Дискуссия о бомбардировочных расчетах как отражение двух подходов к развитию ВВС красной армии накануне Великой отечественной войны

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 38 (176). История. Вып. 37. С. 151-158.

с. в. Павлов

Дискуссия о бомбардировочных расчетах как отражение двух подходов к развитию ввс красной армии накануне великой отечественной войны

В статье исследуются основные подходы к развитию бомбардировочной авиации ВВС Красной Армии накануне Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. На основе дискуссии в журнале «Вестник воздушного флота» в 1938-1940 гг. показаны причины низкой результативности применения БА в локальных войнах и конфликтах межвоенного периода, а также недооценки ее роли и значения в будущей войне.

Ключевые слова: Бомбардировочная авиация, ВВС КА, массированные действия авиации, боевое применение БА, бомбардировочный расчет, пикирующие бомбардировщики, группировка ВВС округа, нормы поражения авиабомбами.

На первый взгляд, может показаться странным, но накануне Второй мировой войны, сразу после 1936-1938 гг., связанных с репрессиями против «врагов народа», в открытой периодической печати шли оживленные дискуссии по поводу роли и значения ВВС в предстоящей войне. При этом авторы использовали аргументы и приводили примеры, которые, например, сегодня кажутся совершенно немыслимыми в изданиях, не имеющими грифа «для служебного пользования» или «секретно».

Речь идет об анализе действительных возможностей группировок ВВС округа (фронта), об их составе, о соотношении родов авиации, о задачах истребительной, бомбардировочной, штурмовой и разведывательной авиации в ходе наступательных и оборонительных операций фронтов и армий, о порядке выполнения задач каждым из родов авиации и многих других подобных вопросах.

Исследование вопросов боевого применения бомбардировочной авиации (БА) не стало исключением из этого общего правила. Так, только в январе - сентябре 1939 г. (т. е. до нападения фашистской Германии на Польшу) в журнале «Вестник воздушного флота» было опубликовано 11 серьезных теоретических статей по этой проблематике1.

Как правило, статьи в периодических изданиях отражают лишь какой-либо аспект сложной и многогранной проблемы. Это связано с тем, что в относительно незначительных объемах журнальной публикации отсутствует возможность ее всестороннего анализа. Однако серия статей, общая направленность публикаций, взятые в ретроспективе,

дают отличное представление о сущности и содержании вопросов, волновавших научное сообщество в определенный период. В нашем случае можно с уверенностью сказать, что не только ученых, но и высшее военное командование страны.

Одним из этих вопросов, была проблема «бомбардировочных расчетов» — расчетов необходимого количества бомбардировочной авиации для выполнения задач по поддержке наземных войск или нанесению ударов по объектам в глубине обороны противника.

Как представляется, решение этой проблемы во многом предопределило то место и роль, которые отводились бомбардировочной авиации в ходе наступательных и оборонительных операций РККА, численный состав авиационных группировок ВВС округов, а также соотношение родов авиации накануне Великой Отечественной войны.

В самом общем виде суть проблемы «бомбардировочных расчетов» сводилась к тому, что вообще может сделать бомбардировочная авиация по отношению к войскам противника и каковой должна быть группировка БА, чтобы ущерб от ее действий стал действительно значимым.

Предваряя анализ статей в «Вестнике воздушного флота», необходимо отметить, что, начиная с 1938 г., состав бомбардировочной авиации ВВС КА ежегодно увеличивался более чем на 2000 самолетов. Это было связано с подготовкой страны к возможной будущей войне, в которой должна была определиться судьба «первого в мире государства рабочих и крестьян». Так, если в 1936 г. в ВВС поступил 341 бомбардировщик, а в 1937 г. — 1303, то уже

в 1938 г. парк БА ВВС КА пополнился 2017 бомбардировщиками всех типов, в 1939 г. — 2744, а в 1940 г. уже 36742. В результате, с учетом перевооружения и естественного износа авиационной техники, накануне войны БА насчитывала почти 7000 самолетов3.

Столь стремительный рост числа бомбардировщиков потребовал не только кардинальных организационно-штатных мероприятий, но и переосмысления основ применения БА в целом, исходя из имеющегося опыта и ее количественного и качественного состава.

