Исследования травм тихоокеанских лососей в бассейне реки Амур

2002

Известия Тихоокеанского научно-исследовательского рыбохозяйственного центра

Том 130

Н.Ф.Капланова, С.Ф.Золотухин

ИССЛЕДОВАНИЯ ТРАВМ ТИХООКЕАНСКИХ ЛОСОСЕЙ В БАССЕЙНЕ РЕКИ АМУР

В последнее время специалисты многих предприятий, ведущих промысел лососей в устьях дальневосточных рек, говорят о большом ущербе, наносимом рыбам морскими млекопитающими. По их мнению, доля лососей, потребляемых белухой и нерпой, настолько велика, что необходим отстрел морских животных.

Стандартный биологический анализ тихоокеанских лососей, выполняемый специалистами отделений ТИНРО-центра и КНС рыбводов на огромной территории от Приморья до Чукотки, иногда включает данные о травмах на рыбах, но травмы эти идентифицируются ихтиологами исходя из собственного опыта. Во многих регионах Дальнего Востока накоплены подобные сведения.

В 1961 г. Советско-Японская Рыболовная Комиссия (СЯРК) предложила методику исследования травм лососей, по которой дифференцируются травмы: от присоса миноги, от крючковой снасти, от дрифтерных сетей и от других причин. В эти другие причины вошли и травмы от морских млекопитающих. Но инструкция оказалась бесполезна для идентификации источника травм, т.е. тех морских млекопитающих и хищных рыб, которые и наносят травмы лососям. Такие раны просто объединялись в одну группу.

В большинстве своем данные о травмированности рыб остаются неопубликованными именно из-за недостоверности идентификации травм. Так, работая в 1980-х гг. в бассейнах рек материкового побережья Японского моря и Татарского пролива, один из авторов убедился, что ихтиологи ТИНРО и КНС Приморрыбвода называли характерные раны от алепизавра и от кинжалозуба следом от челюстей акулы.

В 1990-е гг. в печати появилось несколько сообщений на эту тему, которые, в отличие от инструкции СЯРК, содержали методические указания по идентификации травм. Так, Радченко и Семенченко (Radchenko, Semenchenko, 1996) представили фотографию и показали характерные раны лососей от кинжалозуба. В 1997 г. И.В.Мельников описал распространение хищников - потребителей лососей и характерные различия травм от алепизавра и кинжалозуба. Он же отметил, что колючая акула не является потребителем тихоокеанских лососей. А.Т.Ащеп-ков и В.И.Радченко (2000) опубликовали данные о доле потребления лососей в море алепизавром, кинжалозубом, белухой, нерпами и сделали вывод о том, что долгое время рыбаки на Дальнем Востоке приписывали нерпам те раны, которые на самом деле наносились алепизавром и кин-жалозубом.

К сожалению, никто из авторов не приводил описание травм и не исследовал различия травм от сельдевой акулы, северного морского котика, белухи и нерпы, доля потребления лососей которыми весьма высока. Биологи же намеренно обходят этот вопрос из-за отсутствия методической литературы. Так, Э.С.Гришина (2000) исследовала динамику травматизма горбуши от ларги в бассейне р.Утка (западная Камчатка) в устье, на нижних и верхних нерестилищах, не описав характер травм и не объяснив, например, чем травмы от когтей ларги отличаются от травм от когтей медведя. Подробные исследования травм нерки в Мейны-пильгынской озерно-речной системе (Чукотка) выполнил Е.В.Голубь (2001). Однако в описании травм от морских млекопитающих он ограничивается словами "следы зубов", хотя известно, что ларга хватает лососей и когтями, которые имеются у нее на ластах.

Нельзя не признать, что некоторые виды травм являются, наравне с метками, надежными источниками информации об уровне смертности лососей в период морского нагула от конкретных видов хищников и от конкретных орудий лова. Анализ динамики этих данных может иметь немаловажное значение для прогнозирования численности лососей.

До введения в 1970-х гг. исключительных 200-мильных зон прибрежными государствами северо-западной части Тихого океана в районе тихоокеанского побережья Японии работали тысячи японских судов, которые производили лов лососей дрифтерными сетями и крючковыми снастями - пелагическими ярусами. Следы от объячеивания лососей в дрифтерных сетях и крючки с оборванными поводками указывали на интенсивный промысел лососей в море. Часть травмированных рыб погибала в море, не доходя до нерестовых рек (Гаврилов, Пушкарева, 1996). Незажившие травмы лососей, зашедших в пресную воду, сразу же поражались грибковыми гифами, в результате чего такие рыбы часто погибали, не отнерестившись.

