какие-то сигналы, поступает благородно, начинает что-то болеть, и мы что-то делаем, то печень она резкая подруга. Она сначала не болит и молча, потихонечку разрушается, а потом разворачивается и уходит.

О. Дружбинский:

Тем не менее, ведь сейчас печень можно и пересадить.

С. Вялов:

Да, и в ближайшее время у нас будет как раз передача, посвященная трансплантации печени с ведущим хирургом из Склифосовского, но как найти здоровую печень?

О. Дружбинский:

Хороший вопрос. Как найти здоровую печень?

С. Вялов:

Очень сложно. И эта здоровая печень должна еще подойти как минимум по 40 критериям. И сама процедура пересадки – это крайне сложная операция. Новая печень все равно будет чужой, и организм будет плохо ее воспринимать, поэтому после пересадки печени требуется длительное лечение лекарствами, которые подавляют нашу иммунную защиту, чтобы наш организм чужую печень не отторгал.

А если мы не устранили причину, например, тот же самый вирус или алкоголь, или жир, мы продолжаем пить, и вирус остается у нас, мы посадим туда новую печень, и она будет продолжать повреждаться, как и старая, и это вопрос времени. Поэтому в разговоре про печень нам важно знать две вещи: причина, которую мы определяем по биохимическому расширенному анализу крови, и текущее состояние. Есть там какая-то степень фиброза, дошло это уже до цирроза или нет. Это мы определяем с помощью ультразвука, обычное банальное УЗИ. И при циррозе мы видим, что печень не то чтобы изменила свою структуру, она вся в узлах – либо в крупных узлах, либо в маленьких узлах, она либо увеличена, либо очень уменьшена и сморщилась. И эта структура печени с рубцами не позволяет крови нормально протекать через печень, поэтому вены внутри живота начинают разбухать, и вся жидкость скапливается в животе. Кровь уже не может сворачиваться, поэтому малейшее потрясение приводит к синякам и кровоизлияниям, и человек начинает желтеть. Это все начинает происходить быстро, как только печень перестает выполнять свои функции. То есть 5 или 10 лет мы упорно повреждаем свою печень, гробим и роем ей могилу, она молчит и терпит, а потом раз – и все, понеслось.

Новая печень все равно будет чужой, и организм будет плохо ее воспринимать, поэтому после пересадки печени требуется длительное лечение лекарствами, которые подавляют нашу иммунную защиту, чтобы наш организм чужую печень не отторгал.

О. Дружбинский:

Что называется, усталость металла, только в данном случае это усталость печени, когда неожиданно все ломается. Доктор, у нас очень важный момент, все-таки Вы обещали рассказать, как лечить, как диагностировать.

С. Вялов:

Чтобы идентифицировать повреждение печени, определить, нам надо сдать обычный биохимический анализ крови, которые мы недавно с Вами видели и в котором мы видим простецкие показатели по печени: АЛТ, АСТ, ГГТ, ЩФ и билирубин. Если есть изменения, нужно делать детализацию, чтобы понимать, какая же причина к этому разрушению привела. Если повреждений нет, можно жить спокойно. Дальше мы можем сделать УЗИ брюшной полости, которое померяет нам размер печени, посмотрит, что там с сосудами, и на этом мы успокоимся. Это исключит наличие цирроза.

О. Дружбинский:

Вы знаете, УЗИ может и пропустить фиброз.

С. Вялов:

Конечно, и это виноват не узист, виновато УЗИ. УЗИ не может это четко отличить, УЗИ может увидеть жировые отложения в печени – это раз, и цирроз – это два. Серединку УЗИ не очень хорошо видит, это связано с самим датчиком, поэтому сегодня есть другие специальные датчики, которые проводят эластометрию или эластрографию печени, то есть посылают специальную ударную волну в печень и определяют ее плотность. По плотности печени мы понимаем, много там этих рубцов или немного, на каком этапе (первая степень фиброза, вторая степень фиброза, третья степень фиброза) мы находимся. Это позволяет нам понимать, где мы в этом пути, и предпринять какие-то меры. Все эти обследования абсолютно доступны, их может сделать каждый без каких-либо затруднений, они есть во всех регионах, во всех городах. С медицинской точки зрения, они простые элементарные процедуры.

О. Дружбинский:

Теперь о том, как лечить.

С. Вялов:

Если цирроз есть, то бьем тревогу, надо срочно бежать, что-то делать, пока он еще обратим. Срочно, экстренно. Если мы еще не дошли до цирроза, но лучше включить здравый смысл. Я часто спрашиваю людей: «Скажите, пожалуйста, Вы сколько лет планируете жить?»