Как сегодня становится ясно, среди военных теоретиков и практиков в этот период господствовали два принципиально отличных друг от друга подхода.

Первый из них вытекал из предшествовавшего опыта и сводился к тому, что ВВС рассматривались как вспомогательная сила армии и флота4. В соответствии с этим подходом, главнейшей задачей авиации считалось содействие успеху наземных войск в бою и операции, что и было закреплено в ст. 29 Полевого Устава РККА (ПУ-39)5.

Второй подход исходил из все более и более возраставших возможностей ВВС в целом и бомбардировочной авиации в частности. В некоторой степени он был созвучен идеям итальянского военного теоретика Джулио Дуэ, который считал, что в будущей войне «воздушное оружие будет решающим», хотя и не «единственным фактором победы»6. Согласно этому подходу, авиация должна была иметь известную степень независимости от командования сухопутных и военно-морских сил, доминировать среди видов вооруженных сил (ВС) и решать возложенные на них задачи в большинстве случаев самостоятельно.

Косвенно такие настроения поддерживались выделением ВВС в самостоятельный вид ВС, опережающим ростом численности ВВС по сравнению с другими видами и родами ВС, превышающим всё остальное финансированием авиационной промышленности7.

Однако занять такое положение ВВС не позволили себе сами. Дело в том, что ударные возможности авиации практически полностью были связаны с возможностями бомбардировочной авиации. Но именно она и не давала гарантий, что может нанести сколько-нибудь значительный урон противнику. Как это было возможно? И почему армия, стремившаяся стать «самой нападающей из всех нападающих» к началу войны имела в своем

составе 53,4 % истребителей8, а не ударных самолетов, обеспечивающих наступательные действия?

Дискуссия о бомбардировочных расчетах была начата на страницах «Вестника воздушного флота» статьей Ф. А. «О массированных действиях авиации»9, которая была направлена на преодоление ошибочных мнений о массировании как одновременном полете 300-400 самолетов «в большой массе» или сосредоточении на ограниченной территории, на аэродромах, большого числа авиационных частей и подразделений. Возможно, статья не вышла бы за рамки чисто академического обоснования дефиниции массирования, если бы автор не попытался обосновать принципиальную невозможность силами авиации нанести серьезные потери противнику в полосе действий наступающего фронта. «Для этого потребуется астрономическое количество самолетов»10, - совершенно справедливо заметил автор и подкрепил свои выводы расчетами.

Представленные расчеты исходили из того, что объектов для действий авиации будет всегда очень много, поэтому авиация должна «не распыляться», а сосредоточиться на таких объектах, которые в данной обстановке представляют наибольшую важность. В ходе наступления наибольшую важность всегда имеют объекты, находящиеся в полосе наступления ударных армий.

Чтобы рассчитать возможности авиации фронта, автор предложил исследовать два важных момента: имеющиеся в наличии средства и нормы поражения. Для примера были рассмотрены три нормы поражения: а) на 1 км2 - 1-3 т бомб, б) на 1 км2 - 5-8 т бомб, в) на 1 км2 - 10-12 т бомб.

Третья норма поражения (под «литерой» В) предлагалась для поражения объектов на направлении главного удара фронта. На остальных участках — исходя из минимальных норм. Так как ширина участка прорыва составляла 20-30 км, а ширина общего фронта наступления 120-150 км, то при глубине действий авиации 15 км получалось, что авиация должна была сбросить на противника около 4500 т бомб.

Автор замечает, что при бомбовой нагрузке самолетов-бомбардировщиков в 2 т для решения этой задачи понадобится выполнить 2250 самолетовылетов. При двух вылетах бомбардировщиков в день выходило, что фронт дол-

жен иметь не менее 1000 бомбардировщиков, которые должны были прикрываться, по опыту Первой мировой войны, 2000 истребителей.

Но если истребительная авиация располагается в зоне 40-100 км от фронта, то тогда на площади примерно 60^150 км = 9000 км2 все эти 2000 истребителей должны получить оборудованные аэродромы! По существовавшим на тот момент нормам — 20-25 самолетов на аэродром — потребовалось бы 100 аэродромов, т. е. в каждом квадрате 10^10 км должен быть один аэродром.

