К вопросу о квалификации групповых преступлений

трибунй молодого ученого

Лебедев Алексей Евгеньевич Lebedev Alexei Evgenyevich

помощник прокурора Шахунского района Нижегородской области, аспирант

Академия Генеральной прокуратуры Российской Федерации

assistant to public prosecutor, Shahun’ya district, Nizhny Novgorod region, postgraduate Academy of the Prosecutor general’s office of the Russian Federation

Email: alexei_lebedev@inbox.ru

К вопросу о квалификации групповых преступлений To question about qualification of group crimes

Статья посвящена теоретическому анализу множественности лиц как признака соучастия в преступлении, квалификации преступлений как групповых. Особое внимание уделяется квалификации преступлений со специальным субъектом.

Ключевые слова: соучастие в преступлении, множественность лиц, преступная группа, специальный субъект преступления.

The article is devoted to the theoretical analysis of multiplicity of the persons as sign of the complicity in crime, qualifications of the crimes as group. Emphases is spared qualifications of the crimes with special subject.

Keywords: complicity in crime, multiplicity of the persons, group crimes, special subject of crime.

Совершение общественно опасного деяния в составе преступной группы, безусловно, повышает степень общественной опасности преступления. Это связано с тем, что кооперирование нескольких лиц, непосредственно выполняющих объективную сторону состава преступления, значительно облегчает реализацию преступного умысла, позволяет легко подавлять сопротивление потерпевших, скрывать следы и легализовать предметы преступлений.

Чем выше степень организованности группы, тем выше общественная опасность совершаемых ею преступлений и соответственно тем суровее должно быть назначено наказание за их совершение, для того чтобы цели уголовного законодательства были достигнуты. Указанное обстоятельство налагает особую ответственность на правоприменителя по установлению признаков групповых преступлений и их правильной квалификации.

Согласно сложившейся в теории уголовного права и судебной практике точки зрения преступная группа является одной из форм соучастия [1]. Поэтому для квалификации преступления как группового необходимо, прежде всего, установление всех признаков соучастия: двух объективных (участие двух и более лиц; совместность действий) и двух субъективных (умышленность совместных действий; участие в совершении умышленного преступления).

При квалификации групповых преступлений сложности возникают при интерпретации признаков, определяющих множественность лиц и умыш-

ленность их действий. В связи с тем, что в определении соучастия говорится о лицах, а не о субъектах преступления, возникли различные предположения о содержании данного понятия.

Одни авторы отмечают, что поскольку при определении соучастия в статье 32 УК РФ не указаны такие признаки соучастников, как вменяемость и достижение возраста, с которого наступает уголовная ответственность, то закон допускает возможность квалифицировать любое умышленное преступление, непосредственно совершенное лицом, способным нести уголовную ответственность совместно с одним или несколькими лицами, не обладающими признаками субъекта преступления, как преступление, совершенное группой лиц [2; 3].

Другие ученые полагают, что групповое преступление является самостоятельным институтом уголовного права наряду с соучастием и также признают групповым исполнением совершение преступления надлежащим субъектом совместно с лицами, не подлежащими уголовной ответственности [4, с. 275].

Следует признать, что подобной же позиции длительное время придерживался и Верховный Суд Российской Федерации. Так, в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 марта 1966 года «О судебной практике по делам о грабеже и разбое», а также в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 апреля 1992 года «О судебной практике по делам об изнасиловании» говорилось, что действия участников подлежат квалификации как групповое преступление независи-

Лебедев А.Е. К вопросу о квалификации групповых преступлений

Лебедев А.Е. К вопросу о квалификации групповых преступлений

мо от того, что остальные участники преступления ввиду невменяемости, недостижения возраста уголовной ответственности или по другим предусмотренным законом основаниям не были привлечены к уголовной ответственности [5].

В настоящее время Пленум Верховного суда РФ вопрос совершения преступления годным субъектом совместно с лицом, не подлежащим уголовной ответственности, обходит молчанием, что также не вносит определенности и стабильности в процесс квалификации групповых преступлений.

