Я сам управляю вертолетом

В этом году швейцарская часовая марка Breitling отмечает десятилетие успешного союза с британской автомобильной компанией Bentley. Вице-президент Breitling Жан-Поль Жирарден вспоминает о том, как родилось это сотрудничество.

1 / 2

— Ваш союз с Bentley сегодня, после десяти лет совместной работы, считается образцовым. У кого возникла идея поработать вместе?

— Bentley — это великий культовый автомобильный бренд, это марка, которая начала славную историю суточных гонок во французском Ле-Мане. В 1998 году марка Bentley вошла в состав Volkswagen Group. И в 2002-м всем интересующимся автомобильным спортом стало очевидно, что в Bentley готовятся к новому витку в своей бурной истории. И правда: в июне 2003 года Bentley Team снова, спустя 70 лет, с триумфом выиграла эту сложнейшую гонку — 24 Heures du Mans. Но мы начали переговоры с Bentley еще в 2002 году, когда только узнали о таких серьезных творческих планах. Приблизительно год мы создавали дебютные часы нашей замечательной линейки Breitling for Bentley. Стоит также заметить, что часовая компания Breitling стала первой маркой, заключившей подобное соглашение с автомобильным брендом. К тому же мы в Breitling не просто выпускали наручные часы во славу Bentley. Мы комплектовали своими часами и панельные доски приборов. Например, в купе Continental GT, принципиально новом автомобиле, впервые показанном в 2003 году, сразу после победы Bentley Team в 24 Heures du Mans, в панельной доске были именно часы Breitling.

— Годы такого успеха говорят о том, что идея сотрудничества была правильной. Что объединяет часовой и автомобильный бренды?

— Ежедневный труд, огромный опыт, большая история, трепетное отношение к производству, твердый и явный стиль наших продуктов. И, разумеется, их качество. Если вы поедете на завод Bentley в английском городе Крю, что в графстве Чешир, то сможете сами убедиться: почти все, что делают в Крю, это ручной труд. Если вы приедете к нам на часовую мануфактуру, то увидите: и у нас — ручной труд тоже! Согласитесь, что многие подобные автомобильно-часовые союзы, подававшие некогда большие надежды, сегодня распались. А наше сотрудничество продолжается! Я хотел бы подчеркнуть, что мы в Breitling очень внимательно относимся к замечательной истории компании Bentley. Так, к примеру, мы делали коллекцию, посвященную Вульфу Барнато, главе, патрону Bentley Team, легендарному миллионеру, плейбою и, конечно же, великому гонщику прошлых лет. У Breitling также есть хронографы, которые мы сделали и в память о великих победах Bentley на пыльной трассе Сартэ, на суточных гонках в Ле-Мане — эти триумфы имели место в 1920-х годах. Словом, в нашей работе с Bentley мы стараемся действительно с вниманием историков относиться к тому, что происходило в марке.

— Вы гонщик? Или у вас есть какое-нибудь другое спортивное хобби?

— Конечно, я люблю автомобили, но я непрофессиональный гонщик. Зато я пилот. Я лично управляю вертолетом, много летаю над Швейцарией. Между авиацией и гонками я выбираю авиацию. Я выбираю небо! К тому же наша марка много лет выпускает часы, предназначенные для профессиональной авиации. А другом и послом нашего часового искусства является культовый американский актер и летчик Джон Траволта.

— Какие у вас планы по развитию Breitling на российском рынке? Может, речь идет об открытии магазина в Москве?

— Конечно, Россия — очень заметный, крайне серьезный для нас рынок, нас любят в вашей стране, у нас много верных, преданных клиентов. Поэтому открытие магазина в Москве — это дело времени. Дело в том, что нам важно найти наше место, нашу точку для бутика — как мы сделали в Нью-Йорке, на Манхэттене, или в Лондоне, на Бонд-стрит. Ведь Breitling — это серьезные часы, а мы, работающие в марке, привыкли делать все очень основательно.