Вкладчики Альфа-банка могут стоять в очередях спокойно

справедливость

Арбитражный суд Москвы удовлетворил вчера иск Альфа-банка к ЗАО "Коммерсантъ. Издательский Дом" об опровержении опубликованных в Ъ сведений о проблемной ситуации, сложившейся в этом банке в июле нынешнего года (см. статью "Банковский кризис вышел на улицу" в номере от 7 июля). Суд также постановил взыскать с газеты 20,5 млн рублей убытков, якобы понесенных банком из-за опубликования данной статьи, и 300 млн рублей "репутационного вреда" — сумму беспрецедентную в истории российского судопроизводства по делам такого рода. Тем самым суд признал, что одна статья в Ъ способна обрушить системообразующий банк.

Арбитражный судья Наталья Денисова располагалась в двадцатиметровой комнате, едва ли не половину которой занимали цветы в больших кадках. Комната служила судье кабинетом и залом заседаний одновременно. Напротив судейского стола располагался стол со стульями для участников процесса. Для прессы места предусмотрены не были, но госпожа Денисова разрешила двум корреспондентам — из "Ведомостей" и Ъ — взять стулья в соседней комнате и сесть за спиной у ответчиков. Приехавшей телегруппе НТВ снимать процесс не разрешили. "Вдруг вы используете потом съемку суда в сюжете о коррупции",— высказал телевизионщикам свои опасения пресс-секретарь арбитражного суда Александр Ремигайло.

— На прошлом судебном заседании,— напомнила судья,— мы продолжили судебное разбирательство (вчерашнее заседание было третьим по счету.—Ъ), заслушали свидетелей и приступили к прениям.

— Да, ваша честь,— встала с места представитель истца, юрист Альфа-банка Татьяна Колчева.— У нас есть ходатайство об уточнении исковых требований в части взыскания убытков. Мы поручили аудиторско-консультационной компании "БДО 'Юникон'" оценить величину дополнительных расходов и убытков истца с 7 по 12 июля 2004 года вследствие оттока средств вкладчиков--физических лиц. В соответствии с отчетом аудитора, дополнительные расходы и убытки составили 20,5 млн рублей (согласно первоначальному иску, они были на 200 тыс. рублей больше.—Ъ). При этом в указанный период отток вкладов физических лиц из Альфа-банка составил 6 млрд рублей.

Юрист Колчева перечислила шесть видов убытков, которые, по ее словам, нанесло банку ЗАО "Коммерсантъ. Издательский Дом" и которые требуют возмещения. Сумму 2,3 млн рублей составили "убытки по неполученным процентным доходам по кредитам, которые планировались истцом к выдаче в указанный период, но не были выданы". Затем представитель истца назвала сумму "убытков, связанных с покупкой дополнительных объемов наличных долларов США" — 7,4 млн рублей. Убытки банка, связанные с "проведением внеплановой рекламной кампании", были оценены в 8,4 млн рублей. Кроме того, оказалось, что статья в Ъ заставила Альфа-банк усилить охрану "дополнительных офисов в Москве", кассового центра и "выставить дополнительные посты для инкассации"; все это стоило банку 1,6 млн убытков. Ну и дальше — "по мелочи": 169 тыс. убытков в связи с дополнительными расходами по оплате инкассаторских услуг и 298 тыс.— в связи с "дополнительными расходами от увеличения трудозатрат".

— Кроме того,— продолжила госпожа Колчева,— мы ходатайствуем о частичном отказе от иска. А именно в части требования обеспечить защиту деловой репутации Альфа-банка путем признания факта злоупотребления ответчика правами СМИ. Мы заявляем этот отказ устно.

Судья Денисова сразу же удовлетворила оба ходатайства истца. После чего спросила представителей банкиров: "Вы будете в прениях участвовать?" Первой в прениях выступила адвокат Альфа-банка Гералина Любарская:

— Ответчик ссылается на свидетельские показания Елизаветы Голиковой, Натальи Кулаковой и Светланы Любаровой. Однако госпожа Любарова рассказывала суду о событиях, происшедших 7 июля 2004 года, в день выхода оспариваемой статьи, а предметом данного разбирательства является ситуация в банке 6 июля. Показания свидетеля Кулаковой не могут быть признаны достоверными, так как в них есть противоречия и несогласованность с фактическими обстоятельствами. Так, госпожа Кулакова заявила, что пожелала выступить свидетелем, прочтя публикации "Коммерсанта" за 22 и 23 сентября, где было помещено объявление, что редакция ищет свидетелей. Однако как же тогда объяснить, что ходатайство о допросе Кулаковой ответчик заявил еще 8 сентября, то есть за две недели до этих публикаций? Если свидетель говорит неправду по такому факту, то и по всем остальным он себя дискредитирует. Вот, скажем, Кулакова говорила о том, что 7 июля она в очереди в отделение Альфа-банка получала квитки с номерами очереди 109 и 119. Но аппарат Альфа-банка осуществляет запись номеров не с единицы, а с сотни. Вот мы имеем справку (копия письма фирмы, осуществлявшей монтаж аппаратуры так называемой электронной очереди.— Ъ), что первому клиенту в очереди присваивается номер 101 или 201, второму — 102 или 202. К тому же свидетель говорит, что она сама не ходила записываться в очередь, а это делал ее брат. Для самой же Кулаковой, как она призналась, даже очередь в шесть человек существенна. Тогда как можно правильно оценить ее показания о том, что в отделении банка было много народу и она не могла пройти внутрь? Да и вообще, Кулакова призналась, что работала в "Коммерсанте" пять с половиной лет, а это означает, что ее показания в целом недостоверны.

