История одного решения

История одного решения

Трехмесячная выдержка "Сухого"

       26 августа секретный указ президента "О создании государственного унитарного предприятия Авиационный военно-промышленный комплекс 'Сухой'" буквально взорвал весь российский ВПК, вызвав всплеск эмоций, сравнимый разве что с горбачевским заявлением о "физической конверсии". По сути это решение должно было сформировать второй после объединения МАПО "МиГ" научно-производственный авиастроительный концерн, который мог бы экспортировать на мировой рынок исключительно конкурентоспособную высокотехнологичную продукцию.
       Президентский указ, однако, до сих пор не реализован. Предусмотренное указом постановление правительства все еще не принято. Министр оборонной промышленности и куратор комплекса "Су" Зиновий Пак до сих пор не завизировал его проект. Почему? Ответ банален: конфликт интересов.
       
Конфликт
       Едва появившись на свет, указ расколол сообщество производителей лучших в мире многоцелевых боевых самолетов на две непримиримые группировки. Причиной раскола стал вопрос о том, кто будет главой новообразованного комплекса. В Москве, в высшем эшелоне ОКБ Сухого, и в Комсомольске-на-Амуре на этот вопрос отвечали: генеральный конструктор ОКБ Михаил Симонов. В Иркутске и Таганроге, а также на более низких этажах управления ОКБ упоминание этой фамилии вызывало приступ идиосинкразии, а гендиректором концерна назывался директор Иркутского АПО Алексей Федоров.
       Как обычно в таких случаях, оказался расколот и аппарат отраслевого министерства — Миноборонпрома, часть экспертов которого активно поддерживала Симонова, а часть прилагала титанические усилия, чтобы его потопить. В одном из сейфов министра, возможно, и сейчас хранится папка, в которой собраны копии или оригиналы всех докладных записок, аналитических обзоров, обращений, заявлений и просто доносов, в которых настойчиво звучала одна мысль: "уберите Симонова". Неизвестные мастера аппаратных интриг подкладывали на стол министерскому руководству даже точный расчет оборота мехового салона, открытого на площадях ОКБ генеральным директором.
       Убрать его оказалось сложно. До середины этого года позиции гендиректора ОКБ были прочны из-за поддержки первого вице-премьера Олега Сосковца, попавшего под власть магического обаяния истребителя Су-27. От добра добра не ищут, рассудил первый вице-премьер и прекратил полемику сторонников и противников Симонова. Выжидавший Зиновий Пак, глава Миноборонпрома, примкнул к своему покровителю и проигнорировал все усилия антисимоновской партии.
       
Банки
       "Конечно, такая драка за место генерального в нынешних условиях быстро бы сошла на нет, но речь идет о контроле над действительно перспективным производством. Тут дело не в том, кто еще год-два или три сможет поворовать. Вопрос в том, кто после создания концерна войдет в элиту мирового авиастроения, — комментирует не жаждущий известности эксперт Миноборонпрома. — Разумеется, наши шустрые ребята это прекрасно поняли и активно вступили в игру". Под "шустрыми ребятами" эксперт подразумевал представителей нового российского бизнеса, для которых перспективы работы с такого рода авиастроительным комплексом стоят любых издержек. Суммы поступлений от реализации боевых самолетов "Су" сегодня исчисляются сотнями миллионов долларов.
       На АК "Сухой" непосредственно столкнулись интересы двух крупных банковских групп России — ОНЭКСИМбанка и Инкомбанка, противостояние которых во многом объясняет глубину конфликта и непримиримость конфликтующих сторон. До сих пор в этой конкурентной борьбе фаворитом мог считать себя Инкомбанк, делавший ставку на Симонова и его ОКБ. В уставном капитале ОКБ "Сухой" Инкомбанку принадлежит 25-процентный пакет акций. Его конкурент ненамного отстает от него с 14 процентами. Однако фактор союза с руководством в российских условиях является решающим. Как утверждают представители антисимоновской партии в ОКБ, "ОНЭКСИМбанк даже не может реализовать свое право владения, поскольку его представителей не подпускают к акциям, которыми он формально владеет, и не пускают на совещания руководства, в которых они имеют право принимать участие на равных с Инкомбанком". Собеседник Ъ в Миноборонпроме делился своими впечатлениями: "Я поразился, когда узнал, что с этим банком можно безнаказанно проделывать такие вещи. Честно говоря, я стал ожидать определенного рода сообщения в разделе 'Криминальная хроника'".
       Ничего подобного не произошло: к удивлению многих, ОНЭКСИМбанк не стал раздувать скандал. В условиях активно развернувшейся в стране предвыборной борьбы такой шаг, вероятно, был самым мудрым — кто знает, что могло произойти после выборов. В случае победы Геннадия Зюганова на коне вполне мог оказаться Инкомбанк, державшийся в стороне от большинства российских банков, открыто поставивших на Бориса Ельцина (президент ОНЭКСИМбанка даже призвал в открытом эфире голосовать за действующего президента).
       Сам Михаил Симонов о работе с банками отзывается дипломатично: "Они нас только критикуют за старую структуру управления, а денег не дают". При этом он отмечает, что Инкомбанк все поступления от зарубежных платежей ОКБ Сухого отдает исправно, а в ОНЭКСИМбанке уже год висят более $100 млн аванса от одного иностранного государства.
       
