Коллекция французской живописи Н. Б. Юсупова

Е.Б. Шарнова

КОЛЛЕКЦИЯ ФРАНЦУЗСКОЙ ЖИВОПИСИ Н.Б. ЮСУПОВА*

Статья посвящена коллекции французской живописи, которую собрал князь Н.Б. Юсупов (1750-1831). Его вкус был необычным, так как большая часть русских коллекционеров той эпохи предпочитала итальянскую и голландскую живопись. Этот вкус можно назвать также «энциклопедическим», так как князь покупал и картины старых мастеров (XVII - первой половины XVIII в.), и картины современных французских художников. Юсупов был активным участником парижского художественного рынка, особенно во время пребывания в Париже в период 1808-1810 гг. Финансовые отчеты, сохранившиеся в архиве Юсупова, весьма полезны для реконструкции его коллекции.

Ключевые слова: вкус эпохи и коллекционера, шедевры, «большая манера», стиль рококо, заказчик, посредник, каталоги.

В собрании Н.Б. Юсупова1 французская живопись XVII -первой трети XIX в. занимала центральное место. Именно французский раздел, насчитывавший свыше 200 полотен, выделялся разнообразием и качеством подбора и определял специфику коллекции. Это тот редкий для России пример, когда собрание формировалось не только в соответствии со вкусами эпохи, но отражало и индивидуальный вкус владельца. В эстетике XVIII в. этот вкус соединял изощренное понимание красоты и непосредственное чувство.

В коллекции Н.Б. Юсупова по количеству преобладали картины итальянской школы (около 250 работ), но по художественному уровню французская живопись, несомненно, лидировала. Заметим, что среди картин итальянской школы значительна доля старых копий, в то время как во французской школе почти все работы, за немногими исключениями, представляют собой оригиналы. Конечно, «французский уклон» собрания можно было бы объяснить тесными культурными связями России и Франции, однако ни один коллекционер этого времени не отдавал

* Статья была заявлена в журнал «Вестник РГГУ», серия «Культурология», № 10, 2007, но по техническим причинам перенесена в настоящий выпуск.

столь определенного предпочтения французским художникам. Русские коллекционеры всегда больше смотрели в сторону Италии и Голландии.

По уровню французского собрания юсуповскую коллекцию можно сравнить лишь с императорским Эрмитажем. У Николая Борисовича были все возможности приобретать картины художников и итальянской, и северных школ - как в Париже с его чрезвычайно разнообразным художественным рынком, так и в Италии. Таким образом, «французская ориентация» собрания не просто была обусловлена тесными русско-французскими связями: скорее, личность Н.Б. Юсупова определяла одну из важнейших тенденций этих связей, являясь их необходимым звеном.

Вторая особенность французской коллекции Юсупова состояла в том, что князь не только уделял внимание знаменитым современникам, модным и актуальным тенденциям в живописи, но и ставил задачу добиться полноты своей коллекции - независимо от времени и направления. Он активно покупал картины французских художников XVII -первой половины XVIII в., которые к тому времени уже стали частью истории искусства. Князь стремился создать коллекцию, отражавшую эволюцию французской живописи, что дало повод Л. Рео охарактеризовать ее как «истинный музей французского искусства»2. В отличие от большинства русских в Париже, которые, по словам В.О. Ключевского, часто «не отличали див культуры от фокусов и пустяков»3, Юсупов был участником художественного процесса. Он был знаком с художниками и торговцами картинами, регулярно посещал аукционы, самостоятельно или с помощью опытных консультантов (вроде торговца картинами Ж.Б.П. Лебрена) определял то или иное художественное явление. Наряду с известным писателем, автором «Записок русского путешественника» Н.М. Карамзиным, Н.Б. Юсупов принадлежал к числу «русских европейцев», для которых великие достижения западноевропейской культуры не были чужими, а русская культура была неразрывно связана с наследием Запада. По удачному выражению С. Эрнста, его отличало «живое и увлекающее отношение к искусству»4.

