Генетическая парадигма как единица системного динамического исследования лексики русского языка (к проблеме выделения и квалификации)

Языкознание

75

ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ПАРАДИГМА КАК ЕДИНИЦА СИСТЕМНОГО ДИНАМИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ЛЕКСИКИ РУССКОГО ЯЗЫКА

Н. В. Пятаева

В статье затронуты проблемы диахронического описания лексико-семантической системы русского языка от праславянского до современного состояния на основе исследования генетически близкой лексики, объединяемой в словообразовательные, корневые и этимологические гнёзда. Автор доказывает возможность и необходимость выделения новой комплексной лексической единицы

- генетической парадигмы, в составе которой объединяются несколько этимологических гнёзд на основе генетической общности и семантической пересекаемости их компонентов.

Ключевые слова: лексико-семантическая система, диахроническая лексикология, лексическое, словообразовательное, корневое и этимологическое гнёзда, генетическая парадигма

Лексическое гнездо (ЛГ) - сложная комплексная единица системы словообразования. Однако эта единица языка тесно связана с различными его уровнями - лексико-семантическим, морфемнословообразовательным, морфологическим и синтаксическим. В ЛГ тесно переплетены и постоянно взаимодействуют разноуровневые явления, в результате которых происходят важные для их судеб семантические и структурные преобразования, способные привести к расщеплению и разрушению некогда единого гнезда. Изучение лингвистических и экстралингвистических факторов, определяющих формирование, функционирование и распад лексических гнёзд

- важнейшая задача диахронической дериватологии, признающей наиболее результативными и обнадёживающими исследования лексических гнёзд на всем протяжении истории данного языка. Такой подход позволит выявить особенности формирования и функционирования ЛГ, специфику взаимоотношений между словами в пределах гнезда, установить статику и динамику в изучаемых гнёздах, увидеть перспективу движения исследуемых фактов к современному состоянию. Исследование семантических изменений слов гнез-

76

Lingua mobilis № 7 (33), 2011

да в их историческом развитии поможет выяснить условия разрыва словообразовательных связей и превращения словообразовательного (СГ) или корневого гнезда (КГ) в этимологическое (ЭГ).

Диахроническое изучение лексических гнёзд осуществляется в отечественном языкознании с 60-х гг. ХХ в. К настоящему времени существует ряд значительных работ по историческому описанию лексического материала, объединённого общностью корня. Среди них можно особо отметить исследования Ж. Ж. Варбот [4, 6, 7, 9,

10], в которых впервые в отечественной лингвистике разрабатываются теоретические проблемы реконструкции состава этимологических гнёзд на материале русского и славянских языков.

В трактовке современных этимологов ЭГ включает «все генетически связанные слова, независимо от степени прозрачности этих связей на современном уровне» [5. С. 24]. Следовательно, этимологическое гнездо - это иерархически организованная по принципу словообразовательного гнезда группа слов родственных языков (в широком понимании) или одного языка (в узком понимании), включающая все когда-либо существовавшие на протяжении истории данных языков (или данного языка) рефлексы определённого реконструированного для праязыка-основы корня, по отношению к которым возможно предположение о генетической общности. Иначе говоря, слова, утратившие смысловую общность, образуют разные словообразовательные гнёзда на определённом уровне развития языка и входят в одно ЭГ. Например, выход из употребления в древнерусском языке слова имати ‘брать, хватать’ повлёк за собой образование в современном русском литературном языке множества самостоятельных СГ, возглавляемых некогда производными от этого глагола - внимать, вынимать, занимать, изымать, нанимать, отнимать, поднимать, понимать, принимать, приятный, снимать, унимать и др., которые образуют одно КГ вокруг связанного корня -им-. Учитывая, что древнерусские глаголы имати и имтти (совр. иметь) являлись дериватами праславянского корнеслова *^1//*)ьтай (имати ‘брать, хватать’, имп>ти ‘обладать тем, что взято, схвачено ), словообразовательные производные от этих глаголов образуют одно ЭГ, ведущее своё начало от индоевропейского корня *)ьт-.

