Бесконфликтный дискурс: концепты, стратегии, сценарии

ЛИНГВИСТИКА

ДИСКУРСА

УДК 81’ 42 ББК 81.001.1

Н.Н. Казыдуб

бесконфликтный Дискурс: концЕпты, стратегии, сценарии

В статье рассматривается проблема порождения бесконфликтного дискурса в плане его содержательного, стратегического и структурного оснащения. Уточняется основополагающее определение конфликта, моделируются концептуальные основания бесконфликтного общения, идентифицируются кооперативные стратегии межличностного взаимодействия.

Ключевые слова: бесконфликтный дискурс; межличностное взаимодействие; когнитивная и эмоциональная конвергенция; вежливость; толерантность; интенциональность; ат-трактивность

N.N. Kazydub

non-conflict discourse: concepts, scripts, strategies

The article considers the problem of non-conflict discourse organization in terms of its content, strategies and structure. The notion of the conflict is specified, conceptualfoundations of non-conflict interaction are modelled and cooperative strategies of interpersonal communication are identified.

Key words: non-conflict discourse; interpersonal communication; cognitive and emotional convergence; politeness; tolerance; intentionality; attractiveness

В современной науке активно обсуждаются проблемы гармонизации человеческой коммуникации в рамках общего идеологического формата бесконфликтного дискурса. Возникает ряд вопросов, которые требуют теоретического осмысления. Приведем некоторые из них.

• Возможен ли в принципе бесконфликтный дискурс?

• Каким должно быть содержание такого дискурса?

• Какие стратегии являются наиболее оптимальными для нейтрализации конфликтогенных факторов речевого взаимодействия?

Прежде всего, необходимо определить основополагающее понятие конфликта как отрицательно маркированного сценария межличностной коммуникации, «отягощенного» целым рядом дефицитов. К числу таких дефицитов относятся:

концептуальная асимметрия;

несовпадение целей;

стереотипные представления;

языковая асимметрия;

коммуникативные сбои.

Конфликт в целом определяется как столкновение противополагаемых друг другу когнитивных структур - концептов, категорий и сценариев - в межличностном взаимодействии. В [Montana, 2000, p. 365-370] различаются следующие типы конфликтов:

• внутриличностный конфликт;

• межличностный конфликт;

• конфликт между личностью и группой;

• конфликт между группами;

• конфликт между организациями.

В данной статье в фокусе внимания находится межличностный конфликт. По этой причине необходимо ввести в круг рассмотрения понятие межличностной коммуникации. Межличностное взаимодействие определяется как селективный, системный, уникальный, протекающий «здесь-и-сейчас» процесс [Wood, 2002]. Креативный характер межличностного взаимодействия побуждает исследователей ставить вопрос о замене абсолютных правил, действующих для любого говорящего, интерактивными моделями, которые учитывают разных носителей языка с разной языковой компетенцией и разным опытом [Ору, 2000]. И хотя каталогизация подобных моделей представляется сложной задачей, в

связи с разнообразием типов языковых личностей и дискурсивных практик, идея стратегического моделирования дискурсивного взаимодействия получила широкое распространение в современной научной среде.

Конструирование пространства межличностного взаимодействия предполагает выбор позиции в отношении к другому, пристройку к позициям друг друга, четкое определение пространственных и временных границ ситуации взаимодействия. Без учета этих характеристик выбранная позиция становится неуместной, а также затрудняется оформление занятой позиции посредством вербальных и невербальных средств коммуникации [Куницына, 2002].

В качестве механизмов межличностного взаимодействия называются:

а) взаимопонимание, ассоциируемое прежде всего с когнитивными процессами и обеспечивающее формирование общего смыслового поля участниками взаимодействия, объединение интересов сторон, выработку сходного видения задач в конкретной ситуации;

б) координация, связанная с инструментальными процессами, с поиском способов общения, которые в наилучшей степени соответствуют намерениям и возможностям партнеров;

в) согласование, характеризующее, главным образом, мотивационно-потребностную сторону общения, направленное на достижение относительного согласия в целях, смыслах, намерениях коммуникантов [Там же].

В рамках общего формата межличностного взаимодействия понятие конфликта связывается с такими характеристиками, как:

S конкуренция интересов;

S несовместимость ролевых ожиданий;

S когнитивная и эмоциональная дивергенция;

S несовпадение стратегического выбора;

S асимметричное переживание интенцио-нальности.

