Пословица как прагматическое орудие при аргументации и критической дискуссии (на материале французского языка)

УДК 81 ББК 81.47

ПОСЛОВИЦА КАК ПРАГМАТИЧЕСКОЕ ОРУДИЕ ПРИ АРГУМЕНТАЦИИ И КРИТИЧЕСКОЙ ДИСКУССИИ

PROVERB AS A PRAGMATIC ARM FOR ARGUMENTATION AND CRITICAL DISCUSSION

О. С. Анисимова

В статье разработана авторская концепция этапов становления и развития пословиц. Продемонстрированы возможности употребления пословиц на каждом из этапов критической дискуссии. Проанализирован прагматический потенциал пословиц. В связи с установленными свойствами пословиц доказана их принадлежность не только к системе языка и речи, но и к более крупным системам, в частности, к надсистеме человек - язык - культура.

Ключевые слова: пословица, этапы развития пословиц, умозаключение, прагматическое орудие, пословица при критической дискуссии.

Проблема понимания и трактовки пословиц продолжает оставаться актуальной. Бесспорно, пословица - многофункциональное явление, составляющее неотъемлемую часть нескольких подсистем. Ведь пословицы являются одновременно единицами языка, коммуникативными единицами (то есть единицами речи) и элементами критической дискуссии.

Многие лингвисты пришли к выводу, что пословица - не только единица языка и речи, но и «отражение» культуры и менталитета народа-носителя. В частности, Г. Л. Пермяков утверждал, что пословицы являются не только единицами языка, но и логическими единицами, выражающими то или иное суждение, а также художественными миниатюрами, в яркой чеканной форме обобщающими весь процесс действительности [1, с. 14].

Принадлежность пословиц к единицам речи позволяет раскрыть еще одно их свойство. По мнению И. В. Харитоновой, речь - это «цепная связь», имеющая начало и конец и являющаяся «результатом завершения мыслительных операций таких, как суждение и умозаключение» [2, с. 126]. Пословицы фигурируют в речи в форме законченного предложения, выражая, таким образом, законченную мысль, что позволяет отнести их к категории умозаключений.

Если пословица является умозаключением, следовательно, она может употребляться во время ведения дискуссии. При критической дискуссии пословицы играют особую роль, поскольку они, в силу своей общеизвестно-

O. S. Anisimova

The article contains author's conception of the stages of proverbs forming and development. In the article the possibilities of proverbs use on each stage of critical discussion are demonstrated. The pragmatic potential of proverbs is analyzed as well. In connection with proverbs properties, their affiliation not only with the system of language and speech is proved, but also with the supersystem "language - culture - society".

Keywords: proverb, stages of proverbs development, conclusion, pragmatic arm, proverb as a part of critical discussion.

сти, позволяют просто и понятно донести до собеседника ту или иную точку зрения. Следовательно, пословицы упрощают процесс коммуникации и делают последнюю более эффективной.

В идеальной модели критической дискуссии Ф. Х. ван Еемерен и Р. Гроотендорст выделяют четыре стадии:

1) стадия конфронтации (выявляется точка зрения, которая пока не может быть общепринятой из-за высказываемых сомнений и противоречий, устанавливающих различия во мнениях среди участников дискуссии (различия во мнениях, в свою очередь, могут породить несколько других точек зрения));

2) стадия открытости дискуссии (участники обсуждения принимают на себя роли антагониста и протагониста, определяют общую отправную точку для начала дискуссии, оговаривают отправные положения и правила обсуждения, антагонист критически относится к точке зрения протагониста и к методам ее защиты);

3) стадия аргументации (протагонист выдвигает доводы в пользу своей точки зрения, добавляет к ним новые аргументы, защищаясь от критики антагониста);

4) заключительная стадия (приход антагониста и протагониста к консенсусу) [3, с. 61].

Предназначение и последующее применение не могут не оказывать влияния на процесс формирования и структуру пословиц. Следовательно, существует взаимосвязь между этапами развития критической дискус-

сии, стадиями развития пословиц и их употреблением при аргументации. Основываясь на этом утверждении, попытаемся выделить стадии становления и развития пословицы.

1. Начальная стадия

На начальной стадии своего развития пословица представляет собой точку зрения, высказанную в рамках конкретной ситуации. Пословица на стадии становления, как и точка зрения, высказываемая на стадии конфронтации критической модели дискуссии, еще не может быть общепринятой в силу новизны, вариативности и нехватки достаточных доказательств своей истинности (достаточного количества употреблений в различном контексте). Выражается законченным предложением. Пословица на данном этапе может являться индивидуальным умозаключением, то есть иметь конкретного автора и фигурировать в форме афоризма, который, получив всеобщее признание, переходит в дальнейшем в разряд пословицы. Например:

LLâme... est le seul oiseau qui soutienne sa cage. - Душа.....

