Об одном возможном методе психологической коррекции алекситимии

дис. ... канд. мед. наук. — Новосибирск, 2006. — 24 с.

3. Орлова Г.М. Хроническая почечная недостаточность в Прибайкалье: распространенность, клинико-эпидемиологическая характеристика, факторы риска ускоренного прогрессирования: Автореф. дис. ... док. мед. наук.

— Иркутск, 2002. — 41 с.

4. Рябов С.И., Бондаренко Б.Б. О классификации хронической почечной недостаточности // Клиническая медицина. - 1975. - Т. 53, № 10. - С.100-105.

5. СафоновА.Н., ЧерепенькоВ.С. Эпидемиология хронической почечной недостаточности в Орловской области // Актуальные вопросы научно-практической медицины / Под ред. П.А. Яковлевой. — Орел, 2002. — С.345-348.

6. Смирнов А.В., Добронравов И.Г, Каюков А.Ш. и др. Эпидемиология и социально-экономические аспекты хронической болезни почек // Нефрология. — 2006. — Т

10, № 1. - С.7-12.

7. Тареев Е.М. Гломерулонефриты // Клиническая нефрология. - М., 1983. - Т. 2. - С.5.

8. Тогтохын А. Прогнозирование развития ХПН и организация специализированной помощи больным ХПН в Монголии: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. - М.,

1999. - 24 с.

9. Томилина Н.А., Бикбов Б.Т. Эпидемиология хронической почечной недостаточности и новые подходы к классификации и оценке тяжести хронических прогрессирующих заболеваний почек // Тер. архив. - 2005. - Т 77, № 6. - С.87-92.

10. Томилина Н.А., Бикбов Б.Т. Эпидемиология хронической почечной недостаточности в Москве в 1995-2004 гг. // VI съезд научного общества нефрологов России. Сборник тезисов. / Подред. Н.А. Мухина - М.: Медицина для всех, 2005. - С.268.

11. ЧупрасовВ.Б. Программный гемодиализ. - СПб., 2001.

12. Rutkowski B. Chahging patient of end-stagerenal disease in Central and Eastern Europe // Nephrol.^Dial. Transplant.

- 2000. - Vol. 15. - Р.156-160.

Адрес для переписки:

664003, Иркутск, ул. Красного Восстания 1, Иркутский государственный медицинский университет, кафедра госпитальной терапии - Киселева Наталья Николаевна, аспират, E-mail: nnk82@yandex.ru

ОБРАЗ ЖИЗНИ. ЭКОЛОГИЯ

© МАЛКИНА-ПЫХ И.Г. - 2009

ОБ ОДНОМ ВОЗМОЖНОМ МЕТОДЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ АЛЕКСИТИМИИ

И.Г. Малкина-Пых

(Центр междисциплинарных исследований по проблемам окружающей среды (ИНЭНКО) Российской Академии

наук, г. Санкт-Петербург, директор - д. ф.-м.н. Ю.А. Пых)

Резюме. В исследовании решались две связанные между собой задачи исследования 1) взаимосвязи уровня алекситимии с индивидуально-психологическими характеристиками личности: экстраверсией/ нейротизмом, экстернальностью/ интернальностью, удовлетворенностью образом тела и самоактуализацией и 2) возможности психологической коррекции алекситимии методами ритмо-двигательной терапии. На первом этапе проекта проводились психометрические исследования, в которых принимали участие две группы респондентов: 23 практически здоровых испытуемых, обратившихся за психологическими консультациями, и 19 практически здоровых лиц, случайным образом выбранные в популяции. Результаты данного этапа продемонстрировали ассоциирование алекситимии с рядом показателей эмоционально-личностной сферы. На втором этапе проекта респонденты первой группы были случайным образом разделенными на две группы: А (12 человек) и Б (11 человек). Группе А в ходе психологического консультирования была предложена программа ритмо-двигательной терапии, а группе Б — методы и техники гештальт-терапии. Сравнительный анализ результатов применения ритмо-двигательной терапии для коррекции алекситимии дает возможность достаточно обоснованно предположить, что данный метод является эффективным для психологической коррекции не только собственно алекситимических черт личности, но и ряда взаимосвязанных с ней индивидуально-психологических характеристик.

Ключевые слова: алекситимия, психологическая коррекция, ритмо-двигательная терапия.

ON ONE POSSIBLE METHOD OF PSYCHOLOGICAL TREATMENT FOR ALEXITHYMIA

I.G. Malkina-Pykh

(Research Center for Interdisciplinary Environmental Cooperation (INENCO) Russian Academy of

Sciences, St.-Petersburg)

Summary. The study investigated two interconnected tasks 1) correlation between the level of alexithymia and personal traits such as extraversion/ neurotism, externality/internality, body image satisfaction and self-actualization and 2) effectiveness of rhythmic movement therapy for alexithymia. In the first stage of the project the psychometric researches were conducted including two groups of participants: 2З practically healthy persons addressed psychological counseling and 19 practically healthy persons randomly selected in population. The results of the given stage demonstrated the highly significant correlations of the level of alexithymia and other personal traits under study. In the second stage of the study the participants of the first group were randomly divided into two more groups (A — 12 participants) and B (11 participants). Group A participants received the program of rhythmic movement therapy, group B participants received the gesthalt therapy. The evaluation of the overall effects of two treatment programs allows to assume that rhythmic movement therapy is rather effective method of psychological correction not only for alexithymia, but also for some other interconnected with alexithymia personal traits.

Key words: alexithymia, psychological treatment, rhythmic movement therapy.

Феномен алекситимии достаточно давно привлека- во «thimos» — был введен впервые П. Сифне-

ет внимание многих исследователей и практиков. Тер- осом как °бобщающее назмние для ряда характерных мин «алекситимия», означающий «отсутствие слов для наблюдаемых у психосоматических

выражения чувств (от «а» — недостаток, «lexis» — сло- больных [78,79]. Алекситимия предстает в виде некое-

го психологического симптомокомплекса, проявляющегося на различных уровнях: когнитивном, аффективном и поведенческом. Она характеризуется затруднением или неспособностью человека точно описать собственные эмоциональные переживания и понять чувства другого человека, трудностями определения различий между чувствами и телесными ощущениями, фиксацией на внешних событиях в ущерб внутренним переживаниям [52,82,83,84]. Выделяют и такой признак, как ограниченное использование символов, о чем свидетельствует бедность фантазий и воображения [28,49,67,80]. У алекситимичной личности могут проявляться все перечисленные особенности в равной степени или преобладать одна из них [50]. Такие нарушения в когнитивно-аффективной сфере, снижающие способность вербализации аффекта, способствуют избыточному физиологическому ответу на негативные воздействия внешней среды, что может обусловливать появление соматической симптоматики [10,45,47].

Хотя алекситимию часто рассматривают именно как фактор риска развития многих психосоматических заболеваний [26,31,32,34,39,40,63], в отношении этого синдрома существует много нерешенных вопросов. Феномен алекситимии также рассматривается как в качестве предиктора и признака эмоционального расстройства, ассоциированного с тревогой и депрессией [27,44,66], так и компонента пострессовых расстройств и психопатологических синдромов [33,35,70,88,91], так и в качестве своеобразной личностной характеристики [23,54,58]. Алекситимические характеристики найдены у здоровых испытуемых (от 5 до 23% здорового взрослого населения), у больных раком, у страдающих почечной недостаточностью, у больных ревматоидным артритом, у наркоманов, у алкоголиков, у лиц с маскированной депрессией, у психиатрических больных, у страдающих ожирением, у зараженных СПИДом и т.д. [36,37,46,51,53,90].

Единой концепции, объясняющей развитие алекси-тимии, также пока не существует. При рассмотрении представления о ней как о первичном процессе ведущая роль может принадлежать генетическим механизмам [43,52], дефектам или особым вариантам развития головного мозга [9,61,62]. В частности, в экспериментальных работах [48,85,86] было установлено, что при алекситимии левое полушарие не распознает эмоциональных переживаний, возникающих в правом полушарии, вследствие их нарушенного взаимодействия.

