Экономическое положение женщины в татарском обществе в конце XVIII первой половине XIX веков

А.М. ХАБИБУЛЛИНА

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ В ТАТАРСКОМ ОБЩЕСТВЕ В КОНЦЕ XVIII -ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКОВ

Жизнедеятельность женщины в татарском обществе в конце XVIII - первой половине XIX вв. регулировалась нормами шариата и российским законодательством. Поэтому положение татарки, в том числе ее экономическое благосостояние, следует рассматривать исходя из вышеназванных факторов.

Ислам еще в VII в. установил и закрепил экономическую независимость женщины. В последующие столетия эти вопросы были более тщательно разработаны мусульманскими правоведами и экономический статус мусульманки получил в шариате четкое определение. Однако по истечении времени и под влиянием местных традиций и обычаев нормы мусульманского права претерпевали изменения и часто не в пользу женщины. С конца XVIII в. правовое положение мусульманок начинает получать юридическое обоснование в Российской империи. Именно к этому времени относятся первые правительственные законы, регулирующие имущественные и семейно-брачные отношения мусульманского населения.

Большим завоеванием ислама в установлении правового положения женщины было введение понятия махр. Махр - это приданое, назначаемое жене при заключении брака от ее мужа из его имущества [1]. Об этой обязанности мужа говорится в одном из аятов Корана: «Давайте женам махр как их право. Если же по своему желанию они соблаговолят вам что-нибудь из него, то питайтесь этим на здоровье и благополучие» [2]. По шариату непременным условием при бракосочетании является письменное составление брачного договора, который фиксирует количество выкупа, т.е. махра. После подписания документа опекунами брачующихся, в роли которых выступали отцы, он должен был сохраняться у жены. Современные исследователи объясняют институт махра как исключительно исламское нововведение, значительно отличающееся от калыма, который представляет собой лишь выкуп за невесту, уплачиваемый ее семье [3]. Махр принадлежит только жене, и родители не вправе посягать на него. При расторжении брака или смерти мужа невыплаченная часть выкупа должна быть выплачена. Тем самым гарантируется материальная независимость жены во время замужества. Также застраховывается ее достойное существование в случае развода или вдовства.

У татар исследуемого периода выкуп за невесту называли словом калым. В привлеченных нами источниках, описывающих быт и традиции татар и относящихся к концу XVIII - первой половине XIX вв., не встречается термин махр. Размер калыма зависел от материального положения жениха и невесты и включал определенную сумму денег, скот, одежду. Часть выплачивалась при помолвке, на нее невеста покупала себе приданое. Другая часть оставалась у мужа и следовала к выплате при случае развода. Обычно выплата калыма осуществлялась по частям и растягивалась на несколько лет. Как упоминалось выше, все обязательства мужа в отношении супруги, в первую очередь порядок выплаты калыма, должны были быть оговорены в брачном договоре. Тем не менее отсутствуют документы, свидетельствующие о письменном оформ-

лении семейно-брачных отношений у татар в указанное время. Договоренность совершалась в устной форме между опекунами.

При разводе по инициативе мужа он обязывался выплатить оставшуюся часть выкупа и содержать жену на период идды. Это - срок ожидания, определяемый шариатом между двумя замужествами женщины, до истечения которого она не свободна для вступления в новый брак. В случае развода он составляет три месяца. Нужен для определения отцовства и дает время супругам обдумать свое решение, при желании свободно возобновить брак [4]. У татар в конце XVIII - первой половине XIX вв. практиковался «талак баин», т.е. окончательный развод по формуле трехкратного произношения слова «талак». Срок идды при окончательном «талаке» не соблюдается. Часть махра, выплачиваемую жене при разводе, составляли обычно украшения, определенная сумма денег, одежда, посуда. Единичными были случаи, когда при разводе жена получила недвижимое имущество.

В шариате есть понятие временного развода, т.е. с предоставлением идды. Нами выявлен только один случай временного развода, когда муж произнес однократно «талак» и выделил супруге трехмесячное материальное обеспечение [5].

Уничтожение брака по желанию супруги по мусульманским нормам ликвидирует обязанности мужа в отношении жены, к тому же она должна выкупить у мужа право на развод. Таким образом, развод по инициативе женщины становится очень выгодным для мужчины. Такой вид развода часто практиковался на селе. Это говорит о том, что сельские татарки в брако-разводных процессах являлись менее защищенной группой женщин-мусульманок. Они вынуждены были обращаться с просьбами в местные органы самоуправления по причине того, что сельские муллы оставляли без внимания жалобы женщины. Татарка фактически выкупала развод у мужа, дети обычно оставались с ней и в дальнейшем воспитании своих детей мужчина не участвовал.