Уровень травмированности лососей от орудий рыболовства для российских биологов являлся одним из показателей интенсивности морского промысла. В 1950-е гг. специалисты Амурского отделения ТИНРО (Енютина, Крыхтин, 1957) обратили внимание на большое количество крючков от японских ярусных снастей, которые находили в лососях, выловленных в лимане Амура. Для горбуши Японского моря было выяснено (Гаврилов, Пушкарева, 1996), что в 1960-1970-е гг. уровень травматизма от дрифтерных сетей доходил до 18 % (в неурожайные годы). Интересны также данные И.З.Парпуры (1986) о том, что в 1970-е гг. от 6 до 14 % анадромной мальмы материкового побережья Японского моря было ранено японскими крючковыми снастями.

Проблемам исследований травм лососей в одном из важнейших промысловых районов Дальнего Востока - в бассейне реки Амур -посвящена данная работа.

Материал и методика

Работы по исследованию травм лососей в лимане Амура регулярно проводились с 60-х гг. по программе СЯРК сотрудниками Амурского (в настоящее время Хабаровского) отделения ТИНРО в лаборатории тихоокеанских лососей. Горбуша, осенняя и летняя кета появляется в лимане Амура, обойдя о.Сахалин с севера. Часть мигрантов проходит в Амур фарватером Невельского, и на ней основывается добывающий промысел левого берега лимана; другая часть направляется по Сахалинскому фарватеру, из которого затем, через Южный и Хуссинский фарватеры

1200

(возможно, и через Восточный) мигрирует в устье Амура. Основная масса кеты проходит в Амур фарватером Невельского, и уловы ее наиболее обильны на промысловых участках левого берега. В лимане Амура широко применяются стационарные орудия лова - заездки, они работают по принципу ставных неводов и не оставляют на рыбе травм от объячеива-ния. В начале 20-го в. их количество насчитывало до тридцати и более. Они располагались по левому и правому берегу амурского лимана. В настоящее время промысловый лов лососей в этом районе осуществляется четырьмя заездками (рис. 1).

Рис. 1. Расположение орудий лова лососей (заездки) в лимане Амура в 1994-2000 гг.

Fig. 1. Fishing gears (300-400 m long fish net trap) in Amur River estuary in 1994-2000

Сбор материалов проводился из уловов Нижне-Амурского рыбокомбината в районе пос. Чныррах и колхоза им. Блюхера в районе пос. Оремиф.

Пробы летней кеты и горбуши брали в лимане Амура из уловов Алеевского и Озерпахского заездков, осенней кеты - из Озерпахского, Сво-бодненского (2 км южнее Озерпахского заездка) и Пуирского заездков.

Ежегодно в течение нерестового хода для определения травмиро-ванности осматривалось от 1200 до 8900 особей каждого вида тихоокеанских лососей.

Материалом для исследований травм тихоокеанских лососей (амурской горбуши, летней и осенней кеты) послужили рыбы из промысловых уловов в лимане Амура в 1994-2000 гг.

Травмы лососей систематизировали по шкале, утвержденной Пятой сессией СЯРК в Токио 6 февраля - 28 марта 1961 г. Для настоящего сообщения данные были объединены в несколько групп: травмы от дриф-терных сетей, травмы от морских хищников, присосы миноги, язвы на теле и повреждения плавников, зажившие раны (рис. 2, 3).

Рис. 2. Травмы лососей: вверху слева - от дрифтерной сети; вверху справа - зажившая рана от морских хищных рыб; внизу слева - рваная рана от нерпы; внизу справа - от когтей нерпы

Fig. 2. Salmon injures: top left — drift net mark; top right — scar after sea prey fishes; down left — lacerated wound from harbor seal; down right — harbor seal claw mark

Рис. 3. Травмы лососей: вверху слева - от белухи; вверху справа - от клыков молодой нерпы; внизу слева - следы присоса миноги на молодой мальме (левая часть рисунка) и на жаберной крышке кеты (правая часть рисунка); внизу справа - от крючковой снасти на осетровых

Fig. 3. Salmon injures: top left — white whal teeth mark; top right — after young harbor seal canines; down left — lamprey marks on young Dolly Varden body (to left) and on the chum gill cover; down right — after sturgeon hook gear

Результаты наблюдений

На путях миграций амурских лососей из Тихого океана к Амурскому лиману лососей могут потреблять различные хищники: из китообразных - косатка; из ушастых тюленей - сивуч и северный морской котик; из акул - сельдевая акула; из хищных рыб - алепизавр, кинжалозуб (Мельников, 1997; Ащепков, Радченко, 2000; и др.).