Реконструкция ЭГ, таким образом, всегда предполагает реконструкцию теми или иными средствами (объяснением семантических различий, фонологическим отождествлением и т.п.) утраченных словообразовательных связей слов или групп слов, ср. такие деэтимологизированные пары, как принадлежавшие упомянутому выше

Языкознание

77

ЭГ лексемы иметь, изящный, паук, приятель, необъятный, ведущие своё начало от праславянского корня *em-, описанные автором статьи в кандидатской диссертации и последующих публикациях [15-18].

Наблюдения за развитием синонимичных ЛГ *em- ‘брать, иметь’ и *ber- ‘брать, взять’ в истории русского языка позволили разработать на конкретном материале методику реконструкции состава ЭГ. Она включает следующие операции:

^ выборку данных об исследуемых корнях из этимологических словарей русского языка, определение их семантики, фонетических вариантов и соответствий в родственных славянских языках;

^ анализ словообразовательных гнёзд, представленных в современных словообразовательных и морфемных словарях, на предмет выявления наиболее продуктивных для них способов деривации и наиболее частотных фонетических вариантов;

^ обращение к толковым словарям современного русского литературного языка с целью семантического описания компонентов словообразовательных гнёзд;

^ выборку из фразеологических и диалектных словарей с целью дополнения состава этимологических гнёзд словами разговорнообиходными и устаревшими, ибо известно, что в народных говорах «старинные явления и особые черты определённого языка, восходящие к более ранним периодам его развития, часто более точно отражены или даже лучше сохранены, чем в современной литературной разновидности данного языка» [2. С. 46];

^ выборку из исторических словарей русского языка и этимологических словарей славянских языков с целью реконструкции состава ЭГ для более ранних периодов развития русского языка: праславянского, древнерусского, русского языка конца XIV - XVII вв., XVIII - начала XIX вв.;

^ восстановление словообразовательных гнёзд с исследуемыми корнями применительно к древнерусскому и праславянскому состоянию в соответствии с отношениями словообразовательной про-изводности и семантической мотивированности входящих в гнёзда слов;

^ обращение к данным толковых, исторических и этимологических словарей родственных славянских языков для пополнения ЭГ словами, претерпевшими существенные изменения в своей фонетической, словообразовательной и семантической структуре и не вошедшими в состав анализируемых СГ на современном уровне;

78

Lingua mobilis № 7 (33), 2011

У реконструкцию методом заполнения «пустых клеток» незафиксированных историческими словарями лексем на основе сопоставления тождественных по структуре элементов словообразовательного гнезда (словообразовательных пар или цепочек), принадлежащих исследуемым корневым группам, так как, в соответствии с основным правилом этимологического анализа, объясняемое слово обязательно должно быть рассмотрено как член определённого словообразовательного ряда, образующего ту или иную регулярную модель, тем самым при этимологизировании необходимо учитывать, что слово в качестве определённого структурного целого является членом словообразовательной системы языка в целом и всегда возникает в языке (если не заимствовано извне) как единица конкретного словообразовательного типа, относящегося к определённому лингвохронологическому уровню.

Анализ ЭГ в целом, во всём многообразии образующих его словообразовательных связей слов, очень актуален также с точки зрения изучения типологии разрывов словообразовательных связей, превращающих СГ в этимологическое. Причины этих разрывов и их отражение в словообразовательной структуре разошедшихся частей одного и того же СГ очень многообразны. Многими этимологами [3, 8, 14, 20] было отмечено, что при распаде единого СГ на несколько обособленных групп слов вследствие процесса деэтимологизации (т.е. фонетического расподобления и/или семантических изменений) этот разрыв почти никогда не бывает полным - былое единство не исчезает бесследно. О наличии былых словообразовательных связей с некоторого времени самостоятельных групп слов свидетельствуют производные образования, внешняя форма которых повторяет фонетический облик одной группы, а значение «заимствует» у другой отделившейся группы слов. Например: по происхождению слово изящный связано с общеславянским глаголом ^z^ti (ср. ст.-слав. изълти ‘извлечь, изъять, вынуть’, русск. изъять), который, в свою очередь, является префиксальным производным от праславянского корнеслова индоевропейского происхождения *j^ti (^ьто), обозначающего действие приобщения объекта ‘брать, хватать’. Основа ^jKz-qi-t-j-ьп- с необычным сочетанием -tj- вместо -t- образовалась под влиянием форм причастий настоящего времени на -?-t-j- : -o-t-j-. Таким образом, модель развития семантики слова изящный в истории русского языка можно представить в следующем виде: ‘брать, хватать’ ^ ‘брать изнутри чего-либо, вынимать, выбирать’ ^ ‘выбранный; избранный’ ^ ‘составляющий исключение, необыкно-