При рассмотрении содержательной сущности конфликтной коммуникации следует учесть открытый / скрытый характер столкновения дискурсивных ожиданий и переживаний. Проанализируем фрагмент дискурса:

«Have you decided what you are going to do yet, Harold?» his mother said taking off her glasses.

«No», said Krebs.

«Don’tyou think it’s about time?» His mother did not say this in a mean way. She seemed worried.

«I hadn’t thought about it», Krebs said.

«God has some work for everyone to do», his mother said. «There can be no idle hands in his Kingdom».

«I’m not in his Kingdom».

«We are all of us in his Kingdom».

Krebs felt embarrassed and resentful as always.

«I’ve worried about you so much, Harold», his mother went on.

«I know the temptations you must have been exposed to. I know how weak men are. I know what your own dear grandfather, my own father, told us about the Civil War and I have prayed for you. I pray for you all day long, Harold».

Krebs looked at the bacon fat hardening on his plate.

«Your father is worried too», his mother went on. «He thinks you have lost your ambition, that you haven’t got a definite aim in life. Charley Simmons, who is just your age, has a good job and is going to be married. The boys are all setting down, they’re all determined to get somewhere; you can see that boys like Charley Simmons are on their way to being really a credit to the community.»

Krebs said nothing.

Don’t look that way, Harold», his mother said. «You know we love you and I want to tell you for your own good how matters stand. Your father does not want to hamper your freedom. He thinks you should be allowed to drive the car. If you want to take some of the nice girls out riding with you, we are only too pleased. We want you to enjoy yourself. But you are going to have to settle down to work, Harold. Your father doesn’t care what you start in at. All work is honorable as he says. But you’ve got to make a start at something. He asked me to speak to you this morning and then you can stop in and see him in the office.

«Is that all?» Krebs said.

«Yes. Don’t you love your mother, dear boy?»

«No», Krebs said [Hemingway, 2002, p. 231].

Асимметричное переживание будущего адресантом и адресатом составляет основную интригу анализируемого дискурса. Адресант инициирует речевое взаимодействие посредством конструирования прямого вопроса,

касающегося планов адресата. Получив отрицательный ответ, адресант не прекращает попыток решить проблему и прибегает к речевой стратегии уговора. Характерными чертами такой стратегии называются:

• множественность аргументации, которая предопределяет необходимость делать несколько речевых ходов;

• преобладающее воздействие на эмоциональную сферу адресата;

• зависимая позиция адресанта [Иссерс, 2002, с. 142-143].

В рассматриваемом дискурсе ключевой стратегией речевого воздействия становится эмоциональная «провокация». Имеет место апелляция к архетипическим чувствам: религиозному, сыновнему и чувству собственного достоинства. Стратегически значимым становится аргумент к образцу социально правильного поведения: Charley Simmons, who is just your age, has a good job and is going to be married.

Все аргументы, используемые адресантом, оказываются неудачными. И даже самый серьезный аргумент - апелляция к архетипиче-скому чувству любви к матери - не получает дискурсивной поддержки адресата. В итоге адресанту не удается преодолеть асимметричность переживания обсуждаемой ситуации. Столкновение когнитивных репрезентаций и дискурсивных интерпретаций становится причиной разбалансированности речевого взаимодействия. Очевидно нарушение эмоциональной связи, восстановление которой требует значительных когнитивных усилий со стороны адресанта. Следовательно, необходимо запустить процесс поиска концептов, способных преодолеть когнитивную асимметрию участников межличностной коммуникации. Следует обратить внимание на несовпадение внешнего и внутреннего планов развития конфликта. Поверхностная репрезентация фактически не содержит конфликтем - имен и суждений, по определению связанных с кон-фронтативным сценарием. Этот сценарий может быть реконструирован путем обращения к когнитивным структурам - взаимоисключающим пропозициям и пресуппозициям, раскрывающим мотивационные траектории взаимодействующих личностей.