Таким образом, не будет преувеличением сказать, что французский раздел собрания Юсупова создавался не по воле случая, а по определенной программе. Отметим, что в его библиотеке были представлены все основные сочинения по теории и истории искусства, изданные во Франции в конце XVII и в XVIII в. - жизнеописания художников (Роже де Пиль, д'Аржанвиль), трактаты по теории искусства, многочисленные каталоги распродаж частных коллекций. Будучи просвещенным знатоком, Юсупов был хорошо осведомлен в истории искусства Франции конца XVIII в.

Выбор французских картин XVII в., купленных Юсуповым, в известной степени определялся состоянием художественного рынка в Париже того времени, где подлинные картины были чрезвычайно редки. Современные знания о французском искусстве XVII в. во многом отличаются от тех, что существовали во времена Юсупова. Целый ряд выдающихся мастеров французской школы XVII в. вошел в историю искусства лишь в начале XX столетия, а порой и значительно позже.

Именно поэтому в разделе французской живописи XVII в. сменилось наибольшее число атрибуций.

Так, из двух картин, которые приписывались Н. Пуссену, одна -«Жертвоприношение Ноя» (ГЭ) - считается теперь работой неизвестного французского мастера XVII в., а вторая - «Крещение сотника» (ГЭ) -представляет собой уменьшенное повторение или эскиз к алтарной картине Мишеля Корнеля (находится в церкви Св. Петра в Тулузе). Картина «Жертвоприношение Ифигении» (ГМУА), на которой имеется фальшивая подпись Ш. Лебрена, была определена как работа Жана Тасселя5. Имена М. Корнеля и Ж. Тасселя, забытые к концу XVIII в., сегодня вновь становятся популярными, так что выбор Юсупова в данном случае никоим образом нельзя назвать неудачным. Добавим к числу бесспорных шедевров XVII в. в его коллекции две картины Ролана де ла Ира - «Введение во храм» (ГМИИ им. А.С. Пушкина) и «Св. Жермен, епископ Оксерский, надевает крест на Св. Женевьеву» (ГЭ), а также «Жертвоприношение Ноя» кисти С. Бурдона (ГМИИ им. А.С. Пушкина).

Юсупов, несомненно, питал особое пристрастие к живописи К. Лор-рена. В его коллекции было семь картин, приписываемых Лоррену, пять из которых в настоящее время относят к поздним повторениям или подражаниям его стилю6. Известно, как много копировали композиции Лоррена еще при жизни художника, немало старых копий входит и в музейные собрания. Уровень двух копий XVIII в. с картин Лоррена, приобретенных Юсуповым, - «Утро» и «Вечер» (ГМИИ им. А.С. Пушкина) -настолько высок, что они считались авторскими повторениями вплоть до 1970-х годов. Две другие картины - «Похищение Европы» и «Битва на мосту», купленные в 1798 г. в Италии (обе - в ГМИИ им. А.С. Пушкина), относятся к числу безусловных шедевров. Добавим, что Юсупов отдавал предпочтение морским пейзажам - не только кисти самого Лор-рена, но и тех живописцев XVIII столетия, которые развивали его темы и мотивы (К.Ж. Верне, Ш.Ф. Лакруа де Марсель, П.Ж. Волер).

