55 лет без Сталина

ИЗВЕСТИЯ

3 июня 1953 года

Выдающейся заслугой Тимирязева является его борьба против такого реакционнейшего направления в современной биологии, как вейсманизм. Один из первых выступил Тимирязев против антинаучной теории последователей Вейсмана. Решительно отстаивая материалистическое учение о наследовании признаков, приобретенных под воздействием среды, он зло высмеивал Вейсмана, пытавшегося опровергнуть это учение своими примитивными опытами с удалением хвостов у мышей.

КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА

5 июня 1953 года

Воспитание человека — сложное и трудное дело. Бывает, комсомолец оступится, допустит ошибку, и долг товарищей — не отмахнуться от него, а тут же прийти на выручку, помочь осознать и исправить ошибку. К сожалению, не все комсомольские работники именно так понимают свои обязанности. Некоторые районы ЛКСМУ Сталинской области, например, вместо того, чтобы терпеливо воспитывать комсомольцев, десятками исключают их из комсомола.

КРАСНАЯ ЗВЕЗДА

6 июня 1953 года

Потери французских колонизаторов во Вьетнаме непрерывно возрастают. Число убитых и раненых еще к концу прошлого года перевалило за 250 тысяч. Большие потери не могли не сказаться на моральном состоянии французских войск.

МОСКОВСКАЯ ПРАВДА

7 июня 1953 года

Когда читатели раскрывают очередной номер зарайской районной газеты "Новая жизнь" и видят, например, корреспонденцию "Мастерица своего дела", им нет нужды читать ее до конца.

В каких только жанрах не выступает на страницах газеты "Новая жизнь" Иван Гаврилин — автор названной корреспонденции. Он и поэт, и очеркист, и автор статей, и фельетонист, и даже баснописец. Перо его работает неустанно — что ни номер, то новое произведение. О ком бы он ни писал — о стахановке ли перо-пуховой фабрики "Красный Восток" М. И. Богачовой, о работнице ли обувной фабрики Насте Антоновой — можно подумать, речь идет о сестрах-близнецах. Не менее плодотворен Иван Гаврилин и в части стихов. Например, в полосе "Мы с железным конем все поля обойдем" помещено стихотворение "Весна посевная" Ивана Гаврилина. Начинается оно так:

В сельхозотделе звонит телефон.

— Кто говорит? Говорит район.

Как это напоминает известные стихи для детей!

ПРАВДА

7 июня 1953 года

В зелени парков и садов раскинулся вдоль берега Черного моря Сочи-Мацестинский курорт. Пальмы и магнолии, кипарисы и гималайские кедры, розы и олеандры — все богатство растительного мира как бы сошлось сюда на радостный праздник. Горы защищают курорт от потоков холодного воздуха с севера. Теплое море согревает его. В Сочи имеется более 50 санаториев, способных одновременно вместить до 10 тысяч человек. В прошлом году, например, в Сочи побывало более 200 тысяч человек. Приезжающие на Сочинский курорт во всем видят заботу Советского государства о здоровье трудящихся.

Из воспоминаний Д. Т. Шепилова

Положение Берии могло укрепиться быстро и необратимо. Вот почему Хрущев решил, что нужно действовать безотлагательно. Промедление смерти подобно. Самое сложное и тонкое в подготовке было: как заручиться согласием и активным участием в операции по устранению Берии членов Президиума. Всех или не всех посвящать в это дело? Если не всех, то кого посвящать? С кого начать? В каком порядке, кому и с кем говорить дальше? Кому и как поручить техническую сторону операции? Все части механизма заговора должны были сработать безотказно. Малейшая осечка могла привести к катастрофе: ради сохранения своего положения на вершине пирамиды власти Берия пошел бы на все.

Позже, вспоминая прошлое, я спросил как-то у Н. Хрущева: все ли были единодушны в необходимости устранения Берии? Все ли прошло в этом плане гладко? Он ответил:

— Ну, как вам сказать... Вячеслав (Молотов) сразу, с полуслова, понял все и определил свою позицию. Когда я намекнул ему, что, мол, вы видите, как ведет себя Берия, и что возникает вопрос, не устранить ли нам его с того поста, который он занимает, пока положение не приняло опасный характер, Молотов посмотрел на меня очень понимающе и задал только один вопрос: как, только устранить? После такого вопроса все было ясно, и разговор пошел в открытую. Н. Булганина уговаривать не пришлось. Он все понимал как положено. Самым сложным казался на первых порах вопрос о Маленкове. Все знали о закадычной дружбе его с Берией: они всюду вместе приходили, вместе сидели во всех президиумах, вместе уходили, ну, словом, водой не разольешь. Как тут подступиться? Ведь все можно погубить и самому себе петлю на шею надеть. Но я видел, что и Егору (Маленкову) не по себе. Он ведь тоже, как и все мы, понимал, что Берия торопится занять место Сталина и что в его руках такие средства, что он может с любым из нас сделать все, что угодно. После первых же нескольких заседаний Президиума было ясно, куда Берия гнет. Положение Маленкова было сложным. Как председатель на заседаниях Президиума он пробовал буферить, но из этого ничего не получалось. Вы же помните: что ни заседание, кто бы ни вносил какой вопрос, Берия — свой контрпроект. А выступить против — черт его знает, чем это будет пахнуть. Наконец, вижу, Егор сам начал меня прощупывать. Один раз, другой осторожно сказанул мне, что Лаврентий "все осложняет". Постепенно я увидел, что Егора допекло, и рискнул на разговор. Ну, и нужно сказать, что держался он во всей операции очень твердо.

— Значит, единодушно действовали? — спросил я Хрущева.

Фыркнув очень характерным для него "пф", Хрущев сказал:

— Анастас (Микоян), как всегда, был обтекаем, и трудно было его понять. Он соглашался с тем, что поведение Берии неподходящее, но заявлял: он же не потерянный человек...

Рубрику ведет Евгений Жирнов