Языкознание

79

венный, т.е. такой, которого можно выбрать, выделить из ряда подобных по особым, исключительным признакам’ ^ ‘отличающийся утончённой соразмерностью форм, отвечающий требованиям тонкого художественного вкуса’ ^ ‘то, что соответствует представлению об утончённой красоте, что воплощает красоту’. Причём эту семантическую модель можно считать языковой универсалией, по крайней мере, для ряда индоевропейских языков, ср. латин. eximius ‘превосходный; составляющий исключение’, образованное от eximo < ex-em-o ‘вынимаю’, отсюда же exemplum ‘образец’; франц. elegant ‘элегантный’ от латин. eligo < e(x) + lego ‘вырываю, выбираю’.

Подобные образования хронологически предшествуют разобщению этимологически связанных лексических групп. Это ещё раз подводит к заключению о необходимости динамического исследования семантики всего массива генетически близкой лексики, составляющей ЭГ, тем более что сама постановка и рассмотрение вопроса деэтимологизации - доказательство теснейшей связи диахронического и синхронического аспектов в изучении лексических гнёзд. В результате деэтимологизации гнёзда, объединявшие лексические единицы на основе словообразовательных связей, претерпевают изменения, которые приводят, с одной стороны, к полному распаду СГ и превращению его в корневое гнездо или, с другой стороны, к выпадению из состава СГ отдельных членов, продолжающих в дальнейшем самостоятельное развитие или отходящих в пассивный словарный запас языка.

Динамический (синхронно-диахронический) подход к изучению семантической структуры всего ЛГ даёт возможность проследить его функционирование в истории языка и объяснить многие факты его современного состояния. В этой связи нельзя не процитировать статью Л. А. Сергеевой: «В рамках когнитивного подхода семантические поля оказываются недостаточно исчерпывающими для описания ментального лексикона, нужны более крупные объединения слов, отражающие, помимо общности различных типов сем, и теза-урусные связи слов, свидетельствующие о различных закономерностях когнитивной обработки данных о реальной действительности и психическом мире человека» [19. С. 150].

Действительно, в историческом развитии лексического состава языка можно обнаружить ещё более крупные системные образования, чем ЭГ. Так, в процессе исследования праславянской и древнерусской семантики лексических гнёзд *em- и *ber- ‘брать, взять’ была обнаружена генетическая связь их значений с семантикой лек-

80

Lingua mobilis № 7 (33), 2011

сических гнёзд *do- (давать, дать) и *nesti (нести). Семантический ряд, образуемый вершинами этих лексических гнёзд, мы назвали генетической парадигмой. Опорные слова этого ряда (давать ^ дать ^ брать ^ взять ^ иметь ^ нести ^ давать) объединены последовательностью выражаемых ими значений, содержащих общие семы: ‘приобщаемый объект’ и ‘действие субъекта, направленное на приобщаемый объект’. Семантическое пересечение этих лексем обусловлено синкретизмом значений древних корней, к которым они восходят: и.-е. *do- имел значения ‘дать//давать’, ‘брать’, ‘нести’ (ср. проявление связи значений ‘давать’ и ‘брать//взять’ в болгарском идиоматическом сочетании имам вземане - даване ‘иметь общие дела с кем-либо); и.-е. *bher- ‘нести’ (отсюда более поздние бремя, беремя, беременная) в праславянском развивает значение ‘брать’, становясь синонимичным и.-е. *em- ‘брать//взять’, который позднее приобретает значение ‘иметь’, существующее параллельно с изначальным на всём протяжении истории русского и родственных славянских языков. Связь между понятиями ‘хватать’ и ‘иметь’ прослеживается во множестве языков при самых разных исходных корнях: нем. haben ‘иметь’ родственно латин. capere ‘хватать’; русск. иметь и русск. диалектн. имать ‘брать, хватать, ловить’; литов. tureti ‘иметь’ и tverti ‘хватать’, да и в самой латыни глагол, обозначающий ‘хватать’ точно так же связан с глаголом ‘иметь’. Иными словами ‘иметь’ есть результат ‘хватания’.

