Повторение однокоренных слов в элементарном простом предложении тувинского языка

© 2015

Н. Ч. Серээдар

ПОВТОРЕНИЕ ОДНОКОРЕННЫХ СЛОВ В ЭЛЕМЕНТАРНОМ ПРОСТОМ ПРЕДЛОЖЕНИИ ТУВИНСКОГО ЯЗЫКА

В статье рассматриваются способы выражения повторов в элементарных простых предложениях тувинского языка. Рассматриваются разные точки зрения тюркологов на значение повторов. Показывают специфику употребления повторов. Анализируются семантические оттенки повторов. В статье отмечают, что глаголы деятельности, глаголы состояния, глаголы поведения, глаголы движения могут иметь при себе прямой объект действия. Прямое дополнение одинаково возможно как при сказуемом, выраженном переходным глаголом, так и при сказуемом, выраженном непереходным глаголом.

Ключевые слова: элементарные простые предложения, повтор, усилительное значение, разговорный стиль, глаголы деятельности

Настоящая статья посвящена определению места повторов в системе грамматических средств тувинского языка. Задачей статьи является рассмотрение застывших образований, которые несут разные смысловые оттенки и модальные значения.

В тюркологии повторы рассматривались в работах Н. К. Дмитриева1, В. Г. Егорова2, Е. И. Убрятовой3, С. Н. Муратова4, А. Кайдарова5, Р. А. Аганина6, М. И. Адилова7 и др. Н.Л.Баскаков впервые в тюркологии отнес редупликацию деепричастий к видовой характеристике глагола. По мнению Н. А. Баскакова, «многократный вид глагола образуется также посредством повторения деепричастия данного глагола»8. Ряд характерных особенностей повторов в татарском языке рассмотрен Х.Г.Агишевым9, в казахском языкознании данный вопрос поднимался Т. Б. Калабаевой10. Многие вопросы, связанные с повторами, находятся в синтаксическом поле11, и при решении их происхождения и взаимосвязей необходимо исходить из общих синтаксических и морфологических критериев12.

Серээдар Надежда Чылбаковна — кандидат филологических наук, ведущий научный сотрудник Тувинского института гуманитарных исследований, зав. сектором языка. Е- mail: sereedar.62@

mail.ru

1 Дмитриев 1930.

2 Егоров 1965.

3 Убрятова 1960.

4 Муратов 1961.

5 Кайдаров 1958.

6 Аганин 1959.

7 Адилов 1968.

8 Баскаков 1940.

9 Агишев 1970.

10 Калабаева 1980

11 Гаджиева 1975

12 Ганиев 1963.

Данный вопрос нами не рассматривался. Изучение повторов в тюркских языках продолжается и в настоящее время13.

Повторы как грамматическое средство в современных языках привлекают внимание многих исследователей. Лексико-грамматическая структура повторов в тюркских языках изучается достаточно интенсивно: повторы имен существительных, имен прилагательных, числительных, наречий, местоимений, повторы специальных усилительных слов (частиц и наречий), повторы модального слова, повторы подражательных слов. Среди их значений наиболее ярко выделяются значения множественности, интенсивности, усиления. В процессе изучения синтаксических особенностей татарской разговорной речи были установлены и описаны структурно-грамматические типы повторов имен и глаголов, а также раскрыта их семантика14. Удвоение основы применяется и в других тюркских языках. При этом удвоенная основа во многих языках, наряду с усилением лексического значения, выражает различные грамматические понятия. Так, например, в узбекском языке удвоение основы в именах существительных выражает множественность, в именах прилагательных — интенсив, в глаголах — длительность и повторяемость действия, в именах числительных — разделительность15.

Повторы глаголов выражают и модальные значения. Повторы глаголов семантически многообразны. Синтаксические повторы как усиленные конструкции с однокоренными словами, структурные типы удвоений (повторений) широко представлены в тюркских и других языках16.

Однако, насколько можно судить по приведенным в работах вышеперечисленных исследователей материалам, удвоенные основы лишь в особых случаях образуют новые слова. Нередко они оказываются принадлежностью разговорного стиля. В подавляющем большинстве случаев удвоение основ дает не новые слова, а особые формы слов.

Для тувинского языка характерны повторы родственных слов, в частности глаголов и существительных, которые часто являются производимыми от указанных глаголов. Это явление характерно как для языка фольклора и современной литературы, так и для обычной разговорной речи.

Н. Р. Байжанова отмечала, что в алтайском языке глаголы действия, обозначающие занятия и умения, являются семантически переходными, а структурно непереходными17

Авторы «Грамматики тувинского языка» А. А. Пальмбах, Ф. Г. Исхаков пишут: «Глаголы в основном залоге подразделяются по своему грамматическому значению на переходные и непереходные. Переходные глаголы обозначают действие, переходящее на прямой объект, и управляют винительным падежом (оформленным и неоформленным). Непереходные глаголы обозначают действие (или состояние), которое не переходит на прямой объект. Они не управляют винительным падежом, но могут управлять другими косвенными падежами»18.