Наблюдаемая асимметрия поверхностных и глубинных репрезентаций высвечивает

основной вопрос, касающийся сущности бесконфликтного дискурса. Следует ли считать таким дискурсом внешне непротиворечивое обсуждение культурных и социальных смыслов с исключением неприятных или опасных для собеседников тем? Или же бесконфликтный дискурс представляет собой конструктивное обсуждение несовпадающих точек зрения и совместный поиск путей достижения межличностного консенсуса? От решения этого вопроса зависит вектор определения и рассмотрения механизмов и процессов бесконфликтного речевого взаимодействия. При ограничении бесконфликтного дискурса рамками поверхностной репрезентации триггерным концептом, регламентирующим все остальные параметры развертывания дискурса, становится ВЕЖЛИВОСТЬ.

Вежливость активирует этикетный сценарий межличностного взаимодействия, содержательными элементами которого по определению становятся речевые формулы и клише, оставляющие за рамками внутренние противоречия и внутренние конфликты.

Перемещение же акцента в область глубинных переживаний выдвигает на первый план проблему разрешения конфликта, которая требует оснащения межличностного взаимодействия концептуальными инструментами, обеспечивающими согласование позиций участников коммуникации. Среди таких инструментов выделяется ТОЛЕРАНТНОСТЬ, как принципиальная готовность языковой личности к диалогу с иной ментальностью.

Представляется, что содержание бесконфликтного дискурса определяется в первую очередь его функциями, основная из которых заключается в формировании конструктивного сценария межличностного взаимодействия. Эвристика такого сценария обусловливается возможностью преодоления когнитивных и дискурсивных разногласий интерактантов в процессе кооперативного взаимодействия. Рассмотрим фрагмент дискурса.

When Tracy broke the news to Ernestine, the black woman said thoughtfully, ‘That means they gonna make you a trusty. You’ll get the run of the prison. That might make busting ’ out a little easier. ’

‘How do I do it? ’ Tracy asked.

‘You’ve got three choices, but they’re all risky.

The first way is a sneak-out. You use chewing’ gum one night to jam the licks on your cell door and the corridor doors. You sneak outside to the yard, throw a blanket over the barbed wire, and you’re off and runnin.’

With dogs and helicopters after her. Tracy could feel the bullets from the guns of the guards tearing into her. She shuddered. ‘What are the other ways?’

The second way’s a breakout. That’s where you use a gun and take a hostage with you. If they catch you, they’ll give you a deuce with a nickel tail. ’ She saw Tracy’s puzzled expression. ‘That’s another two to five years on your sentence.’

‘And the third way?’

‘A walkway. That’s for trustees who are out on a work detail. Once you’re out in the open, girl, you jest keep movin.’

Tracy thought about that. Without money and a car and a place to hide out, she would have no chance, ‘They’d find out I was gone at the next head count and come looking for me.’

Ermestine sighed. ‘There ain’t no perfect escape plan, girl. That’s why no one’s ever made it outta this place.’

I will, Tracy vowed. I will [Sheldon, 1986, p. 92-93].

Более широкий контекст обсуждаемого плана побега выявляет противоположные позиции участников данного диалога относительно самой возможности побега и его успеха. И, тем не менее, межличностное взаимодействие осуществляется по бесконфликтной модели. Имеет место предметное обсуждение различных маршрутов движения к намеченной цели. Участники диалога намеренно избегают формирования очагов интолерантности посредством эксплицитного представления и подробного комментирования преимуществ и недостатков того или иного маршрута. Отсюда выводится набор характеристик, оформляющих конструктивный сценарий межличностной коммуникации.

Это -

> симметричное переживание интерактантами конструируемого пространства межличностного взаимодействия;

> отсутствие «ликоущемляющих» стратегий речевого воздействия;

^ сбалансированность пропозициональной организации: последовательность пропозиций согласуется с последовательностью

этапов обсуждения намечаемой деятельности;

> конгруэнтность интециональностей и дискурсивных концепций адресанта и адресата;

> нежесткое регулирование речевого поведения диалогового партнера.

Тем самым, понимание бесконфликтного дискурса как развертывания конструктивного сценария межличностной коммуникации раскрывает диалектику ориентирующего взаимодействия, которая заключается в формировании экологического дискурсивного пространства путем согласования асимметричных когнитивных переживаний. Думается, что первым шагом становится согласование интен-циональностей, которое вводит в дискурс ат-трактивность как фактор, ориентирующий диалоговых партнеров на понимание иной ментальности со всем комплексом ее конститутивных элементов [Серебренникова, 2011; Казыдуб, 2011].