Наступление и оборона
       По большому счету, с указом Симонов мог бы с легкостью согласиться — более того, он его с радостью поддержал бы, если бы не одно "но". Никто не скрывал, что в новом авиационном комплексе Симонову первое место не забронировано. Наиболее вероятным кандидатом на должность генерального директора АК "Сухой" назывался директор Иркутского авиационного производственного объединения Алексей Федоров, давно и плодотворно работавший с ОНЭКСИМбанком. (В общей сложности объем кредитов, выданных банком Иркутскому объединению, оценивается в $70 млн.) Однако сам тот факт, что Федоров — директор завода, был на руку Симонову: если не считать Иркутска, то отношения главы ОКБ с директорами серийных заводов были все же лучше, чем у этих директоров друг с другом. Друг для друга они как были, так и остались потенциальными конкурентами.
       Впрочем, дальнейшие события пошли по сценарию, который оказался неблагоприятным и для Инкомбанка, и лично для Михаила Симонова. Борис Ельцин был переизбран, Владимир Потанин назначен первым вице-премьером. Покровитель Симонова Олег Сосковец отправлен в отставку, что мгновенно вызвало охлаждение к генеральному директору ОКБ со стороны Зиновия Пака. Как с досадой узнали сторонники Симонова, ОНЭКСИМбанк предпочел вести свою игру на том поле, на котором у него было гораздо больше шансов: именно он, по словам представителей аппарата правительства, стоит за указом о создании АК "Сухой". Памятуя проблемы с акциями, которые имел этот банк в конструкторском бюро, на этот указ можно посмотреть и с такой стороны: наличие или отсутствие пакета акций в предприятиях комплекса и величина этого пакета теперь не играют никакого значения.
       "Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!" — могли бы сказать в штаб-квартире Инкомбанка, где до 26 августа вынашивались планы более сложной формы объединения серийных предприятий и ОКБ — через обмен пакетами акциями или создание некоего холдинга. Что было в действительности сказано в штаб-квартире Инкомбанка, осталось неясным, поскольку на просьбу прокомментировать ситуацию с АК "Сухой" Ъ получил отказ.
       Куратор Симонова из Миноборонпрома, заместитель министра Виктор Ливанов предпочитает хранить молчание. В единственном официальном комментарии, на который пошли в ОНЭКСИМбанке, в ответ на обвинения в противодействии экономической реформе утверждалось: "ОНЭКСИМбанк заинтересован в проведении единой технологической и сбытовой политики предприятиями, производящими истребители серии 'Су'. В данном случае такую политику может обеспечить именно унитарное госпредприятие". Как бы то ни было, такой ход конем ознаменовал смену лидера в гонке за финансовую работу с "Сухим" — Инкомбанк ушел в оборону. Но не надолго...
       Буквально на следующий день после подписания указа эмиссары Симонова и представители Инкомбанка выехали в Новосибирск и Комсомольск-на-Амуре. *****Последний, имевший тесные контакты с Инкомбанком, был наиболее вероятным союзником. Результаты переговоров оказались даже лучше, чем ожидалось: к оси Москва--Комсомольск-на-Амуре примкнул Новосибирск. Совместным фронтом предприятия выступили с требованием отменить указ. В подкрепление своих требований в Комсомольске-на-Амуре даже пригрозили забастовкой, которая, впрочем, в Москве никого не испугала. Отчасти такое фрондирование спасло Симонова, хотя в его выживании сыграл свою роль и секретарь Совета безопасности Александр Лебедь, так же, как и Сосковец, павший жертвой магии истребителя "Су". Впрочем, ставка на Лебедя, как ранее и на Сосковца, оказалась битой — после отставки генерала его союзники попали в перекрестье прицелов Анатолия Чубайса и Виктора Черномырдина. Любая ошибка в таком положении может оказаться роковой.
       