Важно заметить, что авиаторы, читавшие эти строки, понимали, что в статье на самом деле идет разговор лишь о принципах расчета, а не о действительном положении дел. Дело в том, что в округах, которые с началом боевых действий должны были стать фронтами, основным и по сути единственным самолетом-бомбардировщиком был СБ, имевший бомбовую нагрузку в 600 кг (до 1000 кг в перегруз). Самолет ДБ-3 с максимальной бомбовой нагрузкой в 2 т только заканчивал испытания, и в 1938 г. в округах о нем не знали. Тысяча же самолетов ТБ-3 с бомбовой нагрузкой в 3 т не набиралась на всю страну. Другими словами, чтобы понять, какое количество самолетов необходимо фронту, количество бомбардировщиков, а вместе с ними и истребителей, необходимо было увеличивать вдвое, а то и втрое.

Кроме того, согласно предвоенным взглядам, фронт прорывал оборону противника не на одном, а на двух-трех участках, для чего во фронте считалось целесообразным иметь 3-4 ударные и 1-2 сковывающие армии. В связи с этим расчет потребности авиации при действиях фронта на одном участке имел определенную степень условности и был, конечно, сильно заниженным.

Далее автор замечает, что «наивно было бы думать, что <...> 1000 бомбардировщиков одновременно вылетят, сбросят свой груз и вернутся на свои аэродромы для подготовки ко второму вылету»11. Поэтому целесообразно эшелонировать их действия с таким расчетом, чтобы 2/3 или 3/4 светлого времени вражеские войска оставались под бомбардировочным воздействием, «непрерывно видели над своими головами чужие самолеты». При этом естественным образом группы БА «в зависимости от обстановки» должны уменьшиться до 6-30 самолетов.

Заканчивает свою статью автор твердой уверенностью в том, что уничтожить авиацию противника, его промышленные предприятия, авиационные базы, систему управления бомбардировками просто невозможно: все это будет быстро восстановлено. Поэтому все, что может сделать бомбардировочная авиация, это «неотвязными действиями» не давать возможности противнику нормально работать.

Как впоследствии замечалось, статья Ф. А. «имела неожиданный успех»12 на многих тактических занятиях, особенно в части предложенных норм поражения. Это было вызвано очевидной простотой предложенных вариантов решения сложных вопросов бомбардировочного расчета непосредственно в авиационных подразделениях.

Но такую позицию Ф. А. не могла разделить большая часть летчиков и штурманов БА, так как в статье, по сути, ставилась под сомнение сама необходимость существования БА. И хотя автор статьи «О массированных действиях авиации» ни разу об этом не обмолвился, было очевидно, что если не существует возможности создать группировку БА, способную нанести противнику серьезный ущерб, ее задачи должны быть сведены к изнуряющим действиям и моральнопсихологическому, а не огневому воздействию. А это, в свою очередь, должно было привести к переосмыслению ее роли и значения в боевых действиях и, соответственно, к корректировке в военном строительстве.

Ответ не заставил себя ждать. В статье полковника М. Д. Тихонова13 «Оперативные и тактические нормы поражения авиабомбами»14 было замечено, что приведенные Ф. А. нормы поражения могут быть применены исключительно для предварительного подсчета общего тоннажа бомб и общего числа самолетовылетов, потребных для проведения операции, но не для определения ассортимента бомб и взрывателей для поражения отдельных объектов15, т. е. имеют только оперативный характер. Стремление же перенести эти нормы, пригодные лишь для использования в штабах фронта и армии при определении необходимого авиационного ресурса перед началом или в ходе операции, на тактический уровень М. Д. Тихонов назвал «вредной попыткой отказаться от изучения бомбардировочного вооружения и эффективности его боевого применения» и «выхолащиванием из тактики

основных вопросов боевого применения»16.

Главный смысл статьи заключался в том, что БА все же может наносить противнику ощутимый для него урон и, следовательно, может рассматриваться как ударная сила войск фронта. Но для этого должны быть использованы не «грубые и приближенные расчеты», приведенные в статье Ф. А., а другие. основанные на имеющемся опыте и сведенные в таблицы бомбардировочных расчетов.