По уровню исполнения картины французской школы XVIII в. в коллекции Н.Б. Юсупова часто превосходят те, что были куплены в коллекцию императорского Эрмитажа. Ряд картин принадлежит к историческому жанру, причем они исполнены в «большой манере» (grande manière), по определению французских критиков. Особое место занимают три картины Габриэля Франсуа Дуайена: «Триумф Клавдия, победителя карфагенян», «Андромаха. защищающая Астианакса» (обе - ГМУА) и «Венера, раненная Диомедом» (ГЭ). Интерес Юсупова к Дуайену, живопись которого в начале XIX в. казалась старомодной, возможно, объясняется тем, что Дуайен преподавал в Петербургской академии художеств, с которой Юсупов имел прочные связи. В группу работ, написанных «в большой манере», можно включить «Поклонение пастухов» (ГМИИ им. А.С. Пушкина), традиционно приписываемое Куапелю, но недавно атрибутированное нами Шарлю де ла Фоссу7. Отметим предпочтение Н.Б. Юсуповым картин большого формата, что было в значительной степени связано с потребностью в украшении интерьеров многочисленных резиденций князя. Подобное отношение к живописи как к предмету обстановки, к ча-

сти интерьера - несомненно, архаическая черта, характерная для коллекционеров первой половины XVIII столетия.

Впрочем, картинам исторического жанра Юсупов предпочитал пейзажи, жанровые композиции, а также работы, которые могут быть отнесены к стилю рококо. Отсутствие картин А. Ватто (также объяснимое ситуацией на антикварном рынке, где произведения художника были редки) отчасти компенсируется двумя превосходными картинами мастера «галантных празднеств» Никола Ланкре - «Общество на опушке леса» (ГМИИ) и «Общество в парке» (ГЭ).

Группа из восьми картин Франсуа Буше коллекции заслуживает особого внимания, так как это лучшие работы Буше в России; в их подборе, несомненно, нашел отражение личный вкус князя. Он покупал картины Буше разных жанров: это два декоративных панно - «Триумф Венеры» и «Туалет Венеры» (ГЭ); камерная «Испуганная купальщица» (ГМУА); «Голова девушки» (ГЭ), возможно, имеющая портретный характер; «Юпитер и Каллисто» (ГМИИ) - картина, отличающаяся изысканной «фарфоровой» фактурой; блистательный шедевр раннего Буше «Геркулес и Омфала» (ГМИИ). Юсупов продолжает приобретать работы выдающегося мастера рококо в тот период, когда искусство Буше уже вышло из моды как во Франции, так и в России.

Насколько можно судить по составу собрания, князя привлекала рокайльно-декоративная линия искусства XVIII в. В его коллекцию входят картины учителя Буше - Франсуа Лемуана, в том числе одна из наиболее известных работ этого художника - «Похищение Европы» (ГМИИ). Отметим превосходный эскиз Шарля Жозефа Натуара «Венера у Вулкана» (ГМИИ), написанный под прямым воздействием картины Буше на тот же сюжет (1732, Париж, Лувр). В эту же группу входят две картины Карла ван Лоо «Тесей - победитель марафонского быка» (ГМИИ) и «Кентавр Несс, похищающий Деяниру» (ГЭ), а также две парные композиции Жана Ресту «Юнона у Океана и Фетиды» (ГМИИ) и «Юнона у Эола» (ГЭ). Отметим, что Юсупов, пожалуй, единственный из русских коллекционеров того времени обращает внимание на виртуозные живописные эскизы. К только что упомянутому эскизу Натуара можно добавить «Энея и Дидону» П.Н. Герена (ГМИИ), а также ряд первоклассных эскизов итальянской школы, особое место среди которых занимает «Смерть Дидоны» Д.Б. Тьеполо (ГМИИ).

В собрании Юсупова было четыре картины Ж.О. Фрагонара, в том числе относящиеся к раннему римскому периоду художника - «Счастливое семейство» (ГМИИ) и «Выигранный поцелуй» (ГЭ). Хотя точная дата поступления картин в коллекцию неизвестна, вполне вероятно, что они были куплены до 1831 г., хотя Фрагонар, так же и как Буше, в 1780-е гг. уже утратил популярность у французских коллекционеров.