13 Абдуллаева 1999; Галлямов 2003; Зарипова 2007.

14 Сафиуллина, Галлямов1984.

15 Уринбаев 1982.

16 Сибагатов 1978; Зейналов 1970.

17 Байжанова 2004.

18 Исхаков, Пальмбах 1961.

Но наш материал показывает, что в тувинском языке в этом смысле нет деления на переходные и непереходные глаголы. Прямое дополнение одинаково возможно как при сказуемом, выраженном переходным глаголом, так и при сказуемом, выраженном непереходным глаголом. К таким глаголам относятся глаголы деятельности, глаголы состояния, глаголы поведения, глаголы движения и др.

В тувинском языке большую группу составляют глаголы занятия, которые допускают повторы. Некоторые глаголы со значением деятельности в сказках становятся переходными: ацын ацна—'охотиться на зверя', малын малда — 'пасти скот', кажыын кажыкта — 'играть в бабки, в кости', паш паштан — 'готовить пищу, кухарничать'. Они содержат в себе по две семы: совершать действие — объект-результат действия: алдыла= 'охотиться на соболя', ацна= 'охотиться'; 'отправляться на охоту'; байлацна= 'ловить мальков', белде= 'ловить тайменя\^жугенне= 'охотиться на пищуху', авырганна= 'охотиться на белку-летягу', вдYректе= 'охотиться на уток', влYкте= 'заниматься добычей пушнины', киште= 'охотиться на соболя', койгунна= 'охотиться на зайцев', кокайла= 'охотиться на волков', курт-та= 'ходить в поисках червей, насекомых, чтобы ими питаться (обычно о птицах)', кундуста= 'охотиться на бобра или выдру', кушкашта= 'ловить птичек, охотиться на птичек', кушта= 'охотиться на птицу', кужугенне= 'охотиться на пищух', ку.зенне= 'охотиться на колонков', кYртYле= 'охотиться на тетерева', куске-кYЖYгенне= 'охотиться на мышей и других мелких грызунов', кускеле= 'ловить мышей, охотиться на мышей', кырзала=охотиться на хорька', сырбыкта= 'охотиться на белку, белковать' и др.Хотя глаголы ацна= 'охотиться' и малда= 'пасти скот' включают в свою семантику компоненты, выраженные словами ац 'зверь' и мал 'скот', но, на наш взгляд, словосочетание мал малда- употребляетсячаще, чем глагол малда-без имени существительного. Из данных глаголов очень часто употребляются следующие глаголы с именами существительными: ац ацна, мал мал-да. Они не вполне употребимы без названий указанных объектов, а выражения ац ацна-, мал малда- не избыточны. Кроме этого, в качестве объекта могут выступать другие имена существительные: чылгы малдаар, иви малдаар, — которые конкретизируют содержание. Например: Ол ацнап чорупкан — Он поехал на охоту. Но в сказках и в художественной литературе мы видим обратную картину. Глагол ацна- требует винительного падежа имени существительного, которое произошло от корня данного глагола. Например: КYчyтY-Мерген ... Арзылац-Ала-Тайгазынче ацын ацнап хап чоруп каан иргин (ДШАТМ, 54) — Кучуту-Мерген ... поехал на охоту в Арзылан-Ала-Тайгу; ...Аныяк чораан шаанда бир айда ацын аннаар, бир айда малын малдаар .. (МТ, 7) — Когда (он) был молодым, один месяц охотился, одни месяц пас скот...

В сказках часто встречаются повторы глаголов и существительных, прозвод-ные от данных глаголов: чугаазын чугаалажыр 'разговаривать' (букв. 'разговаривать разговор'), шайын шайлаар 'чаевничать' (букв. 'чаевничать чай'), свЗYЦ-домаац домактаныр'говорить' (букв. 'говорить слово'), бир ажыгны ажыглаар 'использовать одно поражение', бирарганыаргалаар 'использовать один способ', сиирин сиирээр, ввн вглээр 'ставить юрту', паш паштаныр 'готовить еду, кухарничать', свЗYн свглээр'говорить слово', ажыын ажыыр 'горевать, страдать' (букв. 'горевать горем'), саан ын саар'доить корову', ижин иштенир'работать' (букв. 'делатьдело'), домаац домактаныр'говорить' (букв. 'говорить предложение'),