Подобный семантический синкретизм можно объяснить тем, что «язык родился не из потребности давать вещам названия, а из потребности относить вещи к своему коллективу, накладывать на них своё «тавро». Первые слова обозначали не предметы, а их отношение, действительное или воображаемое, к коллективу. Наречение было актом своего рода «присвоения». «Присваивались» не только орудия и продукты, но и такие далекие и недоступные вещи, как небо и солнце. Ср., например, в языке зулу i-zulu ‘зулус’ и i-zulu ‘небо’» [1. С. 235]. В лексике, таким образом, выступает на первый план познавательный аспект языка, лексика - это бытие, прошедшее через общественное сознание. Как социальные отношения, отношения людей друг к другу накладывают определённый отпечаток на формирование и всю работу сознания. Субъектом сознания выступает не индивид, а коллектив, и всё вокруг осознаётся и оценивается с точки зрения интересов коллектива. Этим можно объяснить возникновение нашей парадигмы, ключевые глаголы которой обозначают действия, воспринимающиеся не сами по себе,

Языкознание

81

а в кругу людей: один передаёт что-то другому в собственность, этот другой, в свою очередь, присваивает полученный предмет в собственность или несёт его и отдаёт еще кому-либо и т. д.

Пересечение значений в рефлексах опорных слов этой генетической парадигмы можно наблюдать в современных славянских языках. Так, наличие дополнительной семы ‘нести’ отмечено и в значениях глаголов корневой группы *em-: сняться ‘покинуть какое-либо место, отправляясь в путь’, разг. ‘поехать, пойти в каком-либо направлении’, т.е. «нести себя в каком-либо направлении»; донять ‘дойти, доехать, добраться до кого-либо’, а также в семантике глаголов, принадлежащих лексическим гнёздам *em- и *ber- в родственных славянских языках: болг. добера се ‘добраться, дойти, доехать’, емна, поема ‘отправиться куда-либо’; польск. dobrac siq ‘добраться’, przebrac siq ‘пробраться’, zabrac siq ‘собраться, уйти, отправиться, убраться’. Ср. также проявление семантики ‘перемещение в пространстве’ в современном СГ с вершиной нести: вознестись высок. ‘подняться вверх, ввысь’, донестись разг. ‘быстро доехать, домчаться’, нестись ‘очень быстро двигаться, перемещаться, мчаться’, перенестись разг. ‘стремительно перебежать, переехать, перелететь через что-либо, куда-либо; примчаться’; пронестись ‘быстро пройти’, унестись ‘быстро удалиться, умчаться’, а также в невозвратных формах донести ‘быстро донести, доставить, домчать’, нести ‘стремительно передвигать, мчать’.

Кроме семантического синкретизма, существование подобной генетической парадигмы обусловлено хорошо известным в сравнительной грамматике славянских и других индоевропейских языков явлением парадигматического супплетивизма, описанным

О. Н. Трубачевым [21]: и.-е. *bher- ‘нести’ выступало в дуратив-но-презентной функции, тогда как в функциях других глагольных времён оно восполнялось этимологически совершенно особыми основами - и.-е. *(e)nek-, *t(e)l-, включая этимологически неясные случаи: греч. фёрю ‘несу, ношу’, x^pvai, xakaooai, лат. fero ‘несу, ношу’, форма перфекта tuli < др.-лат. tulo, tulere ‘носить, приносить’ (первоначально ‘поднимать, выдерживать тяжесть’). Равным образом письменная история наблюдает факты разрушения, нивелировки супплетивности, когда лексическая самостоятельность основ получает преобладание над их грамматическими связями. Так, и.-

