ВОЗВРАЩЕНИЕ ЭЛЕКТРОННОГО ГОЛОСОВАНИЯ НА ПАРЛАМЕНТСКИХ ВЫБОРАХ В ШВЕЙЦАРИИ В 2023 ГОДУ

В.И. Федоров

ВОЗВРАЩЕНИЕ ЭЛЕКТРОННОГО ГОЛОСОВАНИЯ НА ПАРЛАМЕНТСКИХ ВЫБОРАХ В ШВЕЙЦАРИИ В 2023 ГОДУ

Аннотация

Особенностью парламентских выборов в Швейцарии в 2023 г. стало применение дистанционного электронного голосования (ДЭГ), которое не использовалось с 2019 г. после обнаружения проблем технического характера, делавших уязвимой для фальсификаций платформу ДЭГ. В результате применения ДЭГ явка избирателей на парламентских выборах в Швейцарии в 2023 году составила 46,6%, увеличившись на 2% по сравнению с предыдущими выборами, которые проводились без электронного голосования. Однако абсентеистов в Швейцарии, как и прежде было больше, чем избирателей. Донором электоральной активности для Швейцарии является дальнейшее расширение масштабов применения ДЭГ, которое было ограничено в 2023 году тремя кантонами. Наиболее актуальной темой политического дискурса в ходе избирательной кампании в Швейцарии была миграционная политика, которая воспринималась большинством швейцарцев как приоритетная в условиях беспрецедентного притока украинских беженцев, создающих напряженность в обществе. Недостатком швейцарского ДЭГ является сложный и неудобный интерфейс приложения для избирателя, которому нужно несколько раз вводить коды для подтверждения выбора и передачи голоса. Пример Швейцарии демонстрирует функционирование механизма обратной связи между властью и контрвластью в лице гражданского общества в сети электронного голосования. После успешного опыта применения ДЭГ на парламентских выборах в 2011-2015 гг. власти Швейцарии были вынуждены отказаться от ДЭГ в 2019 году из-за выявленных технических про-

V.Fedorov

THE RETURN OF INTERNET VOTING IN THE SWISS PARLIAMENTARY ELECTIONS IN 2023

Abstract

A feature of the parliamentary elections in Switzerland in 2023 was the use of Internet voting, which has not been used since 2019 after the discovery of technical problems. As a result of the use of internet-voting, voter turnout in the Swiss parliamentary elections in 2023 It was 46,6%, an increase of 2% compared to the previous elections, which were held without electronic voting. However, ab-senteeists in Switzerland, as before, were more than voters. The donor of electoral activity for Switzerland is the further expansion of the use of Internet voting, limited in 2023 to three cantons. The current topic of political discourse during the election campaign was again migration policy, which was perceived by most Swiss as a priority in the face of an unprecedented influx of Ukrainian refugees. The problem of the Swiss internet-voting is the complicated and inconvenient interface of the application for the voter, who needs to enter codes several times to confirm the choice and transfer the vote. The example of Switzerland demonstrates the functioning of a feedback mechanism between the government and the counter-power represented by civil society in the electronic voting network. After the successful experience of using internet-voting in the parliamentary elections in 2011-2015, the Swiss authorities were forced to abandon internet-voting in 2019 due to identified technical problems and the threat of falsification of voting results. However, after the elimination of problems and the creation of a new electronic voting platform that meets the requirements of the majority of citizens and

блем и угрозы фальсификации итогов голосования. Однако после устранения проблем и создания новой платформы электронного голосования, удовлетворяющей требованиям большинства граждан и политических сил ДЭГ было возвращено в выборную практику в ограниченном масштабе.

political forces, the internet-voting was returned to electoral practice on a limited scale.

Ключевые слова:

Швейцария, Эстония, Россия, электронное голосование, выборы, избирательный процесс, делиберативная демократия.

Key words:

Switzerland, Estonia, Russia, electronic voting, internet voting, elections, the electoral process, a deliberative democracy.

https://doi.org/10.24412/2227-1538-2024-2-77-92

Швейцария известна как страна с образцовой демократией, где регулярно проводятся парламентские выборы, а также выборы регионального и муниципального уровней. Кроме того, ежегодно организуется несколько референдумов, вовлекающих граждан в прямое правотворчество по вопросам государственного значения. Однако с момента отмены обязательного голосования на выборах в 1970-е гг. и до настоящего времени доля абсентеистов в Швейцарии превышает число избирателей. Стимулировать электоральную активность швейцарцев было призвано дистанционное электронное голосование (ДЭГ). В Швейцарии с 2000 г. тестировались две платформы ДЭГ, разработанные швейцарской Swiss Post и испанской компанией Scytl. Для Швейцарии ДЭГ стало развитием почтового голосования, которое использовалось с 1978 года и увеличивало явку избирателей в среднем на 4%, обеспечивая единственную возможность голосования для швейцарцев, проживающих за рубежом. Наиболее широко электронное голосование применялось в Швейцарии на референдумах и парламентских выборах в 2011-2017 гг. в 15 кантонах.