илбини илбиленир 'волшебством заниматься', чоруун чоруур 'делать дело' (букв. 'ходить хождением'), кышкызын кышкырар 'кричать' (букв. 'кричать крик'), ал-гызын алгырар 'кричать' (букв. 'кричать крик'), сыгыдын сыгыртыр'исполнять горловое пение', хввмейин хввмейлээр 'исполнять горловое пение', уйгузун удуур'спать'(букв. 'спать сном'), чурт чурттаар 'жить' (букв. 'жить житье'), ыры-хеемейин ырлап-хеемейлээр 'исполнять горловое пение', ырынырлаар 'петь песню', душ дуженир 'видеть сон'. Например: Улуг дыжыц дыштанып, улугуйгуц удуп ал, оглум! (Тыва тоолдар, 133) — Отдохни большим отдыхом, поспи глубоким сном, сынок!; Свзуц-домаац домактанып чыт {ДТТТАТМ, 32) — Говори (букв. 'Говори свое слово'); Аза-Дуруур хаан кода-хурээзинге чедип келгеш, адар дацны атсыулугбодалын боданып, муцгак сеткилин сеткип олуруп-тур эвеспе (ДТТТАТМ, 153) — Аза-Дуруур приехал в свое королевство, все утро думал, грустил (букв. 'Аза-Дуруур, приехав в свое королевство, все утро думал думу, грустил грустно грустью'); ... Сен дыжыц дыштанып кврген эвес сен, бо дуне вгге хонгаш, улугуйг уцну удуп, дыштанып ал — дээн-... Ты же никогда не отдыхал, в эту ночь в юрте поночуй, поспи и отдохни — так сказал (букв. 'Ты же не отдыхал отдыхом, в эту ночь в юрте поночевав, спи глубоким сном, отдохни — так сказал') (Тыва улустуц тоолдары, 250). Из них сочетания сеткилин сеткиир'думу думать', чонун чоннаар 'объезжать народ', доозунун доозуннаар 'поднимать пыль'являются идиоматическими выражениями. На наш взгляд, данные сочетания без первого компонента не употребляются.

Профессор Е. И. Убрятова считает, что прямое дополнение в якутском языке, выраженное отглагольным именем, образованным от той же глагольной основы, усиливает значение сказуемого19. Субракова О. В. отмечает, что синтаксису языка героических сказаний хакасского языка свойственны некоторые типы однокорен-ных словосочетаний, которые используются для усиления лексического значения слов (хоных хонган, тунег тунеен 'ночь ночевал', ат адирга 'имя давать', ыр ыр-лирга, когкоглирге 'песни петь', солир созин полза солее 'если есть что сказать скажи'20). Б. И. Татаринцев показал, что в тувинском языке повтором существительных в определенной мере усиливается семантика глаголов, им придается какая-то особая конкретность, наглядность21.

В тувинском языке повторение основы слова в форме зависимого от нее члена предложения обозначает усиление ее лексического значения, как и в якутском, хакасском языках. Имя существительное в винительном падеже при однокоренном глаголе принимает аффикс 3-го лица в значении 'свой': ац=ы=н ацнаар 'охотиться на своего зверя', мал=ы=н малдаар 'пасти свой скот'. На наш взгляд, данные повторы обозначают кроме усилительного значения многочисленность и разнообразие скота или зверя. Из материала видно, что не все глаголы допускают повторы. Например, кужугенне= 'охотиться на пищуху', авырганна= 'охотиться на белку-летягу',

Таким образом, согласно использованным материалам, повтор выполняет стилистическую и грамматическую функции, выражает количество, разнообразие объекта; наиболее ярко грамматические значения повторов обнаруживаются при

19 Убпятова 1960.

20 Субракова 1978.

21 Татаринцев 1987.

анализе разговорной речи, сказок. Не все глаголы могут иметь при себе прямое дополнение, которое либо обозначает реальный объект действия, либо служит средством усиления глагола.

ЛИТЕРАТУРА

Аганин Р.А. 1959: Повторы и однокоренные парные сочетания в современном турецком языке. М.

Адилов М.И. 1968: Система повторов в азербайджанском языке: автореф.дисс. д. фи-лол. наук. Баку.

Агишев Х.Г. 1970: Синтаксические сочетания однокоренных слов в русском и татарском языках:автореф.дисс. канд. филол. наук. Казань.

Абдуллаева А.А. 1999: Система повторов в кумыкском языке :автореф. дисс. канд. филол. наук. Махачкала.

Байжанова Н.Р. 2004: Модели элементарных простых предложений в алтайском языке. Новосибирск.

Баскаков Н. А. 1940: Ногайский язык и его диалекты. М.;Л.

Гаджиева Н.З. 1975: Проблемы тюркской ареальной лингвистики. М.

Ганиев Ф.А. 1963: Видовая характеристика глаголов татарского языка. Казань.