Существуют также представления об алекситимии как о вторичном расстройстве. К вторичной алексити-мии относят, в частности, состояние глобального торможения аффектов или «оцепенения» [89], наступающее в результате тяжелой психологической травмы (модель «отрицания»). Алекситимия в этом случае может отражать в патологической форме горе или скрытую депрессию. В этом случае она рассматривается как защитный механизм, хотя и не является психологической защитой в классическом понимании [62,68]. Выявление алекситимии при маскированных депрессиях и неврозах дало основание некоторым авторам [81] рассматривать ее с позиций невроза. При целом ряде пограничных психических расстройств была установлена положительная связь между уровнем алекситимии, депрессии и тревоги [6,21].

Имеется также целый ряд так называемых социологических теорий, объясняющих появление синдрома алекситимии в аспекте поведенческих, социальных, культуральных факторов [38,52,55].

Большое клиническое значение имеет вопрос о стабильности алекситимии. По мнению ряда авторов [74,75], алекситимия является очень устойчивым расстройством. Существуют работы, которые говорят об отсутствии каких-либо изменений в уровне алекситимии в ответ на изменения в уровне эмоционального или соматического дистресса, в том числе в результате лечения [30,41,42,57,71,76,87].

Существование разных теорий происхождения алек-ситимических черт порождает соответственно и разнородность взглядов на возможность их коррекции. Нет общепринятого мнения по вопросу о возможности психологического воздействия на алекситимические черти. Некоторые авторы утверждают, что алекситимия, особенно первичная, вообще не поддается психотерапевтическим воздействиям [84]. Отмечается неэффективность лечения алекситимии в рамках психодинамической психотерапии как индивидуальной, так и групповой [52,60,65,72]. Было также установлено, что психодинамическая психотерапия нередко приводит к аггравации соматических симптомов и риску психотической декомпенсации [82].

Некоторые исследователи считают, что для успешной психотерапии алекситимиков пригодна модифицированная психодинамическая психотерапия, напоминающая работу с детьми, в которой поддерживающий момент и момент кларификации играют более важную роль, чем в психодинамической работе со взрослыми [52,72]. Выделяют также специфические задачи в психотерапии алекситимического расстройства [11]: 1) помочь больному пронаблюдать природу своих особенностей; больной должен увидеть, в чем его эмоции непохожи на эмоции других людей и начать учиться не замещать чувства физиологическими реакциями; 2) помочь больному развить аффективную толерантность, указывая на его малоадаптивные способы переживания эмоций.

В ряде исследований были выделены характерные черты поведения алекситимических больных в ситуации как индивидуальной психотерапии, так и групповой психологической коррекции. Было обнаружено [65], что они создают очень мало спонтанной речевой продукции во время психотерапевтического часа, не склонны обсуждать свои чувства, не проявляют интереса к терапевту и ожидают от него лечения по медицинской модели. Эти причины быстро приводят в тупик, и возникает высокий риск контрансферных противодействий. Кроме того, алекситимики часто патологически привязываются к психотерапевтической ситуации, используя ее как замещающий объект. В целом характерно ощутимое рассогласование между широким и богатым спектром невербального поведения и бедностью его вербальных описаний. В тех ситуациях, когда требуется проявление собственных чувств или идентификация их в другом, неспособность к вербализации чувств приводит больного в состояние внутреннего напряжения, разрешающегося разного рода соматическими феноменами [24].

Очевидно, поэтому не годятся традиционные формы психокоррекции, нужны принципиально иные подходы, подготавливающие алекситимика к вербальным способам терапевтического взаимодействия. Поэтому основным принципом психологической коррекции алекситимии как в условиях группы, так и в индивидуальном консультировании, стержневым содержанием психологического воздействия предлагается опора на невербальные средства общения, тренинг навыка по типу «здесь и теперь», обусловливающий направленность подготовительного этапа работы по преодолению «алекситимического барьера» [24]. Актуализация невербальных способов общения, являясь основой преодоления алекситимии, предполагает широкое использование телесно-ориентированных приемов и методик, в максимальной степени способствующих “растормажи-ванию” и осознаванию чувств без характерной для больных тревоги, связанной с их вербализацией.

Использование невербальных средств общения создает как бы обходные пути преодоления алекситимии, мобилизуя внутренние резервы личности, обеспечивая опору на ее сохранные стороны. Обходной характер преодоления алекситимии в данном случае определяется тем, что осуществляется не прямое, а косвенное воздействие на “дефект”, коим является неспособность больного к вербализации своих чувств и прочие алек-

ситимические черты. Овладение невербальными способами общения, развивающими способности к идентификации с другим человеком, к эмоциональному созвучию, приводит в конечном итоге к углублению эм-патического потенциала алекситимика, т.е. к восприятию более широкого спектра коммуникативных стимулов, получаемых от других людей — интонацией голоса, выражений лица, языка тела и других “контекстуальных факторов”, дополняющих слова.

В рамках данного подхода важнейшей опорой психокоррекции — как в работе с эмоциональными проблемами, так и психосоматическими расстройствами — являются образ тела и схема тела [22]. Образ тела — результат психического отражения ощущений, свойств тела, соотнесенный с культурными, перцептивными и языковыми эталонами. С образом тела ассоциируется телесное ощущение собственного «Я» или глубинное чувство существования «Я» [7]. С ним связано представление о «соматическом чувстве Я», возникающем в ранних отношениях матери и ребенка [2].

Схема тела — это ощущение о положении тела и его частей в пространстве. В современной нейропсихологии схема тела рассматривается как многоуровневая, сложноорганизованная система, включающая наряду с базовыми уровнями («темное мышечное чувство» и сенсорное осознавание) еще и пространственно-временное восприятие в целом, в том числе психологическую «линию времени», а также познавательные процессы, в первую очередь стратегию мышления и когнитивный стиль личности, актуализирующийся в процессе контакта внутреннего (телесного) и внешнего пространства [25].

Нейрофизиологически со схемой тела связаны в первую очередь соответствующие первичные (проекционные) зоны коры мозга, а также вторичные, (ассоциативные зоны), выполняющие интегративные функции. В современном представлении схема тела создается на основе функционального объединения различных отделов мозга, отвечающих как за сенсорно-дискриминационные процессы, так и за когнитивно-оценочные и мотивационно-эмоциональные процессы. Подобная структура, которая описывается понятием «нейроматрицы» [59], и объединяет собственно тело, эмоции и разум, с физиологической точки зрения и является объектом приложения телесной психокоррекции.

Схему тела можно рассматривать как психофизиологический информационный аппарат, где постоянно формируется и сопоставляется динамический и статический образы тела. На физиологическом базисе схемы тела создается личностная надстройка, с помощью которой образуются психологические и эстетические образы тела, несущие уже и оценочную функцию. Таким образом, на нейрофизиологическую схему тела накладывается набор привычных телесных ощущений, связанных со стереотипами эмоционального реагирования и отражающий определенные психологические проблемы. Эта проекция телесного «Я-образа», именуемая «интернальное тело» [12], открывает доступ к влиянию на психику путем воздействия на тело.

Целенаправленная работа со схемой тела/образом тела, наблюдение телесных ощущений и осознавание различных частей тела в их взаимосвязи и тем самым исправление несоответствий психологического и физиологического уровней телесности может оказаться весьма эффективным методом коррекции алекситимических черт.

Для решения проблемы психокоррекционного воздействия на человека как на психосоматическое единство нами была разработана система ритмо-двигатель-ной терапии. Ритмо-двигательная терапия — это как групповая, так и индивидуальная форма работы с человеком, которая базируется на представлении, что существует принципиальная связь между свойствами личности и тем, как человек двигается, и что изменения в привычках движения воздействуют на психологическое, эмоциональное и физическое здоровье человека [13,14,15,16,17,56].

Ритмо-двигательная терапия работает с системой “тело-сознание” как с единым целым и использует движение как средство изменения психологических свойств личности. Работая с движением, фокусируясь на взаимоотношениях между физиологическими и психологическими процессами, ритмо-двигательная терапия помогает раскрыть, освободить и трансформировать внутренние чувства, конфликты и стремления.