Расширение области взаимодействий в качестве условия конструирования бесконфликтного дискурса обозначает проблему идентификации концептов, формирующих область смысловых пересечений участников межличностной коммуникации. В этом контексте продуктивным представляется тезис С.Н. Плотниковой о том, что концепты входят в единый социальный интеллект [Плотникова, 2012]. Соответственно, следует признать принципиальную возможность конструирования бесконфликтного дискурса посредством активации симметрично переживаемых концептов.

Правомерно обратиться к набору таких концептов. Согласно [Brooks, 1997], опорными являются следующие концепты:

• Символизм (Symbolism).

• Ценность (Value).

• Авторитетность (Authority).

• Порядок (Order).

• Церемония (Ceremony).

• Любовь (Love).

• Честь (Honor).

• Юмор (Humor).

• Красота (Beauty).

• Дух (SPirit).

Анализ символизма раскрывает уникальность национального языка, а также своеобразие национальной культуры. Ценности

отражают национально-культурные предпочтения, философские воззрения и моральнонравственные установки. Авторитетность обозначает лиц, чье слово определяет действия носителей той или иной культуры или языка. Церемония обосновывается интересом людей к различным ритуалам - торжественным событиям, включающим языковую личность в культурно-языковое сообщество. Обязательным элементом национального дискурса является обсуждение любви - семантически размытой области, объединяющей самые разнообразные смысловые нюансы. Честь имплицирует высокие стандарты личностного поведения, свидетельствующие об отношении индивидуума к себе, своей семье, своей стране и т. д. Юмор осмысливается не только как важная составляющая культурного контекста, но и как вариативная когнитивная структура, куда вписываются различные модусы смехо-вой интерпретации окружающего мира. Красота очерчивает круг эстетических смыслов, циркулирующих в когнитивной области Прекрасного. Дух связан с процессами самопознания, раскрывающими для человека его интеллектуальный и эмоциональный потенциал [Ibid. P. 28-29].

Этот список может быть дополнен и расширен с привлечением многочисленных исследовательских работ по лингвистической концептологии, содержащих предметное описание социокультурных концептов. На этом основании можно сделать вывод о существовании обширной области совпадающих когнитивных переживаний, которые полагаются в основу формирования когнитивной и эмоциональной конвергенции как необходимого условия порождения бесконфликтного дискурса.

Выбор и активация соответствующих концептов в конкретной ситуации межличностного взаимодействия определяются дис-курсобразующими стратегиями. С учетом параметров конфликтной коммуникации требуется уточнить набор стратегий, преодолевающих конфликтогенные факторы и переключающих когнитивные регистры в целях конструирования бесконфликтного дискурса. С этой точки зрения заслуживают внимания стратегии, разработанные в теории менеджмента:

> Избегание конфликта (Avoidance).

^ Сглаживание конфликта (Smoothing).

> Доминирование, или силовая интервенция (Dominance).

> Компромисс (Compromise).

> Конфронтация (Confrontation) [Montana, 2000].

Стратегия избегания конфликта осуществляется либо по модели частичного дистанцирования, либо по модели полного дистанцирования. Здесь признается, что проблема существует, но акцент делается лишь на недопущение конфликтного сценария. Предполагается, что конфликт исчерпает себя. Но для того, чтобы разрешить этот конфликт, требуются более активные действия.

Сглаживание конфликта имеет целью гармонизацию межличностного взаимодействия. Такая стратегия имеет ограниченное применение, поскольку не предполагает выявление причин некооперативного взаимодействия. Но эта стратегия может стать оптимальным выбором, если консенсус полагается в качестве главной цели межличностной коммуникации.

Доминирование, или силовая интервенция, представляет собой принятие решения авторитетным лицом. Это лицо выступает медиатором, что, с одной стороны, обеспечивает единую линию поведения. Но, с другой стороны, имеет место иллокутивное вынуждение, которое на самом деле не разрешает существующих противоречий и, следовательно, не может считаться средством согласования когнитивного и дискурсивного выбора.

Компромисс - стратегия частичных уступок, позволяющая выстраивать конструктивное взаимодействие. Компромисс становится основанием для расширения области межличностного взаимодействия.

Наконец, конфронтация - стратегия, которая раскрывает причины конфликта и может быть эффективным инструментом управления конфликтом, поскольку делает возможным устранение его источника. Однако вряд ли такая стратегия входит в репертуар бесконфликтного дискурса в силу своего агрессивного и деструктивного характера. Конфронтация решает проблему, но это решение достигается путем открытого столкновения, что не вписывается в формат кооперативного общения.

