Чувашское Присурье в X-XV веках (к постановке вопроса)

М. И. ФЕДУЛОВ

ЧУВАШСКОЕ ПРИСУРЬЕ В Х-ХУ ВЕКАХ

Бассейн реки Сура занимает довольно значительную часть территории Чувашской Республики. Сура своим течением образует в Чувашии два района: Присурье - по правому берегу, и Засурье - по левую сторону реки. Она протекает по территории Алатырского, Порецкого, Шумерлинского, Красночетайско-го и Ядринского районов. На протяжении всего средневековья Чувашское Присурье являлось контактной зоной местных финно-угорских народов (марийцев, мордвы) и пришлого тюркского (чувашей). Начиная с середины XIV в., огромное влияние на культурное развитие края оказала русская колонизация.

X-XV вв. во многом остаются «белым пятном» в истории Чувашского Прису-рья. Для реконструкции, происходивших здесь, этнокультурных процессов необходимо комплексное изучение разнообразных источников: письменных, археологических, этнографических, данных топонимики и устного народного творчества.

Письменных свидетельств по X-XV вв. сохранилось очень мало. Все сохранившиеся документы относятся к русским актовым материалам, грамотам и летописям. Начиная с XIV в. историю Чувашского Присурья необходимо неразрывно рассматривать с историей Нижегородского края. Именно с его территории происходит проникновение русского населения на правый берег р. Суры. Нижегородский историк Б.М. Пудалов в своей работе «Письменные источники по истории Нижегородского края ^Ш-начало XVIII в.)» отмечает грамоту 1367/68 г. великого князя Дмитрия Константиновича. Эта грамота, именуемая «местной», указывает перечень «мест» в великокняжеской думе и установленный для думцев порядок старшинства. Грамота интересна тем, что в нем описывается территория Нижегородского края в XIV в., куда уже входил район будущей крепости Курмыш. Упомянутый в ней боярин Юрий Курмышев не встречается больше в других документах. Приведем небольшой отрывок из грамоты: «Князь великий новгородский Нижнева Нова города и суздалской, и городецкой, и курмышской, и сарской, и болгарской, и болымецкой, и подолской и всея Понизовские земли заволский юрту и севернова государь князь Дмитрей Констентиновичь пожаловал есми своих бояр и князей - дал им местную грамоту по их челобитью, а по печалованью архимандрита новогородского печерского, отца своего духовного Ионы и по благословению владычного Серапиона, нижегородского и городетского, и курмышского, и сарского, - кому с кем сидеть и кому под кем садитца...

Да велел садитца Юрью боярину своему Курмышеву, да садитца князю Петру Ивановичу березополскому, да садитца князю Дмитрею Федоровичу муромскому...» [15, с. 31].

Многие древние документы Нижегородского края дошли до нашего времени в составе архива Печерского монастыря. Как правило, это небольшие акты на владение землей и иными угодьями. Дополнительные сведения о власти и селениях в крае дают духовные и договорные грамоты, о вотчинных правах на те или иные территории. Грамота великого князя московского Василия Дмитриевича Благовещенскому монастырю (20 марта 1423 г.) упоминает Кур-мышские и Лысковские пустоши. Представляет интерес и недатированная льготная грамота, данная великим князем Василием Васильевичем печерским монахам на беспошлинный провоз рыбы: «... Не надобе им на Плесе мыт, ни на Городце, ни иные ни которые пошлины. Тако же... не надобе в Новегороде ни явленое, ни побережное... Тако же ему не надобе на Суре пошлины...» [17,

с. 66]. Из грамоты мы видим, что Присурье привлекало колонизаторов не только большими земельными угодьями, но и крупными рыбными ловлями и другими природными богатствами.

Решающим моментом включения в орбиту русского влияния земельных угодий на Суре является постройка крепости Курмыша. В 1372 г. городецкий князь Борис Константинович основал на Суре г. Курмыш.