Метод ритмо-двигательной терапии является синтезом телесно-ориентированной и танцевальной терапии, а также включает в себя подходы к физическому совершенствованию человека, существующие в ритмической гимнастике.

К основным теоретическим понятиям ритмо-дви-гательной терапии относятся ритм, кинестетический транс и техника связывания.

Помимо множества других физиологических факторов, большое значение для жизнедеятельности человеческого организма имеет ритмичность. Взаимная зависимость ритма существования человека и его психофизического состояния имеет сегодня экспериментальное подтверждение [19]. Ритмические движения представляют собой единую функциональную систему, двигательный стереотип. Выделяют следующие основные функции ритма: облегчение координации и взаимодействия с другими; стимуляция спонтанного движения; активизация опорно-двигательного аппарата; уменьшения тревожности, сопротивления, напряжения и агрессии.

Следование ритму позволяет человеку войти в кинестетический (телесный) транс - в измененное состояние сознания, для которого характерна фиксация внимания на внутреннем мире. Одной из целей вхождения в транс является создание физиологического состояния, в котором человек мог бы начать формировать новые образы решения своих проблем.

Суть техники связывания - в установлении ассоциативной подсознательной связи между определенной проблемой и элементами ритмического движения. Обучая человека двигаться определенным образом, мы даем почувствовать (увидеть, услышать) как меняется его внутренняя субъективная реальность.

Занятия ритмо-двигательной терапии ведутся по следующим направлениям:

1). Работа с опорами или заземление (внутренняя устойчивость). Чем лучше человек ощущает свой контакт с почвой (реальностью), чем прочнее он держится за нее, тем большую нагрузку может выдержать и с тем более сильными чувствами он способен совладать. Качество «заземления» человека отражает его внутреннее чувство безопасности. Упражнения данного блока позволяют человеку почувствовать, насколько твердо он стоит на ногах, и усилить свое чувство реальности, за-землённости.

2). Работа с границами (установление границ с окружающим миром). Граница между тем, что находится внутри тела, и внешней средой более или менее четко переживается нами, но эта граница весьма относительна. Установление границ своего «Я», соотносимого с границами тела, является важным условием различных видов поведения и средством их осуществления. Необходимость такого определения границ проистекает из потребности человека в личной идентичности, в интегрированности. Для коррекции нарушений восприятия собственных границ необходимы упражнения, в которых эти границы достаточно ярко актуализируются. Причем актуализированы они могут быть как во взаимодействии человека с самим собой, так и в его безопасном взаимодействии с другими людьми. Упражнения данного блока позволяют человеку осознать, как он устанавливает границы с окружающим миром и всегда ли они адекватны ситуации.

3). Работа с межличностными отношениями (контакты и коммуникация с другими людьми). Между организацией речи и телодвижений в человеческой коммуникации существует нейрофизиологическая связь. Ис-

пользование ритма и кинестетических паттернов на занятиях ритмо-двигательной терапии помогает установить или восстановить межличностную коммуникацию: синхронные движения облегчают процесс общения. Упражнения данного блока позволяют человеку понять

- как он взаимодействует с окружающим миром и другими людьми, удается ли ему представить миру свое истинное лицо.

4). Работа с избыточным контролем (контроль себя и других людей). Существуют два вида контроля. Один

- контроль извне: я нахожусь под контролем других людей, порядка, окружения и т.п.; другой - внутренний, встроенный в нашу личность и являющийся частью характера. Любой контроль, даже интернализован-ный внешний контроль, мешает здоровой работе организма, особенно если он не осознается. Упражнения данного блока позволяют человеку понять, как он контролирует себя и других и всегда ли этот контроль адекватен ситуации.

5). Работа с агрессией (способность справляться с агрессией). В процессе накопления субъективного опыта у человека постепенно формируются внутренние, субъективные представления о себе, об окружающей действительности и других людях. Одной из базовых характеристик объектов субъективного мира может быть враждебность. Представления об окружающем мире, как о враждебном, формируются с первых дней жизни ребенка под влиянием целого ряда факторов: наследственных, семейных, социальных. Помимо этого, они могут сформироваться уже в зрелом возрасте вследствие психической травмы, когда картина мира претерпевает катастрофические изменения. Упражнения данного блока позволяют человеку проанализировать, почему и как у него возникает агрессия и научиться более адекватным способам реагирования.

6). Работа с Я-образом (место человека в мире, поведение, чувства, реакции и т.д.). Понятие Я-образа включает в себя целый ряд аспектов, в том числе то, как человек видит себя в этом мире (как он видит отношения между своей личностью и своими трудностями), способ его отношения к своему телу (как он осознает мышечные напряжения, которые усугубляют его проблемы). Очень многие эмоциональные расстройства связаны с нарушением образа тела. Это связано с тем, что ребенок не получил через телесный контакт с матерью ощущения своего физического Я. Упражнения данного блока направлены на выявление и совершенствование образа Я.

7). Общая работа с психофизиологическими блоками (зажимами). Когда ребенок сталкивается с непонятным запретом, с которым он не может справиться, он в самом раннем возрасте учится делать движения и принимать позы, которые пресекают негативные эмоции. В результате определенный участок тела «привыкает» блокировать энергию. Со временем возникает целая система зажимов. Мышечные блоки соответствует психологической блокировке чувств, эмоций, переживаний. У каждого человека своя конфигурация блоков -чего-то меньше, чего-то больше. Прямая разблокировка зажима ведет к выявлению и осознанию проблем и к избавлению от них.

8). Структурная интеграция. Внутренние конфликты и конфликты со средой проявляются в теле в той же мере, в какой проявляются в психике. Личность испытывает конфликты между рациональным разумом и животной природой, между стремлением к доминированию и потребностью в подчинении. Распознавание “посланий” собственного тела позволяет лучше понять, что именно человеку необходимо в этой жизни. Специальные ритмо-двигательные упражнения помогают осмыслению жизненных ситуаций, переводя чувства в действия, а действия - в понимание.

Одной из рассмотренных тем может быть посвящено одно занятие или несколько, в зависимости от предполагаемой общей продолжительности психокоррекци-

онной работы. Общая продолжительность психокоррекционной работы составляет не менее 8 занятий.

В настоящее время методы ритмо-двигательной терапии апробированы и показали высокую эффективность в работе по коррекции нарушений пищевого поведения и алиментарного ожирения, которая ведется в системе клиник «МЕДИ» и отделе «Экология человека» Центра междисциплинарных исследований по проблемам окружающей среды (ИНЭНКО) РАН (Санкт-Петербург) [16,56].

Целью настоящего исследования было решение двух связанных между собой задач 1) исследования взаимосвязи уровня алекситимии с такими индивидуально-психологическими характеристиками личности как экстраверсия/ нейротизм, экстернальность/ интернальность, удовлетворенность образом тела и самоактуализация и 2) исследования возможности психологической коррекции алекситимии методами ритмо-двигательной терапии.

Материалы и методы

Исследование было проведено на базе отдела «Экология человека» Центра междисциплинарных исследований по проблемам окружающей среды (ИНЭНКО) РАН, системы клиник МЕДИ и Многопрофильного медицинского центра (Санкт-Петербург). В исследовании принимали участие две группы респондентов. В первую группу вошли 23 практически здоровых испытуемых, в возрасте от 20 до 47 лет, средний возраст 35,0±8,6 лет, мужчин - 5 (21,7%) женщин - 18 (78,3%), обратившиеся за психологическими консультациями (проблемы в межличностном общении, неуверенность в себе, низкая самооценка и т.д.). Вторую группу составили 19 практически здоровых лиц, в возрасте от 26 до 50 лет, средний возраст 34,8±7,0 лет, мужчин

- 3 (15,8%) женщин - 16 (84,2%), случайным образом выбранные в популяции.