Однако в 2019 году накануне очередных парламентских выборов в электронном голосовании были выявлены серьезные технические проблемы, из-за которых злоумышленники могли бы бесследно фальсифицировать итоги голосования. Политики и гражданские активисты потребовали от правительства не использовать его на выборах. В результате общественного давления Федеральный совет Швейцарии принял решение отказаться от его использования на 5 лет и параллельно вести разработку новой платформы электронного голосования. Её создателем была выбрана государственная компания Swiss Post. Лишь в 2023 г. ДЭГ было возвращено на парламентские выборы. При этом власти страны ограничили

электронное голосование 30% избирателей в кантоне или 10% по всей Швейцарии. В 2023 г. электронное голосование на парламентских выборах проводилось в кантонах Базель-городской, Санкт-Галлен и Тургау и было доступно для швейцарцев, проживающих за рубежом, зарегистрированных в этих кантонах, а также для людей с ограниченными возможностями. Использование электронного голосования разрешено до мая 2025 года в кантонах Базель-городской, Санкт-Галлен и Тургау и до марта 2026 года в кантоне Граубюнден.

Целью данного исследования является определение влияния ДЭГ на явку избирателей и результаты партий, участвующих в парламентских выборах в Швейцарии в 2023 году.

Гипотеза исследования сводится к предположению о том, что ДЭГ как дополнительный канал голосования создает условия для предотвращения снижения и обеспечения роста явки избирателей.

Методологической основой исследования выступает теория информационного общества и сравнительный подход, позволяющие рассмотреть электронное голосование с учетом его социотехнической структуры и географии распространения. В качестве базовой модели исследования в данной работе применяется авторская концепция электронного голосования как сети коммуникаций государства и общества. Дистанционное электронное голосование является сетью коммуникаций между властью, представляющей государственные институты и контрвластью в лице общества с целью привлечения граждан к конвенциональному политическому участию, достигаемому посредством удержания и контроля аудитории избирателей. Сеть электронного голосования имеет потенциал для мирного разрешения конфликта за власть между политическими акторами и обеспечения обмена информацией об электоральном выборе между государством и обществом.

Пионерами зарубежных исследований электронного голосования, оформившие политологический подход стали Р. Альварес, Р. Криммер, А.Д. Рубин, Ю. Спайчер-Кривоносова, Т.Э. Холл [10; 13; 14; 15]. В работах проводится сравнительный анализ особенностей становления электронного голосования и их влияние на явку избирателей и легитимность выборов.

В России влияние электронного голосования на результаты выборов и особенности этого механизма политического участия изучали Р.А. Алексеев, Н.А. Баранов, И.Е. Минтусов, С.С. Морозова, Д.А. Будко [1; 3; 5; 6]. В российском научном дискурсе по вопросу электронного голосования оформились позиции цифровых оптимистов, реалистов и алармистов.

Если использовать методологическую оптику автора коммуникационной теории власти в сетевом обществе М. Кастельса, то на примере Швейцарии мы увидим, что отношения между властью и контрвластью в лице гражданского общества в сети электронного голосования выражаются естественным взаимным недоверием и сдерживанием друг друга [7, с. 122]. В случае с сетью электронного голосования контрвластью являются избиратели, которые не поддаются программированию на доверие к сети. Если гражданские активисты не доверяют результатам выборов с использованием электронного голосования, то предъявляют к государству как политической сети требования об отмене электронного голосования или изменении механизма с целью усиления гражданского контроля. Власть в рамках сетевого подхода осуществляется через программирование и переключение сетей, а контрвласть, делиберативная попытка изменить властные взаимоотношения, осуществляется через перепрограммирование сетей вокруг альтернативных интересов и ценностей. Для сети электронного голосования это перепрограммирование осуществляется группами избирателей, которые стремятся усилить контроль за государством. Только после устранения технических проблем власти Швейцарии и гражданское общество приняли решение о продолжении использования ДЭГ. Следует согласиться с российским политологом А.Г. Арутюновым, который отмечает, что наиболее эффективной технологией легитимации ДЭГ является «информирование о чистоте и техническом совершенстве самого ДЭГ, а также профилактика на ранних этапах возможных правонарушений и манипуляционных воздействий» [2, с. 748].

Рассмотрим швейцарский опыт дистанционного электронного голосования в 2023 году, используя для оценки четыре критерия, ранее сформулированных в концепции электронного голосования как сети коммуникаций государства и общества [7, с. 130-131]: уровень явки избирателей, уровень доверия общества к результатам выборов, экономия ресурсов на проведение выборов, протестная активность после выборов. Статья отражает авторский подход к электронному голосованию как пространству коммуникаций между государством и обществом по вопросам выборов и референдумов.

