Общественности не хватило квалификации

Вчера в Казани прошел «круглый стол» на тему «Совершенствование общественного контроля правосудия путем повышения эффективности деятельности представителей общественности в квалификационных коллегиях судей». Его организовали делегаты полномочного представительства президента РФ в Приволжском федеральном округе. Цель мероприятия осталась неясна представителям судейского сообщества Татарстана. Они подвергли сомнению само понятие «общественный контроль» применительно к судебной власти.

Месяц назад региональная общественная организация «Нижегородское общество прав человека» начала изучение эффективности функционирующей судебной системы в Приволжском федеральном округе. По словам председателя организации Нины Таганкиной, сегодня отношение населения к судебной власти можно назвать отрицательным — 73% периодически опрашиваемых респондентов испытывают недоверие к судам и не верят в справедливость выносимых ими решений. Нижегородские федералы сочли, что высокий процент недоверия обусловлен корпоративной закрытостью судебной власти для общества и журналистов. «Открыть» судебную власть населению и повысить тем самым ее эффективность, по мнению организаторов «круглого стола», способны квалификационные коллегии судей (ККС) субъектов РФ, в состав которых согласно федеральному закону «Об органах судебного сообщества в РФ» должны входить представители общественности. Именно на этих представителей возложены основные надежды: они, по мнению нижегородских исследователей, могут обеспечить судейскому сообществу статус независимой и прозрачной структуры.

Для изучения реальной эффективности представителей общественности в ККС нижегородские общественные организации устроили выездные мероприятия в регионах ПФО. Однако исследования в 7 субъектах округа показали, что только 37% «представителей общественности» в ККС являются таковыми на самом деле. В соответствии с законодательными нормами представителями общественности не могут быть лица, наделенные государственно-властными полномочиями или выполняющие функции представителей органов государственной власти. Несмотря на это, в ККС субъектов представителями общественности числились депутаты, муниципальные служащие, а также представители бизнес-структур, которые в силу корпоративности своих интересов не могли считаться лицами, осуществляющими общественный контроль над правосудием.

В Татарстане инициатива федералов не встретила большого энтузиазма со стороны судебных властей. Заместитель председателя Верховного суда РТ Минзуфар Мавлятшин заявил, что члены квалификационной коллегии судей, в том числе и «представители общественности», участвуют лишь в рассмотрении дел, но никогда не присутствуют в судебном зале, поэтому «обеспечивать открытость и доступность», как того хотелось бы организаторам проекта, они просто не могут. Министр юстиции РТ Мидхат Курманов в свою очередь спросил, кого можно считать представителями общественности и что такое общественность вообще. Как выяснилось, четкого представления об этом у федералов не имеется (участники «круглого стола» не смогли прийти к однозначному мнению, считать ли, к примеру, общественностью представителей политических партий). В конце концов, Мидхат Курманов назвал общественное представительство в ККС «чистой фикцией, замазывающей глаза».

ЕКАТЕРИНА ВОРОБЬЕВА