Далее Присурье упоминается лишь в связи с многочисленными походами русских и татарских правителей, новгородских ушкуйников. В 1374 г. ушкуйники «пограбиша все Засурье и Маркъвашъ». Историк В.Д. Димитриев считает, что Засурье - это правобережье Суры, а Марькваш - с. Моргауши (чув. Муркаш), являвшееся в XIV в., по всей вероятности, марийским поселением. В 1377 г. ханыч Арапша с многочисленным войском напал на нижегородскую землю, на р. Пьяне разгромил русское войско, а через некоторое время разграбил все Засурье. В 1408 г. некий татарский ханыч, эмир и «съ ним мнози татарове, и Болгарская сила и мордва, взяша Нижний Новгород и пожгоша весь, монастыри и святи церкви. Затем взяли Городец ... и оттоле поидоша къ Суре, нача-ша Суру воевати, Кармыш пожгоша; погосты и села повоеваши, и все огневи предаша, полонъ аки скот погнаши в свою землю.» [14, с. 59].

В связи с монголо-татарским завоеванием, многочисленными походами русских князей и другими событиями большая территория Болгарской земли к 20-м годам XV в. превратилась в «дикое поле», кочевья мангитов (ногайцев). Примерная граница «дикого поля» доходила до Барышской слободы на р. Суре.

С началом XV столетия территория влияния русского населения постоянно расширяется. В Духовной грамоте (первой) 1406 г. великого князя Василия Дмитриевича кроме Курмыша с его округой перечисляется и деревня Алгаши (ныне Шумерлинский район): «А дастъ богъ с(ы)ну моему, князю Ивану, держати Новъ-город Нижний да Муромъ, ино княгинь моей из Новагорода половина пошлин нов-гордскихъ, да Курмышъ со всьми селы, и з бортью, и с путьми, и с пошлинами, и со всьмъ, што к нему потягло, и с Алгашемъ, а из Мурома ей селце» [4, с. 56].

Упомянутое выше определение «с путьми» указывает на существование сухопутного дорожного сообщения. Мордовский историк П.И. Черменский считает, что по территории Чувашии проходила Большая Посольская дорога и рядом с ней Муромская. Обе эти дороги были сухопутными путями из г. Москвы в г. Казань. Посольская дорога проходила от р. Суры там, где в нее впадает р. Барыш, далее «полем» по территории Чувашии, к верхнему течению р. Ци-виль. Известно, что этой дорогой в 1543 г. «из Мещеры шел к Казани царь Шиг-Алей, горнею стороною до Цывили...» [23, с. 185-188].

Как мы видим, письменные источники не могут в полной мере отразить исторические процессы, происходившие в Чувашском Присурье. Все они носят отрывочный характер и отражают лишь политические и частновладельческие аспекты. В этом случае многие пробелы могут восстановить археологические источники.

Бассейн реки Сура богат археологическими памятниками. Временной интервал существования этих памятников весьма широк: от неолитических стоянок до позднесредневековых поселений и могильников. Данная территория, начиная с раннего железного века, была заселена финно-угорскими племенами. Они были представителями так называемой городецкой культуры, от которой сохранились многочисленные укрепленные поселения-городища. Городецкая культура явилась одним из субстратов формирования современного мордовского, отчасти и марийского народов.

Со второй половины XIX в. шло накопление эмпирических сведений об археологических памятниках на территории Чувашского Присурья. Сведения о кур-

ганах, старых кладбищах, городищах и кладах мы встречаем у В.К. Магницкого, С.М. Шпилевского, И.А. Износкова и других. В целом эти сведения говорят о памятниках эпохи бронзы и раннего железного века (курганы и городища), но есть сведения и о средневековых могильниках и поселениях. Серьезных археологических работ в дореволюционное время почти не проводилось. Были случаи самовольных раскопок. Первая попытка картографирования памятников Присурья была предпринята в работе симбирского ученого В.Н. Поливанова «Археологическая карта Симбирской губернии». Данный труд является научной сводкой памятников древности края. В своде около 50 памятников расположены на территории Чувашии, но они не были исследованы раскопками [13].

