Объект причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения

УДК 343.721

ОБЪЕКТ ПРИЧИНЕНИЯ ИМУЩЕСТВЕННОГО УЩЕРБА ПУТЕМ ОБМАНА ИЛИ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ДОВЕРИЕМ ПРИ ОТСУТСТВИИ ПРИЗНАКОВ ХИЩЕНИЯ

THE OBJECT OF MATERIAL TRESSPAS THROUGH THE DECEPTION OR THE ABUSE OF TRUST IN THE ABSENCE OF STEALING SIGNS

Е.А. БАРЫШЕВА

Рассматривается вопрос о специфике объекта причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения.

Ключевые слова: объект преступления, собственность, имущественный ущерб, хищение, обман, злоупотребление доверием, неполучение должного, обязательство.

Author is writing about specific character of object of criminal trespass with deception or breach of trust without larceny.

Key words: object of crime, property, property damage, larceny, deception, breach of trust, proper assignation, obligation.

Абсолютное большинство ученых, основываясь на месте расположения ст. 165 в гл. 21 УК РФ, придерживаются мнения, что причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения является преступлением против собственности [1].

В правовой литературе можно встретить и иное видение объекта анализируемого преступления. Так, С.А. Елисеев впервые поставил вопрос о невозможности отнесения преступления, предусмотренного ст.165 УК РФ, к посягательствам на собственность [2]. На основе анализа наиболее распространенных форм причинения имущественного ущерба по ст. 165 УК РФ он отмечает: «суть причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием усматривается в извлечении виновным выгоды из имущества, которое ещё не поступило, но должно было поступить в собственность потерпевшего. Но очевидно, что в этом случае собственник именно как обладатель принадлежащей ему вещи ни с фактической, ни с юридической стороны реального ущерба не претерпевает, поскольку изъятие имущества из его владения не происходит. Убытки, конечно, он терпит, но в виде упущенной выго-

© Барышева Е.А., 2010

ды (неполученных доходов, которые он получил бы при обычных условиях гражданского оборота), непоступивших платежей, предусмотренных финансовым законодательством. Уместно напомнить, что к объектам права собственности относятся лишь материальные вещи, находящиеся в обладании собственника, но никак не материальные обязательственные права и обязанности» [3].

Собственность следует различать как экономическую и как юридическую категорию. Как экономическая категория собственность представляет собой «отношение между людьми, характеризующее процесс присвоения благ... к этому следует добавить, что поскольку люди трудятся для удовлетворения своих потребностей в присваиваемых благах, то и собственность является отношением между людьми по поводу того, в чьих интересах, для удовлетворения чьих потребностей эти блага присваиваются» [4]. Внешним выражением этих экономических отношений является право собственности. На основании такой градации в литературе собственность как объект преступления определяется как «экономико-правовое понятие, заключающееся в фактической и юридической присвоен-ности имущества конкретному физическому

или юридическому лицу, имеющему в отношении этого имущества правомочия владения, пользования и распоряжения и обладающему исключительным правом на передачу этих правомочий другим лицам» [5].

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, они «составляют содержание права собственности и представляют собой юридически обеспеченные возможности поведения собственника, они принадлежат ему до тех пор, пока он остается собственником» [6].

Вместе с тем из анализа объективных признаков преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, следует, что при его совершении ни право собственности потерпевшего, ни отношения собственности не нарушаются. Причинение вреда сводится к нарушению лежащей на виновном обязанности передать потерпевшему определенную денежную сумму. Собственность как объект преступления предполагает наличие у потерпевшего права собственности в отношении предмета непосредственного воздействия виновного, которое реализуется в правомочиях владения, пользования и распоряжения. Правомочие владения означает фактическое нахождение вещи в обладании. В нашем случае такое фактическое нахождение отсутствует, так как вещь ещё не поступила в обладание своего будущего собственника. Правомочие пользования, т. е. возможность извлекать полезные свойства вещи, у потерпевшего также отсутствует, он лишен его до определенного момента - исполнения виновным своей обязанности по передаче должного. Также у потерпевшего нет и правомочия распоряжения, т. е. определения юридической судьбы вещи, так как распоряжаться можно только тем, что имеешь, а не абстрактной категорией будущего.