Обе группы были представлены контингентом респондентов интеллектуального профиля деятельности из числа сотрудников, работающих на момент обследования в сфере науки и бизнеса. Все респонденты выразили информированное согласие участвовать в проекте. Использование стандартизированных опросников самооценки позволило обеспечить максимальную степень невовлеченности исследователя в процесс сбора информации. Выбор подходов, соответствующих требованиям, предъявляемым к психометрическим исследованиям [64] и анализу их результатов [73], позволил обеспечить максимально объективную информацию. Все процедуры, связанные с проведением опроса респондентов, кодированием информации, формированием банка данных, хранением первичного материала и результатов его обработки, проведены с соблюдением этических норм [29].

Исследование в рамках проекта проводилось в два этапа. На первом этапе проводилось психометрическое исследование, в ходе которого использовались следующие стандартизированные тесты.

Для выявления неалекситимического, невыраженного и алекситимического типов личности - Торонтская алекситимическая шкала (ТАШ) [8].

Методика диагностики уровня субъективного контроля Дж. Роттера [3], которая диагностирует локализацию контроля над значимыми событиями своей жизни. Возможны два полярных типа такой локализации: экстерналь-ный (внешний) и интернальный (внутренний). В настоящей работе мы использовали три шкалы данного теста -общей интернальности, интернальности в области достижений и неудач.

Тест-опросник Г. Айзенка (EPI), предназначенный для изучения личностных характеристик и включающий шкалы для определения ряда параметров: искренность/ скрытность, интраверсия/ экстраверсия, эмоциональная устойчивость/ неустойчивость [20].

Тест-опросник исследования образа тела [19] использовался для оценки степени удовлетворенности образом тела. Испытуемому предлагается оценить, как часто он испытывает дискомфорт по поводу своей внешности в определенных ситуациях с помощью четырех вариантов ответа: «никогда», «иногда», «часто», «всегда», которые в последствии оцениваются по шкале от 0 до 3 баллов.

Самоактуализационный тест (САТ) [1,77] измеряет самоактуализацию по двум базовым и ряду дополнительных шкал и состоит из 126 пунктов, каждый из которых включает два суждения ценностного или поведенческого харак-

тера. Базовыми являются шкалы Ориентации во времени и Поддержки (Автономности). В настоящей работе в дополнение к базовым мы использовали две дополнительные шкалы, составляющие блок чувств — сензитивности к себе и спонтанности.

Полученные данные были обработаны методами простого корреляционного, однофакторного дисперсионного и ковариационного анализов и с помощью 1-критерия Стьюдента для зависимых и независимых выборок после проверки на нормальность распределения (критерий Колмогорова-Смирнова) и значимость различий дисперсий (тест Ливена) у сравниваемых групп в пакете прикладных программ 8Р88 16.0 [18].

Результаты и обсуждение

Результаты однофакторного дисперсионного анали-

за, проведенного на общей выборке из двух групп испытуемых, показали, что уровень алекситимии не свя-

зан ни с полом ^(1,40) = 1,110, р=0,298), ни с возрастом ^ (2,39)= 0,649, р=0,528) респондентов.

Таблица 1

Средние значения индивидуально-психологических характеристик испытуемых в

исследуемых группах

ким значениям — у респондентов группы 1. Значение среднего уровня показателя по шкале Ориентации во времени у респондентов группы 2 соответствует высокому баллу (>9), что свидетельствует о способности субъекта жить настоящим и ощущать неразрывность прошлого, настоящего и будущего, то есть видеть свою жизнь целостной. Значения среднего уровня данного показателя респондентов группы 1, напротив, соответствует низкому баллу (<9) по шкале, что означает ориентацию человека лишь на один из отрезков временной шкалы (прошлое, настоящее или будущее) и (или) дискретное восприятие своего жизненного пути.

Высокий балл по шкале Автономности (>48 баллов) у респондентов группы 2 (55,6 баллов) означает независимость ценностей и поведения субъекта от воздействия извне. Низкий балл (<48 баллов) по данной шкале у респондентов группы 1 (43,0 балла) свидетельствует о высокой степени зависимости, конформности, несамостоятельности субъекта, внешнем локусе контроля.

Индивидуально-психологические характеристики Группа 1 (п=23) М ^Б) Группа 2 (п=19) М ^Б) 1 —критерий Стьюдента Р

1. Алекситимия 72,0 (9,03) 49,1(7,25) 8,923 <0,001

2. Экстраверсия 0,04 (3,72) 1,84(4,17) 1,477 0,148

3. Нейротизм 2,87 (4,76) -1,95(4,26) 3,420 0,001

4. Общая интернальность 4,87 (1,63) 6,84(1,54) 4,001 <0,001

5. Интернальность в области достижений 5,31 (1,69) 7,21(1,44) 3,888 <0,001

6. Интернальность в области неудач 5,04 (1,97) 6,74(1,99) 2,760 0,009

7. Образ тела 19,5 (10,9) 11,7(8,41) 2,566 0,014

8. Ориентация во времени 7,22 (3,09) 10,7(3,20) 3,563 0,001

9. Автономность 43,0 (11,1) 55,6(9,17) 3,956 <0,001

10. Сензитивность 5,78 (1,59) 7,0 (1,73) 2,369 0,023

11. Спонтанность 6,13 (2,38) 8,58 (1,87) 3,650 0,001

Примечание. М — выборочное среднее, 80 — среднее квадратичное отклонение, р —з уровень значимости.

В группе 1 средний уровень общего показателя алекситимии составил 72,0 балла, что соответствует минимальному уровню высоких оценок (>72 баллов), в то время как в группе 2 значение данного показателя составило 49,1 балл, что соответствует отсутствию алек-ситимии (<62 баллов) (табл. 1). Респонденты группы 2 в среднем отличаются от респондентов группы 1 значимо более высоким уровнем эмоциональной устойчивости (более низким уровнем нейротизма). Значения среднего уровня показателей интернальности у респондентов группы 1 отклоняются влево от нормы (<5,5 сте-нов) по всем шкалам, что свидетельствует об экстер-нальном локусе контроля в рассматриваемых областях жизни. Значения среднего уровня показателей интер-нальности у респондентов группы 2, напротив, по всем шкалам отклоняются вправо (>5,5 стенов), что свидетельствует об интернальном локусе контроля.

Респонденты группы 2 продемонстрировали в среднем более высокую степень удовлетворенности образом тела, несколько превысив максимальный уровень низких оценок (11,7 баллов), чем респонденты группы 1 (19,5 баллов). При показателях теста 0-10 баллов испытуемый имеет позитивный образ тела, и отношение к собственной внешности практически не влияет на его повседневную жизнь. При показателях >10 баллов испытуемый демонстрирует определенную степень нарушений удовлетворенности собственным телом, о чем и свидетельствуют средний показатель группы 1.

При исследовании различных аспектов самоактуализации, средние уровни всех показателей соответствуют высоким значениям у респондентов группы 2 и низ-

Высокий балл по шкале Сензитивности к себе (>6) у респондентов группы 2 (7,0 балла) говорит о том, что человек отдает себе отчет в своих потребностях и чувствах, хорошо ощущает и осознает их. Низкий балл по данной шкале у респондентов группы 1 (5,78 баллов) говорит о том, что человек в ограниченной степени обладает данными качествами.

Высокий балл по шкале Спонтанности (>8) у респондентов группы 2 (8,58 баллов) означает способность индивида спонтанно и непосредственно выражать свои чувства. Высокий балл по этой шкале не означает отсут-

ствия способности к продуманным, целенаправленным действиям, он лишь свидетельствует о возможности и другого, не рассчитанного заранее способа поведения, о том, что субъект не боится вести себя естественно и раскованно, демонстрировать окружающим свои эмоции. Низкий балл по данной шкале у респондентов группы 1 (6,13 баллов) говорит об ограниченной способности человека открыто и спонтанно выражать свои чувства.

Группы не различались по возрасту и среднему уровню экстраверсии.

