Понятие и типы жизненных стратегий

УДК 316.723

ПОНЯТИЕ И ТИПЫ ЖИЗНЕННЫХ СТРАТЕГИИ

© 2012 Алиев Ш.И.

Дагестанский государственный университет

В данной статье дана развернутая характеристика понятию и типам жизненных стратегий, таким категориям как: жизненные стратегии, жизненные притязания, жизненные перспективы, жизненные цели, жизненные ориентиры, жизненный успех и жизненные планы. Рассмотрена идеальная модель, формирующаяся в сознании индивида, представляющая собой систему целей и задач человека во всех сферах его жизнедеятельности, а также способов их достижения и репрезентирующая смысл его жизни

The author of the article gives a detailed description of the concept and types of life strategies, categories such as: life strategies, life aspirations, perspectives on life, life goals, life orientation, success in life and life plans. He considers an ideal model that is formed in the mind of the individual, which is a system of goals and objectives of the rights in all spheres of its activities, as well as ways to achieve them, and represented the meaning of his life.

Ключевые слова: человек, общество, диалог, методология, национальность, народ, право, социальный статус, государство, реформа, жизненные стратегии, жизненные притязания, жизненные перспективы, жизненные цели, жизненные ориентиры, жизненныйуспех и жизненные планы

Keywords: people, society, dialogue, methodology, ethnicity, nation, law, social status, state reform. life strategies, life aspirations, perspectives on life, life goals, life orientation, success in life and life plans.

Категория «жизненные стратегии» является своего рода интегративной категорией, которая, с одной стороны, включена в такие науки, как социальная философия, психология, социология и антропология; с другой стороны, может быть понята только при аккумулировании знаний, полученных этими науками.

Термин «стратегия» первоначально использовался исключительно в военной сфере (гр. strategia: stratus - войско, ago

- веду) и означал часть военного искусства, включающую вопросы теории и практики подготовки вооруженных сил к войне и ее ведению. Стратегию в целом можно рассматривать как перспективу или определяющее направление в любой деятельности, на реализацию которой нацелен весь потенциал субъектов этой деятельности.

Для человека стратегия - это «способ и усилия для осуществления перехода из настоящего в желаемое будущее»; это

субъектное видение своих целей жизни и этапов их достижения, а также способов разрешения противоречий жизни в создании жизненных ценностей.

Любая стратегия, независимо от области применения, имеет две ключевые составляющие:

стратегические цели (то, что благодаря стратегии предполагается достичь) и план действий (пути и средства, с помощью которых предполагается достичь намеченных целей). Поэтому предварительное определение

жизненных стратегий может выглядеть следующим образом: «Жизненные

стратегии - это основная линия жизни, избранная индивидом, исходя из его представлений о смысле жизни,

ценностей и образа будущего, а также оценки своих ресурсов и потенциала».

Исследование проблемы личности выводит на другую важнейшую

проблему - проблему будущего

конкретного человека, а также его представлений о своем будущем.

В гуманитарных науках данную проблему изучают прежде всего в рамках следующих категорий: жизненные стратегии, жизненные притязания, жизненные перспективы, жизненные цели, жизненные ориентиры, жизненный успех и жизненные планы.

Прежде чем нами будет проанализирована основная для нашего исследования категория «жизненные стратегии», рассмотрим остальные категории, близкие по своему значению.

Категория «жизненные притязания» была введена в научный оборот школой немецкого психолога Курта Левина. Феномен притязаний был впервые наглядно продемонстрирован в опытах Т. Дембо. Т. Дембо также ввела понятие «уровень притязаний», под которым она подразумевала совокупность

сдвигающихся с каждым достижением целей, ожиданий и притязаний к будущим собственным достижениям.

Наиболее глубоко жизненные притязания были исследованы другим представителем школы К. Левина, его учеником Фердинандом Хоппе. Ф. Хоппе интерпретирует уровень притязаний в общем виде как цель последующего действия. По мнению Ф. Хоппе, основанному на

экспериментальной базе, испытуемые приступают к работе с уже конкретно поставленной целью: они хотят и

стремятся достичь определенного уровня результатов. Это и есть их уровень притязаний - то, к чему они стремятся.

