Развитие через нестабильность: синергетический подход в социальной философии

Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер. 6, 2006, вып. 1

A.A. Черепанов

(Тверской государственный университет) РАЗВИТИЕ ЧЕРЕЗ НЕСТАБИЛЬНОСТЬ:

СИНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПОДХОД В СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ

В статье анализируются концепции социального развития, разработанные российскими исследователями с использованием синергетического подхода. В этих концепциях общество изучается как с конкретно-научной точки зрения (Капица, Курдюмов, Малинецкий), так и с общефилософской позиции (процесс социальной эволюции в работах Назаретяна, Бранского и Пожарского).

Синергетика, зародившись как естественнонаучная концепция, со временем стала своего рода междисциплинарным подходом, используемым при изучении объектов в самых различных областях. Выйдя за пределы отдельной науки, она обрела черты философского учения как наиболее общей, не зависящей от особенностей конкретного объекта закономерности. «Философия нестабильности», как И. Пригожин определил синергетику, стала необходимым инструментом при анализе поведения сложных систем, вне зависимости от их природы. Одним из примеров таких систем является человеческое общество.

В работе С. Капицы, С. Курдюмова и Г. Малинецкого «Синергетика и прогнозы будущего»1 рассматривается специфика использования синергетического подхода при моделировании различных аспектов развития общества. Авторы попытались определить место синергетики в современной научной картине мира, ее ключевые положения и методы. Примерами философских теорий, основанных на применении синергетического подхода к эволюции социума, могут быть концепции А. Назаретяна2 и В. Бранского (в соавторстве с С. Пожарским)3, посвященные анализу и прогнозированию социальной динамики в глобальном масштабе.

Исследователи сходятся в представлении о развитии человечества как смене периодов устойчивого развития и кризиса, когда одна система параметров порядка сменяется другой. Но их представления о факторах и закономерностях развития существенно различаются. Это дает основание для анализа их концепций.

С. Капица, С. Курдюмов и Г. Малинецкий рассматривают общество как сложную нелинейную систему с множеством переменных. Ключевыми положениями разработанного ими подхода являются:

1) отсутствие принципиального разрыва между детерминистическими и стохастическими системами. Поведение любой системы можно прогнозировать лишь в рамках определенного промежутка времени, после которого точность прогноза резко снижается. Период адекватности прогноза определяется так называемым горизонтом предсказуемости, а также уровнем описания системы: оставаясь хаотичным на уровне отдельных элементов, ее поведение как целого оказывается предсказуемым;

О A.A. Черепанов, 2006

2) социальные системы являются статически неустойчивыми, но их динамикой - можно до некоторых пределов управлять. При этом «выбор происходит ... между различными неустойчивыми траекториями, за которые приходится платить разную дену»;

3) сложные системы описываются несколькими основными переменными - параметрами порядка. Именно они определяют поведение системы на больших временных промежутках. При этом основной проблемой является сам процесс выделения параметров порядка, который «остается скорее искусством, нежели наукой»";

4) при изменении параметров порядка состояние системы может изменяться как линейно, так и скачкообразно, когда возникает несколько возможных состояний системы, соответствующих данному значению параметра порядка. Такие значения параметра порядка называются точками бифуркации. Поведение системы вблизи точки бифуркации существенно усложняется, и случайные отклонения, несущественные в период устойчивого линейного развития, в такой точке могут стать решающими. Для социума это соответствует, например, усилению роли отдельной личности, получающей возможность своими действиями определять ход развития общества;

5) направленность развития эволюционирующей системы определяется аттракторами, которые в социальной синергетике соответствуют предельным состояниям общества. Однако применительно к социальным системам выделение аттракторов связано с рядом принципиальных трудностей (сложность формализации системы социальных отношений, многоаспектность развития системы).

Наряду с частнонаучными синергетическими моделями социальных процессов, российские авторы разрабатывают общие социально-философские концепции, основанные на принципах синергетики.

В. Бранский описывает самоорганизацию в процессе развития социальной системы в наиболее общем смысле как чередование двух противоположных процессов -иерархизации (стремления к социальному порядку) и деиерархизации (стремления к социальному хаосу). Иерархизация представляет собой последовательное объединение элементарных структур в структуры более высокого порядка; деиерархизация - последовательный распад сложных структур на более простые.