Так, первоначально в абзаце первом пункта 12 постановления Пленума Верховного суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» было указано, что «действия лиц, похитивших чужое имущество путем кражи, грабежа или разбоя группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, следует квалифицировать по соответствующим пунктам статей 158, 161 и 162 УК РФ по признакам «группа лиц по предварительному сговору» или «организованная группа», если в совершении этого преступления совместно участвовали два или более исполнителя, которые в силу статьи 19 УК РФ подлежат уголовной ответственности за содеянное» [6].

Однако уже 23 декабря 2010 года в связи с необходимостью приведения некоторых постановлений Пленума Верховного суда РФ в соответствие с действующим законодательством и правовыми позициями Конституционного Суда РФ было вынесено постановление № 31 «Об изменении и дополнении некоторых постановлений пленума Верховного суда РФ по уголовным делам», которым из постановления Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» абзац первый пункта 12 исключен [7].

В пункте 9 ранее действовавшего постановления Пленума Верховного суда РФ от 14 февраля 2000 года № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» говорилось, что совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста или невменяемости, не создает соучастия [8].

В постановление же Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.201 1 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» данной проблеме не уделяется внимания [9].

Таким образом, ни в одном из действующих постановлений Пленума Верховного Суда РФ не содержится разъяснений относительно квалификации преступлений, совершаемых совместно с негодным субъектом.

По мнению некоторых ученых, подобное «молчаливое» изменение правовой позиции Верховного Суда РФ косвенно свидетельствует в пользу квалификации преступлений, совершаемых совместно с негодным субъектом, как групповых и является вполне приемлемым [10].

Безусловно, данное правило квалификации групповых преступлений имеет существенные обоснования. Невменение квалифицирующего признака группового преступления значительно понижает наказуемость деяния, что, конечно же, осознается преступником и становится весьма «выгодным» для него вариантом преступного поведения.

При этом степень общественной опасности преступления, совершенного совместно с негодным субъектом выше, чем у преступления, совершенного единолично, соответственно права и законные интересы потерпевшей стороны нуждаются в большей уголовно-правовой охране, что не может обеспечить привлечение виновного к уголовной ответственности без вменения ему группового преступления как квалифицирующего признака преступления.

Сторонники данного подхода указывают также, что невменяемость лица или недостижение возраста влияют на возможность привлечения его к уголовной ответственности, а не на способность совершения им преступления. Отсутствие статуса субъекта преступления у одних лиц недолжно влиять на уголовную ответственность годных субъектов, участвовавших в совместном совершении преступления.

Подобная позиция не может быть признана убедительной по следующим основаниям.

Во-первых, необходимо учитывать согласованность и взаимосвязь отдельных статей Общей части УК РФ между собой. Так, глава 4 УК РФ «Лица, подлежащие уголовной ответственности» определяет общие для всей системы УК РФ условия уголовной ответственности физических лиц. В частности, статьей 19 УК РФ предусмотрено, что уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного настоящим Кодексом. Данное понятие лица распространяется на все нормы Общей части УК РФ, в том числе нормы о соучастии в преступлении.

При этом следует отметить, что надлежащий субъект рассматривается не только относительно возможности привлечения лица к уголовной ответственности, но само участие в совершении преступления, то есть деяния, содержащего все признаки состава преступления, могут принимать лишь надлежащие субъекты.

Ненадлежащий субъект может совершить или принять участие в совершении общественно опасного деяния, однако преступлением для него оно являться не будет. Не случайно УК РФ и УПК РФ в нормах, регламентирующих основания для применения принудительных мер медицинского характера и порядок процессуального производства о применении указанных мер (статья 97 УК РФ и статья 433 УПК РФ), используют для таких лиц категорию «деяние, предусмотренное статьей Особенной части УК РФ».

Во-вторых, групповое преступление, являясь формой соучастия, требует установления всех признаков соучастия и, в частности, умышленности совместных действий.