В коллекции было представлено и творчество ведущих французских пейзажистов второй половины XVIII в. - Ю. Робера и К.Ж. Вер-не. Давно было отмечено, что 1770-1790-е гг. - время бурного усадебного строительства в России, в связи с чем вырос спрос на пейзажи этих

художников. Среди картин К.Ж. Верне выделим «Кораблекрушение» (ГМУА), написанную в 1784 г. по заказу князя. Кроме картин самого Верне, в коллекции были представлены пейзажи мастеров, находившихся под его влиянием. Среди них особого упоминания заслуживают четыре пейзажа Пьера Жака Волера8. Помимо превосходно переданных эффектов света, эти пейзажи отличаются большой живостью и юмором в изображении фигурок, оживляющих передний план композиций.

Н.Б. Юсупов часто объединял картины по декоративному признаку. Неслучайно он так любил парные композиции, порой удачно соединяя в пару вполне самостоятельные произведения одного и того же мастера. Примером могут служить парные пейзажи Лоррена, мифологические композиции Ресту, четыре картины Фрагонара, также образующие две пары, наконец, две головки Пьера Сюблейра.

Еще один художник, пользовавшийся особым расположением князя - Ж.-Б. Грёз, представленный в его коллекции целым рядом картин9. Грёза любили многие русские собиратели, однако из всех русских заказчиков и покупателей художник особенно отличал именно Юсупова. Сохранилась переписка Н.Б. Юсупова с Грёзом, из которой следует, что мастер был для князя посредником в его отношениях с другими художниками - Фрагонаром, Э.Л. Виже-Лебрен, Ф.А. Венсаном. Грёз не просто исполнил по заказу Н.Б. Юсупова картину «Сладострастие или вновь обретенная голубка» (ГМИИ), но и сопроводил ее своим комментарием, охарактеризовав как «великую картину на маленьком полот-не»10. Добавим, что из всех картин Грёза в России именно она до сих пор является наиболее популярной. Растиражированная множеством копиистов - от юсуповских крепостных до современных полупрофессиональных художников - многократно репродуцированная, картина «Сладострастие» входит в число тех немногих образов западноевропейской живописи, которые знакомы в России массовому зрителю. В отличие от таких любителей живописи, как Н. Демидов и П. Шувалов, Юсупов не испытывал интереса к программным картинам Греза «морализирующего характера», отдавая предпочтение его камерным «головкам».

В коллекции Юсупова несомненный интерес представляют также картины «малых мастеров», порой редких или забытых. В последние годы произошла некоторая перестановка акцентов, и художники, находившиеся ранее на периферии истории искусства, стали объектом пристального внимания и изучения. Отметим, что в собрании Юсупова были разнообразно представлены художники, принадлежавшие к кругу Ж.-Б. Грёза. К их числу относятся Ж.Ф. Леду («Головка девочки», ГМИИ), К. Майер («Амур соблазняет Невинность, увлекаемую Удовольствием и преследуемую Раскаянием», ГМУА)11. Принадлежавшие Юсупову подписные картины Л.М. Бонне до сих пор остаются единственными достоверными работами этого художника.

Одной из ведущих фигур в художественной жизни Рима XVIII в. признают теперь Пьера Сюблейра, в картинах которого владение принципами академической школы сочетается с тонкостью живописного мастерства, сопоставимого с мастерством Шардена. Об интересе князя

к Сюблейра свидетельствуют две ранее приписываемые художнику композиции, воспроизведенные в книге Эрнста как копии с Сюблейра12; вплоть до начала XX в. они считались подлинными работами мастера. Одна из этих картин - написанное на зеркале «Крещение императора Константина» (ГМУА); в действительности эта работа из круга римского художника Людовико Джиминьяни.

К числу мастеров, чьи сюжеты были весьма характерны для их времени, можно отнести и Шарля Амеде ван Лоо, представленного в собрании Юсупова парными картинами «Электрический опыт» и «Пневматический опыт» (обе - в ГМУА). Последняя работа вызвала похвалу Дидро, написавшего о ней в «Салоне» (1771).