В сложных динамических системах, к которым относится общество, эти процессы трудно разграничить, например, в социальной динамике распад одних социальных групп (деиерархизация) сопровождается одновременным формированием новых и расширением уже существующих (иерархизация). Такой процесс - неотъемлемая часть развития современного гражданского общества, когда многочисленные социальные организации формируются как реакция на возникающие в обществе проблемы и распадаются, выполнив свою задачу либо столкнувшись с внешними трудностями и внутренними противоречиями. Поэтому точнее говорить о единстве порядка и хаоса в процессе развития социальной системы, об одновременном протекании фаз иерархизации и деиерархизации, с преобладанием одной из них на отдельных этапах развития.

Спектр направлений, в которых может протекать иерархизация или деиерархизация, определяется в области бифуркации - разветвления траектории развития на множество потенциальных направлений; переход социальной системы от одного состояния к другому требует выбора из этого множества. При этом для каждой системы, взаимодействующей с внешней средой, существует свой аттрактор - предельное состояние, достигнув которого, система уже не может вернуться ни в одно из прежних состояний.

Для процесса иерархизации таким предельным состоянием является простой аттрактор (целевое состояние стабильности, упорядоченности), для деиерархизации -

странный аттрактор (состояние неопределенности, неустойчивости). Таким образом, социальная структура проходит через бифуркации, балансируя между простыми и странными аттракторами.

Примером может быть действие законов, подкрепленных государственной властью. Простым аттрактором, задаваемым ими, можно назвать возможность эффективной деятельности под защитой государства, различного рода льготы и т.п. Но при несбалансированности этих норм может возникнуть ситуация, когда преобладающим станет «странный» аттрактор, ведущий к распространению хаоса в системе - если преимущества от несоблюдения устанавливаемых государством норм станут более весомыми, чем от следования им. Такая ситуация до сих пор в ряде случаев сохраняется в российской экономике - «теневые» схемы ведения экономической деятельности часто оказываются более привлекательными, чем легальные. В результате снижается «прозрачность» экономической подсистемы государства для управления и контроля, государство не располагает достаточными средствами для реализации своих функций и т.д., т.е. возникают предпосылки для перехода системы к социальному хаосу.

Силой, обеспечивающей социальную самоорганизацию, является социальный отбор, механизм которого объясняет ее спонтанный, стохастический характер. К основным факторам отбора относятся тезаурус, детектор и селектор. Тезаурус составляет множество потенциальных структур, возникающих в результате бифуркации. Детектором -механизмом, выбирающим из тезауруса определенную бифуркационную структуру и актуализирующим ее, - является внутреннее взаимодействие элементов социальной системы. В роли селектора выступает «принцип устойчивости, на основании которого детектор выбирает из множества структур наиболее устойчивую»5. Взаимодействие данных факторов обусловливает «творческий» характер социального отбора, который проявляется в том, что незначительные изменения в самоорганизующейся системе могут привести к масштабным последствиям, и наоборот.

В долговременном масштабе социальный отбор существует как результат суперотбора, т.е. отбора самих факторов отбора. В этом проявляется способность самоорганизующейся системы к эволюции: радикальные изменения в системе возможны только при появлении принципиально новых вариантов выбора, а также принципов и механизмов его осуществления. Для развития общества смысл суперотбора заключается в том, что социальный субъект может не только выбирать из существующих альтернатив, но и создавать собственные альтернативы (расширять тезаурус) и принципы выбора (создавать новый селектор). Если проводить аналогию с политическими выборами, то избиратель может не только выбирать из действующих партий, но и создать собственную партию или бороться за изменение существующей избирательной системы. Результатами будет более полное представление социальных интересов и совершенствование избирательного механизма.