Перед устьем р. Амур, т.е. в Сахалинском заливе и Амурском лимане, и видовой состав, и численность хищников увеличиваются. Из китообразных лососями здесь активно питается белуха (Арсеньев, 1937а; Дорошенко, Дорошенко, 1996); из безухих тюленей - нерпы: акиба, крылатка, лахтак, ларга (Пихарев, 1941); из хищных рыб - калуга.

Численность и распределение скоплений белухи и нерпы в летний период тесно связаны с нерестовой миграцией лососей в бассейне р.Амур. Это отмечалось различными исследователями (Дорофеев, Клумов, 1935; Арсеньев, 1937б, 1939; Дорошенко, Дорошенко, 1996). В летний период лососи служат основным кормовым объектом для этих животных.

Ежегодные наблюдения сотрудников Хабаровского отделения ТИН-РО-центра показывают, что белухи группами до 15-25 особей следуют по фарватеру реки за лососями. В период массового нерестового хода амурских лососей белуха поднимается следом за рыбой в устье и русло р.Амур до поселков Оремиф, Чныррах и выше г. Николаевск-на-Амуре.

В те дни, когда стаи лососей не поднимаются в Амур, активности белух также не наблюдается. Позднее белуха возвращается в Амурский лиман и в Сахалинский залив (Арсеньев, 1939).

В отличие от белухи, нерпы придерживаются мелководий Амурского лимана, ближе к местам, где ведется промысловый лов лососей (заездки, ставные и закидные невода, сплавные сети). Во время сплава и переборки сетей рыбаками она часто выхватывает из сетей рыбу. Легкость визуальных наблюдений за охотой нерп на лососей часто приводит рыбаков к выводам о самой большой доле потребления лососей нерпами (Ащепков, Радченко, 2000).

Что касается другого многочисленного хищника Амурского лимана - калуги, - обычная масса которой составляет сотни килограммов, то в период хода лососей она предпочитает питаться сельдью и другими мелкими видами. Лососи в ее питании присутствуют, однако доля их незначительна.

Данные, собранные нами за последние годы (1994-2000), представлены в табл. 1-3. Анализ этих данных позволяет заключить, что общая доля травмированных рыб в бассейне р.Амур лишь один раз превышала 10 %. Доля травмированности у различных видов различается. Наименее травмирована обычно осенняя кета, которая, как известно, имеет наиболее крупные (средняя масса 4 кг) из рассматриваемых трех видов лососей размеры. Наиболее травмирована горбуша, самый мелкий (средняя масса 1,2 кг) амурский проходной лосось. Однако в годы низкой численности любого из этих лососей доля травмированных особей этого вида повышается, что хорошо согласуется с выводами Г.М.Гаврилова и Н.Ф.Пушкаревой (1996) по япономорской горбуше.

Регулярные исследования позволили нам дифференцировать большинство травм лососей в лимане Амура и определить их происхождение.

Травмы от дрифтерных сетей

Лов лососей в лимане Амура производился заездками, где рыба не могла объячеиваться. Следы от объячеивания очень характерны и хоро-

1203

шо отличаются от других травм. Это след от сбитой чешуи или порез кожи с повреждением мышц, полностью или частично опоясывающий все тело. Все они определены как зажившие в море старые травмы. Количество травм от дрифтерных сетей в наших сборах в последние годы (1994-2000) было незначительным. В некоторые годы этот тип травм нами не отмечался.

Таблица 1

Травмированная горбуша в лимане Амура, 1994-2000 гг., % от общего числа травмированных рыб

Table 1

Injured pink salmon in Amur River Estuary, 1994-2000, % from the total number of injured fish

Дриф- Морские Присосы Изъязвле- Зажив- Кол- Кол-во Общая терные млекопи- от ния и шие во обследо- доля

Год сети тающие миноги отсутствие раны травм, ванных травм

Шт. % Шт. % Шт. % плавников Шт. % Шт. % Шт. рыб, Шт. в пробе %

1994 2 0,8 82 35,1 144 61,5 6 2,6 - - 234 3000 7,8

1995 0 0 63 39,6 94 59,1 2 1,3 - - 159 1650 9,5

1996 0 0 174 32,2 362 67,0 4 0,8 - - 540 8800 6,1

1997 0 0 246 44,0 296 53,0 17 3,0 - - 559 4010 13,9

1998 2 0,5 192 51,9 155 41,9 21 5,7 - - 370 6530 5,7

1999 0 0 58 38,7 79 52,7 5 3,3 8 5,3 150 2650 5,7

2000 10 1,7 302 52,5 226 39,4 26 4,5 11 1,9 575 8900 6,5

Таблица 2

Травмированная летняя кета в лимане Амура, 1994-2000 гг., % от общего числа травмированных рыб

