Фразеология как отражение народных представлений о времени в русском языке

Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2012. № 2

Мэй Чуньцай, Чай Цинган

ФРАЗЕОЛОГИЯ КАК ОТРАЖЕНИЕ НАРОДНЫХ

ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ВРЕМЕНИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ

Исследование посвящено изучению специфики репрезентации концепта "время" фразеологическими средствами русского языка. Авторами сделана попытка включить концепт "время" в смысловую модель лингво-культурологических процессов, а также развить положения хронемики русской языковой картины мира как совокупности культурных и коммуникативно значимых представлений о времени, его структуре, функциях.

Ключевые слова: русская фразеология, категория времени, представление о времени.

The study investigates the specific representation of the Time Concept in the phraseological means of the Russian language. The authors attempt to include the Time Concept into the semantic model of lingvoculturological processes, as well as work out provisions Russian temporal semiotics of the linguistic world as a set of cultural and communicative meaningful representations of the time, its structure, and functions.

Key words: Russian idioms, Time Category, Time Concept.

Категория времени — одна из фундаментальных, универсальных категорий человеческого бытия и сознания, языка и культуры, базовая составляющая русской языковой картины мира. Понятие времени всегда вызывало интерес человека и было предметом исследования ученых самых разных областей знания. Однако как лингвокультурологическая категория, в виде отдельной темы, время еще не рассматривалось, работы на эту тему в основном носили историко-культурный характер: анализировались представления о времени, сложившиеся у народов на конкретном этапе исторического развития.

Значимость работы по данной теме определяется общей антропоцентрической направленностью исследования и связью разрабатываемых теоретических вопросов с актуальными проблемами современной науки, а также самим выбором концепта "время" в качестве объекта изучения. Время обладает особым статусом

Мэй Чуньцай (Mei Chuncai) — докт. ист. наук, доц., зам. директора Института иностранных языков Цзилиньского педагогического университета (КНР), зав. кафедрой русского языка; тел.: (0086) 434-329-65-05, е-mail: meichuncai@mail.ru

Чай Цинган (Сhai Qinggang) — магистр русского языка и литературы Института иностранных языков Цзилиньского педагогического университета (КНР); e-mail: chaiqg_2008@163.com

в жизни человека. Через призму его языковой репрезентации можно получить доступ к пониманию мировидения конкретного этноса.

На основе комплексного исследования концепта "время" и его фразеологических репрезентаций мы попытались выявить экстралингвистические факторы, повлиявшие на формирование линг-вовременной картины мира в русском лингвокультурном сообществе; природу фразеологических единиц со значением "время"; национально-специфические черты концепта "время" в русской лингвокультуре, а также раскрыть формирование, становление, а затем и функционирование образной фразеологической единицы в русском языке.

Народная традиция, оценочная лексика, устойчивые выражения отражают самые разные характеристики временных представлений, составляющих русскую языковую картину мира: циклического и векторного восприятия времени (солнышко на закате, время летит, время за нами, время перед нами); близость образа времени и образа жизни (связь времени с деторождением, сроком отела); представление о времени как силе, то благоприятной (сила во времени), то злой, но главное — всегда движущейся, изменчивой.

В традиционной народной культуре славян время оценивается строго полярно, только со знаком плюс или минус: оно может быть чистым, добрым, веселым и нечистым, опасным, злым, печальным. Хорошее время приносит человеку здоровье, счастье, богатство, успех, а плохое — болезнь, неудачу, нужду, горе. В русском языке имеется много обозначений сакрального времени, в том числе благоприятных и неблагоприятных моментов: черный день, добрый час, лихая година, тяжелые дни, благое время, худое время, вражий час, неурочный час и т.д. В итоге набирается ряд пар противопоставленных друг другу признаков с положительным и отрицательным значением: день — ночь, свет — мрак, лето — зима, весна — осень и т.д.

Позже определения "доброе" или "злое" по отношению ко времени отрываются от сакрального контекста и используются как эпитеты, поскольку время перестает восприниматься как событие и начинает употребляться как мыслимое время, которое своеобразно, в том числе художественно, отражает время реальное. На базе обиходных развились образно-эстетические понятия: весна — радость, обновление, возрождение; ночь — печаль, тоска и т.п. Хорошо известны ассоциативные перифразы: утро года — весна, полдень — зрелость.

