«Нам важно, чтобы искусство было понятно широкой аудитории»

С 26 по 29 сентября в Москве на Трехгорной мануфактуре пройдет Второй международный интерактивный фестиваль современного искусства ARTLIFE. С его основателем и куратором Анастасией Андреевой мы поговорили о симбиозе классического искусства и современных технологий и о том, чего не хватает публике в регионах.

На фестивале ARTLIFE

Фото: предоставлено ARTLIFE

Как родилась идея фестиваля ARTLIFE?

За полтора года до первого фестиваля (прошел осенью 2018-го.— «Коммерсантъ Арт») мы запустили стартап — онлайн-академию, где можно учиться изобразительному искусству. В апреле 2019-го ей исполнилось три года. Изначально преподавание состояло только из практической части, но мы планируем ввести и занятия по теории. Контент у нас записан: учиться живописи можно из любой точки России или мира. Для меня, как для человека, выросшего за пределами столицы, это было очень важно. Я понимаю, что порой в регионах нет ничего, максимум какие-то художественные школы старого образца. Мы даем возможность любому стать вовлеченным в арт-процесс. Человек может быть кем угодно: бухгалтером, поваром, учителем — а свободное время посвящать живописи. Однажды я предложила устроить мероприятие, где была бы организована не только выставка, но и образовательная программа, упор на которую делает наша онлайн-академия. Первый фестиваль мы готовили 11 месяцев. На него пришло 5 тыс. человек, что для нас было хорошим показателем. Но в этом году мы поставили новую цель — 20 тыс., и на данный момент 20 тыс. человек уже зарегистрировались. Мы получили грант от правительства Москвы, что дало нам дополнительные возможности и каналы распространения информации.

А почему именно онлайн-академия живописи и фестиваль искусства?

Мое первое образование — дизайн костюма. Второе — юридическое. Плюс недавно я училась на куратора в Sotheby’s. Я всегда думала, что свяжу жизнь с дизайном костюма, окончила художественную школу. Но когда защитила диплом, что-то изменилось, хотя от искусства я не отказалась. Учебе на юриста я долго не могла найти логического объяснения. Но потом поняла. Сейчас юридическое образование очень помогает, потому что моя работа сегодня — это 10% творчества и 90% менеджмента, документооборота и общения с партнерами.

Анастасия Андреева, основатель онлайн-академии и куратор ARTLIFE FEST

Фото: предоставлено ARTLIFE

Вы брали что-то за образец, создавая ARTLIFE? Может, есть какой-то аналог фестиваля в мире?

Мне нравится ярмарка Art Basel. Но для меня, как для куратора ARTLIFE, было важно, чтобы искусство, которое мы транслируем и показываем, было понятно широкой аудитории. Как правило, когда мы говорим «современное искусство», у людей в голове возникает что-то странное. Например, если ты идешь в «Гараж», то надо быть подготовленным. Нам не хотелось, чтобы у нас на фестивале зрители чувствовали себя как на чужом празднике.

Что для вас «понятное искусство»?

Для нас это прежде всего определенное классическое прочтение, но, как говорится, в современной обработке. То есть это классические формы и классические материалы. Нам важно показать, что и масло, и акварель могут быть современными, актуальными и не менее интересными, чем видеоарт или инсталляция из груды мусора. Представленное у нас искусство должно быть понятно мне, вам, нашим мамам, детям. Что это за искусство, которое нужно объяснять?

Как в этом году отбирали художников для фестиваля?

Работа Джозефа Ли

Фото: предоставлено ARTLIFE

Главный критерий — художник должен уметь и хотеть делиться своими знаниями. У нас упор на обучающую модель мероприятия. Плюс мы отбирали по техникам: у нас будут масло, пастель, акварель. Привязаться к какой-то одной тематике невозможно. В этом году в Базеле было много внимания уделено экологии. У нас так сделать не получится — мы не можем обязать всех наших художников создать что-то на одну тему. Из-за их плотного графика мы от некоторых с трудом вовремя получаем картины. (Смеется.) Мы, разумеется, мониторим, где художник выставлялся до этого. Есть некий уровень, на который мы равняемся. У нас не только иностранные художники, но и российские. Есть и те русские, кто живет и работает за границей. Например, Константин Дворецкий, который в 1990-е переехал в Канаду. Это как раз тот случай, когда очень трудно добиться работ, потому что у него почти ничего нет в наличии: он пишет и тут же либо продает работы, либо отправляет на выставки и биеннале. И среди художников есть пять-шесть тех, кто создал картины именно под наш фестиваль.

Среди хедлайнеров фестиваля в этом году несколько очень известных фешен-иллюстраторов. Насколько сегодня востребовано это направление?

Начнем с того, что в нашей стране, к сожалению, фешен-иллюстрации почти нет. Почему мы везем художников, работающих в этом направлении? Потому что это действительно интересно, актуально, мы знаем, что это востребовано у учеников. У творческих людей есть такая проблема — они не могут монетизировать свое творчество. В фешен-иллюстрации, напротив, ты знаешь, кому это предложить. Мы привозим Блэр Брайтенштайн, она на данный момент один из самых популярных иллюстраторов в мире, работает и с Dior, и с Chanel. Она звезда. И она ни на кого не смотрела, не оглядывалась, делала, как ей хочется и как она это видит. И благодаря тому, что на Западе есть этот рынок, она смогла достичь финансового успеха. А у нас этого рынка нет. Поэтому мы хотели, чтобы хороший спикер рассказал о своей сфере нашей аудитории. Кстати, до нас Блэр ни разу не давала мастер-классы.

А можно будет купить работы, выставленные на ARTLIFE?

Мы не ярмарка и не делаем на этом акцент. Но приобрести работы можно. Еще мы выпустим журнал Artlife Magazine, который одновременно будет и каталогом с работами художников. Обложку для него согласилась сделать Блэр Брайтенштайн. Так что издание получилось коллекционным. Всего мы напечатаем 900 экземпляров.

Работа Джозефа Ли

Фото: предоставлено ARTLIFE

В названии фестиваля слово «интерактивный». Расскажите, как технология дополненной реальности будет представлена в рамках ARTLIFE?

У нас будет специально разработанное приложение. Бесплатно скачав его, зрители смогут наводить свои смартфоны на картины и видеть разные спецэффекты. К примеру, у Элен Баллок из иллюстрации с девушкой в платье Valentino будут лететь на зрителя сердца. В этом году мы дополнили приложение аудиогидом. А еще задействовали VR-технологии. Художник Денис Семенов даст несколько мастер-классов. Их участники наденут очки, получат специальный брашинг-ролик и станут рисовать в воздухе: у них перед глазами на экране начнет возникать картина. Будет возможность скачать свою работу и распечатать на холсте. От современных технологий никуда не деться. Они плотно вошли в нашу жизнь и в искусство. Мы выступаем за их симбиоз с классическим искусством. В этом я, как куратор, вижу возможность привлечь массовую аудиторию. А это одна из наших главных целей.

Почему именно Трехгорная мануфактура стала местом проведения фестиваля?

В прошлом году по той простой причине, что нам было удобно расположение. В этом году город предложил несколько площадок на выбор. Среди них были «Манеж» и Музей Москвы. Но пока шли все согласования, «Манеж» заняли, а Музей Москвы не подошел нам по размещению всех мероприятий фестиваля. Поэтому мы снова остановились на «Трехгорке» с ее 2000 кв. м и идеальным периметром. В этом году вокруг самой выставки разместится зона мастер-классов.