Ошибки
       Между тем ошибок Симонов избежать не смог. Магия "Сухого" может действовать только при условии регулярного предъявления толпе нового чуда. Пропагандистский эффект Су-27 и его "кобры Пугачева" уже практически исчерпан, поэтому Симонов и его команда сделали ставку на 37-ю модель, которая находится в стадии доводки. Прямо связав свое имя с новым суперистребителем, Симонов поставил в зависимость от его успеха и собственное карьерное будущее. Равно как и будущий успех своих финансовых союзников. Между тем враждебная партия не дремлет, и ее стараниями уже был провален намеченный на апрель показательный полет Су-37 в присутствии Бориса Ельцина. Под давлением экспертов, заявлявших о неготовности самолета к полетам, Александр Коржаков тогда самолично отменил мероприятие, и дебют новой модели состоялся только летом на авиасалоне в Фарнборо.
       Успех показательного полета лишил руководство ОКБ бдительности: Симоновым и главным конструктором Су-37 Владимиром Коноховым был сделан целый ряд неосторожных заявлений, которыми мгновенно воспользовались их противники. Некоторые из этих заявлений (например, о том, что один Су-37 может выстоять в бою против десяти Су-27 с вероятностью 50:50, а один на один победит с вероятностью сто к одному) Симонов произнес в обстановке непринужденного застолья в узком дружеском кругу, однако когда речь идет о борьбе за ключевые посты, уши оказываются не только у стен, но даже у посуды.
       В считанные дни на стол руководителям Миноборонпрома, аппарата правительства и СБ легло экспертное заключение, в котором команду Симонова весьма убедительно обвиняли в том, что исключительно ради целей саморекламы они нанесли урон обороноспособности страны, выдали государственную тайну, подорвали пока еще стабильный рынок Су-27, нанесли ущерб репутации новой модели, породив необоснованные ожидания у потенциальных покупателей, и, наконец, разгласили собственные коммерческие тайны, касающиеся затрат на создание опытного образца Су-37 и его продажной цены.
       Дело в том, что знаменитый сегодня по Фарнборо "711-й" (прототип Су-37, являющийся "арабской" модификацией Су-35, серийный выпуск и продажу которого Симонов хочет наладить за два года), по признанию специалистов, до сих пор не имеет "привязанного борта и оружия", а доработка авионики и систем вооружения прототипа, как считают конструкторы, на самом деле потребует еще минимум три--четыре года. При этом с момента отстранения в 1995 году от проекта Су-37 главного конструктора Су-35 Николая Никитина и назначения на это место лояльного Симонову Владимира Конохова шансы форсировать сроки доработки Су-37 оказались равными нулю.
       