Прекрасный пример разнообразия вкусов Н.Б. Юсупова - покупка им картины Огюстена Бернара де Ниора «Амур и Психея» (ГМУА), которую князь заказал художнику во время своего пребывания в Риме в 1785 г. Творчество Бернара де Ниора было лишь недавно реконструировано историками искусства П. Розенбером и К. Бейли13, причем в качестве «эталона» была использована именно картина из собрания Юсупова. В римском журнале Giomale delle Belle Arti от 18 февраля 1786 г., на который ссылаются Розенбер и Бейли, упомянута еще одна картина Бернара де Ниора, заказанная Юсуповым в Риме, - «Амур показывает Эрато медаль, отлитую на острове Лесбос в честь Сапфо»14. Искусствоведы полагают, что эта картина не попала в собрание Юсупова; они идентифицируют ее с работой на аналогичный сюжет, которая находится в музее Бернара д'Ажанси в Ниоре. В действительности и эта вторая картина Бернара де Ниора была в собрании князя в Архангельском, но она погибла во время пожара в 1820 г.15; картина из музея в Ниоре, видимо, является ее авторским повторением.

Одна из самых необычных для России особенностей собрания Н.Б. Юсупова - наличие в нем картин мастеров неоклассического направления. Ф. Хаскел первым обратил внимание на черты сходства собрания Юсупова и коллекции его современника, итальянского графа Соммарива16. И у Юсупова, и у Соммаривы были представлены такие ведущие мастера неоклассической живописи, как Ж.Л. Давид и П.Н. Ге-рен. Иногда Юсупов даже «опережал» Соммариву. Так, именно Юсупов первым обратился к Ж.Л. Давиду с просьбой написать для него картину - в 1787 г., в самом начале блистательной карьеры художника. Как известно, Давид ответил отказом, однако Юсупову все-таки удалось заказать Давиду картину позже, в 1808 г. (знаменитая эротическая композиция «Сафо и Фаон», ГЭ). Соммарива приобрел «своего Давида» гораздо позже - в 1817 г. (речь идет об «Амуре и Психее» - Кливленд, Музей искусств). А. Бабин справедливо отметил своеобразное соперничество между двумя этими выдающимися коллекционерами, русским и итальянским17. Наиболее показательна в этом отношении история с заказом двух картин П.Н. Герену, подробно изложенная в статье Ж. Бот-тино18. И Юсупов, и Соммарива были восхищены картиной Герена «Аврора и Кефал», выставленной в Салоне 1810 г. в Париже. Соммари-ве удалось первому купить картину; Юсупов немедленно заказал

художнику повторение, которое отличается целым рядом деталей от версии Салона (ГМИИ), а чтобы сделать свое собрание более грандиозным, заказал еще и парную композицию - «Морфей и Ирида». Кроме двух этих картин Герена, в собрании Юсупова был также его тонкий по живописи эскиз «Эней и Дидона» (ГМИИ), композиция которого отличается от большой картины на тот же сюжет, представленной в Салоне 1817 г. (Париж, Лувр).

В отличие от Соммаривы, не проявлявшего интереса к Ж.А. Гро, Юсупов заказал этому художнику конный портрет своего сына Бориса (1809, ГМИИ). Еще один важный заказ современному художнику, также не представленному в собрании Соммарива, - это картина П.П. Прюдона «Голова Богоматери» (ГМИИ). Первый вариант картины, выставленный в Салоне 1810 г., в настоящее время утрачен, так что находящееся в ГМИИ повторение, датированное 1811 г., - единственный сохранившийся авторский вариант. В пандан к этой картине Прюдона была приобретена «Голова архангела Гавриила» Констанции Майер (ГМИИ). Кроме того, эта художница именно для Н.Б. Юсупова исполнила самую значительную свою работу - большую картину «Невинность, предпочитающая Любовь богатству» (ГЭ), написанную по эскизу и при участии Прюдона. С темой этой большой картины из Эрмитажа связана еще одна работа К. Майер - «Амур, соблазняет Невинность, увлекаемую Удовольствием и преследуемую Раскаянием» (ГМУА), которая до сих пор не привлекала внимания исследователей. На наш взгляд, это подлинная работа К. Майер, картины которой редки в европейских собраниях.