Table 2

Injured summer chum in Amur River Estuary, 1994-2000, % from the total number of injured fish

Дриф- Морские Присосы Изъязвле- Зажив- Кол- Кол-во Общая терные млекопи- от ния и шие во обследо- доля

Год сети тающие миноги отсутствие раны травм, ванных травм

Шт. % Шт. % Шт. % плавников Шт. % Шт. % Шт. рыб, Шт. в пробе %

1994 0 0 123 59,1 73 35,1 12 5,8 -- 208 2600 8,1

1995 0 0 150 61,2 77 31,4 18 7,4 -- 245 4400 5,6

1996 0 0 19 52,8 17 47,2 - - -- - - 5,5

1997 0 0 302 83,0 53 14,5 9 2,5 -- 364 4765 9,7

1998 0 0 104 76,4 24 17,7 8 5,9 -- 136 2670 5,1

1999 0 0 125 63,5 30 15,2 30 15,2 12 6,1 197 4500 4,4

2000 3 0,8 219 60,2 55 15,1 37 10,2 50 13,7 364 4249 4,6

Незначительная доля травм от дрифтерных сетей и исчезновение травм от крючковых снастей (пелагических ярусов) свидетельствуют о реальном ослаблении морского дрифтерного и ярусного промысла лососей.

Травмы от морских млекопитающих

Основная доля травм из наших материалов относится к свежим травмам. Это характерные резаные или рваные раны, часто с размазанными подтеками крови. Также встречались характерные значительные повреждения чешуйного покрова в виде параллельных полос от зубов или когтей. Место травмирования лососей морскими млекопитающими наиболее часто находится на задней части тела. Свежесть ран позволяет

1204

нам утверждать, что получены они от находящихся здесь же, в лимане Амура, белух и нерп. Согласно нашим данным (табл. 1-3), доля травм, нанесенных этими животными в отдельные годы, различается: у горбуши - от 35,1 до 52,5 %; у летней кеты - от 52,8 до 83,0 %; у осенней кеты - от 46,6 до 87,7 %.

Таблица 3

Травмированная осенняя кета в лимане Амура, 1994-2000 гг., % от общего числа травмированных рыб

Table 3

Injured fall chum in Amur River Estuary, 1994-2000, % from the total number of injured fish

Дри< Мор ские Присосы Изъязвле- Зажив- Кол- Кол-во Общая

терные млекопи- от ния и шие во обследо- доля

Год сети тающие миноги отсутствие раны травм, ванных травм

плавников рыб, в пробе,

Шт. % Шт. % Шт. % Шт. % Шт. % Шт. Шт. %

1994 0 0 106 78,0 23 16,9 7 5,1 - - 136 5100 2,7

1995 0 0 48 50,0 43 44,8 5 5,2 - - 96 2000 4,8

1996 0 0 39 62,9 17 27,4 6 9,7 -- 62 2200 2,8

1997 0 0 43 87,7 4 8,2 2 4,1 -- 49 1500 3,3

1998 1 3,7 20 74,1 5 18,5 1 3,7 -- 27 1200 2,3

1999 1 0,7 69 46,6 33 22,3 18 12,2 27 18,2 148 2500 5,9

2000 0 0 105 57,7 22 12,1 14 7,7 41 22,5 182 2370 1,7

Присосы миноги

Травмы, нанесенные миногой, имеют округлую форму, иногда с повреждением кожи и мышц. Минога травмирует лососей чаще всего выше и ниже спинного плавника, реже на жаберной крышке. Следы присосов и укусов миноги встречаются у большого количества рыб. Данный вид повреждений на теле горбуши составлял от 39,4 до 67,0 %; у летней кеты - от 14,5 до 35,1 %; у осенней кеты - от 8,2 до 44,8 %.

Язвы на теле и повреждения плавников

Изъязвления - это незажившие раны непонятного происхождения и неопределенного характера. Часть ран покрыта гифами сапролегнии. Изъязвления на теле лососей, скорее всего, получены лососями в море относительно недалеко от Амурского лимана. В равной степени они могли быть получены от северного морского котика, хищных рыб или от орудий рыболовства.