При неисполнении обязанности по передаче определенной денежной суммы эти правомочия не нарушаются также потому, что имущество, которое должно быть передано, ещё не поступило в имущественную массу потерпевшего, он не имеет на него права собственности и, как следствие, не имеет составляющих его правомочий (согласно ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с

момента её передачи, если иное не предусмотрено законом или договором).

При причинении имущественного ущерба деятельность виновного направлена на препятствование получению потерпевшим определенного дохода, который он бы получил при обычных условиях гражданского оборота, и говорить о нарушении отношений собственности или права собственности при причинении ущерба по ст.165 УК РФ нет оснований.

Определяя объект причинения ущерба как «общественные отношения по использованию социалистического имущества и формированию фондов социалистической собственности» [7], «общественные отношения по пользованию имуществом с выраженной им волей по формированию фондов собственности» [8], «общественные отношения, связанные с правом владения и распоряжения собственностью как самим собственником, так и другим владельцем» [9], отношения по формированию фондов собственника [10] современные авторы необоснованно расширяют понятие собственности. Они включают в его содержание отношения, которые не составляют именно отношения собственности, а находятся за их пределами. Быть может это связано с некритическим принятием взглядов авторов прошлых лет. Известно, что в советской правовой науке, основанной на учении марксизма-ленинизма, собственность традиционно рассматривалась как экономическая категория. Так, в Манифесте Коммунистической партии собственность рассматривается как производственное отношение между людьми по поводу присвоения вещей и прежде всего средств производства. В трудах К. Маркса и Ф. Энгельса отмечается, что собственность составляет самую глубокую экономическую основу всякого общества, без той или иной формы собственности не может существовать ни одно общество [11]. В материалах XXVII съезда КПСС говорилось: «социалистическая собственность имеет богатое содержание, включает в себя многогранную систему отношений между людьми, коллективами, отраслями, регионами страны по использованию средств и результатов производства, целую гамму экономических интересов» [12].

Такие представления привели ученых к определению объекта преступлений против

собственности как совокупности общественно-производственных отношений и, в частности, к выводу о том, что при причинении имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения объектом выступает именно собственность. Это положение, в частности, обусловило расположение ст. 94 (ныне ст. 165 УК РФ) в УК РСФСР 1960 г. в гл. 2 «Преступления против социалистической собственности», а с июля 1994 г. в виде ст. 148.3 в гл. 5 «Преступления против собственности».

Как уже говорилось, собственность как социально-экономическая и как юридическая категория при причинении имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием не нарушается. Вместе с тем при причинении имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием виновный негативно воздействует на возникшее между ним и потерпевшим обязательственное отношение. Согласно ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т. п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в ГК РФ.

При причинении имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием всегда имеет место неосновательное обогащение. В силу положений ст. 1102 ГК лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). Не исполняя свое обязательство по передаче имущества в пользу потерпевшего, виновный нарушает «установленный государством порядок осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности» [13], «охраняемую государством систему общественных отношений, складывающихся в сфере экономической деятельно-

сти в обществе, ориентированном на развитие рыночной экономики» [14].

Все это различные характеристики видового объекта преступлений в сфере экономической деятельности, к числу которых и следует отнести причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. Также следует отметить, что законодатель, криминализируя в качестве самостоятельных преступлений деяния, которые входили в причинение имущественного ущерба

Надо сказать, что в юридической литературе встречаются и иные взгляды на объект преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ. Так, Н.Г. Логинова рассматривает его непосредственным объектом, как преступления против собственности, конкретные общественные отношения, складывающиеся между субъектами, оказывающими услуги, и потребителями этих услуг, которые регламентируются нормами гражданского права, складывающиеся между субъектом, предоставляющим средства производства своему работнику, обязанному использовать эти средства производства по назначению в интересах собственника или владельца, которые регулируются нормами трудового права, отношения между потенциальным собственником или владельцем и лицом, обязанным уплатить налоги и иные платежи, которые регламентируются нормами административного права и гражданского права [15].

На наш взгляд, такое видение объекта отличается определенной несостоятельностью в виду того, что автор не приводит совокупность выделяемых отношений к единому знаменателю, позволяющему говорить о непосредственном объекте как особом, отражающем специфику состава преступления предмету воздействия со стороны виновного. Кроме того, такое видение объекта не позволяет логически вывести его видовой и иные объекты, а также провести разграничение с другими составами - например, отношения между потенциальным собственником (тоже неясная категория, собственность либо есть,

либо её нет, потенциальной собственности не существует) или владельцем и лицом, обязанным уплатить налоги и иные платежи, которые регламентируются нормами административного права и гражданского права могут быть нарушены и при совершении преступлений, указанных в ст. 198-199.2 УК РФ. Также неясно отсутствие налогового права как источника регламентации платежей.