е. *bher- и *(e)nek- в славянских языках являются совершенно самостоятельными лексемами с особыми значениями *berQ, *Ььгай ‘брать’ и *nesti ‘нести’, и только старые отглагольные именные

82 Lingua mobilis № 7 (33), 2011

производные вроде *berm§ ‘бремя, ноша’ показывают, что и славянские языки сохраняют память о старых супплетивных отношениях, ср. с.-х. nesti, nesem ‘нести, несу’ и zanijeti ‘понести, забеременеть’. Именно в последних формах наблюдается самобытное сохранение языкового факта большой древности.

Таким образом, семантическое соотношение компонентов нашей генетической парадигмы можно представить в виде схемы (схема № 1).

С учётом современных когнитивных подходов к семантике [12, 13, 22], можно констатировать, что эта генетическая парадигма представляет собой образ-схему передачи - получения - обладания, являющуюся семантической уни-версалией, а её конкретное лексико-грамматическое воплощение в том или ином языке - показатель национальной языковой картины мира.

Схема № 1.

Рассмотрение изменений, которые происходят в процессе развития лексической системы языка, делает генетическую парадигму важным объектом исторической лексикологии. Именно в крупных лексических объединениях могут быть выявлены и прослежены связи и взаимодействия между словами, их активизация или ослабление, изменения соотношений сфер употребления слов, их функциональная стратификация, то есть все те изменения, которые происходят в лексической системе языка. Одним из путей решения проблемы создания полного и систематического очерка русской исторической лексикологии может стать рассмотрение динамики развития целого комплекса лексических гнёзд на всём протяжении их существования в составе генетической парадигмы, ибо лингвистами давно отмечено, что слова со сходными значениями проходят сходную семантическую историю.

Из этого следует, что исследование лексических гнёзд и более крупных их объединений (генетических парадигм) актуально и в

Языкознание

83

синхронном, и в диахроническом планах. В синхронном аспекте лексическая система может изучаться с целью описания её применительно к какому-либо определённому периоду исторического развития языка, в диахронии - с целью воссоздания процесса развития этой системы от древнейших эпох до современного состояния.

В свете сказанного необходимо подчеркнуть, что история словарного состава языка в целом, история ЛГ и каждого отдельного слова связаны не только с внешней историей народа, но и с историей его мышления. С другой стороны, своей организацией лексические гнёзда демонстрируют один из фрагментов языковой картины мира, так как лежащее в основе деривации и семантического развития того или иного ЛГ прямое (денотативное) значение слова-вершины, принимает на себя функцию языкового представления некоторого фрагмента предметно-понятийной области действительности, которая в целом оказывается своеобразно расчленённой с помощью определённой совокупности лексических единиц и их словообразовательных связей в структуре ЛГ.

Итак, словообразование является одним из средств языковой концептуализации картины мира, а СГ - это не только классификационная единица, но единица языкового сознания и коммуникации. Так мы подходим к пониманию языковой картины мира не как отдельного, удобного для анализа фрагмента лексики, а как всеобъемлющей синергетической картины, как целостного изображения языком всего того, что существует в нас и вокруг нас. К такому пониманию обязывает сам термин, за которым стоит мысль о способности языка своими собственными средствами представить всё сущее как нечто целое, вмещаемое в единое изобразительное пространство и этим пространством объединяемое. Учитывая мнение В. Б. Касевича [11] о том, что язык эволюционирует медленно, и естественно ожидать, что его семантика в большей мере отражает пережиточно те представления и знания, ту картину мира, которые были свойственны данному этносу на достаточно ранних стадиях его развития, следует признать диахронический подход к изучению лексико-семантической системы языка более рациональным и продуктивным, а комплексное исследование генетически близких сверхсложных лексических объединений на оси сменяющих друг друга лингвохронологических уровней отвечающим духу динамического понимания картины мира. Изучая и описывая лексические гнёзда в диахронии, можно преодолеть барьер «страха» перед неустойчивыми мобильными зонами, возникающими в языковой системе в процессе её