Зажившие раны

У некоторых рыб на теле наблюдались глубокие шрамы, оставшиеся от старых заживших ран. Получены они, очевидно, от морских хищников на местах нагула и зимовки в океане. Это в основном могли быть травмы от алепизавра и кинжалозуба (Мельников, 1997), которые зажили еще в море. На их долю приходится: у горбуши - от 1,95 до 3 %; у летней кеты - от 6,1 до 13,7 %; у осенней кеты - от 18,2 до 22,5 %. Горбуша значительно реже встречается с зажившими ранами, чем кета.

Выводы

В Амурском лимане доля ран у лососей от морских млекопитающих в 1994-2000 гг. была велика и составляла от 32,2 до 87,7 % всех травмированных рыб. Однако доля травмированных рыб составляла всего 1,7-13,9 % общей численности лососей. Очевидно, численность белухи и нерп в лимане Амура и Сахалинском заливе велика и человеком

1205

практически не регулируется, так как их промысел запрещен уже долгий период. По нашему мнению, обоснованную для некоторых конкретных районов мелкомасштабную добычу морских млекопитающих силами предприятий коренных малочисленных народностей Севера производить можно. Однако говорить, что морских млекопитающих необходимо отстреливать только из-за того, что они потребляют много лососей, нельзя. В начале 20-го в. В.А.Арсеньев (1939) показал, что белуха - факультативный, а не специализированный на питании лососями хищник, и мы разделяем его мнение.

Мы также считаем, что исследования травм необходимо рекомендовать для стандартного биологического анализа лососей в основных промысловых районах Дальнего Востока России, так как это дает дополнительную информацию об относительной численности морских млекопитающих, о смертности лососей в морской период и о динамике промыслового усилия некоторых орудий лова лососей на путях морских миграций.

Литература

Арсеньев В.А. Некоторые данные о питании белухи // Изв. ТИНРО. -1937а. - Т. 10. - С. 27-34.

Арсеньев В.А. О миграциях белухи в Сахалинском районе // Изв. ТИНРО. - 1937б. - Т. 10. - С. 19-25.

Арсеньев В.А. Распределение и миграции белухи на Дальнем Востоке // Изв. ТИНРО. - 1939. - Т. 15. - 108 с.

Ащепков А.Т., Радченко В.И. Кто травмирует лососей? // Вестн. ДВО РАН. - 2000. - № 3. - С. 36-38.

Гаврилов Г.М., Пушкарева Н.Ф. Динамика численности приморской горбуши // Изв. ТИНРО. - 1996. - Т. 119. - С. 178-193.

Голубь Е.В. Травмированность нерки Мейныпильгынской озерно-речной системы в 2000 году // Рыбохозяйственная наука на пути в XXI век: Тез. докл. Всерос. конф. молодых ученых. - Владивосток: ТИНРО-центр, 2001. - С. 14-15.

Гришина Э .С. Травмирование производителей горбуши, нерестящихся в реке Утка, тюленем Phoca vitulina (ларга) в период анадромной миграции // Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей: Тез. докл. конф. - Петропавловск-Камчатский, 2000. - С.130-131.

Дорофеев С.В., Клумов С.К. Промысловая характеристика миграций белухи в районе острова Сахалин // Морские млекопитающие Дальнего Востока: Тр. ВНИРО. - 1935. - Т. 3. - С. 4-23.

Дорошенко Н.В., Дорошенко А.Н. Распределение и численность белухи в Сахалинском заливе // Рыбохозяйственные исследования океана: Мат-лы юбилейной науч. конф. Вып. 2. - Владивосток: Дальрыбвтуз, 1996. - С. 150-151.

Енютина Р.И., Крыхтин М.Л. О случаях поимки лососей с японскими рыболовными крючками в Амурском лимане // Зоол. журн. - 1957. - Т. 36, вып. 9. - С. 1421-1422.

Мельников И.В. Пелагические хищные рыбы - потребители тихоокеанских лососей: распределение в экономической зоне России и прилегающих водах, численность и некоторые черты биологии // Изв. ТИНРО. - 1997. - Т. 122. - С. 213-228.

Парпура И.З. О совершенствовании промысла лососевых в Приморье // Рыб. хоз-во. - 1986. - № 12. - С. 32-33.

Пихарев Г.А. Тюлени юго-западной части Охотского моря // Дальневосточные морские млекопитающие: Изв. ТИНРО. - 1941. - Т. 20. - С. 61-99.

Radchenko V.I., Semenchenko A.Yu. Prédation of doggertooth on immature Pacific salmon // J. of Fish Biology. - 1996. - № 49. - Р. 1323-1325.

Поступила в редакцию 26.11.01 г.