О. Дружбинский:

Хороший вопрос.

С. Вялов:

Нам же надо оценивать наши ресурсы. Можно потратить все свое здоровье к 20 годам. Если Вы хотите пожить подольше, надо об этом задуматься, и что Вы делаете сейчас, чтобы не заболеть завтра. Логично, да? Лечение сейчас дорогое, обследование тоже не дешевое и не очень приятное, плюс это выключает нас из жизни на какой-то период времени. Если мы говорим про обман, интригу, которую плетет печень, не давая нам никаких симптомов, то это получается коварный орган.

О. Дружбинский:

Он сидит в засаде и может неожиданно выскочить.

С. Вялов:

Поэтому если уж мы что-то определили или понимаем, что у нас есть риски – потребление жиров, алкоголя, или мы вынуждены пить таблетки, потому что часто голова болит или что-то еще, то лучше чуть-чуть заранее позаботиться об этом. А как заботиться заранее?

Проводим обследование минимум, которое везде доступно, и каждый может себе это позволить. Если выявили отклонения, то начинаем думать о себе. Первое – уменьшаем количество жиров, считаем количество чистого спирта, который мы потребляем, пытаемся избавиться от лишних таблеток, употребляем больше белков и аминокислот. Это работает, если нет цирроза.

Если есть цирроз, это не всегда работает, и вот тогда мы уже вынуждены ограничивать количество соли, потому что она задерживает жидкость в животе, мы вынуждены ограничивать количество белка, потому что в нем содержится азот, а печень уже вообще никак не справляется, и тогда с белком мы получаем больше азота, и вынуждены делать больше аммиака, это усугубляет токсическое действие на мозг. Поэтому лечение до цирроза и цирроза – это абсолютно разные вещи. Но и в том, и в другом случае токсические вещества имеют ключевое значение. Поэтому вот те самые аминокислоты, о которых мы говорили, орнитин и аспартат, прекрасно работают и без цирроза, и с циррозом, и даже сочетание этих аминокислот, орнитин аспартат, совместно используется для лечения цирроза. Доступное? Доступное. Без рецепта продается? Без рецепта. Побочных эффектов нет.

Уменьшаем количество жиров, считаем количество чистого спирта, который мы потребляем, пытаемся избавиться от лишних таблеток, употребляем больше белков и аминокислот. Это работает, если нет цирроза.

О. Дружбинский:

А хорошо помогает по опыту?

С. Вялов:

Прекрасно помогает. Аммиак падает на глазах. Показатели печени снижаются, плюс-минус от интенсивности повреждения, поэтому орнитин аспартат занимает одно из ведущих мест по безопасности и по природному происхождению. Это аминокислоты, компоненты белка.

Следующая – это, конечно, миф про эссенциальные фосфолипиды, к сожалению, дозировки недостаточные. Те исследования, которые проводились в Штатах, это были исследования на ветеранах вьетнамской войны, которые сильно злоупотребляли алкоголем, именно это вызывало у них повреждения печени, а не жировая болезнь, не лекарства, не токсическое, не вирусное. Им давали высокую дозировку, почти 5 г в сутки. Это вроде бы работало. То, что рекомендуется на сегодняшний день, это почти 2 г в сутки, это уменьшенная дозировка, от которой маленький эффект. С учетом того маркетингового хода, который применяется производителями, когда пишут на упаковке 300 мг и мелким шрифтом подписывают: содержание фосфатидилхолина, основного действующего вещества, в эссенциальных фосфолипидах составляет 80 %, 50 %, 30 %, 26 %. Конечно, рассчитывать на то, что мы получаем нормальную дозировку, по меньшей мере, наивно. Исследования последних лет говорят о том, что большое содержание фосфатидилхолина, если мы его потребляем, запускает определенные процессы в кишечнике, которые могут усугубить ситуацию. Это может и токсические повреждения вызывать, и усугублять жировое повреждение, поэтому на сегодняшний день спорный момент.

Популярная у нас расторопша, напомню, содержит два действующих вещества, одно из которых эффективно, и в России его нет, а второе практически бесполезно, но в России продается на каждом углу и стоит копейки, поэтому пользуется популярностью, потому что природного происхождения, это трава без побочных эффектов и без эффектов, в принципе. Получается, что она не работает. И стоит копейки.

Популярная у нас расторопша содержит два действующих вещества, одно из которых эффективно, и в России его нет, а второе практически бесполезно, но в России продается на каждом углу и стоит копейки. Получается, что она не работает.

О. Дружбинский:

Почему-то что полезно, его как раз нет в России. Тут, может, какая-то хитрость?