Согласно статье М. Д. Тихонова, условно принятая Ф. А. норма поражения 10 т бомб на 1 км2 подразумевала достижение средней плотности поражения в одну 100-кг фугасную бомбу на квадрат в 100^100 м. При этом Ф. А. считал, что «при подобном насыщении огнем у противника мало останется живого на такой площади». Однако, замечает М. Д. Тихонов, сторона поражаемого квадрата одной 100-кг бомбы составит всего 58 м, и для надежного поражения цели потребуется более высокая плотность. Кроме того, фугасные бомбы применимы только для войск, расположенных укрыто в щелях, блиндажах, т. е. в укреплениях с верхним перекрытием. Войска же, расположенные открыто (пехота в окопах, основные группировки артиллерии, подвижный противотанковый резерв и резервы полков и дивизий), необходимо бомбардировать мелкими осколочными или крупноосколочными бомбами. Суммируя всё это, как замечает автор, при неизменной оперативной плотности в 10 т бомб на 1 км2 потребуется ограничить число целей в полосе прорыва и определить тактические нормы, отличные от оперативных.

По мнению автора, «едва ли будет ошибкой <...> считать, что на протяжении всей наступательной операции на участке фронта 20x15 км окажется необходимым подвергнуть бомбардировке не более 100 целей размерами 1x1 км», при этом получится тактическая норма плотности поражения 30 т бомб на 1 км2. «Для фугасной 100-кг бомбы на 1 км2 <...> это составит 300 бомб»16. Для фугасной 50-кг — 600 бомб. «Положив бомбы на участок местности с указанной тактической нормой плотности, можно быть уверенным в поражения живой силы в кустарниках и рощах, а также танков (осколки будут пробивать броню толщиной 15-20 см), автотранспорта и орудийного расчета, укрытого щитами»17.

Автор предполагает, что при увеличении плотности можно рассчитывать на сплошное уничтожение всех сооружений, живой силы и

даже изменение характера местности, например, с расходом до 50 т бомб на 1 км2. Для этого потребуется соответствующее сосредоточение усилий бомбардировочной авиации, но тогда вообще отпадет необходимость определять линейные размеры цели.

Как первый, так и второй автор исходили из одних и тех же посылок: имеющаяся БА не в состоянии прицельно поражать цели, имеет незначительную бомбовую нагрузку, отсутствует в достаточных для эффективных боевых действий количествах, основным принципом ее применения должен быть принцип массирования. Однако делали при этом диаметрально противоположные выводы: первый автор склонялся к применению БА как средства изнурения, второй — как эффективного средства поражения за счет высокой избирательности целей и еще большего, чем в первом случае, массирования.

В связи с наметившимися разногласиями автор первой статьи получил еще одну возможность для прояснения своей позиции. Поэтому в том же номере, в котором была опубликована статья М. Д. Тихонова, была опубликована новая статья Ф. А. «О бомбардировочных расчетах»18. В ней автор пишет, что большая часть имеющихся бомбардировочных расчетов сделана «вне конкретной боевой действительности»19 и потому изобилует ошибками. Когда на основе этих расчетов принимаются решения об оптимальной высоте бомбардирования, способах захода на цель, боевых порядках самолетов, методах бомбардирования, других тактических вопросах, — ошибки умножаются.

В то же время, «тактические приемы бомбардировщиков в боевой обстановке <.> зависят от целого ряда других <.> факторов», а не расчета необходимого наряда сил для уничтожения цели площадью 1x1 км. Автор указывает, что важнейшими среди них являются: имеющиеся разведывательные данные

о противнике, защищенность цели средствами ПВО и связанная с этим необходимость бомбардировки с больших высот, способность БА обнаружить цель и нанести точный удар с 8-10 тыс. м, действительная бомбовая нагрузка бомбардировщиков и т. д. и т. п. В качестве примера автор замечает, что вследствие увеличения меткости стрельбы зенитной артиллерии и для достижения внезапности бомбардировочная авиация подняла высоты своих действий. Однако «большие вы-

соты резко снизили вероятность попадания. Удаление цели от центра рассеивания при бомбометании с 8 тыс. м может нормально достигать 1 км <...> Группа так называемых “высотных бомбардировщиков” не в состоянии действовать на поле боя по отдельным объектам. Экипажи с высоты 6-8 тыс. м просто не в состоянии обнаружить артпозиции, скопления войск, подходящие резервы и т. п.,

тем более что противник будет использовать

20

местность и маскироваться»20.