Источником потенциальных структур является дифференциация системы, ее переход к социальному хаосу. Такой хаос характеризует любой переходный период, через который проходит общество - от государственного переворота до экономического кризиса. В результате синтеза этих возникают новые социальные идеи. В то же время данная модель не объясняет формирование принципиально новых идей, поскольку не принимает во внимание творческую роль отдельного индивида. Выбор, стоящий перед человеком в момент «идеологического кризиса», ограничен альтернативами, подготовленными распадом предыдущего идеала, или имеющими внешнее происхождение. Фактически, будущее человека зависит от того, сможет ли он «угадать» путь, которому

последует большинство, поскольку доминирующий идеал - это «такой, в который верит большинство»6. Но индивидуальные нормы и ценности зачастую находятся на более высоком уровне, чем те, которые установлены общепринятыми общественными идеалами. В.П. Бранский не рассматривает особенность, отличающую социальную систему от биологической или химической - ее субъектность, возможность личности выбирать собственный путь, не совпадающий с господствующими в обществе тенденциями. Выбор одной из траекторий эволюции означает возвращение системы в определенные рамки, ее возврат к социальному порядку. В результате, сущность развития социума не сводится ни к одностороннему увеличению порядка, ни к одностороннему росту степени свободы (хаоса): развитие выступает как «рост степени синтеза порядка и хаоса, обусловленный стремлением к максимальной устойчивости»1.

Рассматривая процесс развития отдельных этносов, В.П. Бранский выделяет систему признаков, обусловливающих качественную определенность этноса и отличающих его от подобных ему - стереотип поведения. В основе самоидентификации этноса лежит стереотип бытового поведения, в то время как небытовой стереотип (включающий в себя экономическую, политическую, культурную деятельность) рассматривается как фактор его стабилизации в условиях внешней среды. Автор называет данную закономерность «законом детерминации бытовым стереотипом небытовой деятельности». Примером может быть кочевой образ жизни монгольских племен и политика завоеваний, экспансии как фактор его стабилизации.

В.П. Бранский ставит в основу этноса систему нормативов, характеризующих повседневную жизнь его представителей, и определяет прочие характеристики как рациональные (экономические, политические) и иррациональные (этническое самосознание) стабилизаторы бытового стереотипа. В то же время в XX в., когда «небытовая» сфера развивается по собственным закономерностям, она становится фактором, не стабилизирующим, а, напротив, дестабилизирующим бытовой стереотип, не успевающий адаптироваться к ее изменениям. Именно этот процесс - доминирование «небытовой» сферы (отношений, связанных с экономикой, технологией) над «бытовой», по мнению многих современных философов, стал основой цивилизационного кризиса XX в. Это концепции, описывающие «массовое общество» (Ортега-и-Гассет), «общество потребления» (Фромм). В таком обществе потребности и навыки, формирующие бытовой стереотип, создаются искусственно, с целью поддержать функционирование экономической подсистемы общества (например, реклама, использующая общезначимые стереотипы для утилитарных целей). При этом формы небытового поведения (экономическая активность) стабилизируются за счет соответствующей модификации бытового стереотипа.

Таким образом, в современных условиях возникает интегрированный стереотип, в рамках которого бытовая и небытовая формы находятся в состоянии диалектического равновесия, противостоя друг другу (чувство неустроенности индивида, атомарность современного общества) и используя друг друга для взаимной стабилизации. Из-за тесного взаимодействия между бытовыми и небытовыми элементами поведения границы между ними размываются. С развитием общества происходит, по словам А. Назаретяна, «возрастание когнитивной сложности индивида»8. В результате бытовое поведение включает в себя множество сложных элементов: удовлетворение базовых потребностей стало опосредоваться навыками и знаниями, выходящими далеко за рамки бытового стереотипа.

Направления и динамика развития этноса в концепции В.П. Бранского связаны с понятием социального идеала - продукта идеализации основных аспектов общества как

целостной системы. Примерами могут быть западные политические идеалы демократии и правового государства, свободные от недостатков конкретных политических систем и определяющие направление их развития. Идеалы обладают разной «пассионарной зоной» - множеством людей, разделяющих соответствующий идеал.

Социальное развитие рассматривается как смена идеалов и следующая за ней смена поведенческих стереотипов. Формирование новых идеалов возможно лишь в условиях дифференциации общества - приближения к социальному хаосу. Тем самым подчеркивается конструктивная роль хаоса как условия возникновения радикально новых социальных стереотипов.