Таким образом, две группы испытуемых достоверно значимо отличаются не только по уровню алексити-мии, но и практически по всем другим исследуемым индивидуально-психологическим характеристикам, за исключением уровня экстраверсии. Принимая во внимание существующие разноречия в понимании алексити-мического типа личности, как и данные относительно возможности его сочетания с различными характеристиками эмоционально-личностной сферы, нами был проведен корреляционный анализ изучаемых показателей у респондентов исследуемых групп (табл. 2).

Результаты проведенного корреляционного анализа показали, что уровень алекситимии у респондентов нашей выборки значимо положительно (р<0,01) связан с уровнем нейротизма и нарушением удовлетворенности образом тела, отрицательно (р<0,01) с общей ин-тернальностью, интернальностью в области достижений и неудач, удовлетворенностью образом тела, способностью ориентации во времени, автономностью и достоверно отрицательно (р<0,05) — с экстраверсией, сензитивностью и спонтанностью.

Еще один важный для настоящей работы результат анализа связан с показателем нарушения удовлетворенности образом тела. Как видно из таблицы 2, данный показатель достоверно положительно связан не только с уровнем алекситимии (р<0,01), но и с уровнем ней-ротизма (р<0,01), и достоверно отрицательно — с ин-тернальностью (общей (р<0,01), в области достижений (р<0,01)) и показателями базовых шкал самоактуализации (р<0,01).

вания составила 16 недель. Занятия с группами проводились 1 раз в неделю, продолжительность каждого занятия — 1,5-2 часа.

Респондентам группы А в ходе психологического консультирования была предложена программа ритмодвигательной терапии.

В психологической работе с респондентами группы Б использовались методы и техники гештальт-терапии, достаточно подробно описанные в ряде работ [4,13,17].

Таблица 2

Коэффициенты корреляции между показателем уровня алекситимии и другими исследуемыми индивидуальнопсихологическими характеристиками

Показатель 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

1. Алекситимия -

2. Экстраверсия -0,34* -

3. Нейротизм 0,53** -0,05 -

4. Общая интер-нальность -0,67** 0,31* -0,52** -

5.Интернальность в области достижений -0,68** 0,36* -0,53** 0,82** -

б.Интернальность в области неудач -0,44** 0,20 -0,29 0,79** 0,56** -

7. Образ тела 0,46** 0,02 0,49** -0,50** -0,34* -0,25 -

8. Ориентация во времени -0,49** -0,03 * * 9 ,4 -0, 0,49** 0,37* 0,52** -0,56** -

9.Автономность -0,51** 0,18 -0,56** 0,49** 0,51** 0,46** -0,42** 0,77** -

10.Сензитивность -0,37* 0,42** -0,22 0,20 0,36* 0,13 -0,01 0,15 0,31* -

11. Спонтанность -0,38* 0,31* -0,42** 0,31* 0,36* 0,31* -0,29 0,66** 0,80** 0,42**

Примечание: ** уровень значимости р<0,01, * уровень значимости р<0,05.

Взаимосвязи остальных рассматриваемых показателей между собой согласуются с результатами, полученными в других исследованиях [23].

Таким образом, на основании результатов проведенных психометрических исследований можно заключить, что алекситимия не может быть рассмотрена, как это считает ряд авторов, лишь в качестве предиктора или признака психосоматизации личности, поскольку она четко выявляется у практически здоровых лиц различных возрастных групп. Ассоциирование алекситимии с рядом показателей эмоционально-личностной сферы дают основание полагать, что, скорее всего, алекситимия может быть рассмотрена в качестве одного из компонентов интегральной характеристики личности. Подтверждением состоятельности подобного предположения являются данные о взаимосвязи алекситимии с такими показателями, как интраверсия, эмоционально неустойчивый и экстернальный типы личности, а также с высоким уровнем нарушения отношения к собственному телу, низкой способностью ориентации во времени, потребностью в поддержке, низкими уровнями сензитивности и спонтанности.

Кроме того, взаимосвязи, обнаруженные между уровнем нарушений удовлетворенности образом тела и другими рассматриваемыми характеристиками, позволяют рассматривать данный конструкт как базовый параметр воздействия в психокоррекционной работе с алекситимией.

Следующим этапом нашего исследования было изучение возможности психологической коррекции алекситимии. На этом этапе проекта работа проводилась только с респондентами первой группы.

Все респонденты первой группы были случайным образом разделены на две группы (группа А, 12 человек от 20 до 47 лет, средний возраст 34,3+9,34, 3 (25%) мужчин, 9 (75%) женщин; группа Б, 11 человек от 23 до 49 лет, средний возраст 35,6+7,91, 2 (18,2%) мужчин, 9 (81,8%) женщин). Проведенный анализ показал, что данные группы достоверно не различались как по уровню алекситимии (р>0,05), так и по значениям других рассматриваемых индивидуально-психологических характеристик (р>0,05).

Общая продолжительность данного этапа исследо-

С нашей точки зрения можно полагать, что из существующих в настоящее время направлений психокоррекции именно методы и техники гештальт-терапии в достаточной степени отвечают требованиям, предъявляемым к психологической работе с алекситимией. Целостный подход гештальт-терапии связывает в «Я» и физическое, и психическое, а также стремится взглянуть на любой процесс (независимо от того, физический он или психический) как на часть большего целого. Психологические процессы рассматриваются как имеющие свои телесные выражения [4], которые можно эффективно использовать в процессе психологической коррекции алекситимии.

Обычно занятие по ритмо-двигательной терапии состоит из разминки, быстрой (ритмической) части и заключительной части. Некоторые упражнения рассчитаны на работу в паре или в группе.

В начале занятия, до разминки, 30 минут посвящаются обсуждению изменений, произошедших после предыдущего занятия, ответам на возникшие вопросы, а также теоретическому введению к текущему занятию. Исключение составляет самое первое занятие (индивидуальное или групповое), когда 1 час уходит на знакомство, на определение целей и задач ритмо-двигатель-ной терапии.

Разминка в основном состоит из диагностических упражнений, целью которых является определение уровня проблем занимающихся, а в дальнейшем — фиксация достижений в разрешении проблемы. Вторая, “быстрая” часть занятия состоит из ритмических упражнений умеренной сложности (с точки зрения координации), задачей которых является разогрев мышц и введение занимающихся в кинестетический транс, с ориентацией в каждом случае на проблему занятия. На третьем, завершающем этапе занятия используется техника связывания.

По завершении программы в группах А и Б было проведено повторное тестирование. Для сравнения результатов, полученных при проведении различных программ коррекции, использовались парный критерий Стьюден-та и ковариационный анализ (ЛКСОУЛ) (табл. 3).

В результате психокоррекционной работы с использованием методов ритмо-двигательной терапии у рес-

пондентов группы А значимо (р<0,0001) снизился уровень алекситимии, практически достигнув границы значений неалекситимического типа. Также значимо (р<0,0001) снизился уровень нейротизма и повысились уровни экстраверсии, способности ориентации во времени, автономности и спонтанности. Уровень интер-нальности во всех рассматриваемых областях жизни превысил значения среднего уровня (р<0,01) и значительно снизился уровень нарушения удовлетвореннос-

чить, что алекситимия не может быть рассмотрена, как это считает ряд авторов, лишь в качестве предиктора или признака психосоматизации личности, поскольку она четко выявляется у практически здоровых лиц различных возрастных групп. Ассоциирование алекситимии с рядом показателей эмоционально-личностной сферы дают основание полагать, что, скорее всего, алексити-мия может быть рассмотрена в качестве одного из компонентов интегральной характеристики личности. Под-

Таблица 3

Средние значения индивидуально-психологических характеристик в группах А и Б до и после программы психологической коррекции и результаты сравнения эффективности гештальт-терапии и ритмо-двигательной терапии

Индивидуально-психологические характеристики Группа А (РДТ) (n=12) M (SD) Группа Б (ГТ) (n=11) M (SD) ANCOVA df=1,21

до после р до после p F p

1. Алекситимия 73,5(9,97) 63,3(6,81) 0,000 70,4(8,03) 69,4(6,34) 0,153 104,92 <0,001