Надо признать, на тот момент это были совершенно справедливые слова. Можно было бы оспорить лишь величину вероятного отклонения точки падения бомб от точки прицеливания при бомбометании с больших высот. Так, согласно учебнику по основам общей тактики Военно-воздушных сил, при скорости 400 км/час (112 м/с) с горизонтального полета отклонение тяжелой бомбы (более 250 кг), сброшенной с 7000 м должно было составить 204 м, а с высоты 10000 м — 230 м21. Однако. учитывая возможные ошибки в вычислениях, а также маневренный характер цели (например, корабля), вероятность поражения цели одной бомбой действительно выглядела исключительно низкой22.

Получалось, что если БА будет привлекаться для разрушения крупных объектов: железнодорожных узлов, морских и авиационных баз, промышленных предприятий и других стационарных объектов, можно надеяться на успех. Но если перед бомбардировщиками поставить задачу уничтожения целей небольших размеров (паровозных депо, ангаров, пристаней, электростанций, отдельных цехов, мостов, составов на перегонах, кораблей в море и т. п.), то на ее решение необходимо будет выделить несоразмерные цели силы БА без каких либо гарантий уничтожения.

Именно поэтому, по мнению автора, бомбардировщики должны действовать небольшими группами и безотносительно к имеющимся расчетам. В свою очередь, малые группы БА позволят: большее количество раз появляться над войсками противника и обеспечить тем самым его моральное изнурение; потребуют меньшего количества истребителей прикрытия; приведут к меньшей их уязвимости от огня зенитной артиллерии и, наконец, облегчат полет в сложных метеорологических условиях. «.попадание одной бомбой, - заключает автор, - не принесет серьезного успеха; нужно очень много

бомб, нужно непрерывно изматывать противника непрекращающимися бомбардировками до тех пор, пока не будет сломлено его

23

сопротивление»23.

Несмотря на общее негативное отношение к боевым возможностям БА, автор не исключал того, что может появиться необходимость «очень точного поражения бомбами отдельных объектов большой важности как в войсковом, так и оперативном тылу противника», однако замечал, что такие задачи можно выполнить только с помощью пикирующих бомбардировщиков, которые относительно небольшими группами в 5-8 самолетов могут разрушить цель, «на которую потребуется нарядить по теоретическим бомбардировочным расчетам более сотни высотных, горизонтальных бомбардировщиков»23.

Тон статей и порядок публикаций в «Вестнике воздушного флота» совершенно ясно говорил о том, что над бомбардировочной авиацией сгущаются тучи и её судьба, несмотря ни на какие рекордные полеты 19361937 гг., буквально «висит на волоске».

Сегодня из многочисленных архивных и мемуарных источников известно, какие коллизии происходили на уровне главного военного и политического руководства страны во второй половине 30-х гг. по поводу авиации. Однако к началу 40-х гг. единство взглядов в целом было достигнуто. Без авиации и ее главной ударной силы — бомбардировочной авиации - выиграть современную войну не представлялось возможным. При этом важнейшими направлениями развития ВВС считались повышение качества и увеличение количества авиационной техники, совершенствование подготовки авиационных кадров, всемерное развитие военной науки, накопление опыта боевого применения авиационных частей, соединений и объединений в операциях фронтов и групп армий в войне с сильным и хорошо обученным противником. Для этого предпринимались ни с чем не сравнимые усилия по развитию авиационной промышленности и расширению сети военно-учебных заведений ВВС. Так что оставалось лишь устранить последствия разночтения роли и значения БА в умах специалистов ВВС и сухопутных войск КА.

Статью, подводящую итог дискуссии о бомбардировочных расчетах и правильно расставляющую все акценты в вопросах боевого применения БА, было поручено подгото-

вить хорошо известному в ВВС и сухопутных войсках М. Н. Никольскому.