В результате последовательной смены процессов иерархизации и деиерархизации возникает тенденция к преодолению противоположности между простыми и странным аттракторами (порядком и хаосом) и формированию су пер аттрактор а - предельного состояния системы, в котором пропадает различие между этими началами и осуществляется полный синтез порядка и хаоса. Возникает полное единство элементов системы (социальный порядок), в то же время эти действия приобретают хаотический, самоорганизующийся характер. Суператтрактор становится пределом развития человечества, результатом реализации абсолютного идеала как синтеза всех общечеловеческих, инвариантных элементов, содержащихся в относительных идеалах. В качестве примера такого инвариантного элемента можно привести представление о высшей ценности человеческой жизни, распространяемое европейской цивилизацией, которое в России не было очевидным еще полтора столетия назад (крепостное право в стране было отменено лишь во второй половине XIX в.).

Таким образом, самоорганизация предполагает тенденцию к достижению состояния максимальной устойчивости, которая реализуется через последовательность социальных кризисов как периодов изменчивости, неравновесия. Результатом преодоления противоречий становится выход на более высокую ступень этнической интеграции, предполагающей формирование нового социального идеала и соответствующего ему стереотипа поведения. При этом внутреннее содержание эволюции общества составляет постепенное выделение общечеловеческих, инвариантных для всех этносов идеалов.

В классической философии концепция суператтрактора ближе всего к взглядам Гегеля. В обоих случаях определено финальное состояние, конечная цель истории, причем формулировка этой цели оказывается поразительно близкой. По Гегелю, «свобода... является... единственной целью духа. Эта конечная цель... остается постоянной при изменении всех событий и состояний и она же является в них истинно деятельным началом» (Гегель, 1977). Прослеживается параллель с определением суператтрактора как единства порядка («остается постоянной») и хаоса («является... деятельным началом») в поведении системы. Похоже и понимание места отдельных этносов в глобальной истории: по Гегелю, отдельные этносы исчезают, когда они реализуют свою историческую миссию и оказываются не в состоянии добиться более высоких целей. У В. Бранского смысл существования отдельных этносов заключается в рождении и реализации «част-ночеловеческих» идеалов, которые становятся ступенями на пути к формированию «общечеловеческого» идеала.

Другую концепцию социальной синергетики представляет А. Назаретян. Если В. Бранский тяготеет к общенаучному уровню познания, выделяя общие закономерности социальной эволюции, то работы А. Назаретяна ближе к частнонаучному уровню -рассмотрению отдельных аспектов социальной системы и их влияния на функционирование системы в целом. В концепции А. Назаретяна социум рассматривается как нерав-

новесная система, сохраняющая относительную устойчивость на протяжении длительного времени. Равновесные состояния и линейные процессы для такой системы оказываются лишь переходными моментами неравновесного и нелинейного состояния, в котором постоянно формируются новые структуры. Для сохранения устойчивости система вынуждена трансформироваться, становясь более сложной, разнообразной и интеллектуальной, - таким образом, она становится субъектом эволюции. Но, эволюционируя, система становится более неравновесной, неустойчивой, поскольку в процессе развития устойчивость достигается на более высоком уровне неравновесия со средой.

Эволюция социума протекает как последовательность фаз устойчивости и кризиса. В «спокойных» фазах происходят изменения, растет разнообразие системы, но все это остается в рамках одного качественного уровня. Последствием же «катастрофы» является качественный скачок ее сложности, интеллектуальности и уровня неравновесия. Количество потенциальных сценариев развития (аттракторов) в точке кризиса ограничено, и если сделан «выбор» одного из них, система необратимо изменяется в направлении соответствующего конечного состояния. С накоплением неустойчивостей неравновесная система либо приближается к равновесию (т. е. разрушается), либо еще более удаляется от него, совершенствуя механизмы антиэнтропийной деятельности. Поэтому прогрессивные изменения являются не самоцелью, а средством выживания системы, а эволюция в целом - как последовательность ее успешных адаптаций к внешним и внутренним изменениям.