это единственная птица, оберегающая собственную клетку [4].

2. Стадия оформления

На этой стадии устанавливается клишированная форма пословицы. Если до этого компоненты могли варьироваться, то на данном этапе определяется либо основной, либо единственный общепринятый вариант пословицы. Происходит согласование содержания пословицы с мыслями и образом жизни большинства людей, то есть пословица переходит в разряд коллективного суждения. Первоначальные рамки, в которых употреблялась пословица, постепенно нивелируются. Следовательно, в пословице развивается образность, переносный смысл, метафоризация:

Après avoir lu lentement cette lettre l'abbé se dit: "Le vin est tiré, il faut le boire... Trop tard pour reculer". - Медленно прочитав письмо, аббат сказал: «Что ж, отступать поздно. Коль заварил кашу, надо ее расхлебывать» [5].

Ce n'est pas une preuve. Mais enfin... Il n'y a pas de fumée sans feu. - Это еще не доказательство. А впрочем, нет дыма без огня [5].

Les loups ne se mangent pas entre eux. - Ворон ворону глаз не выклюет.

3. Стадия концептуализации

Пословица становится устойчивым сочетанием, имеющим конкретный смысл, приобретает общеизвестность. Пословица становится отражением реальной действительности сквозь призму человеческого восприятия, элементом культурного наследия народа-носителя. Она приобретает историческую ценность как способ передачи полученных знаний и накопленного опыта из поколения в поколение, способствует концептуализации понятий реальной действительности. На данном этапе возможно

объединение нескольких пословиц, в которых фигурирует один и тот же концепт, в группы. Например, пословицы с концептом «дружба»:

Un trésor n'est pas un ami, mais un ami est un trésor.

- Друг дороже денег.

Les vieilles amitiés ne se remplacent pas. - Старый друг лучше новых двух.

Qui cesse d'etre ami ne l'a jamais été. - Друг до поры

- тот же недруг.

Qui n'a point d'amis ne vit qu'à demi. - Без друзей жить - жизнь зря прожить.

4. Стадия прагматической реализации

Пословица становятся прагматическим орудием [6, с. 165] за счет основной заключенной в ней идеи. Во время ведения дискуссии может употребляться как вывод. Возможно усложнение структуры. В некоторых случаях в пословице может употребляться эллиптическая структура:

Rien n'est si dangereux qu'un ignorant ami. Mieux vaut un sage ennemi. - Услужливый дурак опаснее врага.

Таким образом, пословицы могут быть употреблены на любой стадии критической дискуссии. Но наибольшую ценность они представляют для стадии аргументации, в которой пословицы фигурируют в качестве дополнительного довода, и для заключительной стадии, в которой они могут выступать в качестве общепризнанного умозаключения, вывода. Следует отметить, что важную роль для пословицы играет контекст, так как именно в контексте четко показана цель, с которой она употребляется. Цели, в свою очередь, могут быть диаметрально противоположными. Протагонист может употребить пословицу в качестве дополнительного подтверждения своего утверждения, например:

Dans ce cas précis, pierre qui roule n'amasse pas mousse. -Как раз в этом случае, кто много странствует, добра не наживает.

Пословица может быть употреблена и антагонистом для выражения несогласия с применяемым в ней стереотипом. Например:

C'est une pierre qui roule, mais elle amasse de la mousse. -Он много странствует, но и добро наживает.

Во втором случае клишированная форма пословицы может быть изменена: в пословице может быть упразднено, или, наоборот, при помощи контекста, искусственно применено отрицание.

Помимо идеальной модели использования речевых актов на различных стадиях критического обсуждения, протагонист и антагонист обязаны соблюдать ряд правил, входящих в кодекс рационального поведения участников дискуссии. В случае если правила не будут соблюдены, дискуссия пойдет неверно и возникнут препятствия при попытке рационального преодоления разногласий. Эти проблемы могут появиться на любой стадии обсуждения и бывают обусловлены неверными аргумен-тативными действиями, выраженными аргументативны-ми ошибками или иными нарушениями принципа рациональности [7, с. 62].