Михаил Николаевич Никольский, начальник кафедры огневой подготовки Военновоздушной академии им. Н. Е. Жуковского, неоднократно выступавший и в академии им. М. В. Фрунзе, был известен своим вкладом в создание отечественной бомбардировочной авиации — «красной» эскадры самолетов «Илья Муромец», являлся однокашником их конструктора И. И. Сикорского, а также автором нескольких серьезных научных работ по теории и практике применения БА24.

В своей статье «О применении авиации в боевой обстановке»25 он отметил, что нельзя согласиться с уничтожающей критикой всей теоретической части бомбардировочных расчетов, а также представлением некоторых специалистов ВВС «ограниченными людьми, не способными понять обстановки боевой деятельности»26. Этого нельзя сделать потому, что позиция Ф. А. имеет совершенно очевидные недостатки, но в большей мере потому, что такая постановка вопроса дезориентирует преподавателей тактики и слушателей в вопросах необходимости использования имеющихся теоретических расчетов применения БА.

К основным недостаткам статей Ф. А. Никольский отнес: убежденность автора в использовании БА для поражения оперативных целей только после прорыва оборонительной полосы противника; расчет потребного количества авиации лишь на одни сутки и на глубину 15 км; отсутствие согласования действий БА с действиями наземных войск.

Конечно, эти недостатки можно было обнаружить в статьях, с которыми полемизировал М. Н. Никольский, но только в том случае, если отвлечься от заложенной в них идеи рассмотрения проблемы в принципе. Так, например, из статей Ф. А. не вытекало, что планирование боевых действий должно осуществляться лишь на сутки. Автор писал, что и на сутки это сделать проблематично, т. к. необходимо обеспечить действия громадного числа авиационной техники и обеспечивающих их сил.

Самым же убийственным было обвинение в отказе от взаимодействия с наземными войсками, которое прозвучало, как представляется, в адрес представителя сухопутных войск.

Однако дело было не в действительных достоинствах и недостатках статей Ф. А., а в

той общей направленности, которую необходимо было сформировать в сознании быстро увеличивающегося числа авиационных специалистов всех уровней. Необходимо было не только исправить начавшую укрепляться тенденцию упрощенчества в планировании боевых действий, но и преодолеть бытовавшие у многих авиационных командиров и начальников чисто затратные подходы.

М. Н. Никольский замечает, что для площадного бомбардирования никаких бомб не хватит. Поэтому еще до начала боевых действий необходимо тщательно рассчитать, какие цели должны быть уничтожены и сколько для этого понадобится сил БА. И для этого «имеется вполне доброкачественный материал в справочнике», который «совершенно нецелесообразно подменять <...> измышлениями, не имеющими никакого обоснования»27.

В связи с затронутой проблемой пикирующих бомбардировщиков М. Н. Никольский обратил внимание на то, что по опыту борьбы германской авиации с английским флотом пикирующие бомбардировщики действовали все же хуже, чем ожидалось. Это было связано с тем, что их применение также требует производства расчетов. Они не являются оружием, не дающим рассеивания. Поэтому, согласившись с мнением Ф. А., что и сотни бомбардировщиков не хватит для уничтожения железнодорожного моста при бомбометании с высоты 10000 м, тем не менее отметил, что при нормальном бомбометании «отношение количества пикирующих бомбардировщиков к обыкновенным будет приблизительно 2:3»28.

Этой статьей дискуссия о роли и месте БА в современной войне в открытой печати была полностью исчерпана. К моменту выхода статьи М. Н. Никольского в свет в войсках уже появились проект Полевого устава РККА, Боевой устав бомбардировочной авиации (БУБА-40)29, где все основные вопросы применения БА были рассмотрены.

Однако проблемы, вскрывшиеся в ходе обсуждения, остались.

