Дом из пробирки

Стройплощадки превращаются в лаборатории домостроительных идей.

В прошлом году к научному руководителю Высшей школы экономики Евгению Ясину приехали телевизионщики. Они интересовались, как ему живется в доме из пенопласта. Евгений Григорьевич водил их по загородному особняку, демонстрировал особенности микроклимата, а также выдающиеся экономические характеристики постройки.

Дом из пенопласта руководителя ВШЭ — не фантастика, а произведение вполне массовых строительных технологий. В частности, так называемой несъемной опалубки. Залив цемент в короб из пенопластовых стен, строители получают одновременно и стены, и утеплитель. Пенополистирол (в простонародье "пенопласт") — производная достижений современной химии, представитель модных строительных материалов, которые становятся все популярнее в строительстве. "Я не стесняюсь говорить клиентам, что мы продаем воздух,— рассказывает Франц Шмитцбергер, руководитель третьего по величине

в Европе производителя полистирола Sunpor.— Пенополистирол — это воздух, упакованный в тонкую оболочку из пластика. Он дешев, легок и обладает низкой теплопроводностью". Наряду с другими достижениями современной химии полистирол уверенно занимает место в ассортименте сегодняшней строительной индустрии. Мечта, которая как раз и описывается характеристиками "дешевле, легче, быстрее".

Сотовая связь

Генеральный директор ООО Plazna Владимир Шумовский продает дома с гарантийным сроком 750 лет. Но их пока не покупают. Возможно, потому, что людям сложно осмыслить этот временной интервал — тысячелетие и, скажем, решить, что они будут делать следующие 500 лет.

Шумовский — автор технологии "моносота", по которой дома создаются из взаимозаменяемых элементов. Моносота — шестистенный объем, где каждая поверхность (треугольник) самый прочный архитектурный концепт во вселенной, уверен Владимир. Представьте пчелиную соту размером с небольшую комнату, мысленно состыкуйте несколько сот друг с другом, и вы поймете, как выглядит моносотодом.

Основа моносоты — каркас, к нему крепятся съемные панели. Они же и есть заменяемые элементы, которые обеспечивают дому вечность. "Дом должен иметь потенциал к апгрейду,— уверен Шумовский.— Поставил каркас, а потом меняешь детали, дорабатываешь. Была стена, стало окно. Была кухня, стала спальня. Выросло новое поколение — изменил планировку, пристроил". Апгрейд касается и отделки — она производится с помощью сменных панелей. "Любые материалы, которые нам кажутся современными, постепенно устареют",— развивает мысль он. Если заглядывать на 750 лет вперед — наверняка.

Солома — экологически чистый материал с низкой тепло- и звукопроводимостью. При оштукатуривании солома достигает предельного порога огнестойкости

Трава у дома

Евгений Широков, в прошлом физик, а ныне президент белорусского отделения Международной академии экологии, автор технологии экологического домостроения в Белоруссии, тоже размышляет о вечном доме. "Дом будущего вырастет из сегодняшней ситуации,— говорит он.— Одна из главных проблем — воздух искусственной среды, которую человек создал и в которой проводит 23 часа в сутки". За последние 40 лет, по его словам, в мире появилось 100 тыс. новых химических соединений, чьи результаты воздействия на организм человека оценить сложно.

"Даже в Европе в помещении диагностируется 4 тыс. вредных соединений, а предельно допустимые концентрации (ПДК) определены только на 2 тыс., контролируется при этом 60,— продолжает Широков.— Что уж говорить о России или Белоруссии". Ответ Широкова несовершенным ПДК — дом, куда химическим соединениям вход заказан. Широков строит дома из прессованной соломы, что вызывает усмешку у тех, кто с этой технологией не знаком. Широков, получивший десятки международных грамот и почетных титулов, к этому привык, потому разъясняет спокойно. Основа такого дома — каркас, в который закладываются блоки из прессованной соломы.

Солома — экологически чистый материал, с низкой тепло- и звукопроводимостью. Легкий

и прочный. "Пуля не пробивает, мыши не едят",— говорит Широков. При оштукатуривании солома достигает предельного порога огнестойкости. И она в 1000 раз дешевле кирпича.

"Один из главных вопросов современного дома — вопрос энергосбережения,— объясняет Широков.— Вся экономика постсоветского ЖКХ приходится на невозобновляемые источники энергии. Но их осталось не так много — лет на 30-40. Что такое 40 лет? Срок жизни одного поколения".

На вопрос о снижении энергопотребления стройиндустрия ответ нашла давно: энергоэффективные дома, то есть дома с пониженным, а то и вовсе нулевым энергопотреблением. Добиться таких результатов можно с помощью грамотной конструкции (устранение "мостиков холода"), утепления (борьба с утечкой тепла через "тепловой контур" — стены, пол, окна) и различных инженерных идей. Например, рекуперация тепла: отобрать его у нагретого воздуха, уходящего

в вентиляцию, использовать тепло земли (если дом стоит на торфяной подушке). Солнечное тепло, которое надо уметь ловить, тепло, выделяемое человеком. Как максимум можно добиться, чтобы дом сам стал источником энергии — отдавая, точнее продавая, ее излишки в городскую сеть.