Представление о времени и его членении находило выражение прежде всего в календаре. Но не только универсальным инструментом структурирования годового времени стал народный календарь: в его формирование вплетались астрологические, эсхатологиче-

ские, религиозные представления — так образовался и природно-погодный, и сезонно-трудовой, преимущественно сельскохозяйственный календарь.

Фразеологизмы с лексемой "время". В русском языке немало идиоматических словосочетаний со словом время: тратить время впустую, растрачивать время попусту, проводить время зря, тянуть время, время терпит, время не терпит, время не ждет... Последние три выражения хранят в себе память о Времени как о каком-то языческом божестве, распоряжающемся человеком и его судьбой по своему усмотрению, уделяющем (отсюда и русская сказочная Доля) ему тот хронологический промежуток, которого он достоин.

В древних славянских обозначениях времени можно найти его тесную связь с действием. Так, русское слово время этимологически связано с глаголом вертеть (вращать). Это как бы "вращение" дней или месяцев по кругу, их чередование, вереница. Слово вереница этимологически родственно времени — не случайно русские говорят о веренице дней как об их однообразном повторении и смене.

Русский язык хранит память о том, что в древности "временные" слова имели одинаковый смысл. Об их синонимичности свидетельствуют такие пословицы и поговорки, как До поры до времени; Делу время, потехе час или Пению время, молитве час. Во второй и третьей пословице час и время — равноправные обозначения времени, хотя сейчас Делу время, потехе час воспринимается "по-современному": большую часть времени следует отдавать труду, а меньшую — отдыху. Некоторая количественная несоразмерность времени и часа в русском языке, действительно, имелась. Но в этих пословицах они выступают как синонимы, ибо смысл их в том, что каждому виду деятельности — свое время.

Слова, прежде обозначавшие время и разошедшиеся сейчас в разных славянских языках по смыслу, хотя и были синонимами, но уже изначально имели и определенные отличия. Эти отличия связаны с этимологией, т.е. с исходным значением их корня. Время и пора, например, в русском языке сейчас во многом взаимозаменяемы: время любви — пора любви, время учебы — пора учебы, золотое время юности — золотая пора юности. Но в стилистическом отношении пора поэтичнее, чем нейтральное время.

Указанное стилистическое отличие связано с этимологией слова пора, его близостью с такими русскими словами, как порить (быть в хорошем состоянии; быть полезным), спорить (быть удачным), спориться (удаваться), спорый (успешный, быстрый, объемистый); древнерусское и церковнославянское спорь означало "обильный", а болгарское спор — это "прибыль", "урожай". Русские пословицы отражают этот оттенок "изобильности" и "удачливости" у слова пора: В пору в гору, а не в пору — под гору! или: Пора придет и часть

мою принесет; Пора что железо: куй, поколе кипит; При поре с умом, без поры с сумой; Не время дорого — пора. Таким образом, первоначально слово пора именовало удачное, счастливое, урожайное время. Отсюда, возможно, и его в основном положительная стилистическая окраска, сохранившаяся в современном русском языке. В этом отношении оборот до поры до времени можно понимать не как соединение двух синонимов, а как своеобразную конкретизацию времени — такого, когда еще не пришла пора, т.е. период изобилия, сбора урожая, зрелости и удачливости.

Фразеологизмы с лексемой "час". Час в русском языке — типичный пример слова-синкреты, которое одновременно содержит и конкретное и общее значения. Лексема час дейктична: она указывает место, выполняя роль дискретора, так как из общего хода времени вычленяется конкретный временной момент. Отсюда сейчас и тотчас, которые обозначают короткие моменты в народных оборотах.

Час при всей его количественной определенности может реализовать идею мгновенности в устойчивых оборотах: час настал, пробил час, с часу на час, а также другие значения, присущие лексеме, например, во фразеологизмах: битый час; час от часу не легче; не по дням, а по часам; не ровен час и др. Качественную дифференциацию придают слову такие определения, как мертвый час, звездный час, смертный час, в добрый час, свой час (= срок).

В понимании славян час — это предопределенное каждому человеку время для рождения, вступления в брак и смерти. Такой час может быть к нам благоприятным и неблагоприятным. Отсюда противопоставление добрый час и недобрый час в различных пожеланиях у русских, украинцев, белорусов или сербов.