В первую очередь, они были связаны со сложностью обеспечения боевых действий больших в количественном отношении объединений ВВС. С этой проблемой наше командование столкнулось уже в ходе Советско-финской войны. Но даже в годы Великой Отечественной войны, на ее заключительном этапе, когда советские войска научились вое-

вать, лучшая в составе ВВС 16 ВА, насчитывавшая примерно то же количество самолетов, о котором говорил Ф. А. (около 3000 шт.), в ходе битвы за Берлин едва могла поднимать в воздух 2/3 из них. Остальные же оставались на земле из-за нехватки топлива или боеприпасов. В период наивысшего напряжения при нанесении массированных ударов по Берлину, в условиях полного господства в воздухе, с 21 по 26 апреля 1945 г. 16 и 18 воздушные армии (ВА) вместе выполнили 2400 самолетовылетов и сбросили 1300 т бомб30. То есть столько, сколько предполагалось выполнять в 1938 г. силами авиации только одного фронта и в течение одного дня. При этом средняя бомбовая нагрузка фронтовой бомбардировочной авиации 16 ВА и дальней бомбардировочной авиации 18 ВА составила менее 600 кг на один самолет, что даже не пытались обсчитывать накануне войны.

Надо признать, действительные проблемы обеспечения боевых действий столь крупных объединений ВВС, о чем говорил в своих статьях Ф. А., так решены и не были.

Вторая проблема, на которую обратили внимание все участники дискуссии, была связана с низкой точностью бомбометания. В каждом отдельном случае были предложены собственные рецепты ее решения. Так, Ф. А. предлагал сосредоточиться на производстве пикирующих бомбардировщиков. И эта программа действительно была запущена. Практически все задания на создание бомбардировщиков в 1939-1940 гг. подразумевали выпуск таких типов самолетов, которые были бы способны выполнять удары с пикирования. В результате появились бомбардировщики Ар-2, Пе-2, Як-4. Летный состав начал осваивать выполнение задач на этих самолетах с углами атаки в 50-600, но опыт войны показал, что в процессе напряженных боевых действий осуществление бомбометания с пикирования — крайне сложная задача. В итоге этим способом в 1943 г. было выполнено 4 % бомбометаний, в 1944-1945 гг. — 7 %31.

Более распространенным и всем понятным способом повышения результативности действий БА было массирование ее действий, которое было описано во всех учебниках и обильно подкреплено бомбардировочными расчетами. Именно об этом говорилось в статьях М. Д. Тихонова и М. Н. Никольского. Однако практика показала, что даже многократное превышение действительного наряда

бомбардировщиков над теоретическим расчетом не являлось гарантией поражения цели. Так, в ходе Советско-финской войны 35 сбап вылетел на бомбометание по мосту Коувола, но, подойдя к цели, экипажи увидели... два моста, о чем никто не подозревал. Было принято решение уничтожить оба. Результаты оказались неутешительными: полк, «нормально» атакуя наземную цель, без противодействия истребителей не смог уничтожить ни один из мостов. Все фугаски легли мимо! 32

Как представляется, обмен мнениями по этим сложным и неоднозначным проблемам все же привел к определенным положительным результатам. Так, например, в ходе их обсуждения удалось в общих чертах обрисовать облик авиационной группировки, в которой нуждался фронт при проведении наступательной операции. Военные специалисты получили возможность взвесить все «за» и «против» тех или иных вариантов применения бомбардировочной и истребительной авиации. Были вскрыты сильные и слабые стороны отечественных ВВС по отношению к наступательным и оборонительным возможностям противника. Наконец, вероятному противнику было ясно указано, на какие затраты готово советское правительство для достижения победы в будущей войне.

Примечания

1 См.: Чайкин, В. И. О материальном истощении противника действиями ВВС // Вестн. воздуш. флота. 1939. N° 3. С. 46-49; Н. Ч. Атака и оборона авиационных баз // Там же. № 4. С. 47-48; Тихонов, М. Д. Метеорологические условия и меткость бомбометания на больших высотах и скоростях // Там же. С. 55-59; Рассказ героического китайского летчика Кун Ли-на // Там же. № 5. С. 27-30; Г. З. Способы нападения бомбардировщиков // Там же. С. 31-35; Зайцев, К. Условия и особенности самолетовождения ночью на больших высотах // Там же. № 6. С. 35-41; Архипов, В. Н. К вопросу о ночном бомбометании // Там же. С. 42-51; Кувилов, В. Н. Бомбометание с пикирования по целям ограниченных размеров / В. Н. Кувилов, Н. Д. Рудой // Там же. № 7. С. 26-33; Поликарпов, И. П. Действия ВВС в наступательном бою стрелкового корпуса / И. П. Поликарпов, М. В. Дегтярев // Там же. № 8. С. 10-22; Уничтожение авиации на земле // Там же. С. 24-29; Корепанов, М. Боевые

действия военно-воздушных сил в армейской оборонительной операции // Там же. № 9. С.41-47.