"Соломенный дом" Широкова базируется на той же энергоэффективной идее. "У нас есть экспериментальный проект, который полностью автономен,— говорит он.— Такой дом оборудуется солнечными батареями и ветряным электрогенератором на 1 кВт. Но это скорее демонстрация возможностей. В стандартном варианте дом позволяет в четыре раза снизить потребности в отоплении".

Сегодня по технологии Широкова построено уже 80 домов в Белоруссии. В России — один, в подмосковной Балашихе. Широков резюмирует свои принципы дома будущего: "Первое — в доме не должно быть химии. Второе — энергоэффективность". Плохо сочетаемые в теории, но уживающиеся в "соломенном доме" принципы.

6 часов занимает монтаж под ключ дома, сошедшего с конвейера домостроительного подразделения Toyota. Прибывшие на стройплощадку детали уже оснащены всем — от сантехники до ИТ-начинки

Завод на колесах

"Наш бизнес — три кита: земля, деньги, технологии,— говорит Алексей Шепель, председатель совета директоров S.Holding.— Кто владеет всеми тремя — король. Раньше было много денег, не было земли. Теперь земли до черта. Я проехался по городам — администрации только рады, начинай строить. Так что теперь у меня есть земля, нужны лишь технологии". Один из модных строительных мемов, который взял на вооружение S.Holding,— "мобильный ДСК". "В советское время было построено 600 ДСК,— напоминает Шепель.— Это огромные монстры. Гигантские площади: плита ползет из цеха в цех, негибкость, трудо- и энергозатраты. И это дорого".

На своих ДСК S.Holding изготавливает панели вертикальным способом в кассетах, где плита "никуда не едет". Это уменьшило размеры завода и потребности в обслуживающем персонале. Следующая новация — перенести компактные производства ближе к стройке. "У меня две производственные площадки в Подмосковье,— объясняет на примере Алексей Шепель.— Дороги забиты — пробки, возить стройматериалы с производства — золотыми станут. Мы поставили два маленьких ДСК в центре пятен застройки".

Шепель сравнивает строительство дома с постройкой авиалайнера. "Современных строительных материалов тысячи. Вопрос в том, как их правильно использовать. Когда вам надо построить самолет, вы же не идете на завод, правильно? Вы идете в КБ. А мы, говоря о строительстве дома, почему-то сразу подразумеваем стройплощадку",— сетует Шепель.

У Валерия Лещикова, основателя компании "Теплостен" и создателя одноименной технологии, тоже есть свои мобильные ДСК. В свое время он основал целый Институт российского скоростного домостроения. "Я сам строил советские ДСК и знаю все их пороки и проблемы",— рассказывает он. Знание пороков привело к созданию собственного ДСК, говоря о котором, Лещиков порой вздыхает: может, и зря он сделал его таким компактным, солидности не хватает. Завод, выпускающий продукции на 300 коттеджей в год, размещается на площади 30 х 30 м.

Завод — финальный продукт развития строительной системы Лещикова, в основе которой изобретенный им строительный блок — искусственный трехслойный камень размером 40 х 20 см и толщиной 30 см. Один слой в этом сэндвиче — силовой, другой — утеплитель, плюс внешняя отделка. Такой толщины оказалось достаточно, чтобы обеспечить теплоизоляцию, эквивалентную той, что имеет кирпичная стена толщиной более 2 м.

Лещиков уверен: ключевые факторы, определяющие экономику дома,— скорость его возведения и стоимость эксплуатации. "Россия — одна из самых холодных стран, а у нас самые холодные дома",— говорит он. Камень Лещикова в четыре раза повышает теплоэффективность дома. "По этой технологии строится весь мир,— уверен он.— От Швеции до Эмиратов. В таких помещениях зимой не холодно, летом не жарко".

Система Лещикова включает сотни решений, как строить быстро и дешево. В 2006 году он собрал по своей технологии дом за 24 часа. "У нас рабочий кладет 25 кв. м кладки в день, а на обычной стройке — 2 кв. м",— говорит Лещиков.

Дом Лещикова собирается как Lego. Для его возведения не требуется сложной и дорогой строительной техники. Лещиковские ДСК, размещенные в центре "пятна застройки", решают проблему логистики и производят камень из доступного и дешевого местного сырья.

Сегодня в России работают 158 мини-заводов Лещикова, за последний год их стало на 30 больше. На реплику, что это неплохие темпы, он отвечает: "Да какие темпы!" И говорит, что задумывал технологию как глобальную, как способ изменить мир. Правда, мир пока меняется медленно.

Дом будущего

Дом с гарантийным сроком в 750 лет, квартал, который возводится за 24 часа, утепление дома воздухом и тысячи других идей готовы воплотить в жизнь инноваторы от строительства, чтобы придумать заново дом, в котором мы живем. "Секрет фирмы" отобрал основные направления этой работы.