Bedouelle G. The reform of Catholicism, 1480-1620 / J. K. Farge, Trans. , Ann. Toronto: pontifi cal Institute of medieval studies, 2008. 172 p

Bedouelle G. The Reform of Catholicism, 1480—1620 / J. K. Farge, trans., ann.

Toronto: Pontifical Institute of Medieval Studies, 2008. 172 p.

Имя профессора Ги Бедуелла — известного церковного историка, ректора Западного католического университета (Universit6 Catholique de l’Ouest) в Анжере (Франция) — знакомо русскоязычному читателю прежде всего по вышедшей в 1996 г. на русском языке великолепной книге «История Церкви», посвященной идеологии западной церковной истории1. Новая же книга автора охватывает более узкий период истории западного христианства и посвящена историко-богословскому осмыслению католической реформы позднего Средневековья и раннего Нового времени.

Впервые изданная в 2002 г. на французском языке2, книга практически сразу же была переведена на итальянский (2003 г.)3 и испанский (2005 г.)4 языки. Однако французское, итальянское и испанское издания не были снабжены полноценным научным аппаратом, в частности, в них отсутствовали сноски, примечания и избранная библиография по теме исследования. Данные упущения были восполнены в подготовленном Д. К. Фарже англоязычном издании книги. Именно это издание, наиболее полное с научной точки зрения, и было выбрано нами для рецензирования. Сам Бедуелл в предисловии к англоязычному изданию высоко оценил вклад Фарже в редактирование книги, отметив необычайную легкость выполненного им перевода (с. XII).

Тот факт, что вскоре после выхода книга была переведена сразу на несколько языков, свидетельствует о ее большой востребованности в научной среде. Действительно, значение книги Бедуелла становится понятным, если ее рассматривать в контексте осмысления католической реформы XVI в., имевшего место в конце XVIII-XX вв. Ключевым вопросом здесь всегда оставалась проблема наименования того, что происходило в Римо-Католической Церкви в XVI в.5 Этой терминологической проблеме посвящена первая глава, задающая тон всей книге. Автор обращается к историографии конца XVIII-XX вв., приводя несколько созданных историками концепций, ключевыми из которых являются «контр-ре-формация» и «католическая реформация». «Контр-реформация» — концепция, впервые сформулированная в 1776 г. лютеранским историком И. С. Пюттером6 и получившая развитие в трудах лютеранского историка XIX в. Л. фон Ранке, рассматривает католическую реформу в первую очередь в качестве реакции на вызов Протестантизма. «Католическая реформация / реформа» — концепция, восходящая к лютеранскому историку В. Мауренбрехеру (1880 г.), акцентирует

1 Бедуелл Г. История Церкви. М. : Христианская Россия, 1996.

2 Bedouelle G. La reforme du catholicisme (1480-1620). P. : Cerf, 2002.

3 Bedouelle G. La riforma del cattolicesimo (1480-1620). Milan : Jaca Book, 2003.

4 Bedouelle G. La reforma del catolicismo (1480-1620). Madrid : Biblioteca de Autores Cristianos,

2005.

5 Подробный обзор западной историографии по терминологической проблеме предложен в книге : O’Malley J. Trent and All That: Renaming Catholicism in the Early Modern Era. Cambridge : Harvard University Press, 2000.

6 Имя которого в книге уверенно пишется с ошибкой: вместо «Pfltter» — «Potter» (см. : с. 5 и 159).

внимание на тех реформационных процессах, которые проходили в Римо-Ка-толической Церкви в XV и начале XVI вв., то есть до начала эпохи Реформации или, во всяком случае, независимо от Протестантизма. Наконец, автор обращается к более сложной концепции «католической реформации / реформы и контр-реформации», введенной в обращение крупнейшим католическим историком XX в. Г. Йедином в очерке 1946 г. «Католическая реформация или контрреформация»7, где ему удалось искусно объединить оба указанных понятия.