К 20-м годам XX в. относятся первые археологические раскопки на территории Чувашии. В 1926-1927 гг. под руководством П.П. Ефименко проходила Средневолжская этнологическая экспедиция Государственной академии истории материальной культуры (далее ГАИМК). Именно с именем П.П. Ефименко связано первое археологическое исследование в Чувашском Присурье. В широкий круг вопросов, исследуемых экспедицией, входила и проблема этногенеза чувашского народа, решаемая на основе изучения могильников. Осенью 1926 г. был раскопан могильник у д. Иваньково (Ядринский район). Раскопками был получен древнемордовский материал вв., указавший на обитание здесь племен финно-

угорской языковой общности [5, с. 157]. В дальнейшем этот могильник раскапывался Н.В. Трубниковой (1957 г.) и Н.В Трубниковой, Р.Ф. Ворониной и Ю.А. Красновым (1969-1972 гг.). Этот могильник не входит в выбранные нами хронологические рамки, но его материалы необходимы для определения хронологической и культурной преемственности поздних могильников.

Непосредственным продолжением Средневолжской экспедиции являются работы 1930 г. под руководством П.Н. Третьякова (сотрудник ГАИМК). Часть работ проходила в бассейне реки Суры (Ядринском, Красночетайском, Порецком и Алатырском районах). П.Н. Третьяков посетил древнемордовский могильник в с. Порецкое. Автор приходит к выводу, что Алатырский и Порецкий районы по типу памятников выделяются как мордовские. У д. Калугино (Красночетайский район) он открыл городище городецкой культуры «Хула Сюче» и ошибочно датировал его как чувашский памятник XIV-XV вв. [19, л. 297 об].

В начале 1950-х годов начинает работу археологическая экспедиция Саратовского государственного педагогического института под руководством П.Д. Степанова. Необходимо отметить, что целью экспедиции было изучение фатьяновских поселений эпохи бронзы. В Чувашии он работал в течение четырех полевых сезонов: 1950, 1952, 1954 и 1956 г. (в 1952 г. разведкой не затронуты районы, относящиеся к Присурью). Разведка охватила Ядринский, Аликов-ский, Красночетайский, Алатырский, Порецкий районы. Им были открыт поздний мордовский могильник у с. Сыреси (Порецкий район). Осмотрев городище у д. Калугино, П.Д. Степанов указал на ошибочность утверждения П.Г. Третьякова, что это памятник XIV-XV вв. [18, л. 28].

В 1956 г. у д. Иваньково-Ленино (Алатырский район) П.Г. Григорьев провел раскопки на месте случайно найденного кладбища. П.Г. Григорьев (сотрудник Чувашского научно-исследовательского института языка, литературы, истории и экономики (далее ЧНИИ ЯЛИЭ) датировал захоронения концом I тыс. н.э. и отнес памятник к мордовским [2, л. 100-102].

Н.В. Трубникова (работник Исторического музея г. Москва) в 1957 г. осмотрела средневековый могильник у д. Новое Ядрино (Ядринский район). Инвентарь и обряд погребения Новоядринского могильника не дали точной датировки, но указали на вероятную начальную дату возникновения кладбища в

XIV в. Исследовательница отметила, что инвентарь погребений имеет аналоги с инвентарем из нижегородских курганов X-XШ вв. [21, с. 59-61].

В 1967 г. казанским археологом Р.Г. Фахрутдиновым, проводилась разведка в Предволжье Татарстана. Он провел сплошное обследование в бассейнах рек Булы и Карлы по двум маршрутам. Второй маршрут частично захватил Чувашию в верховьях р. Бездны. В Шемуршинском районе он открыл булгарские поселения Никишинское I, II и III, Яблоновское I и II [22, с. 43, 62].

В 1969-1972 гг. В.Ф. Каховским, И.С. Вайнером и Ю.А. Красновым проводятся исследования могильника у д. Новое Ядрино. 220 исследованных погребений дали огромный материал по проблеме формирования чувашей-вирьял. Нумизматическим материалом кладбище датируется XVI-! четвертью XVIII вв., но погребения без инвентаря, вероятно, относятся к более раннему времени. К сожалению, материалы работы не опубликованы полностью. Во всех опубликованных статьях дается лишь краткая характеристика памятника. В погребениях были обнаружены уникальные хушпу и масмак, что является первой археологической находкой этого типа головных уборов, зафиксированных у чувашей вирьял и анат енчи лишь этнографическими материалами [10].