Главную закономерность, управляющую развитием общества, А. Назаретян описывает как закон техно-гуманитарного баланса4, чем выше технологический потенциал общества, тем более совершенные механизмы необходимы для сохранения общества. Другой закономерностью, рассматриваемой им, является закон необходимого разнообразия: «в сложной иерархически организованной системе рост разнообразия на верхнем уровне обеспечивается ограничением разнообразия на предыдущих уровнях»*. Данный закон объясняет факт антропогенного воздействия на природную среду: ограничение разнообразия (контроль) внешней среды является условием роста социокультурного разнообразия. А. Назаретян рассматривает преобладание «технической» стороны прогресса как предпосылку разрушения общества, но не отмечает последствия преобладания «гуманитарной» сферы. А ведь именно перенос основного направления прогресса из технической сферы в «гуманитарную», духовную может стать фактором, нарушающим техно-гуманитарный баланс, но способствующий росту устойчивости общества. Выделенный А. Назаретяном закон можно рассматривать как экстраполяцию принципа, на котором основано современное западное общество, технократическое в своей основе.

Рассмотренные модели представляют различные аспекты использования синер-гетического подхода в социально-философском анализе. С одной стороны, это попытка создания теории, исследующей отдельные, ограниченные сферы жизни общества, с другой - стремление построить модель, описывающую динамику развития общества как целого, содержащую наиболее общие закономерности этого развития. Работа С. Капицы, С. Курдюмова и Г. Малинецкого направлена на обобщение основных принципов социальной синергетики и их использование для прогнозирования изменений в обществе. В работах В. Бранского создается целостная модель, описывающая общую структуру процесса социальной эволюции, с выделением наиболее общих онтологических закономерностей и обоснованием их связи с частнонаучным уровнем. В концепции А. Назаре-тяна эволюционный процесс детально рассмотрен в аспекте роста технологического по-

тенциала человечества и его психологического обоснования. В отличие от модели В. Бранского, где структуре и динамике идеологической сферы уделено большое внимание, А. Назаретян не ставит целью структурирование «гуманитарной» части техно-гуманитарного баланса. Как отличительные моменты его модели можно отметить отражение экспоненциального характера социальной эволюции (рост масштабности кризисов, сокращение периодов относительной устойчивости), анализ психологической стороны процесса социального развития (в частности, проявлений иррациональности человеческой природы), проработанную типологию социальных кризисов.

В целом синергетический подход к теме социального развития унаследовал затруднение, характерное для прогнозирования вообще. Наиболее проработан краткосрочный прогноз и анализ долгосрочных тенденций с выделением общих закономерностей (социальные законы В. Бранского, А. Назаретяна). При этом попытка анализа среднесрочной перспективы (десятки лет) ведет ^декларированию принципиальной трудности выделения аттракторов социальной динамики, которое по-прежнему остается, по выражению С. Капицы, «творческим» процессом, индивидуальным для каждого конкретного случая.

' Капица СЛ., Курдюмпв С.П., Малинецкий Г.Г. Синергетика и прогнозы будущего. М., 1997.

2 Назаретян А.П. 1) Агрессия, мораль и кризисы в развитии мировой культуры. М., 1996; 2) Цивилизационные кризисы в контексте Универсальной истории: Синергетика, психология и футурология. М, 2001.

-1 Браиский В.П., Пожарский С.Д. Социальная синергетика и акмеология. СПб., 2002; Бранский В.П. Социальная синергетика и теория наций. Основы этиологической акмеологии. СПб., 2000; Браиский В.П., Пожарский С.Д. Глобализация и синергетический историзм. СПб., 2004,

* Капица СП., Курдюмпв СЛ., Малинецкий Г.Г. Указ. соч.

5 Браиский В.П., Пожарский С.Д. Социальная синергетика и акмеология,

5 Там же.

7 Там же.

" Назаретян А.П. Агрессия, мораль и кризисы в развитии мировой культуры,

9 Назаретян А.П. Циви.чизациоппые кризисы...

[Рецензент - проф., докт. филос. наук В.П. Бранский]

Статья поступила в редакцию 12 октября 2005 г.