Правовые основы проведения электронного голосования в Швейцарии закреплены в ст. 8а Федерального закона о политических правах, в ст. 27а^ Положения о политических правах и Постановлении Федеральной канцелярии об электронном голосовании. 3 марта 2023 года Федеральный совет предоставил кантонам Базель-городской, Санкт-Галлен и

Тургау разрешение на использование системы электронного голосования Swiss Post на срок до 3 мая 2025 года.

Согласно ст. 8а Федерального закона о политических правах, Федеральный совет по согласованию с заинтересованными кантонами и муниципалитетами может разрешить инициативы по проведению электронного голосования в ограниченном масштабе. Федеральный совет по запросу может разрешить кантонам, которые в течение длительного периода времени успешно проводили электронное голосование, продолжать его применение в течение определенного им периода времени. Также Федеральный совет может запретить проведение электронного голосования в любое время. Контроль за избирательными правами, тайна голосования и запись всех голосов должны быть гарантированы, а злоупотребления должны быть исключены.

Согласно ст. 27а^ Положения о политических правах, попытки проведения электронного голосования на федеральных референдумах требуют одобрения Бундесрата. Федеральный совет предоставляет кантонам, впервые подавшим заявку на получение земельного участка, разрешение на проведение не более пяти голосований. После как минимум пяти успешных попыток электронного голосования кантоном Федеральный совет может разрешить этому кантону использовать электронное голосование в течение определенного максимального срока. В любом случае попытки электронного голосования на выборах в национальные советы требуют специального базового разрешения Федерального совета. Федеральный совет может дать разрешение на попытки проведения федеральных референдумов в электронном виде при условии принятия всех эффективных и надлежащих мер для обеспечения контроля за правом голоса, тайны голосования и правильного распределения всех подписей и исключения опасности целенаправленного или систематического злоупотребления.

Таким образом, в швейцарском избирательном законодательстве закреплена возможность применения дистанционного электронного голосования, но его имплементация возможна только при одобрении этого способа голосования на уровне соответствующего кантона и при согласии Федерального совета.

Успех правых партий на выборах во многих европейских странах (Венгрия, Италия, Франция, Словакия, Швеция) объясняется значительным общественным недовольством в отношении мигрантов и экономическими проблемами [9, с. 847]. Перед парламентскими выборами 2023 года политические партии особенно активно вели агитацию в социальных сетях, предпочитая их традиционной печатной прессе [13, c. 474 Опрос

одного из крупнейших центров изучения общественного мнения компании «Ipsos», проведенный в сентябре 2023 года по заказу газеты «Le Temps», показал, что миграционная ситуация в Швейцарии воспринимается 41% швейцарцев как очень тревожная. Пожилые люди (от 55 лет) и жители немецкоязычных регионов обеспокоены миграционной ситуацией в Швейцарии больше, чем молодежь (18-34 года) и франкоязычные регионы. В целом, 66% заявили, что миграция окажет влияние на их решение о голосовании [19].

На парламентских выборах в 2019 году наиболее обсуждаемыми были проблемы окружающей среды и смены пола [12, с. 190], а в 2023 году в повестке доминировали темы миграционной политики и снижения налогов. В 2023 году Народная партия Швейцарии (SVP) выступала за жесткие ограничения приема мигрантов и получила 62 места в парламенте, прибавив 9 мандатов по сравнению с выборами 2019 года SVP сосредоточила свою агитационную кампанию на актуальных проблемах населения: борьбе с миграцией, инфляцией и снижению налогового бремени.

Другие политические партии тоже пытаются использовать в своих программах тему решения проблем, связанных с мигрантами [11, с. 20 -21]. Например, Радикально-либеральная партия (FDP) тоже сделала миграционную политику одной из своих приоритетных тем во время избирательной кампании. В отличие от SVP радикально-либералы настаивали на необходимости сохранения свободного передвижения людей для привлечения квалифицированных европейских рабочих, одновременно заявляя о своем желании бороться с «социальным туризмом» и «хаосом в сфере предоставления убежища». Одновременно с этим экологическая проблематика потеряла свою привлекательность как в Швейцарии, так и в других странах Европы. Поражение двух «зеленых» партий GLP и Grüne, потерявших 11 мест в парламенте является отголоском трудностей, с которыми сталкиваются такие партии в Европейском союзе.

Явка избирателей на парламентских выборах в Швейцарии в 2023 году составила 47% против 45% в 2019 году, что в том числе было достигнуто благодаря применению ДЭГ. В каждом из трех кантонов, тестирующих электронное голосование, более половины швейцарцев, зарегистрированных в кантональном реестре за рубежом, проголосовали электронным способом. На диаграмме показано, что средняя явка без ДЭГ на трех парламентских выборах составила 46,21%, а с ДЭГ - 48,20%. Таким образом, прирост явки составил 2%.