Анализируя динамику выбора цели, Ф. Хоппе вводит важное разграничение. Он выделяет два вида целей: реальную цель - ту, которую, по мнению испытуемого, он может достичь в данных конкретных условиях, которая непосредственно вытекает из структуры задания, и идеальную цель. Последняя понимается Ф. Хоппе как широкая, всеохватывающая цель, превышающая временные, реальные цели; это цель, которую в идеале хотел бы достичь испытуемый в предлагаемой работе, которая, хотя и не воплощается в данный

момент, но все же стоит «за» соответствующей отдельной целью и управляет поведением человека.

Идеальная цель, как правило, соответствует верхним пределам задания, поэтому расстояние между реальной и идеальной целями бывает разным и варьируется в ходе действия. В то время как уровень притязаний повышается после успеха, идеальная цель остается той же, так как она с самого начала является максимально высокой.

Концепт «жизненные притязания» в отечественной науке стал широко использоваться после его введения В. С. Магуном. В. С. Магун под термином «жизненные притязания» подразумевает разновидности родственных

потребностей, выбираемых человеком самостоятельно, свободно, для себя; они отличаются от тех потребностей,

которые он вынужден принимать под воздействием обстоятельств [7. С. 181]. Ученый ссылается на аналогичное определение, данное термину

«жизненные притязания» в

американском «Современном

социологическом словаре», вышедшем в Нью-Йорке в 1969 году. В словаре отмечается, что притязания - это

«стандарт достижения, который индивид устанавливает для себя и который он ожидает достичь». В своих работах В. С. Магун дает также и свое видение соотношения жизненных притязаний и стратегий. Стратегии им понимаются как выбор средств для осуществления притязаний.

Однако в рамках социологической науки категория «жизненных

притязаний», определяемая главным образом через потребности и являющаяся преимущественно

категорией психологии, имеет ограниченные возможности для применения. С нашей точки зрения, понятие «жизненные притязания» не подразумевает определенной

направленности в жизнедеятельности личности и не разъясняет ее жизненной цели.

В социологических исследованиях, посвященных развитию личности,

достаточно часто используется концепт «жизненные перспективы». Через данный концепт выражается четко определяемая возможность будущего человека, заложенная в имеющемся у него в настоящий момент потенциале: материальных ресурсах, образовании, здоровье и т.д. Однако понятие «жизненные перспективы» имеет определенные ограничения для анализа жизненных целей и задач личности. Оно не дает представления как о сознательном выборе самого человека, так и о тех методах, через которые эти перспективы будут реализовываться. Поэтому, на наш взгляд, предпринимаемые отдельными

исследователями попытки подменить понятие «жизненные стратегии» понятием «жизненные перспективы» не имеют под собой основания. Также нельзя согласиться и со следующим определением понятия «жизненной перспективы»: «Под перспективой

жизни понимается система ценностей и целей, реализация которых, согласно представлениям человека, позволяет сделать его жизнь наиболее эффективной» [12. С. 76]. Приведенное определение ближе к определению понятия «жизненные стратегии», хотя и не раскрывает его полностью. Жизненные перспективы - это стартовая площадка, которая обусловливает проектирование стратегий и

включенных в них механизмов реализации.

Жизненные стратегии непременно содержат в себе жизненные цели. Социологическое определение термина «жизненные цели» отсутствует. Слово «цель» не носит конкретного наполнения, а обозначает то, к чему следует стремиться, или то, что надо осуществить. Жизненные цели могут быть кратковременными и

перспективными, определенными или абстрактными. К кратковременным и определенным жизненным целям можно отнести, например, окончание вуза; к перспективным и абстрактным - быть счастливым.

Жизненные цели являются идеальной и в определенной степени

редуцированной формой выражения смысла жизни или его достижения.