К ряду произведений художников неоклассического круга следует отнести и картину «Орфей» (ГМУА), ранее приписываемую Франсуа Лемуану19; на наш взгляд, она была исполнена Луи Гоффье около 1785 г. Гоффье был пенсионером французской академии в Риме именно во время пребывания там Н.Б. Юсупова, и, хотя документальных свидетельств заказа не сохранилось, картина «Орфей» органично вписывается в круг работ Гоффье римского периода. Наконец, упомянем две картины женщин-художниц, которые завоевывали всё большую популярность в Париже 1800-1810-х годов: это монументальная композиция А. Монжес «Тезей и Пейрифой» (ГМУА) и миниатюра М.Ж. Вийер «Собака, спасающая ребенка» (ГМУА).

Отдельного рассмотрения заслуживает пребывание Н.Б. Юсупова в Париже в 1808-1810 гг. Именно в это время была сделана большая часть приобретений картин французской школы. В наполеоновскую эпоху визиты русской аристократии в Париж с официальной точки зрения были нежелательны. Однако Юсупов, который после смерти Павла I ушел в отставку (1802), уже мог позволить себе свободу передвижения. Путешествуя как частное лицо, он не был обременен официальными поручениями и заказами русского двора и мог сосредоточиться на пополнении собственной коллекции.

Целый ряд картин, оказавшихся в собрании Юсупова, был представлен на выставке парижского Салона в 1808 г. - значит, князь посетил эту

выставку. Расписка художника Л.Л. Буальи удостоверяет, что он продал князю «одну из моих картин, изображающих игру в бильярд, которая сейчас находится в Салоне...»20. Речь идет об одной из лучших жанровых работ художника - «Бильярд» (ГЭ), а расписка Буальи хранится в РГАДА21. В том же Салоне Юсупов купил «Подвязку невесты» Н.А. Тоне (ГМИИ) и «Капризницу» («Boudeuse») Ф. Леду, которая, на наш взгляд, может быть идентифицирована с картиной «Головка девочки» из ГМИИ.

Юсупов был одним из первых, кто стал покупать картины Буальи и собрал коллекцию из семи превосходных его картин. Во Франции этот художник только начинал приобретать популярность, а в России Юсупов оказался единственным его почитателем. В число любимцев Юсупова входили также Маргерит Жерар, Н.А. Тоне, Ж.Л. Демарн, Ж.Ф.Ж. Свебах и М. Дроллинг. Эти художники создавали в основном жанровые сценки и пейзажи или, как называли эти работы современники, картины «в голландском вкусе», вдохновленные картинами малых голландцев. Отметим, что интерес к картинам самих малых голландцев у князя был весьма незначителен, особенно по сравнению с другими русскими коллекционерами той эпохи.

Н.Б. Юсупов в 1808-1810 гг. был одной из наиболее заметных фигур на художественном рынке Парижа. Сохранились достоверные свидетельства об его участии в аукционе, который был организован Ж.Б.П. Лебреном 20-24 марта 1810 г. В это время в Париж съехались богатые покупатели из разных стран Европы, привлеченные свадьбой Наполеона и Марии-Луизы; в аукционе приняли участие такие выдающиеся коллекционеры, как кардинал Феш (дядя Наполеона и создатель самой крупной частной коллекции старых мастеров), англичанин лорд Сеймур, императрица Жозефина. Юсупов купил четырнадцать картин, оказавшись самым активным из покупателей. Изучение каталогов распродажи, проаннотированных рукой самого Лебрена22, позволяет определить еще ряд картин, проходивших на том же аукционе - например, «Пейзаж с парусниками» кисти Гаспара Дюге (ГМУА), который никогда не публиковался со времени приобретения его Юсуповым в 1810 г. и может быть с определенностью идентифицирован с гравюрой под № 49 в каталоге. На полях этого каталога фигурирует как имя самого Юсупова, так и имя посредника, услугами которого он пользовался, - парижского маршана Мартра (Martre). Очевидно, что Юсупов или его посредник Мартр должны были посещать и другие аукционы Парижа 1808-1810 гг., однако за неимением их аннотированных каталогов мы можем привести только косвенные доказательства этого. Так, картина «Жертвоприношение Ноя» С. Бурдона (ГМИИ) проходила на аукционе Сильвестра в 1810 г.23, а в коллекции Юсупова она впервые упомянута в описи 1812 г.24