В добрый час! — так напутствуют русские близких или друзей, отправляющихся в дальнюю дорогу или на какое-либо важное дело. В этом пожелании сохранилось и древнее значение часа (пора, время), и древнее значение прилагательного добрый (хороший, благоприятный). Прежде пожелание в дорогу доброго часа давалось с определенной целью — чтобы в соответствии с суеверными представлениями предохранить словом путника от злых сил и злоключений. Однако пожелание В добрый час! могло употребляться не только при прощании, но и в других ситуациях, требующих "обережения" от злых сил. Так, поговорка В добрый час будь сказано! основана на поверье, что в добрый час можно говорить все, что хочешь, а в худой час лучше всего отмолчаться.

Выражения битый час и пробил час (чего-либо) имеют стилистические особенности. В первом случае речь идет о бытовых явлениях, сам оборот принижает время, окрашивает его негативно. Час пробил звучит торжественно и возвышенно. Это выражение

обычно характеризует либо время каких-то очень важных и решительных событий, либо, если речь идет о человеке, последние минуты его жизни. Здесь слово час как бы вновь утрачивает свое точное хронологическое значение, возвращаясь на круги своего древнейшего обобщенного смысла. Это уже почти то же, что недобрый час или лихая смертная година. Как гласит русская пословица, час на час не приходится, т.е. отличается один от другого.

Фразеологизмы с лексемами, называющими дни недели. Названия дней недели демонстрируют сложность путей формирования и развития языка: семь слов одной группы и такое разнообразие значений (понедельник, вторник, четверг, пятница обозначают "порядок", среда — "середину", воскресенье отсылает к новозаветному сюжету, суббота из древнееврейского — "шабат"). В толковых словарях дни недели объясняются чаще всего через указание на их порядковое положение в составе недели. Однако для современного русского языка такой подход — пережиточное явление.

Образное толкование дней недели находим у В. Даля: "Понедельник — похмелье; вторник — потворщик; середа — пост; четверг — перевал; пятница — не работница; суббота — уборка; воскресенье — гулянье"1. Каждому дню дается своя оценка в соответствии с народными представлениями и культурными традициями.

Черный или тяжелый день как обозначение конкретного дня недели — понедельника — овеяно суеверным представлением о его неудачливости. В понедельник прежде старались не начинать никаких важных дел, не выезжать в дорогу, не предпринимать чего-либо решительного.

Отрицательная оценка понедельника в суеверном сознании — не исключение. Практически все дни недели так или иначе оценивались прежде и были опутаны многочисленными поверьями. Некоторые мифологи и лингвисты объясняют распределение у славян дней недели на отрицательные и положительные ("чистые" и "нечистые") действием оппозиции "чет-нечет". При этом, по их мнению, народная, языческая неделя была как бы противопоставлена церковной. Поэтому точно и неизвестно, каким днем начиналась и каким завершалась древнерусская неделя — седмица. В быту чаще всего ее началом было воскресенье, а концом — суббота, в церковной же практике ее счет велся с понедельника до воскресенья. Сосуществование "церковной" и "народной" недели приводило к путанице в исчислении времени. Соответственно объясняются и разногласия в определении "счастливых" и "несчастливых" дней недели.

Очень непоследовательно суждение о пятнице. К ней, с одной стороны, относится множество запретов, нарушение которых строго

1 Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. М., 2002.

каралось: женщины не должны были прясть, нельзя было полоть и копать огород, на пятницы приходились посты и т.д. С другой стороны, по пятницам рекомендовались многие виды полевых работ, этот день почитался в образе святой Параскевы Пятницы, аналогичной языческой богине Мокоши.

Подобные противоречия свидетельствуют о том, что одной лишь оппозицией "чет-нечет" их объяснить невозможно. Множество критериев играло роль в оценке дней недели в народном календаре. Некоторые из этих критериев имели гораздо большее значение, чем противопоставление "чет-нечет". Последовательно, например, осуществлялось в народном обиходе противопоставление "женских" дней "мужским". Женскими считались среда и пятница (реже суббота и воскресенье), мужскими — понедельник, вторник и четверг. Сейчас такое распределение кажется лишь простой аналогией грамматическому роду соответствующих существительных. Прежде это была устойчивая многослойная традиция, регулировавшая трудовые действия, ритуалы, обычаи и повседневное поведение по конкретным дням. В зависимости от этого противопоставления накладывались запреты на те или иные виды "мужской" или "женской" деятельности — сев, жатву, прядение, ткачество, скотоводство.