Так, еще Н.С. Таганцев указывал, что соучастие предполагает не только совместный вклад в совершение преступления, но и совместную вину, и ответственность за общий преступный результат [11, с. 328—330].

Умысел каждого соучастника складывается из интеллектуальных элементов, включающих: осознание общественной опасности собственного деяния; осознание общественно опасного характера деяния других соучастников; предвидение наступления совместного преступного результата, а также волевого момента — желания совместного достижения преступного результата.

Бесспорно, только при совместном совершении преступления двумя и более вменяемыми, достигшими возраста уголовной ответственности лицами можно вести речь об умышленном характере их совместных действий и наличии двусторонней субъективной связи.

И наконец, необходимо учитывать системное единство Общей и Особенной частей УК РФ. Так, понятия и разновидности преступных групп определены главой 7 УК РФ «Соучастие в преступлении». Статья 35 УК РФ «Совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой, преступным сообществом (преступной организацией)» устанавливает правила квалификации, единые для всех составов преступлений, которые в свою очередь определены в Особенной части УК РФ, в диспозициях статей которых предусмотрено их совершение в составе преступной группы. Следовательно, рассмотрение группового преступления за пределами соучастия недопустимо, иное толкование и применение закона неприемлемо, так как преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только УК РФ.

Таким образом, можно констатировать, что для квалификации преступления как группового необходимо наличие двух и более лиц, каждое из которых должно отвечать общим условиям, предусмотренным статьей 19 УК РФ и быть надлежащим субъектом преступления.

В настоящее время данной позиции придерживаются многие ученые в области уголовного права [12—19].

Следует также отметить, что и без вменения квалифицирующего признака группового преступления уголовный закон устанавливает повышенную ответственность для лица, совершившего преступление совместно с негодным субъектом и соответственно повышенную степень уголовноправовой охраны потерпевшего. Так, в пункте «д» части 1 статьи 63 УК РФ привлечение к совершению преступления лиц, которые страдают тяжелыми психическими расстройствами либо находятся в состоянии опьянения, а также лиц, не достигших возраста, с которого наступает уголовная ответственность, предусмотрено в качестве отягчающего наказание обстоятельства.

Кроме того, в целях соблюдения принципа справедливости можно предложить в ряде составов преступлений, совместное совершение которых годным и негодным субъектами является достаточно типичным, закрепить квалифицирующий признак аналогичный обстоятельству, предусмотренному в пункте «д» части 1 статьи 63 УК РФ, что позволит повысить наказуемость преступления адекватно степени его общественной опасности.

Еще более сложным является вопрос квалификации группового преступления с так называемым специальным субъектом.

Преступление со специальным субъектом можно определить как общественно опасное деяние, для которого законодателем помимо общих признаков субъекта (статус физического лица, вменяемость и достижение установленного возраста) в качестве обязательных закреплены дополнительные признаки.

В теории уголовного права групповое совершение преступления именуется соисполнительством, что означает признание совершенного общественно опасного деяния групповым только при наличии двух и более исполнителей. Данное правило нашло свое отражение в части 1 статьи 35 УК РФ и подтверждается сложившейся судебной практикой [20; 21].

В силу части 4 статьи 34 УК РФ лицо, не являющееся субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части настоящего Кодекса, участвовавшее в совершении преступления, предусмотренного этой статьей, несет уголовную ответственность за данное преступление в качестве его организатора, подстрекателя или пособника.

Таким образом, уголовный закон предусматривает, что преступление со специальным субъектом в качестве исполнителя может совершить только лицо, обладающее специальными признаками. Общий субъект не может непосредственно совершить преступление со специальным субъектом, а может лишь принимать участие в его совершении в качестве иного соучастника. Следовательно, преступление со специальным субъектом может быть квалифицировано по признаку группы лиц только при наличии двух и более специальных субъектов — исполнителей преступления.