84

Lingua mobilis № 7 (33), 2011

развития и изменения, так как в гнезде с его строгой организацией в соответствии с принципами семантической мотивированности и словообразовательной производности находят своё строго определённое место не только уже устоявшиеся («постоянные») лексемы, но и вновь образующиеся и уходящие в пассивный запас слова («мобильные зоны»). Более того, в исследовании этимологических гнёзд и генетических парадигм «примиряются», находят свое одинаково важное и взаимодополняющее применение две парадигмы лингвистики - системоцентрическая и антропоцентрическая.

Список литературы

1. Абаев, В. И. Отражение работы сознания в лексико-семантической системе языка [Текст] / В. И. Абаев// Ленинизм и теоретические проблемы языкознания.

- М. : Наука, 1970. - С. 232-262.

2. Бирнбаум, Г. О степени доказательности диалектизмов-«архаизмов» (на материале славянских языков) [Текст] / // Русское и славянское языкознание.

- М. : Наука, 1972. - С. 43-48.

3. Булаховский, Л. А. Типы деэтимологизации в русском языке [Текст] / Л. А. Булаховский // Избранные труды: В 3-х т. - Т. 3. -Киев : Наукова думка, 1978. - С. 356-367.

4. Варбот, Ж. Ж. Древнерусское именное словообразование. Ретроспективная формальная характеристика [Текст] / Ж. Ж. Варбот. - М. : Наука, 1969. - 231 с.

5. Варбот, Ж. Ж. История славянского этимологического гнезда в праславянском языке [Текст] / Ж. Ж. Варбот // Славянское языкознание. XI Международный съезд славистов : докла-

List of literature

1. Abaev, V. I. Otrazhenie raboty soznanija v leksiko-semantiches-koj sisteme jazyka [Tekst] / V. I. Abaev// Leninizm i teoreticheskie problemy jazykoznanija. - M. : Nauka, 1970. - S. 232-262.

2. Birnbaum, G. O stepeni dokazatel'nosti dialektizmov-«arhaizmov» (na materiale slavjan-skih jazykov) [Tekst] / // Russkoe i slavjanskoe jazykoznanie. - M. : Nauka, 1972. - S. 43-48.

3. Bulahovskij, L. A. Tipy deje-timologizacii v russkom jazyke [Tekst] / L. A. Bulahovskij // Iz-brannye trudy: V 3-h t. - T. 3. -Kiev : Naukova dumka, 1978. - S. 356-367.

4. Varbot, Zh. Zh. Drevnerusskoe imennoe slovoobrazovanie. Retro-spektivnaja formal'naja harakteris-tika [Tekst] / Zh. Zh. Varbot. - M. : Nauka, 1969. - 231 s.

5. Varbot, Zh. Zh. Istorija slavjan-skogo jetimologicheskogo gnezda v praslavjanskom jazyke [Tekst] / Zh. Zh. Varbot // Slavjanskoe jazykoznanie. XI Mezhdunarodnyj s#ezd slavistov : doklady rossijskoj

Языкознание

85

ды российской делегации. - М. : Наука, 1993. - С. 23-35.

6. Варбот, Ж. Ж. К типологии взаимодействия этимологических гнёзд [Текст] / Ж. Ж. Варбот // Stadia etymologica Brunen-sia. 2. - Praha, 2003. - S. 45-58.

7. Варбот, Ж. Ж. О возможностях реконструкции этимологического гнезда на семантических основаниях [Текст] / Ж. Ж. Варбот // Этимология. 1984. - М. : Наука, 1986. - С. 33-40.

8. Варбот, Ж. Ж. О словообразовательной структуре этимологических гнёзд [Текст] / Ж. Ж. Варбот// Вопросы языкознания. - 1967. - № 4. - С. 67-74.