По словам госпожи Любарской, только благодаря направленным в банк собственным денежным средствам его акционеров "ситуация, вызванная публикацией 'Коммерсанта', была выправлена". А иначе, заявила адвокат, "банк мог бы лишиться лицензии".

Судья, заслушав выступление защитника Любарской, спросила:

— Ответчик сказал, что не только "Коммерсантъ" писал о ситуации в Альфа-банке и не "Коммерсантъ" написал первым. Что, все остальные газет не читали и другие СМИ не слушали?

— Но другие издания,— парировала адвокат банка,— сообщали не сведения, которые свидетельствовали о кризисе.

— А как же "Новые известия", опубликовавшие черный список банков, в котором числился и ваш? — поинтересовалась судья.

— Ну хорошо,— не стала спорить госпожа Любарская.— Давайте назначим психологическую экспертизу.

— Черный список, ваша честь, всерьез не воспринимался,— подала реплику юрист Татьяна Колчева.

Еще один любопытный вопрос судья задала истцу, когда его представители заявили, что 9 июля 2004 года у банка появился вкладчик, открывший в нем крупный депозит. Звали вкладчика Фридман Михаил Маратович, он занимал тогда должность председателя совета директоров Альфа-банка.

— А что,— спросила госпожа Денисова,— Фридман снял депозит или разместил после того, как прочитал газету "Коммерсантъ"?

— Да нет,— объяснила юрист истца,— он вложил средства, чтобы поднять банк. Когда мы готовили данные об оттоке депозитов, мы эти средства не учитывали.

Потом юрист Колчева заявила, что банк хочет продемонстрировать суду видеозапись работы своих отделений в центре Москвы 6 июля 2004 года вечером.

— Ваша честь,— попытался возразить юрист издательского дома "Коммерсантъ" Дмитрий Жарков,— мы же в стадии прений находимся, тогда надо выносить определение о возобновлении рассмотрения дела по существу.

Но судья решила смотреть видеозапись сразу и объявила десятиминутный перерыв, позволив сотруднику службы безопасности Альфа-банка подключить ноутбук. На экране замелькали кадры: вот девушка у банкомата снимает деньги, другая стоит в очереди за ней, комментарий юриста банка: "Видите, деньги в банкомате есть!" Пошли другие кадры: ряды компьютеров, людей не видно, комментарий юриста: "Вы видите, оперзал пустой, а вы написали — яблоку негде упасть!"

— А почему люди на видеокадрах в куртках, ведь это же лето? — усомнился в подлинности записи юрист ответчика. Адвокат Гералина Любарская тут же пресекла все сомнения: "Подлогом Альфа-банк не занимается!"

Судья спросила банкиров, сколько времени у них хранится сделанная видеозапись.

— Три дня,— последовал ответ.— Но эту запись мы сразу попросили службу безопасности сохранить.

Кульминацией просмотра стал показ кадров, сделанных якобы вечером 6 июля этого года в отделении "Балтийское" у метро "Сокол" (именно о наличии в нем большой очереди сообщал Ъ).

— Вот видите,— прокомментировала запись юрист Колчева,— есть очередь, но не 80 человек, как вы написали, а менее 30. Никакой осады и атаки нет.

Затем слово предоставили юристу Ъ Дмитрию Жаркову. Он сказал, что опровержению подлежат лишь порочащие сведения, то есть утверждения о нарушении истцом норм действующего законодательства. Спорная же статья не содержит таких сведений, а лишь анализирует сложившуюся ситуацию на рынке банковских услуг. Представленное же банком аудиторское заключение о якобы понесенных убытках не является, по мнению ответчика, допустимым доказательством, так как подобные выводы может делать только экспертиза, назначенная судом.

После этого судья предложила истцу прокомментировать довод ответчика о том, что отток депозитных вкладов физических лиц произошел еще до спорной публикации в газете.

— Да, у нас за июнь нынешнего года был отток 1,5 млрд рублей,— сказала юрист банка.— И столько же — за один день после статьи в "Коммерсанте"!

— А что,— уточнила судья,— это стандартный отток за месяц — полтора миллиарда?

— Мы занимаем третье место по объему депозитов,— ответила юрист Колчева.— И тот месячный отток был просто несопоставим с оттоком одного дня.

А ее коллега Олег Серов, заглянув в номер Ъ от 7 июля нынешнего года, доложил суду, что, согласно сообщению газеты, в тот день было плюс 20 градусов днем и плюс 11 — ночью. То есть вкладчики, считает юрист Серов, вполне могли за день до этого, то есть 6 июля, приходить в Альфа-банк за своими деньгами в куртках.

— Но вы же говорите, что "Коммерсантъ" все время пишет неправду? — "подколола" истца судья.

— Но мы же не говорили о погоде! — парировал господин Серов.

После этого судья объявила "технологический перерыв 30 минут" и пошла куда-то в конец коридора. А вернувшись, спросила, нет ли у сторон желания произнести реплики, после чего удалилась на вынесение решения. Его резолютивная часть была оглашена часа через полтора: признать сведения Ъ о проблемах в Альфа-банке в июле нынешнего года порочащими и опровергнуть их в десятидневный срок со дня вступления решения в законную силу; взыскать с Ъ 20,5 млн рублей в счет возмещения убытков, 300 млн рублей "в возмещение репутационного вреда, нанесенного Альфа-банку" и госпошлину в 100 тыс. рублей. Решение в полном объеме судья пообещала изготовить и дать почитать сторонам к 27 октября. С этой даты, видимо, и будет отсчитываться максимальный месячный срок на подачу ответчиком апелляционной жалобы на данное решение. А обжаловано оно обязательно будет.