49,5

48,28 48,51

I Uli

2007 2011 2015 2019 2023

|_| Без электронного голосования I I С электронным голосованием

Рисунок 1 - Явка избирателей на парламентских выборах в Швейцарии, в %

Однако абсентеистов в Швейцарии, как и прежде больше, чем избирателей. Это является существенной проблемой для властей страны, потому что неучастие в политической жизни общества приводит к недоверию граждан ко всем государственным институтам. Основная причина большой доли абсентеистов в Швейцарии кроется в парламентской коалиционной политической системе и возможности отменить решение парламента и правительства на референдуме. Даже в случае значимого усиления одной политической силы она не может сформировать правительство без вступления в коалиции с другими партиями. В связи с этим избиратели уверены, что смогут защитить свои интересы через участие в референдуме.

В других государствах-операторах ДЭГ - России и Эстонии его применение обеспечивает рост явки избирателей, особенно на уровне общенациональных парламентских выборов. Например, в 2021 году на выборах депутатов Государственной Думы VIII созыва явка избирателей составила 51,72% и по сравнению с 2016 годом выросла на 3,84%. В 2023 году в парламентских выборах в Эстонии приняли участие 63,7% избирателей и по сравнению с последними выборами без электронного голосования в 2003 году прирост явки составил 5,46%. Как отмечают И.Б. Борисов и А.В. Игнатов [4, с. 19-20], проекты, направленные на цифровизацию электоральных процедур способны обеспечить устойчивый прирост явки избирателей. В Эстонии явка избирателей в результате применения ДЭГ тоже имеет тенденцию к росту. Эстония провела уже пять парламентских выборов с использованием ДЭГ и

45,23

I

по сравнению с последними выборами без электронного голосования в 2003 году прирост явки составил 5,46%, достигнув в 2023 году 63,7% [4, с. 20]. Парадоксально, но, как утверждает Ю. Кривоносова, при всех плюсах электронного голосования в Эстонии до введения электронных списков избирателей в 2023 году этот способ голосования не обеспечивал снижение нагрузки на избирательные комиссии из-за необходимости учета избирателей, голосовавших online и на избирательных участках [15, с. 75-76].

Главными выгодоприобретателями возвращения ДЭГ в Швейцарии стали зарубежные избиратели и люди с нарушениями зрения. Для 220 тыс. избирателей-экспатов было трудно принять участие в политической жизни страны. После отмены электронного голосования в 2019 году из-за задержек с почтовыми отправлениями и их дороговизны многие швейцарцы, проживающие в других странах, не успевали принять участие в выборах. Именно общественное объединение швейцарцев за рубежом неоднократно требовало у правительства возобновления электронного голосования, ставшего удобной альтернативной голосованию по почте [17, с. 9-10]. Кроме того, около 380 тыс. швейцарцев живут с нарушениями зрения. Они не могут участвовать в голосовании и выборах без посторонней помощи, что нарушает тайну голосования. Благодаря электронному голосованию многие барьеры для слабовидящих людей будут сняты.

В опросе, проведенном в 2023 году авторитетным исследовательским институтом gfs-zurich 72% респондентов, выступили за введение электронного голосования в дополнение к другим каналам голосования [18]. При этом отсутствовали существенные различия между языковыми регионами и между мужчинами и женщинами. Среди пожилых людей в возрасте 65 лет и старше уровень одобрения ниже, примерно на 60%. Уровень одобрения электронного голосования среди сторонников SVP составляет 68% и 82% у центристов и «зеленых». Респондентам были представлены различные аргументы за и против введения электронного голосования. При этом аргументы «за» находят значительно большее одобрение, чем аргументы «против». Больше всего (76%) поддерживают аргумент о том, что электронное голосование улучшит доступ к выборам и голосованию для проживающих за границей швейцарцев. Аргументы о том, что электронное голосование упростит процесс голосования, также находят явное одобрение (63%); электронное голосование улучшит доступ к выборам и голосованию для слабовидящих и слепых людей (56%). Отметим, что доверие к результатам выборов заметно ниже среди молодежи. Если большинство швейцарцев доверяет федеральным выборам, а также национальным, кантональным и муниципальным ин-

ститутам, то молодежь скептически относится к политическим партиям, политикам и средствам массовой информации.

Швейцария вернулась к проведению ДЭГ в 2023 году после пятилетнего перерыва. В течение четырех лет государственная компания Swiss Post разрабатывала и тестировала новую платформу электронного голосования. Компания не разглашает расходы на реализацию проекта, но очевидно, что электронное голосование может сэкономить финансовые и человеческие ресурсы только при условии его масштабирования и многократного использования. Расходы в расчете на одного избирателя снизятся по мере увеличения числа избирателей, участвующих в электронном голосовании, и увеличения числа кантонов, использующих решение Swiss Post для электронного голосования. В связи с этим первый опыт применения новой платформы ДЭГ не позволил обеспечить экономию ресурсов.