Особо необходимо отметить экспедицию В.Ф. Каховского, проходившую в 1974-1977 гг. Это обусловлено тем, что в течение нескольких лет тематической задачей экспедиции было изучение археологических памятников Чувашского Присурья различных эпох и культур. Работы велись по обеим сторонам реки от г. Алатыря до г. Ядрина. Были зафиксированы булгарские селища: в Алатырском районе у с. Стемасы (Стемасы I и VI) и д. Сурский Майдан, в Порецком районе у с. Порецкое, д. Шатино, д. Выползово и с. Устиновка, в Ядринском районе у с. Ильина Гора, г. Курмыш и г. Ядрин и др. Раскопки Стемасского I селища дали материал X-XlII вв., а раскопки поселения Сурский Майдан (II) - XIII - XV вв. Бул-гарское поселение у села Порецкое, как считает исследователь, играло роль булгарского опорного пункта на реке Сура, до прихода сюда первых русских переселенцев. Таким образом, в Чувашском Присурье было выявлено 48 новых памятников, из них 8 булгарских селищ и местонахождений керамики. В.Ф. Каховский на фактическом материале доказал, что булгарские племена проникли в Присурье не позднее X в. Этим обосновывалась теория А.П. Смирнова том, что не только ближние к Волге районы и юго-восточная часть Чувашии входила в состав Болгарского государства, но и западные районы тоже. В.Ф. Каховский настоятельно рекомендовал провести дополнительные исследования в Прису-рье в дальнейшем [9, с. 4-16].

Чувашской археологической экспедицией под руководством В.Ф. Каховского в 1978 г. обследовано раннее русское поселение XVI в. у с. Антипинка (Порецкий район).

В 1986-1988 г. Е.П. Михайловым (сотрудник Чувашского НИИ ЯЛИЭ) и Р.С. Габяшевым (сотрудник Института языка, литературы и истории им. Г. Ибрагимова Казанского филиала АН СССР) была проведена разведка на территории Ядринского и Красночетайского района. У д. Сареево обнаружена булгарская керамика XII-XV вв. (Сареево I) [11, с. 53-56].

В 1989 г. В.Ф. Каховским исследовано чувашское языческое кладбище у д. Верхние Ачаки (Ядринский район). Оно датировано XVI-XVIII вв., но часть погребального инвентаря (сюльгамы, ножи, кресала, перстни) и обряд захоронения (ориентировка погребения как у марийских племен X-Xl вв.) указывают на более раннюю дату. Материалы погребений демонстрируют контакты чувашского населения с мордвой и марийцами [7, с. 3-20].

В 2001 г. на территории Алатырского района проходила археологическая разведка Н.С. Березиной (младший научный сотрудник Чувашского государственного института гуманитарных наук (далее ЧГИГН). Тематической задачей экспедиции были памятники эпохи камня. На разрушаемом средневековом могильнике у с. Миренки собраны человеческие кости и различный вещевой материал (раковины каури, бусины из синей стеклопасты и др.). В Алатырском краеведческом музее хранятся бронзовые браслеты и сюльгамы найденные на этом кладбище. Н.С. Березина считает, что аналоги этих предметов имеются в чувашских и марийских могильниках [1, л. 12-13].

В августе 2003 г. на поселение у с. Порецкое («Лобачевка») были проведены археологические раскопки под руководством Ю.А. Зеленеева (Марийский госуниверситет), Е.П. Михайлова и С.А. Краснова (сотрудник ЧГИГН). Исследователи датировали поселение ХІУ-началом XVI вв. Скорее всего данное поселение является посёлком, оставленным русскими поселенцами, которые в XIV в. продолжали активно осваивать Присурье. На относительно небольшой раскопанной площади найдено значительное число фрагментов керамики, остеологического материала, отдельных находок, что свидетельствует об интенсивной жизни поселка. По составу керамического материала данное поселение находит параллели с керамическим материалом из средневековых Чебоксар. Некоторые типы керамики Порецкого поселения находят аналогии в материалах русских сельских поселений Поволжья XIII-XV вв., а особенно в материалах, датируемых XIV в. К таким поселениям относится Шаверское 4 поселение в Мордовии. Аналогичная керамика обнаружена на русских поселениях Ближнее Константиново I, близ Нижнего Новгорода (XIV в.), и Алексеевское городище в Саратовском Поволжье (середина XIII-XIV вв.).