2. Экстраверсия 0,83(3,43) 2,33(3,06) 0,000 -0,82(4,00) 0,00(2,93) 0,082 8,470 0,009

3. Нейротизм 3,50(4,96) 1,17(3,41) 0,000 2,18 (4,67) 1,82(4,12) 0,104 25,752 <0,001

4. Общая интернальность 5,08(1,62) 6,08(0,90) 0,002 4,64 (1,69) 5,00(1,26) 0,038 29,485 <0,001

5.Интернальность в области достижений 5,42(1,88) 6,25(1,22) 0,005 5,18 (1,54) 5,36(1,21) 0,341 15,736 0,001

б.Интернальность в области неудач 5,17(2,25) 6,25(1,22) 0,008 4,91 (1,70) 5,27(1,35) 0,038 19,564 <0,001

7. Образ тела 20,9(10,9) 12,9(5,21) 0,002 18,0 (11,2) 16,8(9,36) 0,121 20,618 0,000

8. Ориентация во времени 6,58(2,47) 8,17(1,85) 0,000 7,91 (3,65) 8,18(3,25) 0,082 35,169 <0,001

9. Автономность 43,3(6,54) 46,8(4,58) 0,000 42,6 (15,0) 43,7(14,0) 0,019 13,814 0,001

10.Сензитивность 6,08(1,68) 6,67(0,89) 0,067 5,45 (1,51) 5,72(1,27) 0,082 6,024 0,016

11. Спонтанность 6,25(1,29) 8,08(0,79) 0,000 6,00 (3,26) 6,72(2,57) 0,054 11,518 0,003

Примечание: М — выборочное среднее, 8Б — среднее квадратичное отклонение, р - уровень значимости.

ти образом тела (p<0,01). Значимых изменений не произошло только в уровне сензитивности.

У респондентов группы Б в результате психокоррекционной работы с использованием методов и техник гештальт-терапии значимые положительные изменения (p<0,05) произошли только в уровне общей интерналь-ности и автономности. Остальные изучаемые характеристики не претерпели значительных изменений.

Сравнительный анализ результатов двух группа показал, что изменения значений индивидуально-психологических характеристик у респондентов группы А являются гораздо более значимыми (р<0,0001), чем у респондентов группы Б.

С нашей точки зрения, полученные результаты дают возможность достаточно обоснованно предположить, что разработанная методика ритмо-двигательной терапии является эффективным методом психологической коррекции не только собственно алекситимических черт личности, но ряда взаимосвязанных с ней индивидуальных характеристик, в частности, эмоциональной устойчивости, интернальности, удовлетворенности образом тела, ориентации во времени, автономности и спонтанности.

Таким образом, на основании результатов проведенных психометрических исследований можно заклю-

ЛИТЕРАТУРА

1. Алешина Ю.Е., Гозман Л.Я., Дубовская Е.М. Социально-психологические методы исследования супружеских отношений. Спецпрактикум по социальной психологии. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1987.

2. Аммон Г. Психосоматическая психотерапия. — СПб.: Речь, 2000.

3. Бажин Е.Ф., Голынкина Е.Л., Эткинд А.М. Метод исследования уровня субъективного контроля // Психол. Журнал. - 1984. - Т.5, № 3. - С.152-162

4. Булюбаш И.Д. Руководство по гештальт-терапии. — М.: Изд-во Ин-та психотерапии, 2004.

5. Былкина Н.Д. Алекситимия (аналитический обзор зарубежных исследований) // Вест. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. - 1995. - № 1. - С.43-53.

6. Былкина Н.Д. Развитие зарубежных психосоматических теорий (аналитический обзор) // Психол. ж. - 1997. -Т 18, № 2. - С.149-160.

7. Гиллиген С. Терапевтические трансы: руководство по эриксоновской гипнотерапии. - М.: Класс, 1997.

тверждением состоятельности подобного предположения являются данные о взаимосвязи алекситимии с такими показателями как интраверсия, эмоционально неустойчивый и экстернальный типы личности, а также с уровнем нарушения отношения к собственному телу, низким уровнем компетентности во времени, потребностью в поддержке, низкими уровнями сенситив-ности и спонтанности. Сравнительный анализ результатов применения ритмо-двигательной терапии для коррекции алекситимии дает возможность достаточно обоснованно предположить, что данный метод является эффективным для психологической коррекции не только собственно алекситимических черт личности, но ряда взаимосвязанных с ней индивидуальных характеристик, в частности, эмоциональной устойчивости, ин-тернальности, удовлетворенности образом тела, ориентации во времени, автономности и спонтанности.

В заключение отметим, что, конечно, серьезным ограничением данной работы является малый объем выборки респондентов. Тем не менее, статистическая значимость полученных результатов позволяет определенно говорить о том, что выбранное направление исследований является весьма перспективным для дальнейшего развития.

8. Ересько Д.Б.. Исурина Г.С.. Койдановская Е.В. и др. Алек-ситимия и методы ее определения при пограничных психосоматических расстройствах: Метод. пособие. -СПб., 1994.

9. Калинин В.В. Алекситимия, мозговая латерализация и эффективность терапии ксанаксом у больных паническим расстройством // Соц. клин. психиатр. — 1995. — Т

5,№ 4. - С.96-102.

10. Коростелева И.С.. Ротенберг В.С. Проблема алекситимии в контексте поведенческих концепций психосоматических расстройств // Телесность человека: Междисциплинарные исследования. — М.: Филос. об-во СССР, 1993. - С.142-150.

11. Кристал Г. Терапевтические стратегии при алексити-мии // Журнал практ. психол. психоанал. - 2003. - №3.

12. Лаврова О.П. Глубинная топологическая психотерапия: идеи о трансформации. Введение в философскую психологию. - СПб.: ДНК, 2001.

13. Малкина-ПыхИ.Г. Психосоматика. - М.: Эксмо, 2004.

14. Малкина-Пых И.Г. Телесная терапия. - М.: Эксмо, 2005.

15. Малкина-Пых И.Г. Теория и практические упражнения

ритмо-двигательной оздоровительной физической культуры. Методические рекомендации. — СПб.: Изд. БПА, 2007 - 38 с.

16. Малкина-ПыхИ.Г. Коррекция «Я-образа» тела методами ритмо-двигательной оздоровительной физической культуры // Ученые записки университета им. П.Ф. Лесгафта. - 2GG7. - Т. 25, №3. - С.32-37.

17. Малкина-Пых И.Г. Терапия пищевого поведения. — М.: Эксмо, 2007.

18. Наследов A.Д. Математические методы психологического исследования. Анализ и интерпретация данных.

- СПб.: Речь, 2GG6.

19. Петрушин В.И. Музыкальная психология. — М.: ВЛА-ДОС, 1997.

20. Практическая психодиагностика. Методики и тесты. / Ред.-сост. Д.Я. Райгородский — Самара: БАХРАХ, 1999.

21. Проворотов В.М.. Чернов Ю.Н.. Лышова О.В.. Будневс-кий A.В. Алекситимия // Ж. неврол. психиатр. — 2GGG.

- № 6. - С.66-70.

22. Сандомирский М.Е. Психосоматика и телесная психотерапия: практическое руководство. — М.: Класс, 2005.

23. Секоян И.Э. Алекситимия: предиктор, признак психо-соматизации или личностная характеристика? // Не-завис. психиатр. журнал. — 2GG7. — № 4. — C.

24. Семенова Н.Д. Возможности психологической коррекции алекситимии // Телесность человека: Междисциплинарные исследования. — М.: Филос. об-во СССР,

1993. — С.94-100.

25. Семенович A.В. Нейропсихологическая диагностика и коррекция в детском возрасте. — М.: Академия, 2GG2.

26. Abramson L.. McClelland D.C.. Brown D.. Kelner S.Jr. Al-exithymic characteristics and metabolic control in diabetic and healthy adults || J. Nerv. Ment. Dis. — l99l. — Vol. 179, № 8. - P.490-494.

27. Bagby R.M.. Taylor G.J.. Atkinson L. Alexithymia: A comparative study of three self-report measures // J. Psycho-som. Res. - 1988. - Vol. 32. - P.107-116.