Однако преступления со специальным субъектом рассредоточены по всем главам Особенной части УК РФ, специальные субъекты наделены законодателем совершенно разными признаками: социально-правовой статус (гражданство, военная служба, участие в судебном процессе), должность или профессия (гл. 23, 30 УК РФ), особое состояние психики (статьи 106, 107, 113 УК РФ), демографические и физиологические признаки (статьи 121, 122, 131, 134, 150 УК РФ) и т. д. Признаки специального субъекта либо связаны только с личностью преступника, либо входят во взаимосвязь с другими элементами состава преступления, в силу этого многие преступления со специальным субъектом

Лебедев А.Е. К вопросу о квалификации групповых преступлений

Лебедев А.Е. К вопросу о квалификации групповых преступлений

обладают своей спецификой, которая находит свое отражение и в квалификации преступления по признаку группы лиц.

Часть 4 статьи 34 УК РФ не учитывает специфики отдельных составов преступлений и форм соучастия, поэтому не может быть использована в качестве универсального правила.

Преступления со специальным субъектом можно подразделить на две группы: одни из преступлений могут быть непосредственно совершены только специальным субъектом, особенности же состава других позволяют совершать действия, входящие в объективную сторону преступления, и лицам, не являющимся специальными субъектами (ст. 131, п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ и т. д.).

Для квалификации в качестве групповых преступлений, которые в силу особого характера правоотношений могут быть непосредственно совершены только специальным субъектом, необходимо, чтобы непосредственное участие в их совершении принимали два и более специальных субъекта.

Преступления из второй категории как групповые могут быть квалифицированы и при одном специальном субъекте в случае их непосредственного совершения (в соисполнительстве) с общим субъектом. Так, абзацем 3 пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 11 от 15 июня 2004 года «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что групповым изнасилованием или совершением насильственных действий сексуального характера должны признаваться не только действия лиц, непосредственно совершивших насильственный половой акт или насильственные действия сексуального характера, но и действия лиц, содействовавших им путем применения физического или психического насилия к потерпевшему лицу. При этом действия лиц, лично не совершавших насильственного полового акта или насильственных действий сексуального характера, но путем применения насилия содействовавших другим лицам в совершении преступления, следует квалифицировать как соисполнительство в групповом изнасиловании или совершении насильственных действий сексуального характера [22]. Таким образом, групповым признается изнасилование, в случае если для подавления сопротивления потерпевшей насилие применяет женщина, а половое сношение осуществляет мужчина.

Для квалификации преступлений, совершенных организованной группой, а также преступным сообществом (преступной организацией) судебная практика выработала специальное правило, согласно которому «действия всех соучастников независимо от их роли в содеянном подлежат квалификации как соисполнительство без ссылки на статью 33 УК РФ» [23]. Однако применимо ли указанное правило к преступлениям со специальным субъектом?

Некоторые авторы полагают, что на участников организованной группы, преступного сообщества

(преступной организации) не распространяется правило, изложенное в части 4 статьи 34 УК РФ. Во всех случаях их участники независимо от характера фактически выполняемых ими ролей должны нести ответственность как соисполнители [24; 25].

Верховный Суд РФ в данном вопросе также не отличается стабильной правовой позицией.

Так, в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 года № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» [26] указывается, что если в организованную группу входят лица, не являющиеся специальными субъектами преступления, которые заранее объединились для совершения одного или нескольких преступлений, то при наличии к тому оснований они несут ответственность как организаторы, подстрекатели либо пособники.

Подобное разъяснение содержалось и в пункте 13 ранее действовавшего постановления Пленума Верховного суда РФ от 10 февраля 2000 года № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» [27].

Однако в пункте 16 постановления Пленума Верховного суда РФ от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» говорится, что в организованную группу помимо одного или нескольких должностных лиц или лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческой или иной организации, могут входить лица, не обладающие признаками специального субъекта получения взятки или коммерческого подкупа, и в случае признания получения взятки или коммерческого подкупа организованной группой действия всех ее членов, принимавших участие в подготовке и совершении этих преступлений, независимо от того, выполняли ли они функции исполнителя, организатора, подстрекателя или пособника, подлежат квалификации по соответствующей части статьи 290 или статьи 204 УК РФ без ссылки на статью 33 УК РФ.