В 2006 г. у с. Стемасы (Алатырский район) при исследовании неолитической стоянки было выявлено новое булгарское поселение. Материалы раскопок пока не опубликованы.

На территории Чувашии открыто 5 кладов золотоордынских монет, один из которых, найден в д. Тихомирово Порецкого района в 1928 г. Данная находка позволяет включить Присурье в ареал торгового и денежного обращения золотоордынского периода [25, с. 112].

В исторической литературе широко развернулась полемика по поводу западной границы Волжской Булгарии. А.П. Смирновым было высказано предложение о том, что западной границей этого государства необходимо считать р. Суру [16, с. 25]. В.Ф. Каховский также неоднократно отстаивал эту позицию [8]. Р.Г. Фахрутдинов и другие татарские исследователи не соглашались с этим мнением. В настоящее время ими признается существование 40 (из 70 открытых) булгарских памятников на территории Чувашии, но рассмотрение их в научной литературе не происходит, так как они исследованы лишь разведочно [6, с. 135-136]. На других территориях Посурья булгарские памятники изучены гораздо лучше. В Пензенском крае на основании изучения булгарских городищ и селищ (типа Золотаревского и Юловского городищ) установлена четкая граница Волжской Булгарии по р. Суре. Крупные памятники с булгарским и золотоордынским инвентарем обнаружены на территории Нижнего Присурья, в Республике Марий Эл (Мало-Сундырское, Важнангерское, Васильсуркое V городища и Красноселищенское II селище) [12, с. 200, 206, 208].

Археологический материал дает более обширные сведения по истории и этнокультурных процессах в Присурье. В могильниках отражены материалы XIV-XV вв. и последующих столетий. Более ранний период можно изучить по отдельным предметам инвентаря и погребальному обряду, проводя аналогии

с могильниками соседних территорий. Раскопанные поселения дают материал X-XIII вв. Несмотря на разрозненные раскопки, удается проследить основные этапы заселения Чувашского Присурья. Первоначально здесь обитали финноугорские племена. С X в. в их среду начинают проникать тюркоязычные племена. С началом монголо-татарского нашествия и разгрома Волжской Булгарии происходит массовое переселение булгар. Оттесняя мордовское население края и вступая в тесные контакты с горными марийцами, в северных районах Чувашии происходит формирование чувашей-вирьял.

В подтверждение археологических свидетельств о первоначальности обитания в Присурье финно-угорского населения необходимо привлечь данные топонимики. Топонимика края сплошь усеяна мордовскими названиями: д. Ир-зеи, д. Кельдюшево, с. Кувакино, д. Шумерля, р. Кармалейка, р. Чуварлей, р. Ичикса, р. Явлейка, р. Ашна, р. Кувалда, р. Сарка и др. Основная их масса расположена в Алатырском и Порецком районах [24, с. 47-55]. Также широко представлен пласт марийских названий с окончаниями - -нер, -нар, особенно в северной половине Чувашии по линии Шумерля-Ибреси-Комсомольское: р. Манер, д. Пинер, Шинер, Вишенеры, Хопнеры, Типнеры, Кинеры, Кудеснеры, Апнеры, Пизенеры, Синерь, Васнары, Оженары, Печенары, Шинары, Чиганары и т.д. Они преобладают в районах, непосредственно соседствующих с Республикой Марий Эл [20, с. 210]. В.Ф. Каховский отмечает, что в Порецком районе есть деревня Мочкасы. Население его составляют русские, но, как известно, корень «касы» характерен для названий чувашский селений. Вероятно, это один из примеров интенсивных перемещений населения, в результате которого русские живут на месте чувашского поселения.