Остатки таких традиций отражены в языке. Так, выражение семь пятниц на неделе связано с "женским" днем: пятницы были торговыми, базарными днями, когда заключались и торговые и долговые обязательства. Именно у того, кто обещал отдать свой долг в следующую пятницу, но так и не выполнил обещания, и было первоначально семь пятниц на неделе. Типично "мужским" днем издревле был четверг — день Перуна, бога грома и молнии. Отсюда выражение после дождичка в четверг. Иронический оттенок этого оборота во многом обусловлен противоборством христианства и язычества.

История этих и других выражений показывает, сколь многогранным и полным мифологического смысла являлось это различие для наших предков. Соединение самых разных наслоений и влияний, уходящих в древность, для недельного цикла особенно характерно, и потому четко отличить "свое" от "чужого", языческое от христианского, славянское от западноевропейского непросто.

Фразеологизмы с лексемой "сутки". Лексема сутки занимает особое положение, так как сутки исчисляются дважды и означаются в языке двояко — в составе недели и месяца (понедельник-вторник и 1-31). Понятие "сутки" обозначается сочетанием "день и ночь", как перевод с греческого. В значении "постоянно", "не переставая", круглые сутки — это выражение широко известно русскому языку и до сих пор.

С научной, астрономической точки зрения день и ночь предстают в неизменном единстве. Сутки ведь — наряду с месяцем и годом — основная временная единица, обусловленная периодом обращения Луны вокруг Земли. Тем не менее у многих народов нет обобщающего наименования суток. У славян такое наименование есть лишь у поляков, украинцев, белорусов и русских. Причем у поляков и украинцев это древнее общеславянское слово doba (доба), которое развивалось по семантической линии "удобный случай, обстоятельство, положение, подходящее время, период времени, равный дню и ночи". Русские и белорусы воспользовались словом сутки, этимологически связанным с глаголом тыкать. Буквально это слово означает нечто вроде "стыковка, стык дня и ночи", а его значение развивалось таким образом: "нечто соприкасающееся, стыкающееся (о предметах в пространстве), стык дня и ночи (во времени), объединение дня и ночи вместе". Чтобы передать это понятие, другие народы должны употреблять сочетание день и ночь, как в русской поговорке День да ночь — сутки прочь.

Это доказывает и то, что всем известное выражение денно и нощно (круглые сутки, постоянно, все время) не имеет "современного" эквивалента денно и ночно. Ведь оно — не русское, а старославянское по происхождению, а следовательно, относится ко времени, когда в языке еще не было обобщающего слова сутки. Современный его эквивалент поэтому — наречие круглосуточно и обороты целые сутки, сутки напролет. Фразеологизм же денно и нощно сохранил неизменной свою архаическую звуковую форму, несмотря на то что может употребляться сейчас в самых современных контекстах: Туда — свой груз, оттуда — пришлый. Денно и нощно снуют автомобили (из газет).

Фразеологизмы с лексемами "день" и "ночь". Слово день называют центральной, доминантной единицей измерения времени от ранних этапов развития человеческой культуры (и соответственно языка) по настоящее время.

День — самая частотная лексема из ключевых, тот фокус, в котором соединяются языческое (природное) представление о времени и понимание смоделированного христианского времени. Во-первых, слово день как временная категория отражало самое близкое, конкретное, реальное понятие, именно в этой единице язык первоначально структурирует реальное время. Во-вторых, средневековая христианская философия трактовала день как свет, который сотворил Господь в противоположность дохристианской тьме. Наконец, через эту лексему выражается настоящее как сущностная сторона биотемпорального времени.