Данную работу Йедина автор, как и многие современные ему исследователи, в том числе католический историк О’Малли8, воспринимает в качестве «исходной точки» в разрешении терминологической проблемы (с. 1). Очерк Йедина придал новый импульс дальнейшему осмыслению сущности Католичества XVI в. в среде церковных историков. Бедуелл обращается также к восходящей к лютеранскому историку Э. В. Цеедену концепции «конфессионализации» (1958 г.), рассматривающей церковно-политическую историю Европы XVI в. в контексте развития различных конфессиональных Церквей (Католичество, Лютеранство, Кальвинизм, Англиканство), и к предложенному в 1991 г. Д. О’Малли термину «Католичество раннего Нового времени»9. Подобно О’Малли, неоднократно подчеркивавшему, что его термин — «Католичество раннего Нового времени» не предполагает отказа от созданных ранее концепций10, Бедуелл указывает, что и заглавие его книги — «Реформа Католичества» — ни в коей мере не претендует на исключение прочих интерпретаций данной переломной эпохи в истории Римо-Католической Церкви (с. 12), свидетельством чего служит его обращение к понятиям «контр-реформация» (с. XI), «католическая реформация / реформа» (с. XI, 3, 80, 98, 124) и «конфессионализация» (с. XII, 10, 13, 105, 134).

Подробно описывая роль папства и Тридентского Собора в легитимизации реформы в Римо-Католической Церкви, автор в то же время настаивает на том, что никакие реформационные усилия никогда бы не увенчались успехом без проявлявшегося на всех уровнях общества «духовного обновления» (renewed spirit), без ревностных трудов множества простых католиков, которые были действующей силой реформы как до, так и после Тридентского Собора (с. XII). Здесь взгляды автора во многом перекликаются с концепцией «Католичества раннего Нового времени» О’Малли, в рамках которой особое значение уделялось роли мирян в осуществлении реформы. Именно данные два понятия — «Католичество раннего Нового времени» О’Малли и «реформа Католичества» Бедуелла — стали попыткой создания нового всеобъемлющего наименования рассматриваемой эпохи истории Римо-Католической Церкви, охватывающего сформулированные ранее концепции и созданного не с целью их опровержения, но с целью обстоятельного их осмысления в свете достижений современной историографии. В целом же вклад католических историков Бедуелла и О’Малли в

7 Jedin H. Katholische Reformation oder Gegenreformation? Ein Versuch zur Klarung der Begrif-fe nebst einer Jubilaumsbetrachtung uber das Trienter Konzil. Luzern : Verlag Josef Stocker, 1946.

8 O’Malley. Op. cit. P. 12-14.

9 Idem. Was Ignatius Loyola a Church Reformer? How to Look at Early Modern Catholicism // The Catholic Historical Review. 1991. Vol. 77, № 2. P. 177-193.

10 Idem. Was Ignatius Loyola a Church Reformer... P. 193.

развитие терминологии в описании католической реформы XVI в. приобретает особую ценность ввиду того, что большинство ключевых понятий, используемых в настоящее время для ее обозначения, были введены в обращение протестантскими, а не католическими историками.

Стоит обратить внимание на заглавие книги. В историографии XX в. заглавие всегда имело особое значение, поскольку именно вынесение в него термина и хронологических рамок в первую очередь способствовало распространению и закреплению концепций, выдвинутых тем или иным историком. Заявленная в заглавии книги Бедуелла периодизация — приблизительно с 1480 по 1620 гг. — указывает на эпоху, в которую сформировались церковный порядок, вероучительные определения и дисциплинарные нормы, господствовавшие в Римо-Католической Церкви вплоть до II Ватиканского Собора (с. XI, 134). При этом ключевое значение автор придает периоду с 1530 по 1560 гг., поскольку именно в это время вероучение и устроение церковной жизни сложились в то, что принято называть «Католичеством» (the belief and practice of Catholics came to constitute a «Catholicism») — во многом наподобие того, как стремление других христиан к реформе сформировало «Лютеранство», «Кальвинизм» или «Англиканство» (с. XII). В то же время предпочтение автором в заглавии понятия «Католичество» понятию «Католическая Церковь» не предполагает отказа от институционального подхода к рассмотрению католической Реформы XVI в. — автор указывает на необходимость признания стратегической роли Церкви как института, вдохновлявшего группы людей и отдельных лиц на деятельность под своим руководством (с. XII).