28. Berenbaum H.. Prince J.D. Alexithymia and the interpretation of emotion-relevant information // Cogn. Emot. —

1994. - Vol. 8. - P.231-244.

29. BernardL.O. Resolving Ethical Dilemmas. A Guide for Clinicians. — Baltimore, Maryland, 1995.

30. Cohen K.R.. Auld F.. Brooker H. Is alexithymia related to psychosomatic disorder and somatizing? // J. Psychosom. Res. - 1994. - Vol. 38. - P.119-127.

31. Dirks J.F.. Robinson S.K.. Dirks D.L. Alexithymia and psy-chosomain-tenance ofbronchial asthma // Psychother. Psy-chosom. - 1981. - Vol. 36, № 1. - P.63-71.

32. Finn P.R.. Martin J.. PihlR.O. Alexithymia in males at high genetic risk for alcoholism // Psychother. Psychosom. — 1987. - Vol. 47, № 1. - P.18-21.

33. Frewen P.A.. Pain C.. Dozois D.J., Lanius R.A. Alexithymia in PTSD: psychometric and FMRI studies ||Ann. NY Acad. Sci. - 2006. - Vol. 1071. - P.397-400.

34. Freyberger H.. ^nsebeck H.W.. Lempa W.. et al. Psychotherapeutic interventions in alexithymic patients. With special regard to ulcerative colitis and Crohn patients // Psy-chother. Psychosom. — 1985. — Vol. 44, № 7. — P.72-81.

35. Frith U. Emanuel Miller lecture: confusions and controversies about Asperger syndrome // J. Child. Psychol. Psychiatry. — 2004. — Vol.45, №4. — P.672-686.

36. FukunishiI.. Chishima Y.. AnzeM. Post-traumatic stress disorder and alexithymia in burn patients // Psychol. Rep. — 1994. - Vol. 75. - P.1371-1376.

37. Fukunishi I.. Sasaki K.. Chishima Y.. et al. Emotional disturbances in trauma patients during the rehabilitation phase: studies of posttrau- matic stress disorder and alexithymia /| Gen. Hosp. Psychiat. - 1996. - Vol. 18, № 2. - Pl2l-127.

38. Fukunishi I.. Kawamura N.. Ishikawa T.. et al. Mother’s low care in the development of alexithymia: a preliminary study in Japanese college students // Psychol. Rep. — 1997. — Vol. 80, № 1. - P.143-146.

39. Fukunishi I. Alexithymic characteristics of bulimia nervosa in diabetes mellitus with end-stage renal disease // Psychol. Rep. - 1997. - Vol. 81, № 2. - P627-633.

40. Greenberg R.P. Dattore P.J. Do alexithymic traits predict illness? || J. Nerv. Ment. Dis. - 1983. - Vol. 171, № 5. -

P.276-279.

41. de Groot J.M.. Rodin G.. Olbsted M.P. Alexithymia, depression, and treatment outcome in bulimia nervosa // Compr. Psychiat. - 1995. - Vol. 36, № 1. - P.53-60.

42. Haviland M.G.. Shaw D.G.. Cummings M.A.. & MacMurray J.P. Alexithymia subscales and relationship to depression// Psychother. Psychosom. — 1988. —Vol. 50, №4. -Т.164-170.

43. Heiberg Ar. Heiberg As. A possible genetic contribution to alexithymia traits //Psychother. Psychosom. — 1978. — Vol. 30, № 3-4. - P.2G5-210.

44. Hendryx M.S.. Haviland M.G.. Shaw D.G. Dimensions of alexithymia and their relationships to anxiety and depression |/J. Person. Ass. - 1991. - Vol. 56. - P.227-237.

45. Hendryx M.S.. Haviland M.G.. Shaw D.G.. Henry J. Al-exithymia in women and men hospitalized for psychoactive substance dependence || Compreh. Psychiat. — 1994. — Vol.

35. - P.124-128.

46. Honkalampi K, Hintikka J., Saarinen P., et al. Is alexithymia a permanent feature in depressed patients? Results from a 6-month follow-up study? // Psychother. Psychosom. —

2000. — Vol. 69, № 6. — P.303-308.

47. Horton P. C, Gewirtz H., Kreutter K.J. Alexithymiastate and trait // Psychotherapy and Psychosomatics. — 1992. — Vol. 58. — P91-96.

48. Hoppe K..D. Hemispheric specialization and creativity // Psychiat. Clin. North. Am. — 1988. — Vol. 11, № 3. — P.303-315.

49. Jessimer M, Markham R. Alexithymia: A right hemisphere dysfunction specific to recognition of certain facial expressions? // Bram Cogn. — 1997. — Vol. 34. — P.246-258.

50. Jimerson D.C., Wolfe B.E., Franko D.L, et al. Alexithymia ratings in bulimia nervosa: clinical correlates // Psychosom. Med. — 1994. — Vol. 56, № 2. — P90-93.

51. Keller D.D., Carroll K.M., Nich C., Rounsaville B.J. Al-exithymia in cocaine abusers: Response to psychotherapy and pharmacotherapy // Am. J. Addict. —1995. — Vol. 4. — P243-244.

52. Krystal H. Alexithymia and psychotherapy // Am. J. Psychother. — 1979. — Vol. 33, № 1. — P17-31.

53. Loas G, Fremaux D, Otmani O., Verrier A. Prevalence of alexithymia in a general population. Study in 183 «normal» subjects and in 263 students // Ann. Med. Psychol. — 1995.

— Vol. 153, № 5. — P 355-357.

54. Luminet O., Bagby R.M., Wagner H, et al. Relation between alexithymia and the Five-Factor Model of Personality: A facet-level analysis // J. Person. Assess. — 1999. —Vol. 73. — P345-359.

55. Lumley M.A., Mader C, Gramzow J., Papineau K. Family factors related to alexithymia characteristics // Psychosom. Med. — 1996. — Vol. 58, № 3. — P.211-216.

56. Malkina-Pykh I.G. Rhythmic Movement Psyschotherapy.

— St.-Petersburg: INENCO 2001.

57. Martnnez-SSncnez F., Ato M., Cyrcoles E, et al. Stability in the alexithymia levels: A longitudinal analysis of temporary series on various emotional answers // Person. Ind. Dif. — 1998. — Vol. 24. — P767-772.

58. Martnnez-SSnchez., F, Ato-Garcna, M.,Ortiz,-Soria B. Alexithymia — state or trait? // Span. J. Psychol. — 2003. — Vol. 6, № 1. — P51-59.

59. Melzack R. Pain and the neuromatrix in the brain // J. Dent. Educ. — 2001. — Vol. 65. — P1378-1382.

60. Neill J.R., Sandifer M.G. The clinical approach to al-exithymia. A review // Psychosom. — 1982. — Vol. 23. — P1223-1231.

61. Nemiah J.C., Sifnoes P.E. Psychosomatic illness and problem of communication // Psychother. Psychosom. — 1970.

— Vol. 18, № 3. — P.154-160.

62. Nemiah J.C. Denial revisited // Psychother. Psychosom. — 1975. — Vol.26, № 3. — P140-159.

63. Numata Y, Ogata Y., Oike Y., et al. A psychobehavioral factor, alexithymia, is related to coronary spasm // Jpn. Circ. J.

— 1998. — Vol. 62, № 6. — P409-413.

64. Nunnally J.C., Bernstein I.H. Psychometric theory. — New York: McGraw-Hill, 1994.

65. Overbeck G. How to operationalize alexithymic phenomena: Some findings from speech analysis and the Giesen Test (GT //Psychother. Psychosom. — 1977. — Vol. 28, № 2. —

66. Pandey R., MandalM.K. Eysenckian personality dimensions and alexithymia: Examining the overlap terms of perceived autonomic arousal // Person. Ind. Diff. — 1996. — Vol. 20. — P499-504.

67. Parker J.D., Taylor G.J., Bagby R.M. Alexithymia and processing of emotional stimuli: An experimental study// New Trends in Experimental and Clinical Psychiatry —1993. — Vol. IX. — P9-14.