Н.Б. Юсупов щедро платил за картины. Самую высокую цену -12 000 ливров - он заплатил за картину «Сафо и Фаон» Ж.Л. Давида. Следует заметить, что картины современных французских мастеров ценились на художественном рынке Парижа дороже, чем картины старых мастеров. Так, за превосходную по качеству картину Ф. Лемуана «По-

хищение Европы» (ГМИИ) Юсупов заплатил всего 151 ливр, а два больших панно Ресту (ГМИИ, ГЭ) стоили ему лишь 300 ливров (в той же расписке в цену включена также картина итальянской школы).

Явно завышенной кажется цена в 6 000 ливров, отданная за картину Анжелики Монжес «Тезей и Пейрифой» (ГМУА), что объяснимо только обстоятельствами покупки: Давид согласился написать для Юсупова картину только при условии, что князь купит и работу его ученицы Монжес (которая была близким другом мастера, одной из немногих, кто поддерживал отношения с Давидом и во время его политической ссылки после падения Наполеона).

Поездка Юсупова в Париж в 1808-1810 гг. стала последней, что не мешало ему позже покупать картины французских мастеров в России. На аукционе, устроенном в 1811 г. в Петербурге французским торговцем картинами Жаном Граби, князь купил шедевр Буше - картину «Юпитер и Каллисто», а на распродаже знаменитой коллекции Голицына в 1825 г. - его же «Геркулеса и Омфалу». Две упоминавшиеся выше «Головки» П. Сюблейра были куплены в Москве у князя Головкина, посланника русского двора в Неаполе. Можно предположить, что Юсупов сохранил также связи с парижскими антикварами. Так, картина М. Же-рар «Первые шаги» из коллекции Юсупова (ГЭ) проходила на аукционе Фоше в Париже в 1815 г., где могла быть куплена для князя его посредником.

Отметим, что Н.Б. Юсупов постоянно обращался с заказами и к тем французским художникам, которые работали в России. В их числе были такие портретисты, как Э.Л. Виже-Лебрен («Портрет Т.В. Юсуповой» - копия с портрета, традиционно приписываемая Н. де Куртейлю, ГМУА), Ж.Л. Монье («Портрет Т.В. Юсуповой», ГМУА), А. Ризенер. Несколько лет с имением князя Архангельское был связан Никола де Куртейль, большая часть наследия которого сосредоточена в музее усадьбы. К числу лучших его работ исторического жанра можно отнести «Похищение сабинянок» (ГМУА) - картину, написанную для Юсупова предположительно в середине 1810-х годов.

В завершение следует подчеркнуть, что для России того времени вкус князя, его выбор картин для своей коллекции был уникальным. Ведь в начале XIX в. пристрастие к французской школе не приветствовалось «по политическим соображениям». Правда, в это время стиль французского ампира широко проник в русскую архитектуру и декоративно-прикладное искусство, но на живопись его влияние не распространялось. Можно сказать, что Юсупов был единственным русским коллекционером, кто покупал в это время картины современных ему французских художников. Юсупов обращался с заказами даже к таким политически ангажированным художникам, чье творчество прямо ассоциировалось с личностью Наполеона, как Ж.-Л. Давид и Ж.А. Гро.