При неправильном употреблении пословиц в контексте, которое может быть вызвано многими факторами, в частности, их буквальным или вовсе искаженным восприятием, возможны аргументативные ошибки. В таких случаях употребление пословицы становится неуместным. Часто подобные ошибки возникают при трансляции пословиц и выборе несоответствующего эквивалента в переводящем языке:

Elle est jolie. Eh! Tant mieux. À bon chat bon rat, ma camarade. - Она хорошенькая. Ну что же, тем лучше. Нашла коса на камень, голубушка [8].

Более удачный эквивалент пословицы был выбран в другом варианте перевода:

Она красива, - подумал он. - Что ж, это хорошо. О нас с тобой, голубушка, можно сказать: на ловца и зверь бежит... [9, c. 151].

Неоспорима и взаимосвязь пословицы с риторикой. В последнее время в лингвистических исследованиях переосмыслению подверглась риторика в целом и ее роль в диалектическом процессе. Голландские ученые Ф. Х. ван Еемерен и Р. Гроотендорст в своем исследовании приходят к выводу, что риторика, будучи учением о приемах убедительной речи, должна быть совмещена с идеалами разумного критического рассуждения [7, с. 21]. Это сочетание находит свое отражение в пословицах: в них используются многочисленные приемы убедительной речи, а по своей структуре они выражаются законченными предложениями, то есть являются умозаключениями. Соответствие пословиц логическому выводу или итогу позволяет им быть неотъемлемым элементом заключительной части критической дискуссии.

Переосмысление подходов к изучению риторики началось после появления работы Х. Перельмана и Л. Ольбрехтс-Титеки, под влиянием которой группа лингвистов в США занялась изучением рациональных свойств риторики. Ф. Х. ван Еемерен и Р. Гроотендорст в книге «Стратегическое маневрирование в аргументативном дискурсе» [7, с. 22] использовали элементы риторики в «прагма-диалектическом» методе анализа аргументатив-ного дискурса. Исследователи полагают, что на любом этапе диалектического процесса преодоления разногласий всегда присутствует та или иная риторическая цель. В этом плане пословицы способны стать «орудием» для пропонента и оппонента какого-либо тезиса. Ведь основным назначением пословиц является выражение ряда прагматических установок с целью оказания определенного воздействия на адресата. Они представляют собой прагматические орудия [6, c. 165]. Следовательно, пословицы несут в себе и определенную риторическую цель.

В 1990-е гг. появилась монография Д. Фримена «Диалектика и макроструктура аргументов» [10], основанная на теории аргументации С. Тулмина. Основой монографии Д. Фримена стал тезис, согласно которому структура аргументации должна анализироваться как результат ар-гументативного процесса (диалога между обвинителем и ответчиком). Данный подход основывается на процедурной модели С. Тулмина, впервые предложенной в книге

«Использование аргументов» [11]. Концепция аргумента-тивной структуры Д. Фримена направлена на обеспечение убедительных критериев при разграничении различных типов структур. По утверждению Д. Фримена, целью этого подхода является предоставление исследователям рационального критерия для разграничения различных типов аргументативных элементов и их структурных конфигураций. Рациональный критерий в концепции Д. Фримена представлен базовой диалектической ситуацией, в рамках которой оппонентом могут быть заданы три типа базовых диалектических вопросов:

1) вопросы, выявляющие приемлемость (acceptability);

2) вопросы, связанные с релевантностью (relevance);

3) вопросы, связанные с достоверностью (ground adequacy) [10, c. 91].

Для ответа на каждый из этих вопросов необходима особая аргументация, следовательно, и своя аргумента-тивная схема. Общими для ответов на все эти вопросы являются конвергентные аргументативные структуры. При ответе на вопрос о приемлемости (почему я должен верить этим предположениям?) используется последовательная структура (serial structure). При ответе на вопрос о релевантности (почему эти основания являются релевантными для данного утверждения?) используется связанная структура (linked structure), направленная на выявление уместности употребления данного довода для конкретного суждения. В случае ответа на вопрос о достоверности суждения (можете ли вы привести дополнительные основания?) используется конвергентная структура, то есть приводятся дополнительные доводы, подтверждающие достоверность. Таким образом, возникает структура с посылками, каждая из которых независима от остальных и релевантна по отношению к общему заключению. Д. Фримен полагал, что возникновение связанной структуры всегда будет свидетельствовать о подтверждении релевантности умозаключения [10, с. 93].

Пословицы могут применяться в базовой диалектической ситуации в силу своей общеизвестности и содержащихся в них риторических целей. Следовательно, в пословицах могут быть отражены необходимые для подтверждения довода критерии, выраженные определенной аргументативной структурой:

1. Последовательная структура (предпосылка - заключение - заключение):

Garde-toi d'un gascon ou d'un normand: l'un hable trop et l'autre ment. - Берегись гасконца или нормандца - один хвастун, а другой - враль.