В научной литературе жизненные цели чаще всего рассматриваются как основные ориентиры на жизненном пути или на отдельных его этапах. Признавая верность этого определения, можно отметить тождественность в

определенных случаях понятий «жизненные цели» и «жизненные

ориентиры».

Однако категории «жизненные цели» и «жизненные ориентиры» не дают представления о способах и методах их достижения. Это ограничивает возможность использования данных категорий для экспликации картины будущего, представляемой современной российской молодежью.

Близкими по своему смыслу являются концепты «жизненные стратегии» и «жизненное ориентирование». Это

приводит в научной литературе к разной трактовке их соотношения. Например, известный российский психолог К. А. Абульханова-Славская считает

жизнеориентирование одним из трех признаков стратегии жизни; а отечественный философ Ю. М. Резник, наоборот, репрезентирует жизненные стратегии как особый класс более широкой системы жизненного ориентирования. Нам ближе первая точка зрения.

В отличие от ранее рассматриваемых категорий, в категорию «жизненный

успех» определенным образом включаются как жизненные цели, так и способы их достижения. Под жизненным успехом можно понимать реализацию целей, поставленных человеком на основе его собственной самооценки, включающей в себя результаты своих усилий, культурные стандарты и социальное сравнение с достижениями других людей.

Категория «жизненный успех» репрезентирует сложный и

противоречивый феномен, который в последнее время в России находится в центре внимания. В исследованиях по данной проблеме, во-первых, отмечаются противоречия

субъективного и объективного в успехе.

С одной стороны, успех субъективен, так как соотносится с личностными критериями успешности-неуспешности, с индивидуализацией своей личности в социальной среде. С другой стороны, успех объективен, так как обусловлен социальными стереотипами успешности, стремлением не быть изолированным от окружения, стремлением быть

признанным в социальной группе, самоутвердиться в ней. Во-вторых, жизненный успех, с одной стороны, является результатом

жизнедеятельности личности,

выстроенной в логике последовательных достижений; с другой стороны, отправным пунктом, целью,

направляющей личность на ее жизненном пути. В-третьих, существует противоречие между жизненными

притязаниями и реальными

возможностями для их реализации. Это обусловлено, с одной стороны, нестабильностью социальной среды, с другой - неготовностью, неумением личности к проектированию своей жизни [3, 6, 14].

Понятие жизненного успеха зачастую имеет коннотацию - достижение одной цели. Этот дополнительный смысл в определенной степени сужает

возможность использования данной категории при исследовании

представлений молодежи о ее будущем и поэтому, на наш взгляд, менее

предпочтителен, чем концепт

«жизненные стратегии».

Нацеленность на будущее

репрезентируется и в понятии

«жизненные планы». Жизненные планы

- это способы символического конструирования жизни, которые

определяются жизненной позицией и жизненными целями личности.

Жизненные планы отражают усилия личности, направленные на сознательное изменение ею своей будущей жизни в данной социокультурной ситуации.

В жизненных планах аккумулируются представления о будущей жизни во всех ее сферах: общественной и личной. Жизненные планы особенно большую роль играют для подрастающего поколения, для которого они имеют

двоякую ценность. Так, Л. С. Выготский считал, что роль целевой регуляции, включающей отдаленные жизненные планы, в общем контексте развития личности заключается, во-первых, в том, что жизненный план как определенная система приспособления к окружающей действительности впервые осознается человеком в подростковом возрасте, а во-вторых, в том, что этот план является внешним коррелятом сложнейшего процесса овладения ребенком своим внутренним миром, оформления его личности и мировоззрения [2. С. 221].

Жизненные планы, на наш взгляд, по сути совпадают с жизненными стратегиями и представляют собой проектирование жизни. Однако по своей этимологии слово «стратегия» в отличие от слова «план» имеет коннотацию изменения, динамики, что особенно важно при рассмотрении взглядов молодежи на свое будущее.