Думается, что обозначенные выше стратегии управления конфликтом могут быть транслированы в предметную область моделирования бесконфликтного дискурса и содержательно охарактеризованы в терминах языковых репрезентантов и речевых актов, оформляющих кооперативный сценарий межличностного взаимодействия.

Библиографический список:

1. Иссерс, О.С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи [Текст] / О.С. Иссерс. - 2-е изд., стер. - М. : Едиториал УРСС, 2002. - 284 с.

2. Казыдуб, Н.Н. Дискурсивные значимости ат-трактивности [Текст] / Н.Н. Казыдуб // Вестник Иркутского государственного лингвистического университета. Сер. Филология. - 2011. - № 4 (16).

- С. 96-102.

3. Куницына, В.Н. Межличностное общение [Текст] : учебник для вузов / В.Н. Куницына, Н.В. Казарино-ва, В.М. Погольша. - СПб. : Питер, 2002. - 544 с.

4. Ору, С. История. Эпистемология. Язык [Текст] / С. Ору: пер. с фр.; общ. ред., вступ. ст. и ком. Н.Ю. Бокадоровой. - М. : Прогресс, 2000. - 408 с.

5. Плотникова, С.Н. Концепт и концептуальный анализ как лингвистический метод изучения со-

циального интеллекта [Текст] / С.Н. Плотникова // Вестник Иркутского государственного лингвистического университета. Сер. Филология. - 2012. -№2ю (18). - С. 193-200.

6. Серебренникова, Е.Ф. Ожидаемое и неожиданное в лингвокультурном обмене : русизмы в итальянском языке [Текст] / Е.Ф. Серебренникова // Аттрактив-ность диалога итальянского и русского языков и культур : материалы междунар. науч.-практ. конф. (Иркутск, 22-24 сентября 2011 г.). - Иркутск : ИГЛУ, 2011. - С. 160-169.

7. Brooks, N. Teaching Culture in the Foreign Language Classroom [Text] / N. Brooks // Pathways to Culture : Readings on Teaching Culture in the Foreign Language Class / ed. be P.R. Heusinkveld. - Yarmouth : Intercultural Press, 1997. - P. 11-37.

8. Montana, P.J. Management [Text] / PJ. Montana, B.H. Charnov. - 3rd ed. - New York : Barrons, 2000.

- 541 p.

9. Hemingway, E. Soldier’s Home [Text] / E. Hemingway // American Short Stories. - New York : Penguin Books, 1988. - P. 227-233.

10. Sheldon, S. If Tomorrow Comes [Text] / S. Sheldon. -London : Pan Books, 1986. - 384 p.

11. Wood, J. T. Interpersonal Communication : Everyday Encounters [Text] / J.T. Wood. - 3rd ed. - Belmont (USA) : Wadsworth / Thomson Learning, 2002. -444 p.

УДК 81.00 ББК 81.00

Е.Ю. Горчакова

время жизни дискурса в современной бренд-коммуникации

В статье рассматриваются разновидности значения времени в дискурсе бренд-коммуникации, приводятся релевантные концепции понимания времени в естественных и гуманитарных науках, анализируется закономерность использования концептов в дискурсах конкурирующих брендов, их временная соотнесенность.

Ключевые слова: дискурс; бренд; бренд-коммуникация; время; концепт

E.Y. Gorchakova

discourse lifetime in modern brand communication

The author examines diverse functions of time in brand discourse, adduces relevant conceptions of time in natural and human sciences. Regularities in use of concepts in the discourse of competing brands and their temporal correlation have been introduced and explained.

Key words: discourse; brand; brand communication; time; concept

Традиционно в связке «отправитель сообщения - получатель сообщения» роли этих субъектов принято приписывать отдельным

индивидам, социальным группам или институтам, разделяя соответственно институциональный и персональный дискурс. Однако сегодня в качестве субъекта, порождающего

дискурс, может выступать такое виртуальное образование, как бренд.

С конца XX в. с ростом производства, конкуренция на рынке превратилась в борьбу за сознание потребителя. По словам Ф. Котлера, для успешности продукта на рынке необходимо было «разгадать тайну процесса принятия

© Горчакова Е.Ю., 2012