9. Варбот, Ж. Ж. О словообразовательном анализе в этимологических исследованиях // Этимология. 1963. М.: Наука, 1963.

С. 194 - 212.

10. Варбот, Ж. Ж. Праславянская морфонология, словообразование и этимология [Текст] / Ж. Ж. Варбот. - М. : Наука,

1984. - 255 с.

11. Касевич, В. Б. Язык и знание [Текст] / В. Б. Касевич // Язык и структура знания. - М. : Наука, 1990. - С. 100-121.

12. Лакофф, Дж. О порождающей семантике [Текст] / Дж. Лакофф // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 10: Лингвистическая семантика. - М. : Прогресс, 1981. - С. 302-349.

13. Лакофф. Дж. Метафоры, которыми мы живём [Текст] / Дж.

delegacii. - M. : Nauka, 1993. - S. 23-35.

6. Varbot, Zh. Zh. K tipologii vzaimodejstvija jetimologicheskih gnjozd [Tekst] / Zh. Zh. Varbot // Stadia etymologica Brunensia. 2. -Praha, 2003. - S. 45-58.

7. Varbot, Zh. Zh. O vozmozhnost-jah rekonstrukcii jetimologichesk-ogo gnezda na semanticheskih os-novanijah [Tekst] / Zh. Zh. Varbot // Jetimologija. 1984. - M. : Nauka, 1986. - S. 33-40.

8. Varbot, Zh. Zh. O slovoobra-zo-vatel'noj strukture jetimo-logicheskih gnjozd [Tekst] / Zh. Zh. Varbot// Voprosy jazykoznani-ja. - 1967. - № 4. - S. 67-74.

9. Varbot, Zh. Zh. O slovoobrazovatel'nom analize v jetimologicheskih issledovanijah // Jetimologija. 1963. M.: Nauka, 1963. S. 194 - 212.

10. Varbot, Zh. Zh. Praslavjans-kaja morfonologija, slovoobra-zovanie i jetimologija [Tekst] / Zh. Zh. Varbot. - M. : Nauka, 1984. -255 s.

11. Kasevich, V. B. Jazyk i znanie [Tekst] / V. B. Kasevich // Jazyk i struktura znanija. - M. : Nauka, 1990.- S. 100-121.

12. Lakoff, Dzh. O porozhdajuwej semantike [Tekst] / Dzh. Lakoff // Novoe v zarubezhnoj lingvistike. Vyp. 10: Lingvisticheskaja seman-tika. - M. : Progress, 1981. - S. 302-349.

13. Lakoff. Dzh. Metafory, kotory-mi my zhivjom [Tekst] / Dzh. La-

86

Lingua mobilis № 7 (33), 2011

Лакофф, М. Джонсон. - М. : Еди-ториал УРСС, 2004. - 256 с.

14. Мельничук, А. С. Об одном из важных видов этимологических исследований [Текст] / А. С. Мельничук // Этимология. 1967.

- М. : Наука, 1969. - С. 57-67.

15. Пятаева, Н. В. История синонимичных этимологических гнёзд *em- и *ber- ‘брать, взять’ в русском языке : дис. ... канд. филол. наук [Текст] / Н. В. Пята-ева. - Уфа, 1995. - 258 с.

16. Пятаева, Н. В. Лингвосинергетика как продолжение системного принципа и проблемы динамического исследования сложных лексических систем [Текст] / Н.

В. Пятаева // Мир русского слова: Научно-методический иллюстрированный журнал РОПРЯЛ.

- СПб. : ЗАО «Златоуст», 2004.

- № 3 (20). - С. 98-104.

17. Пятаева, Н. В. Опыт динамического описания синонимичных этимологических гнёзд *em- и *ber- ‘брать, взять’ в истории русского языка [Текст] / Н. В. Пятае-ва // Этимология. 1994-1996. - М.

: Наука, 1997. - С. 140-147.

18. Пятаева, Н. В. От извлечь// вынуть к изящной словесности (история термина в истории этимологического гнезда) [Текст] / Н. В. Пятаева // Русская словесность (научно-теоре-тический и методический журнал). - М., 2006. - № 6. - С. 74 - 78.