В завершение необходимо отметить большое количество исторических преданий, описанных В.Д. Димитриевым. В преданиях говорится о путях проникновения предков чувашей на территорию современной Чувашии, их взаимной ассимиляции с марийцами, мордвой и русскими. В предании чувашей бывшего Курмышского уезда отражен путь заселения Присурских земель: «Семь братьев из чувашей пришли от берегов Волги к сурскому лесу. Одного из них звали Че-тай, другого - Хоршеваш, третьего - Атай, четвертого - Штанаш, пятого - Рос-кильд, шестого- Ходар, седьмого - Торай...». Имена этих братьев отражены в названиях современных населенных пунктов. В другом предании о возникновении села Яндашево (ныне в черте г. Новочебоксарска) говорится, что из-за нападений монголо-татар чуваши с левой стороны Волги подались на р. Суру. Затем повернули на северо-восток и осели на реке Цивиль, где построили укрепленное поселение, в котором жили в дружбе и согласии с марийцами. Постоянные контакты чувашей с марийским населением привели к смешению фольклора этих народов. Это нашло отражение в сказания о марийском богатыре Онаре, в том числе и названиях ряда населенных пунктов Чувашии (д. Конар Цивиль-ского района, д. Конары Чебоксарского района) [3, с. 20-21, 41].

Приведенные В.Д. Димитриевым чувашские предания и легенды созвучны историческим и археологическим свидетельствам о том, что чуваши, переселившись в Среднее Поволжье, заняли Закамье, широкие полосы левобережья и правобережья Волги, бассейн Свияги, заселили юго-восточную и восточную части Чувашии. Затем стали продвигаться в Присурье, постоянно вступая в этнические контакты с финно-угорскими, прежде всего марийскими, племенами. Северо-западную часть Чувашии они полностью заселили после монголотатарского завоевания.

Реконструкция этнокультурных процессов очень сложна. По периоду X-XV вв. сохранилось небольшое количество письменных источников. Все они русского

происхождения, что обусловливает односторонность представленной в ней информации. Данные археологии дают гораздо больше информации, но все же неполное представление об этнических процессах. Прошедшие экспедиции носили нерегулярный характер и были направлены на изучение археологических культур разного периода. Проведена только одна комплексная экспедиция под руководством В.Ф. Каховского. Пробелы в истории Чувашского Прису-рья отчасти могут закрыть данные топонимики и устного народного творчества (предания и легенды).

Чувашское Присурье является сложным полиэтничным регионом. Присур-ские поселения являлись объектом постоянных нападений со стороны новгородских ушкуйников, нижегородско-суздальских князей, болгар. Сура привлекала плодородными почвами, изрезанным ландшафтом, пригодным для скрытых поселений, обилием лесов и мелких рек, поэтому в данном регионе сосредоточивались представители различных народностей, между которыми происходили постоянные этнокультурные процессы.

Литература и источники

1. Березина Н.С. Отчет о результатах археологической разведки на территории Алатырского, Чебоксарского и Цивильского районов Чувашской Республики в 2001 году // Научный архив ЧГИГН. Кн. пост. № 13. Инв. № 6628. 56 л.

2. Григорьев П.Г. Обследование древнего кладбища, обнаруженного у с. Иванько-Ленино Алатырского района // Научный архив ЧГИГН. Отд. 1. Ед. хр. 1952. Инв. 7868. 45 л.

3. Димитриев В.Д. Чувашские исторические предания. О жизни и борьбе народа с древнейших времен до середины XVI столетия. Ч. 1. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1983. 110 с.

4. Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV-XVI вв. М.: Наука, 1956. 468 с.

5. Ефименко П.П. Предварительный отчет о работах в Чувашской Автономной Республике этнологической экспедиции по изучению Среднего Поволжья // Чувашское хозяйство. 1927. № 1-2. С. 157-160.

6. История татар с древнейших времен. Волжская Булгария и Великая Степь. Казань: Изд-во «РухИЛ», 2006. Т. 2. 459 с.

7. Каховский В.Ф. Исследование языческого могильника близ д. Верхние Ачаки Ядринского района // Вопросы археологии и антропологии Чувашии. Чебоксары: ЧНИИ ЯЛИЭ, 1991. С. 3-20.

8. Каховский В.Ф. О западных пределах Волжской Болгарии // Вопросы древней и средневековой истории Чувашии / Труды ЧНИИ ЯЛИЭ. Чебоксары, 1980. Вып. 105. С. 35-50.