В отечественной науке наиболее признанным в настоящее время является понятие жизненных стратегий, данное К.

А. Абульхановой-Славской. С ее точки зрения, стратегия жизни (такой термин ею употребляется для обозначения жизненных стратегий) -

принципиальная, реализуемая в различных жизненных условиях, обстоятельствах способность личности к соединению своей индивидуальности с условиями жизни, к ее воспроизводству и развитию [1. С. 245]. К. А.

Абульханова-Славская считает, что стратегия жизни человека имеет три основных признака. Первый признак стратегии жизни - выбор основного для человека направления, способа жизни, определение ее главных целей, этапов их достижения и соподчинение этих этапов. То есть стратегия возникает сначала как замысел жизни, как ее смысл, идеальный план, затем требует реализации на практике.

Второй признак стратегии жизни -это решение противоречий жизни между тем, что хочет человек, и тем, что предлагает ему жизнь; достижение человеком своих жизненных целей и планов. Жизненная задача человека не только в том, чтобы выбрать, где

применить свои силы, как проявить себя. Он должен решать возникающие противоречия, определять пути самореализации, создавая для этого условия, которых нет в наличии.

Третий признак стратегии жизни состоит в творчестве, в созидании ценности своей жизни, в соединении своих потребностей со своей жизнью в виде ее особых ценностей. Ценность жизни, состоящая в интересе, увлеченности, удовлетворенности и новом поиске, и есть продукт определенного способа жизни, индивидуальной стратегии жизни, когда они определяются самим человеком.

То есть в качестве основных признаков жизненных стратегий К. А. Абульханова-Славская репрезентирует жизнеориентирование, жизнестроительство и жизнетворчество [1. С. 8].

К. А. Абульханова-Славская считает, что само наличие жизненной стратегии личности является свидетельством ее социально-психологической зрелости, ее способности решать жизненные противоречия. «Последняя проявляется в умении соединять свои индивидуальные возможности, свои статусные, возрастные возможности, собственные притязания с требованиями общества, окружающих. Способность

осуществлять это соединение мы определяем как жизненную стратегию» [1. С. 67].

Разработки К. А. Абульхановой-Славской имеют большую ценность для анализа жизненных стратегий молодежи, однако выполненные полностью в рамках психологической парадигмы, они не являются достаточными для социологических исследований.

Значительный вклад в разработку проблемы жизненных стратегий в поле социологических исследований внес Ю. М. Резник, который в соавторстве с Т. Е. Резник, Л. Г. Костюченко, Е. А. Смирновым опубликовал ряд работ, посвященных данной теме [9-10]. Ю. М. Резник и его соавторы прежде всего рассматривают жизненные стратегии «как символически опосредованные и выходящие по своему воздействию за

пределы сознания идеальные

образования, реализующиеся в поведении человека его ориентиры и приоритеты» [11. С. 100]. Ими

разделяются понятия жизненных стратегий и стратегического поведения, которое представляет, с их точки зрения, внешнюю, предметно-чувственную форму жизненной стратегии. По мнению Ю. М. Резник, в социологическом понимании жизненные стратегии «есть динамическая саморегулирующая

система социокультурных

представлений личности о собственной жизни, ориентирующая и направляющая ее поведение в течение длительного времени. Она предполагает определение или принятие наиболее значимых ориентиров и приоритетов на долговременную перспективу» [11. С. 101].

К изучению жизненных стратегий Ю. М. Резник применяет

институциональный подход и системный анализ. Исходя из институционального подхода, жизненные стратегии он предлагает рассматривать как социально обусловленную систему ориентирования личности на долговременную перспективу.

При использовании системного подхода Ю. М. Резник рассматривает жизненные стратегии как важнейший компонент системы жизненного ориентирования личности. Им выделяются основные признаки жизненных стратегий, которые он определяет в виде надситуативных, интегративных, долговременных и перспективных ориентаций личности. Жизненные стратегии, с точки зрения Ю. М. Резника, определяют личное, социальное и культурное будущее личности.