19. Сергеева, Л. А. Теория поля и когнитивная научная парадигма

koff, M. Dzhonson. - M. : Editorial URSS, 2004. - 256 s.

14. Mel'nichuk, A. S. Ob odnom iz vazhnyh vidov jetimologicheskih issledovanij [Tekst] / A. S. Mel'nichuk // Jetimologija. 1967. -M. : Nauka, 1969. - S. 57-67.

15. Pjataeva, N. V Istorija sinon-imichnyh jetimologicheskih gn-jozd *em- i *ber- ‘brat', vzjat'’ v russkom jazyke : dis. ... kand. filol. nauk [Tekst] / N. V. Pjataeva. -Ufa, 1995. - 258 s.

16. Pjataeva, N. V. Lingvosiner-getika kak prodolzhenie sistem-nogo principa i problemy dinami-cheskogo issledovanija slozhnyh leksicheskih sistem [Tekst] / N. V. Pjataeva // Mir russkogo slova: Nauchno-metodicheskij illjus-trirovannyj zhurnal ROPRJaL. -SPb. : ZAO «Zlatoust», 2004. - № 3 (20). - S. 98-104.

17. Pjataeva, N. V. Opyt dinami-cheskogo opisanija sinonimichnyh jetimologicheskih gnjozd *em- i *ber- ‘brat', vzjat'’ v istorii russkogo jazyka [Tekst] / N. V. Pjataeva // Jetimologija. 1994-1996. - M. : Nauka, 1997. - S. 140-147.

18. Pjataeva, N. V. Ot izvlech'//vy-nut' k izjawnoj slovesnosti (istorija termina v istorii jetimologichesk-ogo gnezda) [Tekst] / N. V. Pjataeva // Russkaja slovesnost' (nauch-no-teore-ticheskij i metodicheskij zhurnal). - M., 2006. - № 6. - S. 74 - 78.

19. Sergeeva, L. A. Teorija polja i kognitivnaja nauchnaja paradigma

Языкознание

87

[Текст] / Л. А. Сергеева // Теория поля в современном языкознании : межвуз. науч. сб. - Уфа : БашГУ, 2001. - С. 145-153.

20. Топоров, В. Н. О некоторых теоретических аспектах этимологии [Текст] / В. Н. Топоров // Этимология. 1984. - М. : Наука, 1986. - С. 205-211.

21. Трубачёв, О. Н. Об одном случае глагольного супплетивизма: праслав. *-neti ‘нести, приносить’ [Текст] / О. Н. Тру-бачёв // Труды по этимологии: Слово. История. Культура: В 2-х т. - М. : Языки славянской культуры, 2004. - Т. 2. - С. 320-322.

22. Чёнки, А. Современные когнитивные подходы к семантике: сходства и различия в теориях и целях [Текст] / А. Чёнки // Вопросы языкознания. - 1996. - №

2. - С. 68-78.

[Tekst] / L. A. Sergeeva // Teorija polja v sovremennom jazykozna-nii : mezhvuz. nauch. sb. - Ufa : BashGU, 2001. - S. 145-153.

20. Toporov, V N. O nekotoryh teoreticheskih aspektah jetimolo-gii [Tekst] / V. N. Toporov // Je-timologija. 1984. - M. : Nauka, 1986. - S. 205-211.

21. Trubachjov, O. N. Ob odnom sluchae glagol'nogo suppletiviz-ma: praslav. *-neti ‘nesti, prinosit'’ [Tekst] / O. N. Trubachjov // Trudy po jetimologii: Slovo. Istorija. Kul'tura: V 2-h t. - M. : Jazyki slavjanskoj kul'tury, 2004. - T. 2. -

S. 320-322.

22. Chjonki, A. Sovremennye kog-nitivnye podhody k semantike: shodstva i razlichija v teorijah i cel-jah [Tekst] / A. Chjonki // Voprosy jazykoznanija. - 1996. - № 2. - S. 68-78.