9. Каховский В.Ф. Новые археологические памятники Чувашского Присурья // Ученые записки Чувашского НИИ. Чебоксары, 1978. Вып. 80. С. 4-18.

10. Краснов Ю.А. Краткий очерк работ Чебоксарской экспедиции (1969-73 года) // Средневековые Чебоксары. М.: Наука, 1978. С. 187-189; Архипов Г.А., Вайнер И.С., Каховский В.Ф., Краснов Ю.А, Никитина Г.Ф., Патрушев В.С., Цветкова И.К. Работы Чебоксарской экспедиции // Археологические открытия 1971 года. М.: Наука, 1972. С. 174-175; Вайнер И.С., Воронина Р.Ф., Каховский В.Ф., Краснов Ю.А, Цветкова И.К. Работы Чебоксарской экспедиции // Археологические открытия 1972 года. М.: Наука, 1973. С. 162-164.

11. Михайлов Е.П. Разведочные работы 1986 - 1988 годов в районах Чувашии // Вопросы археологии и антропологии Чувашии / Сб.ст. ЧНИИ. Чебоксары, 1991. С. 53-56.

12. Никитина Т.Б. Марийцы в эпоху средневековья (по археологическим материалам). Йошкар-Ола: МарНИИ, 2002. 432 с.

13. Поливанов В.Н. Археологическая карта Симбирской губернии. Симбирск, 1900. 73 с.

14. Димитриев В.Д. Опустошение болгарской земли в конце XIV-начале XV веков / Известия национальной академии наук и искусств. 1996. №2. С. 45-76.

15. Пудалов Б.М. Письменные источники по истории Нижегородского края ^Ш-начало XVIII века): Учебное пособие. Н.Новгород: Изд. Нижегород. пед. ун-та, 2001. 351 с.

16. Смирнов А.П. Археологические памятники Чувашии и проблема этногенеза чувашского народа // О происхождении чувашского народа. Чебоксары, 1957. С. 25-42.

17. Соколова Н.В. Древнейшие акты Нижегородского Печерского монастыря // Проблемы происхождения и бытования памятников древнерусской письменности и литературы. Н.Новгород: Изд-во Нижегород. ун-та, 1995. С. 52-68.

18. Степанов П.Д. Отчет о разведочных работах в пределах ЧувАССР и Горьковской области летом 1950 г. // Архив Института археологии АН СССР. Р. 1. Д. 454. 82 л.

19. Третьяков П.Н. Предварительный отчет о работе Средне-волжской экспедиции ГАИМК в ЧувАССР в 1930 году // Научный архив ЧГИГН. Отд. 1. Ед. хр. 81. Инв. 196. 297 л.

20. Трубе Л.Л. О былом расселении марийцев на территории Горьковской области по данным топонимии // Происхождение марийского народа. Йошкар-Ола: МарНИИ ЯЛИЭ, 1967. С. 210-213.

21. Трубникова Н.В. Отчет о работе 2-го отряда Чувашской археологической экспедиции за 1957 год / Труды ЧНИИ. Чебоксары, 1960. Вып. XIX. С. 38-81.

22. Фахрутдинов Р.Г. Отчет о разведочных работах проведенных в 1967 г. в Предволжье Татарии // Архив Института археологии АН СССР. Р. 1. Д. 5327. 124 л.

23. Черменский П.И. Пути сношения Москвы с Поволжьем через Мордовию // Труды Морд-НИИ ЯЛИЭ. Сер. историографическая. Саранск: Морд. кн. изд-во, 1968. Вып. XXXIV. С. 185-193.

24. Шишкин В.М. Алатырский край в XX веке. Топонимический словарь. Чебоксары: Институт туризма и сервиса, 2002. 120 с.

25. Элле К.В. Клад джучидских монет в ЧувАССР // Краткие сообщения Института истории материальной культуры. 1947. Вып. XV. С. 112-113.

ФЕДУЛОВ МИХАИЛ ИГОРЕВИЧ родился в 1981 г. Окончил Чувашский государственный университет им. И.Н. Ульянова. Ассистент кафедры археологии, этнографии и региональной истории Чувашского университета. Сфера научных интересов - этнокультурные процессы в Чувашском Присурье в Х-ХУ вв. Автор 5 научных статей.