Правозащитники просвещают Минпросвещения

Детям без московской регистрации может быть недоступна учеба в столичных школах — об этом говорится в докладе комитета «Гражданское содействие» (занимается помощью мигрантам; внесен в реестр НКО-иноагентов). «Фильтр», утверждают авторы, создан на этапе подачи заявления о поступлении в школу через сайт mos.ru, где требуется указать адрес официальной регистрации в городе. Родительские объединения подчеркивают, что проблема касается не только детей мигрантов, но и граждан РФ, приехавших в столицу из других регионов. В департаменте образования Москвы говорят, что требование представить регистрацию введено Министерством просвещения РФ. В образовательном ведомстве настаивают, что школьное образование в России доступно каждому.

Накануне 1 сентября «Гражданское содействие» подготовило доклад о проблеме с зачислением детей в столичные школы. Правозащитники напоминают, что ст. 43 Конституции гарантирует право на школьное образование для всех на территории России. На деле ситуация иная, указывают авторы доклада. «Позиция департамента образования Москвы неофициальная, но четкая: нет регистрации — нет учебы»,— утверждает аналитик «Гражданского содействия» Константин Троицкий. «Требование свидетельства о регистрации стало почти непреодолимым препятствием для поступления в школы в некоторых районах Московской области и в Москве,— говорится в докладе.—

Родители, у которых ребенок не зарегистрирован в Москве, не могут зачислить его в школу, хотя на правовом уровне отсутствуют какие-либо нормативные правовые акты, позволяющие так делать».

Зачисление в столичные школы происходит онлайн, в анкете есть графа «регистрация». «Люди вписывают туда адрес фактического проживания в Москве. Возможно, у них даже есть официальный договор аренды квартиры,— говорит господин Троицкий.— Но когда они приходят в школу, им сообщают, что были введены неправильные данные — регистрации по такому адресу нет. И отказывают в зачислении ребенка».

Комитет «Гражданское содействие» оспаривает такой порядок с 2017 года. Сейчас правозащитники сопровождают 55 исков об отказе в зачислении. По 16 делам уже состоялись или продолжаются суды, были удовлетворены пять исков о нарушении прав в общей сложности 12 детей. Но когда суд требует повторно рассмотреть вопрос о зачислении, у семьи снова спрашивают регистрацию, говорят правозащитники.

По мнению господина Троицкого, «фильтр» установлен из-за того, что «чиновники опасаются наплыва в столичные школы».

Юрист проекта «Доступ к образованию» Мария Красова поясняет, что система финансирования московских школ городом основана на данных портала mos.ru и КИС ГУСОЭВ (Комплексная информационная система «Государственные услуги в сфере образования в электронном виде»). «Детей с постоянной и временной регистрацией департамент образования "видит" и может по ним проводить оплату,— рассказывает госпожа Красова.— А детей с миграционным учетом или без регистрации "не видит" и школе ничего не платит. Это касается и граждан России тоже». Мария Красова пояснила, что в случае беженцев речь идет о десятках семей, а в случае с трудовыми мигрантами масштаб значительно серьезнее: «Здесь мы говорим уже о десятках тысяч детей, которые не могут пойти в школу».

В департаменте образования Москвы “Ъ” заявили, что вопрос приема детей в школы регламентируется приказом Минпросвещения России №458 от 2 сентября 2020 года. В нем указано, что родители должны представить «копию документа о регистрации ребенка по месту жительства или по месту пребывания на закрепленной территории». Для иностранцев или людей без гражданства есть дополнительное требование: «документ, подтверждающий право ребенка на пребывание в РФ».

В Минпросвещения сообщили “Ъ”, что «законодательство РФ обеспечивает и защищает право каждого ребенка, проживающего на территории страны, получить доступ к общему образованию и быть включенным в систему общего образования, посещая образовательную организацию».

В ответе ведомства подчеркивается, что «школы и педагогические работники не проверяют и не могут проверять законность пребывания на территории страны того или иного лица, это прерогатива иных компетентных органов».

Мария Красова уточняет, что школы требуют от родителей формы регистрации по месту пребывания и жительства — но у неграждан РФ их быть не может, «так как у них свой миграционный учет». А пункт о документе, который «подтверждает право на пребывание в РФ», не учитывает юридический статус, например, беженцев: «Заявитель считается легально пребывающим в стране на весь период обжалования отказа в предоставлении статуса беженца или временного убежища. Это около полутора лет. Никакого документа на это время людям не выдается».

«Для людей, проживающих легально в нашей стране, такого фильтра быть не должно,— считает председатель общественного движения "Родители Москвы" Илона Менькова.— Человек живет в Подмосковье, а работает в столице. Почему он не может отдать ребенка в школу там, где ему удобнее?» При этом она считает «логичным» требование к мигрантам «получить определенный статус для получения образования или медицинской помощи».

Председатель «Национального родительского комитета» (НРК) Ирина Волынец говорит, что проблемы с обучением детей приезжих «есть во многих крупных городах, не только в Москве или Питере»:

«Мы говорим не только о мигрантах из других стран, но и о миграции внутри страны. Здесь только один выход — увеличение количества школ. Если человек легально работает, муниципальное руководство должно позаботиться о том, чтобы его дети были пристроены в детские сады и школы».

«Мы всасываем в Москву множество людей из регионов, создавая им условия для заработка, но не создаем условия для жизни,— поддерживает лидер общественно-политического движения "Объединение родителей" Инна Гориславцева.— Если мест в школах не хватает, то они должны строиться вместе с жильем».

Руководитель центра «Институт социальной политики» НИУ ВШЭ Екатерина Деминцева подтверждает, что доступ к образованию в России — серьезная проблема для приезжих. И зарубежным мигрантам, и жителям России сложно зарегистрироваться в съемной квартире в Москве — владельцы часто отказывают. Но даже если людям удается добыть регистрацию, то сами школы не стремятся принимать таких детей: «Боятся, что те не будут говорить по-русски». «Система образования в тех странах, откуда они приезжают, довольно часто отличается от нашей,— отмечает госпожа Деминцева.— Поэтому ребенок из 7–8-го класса может знать, например, математику на уровне 5-го класса российской школы. И ребенка нужно либо не брать вообще, либо брать в класс на два-три года младше». Впрочем, учебные заведения, которые обычно не пользуются популярностью у местных жителей, с удовольствием добирают учеников из детей мигрантов, поясняет эксперт: «В начальной школе в классе может учиться несколько детей мигрантов, и только один-три не говорят по-русски. В таких школах учитель начинает самостоятельно придумывать, каким образом адаптировать таких детей».