С. Вялов:

Сложно сказать. Здесь, мне кажется, чисто рентабельность доставки в Россию этих лекарств, иногда это играет свою определенную роль. Не все лекарства к нам привозят, просто иногда это бывает дорого производителям и не выгодно. В частности, это касается редких лекарств, вот эта экономическая подоплека имеет свое место, к сожалению.

О. Дружбинский:

Проще говоря, расторопша – это мел, эффект плацебо, может быть, морально помогает.

С. Вялов:

Да, но тот же самый легалон продается в Германии, это работающая расторопша, но в России его практически не найти.

О. Дружбинский:

Я не раз сталкивался с тем, и сам покупал какие-то препараты за границей, мои знакомые, друзья это делали, и один и тот же препарат с одним и тем же названием прекрасно работает в каком-нибудь Гонконге, а у нас, в Москве, совершенно не работает, вообще никак. Я просто как-то простудился, за день выздоровел совершенно легко. Видимо, просто недостаточное количество компонентов.

С. Вялов:

Вопрос качества касается еще одного лекарственного аппарата, это медвежья желчь, про которую мы с Вами говорили в прошлый раз. Медвежья желчь давно используется для лечения заболеваний печени, еще с 2000 г. до нашей эры в Китае начали применять, после чего медведи очень сильно пострадали. Да, старались добывать желчь, потом японцы придумали, как ее делать из желчи крупного рогатого скота, и мы получаем желчь из крупного рогатого скота, из нее производим лекарства, а медведи остаются в покое, никто из них не страдает. Но некоторые страны, например, Индия, где корова является священным животным, никак не могут делать урсодезоксихолевую кислоту из крупного рогатого скота. Поэтому они делают ее из желчных пузырей кур, и эффективность крайне низкая. Хотя действующее вещество вроде бы то же самое, но степень очистки и эффективность отличаются, поэтому самой качественной является японская, но японской нет в России. Скоро должна появиться.

О. Дружбинский:

Я слышал, что какие-то компании уже вступили в фармакологические альянсы с японцами.

С. Вялов:

Вот это касается урсосана, который будет делаться на японской субстанции, которая сейчас есть в России, пока он делается из чешской субстанции, но в ближайшее время будет делаться из японской и самой лучшей, поэтому мы ожидаем роста качества.

Урсодезоксихолевая кислота прекрасно работает практически при всех заболеваниях печени, потому что изучали ее раньше, считали, что чисто желчегонный препарат, потом оказалось, что желчегонного действия нет. И считалось, что людям, у которых есть камни, которым желчь гнать нельзя из желчного пузыря, нельзя ее принимать. Теперь мы понимаем, что она камни никуда не гонит, она изменяет состав желчи, и за счет этого камни растворяются в желчном пузыре.

Урсодезоксихолевая кислота прекрасно работает практически при всех заболеваниях печени, потому что изучали ее раньше, считали, что чисто желчегонный препарат, потом оказалось, что желчегонного действия нет.

О. Дружбинский:

Неожиданный поворот.

С. Вялов:

После этого оказалось, что у урсодезоксихолевой кислоты есть и другие механизмы действия, она защищает клетки печени от гибели, восстанавливает структуру их мембран, она уменьшает воспаление в клетках, она препятствует развитию фиброза и цирроза печени. Поэтому урсосан, конечно, является препаратом выбора, который можно использовать.

О. Дружбинский:

Сейчас тем, кто хочет выздороветь, надо брать японский и не морочить со всеми остальными голову. Урсосан, только японского производства, или нет?

С. Вялов:

Японского в России сейчас нет, в ближайшее время, может быть, появится какой-нибудь, но перспектива ближайшего времени очень растянутая. На сегодняшний день есть чешский, немецкий, латышский, индийский и отечественный. Вот из всех них лучше всего чешский, потому что они делают его из качественной субстанции. Немецкий, несмотря на то, что упаковку делают в Германии, из корейской, китайской, индийской субстанции, и рассчитывать нечего. Латышский делают непонятно из чего, потому что у них нет огромных пастбищ, и они закупают самую дешевую субстанцию, ну и российский делают на самой дешевой субстанции.

О. Дружбинский:

То есть лучше брать чешский урсосан.

С. Вялов:

Прекрасно помогает и прекрасно действует.

О. Дружбинский:

Я правильно понимаю, что он поможет и от камней в желчном пузыре, и одновременно с этим здорово поможет печени?

С. Вялов:

Да, и это является стандартной терапией, это есть во всех рекомендациях, во всех приказах, и в международных, и в российских. Давайте скажем так, условно, при легких и умеренно тяжелых заболеваниях печени достаточно универсальное средство, и при жировой болезни печени, и при токсическом повреждении, и при лекарственном, и при алкогольном, и даже в комплексе с противовирусными препаратами.