2 ГАРФ. Ф. 8418. Оп. 25. Д. 14. Л. 2-3.

3 Количественный и качественный состав авиационного парка Вооруженных сил СССР (на 01.06.1941). иЯЬ : http://www.rkka.ru/ ihandbook.htm (дата обращения 17.06.2008).

4 Швабедиссен, В. Сталинские соколы : Анализ действий советской авиации в 19411945 гг. Минск : Харвест, 2001. С. 14.

5 Полевой устав РККА (ПУ-39). М. : Воениз-дат, 1939. С. 23.

6 Дуэ, Дж. Господство в воздухе : сб. тр. по вопр. воздуш. войны. М. : Воениздат НКО СССР, 1936. С. 373.

7 Согласно данным Н. С. Симонова, доля капитальных вложений в авиационное производство в 1937-1940 гг. превосходила вложения в судостроение, производство танков и артиллерии вместе взятые. Это предопределило значительное превышение объемов валовой продукции Народного комиссариата (НК) авиационной промышленности над комиссариатами боеприпасов, судостроения и вооружений. См.: Симонов, Н. С. Военнопромышленный комплекс СССР в 19201950-е годы : темпы экономического роста, структура, организация производства и управление. М. : РОССПЭН, 1996. С. 97, 124.

8 История военного искусства. Монино : ВВА, 2005.С. 95.

9 Ф. А. О массированных действиях авиации // Вестн. воздуш. флота. 1938. № 11. С. 26-29.

10 Там же. С. 27.

11 Там же. С. 28.

12 Никольский, М. О применении авиации в боевой обстановке // Вестн. воздуш. флота. 1940. № 5. С. 32.

13 Один из авторов учебника по бомбометанию. См.: Тихонов, М. Д. Бомбометание : учеб. для шк. и училищ воен. воздуш. сил РККА / М. Д. Тихонов, Г. И. Игнациус, И. Е. Смольянинов. М. : Воениздат НКО СССР, 1939.

14 Тихонов, М. Д. Оперативные и тактические нормы поражения авиабомбами // Вестн. воздуш. флота. 1939. № 10. С. 11-15.

15 Ф. А. О бомбардировочных расчетах // Вестн. воздуш. флота. 1939. № 10. С. 11.

16 Там же. С. 12.

17 Там же. С. 13.

18 Там же. С. 16-18.

19 Там же. С. 16.

20 Там же. С. 17.

21 Теплинский, Б. Основы общей тактики Военно-воздушных сил. Техника и тактика видов авиации. М. : Госвоениздат, 1940. С. 79.

22 Так, например, вероятность попадания одиночной прицельно сброшенной бомбой в железнодорожный мост шириной в 4 м и длинной 100 м составляла р=0,076, а поражения маневрирующего корабля длинной 200 м и шириной 22 м с высоты 4000 м одной 1000 кг бомбой составляла всего р=0,065, т. е. 6,5 %! Другими словами, для выполнения задач подобного рода должно было быть задействовано не менее эскадрильи самолетов-бомбардировщиков. См.: Соловьев, М. П. Основы бомбометания : учеб. для вузов РККА / М. П. Соловьев, А. И. Арбузов. М. : Воениздат НКО СССР, 1940. С. 224, 234, 312.

23 Ф. А. О бомбардировочных расчетах. С. 18.

24 Никольский, М. Н. Вопросы тактики бомбардировочной авиации. М. : Авиаизд-во, 1925.

25 Никольский, М. О применении авиации в боевой обстановке. С. 32-36.

26 Там же. С. 32.

27 Там же. С. 34.

28 Там же. С. 36.

29 Боевой устав бомбардировочной авиации (БУБА-40). М. : Воениздат, 1940.

30 История военного искусства. Монино : ВВА, 1995. С. 163.

31 Там же. С. 95.

32 Морозов, М. ВВС Красной Армии в Зимней войне 1939-1940 // История авиации (Спецвыпуск № 2). 2008. С. 16.