Однако российский и эстонский опыт электронного голосования убедительно доказывает, что экономия возможна. Так, в г. Москве в 2023 году количество избирательных участков было уменьшено в 1,5 раза, что позволило снизить размер зарплатного фонда для членов УИК, на который приходится до 60% всех расходов организаторов выборов. Электронных избирателей в Москве было 81%. В других регионах тоже уменьшилось количество участковых избирательных комиссий, что позволит сэкономить ресурсы и повысить профессионализм состава работающих комиссий. В Эстонии именно электронное голосование является наиболее дешевым каналом голосования из-за количества избирателей, решивших им воспользоваться. Стоимость голосования одного избирателя через интернет составляет около 2 евро, а при традиционном голосовании на избирательном участке в день выборов - 3 евро. Досрочное голосование на обычных избирательных участках является самым дорогим - 16 евро, что связано с небольшим числом голосующих [14, с. 9-10]. Впервые в мировой практике проведения выборов в 2023 году в Эстонии «электронных избирателей» было больше (51%), чем избирателей, проголосовавших бумажными бюллетенями (49%). Эстонское электронное голосование стало главным донором явки и будет применяться в будущем, потому что удерживает аудиторию избирателей, предупреждая снижение явки за счет удобства и доверия к ставшей привычной процедуре [4, с. 17].

После объявления результатов парламентских выборов в Швейцарии не было протестных выступлений, оспаривающих их. Уличные митинги в октябре 2023 года были посвящены поддержке Израиля в конфликте с движением Хамас. Кроме того, власти Берна и Базеля запретили проведение любых митингов и даже одиночных пикетов в день голосования, 22 октября.

При этом известный юрист из Базельского университета Маркус Шефер отметил, что такие запреты нарушают принципы свободы мнений и демонстраций [8]. Ученый не видит правовых оснований для запретов на демонстрации протеста, а из-за этого создаётся впечатление, что в Швейцарии осуществляется цензура.

Swiss Post разработала систему электронного голосования в своем ИТ-центре в Невшателе в Германии, что согласуется с требованиями избирательного законодательства Швейцарии. Система электронного голосования основана на криптографическом протоколе, обеспечивающем проверку результатов голосования как индивидуально (избирателями), так и кантональной избирательной комиссией.

С 2021 года компания раскрывает информацию о своей новой системе электронного голосования. Все компоненты и документы полностью и постоянно доступны для общественности и могут быть изучены независимыми экспертами. Swiss Post продолжает публиковать новые версии разработки и новые релизы на специальной платформе «Swisspost-evoting. GitLab», где доступны исходный код, криптографические алгоритмы и программа проверки электронного голосования.

Система настроена, чтобы предотвратить подачу недействительных электронных бюллетеней. Особенностью интерфейса швейцарского электронного голосования является представление информации на четырех национальных языках Швейцарии: немецком, французском, итальянском и ретороманском. Несмотря на то, что платформа голосования уже запущена, публичный поиск уязвимостей в системе безопасности продолжается на постоянной основе. В период с 8 по 31 июля 2023 года «белые хакеры» со всего мира смогли протестировать последнюю версию электронного голосования в рамках публичного тестирования на вторжение. В ходе таких тестов хакеры атакуют приложение с целью обнаружения уязвимостей, а те, кому это удается, получают финансовое вознаграждение.

Тестирование является ключевым инструментом Swiss Post и частью ее программы по борьбе с ошибками, которая гарантирует постоянное совершенствование системы. ИТ-специалисты со всего мира используют ее для выявления потенциальных уязвимостей в системе электронного голосования. Регулярные тесты такого типа являются юридическим требованием, предусмотренным правительством Швейцарии. В 2023 году был проведен тест на вторжение, в ходе которого более 2 тысяч хакеров попытались взломать систему электронного голосования. После более чем 55 тысяч атак ни одному из участников не удалось проникнуть в систему электронного голосования или в накопитель бюллетеней.

В тесте на вторжение можно выявить ошибки четырех уровней серьезности: низкий, средний, высокий или критический. После проверки Swiss Post подтвердила только одно из четырех представленных результатов, классифицированных как ошибка низкого уровня. Результаты не касались каких-либо аспектов, связанных с безопасностью, а указывали на ошибки в навигации на сайте электронного голосования. Хакер получил вознаграждение в размере 4 тысяч франков, а Swiss Post внедрила это улучшение.

Помимо публичного тестирования на вторжение, которое Swiss Post проводит на регулярной основе, постоянно проводится публичный обзор программного кода, спецификаций и другой важной документации системы электронного голосования. Последние версии этих документов находятся в открытом доступе для проверки специалистами. Swiss Post уже получила более 285 отчетов от «белых хакеров» и выплатила им более 170 тысяч франков вознаграждения.

Важным аспектом подготовки к электронному голосованию стало обучение избирателей. В преддверии федеральных выборов 2023 года Swiss Post открыла доступ к тестовой платформе электронного голосования [21] для обучения избирателей. Избиратель в несколько этапов может пройти весь процесс голосования. Он входит на портал электронного голосования, вводя код инициализации (Initialisierungscode) из удостоверения личности избирателя для начала голосования.