При разрешении данного вопроса также необходимо учитывать не нашедшие свое отражение в части 4 статьи 34 УК РФ многообразие и специфику преступлений со специальным субъектом.

При квалификации преступлений, которые в силу особого характера правоотношений могут быть непосредственно совершены только специальным субъектом, недопустимо возлагать ответственность на общих субъектов как на исполнителей преступления, даже совершенного организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией).

Так, ни при каких обстоятельствах не может быть исполнителем получения взятки водитель или, как это нередко бывает, общественный помощник должностного лица, поэтому вряд ли можно признать точку зрения, изложенную в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» состоятельной.

Напротив, в преступлениях, часть объективной стороны которых может быть совершена лицами, не являющимися специальными субъектами, недопустимо действия общего субъекта преступления, фактически исполнявшего роль соисполнителя, юридически приравнивать к действиям иных соучастников (организатора, подстрекателя или пособника).

Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что законодательное правило, содержащееся в части 4 статьи 34 УК РФ, в существующем виде не позволяет правоприменителю производить верную, обоснованную с социально-правовой точки зрения оценку общественно опасных деяний, совершаемых специальными субъектами совместно с иными подлежащими уголовной ответственности лицами.

Вместе с тем, нельзя согласиться с авторами, которые сомневаются в целесообразности включения в уголовный закон части 4 статьи 34 УК РФ [28]. Данное правило необходимо, но нуждается в уточнении.

В частности, можно предложить следующую редакцию части 4 статьи 34 УК РФ: «Лицо, не являющееся субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части настоящего Кодекса, участвовавшее в совершении преступления, предусмотренного этой статьей, несет уголовную ответственность за данное преступление в качестве его организатора, подстрекателя, пособника либо соисполнителя, если часть объективной стороны преступления может быть совершена и лицом, не являющимся субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части настоящего Кодекса».

Примечания

1. Иванов Н. Соучастие в правоприменительной практике и доктрине уголовного права // Уголовное право. 2006. № 6.

2. Рарог А., Есаков Г. Понимание Верховным Судом РФ «группы лиц» соответствует принципу справедливости // Российская юстиция. 2002. № 1.

3. Трухин А. Соучастник преступления // Уголовное право. 2006. № 3.

4. Энциклопедия уголовного права. Т. 6: Соучастие в преступлении. 2-е изд. СПб., 2011.

5. Сборник постановлений Пленума Верховного Суда РФ 1961—1993. М., 1994.

6. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. № 2.

7. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2011. № 2.

8. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. № 4.

9. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2011. № 4.

10. Есаков Г. Квалификация совместного совершения преступления с лицом, не подлежащим уголовной ответственности: новый поворот в судебной практике // Уголовное право. 2011. № 2.

11. Таганцев Н.С. Русское уголовное право: лекции. Часть Общая: в 2 т. СПб., 1902. Т. 1.

12. Уголовное право России. Часть Общая: учебник для вузов. 2-е изд., перераб. и доп. / под ред. Л.Л. Кругликова. М., 2005.

13. Уголовное право. Общая и Особенная части: учебник для вузов / под ред. Н.Г. Кадникова. М., 2006.

14. Наумов А.В. Российское уголовное право: курс лекций: в 3 т. Т. 1. Общая часть. 4-е изд., перераб. и доп. М., 2007.

15. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: учебник. 2-е изд., перераб. и доп. / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. М.,

2008.

16. Уголовное право России. Общая часть: учебник. 2-е изд., испр. и доп. / под ред. В.П. Ревина. М., 2009.

17. Уголовное право России. Общая часть: учебник / С.А. Балеев [и др.]; под ред. Ф.Р. Сундурова, И.А. Тарханова. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2009.

18. Кочои С.М. Уголовное право. Общая и Особенная части: краткий курс. М., 2010.

19. Уголовное право. Общая часть: учебник для бакалавров / под ред. А.И. Чучаева. М., 2012; и др.