Галлямов Ф.Г. 2003: Повторы в современном татарском языке. Казань.

Дмитриев Н.К. 1930: О парных словосочетаниях в башкирском языке // Изв. АН СССР. Сер. VII. 7. 466-546.

Егоров В.Г. 1965: Слова-повторы как показатели формальных грамматических категорий в ряде языков мира // Ученые записки НИИ при Совете Министров Чувашской АССР. Вып. 28, 20-32.

ЗариповаА.М. 2007: Редупликация в английском и турецком языках // Вестник ЧелГУ 13, 28-33.

Зейналов Ф.Р. 1970: Категория модальности и способы ее выражения в тюркских языках // СТ. 2, 95-101.

Исхаков Ф.Г., ПальмбахА.А. 1961: Грамматика тувинского языка. Фонетика и морфология. М.

Кайдаров А. 1958: Парные словосочетания в современном уйгурском языке. Алма-

Ата.

Калабаева Т.Б. 1980: Лексико-грамматическая структура повторов в казахском языке: автореф. дисс. канд. филол. наук. Алма-Ата.

Муратов С.Н. 1961: Устойчивые словосочетания в тюркских языках. М.

Сафиуллина Ф.С., Галлямов Ф.Г. 1984: Повторы как грамматическое средство в современном татарском языке // СТ. Баку, 68-72.

Сибагатов Р.Г. 1978: Модальность как структурно-семантическое единство // СТ 4,

22.

Серээдар Н.Ч. 1995: Основные типы предложений с именным сказуемым в тувинском языке: дисс.... канд.филол.наук. Новосибирск.

Субракова О.В. 1978: Язык хакасского героического эпоса. Алма-Ата.

Татаринцев Б.И. 1987: Смысловые связи и отношения слов в тувинском языке. М.

Уринбаев З.Б. 1982: Лингвистическая природа редупликаций в современном узбекском языке: автореф. дисс. канд. филол. наук. Ташкент.

Убрятова Е.И. 1960: Удвоение основы слова в якутском языке // Вопросы грамматики. Сборник статей к 75-летию акад. И.И.Мещанинова, 211-222.

Черемисина М.И. 1995: О системности в сфере моделей предложения // Языки коренных народов Сибири. Вып. 1, 54-66.

Сопоставительный анализ роли квантификации актантов

285

REPETITION OF COGNATE WORDS IN THE ELEMENTARY SIMPLE SENTENCE OF THE TUVA LANGUAGE

N. Ch. Sereedar

The paper deals with the methods of expression of repetitions in the elementary simple sentences of the Tuva language. The different points of view of turcologists about value of repetitions are considered. Specific usage of repetitions is shown. Semantic shades of repetitions are analyzed. It is noted in the paper that the verbs of action, state verbs, behavior verbs, verbs of motion can have at themselves a direct object of action. The direct object is equally possible as at the predicate expressed by a transitive verb and at the predicate expressed by an intransitive verb.

Key words: elementary simple sentences, repetition, emphatic meaning, colloquial style, action verbs

© 2015

Г. Ф. Лутфуллина, И. В. Марзоева

СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ РОЛИ КВАНТИФИКАЦИИ АКТАНТОВ ПРИ ВЫРАЖЕНИИ ДИАХРОННОСТИ СИТУАЦИЙ С ГЛАГОЛАМИ ДЕЙСТВИЯ ВО ФРАНЦУЗСКОМ И ТАТАРСКОМ

ЯЗЫКАХ

В статье проводится сопоставительный анализ роли квантификации различных актантов объектного типа при выражении диахронности ситуаций с предикатами физического, интеллектуального и социального действия во французском и татарском языках. Изоморфизм двух языков обнаруживается в том, что значимость квантифи-кации компонентов высказывания при выражении диахронности возрастает по мере отдаления от предиката: близкий — объект, далее — реципиент и т.д., замыкает ак-тантную группу пространственный локализатор. Французский язык точно передает информацию о множестве актантов в соответствии с множеством ситуаций. Татарский язык предполагает логическую реконструкцию количества актантов-объектов исходя из квантификации субъекта, других актантов или пространственного локализатора.

Ключевые слова: квантификация, диахронность, актант объектного типа

Реализационная база предложения предусматривает две составляющие: актанты + предикат. Актант является существенным припредикативным элементом положения дел, необходимым для описания ядра семантической структуры1. Ак-

Лутфуллина Гюльнара Фирдависовна — доктор филологических наук, профессор кафедры иностранных языков Казанского государственного энергетического университета.Е-mail: gflutfullina@ mail.ru

Марзоева Ирина Владимировна — кандидат филологических наук, доцент кафедры иностранных языков Казанского государственного энергетического университета. E-mail: arigata@bk.ru1 Мустайоки 2006, 156.