Vote électronique / E-Voting

URL : https://demo.evoting.ch

Fingerprint (SHA-256) : 3D 07 7A 24 37 1 В 4С 22 2А 6F ЕЗ 4А 7С 27 AD AS А6 30 SC 6В 7В SF S3 OF 56 F0 CA 2F FE FE 2B ЕВ

A contrôler après la saisie du code confirmation 1 Muss nach dem Erfassen des Bestätigungscodes kontrolliert werden

Code de finalisation /

Finalisierungscode :

509S 7200

Election du 30.12.2023 - codes de vérification / Wahl vom 30.12.2023 - Prüfcodes

Рисунок 2. - Набор кодов, которые получали швейцарские избиратели при тестовом голосовании в 2023 году [21]

Избирателям предлагалось проголосовать по одному из списков: композиторы, писатели, музыканты, ученые, математики. Например, избиратель выбрал список математиков и проголосовал за Николая Коперника. Для от-

правки голоса он должен самостоятельно зашифровать его, введя индивидуальный код подтверждения (Bestätigungscode), соответствующий Николаю Копернику, который указан в документах, присланных избирателю по почте. После подачи голоса избирателю предлагается сравнить код завершения (Finalisierungscode), отображенный на экране голосования с кодом, указанным в удостоверении личности избирателя. Если код совпадает, то избиратель нажимает кнопку, завершающую голосование. Организаторы электронного голосования рекомендовали избирателю очистить кэш браузера после голосования, чтобы устройство не узнало о его выборе. Такую же сложную процедуру голосования нужно выполнить и на официальных выборах.

Аутентификация швейцарских избирателей является сложной задачей поскольку в Швейцарии нет универсальной цифровой идентификационной карты. Swiss Post решает эту проблему, отправляя по почте каждому избирателю перед выборами бумажное письмо с удостоверением электронного избирателя, а также ключом авторизации и кодами подтверждения выбора избирателя. Как при тестовом голосовании один код позволяет избирателю войти на платформу электронного голосования своего кантона, а другие коды используются для проверки корректности учета голоса избирателя и подтверждения сделанного выбора.

Рисунок 3 - Начало голосования с полями для ввода кода инициализации из удостоверения личности избирателя и даты рождения [20]

Затем избиратель выбирает кандидатов в приложении, а приложение использует ключ избирателя для шифрования и аутентификации результатов голосования и передачи их на сервер. Следующим шагом является отправление избирателю кодов возврата (Pшfcode). Они вычисляются на основе закрытого ключа, известного серверу, но не избирателю или клиентскому приложению, связанному с ключом начала голосования, который ввел избиратель. Приложение для голосования отображает эти коды результатов. Затем избиратель сравнивает коды результатов на листе бумаги и проверяет, соответствуют ли они выбранным кандидатам. Компьютер избирателя не знает этих кодов, поэтому, даже если он заражен вредоносным ПО, он не может обмануть избирателя.

Если система работает правильно, то приложение для голосования (даже взломанное) не может узнать коды результатов. Приложение не может видеть, какие коды результатов указаны на бумажном документе, если только к компьютеру избирателя не подключено устройство слежения. Одной из ступеней безопасности швейцарской системы электронного голосования является внешний канал связи, который полностью недоступен компьютеру избирателя. Голосование избирателя зашифровывается в системе, аноними-зируется и сохраняется в электронном накопителе бюллетеней. Только избирательная комиссия соответствующего кантона может открыть хранилище голосов, расшифровать и подсчитать их.

Цель этого исследования состояла в том, чтобы определить влияние ДЭГ на явку избирателей и результаты партий, участвующих в парламентских выборах в Швейцарии в 2023 году. Возвращение электронного голосования в выборную практику, обеспечило умеренный рост явки избирателей при общественном доверии к новой форме политического участия и отсутствии политических протестов, оспаривающих итоги выборов. Гипотеза о положительном влиянии ДЭГ на явку избирателей на выборах с некоторыми оговорками подтвердилась. Значительное повышение электоральной активности в Швейцарии в результате применения ДЭГ возможно при дальнейшем расширении географии его применения с трех кантонов до всей территории страны.

Однако швейцарские организаторы выборов не смогли обеспечить экономию ресурсов на их проведение, что объясняется первым опытом применения ДЭГ после пятилетнего перерыва. При увеличении числа электронных избирателей снижается стоимость голосования из расчета на одного избирателя. Среди основных заинтересованных групп возобновления электронного голосования в Швейцарии были общественные организации швей-

царцев, проживающих за рубежом (ASO), и швейцарская ассоциация слепых и слабовидящих (SBV).

Нужно отметить, что при всей надежности электронного голосования в Швейцарии существуют два недостатка. Во-первых, интерфейс швейцарского ДЭГ является сложным и неудобным для избирателя, которому нужно несколько раз вводить коды для подтверждения выбора и передачи голоса. При этом пакет идентификационных документов для голосования избиратель должен получить бумажным письмом через почтовую службу. Во-вторых, избирателю на этапе проверки корректности учета своего волеизъявления становится известно, как был подсчитан его голос. Тайна голосования не соблюдается, что создает угрозу контроля за голосованием третьих лиц. В российском ДЭГ соблюдается тайна и удобство голосования избирателя, который, впрочем, может проверить был ли учтен его голос с помощью индивидуального кода транзакции, но без раскрытия тайны голосования.