68. Parker J.D., Taylor G.J., Bagby R.M. Alexithymia: relationship with ego defense and coping styles // Compr. Psychiat.

— 1998. — Vol. 39, № 2. — P91-98.

69. Pierloot R., Vinck. J. Differential outcome of short-term dynamic psychotherapy and systematic desensitization in the treatment of anxious outpatients. A preliminary report // Psychol. Belg. — 1978. — Vol. 18. — P87-98.

70. Porcelli P., Leoci C., Guerra V., et al. A longitudinal study of alexithymia and psychological distress in inflammatory bowel disease // J. Psychosom. Res. — 1996. — Vol. 41. — P.569-573.

71. Posse M. Alexithymia: Background and consequences. Unpublished doctoral dissertation. Karolinska Institutet, Sweden. 2002.

72. Rad M. von(Ed.) Alexithymie. Berlin: Springer, 1984.

73. Rosner B. Fundamentals of Biostatistics. — Thomson. Brooks/Cole, 2006.

74. Salminen J.K., Saarijarvi S., Aarela E., Tamminen T. Alexithymia — state or trait? One-year follow-up study of general hospital psychiatric consultation out-patients // J. Psychosom. Res. — 1994. — Vol. 38. — P.681-685.

75. Salminen J.K., Toikka T, Kauhanen J. Alexithymia behaves as a personality trait over a 5-year period in Finnish general population. //J. Psychosom. Res. — 2006. — Vol. 61. — P275-278.

76. Schmidt U., Jiwany A., Treasure J. A controlled study of al-

exithymia and the split brain. III. Global-level content analysis of fantasy and symbolization // Psychother. Psychosom.

- 1985. - Vol. 44, № 2. - P.89-94.

86. TenHouten W.D.. Hoppe K.D.. Bogen J.E.. Walter D.O. Al-exithymia and the split brain. IV. Gottschalk-Gleser content analysis, an overview // Psychother. Psychosom. — 1985.

- Vol. 44, № 3. - P.113-121.

87. Todarello O.. Casamassima A.. Daniele S.. et al. Alexithymia, immunity and cervical intraepithelial neoplasia: Replication || Psychother. Psychosom. — 1997. —Vol. 66, № 4. — P.208-213.

88. van Wout M.. Aleman A.. Bermond B.. Kahn R.S. No words for feelings: alexithymia in schizophrenia patients and first-degree relatives ||Compr. Psychiatry. — 2007. — Vol. 48. — P.27-33.

89. Warnes H. Alexithymia, clinical and therapeutic aspects || Psychother. Psychosom. — 1986. — Vol. 46, № 1-2. — P96-l04.

90. Wise T.N.. Mann L.S.. Jani N.. Jani S. Illness beliefs and alexithymia in headache patients // Headac. — 1994. — Vol. 34 № 6. - P.362-365.

91. Wise T.N.. Mann L.S. The attribution of somatic symptoms in psychiatric outpatients // Compr. Psychiatry. — 1995. — Vol. 36, № 6. - P.407-410.

Адрес для переписки:

Санкт-Петербург, 197136, ул. Плуталова, д.20, кв. 23, Малкина-Пых Ирина Германовна - доктор физико-математических наук, профессор, академик Балтийской педагогической академии, ведущий научный сотрудник отдела «Экология человека» Центра междисциплинарных исследований по проблемам окружающей среды (ИНЭНКО) РАН, e-mail:malkina@mail.admiral.ru

exithymia in eating disorders // Compr. Psychiat. — 1993. — Vol. 34. - P.54-58

77. Shostrom E.L. Personal orientation inventory manual. San Diego: Educational and Industrial Testing Service, 1966.

78. Sifneos P.E. The prevalence of alexithimic characteristics in psychosomatic patients || Psychother. Psychosom. — 1973. — Vol. 22. — P.255-262.

79. Sifneos P.E. Alexithymia: past and present //Am. J. Psychiat. - 1996. - Vol. 153. - P.137-142.

80. Suslow T. Alexithymia and automatic affective processing / | Europ. J. Person. - 1998. - Vol. 12. - P.433-443.

81. Taylor G.J. Alexithymia: concept, measurement, and implications for treatment // Am. J. Psychiat. — 1984. — Vol. 141, № 6. - P.725-732.

82. Taylor G.J. Psychosomatic medicine and contemporary psychoanalysis. — Madison, CT: International Universities Press, 1987.

83. Taylor G.J.. Bagby R.M.. Parker J.D. Disorders of affect regulation. — Cambridge, UK: Cambridge University Press,

1997.

84. Taylor G.J. Recent developments in alexithymia theory and research || Can. J. Psychiat. - 2000. - Vol. 45. - P.134-142.

85. TenHouten W.D.. Hoppe K.D.. Bogen J.E.. Walter D.O. Al-

© КАЗАКОВА Т.В. - 2009

ИЗМЕНЕНИЕ МЕТАБОЛИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ ЛИМФОЦИТОВ И ГРАНУЛОЦИТОВ ПЕРИФЕРИЧЕСКОЙ КРОВИ У ЮНОШЕЙ РАЗНЫХ СОМАТОТИПОВ ПРИ ЭКЗАМЕНАЦИОННОМ СТРЕССЕ

Т.В. Казакова

Резюме. Проведен анализ изменений метаболической активности лимфоцитов и гранулоцитов крови при экзаменационном стрессе у юношей разных соматотипов. Наиболее выраженная реакция на стресс выявлена у юношей мускульного соматотипа, что проявляется статистически значимыми изменениями количества лейкоцитов, метаболических параметров иммуноцитов, сдвигами в лейкоцитарной формуле. Наиболее инертными показателями характеризуются юноши брюшного соматотипа.

Ключевые слова: лейкоциты, юноши, экзаменационный стресс, соматотип.

THE CHANGES IN THE METABOLIC ACTIVITY OF LYMPHOCYTES AND GRANULOCYTES IN PERIPHERAL BLOOD IN YOUTH OF DIFFERENT SOMATOTYPE UNDER EXAMINATIONAL STRESS

T.V. Kazakova

Summary. We carried out the analysis of the changes in the metabolic activity of blood lymphocytes and granulocytes under examinational stress in youth of different somatotype. The most expressing reaction on stress is revealed in youth of muscular somatotype because it has statistical significant change of amount of leukocyte, metabolic parameter of the immune system cells, changes in leucocytes formula. The most passive indices were in youths of abdominal somatotype.

Key words: leukocytes, youth, examinational stress, somatotype.

Для выявления индивидуально-типологических общества». В связи с чем проблема изучения конститу-

особенностей организма многие исследователи исполь- циональных особенностей резистентности имеет не

зуют конституциональный подход, поскольку консти- только теоретическое, но и практическое значение.

туция человека представляет собой интегральную ха- Целью настоящей работы явилось изучение изме-

рактеристику индивида [10] и определяется как сово- нений метаболической активности клеток иммунной

купность морфологических и функциональных системы у юношей разных типов телосложения в по-

свойств, ассоциируемых с реактивностью организма. кое и при экзаменационном стрессе.

Интегральная реактивность организма в значительной Магериашы и методы

степени определяется состоянием иммунной системы Проведено обследование 468 практически здоровых

[5]. Клетки иммунной системы, функционируя в посто- юношей - студентов Красноярского государственного

янно меняющихся условиях нейромедиаторного и гор- медицинского университета в возрасте 17-21 год. Из груп-

монального окружения, реагируют на самые разнооб- пы обследуемых были исключены лица, болевшие и полу-

разные внешние и внутренние факторы, что отражает- чавшие профилактические прививки в течение двух пре-

ся на их метаболической и функциональной активнос- дащущих месяцев.

ти [6,9], особенно в условиях психоэмоционального Антроп?метрическое обследование включал° измерение 29 морфологических параметров тела (длины и массы

стресса, являющегося, по мнению большинства иссле- тела; обхватов туловища и конечностей; диаметров туло-дователей, «болезнью современного индустриального