Непотопляемость
       Если бы пришлось играть в тотализатор на имя того, кто выиграет борьбу за право называться генеральным директором АК "Сухой", то большинство сотрудников и Миноборонпрома, и аппарата правительства поставили бы на Михаила Симонова. Отношение к нему формулируется примерно так: "Надо бы снять. Но поставить на его место некого". В отличие от других возможных претендентов, у него есть качества, которые часто оказываются решающими в аппаратной и политической борьбе: железная воля и целеустремленность, доходящая порой до маниакальности.
       На руку Михаилу Симонову и недофинансирование из бюджета (в 1996 году ОКБ и его смежники получили от государства менее 40% от плановых вложений), что служит прекрасным оправданием срыва сроков разработки, внедрения и выпуска новых моделей "Су". Именно отсутствие госфинансирования оправдывает Симонова в том, что он каждый раз в ходе переговоров с покупателями (ОАЭ, Китай, Индия) старается расширить обусловленную контрактом долю НИОКР, увеличив за счет модернизации типового самолета сумму поступлений в адрес ОКБ — в противовес платежам, предназначенным для серийных заводов. Хотя вряд ли можно назвать нормальной ситуацию, когда благодаря удачной игре Симонова на естественном желании иностранных партнеров получить новейшую технику серийные заводы оказываются заложниками ОКБ, которое продает фактически несуществующий самолет. Например, предметом ведущихся сегодня переговоров с одним из традиционных покупателей российского оружия стал самолет, до сих пор ни разу не тестированный в аэродинамической трубе. Между тем момент окончания аэродинамических испытаний от выхода прототипа в серию отделяет жесткий технологический период — минимум три года.
       Однако реальность такова, что Симонов активно ведет контрактные переговоры, добывает для России (правда, пока только на бумаге) миллиарды долларов и обещает в ближайшем будущем выпустить в серию и продать новые самолеты (не менее пяти наименований). В том числе и секретный истребитель пятого поколения, слухи о котором, очевидно, должны окончательно похоронить все беспокойства в связи с продажей Китаю лицензии на производство Су-27.
       В этой ситуации Зиновий Пак, понимающий, что политика Симонова вызвана шаткостью самой ситуации в комплексе, не может снять единственное препятствие на пути реализации указа президента, то есть генерального конструктора ОКБ. Лишней головной боли он не хочет, и в этом его поймет любой аппаратчик.
       
Самое прибыльное дело после древнейшей профессии
       Вопрос же о победителе в соперничестве банков пока остается открытым. Каждая из сторон считает, что у нее шансов победить больше, чем у противника, и о добровольной капитуляции не может идти и речи. Симонов чувствует себя настолько уверенно, что прямо заявляет о необходимости создания не унитарного предприятия АК "Сухой", а финансово-промышленной группы. Примечательно, что на вопрос Ъ, как они будут работать в ФПГ, Симонов ответил: "А как работаем, так и будем". При этом он явно исказил смысл указа президента, трактуя его как "указание создать объединение, а в какой форме — не важно".
       И для Инкомбанка, и для Михаила Симонова победа или поражение значит слишком многое, чтобы отступить. Их соперники настроены не менее решительно, поскольку для них победа открывает заманчивые перспективы стать своеобразным уполномоченным банком по военному экспорту, учитывая тот факт, что ОНЭКСИМбанк работает и со счетами компании "Росвооружение". На днях истекает срок трехмесячного моратория, взятого Симоновым в правительстве для согласования проекта постановления, и решение должно быть вот-вот принято.
       В том случае, если в правительстве и президентском аппарате одержит верх концепция более "мягкого" регулирования экспорта оружия, при которой помимо "Росвооружения" определенную квоту на продажу получат и сами производители, АК "Сухой" будет претендентом номер один в очереди на получение генеральной экспортной лицензии. Что это дает обслуживающему его банку, можно понять из слов генерала Рохлина, как-то сказавшего в беседе с корреспондентом Ъ, что "после наркотиков и проституции торговля оружием является самым прибыльным делом".