Спорное место

Бывшие совладелец и гендиректор Красноярского электровагоноремонтного завода (КрЭВРЗ) через суд оспаривают решения собрания акционеров предприятия, утвердившего смену руководства КрЭВРЗ. Они также попросили суд запретить новому гендиректору Роману Буртовому совершать сделки с недвижимостью и другим ценным имуществом компании, чтобы избежать якобы «доведения завода до банкротства». Суд в принятии такой обеспечительной меры отказал, отметив, что требования заявителей фактически полностью блокируют работу предприятия. Сам господин Буртовой заявляет, что обвинения в его адрес голословны, он намерен тщательно проанализировать действия своего предшественника и при наличии оснований обратиться в правоохранительные органы.

Фото: Артем Ленц, Коммерсантъ

Арбитражный суд Красноярского края принял к производству иск совладелицы ООО «Соло-рент» Светланы Магакелян и экс-гендиректора КрЭВРЗа Никиты Волкова. В ответчиках — сам завод, а также его бывший и действующий владельцы — «Соло-рент» и строительная компания «Афина Паллада» (в лице конкурсных управляющих этих компаний). Истцы просят суд признать недействительными решения, принятые 17 марта 2023 года на общем собрании акционеров завода, включая утверждение нового гендиректора КрЭВРЗа Романа Буртового. По данным «СПАРК-Интерфакс», с февраля 2022 года он также возглавляет расположенное в Серпухове ООО «СКИЗЭЛ интегратор», которое специализируется на производстве электромонтажных работ. Предварительные слушания по иску назначены на 2 мая.

КрЭВРЗ создан в 2007 году на базе имущества филиала РЖД, ремонтирует электропоезда, вагоны, колесные пары, тяговые двигатели. В 2012 году завод за 1,56 млрд руб. приобрела у РЖД строительная компания «Афина Паллада», которая входила в одноименную ГК бизнесмена Гайка Магакеляна. В мае 2017 года «Афина Паллада» была признана банкротом, а четырьмя годами ранее продала акции КрЭВРЗа ООО «Соло-рент», которое, по данным «СПАРК-Интерфакс» принадлежит семье Гайка Магакеляна, в том числе 40% — Светлане Магакелян. В ноябре 2022 года арбитражный суд признал эту сделку недействительной и вернул завод в конкурсную массу строительной компании. В 2021 году КрЭВРЗ получил 2,1 млрд руб. выручки и 10,4 млн руб. убытка против 57 млн руб. чистой прибыли годом ранее. По данным на конец декабря 2022 года, на заводе работали больше 1 тыс. человек.

В своем заявлении господа Магакелян и Волков также просили суд принять обеспечительные меры на время рассмотрения основного заявления. Истцы указали на необходимость запретить господину Буртовому осуществлять сделки по отчуждению имущества завода, деятельность по руководству АО «КрЭВРЗ», организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, а межрайонной инспекции ФНС — проводить регистрацию вносимых в учредительные документы завода изменений. «При этом истцы указывают, что новый директор АО „КрЭВРЗ“ предпринимает активные действия по доведению общества до банкротства, осуществил блокировку всех расчетных счетов общества, при этом действия директора привели к невозможности продолжения производственной деятельности»,— цитирует суд исковое заявление.

В принятии обеспечительных мер заявителям отказано. Суд обратил внимание, что сформулированные истцами требования фактически направлены на полный запрет Роману Бортовому осуществлять деятельность в качестве гендиректора, что может повлечь невозможность работы завода.

Кроме того, суд отметил отсутствие доказательств того, что «утвержденным гендиректором осуществляются активные действия по доведению общества до банкротства, равно как и доказательства намерений по отчуждению имущества либо осуществлению иных действий, влекущих неблагоприятные экономические последствия для завода»,— говорится в определении суда.

Как пояснил „Ъ-Сибирь“ господин Буртовой, он был назначен на этот пост решением собрания акционеров, в котором приняли участие конкурсный управляющий АО «СК „Афина Паллада“» Максим Лапкин и представитель ООО «Соло-рент». Последнее, по его данным, все еще числится в реестре акционеров компании. Господин Буртовой утверждает, что прежнее руководство КрЭВРЗа якобы «старалось всячески усложнить процедуру смены гендиректора» и до сих пор не передало ему всю необходимую документацию. «Во избежание законного избрания акционерами нового управленческого состава (прежним руководством.— „Ъ“) полномочия по избранию генерального директора были переданы совету директоров. Однако акционеры КрЭВРЗ, осознавая, что цель — обанкротить завод и не дать провести собрание участников, самостоятельно инициировали внеочередное собрание акционеров, где 100% голосов приняли решение об изменении устава, прекращении полномочий совета директоров с указанием в уставе на „факультативный“ характер избрания указанного органа управления, а также изменили правила созыва акционеров и избрания нового генерального директора, а также избрали нового генерального директора»,— утверждает господин Буртовой.

Он рассказал «Ъ-Сибирь», что счета завода были переоформлены с учетом смены гендиректора. «Очевидно, что обвинения истца голословны. Счета завода были разблокированы еще на прошлой неделе. Мы произвели выплаты заработных плат сотрудникам, а также закрыли текущие долги завода»,— сообщил он „Ъ-Сибирь“. Господин Буртовой добавил, что также проводит анализ деятельности предприятия за предыдущий период, по результатам которого «будет сделан вывод о действиях предыдущего руководства». Он также не исключил, что «дальнейшее разбирательство, вероятно, будет проходить уже в уголовной плоскости».

Управляющий партнер Центра по работе с проблемными активами Зоя Галеева полагает, что суд законно отказал в принятии обеспечительных мер, признав их чрезмерными и выходящими за пределы рассмотрения иска. А вот перспективы рассмотрения основного иска, по ее словам, зависят от имеющихся в распоряжении заявителей доказательств и заявленных ими доводов. «Решение собрания может быть признано недействительным в том числе в случае нарушения порядка его проведения, например, при отсутствии кворума, при голосовании по вопросу, не включенному в повестку дня, или при отсутствии у участника собрания полномочий на участие в собрании. Также суд может признать недействительным решение собрания, которое было принято с нарушением устава общества»,— пояснила госпожа Галеева.