Пример Швейцарии демонстрирует функционирование механизма обратной связи между властью и контрвластью в лице гражданского общества в сети электронного голосования. После успешного опыта применения ДЭГ на парламентских выборах в 2011-2015 гг. власти Швейцарии были вынуждены отказаться от ДЭГ в 2019 году из-за выявленных технических проблем и угрозы фальсификации итогов голосования. Однако после решения проблем и создания новой платформы электронного голосования, удовлетворяющей требованиям большинства граждан и политических сил ДЭГ было возвращено в выборную практику в ограниченном масштабе.

Литература

1. Алексеев Р.А. Технология блокчейн на выборах: прошлое, настоящее и будущее // Журнал политических исследований. 2020. №4. С. 25-38.

2. Арутюнов А.Г. Реализация и легитимация результатов дистанционного электронного голосования в регионах России: особенности городских и сельских практик // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Политология. 2023. Т. 25. №3. С. 738-751.

3. Баранов Н.А. От недоверия — к легитимации: трудный путь цифровых электоральных технологий на примере России // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Политология. 2022. Т. 24. №3. С. 433-446.

4. Борисов И.Б., Игнатов А.В. Электронное голосование в Эстонии бьет рекорды. Общее и особенное в международном развитии ДЭГ // Избирательное законодательство и практика. 2023. №1. С. 14-20.

5. Минтусов И.Е., Гуляев Д.С. Дистанционное электронное голосование в странах англосаксонской системы: США, Австралия, Великобритания. Почему голосование ДЭГ не прижилось? // Гражданин. Выборы. Власть. 2022. №1. С. 122-139.

6. Морозова С.С., Будко Д.А. Особенности развития цифровой демократии в крупных городах России (на примере Санкт-Петербурга) // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2022. Т. 18. №4. С. 456-469.

7. Федоров В.И. Электронное голосование как сеть коммуникаций между государством и обществом // Вестник Московского государственного областного универси-

тета (электронный журнал). 2022. №4. URL: https://www.evestnik-mgou.ru/jour/article/view/1208 (дата обращения 02.02.2024).

8. Швейцарские города отменят проведение всех митингов. URL: https://www.swissinfo.ch/rus/politics/швейцарские-города-отменят-проведение-всех-митингов-/48905816 (дата обращения: 25.10.2023).

9. Abou-Chadi T., Krause W. The causal effect of radical right success on mainstream parties' policy positions: A regression discontinuity approach. British Journal of Political Science. 2020. №50(3). Р. 829-847.

10. Alvarez R., Hall T. Electronic Elections: The Perils and Promises of Digital Democracy. Princeton University Press, 2010.

11. Gessler T., Hunger S. How the refugee crisis and radical right parties shape party competition on immigration. Political Science Research and Methods. 2021. Vol. 10. Iss. 3. Р. 1-21.

12. Gilardi F., Gessler T., Kubli M., Müller S. Issue Ownership and Agenda Setting in the 2019 Swiss National Elections. Swiss Political Science Review. 2022. Schweizerische Zeitschriftfür Politikwissenschaft. Vol. 28. Iss. 2. Р. 190-208.

13. Fischer M. From newspapers to social media? Changing dynamics in Swiss direct democratic campaigns. Swiss Political Science Review. 2023. Vol. 29. Iss. 4. Р. 465-478.

14. Krimmer R., Duenas-Cid D., Krivonosova I. New Methodology for Calculating Cost-Efficiency of Different Ways of Voting: Is Internet Voting Cheaper? Public Money & Management. 2020. February. Р. 1-10.

15. Krivonosova I. The forgotten election administrator of internet voting: lessons from Estonia. Policy studies. 2021. №43. Р. 1254-1276.

16. Rubin A.D. Brave New Ballot: The Battle to Safeguard Democracy in the Age of Electronic Voting. New York, 2006, NY: Morgan Road Books, 2006.

17. Pleger L.E., Mertes A. Use and Assessment of E-Voting Systems: Findings from an Online-Survey among Swiss Nationals Living Abroad. Swiss Yearbook of Administrative Sciences. 2018. №9. Р. 1-11.

18. Schweizer Bevölkerung befürwortet E-Voting. URL: https://gfs-zh.ch/schweizer-bevoelkerung-befuerwortet-e-voting/ (дата обращения 25.10.2023).

19. The Swiss push for a European solution to migration issues. Ipsos. URL: https://www.ipsos.com/en-ch/swiss-push-european-solution-migration-issues (дата обращения 02.02.2024).