День считается наиболее актуальным временным отрезком для современного русского языкового сознания — весенний, светлый,

солнечный, длинный, тяжелый. День описывает мир внешний: природный (светлый, солнечный), социальный (рабочий, безрезультатный), возрастной, т.е. является выразителем некоего "вещного" плана жизни. Словом день отмечено обычно все доброе и светлое (хотя есть и черные дни), особенно в противопоставлении ночи: Днем тихо, ночью лихо; Коли день хвалить, так ночь бранить. Но в пословицах все не так однозначно, категорично и тем более полярно (как на ранних стадиях развития русской культуры): И темна ночь не на век, а бывает и День темен, так ночь красна.

Само слово день является метонимической заменой слова сутки. Отсюда обилие фразеологизмов: изо дня в день, со дня на день и т.п. Во множественном числе слово день приобретает в устойчивых словосочетаниях дополнительные значения: бывают долгие дни (длительность), дни сочтены (счет) или окончить свои дни (конец). Но в них важно не только указание через контекст на разные количественные характеристики, но и сама форма выражения долготы, краткости или конца отведенного жизненного срока. Мера времени получает образное выражение и в таких устойчивых оборотах: до конца дней, на закате (склоне) дней и т.п.

Противостояние дня и ночи отражено такими оборотами, как отличаться друг от друга, как день и ночь, белый день — черная ночь, ясно как (белый) день, черный как ночь. В большинстве из них уже замечен отход от чисто временных представлений к мифологическим. Для древнего миросозерцания такое смещение значений является закономерным, так как реальность и миф выступали в неразрывной связи. Так же как противопоставление правого и левого казалось устойчивым мифологическим воплощением противоборства добра и зла, Божественного и бесовского начал, так и светлая и темная части суток олицетворяли собой светлые и темные, "чистые" и "нечистые" силы.

Черный день — это мифологическое противоречие, ибо "настоящий", "божий" день должен быть светлым, белым. Черный же — такой, который аналогичен ночи и потому открывает дьяволу широкие, поистине ночные возможности. Черный день тем самым смыкается и с недобрым часом, и с лихой годиной. Закономерно, что этот оборот с хронологической точки зрения несколько раздвоен. С одной стороны, он сохраняет значение "часть суток" в пословице Берег и денежку на черный день и в поговорке беречь что-либо на черный день. И в то же время здесь речь идет о каком-нибудь неудачном периоде, который может длиться и гораздо дольше дня, т.е. именно о недобром часе.

Таким образом, понятие "время", будучи одним из ключевых концептов, является важной частью концептуальной системы, которая в разных языках отражается по-разному, что позволяет гово-

рить о временном восприятии, об этническом временном менталитете, временных универсалиях и в целом о временной картине мира. От временной картины мира отличается лингвовременная картина мира, которая объединяет концептуальный и языковой уровни. Одним из наиболее ярких результатов вербализации концепта "время" являются фразеологические единицы со значением "время".

Концепт "время" представляет собой многомерное ментальное образование, кодирующее знание о традициях, обычаях, обрядах, бытовой культуре, повседневном поведении, нормах использования времени, и имеет многослойную структуру (этимологический, универсальный, национальный слои).

Универсальную основу семантики фразеологизмов со значением "время" представляет фразеологический образ, основная функция которого состоит в том, чтобы выразить субъективный, эмоционально-оценочный взгляд на мир, приблизить к нам языковые факты, сделать их наглядными, эстетически значимыми, существующими реально в нашем воображении. В основе фразеологического образа могут лежать национальные традиции и обычаи, исторические факты, библейские, сказочные и мифологические сюжеты.

Универсальной для русской языковой картины мира, а именно его фразеологического выражения, является структура концепта "время", включающая фразеологизмы со значением реального и ирреального времени, а также фразеологизмы, основанные на разного рода ассоциациях. Основу русских фразеологизмов с компонентами время, час, сутки, день, ночь, а также наименованиями дней недели составляют не конкретные временные отрезки, а их общее временное значение.

Национально-культурная специфика содержания понятия "время" проявляется в ассоциациях, лежащих в основе фразеологических образов, а также в различиях оценочного восприятия, проявившихся в различном поведении русских в отношении темпорального фактора. Наконец, знания, ориентированные в сторону значимых для русского национально-культурного сообщества социальных, культурных и эстетических ценностей, нашедшие отражение во фразеологизмах со значением "время", составляют национально-культурный слой концепта "время".

Список литературы

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. М.,

2002.