Далее Н.Г. Логинова отмечает, что наряду с общественными отношениями по владению, пользованию и распоряжению имуществом непосредственным объектом анализируемого преступления выступают общественные отношения в сфере распределения материальных благ, так как виновный незаконно, без соответствующих затрат обладает материальными благами. При этом по её мнению, подобное происходит не при всех посягательствах, связанных с причинением ущерба, а только в случае незаконного обогащения виновного [16].

Как было установлено выше, исходя из определения обязательства из неосновательного обогащения, следует, что во всех случаях причинения ущерба в виде неполучения должного происходит неосновательное обогащение виновного. Нельзя согласиться с мнением Н.Г. Логиновой, что «предмет причинения имущественного ущерба не всегда носит характер обязательственных отношений» [17]. Вывод о нарушении отношений по владению, пользованию и распоряжению имуществом, выступающих основным непосредственным объектом, представляется также необоснованным. При причинении ущерба по ст. 165 УК РФ нарушается именно обязательство, а не отношения собственности.

По мнению Н.В. Перча непосредственным объектом причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, являются отношения по формированию фондов конкретного лица, виновного в совершении преступления [18]. Н.В. Перч, развивая взгляды Э.С. Тенчова [19], считает необходимым рассматривать собственность «не в статическом, а в динамическом (относительно фонда собственника) состоянии, ибо имущество, которое является предметом этого преступления, не обособлено от внешнего мира фондом собственника или иного владельца (не «покоится» на месте относи-

тельно него), а «движется» и «вращается» в свободном финансово-экономическом пространстве вокруг этого фонда». И делает вывод, что «место данной уголовно-правовой нормы должно быть определено не в гл. 21 «Преступления против собственности», а в гл. 22 «Преступления в сфере экономической деятельности» [20].

Представляется, что Н.В. Перч, как и другие авторы, оказался «заложником» широкого понимания собственности в советской литературе, что и обусловило противоречивость сделанных им выводов об объекте анализируемого преступления.

Кроме того, для аргументации изменения места расположения анализируемого преступления этот автор использует следующие положения. Во-первых, то, что объектом является не «статическая собственность», а «динамическая». Но нельзя не увидеть, что объектом по-прежнему остается (широко понимаемая) собственность, а не объект преступлений в сфере экономической деятельности. В основу выводов автора положены рассуждения ученых о собственности как о сложной материи, охватывающей собой, по сути, всю экономику государства. В современном же понимании собственность предполагает, что имущество обособлено фондом собственника и существует как раз в статическом состоянии. Говоря о собственности как юридической категории можно утверждать, что она категория статическая, всегда характеризуется состоянием присво-енности, а виновный, совершая преступление против собственности, посягает на имущество, находящееся в обладании (собственности) потерпевшего, находящееся в его обособленной имущественной массе, и, следовательно, на уже возникшее и реализуемое право собственности.

Второй аргумент Н.В. Перча состоит в том, что «местонахождение нормы, предусмотренной ст. 165 УК РФ, не полностью соответствует её диспозиции, где говорится не только о собственнике, но и ином владельце. Поэтому основной непосредственный объект этого преступления включает в себя не только общественные отношения собственности, но и отношения, связанные с иными вещными правами, которые отличаются от права собственности и распростра-

нены в сфере экономической деятельности не меньше» [21]. Однако, если размышлять подобным образом, то все хищения следует отнести к гл. 22 УК РФ, так как ущерб при их причинении может причиняться и иному владельцу имущества [22]. Потому как аргумент высказанному предложению рассматривать это мнение нельзя.

Таким образом, как было установлено, собственность объектом преступления по ст. 165 УК РФ не является. Виновным нарушаются обязательственные отношения, позволяющие говорить об отнесении причинения имущественного ущерба по ст. 165 УК РФ к числу преступлений в сфере экономической деятельности и определить непосредственный объект этого преступления как отношение по получению дохода от свободной и в законном порядке осуществляемой предпринимательской или иной экономической деятельности.