О. Дружбинский:

Сколько его надо пропить? Какие там режимы? Я просто слышал, что по полгода надо пить, по году.

С. Вялов:

Если мы хотим растворить камни, то да, потому что они не моментально растворяются, там очень сложный механизм этого процесса, а вот при повреждении печени, давайте скажем так, если мы продолжаем повреждать печень долго и собираемся это делать намеренно годами, то и лечиться надо годами. А если мы закончили повреждать печень, нам надо ее вылечить до того момента, пока уменьшится фиброз, мы проверим это с помощью УЗИ или эластографии, или пока не упадут показатели. В среднем это занимает 2-3-4 месяца в незапущенных ситуациях.

О. Дружбинский:

Все равно надо пропить минимум два месяца?

С. Вялов:

При жировой болезни печени обычно рекомендуется 2-3 раза в год по 2-3 месяца. Это касается восстановления структуры функции печени, а чтобы убрать это токсическое действие, мы используем орнитин аспартат.

Меня сегодня засыпали вопросами «что же это такое орнитин аспартат», потому что люди приходят в аптеку и говорят: «Мы не знаем, что это такое». Значит, можно поступить примитивным путем и купить готовые аминокислоты – просто орнитин и просто аспартат, но есть некоторые сложности подбора дозировки, поэтому есть и готовый орнитин аспартат, он единственный у нас в стране существует, называется Гепа-мерц. Других вариантов вообще нет.

О. Дружбинский:

Но он нормально работает?

С. Вялов:

Он единственный и нормальный. Поэтому две основные цели –восстановление структуры функции печени и детоксикация – можно делать одновременно, можно делать по очереди. Когда мы говорим про печень, нужно хотя бы что-то делать.

О. Дружбинский:

Вот это прекрасные слова – что-то делать, но для начала надо исследоваться и браться за свое здоровье.

С. Вялов:

И помочь печени пережить праздники.

О. Дружбинский:

Когда Вы рассуждали о том, что мы перестанем повреждать печень и будем вести примерный образ жизни, это все некий идеализм, все-таки это иллюзия, потому что все равно мы даем себе поблажки.

С. Вялов:

Давайте раскроем глаза всем и уберем эту иллюзию, как мы с Вами договаривались, будем абсолютно честными перед самими собой. Если мы повреждаем печень, мы договорились, что будем по мере возможностей повреждать, давайте тогда по мере возможностей восстанавливать. Если уж мы ее повредили, дадим ей фору, отпуск, поможем ей лекарственными препаратами, чтобы быстрее этот период закончился. И тогда можете немножко повредить снова. Это будет своего рода баланс. Повредили – ушли в минус, восстановили – в плюс не уйдешь, в норму можно выйти. В ноль. Таким вот образом хотя бы как-то можно адаптировать нашу печень к современным условиям жизни, потому что если мы ничего не делаем, то мы идем только в минус.

О. Дружбинский:

Эта история о том, чтобы после цирроза сказать всем «привет», завернувшись в целлофан по ту сторону кладбища, она, конечно, никого не устраивает.

С. Вялов:

Происходит моментально, но заранее можно об этом узнать. До цирроза проходит хотя бы лет 10. Лет 10 спокойного равнодушия.

О. Дружбинский:

То есть ты мог этим заняться, но не сделал. И по идее, ты мог обратно все откатить. Попил бы таблеточек немного, месяц-два, невеликая проблема.

С. Вялов:

Тем более, они без побочных эффектов, безопасны и прекрасно работают.

О. Дружбинский:

Друзья, я заканчиваю этот очередной цикл под названием «Спасем печень». Я на что хотел бы обратить ваше внимание: надо завязывать с фатализмом нашим отечественным, что придет время, мы все исправим. Нет, друзья, если просто заранее отсматривать, что с тобой происходит, и беседовать с такими хорошими врачами, как Сергей Вялов, у нас есть шансы очень неплохо пожить. Ведь дело даже не в том, что мы будем долго жить или очень долго, чего я всем желаю, ведь хочется поддержать еще качество жизни. И себя не мучить, и других не мучить. Вот к этому мы вас призываем вместе с доктором Сергеем Вяловым. Программу вел Олег Дружбинский, «Гастроэкспресс», и сегодня был цикл «Печеночный экспресс». Мы еще вернемся к вам следующим циклом.

С. Вялов:

С кишечником, о котором практически никто ничего не знает, но мы вам расскажем.

О. Дружбинский:

Всего доброго, будьте здоровы и счастливы, берегите себя Пока.

С. Вялов:

До свидания.