20. Voting electronic. Start-voting. URL: https://demo.evoting.ch/vote/#/start-voting (дата обращения 25.10.2023).

21. Voting electronic. URL: https://demo.evoting.ch/ (дата обращения 25.10.2023).

References

1. Alekseev R.A. Tekhnologiya blokchein na vyborakh: proshloe, nastoyashchee i budushchee. Zhurnal politicheskikh issledovanii. 2020. №4. S. 25-38.

2. Arutyunov A.G. Realizatsiya i legitimatsiya rezul'tatov distantsionnogo elektron-nogo golosovaniya v regionakh Rossii: osobennosti gorodskikh i sel'skikh praktik. Vestnik Rossiiskogo universiteta druzhby narodov. Seriya: Politologiya. 2023. T. 25. №3. S. 738751.

3. Baranov N.A. Ot nedoveriya — k legitimatsii: trudnyi put' tsifrovykh el-ektoral'nykh tekhnologii na primere Rossii. Vestnik Rossiiskogo universiteta druzhby narodov. Seriya: Politologiya. 2022. T. 24. №3. S. 433-446.

4. Borisov I.B., Ignatov A.V. Elektronnoe golosovanie v Estonii b'et rekordy. Ob-shchee i osobennoe v mezhdunarodnom razvitii DEG. Izbiratel'noe zakonodatel'stvo i praktika. 2023. №1. S. 14-20.

5. Mintusov I.E., Gulyaev D.S. Distantsionnoe elektronnoe golosovanie v stranakh anglosaksonskoi sistemy: SShA, Avstraliya, Velikobritaniya. Pochemu golosovanie DEG ne prizhilos'? Grazhdanin. Vybory. Vlast'. 2022. №1. S. 122-139.

6. Morozova S.S., Budko D.A. Osobennosti razvitiya tsifrovoi demokratii v krupnykh gorodakh Rossii (na primere Sankt-Peterburga). Politicheskaya ekspertiza: POLITEKS. 2022. T. 18. №4. S. 456-469.

7. Fedorov V.I. Elektronnoe golosovanie kak set' kommunikatsii mezhdu gosudar-stvom i obshchestvom. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo oblastnogo universiteta (elektronnyi zhurnal). 2022. №4. URL: https://www.evestnik-mgou.ru/jour/article/view/1208 (data obrashcheniya 02.02.2024).

8. Shveitsarskie goroda otmenyat provedenie vsekh mitingov. URL: https://www.swissinfo.ch/rus/politics/shveitsarskie-goroda-otmenyat-provedenie-vsekh-mitingov-/48905816 (data obrashcheniya: 25.10.2023).

9. Abou-Chadi T., Krause W. The causal effect of radical right success on mainstream parties' policy positions: A regression discontinuity approach. British Journal of Political Science. 2020. №50(3). R. 829-847.

10. Alvarez R., Hall T. Electronic Elections: The Perils and Promises of Digital Democracy. Princeton University Press, 2010.

11. Gessler T., Hunger S. How the refugee crisis and radical right parties shape party competition on immigration. Political Science Research and Methods. 2021. Vol. 10. Iss. 3. R. 1-21.

12. Gilardi F., Gessler T., Kubli M., Müller S. Issue Ownership and Agenda Setting in the 2019 Swiss National Elections. Swiss Political Science Review. 2022. Schweizerische Zeitschriftfür Politikwissenschaft. Vol. 28. Iss. 2. R. 190-208.

13. Fischer M. From newspapers to social media? Changing dynamics in Swiss direct democratic campaigns. Swiss Political Science Review. 2023. Vol. 29. Iss. 4. R. 465-478.

14. Krimmer R., Duenas-Cid D., Krivonosova I. New Methodology for Calculating Cost-Efficiency of Different Ways of Voting: Is Internet Voting Cheaper? Public Money & Management. 2020. February. R. 1-10.

15. Krivonosova I. The forgotten election administrator of internet voting: lessons from Estonia. Policy studies. 2021. №43. R. 1254-1276.

16. Rubin A.D. Brave New Ballot: The Battle to Safeguard Democracy in the Age of Electronic Voting. New York, 2006, NY: Morgan Road Books, 2006.

17. Pleger L.E., Mertes A. Use and Assessment of E-Voting Systems: Findings from an Online-Survey among Swiss Nationals Living Abroad. Swiss Yearbook of Administrative Sciences. 2018. №9. R. 1-11.

18. Schweizer Bevölkerung befürwortet E-Voting. URL: https://gfs-zh.ch/schweizer-bevoelkerung-befuerwortet-e-voting/ (data obrashcheniya 25.10.2023).

19. The Swiss push for a European solution to migration issues. Ipsos. URL: https://www.ipsos.com/en-ch/swiss-push-european-solution-migration-issues (data obra-shcheniya 02.02.2024).

20. Voting electronic. Start-voting. URL: https://demo.evoting.ch/vote/#/start-voting (data obrashcheniya 25.10.2023).

21. Voting electronic. URL: https://demo.evoting.ch/ (data obrashcheniya 25.10.2023).