1. Владимиров В. А., Ляпунов Ю. И. Ответственность за корыстные посягательства на социалистическую собственность. - М.,

1986. - С. 194; Панов Н. И. Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. - Харьков, 1977.

- С. 13; Матышевский П. С. Ответственность за преступления против социалистической собственности. - Киев, 1983. -

С. 128; Романцов В. А. Уголовная ответственность за причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (Уголовно-правовые вопросы) : дис. ... канд. юрид. наук. - СПб., 1997. -С. 72; Векленко В. В. Квалификация хищений. - Омск, 2001. - С. 26; Уголовное право. Особенная часть / отв. ред. И. Я. Козаченко.

- М., 2001. - С. 257; Халиков И. Х. Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при незаконном использовании электроэнергии: уголовно-правовые и криминологические аспекты : автореф. дис. . канд. юрид. наук. - М., 2006. - С. 7 и др.

2. Елисеев С. А. Преступления против собственности по уголовному законодательству России (вопросы теории). - Томск, 1999. - С. 56-57. Эта позиция была поддержана в литературе Н. В. Вишняковой в её монографии «Объект и предмет преступлений против собственности» (Омск, 2008).

3. Елисеев С. А. Указ. соч. - С. 59.

4. Лоскутов В. И. Экономические отношения собственности и политическое будущее России. - Феникс, 2002. - С. 47.

5. Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономики : авторский комментарий к уголовному закону (раздел VIII УК РФ). - М., 2006.

- С. 15.

6. Гражданское право / под ред. А. П. Сергеева,

Ю. К. Толстого. - Т. 1. - М., 2001. - С. 340-341.

7. Панов Н. И. Причинение имущественного

ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. - Харьков, 1977. - С. 18.

8. Никишин Д. Л. Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (уголовно-правовой и криминологический аспекты) : дис. . канд. юрид. наук.

- Рязань, 2001. - С. 36, 43.

9. Сычева Н. В. Причинение имущественного

ущерба путем обмана или злоупотребления доверием: уголовно-правовой и криминологический аспекты : дис. . канд. юрид. наук.

- Челябинск, 2006. - С. 12.

10. Об этом пишут при определении объекта или

в развитие мысли о нём: Логинова Н. Г. Уголовная ответственность за причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения : автореф. дис. . канд. юрид. наук. - Красноярск, 2007. - С. 13; Сычева Н. В. Причинение имущественного

ущерба путем обмана или злоупотребления доверием: уголовно-правовой и криминологический аспекты : дис. . канд. юрид. наук.

- Челябинск, 2006. - С. 25.

11. Произведения классиков марксизма-ленинизма в курсе политической экономии / под ред. Г. Я. Кузнецова, В. Н. Кувалдина, В. Г. Ло-паткина и др. - М., 1988. - С. 14-15.

12. Там же. - С. 16-17.

13. Таким образом определяют видовой объект преступлений в сфере экономической деятельности П. С. Яни (Уголовное право России. Особенная часть / под ред. И. Э. Звена-чарского. - М., 2004. - С. 226), А. Э. Жалин-ский (Уголовное право России. Особенная часть. Т. 2 / под ред. А. Н. Игнатова и Ю. А. Красикова. - М., 1998. - С. 224).

14. Таким образом определяет видовой объект преступлений в сфере экономической деятельности Б. В. Волженкин (Преступления в сфере экономической деятельности по уголовному праву России. - СПб., 2007. - С. 76).

15. Логинова Н. Г. Уголовная ответственность за причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения : автореф. дис. . канд. юрид. наук. - Красноярск, 2007.

- С. 12-13.

16. Там же.

17. Там же.

18. Перч Н. В. Неполучение должного как вид имущественного ущерба: на примере ст. 165 УК РФ: понятие, влияние на ответственность

и квалификации : дис. ... канд. юрид. наук. -М., 2003. - С. 94.

19. Уголовное право России. Часть Особенная : учебник для вузов / под ред. Л. Л. Кругликова. - М., 2004.

20. Перч Н. В. Указ. соч. - С. 7. В то же время на с. 105 автор работы, анализируя предмет пре-

ступления, пишет о причинении ущерба по ст. 165 УК РФ как о преступлении против собственности.

21. Перч Н.В. Указ. соч. - С. 96.

22. См. примечание к ст. 158 УК РФ.