В работе Ю. М. Резника и Е. А. Смирнова «Жизненные стратегии личности (Опыт комплексного анализа)» в анализе стратегий жизни на первый план выступает сознательный аспект. Жизненные стратегии, по мнению авторов, есть «способ сознательного планирования и конструирования личностью собственной жизни путем

поэтапного формирования ее будущего» [10. С. 67].

Иной взгляд на жизненные стратегии высказывает Г. В. Иванченко. Она считает достаточно дискуссионным вопрос о «весе» сознательного, рационального компонента в жизненной стратегии, который, с ее точки зрения, может быть минимальным [4. С. 23]. «Наличие жизненной стратегии, - пишет

В. Иванченко, - не предполагает

«автоматически» самостоятельности в построении своей жизни - ориентация на социальную поддержку, например, может минимизировать индивидуальные компоненты жизненной стратегии» [4. С. 25]. Г. В. Иванченко определяет жизненные стратегии как «обобщенные способы разрешения жизненных

ситуаций и выбора значимых альтернатив» [4. С. 24].

Проблема жизненных стратегий решается Г. В. Иванченко через проблему самоопределения личности в сфере возможного. Жизненные стратегии представляются ею как

способы самоосуществления человека в разных сферах его жизни, являющиеся интегральной характеристикой

самоопределения личности [5. С. 100].

Разработка анализа жизненных стратегий в переходный период, в условиях нестабильного общества связана прежде всего с работами Н. Ф. Наумовой. Ею было высказано мнение, что «наиболее перспективные подходы к исследованию переходного общества и формирующихся в нем жизненных стратегий связаны, во-первых, с

применением теории сложных, развивающихся систем, и, во-вторых, с анализом, обобщением того огромного первичного эмпирического материала,

который собран в рамках социологии катастроф, изучения социального стресса и экстремальных ситуаций, социальных проблем и кризисов» [8. С. 37].

Н. Ф. Наумова с большой убедительностью показала, что в условиях нестабильного общества усиливается зависимость жизненной стратегии человека от его социального и индивидуального жизненного ресурса и,

прежде всего, социального статуса. Различия в социальных статусах влекут за собой различия в поведении в интервале от рациональности к иррациональности. Чем выше социальный статус, тем более рациональным оказывается поведение человека. Н. Ф. Наумова справедливо отмечает, что «элементом жизненной стратегии является не «уровень», а тип рациональности, то есть способ не только решения, но и постановки некоторой жизненной задачи, целеполагание, притязания, приоритеты, социальные средства и т.д.» [8. С. 38].

Характеризуя переходное общество через ее другую особенность -нелинейность, Н. Ф. Наумова предлагает процесс формирования жизненных стратегий рассматривать с выделением в нем различных стадий. Основными же факторами, которые определяют переход от одной стадии к другой в условиях России 90-х годов XX века, она называет: фактор недоверия к власти; фактор изменения ценностных ориентаций; фактор восприимчивости к внешнемувлиянию[8. С. 40].

Проведя анализ наиболее

разработанных концепций жизненных стратегий человека и основываясь на теориях личности и социализации личности, мы предлагаем следующее определение жизненных стратегий: жизненные стратегии - это идеальная модель, формирующаяся в сознании индивида, представляющая собой систему целей и задач человека во всех сферах его жизнедеятельности, а также способов их достижения и репрезентирующая смысл его жизни. Основными характеристиками

жизненных стратегий личности являются их динамичность и интегральность.

Каждый индивид самостоятельно, осознанно или бессознательно формирует свою жизненную стратегию, в которой находят отражение как сама личность индивида, так и все аспекты социокультурной реальности, его окружающей. Поэтому жизненные стратегии сугубо индивидуальны. Однако на основе определенных критериев

возможна типология жизненных

стратегий.

Одной из наиболее известных

типологий жизненных стратегий является типология Ю. М. Резника. Им предложены три основных типа жизненных стратегий личности: стратегия жизненного благополучия,

стратегия жизненного успеха, стратегия жизненной самореализации. В основе

данной типологии используется

комплексный критерий, отражающий характер социальной активности

личности [11. С. 38].