2. Связанная структура (предпосылка + предпосылка - заключение):

Des femmes et des chevaux, il n'y en a point sans defaut. -Женщин, как и лошадей, безупречных не бывает.

3. Конвергентная структура (предпосылка - предпосылка - заключение):

Toutes les fois qu'il tonne, le tonnerre ne tombe pas. - Не всегда видна молния, когда гремит гром.

Все проанализированные свойства пословиц, их отношение к единицам языка, единицам речи, их принад-

лежность к категории умозаключений и роль в процессе аргументации и критической дискуссии позволяет сделать следующий вывод: пословица является не только составной частью подсистемы системы язык - речь, но и составной частью надсистемы человек - язык - культура [12, с. 13], поскольку она является одновременно творением человеческого ума, единицей языка и элементом истории и культуры народа-носителя.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Пермяков Г. Л. Основы структурной паремиоло-гии. М., 1988.

2. Харитонова И. В. Системное исследование языка: Философско-методологический аспект: дис. ... д-ра филос. наук. М., 2004.

3. Eemeren F. H. van, Grootendorst R. A Systematic Theory of Argumentation. The pragma-dialectical approach. Cambridge: Cambridge University Press, 2004.

4. Hugo V. Les misérables. T. II. Lgf, 1998.

5. Гак В. Г. Новый большой французско-русский фразеологический словарь. М.: Русский язык-медиа, 2005.

6. Крикманн А. А. Опыт объяснения некоторых семантических механизмов пословицы // Паремио-логические исследования: сб. ст. М.: Наука, 1984. С. 149-177.

7. Eemeren F. H. van, Grootendorst R. Crucial concepts in argumentative theory. Amsterdam: Amsterdam University Press, 2001.

8. Dictionnaire français-russe des idiomes [Ressource électronique]. URL: http://idioms_fr_ru.academic. ru (date d'accès: 03.04.2014).

9. Мопассан Ги де. Милый друг. М: Азбука-классика, 2009.

10. Freeman J. B. Dialectics and the Macrostructure of Arguments: a theory of argument structure. N.Y.: Floris Publications, 1991.

11. Toulmin S. E. The uses of Argument. Cambridge: Cambridge University Press, 1958.

12. Харитонова И. В. Теоретические основы системного исследования языка: моногр. М., 2003.

REFERENCES

1. Permyakov G. L. Osnovy strukturnoy paremiologii (Foundations of structural paramiology). Moscow, 1988.

2. Kharitonova I. V. Sistemnoe issledovanie yazyka: Filosofsko-metodologicheskiy aspekt (System research of the language: Philosophical and methodological aspect). Moscow, 2004.

3. Eemeren F. H. van, Grootendorst R. A. Systematic Theory of Argumentation. The pragma-dialectical approach. Cambridge: Cambridge University Press, 2004.

4. Hugo V. The Miserable Ones [Les misérables] (1998) Vol. II, Lgf.

5. Gak V. G. Novyy bolshoy frantsuzsko-russkiy frazeologicheskiy slovar (New big French-Russian dictionary of phraseological units). Moscow: Russ-kiy yazyk-media, 2005.

6. Krikmann A. A. Attempts of explaining some semantic mechanisms of a proverb [Opyt obyasneni-ya nekotorykh semanticheskikh mekhanizmov poslovitsy]. Paremiologicheskie issledovaniya: sb. st. (Paroemiological researches: collection of articles). Moscow: Nauka, 1984, pp. 149-177.

7. Eemeren F. H. van, Grootendorst R. Crucial concepts in argumentative theory. Amsterdam: Amsterdam University Press, 2001.

8. French-Russian dictionary of idioms [Dictionnaire français-russe des idioms]. Available at: http:// idioms_fr_ru.academic.ru (accessed 03.04.2014).

9. Maupassant, G. de. Milyy drug (Bel-Ami). Moscow: Azbuka-klassika, 2009.

10. Freeman J. B. Dialectics and the Macrostructure of Arguments: a theory of argument structure. New York: Floris Publications, 1991.

11. Toulmin S. E. The uses of Argument. Cambridge: Cambridge University Press, 1958.

12. Kharitonova I. V. Teoreticheskie osnovy sistemno-go issledovaniya yazyka (Theoretical foundations of system research of the language). Moscow, 2003.