Если брако-разводные процессы у татар разрешались только по нормам шариата, то в вопросах наследования они нередко обращались к гражданским властям, требуя разбирательства на основе российского законодательства. Последнее предусматривало более выгодные условия для женщин при разделе имущества: вдова наследовала из недвижимого имущества седьмую, а из движимого четвертую части, дети умершего получали равные части [7]. Тогда как по шариату жене при отсутствии наследников полагалась одна четвертая часть из всего имущества, в противном случае она получала одну восьмую часть. При наличии нескольких жен эти части делились между ними на равные части [8]. Дочери наследовали долю, в два раза меньшую доли сыновей. Женщина, исходя из своих интересов и обстоятельств, могла просить разрешение дела как по нормам мусульманского права, так и согласно российскому законодательству.

По исламу у женщины есть право на владение, пользование и распоряжение имуществом. Татарки купеческого и мещанского сословий имели собственное имущество и распоряжались им без разрешения мужа, совершали различные операции с недвижимостью: приобретали в собственность, продавали, сдавали в аренду. В фонде Татарской ратуши, а также фондах ряда государственных учреждений, хранящихся в Национальном архиве Республики Татарстан, отложились дела о сделках купле-продажи с участием женщин, имеются купчие, оформленные на татарок [9].

Однако, владея имуществом, татарки в основном предпочитали назначать доверенное лицо или опекуна и по доверенности передавали ему управление

своей собственностью, объясняя причину подобного решения неопытностью и нежелательностью «по магометанскому закону» участия в таких делах женщин. Доверенным лицом вдовы обычно выступал уважаемый среди татар человек, жену мог представлять муж. Отцы не имели права претендовать на собственность дочери или как-то влиять на ее решения. Они могли представлять интересы дочери, например, при составлении документов. Так, в фонде Татарской ратуши сохранилась доверенность на управление имуществом, доставшимся по завещанию мужа мещанской вдове, которую подписал родной отец женщины, из-за неграмотности дочери [10].

В качестве недвижимого имущества татарских женщин обычно упоминается каменный или деревянный дом с прилегающими постройками. Владели ли в конце XVIII - первой половине XIX вв. татарки торговыми местами, лавками или другой собственностью, не известно. По крайней мере, мы не располагаем такими данными.

Свое экономическое положение татарские женщины могли улучшить, записавшись в купечество и мещанство. Подобная практика существовала. Однако нередко это было вызвано не стремлением заняться торговлей, а желанием уберечь сыновей от рекрутства [11].

Таким образом, экономическое положение женщины в татарском обществе конца XVIII - первой половины XIX вв. обеспечивалось законами шариата и общероссийскими нормами. Большую часть жизни татарка проживала под опекой мужчин, но имела при себе определенное имущество. После развода или при вдовстве становилась полноправной хозяйкой и могла распоряжаться собственностью на свое усмотрение. Наиболее обеспеченными в материальном отношении и более решительными в отстаивании своих прав были представительницы купеческих и мещанских слоев.

Литература и источники

1. Торнау Н. Изложение начал мусульманского законоведения / Н. Торнау. СПб., 1850. С. 141.

2. Хайдар Баш. Права женщины в Исламе / Баш Хайдар. Казань: Мастер-Лайн, 2003. С. 31.

3. Тухватуллина Л.И. Проблема человека в трудах татарских богословов: конец XIX - начало XX веков / Л.И. Тухватуллина. Казань: Тат. кн. изд-во, 2003. С. 82.

4. Торнау Н. Указ. соч. С. 158-159.

5. Национальный архив республики Татарстан (НА РТ). Ф. 22. Оп. 2. Д. 97.

6. Коран / пер. И.Ю. Крачковского. М.: МНПП «Буква», 1991. С. 69-89.

7. Полное собрание законов Российской империи. Собрание 1-е. Т. 8. № 5717.

8. Эфендиев Р. Мухтасар шариат: учебник магометанского вероучения суннитского толка / Р. Эфендиев. Тифлис, 1911. Ч. 2. С. 37, 43-44.

9. НА РТ. Ф. 22. Оп. 1. Д. 296., Д. 305.

10. НА РТ. Ф. 22. Оп. 1. Д. 158. Л.14.

11. НА РТ. Ф. 22. Оп. 2. Д. 620. Л. 11 об.

ХАБИБУЛЛИНА АЛСУ МИРЗАЯНОВНА родилась 19S1 г. Окончила Казанский государственный университет. Аспирант Института татарской энциклопедии Академии наук Республики Татарстан. Область научных интересов - положение женщины в татарском обществе в конце XVIII - первой половине XIX вв. Автор 2 научных публикаций.