20. Определение Верховного Суда РФ № 56-Д11 -16 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2011. № 10.

21. Определение Верховного Суда РФ № 12-О12-2 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2013. № 2.

22. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. № 8.

23. О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое: постановления Пленума Верховного Суда РФ от

27.12.2002 № 29 (п. 15) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. № 2.

24. Макарова Т.Г. Соучастие в преступлении со специальным субъектом: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2000.

25. Энциклопедия уголовного права. Т. 6: Соучастие в преступлении. 2-е изд. СПб., 2011.

26. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. № 2.

27. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. № 4.

28. Волженкин Б.В. Некоторые проблемы соучастия в преступлениях, совершаемых специальными субъектами // Уголовное право. 2000. № 1.

Notes

1. Ivanov N. Complicity in the crime in the law enforcement practice and the doctrine of criminal law//Criminal law 2006. № 6.

2. Rarog A., Esakov G. The understanding of the Supreme Court of the Russian Federation «group of persons» is consistent with the principle of fairness // Russian justice. 2002. № 1.

3. Trukhin A. Accomplice of crime // Criminal law. 2006. № 3.

4. Encyclopedia of criminal law. V. 6: Complicity in the crime. 2th ed. St. Petersburg, 2011.

5. Decrees of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation 1961 to 1993. Moscow, 1994.

6. Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2003. № 2.

7. Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2011. № 2.

8. Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2000. № 4.

9. Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2011. № 4.

10. EsakovG. The Qualification of the joint commission of a crime with a person is not subject to criminal liability: a new twist in the court practice // Criminal law. 2011. № 2.

Лебедев А.Е. К вопросу о квалификации групповых преступлений

Лебедев А.Е. К вопросу о квалификации групповых преступлений

трибуни молодого ученого

11. Tagantsev N.S. Russian criminal law: the lectures. General part: in 2 vol. St. Petersburg, 1902. Vol. 1.

12. Criminal law of Russia. General part: textbook for universities. 2th edition, revised and enlarged / ed. by L.L. Kruglikova. Moscow, 2005.

13. Criminal law. General and Special part: textbook for universities / ed. by N. Kadnikov. Moscow, 2006.

14. Naumov A.V. Russian criminal law. Course of lectures: in 3 vol. Vol. 1. General part. 4th edition., rev. and extra. Moscow, 2007.

15. Criminal law of the Russian Federation. General part: textbook. 2th edition, revised and enlarged / ed. by L.V. Inog-amova-Khegay, A.I. Rarog, A.I. Chuchaev. Moscow, 2008.

16. Criminal law of Russia. General part: textbook. 2th edition, corrected and supplemented / ed. by V.P Revin. Moscow,

2009.

17. Criminal law of Russia. General part: textbook /

S.A. Baleev [and others]; ed. by F.R. Sundurov, I.A. Tarkhanov. 3th edition., rev. and supplementary. Moscow, 2009.

18. Kochoi S.M. Criminal law. General and Special parts: short course. Moscow, 2010.

19. Criminal law. General part: textbook for undergraduate / ed. by A.I. Chuchaev. Moscow, 2012; and others.

20. Prejudication of the Supreme Court of the RF № 56-D11-16 // Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2011. № 10.

21. Prejudication of the Supreme Court of the RF № 12012-2 // Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2013. № 2.

22. Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2004. № 8.

23. On judicial practice in cases of theft, robbery, armed robbery: resolution of the Plenum of the Supreme Court dated

27.12.2002 № 29 (p. 15) // Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2003. № 2.

24. Makarova T.G. Complicity of special subjects: author’s abstract... candidate of legal sciences. St. Petersburg, 2000.

25. Encyclopedia of criminal law. V. 6: Complicity in the crime. 2th ed. St. Petersburg, 2011.

26. Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2008. № 2.

27. Bulletin of the Supreme Court of the RF. 2000. № 4.

28. VolzhenkinB.V. Some problems of complicity in crimes committed by special subjects // Criminal law. 2000. № 1.