Транзит вытанцевался

После трех месяцев безвластия генеральный директор Парижской оперы Александр Неф определился с новым худруком балета. Как и предполагал “Ъ” (см. номер от 17 июня), им стал 53-летний Хосе Мартинес — экс-этуаль Оперы и бывший руководитель испанской Compania Nacional de Danza. Комментирует Мария Сидельникова.

Хосе Мартинес

Фото: Geoffroy van Der Hasselt / AFP

Революции не случилось: Александр Неф, переброшенный на директорский пост Парижской оперы из далекой Канады и подкованный больше в делах оперных, чем в балетных, правит осторожно и руководствуется правилом «не навреди». Только Парижская опера начала выходить из постзабастовочного и ковидного кризиса, как на плечи Нефа легла новая ноша. В июне этого года Орели Дюпон, чье шестилетнее правление внешне казалось непоколебимым и безраздельным, внезапно подала в отставку. Ответственность за выбор нового худрука дисциплинированный господин Неф решил разделить с отборочным комитетом во главе с почетным президентом административного совета Оперы Бернаром Стирном. В его состав вошли Каролин Карлсон, Шарль Жюд и Анжелен Прельжокаж — известные в балетном мире люди, так или иначе связанные с Оперой.

Вакансию открыли в июле. До 12 августа отправить резюме мог любой желающий, отвечающий заявленным критериям: будущий худрук должен иметь артистическое признание и пользоваться авторитетом в мире танца, обладать успешным руководительским опытом и смотреть на будущее Оперы с уважением к ее исключительному наследию, но и видеть инновационные пути развития. Желание изъявили 23 кандидата (9 женщин, 14 мужчин; 11 французов, 12 иностранцев). Комитет отобрал восьмерых, проинтервьюировал и выдал свои заключения Александру Нефу. Тот оставил четверых кандидатов, соблюдая паритет — двое мужчин, две женщины, и после переговоров остановил свой выбор на Хосе Мартинесе. Имена, программы, домыслы, даты — все было засекречено, никаких утечек до официального объявления.

Хосе Мартинес — чистый продукт Дома, как говорят в Парижской опере про своих. Родился он в Испании, в Картахене, но вся его образцовая танцевальная карьера сложилась во Франции. Школа классического танца именитой американки Розеллы Хайтауэр в Канне, приз в Лозанне в 1987 году, после которого он, кстати, едва не отправился по стипендии в Гамбург к Джону Ноймайеру. Зоркая Виолетт Верди на пару с волевой Клод Бесси развернули лауреата в сторону Парижа. Так Мартинес попал в школу при Парижской опере, а оттуда спустя год, в 1990-м,— прямиком в труппу. Серебро на конкурсе в Варне, признание публики и меценатов быстро продвинули юношу по карьерной лестнице, и к 1992 году он поднялся до «первого танцовщика». Выучка и природная стать обеспечили ему партии всех принцев в репертуаре, но и у современных хореографов Мартинес пользовался успехом. Матс Эк угадал в нем прекрасного Илариона для своей версии «Жизели», Пина Бауш — Орфея, Уильям Форсайт выбрал его для «Pas./Parts».

Будучи этуалью, заявил Мартинес и о своих хореографических амбициях. Ставил и в Опере, в рамках вечеров «молодых хореографов», и на стороне, в основном в родной Испании. В парижском репертуаре остался его балет по мотивам комедии дель арте «Скарамуш», который любовно танцуют ученики школы. А «Дети райка» — балетная адаптация культового кино Марселя Карне и Жака Превера, выпущенная в 2008 году в Парижской опере по заказу Брижит Лефевр,— так и канули в Лету.

Как бы ни поощряла Лефевр постановочные порывы своих артистов, великих хореографов из них не выросло, зато получились толковые театральные менеджеры. В свое время было «нуреевское» поколение балетных танцовщиков, теперь впору говорить о поколении руководителей, воспитанных Брижит Лефевр. Лоран Илер, Элеонора Аббаньято, Николя Ле Риш, Мануэль Легри руководят сегодня ведущими европейскими труппами. А Мартинес был одним из первых. Сразу после выхода в 2011 году на пенсию в Опере он встал во главе мадридской Compania Nacional de Danza, сменив на этом посту Начо Дуато, отчалившего в Петербург. За восемь лет мадридская труппа заметно преобразилась. Действовал Мартинес по парижским образцам, балетную классику уравновешивал неоклассикой (в репертуаре появились балеты Пети, Роббинса, Баланчина) и современными первостепенными авторами (испанцы освоили язык Эка, Нахарина, Ингера, Прельжокажа, Эяль). По истечении второго контракта в 2019 году ушел в свободное плавание: ставил, репетировал, возобновлял в Риме, Любляне, Вене, Загребе. Последние полгода зачастил в Париж, так что кандидатура лежала на поверхности: и для труппы уважаемый человек (а находить общий язык с новым поколением артистов и профсоюзами — та еще задача, здесь нужно знать местную специфику), и солидный менеджерский опыт за плечами (его отсутствие часто ставили в упрек Орели Дюпон). Смущал разве что гендерный вопрос: три мужчины у руля главного французского театра (помимо Александра Нефа, в «триумвират» входит главный дирижер Густаво Дудамель) — как-то старомодно.

К новым обязанностям Хосе Мартинес приступит с 5 декабря и сразу займется планированием своего первого сезона-2024/25. В Париже он будет работать на полную ставку, никаких сторонних проектов, а также хореографической деятельности контрактом не предусмотрено (ранее подписанные соглашения с Бордо и Стокгольмом на 2023 год не в счет, эти договоренности остаются без изменений). Александр Неф рассчитывает, что Хосе Мартинес «обеспечит стабильность, процветание и высокий уровень балету Парижской оперы». Все, кроме стабильности, у этой труппы уже есть.