Книга состоит из двенадцати глав и заключения. После рассмотрения в первой главе концепций и выражающих их терминов, используемых историками при описании эпохи XVI в. в истории Католичества, во второй главе автор обращается к рассмотрению реформационных устремлений в рамках соборного движения, в первую очередь, пятого Лютеранского Собора. Третья глава посвящена Реформации и ограничена изложением реформаторских взглядов Лютера и Кальвина. Четвертая и пятая главы повествуют о реформационных процессах, проходивших в Римо-Католической Церкви, главным образом в понтификат Павла III. В шестой главе рассматривается церковно-политическая обстановка накануне Тридентского Собора. Седьмая, восьмая и девятая главы посвящены изложению реформационной деятельности Римо-Католической Церкви в эпоху Тридентского Собора и в послесоборный период. В десятой главе описывается значение пяти ключевых деятелей реформы Католичества: Карло Борромео, Папы Пия V, Терезы Авильской, Роберта Беллармина и Франциска Сальско-го. В одиннадцатой главе представлены все те, чьими усилиями воплощалась в жизнь получившая законодательное оформление на Тридентском Соборе реформа Католичества. В данной главе наряду с деятельностью Римских Пап, епископов и священников особо подчеркивается значение деятельности светских правителей, членов религиозных орденов, благочестивых женщин и мирян в целом. Заключительная, двенадцатая, глава посвящена описанию различных аспектов пост-Тридентской Церкви: ее миссионерской активности, католической реконкисты на территории Европы, католической культуры. В заключение автор

представил краткое обобщение изложенного в книге материала, особо отметив, что реформационное движение XVI столетия возродило авторитет (restored the credibility) Римо-Католической Церкви и придало ей необходимую устойчивость (enabled to live in a kind of equilibrium), по крайней мере, в течение нескольких первых десятилетий в XVII в. (с. 136).

Книга Бедуелла представляет несомненный интерес не только для изучения истории Католичества в переломном XVI веке, но и для ознакомления с достижениями католической историографии за последние полвека — с 1946 г., публикации очерка Йедина, до выхода первого издания книги в 2002 г. Среди нашедших в ней отражение достижений католической историографии одно представляется наиболее важным. В книге автор выходит за рамки предложенной Йедином и оказавшей значительное влияние на последующую католическую историографию концепции трех действующих сил «католической реформации и контр-реформации», а именно, папства, ордена иезуитов и Тридентского Собора. Йедин практически ничего не говорил о роли мирян в реформе Католической Церкви. Бедуелл же, отмечая роль церковной иерархии, в то же время призывает не игнорировать значения «преданных мирян» (с. 110), которым «реформа Католичества многим обязана» (с. 124) и даже говорит о «новой эпохе “благочестивого мирянина”» (с. 122). Именно поэтому автор выражает свои идеи словами «реформа Католичества», позволяющими выйти за рамки только иерархического аспекта Церкви и рассмотреть Церковь в контексте «всех уровней общества» (at all levels of society) (с. XII). Автору удалось органично совместить институциональный подход к изучению Католичества с неинстуциональным, и в этом видится главное достоинство рассматриваемой книги.

Безусловно, книга объемом менее 200 страниц не в состоянии представить исчерпывающего описания реформы Католичества XVI в., тем не менее, она является великолепным введением в историю Католичества раннего Нового времени. Остается надеяться, что впоследствии книга Бедуелла станет доступна и русскоязычному читателю.

В. А. Мякшин

Арсений Гулыга: Памяти философа: Сборник научных трудов / И. С. Андреева, отв. ред. М.: ИНИОН РАН, 2007. 224 с. (Проблемы философии).

К выдающимся советским ученым, без сомнения, можно отнести Арсения Владимировича Гулыгу — германиста, историка философии, писателя и публициста, памяти которого посвящен настоящий сборник, выпущенный ИНИОН РАН в серии «Проблемы философии».

Как всякий сборник, он неоднороден. Начинается достаточно обширной (с. 5—64) биографией А. В. Гулыга, написанной проф. И. С. Андреевой. К сожалению, биография меньше говорит о самом философе и больше об эпохе, в которой он жил. Здесь читатель найдет много сведений о судьбах советской фило-