С видом на Акрополь

Гранд-отель Grande Bretagne в Афинах — на две с половиной тысячи лет моложе Парфенона. Но для современной Греции этот отель имеет большое символическое значение. Открытие Grande Bretagne в 1874 году на центральной площади греческой столицы стало событием государственного масштаба, утверждает Екатерина Истомина.

С самого верхнего этажа Grande Bretagne, где находятся панорамный ресторан и два главных suites (416-й, президентский, и 516-й, королевский), открывается вид. Нет, это не вид на греческий город, это вид на Историю. Лучшего места, чтобы видеть Акрополь с истерзанной турками глыбой старика Парфенона, нет в Афинах. Именно здесь, на крыше Grande Bretagne, фотографы обычно делают все открыточные виды этого сокровища мировой цивилизации.

Вопрос — почему нет другого места, другой площадки, чтобы вместить в себя этот поразительный вид,— среди прочих имеет и четкий градостроительный ответ. Дело в том, что в Афинах запрещено строить сооружения, высота которых превосходила бы высоту Акрополя со всеми его постройками — Парфеноном, Пропилеями. Причем вид с крыши гранд-отеля хорош в любое время суток. Например, утром — весь Парфенон горит розовым солнечным светом, только еще начинает подставлять Гелиосу свои щербатые бока. Днем, когда неутомимый Гелиос уже успел порядком накалить эти холодные стены, Парфенон мужает, он становится свирепым, он грозит всем с высокого холма. Вечером, когда Акрополь погружается в быстрые южные сумерки, потом тонет в ночи, но не успевает пойти ко дну до конца — его вытягивают на поверхность прожектора симфонической подсветки. Бывает и так, что постояльцы, сникшие от обычной афинской жары, вообще решают не выходить до поры до времени в шумный, диковатый, веселый греческий город, а все утро, день, вечер и даже ночь (это касается тех, кому посчастливилось жить в suites 416 и 516) сидеть в ресторане на крыше.

Правило о недосягаемой высоте Акрополя не было нарушено и тогда, когда на центральной площади Афин, площади Конституции, в конце 1860-х затеяли грандиозную перестройку. Первый отель с именем Grande Bretagne был возведен на площади Конституции еще в 1862 году. Он был трехэтажным, немного в духе неоренессансного палаццо, и оказался в итоге маленьким. Скинувшая с себя турецкое иго Греция с ее памятниками невероятно влекла туристов, в том числе и просвещенных, состоятельных, желавших комфорта. И первый Grande Bretagne не смог их всех разместить — тогда скромное здание было решено перестроить. Новый отель должен был стать символом новой Греции, свободной, независимой, гостеприимной, современной.

Итак, очередное здание отеля, торжественно открывшееся в 1874-м в присутствии греческого премьер-министра, было похоже на гигантский корабль, вставший на якорь — только не в афинском порту Пиреи, известном опасностью и антисанитарией, а в самом сердце города. Белые стены Grande Bretagne словно парили в пронзительно голубом небе. Комната 321 отеля ждала гостей, к их услугам — лобби-бар в английском стиле, несколько ресторанов, сигарные и бильярдные комнаты, большая удобная библиотека с хорошим освещением.

Нетерпеливо ждал гостей и бедный уроженец Севастополя Эфстафиос Лампасас, маленького роста человек, которого называют первым и главным отельером Греции. Именно Лампасас стал первым директором Grande Bretagne. Именно Эфстафиос Лампасас и его жена Пальмира, женщина невероятных размеров и французского происхождения (они венчались в русской православной церкви в Париже), определили на первых порах стиль нового отеля.

Парадоксально, но факт: устроители Grande Bretagne вовсе не стремились "бряцать древностью". Никто и не думал устанавливать мраморные копии Аполлона Бельведерского в каждом углу отеля. Напротив. Дискурс был подчеркнуто другой — ультрасовременный. Хотя, казалось бы, в Грецию ехали, едут и будут ехать, чтобы взглянуть на античность, но у устроителей Grande Bretagne была совсем другая задача — доказать всей Европе и всей Америке, что Греция не только жива и здорова, но и находится на самых передовых рубежах. Поэтому в отеле Grande Bretagne все было оформлено по последнему слову техники: большие, хорошо оснащенные ванные, великолепное освещение, стремительные лифты, доставка свежей прессы на всех центральных европейских языках, плюс экскурсии с подготовленными гидами, международные конференции и банкеты, бронирование билетов в круизы. Всеми этими хлопотными делами занимался Эфстафиос Лампасас, в то время как его жена Пальмира была ответственной за вопросы "шарма": меню, музыка, интерьеры в Grande Bretagne ни в чем не должны были уступать лучшим французским образцам.

Путешественники, и, самое главное, проворные английские путешественники, немедленно оккупировали афинский гранд-отель. Директор Лампасас вступил в активный деловой контакт со старейшим туристическим агентством мира Thomas Cook, которое организовывало массовые поездки по Средиземноморью. Старт давался в Греции, а потом путешественники плыли в Египет, Палестину и Константинополь, затем все снова оказывались в Афинах. Лампасас добился того, чтобы старт и финиш круиза имели место именно в Grande Bretagne.

Отель был невероятно большим (даже по сегодняшним меркам), и это обстоятельство (а также близость к парламенту, чье здание — напротив Grande Bretagne) открыло еще один путь к процветанию и успеху. В банкетных залах Grande Bretagne проводились заседания политических партий, международных ассамблей и ассоциаций. Здесь гремели судьбоносными речами министры, депутаты, влиятельные священники, генералы и премьер-министры, включая Уинстона Черчилля. Словом, Grande Bretagne в конце XIX, в начале и в середине XX века был чем-то вроде политической арены. Именно здесь в 1946 году обсуждался столь важный для страны вопрос о реставрации греческой монархии.

Конечно, люди искусства тоже не забывали Grande Bretagne — первыми из плеяды блистательных появилась голливудская пара Дуглас Фэрбенкс и Мэри Пикфорд. Спешили и замечательные классики — Рихард Штраус репетировал в одном из залов отеля свое предстоящее выступление в театре Герода Аттика в 1927 году (в 1962-м репетицию повторил Герберт фон Караян). Здесь давали балы Аристотель Онассис и Мария Каллас, Лиз Тейлор и Ричард Бартон, князь Ренье III Гримальди с молодой супругой Грейс (Келли).

В 1960-х здание Grande Bretagne было вновь перестроено — оно стало выше на три этажа, отель расширил комнаты, открыл еще несколько ресторанов и залов. Следующая мощная реставрация, стоившая $100 млн, состоялась уже в 2003-м: и вот отель в который раз торжественно открылся 17 марта. А март, как известно, это хорошее время для Афин.

www.luxurycollection.com