А. Ю. Согомонов определяет иные типы жизненных стратегий

(биографических проектов), которые соответствуют двум культурно-

цивилизацион-ным традициям -стратегия (культура) достижительской выделенности и достижительской не-выделенности [13. С. 14]. Первый тип -достижительской выделенности -«мотивирует человека на жизненные успехи, поощряет его желание самоидентификации через свои персональные достижения, через тот комплекс индивидуальных свойств,

которые расцениваются его социальным окружением как «успешные»... Второй тип - достижительской невыделенное™ -предполагает, «в принципе не

препятствуя естественным

социокультурным потребностям человека

в «узнаваемости» ., напротив, проявляет скрытую ... тенденцию к всевозможным формам культурной репрессии индивидуальных успехов.» [13. С. 1415].

Нами предлагается своя типология жизненных стратегий, которая исходит из критерия главной цели. Исходя из этого критерия, жизненные стратегии можно разделить на три большие группы: целерациональные,

ценностнорациональные и

традиционные.

Целерационалъные стратегии

предполагают ориентацию на какую-либо определенную цель: материальное благополучие, профессиональная

карьера и т.п. Ценностнорационалъные ориентированы прежде всего на определенные ценности: семейные,

религиозные, нравственные и т.д. Традиционные стратегии - это не вполне осознанные стратегии, стратегии по принципу «живу как живу» и/или «все так живут».

Таким образом, жизненные стратегии можно рассматривать как идеальную модель, формирующуюся в сознании индивида, представляющую собой систему целей и задач человека во всех сферах его жизнедеятельности, а также способов их достижения и репрезентирующую смысл его жизни

Примечания

1. Абульханова-Славская К. А. Стратегия жизни. М. : Мысль, 1991. 2. Выготский Л. С. Мышление и речь. 5-е изд., испр. М. : Изд-во «Лабиринт», 1999. 3. Дружинин В. Н. Варианты жизни: Очерки экзистенциальной психологии. М. : ПЕРСЭ, СПб. : ИМАТОН-М, 2000. 4. Иванченко Г. В. Самоопределение личности как открытый проект // Человек. 2005. № 3. 5. Иванченко Г. В. На пороге профессиональной карьеры: социальные проблемы и личностные стратегии выбора // Мир России. 2005. № 2. 6. Кроник А. А., Ахмеров Р. А. Каузометрия: методы самопознания, психодиагностики и психотерапии в психологии жизненного пути. М.: Смысл, 2003. 7. Магун В. С., Энговатов М. В. Межпоколенная динамика жизненных притязаний молодежи и стратегий их ресурсного обеспечения: 1985-2001 гг. // Отцы и дети: поколенческий анализ современной России / Сост. Ю. Левада, Т. Шанин. М. : Новое литературное обозрение, 2005. 8. Наумова Н. Ф. Жизненная стратегия человека в переходном обществе // Социологический журнал. 1995. № 2. 9. Резник Т. Е., Резник Ю. М. Жизненные стратегии личности: поиск альтернатив. М., 1995. 10. Резник Ю. М.,

Общественные и гуманитарные науки •••

Смирнов Е. А. Жизненные стратегии личности (Опыт комплексного анализа). М., 2002. 11. Резник Т. Е., Резник Ю. М. Жизненные стратегии личности // Социологические исследования. 1995. № 5. 12. Сборник научных трудов СевероКавказского государственного технического университета. Серия «Гуманитарные науки». 2005. № 2(14). 13. Согомонов А. Ю. Генеалогия Успеха и Неудач. М. : ООО «Солтэкс» при участии ООО «Невский простор», 2005. 14. Чудновский В. Э. Психологическая составляющая оптимального смысла жизни // Вопросы психологии. 2003. № 3.

Статья поступила вредакцию 06.02.2012 г.