Вкус князя Юсупова можно охарактеризовать как эклектичный, но именно это позволило ему оценить те тенденции в живописи, которые эстетикой того времени противопоставлялись друг другу, - неоклассицизм и рококо.

Примечания

1 Князь Николай Борисович Юсупов (1750-1831) - крупный государственный деятель России и известный коллекционер.

2 Réau Ls. Histoire de l'expansion de l'art français moderne. Le monde slave et l'Orient. Paris, 1924. Р. 262.

3 Ключевский В.О. Собр. соч.: В 8-ми т. М., 1958. Т. 4. С. 236.

4 Эрнст С. Юсуповская галерея. Французская школа. Л., 1924. С. IX.

5 Ronot H. Cahiers hauts-marnais. 1977. № 131. 4 trim. Р. 172-174.

6 Имеются в виду картины «Утро. Прибытие Энея в Италию» и «Вечер. Пейзаж с аркой Тита» (ГМИИ им. А.С. Пушкина), которые являются копиями с работ Лоррена, исполненными в XVIII в., а также «Пейзаж. Заход солнца» (ГМУА, Ж-121), который можно отнести к подражаниям стилю мастера, и «Пейзаж с рыбной ловлей» (ГМУА, Ж-113) - копия с картины Лоррена XVIII в. Местонахождение еще одной картины, обозначенной в рисованном каталоге картин Лоррена, неизвестно.

7 Кузнеирва И.А., Шарнова Е.Б. ГМИИ им. А.С. Пушкина. Франция XVI -первой половины XIX века. Собрание живописи. М., 2001. № 132. С. 145-146.

8 Эти пейзажи ранее приписывались Лакруа де Марселю.

9 Указать точное число работ Грёза в собрании чрезвычайно сложно, так как в старых описях они представлены, как правило, суммарно с копиями: например, название «Головка девушки» может подразумевать как подлинную картину Грёза, так и работу художника его круга или более позднее повторение.

10 Письмо опубликовано в кн.: Эрнст С. Юсуповская галерея. Французская школа. Л., 1924. С. 267.

11 Картина К. Майер написана под влиянием П.П. Прюдона, однако начинала художница с подражания Грезу.

12 Эрнст С. Указ. соч. С. 44-45.

13 Rosenberg P., Bailey C. Not Greuze but Bernard d'Agessi // The Burlington Magazine (April 2001). Р. 204-211.

14 Ibid. Р. 208.

15 РГАДА. Ф. 1290. Оп. 3. Ед. хр. 2276.

16 Haskell, Francis. An Italian Patron of French Neo-Calassic Art Sammariva // Past and Present in Art and Taste. New Haven; London, 1987. Р. 52-53, 61.

17 Бабин А.Н. Французские художники - современники Н.Б. Юсупова // «Ученая прихоть». Коллекция князя Николая Борисовича Юсупова. Каталог выставки. Москва: ГМИИ им. А.С. Пушкина. СПб., 2001-2002. С. 86-106.

18 Bottineau J. Pierre. Guérin et le merveilleux mythologique: "L'Aurore et Céphale", "Iris et Morphée" // Gazette des Beaux-Arts. Décembre 1999.

19 Старое название картины - «Аполлон среди пастухов».

20 См.: РГАДА. Ф. 1290. Оп. 2. Ед. хр. 105. Л. 152.

21 Там же.

22 Мы пользовались экземпляром, который хранится в библиотеке Национального института истории искусства в Париже.

23 Thuillier J. Sébastian Bourdon. 1616-1671: catalogue critique et chronologique de l' oeuvre complet. Montpellier, Musée Fabre; Strasbourg, Musée des Beaux-Arts. Paris, 2000. Р. 351.

24 РГАДА. Ф. 1290. Оп. 2. Ед. хр.105. Л. 85.